Ушедший Род. книга 7. Кондотьер

Глава 1

— Борис Васильевич, — говорит секретарь. — Я доложу о вашем присутствии. Подождете?

— Безусловно. — Кивает наставник. Переглядываемся.

— Наши планы, скорее всего, не меняются. Позвоните вашим кураторам, Максим. Все же вы теперь не до конца принадлежите сами себе. Государству вы тоже обязаны.

— Вы правы, — спокойно говорю.

Достаю перегооворник и чуть отхожу в сторону, от явно греющей уши секретаря ректора.

— Матвей? Добрый день.

— Максим, приветствую. У мнея не так много времени, вы же понимаете почему, да?

— Я в связи с этим вопросом и звоню, — соглашаюсь с безопасником. — Какие мои действия?

— А, точно, вы же в Смоленске-2… ну да. Нужно в ратуше получить разрешение на выезд. Ваш же городок закрыли. А, еще одно — постарайтесь не задействовать портальную сеть — очереди будете ждать долго. Перебрасываются войсковые части. Вроде все?

— Спасибо. Но я хотел уточнить про себя как про Род.

— А, это…. пока война вас не касается. Мобилизация не касается совсем, дружины Родов пока что не призывали. Ваша задача просто учиться и никуда не лезть.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Можете потратить еще минуту?

— Минуту, Макс, не больше.

— С чего началось? Вроде ожидали через полгода?

— Сложно сказать. Но мы подозреваем, что та волна арестов людей, с обнаруженными ксеносами, могло спровоцировать почти готовое нападение. Все же османы готовились, и мы это знали. Так что они решили активировать все закладки, думаю. Не бери в голову. Мы готовы, пока все по планам — никаких неожиданностей. Как раз твой Род сыграет свою роль на внеочередном заседании, завтра. Но лично ты можешь быть относительно свободен. Проходящая вторая волна арестов вскрытых агентов влияния турков тебя не касается. Если ты меня про нее вызвал поговорить.

— Нет, я про нее даже не знал. Я хотел уточнить мои действия. Но вы мне уже сказали, что ограничений нет. Спасибо.

— Максим, просто, чтобы вы понимали. Это не только тебя не касается мобилизация. Она пока что у всех дворянских Родов пока не является обязательной. Это не глобальная война. Это планируемый конфликт, который мы ждали и готовились. Причем обе стороны. И обе в него вступили не в самый удачный для себя момент. Так что посмотрим, кто подготовлен лучше. Если что-то пойдет не так, тогда Михаил Александрович издаст отдельный указ, и ты будешь о нем оповещен по переговорнику. Раз сейчас к тебе новость не приходила… Не приходила ведь?

— Нет, не приходила, — подтверждаю.

— Вот. Значит в тебе пока Империя не нуждается на военном фронте. Все, Максим. Больше времени нет. — Отключается.

— Ну что? — спрашивает Кошкин.

— Говорит, что во мне не нуждаются, ни лично, ни как в представителе Рода. Ограничений никаких нет как и у других дворянских родов. Кроме тех, что налагает статус закрытых городов. Надо получать разрешение на выезд в ратуше.

Кошкин кивает.

— Про другие Рода поподробнее скажите, пожалуйста, Максим, — интересуется Кошкин. — Что точно сказал ваш куратор от службы безопасности?

— Сказал, что мобилизация пока что у всех дворянских Родов пока не является обязательной. Это дословно.

— Интересно. — На десяток секунд наставник уходит в себя. — Кажется Михаил Александрович решил задавить слишком самостоятельные Рода.

— Почему? — Удивляюсь. — Какая тут связь?

— Да несложная, по сути, Максим, — почти усмехается Кошкин. — Если подчиненная лично императорскому роду армия конфликт вытянет на себе, то встает вопрос о лояльности и необходимости тех, кто в конфликте не участвовал. А у императора под рукой будет обстрелянная армия. Вам, кстати, беспокоиться не надо. Все-таки вы важная составляющая плана Михаила Александровича. А вот моему Роду нужно озаботиться экспедиционным отрядом. Если вы не будете продлевать контракты ваших наемников, то я бы хотел перекупить их контракты.

— А, то есть вы отряд послать все же хотите?

— Конечно. Лояльные — пошлют отряды, умные нелояльные — тоже. Слишком уверенные нелояльные — этого не сделают. Вот их, как раз, последствия настигнут. Ну а в случае, если армия не справится, тогда отряды пришлют все, и конфликт внутри страны заморозится еще лет на двадцать. Но я думаю, что справятся. Армию император увеличил. Портальная сеть тоже прирастает городами, так что я думаю, государь может позволить себе играть от обороны и выиграть.

— Да, и еще одно, Борис Васильевич, — говорю наставнику. — Нам настоятельно не рекомендовали пользоваться порталами. Матвей сказал, что они перегружены. Будем ждать своей очереди очень долго.

— Вот, о чем я вам и говорил, — отвечает Кошкин. — Император перебрасывает войска, значит, ситуацию он контролирует. Выбрасывайте её из головы, Максим. Скорее всего, в ближайший месяц вас эта история не коснется. Государь не будет пересматривать договоренности с вами. Это не в его стиле.

Киваю.

— Ректор ждет вас! — вклинивается в разговор секретарь.

Заходим в кабинет.

— Борис Васильевич, Максим, доброе утро, — Жанна Аркадьевна рада нас видеть, несмотря на очень усталый вид. — Прошу вас, только недолго. Сами понимаете.

— Понимаем, — согласно кивает Кошкин. — Нам нужно закрыть два контракта.

— Вот жаль, Борис Васильевич, что вы от нас уходите. Максим — понятно, ему учиться надо дальше, здесь, у нас, он только время потеряет, — говорит Жанна Аркадьевна. — А вот вашего предмета лицею крайне неприятно лишаться.

— Я группу довел до экзаменов, сменщика подготовил, не переживайте. Думаю, учебный процесс не прервется, а дела рода меня теперь ждут в столице, — отвечает Кошкин.

— Да, — со вздохом соглашается ректор. — Эта неожиданная война нам все планы попортила. Понимаю. Ваши бумаги подготовлены, амулет тоже. Оставляйте отпечаток. Задолженность лицея вам будет перечислена в течение недели, — обращается к Кошкину, потом переводит взгляд на меня. — А ваша задолженность, Максим, спишется с вашего счета в Имперском банке. Сразу же.

Пожимаю плечами. Кошкин прикладывает руку, подает магию. Бумаги под амулетом на мгновение вспыхивают радужной пленкой. Следующим за ним прикладываю руку я. Получаю закрытый контракт.

Прощаемся с ректором.

— Ну все, Максим, — говорит мне Кошкин на выходе. — У вас есть время до обеда. После обеда вместе пойдем получать разрешение на выезд из города. Вызовите свой дирижабль, пожалуйста, так нам будет проще добраться до Новгорода. Я подозреваю, что билетов на транспортный дирижабль, а тем более на диск, не будет сегодня вообще.

— Хорошо, конечно же вызову, — отвечаю. — Я, по идее, и планировал лететь в столицу на нем. Только вопрос: чего мы так рано в город поедем? До Орши всего полтора-два часа на мобиле.

— Максим, как вы думаете, сколько людей каждый день мотаются из транспортного узла до Смоленска-2? — спрашивает Кошкин.

— Не задавался этим вопросом, — отвечаю.

— Ну так вот я вам скажу, — говорит Кошкин. — Что таких людей очень много. Начиная от курьеров и людей, обеспечивающих грузовые перевозки. И заканчивая теми же самыми военными. Все-таки каждый форт у нас полного списочного состава.

Да. С этой точки зрения людей должно быть прилично. Смоленск-2 хоть и маленький, но все же городок.

— Вот, вы понимаете, — кивает мне Кошкин. — Так что лучше прийти пораньше, думаю, что сегодня разрешением озаботится очень много людей.

— Хорошо, — соглашаюсь с Кошкиным.

Не очень я ожидал это ограничение по времени, но постараюсь успеть. В принципе, дел у меня немного. Всего-то тринадцать родовых клятв выслушать.

Вызываю Первака.

— Утро доброе. Времени мало, так что сразу прошу тебя об одолжении, — говорю в переговорник.

— Максим, все, что угодно, — отвечает парень.

— Первак, нужно собрать все тринадцать человек, кроме Людочки. Тут ты мне не помощник. В парке. У меня крайне ограниченное время, нужно будет провести ритуал. Если кто-то не хочет давать клятву роду, заставлять не надо. Это его выбор. А выбор должен быть добровольным.

— Задачу понял, Максим, — тут же отвечает Первак. — Сколько у меня времени?

— Думаю, что до окончания завтрака. Даже если вкладывать по десять минут в каждого будущего члена Рода, я в парке застряну минимум на два часа, — размышляю вслух. — А после обеда я уже должен быть в городе.

— Почему такая спешка, позволь спросить? — Немного удивляется Первак. — Не подумай, я и так всех оповещу и соберу, но может наша помощь понадобится?

— Так война же, — отвечаю Перваку.

— С кем? — удивляется тот уже сильнее.

— А, вы еще не знаете. Османы объявили нам войну, так что городок сейчас на военном положении также как и лицей, — объясняю. — Но мой боярский род это не сильно касается. Кстати, донеси эту информацию до всех остальных. Вдруг она сможет повлиять на их решения. Пусть лучше знают об этом.

— Хорошо, — произносит Первак. — Все будет сделано.

Отключается.

Двигаюсь в парк. Что ж. Время еще есть, пусть и немного.

Но в парке я все равно оказываюсь не первым. В центре парка меня уже ждут Рогволд и Сергей.

— Доброе утро, ребят. — Здороваюсь первым.

