Ушедший Род. Книга 4: Адепт

Глава 1

— До контакта двадцать секунд! Тварь атакует именно меня! Не стойте на ее пути! Маневрируйте. Направление атаки точное!

Замечаю как атакующие маги принимают новые вводные, даже не сомневаясь ни секунды.

Быстро разбегаются в стороны, передо мной появляется полупрозрачная стена, Стас тоже уходит вбок, чтобы успеть ткнуть, что бы то ни было.

Десять секунд.

Тут Аспектом вижу, что зверюга словно раздваивается и растраивается. Копии сильно бледнее, чем сама сигнатура. Черт, да как так то?! Ведь узнаю же!

— Тварь делает копии! — уже ору. Пять секунд. — Копии реальные! Но слабые! Основу я буду атаковать, смотреть за мной!

Всё. Ускорение.

Бурелом словно взрывается изнутри, и из дыры, не задерживаясь ни на мгновение, вылетает чешуйчатая рептилия не могущая существовать в реальности. Следом за ней вылетают ее копии-обманки. Чудовище словно помесь варана с огромным пауком размером с полдома, наверное. Двигается резко, словно сворачивая ткань пространства. Хорошо еще, что ее обманки так не могут. Да и сворачивать и одновременно копировать себя существо тоже не может. Я же узнаю ее повадки. Встречал уже такие. В той жизни.

Тварь собирает на себя все сонные касты с охранной паутинки, и они на нее действуют. И даже на секунду, наверное, притормаживают. Для меня же поле боя застывает, и зверь двигается словно в плотнейшем киселе. Первое, сбиваем ей перемещение.

Замечаю признаки сворачивания пространства около мерзости, пространство чуть выгибается как линза в мою сторону. Да-да, я в курсе, конус опасности максимально красный.

Бросаю тело в сторону, и в тот же момент формирую глиф молнии рядом с телом рептилии.

Ужас стартует от меня, наполненный и магией тоже. Хорошо бой внутри моего Аспекта. Глиф точно найдет цель. Я же им теперь и управлять могу. По крайней мере тут, в Пятне. Если собью свертку, конечно.

Медленно. Ставлю глиф фазового сдвига на пути рывка чудовища. Все, заготовки закончились.

Чуть отпускаю ускорение, на секунду-две.

Рептилия притормаживает от молнии и у нее сбивается свертка, нормально, это работает и тут. Ужас ожидаемо не наносит вреда — ну нет у этих существ страха. Но проверить я был должен. Значит не кажется. Нет эволюции — нет страха. Черт.

В фазовый сдвиг тварь залетает парой лап. где их мгновенно и отрубает. Все, мои успехи кончаются.

Паша летит как в замедленной съемке — не воспринял всерьез копию , надеюсь щит у него выдержит. Впрочем, копию он таки уничтожает.

Со второй копией схлестывается Стас, и его синее копье отлично достает эту обманку. Его скорость поражает, так как существо совсем сдерживаться не планирует, а копия-то еще и побыстрее основы будет.

Ольга устремляется в сторону Павла, так же, словно в замедленной съемке.

С рук Бориса срывается какое-то черное веретено. Я пока даже не понимаю что это, а Рыжая зажигает воздух, схлопывая его вокруг рептилии. Жаль, что это точно не поможет. Если это то, что я думаю, от стихийных проявлений она защищена прилично. Даже молнии ее не пробивают, а только сбивают какие-то внутренние настройки. Но для контроля ее перемещения — лучшее.

Что там сможет веретено Бориса узнаю через три, нет, две секунды.

Снова ускорение. Не жалеть пси! Не до того. Похоже, я пока против зверя один. И первый удар отряда она переживает.

Удар веретеном! У мерзости вырывает часть шкуры и мышц на спине. Хорошая техника! Есть пробитие! Но чтобы затыкать ей рептилию длиной с полтора мобиля нужно попасть по ней еще раз десять. А подставляться она точно больше не будет. Этот тип верткий слишком.

Срываю молнией свертку. Тварь встряхивается и снова растраивается. Хорошо теперь ее копии тоже имеют на две ноги меньше и вырванный кусок спины мешает нормально двигаться. Хотя казалось бы — копии просто.

Паша уже в строю и встречает очередную копию связкой нескольких атакующих заклинаний.

Стас снова схлестывается с новым двойником.

Основа изворачивается от нового каста Бориса, и стихийницу вообще игнорирует, и зря, так как Рыжая мгновенно перед зверем выращивает каменные пики на которые тот напарывается еще парой ног уже с другой стороны.

Рептилия перелетает через голову, визжа от боли, если она ее вообще чувствует. А может от злобы — этого у нее завались.

Два каста Павла — и как только успевает? Секунда же, проходит, не больше! Их тварь, извернувшись, пропускает, и рвется ко мне. Полста метров. Три секунды для нее.

Раз. Рвусь из киселя в сторону от рывка зверя. Чудовище изворачивается прямо в воздухе и извиваясь тянется ко мне, ловит еще веретено и какое-то искажение Бориса.

Два, тварь в воздухе, и поменять траекторию не может. Тактическая сеть, или мое подсознание показывает зеленую зону атаки и красный конус опасности. Рвусь вылететь из этого конуса. Все словно в глубокой воде. И так же тяжело менять траекторию своего движения. Рвусь, разрывая связки и надрывая мышцы. А разум холодно рассчитывая, в зеленой зоне уже запускает еще один фазовый сдвиг.

Три, зверь практически цепляет меня зубами, промахивается, влетая в сдвиг, теряет чуть ли не половину плеча с последней парой передних лап. Но еще в полете успевает практически выстрелить в меня боковой конечностью - увернуться не могу уже. Щит отрабатывает, но меня словно мячик, или скорее, словно Пашу, отбрасывает в сторону в ствол дерева.

Меня закручивает. Но Аспектом я бой контролирую. И лечу тоже медленно, словно в плотной воде, а ускорение жрет пси в диких количествах. Я, кажется, выхожу за границы техники, накачивая ускорение, точнее свое восприятие времени, чудовищным количеством пси. Нервные импульсы, кажется, проходят уже на уровне скорости энергии, а не физиологии. Я падаю пару метров уже секунд десять внутреннего времени. ТАК растягивать технику я еще не мог. До этого момента, конечно.

Веретено Бориса вырывает еще кусманище черного мяса, а искажение словно складывает заднюю часть чудовища пополам внутрь самой себя. Жуть какая.

Вот звездный час для подвешенных двух шариков металла. Раньше они были бы бесполезны — тварь бы их просто приняла на броню, а тут…

Зверь врезается в полупрозрачную стену, проламывает ее, чуть меняя траекторию полета. А шарики металла, с максимально возможным для меня ускорением влетают в дыру, проделанную вторым веретеном Бориса, и проходят, контролируемые мной через всю спину к мозгу. Сил и накопленного импульса им хватает.

Меня же словно об двигающийся мобиль, вбивает в ствол дерева. Щит отрабатывает и это и гаснет, но накопленный импульс частично проходит и выбивает из легких весь воздух. И тут время срывается в обычный бег.

Я кувыркаюсь, ударяясь постоянно слабеющим щитом о какие-то корни, камни, землю.

Останавливает только следующий ствол, метрах в десяти.

И тут накрывает сонм звуков. Визг существа, какие-то взрывы техник, крики отрядников.

Черт, визг зверя!

— Не подходите! — задыхаясь кричу. Вылетает только хрип. Пытаюсь встать на ноги.

Чудовище визжит почти на ультразвуке. Но раз я жив — не может перемещаться.

Подлетает Стас.

— Не подходите к твари! — рычу. — Она еще опасна!

Стас слышит.

— Паша, назад! — орет куда-то вдаль. Я успеваю еще разогнутся чтобы увидеть, как из головы мерзости вырывается десяток нитей-щупалец на полтора метра вокруг, и не найдя никого, тут же опадают. Визг — как отрезает. Всё. Победили? осматриваю себя. Стою только с помощью Стаса. Осматриваю парня. Павла, магов, Ольгу. То есть всё? Да ладно! Ни одного трупа?

Ольга подбегает и быстро формирует исцеление. Амулет опять почти разряжается, но свою задачу он выполняет — я жив, и даже относительно цел. Порванные связки и трещины костей не считаю — это на самом деле мелочь, при встрече с таким существом.

Лагерь разгромлен, но это опять же — ерунда. Рядом нет никого, кроме нас шестерых. Даже мелкие животные разбегаются от звуков схватки.

Встаю на ноги без помощи. Оборачиваюсь к месту смерти рептилии. Чудовище лежит вытянувшись в мою сторону. До последнего, видимо, пытаясь достать меня. Выдыхаю. Сигнатуры нет, тварь мертва. Ура? Не знаю. Ковыляю до своего рюкзака. Благо особо и не разбирал.

Ольга лечит Павла, Борис тоже проверяет, как состояние Стаса. Рыжая Клавдия обходит поле боя, скорее пытаясь найти следы еще четырех копий. Так то они были. Секунд пять, думаю. Концентрированное пси быстро уходит в природу. Она это любит. Думаю тут тоже уже ничего не остается.

Беру туристический топорик, и нож и иду к мертвой животине. Не понятно, что это такое было в девичестве. Пауков вроде таких не бывает, вараны тоже тут не живут. Не понятно.

Ладно, все это хорошо. Выжили, но кое-что нужно проверить обязательно.

Дохожу до твари. Чуть толкаю верхнюю пару лап и парой ударов топорика вскрываю ей грудину. Да, после смерти, чешуя ожидаемо не такая прочная. Это все-таки больше у нее энергетическая характеристика, нежели физическая. Ладно. Расширяю рану ножом. Вставляю топорик. Еще пара движений, и сердце становится доступно. Разрезаю и его.

Из сердца вываливается до боли знакомый кристалл. Со вздохом поднимаю его, и протираю от черной крови.

Да, так и есть. Глиф внутри тоже есть. Черт его знает за что он отвечает. Мы таких существ в более-менее целом виде получить так и не смогли. Уничтожали этих рейдеров с чудовищными потерями. Благо Гнезда генерировали таких крайне редко. Только когда Гнездо готовилось к экспансии. А тут — даже потерь нет. С другой стороны, если бы не магия Бориса, и пара моих удач, с остальным нашим арсеналом она бы точно справилась. И раскатала бы она нас даже не запыхавшись, скорее всего. Пока бы маги еще поняли, что стихии на ней не работают. Или работают не очень. Хотя нет. С ее скоростью передвижения — не поняли бы. Просто не успели.

Стою, рассматриваю кристалл.

— А, выбрось. Он ничего не стоит, — мимо проходит Стас.

— Почему? — удивляюсь.

— Ну, магию он не держит, видишь трещины — видимо вот поэтому. И через пару дней — он развалится как раз по этим трещинам. А как развалится, через пару дней — в песок мелкий рассыпется. Мы такие кристаллы часто встречаем. Даже не берем — потом песок замучаешься вытрясать. Так что, конечно, если тебе нужна стопка белого кварцевого песка — то бери. Но я тебя предупредил. — Стас проходит мимо к чудовищу, что бы посмотреть, видимо, что тут с нее можно забрать.

Я сажусь прямо там, где стою. Теперь моя постоянная, до зубной боли забывчивость мне понятна. Как же я не хочу, чтобы эти чертовы ксеносы появлялись и в этом мире. И похоже поэтому сам себе запрещаю о них вспоминать. Так бы провести параллели с кристаллами-наркотиком и икрой ксеносов надо было сразу. У нас же похоже начиналось. Так же, сначала появился наркотик, пробуждающий внутренние силы человека, а потом и Гнезда ксеносов. Чаще там, где таких пробужденных было много. Людям же хочется быстро и встать на ступеньку выше окружающих, они же типа достойны, а остальные - идиоты, которым не повезло. Ага. Помню, да. Это потом провели параллели, когда уже поздно стало.

— Давно находите кристаллы? — спрашиваю.

— Да, говорят, года два как. Первое время их еще собирать хотели. Они же разного цвета, размера, но очень быстро оказалось, что кристаллы бесполезны, и коллекционеры переключились на что-то еще, как оно обычно и бывает. Мы когда в Смоленск-2 приехали, как раз конец этой истории застали.

Два года. Не, уже поздно. Минимум четыре Гнезда. Чертовы ксеносы. Вздыхаю. А ведь неплохо начиналось-то. И ведь мне никто не поверит про опасность. Откуда я это могу знать? Черт, черт. В том мире, тоже смеялись над кликушами. А потом начали города проваливаться. И там их просто жрали.

Эх, жаль Клауса. А ведь это был первый звоночек моей памяти. Она как раз ко мне пыталась достучаться. Я ж и опасность от парня почувствовал, хоть он и не выглядел таковым. Черт. А кристаллы которые навыки у людей вроде как открывают — это же икра тварей. Ну или что-то такое. Они таким образом распространяют себя по городам.

Конечно же никто не знает, какую способность приобретешь с подселением паразита! Каким подвидом ксеносов заразишься — те навыки и получишь. А потом, через год-полтора, оппачки — и ты уже офицер в Гнезде, а не продавец там, пилот или какой губернатор. Вообще не важно, как часто ты это употребляешь. Одного раза достаточно — паразит в твоей энергосистеме. Кстати, местные его и видеть то, не увидят до последнего. То есть идея, что можно оставить навык, и не получить минусов, бросив принимать, а точнее выжимать крохи пси из новых и новых икринок, совершенно не состоятельна — только продлеваешь агонию, тварь-то все равно твою пси жрет. Плоховато. Жаль, что я не увидел эти кристаллы раньше, может бы и среагировал быстрее.

Но может все же местные смогут это лечить? Паразиты-то какой-никакой разум имеют. Хм, а это идея.

— Учитель? — зову Бориса. — Можно вопрос?

Кошкин уже разговаривает о чем-то с Рыжей. И той разговор нравится, определенно.

— Да, Максим? — отвлекается без особого желания, но вполне без напряжения.

— Шаманы же с духами работают?

— Да, а зачем вам, Максим? — удивляется маг. — Это довольно специфические люди.

— То есть с существами без тела, но с условным разумом?

— Как интересно вы их описываете. Ну да. Наверное. Я не знаком ни с одним из них.

— Жаль. Спасибо. — задумываюсь.

— То есть сейчас, — Борис обводит окружающее рукой, — Вы хотите спросить меня о шаманах? — удивляется. — И больше вопросов у вас нет?

— Есть, — киваю. — Но к разнообразию тварей в Пятне все привычные, вон, Стас с Павлом чего-то уже вырезают, — киваю на парней. Они действительно уже потрошат тушу, неведомым образом определяя, что из рептилии можно продать. — А вот шаманы мне нужны.

— Обратитесь к вашему куратору в городе, к Степанову. Он, как оказалось, представитель Экспедиции, а они точно с шаманами контактируют.

— А ведь точно! Так и сделаю. Спасибо. — повеселев, отвечаю я. Действительно, мне нужен такой контакт, а им нужно решать проблему этих кристаллов. Кажется, нужно просто оформить это все правильно.

Тут же опять мрачнею. Четыре гнезда я в одного зачистить не смогу. Не сейчас. Может через пару лет — вполне может быть. Но есть плохой шанс, что к тому времени уже будет и так примерно понятно, что появились Гнёзда. Черт. Но хотя бы амулет, для выявления употребляющих кристаллы я точно сделать смогу. Я же понимаю, что нужно искать.

Так. Тогда простейший план. Не суечусь. Мир стоит, и год-два еще простоит так же спокойно. Вторым пунктом — пробую сделать амулет проверки на кристаллы. Но нужно проверить как-то. Ладно, дальше. Третим пунктом все равно, основная цель — развитие псионики. То есть по идее тут ничего не меняется. Четвертым, самым неважным пунктом — понять, почему тварь так хотела дотянуться именно до меня. Хотя на этот вопрос у меня есть один ответ, пусть он и слишком простой. Каким-то образом твари осознают во мне опасность для своего развития. И устранить ее хотят практически сразу, как видят. Лестно конечно, но без такой известности я бы пережил. Хотя это только предположение.

Глава 2

Задумываюсь на пару минут. Не, нормально. У нас до того момента, как ксеносов стало сложно выковырять с планеты, прошло лет десять по оценкам «умников». Они, конечно же за критерии брали скорость развития новых Гнезд, так что оценки довольно приблизительны, но все же. С другой стороны, ксеносы неразумны, или разумны как-то сильно по-другому, и все время строят Гнездо по одной и той же примерно программе, с поправкой на условия, конечно же. Но при этом — разумные точно их цель. Вот такой парадокс. Может не конкретно люди, но других разумных нам на планету тогда не завезли, проверить не на ком.

