Ультима

Глава 1. Исчезнувшая

Как и положено неприятностям, они пришли не вовремя. Уже давно взошла луна, и улицы Корнума заливал яркий свет белых фонарей. В центральным районе средней части города, построенного в Соарских горах, гремели басы ночных клубов и баров, собирая желающих расслабиться пятничным вечером. В верхней части Корнума рассыпались искры креативных подсветок дорогих особняков. А внизу, в котловане между скалами, сомкнулся мрак. Наверное, там мечтали о лучшем будущем.

Риз мечтал только о том, чтобы поспать. Он бесшумно проносился на мотоцикле по улицам, лениво размышляя о том, что случилось бы, откажись он ответить на вызов. Выключил бы Свет — виртуального ассистента — и обесточил весь лофт, чтобы домашние системы тоже не сработали. Это ведь не запрещено.

«Да, только утром тебя разбудил бы не будильник, а “белые человечки”», — пронеслось в голове.

«Белыми человечками» в Корнуме называли отряды специального назначения, то есть тех, кто выполнял капризы городского совета. Название привязалось из-за дизайна первых форменных шлемов, которые напоминали головы классических «зелёных человечков». Только эти были белые. Несмотря на то, что форму вскоре доработали, люди не забыли первый дизайн.

Риз не жаждал общения с «белыми человечками», однако мог допустить такое развитие событий — уж очень устал за прошедшие сутки. И, наверное, так бы и поступил, если бы письмо, украшенное гербом городского совета, пришло не от имени Алана Торне. Риз не хотел доставлять ему неприятности, а потому заставил себя встать с кровати и отправился на другой конец города.

Он вошёл в плавный поворот. Светофор перед переходом очень удачно переключился, позволяя продолжить движение. Риз промчался до следующего поворота. Пятиэтажные дома справа расступились, уступая место скверу.

За пока ещё голыми ветвями проглядывал огромный купол церкви люверманцев — служителей Истинного света. Риз припарковался у центральных ворот сквера. Стянув шлем, он глубоко вдохнул холодный ночной воздух и огляделся. Несмотря на поздний час, на улице ещё были прохожие. Мимо сквера шла компания явно подвыпивших ребят.

Риз нажал переключатель сбоку шлема, и твёрдая поверхность стала гибкой. Аккуратно согнув заднюю стенку внутрь, Риз расправил мягкий внутренний слой. После того, как повсюду в защитных костюмах и бронежилетах начали применять покрытия, которые не только затвердевали, как только был превышен порог кинетической энергии, но и перераспределяли её по всей поверхности, ударопоглощающую прокладку шлемов стали делать совсем тонкой. Ризу казалось это весьма опрометчивым. Говорили, что технология, основанная на загущающейся при сдвиге жидкости, надёжна. Риз никогда не спорил, но втайне радовался, что ему ещё ни разу не довелось её проверить. Он пристроил шлем в заднем кофре по соседству с другим.

Рядом что-то звякнуло.

— Осторожнее! — прозвучал мужской голос.

Риз заметил на асфальте возле переднего колеса ключи. Оглянувшись, он увидел, что девушка, ищущая что-то в сумке, налетела на одного из весёлой компании. Пробормотав извинения, она пошла дальше, так и не заметив пропажу.

Риз подобрал ключи.

— Постойте!..

Девушка не отреагировала. Он догнал её и осторожно коснулся плеча. Она резко обернулась и испуганно отступила на шаг, вынув один наушник из уха.

— Извините, вы обронили, — Риз протянул ей ключи.

Девушка немного расслабилась, поняв, что он всего лишь хотел вернуть потерянное.

— Спасибо, — пробормотала она и рассеянно убрала за ухо прядь длинных каштановых волос.

Старательно не глядя на Риза, девушка забрала ключи и поспешила прочь.

«Неужели я такой страшный?» — он проводил её удивлённым взглядом.

Конечно, сейчас Риз был уставший и злой, но не предполагал, что всё это написано у него на лице. Он рассеянно взъерошил короткие серые волосы. Седина была не по возрасту, но это объяснялось врожденной нехваткой меланина и внешне, как ему казалось, нисколько его не портило.

Следом пришла другая мысль: «Кто вообще сейчас пользуется ключами?» Разве что в нижних кварталах могли найтись такие замки, но, судя по кожаной сумке с серебряным вензелем модного дома, незнакомка не бедствовала.

Решив, что странной всё-таки была девушка, и он не напугает Торне своей невыспавшейся рожей, Риз направился к церкви.

Цилиндрическое строение высилось в центре сквера, и все дорожки сходились к нему подобно лучам. Купол и крышу над пристройками украшали стальные кровельные чешуйки. Стены покрывал белый мрамор с частыми серыми прожилками. Люверманцы старались придерживаться традиций, поэтому широкая лестница вела к высоким двустворчатым дверям с ручками-кольцами. Правда до замков, требующих ключей, они не дошли.

Риз коротко взглянул на символ солнца, который украшал вход в церковь, и открыл дверь. Внутри, как и полагалось, было темно — искусственные источники освещения считались недопустимыми в обители Истинного света.

Риз коснулся наушника в ухе и услышал короткий звуковой сигнал виртуального ассистента.

— Свет, — тихо произнёс Риз, — ты не выполняешь свои функции.

Многие придумывали помощнику новое имя, но ему нравилось издеваться над системой, основываясь на оригинальном названии. Свет тоже не отставал и старательно обучался. Если ещё пару лет назад он начал бы извиняться и предложил отправить отрицательный отзыв производителю, то теперь в наушнике бодро прозвучало:

— Вы тоже!

Свет подключился к системе вывода в глазных протезах, и в воздухе перед Ризом появился полупрозрачный циферблат и рекомендация отправиться спать.

Риз поморщился и махнул рукой, заставляя изображение исчезнуть.

— Один-ноль в твою пользу, — проворчал он. — Включи датчики освещения.

Постепенно перед глазами начало светлеть. Протезы перестроились под новые условия, позволяя видеть в темноте. Впереди проступили очертания коридора, огибающего главный зал. Конечно, Риз видел его не так отчётливо, как при дневном свете — всё было слегка туманным и размытым по краям — но этого хватало, чтобы не натыкаться на стены.

Риз медленно двинулся по коридору, размышляя, стоило ли сначала заглянуть в главный зал или сразу подняться на второй этаж. Из-за поворота ему навстречу вышел низкий худой человек в длинной мантии — явно кто-то из служителей.

— Прошу прощения, эдиш… — Риз скользнул взглядом по тёмным полоскам, идущим по краю его рукавов. Он безуспешно попытался определить цвет, чтобы понять сан служителя.

— Всего лишь тэл, — мягко поправил его люверманец, — тэл Моссоро.

Риз кивнул, надеясь, что его ошибку спишут на отсутствие освещения.

— Не подскажите, где я могу найти эдиша Торне? Он ждёт меня.

— Эдиш Торне сейчас в главном зале. Но, полагаю, он скоро освободится. Вы можете подождать здесь или присоединиться к молитве.

— Благодарю, — сдержанно ответил Риз, сложив руки за спиной.

Присоединяться к молитве он точно не собирался. Риз с уважением относился к чужой вере, но сам был далёк от того, чтобы разделять её положения. У него всегда возникало слишком много вопросов «почему» и «зачем». Эдиш Торне каждый раз безнадёжно качал головой, когда Риз засыпал его кучей вопросов после чтения очередной главы Книги Света. В конце концов, Торне признал, что люверманец из него не вырастет.

— Да увидят вас в Истинном свете, — тэл Моссоро окинул его пристальным взглядом и продолжил путь.

Риз двинулся в противоположную сторону. Тёмная ковровая дорожка поглощала звук шагов. Наконец стена слева, за которой скрывался главный зал, перешла в череду арок. Полукруг с восточной стороны всегда был открыт согласно канонам люверманских церквей. Риз остановился и посмотрел в сторону зала. Там ничего не было кроме голой западной стены-полукруга и пола, выложенного чёрно-белой плиткой. Пространство расчертили тусклые лучи — под потолком располагалась система зеркал, отражающая свет из окон таким образом, чтобы он освещал только белые плитки. Чёрные всегда оставались в темноте.

Старательно вглядываясь, Риз определил, что в зале находилось пять люверманцев. Все стояли на чёрных плитках, так как на белых не позволялось молиться в ночное время. Капюшоны длинных мантий скрывали лица. Определить, кто из них эдиш Торне, было невозможно.

Риз напряжённо ждал. Никто из молящихся не произносил ни слова. Только днём можно было услышать, как эдиш читает проповедь, хотя и тогда люверманцы стояли так же, как сейчас, и отличить одного от другого было сложно.

Внезапно все как один подняли головы. Несколько минут они стояли неподвижно, после чего уже более расслабленно направились к аркам. Люверманцы двигались рывками, избегая наступать на белые плитки.

Наконец первые двое достигли арок. Риз в нетерпении покачнулся с носок на пятки.

— Риз! — третий из вышедших сбросил капюшон и направился к нему.

— Эдиш Торне, — Риз приветствовал его вежливым кивком.

— Да осветит Истинный свет твой путь, — привычно произнёс Алан Торне.

Его тон был радушным, но лицо по обыкновению оставалось спокойным. Прямой нос, волевой подбородок, резко очерченные скулы — Риз всегда полагал, что Алан Торне больше походил на какого-нибудь полководца древности, чем на священника. Аккуратно зачёсанные назад волосы уже поседели, но при этом Торне выглядел полным жизни и оставался таким же энергичным как двадцать шесть лет назад, когда они впервые встретились.

— Ночью он точно ничего не осветит, — проворчал Риз.

Торне укоризненно взглянул на него.

— Прости за спешку, — он жестом показал следовать за ним, — но появилась срочная работа, для которой необходимы твои навыки.

— Вам нужен видящий? — Риз проводил взглядом остальных люверманцев и поспешил за Торне к лестнице. — Это в то время, как в распоряжении городского совета находится двенадцать видящих?! Неужели вам их не хватает?

— В сложившейся ситуации… мы не можем воспользоваться их услугами, — сдержанно откликнулся Торне.

Риз вопросительно приподнял брови, но Торне не стал больше ничего прибавлять, лишь ускорил шаг.

Коридор на втором этаже тоже изгибался дугой. Торне приблизился к одной из деревянных дверей, расположенных по периметру, и, открыв её, пропустил Риза внутрь. Тот зашёл в кабинет, рассеянно скользнул взглядом по скромному убранству, состоящему из стола, стула и кресла для посетителей, и вновь повернулся к Торне. Дождавшись, когда он закроет дверь, Риз продолжил, понизив тон:

— Я не для того ушёл из отряда, чтобы снова работать на городской совет!

— Я полагал, что ты принял это решение не потому, что тебя чем-то не устраивал совет.

— У меня нет претензий к совету, но ты сам понимаешь, что такая работа сопровождается кучей обязательств. Я больше не увязну в этом!

— Но ты ведь берёшь сейчас частных клиентов, — Торне опустился за стол.

Риз раздражённо посмотрел на него.

— Ты прекрасно знаешь, какие случаи я сейчас беру. Старушек с деменцией и подростков, сбежавших из дома. Никаких преступников и мошенников — с меня хватит! Всё. Точка. Я завязал.

Алан Торне несколько секунд внимательно изучал его, потом жестом указал на чёрное кресло перед столом. Риз нехотя рухнул в него, готовясь отказываться до последнего. Но следующие слова Торне удивили его.

— Никаких преступников или мошенников не будет. Пропала молодая девушка. Вполне законопослушная. Её надо найти раньше, чем это сделает Деллери.

— Деллери вам не помеха. У них не осталось видящих в личном пользовании, да и доступы… — Риз нахмурился. — Разве они могут составить конкуренцию городскому совету?

— Ты сомневаешься в их возможностях? — усмехнулся Торне.

Риз устало потёр лоб. Компания Деллери, занимающаяся глазными протезами и компьютерными линзами, имела большое влияние несколько лет назад, пока по решению городского совета их серьёзно не ограничили. Тогда компания потеряла всех своих видящих, а многие разработки пришлось закрыть.

— Раньше представители Деллери плотно сотрудничали с городским советом — ты и сам помнишь, — продолжил Торне. — Они разработали многие наши системы. Неужели ты думаешь, что эти программы станут для Деллери хоть сколько-нибудь значимой преградой?

Риз не ответил.

— Они узнают всё, что станет известно любому видящему из отряда, — вздохнул Торне.

— В таком случае я тоже не застрахован от шпионажа с их стороны, — отстранённо заметил Риз.

— По крайней мере постоянная синхронизация твоего компьютера приостановлена. Они всё узнают, но не сразу. В этом твоё преимущество.

Риз положил руки на подлокотники. Ему совсем не нравилось то, с чего начиналось это дело.

— А что за девушка? — уточнил он.

— Бывшая сотрудница отдела разработки Деллери.

Риз поморщился.

— Хочешь втянуть меня в разборки между компанией и городской властью?

— Риз, я бы не просил, будь у меня другой выбор, — с нажимом проговорил Торне. — Но в Корнуме всего тринадцать видящих, и лишь у одного есть шанс опередить Деллери.

Риз промолчал.

— Девушка может пострадать, если мы не отыщем её первыми, — прибавил Торне.

Риз продолжал яростно смотреть на него. Выждав ещё мгновение, Торне придвинулся к столу и сложил пальцы домиком.

— Кому как ни тебе знать о побочных эффектах некоторых операций на глаза, — негромко проговорил он. — Айлин Вайс хотела помешать Деллери продолжить эксперименты.

— Эксперименты? — хрипло переспросил Риз. — Хочешь сказать, что они продолжили?..

— Мы не знаем, — коротко ответил Торне.

Риз отвёл взгляд. Видящих — людей с модифицированными глазами — не случайно было всего тринадцать. Остальные не пережили операцию. Когда об этом стало известно общественности, городской совет запретил полную модификацию глаз и обрушил на Деллери большой список запретов. Из-за этого компания потеряла ведущую роль в своей сфере, и последние годы безуспешно пыталась конкурировать с вышедшей вперёд корпорацией Атарос.

— Неужели недостаточно людей пострадало в погоне за недостижимыми фантазиями Деллери? — настойчиво спросил Торне.

Пальцы Риза сжались на подлокотнике.

— Тебе просто нужно найти её. Больше ничего не потребуется.

— Зачем она вам? — резко спросил Риз, подняв голову. — С чего вдруг совет так стремиться помочь какой-то сотруднице Деллери? Разве что вам самим интересно то, что она знает. Возникает закономерный вопрос: почему?