— Приветствуем, Максим. — Ребята переглядываются и здороваются в унисон. — Мы хотим быть первыми принятыми в Род. Примешь нашу присягу? — И тот и другой, уверены в положительном ответе, но все равно, немного волнуются.

— Конечно! — соглашаюсь. — Думаю, антураж нам не нужен?

— Ну как сказать, — со смешком отвечает Рогволд. Потом ловит взгляд Сергея и тут же становится серьезнее. — Макс, неважно это, конечно же. Но вопрос позволишь?

— Давай, время спокойно позволяет.

— Мы будем посылать отряд против османов? — Улыбка парня превращается в оскал. — Если будем посылать — я хочу участвовать.

— Будем, думаю. Если война будет не быстрой, — задумчиво отвечаю. — Но пока наша задача освоить как можно больше из того, что дает лицей.

— Мы, как раз, это уже сделали. Мы форсировали обучение, чтобы была возможность поступить в Академию вместе с тобой, или чуть попозже. Так что можешь на нас рассчитывать.

— Хорошая новость. Я чуть-чуть слышал про порядки там от учителя. Действительно группой несколько легче. Ладно. — Меняю тему. — Кто первый?

— Наверное, я, — смущенно говорит Сергей.

— Он, он. Мы договорились, — Рогволд усмехается.

Киваю.

— Что же, повторяй за мной — Я, Сергей, сын… Какого ты рода?

— Из мещан я, Алексеева сын.

— Хорошо. Повторяй снова: я, Сергей, сын Алексеева, перед лицом предков и силами магии клянусь…

Глава 2

В Оршу мы попадаем очень поздно ночью. И вовсе не от того, что не торопимся. Просто к сожалению, последние события сильно затрудняют выезд из закрытого городка.

Разрешение на выезд подписывают довольно быстро, в ратуше. А благодаря встреченному Степанову, мы получаем разрешение вообще практически мгновенно. Только вот выехать из города не получается. На выезде из города скапливаются огромные пробки.

Форт Смоленска-2 организует пропускную систему, а так как войны все же не очень частое событие, то и наработанных алгоритмов у стражей нет. Кроме того, всего по одной полосе движения в обе стороны, плюс проверка разрешений, плюс желающие. Ну, в общем, вариантов-то и нет.

Но может быть это и к лучшему. Я как раз успеваю переключиться с последних событий на свои потребности.

Более того, пока мы стоим в очереди, за рулем сидит Кошкин, и у меня образуется много времени на дополнительные опыты в созидании разного.

Оценив удобство наруча на руку, создаю практически копию себе на другую руку, только из другого материала. Что туда вложу, пока не знаю, тут еще нужно подумать. Еще создаю последовательно дополнительно два шарика с тем же посылом, и теперь кинетическое оружие у меня вполне неплохое. Полностью подконтрольные шарики в радиусе действия моего Аспекта теперь очень грозное оружие. Раньше не хватало векторов, и двух снарядов все же маловато, для контроля. А вот четыре, скорее всего, смогут остановить почти любое существо или человека. Если не справится пси напрямую. В пределах действия Аспекта, конечно.

Изымаю накопитель из абсолютного щита и все-таки встраиваю его в наруч. Этот амулет со своим порталом банально выгоднее, раз туда не может попасть никто. Надо научиться ставить его быстро, и как амулет последнего шанса наруч внезапно начинает играть новыми красками. А если туда закупить лечебное оборудование, то вообще, получается огромное, доступное только мне пространство, которое можно использовать как идеальный сейф, и как место восстановления, тренировки, и чего только можно там придумать. Тех же големов например. Главное договориться с Хозяином Лабиринта. Да и еще момент. Не понимаю, можно ли выделить мне лично кусок пространства. Не контролирую же этот момент, а существо из Лабиринта не факт что всегда говорит правду. Я его не знаю. Всех его целей тоже. Может же случиться, что прихожу, а ничего, что туда поместил нет, и доступа к этому нет тоже. Будет неприятно. Но некоторые вещи вроде наборов зелий, рационы, может что-нибудь из лечебных крупных систем амулетов — должны же быть такие, имеет смысл туда поместить. Если и исчезнет — не страшно, расходники же.

Кроме того, портал фактически может на неопределенный промежуток времени почти изымать меня из Мира, да еще и с пользой. Трудно это переоценить. Всегда теперь у меня есть место, где восстановиться. Так что единственный накопитель переставляю туда. И заряжаю сразу же достаточно для развертывания портала.

Думаю, что если портал примет стазисный шкаф любого размера, какой удастся достать, то у меня будет что-то вроде не очень удобного, но постоянного хранилища вещей, например. В общем, поле для экспериментов огромно. Дар Хозяина Лабиринта значительно больше, чем просто место тренировки.

Большая часть работы проходит внутри меня, поэтому Кошкин даже не спрашивает, что делаю. Он понимает, что что-то делаю с амулетами. Понимает, что это безопасно, и пока что, этого достаточно. В какой-то момент мы встаем в плотную пробку и наставник позволяет себе отвлечься от дороги. Вождение для него такой же глубокий процесс, как и работа над новым заклинанием, например.

Останавливаемся в конце большой пробки перед Фортом. Кошкин слегка разворачиватся ко мне.

— Максим. На первое время мы остановимся в моем поместье. Дирижабль там есть куда посадить, так что летим сразу туда. Но в ближайшую же неделю нужно будет обязательно снять вам дом в столице. Вы можете, конечно, воспользоваться общежитием в Академии. Только, насколько я помню по своему прошлому, это считается очень непрестижным, а вам эти социальные условности сейчас соблюдать все-таки придется.

— Неожиданно, — удивляюсь. — Но раз нужно, перееду. Я и не собирался жить у вас.

— Да, я понимаю. Но в Академии нет престижных комнат под сдачу. Там все общежитие очень неплохое. Но условности, все-таки есть. Так что выделенными комнатами пользоваться вы сможете только как временным жильем. Оставаться на ночь, например, если задерживаетесь на занятиях. Но небольшие приемы организовывать придется в городе. Иначе вы будете вне общения. Понимаю, что вам сейчас это вроде бы не нужно, но поверьте, многие вещи, нужные для Рода, проще решать через такие вот связи, а не с позиции силы. Но это мы с вами обговорим еще, пока не важно.

— Борис Васильевич, у меня просьба в связи со всем этим. Нужно как-то так подгадать, что бы через три недели вернуться в Смоленск-2. Дело в том, что примерно тогда истечет срок, который у меня запрашивали охотники на свои поиски. Думаю они будут знать через три недели расположение Гнезд. Это дело нельзя откладывать на будущее.

— Хорошо, Максим. Вы правы. Я напомню и поспособствую, если что.

— Как? — удивляюсь.

— Я не только в лицее могу преподавать, Максим, — хмыкает Кошкин. — Для лицея мои компетенции все же избыточны. Да и помочь академикам становиться лучше, за счет контроля своих эмоций и действий — чем не миссия?

— Проще говоря, вы их бесите, но ничего они с вашим назначением сделать не могут?

— Да. — Краем губ усмехается Кошкин.

— Кажется, мне будет интересно учиться. — Качаю головой.

— С вашей скоростью обучения? — уточняет Кошкин. — Интересно. Но, думаю, недолго. Уверен, что вы поймете принципы значительно быстрее среднего студента. А это главное. Не знание формул наизусть. А понимание как, что и когда применять. Формулы и посмотреть можно. Да и в бою используешь все же не их, а наработанные навыки. А вот новое…

— И часто создают новое?

— Нет. Потому что закостенели. Но мы с вами слегка взорвем их спокойную жизнь. — удовлетворенно подводит итог Кошкин. — Не увернутся.

— А Клавдия Сергеевна почему с нами не поехала?

— Она уже давно вернулась в столицу, Максим. Вы невнимательны. Почти сразу, как закрыла контракт. Боевого мага в Академию пригласили с удовольствием. Попробовали бы не пригласить! — Слегка улыбается Кошкин. — У них, конечно же желающих много. Но желающих, кого отмечает государь, и к кому в комплекте прилагаюсь я, все же нет, так что шансов отказать тоже не было. И это особенно приятно. Давно не пользовался административным ресурсом. И я вам, Максим, скажу, что это отдельное удовольствие.

— А каким вы ресурсом пользовались, — удивляюсь. — Вас же вроде пытались вообще в столицу не пустить, и, кажется, почти получилось?

— Здесь вы правы. Но есть нюанс. Тут сошлись несколько факторов, смерть моего драгоценного отца, снятие опалы императора, выполнение мной взятых на себя в споре обязательств — все это образовало смесь, которую разрешило ваше появление. Ну и еще тот момент. Наш Род Кошкиных один из пяти основных покровителей Академии со дня ее основания. Банально, мы платим деньги. И ни разу не пропускали эту добровольно взятую на себя обязанность. Так что в Совете у меня есть и место, и некоторое влияние. Пусть и неоднозначное. — Кошкин неожиданно зло почти улыбается. — Они хотели полноты власти. Что же, не все желания имеют шанс исполниться. Так что у меня, кроме преподавания, будет еще пара интересных задач, Максим.

— Удачи! — замечаю. — Поддержу, если будет надо.

— Нет, нет, Максим. Это только моя небольшая война. Вас она коснется опосредовано, поэтому я и рассказал про различные условности. Что бы вы были готовы к провокациям. Напрямую действовать никто, очевидно не будет, но косвенно…

— К сожалению, ваши недоброжелатели будут не в одиночестве. Боярские Рода уже начали нанимать убийц. Думаю, что-то более тонкое тоже будет применяться.

— Да, поэтому я и счел возможным восстановить себя в Академии. Вам хуже уже точно не сделает, а знакомство с двумя преподавателями может когда и помочь.

