Усмешка судьбы

Пролог. 27 октября, наши дни

Я иду за ней. Слышу ее шумное дыхание. Она знает меня, так зачем прятаться? Пусть смотрит своему страху в лицо.

Убийство… Какое простое слово, несущее в себе еще одно значение — смерть. Усмешка застыла на моем лице. Как прекрасно ощущать себя чуть ли не всемогущим!

Последние лучи солнца осветили переулок, по которому спешила моя жертва. Она ускорила шаг, а затем перешла на бег. Тебе недолго осталось скрываться. Сжав в руке орудие убийства, устремляюсь за ней.

Переулок завершился кирпичной стеной. Птичка попалась в клетку. Она начала царапать кирпич, стучала по стене, будто это дверь, которая должна открыться. Я остановился, наблюдая за ее жалкими попытками в схватке с преградой. Раздались всхлипы. Ненавижу эти показные слезы. Она же знает, в чем сама виновата, так к чему давить на жалость? Глупая…

Ещё один шаг. Испуганно поворачивается на звук. По щекам размазана тушь, лицо перекошено маской ужаса. Прекрасная картина.

— Что тебе нужно от меня? — проскулила она, сжимая в руках свою юбку.

— Ты сама все прекрасно знаешь… — растягиваю слова.

— Я никому ничего не рассказывала…

— Но расскажешь.

Она смотрит мне в глаза, пытаясь отыскать хоть искорку жалости, но не находит и, закрыв лицо, начинает истошно вопить. Я качаю головой. Это ты зря…

Резким движением хватаю ее волосы. Она вскрикивает и пытается вырваться, но зря старается. Прижимаю к стене, и подношу нож к ее нежной шейке. Она перестаёт вырываться, судорожно хватает воздух.

— Ты же знаешь, что я могу… Не веришь?

Она что-то промычала: то ли согласие, то ли отрицание. Да и это не важно.

— У тебя был шанс все изменить, но… ты его упустила. Что хочешь сказать напоследок?

— Тебя найдут. И надеюсь, что ты будешь гореть в аду до скончания дней, — сжав зубы проскрипела она.

— Посмотрим… Только ты этого уже не увидишь. Прощай, Линди.

Резким движением провожу ножом по шее. Из раны фонтаном брызжет ярко-алая кровь. Девушка оседает на землю, заваливаясь на бок, пытаясь прижать рану рукой. Я препятствую этому, схватив за руку и присев на колени рядышком с ней. Она что-то пытается сказать, но изо рта вырывается только бессвязный хрип. 5… 4… 3… 2… Ее дыхание прерывается… 1… Конец…

Прижимаюсь к ее груди. Сердце не бьется. Проблема исчерпана.

Резко поднимаюсь на ноги. Пора уходить. Снимаю куртку, испачканную ее кровью. Беру нож и делаю несколько больших порезов. Сминаю остатки куртки в тугой комок и, отыскав мусорный бак, заполненный до отказа, пытаюсь как можно глубже упрятать улику. Они, конечно, полезут сюда, но вряд ли так скоро обнаружат погибшую здесь. Осматриваю свою обувь, надеясь, что она не запачкана. Заметив небольшое пятнышко на носке, принимаюсь оттирать его. Пара секунд и этой улики тоже нет.

Оглядевшись в последний раз на эту картину, не могу сдержать улыбку. Начнём игру в кошки-мышки. Посмотрим, кто выйдет победителем…

Глава 1. 30 октября, наши дни

— Просыпайся, мне уже надоело слушать этот звон! — раздался рассерженный крик за его спиной. Он постарался раскрыть глаза, но резкий свет отдался болью в голове.

— Зачем так орать? Пожар что ли?

— Если ты не ответишь на звонок, то пожар я устрою точно!

Выдохнув, он поднялся на локтях, осматривая спальню и стараясь сфокусировать своё зрение на какой-нибудь вещи. На столике он обнаружил свой телефон и выругался, заметив имя звонящего. Взяв телефон и откашлявшись, нажал кнопку вызова.

— Хансон, что опять с тобой?! — раздался громкий голос с металлическими нотками. — Я уже битый час пытаюсь до тебя дозвониться!

— Не думаю, что ты сидел на телефоне столько времени, только бы услышать мой голос… — усмехнулся Томас, вставая с постели. — Что произошло, Роб? Снова проиграл все свои деньги в рулетку? Прости, здесь ничем помочь не могу…

В трубке было тихо. Неужели обиделся? Или он попал в цель?

— Произошло убийство. Женщина с ножевым ранением. Родственники хватились ее спустя три-четыре дня, когда она ушла то ли на встречу со своим парнем, то ли еще куда-то. Всех деталей не знаю.

Томас молча выслушивал его слова. Новое дело. Наверняка убийство на почве ревности, как в последние два года. Нет никаких серийных убийств, похищений, похожих на те, что показывают в хороших боевиках. Хансон достал сигарету и, затянувшись, спросил:

— И что от меня требуется?

— Как что? Приехать и начать работать!

— Меня же отстранили от работы… Или вам не хватает рабочих рук? — насмешливо отозвался мужчина, делая ещё одну затяжку.

Голос в трубке раздраженно фыркнул:

— Тебя не отстранили, а просто сделали выговор. Надеюсь, ты понял свою ошибку и больше не будешь напиваться в хлам и устраивать разборки с начальством.

— Не включай режим мамочки, тебе это не идёт.

— Чтобы через час был здесь! Место отправлю сообщением!

Разговор был окончен. Томас бросил телефон на постель и начал собираться. Терять работу, конечно же, не хотелось. Да и без него как всегда они справиться не смогут.

Он бросил взгляд на окно. Стекло было усыпано капельками дождя, ветер кружил осенние листья. Томас вздохнул и, схватив пальто, пошёл к входной двери.

— Что-то случилось? — раздался женский голос из кухни.

— Работа не ждёт, — крикнул он, закрывая дверь. Спускаясь по ступенькам, Хансон достал телефон и увидел свой пункт назначения: переулок, граничащий с перекрёстком. Довольно пустынная часть города. Немудрено, что убийство произошло в таком месте.

Томас завёл свою машину и поехал в указанном направлении, включив любимую радиостанцию. Если ехать на работу, то с хорошей песней. Усмехнувшись, он устремил свой взгляд вперёд, наблюдая за стекающими по стеклу ручейками дождя.

***

Роберт Шелтон разговаривал с рыдающей женщиной, когда Томас вышел из машины. Дорога к переулку была перегорожена лентой, возле которой была толпа зевак.

— Я здесь, — он подошёл к Роберту, глядя на его собеседницу. На вид ей было около пятидесяти, она сжимала в руках платочек, периодически вытирая глаза.

— Это мать убитой девушки, — кивнул Шелтон.

— Как давно она пропала?

Она вздохнула и с заминкой сказала:

— Три дня назад она ушла, сказав, что устроилась на новую работу и… ей нужно остаться на ночную смену. Куда именно она пошла мы так и не узнали. Она уже взрослая девочка: к чему беспокоиться, но… Через три дня она так и не объявилась, — женщина шмыгнула носом, — даже не позвонила, а на неё это непохоже. Боже, как же я сразу не поняла, что случилось что-то плохое… Бедняжка Лин, — она зарыдала, бормоча что-то нечленораздельное.

Хансон понял, что ничего полезного больше не услышит и направился к самому месту преступления. Мимо сновали его сослуживцы, кивком приветствуя его. Он бросал на них мимолетные взгляды, пока не дошёл до склонившейся над жертвой женщиной и мужчиной с папкой бумаг в руках.

— Детектив Луис, и вы здесь.

Она обернулась.

— Детектив, — коротко кивнула ему Кэтлин Луис. Она вновь обратила свой взор на девушку, лежащую в луже засохшей крови.

— Вы установили имя жертвы? — задал вопрос Томас, присаживаясь на корточки рядом с Кэтлин.

— Это Линда Дэвис. Ей перерезали горло, прямехонько по сонной артерии. Скорее всего это произошло прошлой ночью, а может и поздним вечером, пока точно не выяснено, — отчеканил Джонатан Крайс, перелистывая страничку в папке.

— Кто ее обнаружил?

— Мужчина, который недавно здесь… жил… — хмыкнул Джонатан.

Хансон раздраженно вздохнул.

— Обычный бродяга. Может это он ее убил? Ради денег или чего-то ещё…

— Это вряд ли. Он пьянствовал не меньше пяти дней, как мне кажется. Даже стоять без помощи не может. Девушка сама бы его с ног сбила, — усмехнулся Крайс. — Если хотите поговорить с ним, то найдёте его возле помойного бака. Умаялся бедняга, решил присесть.

— Верю, — махнул рукой Томас, закурив. — Вы звонили ее мужу?

На него уставились недоуменные глаза собеседников.

— Ты с ней знаком? — Кэтлин изучающе осматривала Хансона.

— Нет, впервые вижу. Кольцо на правой руке, — кивнул в сторону убитой мужчина, бросив окурок на землю.

— На ней не было никакого… кольца, — неуверенно сказал Джонатан.

— Кольца нет, но след от него виден очень отчетливо, — снисходительным тоном, словно объясняя ребёнку правила хороших манер, протянул детектив. Крайс смущенно отметил свою оплошность и опустил глаза в свои бумажки, только бы не смотреть в глаза Хансону.

Луис кивнула, заметив на пальце девушки белый след на загоревшей коже от кольца. По-видимому обручального.

— Я пробью по базе ее мужа…

— Как только найдёшь его, вызови в участок. Я лично с ним побеседую, — развернувшись, бросил Томас. Больше ему не на что здесь было смотреть. Он слукавил, сказав, что не знает ее: бедняжка Линда была его подругой детства. Почему он не сказал? Все просто: если все узнают, что они знакомы, то дело отдадут кому-то другому. Он не хотел делиться с этим. Ему нужно найти убийцу самому. Хотя бы в память о девушке…

***

Томас ослабил галстук и уселся за стол в своём кабинете. Вновь не убрал бумаги, которые теперь были разбросаны по всему столу! Он рассерженно начал складывать ненужные листы в ящик, пытаясь избавиться от ненужного хлама.

Он смог утрамбовать бумаги и захлопнуть дверцу ящика, когда раздался стук в дверь. Хансон прокашлялся и громко сказал:

— Входите!

Приоткрыв дверь, внутрь просочился Крайс, сжимая в руках папку.

— Я нашёл мужа погибшей, — сказал Джонатан, подавая бумаги детективу. — Джон Браун, 38 лет. В 17 лет сидел в исправительной колонии за убийство, но вышел досрочно за хорошее поведение.

Томас листал страницы, остановившись на фотографии мужчины. Со снимка смотрел улыбающийся молодой человек с пронзительно синими глазами. Хансон нахмурился, пока Браун рассказывал все, что узнал об этом человеке.

— …она слышала ссору супругов и сказала: «В последнее время у них такое было частенько. Видимо, дело шло к разводу».

— Ты это о чем? — оторвавшись от бумаг, рассеянно спросил Томас.

— Вы не слушали? — обидчиво протянул Джонатан. — Соседка нашей парочки слышала их ссоры и предположила, что они на грани развода.

— Ты вызвал его на допрос?

— Да, завтра с утра.

— Хорошая работа. Можешь идти, — Хансон кивнул и развернулся на стуле, глядя в окно. Он вздохнул, услышав как дверь за Крайсом закрылась. Томас не ожидал вновь увидеть этого человека из прошлого. Детектив не знал, кто же стал мужем Линды: получив приглашение на свадьбу, он не смог побывать на празднестве — работа не позволяла. Да и что он смог бы ей сказать: не выходи за него, он убийца! Вряд ли бы она его послушала. А теперь… Теперь она мертва. Он сжал кулаки, от злости скрипя зубами. Теперь его долг вывести на чистую воду этого ублюдка.

Глава 2. 31 октября, наши дни

За столом в небольшой комнате с непрозрачным стеклом с одной стороны сидел мужчина, постукивая пальцами по столу в ожидании неизвестности. Он до сих пор не понимал в чем его обвиняют. «Нам просто нужно с вами поговорить», сбивчиво сказал молодой парень, постучавшись в его квартиру. Парень в полицейской форме. В чем они хотят обвинить его на сей раз? Им не хватило пяти лет? Он до сих пор с содроганием вспоминает свою жизнь в колонии. В течение пяти лет. И все из-за этого мелкого…

За его спиной открылась дверь. Видимо это по мою душу, промелькнуло в голове у Джона. На место напротив уселся мужчина крепкого телосложения. Его глаза внимательно изучали собеседника. Его взгляд был обжигающе холоден, отчего Брауну стало не по себе.

— Вам известно, по какому поводу вы здесь?

Джон отрицательно покачал головой. Он и сам хотел бы это узнать.

— Как всегда все приходится делать самому. Как давно вы видели свою жену? — начал издалека Томас.

— Позавчера. Позавчера она ушла из дома и до сих пор не вернулась. Я собирался и сам обратиться к вам. Не нравится мне все это.

— На ее счёт к нам уже обратились. Ее родители. Вы не знали?

— У нас натянутые отношения поэтому нет. Я не знал. Так что…

— Ее убили, — прервал его детектив

Браун побледнел. Он не мог в это поверить.

— Где вы были вчера?

Джон недоуменно смотрел на Хансона и срывающимся голосом сказал:

— Вы меня подозреваете?

— Вам же не так уж и сложно сделать это ещё раз, — отозвался Томас. — Вам лучше сразу во всем признаться. Быть может вам удастся также быстро выйти на свободу. Как и в прошлый раз.

Подозреваемый сжал губы, стараясь не сорваться на крик. Он понимал, что однажды оступившись, навсегда останется с позорным клеймом преступника. Томас Хансон открыл папку и развернул ее, чтобы показать фотографию погибшей.

— И не пытайся отрицать, что не имел к этому дела.

Джон увидел ужасную картину. Теперь он не мог не убедиться в том, что его жена мертва. Больше он не сможет прикоснуться к ней, поговорить, услышать ее звонкий смех. На глазах заблестели слёзы.