«Умники» это быстро поняли. Животные переставали интересовать любое Гнездо с определенного уровня развития. А это плюс-минус несколько лет. То есть алгоритм, как я помню, начинается с развития до первой стадии, это год. Потом каждые полгода основание нового Гнезда. Вот как раз такие монстры, как этот рейдер, первоначально и зачищают территорию под новое гнездо. Всегда разные по внешнему виду, но такие одинаковые по повадкам и возможностям. Может и тут ксеносы идут по тому же алгоритму?

Я основательно погружаюсь в размышления.

Кстати, тварь, похоже, не использовала магию. Тут вопрос в том, что почти всё население Пятна, в том или ином виде использует магические способности. А эта — нет. Те способности, что она показала — характерны для «рейдера» и в моем мире. Я, собственно, так его и узнаю. Просто пока мы научились сбивать им свертку пространства, такие ксеносы рвали наших псионов за милую душу — быстрая, сильная, верткая и невероятно защищенная. Без ускорения, так-сети, молнии и понимания, когда она «прыгает» — нас бы там всех и положили бы. Примерно за два-три «прыжка». Кстати, Борис же пробивает доспех твари. А Ольгины баффы Стасу позволяли быть наравне по скорости с «копиями», так же как и магам.

Вообще, получается, из магов нормальную замену группы зачистки собрать можно. Все же «рейдер» хоть и не самая сильная тварь ксеносов, но точно самая опасная. А тут, мы ее раскатали вшестером, и очень быстро. Да, были предупреждены, да — «рейдер» раскрыться особенно не успел, повезло еще, да и броню быстро пробили… да, все так. Но ведь уничтожили же.

Осталось понять — сколько у нас времени.

Прикидываю, смогли бы мы его разобрать той группой, из моего мира. И получается, что смогли бы, наверное. Но не сразу. Так быстро проковырять основной доспех псионикой бы не получилось точно, раз. То есть только кинетика, а это долго. Конечности она во второй раз бы уже не подставила. Тут повезло конечно, да и «дыра» в броне уже помогала.

Замедлить ее псионикой тоже бы не получилось, к этому воздействию именно «рейдеры» сильно имеют сопротивление, но и сами почти менталом давить не могут. Обратная сторона защищенности. И это два. А тут тварь «сон» основательно с «паутинки» собрала. Значит уязвима именно к такому. С другой стороны, «сон» в паутинку я вкладывал с магией насыщенной пси. То есть против магических техник ксеносы определенную уязвимость имеют. Хм. «Ужас» же действует так, как и положено, только сильнее на порядок, «молния» тоже. Значит и другие магические структуры пси будут усиливаться. Может поэтому «сон» ее взял? Но пока не проверить. Нужны испытания, хотя бы и на животных.

Мне нужно попасть в Пятно без наблюдателей.

Ничего, недолго осталось — почти прорваться на следующий уровень взаимодействия с пси мне почти удается еще месяца полтора назад. Не хватает энергии. А вот сейчас — с освоенным зельем Разума, с отличным давлением в этом месте, я просто уверен, что остается недолго до момента полноценного прорыва. А там — второй уровень Печати. И тогда в Пятно я пожалуй смогу и один иногда ходить. Точек внимания будет хватать на охрану, на защиту, на атаку, да и на убежать — тоже хватит, если уж все пойдет не по плану.

А вот стихийные магические проявления ксенос все-таки игнорировал. Ну, кроме кольев — усмехаюсь про себя. То есть, магия, возможно, для пришельцев все-таки тоже является чем-то нестандартным — не используют ведь, даже вроде бы интуитивную Измененных животных. У первоначального варианта этой рептилии не могло не быть чего-то атакующего. Хм. Не из чистого же леса тут шестиметровый динозавропаук появился? Не, это бред.

Смотрю на уже основательно выпотрошенную тварь. Нового Гнезда уже не будет, получается. Хоть это хлеб. Ладно. Что там дальше?

Дальше у гнезд снова развитие — наращивание уровней в глубину, плотный контроль территории, и в параллель, начальные попытки захватить разумных. Несколько лет, пока не наберут критической величины членов Роя. И только тогда происходит стремительное развитие Гнезда. Когда начинается и бурная экспансия, и вообще все «радости» контактов с ксеносами.

И кристаллы-наркотики это только один из таких способов. Еще, как помню, «теневики» в заброшках поселялись, например. «Зов» опять же. Но это здесь вряд ли сработает — слишком жители привыкли, что из Леса всякая хтонь может вылезти в любой момент — не поверят.

Так что тут — есть определенная надежда. В Пятно простые люди не ходят, и даже контрабандисты стали бы пропадать в товарных количествах — государство обеспокоилось бы. А тут нет. Тишина. Значит как минимум для этого Гнезда — эта фаза начальная.

Кристаллы появляться стали года два как, и это хороший ориентир — ксеносы начинают нуждаться в разумных. Значит, есть еще несколько лет. Первые зараженные уже срываются, но их мало, чтобы образовать, или массово уйти в Гнезда. Даже у нас потребовались два года примерно с первых срывов, чтобы они стали массовым явлением. Но у нас были города-миллионники, где не заметить пропажи кучи народа довольно легко. А тут вроде бы что-то быстро противопоставлять сорвавшимся могут. То есть случаи еще не массовые. Норм. Да и города все-же не десятки миллионов людей. Поразреженнее здесь население, что очень хорошо. Ладно.

Получается, пока аккуратно выдыхаю, и, вернувшись, очень быстро начинаю искать информацию по «срывам» и пропажам людей. Объяснить это можно легко — про «срывы» рассказывает Матвей, а пропажи меня естественно интересуют, как пострадавшего от людоловов. Так что понимание динамики развития продаж людей меня может интересовать.

Информацию мне точно предоставят, Матвей сам проговорился, что он знает о статистике, которую мне искал Моисеич. И более того, предоставят с радостью — вдруг ещё чего нужного им накопаю. А я накопаю.

И вот если все вот это покажет неприятные результаты, то тогда конспирацию побоку — тогда нужно бежать и выкладывать все что знаю, благо контакты есть. Правда все сложно станет потом. Хм. Надо еще про пророков тут поискать, что есть. Мало ли, вещие сны какие-нибудь. Вот Людочка говорила про какую-то гадалку — можно напросится как раз. Хм. Звучит как план.

Раз нет сообщений, паники, люди занимаются интригами, а не сплочением, то пара лет точно есть. А может и больше. Надо смотреть. Мир-то информацией обменивается медленно, может где уже все плохо, а мы просто не знаем.

А еще, надо озаботиться контактом с шаманами. Есть шанс, что им как раз опасность объяснить смогу — местные же маги не поверят просто. Проверить-то нечем. Они даже в своих очках проявления пси видят ну очень плохо, на грани ошибки.

— Максим, поднимитесь, пожалуйста. — Ко мне подходит Борис. Довольная рыжая магиня отходит к работающим Стасу и Павлу. — Как вы себя чувствуете?

— Не понимаю пока, — прислушиваюсь к себе. Дышать тяжело, и это не усталость. — Похоже что-то себе отбил. Но вроде, без переломов обошлось, щит сработал.

— Хорошо. Постойте пожалуйста, — быстро формирует свой измененный диагност. — И еще минуту.

Кошкин быстро пробегается по данным, это просто видно из его погружения, потом что-то для себя уточняет.

— Ольга! — оборачивается. — Подойдите пожалуйста.

Девушка быстро подходит.

— Сформируйте пожалуйста среднее исцеление, Максиму. С упором на заживление трещин в ребрах. Это не срочно, но лучше пораньше, будьте добры.

Ольга с тревогой бросает взгляд на меня. И тут же начинает формировать конструкт. Даже не уточняет диагноз у Бориса.

А я осознаю, что с момента смерти твари проходит всего несколько минут, вряд ли больше, а Стас, и вроде бы валявшийся недавно Павел, уже начинают разбирать монстра на запчасти, и делают это очень быстро.

— Максим, прислушайся пожалуйста к лесу. У нас могут быть такие же гости? — задает вопрос Ольга.

— Конечно же нет, — успокаивающе, как ему кажется произносит Борис. — Иначе Максим не был бы так спокоен. Ведь так, ученик?

Удивляюсь, как быстро Кошкин начинает считывать мое поведение, думаю, еще с Полигона. Но он прав.

— Нет, Оль. — качаю головой. — Учитель прав. Этот монстр всех в округе далеко распугал. Тут сейчас даже мелкой живности нет.

— Хорошо. Просто это, слишком крупная тварь. Таких так близко к городу быть не должно. Нужно сообщить в Дом. Видимо нужно собирать рейд, раз так близко начали подходить крупные обитатели.

— То есть это нормальный обитатель? — киваю на рептилию. — В ней ничего странного нет?

— Да вроде нет, — с сомнением говорит Ольга. — Тебе нужно побывать в Доме, в зале общей информации. Там есть краткая информация о тех Измененных, на которые либо брали контракты, либо убивали на подступах к городку, в фортах. Там много порождений кошмаров, Макс, и это не преувеличение. Когда у тварей начинался Гон, из леса много кто выходил, вылетал или выползал. Так что городские охотники много с кем сталкивались. Гон прекратился несколько лет назад. До этого времени он был не только ежегодным, но и прогнозируемым. Так что форты стоят не для украшения.

— А сколько лет назад прекращается этот Гон? — уже подозревая ответ спрашиваю девушку.

— Около двух. Мы как раз приехали в Смоленск-2, — Ольга заканчивает формировать конструкты, и меня словно сдавливает на десяток секунд. — Сейчас пройдет, Максим. Так вот, мы только приехали в город проходил один из последних. Правда Мих говорил, что Гон уже давно на спад шел. Уже лет десять даже не каждый год, и ослабевал тоже. Но раз такие монстры начали подходить к городу, то надо сообщить.

— А что необычного в этом монстре? — не отпускаю тему. — Ведь мы рядом с поселком, и говорили же, что тут бывают опасные встречи.

— Да, только опасные для этого пояса Пятна, Максим. Очевидно же, что это животное — откуда-то поближе к центру. Им тут плохо, вне своего ареала они дохнут.

— Слушай, а кристаллы в местной живности тоже начали попадаться примерно тогда же, как говорил Стас?

— Дались тебе эти кристаллы, Макс. С них одни убытки, — видимо вспомнив что-то неприятное, поджимает губы девушка.

— Пока никто не знал, что эти кристаллы рассыпаются песком, мы в рейд за дичью ушли, — смеется Павел, Стас тоже сдержанно улыбается. — Как уходили — они стоили примерно по весу золотом. Как же, редкость неимоверная! А как вернулись, оказалось, что кристаллы эти начали рассыпаться у всех за пару недель. А мы шарились почти без еды и отдыха эту декаду, и ведь добыли целых четыре кристалла! Вернулись победителями, чтобы узнать, что эти кристаллы больше никому не нужны. И через пару дней понаблюдать как мечты на экипировку и полный алхимический сет на выход, рассыпаются почти белым очень мелким песком.

Внезапно все эти кристаллы перестали быть устойчивыми. Ну, а мы получили прекрасный урок.

— И что, никто не знал, что они рассыпаются? — удивляюсь. Так-то я понимаю, почему — кристаллы пси-активные, как только пси в них заканчивается, они становятся нестабильными. То есть можно их держать по чуть-чуть вливая пси, но местным откуда это знать?

— Так они и не рассыпались. Мы когда в Смоленск-2 приехали, про кристаллы никто ничего не слышал. — Разбирая остатки зубов рептилии вспоминает Паша. — Потом из рейда вернулся отряд. Потеряли двух человек, принесли радужный кристалл, очень красивый. Его фотография до сих пор в Доме висит. Его тогда купили за какие-то непредставимые деньги.

— Радужный, ты не ошибаешься? — удивляюсь. Радужный может быть только у маток. И они без охраны не ходят. Не могла малая группа охотников уничтожить такое.

— Да не, не ошибаюсь, — пожимает плечами Павел. — Это бывшие военные были. У них в отряде две стабильные звезды до выхода того злополучного было. Вернулось семь человек. Продали два темно синих кристалла, радужный, оставили описание боя, и расформировались, а ведь до пятого пояса доходили. Очень их подкосила смерть трех членов отряда. Они ж лет двадцать до того момента были вместе. Да и жили большой семьей, похоже. Может и сейчас где живут. В общем не наше дело, но уехали они сразу же, как деньги получили. А гильдейские, увидев успех, как с цепи сорвались. Месяца три, наверное, да, Стас? — парень кивает, не прекращая, впрочем, вырывать зубы из челюсти, и складывать их в отдельный мешочек.

Так, точно не ошиблись. Синие — это охрана. Только их три кристалла должно было быть. Но, может не нашли, или уничтожили. Но это конечно результат. Нужно получше узнать про этих ребят. То есть сейчас на два, получается, Гнезда меньше должно быть. То есть в самом худшем случае Гнезд сейчас — три. Или вообще два. Так.

— Ну вот, только таких же больше не попадалось. Все поменьше, да похуже. Но и их брали. Вот, а потом мы тоже решили поучаствовать. — Смеется Павел.

— Я решила. Не выгораживай. Вы против были. — Ольга чуть надувшись, но с почти появляющейся улыбкой добавляет. — И вот представь. После почти двухнедельного рейда, грязные, но счастливые, мы заваливаемся в Дом Охотника, сразу в бар. Там с порога, как принято после очень удачного рейда, проставляемся всем присутствующим. Ну мы же добыли четыре кристалла — это невероятная удача по тому времени была, что б ты понимал, Макс! Сравнимо с доходом за последний наш с тобой рейд, если что. И представь сначала тишину в баре, когда мы, перебивая друг друга, рассказываем как мы добыли кристаллы, потом лица охотников, которые уже успели за нас порадоваться и выпить кружку. Ну, а на закуску — наши, когда нам рассказали, что вот это вот теперь ничего не стоит. — Не выдерживает и хохочет девушка. — Неделю уже как. Не поверишь, но охотники нам собрали немного золотых тогда. И даже отпаивали в том же баре. Стыдно было ужасно. При этом, мы же определенно герои. Кристаллы это же точно опасные твари. Мы тоже в третий пояс зелеными, по сути новичками, за ними сунулись. И вот так это все обернулось.

— А еще кто в пятый пояс ходит сейчас? — спрашиваю немного не в тему. Если оба гнезда искать, то только там.

— Сейчас? Нет. Очень редко. Смысла нет. — говорит разгибаясь Стас. — Те охотники просто были военными, им рисковать не привыкать, особенно, если риск взвешенный. Да и деньги были нужны, думаю. А так? Думаю, туда если кто и пойдет, то не из-за денег. Это просто не бьется в соотношении риск-деньги.

— Не-не, Максим, — Ольга с беспокойством смотрит на меня. — Не надо тебе туда, ты что задумал?

— Нет, конечно же не пойду в ближайшее время. — соглашаюсь с девушкой. — Но прошу, если кто будет говорить про тварей оттуда, дайте мне знать пожалуйста.

— Хорошо. — меня отпускают тиски техники. — Все, Максим. Ближайшие полчаса резких движений постарайся не делать. И съешь паек — костям нужно то, из чего они восстанавливаться будут.

— Это хорошая идея, — кивает головой Кошкин. — Максим, давайте вы возьмете паек, и мы отойдем недалеко. Нам с вами нужно обсудить один немного не своевременный, но мне жгуче интересный вопрос.

Удивляюсь. Но именно эту последовательность действий и воплощаю в жизнь.

— Присаживайтесь, ученик. — Борис тоже присаживается за стол. Вокруг внезапно мутнеет сфера нескольких метров в диаметре. — Я поставил защиту от подслушивания, Максим. — Я внимательно смотрю на мага. Тот расслаблен, никаких агрессивных действий не предвидится. Ну хорошо. — Максим, — немного мнется Кошкин. — Будьте добры, расскажите мне, это в ваших интересах, я чуть позже объясню почему, каким образом, вы смогли воспользоваться родовой техникой Тобольских князей?

Глава 3

Удивленно смотрю на Кошкина.

— Вы про что, Борис Васильевич? — перебираю последний бой. Так-то из примененного, только у фазового сдвига аналогов я не знаю.

Кошкин чуть задумывается.