— Я в Академию иду с поддержкой своих людей. Они понемногу начнут прибывать в Академию. По мере окончания лицея.

— Это вы хорошо придумали. Хотя там нет такого четкого разделения на группы влияния как здесь, — показывает головой на оставшийся за спиной город. — Все же лояльные лично тебе люди могут потребоваться. Я помню. Да и практику проходить сработанными группами будет гораздо легче. Но это дело будущего, Максим. Сейчас нужно снять дом.

— И поставить защиту, вроде вашей, той что на поместье. — усмехаюсь. — Кажется это будет нелишним.

— Это тоже, — задумчиво говорит Кошкин. — Я помогу вам, можете рассчитывать, конечно же. Попроще защита будет, все же город, но однозначно под ваши потребности подберем.

— Борис Васильевич, — вспоминаю про накопители. — Мне бы приобрести еще три-четыре маленьких накопителя. Хочу немного изменить свои амулеты.

— Прибудем в поместье — я посмотрю, что у меня есть. Три хороших накопителя в том доме может и не найдем, но парочку найдем точно. Для такого запроса нужно ехать в основной дом Кошкиных, когда наследство приму.

— Парочка тоже к месту. — Киваю. — Но если что — куплю, есть же места, не так ли?

— Не так. — отрицательно качает головой маг. — Думаю, что вы опоздали, Максим. Все относительно доступное по цене давно разобрали в связи с войной. Так что дефицит данных материалов сейчас больше обычного. Не особенно рассчитывайте на покупку.

— Да уж, я умудрился не придать этому значения. С другой стороны, я бы и не узнал заранее. Да, и в Пятне, мне бы накопители не помешали бы, а лучше десять. — Вспоминаю схватку с ксеносом. — Обратился бы к государю, но сейчас, насколько я понимаю, нашему императору очень сильно не до этого. Кстати, а почему так переживают? Я уже сталкивался с османскими магами. Я бы не сказал, что они умелее, чем наши, или опытнее. Обычные вроде бы, не так?

— Нет, тут вопрос в другом. — задумывается Кошкин. — Сами по себе маги действительно у них проигрывают нашим по силам и по возможностям, но доступ к нетрадиционным практикам эту разницу часто превращают в ничто. Да и есть у них доступ к северной Африке. А оттуда часто эти очень неоднозначные практики выползают. Так что я бы не стал думать, что война закончится очень быстро. Извините, Максим. Так что рассчитывайте на длинные сроки. Если я буду не прав — только порадуюсь.

Глава 3

Ночной Новгород с высоты птичьего полёта прекрасен. Не видно ни грязи мостовых, ни различий в одежде между богатыми и бедными. Старые дома тоже не бросаются в глаза, зато красивые дворцы освещены магическими светильниками. Залитые светом улицы создают ощущение праздничного города.

По дорогам тянется река мобилей — сверху не разглядеть, извозчики это или что-то иное, видны лишь движущиеся огни.

В центре, на берегу реки отлично заметен магический купол над Кремлём. Он едва переливается радужными отблесками. С высоты это выглядит впечатляюще.

Но мы летим не туда, а чуть в сторону. Уже виден выложенный огнями крест — дирижабль начинает снижаться в сторону поместья Кошкина. Именно туда мы и направляемся. После выгрузки меня и Бориса Васильевича дирижабль не задержится — он отправится дальше по своим делам, ведь Клим уже получил новые контракты, которые я одобрил.

Экипаж работает с энтузиазмом, поскольку все они дали мне клятву служения. Пока лишь как слуги Рода, не как полноценные члены, даже младшие, но с потенциалом роста. И хотя почти все они не маги, шансы войти в состав Рода высоки, особенно учитывая, что они — единственные, кто работает на меня в воздухе.

Что касается мага воздуха из команды Клима, его шансы практически стопроцентные. Пусть и не сразу.

Дирижабль аккуратно садится на подготовленную поляну. Создаётся впечатление, что Кошкин (или его предки) заранее предусмотривали место для такого транспорта. Пространство вокруг озера расчищено идеально — конечно, самолёт или флаер из моего мира здесь бы не приземлились, но дирижабль вписывается как родной.

Выгружаемся. Вещей у меня неожиданно много. Внушительный чемодан оказывается подзабит. Заказанный костюм, обувь, два комплекта формы лицеиста. Всё это занимает немало места. Плюс серебристый сплав, который я не хотел оставлять в Лицее. Где его брать потом — пока неясно. В Академии его может не быть, например, а он мне ещё пригодится: хотя бы для шариков и амулетов. Но, думаю, в столице эту проблему решу. Если здесь чего-то нет, значит, этого нет нигде.

На поле нас встречает Рыжая, в компании Семена, доверенного слуги Кошкина, и его конюшего Кузьмы. И это отлично. Помощь пригодится точно.

— Приветствую, Клавдия Сергеевна! — обращаюсь я к Рыжей, которая, судя по всему, скоро станет лучшей половиной Кошкина.

— На «ты», Максим, мы же дома, — улыбается девушка.

— Как скажешь, Кло. — улыбаюсь.

Кошкин смотрит на неё так, как смотрят на игривых котят — с теплотой и без тени недовольства.

— Ну и ты, Боря, заходи. Обещал же приехать раньше, насколько я помню.

— Извини, — слегка улыбается Борис Васильевич. — Обещал, но пришлось задержаться.

— Да я понимаю, — машет рукой Рыжая. — Пойдёмте, ужин уже ждёт. А то Эльвира Леопольдовна рвёт и мечет. Не показывая вида естественнно, как и положено благовоспитанной даме. Но мы-то знаем.

Бросаю взгляд на Кошкина.

— Ну а что ты хотел, Максим? Ты теперь будешь учиться в Императорской академии. Расширенный курс этикета, знание всех родов империи, их взаимодействий — это тебе пригодится. Никто не научит тебя этому лучше. Так что занятия начнутся с утра, потом поедем оформлять документы, искать дом и прочее.

Тяжело вздыхаю. Не хотелось, конечно. Мне казалось, я уже всё знаю. Но, видимо, наставник прав — этих тонкостей мы с Эльвирой даже не касались. Придётся учить.

— Да еще тебе нужно заказать одежду с вышитым гербом. — добавляет Кошкин. — Ты же себе герб так и не выбрал, имеешь, конечно, право, все же герб это не совсем наше, это больше западное. Но тебя не поймут — как минимум нужен знак боярского рода на одежде.

— Пока не представляю, что на нём должно быть. Хочется, чтобы он что-то значил. Я понимаю, что император подпишет любой, соответствующий геральдике. Это же совершенно неважно для него. Но хотелось бы чтобы он был говорящий.

— Пойдёмте, пойдёмте! — торопит рыжая. — Без вас не садились. Господа почтят нас своим присутствием? — Девушка смотрит на Клима. Причем в эмофоне вполне себе доброжелательное безразличие.

Клим смотрит на меня — чувствую, что у него времени практически в обрез, но отказать хозяйке он не может.

— Нет, Кло, господа летят дальше. — оборачиваюсь к Климу. — Благодарю за службу.

— Будем рады видеть ваш корабль снова, — говорит девушка.

Передаю чемодан конюху и следую с Борисом Васильевичем в главный дом.

У меня есть минут пятнадцать, чтобы разместиться в той же комнате, что и в прошлый раз.

Привожу себя в порядок, раскладываю теликинезом вещи и вешаю их в шкаф. Можно было, конечно, попросить служанку, но не вижу в этом смысла — для меня это в лицее стало привычным делом. Да и быстрее, если уж честно.

Надеваю лицейский мундир. Да, я закончил лицей, но мундир мне сейчас впору, во-первых, а во-вторых, к ношению, если без знаков различия, он разрешен. Почему бы пока не пользоваться?

Спускаюсь вниз, здороваюсь со всеми по старшинству. Замечаю довольное выражение лица Эльвиры.

— Молодец, — говорит она. — Всё-таки какие-то уроки усвоил. Поздоровался почти со всеми исходя из статуса. Допустил небрежность, но мы это разберем завтра.

Вздыхаю. Удивительно вообще-то, думал что нигде не ошибаюсь.

Подают первое блюдо. Все довольно голодны, но при этом соблюдают этикет — за столом ведь Эльвира Леопольдовна. Её боится сам Кошкин. Усмехаюсь, но гдето очень глубоко про себя. Беру пример с наставника.

Все очень аккуратно отрезают маленькие кусочки, разговаривают ни о чём, Кошкин ухаживает за рядом сидящей своей половиной. Мне в этом смысле везёт — я сижу один на противоположном конце стола. Так что и отвечаю только за себя. Эльвира сидит прямо напротив меня. И сама начинает разговор.

— Ну что ж, Максим, экзамен по обращению со столовыми приборами, считайте, вы тоже мне сдали, — чётко замечает Эльвира. — Это приятно. Значит, за те несколько дней, что мы провели вместе, вы взяли достаточно много и еще больше не забыли. Это хорошо. Расскажите мне, молодой человек, какие у вас планы?

Понимаю, что Эльвира Леопольдовна просто поддерживает светскую беседу, хотя при этом принимает у меня экзамен и корректирует своё обучение. Интересная женщина, конечно.

— Конечно, Эльвира Леопольдовна. На утренние часы планов у меня по настоянию наставника нет. Они все зарезервированы под вас. А вот потом мне необходимо найти дом в городе, передать документы в Академию, получить комнату для проживания и тому подобные мелочи. Их вроде бы немного, но всё же прилично. Кроме того, боюсь, что в первые же дни нужно заказать одежду, соответствующую статусу. Как бы я ни хотел этого избежать, тратить время на это придётся.

— Одобряю, Максим. Не переживайте, это не трата времени, а вложение в ваше будущее, — с лёгкой улыбкой замечает Эльвира.