— Если бы я знал, что случится подобное, то не отпустил бы ее после…

— Ссоры? Да нам известно от вашей соседки. Насколько я понял, ваша жена собиралась подавать на развод?

— Это были лишь слова.

— Значит была какая-то причина для этих слов.

Браун отвёл взгляд от фотографии и посмотрел на Томаса.

— Она упоминала, что вновь встретила своего… бывшего. Точнее парня, в которого безответна была когда-то влюблена. Мне кажется, что он причастен ко всему этому.

— И вы знаете кто он? — прищурившись спросил офицер.

— Предполагаю, — Джон откинулся на спинку стула. Он не мог предположить, что все обернётся таким способом. Долгое время он слепо доверял любимой. Но могла ли она быть настолько наивной? Пойти на встречу с убийцей? Почему же он не остановил ее? Если бы его мысли не затуманила та ссора — Линда была бы жива. Это полностью его вина. Ещё одна ошибка.

— Ее обручальное кольцо… Где оно?

Браун молча вытащил из кармана куртки тонкое колечко с маленьким белым камушком.

— Она отдала его мне после… ссоры. В тот день, когда я видел ее в последний раз.

— Что ж, спасибо за содействие, но… Вас придётся задержать. До выяснения всех обстоятельств. И да, не забудьте поделиться информацией о любовнике погибшей, если он действительно есть, — с усмешкой проговорил Хансон.

Как бы Джон ни пытался держать себя в руках, но последние слова этого напыщенного блюстителя закона буквально взбесили его:

— Я все вам рассказал! Я не убивал ее! У вас ведь нет никаких доказательств? А, понятно. В ваших глазах я убийца с прошлым грузом. Вам не хватило тех пяти лет и вы решили повесить на меня ещё одно преступление! Как и в прошлый раз! — он резко вскочил и уронил стул.

Томас безразлично смотрел на истерику собеседника. Он не верил ни единому его слову.

— Все вы так говорите. Строите из себя бедную овечку. Ещё скажи, что тебя подставили, — скучающим тоном отозвался детектив.

— Да, меня подставил этот… пацан. Я всего лишь оказался не в том месте и не в то время. Мне пришлось, взять вину на себя, хоть этот парень убит не моей рукой.

— Так почему же вы не рассказали об этом тогда? И где же в таком случае настоящий убийца?

— Не знаю, — тихо сказал Джон после короткого молчания. — С тех пор я его не видел в городе, да и квартира, в которой он проживал спустя пять долгих лет моего заключения, оказалась пустой. Этот щенок сбежал со своей семьей. Ему повезло…

— Интересная история, но доказательств нет. Если вы вдруг найдёт этого — как вы выразились? — щенка, дайте нам знать, а пока, — детектив Хансон надел наручники на «преступника» — вам все же предстоит посидеть под стражей.

Он взглянул на стекло:

— Можете уводить его.

В дверь зашли двое полицейских и повели заключённого прочь из этого помещения. Хансон глубоко вздохнул и ещё раз посмотрел на фотографию погибшей. Кто же тебя убил?

***

— Ты так уверен, что он и есть убийца? — Кэтлин подула на горячий кофе.

Хансон и Луис сидели в его кабинете, обсуждая дальнейший план действий. Томасу совсем не нравилось делить эту загадку вместе с ней. С давних пор между ними образовались довольно натянутые отношения. Хансон был бы рад разобраться со всем в одиночку, но это было решение капитана Джефферсона, а идти против него, особенно после недавней ссоры... плохое решение.

— Я не говорил, что уверен в этом. Не перевирай мои слова, — раздраженно отозвался детектив. — Посмотрим, как скоро этот муженёк расколется или выдаст этого горе-любовника погибшей. Лишь после этого мы сможем понять, кто истинный убийца.

— Я видела эту уверенность в твоих глазах. Мне даже на мгновение показалось, что ты с ним знаком.

Хансон раздраженно вздохнул.

— Тебе слишком часто кажется, что я знаю практически всех.

Девушка прикусила губу и налила себе ещё чашечку кофе. Томас снова и снова листал папку с бумагами, стараясь отыскать скрытую истину. Ради чего нужна была эта смерть? Насколько ему было известно, богатствами она не обладала, значит деньги ни при чем. Убийство из ревности? Нужно надавить на ее мужа и узнать о другом мужчине, который, быть может, имеет главную роль в этой истории.

Он захлопнул папку и взглянул на часы. Рабочий день подходит к концу. Хансон рывком встал из-за стола и потянулся к своему пальто.

— Пора по домам. Сейчас мы ничего нового не найдём.

— И все же, почему меня не отпускает ощущение, что ты был близок с пострадавшей.

Томас рассмеялся:

— Ты перечитала любовных романов? Или низкосортных детективов? Мой ответ остаётся прежним: впервые ее вижу. А тебе стоит брать пример со своего отца. Хотя, — с усмешкой протянул он, — его пример тоже не идеален.

Кэтлин со стуком поставила полупустую чашку на стол.

— Не смей так про него говорить! — прокричала она.

— Но это правда. Ты и сама это знаешь, — махнув рукой, детектив покинул рабочее место, оставив девушку наедине со своими мыслями.

***

Хансон повернул ключ в замке квартиры и, раскрыв дверь, услышал звук телевизионной передачи, которую очень любила его жена. И ненавидел он. Томас сделал глубокий вдох, пытаясь побороть свою неприязнь к данному времяпрепровождению любимой и, сняв пальто и обувь, прошёл в гостиную.

— Новое убийство расследуешь? — не отрывая взгляд от телевизора, спросила Стейси.

— Да.

— И даже не расскажешь?

Хансон закатил глаза. Ей же совсем это неинтересно, так к чему посвящать ее в свои дела? И так из раза в раз.

— Пока нечего рассказывать, — Томас налил в стакан воду. Не потому что захотел пить, хотелось чем-то заняться во время глупого разговора.

— Можешь не говорить, я и сама уже знаю.

Хансон оторопел.

— Что знаешь?

— Убили девушку в подворотне, да? Ужасная смерть. Почему я тебя там не увидела?

— Это…

— Показали в новостях. Ты что, не заметил там камер, журналистов? — Томас недовольно цокнул. Как всегда эти прохвосты влезают куда не просили. — Хотя это ясно: ты никогда ничего не видишь дальше своего носа. Ты ее знал?

И снова этот вопрос. Что она знает? К чему этот допрос? Этим должен заниматься он. Стейси выжидающе смотрела на него.

— Нет. А должен? Ещё скажи, что мне заранее должны быть известны все преступники и их жертвы до самого преступления. Это было бы слишком легко.

Она отвернулась. Взяв в руки конверт с журнального столика, она протянула его мужу.

— Взгляни. Интересно, что ты скажешь в своё оправдание.

Детектив забрал конверт и, вскрыв его резким движением, вытащил пару бумаг. Прищурившись он поглядел на жену.

— Что это?

— Повнимательнее посмотри и поймёшь. А я все отказывалась верить… — она вздохнула и села на диван. — Я подаю на развод.

Глава 3. 31 октября, наши дни

Хансон опешил от ее слов. Развод? С каких это пор она изменила своё решение? Да, этот разговор поднимался пару лет назад, но дальше слов дело не зашло. Он вытащил бумаги из конверта. Кроме бланка с заявлением, который он, видимо, должен подписать, лежали фотографии. Томас удивлённо рассматривал изображения. Положив фотографии поверх конверта на стол, он скрестил руки на груди и спросил:

— Что все это значит?

Стейси усмехнулась.

— Мне хотелось узнать это у тебя. Разве на фото не ты? А девушка — та самая, смерть которой ты теперь расследуешь? Ты врал не только мне. Ты солгал всем на своей работе. Как давно ты с ней встречаешься?

— А как давно ты за мной следишь? — вопросом на вопрос ответил детектив. — Сама что ли решила сыграть в следопыта или кто помог? Я не обязан перед тобой отчитываться.

— Но я твоя жена!

— Скоро таковой не будешь считаться, — с этими словами он взял ручку и поставил свою подпись. — Довольна? Я не заставлял тебя это делать.

Женщина покраснела. Ей совсем не понравился тон, которым говорил муж.

— Ты уже давно собирался меня бросить? Ради неё… Чем она лучше меня? Ой, прости: она же мертва.

Томас сжал ручку и скрипнул зубами.

— Не пытайся вывести меня из себя, — он обернулся к ней. — Может это ты — та самая убийца. Налицо имеется мотив, не хватает только улик.

— Ты так в этом уверен? Ну, давай, приведи меня в свой участок, допроси. Только все узнают, что ты скрыл своё знакомство с ней. Не знаю, что из этого выйдет, — с ухмылкой протянула Стейси.

— Это шантаж?

Женщина пожала плечами, мол, считай как хочешь. Томас буравил ее взглядом, стараясь прочесть в ее глазах скрытую правду.

— И что теперь? Так и будешь стоять и молча смотреть на меня? Значит, ты думаешь, что я способна убить?

Хансон криво усмехнулся:

— Несомненно. Женщины коварны и способны на многое. Кстати, — он взял лист бумаги и протянул ей, — ты сама отнесёшь куда надо или это лучше сделать мне?

— Это больше не моя забота, — махнув рукой, Стейси скрылась за дверью спальни на краткий миг, чтобы забрать чемодан. — Я не останусь здесь ни на минуту.

— Удерживать тебя не стану, — безразлично отозвался Томас, — но если ты причастна к этому, знай: я тебя из-под земли достану.

Стейси хмыкнула и, развернувшись на каблуках, покинула квартиру. Детектив глядел ей вслед пока дверь не захлопнулась, ставя жирную точку между ними. Томас сгрёб в охапку фотографии и выбросил их в корзину. Сжигать их дома опасно — пожары ещё никто не отменял. Он покончит с этим завтра, а сейчас самое время отдохнуть. Сегодня был трудный день…

***

6 июня, 1995 год

Тишина. Неужели получилось оторваться? Осторожно выглянул из-за дерева: куда они делись? И чем он снова им не угодил?

Мальчишка пытался различить хоть малейший признак присутствия этих недоумков. Кроме птичьих трелей да шума ветерка не было других звуков. Стоит уже возвращаться обратно. Не стоит испытывать терпение Мелоди Бауэрс: вновь отчитает его при всех за очередное опоздание к обеду. Ну, хватит топтаться на месте. Повертев напоследок головой, мальчик рванул в обратном направлении, надеясь, что успеет вовремя.

— Вот и пропажа объявилась! — раздался нахальный оклик за спиной. Мальчик вовремя успел затормозить: перед ним вырос парень с застывшей усмешкой на лице. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. Кто-то подошёл сзади и толкнул его в спину.

— Будешь звать на помощь мамочку? Ой, прости, забыл, что ты бедная сиротка, — проблеял за спиной пацан. — Мы ждём твоих извинений, Трэвис.

Трэвис поднял взгляд на стоящего перед ним парня. Николас. Бугай, не выглядящий на свой возраст — вместо тринадцати лет он смахивал на все восемнадцать, — всегда цеплялся к нему.

— За что я должен извиняться?

Николас засмеялся.

— Не строй из себя идиота. Ну, я жду. Поторопись, иначе я за себя не ручаюсь.

Трэвис молча смотрел на него. Ну уж нет, не станет он извиняться, тем более не за что! Парень хрустнул пальцами и кивнул своему приятелю. Тот схватил мальчишку за плечи.

— А я ведь дал тебе шанс, — цокнул Николас, покачав головой. Подошёл поближе к Трэвису, чтобы ударить его в живот. Он размахнулся, но резкий окрик не дал совершить задуманное:

— Отпустите мальчика, иначе я расскажу об этом кому следует!

Трэвис увидел за спиной Николаса мужчину. Высокий, средних лет с гримасой злости, застывшей на лице. Он начал подходить ближе. Николас сквозь зубы прошипел:

— На этот раз тебе повезло, но не думай, что ты скроешься от нас. Пошли, — кивнул другому. Тот ослабил хватку и поспешил уйти со своим напарником.

— Спасибо, — прошептал мальчик, взглянув на своего спасителя.

— И часто они тебя преследуют?

Трэвис пожал плечами:

— Иногда, — солгал он. Не хотелось предстать перед незнакомцем трусом и слабаком. Да и к чему ему это знать?

Мужчина усмехнулся. Мальчик спросил который час и, услышав ответ, тихонько охнул и устремился обратно. Ох и отругают его за опоздание!

На крыльце уже стояла Мелоди, сложив руки на груди и строго наблюдая за приближающимся Трэвисом. Мальчик сглотнул и приготовился к самому страшному.

— Вновь опоздал, — разочарованно проговорила девушка. — Поднимайся в свою комнату. У нас сегодня гости. Возможно, кто-то сегодня обретёт семью.

Она кивнула головой. Разговор был окончен. Трэвис с облегчением вздохнул: отделался легким испугом. Перепрыгивая через ступеньку, мальчик оказался в комнате и опустился на кровать. Здесь он живет уже восемь лет среди таких же сирот. Иногда ему становилось очень грустно, особенно в школе, когда к другим детям приходят родители. И почему же все вышло именно так? Почему он?

Трэвис глядел в окно, пытаясь отвлечься от грустных мыслей, как вдруг услышал шаги за дверью. Интересно, кто решил нарушить его одиночество? Мелоди внезапно вспомнила, что так и не придумала ему наказание?

Дверь распахнулась. В сопровождении Мелоди внутрь зашли двое: женщина с пышными огненно-рыжими волосами, которая с интересом осматривала комнату, и мужчина, держащий за руку спутницу. У Трэвиса как бешеное застучало сердце: это же он спас его от тех пацанов! Но как? Мальчик ведь не говорил, где он живет!

Трэвис не успел задать вопрос — девушка развеяла все его страшные предположения:

— Это гости, о которых я тебе говорила. Это Трэвис, — сказала она, обращаясь к прибывшим, — который всегда опаздывает. Это про него я вам рассказывала.