Торне откинулся на спинку стула. По лицу пробежала тень усталости.

— Мы не позволим ставить эксперименты над зрением, если ты об этом подумал. Разумеется, городской совет заинтересован в её знаниях, но только для того, чтобы держать Деллери под контролем. Или ты мне не веришь?

Повисла неловкая пауза.

— Верю, — пробормотал Риз, снова отведя взгляд.

Торне был одним из немногих, кому он доверял по-настоящему. Отца Риз не знал и, после того как мать пропала без вести, священник заменил ему родителей. На протяжении многих лет Торне заботился о Ризе и его сестре Джен. Хоть люверманец не мог забрать их из приюта к себе из-за сана эдиша, он следил, чтобы они ни в чём не нуждались.

— Так ты поможешь? — спросил Торне.

Риз вздохнул.

— Расскажи об этой Айлин Вайс.

— Родилась в Солттере, двадцать семь лет. В Корнум переехала шесть месяцев назад — удалённо прошла собеседование в Деллери на роль проектного менеджера. Недавно связалась с советом, сообщив, что у неё есть… интересная информация о Деллери. После чего её похитили. Камера в подъезде зафиксировала, как Айлин вытащил из квартиры неизвестный в маске.

— И почему ты считаешь, что Деллери непричастно к похищению?

Торне слабо улыбнулся.

— Совету до сих пор слишком часто приходиться общаться с их представителями, и у нас есть основания полагать, что это не их рук дело. Хотя, конечно, они постараются найти Айлин раньше, чем она успеет что-то рассказать.

— Значит, в деле замешана третья сторона? Или, может, исчезновение напрямую не связано с тем, что она собиралась рассказать? Как я понимаю, просьбы выкупа пока не поступало, и её не убили сразу…— Риз подался вперёд. — Что на счёт семьи, друзей, знакомых?

— В Корнуме никого из родных нет. В Солттер уже направлен запрос.

— А как она выглядит? — Риз выразительно посмотрел на белый гладкий стол Торне, удивляясь, почему тот до сих пор не попытался включить встроенный в столешницу компьютер и показать фотографии пропавшей.

— Фотографий… пока нет.

— Что значит «пока нет»? — не понял Риз.

— Люди Деллери почистили почти все её данные, — поймав удивлённый взгляд Риза, Торне прибавил: — Да, и во всех соцсетях тоже. Совет, конечно, сможет восстановить некоторые данные, но это потребует немного времени. Завтра вся необходимая информация будет у тебя.

— Ладно, — протянул Риз.

Дело становилось всё подозрительнее. Хотя чего ещё можно ожидать от негласной войны совета и Деллери?

— Что сейчас особенно важно… я хочу, чтобы ты осмотрел квартиру Айлин до того, как туда попадут сотрудники розыска или кто-то из Деллери.

— Мне нужно разрешение на обыск. Учитывая, что я больше не состою на службе у совета…

— Я об этом позабочусь, — прервал Торне.

— В прошлый раз они такой запрос обрабатывали полторы недели, — с сомнением заметил Риз.

Торне поморщился.

— В этот раз всё сделают к утру, — мрачно пообещал он.

Риз приподнял брови, но решил оставить это без комментариев.

«К утру, — он тоскливо посмотрел в сторону окна за спиной Торне. — Сколько осталось времени на сон?»

— Пока ты можешь идти, — Торне явно угадал его мысли. — У тебя ещё есть немного времени на отдых. Остальное обсудим позже.

Риз отстранённо кивнул, размышляя, чем для него обернётся это задание.

— И спасибо, — прибавил Торне, когда он поднялся и направился к выходу. — Да увидят тебя в Истинном свете.

Взявшись за дверную ручку, Риз меланхолично подумал, что совсем не против, чтобы его вообще больше никто не видел ни в этой жизни, ни в следующей, подразумевающейся во фразе Торне. Но разве это возможно в мире, где благодаря линзам и протезам даже абсолютная темнота не помеха взглядам, которым вечно что-то нужно?

Он не хотел начинать новое дело, тем более связанное с Деллери. Риз мечтал, чтобы его просто оставили в покое и дали поспать. Может, если он быстро со всем разберётся, это наконец случится? Риз попытался не обращать внимания на то, что эти мысли звучали немного наивно.

Он быстро спустился на первый этаж и поспешил к выходу. Как только Риз оказался на улице, датчики освещения в глазах отключились, и вокруг стало намного темнее. Он быстрым шагом направился к мотоциклу. Но не успел выйти за пределы сквера, как перед глазами появилось изображение зелёной трубки древнего телефона, под которой стояла подпись «Марк».

Риз тихо выругался. Потом нехотя прикоснулся к наушнику, принимая вызов. Он уже подозревал, зачем Марк звонил посреди ночи.

— Да? — кисло произнёс Риз.

— Риз, привет, извини, что поздно, я не хотел тебя будить, но тут такое дело… — на одном дыхании проговорил Марк, замявшись в конце.

— Ты не разбудил. Что случилось? — устало спросил Риз, подойдя к мотоциклу.

Марк работал охранником в «Золотом орле» — дорогом отеле в верхнем районе Корнума, где часто выступала Джен.

— Короче, я пытался вмешаться, но ты же знаешь, не могу я за ней бегать… А она немного не в себе была и, в общем, это, куда глаза глядят пошла.

— И в какую сторону глядели глаза Джен? — терпеливо уточнил Риз.

Повисла короткая пауза.

— В сторону серпантина, — голос Марка прозвучал ещё более виновато.

Риз бессильно прикрыл глаза.

— Я понял. Найду её. Спасибо, что предупредил.

— Да. Хорошо. Прости, что так получилось, но я правда…

— Ага, — прервал его Риз. — Увидимся.

После того, как он отыскал пятилетнего сына Марка, потерявшегося в районе Лисьего озера, Марк чувствовал себя обязанным. Он старался приглядывать за Джен, когда та пела в «Золотом орле», и следил, чтобы некоторые почитатели её таланта не распускали руки. Но Марк не мог уберечь Джен от самой себя.

Завершив вызов, Риз потянулся к заднему кофру. Интересно он успеет раньше, чем сестрица возомнит себя птицей и решит полетать? Джен не была склонна к необдуманным поступкам, но в прошлый раз, когда напилась непонятно чего, едва не прыгнула с пятого этажа.

Глава 2. Колибри

Мотоцикл производства компании Уилтон и Сигурт модели ИК—300 или, как его звали в народе, «Усик» негромко заурчал, готовый пуститься в путь. Ризу нравилось, что он шумел намного меньше других моделей. «Усик» напоминал призрака: тихий, быстрый, неприметный и вдобавок белый. Само олицетворение свободы, которое не привлекало к себе лишнего внимания.

Некоторые жаловались на «Усика» за то, что он незаметно набирал скорость. Риз наоборот считал это заключительным штрихом его образа. «Усик» должен был «летать». Холодная голова и внимательность — дело того, кто им управлял. А эмоции сполна обеспечивали дороги Корнума.

Свернув на широкий проспект, он увидел впереди обрыв, от которого тянулась «Паутина» — скоростные линии или мосты, соединяющие разные районы на горных склонах.

— Выберите линию, — прозвучал голос Света в наушнике.

— Красная, — буркнул Риз, перестроившись в правую полосу.

Красная линия считалась самой быстрой и самой экстремальной. Далеко не все мотоциклы подходили для движения по ней.

«Усик» замедлился. Свет синхронизировался с компьютером мотоцикла. Риз увидел, как внизу выдвинулась защитная панель, и услышал характерный щелчок — активировался магнитный рельс. По бокам вытянулись тонкие страховочные пластины, готовые подобно оковам схватить человека, если ему вздумается свалиться во время движения. Затем на приборной панели высветилась зелёная галочка — система «Паутины» проверила «Усик» и разрешила начать движение по красной линии.

Риз слегка наклонился, когда мотоцикл зацепился за начало магнитного пути, окончательно поднял колёса и устремился вперёд. Мгновение, и вот он уже летит над пропастью по кажущейся совсем ненадёжной тонкой линии «Паутины». Над и под ним воздух пересекали десятки других путей и креплений, из-за чего место и получило своё название. Хотя, по мнению Риза, это больше походило на комок спутанных проводов.

Линия повернула налево, и он вошёл в крутой вираж. Риз проносился здесь множество раз, но этот поворот неизменно вызывал у него восторг. В эту секунду казалось, что он летит сам по себе, без «Усика» и магнитного пути. Риз успел заметить, как далеко внизу по соседству с неоновой вывеской мигает старый фонарь. Потом мотоцикл выровнялся, и фонарь скрылся за вакуумной трубой, которая наравне с линиями служила мостом над пропастью. Правда, пассажирские поезда ходили по ней только днём.

«Усик» пролетел над трубой и повернул направо. Риз не сдержал улыбки. Внизу темноту заполняли огни города, вверху — звёзды. Было что-то успокаивающее в скольжении по тонкой линии между огромным миром звёзд и маленьким человеческим городом. Но всему хорошему суждено заканчиваться. Впереди показалась дорога другого «берега» Корнума.

Зажужжала система торможения, «Усик» начал сбавлять скорость. Вскоре он мягко миновал «порог» и с лёгким толчком коснулся колёсами земли. Риз проехал три дома до перекрёстка, дождался разрешающего сигнала светофора и устремился налево к дороге, которая выводила на серпантин, петляющий до самого «Золотого орла».

Он больше не торопился, внимательно следя за обочиной. Риз поднимался всё выше и выше, но Джен нигде не было. Он уже почти достиг «Золотого орла», когда фары наконец высветили на смотровой площадке хрупкую фигурку с длинными волосами розового цвета, небрежно держащую куртку.

Услышав шум двигателя, Джен обернулась, подскочила к дороге и подняла левую руку, голосуя.

Когда Риз подъехал к смотровой площадке и остановился, она тут же затараторила:

— Здравствуйте, вы не могли бы подвез… Ох, Риз, это ты! — Джен радостно опустила руку, и широко улыбнулась. — Ты же заберёшь меня домой?

Судя по всему, она не находила ничего странного в сложившейся ситуации. Как будто Риз выехал прогуляться посреди ночи и случайно столкнулся с ней.

Он медленно снял шлем и окинул её хмурым взглядом.

— И что на этот раз? — сухо спросил Риз.

— Ты о чём? — Джен почесала кончик аккуратного носика. На тонких губах застыла отстранённая улыбка.

— О том, что ты ушла из «Золотого орла», наплевав на машину, которая должна была довезти тебя до дома, и сейчас в прямом смысле ходишь по краю скалы посреди ночи.

— Да ладно тебе, я всего лишь гуляла! Поймала бы кого-нибудь…

— «Кого-нибудь» ты бы точно поймала! — Риз окинул её многозначительным взглядом.

На Джен было длинное облегающее чёрное платье без бретелей, которое подчёркивало все изгибы фигуры и едва прикрывало грудь.

Она нахмурилась и, с небольшим опозданием поняв намёк брата, обиженно бросила:

— Что я слышу! Особенно при учёте того, что из нас двоих не я «торгую телом»!

Сжав челюсти, Риз поднялся и опустил шлем на сидение. Хотелось высказать Джен всё, что он о ней думал. Но голос разума без устали напоминал, что сестра явно была не в себе. Глаза под малиновыми линзами нездорово поблёскивали. Риз заметил, что она слегка покачнулась, когда он шагнул к ней.

Риз прикрыл глаза, гася злость и пытаясь совладать с бесконечной усталостью. Он понимал, что Джен позже наверняка сама пожалеет об этих словах, хотя они и были отчасти правдивыми. Бесконечные эксперименты Деллери, протезы вместо глаз и правой руки — Риз и правда заплатил слишком высокую цену за спокойную жизнь, которая грозила вот-вот закончиться из-за просьбы Торне.

Он мягко забрал у неё куртку, край которой волочился по земле, и помог надеть её. Джен автоматически подчинилась, просунув руки в рукава. Затем Риз достал из заднего кофра второй шлем и молча сунул ей. Злость Джен, похоже, тоже миновала. Она потерянно посмотрела на своё отражение в защитном стекле.

— Я цвета видела… такие, которые никогда прежде не видела, — произнесла Джен, словно это объясняло всё: и нападки на брата, и откровенное платье, и ночную прогулку.

— С каких пор ты считаешь себя колибри? — Риз раздражённо забрал шлем Джен, расправил его, зафиксировал твёрдость и снова сунул ей.

Сестра вновь уставилась на защитное стекло, будто не понимала, что за предмет находится у неё в руках.

— Нет, Риз, ты не понимаешь. Это все видели! Мы как будто находились в картине, нарисованной неизвестными до сих пор красками.

Риз только вздохнул. Интересно, чего на этот раз накурились все участники элитной вечеринки в «Золотом орле»? Или напились? Или и то, и другое одновременно?

Он взглядом указал на мотоцикл. Джен наконец надела шлем.

— А почему колибри? — Риз услышал её голос в наушнике, когда сам надел шлем и сел.

Джен устроилась позади него. Хорошо, что у юбки платья был разрез сбоку, который позволил ей это сделать. Хотя Риз подозревал, что Джен всё равно пришлось его слегка задрать.

— У них в глазах есть четвёртый тип колбочек, который позволяет различать ультрафиолетовые лучи, — ответил он.

— Колибри там тоже были, — задумчиво произнесла Джен. — Всё-то ты знаешь…

Риз не понял, к чему относились её слова: к их групповой галлюцинации или к тому, что он знал о зрении колибри. Он покачал головой и завёл мотоцикл. Джен сильнее прижалась к нему.

Она часто говорила, что он много знает, но Риз так не считал. Он знал кучу отрывочных фактов из разных сфер и только. Например, про колибри ему рассказала мама. Странное воспоминание о том, как она говорила об этих маленьких птицах в монастырском саду, где над цветами порхали целые стаи, намертво врезалось в память. При этом Риз совсем не помнил день, когда видел её в последний раз.

Уже не так быстро он направил «Усика» в сторону дома. На «Паутине» Риз благоразумно выбрал зелёную линию, подозревая, что к красной Джен в нынешнем состоянии не готова.

Оказавшись на противоположной стороне обрыва, Риз свернул на Загородную дорогу, которая больше полувека находилась в черте города и даже не считалась окраиной. Мимо проносились белые фонари. Круги света выхватывали части притихшей улицы. Наконец он свернул к жилому комплексу «Спираль». Кованые ворота начали автоматически открываться, когда они подъехали. В окружении чугунных завитков над створками светилось изображение белой спирали похожей на водоворот.