Кошкин и Рыжая с удовольствием наблюдают за нашим разговором. Особенное удовольствие, кажется, они испытывают от того, что их никто не трогает за столом.

— И ваши планы я поддерживаю, — продолжает Эльвира Леопольдовна. — Единственное, к портному я пошла бы в первую очередь, поскольку это всё-таки долгий процесс. Времени, как я понимаю, у вас не так много. Встречают же по одёжке, поэтому на первое же занятие приходить в мундире лицеиста, пусть даже в таком хорошем, как ваш, всё же не совсем правильно. Я так понимаю, с финансами вы не испытываете проблем?

— Не испытываю, — подтверждаю я.

— Поэтому постарайтесь заказать как минимум два комплекта одежды. Как я поняла со слов Клавдии Сергеевны, вы умеете делать артефакты.

— Да, есть такое, — соглашаюсь.

— Про браслеты вы уже знаете, надеюсь?

Киваю в подтверждение.

— Не понимаю почему, но знаю, что кроме ученического браслета, другие носить не стоит.

— Да. Это признак не очень традиционного понимания слова семья и взаимоотношения. Углубляться за столом в эту тему мы, пожалуй, не будем. Наручи, вот как у вас, кстати, носить можно. Вас будут считать ревнителем старины. Это неплохо. А вот перстни вам всё-таки стоит сделать. Не обязательно носить их всегда, но в первые посещения Академии нужно показывать, что полный комплект защитных и атакующих спящих заклинаний у вас есть. Это что-то вроде обычной вежливости. В первые же дни вас оценят, взвесят и поставят в ту социальную страту, из которой потом будет очень сложно выбраться. Поэтому лучше сразу сделать задел на будущее: спокойное поведение, дорогая одежда, хорошие украшения. Я бы ещё посоветовала хороший парфюм, но это как минимум, просто решить. Ваши знания никому в первые дни не интересны, кроме преподавателей, но преподаватели, к сожалению, не имеют решающего слова в студенческом социуме. Они вообще никакого веса там не имеют.

— Я обязательно прислушаюсь к вашим словам, — с уважением говорю женщине.

На самом деле я вроде бы понимаю всё это, но впервые слышу, сведённое воедино.

— Максим, я не знаю, какая у вас личная сила, я всё-таки слабый маг, но знаю точно, что большинства конфликтов можно избежать, просто соответствуя выбранной роли внутри большого социума. Почти все конфликты — это претензия на что-то. Подтвержденная или нет — второй вопрос.

— И снова благодарю вас, Эльвира Леопольдовна.

— Кроме того, Максим, боюсь, вам не стоит идти в Академию до того момента, пока вы не выучите все основные гербы и ключевых игроков Российской Империи. Академия — это не ваш заштатный Лицей, как бы он ни был хорош. С точки зрения столичных снобов — все равно это провинциальное заведение, поэтому вас обязательно будут проверять на прочность. В столичной Академии учатся потомки основных Родов Империи, и на любом курсе, куда бы вы ни попали, обязательно будет один, два или пять человек из боярских или графских семей. У многих родители занимают высокие должности, поэтому хорошей идеей было бы знать, кто за что отвечает. Просто чтобы примерно прогнозировать последствия тех или иных своих решений. Видите, я сознательно не говорю вам, с кем дружить, а с кем нет. Сознательно не говорю, чего-то избегать. Это невозможно, это студенческая жизнь, но прогнозировать последствия вы должны, как взрослый человек.

Неожиданный плотный ликбез вызывает уважение. Я вслушиваюсь практически в каждое слово. Удивительно, не знаешь, где найдешь важные куски пазла. А их мне до сих пор не хватает. Очень я однобоко развиваюсь.

— Обязательно в первые же дни запишитесь на внутреннюю арену. Среди студентов это не является обязательным, но… — Эльвира поправляется. — Раз вашим ментором является Борис Васильевич, я почти уверена, что вы можете показать очень серьёзные результаты для своего возраста. Хорошо бы этим воспользоваться сразу же. Поэтому обязательно запишитесь на учебные поединки. Это вам не будет стоить почти ничего, займёт не так много времени, но при этом сильно сократит число желающих проверить вас на прочность в дуэлях. Многие столкнутся с вами в учебном бою, и этого будет достаточно, чтобы лишний раз не провоцировать конфликты.

— Это прекрасный совет, Эльвира Леопольдовна.

Бросаю взгляд на Кошкина — тот смущённо пожимает плечами.

— Да, Максим, я уже давно учился, забыл. Эльвира Леопольдовна всё правильно сказала. Это очень удобный способ заранее демонстрировать свои возможности. Просто на дуэлях выкладывайтесь на сто процентов, а в учебных поединках лучше не показывать больше шестидесяти. Как говорят: «Умеешь считать до десяти — остановись на шести». В вашем случае я бы сказал — на четырех. Этого достаточно. Никто не ожидает больших результатов, так что даже средние, показанные вами, сократят число желающих потешить своё самолюбие.

Киваю, принимая к сведению слова обоих магов. В принципе, так и прогнозировалось.

Глава 4

А вот утренний Новгород производит несколько более спокойное впечатление. Вообще не очень отличается от того же Смоленска-2. Разве что город побольше и люди сильнее не похожи друг на друга. Думаю, просто за счет того, что это все-таки столица. Здесь можно увидеть и очень бедных людей, которые прехали за счастьем, и тех кого вопрос еды не волнует уже давно.

Едем по белому от снега Новгороду. Улицы, конечно, чистятся, чего я кстати не сильно замечал в Смоленске, но там и погода другая все время стоит. А здесь все-таки зима, причем зима холодная. Дома стоят в снегу, в парках, кроме елок, довольно голо. Но все равно красиво. Да и с утра детей по паркам много. Снеговиков не лепят — не та погода, а вот с горок массово катаются. Забавно. Я такой беззаботной суеты и не видел никогда.

Зиму я чувствую сразу как мы приземляемся в поместье Кошкина. А уж когда с утра переходим из дома ниставника в мобиль, она становится еще более заметной.

Смотрю на мимо проходящих людей за окном мобиля, и вижу довольно много, которые очевидно не чувствуют проблемы с окружающим холодом.

Кстати это имеет смысл уточнить.

— Борис Васильевич, — обращаю внимание Кошкина на легко одетых людей за окном, мимо которых мы медленно проезжаем. — Они же с амулетами, я уверен.

— Кто? А! Вы про обывателей! Конечно, Максим. Обычный амулет комфорта.

— Вы знаете подобное плетение? — уточняю.

— Конечно, — безразлично провожает взглядом обывателей Кошкин. — не подумал, что для вас оно окажется незнакомым. Такое плетение проходят одним из первых в Академии, как пример взаимодействия и преобразования разных стхий. Оно несложное для личного использования магом. Да и к постоянному использованию рекомендовано. Просто при входе в жилой дом, его нужно деактивировать, ну как галоши снять, примерно.

— Покажете?

— Безусловно. Сейчас я сам его на вас наложу. Забыл просто, Максим. Извините. — Кастует средней сложности конструкт.

В ускорении успеваю посмотреть за формированием плетения, и, думаю, смогу его повторить — действительно довольно несложное.

— Домой вернемся — я объясню и покажу.

— А в амулет его можно вложить?

— Конечно, но в амулет конструкт нужен значительно сложнее. Но я вам его тоже покажу, не сложнее абсолютного щита, а с ним вы уже справлялись. Плетение знают практически все армейские маги. Да и обычные пользуются свободно, его описание довольно распространено.

— Оно только зимой действует?

— Не совсем. Плетение создает комфортную температуру вокруг тебя. Недалеко, на десяток сантиметров, не больше. То есть в пустыне тебе будет прохладно, а сейчас вот здесь и сейчас будет тепло. Будет слегка дуть ветерок, если надо. Если не надо, то постарается укрыть тебя от проявлений плохой погоды.

— Какой интересный конструкт.

— Не особенно. Он не уберет дождь, не поможет тебе с сильными ветрами. Но при прочих равных, это очень неплохой городской помощник для комфортного существования.

— Борис Васильевич, — решаю сразу после каста уточнить у наставника совсем другой вопрос.

— Да, Максим?

— Вы знаете что за нами следят? — уточняю у мага.

— Да? — совершенно спокойно уточняет Кошкин. — Не знаю, Максим. Но если честно я не удивлен. Вы все-таки достаточно заметная фигура теперь. Привыкайте. Кто-нибудь следит за вами будет все время. Причем, не обязательно с плохими целями.

Сразу по въезду в Новгород я чувствую на себе внимание со стороны. Даже скорее не на себе, а на той машине на которой мы передвигаемся. Ощущение что нас ждали и наблюдение теперь за нами за нашим мобилем становится совершенно отчетливым. При этом не агрессивным и как я понимаю, вполне себе нейтральным.

Более того, у меня есть ощущение, что те кто за нами наблюдают, даже не скрываются особо, потому что за нашим мобилем пристраивается еще одна машина, совсем неброская. При этом она не меняется и следует по всем улицам в трех-четырех корпусах от нашей.

— Ну да, я тоже не чувствую от них какой-то агрессии. — оставляю для себя точку внимания на соглядатаях и в принципе на некоторое время перестаю о них думать. — Куда мы направляемся? — Спрашиваю наставника. — Надеюсь не в Академию?

— Нет, нет, что вы, Эльвира Леопольдовна была права, сейчас мы едем к нашему портному. Надо заказать вам приличные костюмы. Ваш с бала хоть и дорогой, но он слишком праздничный, в этом нельзя посещать Академию. Будете выглядеть разряженным деревенским с ярмарки. Вам такие ассоциации не нужны, ученик.