Мальчишка переминался с ноги на ногу, опустив глаза вниз. Как всегда этой вредине надо было его опозорить.

— А вы знаете, почему он опаздывает? — спросил мужчина, глядя на девушку. Та пожала плечами.

— Он просто недисциплинированный. Вот и все.

— Вам следовало бы знать о своих воспитанниках.

Мелоди удивлённо выгнула бровь, уставившись на мужчину.

— Вам что-то известно? Неужели он совершил…

— Что-то противозаконное? Вы это имеете ввиду? — с улыбкой отозвался он. — Нет, дело совсем не в этом. Рассказать ей? — мужчина обратился к Трэвису. Мальчишка поднял на него взгляд и отрицательно покачал головой. — Понимаю. С решением детей стоит считаться.

С каждым разом этот человек нравился мальчику все больше. Мужчина протянул руку к женщине и, обняв ее за талию, спросил:

— Согласна? — Она с улыбкой кивнула. Он вновь обратился к мальчику: — Трэвис, как ты смотришь на то, чтобы стать частью нашей семьи?

Трэвис опешил. Его хотят… усыновить? Не может такого быть! Он тряхнул головой, стараясь снять оцепенение и очнуться от столь приятного, но все же нереального сна. В таком же состоянии оказалась и Мелоди.

— Вы уверены, что именно ОН вам нужен? — оторопело отозвалась она.

— Только если мальчик согласится, — с ослепительной улыбкой проговорил мужчина.

Наступило молчание. Трэвис переводил взгляд со своей «воспитательницы» на будущих родителей.

— Да… — неуверенно произнёс он, но, взяв себя в руки, твёрдо сказал: — Да, я согласен!

— Добро пожаловать, Трэвис Уэйн.

***

1 ноября, наши дни

Разделавшись с фотографиями на городской свалке, Хансон пришёл в свой кабинете и начал перебирать старые дела, надеясь найти что-то схожее с нынешним расследованием. Он раскрыл папку и принялся изучать первое дело, второе, ещё одно и пришёл к выводу: все убийства совершил мужчина, либо на почве ревности, либо из-за бытовых недомолвок. Стоп… Томас натолкнулся на дело трёхлетней давности: девушка двадцати семи лет задушила своего жениха из-за того, что он мило поприветствовал новую соседку. А его бывшая уже жена считала, что все девушки милые и пушистые и не могут свершить такое ужасное дело. Он усмехнулся и захлопнул папку. Ничего стоящего из этого не выйдет. Нужно ещё раз побеседовать с Брауном.

Томас направился в допросную, чтобы вызвать подозреваемого на разговор. Подходя к помещению, его окликнул запыхавшийся Крайс:

— Вы хотите встретиться с подозреваемым? — Хансон кивнул, взявшись за дверную ручку, но парень его остановил: — С ним уже беседует детектив Луис. Вам следует пройти в смотровую.

— И как всегда меня никто не поставил в известность, — раздраженно бросил Томас, открывая другую дверь. Что ж, придётся довольствоваться ролью зрителя.

За стеклом Кэтлин Луис, облокотившись на спинку стула, слушала подозреваемого, внимательно делая пометки на бумаге.

— …больше я ничего не знаю.

— То есть, вы не уверены, что именно этот человек встречался с вашей женой? — удивлённо наморщила лоб девушка.

— Я не видел их вместе. Я не следил за Линдой, потому что верил ей.

— Но все же вы назвали имя и описали внешность. Тогда, скажите на милость, откуда вы о нем знаете?

— Пересеклись один раз, когда я встречал ее после работы.

— Значит, они работали вместе? — она сделала пометку в бумагах.

— Выходит, что да.

— Хорошо. Мы найдём этого человека и проверим правдивость ваших слов. Быть может, нам удастся найти виновного. Если вам больше нечего сказать, вас проводят обратно…

— Я вспомнил, как его зовут, — прервал ее Джон. Она прищурила глаза. — Трэвис. Тот мальчишка, из-за которого вся моя жизнь пошла наперекосяк.

— И к чему нам эта информация?

— Вы должны его найти. Он тоже был знаком с моей женой, правда, в детстве, но… возможно ему что-то известно.

— Он живет здесь?

Мужчина отрицательно покачал головой.

— Он сбежал ещё в детстве отсюда, поэтому я не знаю, где он сейчас.

— И вы считаете, что мы найдём человека по одному имени? Тем более по такому распространённому? — Луис нахмурилась и почесала переносицу. Что-то он скрывает. Может, детектив Хансон прав и именно он убил свою жену, а сейчас хитрит и изворачивается?

— Не каждый Трэвис жил в приюте «Белый берег», — подметил он. — Уверен, что там вы сможете найти необходимые данные.

Детектив Луис наклонила голову и сделала пометку: «Побывать в приюте»

— Любопытно. Это все? — Браун кивнул. Кэтлин вызвала охрану, чтобы подозреваемого увели. В комнату вошёл Хансон.

— Интересный диалог я наблюдал. Что вы узнали?

— Он выдал информацию о предполагаемом любовнике. Сэмюэль Бранч, работал в одной компании с Линдой. Постараемся найти его, если, конечно, это не выдуманный персонаж. И ещё стоит побывать в этом приюте и узнать побольше об этом ребёнке, Трэвисе.

Хансон склонил голову и скрестил руки на груди.

— А это для чего?

— А вдруг это ещё один потерянный кусочек пазла. Чего ты так напрягся?

— Не нравится мне, когда в расследовании выявляются приюты или детские дома. Там всегда все очень запутанно. Тем более вряд ли воспитанники стали бы возвращаться в такие места.

— Не волнуйся, с этим я разберусь сама. Тебе оставлю приятный разговор с возможным мужчиной погибшей, — развернувшись, бросила напоследок Кэтлин.

Хансон глядел ей вслед, прокручивая в голове новые кусочки головоломки, пытаясь отделить ложь от истины.

Глава 4. 2 ноября, наши дни

Кэтлин открыла дверцу машины. Захлопнув ее, огляделась на возвышающийся перед ней двухэтажный дом. Побитая черепица на крыше говорила, что ремонту он не подвергался долгое время. Здание принадлежало детскому приюту «Белый берег». Буквы на вывеске побледнели и были еле-еле видны. Девушка шмыгнула носом и поплотнее запахнулась в куртку.

Интересно, он все ещё действует с тех пор? Детектив направилась к входной двери. Не обнаружив звонка, она постучала. Вдалеке раздалось карканье. За дверью не было слышно движений. Кэтлин постучала ещё раз более настойчиво. Взялась за дверную ручку, но дверь распахнулась. Перед Луис стояла женщина средних лет, внимательно разглядывающая стоящую перед ней девушку.

— Что вам нужно? — безо всяких приветствий задала она вопрос.

— Детектив Кэтлин Луис, — она протянула своё удостоверение. — Хотела узнать кое-что о вашем воспитаннике…

— Каком именно? Здесь их достаточно, — прервала ее женщина.

— Быть может вы помните мальчика по имени Трэвис, который жил здесь приблизительно в 90-х годах.

— А для чего вам эта информация?

— Проверить, правдив ли рассказ задержанного, — Луис не хотелось вдаваться в подробности. Стоящая перед ней особа не вызывала никаких положительных эмоций. Видимо она работает здесь воспитателем: слишком тяжелый и серьёзный взгляд ее серых глаз буравил детектива, словно придумывая наказание за совершенное хулиганство.

— Ну на ум приходит только один мальчик с таким именем. Его усыновили ещё в 1995 году, поэтому где он теперь я точно не знаю. Прошло уже достаточно много времени.

— Как именно он оказался в вашем приюте?

Женщина нахмурила брови.

— Затрудняюсь ответить. Когда я начала здесь работать он уже был здесь. Ему было года три-четыре.

— Поняла. Как зовут его приемных родителей?

— Я не могу дать вам такую информацию, — скрестила на груди руки воспитательница.

— Хорошо. Тогда скажите фамилию этого мальчика.

— Уэйн. Трэвис Уэйн. А теперь попрошу вас уйти. У меня ещё много работы, — закрывая дверь, сухо произнесла женщина.

Кэтлин выдохнула. Ничего кроме имени она здесь не нашла. Значит, тот мужчина не выдумал своего Трэвиса. Но найти человека по одному имени по всей стране… Она прикусила губу. Какое место в этом деле занимает этот человек? Неужели он действительно подставил Брауна, совершив убийство? А может он и есть ключик к разгадке нынешнего дела? Стоит рассмотреть и этот вариант.

Детектив Луис напоследок бросила взгляд на этот мрачноватый приют. Какие тайны скрываются за его дверями и стоит ли в них разбираться? Одно она знала точно: отыскать Трэвиса нужно любой ценой, даже если ее коллега посчитает это лишней тратой времени.

***

Хансон смотрел в глаза болотного цвета, понимая, что этот человек не так прост. Одарив детектива напыщенной ухмылкой, Сэмюэль Барч занял место напротив.

— Что вы хотели узнать?

Томас сцепил пальцы в замок, не отрывая взгляда от мужчины.

— Вы работали вместе с Линдой Дэвис?

— Да, — кивнул Сэмюэль.

— Насколько вы были близки с погибшей?

Барч захохотал:

— Вы считаете, что мы были любовниками? Вот умора! Никогда не слышал ничего более забавного! Она всего лишь моя подчинённая. Я владелец этой компании, — он вытащил из внутреннего кармана пиджака визитку и положил ее на стол.

Детектив мельком взглянул на неё. Значит большая шишка.

— А вот ее муж сказал, что вы были любовниками.

— Ее муж ревнивый баран, — ухмыльнулся Сэмюэль. — Я видел его лишь однажды, когда вместе с Линдой мы покидали работу. Так уж получилось, что остались допоздна, обговаривая один проект. Что уж там он выдумал мне неизвестно.

— Где вы были вечером тридцатого октября?

— Дома. Можете узнать у моей жены. Тот вечер был очень жарким.

— Можете опустить подробности, — раздраженно фыркнул Хансон. — У вас есть предположения, кто мог убить ее? Может, были какие-то конфликты на работе?

— Нет, ничего такого не было, — после короткой паузы ответил Барч. — В моей компании никогда не было склок и неприязни. Могу сказать, что я очень хороший руководитель.

Самовлюбленный идиот. Томас кашлянул. Встреча с этим человеком не принесла ничего стоящего. Ниточка оборвалась, ещё больше осложнив головоломку. Может ее муж специально старался запутать свои следы, бросив в зубы полиции другую наживку? Кого ещё он сможет приплести к этому делу? Соседа? Своего коллегу? Или этого загадочного Трэвиса? Стоит спросить у Луис, что удалось узнать в этом приюте.

— Можете идти. Не будем больше вас задерживать.

Сэмюэль ослепительно улыбнулся и поспешил покинуть комнату. Хансон отправился в кабинет, надеясь встретиться там с Кэтлин.

Ему несказанно повезло: Луис сидела за столом, стуча по клавишам ноутбука. Он постоял на пороге, наблюдая за полетом ее рук над клавиатурой.

— Как прошёл допрос? — не отрываясь поинтересовалась Кэтлин.

— Бесполезная трата времени, — Томас занял место за своим столом. — Этот выскочка не имеет никакого отношения к убийству. У него очень… пикантное алиби. Как твой поход в приют?

— Тоже ничего полезного. Я не удивилась бы, узнав, что из этого заведения вышло большое количество преступников — с такой воспитательницей даже мне захотелось бы убивать, — с усмешкой произнесла детектив. — Я узнала только фамилию. Где теперь этот Трэвис Уэйн, где его искать я не знаю, но мне почему-то кажется, что его необходимо найти. У нас больше нет подозреваемых. Или у тебя есть другие соображения?

Хансон нахмурился, глядя на девушку.

— Я даже не знаю, что и сказать. Мне кажется, что все-таки Джон Браун что-то недоговаривает. Я все же считаю его виновным.

Кэтлин пожала плечами.

— В нашей базе нет никого с таким именем. Во всяком случае среди преступников, — она захлопнула крышку ноутбука.

— Его усыновили? — Кэтлин кивнула. — А имена…

— Родителей мне не сказали. Эта женщина видите ли не имеет права разглашать эти данные. Или предлагаешь прошерстить всех людей с фамилией Уэйн? Ты издеваешься, — состроила она кислую мину, заметив лукавую усмешку в глазах напарника. — Что ж, я попытаюсь заняться этим и не сойти с ума.

Она вновь раскрыла ноутбук. Благо, что она имела доступ к таким обширным данным. Хансон наблюдал за ней, изредка поглядывая на часы. В дверь постучались и, не дожидаясь ответа, вошли. Это был Джонатан.

— У нас, похоже, появилась улика, — без предисловий начал Крайс.

Детективы с интересом ждали продолжения. Джонатан помялся, собираясь с мыслями.

— Мы немножко покопались в мусоре и нашли нож. С кровью, точнее ее следами.

— Может этим ножом орудовал мясник? Убийца бедных животных, — с усмешкой произнёс Томас.

— Вряд ли бы хозяйка выбросила кухонный нож, — пробурчал сержант.

— Не кипятись. Быть может на экспертизе удастся что-нибудь обнаружить, — задумчиво сказала Кэтлин. — Что-нибудь ещё?

Крайс покачал головой и, когда ему позволили уйти, поспешил ретироваться, пока не завалили лишней работой.

— Не уверен, что там остались какие-то отпечатки. Кровь возможно и будет принадлежать погибшей, но вряд ли убийца окажется полным идиотом, который не постарался замести следы.

Луис пожала плечами: возможности малы, но попробовать стоит, с чем черт не шутит.

***

15 мая, 1998 год

Уже три года Трэвис жил в семье. Он сменил школу и наконец-то нашёл себе друзей. Больше никто не тыкал его и не обзывал «сироткой». Теперь у него были родители, дом и самая обычная жизнь.

