Управление по связям с землей слушает

Введение

В департаменте охраны сегодня явно что-то не заладилось. Парочка заблудших душ проскользнула на землю, не завершив составление своего духовного плана на это воплощение. Как их угораздило? Лишь одному Богу известно. Впрочем, если он допускает такой исход событий, то это послужит лишь очередным экспериментом в системе. Все здесь давно свыклись с принципом «разберёмся по ситуации». По-другому не работает.

Наблюдала эту картину и я — Ая. Не имея никаких задач на сегодняшний земной день, я спустилась пониже, дабы замедлиться и ощутить давление земной атмосферы, а заодно понаблюдать, что же такого интересного там у людей происходит. Вообще, мы как личностное воплощение состоим из чистого любопытства, без грани каких-либо чувств и эмоций. Они все мне присущи и все едины. Поэтому наблюдение за людьми — крайне увлекательная вещь для таких, как я.

— Скучаешь? — послышалось совсем близко. Мне не потребовалось поворачиваться, чтобы понять: это из департамента охраны. Этих ни с чем не перепутаешь. От таких сразу веет, как от земного металла. Вот что-что, а эти точно знают свои обязанности, и по форме они намного более ощутимые, нежели другие представители нашего плана.

— По чему? — ответила я и сразу же осеклась. Контакт установлен, и теперь отвертеться не получится. Вот же... Ну что я могу поделать? Натура у меня такая — отзывчивая.

— Ну как же? По земному. Скучаешь по жизни там? Или там кто из твоих остался?

— Почему же сразу скучаю? Я, может, вообще не отсюда. Просто интересно...

— Нет. Таких, как вы, сразу чувствуешь. Уж поверь ты мне, за столько столетий работы.

Не хотела я ни во что верить. И так же всё знала. Да, нас, земных, сразу видно. Это не есть плохо или хорошо. Это есть факт. А уж если подпускаешь кого-то в контакт — так будь готов, что будут знать сразу и про всё. Для них это норма. Для земных, помнящих сознание и эго, это порой дико и дискомфортно. А как же разрешение спросить? А как же тактичность? Нет, этого высшие души не слышали и не знают. Залезли глубоко, поковырялись и такие: «Ну, понятно. Класс! Давай, связь!» — а ты стоишь и будто бы к тебе под земную юбку залезли.

— Что ж вы тех двух так не почувствовали? Они вон как быстро проскользнули. Смотрите, чтоб от начальства не влетело, — не выдержала я и добавила колкости. Ну правда, тут и так летают как угорелые, а охрана стоит и со мной беседы заводит.

— Так их вот, ниже переловят. И будут разговаривать совсем по-другому, — никакого волнения или даже раздражения после моего комментария от стража не последовало. Ну конечно, а что от них ещё ожидать?

— А если не переловят?

— А коль не переловят, то это уже не нам решать, что делать. Наши полномочия на этом закончены. — Страж уже понял, что ничего я ему не расскажу и скорее сама завалю его вопросами, таково моё нескончаемое любопытство. Но и их можно понять: сидят тут у самой границы без вылазки, только и делают, что пропускают туда-обратно. Да, знают, что творится на обеих сторонах, но куда же намного интереснее углубиться в одну деталь, нежели созерцать всё всецело.Они такие: вежливо встретят тебя, поведают, что к чему, опросят и отпускают. Они не будут учить тебя или ругать. Попадая в их поле, тут же чувствуешь себя как на тарелке. Тебя беспристрастно просмотрят со всех сторон и укажут дорогу, а их запрет непоколебим. Когда сталкиваешься с ними в самом начале, ты не можешь им не доверять. Это как первый ощутимый поток чего-то забытого, но такого знакомого.

Страж удалился от меня. Из нашей коммуникации, видимо, понял, что никуда я не собираюсь — даже близко, даже внезапно и неожиданно для себя. Мне здесь искренне нравилось. Меня на этом уровне давно знали, как и многих других. Знаете, когда оказываешься здесь и тебе предоставляют безвременное пространство для «переваривания» опыта, очень быстро осваиваешься. Расслабляешься и ни-ку-да не спешишь.Нет, ну есть, конечно, и те, что спешат, и мы всех их прекрасно понимаем. К таким здесь относятся со снисходительностью и бережливостью. Вон, встретила на днях такую: глаза бешеные, энергия такая, что и приблизиться нельзя — расплющит. И всё скандирует: «Мне надо обратно, мне надо обратно». И за ними ведь тоже интересно наблюдать.