— Согласен, — уныло соглашаюсь. Очень уж мне не хочется провести пару часов, пока меня опять будут обмерять и все остальное.

— Да не переживайте вы так, — почти улыбается Кошкин. Он практически сразу, с лица читает мое недовольство. — Там куда мы едем мерки снимут за десяток минут, не больше. Это магазин полуготового платья. Не личный портной.

Выдыхаю. Это я смогу пережить.

Мобиль пересекает несколько красивых мостов над замерзшей рекой.

Мы сворачиваем в центральные районы Новгорода. При этом, слева остается очень дорогой центр. Там стоят практически замки в черте города. Справа же, как раз куда мы сворачиваем, застройка попроще. Но более плотная. Думаю у портного неплохо идут дела, раз находится так близко богатому центру.

Выгружаемся. Здесь нас встречают практически сразу же по деловому. Никаких чаепитий, предложений что-то посмотреть и так далее. Только выслушивает пожелания.

Пожелания в принципе просты, спокойная, серьезная, достаточно приличная одежда, без излишеств. Котороя должна гармонировать с мужскими украшениями серебряного сплава.

Принимающий нас управляющий понимает все с полуслова. Появляется, словно из воздуха, пара помощников. Им действительно хватает пары-тройки минут, чтобы с помощью своих портновских амулетов снять мои размеры.

— Прошу вас подождите здесь. — Сразу же после исчезновения помощников говорит управляющий. — Ваш заказ будет готов буквально за 10 минут. У нас есть подходящие заготовки.

Располагаемся достаточно в уютном уголке созданном специально для ожидания клиентов. На столе, как по волшебству, появляются чайные принадлежности, какие-то небольшие заедки с конфетами мучным, но, кроме самого чая мне ничего сейчас не хотелось бы.

— Отсюда в Академию, — проговаривает Кошкин, — отдаем бумаги, вы подтверждаете свой оттиск магии, и домой. Дня через два, будут готовы и ваши костюмы, — кивает на управляющего, — через них же закажем. Это достаточно приемлемая мастерская, чтобы не привлекать внимания, но и не выделяться.

— То есть нужно будет вернуться в Академию снова?

— Конечно. Вот через пару дней получите комнаты в общежитии. Но если вы думаете, что эти дни проведете в поместье, то передумайте снова — вам еще домик снимать, а это очень небыстрое дело. Но я уверен, мы справимся.

— Думаю да, — подтверждаю. — Может пока покажете плетение для амулета?

— Вообще, могу. — кивает Кошкин. — У меня даже очки есть, — тут же намекает мне не привлекать внимания. Но я помню, у меня тоже есть. Одеваю очки артефакторов. Ну, лучше, когда без них, конечно. Вижу больше.

Наставник качает головой, и зажигает над рукой плетение для амулета комфорта.

— Спрашивайте, что непонятно, Максим.

— Да вроде бы все очевидно. А магистрали разного вида магии я вижу.

— Хорошо, Максим. Изучайте.

Именно этим я и занимаюсь. Не сложно, действительно, да и вообще видно, что собрано это все из конечного числа блоков, так что вычислить их, и посмотреть, как они будут взаимодействовать, задача вполне себе техническая. О чем и говорю Кошкину.

— Знаете, Максим. Вас этому, выделению блоков плетений будут учить в Академии. Там как раз принципы взаимодействий тоже будете проходить. Но вы меня порадовали. Просто самим взглядом на плетения. Не каждый поймет, что во многих есть общие блоки. Вы вот обратили внимание. Это радует, Максим.

— По мне, так это очевидно. — Не принимаю похвалы. — Просто потому, что нам еще в Смоленске же говорили про блоки зарядки, стихийные, да и вы меня когда учили сигнальной паутинке, тоже же оговаривали возможность встраивания разных атакующих техник в конструкт.

— Да. Хорошо, что вы это запомнили, Максим. — серьезно говорит маг. — Значит вам тема интересна.

Киваю.

— Ваш костюм готов. Пожалуйте на примерку. — Тихо появляется управляющий.

Соглашаюсь.

Костюм и вправду делают быстро. При этом, я не могу сказать даже в мелочи, что он сделан не на заказ. На меня садится идеально. Даже с легкой небрежностью сразу. А ведь для такого эффекта пару дней надо провести в новом костюме практически его не снимая.

— Спасибо! — от души благодарю управляющего. — Очень хорошая работа.

Тот принимает похвалы вполне себе достойно. Зная, что они полностью заслужены.

— Не переодевайтесь, Максим. — говорит Кошкин. — В таком виде можно и в Академию.

— Отлично, — соглашаюсь.

Идем на выход из мастерской портного. Больше тут делать нечего.

Выходим на площадь. Людей тут немного, но я на автомате врубаю ускорение на максимум, а вот уже потом начинаю разбираться, что же меня настораживает.

Медленно поворачиваюсь.

В поле моего Аспекта так же медленно для меня, но, наверное, мгновенно для внешнего наблюдателя влетает мобиль. Причем он именно влетает. Практически переворачиваясь. Но с другой стороны в мое же поле влетает грузовая машина. Оба мобиля медленно идут к столкновению.

Причем, даже если мы не будем двигаться, переворачивающаяся машина влетает в грузовую секунды через три, и при этом никого из нас не задевает.

Провожаю взглядом этот аттракцион. Все меня в этой ситуации устраивает, и риски, и то что нас не задевает, и даже то, что такие случайности по-определению редки. Но все равно я скорее всего поверил бы, может быть даже переубеждая себя постоянно, что это случайность. Если бы не одно но. Оба водителя давно и безнадежно мертвы. Там нет никакого ощущения сигнатуры. И не было.

Глава 5

Пропускаю мобили над нашими головами. Кошкин начинает реагировать выстраивая щит. Тут я никак не мешаю. В принципе, это очень быстрая реакция. Даже с учетом ситуации — мгновенная. Я только благодаря ускорению могу так реагировать, а он на голой физике и интуиции. Очень здорово.

На секунду поражаюсь. Но все внимание у меня сейчас на пролетающих надо мной мобилях.

Оба мобиля немного странные, потому что что в в легковом, что в грузовом перевозят точно не людей. Аспектом я чувствую мобили вплоть до каждой гайки, и пусть не на каждую могу обратить внимание, но вот груз на заднем сидении пассажирского, и в маленьком кузове небольшого грузового мобилей чувствую прекрасно.

В легковом на заднем сидении привязаны две бочки литров по сто, а вот грузовой такой жидкостью кузов набит, похоже, полностью. Там таких бочек девять штук.

Кроме того ощущаю щелкающий механический аппарат рядом с бочками. Совершенно одинаковый как в пролетающем одиночном, так и в грузовом мобилях. Причем механические штуки очень похожи на взрыватели, каким его в старых фильмах изображали. Что-то вроде больших часов с наполнением.

Я бросаю практически все точки внимания на обе машины. Буквально отрешаюсь от внешнего. Они сейчас находятся внутри действия моего Аспекта, так что мобили вполне подвластны моим интуитивным действиям. Да и противодействия сознательного нет, так что пока я не сильно нарушаю законы мира — пси будет расходоваться слабо. Но вообще, как раз с этим у меня проблем довольно долго теперь нет и не будет. Ускорение позволяет очень быстро обрабатывать информацию и оба мобиля подсвечиваются моим подсознанием красным, несмотря на то, что один, что второй вроде бы не осознаются опасными.

Спокойно выдираю оба прибора из мобилей. Не вижу никакого движения магии кроме того, которое необходимо для работы в самом мобиле. Все абсолютно на механике.

Машины продолжают свое падение и уже почти касаются земли. Придерживаю что один мобиль, что второй, и вот тут пси начинает расходоваться очень серьезными темпами, благо машины уже касаются земли. Машины становятся нейтральными, но краснеют оба взрывателя.

Переношу импульс с машин вглубь внутри моего поля, и он выстреливает брусчаткой в разные стороны, зато машины аккуратно падают на колеса — я чуть докручиваю их телекинезом.

Механические взрыватели откидываю от машин и слегка отпускаю ускорение. Обе механические машинки одновременно делают щелчок и внутри них загораются яркие звездочки белого огня. Отлично подгадано. С точностью до пары секунд. Сейчас, по идее, несколько бочек точно должны были лопнуть, и вот эти звездочки устроили бы нам тут похохатать. Мы с наставником скорее всего бы выжили., а вот окружающие десятки людей — далеко не все.

Все-таки это поджог. Откинутые взрыватели горят очень весело, фактически прожигая даже камень мостовой, пусть и не глубоко. Да, такие штуки бы точно зажгли.

Резко разворачиваюсь. В сознании появляются два красных вектора. Быстро переношу внимание с машин на толпу. Благо ускорение еще работает почти вполовину от максимального.

Толпа еще ничего не поняла, только начинает реагировать, а вот на конце двух векторов вижу двух спокойных, действующих мужиков. Логично! Запуск машин кто-то был должен контролировать. И мое бессознательное этот момент прекрасно учитывает.

Двое обычных прохожих с совершенно незапоминающейся внешностью, вскидывают револьверы. В одного успеваю ударить молнией, а второго накрывает роль черных ос в исполнении Кошкина. Удивительно, но эти люди совершенно оказываются без защиты. Первый товарищ выстрелить не успевает, как и второй. Его накрывает разряд, и мужика откидывает к стене дома. Кажется я с мощностью перестарался. Но это было сознательно — рассчитывал я на амулет, конечно.

А вот у клиента наставника шансов выжить нет изначально. Рой черных ос его буквально разрывает на части.

Все же ни разу не видел действие заклятий магов по незащищенным целям. Деже когда работал по контрабандистам — там были амулеты почти у всех. Хоть плохонькие, но были.