Вместе с друзьями Трэвис гулял после школы недалеко от дома. Рядом стоял пустой дом, который был выставлен на продажу. Мальчишки всё ждали, приедет ли сюда кто-нибудь, и строили планы: если приедет какая-нибудь семья и там будет ребёнок их возраста — обязательно возьмут его к себе в компанию. Ну а что, станут могучим квартетом вместо трио!

И вот наступил этот день. К дому подкатил грузовик, за которым следовала легковушка. Первым вышел крупный мужчина, раздавая указы грузчикам. Следом машину покинула стройная красивая женщина, больше похожая на фотомодель, чем на обычную домохозяйку. И в конце машину покинула девочка лет десяти. Ее светлые волосы ярко блестели на солнце, а изумрудные глаза охватывали взглядом окружающую местность.

— Линди, пошли внутрь. Посмотрим на наш новый дом, — с милой улыбкой прощебетала мама. Девочка бросила мимолетный взгляд на трёх мальчишек, которые неумело пытались спрятаться за деревом.

Как только дверь за ней закрылась, ребята вышли из своего «укрытия». Макс почесал нос и обратился к друзьям:

— Что будем делать?

— С чем? — недоуменно уставился на него Стивен.

— Ну, мы же собирались взять к себе в команду того, кто приедет сюда. Но это девчонка!

Трэвис окинул их взглядом. И что с того, что это девочка? Ей наверняка здесь будет одиноко. Неужели они не поступят по-мужски, предложив ей свою защиту и дружбу?

— И что не так? Иногда девчонки бывают сильнее парней, — наблюдая за работой грузчиков, произнёс Уэйн.

Ребята переглянулись и прыснули от смеха.

— Тебе она понравилась что ли?

— Причём здесь это? — нахмурился Трэвис. — Я просто не вижу ничего плохого в том, чтобы узнать ее поближе. Если она не захочет с нами общаться — не страшно.

— Тогда разговаривать с ней будешь ты, — с усмешкой протянул Макс. Трэвис пожал плечами.

— Подскажете, где ближайший магазин? — раздался высокий девчачий голос. Мальчики застыли на месте, разглядывая ее. — Меня зовут Линда Дэвис. В следующий раз ищите более укромное место для того, чтобы спрятаться. Так что?

— Магазин в той стороне, в самом конце улицы, — отозвался Уэйн. Линда улыбнулась.

— Как вас зовут?

Трэвис оглянулся на друзей, ожидая их приветствий, но те молча и неотрывно разглядывали девочку. Он вздохнул:

— Я — Трэвис Уэйн. Это Макс Говард и Стивен Берри.

— Приятно познакомиться. Надеюсь, что мы поладим, — напоследок сказала она, направляясь в магазин по указанной дороге.

Трэвис повернулся к ребятам.

— Я чувствую себя идиотом. Чего вы умолкли?

— Ты сам согласился говорить с ней.

— Я не думаю, что нам нужно ее приглашать в нашу компанию, — неуверенно протянул Берри.

— Я тоже так считаю.

Трэвис промолчал. Раз его друзья единогласно сошлись во мнении — пусть так и будет. Однако никто не запрещает ему с ней общаться, ведь так? Он кивнул, соглашаясь с друзьями. Им не стоит знать о его решении. Пусть это будет его маленькая тайна.

Глава 5. 3 ноября, наши дни

Детектив Луис возвращалась из лаборатории. Она нервно кусала губы — дурацкая привычка с подросткового возраста. Что-то не складывалось в этой истории. Потерпевшая со слов родителей пошла вечером на новую работу, однако ее начальник уверял, что девушка не увольнялась и в тот день, о котором говорила ее мать, работала как обычно. Она солгала. Для чего? Встретиться с убийцей? Если так, то получается, что она его хорошо знала. Или, идя на эту встречу, на неё внезапно напали? В таком случае они в тупике — никаких улик для этого нет.

Кэтлин толкнула дверь и направилась к своему рабочему месту. Хансон заметил ее плохое настроение, искусанные в кровь губы — верный признак плохих новостей. Он кашлянул и невзначай бросил:

— Что-то произошло?

Она глубоко вздохнула.

— Проблема в том, что ничего не произошло. Совсем. Кровь на ноже действительно принадлежит погибшей. Нашли и отпечатки…

Томас сжал кулаки. Неужели есть зацепка? Хотя…

— Они принадлежат ей, — тихо произнесла Кэтлин. — Ничего не понимаю. Самоубийство? Это глупо!

— Отчего же? Женщины иногда впадают в безумства, тем более если речь идёт о семейных проблемах.

— Ты эксперт в семейных проблемах? — с издевкой сказала Луис.

— Я был женат, поэтому кое-что знаю.

— Был?

— Да, был. Небольшая ссора, бумага на развод, побег к родителям — краткое описание случившегося пару дней назад.

— Ты ее все ещё любишь?

Хансон нахмурился. Любит ли он ее? Нет, вопрос должен звучать по-другому: любил ли он когда-нибудь? Да, любил, но не ее.

— Нет. Больше нет, — он развернулся на кресле и уставился в окно. По небу размеренно шагали тучи: вновь будет плохая погода. Прямо как отражение нынешних дел.

— И что нам теперь делать? — оторвала его от мыслей Луис.

— Ждать.

— Чего именно?

— Счастливого случая. Ты, кстати, нашла родителей этого незнакомца?

Кэтлин открыла ноутбук и пробурчала:

— Есть тут одна семья: Джонатан и Эмили Уэйн. Они усыновили мальчика. Больше никаких данных нет, кроме того, что они погибли в автокатастрофе: об этом писали в газете.

— А что с этим мальчиком?

— Когда они погибли он уже вырос. Скорее всего, по моим подсчетам, сейчас ему приблизительно тридцать с небольшим, вот только такого человека нет в архивах. Да, я покопалась и там, — ответила на невысказанный вопрос Томаса.

— Может он уехал?

— Куда? Во Францию, Норвегию или Китай?

— А почему бы и нет? Или ты считаешь, что он изменил свои имя и фамилию? Это просто глупо.

— Почему? Если он и вправду убил человека, как говорит муж погибшей, и ему удалось ускользнуть — есть возможность случайно «потерять» свои документы и восстановить их уже под другим именем. Сколько было таких случаев!

— Даже если и так… Тогда его ещё сложнее найти.

— И что ты предлагаешь? Закрыть это дело? Сказать ее родителям: «Простите, но ваша дочь совершила самоубийство, нам очень жаль». Так что ли? — вспылила Кэтлин. — Как в том деле, которое ты состряпал вместе с Бейкером?

— Ничего я там не состряпал, — сквозь зубы проскрипел Хансон. — Твой папаша пытался осудить невиновного, а я всего лишь поступил по совести.

— Нет. Это вы осудили невиновного.

— Докажи! Ну же, давай! Великий детектив Луис!

Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Джонатан Крайс, застав ссору двух детективов. Он шмыгнул носом, стараясь привлечь к себе внимание. Ему это удалось.

— Что опять? — рявкнул Томас.

— Там пришёл один парень. Утверждает, что хочет сдаться добровольно. Он убил Линду Дэвис.

Кэтлин и Томас раскрыли рты от удивления. Неужели все оказалось так просто? Или здесь есть какая-то ошибка, фальшь?

— Видимо это твой «счастливый случай», Томас, — совладав с голосом, сказала Луис, перехватив взгляд напарника. — Посмотрим на этого «убийцу».

Вместе они направились на встречу с человеком, который решился сдаться. Самостоятельно или под нажимом кого-то? Это предстоит выяснить.

***

Парень сидел за небольшим столиком, напряжённо отстукивая какой-то ритм ногой. Он сжал губы и немигающим взглядом уставился на пейзаж, который в рамке висел на стене.

К нему подошли мужчина и женщина. Он почувствовал себя не в своей тарелке.

— Вы Джеффри Картер? — прозвучал женский голос. Парень кивнул, оторвав взгляд от картины и посмотрел на детективов.

Хансон опустился на стул напротив и цепким взглядом окинул парня: худощавый, с темными кругами под глазами. Томас сцепил руки в замок:

— Вы хотели сознаться в убийстве Линды Дэвис? — Снова кивнул. — Чем же она вам так насолила, что пришлось прибегнуть к этому?

Картер поерзал на стуле и тихим голосом сказал:

— Она… предала меня. Рассказала одному влиятельному человеку то, что ему не нужно было знать. Из-за неё я потерял работу. Я был слишком зол и взвинчен, поэтому… все произошло именно так. Да, я виноват! Поэтому и пришёл сюда.

— Ты надеешься на небольшой срок из-за чистосердечного признания? — прищурился Хансон.

Джеффри промолчал. Ему больше нечего было добавить.

— Кто этот влиятельный человек? — спросила Кэтлин.

— Это уже неважно… — Луис вопросительно вскинула брови, ожидая пояснения. — Он погиб. Кто-то его убил, без меня.

Хансон усмехнулся:

— Как все хорошо сложилось для вас. Даже не верится, что вы к этому непричастны. Но мы это проверим. Значит, убили девушку из-за работы… Интересный мотив. Хорошо, мы вас поняли. Адвокат у вас имеется? Ну раз нет, мы вам предложим своего.

Детектив защелкнул наручники и с усмешкой произнёс:

— Встретимся на суде. Быть может вам действительно уменьшат срок.

Кэтлин подозвала охранников. Парни увели задержанного в камеру. Она смотрела им вслед: его рассказ казался… Нет, не лживым, а больше похожим на выдуманную историю. Историю, в которую его заставили поверить. Обернувшись на Хансона, Луис заметила хищную гримасу. Это была его привычная маска победителя, когда удавалось с легкостью отыскать преступника. Как и в тот злополучный день, в который он, будучи ещё адвокатом, разрушил жизнь парня, обвинив его в преступлении. А что, если…

— Что-то не так? — Томас поднялся со своего места, глядя на Кэтлин. Она покачала головой.

— Действительно нам улыбнулась удача, — слегка улыбнувшись, кивнула девушка. — Почему только он не пришёл с повинной сразу же.

— Испугался?

— Возможно. Но почему тогда все-таки решился?

— Не знаю. Проснулась совесть?

Кэтлин поглядела на часы. Время было позднее. Ее все равно терзали смутные сомнения: слишком уж гладко произошло все с этим запутанным делом. Стоит взглянуть на эту ситуацию под другим углом. Что лично она могла упустить? Где совершила ошибку?

— Пора по домам? — мужчина направился к выходу, обернувшись на Луис. Она коротко кивнула и, поравнявшись с ним, направилась домой.

***

5 июня, 2002 год

Лето. Какое все-таки прекрасное слово, хранящее в себе тепло и счастливые воспоминания. Трэвис хотел навсегда запомнить это лето. Запомнить все, что связано с ней.

— Ты сегодня какой-то молчаливый. Что-то произошло? — опустив голову к плечу, произнесла Линда. Они сидели на берегу небольшой реки, наблюдая, как солнце скрывается за облаками и вновь освещает целый мир своим теплом.

Парень мотнул головой:

— Ничего такого. Просто задумался.

— О чем?

Он улыбнулся. Ему нравилось, когда она дотошно пыталась узнать все, о чем он молчит. Мальчик чувствовал себя важным для кого-то. Конечно, его опекуны тоже считали его своей частью, но знать, что ты интересен кому-то ещё — настоящее счастье.

— О том, что с тобой время проходит незаметно. Я рад, что ты приехала сюда. Если бы не эта случайность мы бы не повстречались.

— Ты прав. Но почему ты все-таки больше общаешься со мной, а не со своими друзьями? Вы поругались?

— Нет, что ты! — взмахнул руками Трэвис. — Мы также общаемся, просто… С ними не поговоришь по душам, если можно так выразиться. Они не мастаки в разговорах.

Девочка рассмеялась. На щеках вырисовывались еле заметные ямочки. Юноша глядел на неё с восхищением и понимал, что ни с кем не хочет ее делить. Она была для него чем-то больше, чем просто прекрасная собеседница.

— Я не могу понять только одного: почему ребята постоянно на меня смотрят как-то подозрительно, когда видят нас вместе?

Трэвис выдохнул и, глядя на переливающуюся в солнечных бликах речку, сказал:

— Ты помнишь тот день, когда приехала сюда? — Линда усмехнулась и кивнула. — Мы долгое время наблюдали за вашим домом, гадая, кто же приедет и будет там жить. Решили, что если приедет какой-нибудь ребёнок, то мы возьмём его в свою компанию. И вот…

— Приехала я.

— Да… — протянул Трэвис. — Они сразу отмели идею взять тебя в нашу команду.

— Из-за того, что я девочка? — она рассмеялась. — Как драматично! Я нисколечко не обижена, можешь им так и передать.

— Зачем? — нахмурился парень.

— А зачем они стоят и глазеют на нас? Ждут, что я буду на них кричать и обвинять, что не взяли меня к себе? Не волнуйтесь, мне не в чем вас обвинить, — шутливым тоном прокричала девушка, смотря куда-то за спину Трэвиса. Он обернулся и увидел своих друзей в паре метров от них. Как они здесь оказались? Шли за ними все это время? Трэвис вскочил на ноги и, махнув рукой парням, крикнул:

— Ну идите сюда, чего встали как неродные? — ему с трудом удавалось сдержать свою раздражённость.

Ребята подошли и молча смотрели на Уэйна. Макс почесал переносицу и выдал:

— Вот какие у тебя важные дела, да? Из-за тебя мы в футбол проиграли!

— Конечно же из-за меня! Вы же просто точные копии Месси{?}[Лионель Месси — аргентинский футболист, нападающий клуба «Пари Сен-Жермен», капитан сборной Аргентины], — съязвил Трэвис.

— Макс, успокойся. Не мешай Трэву проводить время со своей девчонкой, — с улыбкой произнёс Стивен, одобрительно кивнув головой.

Трэвис покраснел то ли от смущения, то ли от злости. Вот почему он не хотел, чтобы они знали о его «тайных» встречах с Линдой.

— Если вы что-то имеете против — вы знаете обратную дорогу, — тихо проговорил Уэйн. — Я вам не обязан отчитываться, где я и с кем.

Друзья оторопело уставились на него. Это шутка или всерьёз?

— Так, мальчики. Не надо здесь драм с ссорами и сценами ревности. Я могу уйти первой, чтобы не быть для вас помехой в виде красной тряпки для быка, — все ещё улыбаясь, сказала Линда. Она сделала шаг вперёд, но Трэвис схватил ее за руку.

— Я пойду с тобой.

— Значит ты выбрал ее, — процедил сквозь зубы Макс. — Ну и катись с ней.

— Ещё прокричи мне в спину: «Мы больше не друзья!» — передразнил его Уэйн.

Макс побагровел и если бы Стивен не удержал его, то набросился бы с кулаками на друга. Как Стив успокаивал его Трэвис уже не слышал. Он просто молча, не отпуская руку девушки, шёл вперёд.

— Постой, отпусти меня.

Парень лишь сейчас заметил, что все это время держал ее за руку. Он быстро ослабил хватку и смущенно уставился на свои кроссовки.

— Что на тебя нашло?

— Не знаю, — тоном провинившегося школьника протянул Трэвис. — Ты просто мне нравишься.

Эти слова он произнёс тихо, надеясь, что она не расслышит.

— Ты мне тоже нравишься, но это не повод, чтобы ругаться с друзьями, — серьезно сказала Линда с лукавым блеском в глазах.

— Ты не поняла: ты нравишься мне больше, чем просто подруга…

Она рассмеялась.

— Все я поняла. Тебе стоило бы посмотреть на себя со стороны: ты похож на рака, которого только что вынули из кипятка!

Трэвис представил себе эту картину и прыснул от смеха.

— А теперь иди и помирись с друзьями. Не стоит так разрывать столь крепкие узы. Кто знает, что может случиться. Они в любой момент могут прийти на помощь в трудную минуту. Подумай об этом. А мне пора домой.

Трэвис вновь схватил ее за руку и неуклюже поцеловал в щеку. На минуту повисло молчание. Он выпустил ее руку и, махнув напоследок, быстрым шагом направился прочь. Девушка усмехнулась и пошла домой, надеясь, что ему удастся помириться с друзьями и не наломать новых дров.

Глава 6. 15 декабря, 2014 год

Хансон поправил галстук, глядя на адвоката, сидящего рядом с подсудимым. Это было его первое дело в роли адвоката именно по убийству. Он очень волновался, хоть и принимал ранее участие в других делах, но этот процесс был особенным. Ему предстоит нелегкая битва с опытным адвокатом Джорджем Луисом.

Томас повернул голову к матери пострадавшего. Серьезная женщина с волевым подбородком и сверлящим взглядом. Было бы страшно встать на ее пути: такая женщина могла бы дать фору любому спортсмену-тяжеловесу.

— Вы помните все, что я вам говорил? Будете говорить лишь в нужный момент, если он наступит, — чуть наклонившись к ней, тихо проговорил он. Женщина кивнула, не переводя взгляд с преступника.

Хансон откинулся на спинку стула, осматривая зал, в котором были заняты почти все места. На помост вышел судья — Смит Бейкер. Все сразу встали. Как только Бейкер опустился на своё место, всем разрешили сесть. Хансон почувствовал, как его ладони вспотели. Он сделал глубокий вдох, постарался успокоить своё сердцебиение. Да, он волновался, но все же знал, что правда на его стороне. И он выиграет это дело. Как всегда.

— Сегодня мы слушаем дело о преднамеренном убийстве двадцатитрёхлетнего Джейсона Скретча. Подсудимый Роджер Николсон, вы отрицаете свою вину?

Парень молча смотрел на свои руки, сцепленные в замок. Ему нечего было сказать. Адвокат произнёс с легким нажимом:

— Мой подзащитный отрицает свою вину.

По залу прошёлся шёпот. Хансон рассматривал Луиса, который смотрел на судью, не выдавая никаких признаков волнения или страха. Он долго работает защитником подсудимых и, по большей части, выигрывает их дела. Но сегодня он потерпит фиаско и Хансон в этом поможет.

— У вас есть веские доказательства его невиновности? — задал вопрос судья, пристально глядя на Джорджа Луиса.

— Да, ваша честь.

Томас прищурился: он блефует или действительно отыскал какую-то лазейку? Интересное кино получается…

— В тот день Роджера Николсона не могло быть на месте преступления. Молодой человек находился на учебе. Точнее не так, на курсах по вождению.

— Почему же этого не было указано в протоколах? — Бейкер перелистнул страницу своего документа. — Здесь чёрным по белому написано, что есть свидетель, который видел подозреваемого в момент убийства.

Луис нахмурился. С чего бы это появился свидетель? Его не было до этих пор?

— Свидетель? Почему я узнал об этом только сейчас?

— Простите, что не предупредили вас заранее, — с издевкой протянул Хансон.

Джордж лишь сейчас обратил внимание на нового адвоката. Он никогда не видел его прежде. Нахальный взгляд ледяных глаз, скривлённые в ухмылке губы выдавали излишнюю самоуверенность оппонента. Он так уверен в своих силах? Или это лишь напускное?

— Свидетель в данный момент находится здесь?

— Да, — ответил Томас.

Как только Бейкер пригласил свидетеля, в дверь вошёл парень с забранными в хвост темными волосами, напуганным и неуверенным взглядом. Он походил на робкого зайчишку, который боится лап злого волка. Заняв своё место за трибуной, парень опустил взгляд на свои руки, сжимая и разжимая кулаки.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Энди Рам, — дрожащим голосом, не поднимая взгляда, произнёс он.

— Вы узнаёте этого человека? — Смит Бейкер указал рукой на подсудимого.

Энди коротко взглянул в указанном направлении и кивнул:

— Да, я видел его в тот день и… — он прервался, пытаясь ухватиться за потерянную мысль, — я видел, как он застрелил того парня.

В зале вновь послышался шёпот, кто-то тихонько вскрикнул. Хансон заметил, как адвокат Луис изменился в лице — вся его уверенность и твердость куда-то исчезли.

— Вы уверены, что именно этот человек совершил данное преступление?

Парень снова кивнул. Судья задал ему ещё несколько уточняющих вопросов и, получив все необходимые ответы, разрешил Раму занять своё место.

— Что скажет сторона защиты?

— Этого не может быть… — сквозь зубы процедил Джордж Луис. — Почему свидетель появился именно в день заседания? Не раньше?

— А вы не видите, как сильно парень переживает? — Томас поднялся со стула. — Вам кажется, что свидетель должен прибежать в день преступления без страха за собственную жизнь? Скажите, вы так уверены в его невиновности? — он кивнул на Николсона.

— А вы уверены в показаниях свидетеля? — парировал адвокат.

В зале воцарилась тишина, которую нарушало лишь чьё-то всхлипывание.

— Вам обоим есть что добавить? — судья поочередно посмотрел на адвокатов. Не получив ответов, он объявил: — Суд удаляется для принятия решения.

***

Судья огласил неутешительный для Луиса и победный для Хансона приговор — 15 лет лишения свободы. Томас с нескрываемым удовольствием смотрел, как Николсона в наручниках уводят из зала суда. Он все-таки добился своего. Перехватив взгляд судьи, коротко кивнул ему.

Как только все начали выходить Хансон последовал за толпой и, проходя мимо Луиса невзначай бросил:

— Нужно больше времени уделять деталям, адвокат Луис, — стремительным шагом он покинул зал.

Хансон вышел на улицу и вдохнул холодный воздух. Достал сигарету и затянулся. Сегодняшний день можно считать самым счастливым в его жизни. Его нагнала женщина, которая сидела с ним на заседании.

— Я все сделала как вы просили. А вы помните о своей части договора?

— Конечно помню, — он вытащил из своей сумки белый конверт и передал ей. — Можете проверить.

Она покачала головой и поспешила восвояси. Томас усмехнулся: иногда стоит чем-то пожертвовать, чтобы получить большее. Он растоптал окурок и направился к автобусной остановке, как его схватили за руку.

— Решили выиграть таким мерзким способом?

Перед ним стоял адвокат Луис. На его лице смешались эмоции злобы, раздражения, печали и разочарования. Хансон склонил голову и тоном ребёнка, который не понимает, почему мама на него так злится, произнёс:

— Что не так? Или в вас говорит горечь сожаления, что победа осталась не за вами?

— Не играй со мной! — перешел на шёпот Джордж. — Я видел, как ты передал что-то той женщине.

— Вас не должно беспокоить это.

— А мне кажется должно. Я докопаюсь до истины и вы поплатитесь за то, что сломали жизнь невиновному человеку!

— Тогда вам нужно обвинить и судью. Не я выносил приговор. Но осмелитесь ли вы пойти против него? — Хансон не отводил взгляд от Луиса, наблюдая за его реакцией. Станет ли он переходить дорогу судье? Для него это может плохо закончиться. Хотя это уже будет только его проблемой. Томас исполнил свою роль, больше ему ничего не нужно.

***

15 ноября, наши дни

— Что? Он будет судьей? — взволнованно переспросила Кэтлин, размешивая ложечкой сахар в чае. Прошло почти две недели со дня ареста убийцы Линды Дэвис. Вскоре должен пройти суд. Все бумаги уже были готовы, не было никаких сомнений в его виновности, но… Луис чувствовала, что чего-то не хватает, но чего именно она не могла понять.

— Тебе что-то не нравится? Судья Бейкер имеет большой опыт работы, — раздался уставший голос Хансона. Его глаза слезились от напряжения — давно он не работал за компьютером. Ему необходимо было допечатать некоторые моменты по этому делу. Детектив перечитал еще раз все написанное и нажал на кнопку «печать». Дело было сделано. Томас потёр глаза и откинулся на спинку кресла.

— Нет, все в порядке. Просто я думала, что он больше не занимается такими делами.

— То есть, что ушёл на заслуженный отдых? Ты же знаешь, бывших судей не бывает.

— Как и адвокатов, — вздохнула Кэтлин.

Хансон открыл глаза и посмотрел на девушку.

— Ты чем-то обеспокоена?

— Нет, просто не верится, что мы нашли убийцу. Точнее, что он сам нашёлся.

Томас прищурился:

— Ты чего-то недоговариваешь, я же вижу.

Луис посмотрела на него и сказала:

— Мне кажется, что мы кое-что упустили. Точнее кого-то.

Томас не отрывал от неё взгляд. О чем это она? Надо радоваться, что все сложилось именно таким образом, а она все пытается довести до идеала. Как ее отец.

— И кого мы упустили?

— Того мальчишку. Точнее уже мужчину. Трэвиса Уэйна.

Хансон закатил глаза. Снова она об этом.

— Ну и что, нашла его?

— Пыталась. Вот только нигде нет его данных. Никто с таким именем не вылетал на самолетах, не уезжал на поездах, пароходах. Его как-будто не существует!

— А может его и впрямь не существует? — развёл руками Хансон. Почему она цепляется за всякие ненужные данные, которых вовсе и нет? — Пойми: все уже сделано. Вина доказана, убийца найден и скоро получит то, что заслужил. Не изнуряй себя лишними загадками и тайнами. Ты сделала все, что было нужно, детектив Луис. Мне повезло с напарником.

Хансон широко улыбнулся, пытаясь подбодрить Кэтлин. Та выдавила из себя подобие улыбки, но тут же нацепила маску сосредоточенности. Она вновь прокручивала в голове оставшиеся пазлы, которые не хотели занять своё место, чтобы дополнить картину. Почему Хансон такой расслабленный? Обычно он всегда сам копает в деле глубоко, пока не будет уверен в своей правоте, но сейчас… Он словно решил плыть по течению и надеяться, что все обойдётся и без него. Что с ним стало? Так повлиял развод или что-то о чем он умалчивает? Вывести его на душевный разговор не получится — она уже пыталась. Томас всегда был закрытым человеком и ничего о его семье, детстве Кэтлин не знала, а спрашивать у руководства не имело смысла. Но тут Луис озарила одна мысль: и как она раньше об этом не подумала? Стоит проверить ещё кое-что. Возможно именно этого ответа ей и не хватает…

***

27 октября, 2004 год

Трэвис возвращался домой в гадком настроении. Мало того, что он провалил тест, от которого в будущем будет зависеть его балл для поступления в университет, так ещё и этот мудак вновь прицепился к нему — даже в колледже никак не отвертеться от издёвок давнего недруга Николаса Форнера.

Парень медленно шагал по улице, глядя себе под ноги. Ему хотелось позвонить Линде и просто поговорить, ведь он знал — она его выслушает не перебивая. Он посмотрел на новенькие часы, подаренные Джонатаном (Трэвис до сих пор не может называть его отцом, да и тот нисколько не обижается). Время уже позднее, вряд ли стоит тревожить девушку. Погрузившись в свои мысли, парень продолжил путь домой.

— Посмотрите-ка кто у нас тут прогуливается, — раздался противный голос.

Трэвис поднял взгляд и увидел Николаса с его друзьями. Каждый держал в руке недопитую банку пива. Ничем хорошим эта встреча не обернётся. Уэйн быстрым взглядом обежал местность, пытаясь отыскать безопасный путь отступления — связываться с пьяной шайкой не входило в его планы.

Он взглянул на парней, оценил свои шансы и понял, что ему стоит пойти в обход, а точнее повернуть обратно. Трэвис резко обернулся и сделал пару шагов в обратном направлении, как его сзади схватили за куртку. Он попытался вырваться, но держали крепко. Слишком крепко для выпившего человека. Уэйн попробовал освободиться, но его толкнули в спину. Не успев подготовиться, рухнул на колени. Он повернул голову и увидел над собой возвышающегося Николаса. Тот глядел на него как хозяин на своего пса с усмешкой и желанием наказать за что-то.

— Что тебе от меня надо? — спокойно поинтересовался Трэвис, хотя ему очень хотелось отправить его куда подальше.

— Что надо? — заплетающимся языком произнёс Николас. — Чтобы ты не встречался на моем пути.