— Максим, ты отрезал чем-то лапы монстру. Чем-то, не являющимся магической техникой. Я делаю вывод, что это Память крови. Про кое-что похожее, мне рассказывал мой учитель. Работа с пространством — это известный аркан тобольских князей. Никто другой с ним не работает. Более того, арки перемещения в крупных транспортных узлах Империи — это полностью предприятие тобольских князей основанное на этом аркане, и данная монополия, насколько я знаю, защищается очень строго. Мой учитель, Анатолий Филафеевич имел, в свое время отношение к этому проекту. Так что это было, Максим?

Задумываюсь. Правду говорить — не вариант. Но…можно сказать полуправду, которая пройдет фильтр «лжи» у мага. Тем более, исходя из истории, Кошкин во мне заинтересован еще пару лет минимум. Да и потом, не факт, что побежит сдавать меня безопасникам — вообще не тот типаж. Слишком уж маг горд. А вот использовать меня на благо Рода он не постесняется очевидно. Но тут нормальные отношения учитель-ученик. Так что здесь тоже прогнозируемо. Нормально.

— Я вижу сны, — говорю.

— Что? Максим, какие сны? — слегка показывает удивление маг.

— Сны из жизни другого человека. В этих снах у меня получается использовать некоторые техники. Про пространство не знаю, но то, чем я отрезал лапы монстру, с моей точки зрения, к пространству отношения не имеет. Там скорее сдвиг целого на мгновение относительно самого себя по плоскости. Не смогу объяснить подробнее. — Ни слова лжи. Полуправда — посмотрим, как отреагирует. С моей историей он знаком — может сам и объяснение придумает. Ольга же справляется полтора месяца назад.

— А техники, как ты их называешь, рабочие? Там структуры, понимание, что?

— Там структуры, но не те, которые мы изучаем даже близко. И понимание.

— Ты так и пространство вокруг себя контролируешь? — в лоб спрашивает.

— Да, вы заметили? — улыбаюсь.

— Да сложно не заметить. Особенно мне. Я удивлялся, а потом обнаружил слепые зоны твоей техники.

— А вот это как раз не техника, это скорее талант. Личный, вроде бы как.

— Понятно тогда твое топорное использование. Я примерно понимаю, что это. тебе повезло, у магов подобный навык появляется очень не скоро.

— То есть? Такой навык есть у всех магов? — удивляюсь. На моей памяти только ректор вроде бы показывал что-то похожее моему Аспекту. Да и там было все же только внешнее сходство… Хотя погодите-ка, Борис как раз это и имеет в виду.

— Нет, с чего бы он был у всех? — почти улыбается маг. — Это редкость. Я знаю лишь то, что это неотъемлемое свойство всех Повелителей Стихий.

— Ну я помню давление турецкого мага…

— Не путайте себя, Максим. Там было давление силы мага. Такое проявляется у всех с ростом личной мощи. А вот возможность контролировать насыщенное твоей магией пространство — конструкты запускать из любого места, где есть твоя магия, за препятствиями видеть то, что нужно, управлять напрямую Стихией внутри оппонента, кстати. Вот такое — есть только у Повелителей.

— Как это управлять Стихией внутри оппонента?

— Ну смотри, возьмем Огонь, например, Воздух и Воду — неспортивно, как ими пользоваться и так понятно интуитивно. — Борис надевает любимую маску лектора. — Все клетки организма… ты же знаешь, что организм состоит из клеток?

Я машинально киваю на банальный факт.

— Интересно, откуда? — опять чуть улыбается маг. В эмофоне он становится убежденным, словно подтверждает какую-то свою идею. — У нас в библиотеке данных из библиотеки целителей точно нет. Аккуратнее, Максим. Я тебе вопросов задавать не буду — мне это не нужно, я знаю ответ на два, которые мне важны, а остальное не мое дело. Но я уникален. Другие тебя захотят расспросить поподробнее, и не всегда с твоего согласия.

— А какие два вопроса для вас важны? — серьезно смотрю на Кошкина.

— Ты не угрожаешь существованию Империи, — чуть улыбается маг. — И ты хочешь и можешь учиться магии. Плюс, у тебя есть нужные мне характеристики обучения, и ты точно ответишь согласием на мое требование. Простое в сущности — не учить принципам магии, которые вывел мой учитель, никого, кто не будет подходить под критерии. Всё. Остальное ты мне обеспечишь просто своим существованием. А критерии мы обсудим, когда будем учиться чуть-чуть другому взгляду на магию. Сейчас это лишнее, мы можем стандартную программу не успеть.

Ну тут сложно поспорить.

— Так, возвращаясь в Огню. Тебе интересно? — я киваю. Кошкин продолжает. — Ну вот возьмем клетки. Они в себе содержат внутренний огонь. По крайней мере, так видит людей Повелитель Огня, когда он в своей стихии. Я расспрашивал, в свое время. Он видит людей как скопление множества огоньков, которых как бы объединяет одно общее пламя. Вот на общее пламя, даже Повелитель воздействовать не может, а на любое число мелких огоньков — пожалуйста. Он, например, может приказать напрямую этим огням погаснуть, или наоборот произвольно разгореться, или начать сжигать рядом огоньки — масса возможностей. И если общее пламя слабое, то воздействие проходит, и оппонент получает множество новых острых ощущений. Как Вы понимаете, Максим, общее пламя, это скорее всего душа. Ну а интенсивность — воля. Но это догадки, конечно же.

— А с магией земли как?

— У меня нет ни одного знакомого Повелителя этой стихии. Даже больше скажу. Я и не слышал о таких. Может раньше были, но сейчас маги земли в Повелителей вырастают редко. Но вернемся к нашему вопросу. — Кошкин делает паузу и собирается с мыслями. — Вот как раз такой контроль пространства, как у Повелителей я и имею ввиду. Поэтому я и говорю, что вам повезло — контроль, пусть и странноватый — есть, но вы не Повелитель, и никогда им не будете. Так что будем еще и учиться контролю пространства вокруг вас.

Хм. Ну посмотрим, что Борис сможет показать. Тут я довольно скептичен. Я-то Аспектом могу видеть многое, техники создаю в произвольном месте контролируемого пространства, но пока только техники пси. Позже, когда смогу выжечь второй уровень печати, то и телекинез станет совсем другим. Но пока — пусть. Вообще даже, только за! Все же меня просчитать ему удалось, да и действительно, подлавливал он меня в Лабиринте легко. Может предложит что-то, что поможет и магические техники перенести в общее поле, а не использовать их только от рук и тела. Пока же мне контакт этот необходим.

— А личность в снах, вы помните? — уточняет Кошкин.

— Конечно — высокий, лысый. Весь в татуировках, — описываю себя из того Мира.

— Хм. Среди тобольских князей и их предков такого действительно не было. Интересно. Но то, что вы описываете, очень похоже на активизацию памяти крови. Так примерно и происходит. Сны, техники, которые не могут повторить другие. — Кошкин задумывается. А я радуюсь где-то глубоко внутри. Хорошо, когда у людей есть наработанные объяснения. Они всегда справятся сами. Тем более мой случай ничего кардинально в картине мира у того же Кошкина не меняет. — Максим, в общем в то, что вы из мещан я не верил и раньше, а теперь окончательно не верю. Тем более я сделал запрос в ваш городок — вашего отца по бумагам, в живых уже нет около двух месяцев. Официально — пил, и сгорел вместе с домом. Просто, чтобы вы знали.

— Я вообще его не помню. Помню только последние три месяца этого Мира, и сны. — Пожимаю плечами. — Не знаю, какие у меня с кем были отношения до того момента.

— Никакие. Справка тоже на этот вопрос отвечает. Вы с четырнадцати лет жили на улице. И с родителем не общались.

Снова пожимаю плечами. Похоже дядя Вилли подсуетился. Но по большому счету, мне до родителей Рысева дела не было никогда.

— В общем, скорее всего, вы все-таки часть какого-то Рода. Какого — это вопрос, конечно же. И непростой, просто потому, что большая часть старых Родов, у которых есть память крови, свои способности чаще всего скрывают. А другие заинтересованные, эти сведения получают косвенным путем. Теперь дальше. Дворянство вы уже получили сами, я ваши слова уточнил у Степанова. Прошлое ваше проверить тоже нельзя. Так что с этой стороны вы прикрыты. Основывайте новый Род, а когда станете сильнее — узнавайте о старом. Сейчас — даже не думайте. — Кошкин совершенно другим путем приходит к тому же списку действий, что и я. — Просто есть шанс, что у вас тоже есть кровники, а нам с вами и моих будет достаточно. Ладно, на свой вопрос я ответ получил. Вы меня успокоили.

— Боюсь нет, Борис Васильевич. — решаю проверить еще один момент. — Я вижу и другие сны.

— Какие? — вздыхает Кошкин.

— Разрушенные города, войну. Нечеловеческих существ, которые охотятся на людей…

— Максим, — слегка усмехается маг. — Такое бывает чуть ли не каждые лет двадцать-тридцать. Новая война тоже скоро, слишком у границ с османами сейчас неспокойно. Это нормально. Люди всегда воевали. И продолжат. А с последней крупной войны у нашей Империи прошло слишком много времени. Так что скорее всего, мы с вами увидим то, что не хотелось бы видеть еще долго.

— Я видел войну людей, без деления на страны с существами уничтожающими города. Практически конец Мира.

— А, не переживайте, — делает легкий пренебрежительный жест рукой Кошкин. — Такое часто, при активизации памяти крови. Разум перенапрягается и выдает обычно довольно страшные картины. Даже если вы видите вещие сны, а такое бывает, безусловно — все равно не переживайте. Никакие животные не могут принципиально противостоять Повелителям. У таких магов слишком глобальное воздействие на реальность. Так что это просто невозможно — вследствие понимания магии. Просто потому, что мы разумны, а животные — не очень. И Повелителей в Империи человек двадцать. Мир не погибнет. Не в ближайшее время.

Ну, я попытался. Думаю примерно такая же реакция, может даже похуже, будет у любого мага. По крайней мере, до серьезных потрясений. Так что этим вопросом занимаюсь сам.

— Хорошо, Максим. Я важное для себя выяснил. Если вдруг, у вас появятся вопросы или сомнения — делитесь. Как минимум, выслушаю. — Маг снимает сферу от подслушивания, встает и уходит к себе в палатку.

В принципе, общее понимание отношения магов к моим возможностям, если не показывать слишком многого, я сейчас получаю. В принципе, и раньше Ольга примерно так же реагировала. Но Кошкин прекрасно показал, что подозревать в чем-то лицеиста никто не будет Искать подводные камни — тоже. Если я не лезу в заговоры конечно. И не показываю чего-то критически важного, как вот сейчас получилось с фазовым сдвигом. Но вроде, маг нормально отреагировал.

Что же. Спокойно усиливаю себя дальше. Возможно ксеносы не такая проблема, которой я ее вижу. Нужно чуть больше информации. Так что вернемся в лицей — и действую по продуманному плану. Ничего форсировать не нужно. Даже по моим воспоминаниям года полтора у меня есть до того как ксеносы станут большой проблемой, а свежие Гнезда, к тому времени, я смогу зачистить и минимальной командой, судя по словам Стаса. Маги — не беспомощны. Неприятно сознавать, что такое легкое падение того моего Мира, и долгая потом война — это следствие слишком усложнившихся связей, и огромного числа людей на старте. Было бы как здесь — купировали бы ксеносов раньше, а там и атомное оружие было бы применено. Но… мы опоздали, а потом Гнезда слишком выросли, и в них уже атомное оружие стало бесполезно. Слишком внутри крупных Гнезд меняется характеристики реальности. И пришлось играть по правилам ксеносов. Но и там, мы вроде бы с этим справились.

Тут же, скорее всего, раз нет даже слухов о пропавших городах и минимальной паники, при разговоре о таких чудовищах — есть года два до первых серьезных проявлений, и, получается, лет пять-семь, до развития ситуации до сложной. Все же я смотрю на этих тварей из своего опыта, и со своими критериями опасности. Тут же магов больше, чем псионов у нас, судя по статистике. Причем кардинально. Так что возможно, личное могущество, на чем построено местное общество, станет более выигрышным билетом при такой угрозе, чем переусложненные связи того Мира, который противостояния не вынес.

Так что слегка ситуацию отпускаю. Но то, что зависит от меня — делаю. И с шаманами поговорить бы нужно.

Встаю и иду на обход лагеря.

Очевидно, что обновление охранной паутинки — это то что Кошкин потом точно проверит, но напоминать сейчас не хочет. Хм. Контролируемый такой зачет. Разум с трудом перестраивается со схватки на обычную жизнь. Адреналин из крови уходит, остается опустошение. Нужно просто занять себя работой.

Иду обновлять конструкт. Можно было бы, конечно восстановить порванные узлы монстром, но затраты примерно те же. А так попроще. Разворачиваю снова сферу охранного заклинания. В дополнительный узел вновь вливаю «сон». Очень он неплохо отработал в первый раз.

Пока разворачиваю структуру, ставлю себе очередную галочку. Кошкин в эмофоне довольно сильно расслабляется. Значит все же, вопрос Родовой техники был важным для него. Принимая во внимание слова, что его учитель участвовал в разработке коммерческих порталов, можно прикинуть, что тобольские князья его учителю не чужие. А ведь я помню, как Кленов говорил, что перемещение порталами недешево, а тобольские князья монополисты. Вот тут и получается, что уже третья ниточка ведет меня в это княжество. Много, слишком много для простого совпадения. Ладно.

Обхожу лагерь, и сажусь в место с сильным давлением Поля. Как бы то ни было, вокруг крупных животных нет. Так что теперь оставшаяся часть ночи должна пройти легче.

Обращаюсь мысленно к Лесу. Там тоже все успокаивается. Даже есть легкое чувство благодарности по отношению к отряду. Но совсем небольшое, да. Ну вроде как помогли в несложной ситуации. Ну и ладно. Проблема-то и вовсе, в основном, моя. И от Леса было самое важное — предупреждение. Так что посылаю ответную благодарность. Он, кто бы он ни был, действительно сильно помог.

Ладно. Вроде ничего не забываю. Ребята над остатком туши рептилии вешают что-то вроде защитного заклинания. Но кажется это просто что бы не чувствовать запахов. Собирают с нее все, что по их мнению можно завтра-послезавтра продать, и уходят тоже в свои палатки. Стас сменяет Павла в дозоре, и лагерь окончательно успокаивается.

В принципе, сигнатуру одиночного человека я засекаю метров за двести от нашего лагеря. Да и не скрывается он особо. Идет медленно, настороженно, со стороны поселка. Но вроде бы мимо нас. Я его отслеживаю краем мысли. Но в какой-то момент, траектория движения охотника меняется — он, видимо, замечает почти трассу, проделанную монстром, а в конце трассы видит и лагерь, наверное. Так что человека почти мгновенно бросает в бег.

Я вылетаю из медитации.

— Стас! — чуть повышаю голос. — Человек к нам бежит на два часа.

Стас мгновенно поворачивается в ту сторону.

— А, нет. Уже не бежит. Паутинка отработала, — говорю Стасу. Нежданного гостя прикладывает «сном». — Я пойду, посмотрю.

Стас кивает, подтверждая, что он следит.

Я же встаю, и иду смотреть, кто это ночью по Пятну шарится.

Глава 4

Надо же, а мне этот товарищ кого-то напоминает. Подхожу ближе к молодому худому мужику, лет тридцати пяти, как уже становится неплохо видно. Короткий ежик волос, пара шрамов. Ну впечатление повидавшего что-то человек создает.

В фоне мужик спит. Теперь можно сказать, что «сон» тоже проверен на людях. Аккуратно переворачиваю гостя. Оружия нет, одежда старая… хм, хотя нет, не старая — скорее старого фасона, словно он решил пойти на костюмированный бал, а оказался в Пятне. Кожаные перчатки, тяжелые ботинки, пояс. Какие-то металлические вставки в верхний…ну кафтан, наверное. Небольшой, выглядящий еще более старым мешочек на поясе, в котором угадываются, судя по ощущениям, разряженные артефакты, — очень легкое, почти остаточное чувство магических нитей. От мужика никакой опасности не исходит. Тем более непонятно, как этот человек оказался так далеко от города — места-то тут не безопасные.

Нет, человек мне точно не знаком. Но кого-то напоминает. На минуту обращаюсь к своей небольшой, в сущности, памяти. За последние три месяца я вроде не с кем похожим не говорил. Ладно. Чуть позже пойму.