Активные вектора пропадают из моего восприятия, но еще раз оглядываю толпу. В который раз жалею, что утрачиваю на время дистанцию чувствительности, и прочитать могу очень немногих.

Отпускаю ускорение. Толпа отшатывается от трупов, и вот только сейчас начинают рздаваться крики. И ведь какой момент — вокруг на небольшой площади десятки людей. Идут на обед, или наоборот — с него. Но при взрыве пострадавших было бы очень много.

— Как вы? — тут же разворачивается щит Кошкина. Наставник сначала ставит щит, а потом интересуется моим состоянием.

— Все в порядке. Можно убирать щит. Вокруг прямой опасности нет, разве кто пальнет в мобили.

— Что с ними? — легкий взгляд в сторону мобилей наставника.

— Заминированы, были, — киваю на догорающие механизмы. — Теперь — нет. Но внутри что-то сильно горючее, если я правильно понимаю логику. А те двое, — киваю на трупы, — хотели выстрелить в машины. Уверен, что у них в револьверах зажигательные патроны., а потом уже в нас. Но вы прекрасно среагировали. Мне до такой реакции еще расти.

— Не преуменьшайте свои возможности, Максим, второй-то ваш. А тренировки реакцию поправят, не сомневайтесь.

Киваю, соглашаясь.

— Господа! — от толпы отделяется незаметный, но уже очень знакомый мужик. Именно его внимание, и его сигнатуру я переодически чувствую, пока едем по Новгороду. — Тайная Экспедиция. Воронов. Введите меня в курс дела. — Показывает мне удостоверение. Над ним знакомым образом раскидывает крылья знак Тайной Экспедиции.

Вот приятно. Никаких обвинений. По умолчанию — мы правы, а вот потом — разбирательства. Мне мужик нравится практически сразу.

— Покушение. Неодаренными, с помощью механических взрывателей, — киваю на догоревшие огненные звездочки, — в переполненной чем-то взрывоопасным мобилями. По логике сейчас тут вся площадь бы пылала. Двое, кхм, пострадавших — кураторы аппаратов. В руках револьверы, чем заряжены, уж извините, проверить пока не успели. Мой — не факт что мертв, хотя конечно, мда… Наставника — мертв стопроцентно.

— Да, жаль, что не осталось фигурантов… — задумчиво тянет представитель службы безопасности.

Разворачивается в сторону трупов и тут в паре километров от нас, точно где-то вблизи от центра города, сверкает яркая вспышка, и через пару секунд в уши долбит звуковой волной сильного взрыва. Над крышами встает облако объемного взрыва.

— Ничего себе! — мы даже чуть приседаем. — Что это?! — удивляется тайный экспедитор.

— Ответ на вопрос. Это не покушение, это серия террористических актов! Срочно связывайтесь со своими, описывайте пару машин, пусть останавливают все похожие! У вас пара-тройка минут, не больше, до следующего! В машинах механические взрыватели, не дайте кураторам их взвести. Взводят непосредственно перед актом, иначе не подогнать точно время! Внутри мобилей скорее всего сидят трупы! — тут же просчитываю последствия. — Отсюда толпа бы хлынула в ту как раз сторону, и за пяток минут как раз была бы примерно там! Ищите на пересечении дорог! На расстоянии в пять минут бега от взрыва!

— Надо на место взрыва! — почти поддается общей панике безопасник.

— Не до этого! Срочно звони Матвею! Координируйтесь, жертв может быть больше, это не покушение! Это атака! — ору на Воронова. Поворачиваюсь к Кошкину. — Борис Васильевич, карту города есть возможность показать?

— Да, Максим. Вы правы, задачу понял. — разворачивает магией довольно примерную карту города. Слегка извиняясь говорит. — Точнее у меня нет, не было необходимости. — Потом продолжает. — Вот, кругами обозначаю примерный радиус бегущего человека за эти пять минут. Взрыв был, кажется, вот здесь! — ставит красную точку. Опыт преподавателя и визуальное отражение конструктов сейчас помогает идеально. Кошкин слету ловит мою идею. — Вот тут мы. Ставит зеленую.

— Тут, — пальцем показывает на пересечение улиц безопасник. — Наше представительство.

— Подходит под следующую цель. Как и эти две точки! — показываю точки на пересечении окружностей. Безопасник кивает и не прерываясь докладывает в переговорник.

— Имперский Банк и Площадь Побед, там море ресторанов. — слегка бледнеет. — народу — тьма.

— Сразу же доложите, что мобили сопровождают наблюдатели, и нужно нейтрализовывать и их сразу же.

Мужик кивает и быстро проговаривает и это.

Безопасники, кажется, сразу же принимают мои слова к действию, так как в городе становится слышно перестрелку, и даже не одну. Но пока что ни одного взрыва.

Экспедитор отключается от переговорника.

— Сейчас будет помощь, — успевает сказать, как на город почти мгновенно падает знакомое ощущение чугунной плиты. Сердитой такой плиты. Кажется Матвей сразу же заходит с козырей.

Михаил Александрович, Император Всероссийский показывает свою силу. И она вполне себе ужасающа.

Город накрывает волной сердитого спокойствия. В которой я просто понимаю, что нет места другой воле, кроме Императорской. Как минимум для обычных людей. Скорее всего, маги должны почувствовать эту волну — вон как ежится Кошкин, а вот обыватели ничего не замечают. Просто переходят от паники к взвешенному состоянию. Ничего удивительного. Просто по щелчку пальцев. Хоп, и все снова никуда не бегут.

— Надо же, — слегка поводит плечами наставник. — Но в этой ситуации оправдано, кажется. Но ему припомнят.

— Ничего, смотря как подадут, — не соглашаюсь я.

Наваждение проходит. Но к нам почти сразу подходит смугловатый парень.

— Я один из нападавших. Должен сдаться в руки службы безопасности. — смотрит на Воронова. — Арестуйте меня.

Да, кажется государя несколько разозлили неизвестные. Хотя какие они неизвестные — вполне себе турки. Даже если бы я не понял бы этого чуть раньше, позже бы по внешнему виду догадался.

Взрывов в Новгороде, кажется получается избежать, по крайней мере вроде пока ничего не взрывается.

— Борис Васильевич, предлагаю доехать до места взрыва. Мобиль рядом, а там наша помощь к месту будет. Народу там пострадало, скорее всего, очень много. А у нас хотя бы стазис.

— Думаете? — соглашается со мной наставник. — Поедемте.

— Оцепление перед вот этими машинами тоже поставьте, пожалуйста, — обращаюсь к безопаснику.

Тот принимает к сведению.

— Поедемте, — обращаюсь к наставнику. — Думаю, мы лишними не будем.

Глава 6

— Хотя нет, постойте. — Останавливаю наставника.

Перевожу взгляд на подошедшего османа. Что-то мне кажется в нем сильно странным. Неочевидным, но странным.

Прислушиваюсь к себе и понимаю, что разум турка абсолютно открыт. Он как будто готов рассказать вообще все что он знает, все что было в его жизни, все что спросят — никаких барьеров.

Зря я думаю, что Михаил Александрович был раздражен. Он, похоже, был в ярости — чтобы сломать естественные защиты даже у простых людей нужно много усилий. Защита, пусть и минимальная, все же у всех изначально существует, как и понимание своих границ. И у магов и у обычных людей. А тут турка словно вывернули наизнанку. Он жаждет ответить на любой вопрос. Практически сам хочет делиться секретами.

Страшно.

Но его соратники пытались меня убить только что.

— У вас есть место куда вы должны были отойти в случае успеха? — уточняю, отслеживая разум турка в поле.

— Да, конечно! — радостно и с готовностью сообщает мне мужик. — Конечно же у нас есть место. В случае успеха акции, мы все должны были отойти к складам. Там нас ждет мобиль.

— А потом куда? — Чувствую, что мы нападаем на какой-то нужный мне след.

— Потом мы едем за город, там нас заберет дирижабль, присланный из дома. - С энтузиазмом говорит турок. — Все предусмотрено, эфенди, не переживайте, мы все успеем.

Переглядываясь с безопасником.

— Вы успеете собрать людей?

Безопасник немного растеряно качает головой.

— Скорее всего нет. С тем уровнем паники, который был, с теми повреждениями в городе, большая часть наших людей в Новгороде заняты, и мы не успеем.

— Через сколько вы должны быть на месте отхода? — уточняю у турка.

— После акции, у нас не больше пятнадцати минут на отступление и потом за город. Корабль будет минут через сорок. Мы успеваем эфенди. — Турок явно принимает меня за кого-то другого.

— Понятно. Сможете что-нибудь организовать? — спрашиваю у безопасника.

— Даже армию не успеем за это время. Она сейчас переброшена большей частью к границам. Здесь только части, поддерживающие порядок. Жандармерия тоже не успеет. Да и десять человек корпуса сейчас тоже не организуются — их маловато. Час-два — безусловно, мы будем. Раньше? Сомневаюсь.

— Спасибо за честность, — говорю безопаснику. — С Матвеем поговорите, пожалуйста.

Обращаюсь опять к турку.

— Где вы должны собраться?

— Не переживайте, эфенди, конечно же я покажу вам место. Это в пятнадцати минутах от нового города. Вот в этом лесочке, — парень показывает прямо на карту Кошкина, которую тот еще до сих пор не убирает. — Там есть прекрасные поляны, мы репетировали отход туда. Никто в это время в ту сторону не идет, риски задержаться в городе минимальны. Так что эфенди поторопитесь, и вас заберут.

Кажется мужик сознанием принимает меня за кого-то из турецкого начальства. По крайней мере именно этим легко объясняется его практически рабская преданность, желание услужить и обращение. Интересно как работал Михаил Александрович конечно, но это дело будущего. Я еще успею на это посмотреть.