— Здесь наши желания совпадают: я тоже не хочу тебя больше видеть. Разобрались? Расходимся.

Трэвис осторожно поднялся, проверяя, не повредил ли сустав во время «мягкой» посадки. Вроде все обошлось.

— Я с тобой ещё не закончил. Разберёмся по-мужски. Давай так: если ты выиграешь — я от тебя отстаю, а если проиграешь — поделишься со мной своей девчонкой, уж больно она милая, — осклабился Николас. Его дружки заржали.

— Что ты сказал? — Уэйн помрачнел. Ну это уже ни в какие ворота не лезет!

— У, как мы разозлились, — проблеял Форнер — И что она нашла в тебе? Или из жалости встречается с тобой, бедная сиротка?

Как ни пытался Трэвис сдержаться последние слова вновь задели его. Парень знал, что трое против одного — плохая затея, но молча стоять он не хотел. Уэйн сжал кулаки и устремился на обидчика. Он успел лишь замахнуться, как дружки схватили его за руки, заведя их за спину.

— Мудак! Ты ничего не стоишь без своих дружков! — выплюнул Трэвис, пытаясь вырваться.

— Согласен, — раздался незнакомый голос. К ним размеренной походкой шёл незнакомый парень. — Ты вновь устраиваешь темную младшеньким? Не солидно.

— Тебе везёт на защитников, но сейчас это не пройдёт, — пошатнувшись сказал Николас, доставая что-то из кармана брюк. В свете одинокого фонаря блеснул пистолет. Он направил его на Уэйна и обратился к подошедшему: — Проваливай, иначе я снесу ему башку.

— Кишка тонка, — отозвался тот. — Без своих припевал ты никто. Сразиться по-честному один на один ты не привык, маменькин сынок. Она все ещё сюсюкается с тобой, малыш Никки?

Николас побледнел от гнева и направил пистолет на обидчика.

— Закрой свой рот, иначе отправишься к своим родителям!

Парень не стал дожидаться исполнения угрозы и в несколько шагов приблизился к Форнеру, выбив из руки пистолет. Схватил его за воротник и оттолкнул. Обернулся на его дружков, все ещё держащих Уэйна.

— А вам нужно особое приглашение? Выметайтесь отсюда.

Ждать они не стали. Привыкшие подчиняться приказам того, кто сильнее, поспешили ретироваться, позабыв о своём вожаке.

— Предатели, — сплюнул Николас, поднимаясь на ноги. — Я и без них с вами разберусь!

Он подобрал с земли осколок разбившейся бутылки и направился в сторону обидчика.

— Осторожнее! — прокричал Трэвис парню, указывая на Николаса за его спиной. Тот обернулся и сцепился с ним, пытаясь выбить осколок из рук. Уэйн заметил в траве брошенный пистолет. Он осторожно подобрался к нему, периодически поглядывая на бой между ребятами. Сталь обожгла его руку. Раньше ему не доводилось держать в руках оружие. Сможет ли он выстрелить? Припугнуть да, но убивать?

— Выброси осколок, иначе я выстрелю! — прокричал Трэвис, подняв дуло пистолета вверх.

Двое на миг прекратили своё сражение, уставившись на Уэйна. Он ждал, когда его приказ исполнится. Николас высвободил руку и отшвырнул осколок в траву.

— Верни пистолет.

— Сначала извинись.

Форнер прыснул:

— За что? Я чем-то вас обидел? Не припоминаю такого.

— У тебя короткая память как я погляжу.

— Вернёшь пистолет, там посмотрим. Может я что-то припомню.

Трэвис навёл дуло пистолета на Николаса.

— Может так быстрее вспомнишь, — в его голосе прозвучали стальные нотки.

Форнер рассмеялся.

— Да ты даже не знаешь, как эта штука работает. Просто отдай его мне и мы разойдёмся.

Николас медленным шагом подходил к Трэвису, протягивая руку.

— Обещаешь, что больше не станешь упоминать ее в наших разговорах?

— Ты обиделся из-за своей подружки? Да больно она мне нужна! Такая же глупая как ты, раз встречается с тобой.

Трэвис скрипнул зубами. Николас подходил все ближе, не опуская руку.

— А где твои друзья? Поссорился с ними? Небось из-за неё? — продолжил насмехаться Форнер.

— Это не твоего ума дела.

— Отчего же? Как говорится враг моего врага — мой друг. Уверен, они с радостью примкнут ко мне. А потом и эта принцесса тебя покинет, и ты вновь останешься один. Мой тебе совет: уезжай отсюда и начни новую жизнь в другом месте.

— Советую тебе того же, — прошептал Уэйн, нажав на курок. Николас на мгновение застыл с распахнутыми глазами, пока не повалился на спину.

— Ты что наделал? — закричал парень, подбегая к Трэвису. Он стоял в оцепенении, не опуская руку с пистолетом. В его голове смешались все мысли. Он совершил что-то непоправимое, но вовсе не чувствовал себя плохим. Он сделал то, что должно.

Парень выхватил из его руки пистолет и отбросил его в сторону.

— Тебе нужно уходить. Если здесь объявятся копы, тебе несдобровать. Ты слышишь меня? — он ударил Трэвиса по щеке. Это возымело эффект. Уэйн потёр щеку и перевёл свой взгляд на Николаса.

— Трэвис? — раздался дрожащий голос.

Уэйн развернулся и увидел Линду. В ее глазах застыл страх. Она переводила взгляд с парня на Форнера.

— Зачем?

— Линди, что ты тут делаешь?

— Хотела тебя увидеть, вот и шла к твоему дому. Навстречу ко мне бежали какие-то парни, упоминавшие твоё имя. В последнее время ты изменился и мне…

— Не бойся, я все тебе объясню, — Трэвис сделал шаг к ней навстречу и протянул руки.

Девушка помотала головой.

— Не подходи. Тебе нужно уходить. Сейчас же. И больше не ищи со мной встреч. Нет, не пытайся оправдываться, — прервала она его. — Мы слишком разные. Забудь обо мне и лучше тебе уехать. Прости, но так будет правильнее. И для тебя, и для меня.

— Что изменилось? — чуть повысил тон Уэйн. — Что со мной не так? Или этот болван был прав и ты была со мной из жалости?

Линда покачала головой:

— Нет, я правда любила тебя, но иногда ты сам не замечаешь, как становишься настоящим монстром и действительно пугаешь. Прости, но я так не могу. Мне страшно. Прости…

Она развернулась и быстрым шагом направилась домой. Трэвис так и застыл на месте. Что он сделал не так? Чем именно он ее пугает? Да, были стычки с парнями, которые слишком жадно заглядывалась на неё, но он всего лишь ее защищал! Нет, он не убивал, просто мог припугнуть, не более. Не как сегодня…

— Уходи! Скоро здесь будут копы!

Трэвис обернулся на парня.

— А как же ты?

— Со мной ничего не будет.

Трэвис кивнул и поспешил убраться отсюда, но, обернувшись, спросил:

— Как тебя зовут?

— Джон. Уходи!

Уэйн ещё раз посмотрел на Николаса и ускорил шаг, переходя на бег. Теперь нужно скрыться, исчезнуть, испариться. Уехать как можно дальше и будь что будет.

Глава 7. 18 ноября, наши дни

Настал день суда. Приговор будет вынесен, и это дело уйдёт в небытие и позабудется через пару лет. Хансон сидел на лавочке в виде зрителя. У подозреваемого не было адвоката — он отказался, мол, к чему нанимать кого-то, если он признал вину и готов отбыть наказание. Томас понимал, что судебное разбирательство пройдёт достаточно быстро: виновный сдался, новых подозреваемых нет, дело закрыто. Он взглянул на наручные часы. Запомнил время и приготовился ждать, когда же он сможет вздохнуть спокойно, доведя это дело до конца.

По правую руку от него сидела Кэтлин, которая пристально рассматривала человека, ждущего скорой расплаты за свой поступок. Как этот хрупкий паренек мог совершить такое ужасное убийство? Хотя в гневе любой человек способен и не на такое.

Появился судья, и все пошло в обычном ритме. Как обычно. Луис мельком взглянула на Бейкера, который монотонным голосом зачитывал материалы дела. Казалось, что ему слишком скучно и он в любой момент может уснуть. И зачем он вообще вызвался на это дело? Кроме него есть и другие судьи, не менее опытные, чем он. Что-то смущало девушку во всей этой картине. А может это лишь ее бурная фантазия? Поиск ненужных и неважных деталей? Скорее всего так и есть.

Кэтлин вновь повернулась к преступнику и стала размышлять: если бы отец был жив смог бы он выяснить всю правду? Или как в последний раз оказался бы под гнетом хитрых ловушек, которые расставили его враги. Она многое смогла узнать у него о том деле, но саму причину произошедшего найти не смогла. Пока не смогла. Но наверняка произойдёт что-то важное и это даст ответ на вопрос, который уже долго ее мучит.

Детектив Луис взглянула на Хансона. Он сидел, скрестив на груди руки, и безучастно смотрел на судью. Кэтлин тихонько кашлянула. Томас обратил на неё внимание и прошептал:

— Как-то сегодня даже неинтересно наблюдать за процессом, да?

Девушка усмехнулась и кивнула.

— Это напоминает мне одно дело, которое вело только к одному решению, хотя казалось, что все пойдёт по-другому, — Кэтлин увидела в глазах напарника непонимание. — Не обращай внимания, просто мысли вслух. Неужели мы закончим с этим делом?

Хансон прищурился, а затем, улыбнувшись ей, сказал:

— Да, мы сделали это.

— Нам в этом помог твой «счастливый случай»!

Судья встал, чтобы огласить приговор. В этот раз ему не пришлось даже удаляться на совещание — все и без того было ясно.

— Джеффри Картер приговаривается к пятнадцати годам лишения свободы за убийство. Вам есть что сказать? — обратился Бейкер к подсудимому. Тот покачал головой. — Уведите его.

Охранники вывели его из зала суда. Теперь на последней странице этого дела можно поставить точку. Смит Бейкер огласил окончание заседания и поспешил покинуть своё место. Люди начали расходиться, обсуждая друг с другом окончание этого дела.

— Ты счастлив?

Хансон взглянул на Луис, которая обернулась на него возле выхода из зала.

— Конечно! А как же иначе. Жаль, что я не сам схватил этого мелкого крысёныша, но все же…

— До следующего дела, детектив Хансон, — улыбнулась Кэтлин и вышла из зала, закрыв за собой дверь. Томас посидел ещё немного, думая о том, чем же ему заняться теперь, когда убийца его возлюбленной уже найден. Он чувствовал опустошенность. Такое бывает, когда адреналин начинает потихоньку испаряться, превращая тебя в безвольное нечто. Хансон заставил себя уйти из зала суда, закрывая очередную дверь в прошлое и надеясь, что она больше не откроется и не напомнит о себе.

***

Кэтлин вновь с головой нырнула в свой ноутбук. Перечитывала свои заметки, исправляла неточности, дополняла чем-то новым, что смогла отыскать, бродя в огромной паутине Интернета. Ей казалось, что она на верном пути к разгадке.

Просмотрев все заметки и разместив их в нужном порядке, она на секунду замерла. Невозможно… Не может такого быть! Луис вдохнула. Неужели она не могла заметить этого сразу? Насколько слепой и глупой теперь она себя чувствовала. Все ответы были у неё перед носом, нужно было лишь только протянуть руку. В горле пересохло. Сердце стучало как барабан.

Теперь нужно следить за каждым своим шагом и старательно подготовиться. Кто знает, что у НЕГО на уме. Дверь открылась, и Кэтлин подпрыгнула на месте.

— Ты чего? Это всего лишь я, — усмехнулся Хансон. — Забыл тут свой бумажник. А ты почему не дома? Ищешь себе новое дело?

— Нет, вовсе нет. Просто кое-что ищу?

— Новый дом? Работу? Мужчину?

Луис смутилась и выпалила первое, что пришло на ум:

— Один рецепт на ужин. Давно хотела приготовить.

— Зачем? Ты же живешь одна, — недоуменно посмотрел на неё Томас.

— Ты считаешь, что готовить надо для кого-то? Хочется же иногда побаловать себя, разве нет?

— Никогда над этим не задумывался, но может ты и права. Что ж, удачного ужина! — он махнул ей рукой на прощание и ушёл.

Кэтлин выдохнула с облегчением и вновь принялась за незаконченное дело. Скоро все встанет на свои места. Она принялась выписывать выводы на лист бумаги. Так ей было легче разложить все по полочкам и удостовериться, что ничего не потеряно. Прошлое. Ненависть. Любовь. Удачный случай. Победа… и поражение. Такими словами девушка смогла описать его жизнь. Остаётся одно — поймать его с поличным. И постараться не угодить в ловушку. Он мастер в их создании, но она готова ко всему. Сейчас или никогда, таков ее принцип по жизни.

***

5 марта, 2012 год

Трэвис смог кардинально изменить свою жизнь. Новый город, новые друзья и новые возможности. Никто не знает о его прошлом. Все довольствуются настоящим.

Он сидел за столом и уплетал ужин, приготовленный мамой, одновременно болтая с отцом. Трэвис обожал эти вечерние посиделки.

— Как дела на учебе? Ты все-таки уже выпускник. Что думаешь делать потом?

Трэвис задумался и медленно произнёс:

— Пойду в адвокаты.

— А почему не в полицию? — подала голос мама, продолжая мыть посуду.

— Хочу защищать людей от ложных обвинений.

— Благородное решение, — отец похлопал парня по плечу. — Уверен, что у тебя все получится.

Трэвис кивнул и начал рассказывать о сегодняшних занятиях. В кармане заиграла мелодия. Трэвис достал телефон и, извинившись, вышел из-за стола. Закрывшись в комнате, он поднял трубку:

— Алло, — стараясь избавиться от дрожи в голосе, отозвался он.

— Думал, что сбежишь? Знаешь, удача та ещё сука: сейчас она есть, а завтра уже убежит к кому-то более интересному, — прохрипел кто-то.