Кто-то из них и вправду, только вернувшись сюда, тут же стремглав мчится обратно, другие же постепенно или практически сразу ассимилируются и открывают всё заново. С такими интересно пообщаться, особенно когда они вспоминают про все свои воплощения. Так с тобой может вестись одновременно диалог — некая интересная смесь участника Полопентийской войны, имеющего опыт французской куртизанки Второй империи, и преподносящего тебе информацию через совсем свежий опыт выдающегося нейробиолога. Такие души крайне интересны, а слушать их дальнейшие планы... ах, здесь невольно ловишь их волну вдохновения, и вот ты уже готов бросить свою вечность, данную тебе по праву, и отправиться вслед за ними.

Но я со стороны своего не маленького, не большого опыта считаю, что вот здесь мне и хорошо. Вот здесь мне и самое место. Да, не могу назвать себя опытной и всезнающей, но к чему эта спешка? Кто я такая, чтобы отказываться от благ, мне предложенных? И нет, мне здесь ни чуточки не скучно. А как так? А вот так! Кому-то скучно, но я не они. Был период, когда ко мне активно засылали посыльных с сообщениями о том, что было бы хорошо мне проявиться определённым образом, но я с развившимся навыком Божественного пофигизма отсылала всех обратно. И конечно же я знала, что меня скоро отыщут, но это «скоро» в понятии безвременного пространства не так ощутимо, как вы это себе представляете.

Я стала двигаться от границы, чтобы лишний раз не привлекать внимания стражей и душ убывающих. Приходила я сюда, чтобы лишний раз ощутить витающее и такое ощутимое в этом пространстве состояние движения. То, чего порой наверху именно в такой форме, как здесь, очень не хватает.

Двигаюсь дальше и прохожу патруль, таможню. Проходя через так называемый здешний регистрационный центр, чувствую особое внимание к своей персоне и усердно стараюсь делать вид, что не замечаю их. А внутри: «Главное сфокусироваться на чём-то другом. Пу-пу-пу, огонечки, лучики»...Мгновенье — и мой путь преграждают.

— Ну здравствуй! Наконец-то определилась? — со мной говорил один из администраторов. Здешний зал ожидания имел достаточно точные очертания и вправду походил на знакомый земным душам вокзал. Правда, без потолка, окон и стен. Зато с очень точно разделёнными зонами, к каждой из которых были приставлены свои администраторы, которые любезно сопроводят тебя к нужной зоне и заботливо передадут тебя агентам по регистрации воплощений.

— К сожалению, нет, — к чьему сожалению, но точно не к моему. — Знаете, тут столько всего интересного, что глаза разбегаются, не знаешь, что лучше для меня, что выбрать... Может, дадите парочку брошюрок для моего изучения их на досуге? — хихикнула я. Администраторы не стражи, с ними уже можно пошутить. Особенно с этим.

— Ая, мы все ценим твоё стремление к познанию мира и ни в коем случае не имеем права ограничивать твои душевные импульсы, но как такая же земная душа я тебя попрошу: можешь, пожалуйста, хотя бы сменить траекторию твоих передвижений и не шнырять через пропускные пункты под взором у новоприбывших на регистрацию. Хотя бы не через главные ворота ходи. Таких, как ты, «наблюдателей» хватает, но чтобы они так же шастали через главный пропускной пункт — это найти надо. — Как же я обожала, когда он со мной так разговаривает...

Я уже была знакома с этим администратором. Ион. В своё время древняя земная душа. Крайне опытная не только земными воплощениями, но именно Земля оставила на нём след, который и отобразился в его нынешней форме. Я лицезрела перед собой вполне земного мужчину с двумя вполне человеческими глазами и вполне человеческим телом. Да, опережая ваши вопросы, отвечаю: тут все выглядят по-разному. Так что глаза порой надо считать, как и количество конечностей. Главное понимать, что это лишь привычная для души оболочка, что может являться как одним из вариантов прожитых душой опытов, так и смесью их всех вместе взятых. Так сказать: возьми всё самое лучшее и собери своё неповторимое.

Ион же, имея опыт звёздных воплощений, сохранил в себе то самое лучшее земное, что привело бы в восторг десяток, а то и сотню людских душ: тело, рельеф которого был виден даже сквозь одеяния, пропорциональные черты лица с пухлыми губами, греческим носом и яркими глазами. Лишь цвет его глаз выдавал в нём что-то неземное, поскольку был неестественно светлым и с множеством граней. На роль администратора он подходил идеально. Земные души сразу же знали, что он свой, и слетались к нему как мотыльки на свет.