Быстро прикидываю свои возможности. На самом деле, я сейчас очень эффективен, если против людей. Причем, даже заезжать никуда не надо. Накопителей нет, это минус, но есть портал, на всякий случай. Только лучше его не светить, конечно же.

А так…“Скрыт» вообще хорош. В нем, на максимуме на меня вообще не обращают внимание люди. Поддерживать же его могу долго.

Плюс амулет невидимости, тоже еще живой.

Атаки против людей все рабочие.

— Борис Васильевич, мы, судя по карте, на прямой дороге к вашему поместью. Турок говорит, что их будут забирать вот тут, — показываю место вслед за османом. — это же рядом с поместьем. Если они правильно рассчитали, то мы сможем там быть за полчаса, не больше.

— Сюда, Максим, я напомню, мы ехали полтора.

— По пробкам и с Семеном за рулем, да. Но туда я поведу, можно? Я пробовал — не пилот, конечно, но все же быстрее штатного водителя. Мы-то соблюдать очередность передвижения точно не будем. Нам нужно возвращаться. Просто на всякий случай, там же Клавдия Сергеевна.

— Да уж. — задумчиво говорит Кошкин. — Клавдия Сергеевна, в непосредственной близости… Да, нам нужно возвращаться.

Проходит вызов.

— Максим, это Матвей. Да, приветствую, извини, быстро, так как сам понимаешь. — нервно говорит в переговорник безопасник. — У меня просьба к твоему учителю, но напрямую мне его просить нельзя. Передашь?

— Конечно. — тут же соглашаюсь.

— Зная его репутацию, задержать или вообще остановить турков он сможет даже один. Тем более это в непосредственной близости от его поместья. Нужно не упустить, лучше задержать на четверть часа турок. Или хотя бы не дать уйти дирижаблю. Никто с классической школой с этим не справится, защита кораблей их проигнорирует, а нужное число магов мы соберем за час. А вот вашему учителю будет несложно взломать их защиту. У него довольно специфический опыт. Попросите его нам помочь, пожалуйста.

— Это неожиданно, но, — смотрю на слегка кивающего наставника, — он согласен. Мы поможем.

— Ему нужно хотя бы задержать, если сможете взять хоть кого-то живым вообще хорошо. Но пусть не рискует. Нужно — уничтожает. Главное не упустить корабль. Мы мобилизуем армейских магов, но раньше часа никто подойти туда не сможет.

— Мы хотели оказать помощь раненым.

— Максим, не до этого. К месту взрыва сейчас спешат все. Постарайтесь не дать уйти дирижаблю. Есть шанс, что это последний из «Теней» который работает на нашем направлении. Другой в окрестностях Новгорода просто бы не смог появиться. Там будет не больше десяти человек. Скорее всего даже меньше. Мне докладывают о еще трех предотвращенных взрывах. Не в такой же конфигурации, что у вас, но похожее. Ваше описание автомобилей с мертвецами прекрасно помогло.Так что ушло не больше десяти человек, те, кто были на периферии. Скорее всего их там будет меньше. Правда они будут все вооружены.

— Как проехать к месту встречи? — спрашиваю турка.

Тот радостно начинает объяснять, но главное, считываю абсолютно четкий образ поляны и как туда доехать из Новгорода.

Причем к поляне можно именно доехать на мобиле. Туда подходит проселочная, но все же дорога. Удивительная наглость у людей которые это планируют, и ведь у них практически все получается. Более того, как говорит турок, они несколько раз планировали отходы из города. То есть уже не первый день работают, но видимо с местными не контактируют вообще, так что Тайная служба о них и не знала.

А что, это тоже вариант. Нет контакта, нет возможности провала. Соответственно можно быть спокойным за сохранение секретности.

Прощаемся с нашим куратором.

Почти добегаем до ждущего нас мобиля.

— Семен, на заднее сидение! — Кошкин категоричен. Слуга удивляется, но без звука пересаживается. Какой-то намек на эмоцию появляется, когда за руль сажусь я. Только ждать чего-либо я не хочу и мобиль срывается в сторону поместья наставника.

Турки довольно точно вычисляют трафик транспорта в столице и мне практически не попадаются машины. Но даже те, что попадаются, на практически пустых улицах легко обходятся и на скорость влияют мало. Мчимся мы почти не притормаживая.

Новгород мы пролетаем очень быстро, минут за десять. Мы пролетаем за это время почти то же расстояние, которое с Семеном проехали с утра за целый час.

Снова себя ловлю на удовольствии от ощущения полета. Все же, не хватает мне чего-то такого. И несмотря на серьезность ситуации, на некоторое время я почти отключаюсь, и не обращаю внимание на действия наставника.

Кошкин же, сразу же вызывает Рыжую, как только мы садимся в мобиль. Рассказывает ей о происшедшем, до чего-то договаривается. Я не обращаю внимания, и когда вижу на перекрестке Клавдию рядом с лошадью, успеваю удивиться.

Притормаживаю.

Семен выскакивает из мобиля, и на почти ходу внутрь заскакивает Рыжая, одетая в армейскую форму и полыхающая азартом.

Тут я отчетливо понимаю, почему Кошкин сразу же сообщает своей ненаглядной о месте где можно подраться. Если бы он скрыл эту возможность, она бы ему не простила бы, скорее всего.

— Ну вот, а то без меня развлекаться! — с радостью в голосе говорит Рыжая.

— Нет, что ты, милая, — слегка улыбается Кошкин. — Как видишь. на эту вечеринку тебя пригласили.

— Это ты молодец, Борь. — серьезно говорит Рыжая. — Я засиделась в поместье.

— Вижу, и это прекрасно. Нет ничего лучше, чем уютная скука дома, — слегка усмехается наставник. — Жаль, что это удовольствие тебе, милая, доступно не в полной мере. Успокой меня, скажи что ты готова, и амулеты ты все взяла?

— Защитный, лечебный, невидимости, — перечисляет Рыжая. — Борь, я взрослая девочка. Не беспокойся. Лучше скажи чего ожидать.

— Десяток-полтора неодаренных с огнестрелом. — влезаю в разговор. — Что прибудет на дирижабле — неизвестно. Но, скорее всего, как минимум один сильный маг будет.

— Почему вы так решили? — уточняет Кошкин.

— Дирижаблей с активной маскировкой мало. Вряд ли капитаном там будет неодаренный. Это престижно, так что скорее всего за место небольшая конкурентная война всегда идет.

— Может вы и правы. — соглашается наставник. — Скоро узнаем, насколько.

По проселочной дороге ползем уже не так резво, но все равно, довольно быстро упираемся в брошеннные мобили. Очевидно, что мы здесь уже не первые.

Активируем амулеты невидимости и вылезаем в лес.

— Борис Васильевич, у меня только просьба будет, — говорю я в воздух.

— Да, Максим, — спокойно говорит Кошкин. — Делитесь.

— У нас задача кого-нибудь, по возможности, оставить в живых, поэтому давайте пока сначала посмотрим как они собираются эвакуироваться, что за дирижабль, откуда может быть дирижабль врагов под Новгородом? В том смысле, что некоторое время просто наблюдаем, хорошо?

— Конечно, Максим. — пожимает плечами наставник.

Выходим из леса.

На поляне обнаруживаем десяток человек. Не все смогли видимо выбраться из Новгорода, но даже десяток человек это много. Если не уничтожать, а именно попытаться взять пленника.

Аккуратно идем в сторону ожидающих людей. В принципе, вообще непонятно чего они ожидают, потому что на небе нет ни одного дирижабля. Времени, чтобы любому кораблю спуститься, нужно минут пятнадцать, наверное, не меньше, а назначенное время вот-вот уже настает. Но ожидающие совершенно спокойно себя чувствуют.

«Скрыт» на максимуме. Сигнатуры Рыжей и Кошкина, судя по моему ощущению, обходят группу турков с разных сторон. Я же стараюсь добраться до османов поближе. Наконец группа попадает в мой диаметр двадцати метров.

Понимаю, что тут нет ни одного мага. Зато винтовок у них две на каждого. Видимо, брались для вновь прибывших. Все турки здесь абсолютно не одаренные. И очень беспечные — ни охранения не выставить, ни за подходами проследить.

Пробираюсь во внутреннюю часть лагеря. Турецкого я не знаю, но тут и знать особенно нечего. Просто расслаблено сидят, ждут. Подхватываю общее настроение и сажусь на траву. И так сижу минут пять, пока над головой, чуть ли не в десятке метров сверху, сплетаются из лучей света знакомые обводы «Тени».

Глава 7

Из воздуха сгущается корабль.

Похоже, турки всё-таки пытаются доработать систему. Раньше дирижабль в оптическом диапазоне был заметен. Пусть даже как облако, но всё равно. А теперь его почти не видно.

Дирижабль даже невидимый, я всё-таки успеваю почувствовать краем своего поля. Так что я не сильно удивлён его появлению. А вот тому, что я его не вижу, а только чувствую — удивлен.

Турки встают на ноги, машут и радостно кричат. Совершенно ничего не боятся. Очевидно, что такие рейсы, являются уже обыденностью. И это прямо нехорошо.

С такой маскировкой корабли наша пограничная стража отследить точно не сможет. Корабль неторопливо зависает в воздухе, а потом аккуратно касается земли.

Встречающие сразу бегут к кораблю. Видно, что схема уже отработана не в первый раз: ловят причальные канаты и вбивают их в землю, фиксируя небольшой, в принципе, дирижабль.

Корабль точно той же серии, что и мой. Но выглядит как-то попроще, что ли. Словно те, кто дорабатывали систему, снаружи особенно ничего не делали.

Наконец, корабль останавливается, неторопливо открывается аппарель, и из корабля спокойно выходит турецкий маг. Несколько секунд он осматривается, а потом, видимо обирает свое внимание и силу из дирижабля, а я тут же понимаю разницу между классами магов.

На внешний мир буквально падает воля Повелителя воздуха. До этого момента, видимо, скованная контролем корабля.

Маг перестает сдерживаться. И тут же обнаруживает Кошкина и Рыжую. Мгновенно, не затрачивая усилий. Просто по возмущениям в контроле поля. И никакая невидимость тут не помогает. Меня он тоже пытается обнаружить, но «скрыт» против людей работает идеально. Векторы чужой атаки в моем сознании хаотично двигаются, и никак не сходятся на мне. То есть маг понимает, что я тут где-то есть, но не может сконцентрироваться на моем присутствии.

Если Повелителей огня и воды я более или менее чувствовал, как они используют стихии, то с воздухом это моя первая встреча. И не сказать бы, что она приятная…

Повелитель воздуха буквально за мгновение понимает, где находятся Рыжая и Кошкин.

Тут же, не успев сделать и шага с аппарели, маг вбивает в защиту Кошкина и Рыжей огромные снопы молний.

Внутри его контролируемого объёма начинают появляться маленькие смерчики. Маг орёт что-то на турецком языке.

Встречающие турки на секунду впадают в ступор и резко бросаются все врассыпную.

В первыхе же секунды Повелитель лишает доступа воздуха Кошкина и Рыжую. Чувствую, как за мгновение, вокруг Рыжей образуется безвоздушное пространство. Да, до них не долетают молнии, но при этом вдохнуть по идее им нечем.

Кошкин как раз к этому более-менее готов. У него десяток сантиметров контролируемого пространства вокруг тела. Так что эта проблема наименьшая, что заботит наставника. Он сразу же атакует турецкого мага. Я заечаю и веретено, и черных ос, и какие-то странные чуть ли не разрывы пространства — учитель пулеметом за секунды взвинчивает темп боя до диких величин.

Только маг Воздуха к этому готов. Он легко переключается на повышенный темп. Скорость — это его конек.

Тут как раз понимаю разницу, между условно регулируемой дуэлью, и боем насмерть, в котором нет правил, а один противник очевидно все же сильнее другого.

Рыжая не может сделать вдоха, у неё такого бонуса, как контролируемое пространство еще нет. Рвусь в сторону девушки. Успеваю. Моё контролируемое пространство касается упавшей девчонки, и дает ей наконец сделать вдох. Маг, очевидно, опытный, подлавливает её как раз в момент выдоха. Так что, в принципе, всё сделано абсолютно верно. Рассчитано даже. Что ужасает. Бой идет едва ли секунд десять.

А маг еще не резвится в полную силу — за ним корабль, и он старается его сохранить.

Формирую «ужас». Под ускорением, примерно, с десяток. Все наполняю и магией и пси. Кажется тут вопрос о том, выживем ли мы, а не о захватить языка.

Запускаю в сторону мага. Уже почти попадаю, но вражеский маг почти играюче успевает уйти от моих конструктов. Он почти не уступает мне в скорости. Но все же, совсем чуть чуть — уступает.

— Увернись ты от этого! — думаю я и запускаю в него сразу четыре моих смертельно опасных шарика. Запускаю их по разным траекториям, но всё равно со сверхзвуковой скоростью.

Как бы маг не был бы быстр, но скорость звука опередить он не успевает. Мага с громким хлопком сносит с ног и протаскивает по полю в сторону дирижабля.

Кошкин не прекращает бомбардировать Повелителя воздуха своими осами и другими техниками, названия которых я даже близко не знаю, но которые выглядят и чувствуются совершенно нестандартно. Ощущение, что вроде бы просты, но в тоже время при взгляде на их невозможность что-то замирает внутри.

— Рыжая! — кричу, — Уходи из зоны мага! Ты ему не соперница, займись лучше разбегающимися турками! Не упусти корабль!

Рыжая отмахивается и снова атакует. Из её рук вылетают огненные змеи в сторону упавшего Повелителя воздуха. Думаю, она решает, что добьет этим Повелителя. Только чётко вижу, что мои снаряды щит не пробили. Если урон и нанесли, то очень косвенный. Маг дико силен. Так что и ее змеи просто будут приняты на щит. Ну, в общем так и получается.

Не переставая, наставник бомбардирует своими техниками. Повелитель Воздуха отмахивается от него, встает, но при этом не успевает реагировать на Рыжую.

Я прекрасно понимаю, что делает наставник. Он отвлекает на себя внимание, чтобы Рыжая могла уйти из зоны действия.

— Кло, уходи! — ору на девушку.

Наставник уже, наверное, полминуты сопротивляется держит на себе очевидно превосходящего его мага. Все же почти Повелитель и Повелитель, это все-таки сильно разные классы. Полноценный Повелитель Воздуха все же цель за пределами его умений. Хотя у него есть небольшое преимущество — эти десять сантиметров пространства, которые он контролирует вокруг своего тела. Это на самом деле позволяет ему не только выдерживать удары Повелителя воздуха, но и контратаковать в ответ. Он связывает турецкого мага боем, давая возможность Рыжей отойти.

— Уходи! Это не твой уровень! — кричу я, атакуя мага со своей стороны.

Клавдия зло отмахивается, с двух рук формирует свою страшную технику: птицу, которые сжигает все, до чего дотронется.

Вот только Повелитель Воздуха крайне неудобный для неё противник. Рыжая сильна, но именно с этим видом магов её техника довольно безобидна. Маг, почти не отвлекаясь от боя с Кошкиным, лишает технику доступа воздуха, после чего огненная птица вспыхивает и падает безобидными искрами.

Скорее всего, если бы Рыжая понимала, что сейчас будет, она бы смогла нивелировать эту опасность, сделать так, чтобы птица пересекла безвоздушное пространство, но не в этот раз.

— Уходи! — снова ору я. Не прерывая поток молний ни на миг. — Уходи из действия мага! Мы с Кошкиным справимся.

— Если Боря погибнет, я тебя с пеплом смешаю! — Зло кричит девчонка. Бросает на меня такой же злобный взгляд, и наконец отбегает. Становится намного легче. Прикрывать Рыжую было сложно. Бегу к магу.

Всё это занимает не больше нескольких секунд. Маг нас всё равно пытается атаковать обоих. Он прекращает попытки понять где я и атакует апо площади. А мой объем он понимает легко — это то, что ему не подчиняется. Несложно вычислить.

Вокруг собираются маленькие смерчи, из которых бьют молнии. Но они вязнут в моём контролируемом пространстве. Да и пока когда рыжая выбегает, её щит в принципе справляется с этой нагрузкой.

Кошкин ускоряется и увеличивает скорость еще.

Турецкий маг понимает, что я рвусь к нему, и словно отрезает пространство вокруг. Ему все равно на то, что он не знает, где я точно. Хватает примерного знания. Воздух вокруг моего поля концентрируется. Становится прочностью, наверное, как железо, я всё вижу, но не могу даже двигаться. Меня просто не пропускает объём, который контролирует турок.

Но я чувствую чувствую свои металлические снаряды. Это дает надежду.

Кроме того, я ж помню эти триста метров, которые контролировал не так давно. Помню это ощущение.

Начинаю уменьшать контролируемый объём. В то же время тонкими струйками сознания стараюсь пройти, протиснуться, между осознанием и волей Повелителя Воздуха. Получается так себе, но направление на снаряды я чувствую, и даже ограниченно управлять ими могу.

Я ускоряюсь немного быстрее, чем турецкий маг. И в этом тоже есть определённая надежда. А вот как раз наставник, проигрывает по скорости, но его чудовищная интуиция выручает его почти всё время. Атаки Повелителя он сбивает, или они вязнут в защите наставника.

Турок что-то кричит прямо в аппарель.

Корабль начинает дергаться, вырывая причальные тросы из земли, и начинает подниматься. Я пока не дотягиваюсь ни до корабля, ни до Повелителя воздуха.

Дирижабль начинает запускать свою систему маскировки. Но запускается именно старая.

Корабль покрывается легким туманом и начинает взлетать. Намного медленнее, и рыская из стороны в сторону. Кажется что для управления именнно этим кораблем, что для запуска системы маскировки нужен именно маг такой силы.Объясняет как раз то, что мы не чувствовали мага, пока корабль не полностью останавливается.

Это радует. Не может быть у османов столько Повелителей, которые согласились бы работать без поддержки армии.

Да и кораблей таких, скорее всего тоже, получается, что немного.

Дирижабль местами становится похожим на небольшое облако. И это облако становится всё больше и больше. Корабль отрывается от земли, начинает подниматься, но меня эта история беспокоит меньше, чем воздушник. Черт с ним, с кораблем. Нам бы выжить.

Кошкин начинают сдавать. Довольно заметно. Новые атаки начинают сбивать наставника с ног.

Турецкий маг слегка даже приподнимается в воздух, чтобы лучше было видно врага. И невидимость уже давно не работает. Ни у наставника, ни у Рыжей.

Учителя хватает только на оборону от вот кастов турка, а тот вполне забавляется.

— Твоя женщина? — с диким акцентом смеется, показывая на падающую под щитами Рыжую. — Моя будет!

Уцелевшие османы, а их уцелело не так чтобы сильно много, залпами перегружают щит Клавдии. Вряд ли им что-либо светило бы в другое время, но сейчас, после ударов воздушника, Рыжая может только обороняться. В атаке она себя тоже выжимает. Да и воздушник, кажется о ней все же не забывает. Девчонку кидает по полю небольшим смерчем. Пусть и не сильно, но Рыжая может только защищаться.

— Ну что, русские, вы меня даже почти достали, — смеётся Повелитель воздуха. — Но не судьба, кисмет.

Корабль тоже начинает подниматься все быстрее.