Огромная территория жилого комплекса, как и всегда, встретила началом парка с высокими соснами, за которыми домов даже не было видно. Хотя некоторые здания достигали пяти этажей, они удачно вписывались в ландшафт и умело прятались на другой стороне маленького леса.

Риз повернул и поехал вдоль стены деревьев в сторону подземных гаражей. «Спираль» нравилась ему по многим причинам: за спокойную атмосферу, за то, что была расположена в средней части города в отдалении от богатых особняков и бедных кварталов, и за то, что совсем недалеко находилась дорога, ведущая к окраине Корнума, а оттуда к лугам у подножия Соарских гор. Он ещё ни разу не пожалел о выборе жилья.

Хватка Джен немного ослабла. Риз почувствовал, как она тяжело припала к его спине.

В отличие от него, сестра равнодушно относилась к местам, её больше интересовали люди. Обитатели «Спирали» были в большинстве меланхоличные, и Джен долгое время жила на съёмных квартирах в более весёлых кварталах. Накопив достаточно, она даже купила квартиру на другом конце Корнума. Но после расставания с Миком Джен во многом изменилась. Она всё чаще предпочитала тишину шумным компаниям, много времени проводила наедине с собой. Риз даже был рад, что Джен пока жила у него, а ту квартиру сдавала в аренду — так проще за ней присматривать.

Чёрная зеркальная дверь отъехала в сторону, стоило «Усику» приблизиться к их гаражу.

— Риз… — слабо прошептала Джен, когда они остановились. — Мне что-то совсем плохо.

— Мы уже на месте.

Он поспешно снял шлем и обернулся. С трудом стянув свой, Джен посмотрела на него мутным взглядом. Её кожа приобрела нездоровый оттенок. Риз прикинул: успеют ли они подняться наверх или её стошнит здесь? Прогноз выходил неутешительный. Однако он всё же попытался спасти верного «Усика». Как мог быстро и без резких движений Риз поднялся и помог встать Джен. Он отвел её на безопасное расстояние от мотоцикла.

Итак, «Усик» выжил. Риз задумался над тем, сколько шансов у него добраться до квартиры без происшествий.

Чёрная дверь гаража беззвучно закрылась за их спинами.

— Что ты приняла? — придерживая сестру за талию, Риз повёл её к лифтам.

— Не… не помню, — прошептала Джен.

Риз только устало вздохнул и ударил по кнопке вызова.

Лифт не задержался. После непродолжительного подъема вверх он заскользил по боковому ответвлению шахты, во время которого Джен бессильно прикрыла глаза. Наконец они оказались в нужном коридоре на пятом этаже четвёртого корпуса.

— Имя? — спросил прохладный голос охранной системы, когда Риз с Джен приблизились к двери.

— Гриз и Маджен Аберс, — Риз нетерпеливо уставился на синий огонёк в правом верхнем углу белой двери, ожидая, когда система проанализирует данные: внешность, голос, содержание ответа и сравнить всё с тем, что хранилось у неё в памяти.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем дверь соизволила отъехать в сторону.

— Свет! — гаркнул Риз, как только они вошли в тёмную прихожую.

Виртуальный ассистент тут же связался с домашней системой и включил везде освещение. Взору предстала просторная двухэтажная квартира, оформленная в стиле лофт. Риз повёл Джен к шкафам напротив диванов в кухне-гостиной, на ходу отдавая указание:

— Свет, запусти медицинское обследование.

Одна из дверей шкафа откинулась назад, превращаясь в кровать, на которую Риз опустил Джен. Сам тут же направился в сторону кухни. Отыскав в шкафчиках соду, он потянулся к кувшину с питьевой водой возле раковины. Сделал раствор в высоком стакане и вернулся к Джен.

Она уже съела капсулу, необходимую для проведения полного исследования, и закрыла выдвижной ящичек с ними. Джен осторожно легла на кровать и над ней начали смыкаться прозрачные сканирующие пластины, а на небольшом экране на обратной стороне изголовья потянулись рекомендации. Риз взглянул на время в углу. Цифры показали, что требуется ещё две минуты.

Он рассеянно обвёл взглядом гостиную: панорамное окно, белый рояль, диваны и барная стойка, отмечающая начало кухни. Помедлив, Риз подошёл к створке шкафа рядом с той, за которой пряталась кровать для обследований, и, распахнув её, одной рукой выдвинул с третьей полки аптечку. Короткое исследование показало, что из сорбентов у них осталась только одна таблетка белого угля.

Риз хмуро обернулся к Джен. Он подождал ещё немного, и сканирующие пластины начали втягиваться в каркас кровати.

— Ты знаешь, что делать, — он указал стаканом на дверь в ванную комнату, расположенную справа от них. Потом опустил раствор на журнальный столик перед диванами и подошёл к экрану на изголовье кровати. Риз нажал зелёную кнопку, и перед глазами появилась анимация загрузки документа.

Джен медленно поднялась и взяла стакан.

— Помочь? — Риз посмотрел на неё, когда виртуальный кружок полностью окрасился в зелёный и исчез.

Она слабо покачала головой.

Риз проводил её взглядом. Когда дверь за ней закрылась, он велел Свету открыть загруженный документ. Безуспешно попытавшись прочитать название препарата на повисшем перед ним полупрозрачном листе, Риз раздражённо махнул рукой, заставляя иллюзию скрыться, и направился к выходу.

— Я в аптеку, — крикнул он и, понадеявшись, что Джен услышала, вышел из квартиры.

Риз прошёл по широкому коридору, укрытому серым ковровым покрытием. Возле стеклянных стен, за которыми пряталась кондитерская, он повернул направо и вызвал лифт.

Круглосуточная аптека находилась в соседнем пятом корпусе. После короткой поездки Риз вошёл в небольшое тихое помещение на первом этаже, уставленное стеллажами с лекарствами.

Он быстро огляделся и, снова открыв документ с рекомендациями, направился к кассе.

— Привет, — поздоровался он, увидев за стойкой Каю — невысокую девушку с длинным чёрным хвостом, которая жила в восьмом корпусе. — Мне нужен сенто… — Риз снова безуспешно попытался прочитать название на ленте. — Тьма! — выругался он и обратился к виртуальному ассистенту: — Свет, сделай документ видимым для владельцев других протезов и линз.

Свет нарисовал перед глазами галочку, после чего Риз смахнул документ на стойку.

— Короче, вот, — сказал он Кае.

— Весёлая ночка выдалась? — глаза Каи блеснули. Её линзы неспешно поменяли цвет с красного на серебряный. Она коснулась документа, загрузив его в свой компьютер, и вышла из-за стойки.

— Слишком «весёлая», — проворчал Риз, наблюдая, как Кая уверенно направилась к стеллажу у дальней стены.

Взгляд переместился на часы с маятником над двустворчатыми дверьми, ведущими на улицу. Стрелки неумолимо приближались к рассвету. Риз закрыл глаза и устало потёр их рукой.

Тук-тук-тук. В тишине аптеки маятник стучал слишком громко. Тут Риз услышал, как двери плавно разъехались, и почувствовал на коже ветер, ворвавшийся с улицы. Он открыл глаза и увидел, как из аптеки вышла девушка с длинными каштановыми волосами.

Риз удивлённо моргнул. Когда он вошёл в аптеку, ему показалось, что кроме Каи здесь никого не было.

— Что-нибудь ещё? — от голоса позади он едва не подпрыгнул.

Обернувшись, Риз увидел, что Кая уже зашла за стойку и вбивала что-то в свой планшет. Когда она успела вернуться? Похоже, он уже спал на ходу.

— Нет, спасибо, — пробормотал Риз и с готовностью повернулся к камере на длинной серебряной ножке, которая была прицеплена к стойке. Огонёк два раза мигнул синим, сообщая, что снимок сделан. Затем быстро запульсировал и наконец выдал зелёный сигнал — оплата прошла, и со счёта Риза сняли необходимую сумму.

Забрав упаковку таблеток, он поплёлся обратно. Когда Риз вернулся, Джен уже сидела на диване и смотрела на пустой стакан в руках. Он рухнул рядом и положил таблетки на журнальный столик.

Минуту они молчали, рассматривая невзрачную серую коробочку. Наконец Джен пошевелилась. Она неуклюже потянулась к брату.

— Прости меня, — тихо произнесла Джен.

Риз со вздохом обнял её. Конечно, он сердился на Джен и собирался серьёзно с ней поговорить. Но не сейчас. Риз провёл ладонью по её волосам совершенно некстати вспомнив, когда она перекрасилась в розовый. В тот день Джен узнала, что в результате очередной операции Риз заработал тританопию[1] и теперь видит мир в зелёно-красных оттенках. И как он мог после этого на неё сердиться?

______________

[1] Тританопия — вид дальтонизма, цветовой слепоты, при котором нарушено восприятие синего и жёлтого участков спектра.

______________

Риз покачал головой.

— Справишься? — наконец спросил он, указав на таблетки.

Джен кивнула, всё ещё не отпуская его.

— Хорошо, тогда я пойду хоть немного посплю. Завтра с утра у меня снова срочная работа.

Сестра ещё раз молча кивнула и нехотя разомкнула объятия.

Риз встал и направился к чёрной металлической лестнице на второй этаж. Поднявшись, он зашёл в спальню со светлым паркетом и тёмными стенами. Быстро переодевшись и заскочив в ванную, дверь в которую находилась напротив входа, он рухнул на кровать. Наушники Риз оставил на прикроватной тумбе. Как только голова оказалась на мягкой подушке с тёмно-серой наволочкой, он тут же провалился в сон.

Ему показалось, что прошло не больше минуты, когда один из наушников пронзительно зазвенел. Риз нехотя протянул руку, взял его и вставил в ухо — к сожалению, по-другому прекратить раздражающий звон было сложнее.

— Отстань, — буркнул он виртуальному помощнику.

— У вас новое сообщение, — бодро произнёс Свет.

— Сгинь во тьме, — Риз со стоном перевернулся на спину.

— Оно срочное!

— Как будто я не знаю, — простонал он.

— Откройте глаза, — поторопил его помощник.

— Свет, если бы ты был человеком, я бы тебя…

— Убил? — всё тем же жизнерадостным тоном подсказал помощник.

— Нет… вырубил, — Риз наконец подобрал правильное слово.

С трудом открыв глаза, он увидел, как в воздухе над ним зависло изображение документов в папке, присланных Торне. Риз махнул рукой, заставляя папку открыться и тут же замер в неверии.

На первой странице располагалась фотография Айлин Вайс. В её внешности он не заметил ничего необычного — длинные каштановые волосы, прямой нос, маленький подбородок, голубые, как подсказывала система, глаза. Айлин можно было назвать красивой, но при этом Риз подумал, что её лицо не особо запоминающееся. А он узнал её, потому что видел всего несколько часов назад.

Глава 3. За красивые глаза

Свет начал привычно озвучивать полученные документы, но Риз перебил помощника, подскочив с кровати:

— Включи запись вчерашнего вечера, когда я подъехал к скверу, — попросил он.

Поверх панорамного окна напротив кровати возникла запись с камеры, встроенной в правый глаз. Риз снова увидел потерянные ключи, а затем и Айлин, которая с явной опаской смотрела на него. Она отвернулась и направилась дальше по улице.

Риз нервно запустил пальцы в волосы. Чего она испугалась? Айлин знала, кто он и что за задание получит всего через несколько минут после их встречи? Разве всё это могло быть случайностью?

— Свет, включи анализ, — помедлив, попросил он, — и повтори воспроизведение.

Это была одна из функций встроенного компьютера, из-за которой Риз носил звание видящего. Сложный алгоритм анализировал все детали и сопоставлял с его «базой реакций», пополняющейся на протяжении жизни. Каждый элемент окружения и их комплексы сравнивались с предыдущим опытом, а также с всеобщей базой человеческих реакций, которая давала не настолько чистый результат, но иногда была полезна.

Хотя Риз знал, что анализ начался, явных изменений он не увидел, когда запись снова включилась. Он терпеливо ждал. Перед глазами появилось лицо Айлин. Риз заметил, как по изображению прошла лёгкая рябь. Видимо, процессор перегружен. Он поставил запись на паузу и внимательно изучил все нюансы изображения, вплоть до металлических кнопок на воротнике рубашки под бежевым пальто. Риз ждал, что компьютер вот-вот выдаст какой-нибудь комментарий. Но система молчала.

— Что скажешь? — не выдержал он.

— Уточните запрос, — откликнулся Свет.

— Что скажешь про девушку? Что-то необычное есть? Это наша первая встреча?

Запись с камеры сдвинулись влево, уступив место табло с отчётом. Риз поднял руку и быстро пролистал список ссылок на разные воспоминания за последние два месяца — более старые события автоматически стирались из памяти, если, конечно, владелец не сохранял видео вручную.

Ни одного полного совпадения он не нашёл. Где-то отдельные черты лица сопоставлялись со случайно встреченными незнакомками, где-то одежда. Было несколько ссылок на сохранённые записи. Система сообщила, что прямые каштановые волосы походили на волосы Леа — девушки, с которой Риз встречался полтора года назад.

Он хмыкнул.

— А что по реакциям?

Свет вывел несколько графиков, на которых выстроил все замеченные системой реакции Айлин. Там были страх и неуверенность, на которые Риз обратил внимание и без помощи системы, но по вердикту Света они оставались не настолько сильными, чтобы придавать им большое значение. Компьютер сообщил, что Айлин испытала лёгкий испуг и удивление, которые тут же прошли.

— А что по моим реакциям? — не сдавался Риз.

Иногда его неосознанные реакции давали интересный результат. Риз давно понял, что собственное инстинктивное поведение тоже может немало рассказать о ситуации.

Графики сменились на описание его состояния в тот момент. И тут общий вывод оказался до невозможности нейтральным. Впрочем, Риз и сам помнил, что тогда не придал Айлин никакого значения.

— Ты сейчас опираешься на общечеловеческую базу? — уточнил он.

— Да, — ответил Свет.

— Используй только мою и повтори анализ на реакции у Айлин и у меня.

Наконец оценка общего эмоционального состояния Айлин немного съехала с отметки «нейтральное». Риз тут же обратился к графикам, отыскивая, что именно дало те три процента, которые нарушили равновесие.

— Надежда? — он недоверчиво приподнял брови.