У меня же он вызывал ещё более особенные чувства: помимо любви, которая здесь ощущалась абсолютно ко всем, чувствовалось и какое-то единение, отличное от единения с источником. Некое земное единение и узнавание на тонком плане. С ним можно было снова примерить земную маску и быть полностью понятой.

— Вы же прекрасно понимаете, что ничего я здесь не нарушу и не порушу. Намерений у меня нету, привязанностей тоже. Я чистый лист, который тусуется то здесь, то там.

— Для «чистого листа», — он даже начал разговаривать со мной, применяя губы и мимику, вот же, знает, как использовать знакомые мне формы, влияя на меня и на концентрацию моей энергии, — ты имеешь слишком явные очертания и всполохи энергий. И вообще, не пытайся дурить меня. Это ты можешь проворачивать на более тонких планах с другими, где границы и представления ещё более размыты.

— Не хочу я этого. Мне и тут хорошо, с вами. Так комфортно. Знаете, не люблю кидаться в грани. Предпочитаю сохранять баланс, — жестикулирую и изображаю медитативную позу.

Ион лишь слегка улыбается. Для него наша коммуникация с земным налётом так же приятна, ибо резонирует на самых скрытых частотах. Здесь главное не заигрываться, а то чем больше уплотняешь свои энергии, тем больше тяготит к месту, связанному с ними.

— Про тебя тут спрашивали, — предвидя мой интерес, он поворачивается и кивает головой в сторону противоположной зоны. — Вон там тебя заприметили.

В стороне, которую указал Ион, стояло нечто. Нечто тонкое, прекрасное. Визуально практически прозрачное, если смотреть земным взглядом. Если же взглянуть под другой призмой, то сразу чувствуется, как это что-то тонкое и светлое имеет настолько мощный столп энергии, что окутывает и размывает форму всего находящегося рядом. Это нечто манило и притягивало, стоило только обратить на него свой взор. Почувствовав моё внимание, энергия двинулась на меня и в ту же секунду стала принимать знакомые мне формы. Человеческие, феминные. С волосами и глазами. Пусть эти черты были чёткими, но сформированы были не до конца, а грани находились в постоянной вибрации, что делало их похожими на голограмму. Передо мной образовалась форма женщины, чьи глаза были устремлены прямо на меня.

— «Здравствуй, Дитя. Твоё присутствие на этом плане трогает мои струны и заставляет их звенеть в ответ. Ты так прекрасна и достаточно чиста, чтобы присоединиться к нам и слиться тончайшими струнами, дабы стать одним целым с нами, стать нашей сестрой и матерью, стать нашим началом, дабы расширить наш свет до пределов видимости других планов и проложить дорогу, дабы помочь и развить свет тех, что слишком далеки и плотны от нашей материи. Ты знаешь свет и земную форму, ты знаешь тонкое, и ты познаешь нас, Дитя». — Это было сказано не словами. Что-то наподобие тончайшей мелодии, имеющей смысловую форму, проникало и отдавало прямо в сердцевину души. Просто от одной прямой коммуникации я будто ощутила энергию сотни солнц-источников и слилась с тонким потоком, что прошёл сквозь меня как поток ветра. Под этим светом хотелось раствориться и вправду стать его частью. Он не обжигал и не поглощал. Он скорее распечатывал твои более сформированные грани, давая столько энергии, сколько сдержать, имея хоть какую-то форму, было очень трудно. А каждое мгновение соединения делало эту связь всё сильнее и сильнее. Момент — и сквозь всю эту призму любви и света пробивается что-то крохотное, но крайне плотное. Сравнимое разве что с душевным страхом сохранения своего «Я», ощущение заставило меня ускользнуть и разорвать образовавшуюся связь.

Форма, будучи мгновением назад человеческой, снова начала растворяться и визуально удаляться обратно. А мне потребовалось ещё буквально пару мгновений, дабы сформировать вокруг себя довольно плотную форму. Мои визуальные черты до сих пор дребезжали и переливались различными гранями.

— Ещё не готова, — процитировал Ион. Взглянув на него, я снова ощутила что-то родное. Мой дух будто бы снова успокоился и за секунду оброс привычными знакомыми мне связями.

— Что? Нашли куда меня определить? Уже поди обрадовались...

— А как не радоваться душе, нашедшей свой путь? — он был прав. Тут все только за это и борются. Все действия, весь кипиш здесь был направлен исключительно на это. Существование хоть какого-то линейного и последовательного, а также тонкого, но всё ещё ощутимого чувства времени именно для этого здесь и было. Дабы мысли, эмоции и опыт не сплетались в кашу и процесс трансформации продолжался без ограничений и отвлечения. Поэтому здесь всем и нравится, такое структурированное и многогранное пространство прекрасно и привычно для многих форм здесь.

— Может быть, я бы уже давно воплотилась, если бы ты, например, не был закреплён здесь, а согласился бы пойти со мной. — На эту фразу администратор лишь снова по-человечески усмехнулся.

— Я могу познакомить тебя с сотнями душ, похожих на меня, это не проблема.

— Похожими на сколько? На 99,999998 процентов? А может, мне нужен именно ты? — я не отступала. Общаться с ним было одно удовольствие.

— Твои слова смущают меня. Я чувствую твоё искреннее желание познать тот мир через мою призму, но сейчас моё место именно здесь. Я прошёл достаточно и был там, где всё ощущается намного тоньше и ярче.

— Почему же вернулся? — несмотря на всё время, проведённое здесь, вопросов у меня всегда было достаточно.

— А я и здесь и там, — загадочно ответил Ион и поспешил удалиться. Всё же мы не в вечных садах, чтобы вести нескончаемые беседы, и он несёт службу.

Оглядев пространство вокруг меня и, не найдя то, что моё сознание хотело бы изучить, я поспешила к выходу. В планах было заглянуть на площадь, прогуляться вдоль реки Вечности и, возможно, даже спуститься к центру Освобождения и Любви.

— Ая! — в последний момент меня окликают.Маленький сгусток энергии мчался ко мне и, остановившись у моего носа, приобрёл форму бесполого земного младенчика. Да, да. Того привычного нам образа ангелочка с маленькими крылышками, порхающими, дабы удержать его на одном месте, и пухленькими щёчками.

— Старший вызывает! Старший вызывает! — защебетал он. Тут такие посыльные работали как сообщения в знакомых нам мессенджерах, вот только проигнорировать и благополучно забыть о них не представлялось здесь возможным. Пухлощёкое чудо смотрело в упор и ждало моего ответа. И ведь если двинешься дальше, то оно продолжит преследовать тебя и дребезжать всё сильнее и сильнее, требуя твоего ответа.

Я лишь молча приняла приглашение, и этого было достаточно, чтобы в следующую секунду передо мной материализовались совсем иные виды: перед взором предстал цветочный сад с небольшой поляной в середине, в центре которой парила поверхность, служившая для её владельца столом, на котором располагались бесконечные свитки и кристальные сферы. У куста цветов, чем-то отдалённо напоминающих жасмин, стоял проводник. Один из тех, с кем мне ранее уже доводилось беседовать и кто так скажем был в какой-то степени закреплён за мной.

— Охон! И снова я рада видеть тебя! — я радушно поприветствовала его. Пусть он и был «менее земным», нежели Ион, именно через него я познавала себя и держала связь с ним и здесь, и во время моих воплощений. Именно от него я не отлипала, вновь попав сюда, а он лишь был рядом, направлял и давал ответы на все те вопросы, которые меня интересовали.

— Рад снова видеть тебя в моём поле, Ая. Знаю, ты как обычно не скучаешь. Может, хотела бы обсудить что-то со мной? — он приблизился, окутав меня своим комфортным как облако полем. Здесь не хотелось раствориться, здесь хотелось устроиться поудобнее и настроиться на долгий и душевный разговор. Ну знаете, как сидя у камина в доме любимой бабушки, по которой ну очень сильно соскучился.

— Нет, что ты. Ты же знаешь мою беспардонность. Как только что-то появляется, я сразу сообщаю тебе об этом. Сейчас я на той стадии, когда за ответами учусь обращаться внутрь себя.

— Это замечательно, — он искренне радовался моим успехам. — Не в первый раз мы проходим через это и каждый раз с новой стороны, но почему-то в моменты радости за тебя я ловлю себя на том, что мне хотелось бы, чтобы твои вопросы и обращение ко мне никогда не заканчивались.Он смотрел на меня и улыбался. Глазами. Он лицезрел меня и уже любил. Одновременно видя все мои стадии.— А сейчас, — после небольшой паузы на растворение в своём творении он снова принял облик серьёзного наставника-проводника, — я привёл тебя сюда, чтобы предложить тебе то, что наверняка тебя заинтересует.

— Заинтересует? — если же про это говорил Охон, то тут никаких сомнений быть не может. Кому как не ему знать о том, что может меня заинтересовать.

— Я тут прошёлся по твоему заявленному плану, сравнил твои текущие желания и спрогнозировал ближайшие зарождающиеся переживания... — он раскрыл передо мной сферу, где тут же замигали проекции импульсов, издалека напоминающие графики и формулы. — И из всех прогнозируемых вариантов нашёл парочку вариантов духовного развития, актуальных для тебя на данный момент. Повторяюсь, план примерный и постоянно изменяющийся, но, взглянув вот сюда, — он указал на часть сферы, где огоньки прокладывали неразрывные линии, — я смею предположить, что уже установил самый приятный и привлекательный для тебя опыт на данном этапе развития!

Проводник рассказывал об этом с большим увлечением. Сферы непрерывно парили вокруг него, параллельно сменяясь. Охон отвлёкся от них и с нескрываемым нетерпением взглянул на меня, ожидая моей реакции и того, что я всё пойму.

— Знаешь... — я начала нерешительно. — Опираясь на свои ощущения, я смею предположить, что нахожусь ещё на той стадии, где не считаю нужным пускать мою энергию в какое-либо из воплощений...

— Я говорю не о воплощениях! — он кое-как дождался окончания моей фразы, чтобы на всё прежнем энтузиазме выпалить эту фразу. — Зная тебя и изучив твои изменения, я знаю те вероятные условия, при которых ты пойдёшь в воплощение. И я не предлагаю тебе их сейчас! Я предлагаю тебе познать другую грань той реальности, в которой ты сейчас находишься. Твой фон, — он развернул очередную сферу, показывая мне то, что, по его мнению, я могу понять, — здесь не просто стабилен. Он простраивает мельчайшие связи, ибо интерес твой искренен и многогранен. Я предлагаю тебе получить твой опыт здесь, поскольку вижу, как тебе это откликается. Ты могла бы пойти в младшие помощники...

— В регистрационный центр? — я тут же вспоминаю Иона и других воплощённых этого места.

— Куда? Нет, совсем не туда. Твоя пока энергия не имеет того фокуса и стабильности, — он улыбнулся, тут же ощутив мою ответную реакцию, и продолжил. — Как насчёт роли помощника небесного агента? А там и до самого агента недалеко.

Я тут же засияла от предвкушения. Это предложение и вправду заинтересовало меня. В отличие от предлагаемых мне воплощений в трёхмерные, пятимерные и более высокие миры, куда меня не тянуло на данный момент, возможность стать Небесным Агентом пробуждала во мне что-то новое, ранее незнакомое. Находясь здесь, я подсознательно пыталась понять, что такого есть у всех тех, кто обитает здесь на «постоянной прописке», а не использует это как «зону временного ожидания». Возможно, поэтому я и скиталась здесь, интересуясь и одновременно не углубляясь во что-то конкретное.

— Когда я могу приступить? — соединение произошло мгновенно. Охон не просто просчитал всё, а попал точно в цель, задев ровно ту струну во мне, которая искала отклика. Не зря он был моим проводником. Он знал про все мои опыты, про перенасыщенность от разноплановых воплощений, про желание развития и про отсутствие желания полного слияния с вневременным потоком. В отличие от других воплощённых здесь, он не рвался переиначить мою реальность и трансформировать меня через свою призму, а просто был рядом, прокладывая для меня различные вариации маршрутов, по которым моя душа могла бы последовать.

— Совсем скоро, — с его интонации читалось, что он так же доволен собой, доволен тем, что наши вибрации сошлись. — Просто есть пару бюрократических, так скажем, формальностей. Оформить информацию про твой опыт в формате, который принимает это подразделение, собрать парочку отзывов о тебе от душ, познавших тебя в различных воплощениях, ну и сделать запрос на тебя к здешним стражам порядка. - защебетал он тут же взявшись за дело.

И вправду, совсем обычные формальности. Знакомые абсолютно всем. Информация собиралась из потока в пару мгновений, поскольку вся необходимая база данных, связанная со мной, была доступна всем высшим, связанным со мной.

— «Тогда я не буду тебя отвлекать», — уже беззвучно я послала сигнал Охону и устремилась вглубь сада. Где-то здесь недалеко была полная перенесённая проекция настоящего земного озера китайского императора, в водах которого плескались стаи серебристых карасей...