— Ты кто?

— У тебя видимо короткая память, — усмехнулся собеседник. — Можешь поднапрячь свои извилины, если они у тебя ещё остались. Вспоминай. Я никуда не тороплюсь, ведь мертвецам больше ничего не нужно.

Раздался скрипучий смех. Трэвис вздрогнул. Кто-то решил его разыграть? Но кто мог знать об этом? Уэйн сжал телефон, словно боясь потерять ощущение реальности.

— Это очень смешной розыгрыш. В следующий раз придумай что-то более похожее на шутку. Кладу трубку.

— Ты уже меня не помнишь, сиротка? А вот я о тебе не забыл.

У Трэвиса перехватило дыхание. Такого не может быть. Это всего лишь чья-то дурацкая шутка, но… Об этом знает только он, тот парень и… Линда? Да нет, это просто смешно.

— Просто смешно? Отчего же?

Уэйн расслышал знакомый смех.

— Линда?

Трэвис отступил на шаг, теряя связь с реальностью. Он сходит с ума?

— Как ты…

— Не важно. Просто хотела сказать, что есть те, кто еще помнит о твоём преступлении. Тебе от него никуда не сбежать. Прошлое всегда тебя настигнет, Трэвис…

***

— Трэвис? Что с тобой?

Парень резко вздрогнул, когда его за руку взяла мама.

— Ты побледнел и уставился в одну точку. Как будто приведение увидел, — стараясь перевести все в шутку, произнёс Джонатан.

Трэвис покрутил головой. Что на него нашло? Неужели задремал, сидя за столом? Ну и привидится же такое!

Он усмехнулся.

— Я вас напугал? Простите. Просто вспомнил один момент из детства. Однажды вечером старшие ребята решили рассказать нам страшилку. Я до сих пор помню эту историю и до сих пор она меня пугает до дрожи.

— Не знал, что ты боишься страшилок. Значит, ужастики в кино смотреть противопоказано.

Трэвис рассмеялся. К нему присоединились и взрослые. Когда смех поутих, он задумался. Задумался о будущем, которое сотворит своими руками, не надеясь на чужую помощь и болтовню и постарается закрыть на прочный замок своё прошлое.

Каждому известно, что в твоих руках есть целый мир и только ты решаешь, украсить его счастливыми красками или разрушить в прах. Он же выбирает первый вариант: ему хочется сделать все возможное и невозможное ради себя и людей, которые его окружают. Никто не встанет у него на пути. Он не позволит.

***

19 ноября, наши дни

Кэтлин задержалась возле двери в лабораторию. Ей срочно нужно отыскать один документ. Она точно помнит, что видела его на столе главного лаборанта. И почему она не забрала его в тот день, когда результат был готов? Идиотка.

Она надеялась, что это не посчитают кражей и осторожно вошла внутрь. Здесь как всегда все сверкало и блестело от чистоты. Белый пол, белые стены. И запах дезинфицирующих средств. Здесь была своя атмосфера. Насторожило только то, что внутри кроме неё никого не было. Точно, сейчас же обеденное время! Когда-то же надо отдохнуть от склянок и банок!

Луис подошла к столу. Он был завален бумагами, результатами анализов, кучей папок и штативами с колбочками. Кэтлин боялась нарушить этот «порядок», но время не ждёт. Скоро сюда вернутся работники, а ей срочно нужна эта бумажка, черт ее подери! Девушка начала перебирать ворох документов, отсчитывая про себя секунды. На столе ничего похожего не обнаружила и решила заглянуть в шкафы.

Благо, что они не закрываются на ключи. Кэтлин быстренько осмотрела два шкафчика — ничего. Начала открывать самый нижний, но он не поддавался. Она выругалась и постаралась приложить силу, надеясь, что не сломает казенное имущество. Ее упорство окупилось с лихвой: нужный документ был найден. Детектив быстренько пробежала текст глазами, удостоверившись, что это то, чего ей не хватало.

Она собиралась уже уходить, как почувствовала, что сзади кто-то наблюдает за ней. Нет, не наблюдает, а стоит рядом с ней. Она боялась обернуться, хотя знала, кто там. Молчание угнетало. Никто не собирался раскрывать свои карты, но Кэтлин решилась на первый выпад.

— Трэвис? Или как тебя лучше называть?

Она услышала сдавленный смешок, а потом почувствовала укол в шею. Этот подонок подготовился. Кэтлин начала терять сознание, но перед тем, как провалиться в сон смогла услышать:

— А ты оказалась очень догадливой. Похвально, детектив Луис…

Глава 8. 19 ноября, наши дни

Она наклонила голову, чувствуя как онемела шея. Она хотела помассировать ее, но поняла, что руки связаны за спиной. Черт! Кэтлин поморгала, пытаясь привыкнуть к темноте и понять, где находится. Небольшое помещение, похожее на кладовку. Думай, где в нашем здании такое имеется, думай… До подвала от лаборатории далековато, кто-нибудь мог заметить. Если только не выйти по запасному выходу, но там всегда закрыто. Взял ключи у охраны? Вполне возможно. Придумал какую-нибудь отговорку — ему не привыкать.

Постаралась высвободить руки. Завязал слишком крепко. Хочет убить ее? Просто мог бы увеличить дозу снотворного в шприце и все. Значит у него на уме что-то другое…

— Очнулась? — раздался низкий голос. Потянуло табачным дымом. Он сидел на небольшом стуле, оставленном здесь за ненадобностью. — Расскажешь мне, как ты догадалась обо всем?

— А если скажу, что нет, то что? Убьешь как Линду? Или как того парнишку, запамятовала как зовут.

Мужчина рассмеялся.

— Ты даже про это знаешь. Понял, Джон поведал. Ну так что, рассказывай. Мне интересно узнать, где я прокололся.

Кэтлин, уже привыкшая к темноте, следила за каждым его жестом и мимикой. Ухмылка не исчезала с его губ ни на минуту: он получал огромное удовольствие от происходящего словно ребёнок, которому подарили желанную игрушку.

— Развяжешь меня, потом поговорим.

Он фыркнул и затушил сигарету.

— Чтобы ты меня первой застрелила? — он кивнул на торчащий из-за пояса девушки пистолет. — Видишь какой я щедрый — даже не забрал твоё оружие. Теперь мы на равных.

Луис заметила пистолет в кобуре у него. Подготовился ко всему, хитрый черт.

— Если постараешься, то сама руки освободишь. Там простецкий узел. И да, убивать тебя я не стану. Мой план не преследует таких целей. Что ж, — он встал и отошёл к какому-то стеллажу, покрытому пылью и паутиной, — если ты не хочешь говорить, расскажу сам. Только прерывай меня на моментах, до которых сама догадалась. Нарисуем полную картину моей жизни.

Она назвала бы этот разговор исповедью лжеца. Какую теперь он преследует цель? Просто поговорить? Странное решение… Пока Кэтлин пыталась развязать веревку, мужчина начал свой рассказ:

— Я не помню своего раннего детства. Не знаю, как попал в этот приют. Не знаю биологических родителей, да и знать в общем-то не хочу. Для меня они умерли уже давно. Потом началась вся эта канитель с усыновителями. Знаешь, этот процесс напоминает выбор питомца: люди приходят, смотрят на тебя, мило улыбаются, но выбирают кого-то другого, не тебя. Кого-то особенного для них. Я ненавидел эти дни. Всегда старался забиться в угол, только бы меня не видели.

— Разве ты не хотел обрести семью? — спросила Луис.

Он полуобернулся к ней.

— Конечно хотел, но ходить перед ними на задних лапках, как послушная собачонка, я совсем не желал. Я ждал совершеннолетия, когда точно покину этот богами забытый сарай. Потом начался сущий ад: на улице, когда я гулял один, погрузившись в свои размышления, ко мне пристала могучая тройка во главе с этим пронырой Николасом. Почему-то своей игрушкой для битья выбрали именно меня, а не кого-то другого. Это дико раздражало, но что я мог поделать в тот момент? Хлипкий мальчишка, без поддержки друзей.

— Почему ты не рассказал все воспитательнице?

— А ты бы стала ей рассказывать? — иронично ответил вопросом на вопрос мужчина.

Кэтлин вспомнила день, когда посещала то заведение. Вот с этим она готова была согласиться. Та женщина была довольно неприятным человеком, даже со стороны далекого от этого приюта лица.

— Я стал опаздывать на обеды, потому что эта банда недоумков всегда выбирала это время для игр со мной, — он раздраженно вздохнул. — Для Мелоди я стал самым худшим воспитанником: недисциплинированным оболтусом, которого можно унижать перед всеми. Может из-за этого у меня и не было друзей в этом приюте. Кто знает…

Он сделал передышку, снова уселся на стул и посмотрел на Кэтлин.

— Но однажды все изменилось. Я снова попал в лапы этих идиотов, но на помощь пришёл мой будущий отец. Какая смешная фраза, не находишь? Он спугнул их, а я убежал обратно, надеясь, что не опоздаю. Как бы не так: меня поджидал угрюмый и злобный взгляд Мелоди, которая сказала, что ожидает гостей. Я понял, что речь идёт о новой ярмарке послушных щенков и поспешил в свою комнату. Моему удивлению и смущению не было предела, когда в комнату вошёл мой спаситель со своей женой. А когда мне предложили стать частью их семьи, я без сомнения согласился. Вот что для меня тогда было счастливым случаем.

Он впервые искренне улыбнулся своим воспоминаниям. Кэтлин поняла, что где-то глубоко внутри он такой же как и все: ранимый, любящий, добрый. Только все это скрывается под налетом жестокости и… безумья. Почему же, получив такой бесценный дар как семья, он пошёл по неправильной дорожке? Луис продолжила свою борьбу с верёвкой, не переставая поглядывать на собеседника.

— Наступили мои по-настоящему счастливые дни: семья, новые друзья и знакомство с ней, — он замялся, но потом продолжил: — В то время я даже и не думал, что все обернётся не так, как мне хотелось бы. Повздорил с друзьями из-за Линды, потом просил прощения, снова ругался и так по кругу. Признаю, слишком часто я ее ревновал ко всем и даже к самому себе. Для меня она была словно божество: я боялся ее обидеть, нанести какую-то рану и конечно же потерять. Возможно из-за этого я был иногда груб с другими и тем самым пугал ее. И вот тот злосчастный день, когда я сам того не ведая совершил свой самый жестокий поступок — впервые убил. Ненависть, которую я все время таил в себе к этому… ублюдку, решила выйти наружу в двойном размере. Я до сих пор помню его последние слова: «Мой тебе совет: уезжай отсюда и начни новую жизнь в другом месте». Можно считать, что я последовал его совету, но только после того, как он сам ушёл не без моей помощи.

Он прокашлялся.

— Как там оказался Джон? — спросила Кэтлин, прерывая затянувшееся молчание.

— Сам не знаю, — пожал плечами мужчина. — Я так понял, что они были знакомы. Почему он решил взять вину на себя — для меня загадка.

— Он сказал, что видел перед собой напуганного мальчишку у которого просто сорвало крышу. Знаешь, на том пистолете были и твои отпечатки: ему пришлось соврать, что ты пытался его остановить.

— Откуда ты все это знаешь?

— Мой отец в то время был адвокатом и участвовал в этом деле. До сих пор в его шкафу хранятся заметки. Сложить дважды два не трудно.

— И что твой отец, выиграл это дело?

— Нет, — Луис покачала головой. — Не было ни одного доказательства, которое смогло бы поменять ход истории. Что было дальше? — уводя его от болезненной темы, задала очередной вопрос девушка.

— Там появилась Линда. Она была слишком напугана и тоже попросила меня уехать. Так и закончился наш недолгий роман, — мужчина усмехнулся. — Тогда я был глупым мальчишкой, который считал, что это навсегда, но все разрушилось как карточный домик. Пуф и все.

— Но потом вы все же встретились?

— Не гони вперёд паровоза, — цокнул он. — Мы ещё дойдём до этого.

Кэтлин смиренно замолкла, в предвкушении продолжения. Ей было сложно понять, что же она чувствует к нему: злость, сожаление? Раскаивается ли он? Пока что сложно распознать…

— Так вот, после совершенного мною преступления я спокойно вернулся домой, не обмолвившись ни словом о случившемся. Опекуны меня не доставали с лишними вопросами. Я пытался сохранить маску весельчака, хотя порой было сложно не сорваться и не рассказать обо всем. Не знаю, как так получилось, но мне вновь повезло: моему отцу предложили повышение, но в другом городе. Все складывалось как нельзя лучше! Он неуверенно предложил нам выбрать одно из двух: уехать или все же остаться на насиженном местечке. Мама была не против, поэтому все зависело от меня. И естественно я проголосовал за! Потом начались разговоры о том, как же поступить с неоконченным колледжем здесь, не будет ли мне грустно прощаться с друзьями и прочее. На все у меня нашлись ответы, впрочем, как и всегда. Затем начались сборы, упаковка необходимых вещей, уход из колледжа. Объяснение было простым: поступление в другое место в другом городе. Никто не стал умолять меня остаться здесь. Я ни слова не сказал своим друзьям, хотя в то время наши отношения были довольно напряженными, поэтому лишних прощаний и крокодильих слез в три ручья не было. И вот моя жизнь круто изменила своё течение: из преступника я стал обычным парнем, переехавшим с семьей в Нью-Йорк.

Кэтлин наконец-то справилась с веревкой, но не стала выдавать себя. Осторожность ещё никому не мешала. Ее интересовало кое-что другое в этой истории, но она держала язык за зубами, надеясь, что он сам расскажет об этом.

— Тебе ещё не надоело меня слушать? Может есть вопросы?

Она покачала головой. Ей не хотелось прерывать рассказ. Все ещё успеется. Но почему она сама так смиренно ждёт продолжения? Не проще ли взять его на прицел и усадить за решетку? Он же преступник. Хитрый преступник, но все же…

— Какой хороший слушатель мне попался. Тогда продолжим. Там я закончил колледж и вот наступил день, когда мне нужно было выбирать следующую ступень в образовании. Я долго метался между двумя вариантами, но все же мое желание или всё-таки эго остановило свой выбор на полицейской академии. Ты не удивлена? Оно и понятно.

— А каким был второй вариант? — с любопытством прервала его Кэтлин.

— Военным, но мне в голову пришла идея фикс — стать адвокатом. Даже не спрашивай почему. Итак, — он облокотился на спинку стула, — я сумел поступить в желанную академию. Учеба давалась мне с легкостью. Я был счастлив в то время. Действительно счастлив. Но все это омрачило только одно происшествие. За пару недель до моего выпуска родители — к тому моменту мы уже стали довольно близки — попали в аварию. Это случилось по вине молодого парня, который к тому же не имел прав, а просто решил покатать свою девушку на папиной тачке. Родители погибли на месте, а этот недоумок всего лишь получил небольшое сотрясение. А вот девушке повезло меньше — она пролежала в коме год, но так и не очнулась.

— Его посадили?

Мужчина махнул рукой.

— Его папаша отмазал. Не помню кем точно он был, но какой-то значимой личностью. Это был ещё один переломный момент в моей жизни. Я очень сильно переживал смерть единственных близких людей. С того момента я и начал курить. И выпивать временами. И тогда, выпивая в небольшом баре, я встретил будущую жену. Она была очень красивой в тот момент. И я — уже выпивший достаточно для того, чтобы говорить всякую ерунду — со смехом предложил ей встречаться. Она согласилась. Очень романтичная история любви и нелюбви одновременно. Потом мы расписались и стали жить уже как супруги. Ее в бар привела печальная новость: она никогда не сможет иметь детей. Для меня это было в то время неважно, хоть я и пытался ее утешить, но все же, для неё это была трагедия, с которой она так и не смогла примириться вплоть до нашего развода. Именно этим она объяснила мою неверность к ней — мол та девушка наверняка сможет родить мне наследника, а мне было совсем не до детей. На кону стояла моя репутация, как ты сама понимаешь

Повисло молчание. Луис не решалась нарушить тишину. Дальше должно быть самое интересное. Она ждала.

— Наверное, возвращаться сюда было дурацкой идеей. Не знаю почему, но мне жуть как захотелось именно этого. Что меня заставило сделать такой безумный поворот? Кто бы мне ответил… Боясь, что встречу здесь много знакомых, пришлось изменить себя, выбрать новую маску.

— И ты стал жить под другим именем, — склонив голову, Луис внимательно наблюдала за собеседником.

— Сразу догадалась?

— Практически да. Только интересует один вопрос — почему не оставил фамилию?

— Потому что с ней я был известен многим, а с этой меня знали только биологические родители.

— Поняла, — теперь все встало на свои места. — Как получилось, что ты встретился с Линдой?

— Совершенно случайно. Я увидел ее в кафе вместе с мужем. Узнал и его — бывший баскетболист нашего колледжа. За ним многие девчонки бегали, но выбрал он Линду. Он неплохой парень, можно даже сказать, что ей повезло. Когда он ушёл то ли по делам, то ли еще по какой-то причине, я подсел к ней. Она сразу меня узнала. Я думал, что испугается, убежит, но она как ни в чем ни бывало с улыбкой начала узнавать у меня все, что изменилось с тех пор. Не знаю, как все так произошло, но мы вновь начали встречаться. Тайком, украдкой, но все же мы снова были вместе.

— Почему ты убил ее? — выпалила Кэтлин.

— Не терпится дойти до конца истории? Что ж, я и сам уже устал изливать остатки своей души. Ее муж умолчал о том, что видел нас. Линда вовремя отвела меня от него, иначе это был бы последний день их семейной жизни. Я умолял ее развестись с ним и начать жизнь с чистого листа со мной, но она отказалась. Сказала, что не может так просто уйти. Она была беременна, — ответил на невысказанный вопрос Луис. — Во всяком случае так мне сказала. Пригрозила, что расскажет полиции о моем прошлом, если я что-то сделаю с ним. А когда я спросил, любит ли она меня, то получил отрицательный ответ. Она сказала, что никогда меня не любила: ни в прошлом, ни сейчас.

Он встал со стула и начал мерить шагами крохотное помещение.

— Я вновь слетел с катушек и убил ее. Конец истории. Только без хэппи энда.

— Ты не поверил, что она носит под сердцем ребёнка? Но почему? Это можно считать за двойное убийство…

Мужчина пожал плечами и, оглянувшись на Луис, произнёс с печальной улыбкой:

— Наверное мне просто не хотелось в это верить. Но вы же проводили вскрытие? Тогда ответь: я был прав? — он выдохнул, казалось бы, с облегчением, получив утвердительный ответ.

— Как ты стал детективом? — задала резонный вопрос девушка, готовясь к своему выходу на сцену.

— Как и все: немного поработал адвокатом, а затем перешёл на ступень повыше. Теперь мой вопрос: когда ты поняла кто я?

Кэтлин усмехнулась и, больше не скрываясь, встала с пола, разминая затёкшие руки.

— Когда началось это дело. Мне сразу стало интересно, почему ты так в него вцепился мертвой хваткой. Я принялась рассматривать твою биографию, в которой нашла некоторые несостыковки. Во-первых, диплома полицейской академии на твоё имя не выдавалось — тебя просто не было в том списке. Каким образом ты его изменил мне неважно, но это было довольно рискованно. Во-вторых, остались экспертизы с того старого дела, в котором ты застрелил Николаса — так его зовут? Я пробила те отпечатки по базе и обнаружила, что они принадлежат тебе. В-третьих, помогла твоя жена. Она рассказала о ваших тайных встречах с Линдой и о том самом дне, когда было совершено убийство. Ты говорил, что был дома с женой, но она опровергла твои слова. Несложно было догадаться, что Трэвис Уэйн и Томас Хансон — один и тот же человек.

Хансон рассмеялся и насмешливо похлопал в ладоши.

— Какую точно выверенную работу вы проделали, детектив Луис! Ваш отец может вами гордиться! Кстати по этому поводу: ты была права на счёт того дела. Его подставили. Это были мы с судьей Бейкером. Он давно точил на него зуб и знаешь из-за чего? Из-за твоей матери. Почему я решил ему помочь? Чистой воды эгоизм — хотел обыграть его и занять титул победителя. Теперь я понимаю, насколько это было глупо. Приношу свои извинения.

— Ещё один вопрос: где ты достал того паренька, который самостоятельно признался в убийстве Линды Дэвис?

Хансон нахмурился и медленно произнёс:

— Знаешь, за барной стойкой встретить можно кого угодно. Мы с ним разговорились о своих бедах и печалях. Он собирался покончить жизнь самоубийством. Запомни, деньги все равно имеют очень высокую ценность в этом мире.

— Ты пообещал ему денег, если он сядет в тюрьму вместо тебя? Ты не подумал, что человек в здравом уме и твёрдой памяти откажется от этой дурной затеи? — с удивлением протянула Кэтлин.

— Ему было в тот момент плевать, где подыхать, это его слова. Не я их придумал. Изначально я и не хотел ему предлагать этот вариант, но, вспомнив как ты тщетно пытаешься все разыскать, я, если честно, испугался, что ты меня вычислишь. Поэтому я предложил ему столь интересный выход: он сдастся, расследуют это дело, его осудят и он проведёт там парочку дней, а я помогу его вызволить оттуда.

— Каким образом?

Кэтлин нахмурилась и, молча глядя на своего бывшего напарника, сделала небольшой шаг вперед и достала пистолет, направив его на мужчину. Томас в свою очередь тоже навёл оружие на девушку. Луис напряглась, пытаясь заставить себя сделать выстрел первой. Не убить, а лишь обезвредить. Она знала, что может это, но вновь вспомнились слова отца: «Запомни на всю жизнь: каждый может пойти по кривой дорожке. Даже я не всегда был идеальным, да и сейчас не кумир для подражания. Однако не каждый человек способен рассказать о своих терзаниях. Единственное, что ты можешь сделать — выслушать его и постараться найти правильный выход из этого лабиринта». Думай, Кэтлин, думай. Ты должна найти выход. Не бывает безвыходных ситуаций! Она ещё раз оглядела небольшую комнату, решительный и твёрдый взгляд Хансона. Ее блуждающий взгляд прервал вкрадчивый голос Томаса:

— Был бы наверное слишком глупым финал этой истории, если бы я тебя убил. Мне этого совсем не хочется, поэтому…

Он приставил пистолет к своему виску. Кэтлин недоуменно уставилась на него. Что он творит?

— …мой последний выстрел будет именно таким. Стой на месте, — строго произнёс он Кэтлин, которая явно собиралась помешать ему, сделав неловкий шаг в его сторону. — Запомни: я сделал свой выбор и должен ответить за свои поступки. Тюрьма — слишком легкое решение, поэтому я выбираю смерть. Чтобы на тебя никто ничего не надумал, я оставил все необходимые документы в ящике своего письменного стола. Там все доказательства, которые я собирал долгое время. Ты сможешь освободить этого мальца, который в депрессивном настроении согласился на мою аферу. Также там есть документы, которые помогут восстановить доброе имя твоего отца.

— Но как же… — Кэтлин не могла поверить в то, что услышала. Он так просто решил ей помочь? В знак раскаяния? Или это способ откупиться?

— Там есть все, что поможет тебе противостоять Смиту Бейкеру. Против этого он не сможет выйти сухим из воды. Вряд ли его посадят в тюрьму, но лишить статуса вполне возможно.

— Ты уже давно продумал этот финал? — осипшим голосом спросила девушка, опуская руку с пистолетом. Она старалась оценить свои шансы, чтобы предотвратить эту глупую ошибку, которая стоит жизни. Луис смотрела на его спокойный взгляд, не пропадающую усмешку и стойкое желание покончить со всем. Он излучал умиротворенность, которая словно околдовала Кэтлин, не давая ей сделать опрометчивый шаг.

Хансон еле заметно кивнул в подтверждение ее слов. Он улыбнулся и сказал:

— Уверен, что ты станешь великим детективом, Кэтлин Луис. Я рад, что мне повезло с тобой поработать. До встречи на той стороне.

Она не успела ничего сделать, кроме жалкой попытки сдвинуться с места. Хансон закрыл глаза и спустил курок. Кэтлин вскрикнула, наблюдая, как детектив оседает на пол. В ее голове стояла звенящая пустота. Все мысли завязались в тугой узел и она не знала, что делать, кроме как стоять и смотреть на тело когда-то живого детектива с довольно интересной и запутанной судьбой, которую вряд ли кто сможет описать более красиво, чем сделал он сам.

Эпилог

Какой все-таки фурор произвёл столь внезапный уход детектива Томаса Хансона. Ничего более фееричного еще не совершал никто.

Кэтлин Луис вышла из подсобки бледная словно сама смерть: она не знала, куда ей бежать и что делать в первую очередь. Как только она дошла до лаборатории, с которой и началась вся эта ситуация, ее заметили работники и сразу же завалили вопросами. Кэтлин сбивчиво рассказала о случившемся, умолчав о всех подробностях. Это она ещё успеет рассказать…

Новость о самоубийстве быстрее ветра облетела весь полицейский отдел. Все были в полном замешательстве: как этот сильный духом человек, хороший детектив смог оказаться таким… безумным убийцей.

Луис удалось в короткие сроки разобраться с тайной погибшего и раскрыть ее всем, кто тем или иным способом пострадал из-за этого. Картер был освобождён. Он даже не удивился услышанному, ведь в глубине души верил, что тот человек его все равно вытащит из тюрьмы. Что с ним стало дальше — неизвестно. Может он всё-таки нашёл свой верный путь и не пошёл по скользкой тропе, ведущей к смерти. С Бейкером тоже все было покончено. Как и говорил Хансон, его не посадили, но от судебных дел отстранили. Казалось, что весь отдел смог спокойно выдохнуть. Слишком многим он перешёл дорогу в своё время.

Кэтлин Луис была повышена до старшего детектива. Теперь ее действия и поступки не связывали с неудачами отца, напротив, все наконец-то поняли, каким хорошим адвокатом был Джордж Луис.

Как ни старались скрыть факт самоубийства детектива от прессы, городок узнал всю правду. Теперь жизнь Томаса Хансона стала чем-то вроде поучительной истории. Он стал настоящей легендой.

Когда Кэтлин забирала документы, которые оставил Томас, наткнулась на короткую заметку, больше похожую на предсмертную записку:

«Кэтлин Луис,

Если ты это читаешь, значит мой план удался. Доставил я тебе много хлопот? Ты уж извини. Надеюсь, что теперь у тебя все сложится намного удачнее, чем было раньше.

Знаешь, жизнь довольно интересная вещь, которую нужно ценить и стараться не совершать глупых ошибок, о которых потом будешь горько сожалеть. Но все же «had to lose my way to know which road to take*».

Мы же должны расти на своих ошибках, ведь так?

Желаю тебе оставаться такой же рассудительной и тогда у тебя не будет таких запутанных моментов, из-за которых придётся поступить так, как поступил я. Хотя ты умнее и перепроверишь все на сто рядов.

Я уверен, что ты займёшь верхнюю ступень в этой жизни. Ещё раз благодарю свою жалкую судьбу за то, что свела меня с великим детективом Кэтлин Луис! Прощай…

Навеки вечные,Томас Хансон»

Кэтлин перечитала записку ещё раз. Идиот. За что он ее благодарит? Он все сделал сам и без ее помощи. Луис поняла, что плачет. Казалось бы он был плохим человеком, если судить по поступкам, но все же… Ей было очень жаль, что все сложилось таким образом. Быть может если бы его детство было совершенно другим, то он и не стал бы таким хладнокровным убийцей. Но, как говорится, что было то было. Ничего изменить уже нельзя. Остаётся только смириться и жить дальше, иногда вспоминая о нем с улыбкой на губах…

*Я должен был сбиться с пути, чтобы понять, какую дорогу выбрать. Roots — Imagine Dragons