— Стас, — машу рукой, — давай в лагерь его! Не стоит тут оставлять. Вокруг хоть никого и нет, но что к утру будет — я не знаю. Как бы кто из животных не позарился, а постоянно обновлять «паутинку» не хочется совсем.

Стас подходит. Даже поверив мне на слово что вокруг никого, он все-же сначала, старается убедиться в этом сам, и только потом идет ко мне.

Вдвоем мы спокойно дотягиваем молодого мужика до костра, и укладываем рядом.

— Что с ним?

— Спит, — пожимаю плечами. — «Сон» в модификации Кошкина. Не знаю сколько в этом состоянии пробудет. Но до утра точно — он на себя два «сна» активировал.

— Может Ольгу позвать? — Стас оглядывается на палатку.

— Не, не стоит. Мы его не знаем, мы его не звали. Сон у него нормальный. Вроде не ранен. Выглядит вполне здоровым. Ничего, утра подождет. А Ольга все же сегодня уже выложилась. Пусть отдыхает. — Ухожу к месту где гость упал. — Пойду, лучше охранный периметр восстановлю.

Восстанавливаю «паутинку», а заодно, смотрю на виднеющиеся в темноте первые стены поселка. Так-то он уже рядом. Пройти через пустырь, через мелковатую болотину, и вот уже и пришли. Там примерно и останемся еще на день. Пока Кошкин с Клавдией поле аномалий посмотрят. Там нужно-то только полкилометра от силы протестировать и нанести на карту, а Дом будет нам, точнее им, очень благодарен. Это как раз тот случай, когда деньгами лучше было не брать, и не взяли. Да и графу невместно так-то. Сюда-то они пришли очевидно ради совсем другого. Стараюсь даже слегка не обращать внимание на палатку Кошкина. Палатка-то Рыжей совсем пустая стоит. Ладно, поселок — это дело завтрашнего. Пойду опять в работу. У меня уже пару дней есть чувство, что для прорыва не хватает какой-то малости, буквально легкого толчка. Я это чувствую.

Утром для меня начинается плавно. Спать я так и не ложусь. Но погружение в себя стараюсь сделать как можно полнее, даже точек внимания снаружи оставляю всего пару. Только чтобы успеть отреагировать на нарушение периметра и если позовет Стас. Все остальные — на работу с пси. Времени тут я проведу не так уж и много, нужно использовать эти часы по-максимуму. А отоспаться я и в Лабиринте смогу. Там даже лучше получится.

Постепенно прихожу в себя. Проснувшегося гостя я веду с момента, как он садится около костра, просто поднимается с места где лежал, оборачивается к костру и всё. Но к его чести, ни звать никого, ни обращать на себя внимание гость не собирается. Терпеливо ждет, пока не проснется лагерь. И в эмоциях у него примерно такая же пустота. То есть человек полностью поглощен ожиданием. И это как-то даже интересно.

Выходит Ольга. Удивляется новому лицу. Но поскольку его аккуратно контролирует взглядом Стас, то спокойно подходит к молодому мужику, и что-то выясняет. Эмоций у гостя так и не появляется. Безмятежное какое-то состояние нейтрального спокойствия.

Угу, диагностика. Быстро Ольга решает уточнить статус человека. Озадачена. Вроде бы ничего не находит, видимо. Ладно, пора мне «просыпаться».

Открываю глаза. довольно медленно потягиваюсь, пропуская через тело энергию все быстрее и быстрее. Мышцы, связки все очень быстро приходит в рабочее состояние. Выхожу из палатки.

— Здравствуйте, — подхожу к гостю.

Тот приподнимается. Делаю успокаивающий жест.

— Здравствуйте, — соглашается парень. Сейчас даже кажется, что товарищ чуть помоложе, чем показалось ночью. Хотя… Нет. Точно нет. Просто худощав очень. — Спасибо, что не оставили в поле.

А он, похоже, даже не понял, что «сном» был атакован.

— А то сил не было ни противостоять, ни «постучаться». — А, нет, понял. — Я даже среагировать не успел.

— Не за что, — пожимаю плечами. — Расскажете, как вы тут оказались?

— Это сложный вопрос. Смотря что вы имеете ввиду под «тут»? — мужик непроизвольно улыбается. Агрессии в нем нет совсем, и такое поведение не воспринимается как вызов. А вот как шутка — уже да.

— Ну, давайте начнем, с тут — в нашем лагере, — усмехаюсь.

— Вы меня принесли, наверное, — улыбается. Так-то оно конечно забавно, но мой запас дружелюбия начинает понемногу иссякать.

— Можете поподробнее? — уже чуть меньше улыбаюсь.

— Виноват, — слегка смущенно гасит улыбку в свой кулак мужик. — Давно с людьми не говорил. Отвык.

— Ничего, — все еще ожидающе смотрю на гостя.

— Интересный у вас мундир, — подходит к костру Кошкин. — Лет десять такие уже не носят.

— Десять лет? — удивляется гость. А вот в фоне все то же безразличие. И немного какой-то жажды. — Это много.

— Еще бы, — чуть усмехается Кошкин и аккуратно делает шаг, перекрывая взгляд на палатки. Ну точно, проработанная схема. — Максим, вы у нас руководитель выхода. Когда мы отправляемся поближе к нашей цели?

За спинами, чувствую сигнатуру Рыжей, которая почти мгновенно проскакивает в свою палатку. Подозреваю, что вижу этот маневр только я. Борис со значением на меня смотрит, он-то тут как раз за отвлечением внимания, получается. Ну а я даже немного нарочито, отворачиваюсь от нашего временного жилья. Кошкин чуть кивает.

— Думаю как позавтракаем, Оль, возражения есть? — спрашиваю главу наших наемников, что ли. Девушка качает головой. — Ну вот значит так. Так давайте поподробнее, — перевожу взгляд на гостя. Кто вы, как тут оказались. Почему решили заглянуть к нам на огонек?

— Я из города, заблудился немного, — говорит гость. — Порвал всю одежду пока ночью бежал. Потом наткнулся на небольшой склад вон в тех развалинах, — кивает на поселок за болотиной. — Переоделся, и пошел искать дорогу в город. Увидел вас, и решил присоединиться. Тем более у меня есть деловое предложение, — со значением поднимает палец вверх.

— Да вы что? — качаю головой. В принципе, мне уже кое-что понятно. — А какое?

Проснувшийся, и приведший себя в порядок Павел раздает всем пайки. Предлагает и гостю, но тот отказывается. Что ж, еще одна монетка в копилочку.

— Большое спасибо, — улыбается. — Я не очень хочу. — Оборачивается ко мне. — Хорошее предложение. У меня тут есть четыре ящика. Нужно их в городок тут рядом доставить. Возьметесь?

Ольга с недоумением смотрит на меня, учитель тоже хочет что-то сказать. Но я успеваю первым, глазами показываю, что все нормально.

— Конечно! Мы вам поможем. А чем вы можете заплатить?

— Вот! — радостно говорит мужик. В эмофоне все такая же благостная тишина. — У меня там в развалинах и оплата есть. У меня много кристаллов. Они дорогие. Только помогите, а?

— Поможем, поможем, — улыбаюсь. Ну, в общем, тут все понятно. Но место узнать надо в любом случае. — Сейчас покушаем и пойдем, хорошо?

— Конечно, конечно. Я так рад, что вас встретил! — мужик отворачивается к огню, и опять погружается в ожидание.

Ольга с некоторой опаской смотрит на меня, потом на мужика. Я показываю ей жестом — все нормально, верь мне. Кошкин тоже видит этот жест и прерывает себя на вопросе. Киваю ему.

— О! Завтрак! — подходит к нам Рыжая. — А чего вы все такие сложные? А? — оглядывает нашу группу магиня. — И кто этот парень?

— Это наш гость, — улыбаюсь, и показываю глазами Кошкину, чтобы он перехватил Рыжую. Борис взглядом показывает на гостя, почти спрашивая — Опасен?

Нет. Точно нет. — так же жестом отвечаю.

Ольга и Стас видят нашу пантомиму, и немного расслабляются.

Подходит и Павел с еще одним пайком. Протягивает его Клавдии.

— Пока только это, как на день на стоянку встанем — у нас и мясо будет. Подождем?

— Конечно! — Рыжая тут же переключается на Павла. — А что еще в меню?

Ребята уходят в обсуждение предстоящего пикника, и сглаживают напряжение, которое виснет сейчас между нами. Но я сказать не могу ничего, иначе потом не найдем.

Перекусили, собрали палатки, что сделать получается одним движением. Удобно, что сказать. И через полчаса, не больше, мы оказываемся готовыми к выходу.

— Ведите, — обращаюсь к мужику.

Тот кивает, одним движением поднимается на ноги, и приглашающе машет рукой.

Спокойно иду первым. Вокруг никого так и нет. Это знаю я, знает Кошкин, да и проводник наш тоже знает, я уверен.

Быстро, практически не останавливаясь проходим болотистый пустырь.

— Ой, вы старайтесь здесь след в след идти, — дружелюбно говорит мужик. — Тут опасно по сторонам, но вы не обращайте внимания, хорошо?

— Да, конечно! — отвечаю за всех. Оборачиваюсь. — След в след. Нас точно проведут. — За мной идет Стас. Он кивает и передает эту информацию дальше.

Идем недалеко, но неприятно долго. И, боюсь, в полной мере только я представляю, что происходит по краям тропы. Местами Аспект сходит с ума. Пропадает, и я чувствую его за десятки метров, местами словно наслаивается сам на себя, иногда сворачивается, где-то просто отказывается работать. Мы, похоже, проходим мимо большинства разных совершенно аномалий. Всех их объединяет лишь одно — они все невидимы.

Кошкин уже давно идет в очках охотников. И похоже через них видно довольно немало, он, да еще Ольга, в таких же очках — вот мы трое и можем понять, куда нас ведут таким сложным путем. А я так и понять чуть больше остальных, я уверен. Ладно.

Через четверть часа блужданий, мы останавливаемся у небольшого полуразрушенного строения.

— Вот, тут мои ящики. Поможете? — с надеждой смотрит на меня.

— Ну конечно, — говорю. Заходим внутрь и я тут же кастую давно заготовленный магический «сон», только в последнюю секунду наполняя его пси. Мужик мешком оседает на пол.

— Теперь объяснишь? — Кошкин без удивления смотрит на спящее тело.

— Конечно! — отступаю я от проема.

В глубине помещения насыпана гора кристаллов.

— Это то, что я думаю? — заходит в помещение маг. Протягивает руку к кристаллам.

— Я бы не стал их перебирать. Я не знаю, как они активируются, но активация не должна быть сложной. Эту гадость и обычные люди употребляют.

— Оппа! Это мы удачно зашли! — Павел не может сдержать слов. — Тут же золотых на пятьсот.

— Ага, — подтверждаю я. — И это все, мы прекрасно уничтожим.

— То есть все-таки кристаллы навыков. — Утверждает Кошкин. — Ну, объясняй.

— Помните я вам пытался вчера сказать разное?

— Да, — Борис оглядывается на членов отряда, которые входят в довольно большое помещение.

— Ну вот так, — киваю на кристаллы, — они и размножаются. Вот этот — показываю на нашего проводника, — попал полностью под власть кристалла, вы же видели, он общается нелогичными фразами, но он вел себя почти как человек. Но только почти. Если не задумываться, то даже и не заметить было. В принципе, — снова киваю не мужика, — он свою задачу выполнил, привел сюда. Теперь по логике тварей мы должны вот это вот все забрать в городок. И сколько-то по пути активируется. Сколько — не важно. Даже один — они в выигрыше.

— Ммм. Максим, а есть что-то еще важное? — Борис нервно оглядывается. Находит взглядом Рыжую, и тут же расслабляется. Вообще-то реакция правильная.

— Если бы я хотя бы чуть-чуть дал понять твари, что она раскрыта, то он бы спокойно ушел, а вот эту кучу мы бы и не нашли никогда. А нашел бы кто другой. Это первое, а второе — тут должна быть еще парочка теневиков. Но они скорее всего в более-менее целом доме обретается. Это все не очень опасные существа. Но для неподготовленного все может закончится не очень. Так что теневиков тоже нужно уничтожить.

— Хорошо, что с этим? — показывает на гору кристаллов.

— А что с ними? Это под уничтожение, благо несложно, Клавдия Сергеевна, сможете немного температуры тут вокруг кристаллов подать? Огня, я б сказал.

— Конечно! — Девушка только радуется развлечению, и вокруг кучи кристаллов начинает дрожать воздух.

— Ладно, Максим, — довольно мрачно для себя, говорит Кошкин. — Считайте, что свою точку зрения вы мне показали наглядно. И в ваших поисках, я вам помогу, чем получится. Предлагаю это обсудить уже в лицее, хорошо?

— Конечно. Кстати, — вспоминая о просьбе кладовщика, говорю Кошкину. — Я на десяток минут отлучусь. Извините, что пришлось вести вас всех сюда, но иначе он бы не поверил. И мне нужен этот человек. Мы можем его вытащить отсюда? — Павел и Стас, грустно вздохнув, кивают. Ну да, тащить придется им.

Я вспоминаю карту кладовщика, и понимаю, что нужное здание, буквально следующее по улице.

Дома-то развалины, но при этом, какое-то подобие заросших улиц тут есть.

Аккуратно выхожу из домика, и иду внутрь соседнего здания.

Захожу.

Сигнатуру «теневика» я засекаю еще когда разговариваю с Борисом. Я правда не уверен, что это именно он. Но сидящую засадную тварюшку в соседней комнате обнаруживаю. Так что при входе сюрприз не получается, и тварь я встречаю молнией. И вроде бы несильная техника, но «теневику» и такой за глаза. Опадает мешком картошки. Ладно, это не так важно. Эти твари страшны только когда про них не знаешь. А так — легкие цели.

Внутри домика висит темно синяя капля. Огромная. И вроде бы даже двигающаяся. А вот под ней вижу искомый браслет рядом с трупом. Причем труп, словно вчера сюда положили. И вот из-за странной капли, состояния трупа, да и вообще, приближаться к браслету совсем не хочется. Ладно.

Аккуратно нащупываю браслет Аспектом. Точно магический, но сказать что он делает даже близко не могу. Да и разряжен в ноль.

Начинаю по чуть-чуть выводить браслет из-под капли, и становится понятно, что эта капля свешивается именно в сторону браслета — я начинаю вытаскивать, и капля удлиняется в сторону браслета. Что будет, если я подойду — даже выяснять не хочется. Выхожу за дверь — все равно Аспект контролирует диаметр больше на порядок, чем у меня остается тут до браслета.

Приподнимаю браслет телекинезом. Прикидываю траекторию, и забираю браслет из воздуха. Настолько точно все рассчитываю. И в этот же момент, ныряю за проем двери, так как капля оказывается еще одним существом, совершенно не читаемым через сигнатуру.

Ставлю фазовый сдвиг прямо перед выходом, и успеваю убедиться, что эта подделка под нормального слайма, влетает в сдвиг всем своим псевдотелом, и тут уже рассыпается мелкой взвесью, которой словно выстреливает из проема.

Вот и славненько. Одну задачу решил дополнительно. Значит пусть и клаовщик раскошелевается. Странный браслет.

Глава 5

— Всё. Я готов. — Возвращаюсь в соседний дом. Пока меня не было, Ольга, видимо, задает вопросы Борису. А вот ответы, вряд-ли получает, так же как и Клавдия. А Рыжей все жутко интересно, но ждать она умеет. Тем более, просчитывает Кошкина, и любопытство Ольги.

Ольга переводит серьезный взгляд на меня.

— Максим. Мне кажется, мне тоже нужно знать, что тут происходит. — Показывает на спящее тело и последние рассыпающиеся в огне кристаллы. Мелкий белый песок уже покрывает половину помещения. И ребята инстинктивно не хотят его касаться. Но это зря. Он уже безопасен полностью.

В принципе, Ольгино желание справедливо, раз уж они стали частью этой ситуации. Да и часть истории можно повторить, которую я говорил Кошкину. Раз он спокойно реагирует, то Ольга и подавно, думаю, проблем не создаст.

— А Борис Васильевич не сказал?

— Максим, это ваша история. Что можете, то и рассказывайте. — чуть поджимает губы Кошкин. — Вам, получается, виднее.

— Хорошо, — киваю словам Кошкина. — Давайте тогда, найдем еще одного монстрика. Он неопасный, если ходить вдвоем. Но если по-одиночке — может убить человека, но тоже не сразу. Предлагаю его уничтожить и тогда разговор будет более предметный. Если я прав, то этот монстрик должен быть худым, нападать из тени, причем, в ней быть почти невидимым, независимо от густоты. Двигаться ломаными движениями, словно перемещают лампу, а за ней рвано двигается тень. Поищем?

— Почему он двоим не опасен? — тут же уточняет Стас.

— Он может контролировать только одного человека, второй его обязательно увидит. А убить его несложно. Иммунитета ни к чему нет.

— Контролировать? Поясни, пожалуйста. — Просит Ольга.

— Ну вариант отвода глаз. Как в сказках. Вы на него внимания не обращаете, пока он в тени. В общем, в отличии от этого, — киваю опять на спящее тело, — от «теневика» толку никакого, скорее, его нужно зачистить, что бы тут его не оставлять. Не дай боги кто один пойдет.

— Ну хорошо, два вопроса, — Паша чуть поудобнее перехватывает спящего мужика. — Где мы его будем искать, и он точно вообще здесь есть? Не убежит?

— Точно есть. Они на свету не передвигаются, так что он где-то в основном городке. Здесь его нет, — жестом охватываю развалины. — Тут всего два здания с остатками крыш, а значит, и с тенью, здесь мы сейчас есть, а в том я побывал тоже. Там одного «теневика» я уже убил, значит второй должен быть на расстоянии. Рядом с кристаллами их должно быть двое. Потом объясню откуда знаю про их повадки. Обещаю.

— Ладно. То есть сейчас нападения больше не опасаемся? — уточняет Стас.

— Нет. Рядом нет никого, кто сквозь аномалии пройдет. — киваю. — Можно отправляться назад. Я первым пойду, хорошо? На всякий случай.

Ребята переглядываются с Ольгой, но так как нести тело им — не мага лицея же заставлять — не находят возражений. Ну я их и не жду.

Собираемся. В эмофоне и у Ольги и у Рыжей царит жгучее любопытство. Но обе спокойно ждут. А по лицу ни у той, ни у той понять ничего нельзя.

Выдвигаемся.

Обратный путь занимает времени побольше. Все же теперь это спящее тело само не идет, и в некоторых местах приходится с ним поворачиваться буквально по сантиметру. Нахожу выход — обозначаю доступные края аномалий кусками шнура, и в принципе, этого хватает.

Почти к полудню добираемся до основного поселка. Аспект «теневика» не замечает. Это не странно, от пси эта зараза маскироваться умеет хорошо — это вообще его основной навык. Собственно «скрыт» — это глиф, который изначально из этих тварей и вытащили. Иногда с них падали такие кристаллы. А что бы через Аспект я ничего не почувствовал, достаточно просто не двигаться. Не все могут. Но вот эти — да легко. Сутками. Первый просто либо молодой совсем был, либо уже потревоженный. А может соседство с «каплей» не добавляло ему спокойствия, ведь он, получается, охотился на ее территории. Черт его знает, что это за существо, конечно, было. И как бы можно было вытащить браслет, если бы не мой телекинез. Вот надо Моисеича расспросить, на что он рассчитывал, и почему не предупредил. Про «теневика» он знать точно не мог — они появились недавно, а браслет с его слов там валяется очень давно. А вот что с «каплей»? И вообще, почему «теневик» охотился именно там? Это же совсем неочевидное место, разве что все развалины обшаривать. Хотя это как раз объяснимо, больше мест с постоянной тенью там нет, а рядом с кристаллами охотиться нельзя. Их-то как раз должны забирать беспрепятственно. И очень, конечно хочется спросить Моисеича, сколько человек уже получали такую же карту? В общем, пока одни вопросы только.

В поселке, в принципе, понятно где искать. Фактически кроме бывшей ратуши в центре, ну или что там было, в поселке зданий с крышей всего два. Так что проверка легкая. Просто нужны источники света — но это наши маги обеспечат обязательно.

В ратушу заходит сначала Кошкин. Здесь он меня отодвигает, не слушая возражений. И на подстраховке у него Рыжая. И. ничего не происходит. Ратуша и сейчас, и в прошлый раз, остается безопасным местом.

Я прикидываю карту. Так-то одно здание в стороне, но там по идее много «чертовых лиан» — это еще и контрабандисты отмечали и в ту сторону не лезли. Да и там слишком большая конкуренция за добычу у засадных хищников будет. А вот еще одно здание стоит неподалеку на тропе. Мимо и животные и люди ходят. Животные, скажем, вряд ли внутрь заходят, но здание немного нависает над тропой, так что технически, для охоты, я бы выбрал именно его. Так что сначала, после ратуши, стоит сходить туда. На что и показываю рукой.

Кошкин опять останавливает ребят Ольги. Похоже ему в удовольствие побыть подсадной уткой для Рыжей. Так-то, я его даже понимаю.

Быстро разбиваем временный лагерь, с тем, чтобы завтра спокойно можно было бы стартовать обратно в город. Испытываю какое-то чувство дежавю, да и не я один, судя по ощущениям в фоне, и задумчивым лицам Ольги и ребят.

Стас и Павел, перетягивают спящее тело утреннего мужика в разбитый лагерь.

— Вокруг никого нет. Его можно тут бросить, — говорю. Сверяюсь с Аспектом и ощущением разумов. Вокруг немного шевелятся только «чертовы лианы» как раз в направлении еще одной развалины с крышей. Спокойно все, в остальном. — Судя по всему, никто его в ближайшее время не побеспокоит.

Павел со Стасом с облегчением бросают мужика в ратуше. Тут он, в принципе, и от всякой прочей нечисти тоже прикрыт.

— Надо подстраховать, — киваю на Бориса с Рыжей. Они, не дожидаясь основного отряда, уходят в сторону дома на тропе. Ольгин отряд подтягивается со мной. — Вряд ли наша помощь потребуется, конечно, но все же.

Подходим к домику. Большая часть крыши обвалилась, и уже очень давно, но теней внутри вполне себе много.

Кошкин заходит внутрь домика, и тут же шагает чуть в сторону, чтобы не перекрывать линию боя Рыжей. Они как-то сразу мне верят, что «теневик» атакует со спины, и что тварь не особо умная. Так что Борис отшагивает специально.

Тут же, за его спиной, словно из ничего вырастает черный силуэт, с непропорционально длинными руками и ногами.

Ожидаю подобного, потому реагирую не медля ни секунды. Как только «теневик» показывается в проеме, на секунду торможу тварюшку телекинезом. И этой секунды Рыжей хватает, чтобы спалить существо без надежды на восстановление. Кошкин отшатывается от живого факела вглубь помещения, а тварь даже пары секунд орать не может — огонь быстро поглощает монстрика.

— Да, Максим. Похожа на твое описание. Считай, что мы уже все очень заинтересованы, и ждем, что ты нам расскажешь, что бы связать все вот это воедино. — Ольга говорит спокойно, но судя по ощущениям, она очень недовольна. И даже непонятно — собой, или тем, что я рассказываю Кошкину что-то, что вроде как, получается, касается и ее. А ей — нет. В общем такая себе смесь. А вот Рыжая, как фонтанировала любопытством, так и продолжает. Для нее весь выход напоминает сафари, и Клавдия испытывает только радость. Ладно.

— Хорошо, — достаю кристалл, который я вырезал из сердца рептилии совсем недавно. — Мы же все помним про вот этот кристалл, да?

Стас кивает — он то как раз видел, как я его вырезал. Остальные соглашаются, ведь мы это обсуждали.

— Я вырезал кристалл из сердца твари, что напала на нас вчера. — уточняю. — Специально обращаю внимание. Сейчас поймете что к чему.

Подходят Кошкин и магесса. Пара кастов, и у всех рядом с ратушей образуются небольшие удобные скамьи, чем мы и пользуемся.

— Я вижу сны, и в этих снах некие непонятно откуда пришедшие монстры, уничтожают человечество. Общего вида эти монстры не имеют. От Гнезда к Гнезду внешний вид их разный, видимо зависит от существ, которые служат прототипами. Существа имеют не физическую природу. Они захватывают разум, в данном случае, человека — показываю головой на спящего мужика. И постепенно, меняют его по каким-то своим шаблонам.

Одинаковые только повадки — так их и легко отличить. И еще, размножаются они как раз вот теми кристаллами, которые час назад уничтожили. Они такими кристаллами заражают людей, и постепенно личность человека деградирует, и тело становится захваченным, какой-либо тварью. Собственно я только вот про этого человека, — показываю на ратушу, — уверен, что он точно захвачен. Его фразы вы сами слышали, он говорил их не очень сознательно, потому они и не были связными. В принципе, он был нужен, чтобы просто привести кого-то к кристаллам. А там уже это добро должно было попасть в город. Думаю, так уже было ни один раз с контрабандистами. У Алиповых такие кристаллы нашли, связи с контрабандистами у них очевидны, а место встречи, кажется как раз здесь. Вывод напрашивается сам собой. Причем вот его, — снова кивок на ратушу, — допрашивать бесполезно. Он уже не очень соображает кто он. Есть только одно неприятное соображение.

— Только одно? Ты серьезно?! — Ольга начинает нервничать. — По городу ходят люди без разума, а у тебя только одно соображение?!

— Я тебе больше скажу, Матвей мне сказал, что такие же люди не так давно начали срываться и уничтожать тех кто рядом, и их служба старается таких найти и изолировать. Так что об этой проблеме знают.

— Да что ты говоришь! — Ольга почти ругается. — Про рабство они тоже знали, и как-то мне это не помогло!

— Ну, поэтому, думаю, мы тут и сидим сейчас, — спокойно говорит Кошкин. — Правильно, Максим?

— Да, Борис Васильевич, — киваю. — Спасибо. Этот человек имеет права, документы и все остальное. Мы не сможем доказать, что он не человек вовсе. А мне он нужен. И лучше во сне. Я хочу попробовать через Степанова связаться с шаманами, и через них найти что-то, что сможет отличить зараженного и незараженного человека. Ведь именно шаманы работают с духами. А тут что-то похожее на одержимость, но опять же — скорее всего не она, иначе менталисты бы их отличали.

— Вот не обязательно, Максим, — снова спокойно говорит Кошкин. — С одержимостью, возможно, смогут помочь инквизиторы Церкви Всех Богов.

— Извините, а это кто? — удивляюсь.

— А, я часто забываю, что некоторые части жизни для тебя в новинку. — Слегка кивает учитель. — Это подразделение храма. Не важно. Я к ним сам схожу. И да, нам этот человек нужен. Итак. У нас есть угроза Миру. Правильно тебя понимаю? Командуй, — слегка пожимает плечами. — Мы твоих снов не видели, опасность доказать не можем. Но каждый из нас, здесь присутствующих, может, кажется, сделать что-то для предотвращения твоих снов.

— Да, — соглашаюсь. — Самое сложное — что я даже передать сны не могу, — и это правда. В голову я особо никого пускать не собираюсь. — Да и доказательством, мои сны являться не могут. А без них — маги всерьез не воспримут.

— Как? Нет конечно! — Ольга возмущается. — Вопримут! Нужно только им рассказать!

— К сожалению, да, госпожа Прозоровская. Я сам, не далее как вчера отмахнулся от снов своего ученика. — Борис вполне самокритичен. При этом не считает свои действия ошибкой.

— И что же вас заставило передумать? — уточняет Ольга.

— Сегодняшний наш поход за проводником. Он был вполне адекватен, связно говорил большую часть времени. И я не обнаружил никаких отклонений в спящем теле. Он абсолютно нормальный неодаренный. Но. Он привел нас к огромному богатству для неодаренных, это раз. Было два убитых «теневика» как описывал их Максим мне, это два. Я сам обследовал остатки сгоревшей твари — они ненормальны. Это — существовать не может. При этом магии там нет вообще — это три. Ну и самое неприятное Максим не рассказал.

— Да… Вы мне просто не поверите, но ладно. — киваю учителю. — Когда эти существа образуют Гнезда, внутри они меняют характеристики пространства.

— Ну и что? — Ольга показывает головой на аномалии вокруг. — Там характеристики тоже меняются, и вроде бы мы по этому поводу не переживаем?

— Там, например, может перестать работать магия, — говорю я серьезно. — Вот совсем. А представьте, что это площадь, скажем, с наш городок, и там магия не работает. И площадь постепенно увеличивается. Медленно, десятки метров в год. Гнезда появляются и рядом, часто, раз в полгода, и там уже будут условия основного Гнезда. А на этой территории человеческие маги применять свои способности не могут. И порох, ближе к центру Гнезда, тоже может отказаться воспламеняться.

И вот вы стоите, с любым, в сущности, числом людей. Против твари, скажем, как та, что была вчера. И не одной, а, например, четверых. И так в каждом гнезде. Только у вас нет бустов, магии и из оружия — только мечи и копья. А ведь у меня во снах есть твари и сильнее. Хотя, опаснее, чем ту, что мы вчера смогли убить я не знаю.

— Это…было бы неприятно, — кивает Ольга. — Я поняла. Доказать все это ты, Максим, не можешь. Все доказательства — косвенные. Опасность видишь, но помогать тебе кроме нас особо никто не будет. Правильно?

— Ну, думаю, не совсем. Возможно, что смогу заставить косвенно нам помогать Тайную Экспедицию, — пожимаю плечами. — Им нужно определять пользователей кристаллов. Но всю проблему они тоже не осознают и вряд ли захотят — доказательств же нет. Разве что шаманы научатся определять подселенцев.

«А они научатся, уверен, я их и научу.» — Хмыкаю про себя.

— А так, да, остальное правильно. — соглашаюсь. — Тогда действительно. Смотрите — наши задачи. Главное, что нам нужно — оценить скорость распространения Гнезд. В общем смотрите, если вдруг появляются слухи об исчезнувших городах, особенно крупных, где бы это ни происходило — то скорее всего, у нас счет до масштабного противостояния идет на месяцы. Это самое важное. Критерии. Если у нас начинают пропадать люди — сотнями тысяч — это важно! Причем, пропадают примерно в одном районе. Это значит Гнездо начинает эволюцию, и нам остается не больше года до пропажи уже городов. Вот по этому Гнезду понятно, что оно где-то тут в Пятне, оно не эволюционировало пока что, скорее всего есть одно более старое, и два помоложе — просто потому, что первое деление Гнезда уничтожили те две звезды охотников. Радужный кристалл можно получить только из матки тварей. Так что развитие этой живности сейчас отстает. Так что опасность переоценивать тоже не стоит. Не факт, что что-то подобное находили в других местах. Про это тоже нужно узнать — вот такие кристаллы, — показываю снова кристалл «рейдера», это точно показатель наличия тварей. Вот это даже основной показатель. Если есть возможность — надо выяснить, находили ли их еще где-нибудь.

— А вот со всем, что касается тварей, помогу уже я, — Ольга кивает Кошкину. — Узнать в других представительствах Гильдии о подобных находках — несложно. А ведь Гильдия есть практически по всему Миру, даже в Китае, и даже за Океаном. Я узнаю, и узнаю быстро. Не более недели.

— Что же, про города, несложно узнать мне, — улыбается Рыжая. — Знакомых у меня армейских осталось много. Помочь не откажется ни один. Слухи-слухами, а разведка о таких происшествиях, по крайней мере в странах рядом — знать будет.

— В Доме Охотника мы аккуратно поспрашиваем, про тех, кто ходит глубже четвертого пояса — может быть сможет локализовать район. — Кивают Стас с Павлом. — Оля будет занята, все же представительств у нас много.

— Отлично! — неожиданно все решается намного проще, чем я даже мог предполагать. — Только у меня еще один вопрос, — оборачиваюсь к ратуше. — Что с этим товарищем все-таки делать? Он будет нужен.

Глава 6

— С одной стороны, я не могу его свободу ограничить. А он мне, и шаманам будет точно нужен, как тестовый экземпляр. — Показываю головой на ратушу. — С другой, он же привел нас к кристаллам, а распространение их в Империи уголовно наказуемо. Он же при вас говорил, что кристаллы его, правильно?

— Хм. А ведь да, молодец, Максим. — Кивает Кошкин. — Говорил. А кристаллы мы уничтожили, как и положено государственным служащим. Да, ни слова неправды. Можешь на меня рассчитывать.

— Благодарю. Борис Васильевич.

— Но кроме планов, — встает Кошкин с Рыжей, — к нас еще и подряд есть. Я же правильно понимаю, ученик, вокруг больше нам ничего не грозит?

— Кроме аномалий? — качаю головой. — Я не чувствую крупных животных. Да и мелких особенно тут пока не появляется вроде бы.

— Ну вот и хорошо. Мы с госпожой Клавдией Сергеевной, вас оставляем тогда. У нас свое дело, и хорошо бы его до темноты закончить.

Кошкин с магессой откланиваются, и уходят в сторону аномалий.

— Максим, командуй, — Ольга улыбается. Общая тайна прекрасно исправляет ее настроение. — Твой же найм.

— Хорошо, — киваю. — Тогда становимся здесь на день. Еда, места для сна, ну, вы лучше меня знаете. Лагерь на вас. А я — работать.

Ухожу внутрь развалин, чуть поближе к местам, где давление сильнее, чем обычное. Таких мест в поселке несколько больше, чем я чувствовал на предыдущей стоянке. И есть даже место, вроде бы, которое по плотности ближе к четвертому поясу. Но вот как раз там живут «чертовы лианы». Оглядываюсь. Кошкина и Клавдию чувствую за стеной — вроде недалеко уходят. Учитель мне, наверное, не очень нужен. А вот боевой огненный маг — очень. Кажется лианам, по крайней мере здесь, сейчас, надеюсь наступят последние дни. Я горевать о редкой фауне точно не буду.

— Клавдия Сергеевна, — быстрым шагом заворачиваю за угол. Похоже прерываю разговор Кошкина с его, теперь уже точно, пассией.

— Да, Максим. — Рыжая вежлива, но в фоне я точно знаю, что слегка испытывает досаду. Но сейчас, кажется, я это поправлю.

— Клавдия Сергеевна, вы не хотели бы очистить здешний пустырь от неприятных тварей? Тут живут, или существуют, не знаю, — пожимаю плечами. — «чертовы лианы», с их помощью магов ловят. И единственно к чему они уязвимы — это как раз в очень высоким температурам. Я и подумал, вдруг вы захотите помочь охотникам и гнездо этих существ уничтожите? — По мере того как я подвожу к просьбе, досада магессы сменяется охотничьим азартом. Получается я правильно понимаю — девушка здесь не только из-за Кошкина, но еще и ради того, чтобы поработать своей магией без ограничений. Сбросить, так сказать, ненадолго давление общества. Видимо арены в лицее все же не то.

— Так, Борис Васильевич, вы же составите мне компанию? — Рыжая немного просяще спрашивает у Кошкина. Тот бросает на меня усталый взгляд.

— Конечно, Клавдия Сергеевна, — вздыхает. — Времени у нас с вами немного, думаю целостность сооружений здесь никому не важна? — смотрит на меня.

— Вот уж точно не мне, — тут же открещиваюсь. — Я просто пострадал одно время от них, всего навсего. Это вон тот домик, второй, с уцелевшей крышей.

— Борис Васильевич, пойдемте прошу вас. — Рыжая чуть тянет за рукав Кошкина. Тот опять чуть вздыхает, и соглашается. Но я то знаю, что ему весь этот спектакль доставляет изрядное удовольствие. Более того, он считает, что пока что вообще ничего опасного тут не встречает, включая «рейдера». Даже в том случае он, кажется, имеет что-то в загашнике. Просто продемонстрировать не успевает.

Ну-ну. Если бы «рейдера» я не притормозил бы, то первый же «прыжок» он совершил бы именно к тому, кто его смог ранить. А там уже, как повезет. Но так-то да. Если бы достаточно долго отвлекать монстра, скорее всего Кошкин бы его своим веретеном затыкал бы. А может чем еще. Так что тут — кто успевает, тот и молодец. Сейчас успевает Кошкин, и даже два раза. Так что немного скептически относиться к ксеносу имеет право.

Парочка уходит на вроде-как доброе дело. Очевидно, что вопрос, важный для охотников, что Рыжей, что Кошкин совершенно безразличен. Тут только развлечение. И хорошо, что понимание его сегодня совпадает и у меня и у Рыжей. Все же нечасто Пятно посещает боевой маг. Да и когда посещает, разбираться с мелкими тварями точно не будет - есть много других задач, где его время намного важнее. ак что тут совпало. И хорошо.

Через минуту со стороны домика доносится вой огненного торнадо. Рыжая даже слегка сдерживаться не стала. Ну а зачем? Там наших союзников нет. Да и Борису показать себя, видимо, хочется.

Кружащаяся огненная стена встает на месте этого домика. Огонь плотный, почти текучий. Несколько секунд, и начинает плавиться камень. Рыжая фонтанирует удовольствием.

Тоже подхожу.

— Достаточно? — спрашивает Борис.

— Уверен, что да. — Киваю. Что бы там в этом месте не хранилось, оно точно превратилось в лужицы расплава. Лиан не чувствую, кстати, ни одной. Похоже магесса огнем проходится и по окрестностям. Посмотрим теперь, появятся ли здесь лианы снова когда-нибудь.

Рыжая не только гасит огонь, но еще и быстро понижает температуру получившегося расплава до почти нормальной. На месте домика оставляет каменный блин неправильной формы.

Уважительно киваю. Рыжая замечает, и чуть горделиво приподнимает голову. Такая похвала ей приятна.

— Надеюсь ничего нового не случится? — немного ворчливо говорит Кошкин и уводит магессу к аномалиям.

Подхожу к месту, где раньше был домик. Теперь тут просто основание под чего-нибудь. Может когда-нибудь и пригодится. Но мне оно интересно с другой точки зрения.

Касаюсь рукой камня. Чуть теплый, и это отлично. Значит я могу воспользоваться этим местом для своих целей. Давление Поля тут очень сильное. А ведь даже в месте, которое соответствует третьему поясу мне было сложно. Но надо. Очень хорошее тут место. Смесь такая. Надеюсь, до вечера в этом поле выдержу.

Оставляю минимальное число точек внимания и погружаюсь в себя. Практически сразу начинаю ощущать себя серфером. Опять, как в первые дни в этом Мире, пытаюсь оседлать дикий поток энергии, проходящей по всему телу. Опять она «вымывает» контролируемую пси. Но сейчас я уже сталкивался с таким, так что стискиваю зубы и начинаю уже сознательно насыщать поток своей пси. Откатываясь раз за разом. Пролетая на волне через все тело, по чуть-чуть поток насыщается, с каждым кругом все больше и больше, пока весь входящий поток энергии не становится подконтрольным. Отлично. Этого мне очень не хватает.

Ближе к вечеру, а я понимаю время по тому, что в лагерь возвращается Кошкин с Рыжей, теряю надежду на прорыв сегодня. Ладно. Шаг сделан огромный. Но разочарование даже не скрываю. Так хотелось надеяться на лавинообразный прорыв, как в прошлый раз. Но нет. Только планомерная работа, похоже.

Ухожу в лагерь. Аспект все так же показывает отсутствие крупных животных. И это странно чуток. В прошлые разы живности рядом все-таки было много. Но нет — и нет, проще будет возвращаться.

— Предлагаю попробовать пробить дорогу сквозь аномалии, — предлагаю на завтраке. — Поле аномалий вроде бы прекратило увеличиваться, дорога устойчивая там должна быть теперь. А так мы минимум полдня сэкономим. Если же потеряем больше часа — вернемся. Вроде и не сильно потеряем. Делаем?

Ольгины ребята переглядываются и в принципе не против. Остальные думают.

Так то я метров на триста дорогу вижу. Да и дальше, похоже ее спокойно построю Я и предлагаю-то именно потому, что уверен, что мы и сами пройдем легко, и тело пронесем. Не сказать бы, что там сильно сложнее становится, с последнего расширения.

Пара минут, и мы выдвигаемся в аномалию. Сейчас я иду первым, и ни у кого вопросов не возникает, но на всякий случай — иду в очках. Быстро ставим вешки для охотников, а нормальную тропу уже разметят они сами. Это не наша задача. Притормаживаю я только раз — на самом деле тот мужик из аномалии ее почти прошел насквозь. То есть мой толчок сильно помог. Что же. Повезло, что его не унесло сильно с тропы. А примерно так и остается на месте даже не смотря на перемещение всей аномалии. Подталкиваю его снова. Теперь более плотным импульсом — не спешим же. Вдруг через пару недель сможет пройти свой долгий путь? Ладно.

Кошкин всю дорогу наносит тропу на карту. И это правильно. Двойная нужная работа. Но из-за нее мы чуть притормаживаем. При этом, весь отряд полностью доверять мне начинает уже после пары поворотов. И остановки уже делаем только по просьбе Кошкина. Идем быстро, и через час, не больше, выходим к болотам. И оставленному мобилю.

***

Кладу браслет на стойку.

— Володимир Моисеевич, — со злобной улыбкой смотрю на кладовщика. — Ничего не хотите мне пояснить?

— Не, не хочу, — тянет руку за браслетом.

Забираю его назад.

— Ну на нет, и суда нет. — уважительно киваю. — Хорошего дня.

— Парень, пятьдесят золотых, ты же помнишь! — провожает глазами браслет Моисеич. — Сразу, наличными.

— Неа, — ухмыляюсь. — Что за синяя капля, и почему не предупредили?

— И большая? — с интересом уточняет Моисееич, потом спохватывается. — Пятьдесят монеток, Максим.

— Нет, во-первых этого мало. А во вторых — хочу ответы.

— Как это мало?! — всплескивает руками Моисеич. — Пятьдесят монет за неизвестный браслет! Ты же даже не знаешь, что это! — осекается кладовщик.

— А что? Расскажите! Это же очень интересная история! — прошу кладовщика. — Кстати, как вы обошли вопрос про ложь? Я должен был почувствовать.

— Я никогда не говорил, что там мой соратник лежит. Я говорил, что лежит жадный человек. Ну это точно так и есть. Зачем тебе браслет?

— Листы придавливать буду, он тяжелый, — пожимаю плечами. — Ответы хочу.

— Шестьдесят! — всем видом показывает, что ему больно от этой суммы. А вот в фоне я чувствую, что мы даже не начинаем торговаться.

— Всего доброго! — разворачиваюсь к двери.

— Стой! Ну ладно. Синяя капля — это жадность этого парня. Ну шестьдесят пять.

— Не понял?

— Ну, есть способ разделить тело и эмоцию. Все равно они будут связаны, и эмоция будет вещественной. Даже живой. Вот эта капля и была жадностью того парня.

— И какой способ? — удивляюсь. Даже не представляю как можно такого добиться. Это же наделить вещественностью идею. Очень странное.

— Тебе-то зачем? Восемьдесят! — Моисеич почти страдает. — Ну без ножа режешь. Последнее слово!

Не-а, не последнее. Раз пять ухожу и возвращаюсь.

— Ладно, триста шестьдесят. И это правда последнее слово. — вздыхает кладовщик. И вот тут я ему уже верю. В фоне абсолютная гармония со сказанным.

— И ответы. Почему не предупредил, и что это за браслет. — с ожиданием смотрю на мужика.

Кладовщик мнется.

— Отвечу, только ты обещаешь, что отдашь браслет мне.

— Да, обещаю. Но ответы должны быть правдивыми.

— Да пожалуйста. — пожимает плечами. — Ты и так про него сможешь узнать В Доме Охотника. Этот браслет, один из редчайших, уже много лет, артефактов призывов демонов.

— Так его уничтожить надо!

— Нет, его нужно сдать властям, которые его уже уничтожат. — В фоне кладовщика убежденность. — Просто тому, кто сдаст любую вещь демонопоклонников, специальным эдиктом дано право на желание, пусть и не любое. А мне оно нужно. Браслет! — протягивает руку.

— Подождите. То есть, с помощью браслета можно призвать демонов?

— Нет, сначала искали способ продлить жизнь. И вполне успешно — люди избавившиеся от своих неприятных черт, начинали жить лучше. По крайней мере, довольно долго. Потом оказалось, что браслет служит наводчиком разным демонам. С помощью вызова они получали псевдотело. Наводкой были именно эмоции. Ну в этом случае — жадность. Короче, очень специфический амулет, — протягивает руку. В фоне кладовщик полностью согласен со своими словами, поэтому спокойно отдаю амулет Моисеевичу. — А почему не предупредил? Ну, когда я видел жадность парня в последний раз, она была маленькая. Вот такая — показывает ладонь. А сейчас она какая?

— Сейчас она уничтожена. — пожимаю плечами. — Но была чуть побольше моего роста.

— Как уничтожена? — удивляется Моисеич. — Как у тебя это получилось?

— Секрет обучения. — тут же говорю.

— Ааа, Кошкин мог, да… — сникает Володимир. Так, теперь, похоже, буду использовать эту ссылку почаще. Все равно у учителя добиться какого-либо интервью крайне сложно. — Тебе деньги как отдать?

— Пятьдесят кредитом, а остальное мне на счет.

— Понимаешь, эта карта с этим кладом, много где ходит. Это не мой личный секрет. — продолжает Моисеич. — Так что я тебе ее отдал с легким сердцем. В том же Доме охотника, часто новичкам ее втюхивают. Так что это было скорее надеждой на хоть какой-то результат, извини.

— Да ладно. Мне ни помощь от безопасников не нужна, ни сам браслет. Так что извинения приняты. Но за тобой вира за опасность. Там на самом деле было не очень хорошо.

— Да уж. Ладно. Потом скажешь, что нужно.

— Да пока ничего, — ухожу со склада. Иметь в должниках Моисеича хорошее дело. Похоже, и правда, не специально. Ну и пусть.

По дороге в мои комнаты меня начинают догонять новости о студенческом совете — меня по пути встречает Первак.

В принципе, ничего неожиданного, и ничего срочного.

— Макс, в нашу группу люди без Рода пытаются попасть. Причем, последнее время, довольно много.

— Так в чем же дело? Принимай. Вся движуха для этого только и нужна. Основной задачей было собрать из вас работающую группу. И уже потом, учить разное. Кажется вы преуспели? — удивляюсь. Меня не было всего три дня. Ну и до этого две декады я почти не поднимая глаз что-то учил. И получается, что я сильно вне этой внутренней жизни лицея. Что и хорошо, если честно. И совершенно не хочется туда погружаться снова. Разве что… — Как у нас взаимоотношения с родовыми?

— Ровные. — кивает головой Первак. — Пока что, отношения внутри лицеистских групп спокойные. Так как раньше уже не делают. Все по согласию. Чего вроде бы ты и добивался?

— Конечно. — соглашаюсь. — Казалось что на самом деле было бы проще поменять меня, чем систему. А получилось наоборот. И даже ректора сменили.

— Дааа, Жанна Аркадьевна люто взялась.

— Вот и хорошо. Но для меня главное, что нет проблем внутри групп. Не хотелось бы отвлекаться.

— Вот, кстати, — Первак на секунду останавливается. — Рита просила узнать, когда у тебя перерыв. — Усмехается. — Есть у нее планы на твое свободное время, похоже.

— Да это и понятно, — прикидываю. — Если вдруг их у нее не станет, я только удивлюсь. — Чуть ворчу. — Что-то еще есть?

— Да, — кивает Первак. — К ректору, около часа назад, пришел человек. Утверждают, что это наш новый менталист.

Останавливаюсь.

— Это же замечательно! — меняю направление. Иду вместо общаги к основному корпусу. Думаю, что лучше пройти менталиста сразу. Тем более, что более сильные менталисты из СБ Империи пробить мой блок не смогли, так что по поводу штатного мозголаза я даже переживать не буду.

Захожу к ректору и уточняю у секретарши наличие менталиста. Но, видимо за последние полчаса тот с ректором все обсудили, и специалист ушел в больничку. Что же, придется, похоже, немного погоняться. Чего не сделаешь, ради необходимой строчки в собственное дело.

Глава 7

— Привет, Савва! — радостно говорю в спину уже сильно знакомому целителю. Тот даже вздрагивает.

— Ты по делу, Рысев? — оглядывает меня. — Вроде не выглядишь пострадавшим.

— Нет, я больше к новому менталисту. Не подскажешь куда? — улыбаюсь.

— Слава богам! Не ко мне! — восклицает себе под нос целитель. — В правую дверь по коридору. Там у него кабинет.

— Как зовут, не знаешь?

— Артемом вроде бы. Я не вслушивался. Иди-иди. У меня дел еще вагон — только пересменка была, — ворчит маг. Облегченно вздыхает. — Ты сегодня проблема не моя. Может и день неплохо пройдет. А нет, чертов сменщик! Вот, Рысев, когда тебя вижу — сразу проблемы рисуются! — ругается целитель. — Васильев! — орет в другую дверь. — Я знаю, что ты еще не ушел! Куда два кристалла магии истратил, гад! Аудит послезавтра!

Тихо закрываю за собой дверь. За дверью разгорается спор обоих целителей. Видимо, Васильев действительно еще не ушел.

Прохожу по коридору. Захожу в правую дверь.

За дверью обнаруживаю длинного улыбчивого молодого парня.

— День добрый! — здороваюсь. — Мне штатный менталист нужен.

— А, студент! Рад, рад приветствовать! — довольно показывает мне на кресло напротив парень. Вот только в фоне — холод и легкое безразличие. А так и не скажешь — очень позитивен, даже в глазах искорки — все как положено. — Только я не совсем штатный. Меня от Министерства народного образования прислали. На полгода, до лета, а с нового учебного цикла будет другой. Никак к вам сюда замену не найдут. Так с каким вопросом вы ко мне, молодой человек?

— Тогда даже не знаю, — задумчиво говорю. — Мне по идее, нужен штатный менталист, чтобы попробовать восстановить память. Ну мне так сказали.

— А кто говорил? — уточняет менталист.

— Да имперский вербовщик говорил, — загибаю палец. — Он же — наш инструктор Кленов. В больнице целитель говорил, из которой меня к вам забрали, загибаю второй. Потом, полицейский, Степанов, кажется, тоже говорил. — Почему-то делиться с этим человеком особенными отношениями с СБ вообще не хочется. Неприятный диссонанс, да и вообще — это не его дело. А про то, что я знаю о попытках меня прочитать — даже заикаться не буду. — Так что вот с этим вопросом я хотел к штатному менталисту обратиться. Но раз вы временный, то наверное, я не буду отвлекать.

— Да ничего, молодой человек, вы не отвлекаете — это моя обязанность. Зовите меня Артемом, пожалуйста, — улыбается парень. Снова показывает рукой. — Присаживайтесь. Как вас зовут?

— Да? Вы тоже можете помочь? — Отыгрываю человека, который про менталистов только слышал. И получается это вполне естественно. Все же официально, мне так никто про них кроме слухов и не говорит ничего. То, что я знаю — это мои домыслы, реакция на мои действия и наблюдение за их работой. И всё. Даже описаний в библиотеке практически нет, кроме упоминаний, что это совсем другой подвид магического воздействия на реальность. — Меня зовут Рысев Максим.

— Максим? Рысев? Хм, уже слышал, интересные у вас приключения, молодой человек. — А вот тут он вполне себе честен. В фоне ему действительно интересно.

Парень выпускает десяток полупрозрачных щупов. Надо сказать, что их число, и насыщенность «цвета» значительно уступает таковой у Матвея. Да даже Степанов, пожалуй, более плотным магом ощущается. Но посмотрим конечно. Заставляю себя не реагировать на десяток щупов, которыми парень медленно начинает исследовать мою защиту. Ну-ну, удачи. Присаживаюсь.

— А что вы помните, простите, о себе? — Артем испытывает какое-то даже предвкушение. — Может есть какие-то отправные точки? Я читал ваше дело, оно интересное, но там почти никакой конкретики нет.

— Конечно. В больнице, где я очнулся, штатного менталиста и не было. Так что описание со слов. Вот, ждал, когда столица пришлет кого-нибудь на смену предыдущему. — Улыбаюсь парню. А в фоне от него уже сквозит недоумение. — Мне сказали, что с моими провалами в памяти только менталист и поможет. Мы пробовали побывать в местах, где теоретически меня могли найти. Поездить по городу. Отто Людвигович говорил, что это могло помочь, но нет. Не сработало. Я помню себя с момента, как пробуждаюсь в морге. И то, там пару минут. А так — только больницу.

Щупы постоянно исследуют сплошную структуру моей защиты. Я решаю немного облегчить менталисту задачу, и некоторые воспоминания — о больнице, о палате, о городе даже, в районе складов выталкиваю на поверхность разума, по мере того, как говорю о них.

Щупальца мгновенно реагируют и сканируют то, что в воспоминаниях доступно. Вот только там действительно доступно немного. Все же в свое время я готовился к полноценным атакам разума, как от ксеносов. И пул воспоминаний, с моим полноценным осознанием себя Рысевым, раз так называли, у меня есть. И постоянно пополняется так-то.

— Хм, — через силу снова улыбается Артем. — Вы знаете, а можно вас попросить, выпить усыпляющее? Может быть в сонном разуме я смогу найти нужные моменты вашей истории, и смогу вернуть вам ассоциативные связи?

— Конечно, — тут же соглашаюсь. — Сразу же как только придет мой учитель, все же без его присутствия каких-либо манипуляций с бессознательным телом я проводить не дам, извините.

— Ну я же клятву о непричинении вреда студентам любого года обучения давал, — осуждающе качает головой маг. — Кроме того, у вас же здесь десяток учителей, мы о каком сейчас говорим?

— Я личный ученик, господина Кошкина, Бориса Васильевича. Так что этот вопрос - в его ответственности. — Пожимаю плечами. — Я ваших клятв не слышал, а в этом городке и на меня и на него, косвенно, правда, уже покушались. Прошу прощения за недоверие.

— Понимаю. — Артем недоволен, и это чувствуется. Но внешне все так-же улыбчив. — Вы сможете позвать его сюда?

— Попробую, — киваю. — Его с утра в лицее не было, может уже вернулся.

Вызываю учителя.

— Борис Васильевич, я на приеме у нового менталиста. Он предлагает выпить усыпляющее. Что? Да, жду. — отключаюсь. — Видите, Борис Васильевич у ректора на приеме. Нам везет и переносить ничего не нужно — сейчас учитель будет. Подождем.

— Конечно. А расскажите пока что-нибудь о себе, что помните.

— Хорошо. — Начинаю рассказывать абсолютно правдивую, и так же совершенно кастрированную версию о своем путешествии из больницы в Смоленск-2. В игру про ассоциации прекрасно можно играть и вдвоем. Так что начинаю вплетать в рассказ слова-маркеры. И постепенно прихожу в недоумение.

Парень совершенно не считает нужным скрывать свои чувства. Но это нормально. По любым из его данных в этой комнате сейчас сидит только один менталист — он, и один слабый маг-универсал — я. Всё. При этом, разум у Артема совершенно холодный и спокойный. Но все-же, на некоторые слова слабая, пусть и почти неуловимая реакция есть.

Например, парень с некоторым презрением относится к магам из народа, при том, что сам он точно не Родовой. Но гордится, что он сам выбился в люди, а они все лентяи. Ну примерно так расшифровываю его сложную, хотя и мимолетную гамму чувств на историю о попутчиках.

С практически подобострастием относится к дворянским титулам выше графского. И это тоже несложно вычисляется.

По некоторым реакциям понимаю, что до посленднего времени и сам менталист работал на очень важного человека. Что удивляет еще больше — не понятно, что он забывает в нашем лицее. Но на маркерные слова вроде долга, обязательств, задания — тех слов, которые я могу спокойно ввернуть в свой рассказ, парень реагирует. И ощущения я перевожу, что тут он по заданию своего важного человека. При этом обязательства, каким-то образом он тоже отрабатывает, и скорее всего перед государством — обреченное принятие ситуации, даже без попытки что-либо изменить.

В общем, я внезапно понимаю, что обладая возможностью делить свое внимание на части, я, получается, в свои руки получаю невероятный инструмент косвенных допросов.

Вообще, я мог бы догадаться до такого использования своего разума и раньше — все равно, мое ощущение разумов никто тут не видит. Но вот так, как сейчас, мне оно и не нужно было никогда. В том Мире — были умники для переговоров, а тут у меня особых таких встреч-то и не было пока.

Я почти получаю удовольствие от такого разгадывания головоломки под названием Артем. А то, что он менталист, и по-определению не может держать Разум в изначальном хаосе, добавляет этому занятию интереса.

От занимательного процесса рассказывания историй меня отвлекает пришедший Кошкин. Я даже чувствую легкое разочарование. А вот Артем снова слегка оживляется. Здороваются.

— Наш менталист?

— На полгода, — соглашается Артем.

Кошкин кивает.

— До конца учебного цикла, понимаю. Сочувствую. — садится на последнее кресло в комнате. — Вы считаете нужно пробовать бессознательную работу?

— Да, к сожалению, я не смог пробиться сквозь естественный блок господина Рысева. — Успокаивающе улыбается мне Артем. — Такого качества защитные блоки могли бы быть у мага-менталиста, скажем уровня выше моего, скажем, на три. Но даже там, я обязан был бы почувствовать неестественность преграды. А тут нет. Словно эта преграда всегда там была, так что скорее всего — это естественный блок, который скрывает старые воспоминания. К сожалению, я не смог уловить даже легких оттисков воспоминаний старше трех месяцев. Поэтому предлагаю попробовать бессознательную работу.

— Да, понимаю, — кивает головой Кошкин. — Давайте стандартный договор при вмешательстве, и можно работать.

— Я уже давал клятву мага о непричинении вреда лицеистам. — Снова настаивает на своем маг. — Еще один договор — излишен.

— Вам, может быть и да, — спокойно соглашается Кошкин. — А мне так будет спокойнее.

— Я не могу обещать не причинять вреда никогда в будущем, и не использовать то, что я узнаю ни прямо и ни косвенно. Потому что я именно для этого здесь и нахожусь. Я должен, как штатный менталист, иметь возможность воздействия на учеников в рамках Устава.

Кошкин слушает, и слегка кивает на каждое слово мага.

— Ну на нет, и суда нет. — Флегматично продолжает. — Без договора я не разрешу вмешательство в разум моего ученика, — оборачивается ко мне. — Максим, у вас дел на сегодня нет?

— Нет-нет, подождите. Вы не можете просто так уйти! — Артем слегка встревожен. — Иначе мне придется описать ситуацию в дело студента.

— Что значит, не можем? — очень сильно удивляется Борис. — Вы в своем уме?

Борис действительно удивляется, а я подсказать не могу, что Артем абсолютно спокоен, но в фоне присутствует некоторая досада. Вроде как — по-простому не получилось, пойдем по-сложному.

— Извините, вы правы. — Менталист извиняется очень искренне…внешне. — Конечно же можете. Но мне придется внести этот момент в дело вашего ученика.

— Вносите, — слегка пожимает плечами Кошкин. — Вы же обязаны. Но прошу вас смыслами не играть, и лишнего не вносить. К делу я тоже имею доступ, и проверять буду тщательно. — Снова обращается ко мне. — Пойдемте, Максим.

Поднимаюсь, прощаюсь с менталистом, и выхожу вслед за своим учителем.

— Максим, вы были совершенно правы, когда позвали меня, — идем по коридору. — Я не знаю, в чем причина, но стандартный договор о непричинении вреда, любой штатный менталист даст без дополнительного обсуждения. Он не обязан, конечно, так как действительно дает клятву, но так принято. И то, что этот присланный человек такой договор в сущности, заключать отказался — для меня очень неприятный знак. Как бы мои недоброжелатели уже не начали действовать. Прошу вас, Максим, в случаях контакта с этим человеком — обязательно меня звать .

— Конечно, Борис Васильевич, — соглашаюсь с магом. Но вот я не совсем уверен, что в этом месте он прав. Характер изменений фона все-же, как мне кажется, совершенно не связан с Кошкиным. Но это требует отдельного размышления. А так, конечно, что-то больно мутный маг. Но вроде бы роль свою я отыгрываю неплохо. Жаль, только, что основную цель — поставить в дело метку о естественной преграде в разуме, я не выполняю. Точнее, выполняю наполовину. Метка-то будет, но частично. С другой стороны — поступил так, как и должен был. Хорошо.

— Максим, — снова обращается ко мне Кошкин уже на выходе из главного корпуса. — На этой неделе в лицее будут экзаменаторы. Вообще, они прибудут не для того, что бы принять экзамены за два года у вас, у них другие задачи. Я уверен, что смогу договориться по большинству теоритических предметов о том, что бы вас проэкзаменовали. Так что большую часть теоретического материала, постарайтесь сдать в этот раз. А вот практику вам все равно не зачтут, так что месяц на работы у вас будет. Вместо посещения лекций, я вам выдам материал — отрабатывайте его. А вот с артефакторикой, я прошу вас следовать за мной. Раз все так удачно сейчас сходится.

Удивляюсь, но следую за своим учителем.

— Господин Летягин! — останавливает Кошкин старенького, сухощавого, но очень бойкого лектора недалеко от корпуса артефакторов. Я его помню — был ровно на одной лекции и одной практической работе. — Прошу вашего внимания, и давайте разрешим наш спор.

— А-а-а! Вот это ваш юноша? — Летягин осматривает меня с ног до головы. — Вы готовы?

— К чему? — удивляюсь.

— Я не предупреждал его, господин Летягин. Мне показалось, так будет спортивнее. — Кошкин спокойно игнорирует недоверчивый взгляд преподавателя артефакторики.

— Так, ну хорошо. — Летягин оборачивается ко мне. — Следуйте за мной, юноша. Но я все равно не верю.

Борис чуть пожимает плечами и идет рядом. Разговаривать особенно не хочет.

Артефактор быстро отпирает мастерскую. Тут мы уже были в Кошкиным не так давно.

— Так, юноша. Борис Васильевич утверждает, что вот это чудо, — вытаскивет из стола мой амулет-розу. Уже вторую, ту что я делаю Кошкину для зачета. — Сделали вы.

Я молча пожимаю плечами. Говорить тут особенно не о чем.

— Так, — артефактор достает из ящика еще один брусок сплава и очки. — Делайте, пожалуйста. Вам что-нибудь еще нужно, молодой человек?

— Нет, — отрицательно качаю головой. В принципе, зачем мы сюда идем — понятно сразу. Кошкин хочет высвободить у меня несколько часов артефакторики. Вздыхаю. Но я бы лекции послушал, конечно.

Беру заготовку и начинаю насыщать ее своей магией. Попутно надеваю очки. Ну на всякий случай.

Процесс идет очень быстро. Даже быстрее, чем в прошлый раз. Как брусок становится податливым, практически сразу же вылепляю из сплава орхидею. Этот цветок я тоже помню прекрасно. А теперь, после понимания основного принципа работать с этим сплавом, получается цветок легко. Можно было бы создать что-то другое, но я вижу в глазах Летягина жажду чуда. Он действительно хочет убедиться, что студент способен на это. И очень радуется, когда потекший металл приобретает форму цветка.

Я формирую конструкт Кошкина, уменьшаю его, и за небольшое, в принципе, время, внедряю его в структуру амулета. Весь процесс у меня занимает менее получаса, и все это время, за мной наблюдает очень заинтересованный в моем успехе человек. И это не Кошкин. Летягин очень хочет проиграть спор, так что когда амулет начинает свою работу, он принюхивается и радостно потирает руки.

— Великолепно, молодой человек! Великолепно! — бережно берет из моих рук орхидею. — Пахнет прекрасно! Да, за такой амулет, если бы он не был создан волевым способом, и структура была бы вашей разработки, гильдия присвоила бы вам звание Подмастерья. Никто бы даже сомневаться не стал. Восхитительно! Прошу вас, не останавливайтесь в этом ремесле — у вас блестящие перспективы.

— Я выиграл спор? — Кошкин уточняет что-то свое.

— Эх, — машет рукой Летягин. — До чего же вы, Борис, занудны! — С восхищением осматриввает амулет. — Рядом с вами, ваш ученик, создает такую красоту! Да даже боги с вашим плетением, вот правда. Цветок прекрасен — как настоящий. Даже капли росы на нем есть. Эх, он художник, а вы этого даже оценить не можете, учите своему всякому боевому, а ему бы… Да, — машет рукой. — Конечно же выиграли. — оборачивается ко мне. — Вы, молодой человек, можете не посещать мои лекции вообще. Я проставлю вам зачеты за все три года. Но все-же, я бы хотел, что бы основные лекции вы бы нашли возможность посетить. Их список я дам вашему учителю. У вас талант, будет жалко, если вы его променяете на разные дуэли. — вздыхает, еще раз. — Надеюсь, увидеть, как вы порадуете Империю чем-нибудь поистине великим. Да, доступ в мастерские я вам даю свободный. Верю, что ерундой вы заниматься тут не будете. Спасибо за возрожденную веру в ваше поколение, господин Рысев!

Глава 8

Выхожу от Летягина в слегка задумчивом настроении. Кошкин остается там. А я решаю дойти до столовой. Вроде время уже почти к ужину, но еще не совсем, так что могу вполне побыть с самим собой. Людей не должно быть много сейчас в столовой.

Летягин поднял интересный вопрос, вообще-то. Мне ведь на самом деле, артефакторика, как процесс создания чего-то нового внезапно понравилась. И я получаю удовольствие от создания амулетов. Что первая роза, что орхидея, сейчас. Мне было интересно создавать их. Ну, разве что, в орхидею я бы залил бы другой конструкт, если бы знал. Но будет. Похоже я определяюсь с хобби. Времени мне бы на него еще найти.

В столовой действительно очень немного людей. Даже мало. Из всего огромного зала, заняты пара столов. Отлично. Давно я не ел просто в удовольствие.

— Здравствуйте, — здороваюсь с дамой на раздаче.

— И тебе, парень. Ты сегодня даже можешь разговаривать? — по-доброму улыбается женщина. — Совсем тебя учитель твой загонял.

— А вы меня помните? — удивляюсь.

— Конечно! — похохатывает женщина. — Я всех вас помню, детки. Такие серьезные, а ведь еще даже жить не начинали. Ладно, Что хотел-то?

— Неожиданно, — улыбаюсь. И решаю положиться на случай. — А порекомендуйте, а? Хочу поесть вкусно, так что бы немного даже плотно, и что бы с восстановлением опять. — Хмыкаю. — И немного грусти, что бы это не значило.

— Грусти говоришь, — смеется женщина, — это можно. Сейчас, подожди.

Отходит к окошку, о чем-то переговаривается, возвращается.

— Давай, оплачивай десяток баллов. Справишься? Будет тебе грустный почти ужин.

— Мне уже погруснело! — смеюсь в свою очередь, — вот прямо от цены за это настроение.

— Иди, иди, юморист. Садись, тебе все принесут.

Оплачиваю, и ухожу за столик чуть в стороне. Посмотрим.

Через минуту приносят зеленый салат, в котором я не могу опознать… ничего. Кроме, разве что мяса. И то, не факт. Скорее всего, думаю, что мясо это оленина, просто потому, что помню схожий эффект, в свое время. Но по вкусу — совершенно не она. Но мясо. Ладно.

Салат внезапно быстро заканчивается. Не успеваю даже понять из чего он, откуда нежный кисловато-свежий привкус, что за овощи — как понимаю, что доедаю последние листочки, причем буквально вымакивая соус. При этом, меньше есть не хочется. Словно это был не мясной салат, а какой-то маленький десерт.

Приносят красноватый морс в графине и довольно приличный кусок мяса. Тут даже нельзя ошибиться. Запах просто не оставляет сомнений. Портить мясо соусами никто не стал, но это и понятно. Вроде бы простое блюдо, но удовольствия получаю не меньше, чем от предыдущего микса. Мясо тоже интересно начинает действовать на тело. Вроде бы даже разгоняя энергию. И стимулируя выработку пси. Хм. Кстати, — на секунду отвлекаюсь от блюда, — почему-то сегодня совершенно не чувствую исчезновения давления Поля. Это нужно обязательно прояснить. Пси вырабатывается с хорошей плотностью. Словно я нахожусь во втором поясе. И понять мне это помогает вот этот кусок мяса. Внимание в эту сторону совершенно не обращаю, до этого момента.

Мясо почти так же исчезает чуть ли не сразу. Но на каком-то моменте обнаруживаю за своим столом знакомую личность.

— Ты ешь, ешь, — с теплой, что довольно странно, интонацией говорит Рита. — Я тоже заказ сделала. А посмотреть, как питаются герои всегда интересно.

Делаю несколько глотков морса, и слегка с подозрением кошусь на графин. Ощущение, что в него чего-то добавили не того. Но нет. Все взаправду. И дочь Сабуровых с тяжелыми комплиментами и почти съеденный кусок мяса размером с пару ладоней. Прислушиваюсь к себе — нет, тут тоже все нормально, кроме интенсивной выработки пси. Тут ничего не изменилось, и это нужно срочно понять.

Ну может, не совсем срочно.

— Привет, — говорю спокойно. Даже с интересом. Все же просто так девушка бы не подошла. Отпускаю немного свои щиты, что одел на сознание перед столовой. Тут, конечно безопасно, спору нет. От Риты точно нет ни одной, даже минимально агрессивной мысли. Вот только Аспект основательно забит помехами, и без подстраховки в виде сигнатур окружающих, такие казусы с неожиданным появлением человека напротив, получается возможны. Что-то я основательно расслабился после официальной работы с менталистом. Наверное даже излишне. Странная ассоциация даже лицея с домом, неправильная.

— Привет, — повторяю. — Давно здесь сидишь?

— Нет, но мне приятно, что ты меня не заметил, — потом девушка улыбается. — И неприятно по той же причине.

— Пояснишь? — ребусы я люблю, но не за столом.

— К тебе сложно подобраться врасплох. Это, кажется, уже все знают. Ну а второе — это женское, — смеется Сабурова.

Приносят заказ и ей. Тут все значительно понятнее. Просто теплый салат, с какими-то овощами. И чай. Ничего неожиданного.

Мясо я праканчиваю и на столе появляются два одинаковых десерта.

— Ха, даже не попросишь попробовать твой, — снова смеется девушка показывая взглядом не еду. — Они одинаковые.

Так. Ей что-то нужно. Нервничает. Боится чего-то. Странно. Тут ничего не происходит, если внутри лицея. Все более, или менее контролируется. Я даже слегка оглядываюсь вокруг — нет. Все спокойно.

— Не знаю, — пожимаю плечами, — я не заказывал конкретно его. Попросил что-нибудь с грустью. — смеюсь. — Как думаешь — этот десерт таков?

— Да, — Сабурова быстро улыбается. — Что-то в этом есть. Сейчас попробуешь.

Отламываю ложечкой кусочек непонятного мусса, с начинкой. Хм. Что-то в этом есть. Какой-то вкус осени, что ли. Яблочный, с кислинкой, но что-то еще неуловимое, что делает десерт таким… Хмыкаю. Грустным. Да…

— Пойдешь со мной на бал? — быстро выпаливает фразу Сабурова. Но очень тихо.

— Что? — не понимаю первые секунды.

— Пойдешь со мной на бал?! — немного сердясь уже более раздельно говорит Рита.

— Какой бал? — я немного пропускаю эту часть жизни лицея. И единственный бал, про который я хоть немного чего-то знаю, это тот, что на зимнее солнцестояние, но до него еще месяца два, по идее.

— Тот, который скоро уже будет. Зимой. — удивляет меня девушка.

— Ты серьезно? — удивляюсь. — До него ж еще два месяца?

— Полтора. — сердится Рита. — И это уже очень мало. Отвечай, пойдешь или нет?

Задумываюсь. Кошкин, я уверен, будет настаивать на моем присутствии на этом мероприятии. И одному туда идти нельзя. А из студенток, я только с Ритой и знаком, получается. При этом планов на эту девушку у меня нет. А вот у нее на меня определенно есть, и увернуться от них на балу мне будет сложнее. Но я это понимаю. — эти мысли проносятся за мгновение. Даже паузы никакой в разговоре нет. Внезапно включается ускорение, как при опасности — нужно будет похвалить себя за это.

— Пойду, — слегка пожимаю плечами, что бы это не выглядело пренебрежением, а скорее — удивлением. — Извини, а с чего ко мне такое внимание, Рит?

— Ты издеваешься? — удивленно, но в тоже время с большим облегчением и удовольствием говорит девушка. — Ты ж самая загадочная фигура среди лицеистов. Девушки заглядываются на тебя, спорят с кем ты встречаешься, обсуждают чуть ли не каждое твое появление в среди студентов. А главное — кого ты позовешь на бал! При этом тебя нет на лекциях, преподаватели с тобой общаются уважительно, тебя не исключают, и еще — замечали в обществе черного мундира, и так далее и тому подобное. И только я, кажется, успела понять, — хихикает. — Что ты просто о приближении бала не подозреваешь, или предполагаемые сроки у тебя могут быть совсем иными.

— Интересно. — слушаю все это со всем вниманием, но без удовольствия. Ничего такого я не планирую. Скорее даже наоборот. Я бы предпочел быть незаметным на общем фоне. Но да. С последними историями этого добиться сложно. Мысленно вздыхаю. Ладно. — А почему я? У вас же в компании ребята достойные, а я не особо являюсь частью вашей жизни.

— Все так, но из лидеров фракций в лицее, а значит и городке — ты самый загадочный, и, что важно, ни с кем в лицее не встречаешься. А это важный момент Макс. — Девушка довольна. Похоже она действительно ожидала отказа, и нервничала именно из-за этого. Ну а сейчас — откат.

— Рит, я и лидер-то так, номинальный, — усмехаюсь. — Но ладно. Пусть так.

— Ты себя недооцениваешь, Макс. — Неожиданно серьезно говорит девушка. Ваш альянс магов из народа, держится пока что на тебе. И неважно, что ты сам об этом думаешь. Пока что магов сравнимых с тобой по влиянию в лицее нет. Да, есть лидеры других фракций. Но за ними стоят Рода, а не личный авторитет. Твои замы, конечно, отлично справляются, но, по-хорошему, их так и воспринимают — твоими людьми. Да, это скорее всего изменится, но очень не скоро.

— Ты меня знакомишь с неожиданным состоянием дел, — покачиваю головой. — Не ожидаю. Мне времени до праздника, даже познакомится с вашими делами не будет.

— Тебе и не надо, — кивает Рита. — Как я уже сказала, твои ребята справляются. Кстати, ты знаешь как распределяется негласный рейтинг внутри лицея?

— Нет, конечно, — пожимаю плечами. Вот мне еще этой информации не хватает до полного счастья. Но раз я сейчас немного решаю отвлечься, то почему бы и не так. — Откуда мне знать? Я даже не знаю как в него попадают.

— О! Ты бы знал, сколько лицеистов знают как попасть в этот рейтинг, и даже прикладывают усилия, но им не светит. Так что ты в более выигрышной ситуации. — смеется девушка. — Так вот, в пятидесяти лучших твоя дюжина ребят оккупировала первую двадцатку. Они вошли туда почти все за две недели. И в основном, именно за счет понимания изучаемого. Даже не за какие-то достижения. Понимаешь? У тебя, если немного подумать, намыт самый лучший материал в городке из магов. Родовые кусают локти почти все.

— И ты? — ухмыляюсь.

— И я, — кивает головой Рита. — Но я с самого начала считала, и считаю порочной практику привязывания магов через клятвы к низшим должностям в Родах. Это почти сразу убивает в них мотивацию. — Девушка усмехается. — А знаешь, что еще более забавное, и об этом тоже не все даже думают, а не то что говорят, пока что?

— Давай, жги, — улыбаюсь.

— Забавное, ну почти, что все деревенщины, как их презрительно называют родовые, даже те, на кого никто из вербовщиков Родов не позарились, входя в ваш маленький клуб по интересам, словно начинают новую жизнь. Начинают ползти вверх по общему рейтингу, и получают шанс попасть в негласный рейтинг лицея. Я это заметила на нескольких примерах. Скоро заметят и остальные. Вот тогда готовься к проблемам.

— Почему? — удивляюсь. Так-то я сразу понимаю, что исходя из обозначенных девушкой вводных проблемы, пусть на общем фоне и мелочные, неминуемы, но хочу увидеть, как это понимает девушка. И она меня не разочаровывает.

— Потому что, Макс, на чужой успех есть два вида реакции — не пущать, и догнать и перегнать. Второй — сложнее. Это же нужно самому становиться лучше по отношению к себе вчерашнему. А вот первый так и просится к реализации. Конкурент стал лучше? Задумайся, какие палки в колеса ты можешь ему предложить, чтобы он затормозил, а в идеале — упал.

— А ты сама? К кому относишься?

— Сложно, Макс, — неожиданно задумывается Сабурова. — В детстве — точно к первой. Но нянька мне ни раз и ни два на примерах рассказывала, почему эти мои глупые попытки помешать другим в Роду били чаще всего по мне, иногда и через время. И ведь не забрасывала, возвращалась, показывала, снова возвращалась. И наверное в какой-то момент, что-то я поняла. Пусть и не все. Так что именно в лицее, сейчас, я из вторых. Просто потому что, это в моих интересах.

Неожиданно сложный ответ. Я даже смотрю на девушку с интересом. С другой стороны, Род бы не назначил в лицей неподходящего кандидата на поиск талантов. Очевидно, что Сабурова прошла какое-то обучение, что совершенно не умаляет ее личного понимания.

— Хорошо, Максим, — чуть погрусневшая девушка допивает свой чай. — Видишь, все-таки десерт с грустью.

Хмыкаю в ответ.

— Это точно, — улыбаюсь. Тоже доедаю свое. — Но зато я теперь знаю о бале.

— Конечно! — веселеет Рита. — Я когда буду знать цвет платья — тебе сообщу. И не вздумай заказывать костюм не посоветовавшись со мной. На балу пара должна быть гармоничной!

Сабурова ставит чашку на стол. Прощается, и убегает.

Столовая постепенно начинает наполняться людьми. И я тоже, собираюсь выходить.

— Привет Макс, — за стол садится Митяй.

— Привет, — здороваюсь. Парня я замечаю давно, но он не подходит, пока тут сидит Рита. Видимо не хочет ей мешать, так как в компании, они общаются прекрасно.

Я испытываю легкую досаду. Может даже переходящую в раздражение. Если с девушкой я поговорить могу, и даже в удовольствие, то вот очередную помеху на пути к своим комнатам в общежитии воспринимаю уже хуже.

— Я быстро, — неведомо каким способом Митяй понимает мою реакцию. — Ставить будешь на победителя дуэльного турнира среди школ?

Уфф. Еще одна напасть.

— Поподробнее, — вздыхаю, — только недолго, если можешь, — показываю, что я уже доел.

— До бала проводится турнир, среди школ. В несколько этапов. Победителю приз. На зимнем балу — они и вручаются. Мы часто участвовали. Школа старается выдвинуть самых техничных бойцов. Вот опять же, в прошлом году Козинов доходил до третьего места. Кстати, ты участвуешь?

— Я? А отказаться можно?

— Это вообще только по желанию, — пожимает плечами Митяй.

— Тогда точно не участвую. Мне не нужно. И ставки, пожалуй, пока делать не буду, извини. — Мне, на удивление, совершенно не интересна эта часть жизни лицея. А времени и так ни на что не хватает.

— Да ничего! — Митяй не унывает. — Просто сейчас самые вкусные ставки, пока не знают потенциала бойцов. Может ты передумаешь?

— Точно нет, извини. Ставку если и сделаю, то для интереса, разве что. Я уже говорил. Но не сегодня точно.

— Ладно, я тогда побежал. Бывай. — Митяй стартует из-за стола.

Замечаю еще желающих, слегка смещающихся в мою сторону. Некоторых я даже знаю, или видел. Может поговорить, а может мне только кажется. Но задерживаться в столовой я больше не хочу.

Быстро добираюсь до своих комнат. Меня никто не останавливает снова, и это радует.

Себя ощущаю довольно нехорошо. Может даже стоило сразу идти в больничку, а не домой. Нахожусь в странном, почти пограничном состоянии. Словно бы у меня температура градусов под сорок. Я откуда-то помню, как это, когда мир становится не очень реальным, а любое движение не успеваешь контролировать, словно тело становится временно не очень твоим.

Состояние очень неприятное и нарастает.

Подхожу к своему крылу, и несколько неприятно удивляюсь. В моих комнатах меня ждет знакомая сигнатура. Это так себе новость, хоть Кошкин и говорил, что все преподаватели имеют доступ в комнаты лицеистов. Но вот так, без предупреждения. Что ж, буду знать, что служащие тоже доступом не обделены.

Подхожу к своей двери. Открываю.

— Здравствуйте еще раз, господин Рысев. — меня встречает давишний менталист.

— Не могу сказать, что я вам рад, господин Артем, — киваю в свою очередь. Интересно, а фамилии-то он не называл, — мелькает в голове мысль. Чуть притормаживаю. В моем состоянии только неприятных гостей мне и не хватает.

— Простите за вторжение, господин Рысев. — тем временем снова улыбается Артем, — мне стало совершенно необходимо обсудить с вами одну вещь. И желательно, наедине. В качестве извинений, я позволил заказать вот этот столик с чаем. — показывает рукой на накрытый стол.

— Потрудитесь уйти немедленно! — вхожу я в комнату, освобождая дверной проем.

Вокруг меня зажигаются тонкие белесые нити сложного ритуального рисунка, и мое тело падает, словно марионетка, у которой обрезали нити.