— Вы никогда не были точны в определении этого чувства, — откликнулся Свет. — Возможны также описания: «ярко выраженная целеустремлённость», «приглушённая радость», «неполная уверенность».

Риз продолжал хмуриться.

— А что у меня? — помедлив, спросил он. — Покажи мои реакции.

Тут он удивился ещё больше. Общая оценка выдала: «100% положительная реакция». Риз не помнил, чтобы у него хоть раз в жизни выходил настолько чистый вывод. Более того, он считал это невозможным. Даже самая искренняя радость всегда содержала в себе оговорки.

— Свет, ты не сломался? — скептично спросил он.

Компьютер снова провёл анализ и выдал тот же результат.

— Ладно, — протянул Риз. — И чего же такого положительного я углядел в этом моменте? — он перевёл взгляд на графики.

Глаза быстро пробежали по всем базовым реакциям, но нигде не было никаких перекосов. Откуда же тогда вышел вывод в сотню процентов?

— Свет, что именно повлияло на конечный результат? Какая реакция подняла планку до ста процентов?

По графикам прошла рябь. Компьютер снова долго обрабатывал запрос. Риз в ожидании скрестил руки на груди. Через мгновение он почувствовал возрастающее давление. Секунды тянулись. Вот уже в висках появилось жжение. Оно росло и росло, пока Риз не прижал к ним пальцы и прошипел сквозь сжатые зубы:

— Свет, прекрати!

Давление ослабло. Риз выждал ещё несколько мгновений, сосредоточившись на ощущениях. Ему совсем не хотелось случайно спалить себе мозги. Наконец он поднял глаза на графики, по-прежнему парящие на фоне окна.

Похоже, произошла какая-то ошибка. Компьютер не смог назвать причину оценки, вероятно, потому что её и не было. Стопроцентная положительная реакция — это всего лишь странный сбой. Риз подумал, что надо будет позже позвонить в техподдержку и описать случай. А ещё лучше запросить обновление программного обеспечения.

— Звонок Торне, — вздохнул Риз, смахнув графики вниз так, чтобы иллюзия исчезла.

В наушнике послышались длинные гудки. Риз неторопливо направился в ванную. Когда он остановился у каменной раковины с краном-водопадом и включил воду, Свет обречённо сообщил, что ответа нет.

— Тьма загребущая, — выругался Риз.

Он ополоснул лицо и коротко взглянул на отражение в зеркале над раковиной. Риз не сдержал невесёлой усмешки от того, что увидел. Его протезы во многом повторяли живые глаза. И сейчас белки глаз стали красными. Искусственно созданные сосуды полопались. Риз не знал, что именно стало причиной — сегодняшняя ошибка в системе или то, что вчера он мотался по городу и нормально не отдыхал со среды. Подобное время от времени случалось с протезами. Риз подумал, что такими темпами скоро вообще перестанет появляться на людях без чёрных очков.

— Свет, прочитай основание, по которому Айлин считается пропавшей, — попросил Риз, взяв зубную щётку.

Помощник монотонным голосом зачитал, что вчера к жертве явился неизвестный в маске. Он взломал систему входной двери, вошёл в квартиру и увёл Айлин явно против её воли. Свет вывел на зеркало видеозапись из подъезда. На ней Айлин упиралась, а кто-то в капюшоне и белой, будто керамической, маске вытаскивал её из квартиры.

— Проанализируй, — буркнул Риз, хотя по-настоящему не верил, что Свет что-то найдёт.

Эту запись наверняка уже просканировали много раз до него. Если бы что-то помогло идентифицировать преступника, об этом бы уже написали.

Результат ожидаемо не принёс никакой ясности в эту историю. Риз закончил чистить зубы и велел закрыть видео.

«А потом я встретил Айлин у церкви спустя всего пару часов», — рассеянно подумал он.

Повесив полотенце на крючок сбоку от раковины, Риз вернулся в спальню. Пока одевался, велел Свету ещё раз позвонить Торне. Так и не дождавшись ответа, Риз застегнул кобуру с пистолетом и, захватив чёрные очки с круглыми стёклами, направился на первый этаж.

Косые лучи солнца падали на белый рояль и диваны. Взглянув в сторону кухни, Риз не увидел никаких изменений по сравнению со вчерашним днём. Вероятно, Джен ещё спала.

Риз вскипятил чайник и поставил завариваться чай. Пока ждал необходимые три минуты, соорудил бутерброд. Он бы с удовольствием нормально позавтракал, но Торне просил поторопиться с осмотром квартиры Айлин.

Его хождения по кухне не прошли незамеченными — проснулась кофемашина и жалобно пиликнула. Риз бросил короткий взгляд в её сторону, хотя и так знал, что высветилось на дисплее: машина просила наполнить емкость для воды, чтобы «умыться».

— Обойдёшься, — невнятно проговорил он, жуя бутерброд.

Это было её любимым делом — кофемашина полоскалась по любому поводу. И делала это с бодрым жужжанием, способным разбудить весь дом. Ещё она отличалась ненормальной чувствительностью. Стоило кому-нибудь пройти мимо или случайно задеть, как она тут же просыпалась. Когда Риз только купил её, он наивно хотел подключить к ней автоматическую подачу воды и поставить справа от холодильника. Планы поменялись уже на следующий день. Утром лучи встающего солнца попали на машину, та решила, что это годится для пробуждения, и начала неистово промывать механизмы. Такой будильник Риз совсем не оценил.

Он налил в кружку чай и посмотрел в сторону больших окон. За высокими соснами парка виднелось безоблачное небо.

Кофемашина снова требовательно пискнула.

— Донимай Джен, — не глядя, бросил Риз.

Частично из-за этого он завязал с кофе. Ему просто не хватало терпения каждый раз ждать, пока машина закончит водные процедуры. А кроме того, он не был большим поклонником этого напитка, предпочитая чай. Другое дело Джен. Сестра позволяла помыкать собой и терпела все выходки машины. Хотя, кофе, конечно, выходил отменный.

При упоминании Джен, кофемашина задумалась. Риз не сомневался, что она сейчас перебирает в памяти записи, которые относились к этому имени. Во всём, что не касалось слова «вода», кофемашина была поразительно заторможенной. Наконец на чёрной глянцевой панели мигнул зелёный огонёк: вспомнила, мол, что Джен — это «хорошая» хозяйка, которая разрешает мыться. После чего дисплей погас, и машина погрузилась в сон.

Проблемы этим утром были не только у кофемашины. «Усик» тоже возмутился тем, что заряда у него осталось немного, а Риз не подключил его к подаче питания. Тот только вздохнул и велел Свету вывести на приборную панель карту города. Риз принялся искать парковочные места с зарядкой неподалёку от дома Айлин. Если бы не Джен, он бы не забыл позаботиться об «Усике». Все мысли вчера занимало то, как бы её не стошнило на мотоцикл.

Приметив подходящее место, Риз достал шлем.

Утренний Корнум сильно отличался от ночного. Прежде всего тем, что улицы заполонили прохожие и транспорт. В воздухе царила «рабочая атмосфера», что вводило в привычную меланхолию. Кроме того, на «Паутине» пропало ощущение бездны: при дневном свете все уровни города вверху и внизу хорошо просматривались. Исчезла таинственность, город стал почти обычным.

Выйдя из виража на выбранной линии, Риз на долю секунды взглянул вниз. Если ночью нижние кварталы наполняли огни-звёзды, сейчас там господствовали серые массивные многоэтажки. Пожалуй, единственным вариантом, когда ему нравилось проноситься здесь днём, была туманная погода. Тогда внизу разливалась белая пелена, которая сглаживала все острые углы: скрывала неказистые здания и грязные улицы нижних кварталов, приглушала вызывающе яркую рекламу среднего города и прятала блестящие металлические детали облицовки особняков наверху. Туман приводил Корнум к тому, каким он и должен быть. Невесомым, светлым и монохромным. Хотя Риз понимал, что, наверное, не каждому понравилось бы последнее — это, скорее, его личное пожелание, вызванное проблемой с распознаванием цветов.

Добравшись до нужного места и оставив «Усик» заряжаться, Риз прошёл квартал и оказался на небольшой площади, которую окружали три белые «свечки». В среднем Корнуме предпочитали малоэтажную застройку, и эти три простеньких здания, в девять этажей каждое, казались здесь неуместными. Впрочем, здания не выделялись, устроившись на самом краю утёса. Наверное, это был самый дешёвый вариант жилья в средней части города.

Риз направился к центральной «свечке». На выложенной плиткой площади между подстриженными газонами играли дети. По периметру стояли два ларька и винтажная тележка с какими-то баночками.

Проходя через центр площади, Риз заметил, как маленькая девочка старательно выводила мелком на плитах классики.

«А Джен говорила, что нынешние дети в такие игры уже не играют», — отстранённо подумал он. Но, может, большинство цифровых развлечений просто слишком дороги для местных?

Риз внезапно почувствовал себя здесь не в своей тарелке. Это было странно, ведь он далеко не сразу получил возможность обосноваться в хорошем районе среднего города. До этого он некоторое время жил в нижних кварталах, а юношество и часть детства провёл в приюте. Но сейчас казалось, что его отделяет какая-то невидимая стена от этих людей. Словно теперь они всегда будут смотреть на мир по-разному.

Риз покачал головой, отгоняя меланхоличные мысли, и поднялся по ступеням, ведущим к двери подъезда. Он выжидающе уставился на синий огонёк камеры, встроенной над дверью. Подумав некоторое время, система не сопоставила его ни с кем из зарегистрированных жильцов.

— Назовите ваше имя, — потребовал прохладный женский голос из динамика сбоку.

— Гриз Аберс, — нетерпеливо сказал Риз. — У меня ордер на обыск квартиры Айлин Вайс. Свет, предоставь документы, — попросил он виртуального ассистента.

Перед глазами Риза вспыхнула и погасла зелёная галочка.

Получив документы, система охраны дома всё так же не спешила его пускать. Наконец она попросила:

— Пожалуйста, снимите очки.

Риз усмехнулся, представив, как будет выглядеть на фотографии для отчётности с полопавшимися сосудами в глазах. Он снял очки и пристально посмотрел в камеру.

Мигнул огонёк, и дверь отъехала.

— Так и знал, что у вас тут пускают только за красивые глаза, — проворчал Риз, заходя в подъезд.

На шестом этаже дверь в квартиру Айлин не стала противиться так долго.

— Свет, включи запись, — попросил Риз. — И анализ окружения, — прибавил он.

Это была ещё одна важная функция встроенного компьютера видящего. Не переступая порог, Риз присел и внимательно посмотрел на пол.

Компьютер схватывал намного больше деталей и мельчайшей пыли, из-за чего зачастую мог уловить следы людей, даже если их не было видно. Однако в данном случае пол казался слишком чистым. Айлин явно не пренебрегала уборкой.

«Нет, наверное, даже компьютер здесь ничего не разберёт», — подумал Риз.

Он оказался прав. Свет не сообщил ничего интересного, сославшись на недостаточное количество данных.

Вздохнув, Риз выпрямился и зашёл в квартиру. Дверь за ним бесшумно закрылась.

«Замок не требует ключей», — пронеслось в голове.

Хотя он и не думал, что ключи Айлин требовались для входной двери квартиры.

Покинутой квартиры. Даже одного взгляда на кухню-столовую и видневшуюся через проход спальню хватало, чтобы без всякой подсказки Света понять: либо Айлин нечасто здесь ночевала, либо поселилась недавно, либо собиралась съехать. Пустая тумба в прихожей, незанятые крючки для верхней одежды. Обуви тоже не было.

Сложив руки за спиной, Риз шагнул вперёд и посмотрел в сторону кухонного гарнитура. Ни одной оставленной второпях тарелки или чашки. Взгляд терпеливо скользил по каждой поверхности. Свет пока не спешил комментировать увиденное. Лишь два раза вылетели подсказки о том, что гарнитур светло-сиреневого цвета, а стены бледно-голубые.

«Холодная гамма», — отстранённо подумал Риз. Даже не различая эти оттенки, он кожей чувствовал иллюзорную прохладу, навеянную эти местом. Наконец глаза отыскали первый изъян: на крайней тумбе в тени холодильника валялись чёрные крошки. На фоне идеального порядка это показалось весьма странным. Словно кто-то специально бросил на стол щепотку.

Приблизившись, Риз наклонился к крошкам.

— Чай, — констатировал он.

От чаинок исходил лёгкий апельсиновый аромат. Не трогая крошки, Риз принялся осматривать полки над тумбой. Большая часть пустовала. На полке над мойкой сиротливо стояли четыре прозрачные кружки. Чая нигде не оказалось. Мусорное ведро под раковиной тоже было пустым.

Значит, кто-то рассыпал здесь чай, а потом унёс пакетик с собой? Или сразу вынес мусор? Конечно, всё могло случиться так. Однако Ризу казалось, что в этом небрежном нюансе на идеальной кухне больше смысла, чем кажется со стороны.

— Свет, знаешь название чая?

Свет, подумав, вывел пять вариантов. Риз посмотрел на оценку совпадения. Ни на одном варианте не было хотя бы восьмидесятипроцентной вероятности, что это именно искомый чай.

— Ты только по официальным магазинам искал? — спросил Риз, хотя и сам догадывался об ответе.

— Проверка частных продавцов займёт больше времени, — отозвался помощник.

— Добавь в список задач, — велел Риз.

Он направился к единственной спальне. Там Риз остановил взгляд на кресле, которое стояло напротив арочного прохода. Он приметил, что из него было удобно наблюдать за входной дверью. Хозяйка знала, что к ней кто-то придёт и ждала настолько трепетно, что установила здесь кресло?

Риз опустился на потёртое кожаное сидение. Покрутив головой, он убедился, что здесь неудобно смотреть кино или просматривать социальные сети — для этих целей лучше подходила сплошная стена, на которой протезы или компьютерные линзы рисовали экран.

Может, Айлин вообще оттащила сюда это кресло за ненадобностью и никогда не сидела в нём? Глаза задержались на стеклянном журнальном столике рядом.

Свет предупреждающе пиликнул, сообщая, что кое-что нашёл. Секунда, и компьютер выделил светящимся контуром на поверхности столика отпечатки пальцев и след от кружки. Риз слегка наклонился, изучая стекло под разными углами и наконец смог заметить бледные круги. Отпечатки пальцев он так и не увидел.

— Отпечатки Айлин? — уточнил он у Света.

— Да, — сообщил помощник.

Следы от кружки говорили о том, что креслом хозяйка всё-таки пользовалась. Риз перевёл взгляд на единственный предмет, который лежал на столике — прямоугольная визитка салона красоты. Он взял её и осмотрел. Свет тут же сообщил, что это за сеть, и где раздавали подобные визитки в последнее время.

Риз слабо улыбнулся.

— Нет, Свет, ты не угадал. Эта визитка никак не связывает Айлин с салоном красоты, — он перевёл взгляд на полку сбоку от кровати. — Это закладка, — сообщил Риз, посмотрев на два тома, которые там стояли.

Он не мог утверждать наверняка, но ему казалось, что это место было именно местом чтения классических книг. Риз поднялся и снял с полки первый том. Он оказался всего лишь имитацией классической книги — любой текст можно загрузить сюда, после чего он распределится по шелковистым страницам устройства. Сейчас память книги пустовала.

«Как будто Айлин старательно замела все следы», — подумал Риз. Знала, что её будут искать? Помедлив, он вернул книгу на полку и взял соседнюю.

Это оказался учебник по теории цвета. Риз на секунду задержался на цветовом спектре на обложке, который как никогда ярко показывал дефект его зрения. Свет тут же попытался подписать названия всех цветов, которые были изображены. Но Риз махнул рукой, сбрасывая с книги иллюзорные надписи.

— И без тебя знаю, — раздражённо пробормотал он.

Наверное, если бы Риз не помнил, какими бывают краски, смириться с этим было бы проще. Старое сожаление о потере нормального зрения нет-нет да всплывало в неподходящий момент. Оставалось надеяться, что спустя ещё некоторое время воспоминания окончательно поблёкнут, как и эмоции по этому поводу.

«По крайней мере остался жив, а не так как некоторые после «безопасных» экспериментов Деллери», — подумал Риз и открыл книгу.

Форзац покрывали абзацы, написанные от руки. Скользнув по ним глазами, Риз понял, что это отзывы. Видимо, книга была из книг-путешественниц, которые стояли в специальных стеллажах на улицах города. Любой мог взять такую для чтения. Люди часто делились впечатлениями о прочитанном на первых страницах.

Помедлив, Риз решил для начала пролистать книгу, а после внимательнее проанализировать надписи. Он сел обратно в кресло и методично исследовал каждую страницу. Свет записывал всё увиденное.

Наконец Риз дошёл до самого конца. Никаких записей или пометок он не обнаружил и снова вернулся в начало.

«Долго хотел прочитать эту книгу, и тут выпала такая возможность. Очень часто имею дело с цветом на работе. Книга помогла в последнем проекте добиться большей гармонии».

«Из-за болезни пропустила часть лекций. Думала, не сдам цветоведение. Благодаря этой книге не только справилась, но и получила хорошую оценку. Надеюсь, она поможет кому-нибудь так же, как помогла мне:)».

«Начало книги было очень интересным из-за большого разнообразия фактов, мыслей (в том числе по психологии восприятия) и заключений. К сожалению, вторая половина разочаровала. Появилось слишком много авторского мнения, которое я считаю неуместным».

«Книга помогла довести до ума дипломную работу. Рекомендую».

«Замечательное издание. Написано лёгким и понятным языком. Спасибо автору за то, что наполнил это серое воскресенье красками!»

Риз постучал пальцами по краю обложки.

— Серое воскресенье, значит? — пробормотал он. — Свет, сколько человек это писали?

Перед глазами появился прогресс-бар, показывающий ход выполнения анализа почерка и чернил. Наконец Свет выдал заключение: два человека. Риз победно улыбнулся. Конечно, они старались писать разными почерками, но «К» в предпоследнем отзыве и во втором были подозрительно похожи.

Итак, не оставалось сомнений, что это переписка. Странно, что Айлин оставила эту книгу, избавившись от всего остального. Конечно, информация здесь была зашифрована, но всё равно это казалось несколько опрометчивым поступком.

А может, она не успела избавиться от неё? Тот неизвестный в маске пришёл раньше и нарушил течение её планов?

Риз снова вчитался в отзывы. К сожалению, вариаций трактовок здесь было очень много, и угадать смысл наверняка, не зная сути беседы, почти невозможно.

— Помогла в последнем проекте добиться большей гармонии, — задумчиво произнёс он, выделив в первом отзыве предположительно ключевые слова.

В последующих отзывах такими словами, несомненно, были: «не только справилась, но и получила хорошую оценку», «начало было очень интересным… к сожалению, вторая половина разочаровала», «помогла довести до ума» и «это серое воскресенье».

Информация была размытой, с какой стороны ни посмотри. Риз потёр висок.

— Свет, найди все ближайшие стеллажи для обмена книгами, — велел он.

На них, как и во многих общественных местах, стояли камеры. Если попросить у Торне разрешение от городского совета, может, удастся узнать, с кем переписывалась Айлин. И, возможно, стоит самому присоединиться к этому увлекательному разговору.

Риз закрыл книгу и внимательно осмотрел обложку, чтобы Свет записал все нюансы. Взглянув на год издания, он убедился, что книга совсем новая. Значит, купить копию не составит труда.

Когда Риз вернул книгу на полку, Свет вывел список адресов с ближайшими стеллажами. Их оказалось всего три в этом районе Корнума.

Риз рассеянно кинул.

— Запомни, — сказал он.

Потом ещё раз исследовал спальню. Заглянул в маленькую ванную комнату и санузел и убедился, что больше никаких значимых следов Айлин не оставила. Пройдя по проходу мимо зеркала, которое висело напротив кухни, Риз вернулся в прихожую. Дверь тут же отъехала в сторону.

— Свет, позвони Торне, — попросил он, на ходу надевая очки.

Ассистент принялся выполнять поручение. Однако к тому времени, когда Риз спустился и вышел на площадь, ответа так и не последовало, и Свет констатировал, что «абонент недоступен».

Риз начинал чувствовать раздражение: внезапное задание посреди ночи, встреча с предполагаемой жертвой преступления, «пустая» квартира — с каждым оборотом дело выглядело всё более странным, а Торне не брал трубку!

— Интересно, а это не идёт вразрез с его верой — не отвечать тебе, а, Свет? — проворчал Риз. — Ладно, попробуй связаться с церковью. Не будут же тебя все так оскорблять.

— Какой? — уточнил Свет.

— Которая Святой Анны, — Риз назвал церковь, в которую ездил ночью.

После нескольких секунд ожидания ему ответил один из послушников. Представившись, Риз спросил, где может найти эдиша Алана Торне. Ему сообщили, что тот отправился в Нофлаусский монастырь. Он едва сдержался, чтобы не выругаться. Конечно, монастырь располагался совсем недалеко от города, но Риз всё равно не хотел терять так много времени.

Подумав ещё немного, он решительно направился к «Усику». Без комментариев Торне дальнейшие шаги по поиску Айлин могут оказаться бессмысленными. Придётся заглянуть в монастырь.

Риз вышел к дороге и повернул налево. Краем глаза он заметил на автобусной остановке на противоположной стороне девушку, образ которой показался знакомым.

«Не может быть», — Риз остановился и посмотрел в ту сторону, но её уже скрыл подъехавший автобус.

— Свет, запись последних пяти секунд, — тут же велел он.

Но и на записи картинка сохранилась смазанной. Была ли незнакомка Айлин или ему показалось?

Автомобили проносились мимо, не давая шанса перебежать на ту сторону улицы. Двери автобуса закрылись. Будь «Усик» рядом, Риз бы даже попытался последовать за ним, чтобы узнать наверняка. Но «Усик» ждал через квартал, а Риз со своей позиции даже не видел номер автобуса — он значился сбоку от дверей на другом боку.

— Тьма неутолимая, — простонал Риз, потерев лицо ладонями. — Что ж за мрак здесь творится?

— Здесь достаточно светло, — возразил Свет.

— Исчезни, — буркнул Риз, направившись к «Усику».

— Вы этого не хотите, — заметил ассистент.

— Тебе-то откуда знать?

— Вы собрались в монастырь служителей Истинного света. Вам со светом по пути.

Риз хмыкнул.

— Но я же не собирался там оставаться. А кроме того, не обольщайся, Свет. Твоё имя не спасёт тебя от грехопадения, когда я решу пойти дорогой тьмы.

— Я отправлю отрицательный отзыв… — тут Свет оборвал себя.

Фраза, подстроенная компьютером под шутки Риза, в случае виртуального ассистента не имела логичного продолжения, и получилась заминка.

— Кому? Солнцу? — издевательски спросил Риз.

Подобные сбои время от времени всплывали у Света, когда он пытался переиграть его.

Свет, сымитировав обиду, бросил:

— Вселенной.

— Тогда прибавь пару слов и от меня. Скажи, что меня тоже всё достало, — со слабой улыбкой откликнулся Риз.

Глава 4. О сферах применения масла

Дорога, вьющаяся вдоль скал, ожидаемо оказалась почти пустой. Всего один раз навстречу Ризу попалась фура. Это не было удивительно. По этой дороге можно добраться только до одного места — монастыря у подножия горы Нофлау. Несмотря на свою близость к Корнуму, монастырь оставался тихим местом, и вспоминали о нём не часто как среди жителей города, так и среди туристов.

Риз был исключением. Именно в Нофлауском монастыре его оставила мама, когда ему было всего восемь. Он помнил, как это произошло, но не помнил причин. Дилен привезла его из Стероса и тут же уехала, сказав, что ей нужно вернуться к Джен. Сестра болела — это Риз тоже помнил. Но почему его понадобилось увозить, он так никогда и не узнал. Торне, под опеку которого попал Риз, тоже ничего не объяснил. О чём-то, наверное, не хотел говорить. А чего-то, вероятно, и не знал. Всё-таки Дилен была очень скрытной женщиной, и её внезапные появления и исчезновения никого не удивляли.

За очередным поворотом показались песочные — Риз это помнил и без подсказки Света — стены, ограждающие территорию монастыря. Он был намного старше Корнума. Никто даже не мог назвать точную дату, когда его возвели. Обычно говорили приблизительно, называя лишь век. Конечно, за прошедшее время и стену, и здания за ней неоднократно реставрировали. Но ощущение древности, впитавшееся в потускневший камень, никуда не делось.

Остановившись у ворот, Риз снял шлем и посмотрел на высокие створки. Он медленно согнул шлем и, поднявшись, спрятал его в заднем кофре. Обернувшись, поправил серую мотоциклетную куртку, достал из кармана очки, но так и не надел, сжав в кулаке. Ветер растрепал волосы, и Риз безуспешно попытался их пригладить. Даже спустя столько лет он чувствовал робость и какую-то необъяснимую тревогу, которая просыпалась, стоило взглянуть на ворота. Сразу хотелось развернуться и уйти.

Эту реакцию Риз никогда не понимал. В конце концов, ничего плохого за стенами монастыря не случилось. Разве что Торне заставил его прочитать Книгу света, что в некотором роде было даже полезно.

В остальном жизнь в Нофлауском монастыре протекала медленно и спокойно. Мама вместе с Джен вернулась спустя несколько месяцев. Около недели они жили втроём, а потом были вынуждены покинуть стены монастыря из-за нескольких правил люверманцев. Служители Истинного света и без того отнеслись с большим пониманием к Дилен.

После этого они перебрались в Корнум. Денег не хватало. Риз запомнил маленькую однокомнатную квартиру в нижних кварталах. Только-только поправившаяся Джен вновь разболелась. И тогда мама снова исчезла. Но на этот раз уже не вернулась.

Вынырнув из своих мыслей, Риз неторопливо направился к монастырю. Под ногами захрустели мелкие камешки. Он знал, что в гигантские ворота встроены камера и система распознавания лиц. Только они находились высоко и были скрыты так, что со стороны и не поймёшь, что современные технологии нашли своё место и здесь.

Риз напряжённо взглянул на очки в кулаке. Почему-то ему казалось неприлично надевать их сейчас, хотя он не помнил, чтобы у люверманцев были запреты по этому поводу. Смотреть на камеру «красивыми» глазами тоже не хотелось, поэтом он остановил взгляд на тяжёлых кольцах-ручках и, понимая, что здесь система не будет задавать наводящих вопросов, громко произнёс:

— Моё имя Гриз Аберс. Я прибыл, чтобы встретиться с эдишем Аланом Торне.

Ответа не последовало. Риз терпеливо ждал. На короткое мгновение он даже прикрыл глаза, прислушиваясь к ветру. Наконец механизмы пришли в движение, и ворота начали медленно открываться.

Никто не вышел навстречу. Улочка между постройками из такого же камня, что и стена, пустовала. Риз медленно прошёл между зданиями с частыми, но узкими, как бойницы, окнами. Миновав два дома, он по памяти свернул налево, предполагая, что встречу можно ожидать в монастырском саду. Это решение пришло, потому что оба раза, когда приезжала мама, они с Торне беседовали именно там.

Сад в это время года закрывал прозрачный купол, похожий на половину геосферы. За счёт этого внутри поддерживалась необходимая температура. Когда Риз прошёл раздвижные полупрозрачные двери, он понял, что и сад пустовал. Может, сейчас было время очередной молитвы? Он не помнил наверняка, но решил, что как только Торне узнает о его прибытии, направится сюда. Помимо незаметно установленных камер на территории монастыря, Риз не сомневался, что эдиш мог легко проследить его логику.

Первыми, как и много лет назад, его встретили кипарисы. Они обрамляли земляную дорожку, перемежаясь кустарником. Риз неторопливо зашагал вперёд. За кустарником виднелись цветы, над которыми кружили бражники, так похожие на колибри. Риз бросил задумчивый взгляд в сторону западной стены монастыря. Бурная растительность скрывала древние камни. В его воспоминаниях она пестрела тропическими цветами. Сейчас Риз тоже видел цветы, но в новой, ограниченной гамме. Он внезапно понял, что ни разу не посещал монастырь после операции Деллери.

Поколебавшись, Риз всё же надел очки и отвернулся. Он помнил, что у стены порхали колибри, и не сомневался, что они и сейчас деловито метаются возле цветов. Но Риз совершенно не хотел их видеть своим обновлённым зрением.

Расстегнув куртку — всё же в саду было очень тепло — он зашагал к аркаде открытой галереи примыкающего к саду здания. В этот момент Риз увидел, что по галереи ему навстречу идёт Торне.

— Да осветит Истинный свет твой путь, — быстро произнёс эдиш привычную «формулу» приветствия и сразу перешёл к делу: — Ты что-то нашёл? — в обычном спокойном тоне Торне промелькнули едва заметные нотки волнения.

Они остановились возле пустого пьедестала, который доходил Ризу до пояса.

— Можно и так сказать, — Риз сложил руки за спиной. — Если тебя интересует, нашёл ли я Айлин, то я сделал это уже дважды. Странно, что жертва похищения разгуливает по городу как ни в чём не бывало.

Торне приподнял брови. Риз почувствовал раздражение. В том, что эдиш рассказал вчера, было слишком много пробелов. Риз хотел понять, во что именно его втянули.

— Или тебя всё-таки интересует не столько Айлин, сколько информация, которой она владеет? — прямо спросил он.

— Вам не удалось поговорить? — справившись с коротким удивлением, уточнил Торне.

— Нет. Она тут же исчезала. Беседа явно в её планы не входила.

— Хм, — протянул Торне, отведя взгляд. — Может, таким образом она пытается связаться с нами, но что-то мешает ей говорить открыто?

— Может быть. Но мне нужно больше информации, если мои услуги ещё требуются.

Торне опустил ладонь на пустой пьедестал и посмотрел в сторону стены, где жили колибри.

— То, что знает Айлин нам с тобой нужно не меньше, чем Деллери и совету, — отстранённо произнёс он.

Риз нахмурился, не сводя взгляда с лица Торне.

— Ты знал, что твоя мать работала на Деллери? — негромко спросил эдиш.

— Моя мать была художницей, — резко сказал Риз.

Вопрос застал его врасплох. При чём тут Дилен?

— Конечно, она была художницей, — мягко согласился Торне. — Оттого и в её сотрудничестве с Деллери нет ничего удивительного. Ты же помнишь, на первых порах на Деллери работало много дизайнеров и художников совершенно разных специализаций. Компании требовалось много визуального контента. Да и сейчас, подозреваю, этот штат не сильно уменьшился. После закрытия программы видящих у Деллери не было другого выхода, кроме как вернуться к старым разработкам.

Риз продолжал молчать.

— Неужели тебе не интересно, что с ней произошло? Разве не поэтому ты согласился на эксперименты Деллери, чтобы стать видящим?

— Мне деньги нужны были, — сухо бросил Риз.

— Если бы дело было только в деньгах, не сомневаюсь, ты придумал бы что-нибудь ещё, — возразил Торне.

За спиной Риз сжал запястье одной руки другой.

— С момента её исчезновения прошёл двадцать один год. Тебе не кажется, что это слишком большой срок, чтобы продолжать поднимать эту тему?

— Айлин может пролить свет на давнюю историю, — игнорируя вопрос Риза, сказал Торне. — В доверенном ей проекте активно использовали наработки той команды, в которую входила твоя мать. Судя по всему, в Деллери собираются закончить начатое несколько лет назад.

Риз покачал головой и, отвернувшись, посмотрел в сторону сада. Сейчас ему совсем не нужно было дело с личной заинтересованностью. Он устал и уже давно хотел пожить спокойно. Если бы это было иначе, Риз до сих пор работал бы на совет.

Торне постучал пальцами по поверхности пьедестала, и на нём появилась полупрозрачная иллюзорная папка.

— Внутри всё, что мне известно о задачах Дилен, которые она выполняла для Деллери, — пояснил он.

Риз покосился на папку, но и не подумал притронуться.

— Если всё так, и мама была связана с Деллери, почему ты не упоминал об этом раньше? — он перевёл взгляд на Торне.

— Потому что знаю слишком мало. Заглянув в папку, ты можешь в этом убедиться. До последнего времени я даже не думал, что исчезновение Дилен связано с работой в Деллери. Компания была всего лишь одним заказчиком из сотни других. Но потом пошли слухи, что Деллери в тайне воскрешает старые запрещённые проекты. В том числе тот, к которому была причастна твоя мать. Мне это показалось подозрительным. Деллери сильно рискуют. Причина должна быть очень важной, чтобы снова нарушать законы. Поэтому я совсем не прочь узнать, что известно Айлин о сути её проекта.

«И сейчас ты говоришь об этом, чтобы я не бросил дело», — горько подумал Риз.

Он продолжил молчать, снова посмотрев в сторону сада. Секунды медленно тянулись в повисшей тишине.

— Мне не нужно дело, в котором у меня личный интерес, — наконец тихо проговорил Риз. — Больше нет.

— Понимаю. Оно нужно мне, — весомо сказал Торне.

Риз посмотрел на эдиша. Он не знал, насколько близкие отношения связывали его с Дилен.

— Она исчезла очень давно, — помедлив, сказал Риз.

Торне слабо улыбнулся.

— Я знаю. Но хочу разобраться. Это для тебя жизнь в самом расцвете, а я всё чаще возвращаюсь мыслями к прошлому. Мне нужно убедиться, что я сделал тогда всё, что мог.

Риз перевёл задумчивый взгляд на папку.

— Я не могу заставить тебя продолжить это дело, — продолжил Торне, — но был бы очень признателен, если бы ты помог найти правду. Если не хочешь вспоминать Дилен, тебе достаточно привести Айлин ко мне. Большего не прошу.

Риз продолжал сверлить взглядом папку на пьедестале. Он чувствовал, как где-то глубоко внутри проснулось любопытство. И оно злило его ещё больше, чем факт того, что Торне его почти уговорил.

— Мне нужен доступ к городским камерам. Тем, которые расположены на стеллажах для обмена книгами, — наконец сказал Риз. — Свет, перешли список.

Дождавшись, когда виртуальный ассистент отправит список Торне, Риз положил руку на папку с документами, и она тут же исчезла, загрузившись в память его компьютера.

— Доступ будет у тебя в течение пары часов, — заверил Торне. В голосе эдиша послышалось облегчение.

— И всё же, — Риз поднял голову. — С чем именно был связан проект Айлин и моей матери до этого?

— Со зрительными нервами, — вздохнул Торне.

— Только со зрительными нервами? — с нажимом уточнил Риз.

Он хорошо помнил, как представители Деллери объясняли свою разработку, привлекая добровольцев. В то время, как конкуренты из Атарос работали с глазом и фоторецепторами, они собиралось влиять непосредственно на распознавание образов. С технической точки зрения это было намного выгоднее — для иллюзий, создаваемых компьютером, больше не приходилось загружать в память изображения или трёхмерные модели, только несколько строк описывающего кода.

Вот только потом оказалось, что Деллери собрались влиять не только на зрительные нервы. Их интерес простирался намного дальше. Дальше зрительных центров головного мозга.

— К сожалению, я не знаю большего, — сдержанно сказал Торне.

Похоже, и он подозревал, что в этот раз исследование не ограничилось зрительными нервами.

— Понятно, — тихо произнёс Риз.

Часть его уже занялась активным самообманом, напоминая, что он действительно может поступить так, как предлагает Торне — привести Айлин и забыть обо всём, что связано с Деллери. Но даже сейчас Риз не особо в это верил. Любопытство и неуместное чувство справедливости всегда были сильнее. Риз вообще не понимал, откуда в нём это. Уж точно не из жизненного опыта. Скорее наоборот — жизненный опыт всегда говорил, что не стоит совать нос, куда не следует, а о справедливости лучше забыть.

Обратная дорога прошла в таком же одиночестве — на этот раз навстречу не ехало ни одной машины. Солнце уже садилось, когда Риз вернулся в город. Он был ужасно голоден. За весь день, кроме утреннего бутерброда, ничего не ел.

Добравшись до Ошвера — одного из центральных районов Корнума, который так любили туристы, а оттого здесь было много всевозможных кафе и ресторанов — он припарковался и спрятал шлем. Оглядевшись, Риз отыскал глазами маленький книжный магазин, оформленный в винтажном стиле. Здесь Риз покупал Джен книги на Новый год. Надеясь, что, как и с художественной литературой, с учебником по теории цвета у них проблем не возникнет, он решил перед ужином заскочить туда.

Ризу повезло — искомого учебника остался всего один экземпляр. Продавщица сняла его с витрины. Заплатив, Риз вышел на узкую пешеходную улочку и наконец направился на поиски сытного ужина.

Он не стал долго выбирать, свернув в первую знакомую блинную, где помимо блинов меню заполняли и другие сытные блюда. Быстро справившись с супом, Риз с не меньшим аппетитом взялся за блин. В этот момент он заметил, что женщина, разливающая на блиннице тесто за стеклянной перегородкой, неодобрительно на него покосилась. Наверное, из-за очков. Риз хмыкнул себе под нос и вернулся к ужину.

Закончив с блином, он неторопливо отпил не успевший остыть чай и потянулся к пакету с книгой. Внешне всё было таким же, как и на экземпляре Айлин. Только на оборотной стороне оказался наклеен ценник. Риз только головой покачал. Неужели без наклейки никак не получилось обойтись?

Он принялся осторожно отдирать ценник. Однако несмотря на то, что Риз действовал медленно и аккуратно, тот всё равно порвался, оставив после себя часть бумаги и клеевого состава.

Риз тихо пожелал всему утонуть во тьме.

— Помочь? — прозвучало рядом.

Он поднял голову. Риз сидел на высоком стуле за длинным столом, который тянулся посередине кафе. Он не заметил, что рядом устроилась девушка с коротким светлым хвостиком. Она тоже закончила ужин и теперь с любопытством смотрела на его мучения с ценником.

— Знаете, как от него избавиться? — с сомнением уточнил Риз.

Ему в голову приходил только горячий воздух или жёсткая губка.

Незнакомка кивнула и прядь, не попавшая в хвостик, упала ей на лицо. Она оглянулась на женщину, готовящую блины. Взяв одну из своих салфеток, незнакомка соскользнула со стула, подошла к ней и попросила смочить салфетку маслом. Женщина явно не поняла причины просьбы, но не отказала. Вернувшись за столик, неожиданная помощница смяла салфетку и протянула руку за учебником.

— Можно?

Риз отдал ей книгу, с интересом наблюдая за её действиями. Незнакомка принялась тереть остатки клея и бумаги от ценника. И те прямо на глазах стали отставать от обложки и скатываться. Затем она деловито взяла другую салфетку, капнула на неё водой из бутылочки, которая стояла на её подносе, и быстро вытерла масло. Ещё одна салфетка — и вот книга уже сухая и без следа ценника.

Довольная полученным результатом незнакомка вручила книгу Ризу.

— Спасибо, — он коснулся пальцами места, где недавно был ценник. Ни намёка на клей не осталось. — Просто магия.

Риз снова поднял голову.

— А как зовут мою спасительницу?

Она улыбнулась.

— Иветта.

— Риз, — представился он в ответ. — Часто имеете дело с бумажными книгами?

— Чаще, чем с электронными, — Иветта снова посмотрела на книгу в его руках. Похоже, её, как и женщину, готовящую блины, смущали его очки, но она пыталась этого не показывать. — Кто бы что ни говорил, но в них есть своя особенная… романтика. Даже имитации её не заменят.

Риз задумчиво наклонил голову набок.

— Вы не согласны? — спросила Иветта.

— Согласен, — задумчиво ответил он. — Хотя… я просто об этом никогда не думал. С одной стороны, всегда приятно поставить книгу на полку, собрать таким образом коллекцию избранного. Но с другой, я бы никогда не узнал, что именно хочу поставить на полку, если бы не электронные книги.

— Это правда. Но ведь насколько приятнее читать книгу знакомого автора, в которой вы точно не разочаруетесь, ощущая её в руках без всяких иллюзий!

Риз рассеянно кивнул. «А ещё это очень удобный способ уйти от электронных носителей, большинство которых можно взломать или отследить», — мысленно прибавил он и тут же попытался отогнать эти мысли. В конце концов, Иветта говорила про обычные художественные книги, созданные именно для того, чтобы забирать человека из этой реальности, а не делать его жизнь здесь сложнее.

Они ещё немного поговорили о книгах, прежде чем Иветта засобиралась. Не забыв узнать номер новой знакомой, Риз попрощался с ней. Когда дверь кафе закрылась, он снова перевёл взгляд на книгу и открыл чистый форзац.

— Свет, выведи сюда отзывы, которые были в книге Айлин.

Через мгновение на листе появились полупрозрачные буквы, которые видел только Риз. Он ещё раз прочитал всё написанное и задумался.

— Свет, — снова протянул Риз, — можешь дописать под последним абзацем следующие слова: «Очень рада, что встретила эту книгу!» Тем же почерком, что и во втором абзаце.

Компьютер задумался. Вот перед глазами начали появляться буквы. Риз следил, чтобы надпись выглядела естественно.

— Поправь «л», сделай поменьше… ага, вот так, — скорректировал он Свет.

— Закончить редактирование? — спросил ассистент, когда новых правок не последовало.

Риз ещё раз критично осмотрел надпись. Потом кивнул.

— Сохрани файл под именем «отзывы». И найди ближайший копицентр.

Дождавшись, когда Свет выполнит все указания и выведет на стол иллюзорную карту города с отмеченным местом, Риз вернул книгу в пакет и поднялся.

Копицентр располагался всего через два дома. Уточнив, есть ли возможность печати на нестандартной поверхности и получив утвердительный ответ, Риз прошёл в общий зал, где сразу направился к сотруднику, стоящему у большого аппарата со свисающей сверху лапкой. Передав ему книгу, и подождав, когда тот закрепит раскрытый форзац с помощью зажимов и активирует принтер, Риз велел Свету начать печать отзывов.

Получив книгу обратно, он убедился, что результат был неотличим от экземпляра Айлин. Заплатив за услугу, Риз вышел на тёмную улицу и направился к «Усику». Оставался последний шаг: установка на книгу отслеживающего трекера. Здесь он собирался пойти не самым законным путём просто потому, что у официальных структур нужных ему устройств не было. Зато они были у старого друга.

Проблема заключалась только в том, что добраться до него не так-то просто: он постоянно менял адреса и устраивал запутанные квесты для тех, кто желал его отыскать. Поэтому Риз справедливо решил заняться этим завтра с утра.

«Усик» быстро довёз его до дома. Когда дверь квартиры отъехала в сторону, слуха коснулись звуки рояля. Но они тут же оборвались, стоило ему миновать прихожую.

— Риз, наконец-то ты вернулся! — Джен поспешила к нему навстречу.

Она была в свободном спортивном костюме. Розовые волосы сестра собрала на затылке. Джен выглядела смущённой и встревоженной одновременно.

Риз медленно снял очки, не поднимая головы. В этот момент он подумал: хотела бы Джен узнать, что стало с их матерью? Конечно, она её почти не помнила. Но это не значило, что ей было всё равно.

— Я ужин приготовила, — неуверенно сообщила Джен, так и не дождавшись от него никаких слов.

Наверное, ей было стыдно за вчерашнее. Просто так сестра не часто готовила. Однако Риз внезапно понял, что не хочет сейчас говорить ни о вчерашнем, ни о том, что сказал Торне об их матери.

— Извини, я уже поел в кафе, — негромко сказал он, решив отложить этот разговор до лучших времён.

— Тогда, может, чай… а что с твоими глазами?

Риз слабо улыбнулся.

— Ничего страшного. Это из-за усталости. Я мало спал в последнее время, — он рассеянно посмотрел в сторону кухни.

Джен прикусила губу и расстроенно опустила глаза, понимая, что на чай он тоже не настроен. Риз сразу почувствовал вину из-за этого и, пытаясь сгладить неловкую паузу, спросил, указав на рояль:

— Готовишься к следующему выступлению?

— Угу, — промычала Джен. — На следующей неделе буду играть на открытии художественной выставки. Сыграешь со мной?.. — начала было она, но потом покачала головой. — Но, видимо, не сегодня.

— Сама знаешь, что музыкант из меня никакой, — Риз неосознанно сжал и разжал кулак ненастоящей правой руки и направился в сторону лестницы.

— Я знаю, что и с протезом у тебя получается играть достойно.

Риз только пожал плечами и шагнул на первую ступеньку лестницы. Джен, осознав, что он сейчас уйдёт, поспешила к лестнице.

— Риз, — позвала она.

Он обернулся.

— Я… я хотела извиниться за вчерашнее. Такого больше не повторится. Я правда не знаю, что…

— Не зарекайся, — перебил её Риз, усмехнувшись. — Хотя, я бы предпочёл, чтобы ты так больше не делала.

Джен вздохнула и положила руку на перила лестницы, всё ещё напряжённо глядя на него снизу вверх.

— Давай поговорим обо всём завтра или, если не получится, в любой другой день на неделе, — предложил Риз. — Ладно?

— Ладно, — пробормотала Джен и отвела взгляд.

Он развернулся и продолжил подъём.

Приняв душ, Риз вернулся в спальню и рухнул на кровать, уверенный, что сразу заснёт. Однако рой непослушных мыслей игнорировал усталость и не давал провалиться в успокаивающую темноту. Проворочившись с боку на бок около часа, он раздражённо сел.

Окинув задумчивым взглядом комнату, Риз решил, что стоило попытаться отвлечься, занять мысли чем-нибудь другим, и тогда наверняка получиться заснуть. Поколебавшись ещё мгновение, он встал и натянул футболку со спортивными штанами. Затем вышел в узкий коридор на втором этаже, который отделял его спальню от другой комнаты.

Она была абсолютно пустой и предназначалась для создания виртуального пространства. Все её стены, пол и потолок могли становиться экранами. В центре комнаты весела «лапка» — устройство, способное схватить человека и поднять его, чтобы создать достоверные ощущения от контакта с виртуальным окружением. Например, от полёта в небесах. Помимо этого, у Риза был специальный костюм для полного погружения в виртуальную реальность. Он корректировал температуру и имитировал ощущения от прикосновений к разным предметам. Но костюм Риз надевать не стал. Сейчас его не интересовала правдоподобность иллюзий.

Он велел острым металлическим «пальцам» лапки сложиться в подобие сидения и, устроившись там, вывел на экраны свой любимый проект. Это был город, пока ещё без текстур в матовом белом цвете. Он отдалённо напоминал Корнум, потому что в его основе и был план Корнума. Риз когда-то начал моделировать один его район для школьного проекта, а потом так увлёкся, что продолжил и после сдачи задания, и даже после того, как закончил школу. Хотелось сделать всё правильно, так, как ему нравилось. Риз уже давно не пытался соответствовать реальности, создавая всё новые и новые части этого идеального мира.

Сегодня он вернулся к парку в среднем городе, оставленному неделю назад. Риз задумчиво рассматривал то, как он выглядит. Ему не нравились острые углы газонов. А кроме того, парк казался скучным. Но, может, это изменится, если добавить больше растительности?

Он разметил точки по бокам центральной аллеи и запустил модуль «выращивающий» деревья. В настройках Риз указал, что они будут кипарисами, и принялся критично наблюдать, как система медленно выполнять его запрос. Кипарисы тянулись вверх, появлялись новые ветви, пока он не остановил процесс.

Некоторое время Риз потратил, корректируя то, что ему не нравилось. Слегка выпрямил формы у одних деревьев, удалил лишние ветки у других. Затем добавил кусты и клумбы с цветами. Не забыл и про бражников.

Увеличив парк до реальных размеров, он оказался на той самой аллее, над которой только что работал. Риз подпёр голову рукой, изучая полученный результат. Комната синхронизировалась с глазными протезами, из-за чего бражники порхали совсем рядом. От настоящих их отличало только отсутствие текстур.

Риз оглянулся и отыскал взглядом высотки в центре виртуального города — там ещё были текстуры. Но и они выглядели недостаточно естественно, так как он ещё не поработал с небом и освещением. После потери зрения Риз постоянно оставлял эту часть работы на потом.

Или дело было не в зрении? Риз снова перевёл взгляд на парк. Ему хотелось, чтобы все формы в его городе были «живыми», и, глядя на них, другие тоже видели ту красоту, которую видел он. Цвет и текстуры не обязательны для восприятия формы. Так зачем они ему?

«Цвет — это эмоции», — пронеслось в голове.

Так иногда говорила мама. Риз вздохнул и потёр висок. Не только цвет создавал эмоции, но всё же…

Поддавшись внезапному порыву, Риз протянул левую руку и схватил пролетавшего мимо бражника. Конечно, он ничего не почувствовал. Но, приоткрыв кулак, увидел сидящее на ладони насекомое. Глаза говорили, что бражник существует. В то время как все остальные чувства с ними не соглашались.

Риз принялся внимательно рассматривать бражника. Представил его ярко-оранжевые крылышки и невесомое касание тоненьких лапок. Он смотрел на него до тех пор, пока не убедил себя в реальности насекомого настолько, что стал чувствовать на ладони лёгкое покалывание. Фантомное ощущение. Осязание словно склонялось перед зрением и силой убеждения.

В следующее мгновение назло себе Риз сжал кулак и увидел, как пальцы прошли сквозь модель насекомого, разрушив иллюзию реальности, в которой он с таким трудом убедил себя.

«Этого всего недостаточно», — подумал Риз.

Бражник замерцал, а потом снова появился, порхая рядом, как ни в чём не бывало. Риз проводил его взглядом, пытаясь не думать, что его сил недостаточно для того, чтобы по-настоящему оживить это место. Да и нужно ли это хоть кому-нибудь?

«А ведь так похож на колибри», — мысли снова перекинулись на монастырский сад и Дилен.

Риз прикрыл глаза.

— Свет, — произнёс он. — Спокойной ночи.

Когда Риз снова открыл глаза, вокруг осталась только темнота. Он встал и по памяти направился к двери.

Глава 5. Проводник

Следующее утро оказалось намного более спокойным. Риз даже решил, что почти выспался, хотя и хотелось ещё поваляться в кровати. Однако в этот момент его внимание привлёк один заголовок из сводки новостей, которые Свет привычно выводил в виде иллюзорной газеты, лежащей на краю тумбы.

Нахмурившись, Риз коснулся газеты и спросил помощника:

— Что там?

Газета тут же исчезла, а в воздухе перед Ризом появилась первая страница. Значит, не показалось: Айлин наконец объявили в розыск. Он велел Свету открыть нужную страницу и бегло просмотрел написанное. Объявление повторяло то, что Риз уже знал об Айлин. Однако он обратил внимание, что там не было ни слова о похищении. Всё выглядело так, словно она сама потерялась.

Риз вздохнул. Он не сомневался, что представители Деллери приложили к этому руку. Наверняка пеклись о своей репутации. Хотя Деллери уже удалили информацию об Айлин везде, где могли, и узнать, что она работала у них, теперь очень сложно.

Риз раздражённо махнул рукой, заставляя газетный лист исчезнуть. Потом поднялся и принялся собираться.

Когда Риз спустился на кухню, он обнаружил, что Джен, как и вчера, ещё спала. Сестра вообще не часто вставала до полудня, так что это нисколько не удивило. Привычно проигнорировав писк проснувшейся кофемашины, он велел Свету вывести на барную стойку карту Корнума.

— Включи поиск, — сказал Риз помощнику, доставая из холодильника яйца и растительное масло.

— Ваш запрос? — с готовностью откликнулся Свет.

— Мне нужен проводник, — протянул Риз, капнув маслом на сковороду.

Он бросил короткий взгляд в сторону барной стойки и увидел, что там уже появилось множество меток. Иллюзорный счётчик на углу стойки говорил, что Свет нашёл уже сто шестьдесят восемь проводников, и цифры продолжали неторопливо сменяться.

Запрос вышел слишком размытым. Риз вернулся к готовке яичницы, задумавшись над тем, как сократить зону поиска.

— Выбери тех, кто как-то связан с мистикой… Или какими-нибудь спиритическими сеансами, — попросил он.

Риз решил, что именно в этой сфере тому, кого он искал, проще всего спрятаться.

Свет молча принялся выполнять запрос. Риз не торопился оборачиваться. Только разбив два яйца, он на мгновение посмотрел на барную стойку.

«29 результатов», — выдал счётчик.

Риз улыбнулся. Уже лучше.

— Зачитай, — велел он Свету.

— Проводник на пути очищения, проводник к наслаждению, проводник к успеху, — Свет принялся монотонно зачитывать выписки из описаний организаций и частников, которые подходили под указанные критерии. — Проводник к свету. Проводник на истинный путь…

Риз хмыкнул.

— Проводник в мир знаний. Проводник на тёмную сторону…

— Стоп, — остановил помощника Риз. — Мне нужен последний.

Оглянувшись, он увидел, что Свет увеличил область карты, где находилась метка.

«Нижние кварталы», — понял Риз. Он не удивился, но почему-то ожидал найти Вергилия где-нибудь в средней части города. Неужели его до сих пор держат там старые привычки? Хотя, наверное, в нижних кварталах проще заниматься тем, чем он занимается. Риз перевёл взгляд на яичницу и, вспомнив, что забыл посолить, потянулся к соли.

С Вергилием они впервые столкнулись в приюте. Он был на год старше Риза, но выглядел младше. В те дни Вергилий постоянно влипал в неприятности, однако выходил из них быстро и легко. Как будто без особых усилий. Он был слабее большинства мальчишек, но голова у него работала слишком хорошо. Очень скоро все в приюте усвоили, что переходить ему дорогу не стоит.

Положив яичницу на тарелку, Риз поставил завариваться чай и отправил ломтик хлеба в тостер. Потом сел за барную стойку и внимательно посмотрел на голограмму жмущихся друг к другу однотипных многоэтажек. Риз понимал, что это всего лишь первый этап разгадывания загадки «как попасть к Вергилию» и, просто приехав туда, нужной двери он, скорее всего, не найдёт.

Старый друг обожал загадки. А ещё это помогало ему в непредвиденном случае уйти от стражей порядка. Найти Вергилия мог любой, кому требовалась помощь с незаконным программным обеспечением и не только. Но путь к нему был достаточно длинным, чтобы он успел заметить, что его ищут, проанализировать личность гостя и принять все необходимые меры безопасности.

Риз взял вилку, подумав, что о личности самого Вергилия по-настоящему ничего не известно. Даже его возраст Риз ставил под сомнение. А уж то, что имя было ненастоящим, друг сам подтвердил. При этом и в приюте, и в школе он значился просто как Вергилий. Друг никому не называл другого имени и отрицал наличие фамилии, даже когда ему пытались её дать. Вергилий ненавидел правила и никогда не подчинялся, если его заставляли что-то сделать, мотивируя тем, что «так надо». На протяжении всего пребывания в приюте отношения с взрослыми у него оставались тяжёлыми. Но они терпели его до самого конца. Потому что Вергилий был мраков манипулятор и умел находить людские слабости.

Хлеб выскочил из тостера, и Риз потянулся к нему. Со старым другом они не виделись почти год, и он задумался, как у него теперь обстоят дела? Может, в его деятельности что-то изменилось? Риз снова рассеянно взглянул на карту. Если связываться с Вергилием через социальные сети или мессенджеры, ответа можно ждать месяц. Столько времени у Риза не было.

Закончив завтрак, он поднялся наверх и застегнул на поясе кобуру с пистолетом. Риз не ждал подвоха непосредственно от Вергилия. Но в нижних кварталах могло случиться что угодно. Захватив учебник по теории цвета и очки, он спустился к «Усику».

Путь вёл к «Паутине». Там Риз перестроился на синюю линию, которая закручивалась спиралью. Круговое движение ко дну, как нельзя лучше ложилось на мрачные воспоминания о нижних кварталах, которых у Риза накопилось больше, чем он хотел бы.

Окончание спуска символизировал лёгкий толчок, с которым «Усик» соскочил с линии. Потом последовал ещё один. И ещё. Сжав челюсти, Риз принялся старательно объезжать ямы.

Застройка в нижних кварталах была очень плотной. Этажность варьировалась от пяти до тридцати, а в редких случаях достигала восьмидесяти. Поэтому сверху этот маленький мир беззакония выглядел, как многоступенчатая композиция из серых блоков.

Наконец Риз повернул к нужному дому и, припарковавшись, снял шлем. Через дорогу находилась их с Вергилием школа. Точнее, здание, которое когда-то занимала школа. Судя по всему, теперь оно было заброшено. Впрочем, об этом говорили только выбитые окна. А вот число непристойных надписей на стенах как будто не увеличилось. Риз пригляделся, отыскивая знакомые.

Он никогда не занимался «наскальной живописью», но знал некоторых авторов этих творений. Отношение Риза к рисованию любого вида сложилось под влиянием матери. Подобные граффити противоречили целям, с которыми, по его мнению, стоило брать баллончик. Однако он не осуждал за это других ребят, из-за чего учителя часто считали Риза соучастником. Он подозревал, что в итоге эта репутация повлияла и на оценки. Но роль «уверенного троечника» его никогда не расстраивала. Потому что «уверенный» было здесь главным.

Риз достал учебник по теории цвета из заднего кофра, отвернулся от школы и посмотрел в сторону закутка, куда указывал навигатор. Он прошёл составленные в ряд мусорные баки и оказался у стены многоэтажки. Справа к стоящему вплотную дому была прицеплена металлическая лестница, ведущая на крышу.

— Запрос на демонстрацию контента дополненной реальности, — пробубнил Свет в наушнике.

— Разреши, — откликнулся Риз, приготовившись решать загадки Вергилия.

Окружающее пространство тут же изменилось. Стало темно, и только иллюзия тусклого белого фонаря, дорисованного компьютером, освещала закуток.

— Найди нужную дверь, — роботизированным голосом произнёс Свет.

Риз увидел, как на стенах вокруг появились стрелки, нарисованные белой краской. Они находились над множеством дверей. Повернувшись вокруг своей оси, он насчитал семнадцать. Стрелки указывали на некоторые из них.

Риз мысленно отругал себя за то, что, проходя, не обратил внимания, сколько реальных дверей было в закутке. А теперь уже поздно: если он прервёт показ элементов дополненной реальности, второй раз «загадку» вызвать не получится, и можно будет хоть до скончания века торчать в закутке. Он обвёл двери сосредоточенным взглядом. Вроде одна точно была напротив мусорных баков. Или нет?

Риз потёр лоб, подумав, что придётся играть по правилам. Он посмотрел на стрелки. Они были разными по размеру и яркости. Из-за высокой контрастности с тёмной стеной некоторые, казалось, светились. Стрелки предлагали варианты дверей, но определить среди них правильный было сложно. Риз понимал, что, если ошибётся, программа Вергилия либо назначит какой-нибудь неприятный «штраф», либо вообще больше не даст попытки добраться до него.

Итак, что важнее: яркость краски или размер указателя? Риз слабо улыбнулся. Вероятно, ничто из перечисленного. Стрелки пытались управлять вниманием, навязать свой результат. А вот какая дверь выделялась меньше прочих?

Риз медленно прошёл вдоль ряда до мусорных баков. Потом вернулся. На всякий случай приблизился к стене, которой заканчивался закуток так, чтобы лестница оказалась слева. И тут его взгляд упёрся в металлический щиток, висящий недалеко от лестницы.

«Дверь. По сути, здесь тоже дверца», — подумал он.

Помедлив, Риз направился к щитку. Он не знал, что увидел бы, не воздействуй на его глаза программа Вергилия. Наверное, это было бы ожидаемое сплетение проводов. Однако в дополненной реальности никаких проводов не оказалось. За дверцей находилась кирпичная стена и надпись: «Так ты и останешься один на белом свете».

Риз проигнорировал мрачный смысл надписи. Если Вергилий оставил вторую подсказку, значит, он на верном пути, и первый этап пройден успешно.

Осталось только решить, что означали эти слова. Риз огляделся. Двери и стрелки исчезли. Свет от иллюзорного фонаря слегка задрожал, но через секунду вернулся в нормальное состояние.

Риз поднял голову и посмотрел на него.

«На белом свете», — мысленно повторил он.

Решив, что главным в послании была именно эта часть, Риз решительно направился прочь от фонаря. Однако удалившись на достаточное расстояние от тусклого кружка света и выйдя обратно на улицу, он не увидел новых подсказок.

— Ладно, — пробормотал Риз себе под нос и вернулся к фонарю.

Он снова обвёл всё внимательным взглядом и только тогда заметил, что на крыше, куда вела лестница, были заметны розовые отсветы.

«На белом свете останешься один, но не на розовом», — понял Риз и, удобнее перехватив учебник, стал поспешно подниматься. Оказавшись наверху, он увидел на стене ближайшего дома розовую неоновую стрелку. Риз пошёл туда, куда она указывала.

Путешествие по плоским крышам оказалось не самым коротким. Два раза Ризу приходилось спускаться и подниматься на крыши домов, не совпадающих по уровню с теми, по которым он шёл. Помимо этого, тут и там попадались белые стрелки, явно призванные запутать. Но Риз помнил, что белый свет — это не его путь, и продолжал придерживаться цветных указателей.

Наконец он остановился у металлической двери. Несуществующие стрелки позади померкли, символизируя окончание загадок.

Потянув за ручку, Риз понял, что она не заперта. Зайдя внутрь, он попал на лестничную площадку, от которой вниз шли железные ступени. У подножия расположился небольшой зал. Хотя стены и пол были без отделки, зал производил впечатление обжитого. Справа от лестницы Риз заметил обеденный стол и буфет. Левее, на широких диванах перед экраном во всю стену, сидели трое мужчин.

Риз начал медленно спускаться. На руках незнакомцев были перчатки виртуальной реальности. Судя по отстранённым взглядам и массивным очкам у одного из них, они работали с чем-то невидимым вне виртуального пространства.

Из-под лестницы послышалось сопение, и в следующее мгновение в поле зрения появились мопс и такса. Они единственные обратили внимание на появление Риза. Однако внимательно поглядев на гостя и принюхавшись, собаки отступили обратно под лестницу.

— Вир наверху, — внезапно сказал незнакомец в очках и указал себе за спину.

Риз не сомневался, что слова относились к нему, хотя говоривший даже не удосужился повернуться в сторону гостя. В указанном углу находилась ещё одна лестница, но на этот раз винтовая.

Интерьер наверху разительно отличался от того, что было в первом зале. Место походило на офис: побелённые стены, серое ковровое покрытие, мягкий свет от квадратных ламп на потолке. Пространство разграничивали матовые стеклянные перегородки и двери с узорами, выведенными белой краской. В одном конце коридора, в который привела лестница, находилась кухня, в другом — несколько компьютерных столов. Риз направился к ним, рассчитывая найти там кого-нибудь, кто скажет, где Вергилий.

Однако стоило пройти коридор, а перегородке справа закончиться, как Риз сам увидел старого друга. Он стоял у большого принтера с многофункциональной печатной ручкой и разговаривал с девушкой, подстриженной под «ёжик».

Вергилий сразу заметил его.

— Риз! Ещё живой! — воскликнул он, и шагнул вперёд с таким видом, будто собирался по меньшей мере обнять. Но в последний момент замер и протянул: — Хотя… а сколько в тебе сейчас процентов от Риза?

— Как и в прошлый раз, — усмехнулся тот, — около восьмидесяти пяти, — Риз подчёркнуто протянул левую руку — ту, которая была настоящей.

Вергилий широко улыбнулся и ответил крепким рукопожатием.

— Больше половины — и то хлеб.

Он нисколько не изменился с последней встречи: такой же худой с торчащими во все стороны чёрными волосами, по которым можно было отследить, сколько раз за день Вергилий запускал в них пальцы. Он был немного ниже Риза, из-за чего тот хорошо мог разглядеть круглые серебряные очки, сдвинутые на лоб. Они походили на гогглы. Риз не знал, есть ли в них какие-нибудь необычные модули, оправдывающие такую конструкцию, или внешний вид происходил только из прихоти Вергилия.

Разомкнув рукопожатие, Риз обратил внимание на короткое касание прохладного металла. Мельком взглянув на руку Вергилия, он убедился, что, как и раньше, его пальцы были унизаны широкими серебряными кольцами. Впрочем, на кольцах необычные детали образа заканчивались. Одежда привычного чёрного цвета оставалась предельно простой. Риз бы не удивился, если бы узнал, что Вергилий нашёл магазин с постоянной базовой коллекцией, где и покупал стандартный набор вещей, как только предыдущий, ничем от него не отличимый, снашивался. Максимальное разнообразие, на которое он был способен — это поменять джемпер на футболку. И ничто в этом мире не способно заставить Вергилия одеться иначе. Помниться, на выпускной он пришёл в таком же джемпере.

Вергилий оглянулся на девушку с «ёжиком».

— Тогда немного позже разберём, — сказал он.

Та кивнула и поднесла к губам бумажный стаканчик, недовольно посмотрев в сторону принтера.

Вергилий показал Ризу следовать за ним.

— Какими судьбами?

— Я ненадолго, — Риз двинулся за Вергилием по коридору, ограниченному стеклянными перегородками. — Сильно не отвлеку.

— Да я совсем не против, чтобы меня отвлекли, — заметил Вергилий, всем своим видом показывая, что возиться с принтером ему сейчас совсем не хочется.

— Ну что ж… Я хотел бы купить трекер, если ты их ещё продаёшь.

— Ты ж вроде завязал с работой на городской совет, — удивлённо поднял брови Вергилий.

— Всё так, — кивнул Риз.

— Ну и как трекер тебе поможет отыскать девочку-подростка, сбежавшую из дома? — с явным недоверием спросил Вергилий.

— Дело не в девочке-подростке…

— А в том, что совет снова взял тебя в оборот.

Хоть Вергилий и не сказал этого вслух, в его словах отчётливо слышалось «я же тебе говорил». Риз закатил глаза, хотя за стёклами очков этого не было видно.

Вергилий никому не доверял, а городскому совету особенно. Он не думал, что они когда-нибудь по-хорошему отстанут, и как-то раз даже предложил Ризу установить на его протезы пару программ, защищающих от возможной слежки со стороны совета или Деллери.

Риз тогда отказался. Но не потому, что считал, будто друг неправ. Он просто не хотел жить «в тени» всю жизнь, как Вергилий. Они это уже проходили. Ризу не нравилось прятаться и использовать обходные незаконные пути. Это вносило в повседневную жизнь постоянную нервозность, с которой он так и не научился мириться.

— Может, однажды они и отстанут, — сказал Риз без особой уверенности в голосе. — Чем больше времени проходит, тем реже совет обо мне вспоминает.

Судя по выражению лица Вергилия, его это совсем не убедило, но он снова ничего не сказал.

Они начали спускаться по винтовой лестнице. Миновали зал, в котором Риз уже был, и продолжили спуск ещё ниже. Вергилий привёл его в подвальное помещение. Пройдя по коридору, он открыл тяжёлую дверь. Взгляду предстали многочисленные башни серверов.

Вир уверенно повёл Риза по одной из «улиц» этого техногенного города.

— К чему крепить собираешься? — на ходу спросил он.

— К книге, — Риз показал учебник.

Вергилий забрал его и критично осмотрел. Когда они свернули в следующий переход, в конце которого показалась ещё одна дверь, Вир повернул учебник боком и открыл, оценивая расстояние между корешком и блоком страниц.

— Может, и поместится, — задумчиво протянул он. — Сейчас посмотрим.

Следующая комната была плохо освещена. Всё пространство здесь занимали стеллажи с разным оборудованием и деталями, которые Риз не успел толком рассмотреть. Вергилий направился к деревянному письменному столу, за которым сидела девушка с большими выразительными глазами и светлым хвостиком. Она бы идеально подошла на роль школьницы в каком-нибудь фильме, такой невинной и молодой казалась. Однако Риз не сомневался, что это лишь видимость, потому что иначе незнакомка не оказалась бы в таком внешне не подходящем ей месте.

— Эбби, нужно прицепить сюда трекер, — Вергилий сразу протянул ей книгу.

Эбби подняла глаза от стоящих перед ней мониторов. Не говоря ни слова, подтянула себя ближе к столу. Колёсики стула, на котором она сидела, скрестив ноги, загремели по неровному полу. Эбби деловито взяла учебник у Вергилия. Последовало молчаливое обследование книги. Она так же, как Вергилий, посмотрела на пространство под корешком. Потом соскользнула со стула и пошла к стеллажам.

Риз проводил её взглядом.

— С парнем рассталась, — тихо сказал Вергилий, видимо объясняя молчаливость и хмурость Эбби. — Я ей предлагал успокарительное, но она отказалась, — с сожалением прибавил он, рассматривая кольца на правой руке.

Вергилий часто слегка коверкал слова. Многих это раздражало. Зато сейчас у Риза не осталось сомнений в том, какого именно рода успокоительное он предлагал.

Эбби вернулась быстро. Снова устроившись на стуле, она с помощью пинцета быстро поместила тонкую зеркальную пластину, которая и являлась трекером, под корешок. Все её действия были точными, плавными и спокойными — хоть снимай для обучающего ролика «как поместить незаконное отслеживающее устройство в книгу». Закончив, Эбби немного театральным жестом достала из ящика ручку и квадратный листочек. Затем аккуратно вывела номер трекера и его пароль. Потом протянула всё это Ризу.

— Спасибо, — сказал он, приняв учебник и листок, но Эбби уже снова смотрела в мониторы.

— Идём, — Вергилий коснулся его плеча и указал на похожий деревянный стол в другом конце помещения.

На этот раз Вир уже сам устроился за ним и, вынув из ящика древний калькулятор, быстро подсчитал стоимость и показал Ризу сумму.

— Ты в курсе, что на эти деньги можно собрать базу для комнаты виртуальной реальности? — уточнил тот.

— Отвратительную базу, — слабо улыбнулся Вергилий.

— Согласен, — проворчал Риз, подумав, что о расходах ещё нужно будет поговорить с Торне.

Трекеры, подобные тем, которые были у Вергилия, невозможно найти где-то ещё в Корнуме. Они являлись самыми надёжными. Устройства незаметно фиксировали весь путь, и выходили на связь, только когда случалось одно из двух событий: либо объект попадал в заранее указанную область, либо наступало нужное время.

— Как настраивать помнишь? — уточнил Вергилий, достав из того же ящика такой же древний, как калькулятор, ручной кассовый аппарат.

Риз кивнул. Вергилий вбил сумму, затем легонько постучал по столешнице, и на ней высветилась клавиатура.

— Вручную? — не поверил Риз.

— Конечно, — улыбнулся Вергилий.

Риз уже не помнил, когда в последний раз так платил за что-то.

— Свет, помогай, — устало позвал он помощника. — Мне нужны реквизиты.

Провозившись с этим некоторое время, Риз наконец получил удовлетворённый кивок Вергилия и бумажный чек, который выдал аппарат.

«Ещё одна древность», — отметил Риз, посмотрев на него.

Под ценой трекера находились следующие строки:

«Благодарим за покупку!

Гарантий не даём.

Прогнозов тоже.

Предсказания вам не понравятся».

Риз хмыкнул.

Вергилий тем временем небрежно задвинул ящик и встал.

— Теперь можно поговорить обо всём остальном, — подвёл итог он и спросил: — Чай?

— Чай, — согласился Риз.

Чайные посиделки у них были некоторого рода традицией. Очень часто, что в приюте, что в те времена, когда Риз работал на Вергилия, они попадали в ситуации, когда следовало сохранять трезвую голову. Оттого пили в такие моменты исключительно чай. