Обложка Umbrella: Тень над миром героев

Umbrella: Тень над миром героев

Konny_bek

0% прочитано
Стандартный
Konny_bek

Umbrella: Тень над миром героев

Глава 85. Снова на свету

Бутчер шагнул вперёд, заслоняя Хьюи.

— Ладно, солдат. Мы не встречу выпускников устраиваем. Ты провёл здесь сорок лет. Мир изменился. Советского Союза больше нет. Холодная война закончилась.

Солдатик помрачнел.

— Союза нет?

— Развалился похлеще двери, которую ты сейчас снёс. А вот «Воут» никуда не делась. И не все твои приятели померли.

Солдатик крепче сжал арматуру.

— Кто жив?

Бутчер не успел ответить.

Из дальних коридоров донеслись крики. Верхние уровни уцелели, охрана собиралась снова. В дыму мигали аварийные огни.

Френчи проверил рюкзак и остаток патронов.

— Не хочу мешать трогательной встрече, но нам пора. После такого сюда всё, что ездит и стреляет, соберут.

ММ выглянул в боковой проход.

— Наш путь пока не завалило. Нужно уходить сейчас.

Солдатик не двигался. Смотрел только на Бутчера.

— Я спросил: кто жив?

Бутчер медленно опустил руки.

— Алая Графиня.

Лицо Солдатика изменилось. На мгновение в нём проступило что-то почти растерянное — словно эти два слова задели больнее всех остальных.

— Она жива?

— Жива. Выступает, участвует в памятных шоу. Парк развлечений, сувениры, ностальгия по старым героям. На твоём имени до сих пор делают деньги.

Уголок рта Солдатика дёрнулся.

— Она говорила, что любит меня…

Голос дрогнул. Потом в нём осталась только ярость.

— Двуличная сука.

Хьюи не удержался:

— Может, она не знала, что вы живы.

Солдатик повернул к нему потемневшие глаза.

— Закрой рот, парень. Она знала, что делала. Нуар знал. Порох. Вся эта шайка!

Он шагнул ближе.

— Я считал их своими. А они продали меня. Команда, начальство, эти выродки в мундирах… Выбросили, как старую мебель. Отдали русским.

ММ молчал.

Архив Мэллори говорил о нападении, неизвестном оружии и вывозе Солдатика. Теперь перед ними стоял человек, который обвинял собственную команду. Это ещё не раскрывало всех подробностей, но официальная история трещала всё сильнее.

Бутчер отвёл взгляд на секунду. Вспомнил Бекку — её фотографию, лживые объяснения, годы, прожитые без ответа.

— Знаю, каково это. Когда у тебя забирают всё, а тебя самого держат за идиота.

Он снова посмотрел на Солдатика.

— Значит, хочешь отомстить.

— А ты как думаешь? Меня сорок лет держали в морозильнике. Размораживали, резали, кровь качали, грудь сверлили…

Солдатик ткнул себя пальцем в грудину.

— А теперь выясняется, что они живы? И торгуют моим именем?

Он произнёс медленно:

— Я им кости переломаю. Всем. По одной.

Бутчер кивнул. В его улыбке появилась не только привычная расчётливость, но и узнавание чужой злобы.

— Тогда у нас есть общее дело.

— Чего ты хочешь?

— Хоумлендера.

Солдатик нахмурился.

— Кого?

Хьюи моргнул.

— Вы не знаете Хоумлендера?

— Я только что из русской морозилки вылез. Может, перестанешь задавать идиотские вопросы?

Бутчер наклонился чуть ближе.

— Нынешняя главная звезда «Воут». Летает, из глаз стреляет, пули не берут. Недавно ещё и сына на камеры выставил. Мальчик плакал, мать звал, а этот ублюдок улыбался.

— И что?

— Нам нужен тот, кто сможет его остановить. После того, что ты сейчас сделал, стоит попробовать.

Бутчер выдержал паузу.

— Сделка. Ты помогаешь с Хоумлендером. Я нахожу тех, кто тебя сдал. Начнём с Графини.

Солдатик смотрел на него несколько секунд.

Снаружи, за проломами, донёсся гул двигателя. По уцелевшей части базы снова застучали сапоги.

Френчи оглянулся.

— Переговоры закончены, господа!

Солдатик отбросил арматуру, поднял искривлённый кусок дверной панели и взвесил в руке. Поморщился.

— Мне нужен щит.

— Найдём в Нью-Йорке.

— И выпивка. Нормальная. Не это русское пойло.

— Договоримся.

— И женщины.

Хьюи открыл рот, потом устало выдохнул.

ММ покосился на него.

— Сначала выберемся, — сказал Бутчер. — Потом обсудим твои старомодные развлечения.

Солдатик хмыкнул и пошёл к выходу, прикрывшись обломком панели.

Из-за поворота выскочили несколько солдат. Он не ускорился и не попытался спрятаться. Просто вошёл в них, как тяжёлая машина.

Первый вскинул автомат. Солдатик сбил ствол, схватил мужчину за лицо и впечатал в стену. Бетон раскрошился.

Второй успел выстрелить, но это ничего не изменило. Удар в грудь смял бронежилет. Солдат отлетел назад и сбил с ног остальных.

Хьюи побелел.

— Мы правда везём его в Нью-Йорк?

ММ сменил магазин.

— Сейчас выбирайся, парень.

Френчи бежал следом, поглядывая на Солдатика со страхом и невольным восхищением.

— Настоящий танк…

Бутчер ковылял сзади. Пот стекал по вискам, нога болела всё сильнее, но улыбка не сходила с лица.

— Не отставайте от нашего национального достояния.

Они пробились по уцелевшим проходам и выбрались наружу.

Метель ударила в лицо. Хьюи едва не упал на колени в снег. По дороге к комплексу поднимались военные машины; сквозь снежную завесу мелькали фары.

Френчи связался с людьми Мэллори. Эвакуационный вертолёт ждал за соседним гребнем, вне прямой видимости базы. Оттуда доносился глухой шум винтов.

Солдатик остановился и оглянулся.

Ни радости, ни облегчения. Только тяжёлая, застарелая ненависть.

Бутчер поравнялся с ним.

— Хочешь оставить сувенир?

Солдатик не ответил. Глубоко вдохнул.

Под остатками костюма снова проступил красный свет.

— Все за склон! — закричал ММ.

Он схватил Хьюи за рукав. Френчи помог Бутчеру перебраться за каменную складку рельефа. На этот раз никто не ждал, пока заряд наберёт силу.

Солдатик упёрся ногами в снег и направил грудь к входу в комплекс.

Второй выброс оказался короче первого, но ударил в уже разрушенные опоры. Проём озарился, обрушилась часть фасада. Волна прокатилась по подъездной дороге, перевернула ближайшую машину. С края склона сошёл пласт снега и обломков.

Дым и пламя поднялись над входом. Уходящие под землю проходы один за другим скрывались за каменными завалами.

Солдатик опустил руки. Его качнуло; дыхание стало хриплым. Даже ему повторный выброс дался тяжело.

Он посмотрел на горящие развалины.

— Пошли вы на хрен.

Глава 86. Призрак, забытый эпохой

Через несколько часов старый транспортный самолёт, замаскированный под борт с медицинским грузом, поднялся в воздух у дальневосточной границы России. В Северную Америку он шёл по серому маршруту, который Мэллори наладила ещё в прежние годы.

В грузовом отсеке Солдатик сидел на ящике, завернувшись в шинель, прихваченную на российском военном складе. В руке он сжимал бутылку водки. Отпил и нахмурился.

— Всё равно на вкус как лошадиная моча.

Напротив сидел Хьюи, закутавшись в одеяло, и то и дело украдкой поглядывал на него.

Солдатик вдруг поднял голову.

— Будешь так пялиться — глаза выколю.

Хьюи тут же опустил взгляд.

— Простите, я просто… Вы ведь из учебников истории.

Солдатик фыркнул и, запрокинув голову, сделал большой глоток.

— В учебниках небось написано, что я сдох?

— Вроде того.

— Как заботливо с их стороны…

Он откинулся на ящик. Голос звучал грубо, но за грубостью таилась тяжёлая тоска человека, которого время оставило позади.

— Наконец получили Солдатика, который не может огрызнуться и послать их на хрен. Идеальный покойник.

В отсеке на некоторое время воцарилась тишина.

Бутчер взглянул на него и на этот раз не стал насмехаться.

Ему было знакомо это чувство: твою жизнь крадут, а потом укладывают в красивый отчёт.

Это не смерть.

Это куда омерзительнее смерти.

— Но есть и хорошая новость, старик.

Бутчер сделал нечто для себя необычное: вытащил из кармана сигарету и бросил Солдатику.

— Теперь ты можешь вернуться и лично разорвать их красивый отчёт.

· · ·

Трое суток спустя, глубокой ночью, транспортник приземлился на частном грузовом аэродроме в Нью-Джерси.

Связной Мэллори приехал с двумя грузовиками. Людей разделили на группы и повезли на окраину Нью-Йорка.

Солдатик устроился у заднего борта. Через щели он смотрел на шоссе, светодиодные рекламные щиты и мелькавшие снаружи экраны телефонов. Раздражение на его лице становилось всё заметнее.

— Это ещё что за хрень? — Он указал на огромный экран вдали. — С каких пор телевизоры на стенах растут?

Хьюи не удержался от объяснения:

— Это электронные экраны. Рекламная система. Она подключена к интернету и обновляется в реальном времени.

Солдатик нахмурился.

— К чему?

Френчи хмыкнул.

— Добро пожаловать в двадцать первый век, приятель. Теперь даже духовка хочет знать твою электронную почту.

Солдатик посмотрел на него.

— Ты всегда разговариваешь так, будто напрашиваешься на побои?

Френчи тут же поднял руки.

— Нет, это просто французский юмор.

— По-моему, просто напрашиваешься на побои.

От этой грубой перепалки напряжение в кузове немного спало.

Но в самом Нью-Йорке всё обстояло совсем иначе.

· · ·

После нескольких дней информационного наступления «Воут Интернэшнл» перед зданием «Амбреллы» собралась огромная толпа протестующих.

Одни держали плакаты «Остановите опыты над людьми», другие скандировали: «Амбрелла, вон из Нью-Йорка!» Несколько нанятых «Воут» блогеров, стоя перед камерами прямого эфира, со слезами на глазах обвиняли корпорацию в создании биологического оружия.

Перед главным входом установили три ряда противоштурмовых заграждений.

Десятки бойцов UBCS в чёрном защитном снаряжении стояли ровным строем, сомкнув щиты. Красно-белые эмблемы особенно резко выделялись в дождливой ночи.

Сара Коннор наблюдала со второго этажа. Ветер трепал её чёрный плащ, золотистый узор по краям радужек поблёскивал при свете ламп. После ранения она стала ещё холоднее и молчаливее.

Рядом стояла Ада Вонг с планшетом.

— Уже больше двух тысяч человек. Среди них как минимум тридцать семь переодетых сотрудников охраны «Воут». Шесть аккаунтов зачинщиков ведут согласованные трансляции.

Сара посмотрела на запруженную улицу.

— Красная Королева подтвердила?

В наушнике прозвучал ответ:

— Подтверждаю. У троих зачинщиков бутылки с зажигательной смесью, у двоих переделанные пистолеты. Ещё у одного в рюкзаке самодельное взрывное устройство.

Ада чуть приподняла бровь.

— «Воут» хочет устроить кровопролитие и свалить его на нас.

В глазах Сары ничего не дрогнуло.

— Значит, не дадим им пролить кровь.

Она нажала кнопку связи.

— Первый и второй отряды UBCS, приступить к разгону. В первую очередь нейтрализовать людей с опасными предметами. Применение нелетального оружия разрешаю.

Толпа внизу всё теснее напирала на ограждения.

Мужчина в кепке, затерявшийся среди протестующих, внезапно поджёг бутылку и замахнулся, собираясь перебросить её за заграждение.

На его запястье легла красная точка прицела.

Грянул выстрел.

Резиновая пуля точно ударила по руке. Бутылка полетела вниз, но прежде, чем она успела разбиться, боец UBCS накрыл её противопожарным полотном. Ещё двое ворвались в толпу, повалили мужчину и заломили ему руки за спину.

Раздались крики.

Операторы прямых эфиров ещё не успели повернуть камеры, когда перед протестующими упала граната со слезоточивым газом. Белый дым быстро растекался по улице.

— Назад! Немедленно отойти!

Бойцы двинулись вперёд единым строем. Щиты грохотали, касаясь асфальта; казалось, на толпу надвигается тяжёлая железная стена.

Новые газовые гранаты падали одна за другой. Едкий дым заволок перекрёсток.

Те, кто только что кричал громче всех, теперь закрывали глаза и кашляли, отступая. Несколько переодетых охранников «Воут» попытались прорваться сквозь заграждения в суматохе, но их свалили электрошокерами.

Нью-Йорк мог шуметь сколько угодно. Но перед дверями «Амбреллы» беспорядка не будет.

Через десять минут толпа перед зданием была полностью рассеяна.

К прибытию полицейских и скорой помощи бойцы UBCS уже отвели задержанных в сторону. Всё оружие и взрывные устройства аккуратно разложили на брезенте. Рядом лежали сведения о личностях задержанных и финансовые документы «Воут», собранные Красной Королевой.

Прибывший начальник полиции посмотрел на этот ряд улик и помрачнел так, что не смог вымолвить ни слова.

Сара повернулась и пошла прочь.

— Передайте в СМИ.

Ада улыбнулась.

— Какой заголовок?

Сара не замедлила шаг.

— «Воут нанимает бандитов для нападения на штаб-квартиру “Амбреллы”. Преступники пойманы с поличным на глазах у нью-йоркской полиции».

Ада смотрела ей вслед с лёгкой насмешкой.

— После пробуждения ты всё больше говоришь как босс.

Сара на полсекунды остановилась.

— Быть похожей на хозяина — хорошо.

· · ·

В это же время грузовик с Бутчером и остальными въехал в заброшенный склад в Бруклине.

Роллетные ворота опустились. Борт открыли.

Солдатик спрыгнул на сырой бетон.

Сквозь разбитые окна пробивались далёкие огни города. Неон, сирены, рекламные экраны, вертолёты — всё было мучительно чужим.

Он долго стоял молча.

Бутчер доковылял до него с тростью.

— Добро пожаловать домой.

Солдатик смотрел на город, который больше ему не принадлежал. В лице не было ни тени ностальгии.

— Это не мой дом.

Он повернул голову. Взгляд стал пугающе мрачным.

— Скажи, где Алая Графиня.

Бутчер усмехнулся.

— Отведу тебя к ней.

В глубине склада Хьюи смотрел в спину Солдатику и вдруг почувствовал сильную тревогу.

Они и правда нашли оружие против Хоумлендера.

Но, пробудившись, это оружие первым делом захотело не спасти кого-нибудь — а отомстить.

Глава 87. Старая любовь

Пять дней на заброшенном складе на окраине Нью-Йорка пролетели незаметно.

Бутчер не сразу повёл Солдатика к Алой Графине.

Не потому, что не хотел.

Просто после пробуждения Солдатик оказался куда более трудным спутником, чем они ожидали.

Он отказывался носить современную одежду, пользоваться смартфоном, садиться за компьютер, чтобы посмотреть документы. И уж совершенно не желал слушать объяснения Хьюи о поиске в интернете.

Ему нужны были всего три вещи.

Его костюм.

Его щит.

Адрес Алой Графини.

В углу склада Френчи сидел перед старой швейной машинкой с сигаретой в зубах. Рядом лежали зелёная ткань и кожаные защитные накладки.

— Должен заметить, от этой дрянной работы голова болит сильнее, чем от обезвреживания цепи бомб, — сказал он, с усилием закрепляя наплечник.

Солдатик сидел на деревянном ящике с голым торсом, сжимая бутылку дешёвого виски без этикетки.

— Француз, ещё слово — и запихну тебе эту машинку в глотку вместе с передними зубами.

Он отпил, мрачно глядя на Френчи.

Тот сразу поднял руки.

— Ладно. Образцовое поведение американского мальчика. Молчу.

Хьюи сидел неподалёку и смотрел на готовый щит на столе, не решаясь вставить ни слова.

Щит переделали из тяжёлой пластины военного сплава, которую ММ достал через связного Мэллори. Даже если обычный человек сумел бы её поднять, орудовать ею одной рукой он бы точно не смог.

Солдатик подошёл, взялся за рукоять и поднял щит так легко, словно тот был картонным.

Выпрямился, закрепил его на левом предплечье и надел старомодный костюм, который подал Френчи.

Грубая зелёная ткань обтянула мышцы. Звезда на груди немного выцвела, но этого хватило, чтобы перед ними снова предстал тот невыносимо самоуверенный идол прошлого.

Солдатик опустил глаза на звезду. Несколько секунд смотрел, затем легко провёл по ней пальцами и резко отдёрнул руку, будто обжёгся.

Когда он поднял голову, взгляд был ледяным.

— Адрес, — хрипло потребовал он.

Бутчер подошёл, прихрамывая, и протянул распечатку.

Это была рекламная листовка «Воут-Лэнда».

Сегодня вечером Графиня участвовала в ностальгическом шоу героев прошлых лет. Программа называлась «Любовь времён холодной войны».

На афише она позировала в откровенном красном сценическом наряде, а рядом красовался чёрно-белый силуэт Солдатика времён его славы.

Он уставился на лист. Пальцы непроизвольно сжались, скомкав края.

Бутчер шагнул ближе и похлопал его свободной рукой по плечу. В голосе звучало привычное умение успокаивать опасных людей.

— Только не сорвись по дороге, старик. Войдём, найдём её, заставим посмотреть тебе в глаза и объясниться. А потом уж сам решай, как делать из неё фарш.

Солдатик повернул голову и посмотрел на руку у себя на плече.

— Когда я занят делом, лучше не мешай.

Бутчер осклабился.

— На мою ногу посмотри. Чем я тебе помешаю? Я тебе не грёбаный спаситель.

· · ·

В девять вечера «Воут-Лэнд» всё ещё сиял огнями.

У входа висели ретроплакаты эпохи холодной войны. Посетители несли попкорн и сувенирные стаканы с портретами героев. Дети гонялись друг за другом с пластиковыми щитами. На огромном экране по кругу шли старые фильмы, где Солдатик сражался с советскими шпионами и спасал белокурых красавиц.

Стоя в тени парковки, он смотрел на собственное лицо, напечатанное на дешёвых гелиевых шарах. Они покачивались на ночном ветру.

Солдатик застыл, словно ржавая железная статуя.

А край щита на его руке уже продавил глубокую вмятину в капоте стоявшей рядом машины.

ММ посмотрел ему в спину и прошептал Бутчеру:

— Ты уверен? Он сейчас как граната с выдернутой чекой.

Бутчер опирался на трость и смотрел на вход волчьим взглядом.

— А тут вообще можно быть в чём-то уверенным? Если в этом долбаном мире нашёлся способ отправить ублюдков в ад, плевать на изъяны. Берёшь и пользуешься.

Френчи переоделся уборщиком. Толкая перед собой кисло пахнувшую мусорную тележку, он обошёл главный вход и привычно скользнул в служебный проход.

Хьюи надвинул бейсболку пониже, изображая обычного посетителя, и стиснул два помятых билета.

— От этого дерьмового плана у меня язва будет, — пробормотал он.

Бутчер покосился на него.

— У тебя от любого плана живот болит.

— Потому что каждый твой план заканчивается тем, что кого-нибудь из нас чуть не разносит на куски!

— Значит, наконец начал понимать, как всё устроено.

Они разделились, чтобы проникнуть в парк.

Солдатик просто перемахнул через трёхметровое электрическое ограждение с задней стороны и тяжело приземлился в технической зоне.

Из-за угла как раз вышли двое куривших охранников.

Один оторопел так, что чуть не уронил рацию себе на ногу.

— Сэр, это служебная территория. В таком виде вам нельзя…

Солдатик даже бровью не повёл. Небрежным ударом он вывихнул охраннику челюсть и отшвырнул его, словно мешок муки.

Второй в панике потянулся к пистолету. ММ выскочил сзади и прижал к его шее электрошокер. Охранник обмяк.

— Договорились же: невиновных не убивать, — прошипел ММ, оттаскивая бесчувственного человека в тень.

Солдатик даже не посмотрел на лежащего и пошёл дальше.

— Он ещё дышит.

— Дело не в этом, старик!

— Значит, слишком многое тебя волнует.

Сцена находилась в центре парка. Выступление Графини уже достигло кульминации.

Под безвкусным красным прожектором она с чувством пела старую песню. На экране за её спиной показывали чёрно-белую фотографию: они с Солдатиком во время гастролей перед военными во Вьетнаме. Оба лучезарно улыбались.

В зале было немного зрителей — в основном люди среднего возраста, пришедшие поностальгировать, и несколько молодых, снимавших выступление на телефоны в прямом эфире.

Закончив последнюю строчку, Графиня выдавила слезу точно в нужный момент и безупречно поклонилась.

На сцену выбежал напудренный ведущий с зализанными волосами.

— Дамы и господа, ещё раз ваши самые горячие аплодисменты вечной легенде «Воут» — Алой Графине!

Захлопали, засвистели.

Она сохраняла профессиональную улыбку и изящно махала публике.

В следующую секунду боковая защитная дверь за сценой с грохотом слетела с петель.

Из темноты вышел мужчина в старом зелёном костюме, словно принёсший с собой запах пороха и ледяной холод.

На левой руке был закреплён тяжёлый щит. Бороду слегка подровняли, но резкие черты лица узнал бы любой любитель старого кино.

Аплодисменты разом оборвались.

Кто-то решил, что «Воут» приготовила сюрприз, и возбуждённо поднял телефон.

На лице Графини застыла улыбка. Зрачки сузились, она отшатнулась на полшага, будто её ударило током.

Солдатик медленно поднялся на сцену. Сапоги тяжело стучали по доскам.

Ведущий, ещё не разобравшись, торопливо поднёс микрофон ко рту:

— Вот это сюрприз! Похоже, наш приглашённый актёр…

Солдатик не обратил внимания на его слова. Схватил за воротник и швырнул, как мусор, на звуковую аппаратуру под сценой.

Всё смешалось: крики, испуганные возгласы, вспышки телефонов. Охранники в отдалении выхватили дубинки и побежали к сцене.

Бутчер вышел из тени сбоку, достал тяжёлый пистолет и упёр ствол под подбородок первому из них.

— Не геройствуй, приятель. За жалкие гроши, которые тебе платят, жизнью рисковать не стоит. Вали.

Он сплюнул окурок. Охранник замер, высоко поднял руки и начал отступать.

ММ и Френчи быстро достали оружие и перекрыли выходы с обеих сторон. Хьюи, обливаясь потом, добрался до пульта и выдернул кабели трансляции и основное питание сцены.

Большой экран мигнул и погас.

Остались только бледные резервные прожекторы. Они освещали Солдатика и Графиню.

Она дрожала, не сводя с него глаз. Губы долго шевелились, прежде чем вырвался слабый шёпот:

— Бен?

Солдатик остановился перед ней и посмотрел сверху вниз.

— Удивительно, что узнала, — усмехнулся он без малейшего тепла. — И имя ещё помнишь.

— Ты… ты не должен быть жив.

Солдатик фыркнул.

— Как мило с твоей стороны, дорогая.

Глава 88. Идеальная замена

Инстинкт кричал об опасности. Чувствуя приближение смерти, Алая Графиня вскинула руки, и в её ладонях мгновенно вспыхнули красные энергетические шары.

Но Солдатик оказался быстрее.

Он с размаху ударил её щитом.

Графиня не успела выстрелить. Чудовищный удар отбросил её, словно сорванного с привязи воздушного змея; она пробила деревянную стену декорации и рухнула за ней.

Красное свечение растаяло в воздухе.

Солдатик подошёл, вцепился в тщательно уложенные рыжие волосы и выволок её из груды щепок и проводов, как дохлую собаку.

— Никарагуа, — процедил он сквозь зубы. — Кто это устроил?

Графиня судорожно хватала воздух. Лицо было в пыли и опилках, со лба сочилась кровь.

— Ты спятил… Отпусти!

Солдатик прижал её к разбитому дощатому настилу сцены, уперев колено в позвоночник.

— Спрашиваю в последний раз. Кто. Это. Устроил?

Она стиснула зубы и промолчала.

Бутчер стоял неподалёку, небрежно опустив ствол, и разглядывал её холодным взглядом.

— Мадам, как сторонний наблюдатель настоятельно советую ответить на вопрос. Мы не для того тащились на другой конец света и выковыривали его из русского морозильника, чтобы слушать, как вы тут дурочку валяете.

Графиня с трудом повернула к нему голову и вдруг разразилась надрывным, злобным смехом.

— Идиоты… Вы даже не представляете, что он за человек!

Пальцы Солдатика сжались сильнее.

Под ней с треском лопнули доски.

— И что же я за человек? — спросил он пугающе тихо.

Графиня закашлялась, выплёвывая кровавую пену. Боль окончательно сломила её. Она перестала притворяться, и ненависть, копившаяся сорок лет, вырвалась наружу вместе со слезами.

— Ты последний ублюдок, Бен! Тиран! Ты превратил лицо Чёрного Нуара в кровавое месиво и обращался с ним как с собакой! Ты унижал нас перед всеми, вытирал о нас ноги — лишь бы потешить своё жалкое самолюбие! Думаешь, вся Америка тебя любит? Думаешь, мы тебя любили? Господи, нас тошнило от одной твоей рожи! Все только и ждали — ждали дня, когда наконец смогут закопать тебя поглубже и навсегда!

Солдатик не спешил бить.

Он замер. Грудь тяжело вздымалась; он смотрел в её глаза, переполненные ненавистью.

— Значит… вы продали меня русским?

— Не только я! — выкрикнула Графиня с мстительным наслаждением. — Все! Всё «Возмездие» согласилось! И руководство «Воут» тоже! Стэн Эдгар лично протолкнул сделку! Начальство из ЦРУ им помогало! А мы просто воспользовались случаем избавиться от тебя, псих!

Пальцы Солдатика едва заметно дрогнули и снова сжались.

— А ты?

Она перестала плакать.

— Что… я?

— Перед выездом ты лежала у меня в объятиях. Нежно ворковала, что, когда закончим дело, поедем отдыхать в Париж.

Она не стала возражать, только закусила губу.

Солдатик наклонился к самому её лицу.

— Ты смотрела мне в глаза и говорила, что любишь.

Графиня закрыла глаза.

Хьюи стоял у края сцены. К горлу подкатила тошнота.

Солдатик был законченной сволочью, хладнокровной машиной для убийства.

Но сейчас, допрашивая бывшую возлюбленную, он совсем не походил на оружие. Перед Хьюи был одинокий старик, которому отрезали все пути назад. Человек, от которого отвернулся весь мир.

Графиня открыла глаза. Слёзы смешивались с пылью и стекали в рот. В голосе прозвучала обречённость:

— Я много чего красивого тебе говорила, Бен. В тех проклятых джунглях я хотела только выжить. Ради того, чтобы избавиться от тебя, перестать жить под твоим сапогом, я соврала бы что угодно.

Солдатик улыбнулся.

В этой улыбке сошлись отчаяние и жестокость.

Он резко разжал пальцы, отпуская её волосы.

Решив, что появился шанс дать отпор, Графиня торопливо перевернулась. В ладонях опять вспыхнуло красное пламя.

Солдатик без колебаний наступил ей на правое запястье.

По сцене разнёсся сухой хруст костей.

Она закричала. Когда Графиня попыталась ударить левой рукой, Солдатик поднял тяжёлый щит и обрушил его ребро вниз.

Вторая кисть тоже была раздроблена и вывернулась под жутким углом.

Солдатик смотрел пустыми глазами на женщину, корчившуюся в крови.

— А теперь твоя очередь говорить правду.

Графиня лежала на животе, прижавшись лбом к холодному настилу. Всё тело дёргалось от боли.

Теперь она точно знала: сегодня ей не выжить.

— Эдгар… дал нам выбор… — Она с трудом переводила дыхание, выдавливая слова с хрипом. — Либо ты остаёшься капитаном и до конца жизни вытираешь о нас ноги… либо мы обмениваем тебя на свободу. А я… я просто хотела от тебя уйти.

Солдатик медленно опустился на корточки. Он держался отстранённо, будто речь шла не о нём.

— Что русские дали «Воут» взамен?

— Результаты экспериментов… доступ к подпольным военным каналам в даркнете… и кучу грязных денег. — Она тяжело дышала, растянув губы в злой улыбке. — «Воут» было на тебя плевать, Бен. Они просто хотели тебя заменить. Потому что у них уже был новый проект. Куда совершеннее тебя.

Бутчер, до сих пор холодно наблюдавший со стороны, мгновенно уловил главное и нахмурился.

— Новый проект?

Графиня с трудом повернула голову, взглянула на Бутчера, а потом снова уставилась на Солдатика.

— Ребёнок. Идеальная замена, выращенная в пробирке из твоего генетического материала.

Солдатик застыл.

Хьюи стоял, приоткрыв рот.

Неподалёку ММ вполголоса выругался так грязно, как только умел.

Бутчер мгновенно побледнел. Пальцы судорожно стиснули оружие, сердце пропустило удар.

Глядя на ошеломлённого Солдатика, Графиня словно праздновала последнюю победу перед смертью.

— Ты ведь не знал, Бен? «Воут» создала Хоумлендера из твоей спермы. Он не просто какой-то сраный преемник.

— Он твой родной сын.

На сцене воцарилась мёртвая тишина.

Бутчер не сводил глаз со спины Солдатика. Рубашка мгновенно промокла от холодного пота.

Блядь. Только этого ему не хватало.

Он с таким трудом добыл оружие, способное прикончить Хоумлендера.

А теперь выясняется, что Хоумлендер — его родной сын?

Пока Бутчер лихорадочно соображал, как спасти рушившийся на глазах план, Графиня воспользовалась заминкой и попыталась перекатиться в сторону, чтобы сбежать.

Френчи уже поднимал оружие, когда из-за кулис донёсся мерный топот тактических ботинок. На сцену, словно призраки, ворвались бойцы в тяжёлой чёрной форме охраны.

Во главе шла женщина в приталенном чёрном плаще. Козырёк фуражки был надвинут так низко, что лицо почти целиком скрывалось в тени; виднелись лишь ярко-красные губы.

Она легко взмахнула рукой, и все автоматы одновременно нацелились в середину сцены.

Бутчер мгновенно развернулся, вскинув оружие.

— Прихвостни «Воут»?

Женщина не обратила на него внимания. Она смотрела на растерянного Солдатика и едва живую Графиню на полу.

При виде вооружённого отряда на измученном лице Графини вспыхнула отчаянная надежда.

— Спасите меня! Я суп! Вы не можете просто смотреть, как я умираю! Вы обязаны меня спасти!

Женщина слегка склонила голову и прижала тонкие пальцы к наушнику. Голос звучал совершенно бесстрастно:

— Красная Королева, цель подтверждена. Солдатик вступил в контакт с Алой Графиней. На месте присутствуют посторонние.

Солдатик наконец оправился от потрясения. Он медленно повернулся и уставился на незваную гостью налитыми кровью глазами.

— А вы ещё что за куски дерьма?

Женщина неторопливо подняла лицо. По краям её глаз проступал золотистый узор. Когда она шевельнулась, на манжете плаща мелькнула красно-белая эмблема в виде зонта.

— Добрый вечер, солдат. — Она окинула взглядом разъярённого зверя перед собой. — Корпорация «Амбрелла» передаёт горячий привет.

Глава 89. Богомол «Амбреллы»

Под прицелами автоматов все на сцене замолчали.

Бутчер смотрел на Аду Вонг, не выпуская оружия.

— «Амбрелла»? — выругался он. — Стоит почуять кровь — вы уже тут как тут.

Ада на него даже не взглянула.

Она посмотрела на Солдатика, потом перевела взгляд на лежащую Графиню.

— Не поймите неправильно. Мы никого не спасаем. Просто зашли забрать кое-какие материалы.

Надежда на лице Графини мгновенно погасла.

— Материалы? — выдохнула она. — Я зарегистрированный суп «Воут»! Вы не имеете права!

Ада тихо рассмеялась.

— Ещё хватает сил вспоминать о формальностях? Какой профессионализм.

Солдатик поднял щит и шагнул вперёд.

— Пошли вон.

Ада подняла руку и чуть опустила пальцы.

Бойцы по обе стороны от неё тут же отступили, размыкая строй. Из грузового прохода за сценой выкатили два стальных транспортных контейнера.

На них были наклеены временные маркировки службы безопасности «Воут», но из-под наклеек уже выглядывали края красно-белых зонтов.

Увидев эмблему, Хьюи побледнел.

— Ненавижу ящики «Амбреллы». Как ни откроются — ничего хорошего.

Френчи тоже отступил на полшага.

— Дружище, тут я с тобой. В прошлый раз был Вескер. Только бы в этом ящике не оказался ещё один, мать его, Вескер.

Дверцы обоих контейнеров распахнулись одновременно.

Изнутри донеслось тяжёлое, влажное дыхание.

Наружу выползли два усиленных Лизуна.

Они были крупнее обычных: мышцы конечностей были напряжены, обнажённый мозг прикрывала полупрозрачная биологическая мембрана, в позвоночник были вживлены тонкие металлические управляющие иглы. Оказавшись на сцене, твари не бросились в атаку, а припали к полу по обе стороны от Ады. Длинные языки волочились по доскам, оставляя следы слюны.

ММ помрачнел.

— Это у вас тоже охрана? Отдел кадров вашей шарашки давно пора в ад отправить.

Ада наконец взглянула на него.

— Внутренних вакансий у нас хватает. И даже через отдел кадров проходить не обязательно. Хочешь к нам?

Бутчер закусил окурок, глядя всё злее.

— Не трать на неё слова. «Амбрелла» просто так не появляется.

Солдатик смотрел на чудовищ, и ярость в нём нарастала.

— Этой мерзостью собрались меня остановить?

Ада коснулась наушника.

— Красная Королева, приказ на уничтожение. Задача: перекрыть Солдатику путь для преследования. Алую Графиню не трогать.

В наушнике прозвучал холодный электронный голос:

— Приказ подтверждён.

Оба Лизуна рванули одновременно.

Один бросился к Солдатику слева, вспоров когтями настил сцены и оставив глубокую борозду. Второй прыгнул в проход между зрительскими рядами, полностью отрезав выход и заставив Бутчера с остальными отступить в сторону.

Солдатик размахнулся и врезал ближайшей твари щитом.

Грохнуло.

Лизун отлетел, разнёс три ряда кресел, но тут же поднялся. Половина черепа была вдавлена внутрь; управляющая игла засветилась красным, и разорванные мышцы снова стянулись.

Солдатик прищурился.

— Живучая дрянь.

Ада не дала ему продолжить атаку.

Её силуэт дрогнул и исчез.

Хьюи вытаращил глаза.

— Куда она делась? Где она?!

У Френчи сорвался голос:

— Я знал! Знал, что с этой бабой что-то не так!

Бутчер развернулся и навёл оружие на Графиню.

— Она к ней пошла!

Едва он это произнёс, воздух возле Графини дрогнул, будто преломляя свет. Ада Вонг появилась снова — уже сидя рядом с ней на корточках.

Из рукава выскользнула белая костяная игла и вонзилась Графине прямо в шею.

Та забилась в судорогах.

— А-а! Что ты со мной сделала?!

Ада прижала её за плечо, а другой рукой уверенно повернула миниатюрный экстрактор на конце иглы.

— Не дёргайся. Криво возьму пробу — будет ещё больнее.

Из глаз Графини брызнули слёзы. Она сыпала всеми ругательствами, какие знала.

— Ты больная! Вы в своей «Амбрелле» все больные ублюдки!

Ада посмотрела на тёмно-красную спинномозговую жидкость, постепенно заполнявшую пробирку.

— Спасибо за отзыв. Боссу образец понравится.

Солдатик, увидев это, окончательно взбесился.

— Отпусти её!

Он поднял щит и ринулся к Аде.

Первый Лизун прыгнул сбоку. Длинный язык обвился вокруг края щита, пытаясь оттянуть левую руку Солдатика. Тот одной рукой дёрнул тварь к себе и пробил кулаком грудную клетку.

Чёрная кровь брызнула ему в лицо.

Второй Лизун воспользовался моментом и прыгнул на спину. Когти впились в лопатки, клыки — сбоку в шею.

Солдатик даже не вскрикнул.

Он завёл руку за спину, схватил тварь за голову, вдавил пальцы в швы черепа и с размаху впечатал её в сцену.

Хьюи сидел за пультом, обхватив голову руками.

— Может, нам помочь?!

ММ пригнул его ещё ниже.

— Кому? Старому ублюдку, который сейчас рванёт, или ублюдкам, которые выпустили чудовищ?

Френчи кивнул.

— Предлагаю помочь себе. Для начала — остаться в живых.

Бутчер не сводил глаз с Ады.

— Она берёт у Графини спинномозговую жидкость.

Хьюи растерялся.

— Зачем им это?

Бутчер усмехнулся.

— А ты угадай, откуда берутся эти твари.

Тем временем Ада закончила забор.

Она извлекла костяную иглу и убрала пробирку в холодильный контейнер на поясе. Всё было сделано быстро и аккуратно. Графиня едва дышала и мелко дрожала на полу.

Солдатик наконец вырвался из хватки Лизунов.

Он схватил первого за позвоночник и швырнул во второго. Чудовища столкнулись с хрустом костей; управляющие иглы вылетели из тел.

Но твари всё ещё ползали.

Это довело его до бешенства.

В груди Солдатика разгорелся жёлтый свет.

Зрачки Ады сузились. В наушнике немедленно прозвучало предупреждение Красной Королевы:

— Зафиксирован мощный выброс энергии. Рекомендую эвакуацию.

Ада не колебалась.

— Отряд, отходим.

Бойцы USS тут же бросили дымовые и светошумовые гранаты.

Ослепительно вспыхнуло. Сцену заволокло белым дымом.

Бутчер заорал:

— Ложись! Все ложись!

ММ утянул Хьюи за кресла. Френчи закатился под звуковую аппаратуру, не переставая проклинать «Амбреллу» вместе со всеми её предками.

Силуэт Ады на миг проступил в дыму и снова исчез.

Она полагалась не только на невидимость.

Её скорость тоже выросла.

Проект «Алиса» не дал ей телекинеза Сары Коннор, зато встроил в её нервную систему оптическую маскировку, полученную от Полупрозрачного, и ускоренные мышечные реакции, воспроизведённые по данным Эй-Трэйна.

Аде не требовалось сражаться в лоб.

Этого было вполне достаточно.

Увидев, как она исчезает, Солдатик взревел:

— Вернись!

Жёлтое сияние в груди вспыхнуло ярче.

Лежащая на полу Графиня наконец поняла: «Амбрелла» и не собиралась её забирать.

— Бен… спаси меня…

Солдатик опустил взгляд.

В этот миг в его глазах не было ни любви, ни жалости.

Только ненависть, копившаяся сорок лет.

— Ты ведь хотела от меня уйти.

Графиня открыла рот, но уже не смогла ничего сказать.

Грохнул взрыв.

Из груди Солдатика вырвалась раскалённая ударная волна, разнеся сцену в клочья.

Два Лизуна лопнули в красном сиянии, превратившись в обугленные останки.

Графиню тоже поглотило пламя. Она даже не успела закричать.

Волна прокатилась по зрительному залу, вывернув ряды кресел. Рухнула половина потолка. В центральной части парка разом отключилось электричество. Вдалеке остановилась карусель; цветные огни гасли один за другим, посетители с криками бежали к выходу.

Бутчер выбрался из-под обломков кресел. Половину лица покрывала серая пыль.

— Все живы?

ММ надсадно закашлялся.

— Пока да. В следующий раз, когда потащишь нас к старым знакомым, я сначала участок на кладбище прикуплю.

Хьюи посмотрел в сторону сцены.

Солдатик стоял среди руин. Красное свечение в груди угасало. Он пошатнулся, но удержался на ногах.

Долго и неподвижно он смотрел туда, где исчезла Графиня.

Бутчер, хромая, подошёл к нему.

— Старый солдат, пора уходить. Сейчас нагрянет «Воут».

По другую сторону развалин Ада Вонг уже сидела в машине эвакуации.

Пробирка с образцом была надёжно закреплена в холодильном контейнере.

Прозвучал голос Красной Королевы:

— Активность образца сохраняется. Гибель Алой Графини подтверждена.

Ада стёрла кровь с тыльной стороны ладони.

— Передай боссу: богомол забрал добычу.

За окном пламя над «Воут-Лэндом» поднималось в ночное небо.

Ада смотрела на хаос, и уголки её губ приподнялись.

— И кстати, напомни ему: Солдатик, скорее всего, отправится искать своего сына.

Глава 90. Особая просьба

Чёрный внедорожник ровно шёл по нью-йоркскому шоссе. В салоне слышался лишь глухой шелест шин. Полицейской погони не было, дорога позади оставалась чистой.

Ада Вонг откинулась на кожаное сиденье, поставив холодильный кейс на колени.

Она отщёлкнула замок и проверила закреплённую внутри стеклянную пробирку.

Тёмно-красная спинномозговая жидкость хорошо сохранялась при низкой температуре.

Ада коснулась коммуникатора.

— Босс, товар у нас, — доложила она уже чуть спокойнее. — Генетический образец Алой Графини высокой чистоты. Все показатели активности выше нормы.

Из динамика донёсся голос Майкла Росса, в котором слышалось небрежное равнодушие:

— Бутчер со своими не мешал?

Ада рассмеялась.

— Они даже за оружие взяться не успели. — Она снова закрыла кейс. — Бутчер привёл троих, плюс того старика, которого они только что выкопали из русского морозильника. Два усиленных Лизуна загнали всю компанию в тупик у сцены. Когда мы уходили, они ещё пыль глотали среди развалин.

— Молодец, — отозвался Росс. — Доставь образец поскорее. Алексия уже чуть ли не до блеска оборудование в лаборатории натёрла, ей не терпится начать.

— Поняла.

Ада отключилась.

Она повернулась к окну. В зеркале заднего вида небо над «Воут-Лэндом» уже светилось от пожара.

Из соседних кварталов доносились сирены.

«Амбрелле» были нужны только данные и материал. Получив своё, они сразу ушли. А как остальные будут разгребать последствия в парке — уже не их забота.

· · ·

В развалинах «Воут-Лэнда» Хьюи лежал возле сломанного рекламного щита. Его рвало, пока в желудке не осталось даже желчи.

Лицо покрывала пыль, к одежде прилипли щепки и чёрная гарь.

Френчи яростно вытряхивал пыль из волос, скороговоркой сыпля французскими ругательствами.

Он пнул в сторону искорёженную мусорную тележку и вытащил из-под неё рюкзак.

ММ с оружием в руках обошёл рухнувшую сцену.

Отшвырнув ногой обугленную доску, он заглянул в огромную воронку.

— Ушли, — сказал он, возвращаясь к Бутчеру. — Ни следов шин, ни намёка, куда смылись. Чище призраков работают.

Бутчер выплюнул окурок, облепленный пылью.

Он смотрел туда, где ещё недавно стояли люди «Амбреллы», и стискивал зубы.

— Кровососы сраные. Я столько сил положил, чтобы вытащить этого деда, а они точно знали, когда прилететь и выхватить добычу.

Хьюи вытер рот и с трудом выпрямился.

— Что теперь? — Он обвёл рукой развалины. — Подкрепление «Воут» будет здесь максимум минут через десять. Тут камеры на каждом углу. Даже если свет вырубился, снаружи наверняка уже позвонили в полицию.

Бутчер не ответил и повернулся к середине развалин.

Из-под груды искорёженных стальных балок вышел Солдатик.

Щит он держал в левой руке. Зелёный костюм почернел от жара.

Шёл он твёрдо; под армейскими ботинками хрустели обломки.

От Алой Графини не осталось даже целой кости.

Взрыв стёр её начисто.

Бутчер направился к Солдатику.

В голове мелькали десятки мыслей. Секрет, который эта сука успела выкрикнуть перед смертью, был смертельно опасен.

Она сказала Солдатику, что много лет назад «Воут» взяла его сперму и создала Хоумлендера.

Бутчер пытался просчитать, как старый солдат отреагирует на эту новость.

Слетит с катушек прямо здесь? Помчится в башню «Воут» знакомиться с родственником?

Если этот зверь обернётся против них, сегодня им всем конец.

Солдатик остановился перед Бутчером.

Он бросил щит на землю. Металл глухо лязгнул.

— С этим покончено, — сказал он, отряхивая ладони.

Бутчер всмотрелся в его лицо и осторожно начал:

— Старик, насчёт того, что она сказала…

— Она мертва, — перебил Солдатик, не поднимая головы. — Лживая сука получила по заслугам. Жаль только, раньше не сдохла.

Бутчер не отступил.

— Я про ребёнка. — Он подошёл ближе и посмотрел Солдатику в глаза. — «Воут» сделала тебе замену из твоей же крови. Разве не интересно, кто он такой?

При словах «из твоей крови» Солдатик замер.

Челюсть напряглась. В глазах мелькнула странная смесь раздражения и гордости.

— «Воут» украла моё, — грубо отозвался он. — Пробирочное отродье ещё смеет называться моим отпрыском? Хотя… заменить меня мог только кто-то моей крови.

Он повертел шеей; суставы сухо захрустели.

Подойдя к уцелевшему холодильному шкафу с напитками, Солдатик кулаком разбил стекло и достал запечатанную бутылку водки.

Сорвал зубами крышку и выхлебал половину.

Жгучим спиртным он пытался заглушить путаницу мыслей об отце и сыне.

— Я сорок лет провалялся в морозильнике, — сказал он, опуская бутылку и вытирая рот тыльной стороной ладони. — Сорок лет без бабы. А сейчас пар выпустил — и прямо распирает.

Он повернулся и вперил взгляд в Бутчера.

— Найди мне женщину. Сейчас.

Бутчер потёр щетину на подбородке, проглотив ругательство.

— Ладно. Чего-чего, а шлюх в Нью-Йорке хватает. Отвезу в квартал красных фонарей, подберём молодую, красивую. За мой счёт.

— Нет.

Солдатик поднял палец и дважды качнул им.

Бутчер нахмурился.

— Молодых не люблю. — Солдатик вылил оставшуюся водку на руки, смывая кровь на землю. — Слишком шумные и грубого обращения не выдерживают. Мне постарше.

Френчи подался вперёд и не удержался:

— Постарше? Насколько?

Солдатик серьёзно задумался.

— Желательно такую даму, которая помнит Америку до убийства Кеннеди.

В задней части фургона никто не проронил ни слова.

Хьюи замутило от этих разговоров.

ММ закрыл лицо рукой и тяжело вздохнул.

Френчи осенил воздух крестным знамением.

Глядя на совершенно серьёзного старого монстра, Бутчер чувствовал, как тот раз за разом топчет последние границы дозволенного.

— Пошли, — сказал он, разворачиваясь и хромая прочь. — Знаю одно место в Бруклине. Хозяйка тебе подойдёт. Только никого не убей.

Солдатик подхватил щит и зашагал следом.

— Я женщин не убиваю, — поправил он. — Если они мне не врут.

Под покровом ночи четверо вместе со старым солдатом перелезли через заднюю стену «Воут-Лэнда».

У главных ворот уже выли полицейские сирены.

Они набились в потрёпанный фургон, оставленный в переулке, и выскочили на главную улицу.

Внутри было тесно. Солдатик занял задний ряд; его щит прижал Хьюи к углу.

Он достал из кармана помятую сигару и сунул в рот.

— Та баба в чёрном плаще, — вдруг произнёс он, так и не прикурив.

Бутчер взглянул на него в зеркало заднего вида.

— Из «Амбреллы». Стая бешеных псов, похуже «Воут». Они у этой суки костный мозг взяли. Молись, чтобы из него какую-нибудь новую тварь не сварганили.

Солдатик пожевал сигару.

— Ловкая. Но те две собаки без кожи — мерзость редкостная.

Бутчер промолчал.

Он нажал на газ, и фургон влился в ночной поток Нью-Йорка.

Глава 91. Скрытая разновидность Т-вируса

Улей. Лаборатория корпорации «Амбрелла».

Под потолком гудела вентиляция. Стеклянные двери стерильной камеры разошлись в стороны.

Вошла Ада Вонг.

— Как продвигается эксперимент?

Алексия обернулась и указала на огромный настенный экран. Центрифуга закончила разделение, и манипулятор уже переносил образец в секвенатор.

На экране одна за другой появились сложные схемы пар оснований.

— Алая Графиня могла выпускать красные энергетические шары. — Алексия поставила чашку кофе и провела пальцем по экрану. — В её спинномозговой жидкости я обнаружила аномальную мутацию шестой хромосомы. Благодаря ей Графиня могла напрямую превращать энергию собственного организма в раскалённую плазму.

Майкл Росс смотрел на пульсирующие данные.

— Воспроизвести сможешь?

— И воспроизвести, и улучшить. — Алексия вывела на экран другую модель. — Её организм не выдерживал такой температуры, поэтому после каждого выстрела ей приходилось остывать. Если выделить нужную последовательность и встроить её в геном Тирана Т-103…

Алексия несколько раз коснулась пульта. На экране запустилась симуляция: рослый Тиран Т-103 поднял руку, и из его ладони вырвался раскалённый красный луч, насквозь прожёгший бронеплиту.

Росс кивнул.

— Ускорь работу. Мы скоро начнём распространять Т-вирус.

Чтобы показать, что опыт осуществим, Алексия подошла к закрытому стеклянному шкафу, где держали нескольких мышей. Она набрала в шприц немного только что синтезированного красного генетического раствора.

Одной из мышей она сделала укол.

Мышь дважды обежала клетку. Тело её покраснело. Она раскрыла пасть и выплюнула красный огненный шарик размером с ноготь. Железные прутья клетки обуглились, а мышь мгновенно съёжилась, не выдержав жара.

— Видите? — Алексия указала на мёртвую мышь. — Энергия преобразуется с огромной эффективностью, но носитель слишком слаб. Такую нагрузку изнутри выдержит только чудовище вроде Тирана Т-103.

Росс посмотрел на обгоревшую клетку.

— Отлично. Запускай серийное производство раствора. Как только модифицируете первую партию Тиранов Т-103, я хочу увидеть стрельбу по настоящим мишеням.

— Без проблем.

Алексия бросила мёртвую мышь в печь.

Ада допила кофе и выбросила бумажный стаканчик.

— Босс, «Воут Интернэшнл» изо всех сил глушит новости о парке. Свалили всё на террористов. Говорят, кто-то взорвал бомбу.

— Пусть. Чем усерднее будут скрывать, тем сильнее запаникует народ. — Росс встал и подошёл к столу с голографическим проектором посреди лаборатории.

Он нажал кнопку. Над столом вспыхнула топографическая карта всей Северной Америки, густо исчерченная красными линиями.

— Алексия, энергетическое оружие — первый шаг. — Росс опёрся ладонями о стол. — Вот наш настоящий козырь.

Алексия подошла и присмотрелась к линиям.

— Что это?

— Логистическая сеть «Воут Интернэшнл» и карта подземных вод страны. — Росс указал на несколько ключевых узлов. — «Воут» выпускает десятки видов продуктов для здорового питания, спортивных напитков и пищевых добавок. Ими пользуются больше сорока миллионов человек по всей стране. По этим маршрутам каждый день ходят тысячи грузовиков.

Ада придвинулась ближе.

— Хотите воспользоваться их поставками?

— Возьмём чужую курицу, чтобы она снесла нам яйцо. — Росс несколько раз коснулся экрана. — Доктор Биркин вырастил разновидность Т-вируса с более долгим инкубационным периодом. Попав в организм, вирус может до трёх месяцев оставаться скрытым. Симптомов в этот период нет, а обычный медосмотр его не выявит.

Росс повернулся к Алексии.

— По нашим каналам доставишь исходный раствор на заводы «Воут» по розливу напитков и в подземные резервуары. Там его подмешают.

Алексия взглянула на узлы на карте.

— А через три месяца?

— Через три месяца, — спокойно сказал Росс, — все заражённые мутируют в один день. Хвалёная система безопасности «Воут» окажется парализована. Герои, которых они так усердно рекламируют, пойдут зомби на корм, а все Соединённые Штаты станут полигоном «Амбреллы».

Росс увеличил на карте один из резервуаров.

— Это резервный источник водоснабжения Нью-Йорка. В обычное время он отключён. К магистрали его подключают только в часы пикового потребления или в экстренных случаях. Сюда и пойдёт твоя первая партия вируса, устойчивого во внешней среде.

— Воды слишком много, — напомнила Алексия. — Вирус разбавится.

— Высокая концентрация нам не нужна. Достаточно, чтобы вирус попал в организм и затаился. Нам нужен охват. Скорость появления симптомов второстепенна.

Росс указал на один из логистических центров «Воут».

— Заводами займётся Сара Коннор. Подконтрольные ей банды уже держат несколько транспортных маршрутов. Подкупить пару контролёров качества, чтобы они вылили раствор в ёмкости с сырьём, труда не составит.

Ада скрестила руки.

— В «Воут» тоже не дураки сидят. Они регулярно делают выборочные проверки.

— Для этого нам и нужна твоя маскировка, Алексия. Сможешь сделать так, чтобы приборы приняли вирус за обычную реакцию на белок?

— Дайте неделю, — уверенно ответила Алексия. — Будет выглядеть полезнее витаминов.

Красная сигнальная лампа в лаборатории мигнула дважды. Над столом появилась проекция Красной Королевы.

— Босс, перехвачен новый сигнал связи. — Она вывела звуковой файл.

— Включай.

Из динамика донёсся голос Хьюи вперемешку со свистом ветра:

— Мы в Вермонте… Они остановились на роскошной вилле… Да, близнецы ТНТ. Бутчер сказал, сначала надо отрубить связь…

Запись длилась всего несколько секунд.

Ада приподняла бровь.

— «Пацаны» шустро работают. Солдатик уже выследил бывших товарищей. Похоже, даже после истории с сутенёром он не остыл.

На голограмме появилась новая зелёная точка. Росс посмотрел на неё. Вермонт.

— Близнецы ТНТ, — повторил он. — Тоже из «Возмездия». В своё время они продали Солдатика русским.

Красная Королева быстро построила трёхмерную модель. Роскошная трёхэтажная вилла стояла на склоне, среди густого леса. К вершине вела единственная дорога.

— Периметр охраняет частная служба безопасности «Воут Интернэшнл», — доложила Красная Королева. — Около сорока человек, вооружение тяжёлое. На вилле большая вечеринка. Среди гостей много супов второго и третьего эшелона.

· · ·

В то же время. Вермонт, лес на склоне.

Ночной ветер шевелил верхушки деревьев, шелестела листва.

Френчи лежал на толстой ветке дуба с переделанной снайперской винтовкой. Сквозь ночной прицел он наблюдал за виллой в нескольких сотнях метров от него.

Вилла сияла огнями. Басы гудели так, что дрожали листья. На лужайке веселились полураздетые супы с бокалами в руках.

— Умеют же сволочи отдыхать, — сказал Френчи в гарнитуру. — По периметру четыре стационарных поста и две патрульные группы. «Воут» охраняет их всерьёз.

Бутчер присел в кустах, сжимая армейское мачете. Он повернулся к ММ.

— Связь отрубил?

ММ постучал по клавишам на чёрном кейсе.

— Глушилка работает. В радиусе пяти километров даже эсэмэску о помощи не отправить. Сидят как крысы в клетке.

Хьюи вцепился в пистолет-пулемёт и нервно привалился к дереву.

— Там несколько десятков супов. Мы и правда пустим Солдатика одного?

— Сам попросил, — ответил Бутчер, покусывая незажжённую сигару. — Старик говорит, это семейное дело, а нас не касается. Нам только сторожить выходы, чтобы и муха не пролетела.

Солдатик стоял у них за спиной. Он переоделся в чистый зелёный костюм, а щит начистил до блеска. Он смотрел на далёкую виллу с непроницаемым лицом.

— Близнецы ТНТ. — Пальцы стиснули край щита. — Эти двое тогда заманили меня в русское окружение.

Он зашагал к вилле.

— Старый солдат, — окликнул Бутчер. — Не облажайся. Там пусть и второй эшелон, зато их до хрена.

Солдатик не обернулся.

— Сборище придурков, которые только в рекламе сниматься умеют. Прикончить их мне труда не составит.

Он скрылся в темноте, направляясь прямо к парадному входу.

Бутчер посмотрел ему вслед и приподнял мачете.

— Френчи, следи за периметром. Кто побежит — стреляй в голову.

· · ·

В Улье Росс отметил участок на модели.

— Просто так «Пацаны» эту виллу не возьмут. Бутчер наверняка перекроет выходы и отрубит связь. Любит загонять добычу в клетку, чтобы потом с ней поиграть.

Ада посмотрела на модель.

— Своих у Бутчера маловато. Всё держится на Солдатике, а тот полезет напролом. Если супы на вилле объединятся, даже ему будет туго.

— Он любит идти напролом. — Росс развернулся к выходу. — Алексия, продолжай разбирать геном и собери прототип энергетического оружия. Ада Вонг, возьми два отряда и отправляйся в Вермонт.

Ада пошла за ним.

— За образцами близнецов ТНТ?

— Нет. — Росс остановился. — Их гены бесполезны. Ты отвезёшь Бутчеру небольшой подарок.

Ада рассмеялась.

— Какой подарок?

Росс подошёл к двери.

— На вилле вечеринка. Героев «Воут» второго эшелона там полно. Хочу посмотреть, труднее ли будет Солдатику драться, когда супы превратятся в зомби.

Ада положила ладонь на кобуру.

— А Бутчер и его команда? С ними заодно разобраться?

Росс покачал головой.

— Оставь их. Лучших свидетелей нам не найти.

Глава 92. Месть в разгар вечеринки

Снаружи, у виллы на склоне.

С вершины давила музыка. От басов трясся лес, и птицы не решались сесть на ветки. Стены виллы увивали гирлянды, вдоль лужайки стояли дорогие машины, а у бассейна хватало бокалов, дыма и зрелищ, которые лучше никому не показывать.

Хьюи сидел на корточках за кустом. От грохота у него заложило уши.

— Я ещё раз уточню. — Он понизил голос. — Мы сегодня врываемся туда за двумя людьми, а внутри у супов грандиозная оргия. Я всё правильно понял?

Френчи лежал на ветке и разглядывал парадный вход в прицел.

— Дорогой Хьюи, ты всё понял верно. И опустил самые мерзкие подробности.

Хьюи посмотрел на ММ.

— Слышал? Он говорит, там есть подробности ещё мерзее.

ММ настраивал глушилку, постукивая пальцами по клавишам.

— Не спрашивай. Спросишь — ночью не уснёшь.

Бутчер присел за камнем с незажжённой сигаретой в зубах и биноклем в руках. На втором этаже кто-то выбрасывал одежду из открытого окна.

— Умеют же развлекаться эти выкормыши «Воут».

Солдатик стоял позади остальных.

Он даже не пригнулся и не думал прятаться. Поверх зелёного тактического костюма накинул старую куртку, пристегнул щит к левой руке и встал посреди поляны, словно охраны у виллы вовсе не было.

Хьюи оглянулся на него и заговорил ещё тише:

— Он просто там стоит. Так и надо?

Солдатик его услышал.

— Говори громче, малой. Я не глухой.

Хьюи втянул голову в плечи.

— Меня беспокоит риск обнаружения.

— Это называется «страшно».

— Да, мне страшно. Но я выражаюсь профессионально.

ММ не удержался и взглянул на Хьюи.

— Тут хоть честно.

Бутчер опустил бинокль и повернулся к Солдатику.

— Близнецы ТНТ внутри. Рыжую зовут Тесса, мужика — Томми. Как войдёшь, не взрывай сразу весь дом. Дай им хоть слово сказать.

Солдатик фыркнул.

— Я просто хочу, чтобы они признались в том, что тогда сделали.

Бутчер хлопнул себя по ноге.

— Понимаю, каково тебе. Но как только эта штука у тебя в груди загорится, все внутри зажарятся. Трупы допрашивать будем?

Солдатик долго смотрел на него молча.

— Нравится тебе мной командовать.

Бутчер осклабился.

— Мне нравится доводить дело до конца и оставаться в живых.

В гарнитуре заговорил Френчи:

— Патруль на месте. Идут по двое, к восточной калитке. ММ, они совсем рядом с тобой.

ММ захлопнул ноутбук и передёрнул затвор.

— Принял.

Он подал Хьюи знак, и оба двинулись вперёд, держась у кустов. По гравийной дорожке шли двое охранников «Воут» и обсуждали супергероинь на вечеринке.

— Нам бы сегодня отгул взять.

— Мечтай. В прошлый раз ты туда пролез, и начальник застал тебя со спущенными штанами.

— Я не пролез. Я оказывал поддержку на месте.

Едва они поравнялись с деревом, ММ выскочил из-за спины и ударил левого локтем в шею. Хьюи бросился на второго и прижал ему руки.

Охранник открыл рот, чтобы крикнуть, и Хьюи боднул его лбом.

Глухой удар.

Обоих оглушило.

Хьюи схватился за лоб и скривился от боли.

— Я победил?

ММ придушил второго охранника до потери сознания и оглянулся.

— Ты чуть сам себя не вырубил.

Хьюи тяжело дышал.

— Зато он не крикнул.

— Половина заслуги твоя. Остальное запишем на твой череп.

Тем временем Френчи нажал на спуск. Прожектор на дальней вышке погас. Лампа разлетелась, а выстрела никто не услышал. Второй выстрел перебил кронштейн, и камера повисла.

— Отлично, Френчи, — прошептал Бутчер. — Сегодня от тебя даже есть толк.

Френчи рассмеялся в гарнитуре.

— Спасибо, дорогой друг-засранец. От твоей похвалы у меня желудок свело.

Солдатик уже направился к парадному входу.

Бутчер поспешно ухватил его за куртку.

— Через чёрный ход.

Солдатик посмотрел на его руку.

Бутчер отпустил.

— Я к тому, что у парадного входа камеры и сорок мужиков со стволами. Тебе, понятно, плевать, а мы не железные.

Солдатик покосился на Хьюи.

— Особенно этот.

Хьюи поднял руку.

— Признаю. Прошу обращаться с хрупким грузом осторожно.

Солдатик хмыкнул.

— У нас новобранцы бывало ссались, когда первый раз под огонь шли. А ты ещё на ногах.

Хьюи помолчал.

— Это комплимент?

ММ подтолкнул его вперёд.

— Не уточняй. Только неловко станет.

Впятером они обошли виллу с запада. У служебного входа двое охранников курили, прислонившись к стене. Бутчер подал знак, и Френчи поправил прицел на дереве.

Два дротика с транквилизатором попали охранникам в шею. Оба осели на землю.

Бутчер взглянул на Солдатика.

— Видал? Вот это называется работать чисто.

Солдатик поднял ногу и ударил по замку.

Грохот!

Металлическая дверь целиком влетела в коридор и опрокинула тележку с едой. Бутылки шампанского раскатились по полу.

Бутчер закрыл глаза.

— Ты вообще людей не слушаешь.

Солдатик шагнул внутрь.

— Дверь открыта.

Хьюи пошёл следом, заметил опрокинутую тележку и поднял уцелевшую бутылку.

— Возьмём? Похоже, дорогое.

ММ свирепо на него посмотрел.

— Тебе сейчас до вина?

Хьюи положил бутылку обратно.

— Я просто подумал о снабжении команды.

В конце коридора высунулись двое супов в халатах. У одного на голове синела чешуя, у другого на плече сидел маленький механический питомец.

— Эй, вы кто? Через служебный вход нельзя.

Солдатик поднял голову.

Двое сперва оторопели, а потом разом переменились в лице.

— Погоди… Да ты же…

Солдатик ударил щитом.

Синечешуйчатый врезался в стену, и по ней пошли трещины. Второй развернулся и бросился бежать с криком:

— Чужие! Старое ископаемое вернулось!

Бутчер выругался и расстрелял светильники в коридоре.

— План полетел к чертям досрочно. Какая новость.

Френчи нагнал их сзади и бросил две дымовые гранаты. По коридору повалил белый дым. Едкий запах перебил вино и духи.

В зале царила суматоха. Одни из нескольких десятков супов так и не успели одеться, другие растерянно застыли с бокалами. Кое-кто решил, что это часть программы, и поднял телефон.

— Что происходит? Эфир отрубился!

— Кто мне трафик обрезал? Лучше бы врезали!

— Где охрана «Воут»? Им за что платят?

Бутчер толкнул боковую дверь и наставил оружие на охранника, уже готового стрелять.

— Не дёргайся, брат. Нажмёшь на спуск — премия тебе сегодня точно не понадобится.

Охранник сглотнул и медленно опустил ствол.

ММ и Хьюи встали у задней двери, а Френчи поднялся к перилам второго этажа, чтобы занять позицию повыше.

Солдатик один вышел на середину зала.

Он поднял руку и разбил музыкальную установку.

В зале стихло. Слышалось только тяжёлое дыхание и звон осколков, падавших на пол.

Солдатик обвёл публику взглядом.

— Тесса, Томми, выходите.

Никто не ответил.

Пьяный суп с золотой наклейкой на груди поднялся, покачиваясь.

— Дружок, сегодня закрытая вечеринка. Хочешь поиграть в костюмчики — вставай в очередь.

Солдатик повернулся к нему.

Тот не успел опомниться, как щит врезался ему в живот. Он отлетел к столу с десертами, снёс его и оказался весь в креме.

Хьюи наблюдал от двери, морщась.

— Больше ему на вечеринки не захочется.

ММ держал оружие наготове.

— Живой ещё. Для Солдатика это считай самообладание.

Со второго этажа донёсся женский крик:

— Бен?

Солдатик поднял глаза.

За перилами стояла ухоженная женщина средних лет в куртке с пайетками. Макияж поплыл от пота. Рядом с ней замер лысый мужчина с недопитым бокалом вина в руке.

Близнецы ТНТ.

Солдатик смотрел на них снизу вверх. На лице ничего не дрогнуло, но пальцы сильнее сжали рукоять щита.

— Хорошо вы тут устроились.

Томми попятился.

— Невозможно. Ты мёртв.

Солдатик направился к лестнице.

— Надоело это слушать.

Тесса вцепилась в перила. Голос её дрожал.

— Бен, это не мы тогда решили. Мы просто выполняли приказ.

Солдатик остановился у подножия лестницы.

— Чей?

Тесса посмотрела на Томми, но тот не решился ответить.

Бутчер вошёл в зал сзади, держа на прицеле нескольких охранников.

— Советую не валить друг на друга. У старого солдата сегодня скверное настроение, да и я ждать не люблю.

Томми поднял руки.

— Эдгар! И совет директоров «Воут»! Нам только велели привести тебя в условленное место!

Солдатик ступень за ступенью поднимался по лестнице.

Тесса не выдержала. Голос сорвался на визг:

— Думаешь, кто-то хотел за тобой идти? Ты нас бил, унижал, заставлял себе хлопать! Стоило хоть слово поперёк сказать — и человек оказывался в больнице!

Томми поспешно дёрнул её за руку.

— Замолчи!

— Нет, я скажу! — Тесса оттолкнула его. — Мы тебя боялись, ненавидели и каждый день молились, чтобы с тобой что-нибудь случилось! Потому всё так и вышло!

Солдатик поднялся на второй этаж. Щит волочился по ковру с резким скрежетом.

Томми больше не выдержал.

Он вскинул руки. Ладони засветились жёлто-белым.

— Тесса, давай!

Тесса тоже подняла руки. Энергия между их ладонями соединилась, и толстый луч ударил Солдатику прямо в грудь.

Он вскинул щит и принял удар.

Его оттеснило на два шага, перила треснули. Внизу закричали и бросились врассыпную.

Френчи заорал в гарнитуру:

— Они лупят на полную! Дом не выдержит!

Солдатик напирал, двигаясь навстречу лучу.

— Это всё, на что вы способны?

Тесса завизжала:

— Томми, прибавь!

У Томми на лбу выступил пот.

— И так на пределе!

Солдатик резко повернулся боком и щитом рассёк место, где сходились потоки энергии. Луч вырвался из-под контроля, пробил потолок второго этажа. Вниз хлынули щепки и пыль.

Солдатик рванул к Томми и ударил его кулаком в грудь.

Томми проломил дверь спальни и покатился по полу.

Тесса повернулась бежать, но Солдатик ухватил её за ворот и швырнул обратно на пол.

— Ты видела, как меня тогда утащили?

Тесса промолчала.

Томми выполз из спальни. Рот у него был полон крови.

— Мы думали, тебе конец.

Солдатик повернулся к нему.

— И вы даже не оглянулись.

Томми криво усмехнулся.

— А зачем? Чтобы вместе с тобой подохнуть?

Солдатик поднял щит.

Снизу крикнул Хьюи:

— Погоди! Они нужны нам живыми!

Бутчер тоже выругался:

— Старый солдат, не перебей нам все зацепки!

Солдатик не опустил щит. Он смотрел на Томми, и в его груди разгорался тёмно-золотой свет.

Увидев его, ММ тут же рявкнул:

— Все назад!

Гости обезумевшей толпой хлынули из зала.

Бутчер схватил Хьюи и потащил наружу.

В эту секунду над виллой послышался тихий механический гул.

Френчи вскинул голову и повёл прицелом по ночному небу за стеклом крыши.

— Что-то приближается.

Бутчер посмотрел вверх.

— Подкрепление «Воут»?

С лица Френчи сошла всякая расслабленность.

— Нет. Чёрт, знаков не разглядеть.

На дальней опушке несколько небольших транспортников прошли над самыми верхушками деревьев. Створки грузовых отсеков под фюзеляжами раскрылись. Чёрные транспортные капсулы были нацелены прямо на крышу виллы.

Глава 93. Когда супы становятся зомби

Чёрные транспортные капсулы рухнули на виллу, проламывая крышу.

Первая упала в бассейн. Вода взметнулась до перил второго этажа.

Вторая врезалась в лужайку, несколько раз перевернулась и застряла в клумбе.

Третья рухнула прямо в стеклянный переход за залом.

Бутчер поднял голову и выругался:

— Я же говорил, что эти ублюдки из «Амбреллы» сегодня заявятся!

Хьюи стиснул оружие.

— Почему они всегда приходят в самый паршивый момент? У них подписка на календарь наших неудач?

ММ схватил его за шиворот и утащил за несущую стену.

— Хватит болтать. Держись подальше от окон!

На втором этаже тёмно-золотое свечение расползалось по груди Солдатика.

Близнецы ТНТ были прижаты к стене.

Тесса глядела на чёрную капсулу, проломившую потолок. Губы у неё дрожали.

— Бен, там что-то снаружи! Давай на минуту остановимся!

Солдатик посмотрел на неё.

— Ты и тогда так говорила.

Томми зажимал рукой вдавленную грудь и задыхался, привалившись к стене.

— Мы этого не затевали! Хочешь до кого-нибудь добраться — иди к Эдгару или к совету директоров «Воут»! Не вешай всё на нас!

Солдатик шагнул вперёд.

— Вы были там, когда меня утащили.

— Мы боялись перечить! — закричала Тесса. — Ты понятия не имеешь, какой ужас наводил тогда!

Лицо Солдатика напряглось.

— Ещё как имею.

Он вскинул щит, отбивая последнюю совместную атаку близнецов.

Жёлто-белый луч ударил в щит, и весь этаж содрогнулся.

Внизу люди с криками давились у выхода. Несколько супов расталкивали обычных гостей, чтобы выскочить первыми.

Френчи залёг на другом конце второго этажа, водя стволом по тому, что было видно за окном.

— Бутчер, капсула раскрылась! Внутри и правда что-то есть!

— Да вижу я, блядь!

Едва Бутчер договорил, капсула на лужайке распахнулась по шву.

Оттуда выполз Лизун нового типа.

Крупнее тех, что появились в парке. Спину покрывали тёмные роговые пластины, суставы конечностей были вывернуты наружу, а из лопаток рядами торчали костяные шипы.

Выбравшись наружу, он не стал рычать. Припал к земле и закачал головой из стороны в сторону, словно принюхиваясь.

У парадного входа двое охранников «Воут» открыли огонь.

Пули оставляли на роговом покрове лишь неглубокие белые отметины.

Лизун оттолкнулся передними лапами и с разбегу врезался в пуленепробиваемое стекло двери.

Грохот!

По стеклу пошли широкие трещины.

Перепуганные охранники попятились.

Со второго удара костяные шипы пробили многослойное стекло.

На третий раз Лизун разодрал пролом когтями, сорвал всю дверь и раздавил стоявших за ней охранников.

Хьюи выглянул из-за стены и тут же спрятался обратно.

— Хорошая новость. Дверь открыта.

ММ свирепо покосился на него.

— Плохая новость. Её открыло чудовище.

Капсула в бассейне тоже раскрылась.

Из воды выполз второй Лизун. Длинный мокрый язык хлестнул по земле и обвился вокруг ноги супа, который не успел убежать.

Тот закричал и ударил током. Сине-белая вспышка обожгла часть рогового панциря.

Лизун подтянул мужчину к бортику и пробил ему грудь когтями.

В зале поднялась ещё большая суматоха.

Кто-то взлетел к застеклённому проёму в крыше, но на него прыгнул третий Лизун, спустившийся сверху. Вместе они влетели в шкаф с выпивкой.

Стеклянные бутылки разлетелись вдребезги. Запах спиртного перебил запах крови.

Бутчер мрачно передёрнул затвор.

— Френчи, не подпускай к нам этих тварей!

— Легко сказать! — крикнул Френчи. — У меня в стволе патроны, а не чудеса!

На втором этаже Солдатик даже не взглянул на Лизунов.

Всё его внимание было приковано к близнецам ТНТ.

Тесса отступала, плача.

— Бен, пожалуйста, мы можем помочь! Мы знаем, где старые архивы «Воут»! Знаем, кто ещё жив!

Томми закивал.

— Да! Мы дадим показания! Хочешь убрать Хоумлендера — мы поможем!

При имени Хоумлендера тлевшая в глазах Солдатика ярость снова вспыхнула.

Тесса воспользовалась заминкой. Вскинула руку, собрала сгусток энергии и метнула ему в грудь.

Шар попал в цель, но лишь прожёг дыру в костюме.

Солдатик посмотрел на подпалину и поднял на неё глаза.

— Всё такая же дура.

Его грудь вспыхнула ослепительным красно-золотым светом.

ММ увидел вспышку, схватил Хьюи и бросился бежать.

— Уходим! Живо!

Бутчер выругался:

— Френчи, вниз!

Френчи перемахнул через перила и при приземлении едва не наступил на супа без сознания.

— Ненавижу этот вечер! Ненавижу вечеринки богачей! А светящихся ветеранов ненавижу ещё сильнее!

Грохот!

Из груди Солдатика ударил разряд и прошёлся по всему второму этажу.

Близнецов ТНТ поглотил жар. Наружную стену второго этажа пробило насквозь, деревянные балки переломились, и потолок рухнул в зал.

Вилла раскололась надвое. Весь свет погас.

Ударная волна подхватила нескольких супов на первом этаже и швырнула их в обеденные столы и диваны. Несколько обычных гостей так и остались лежать.

Бутчер рухнул на пол. В ушах звенело.

Когда он поднялся, половина куртки дымилась.

— Все живы, чёрт возьми?

Хьюи выполз из-под рухнувшего шкафа. Голос дрожал.

— Я ещё здесь. Хотя душа, кажется, уже успела смыться.

ММ поднялся, опираясь о стену.

— Не неси чепухи. Твари никуда не делись.

Солдатик спустился с развалин второго этажа.

Костюм прогорел в нескольких местах, лицо было в пыли. В левой руке он по-прежнему держал щит.

Бутчер посмотрел на него.

— Ты взорвал всех, кто мог заговорить.

Солдатик даже не взглянул на него.

— Ну и что они сказали?

Бутчер зло рассмеялся.

— Да уж, последние слова очень пригодились. Похоронили весь наш план.

Солдатик повернул голову.

— Ещё раз полезешь ко мне со своим планом — сломаю и здоровую ногу.

— Попробуй, старик. Учитывая, какой у нас нынче бардак, сделаю скидку.

Хьюи поспешно встал между ними.

— Эй, вы двое! Личные счёты могут подождать? Тот тип без кожи у двери жрёт людей.

Едва он договорил, в углу зала послышался хруст выворачиваемых костей.

Суп, только что погибший от ударной волны, лежал на полу. Пальцы у него дёргались.

Хьюи повернулся на звук. В горле пересохло.

— Он же только что был мёртв?

Шея у мужчины была вывернута под неестественным углом, но он всё-таки встал. Глаза побелели, изо рта текла чёрная кровь, а из груди всё ещё торчала щепа.

ММ поднял оружие.

— Не подходи!

Суп разинул рот. Из горла вырвалось глухое шипение.

Спина вдруг разошлась, и оттуда выползли два мясистых щупальца. На концах оказались его собственные органы, отвечавшие за способность. Теперь они слепили электрическим светом.

Френчи ахнул.

— Что, чёрт возьми, они подмешали на этой вечеринке?

Бутчер повернулся к лежавшим в зале супам. Зашевелились и другие трупы.

Женщина, умевшая плеваться кислотой, стояла на коленях. Живот у неё был распорот, с губ капала кислота и проедала в полу ямки.

Другой, умевший укреплять кожу, поднялся без половины лица, но всё ещё мог рычать, как зверь.

— Ожили. Прекрасно. Начинали с кино про семейную месть, а теперь у нас фильм-катастрофа с чудовищами.

Солдатик посмотрел на оживших супов, и впервые его лицо изменилось.

— Это не Сыворотка V.

Позади раздался женский голос:

— Верно подмечено, старик. Это не обычная Сыворотка V.

Бутчер резко развернулся, вскинув оружие. У разбитого шкафа с выпивкой появилась Ада Вонг.

Хьюи вытаращил глаза.

— Когда вы успели войти?

Ада покосилась на него.

— Пока вы препирались в кустах.

Френчи навёл на неё ствол.

— Вы им что-то вкололи?

Ада развела руками.

— Не надо на меня так смотреть. Сыворотка V компании «Воут» повела себя аномально. «Амбрелла» получила контракт на изоляцию и зачистку объекта.

Бутчер ухмыльнулся.

— И кто заказчик? Левая рука вашего босса поручила правой?

Ада возражать не стала.

— Бумаги оформим позже. Периметр уже перекрыт. Лучше никуда не бегать.

Снаружи чёрные бронемашины перегородили горную дорогу.

Из леса наступали отряды «Амбреллы». Красно-белые зонты ярко выделялись в темноте. Охранников, успевших добежать до периметра, повалили и прижали к земле.

ММ посмотрел в окно.

— Вы тут объект зачищаете или захватываете?

Ада улыбнулась.

— Зависит от того, насколько объект готов сотрудничать.

Из обрушенного перехода выскочил Лизун новой породы и бросился на зомби.

Электрический зомби вскинул руку и ударил током, но Лизун выдержал разряд. Костяными шипами он пронзил противнику плечо и пригвоздил его к стене.

Ток пошёл по шипам. Лизун задымился, но не отпустил добычу.

Он разинул пасть и откусил противнику половину головы.

Откушенная половина ещё дёргалась, а на месте раны уже росли крохотные бугорки плоти.

Ада наблюдала, прижав палец к наушнику.

— Запиши. Заражённые супы демонстрируют вторичную регенерацию.

В наушнике ответила Красная Королева:

— Данные загружены.

Солдатик сжал щит и уставился на Аду.

— И вы собрались управиться этими тремя тварями?

Ада посмотрела на него.

— А разве главная ударная сила не здесь?

Солдатик усмехнулся.

— Тогда смотри в оба.

Он поднял щит и пошёл к ближайшему зомби.

Бутчер обвёл взглядом зал, полный оживших чудовищ, и снова посмотрел на Аду.

— Ладно. Сегодня не будем строить из себя хороших ребят.

Ада отступила к двери, освобождая бойцам «Амбреллы» линию огня.

— Я никогда и не строила.

В глубине зала поднимались новые трупы.

Один из героев второго эшелона вскинул гниющее лицо. В пустых глазницах вспыхнули два раскалённых огонька.

Он раскрыл рот и зашипел на всех.

Глава 94. Что, если Хоумлендер мутирует?

Солдатик пошёл прямо на него.

Щит обрушился зомби на голову. Хруст расколотого черепа разнёсся по залу.

Зомби упал, но тут же поднялся.

Разбитый череп срастался. Из трещины лезла серовато-белая грануляционная ткань, затягивая обнажённый мозг. Не прошло и трёх секунд, как половина головы восстановилась. Накренив ещё не зажившую голову, зомби бросился на Солдатика.

Увидев это, Солдатик шагнул назад.

За весь вечер он отступил впервые.

— Блядь! — выругался он и взмахом щита отсёк зомби верхнюю половину тела.

Туловище дважды подскочило на полу. Ноги остались стоять на месте, сгибаясь в коленях, словно никак не могли решить, куда идти.

Хьюи глядел из-за колонны, чувствуя, как подкатывает тошнота.

— У него ноги ещё двигаются! Ноги двигаются!

ММ схватил его за ворот и пригнул.

— Заткнись. Не примани его сюда.

В зале уже поднялись семь или восемь зомби-супов. У одних не хватало рук или ног, из груди других торчали обломки дерева, но двигались все.

Женщина-зомби, способная выделять кислоту, ползла по полу и слизывала кровь. Там, где её язык касался пола, поднимался белый дым. Другой зомби, с усиленной мускулатурой, чудовищно раздувшимся кулаком крушил всё на пути.

Со всех сторон неслись крики.

Бутчер сидел за опрокинутой барной стойкой. Он уже дважды сменил магазин. В голову ползущего к нему зомби он выстрелил три раза подряд. Пули прошили череп. Зомби замер на две секунды, а потом пополз дальше.

— В голову бесполезно. — Бутчер отвёл ствол и повернулся к Аде Вонг.

Ада стояла у дверного косяка с планшетом. По экрану бежали кривые показателей.

— Мутационная реакция Сыворотки V в организме, — сказала она, не поднимая глаз. — «Воут» колола этим супам сыворотку слишком высокой чистоты. После смерти она берёт под контроль центральную нервную систему и заставляет труп двигаться. Органы, отвечающие за способности, ещё не отмерли, поэтому способности сохранились.

Бутчер смерил её взглядом.

— Ты сейчас серьёзно? Вместо того чтобы, блядь, помочь, лекцию читаешь?

— Бесплатно, — сказала Ада и убрала планшет.

Пока у них выдалась короткая передышка, Солдатика уже окружили несколько зомби.

Одного он разрубил щитом пополам. Верхняя половина отлетела в стену, нижняя завертелась на полу. Он наступил на позвоночник и раздавил его, втирая костяную крошку в щели между досками.

Но три секунды спустя на срезе уже нарастала плоть.

— Да как, блядь, их убивать?! — взревел Солдатик.

Его костюм был уже изрядно изодран.

На другом конце зала трое новых Лизунов «Амбреллы» тоже сцепились с зомби. Один пригвоздил мертвеца к полу костяным шипом и обвил длинным языком его голову, чтобы оторвать её. Из пасти зомби брызнула едкая жидкость. Половину морды Лизуна разъело до кости.

Тем временем Лизун распорол когтями грудь мертвеца и выдрал ещё бьющееся сердце.

Солдатик увидел, как зомби перестал двигаться.

— Сердце, — процедил он сквозь зубы. — Надо вырывать им сердца.

Он развернулся и бросился к ближайшему зомби-силачу. Тот колотил по колонне оторванной рукой, но на звук шагов повернул голову. Солдатик сунул руку ему прямо в грудь, протиснул пальцы между рёбрами, схватил ещё пульсирующее сердце и вырвал его.

Чёрная кровь брызнула ему на руку.

Зомби застыл, а потом рухнул, словно марионетка с обрезанными нитями. На этот раз он больше не шевелился.

Солдатик стряхнул кровь с руки. С каким-то странным выражением он смотрел на подрагивающее сердце у себя на ладони.

— Ну и мерзость, блядь.

Он швырнул сердце на пол и раздавил подошвой.

А зомби в зале становилось всё больше. Трупы, свалившиеся сверху, тоже мутировали после укусов. Из развалин выполз летающий суп-зомби. Наполовину сгнившие крылья всё ещё могли поднять его в воздух. Он спикировал на Солдатика, целясь когтями в лицо.

Солдатик уклонился и ребром щита срезал ему ногу. Зомби рухнул на пол и несколько раз перекатился. Из обрубка хлестала чёрная кровь. Он поднялся, опираясь на уцелевшую ногу, и зашипел на Солдатика.

— Старый солдат! — крикнул Бутчер из-за стойки. — Отходим! Здесь нельзя оставаться!

Солдатик не обернулся. Смотрел, как зомби снова и снова встают, а в груди у него разгорался жар.

Бутчер занервничал.

— Взорвёшь здесь всё — нас четверых заживо завалит! Пошли. Оставь их «Амбрелле». Пусть сами с этим дерьмом разбираются.

Солдатик так вцепился в щит, что побелели костяшки. Глядя на тварей, которых ничто не брало, он впервые испытал незнакомое чувство. Страхом он бы его ни за что не назвал.

Но от врагов, которым не было конца, от каждого трупа, готового снова подняться, навалилось знакомое по джунглям Никарагуа ощущение.

Тогда его тоже окружили.

— Уходим! — Он наконец развернулся и зашагал к Бутчеру.

Хьюи не поверил своим ушам.

— Он сказал «уходим»? Он правда сказал, что мы уходим?

ММ толкнул его к чёрному ходу.

— Меньше слов. Двигай, пока он не передумал!

Френчи уже распахнул заднюю дверь. Внутрь ворвался холодный воздух.

— Живо! Спереди бронемашины «Амбреллы», но сзади есть тропа через гору!

Впятером они выскочили через чёрный ход. За спиной оглушительно затрещало. Остатки перекрытия второго этажа рухнули на первый, и следом за беглецами погналась волна пыли.

Солдатик бежал последним. Он оглянулся.

Внутри виллы взметнулось пламя. Лизуны «Амбреллы» и зомби-супы всё ещё рвали друг друга. Сбоку наступал отряд «Амбреллы» с оружием, какого Солдатик прежде не видел. Оно било струями сине-белого огня, сжигая зомби вместе с мебелью.

С неба падали новые транспортные капсулы.

Ветер доносил обрывки приказов Ады:

— …изолировать всех… приоритет — живые образцы…

Солдатик отвернулся и нагнал остальных.

Они нырнули в лес за виллой и побежали вниз по сухим листьям и осыпавшимся камням. Френчи шёл первым, ММ замыкал, а посередине ковылял Бутчер, опираясь на Хьюи.

Минут через десять взрывы и стрельба за спиной стали стихать.

Бутчер привалился к дереву, чтобы отдышаться, и посмотрел на вершину.

На месте виллы взметнулся огромный огненный шар.

— Чисто сработано, — сказал Бутчер, сплёвывая пыль. — Так и убирают свидетелей.

Хьюи сидел на земле, бледный как мел.

— Эти люди… которые превратились в чудовищ… ещё недавно просто выпивали и танцевали…

Солдатик прислонил щит к стволу дерева. Долго смотрел на руки, залитые чёрной кровью, и молчал.

— В наши времена такого не было, — произнёс он негромко.

Бутчер посмотрел на него.

— Сыворотка V, — пояснил Солдатик. — От неё и тогда дохли часто. Но чтобы мёртвые обратно выползали? Какого чёрта «Воут» туда теперь добавляет?

Бутчер не ответил.

Френчи подбежал к ним с той стороны, куда ушёл на разведку.

— Тропа чистая. Внизу шоссе. Поймаем машину.

Бутчер оттолкнулся от дерева и выпрямился.

— Идём.

Солдатик взял щит и пошёл следом, но через два шага вдруг остановился.

— Бутчер.

Тот обернулся.

Солдатик стоял на месте. Луна освещала его лицо в пятнах пыли и крови.

— Та баба в плаще сказала, что «Воут» может делать из супов зомби. — Он смотрел прямо на Бутчера. — Если нынешняя Сыворотка V превращает мертвецов в таких тварей, то у моего пробирочного сынка… у него ведь тоже эта дрянь в крови.

Бутчер замер.

— Скажи-ка, — Солдатик шагнул ближе, — если Хоумлендер превратится в такую тварь, кто его тогда убьёт?

В лесу только ветер шуршал листвой.

Бутчер открыл рот, но так ничего и не сказал.

На далёкой вершине всё ещё горел огонь.

Глава 95. Падающую стену толкают все

Пожар на вилле в Вермонте бушевал всю ночь. Только в шесть утра в пожарную службу поступил анонимный звонок, и расчёты выехали на место.

Перед ними были обугленные развалины. Фундамент обрушился, наружу торчала арматура. В воздухе стоял густой запах горелой пластмассы вперемешку с тошнотворной вонью крови.

Начальник пожарных постоял у края развалин и повернулся к заместителю.

— Сообщите в ФБР.

Но ФБР ещё не успело никого отправить, а интернет уже взорвался.

В девять семнадцать утра на крупнейших платформах США появился ролик длиной четыре минуты двадцать три секунды. Ни имени загрузившего, ни водяного знака, ни IP-адреса, по которому можно было бы установить источник. Видео сразу появилось на главных страницах Twitter, Facebook и YouTube.

Первые кадры были сняты в лаборатории под резким белёсым светом. На операционном столе из нержавеющей стали лежал младенец. Запястья и лодыжки стягивали ремни. В заднюю часть шеи ввели тончайшую иглу, от неё прозрачная трубка тянулась к синему флакону с надписью «Сыворотка V-07».

Ребёнок плакал. Тихо, но от этого звука по коже бежали мурашки.

Кадр сменился. Другой младенец, ещё меньше, с неперерезанной пуповиной. После укола Сыворотки V его кожа покрылась крупными красными пятнами, которые быстро начали гноиться. Рядом исследователь в перчатках делал записи. Камера скользнула по его бейджу: отдел биологических исследований «Воут Интернэшнл».

Следующий кадр — ряды инкубаторов с младенцами. Одни шевелились, другие лежали совершенно неподвижно. Тех, кто не двигался, складывали в чёрные пластиковые мешки, и сотрудники в защитных костюмах вывозили их из лаборатории на каталках. На стене в конце коридора висел логотип «Воут Интернэшнл».

На середине ролика изображение изменилось. Вместо мутных кадров, снятых украдкой, пошла чёткая запись с камер наблюдения, с отметками времени и номерами камер.

Вермонт. Вчерашняя вилла. Быстрой нарезкой мелькнули кадры, где супы пили, принимали наркотики и бесились на вечеринке. Потом поднялся первый труп. Шея супа, управлявшего электричеством, была вывернута назад, глаза закатились, изо рта хлынула чёрная кровь. Спина разошлась, оттуда полезли мясистые щупальца, и с их концов посыпались разряды.

Затем поднялись и другие трупы. Женщина, плевавшаяся кислотой, ползла по полу с распоротым животом. Силач проломил стену деформированным кулаком. Летающий суп выползал из руин, волоча за собой половину сгнившего крыла.

В правом нижнем углу экрана проступила белая строка: «Сыворотка V компании „Воут Интернэшнл“. Реакция человеческого организма после введения чрезмерной дозы».

Последние тридцать секунд на экране страницу за страницей показывали документ. Это было внутреннее письмо «Воут Интернэшнл», отправленное одним из руководителей отдела биологических исследований на личную почту Стэна Эдгара.

Письмо было коротким: «Смертность среди испытуемых, получивших препарат партии V-07, составила 62 процента. У 43 процентов выживших наблюдаются неконтролируемые мутации. Рекомендуем приостановить применение данной партии».

Ответ Эдгара состоял из одной строки: «Применение продолжить. Бюджет утверждён».

Письмо было датировано тремя годами ранее.

На этом видео обрывалось. Ни титров, ни субтитров, ни призывов или подстрекательских фраз. Всё показали как есть, чтобы каждый мог увидеть сам.

К десяти утра число просмотров перевалило за восемь миллионов.

В половине одиннадцатого — пятнадцать миллионов.

К одиннадцати — тридцать миллионов.

В Twitter тема «Опыты „Воут“ над младенцами» вышла на первое место в мире.

· · ·

Здание «Амбреллы».

Сара Коннор сидела за длинным столом. Перед ней стояли три раскрытых ноутбука. На каждом была своя страница мониторинга общественной реакции. Цифры менялись на глазах, комментарии захлёбывались от возмущения.

Раздался голос Красной Королевы:

— К настоящему моменту ролик удаляли 417 раз и заново загружали 503 раза. Юристы «Воут» рассылают платформам требования об удалении в связи с нарушением авторских прав. Новые копии появляются гораздо быстрее, чем их успевают удалять.

— Что делает их отдел по связям с общественностью?

— Сорок минут назад офис Стэна Эдгара назвал видео подделкой и сообщил, что заказал техническую экспертизу у сторонней организации.

— К сожалению для них, публика успеет вынести свой вердикт задолго до результатов экспертизы.

Сара развернула один из ноутбуков к Аде Вонг, сидевшей напротив. Шёл прямой эфир CNN. Ведущая брала интервью у педиатра. Тот покраснел и говорил дрожащим голосом:

— Если эти кадры подлинные, то действия «Воут Интернэшнл» выходят далеко за рамки обычного нарушения закона. Это преступление против человечности!

В час дня в сети появилось второе видео.

На этот раз автор назвался. Мужчина представился бывшим исследователем третьего уровня в «Воут Интернэшнл». Он сидел в гостиной обычной квартиры, в клетчатой рубашке и очках.

— Меня зовут Дэниел Флеминг. Я одиннадцать лет проработал в отделе биологических исследований «Воут Интернэшнл» и участвовал во всех испытаниях Сыворотки V на людях.

— Я бывал в той лаборатории с младенцами, которую показали в утреннем видео. Я проработал там три года и лично ввёл Сыворотку V более чем двумстам младенцам.

Он глубоко вдохнул и продолжил:

— Погибшим присваивали номера, их взвешивали, фотографировали и отправляли на кремацию. Выживших передавали в приёмные семьи, опекунам, которых назначала «Воут».

— Супергерои, которых вы видите по телевизору, прошли через это. Старлайт, королева Мэйв, Глубина. Все до единого.

Он посмотрел в камеру. На глазах выступили слёзы.

— Я решился заговорить сегодня из-за того, что увидел на вилле в Вермонте прошлой ночью. Смелости тут никакой. Те люди умерли и снова встали. Те супы превратились в чудовищ.

На этих словах видео закончилось.

К трём часам дня число просмотров ролика Дэниела Флеминга перевалило за пятьдесят миллионов.

Тем временем ещё трое людей, назвавших себя бывшими сотрудниками «Воут», опубликовали на разных платформах похожие свидетельства. Один работал в логистике, другой в охране, третий в юридическом отделе. Каждый сообщал свои подробности, и все они сводились к одному. «Воут Интернэшнл» десятилетиями ставила незаконные опыты на младенцах, чтобы производить супов, а потом придумывала им биографии и продавала публике как «избранных».

К шести вечера ситуация окончательно вышла из-под контроля.

За один час магазины «Воут» разгромили в четырёх городах: Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Чикаго и Хьюстоне. Протестующие били витрины кирпичами, выбрасывали на улицу фигурки героев и прочие сувениры, топтали их. Одни поднимали распечатанные кадры опытов над младенцами. Другие несли самодельные плакаты: «„Воут“ убивает детей», «Ваши супергерои — фальшивка».

В Twitter хештег «Бойкот „Воут“» набрал более ста миллионов просмотров за два часа. Акции компании на торгах после закрытия рынка рухнули на девятнадцать процентов.

В тот же день во второй половине дня Стэн Эдгар спешно созвал вторую пресс-конференцию. В тёмном костюме, с ледяным лицом, он стоял в пресс-зале башни «Воут» перед камерами сотни репортёров.

— «Воут Интернэшнл» оставляет за собой право прибегнуть ко всем предусмотренным законом средствам защиты от ложных обвинений. Мы поручили трём независимым организациям провести техническую экспертизу этих видео. До публикации результатов я призываю общественность сохранять рассудительность.

— Мистер Эдгар! — перебил его репортёр. — Дэниел Флеминг утверждает, что проработал у вас одиннадцать лет. Есть ли сведения об этом человеке в кадровой базе «Воут»?

— В «Воут Интернэшнл» работает более восьмидесяти тысяч человек. Отдел кадров рассмотрит ваш запрос в установленном порядке.

— То есть вы допускаете, что он у вас работал?

— Я сказал, что мы проверяем.

Поднялся другой репортёр.

— Мистер Эдгар, на записи с камер виллы в Вермонте видно, как погибшие супы оживают под действием Сыворотки V и нападают на живых. Что вы на это скажете?

Эдгар посмотрел на него, не меняясь в лице.

— «Воут Интернэшнл» никогда и ни при каких обстоятельствах не подтверждала существования Сыворотки V.

В зале поднялся шум.

· · ·

В главном диспетчерском зале здания «Амбреллы» Майкл Росс сидел во вращающемся кресле. Огромный экран перед ним был разделён на шестнадцать окон, в каждом шёл прямой эфир из своего города.

Росс смотрел, как наседают на Эдгара, и был в прекрасном настроении.

Заговорила Красная Королева:

— За последние два часа юристы «Воут» разослали письма сорока семи американским СМИ с требованием снять публикации. Пока материалы удалили три небольших издания. Остальные не ответили.

— Как и ожидалось. — Росс повернулся в кресле вполоборота. — Когда шум на всю страну, эти письма — макулатура. Эдгар должен понимать это лучше меня.

— Запускаем третью волну публикаций?

Росс немного подумал.

— Не спеши. Пусть пуля ещё полетит.

Он встал, подошёл к голографическому экрану и вывел трансляцию из Нью-Йорка. У башни «Воут» уже собралось больше тысячи человек. Полиция выставила ограждения, но толпа всё росла.

Росс включил внутреннюю связь.

— Сара, как там у вас в Нью-Йорке, у здания?

— Весело. Народу всё прибавляется. — Сара говорила непринуждённо, словно смотрела представление.

— Завтра, скорее всего, будет вдвое больше. Пусть UBCS охраняют только нашу территорию. С бардаком у «Воут» пусть разбираются сами.

— Не волнуйтесь, босс. Велю ребятам сварить кофе. Будем сидеть в караулке и смотреть, как у соседей всё громят.

Росс отключил связь и вернулся в кресло.

На голографическом экране пресс-конференция Эдгара ещё шла. Вопросы репортёров становились всё острее, но пробить его защиту им так и не удавалось.

В углу экрана Красная Королева вывела новое сообщение: «Morgan Stanley, основной банк-партнёр „Воут Интернэшнл“, заморозил две кредитные линии на общую сумму свыше трёх миллиардов долларов до завершения оценки рисков».

Росс мельком взглянул на сообщение и ничего не сказал. Сложив руки на коленях, он молча смотрел на человека, на которого теперь наседал весь мир.

Глава 96. Величайший шедевр

Ролик уже двое суток не сходил с первых полос интернета. Сотрудники отдела по связям с общественностью «Воут Интернэшнл» сорок восемь часов подряд не смыкали глаз.

Супы со всей Америки оборвали телефоны «Воут». Горячая линия не выдержала наплыва звонков. Все спрашивали примерно об одном: не превратит ли их в такую же тварь Сыворотка V, которая уже у них в крови?

В переговорной нью-йоркской штаб-квартиры кризисная группа проводила уже седьмое совещание по связи.

— Западное отделение сообщает, что сегодня утром Ударница и Железная Стена отказались явиться на запланированные рекламные мероприятия, — охрипшим голосом зачитал с планшета руководитель в сером костюме. — Они требуют от «Воут» письменного подтверждения, что партии Сыворотки V, которые им вводили, безопасны.

— Письменного подтверждения? — Другой руководитель потёр виски. — Что нам им выдать, сертификат соответствия?

— Я серьёзно, Ричард. Агент Ударницы уже предупредил: если за сорок восемь часов не будет ответа, она даст эксклюзивное интервью NBC.

На две секунды в переговорной стало тихо.

— Пусть даёт, — отозвался кто-то из угла. — У неё рейтинги ниже, чем у ночного телемагазина.

Никто не засмеялся.

В тот же день после полудня служба внутренней безопасности «Воут Интернэшнл» разослала всем супам, работавшим по контракту, зашифрованное уведомление.

Вся суть умещалась в трёх абзацах.

В первом говорилось, что все мутировавшие в Вермонте супы долгое время употребляли запрещённые вещества. Посторонние препараты сильно загрязнили Сыворотку V в их организме, что после смерти вызвало непредсказуемую биохимическую реакцию. К Сыворотке V, введённой по официальным каналам, эта реакция отношения не имела.

Во втором утверждалось, что вся Сыворотка V, которую получают зарегистрированные супы «Воут Интернэшнл», проходит строгий контроль качества. Каждую партию можно отследить, а безопасность препарата подтверждена пятьюдесятью годами внутренних наблюдений.

В третьем предупреждали, что любое публичное обсуждение Сыворотки V без разрешения будет считаться нарушением соглашения о неразглашении. «Воут Интернэшнл» оставляла за собой право привлечь нарушителя к ответственности в полной мере.

· · ·

Башня «Воут». Личные апартаменты Хоумлендера.

Он стоял у окна во всю стену, сцепив руки за спиной, и смотрел на плотную толпу протестующих внизу. Они вскидывали плакаты, показывали башне средние пальцы и выкрикивали слова, которые он слышал до последнего слога.

— Детоубийца!

— Фальшивый герой!

— «Воут», гори в аду!

Пальцы за спиной медленно сжались.

Из стекла на него смотрело отражение с той самой улыбкой, которую он показывал по телевизору.

Эшли Барретт толкнула дверь и чуть не споткнулась об осколки у порога. Журнальный столик был опрокинут. Стоявшая на нём хрустальная ваза разлетелась по полу. Семейная фотография висела криво, правый верхний угол рамки рассекла трещина.

— Мистер Хоумлендер, мистер Эдгар просит вас…

— О чём просит? — Хоумлендер не обернулся. — Прийти на совещание? Сняться в ролике? Встать перед камерой и сказать американцам, что «Воут» не ставит опытов над младенцами?

Эшли сглотнула.

— Он считает, что сейчас нам нужно придерживаться единой версии…

— Версии. — Хоумлендер наконец повернулся. Он всё ещё улыбался, и эта улыбка никак не вязалась с его голосом. — Эшли, спустись вниз и почитай, что у них на плакатах. Как они меня называют?

Эшли промолчала.

— Ребёнком из пробирки. — Хоумлендер пошёл к ней. Под сапогами хрустело стекло, перемалываясь в пыль. — Говорят, я товар, который «Воут» произвела в лаборатории. Как стиральный порошок на полке.

— Это всего лишь слухи из интернета…

— Правда? — Он остановился перед ней и посмотрел сверху вниз. — Тогда скажи, как я появился на свет.

Эшли открыла рот и снова закрыла.

— Вот видишь. Ты тоже сказать не можешь. — Хоумлендер похлопал её по плечу с такой силой, что у неё подогнулись колени. — Передай Эдгару, что я не буду сниматься. Пусть объясняет сам. Он заварил эту кашу.

Эшли почти бегом выскочила из комнаты.

Когда дверь закрылась, Хоумлендер вернулся к окну. Он обвёл взглядом толпу, посмотрел через улицу и остановился на другом здании, в нескольких кварталах отсюда.

Здание «Амбреллы».

Там было тихо. У входа ни одного протестующего.

Он стиснул зубы так, что на скулах вздулись желваки.

· · ·

В это же время на тридцать девятом этаже башни «Воут», в финансовом отделе, трое руководителей набивали портфели документами. На столе лежали подписанные распоряжения о переводах: от восьми до двадцати трёх миллионов долларов, всё на офшорные счета на Каймановых островах.

— Быстрее. Вертолёт ждёт на крыше, — сказал вполголоса тот, кто был за главного. Руки у него так тряслись, что он никак не мог застегнуть молнию.

— А визы? — спросила стоявшая рядом женщина.

— В сумке. Все три. Пересядем в Майами, завтра утром будем на месте.

— Эдгар знает?

— Эдгару сейчас не до нас. Пока он спохватится, мы уже…

Дверь целиком влетела в кабинет, рухнула на стол для совещаний и смахнула на пол документы и ноутбуки.

На пороге стоял Хоумлендер.

Плащ ещё колыхался за его спиной. На сапогах налипли клочья коврового покрытия из коридора.

Все трое замерли.

— Куда-то собрались? — Хоумлендер склонил голову. Тон был почти такой, каким здороваются с соседом.

Главный поднял руки.

— Мистер Хоумлендер, мы просто…

— Просто что? Удираете с деньгами компании? — Хоумлендер вошёл и отшвырнул ногой дверь. — Пока меня проклинает весь мир, вы пакуете чемоданы на острова?

— Нет, мы…

Хоумлендер схватил его за галстук и поднял над полом. Мужчина задрыгал ногами, с одной слетел кожаный ботинок.

— Знаешь, что я ненавижу больше всего? — Хоумлендер смотрел ему в лицо. — Уж точно не тех, кто орёт на улице. Они меня не знают. Им простительно быть идиотами.

Он швырнул мужчину на стол. Столешница переломилась посередине.

— Больше всего я ненавижу таких, как ты. Неблагодарных предателей.

Женщина завизжала и побежала к окну. Хоумлендер даже не повернул головы. Из глаз ударили два луча и прожгли пол у самых её ног. Она споткнулась, упала и больше не смела шевельнуться.

Третий руководитель осел прямо на пол. На брюках расплывалось тёмное пятно.

Хоумлендер взглянул на него. Уголок рта дёрнулся.

— Жалкое зрелище.

Он наклонился, подобрал рассыпанные распоряжения и просмотрел одно за другим. Каймановы острова, двадцать три миллиона. Каймановы острова, шестнадцать миллионов. Каймановы острова, восемь миллионов.

Он собрал бумаги в стопку и растёр между ладонями. Обрывки посыпались на пол.

— Деньги принадлежат «Воут». «Воут» принадлежит мне. Вы крадёте у меня.

Главный скатился с проломленного стола. Он держался за рёбра, лицо было залито кровью.

— Мистер Хоумлендер… пожалуйста… мы всё вернём…

Хоумлендер присел перед ним на корточки.

— Вернёте? — Он похлопал мужчину по щеке. — Думаешь, дело в деньгах?

По коридору загремели торопливые шаги. Охранники добежали до дверного проёма и застыли при виде разгрома. Войти никто не решился.

Хоумлендер встал и поправил плащ. Посмотрел на выстроившихся у двери охранников и улыбнулся.

— Заприте всех троих. Увижу, что кто-то ещё меня предал, сам отправлю его на тот свет.

Он вышел. Охрана сама расступилась.

В конце коридора из лифта выходил Эдгар.

Они встретились посередине коридора.

— Ты нападаешь на людей в моём здании, — сказал Эдгар на удивление спокойно.

— В твоём здании? — Хоумлендер уставился на него. — Ты даже с теми, кто снаружи, справиться не можешь. А думаешь, здесь ещё что-то контролируешь?

Эдгар оставил вопрос без ответа. Посмотрел на кабинет с вырванной дверью за спиной Хоумлендера, потом на пробоину в потолке коридора, очертаниями похожую на человеческое тело.

Несколько секунд он молчал.

— Тебе надо успокоиться.

— Я спокоен. — Хоумлендер шагнул вперёд. Между ними осталось меньше полуметра. — Знаешь, о чём я думаю, Стэн? Может, те, кто кричит на улице, правы? Я и правда просто то, что вы сделали шприцами в лаборатории?

Эдгар поднял голову и встретился с ним взглядом.

— Ты величайший шедевр «Воут».

Улыбка исчезла с лица Хоумлендера.

— Шедевр, — повторил он.

Потом повернулся и ушёл.

Эдгар стоял и смотрел, пока его фигура не скрылась в конце коридора. Руки он держал в карманах, и никто не видел, как дрожат его пальцы.

Он развернулся, вошёл в лифт и нажал кнопку верхнего этажа. Прежде чем створки сомкнулись, он обратился к помощнику:

— Свяжитесь с советом директоров. Сегодня вечером экстренное заседание.

Помощник помедлил.

— Какая повестка?

Эдгар посмотрел на своё отражение в створках лифта. Оно выглядело на десять лет старше него.

— Сокращаем убытки.

Глава 97. Нажива

Улей корпорации «Амбрелла». Уровень B5.

Когда двери грузового лифта открылись, из коридора пахнуло дезинфекцией и гниющей плотью.

Доктор Уильям Биркин в полном защитном костюме стоял у гермодвери в кольцевом коридоре сектора C. В руках он держал стопку распечаток с биологическими данными.

Майкл Росс вышел из лифта. Поверх костюма на нём был белый халат.

За ним шли Сара Коннор и Кимико.

— Сюда, босс. — Биркин посторонился. — Испытательный полигон номер два освобождён. Все живые образцы переведены в изоляционные капсулы на уровне B9.

Росс кивнул и пошёл дальше по коридору.

— Сколько всего привезли из Вермонта?

— Одиннадцать, — ответил Биркин, на ходу листая бумаги. — У семерых органы, отвечающие за способности, сохранили полную активность. Двое в пути мутировали повторно и повредили внутренние стенки транспортных контейнеров. У оставшихся двоих по дороге остановилось сердце. В Улей их привезли уже окончательно мёртвыми.

— Семь пригодных. Неплохо. — Росс толкнул боковую дверь испытательного полигона номер два.

В зале горели все лампы. Стены из серебристо-белого сплава отражали ослепительный свет.

В центре стояли семь прозрачных цилиндрических капсул. В каждой находился зомби-суп, и все они выглядели по-разному.

В ближайшей капсуле в растворе плавала женщина-зомби.

Живот у неё был распорот. Из раны непрерывно сочилась жёлто-зелёная едкая жидкость. При контакте с питательным раствором она выпадала белыми хлопьями.

Глаза женщины ещё двигались. Пустые зрачки следили за людьми снаружи.

— Кислотный тип? — Росс подошёл к капсуле, засунув руки в карманы халата.

— Да, образец FV-02. — Биркин наклонился ближе. — При жизни она выделяла едкую жидкость. После смерти Сыворотка V перехватила управление центральной нервной системой. Кислота стала на тридцать семь процентов эффективнее. По нашим испытаниям, теперь она проедает стальную плиту толщиной три сантиметра за четыре секунды.

Росс ещё немного посмотрел на женщину и повернулся к следующей капсуле.

Зомби внутри был гораздо крупнее. Мышцы раздулись до уродливых пропорций. Под кожей бугрились чёрные вены.

Кулаки были больше человеческой головы, костяшки покрывал твёрдый роговой слой.

— Силовой тип, FV-04, — сказал Биркин. — При жизни его сила оценивалась примерно в пятнадцать тонн. Текущий предел мы ещё не измерили. Он пробил мишень из сплава, а новую пока не привезли.

Сара, до этого сверявшая данные на планшете, подняла голову.

— Доктор Биркин, насколько они управляемы? Их можно направлять, как Лизунов?

Биркин поправил защитные очки. Вопрос явно поставил его в затруднение.

— Пока нет. Бо́льшая часть коры у них отмерла, но то, что осталось, гораздо активнее, чем у обычных зомби. Сыворотка V сформировала у них собственные нейронные цепи. Они глушат сигналы наших штатных управляющих игл.

— То есть, если их выпустить сейчас, они будут кусать всё, что увидят, — подытожила Сара.

— Примерно так.

Росс не обернулся. Он дошёл до последней капсулы и остановился.

Этот зомби отличался от остальных.

Тело покрывала полупрозрачная плёнка. Сквозь неё было видно, как под кожей блуждают сине-белые электрические дуги.

Глаза не побелели. В них горели два тёмно-синих огня.

— Электрический тип, — сказал Росс.

— Да, FV-07. — Биркин подошёл, и в его голосе послышалось возбуждение. — Самый ценный из привезённых образцов. При жизни он выдавал около пятидесяти тысяч вольт. После мутации дистанционные замеры показали больше двухсот тысяч в пике. Кроме того, разряд может преследовать цель по любому проводнику.

— Как будете управлять ими?

— Алексия работает над этим. По её словам, если заменить металлические иглы паразитом-носителем, теоретически можно обойти помехи от цепей, созданных Сывороткой V. Но понадобится две-три недели.

Росс повернулся и оглядел полигон. семь зомби-супов тихо плавали в питательном растворе. Зеленоватый свет ложился ему на лицо.

— Две-три недели — слишком долго. Передайте Алексии, что у неё неделя. Мне достаточно, чтобы они отличали своих от чужих.

Биркин помедлил.

— Босс, если управление будет ненадёжным, в бою это может привести к…

— К чему? Покусают наших? — Росс усмехнулся. — Уильям, они с самого начала были расходным материалом. Я не собираюсь держать их как домашних питомцев. Хватит и одного применения.

Биркин ничего больше не сказал и сделал несколько пометок на бумаге.

Сара наклонилась к Россу и понизила голос:

— Босс, я видела данные, которые прислала Ада. На вилле Солдатику понадобилось почти четыре минуты, чтобы найти у этих зомби слабое место. Для супа, который может стрелять из груди, четыре минуты — немало.

— К чему ты клонишь?

— С рядовыми супами они справятся без труда. Но если цель уровня Хоумлендера… — Сара покачала головой. — Боюсь, его и толпой не завалить.

Росс покосился на неё.

— А кто сказал, что я собираюсь натравить их на Хоумлендера?

Сара на мгновение растерялась.

— Эти, — Росс указал на зомби в капсулах, — для зачистки поля боя. Перебьют второсортный и третьесортный сброд «Воут», посеют хаос и оттянут на себя их охрану. А что до Хоумлендера…

Он не договорил. Похлопал Сару по плечу и направился к двери.

— Пусть Красная Королева сохранит полную запись операции в Вермонте. Гриф секретности — класс A. И отправьте генетические карты всех семи образцов в лабораторию Алексии.

— Поняла.

Росс вышел с полигона и ненадолго задержался в коридоре. Достал телефон. На экране было 2:47 ночи.

— Красная Королева.

— Да.

— На сколько завтра упадут акции «Воут» на открытии?

— По итогам торгов после закрытия и по текущим моделям общественной реакции ожидается падение от двадцати двух до двадцати шести процентов. Если в ходе сессии начнутся панические распродажи, возможна приостановка торгов.

Росс убрал телефон в карман. Уголки губ приподнялись.

— Хорошо. готовься вытаскивать сеть.

· · ·

На следующий день. Нью-Йоркская фондовая биржа, 9:30 утра.

Едва прозвенел звонок, акции «Воут Интернэшнл» открылись с падением на девятнадцать процентов.

На экранах в торговом зале свечной график «Воут» полетел вниз, словно воздушный змей с оборванной нитью.

За первые пятнадцать минут объём заявок на продажу в сорок семь раз превысил объём заявок на покупку.

Котировки пробили три уровня поддержки. При каждом движении цены компания теряла миллионы долларов капитализации.

В 9:52 падение достигло двадцати пяти процентов. Сработал первый защитный механизм биржи. Торги приостановили на пятнадцать минут.

· · ·

Улей корпорации «Амбрелла». Главный диспетчерский зал.

Росс сидел во вращающемся кресле. На голографическом экране перед ним в реальном времени шли данные Нью-Йоркской фондовой биржи.

Красные цифры непрерывно скакали. Каждое обновление отнимало у «Воут Интернэшнл» ещё несколько сотен миллионов долларов.

— Торги приостановлены, — сообщила Красная Королева. — Текущая цена акций на двадцать пять целых три десятых процента ниже вчерашнего закрытия. Потеря капитализации составляет около четырнадцати миллиардов долларов.

Росс спокойно взял кофе со стола и отпил.

— Что с первой группой коротких позиций?

— Позиции открыты через двадцать семь инвестиционных компаний, зарегистрированных за рубежом. Общий объём пут-опционов и коротких позиций — около четырёхсот двадцати миллионов долларов. Текущая нереализованная прибыль составляет примерно сто восемьдесят миллионов.

— Держи. Закрывать пока рано. — Росс поставил чашку. — Как только торги возобновятся, цена пойдёт ещё ниже.

В 10:07 торги возобновились.

Акции «Воут» ненадолго отскочили на три процента и снова рухнули.

Частные инвесторы в панике продавали. Крупные фонды тоже сокращали позиции.

По всему стакану заявок не было видно серьёзного спроса.

В 10:31 падение достигло тридцати двух процентов. Торги остановили снова.

Росс смотрел на экран, мерно постукивая пальцами по подлокотнику.

— Красная Королева, сколько акций, сброшенных частниками, ушло на наши счета?

— К моменту второй остановки торгов мы собрали около нуля целых семи десятых процента всех обращающихся акций «Воут Интернэшнл». Покупали через закрытые торговые площадки четырнадцати офшорных компаний. Средняя цена на двадцать восемь процентов ниже вчерашнего закрытия.

— Ноль целых семь десятых. Мало. — Росс покачал головой. — Покупай активнее, по-прежнему распределяя сделки. На одном счёте за день — не больше пяти десятитысячных от общего числа акций в обращении. Система надзора SEC не должна заметить закономерность.

— Поняла. Скорректировать короткие позиции?

— Оставь как есть. Одновременно играем на понижение и скупаем. Левой рукой обваливаем рынок, правой подбираем товар.

Сара вошла через боковую дверь с тарелкой сэндвичей. Поставила её на стол возле Росса, придвинула стул и села, глядя на цифры.

— Босс, сколько вы намерены прибрать к рукам?

— Акций «Воут»? — Росс взял сэндвич и откусил. — До пяти процентов хватит. Если перевалить за пять, придётся раскрыть долю, а это уже неинтересно.

— И что дадут пять процентов?

— Особой власти не дадут, зато испортят им настроение. — Росс вытер уголок рта. — И это только первый раунд. «Воут» так просто не развалится. У старого лиса Эдгара ещё остались козыри. Связи в правительстве, военные контракты, монополия на супов… Парой роликов такое не разрушишь.

Он встал, подошёл к голографическому экрану и открыл схему акционерного капитала «Воут Интернэшнл».

— Но чем больше у него бардака, тем больше мы сможем забрать, — сказал он, повернув голову к Саре. — Акции — лишь часть добычи. В смуту поставщики «Воут» разбегутся, контрактные супы начнут сомневаться, сотрудники переметнутся к другим. Всё это по отдельности дороже акций.

Глава 98. Новая тень под зонтом

Подвал заброшенного склада в Бруклине.

На бетонном полу стоял старый побитый телевизор с кинескопом. Экран рябил, сигнал то появлялся, то пропадал. Френчи целую вечность вертел антенной из проволочной вешалки, пока наконец не шлёпнул по корпусу. Картинка стала хоть сколько-нибудь разборчивой.

Ведущая CNN едва скрывала возбуждение:

— Акции «Воут Интернэшнл» сегодня снова обвалились. За сессию торги приостанавливали дважды. К закрытию бумаги потеряли более сорока одного процента по сравнению с прошлой неделей. Несколько агентств уже понизили кредитный рейтинг «Воут» до мусорного уровня…

Показали вход в Нью-Йоркскую фондовую биржу. Оттуда выходили люди в костюмах с картонными коробками в руках. Лица у них были такие, будто они только что пережили катастрофу.

— Сорок один процент, — сказал ММ, привалившись к стене с банкой тёплого пива. — Наконец-то эти ублюдки узнали, каково это, когда тебя весь мир презирает.

Хьюи сидел в углу на раскладушке с ноутбуком на коленях и листал тренды в Twitter.

— Смотрите, кто-то прилепил лицо Эдгара к логотипу детской смеси. Подпись: «Супермалыш от „Воут“. Купи одного, получи второго бесплатно. Побочный эффект — воскрешение после смерти».

Френчи отошёл от телевизора, отряхивая руки.

— Не смешно, брат.

Хьюи поднял на него глаза.

— Ты забыл, что было той ночью в Вермонте? — Френчи подошёл к верстаку и опёрся ладонями о край. — Только что люди лежали на полу, а через секунду уже ходили, хотя были мертвы.

На несколько секунд в подвале стало тихо.

Бутчер сидел на продавленном диване, положив правую ногу на перевёрнутое пластмассовое ведро. Гипс был весь в черепах, которые Френчи нарисовал от скуки. Бутчер до сих пор не сказал ни слова. Смотрел в телевизор, но явно думал о другом.

— Вы ведь все об одном и том же думаете?

Никто не ответил.

Бутчер указал на рюкзак Хьюи в углу. Чёрный, застёгнутый доверху, он стоял у стены. Внутри лежал серебристый холодильный кейс от королевы Мэйв. В нём было четыре флакона временной Сыворотки V.

— Достань, — сказал Бутчер.

Хьюи помедлил, потом подошёл, расстегнул рюкзак и осторожно вынул металлический кейс. Поставил на верстак.

Все четверо встали вокруг него полукругом.

Френчи нажал на кодовый замок. Крышка откинулась. В углублениях поролона аккуратно лежали четыре стеклянных флакона. В полумраке флуоресцентная зелёная жидкость отливала жутким светом.

— Вот эта дрянь, — напряжённо сказал ММ, глядя на флаконы. — Такая же была у тех людей в Вермонте.

Хьюи отступил на полшага.

— Мэйв сказала, это временная версия. Она менее чистая, чем штатная…

— Менее чистая — значит безопасная? — перебил Френчи. — Ты видел, как они умирали. Пока сердце не вырвешь, не остановятся. Хочешь стать таким? Я вот не хочу.

— Никто не говорит, что мы сейчас её вколем, — тихо сказал Бутчер.

— Тогда какого хрена ты заставляешь нас смотреть на это дерьмо? — ММ повернулся к нему.

Бутчер поднялся с дивана и на костылях добрался до верстака. Он смотрел на четыре зелёных флакона со смешанным чувством.

— Потому что пора кое-что признать. — Он поднял глаза и посмотрел на каждого по очереди. — Солдатик силён, но приказов не слушает. Сегодня он нам помогает, а завтра, глядишь, и нас взорвёт. А Хоумлендер…

Он помолчал.

— Хоумлендер ему сын.

Хьюи побледнел.

— Думаешь, он не решится?

— Думаю, до последнего никто этого не узнает. Вдруг старик пойдёт на попятную в самый последний момент? Вдруг на него отцовская любовь нахлынет? Я в нём, конечно, такого таланта не вижу. Но вдруг? Что тогда делать?

Костыль указал на кейс.

— Вот что.

В подвале повисла тяжёлая тишина.

Первым заговорил Френчи:

— Эта штука мозги поджаривает. Мэйв сама сказала: от трёх до пяти доз — и можно не выжить.

— Одна доза. — Бутчер поднял палец. — Только в крайнем случае. Одна доза, сутки со способностями. Хватит, чтобы дать дёру.

— Дать дёру? — Голос Хьюи взлетел. — Ты про то, чтобы сбежать? Мы с ним драться не будем?

— Малой, думаешь, мы сейчас его одолеем? — Бутчер усмехнулся. — Я сам еле хожу. Каким хреном мне с ним драться? Я к тому, что, если всё полетит к чертям, нам нужно знать, как уйти.

ММ долго молчал. Посмотрел на флаконы, потом на бледное лицо Хьюи.

— Тогда договоримся. Дрянь остаётся под замком, ключ у меня. Захочет кто-то её использовать — решаем все вместе. Единолично тут никто не командует.

Бутчер посмотрел на ММ. Уголок рта слегка дёрнулся.

— Ладно.

Френчи захлопнул крышку. Кодовый замок щёлкнул. ММ забрал кейс, засунул на самое дно своей дорожной сумки и прикрыл грязной одеждой.

Новости всё ещё шли.

Теперь показывали вход в башню «Воут». Толпа протестующих с факелами подожгла картонную фигуру Хоумлендера. Пламя отражалось в объективе, словно на репетиции конца света.

Хьюи снова забрался на раскладушку и обхватил колени. Хотел позвонить Энни, но по дороге сюда Грейс Мэллори забрала у него телефон. Он не знал, как там Энни и в безопасности ли она в здании «Амбреллы».

— Эй.

Хьюи поднял голову. Солдатик уже успел спуститься. На нём был залатанный зелёный костюм, мокрые волосы зачёсаны назад. В руке он держал почти пустую бутылку водки.

— Что смотрите? — Солдатик покосился на телевизор. — Акции? На бирже играете?

— Акции «Воут» рухнули, — ответил Хьюи.

— Хорошо. — Солдатик глотнул водки и сел на нижнюю ступеньку. — Пусть эти ублюдки в костюмах с крыш прыгают.

Он уставился на горящую картонную фигуру на экране. Взгляд стал отрешённым.

— Кто это, на картонке?

— Хоумлендер, — ответил ММ.

Солдатик промолчал. Поставил пустую бутылку на ступеньку. Она перекатилась пару раз и упёрлась в стену.

— Этого младенца в трико боитесь? — вдруг спросил он, кивнув на сумку ММ.

Все напряглись.

— Ты слышал? — спросил Бутчер.

— Ты меня за кого держишь, Бутчер? — Солдатик посмотрел на него. — Я каждое слово слышал. Какая-то временная сыворотка, какой-то крайний случай.

В подвале повеяло холодом.

Солдатик встал и подошёл к верстаку. Посмотрел на застёгнутую сумку, потом развернулся, прислонился спиной к столу и скрестил руки на груди.

— Боитесь, что я не решусь. Что у меня рука дрогнет перед этой штукой, которая из пробирки вылезла.

Никто не стал спорить.

Солдатик сжал челюсти.

— У меня ни перед кем в жизни рука не дрогнула. Мне плевать, чей он сын.

Бутчер долго смотрел на него и наконец кивнул.

— Хорошо.

Солдатик выпрямился и пошёл к лестнице. На полпути наверх остановился, не оборачиваясь.

— Но если вы за моей спиной вколете себе это дерьмо и станете тварями, — донёсся с лестницы его голос, — я сперва с вами разберусь. Потом уже за сыном пойду.

Шаги стихли. Наверху хлопнула дверь.

Четверо переглянулись.

— По-моему, он не шутит, — прошептал Хьюи.

— Он никогда не шутит. — Бутчер вернулся на диван и уложил костыли поперёк колен. — Вот зачем нам этот кейс.

На экране CNN побежала новая строка: «Мэрия Нью-Йорка объявила, что завтра состоится экстренное совещание по безопасности. На нём обсудят перераспределение контрактов на охрану города. Корпорация „Амбрелла“ подтвердила, что получила приглашение».

Бутчер вгляделся в строку и приподнял брови.

— «Амбрелла», — пробормотал он. — Быстро работают. «Воут» ещё не сдохла, а стервятники уже кружат.

ММ подошёл и взглянул на экран.

— Они заберут оборонные контракты «Воут»?

— И не только контракты. — Бутчер снял ногу с ведра и наклонился вперёд. — Эти ублюдки явно метят выше.

Хьюи поднял на него встревоженный взгляд.

— А мы что будем делать? И правда наживём себе сразу двух врагов, «Амбреллу» и «Воут»?

Бутчер промолчал. Он смотрел на красно-белую эмблему «Амбреллы» на экране.

— По порядку, — сказал он наконец.

В подвале остались только шорох помех из телевизора и далёкий, нескончаемый гул нью-йоркского движения.

Глава 99. Оборонный контракт на миллиарды и подкрепление

В зале нью-йоркской мэрии под куполом все четыре ряда дубовых скамей были заняты.

Сенаторы штатов, члены городских советов, федеральные советники по безопасности, офицеры связи Пентагона и больше десятка групп юристов в тёмных костюмах. Галереи по обе стороны зала забили журналисты. Объективы камер смотрели на огромный американский флаг за трибуной.

Сегодня четыре штата собрались на экстренное совещание по безопасности.

На повестке стоял один вопрос. «Воут Интернэшнл» увязла в скандалах, доверие к супам рухнуло. Кому теперь достанутся контракты на защиту городов штата Нью-Йорк, Нью-Джерси, Коннектикута и Пенсильвании?

За трибуной губернатор Нью-Йорка Роберт Харрис листал повестку. Ему было пятьдесят семь. В волосах седина, на лице — привычная для политика смесь усталости и расчётливости. Три дня назад на его личный телефон пришло зашифрованное сообщение. Номер отправителя ни на кого не был зарегистрирован.

В сообщении была электронная квитанция швейцарского банка о зачислении восьми миллионов долларов.

И одна строка: «Рассчитываем на благоразумного председателя на совещании по безопасности».

Харрис смотрел на сообщение целых три минуты.

Теперь он поднял взгляд на места в правой части зала, отведённые представителям «Воут Интернэшнл».

С рассылки приглашений прошло сорок восемь часов. Юристы «Воут» прислали лишь расплывчатое письмо: «Ввиду того, что общественная обстановка сейчас не благоприятствует взвешенному обсуждению, „Воут Интернэшнл“ решила пока воздержаться от участия».

Харрис откашлялся и дважды постучал по микрофону.

— Объявляю заседание открытым. В отсутствие представителей «Воут Интернэшнл» мы продолжим работу по утверждённой повестке. Для начала я попрошу комитет по безопасности…

В этот момент главные двери распахнулись.

Первой вошла Сара Коннор.

На ней был безупречно скроенный чёрный костюм с белой рубашкой. Волосы она собрала в низкий хвост. На левом нагрудном кармане был приколот красно-белый значок «Амбреллы». В правой руке Сара несла чёрный портфель, под левой рукой — стопку сброшюрованных документов.

В полушаге справа за ней шла Кимико в таком же чёрном костюме, только с тёмно-серой водолазкой. Выражение её лица было куда холоднее, чем у Сары.

Следом вошли двенадцать вооружённых бойцов UBCS.

Бронежилеты, тактические шлемы, пистолеты в набедренных кобурах, автоматы за спиной. Ботинки мерно ударяли по мраморному полу, и под куполом отдавался их дружный шаг.

На галерее ахнули.

Разом защёлкали затворы камер.

— Это люди «Амбреллы»…

— С оружием в мэрию? Кто разрешил?

— Господи, кто эти две азиатки?

Харрис поднялся из-за трибуны, с безупречной точностью сменив на лице удивление на радушие.

— Мисс Коннор, добро пожаловать. Прошу вас, садитесь.

Сара кивнула ему и повела Кимико к отведённым им местам в первом ряду слева.

На галерее журналистка наклонилась к коллеге и прошептала:

— С каких пор «Амбреллу» допускают на совещания по безопасности на уровне штата?

Коллега закатил глаза.

— Ты новости читала? Канцелярия губернатора давно объявила. «Амбреллу» пригласили как потенциального подрядчика по обороне.

— Потенциального? С таким-то выходом? Ну да, как же.

За трибуной председатель комитета по безопасности начал зачитывать вступительную речь.

Кимико наклонилась к Саре и пробормотала так, чтобы слышала только она:

— Сколько же чепухи они несут.

Уголок рта Сары дрогнул.

— Потерпи, скоро наша очередь.

Председатель наконец закончил. Вытер пот со лба и посмотрел на Харриса.

Тот взял микрофон.

— Благодарю за доклад, председатель Браун. Переходим к обсуждению. Для начала я попрошу представителя корпорации «Амбрелла» представить своё предложение. Мисс Коннор?

Сара встала и передала сотруднику рядом стопку проектов договора.

— Раздайте, пожалуйста, по экземпляру каждому представителю.

Документы быстро разнесли, по залу зашелестели страницы.

Сара подошла к трибуне.

— Доброе утро. Сара Коннор, корпорация «Амбрелла». Я не стану долго рассказывать о возможностях нашей компании. Документы у вас в руках говорят сами за себя.

Она помолчала, обводя взглядом присутствующих.

— У меня всего один вопрос. Когда зомби снова появятся на улицах, кто с ними справится?

На несколько секунд зал притих.

— Супы «Воут»? — Сара развела руками. — Они сами не знают, не станут ли следующими чудовищами. Охрана «Воут»? Она не справляется даже с собственными героями, а вы хотите доверить ей налогоплательщиков нескольких штатов?

Представитель Нью-Джерси поднял руку.

— Мисс Коннор, какой численностью располагают вооружённые силы вашей корпорации? Вам хватит людей, чтобы обеспечить защиту всех четырёх штатов?

— Сейчас в нашей нью-йоркской штаб-квартире размещены тысяча двести бойцов быстрого реагирования UBCS. Из тяжёлой техники у нас тридцать шесть бронетранспортёров и восемь ударных вертолётов. Если контракт подпишут, за шестьдесят дней мы доведём численность до четырёх тысяч и обеспечим защиту всех крупных городов четырёх штатов.

Другой представитель нахмурился, листая проект договора.

— Эта цена… Двенадцать миллиардов долларов в год? На сорок процентов дороже прежнего контракта с «Воут».

Сара улыбнулась.

— Скажите, что именно давала вам «Воут»? И из-за кого начался этот кризис? «Амбрелла» предлагает круглосуточное вооружённое патрулирование, быстрое реагирование на биохимические угрозы и поддержку антитеррористического спецназа в городах. Как вы считаете, за какие услуги стоит доплатить эти сорок процентов?

Представитель больше ничего не сказал.

Обсуждение длилось почти час. За это время семеро представителей задали вопросы о юридических полномочиях, контроле вооружений, проверке сотрудников и распределении ответственности по страховке.

Когда пошла девяностая минута заседания, Харрис взглянул на часы и откашлялся.

— Полагаю, мы всесторонне обсудили предложение корпорации «Амбрелла». Учитывая срочность ситуации, предлагаю голосовать. Кто за передачу «Амбрелле» комплексного контракта на защиту четырёх штатов, поднимите руки.

Поднялась одна рука, потом две, потом пять.

Одиннадцать.

Пятнадцать.

В итоге двадцать один голос за, четыре против, трое воздержались.

Молоток Харриса ударил по столу. Стук отозвался под куполом.

— Решение принято. Корпорация «Амбрелла» получает пятилетний контракт на комплексную защиту штата Нью-Йорк, Нью-Джерси, Коннектикута и Пенсильвании. Стоимость первого года — двенадцать миллиардов долларов.

С галереи бешено защёлкали затворы.

Сара повернулась и вежливо улыбнулась камерам. Вернулась к своему месту, наклонилась и шепнула Кимико на ухо:

— Вернёшься, передай боссу, что дело сделано.

Уголок рта Кимико едва заметно дрогнул.

— Хозяин наверняка будет в восторге.

— Это его дело. Пошли.

Обе встали. Двенадцать бойцов тут же двинулись следом.

Когда они вышли из мэрии, ступени уже заполнили журналисты. Со всех сторон к ним тянули микрофоны и диктофоны. Вопросы сыпались наперебой:

— Мисс Коннор! «Амбрелла» собирается применять биохимическое оружие в Нью-Йорке?

— Скажите, как «Амбрелла» связана с происшествием в Вермонте?

— Ваши бойцы вошли в мэрию с оружием. Не нарушает ли это…

Глава 100. Паразиты и абсолютная верность

Здание «Амбреллы». Главный диспетчерский зал Улья.

На огромном голографическом экране шла прямая трансляция с камер мэрии. Сару Коннор и Кимико окружили на ступенях журналисты. Двенадцать бойцов UBCS расчищали перед ними проход.

Майкл Росс сидел в чёрном вращающемся кресле, закинув ногу на ногу, и держал чашку свежесваренного американо. На чашке красовался красно-белый логотип «Амбреллы», а под ним мелкая надпись: «Сверхурочные делают тебя счастливым».

Слева парила голограмма Красной Королевы. Девичий голос звучал легко и весело:

— Контракт одобрен двадцатью одним голосом. Сумма за первый год — двенадцать миллиардов. По оценкам, за пять лет выйдет не меньше пятидесяти пяти миллиардов.

Росс отпил кофе.

— Восемь миллионов на губернатора потрачены не зря.

— Если точнее, отдача от вложения — примерно полтора миллиона к одному, — добавила Красная Королева.

Росс поставил чашку на подлокотник и кивнул в сторону экрана.

— Позови Сергея.

— Уже уведомила. Будет в течение трёх минут.

Росс откинулся в кресле и снова посмотрел на экран. Сара безупречно отбивала вопросы со всех сторон, а Кимико стояла на полшага позади и следила за толпой.

— Отлично сработано, — негромко произнёс он.

Вскоре дверь открылась.

Вошёл Сергей. При росте метр девяносто два он отбрасывал длинную тень под лампами диспетчерской.

— Босс. — В его английском слышался сильный восточноевропейский акцент.

— Садись. — Росс указал на место рядом.

Сергей придвинул стул и сел, положив руки на колени. Покосился на трансляцию из мэрии и ухмыльнулся.

— Похоже, мисс Коннор справилась.

— И красиво справилась. — Росс провёл пальцем по воздуху. На голографическом экране появилась цифровая карта. Нью-Йорк, Нью-Джерси, Коннектикут и Пенсильвания были выделены красным.

— С этого момента все четыре штата — наша территория. На бумаге мы оборонный подрядчик. По сути, это первый этап военной оккупации.

Сергей сразу перешёл к делу:

— Расширяем армию?

Росс рассмеялся и откинулся на спинку.

— С умными людьми говорить куда проще.

Он встал и подошёл к голографической карте. Коснулся штата Нью-Йорк, и карта сама приблизилась. Появились города и данные о плотности населения.

— Сейчас у UBCS тысяча двести бойцов, все сосредоточены в штаб-квартире на Манхэттене. Для защиты одного города этого с запасом. На четыре штата людей далеко не хватит.

Сергей кивнул.

— До скольких расширяемся?

— Четыре тысячи я показал законодателям, — сказал Росс, оборачиваясь. — Настоящая цель — восемь тысяч. За месяц заверши первый этап набора и обучения. Через три месяца все должны быть готовы к бою.

— Проблемы будут?

— Нет. — Сергей откинулся на спинку стула. — Но откуда за месяц столько людей?

Росс вернулся в кресло и закинул ногу на ногу.

— Три источника. Первый — бывшие бойцы элитных частей разных стран: британской SAS, французского Иностранного легиона. Предложи годовое жалованье вдвое выше рыночного. Второй — переманим людей из частных военных компаний, ветеранов вроде тех, кто служил в Blackwater. Третий — возьмём костяк из наших учебных лагерей в Африке и Южной Америке.

— А визы и документы? С этим намучаемся.

— Красная Королева. — Росс наклонил голову.

Проекция мигнула.

— Подготовлены триста семьдесят два места по легальным рабочим визам. Заявки распределены между четырнадцатью зарегистрированными охранными дочерними компаниями «Амбреллы». Ещё тысяча виз H-2B проходит групповое согласование. Для тех, кого нельзя провести официально, у нас есть два отлаженных маршрута на канадской границе.

Сергей тихо хмыкнул.

— Похоже, на восьми тысячах мы не остановимся.

— Кто смелее, тот больше и соберёт. Говорят, в Америке улицы вымощены золотом. Вот я и приехал копать.

Росс снова отдалил карту, чтобы видеть все четыре штата.

— Вернёмся к делу. Я набросал план размещения. Посмотри, что стоит изменить.

Он провёл пальцем по карте. На ней одна за другой вспыхнули красные метки.

— Три тысячи в штате Нью-Йорк. Восемьсот оставим в штаб-квартире на Манхэттене как основную боеготовую силу. Остальных распределим между Буффало, Олбани и Лонг-Айлендом. Нью-Джерси — полторы тысячи, основные силы в Ньюарке и Джерси-Сити. Коннектикут — тысяча. Пенсильвания — две с половиной тысячи, поровну между Филадельфией и Питтсбургом.

Сергей разглядывал карту больше десяти секунд.

— В Филадельфии и Питтсбурге слишком большая доля войск. Это привлечёт внимание.

— Не привлечёт. — Росс покачал головой. — В Пенсильвании самая высокая плотность промышленных зон. Когда выпустим вирус, там легче всего потерять контроль. Мне нужно достаточно бойцов, чтобы, когда всё начнётся, сразу перекрыть транспортные узлы.

Сергей прекрасно понимал, что означает это «когда всё начнётся». Через три месяца Т-вирус, подмешанный в напитки и водопроводную воду, проснётся. По всей Америке одновременно начнётся массовое заражение. За считаные часы общественный порядок рухнет.

Тогда войска «Амбреллы» возьмут всё под контроль под видом экстренных мер оборонного подрядчика.

Законно, пристойно и не подкопаешься.

— Ещё одно. — Росс закрыл карту. На экране диспетчерской снова появились прямые трансляции со всех уровней Улья. — Сколько из новых людей смогут пройти усиление паразитом?

Сергей наклонился вперёд.

— Босс, это не слишком дорого обойдётся?

— Не для всех. — Росс поднял три пальца. — Но всем командирам отделений паразита ввести обязательно. Мне нужна абсолютно верная армия.

— Смотря справится ли Алексия с таким объёмом.

— С ней я сам договорюсь. Твоя задача — набрать людей, обучить и расставить по местам. Деньги есть. Красная Королева будет выделять средства ежемесячно. О трудностях докладывай сразу.

Сергей встал и поправил ворот боевой формы.

— Понял. Сегодня вечером составлю список, завтра начну связываться с первыми кандидатами.

— Поторопись. Время поджимает.

— Есть.

Сергей повернулся и пошёл к двери. На полпути снова остановился.

— Босс, ещё вопрос.

— Говори.

— В Нью-Йорке людей не маловато? Вдруг Солдатик и за нами придёт?

Росс поставил пустую чашку на стол. Раздался резкий стук.

— Ему сейчас не до нас. Зомби ведь сделала «Воут», верно? А когда он наконец очнётся и поймёт, кто в этой истории выиграл больше всех… — Росс рассмеялся. — К тому времени у меня будет чем заставить его пожалеть, что не взялся за нас раньше.

Сергей больше не спрашивал. Кивнул, толкнул дверь и вышел.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге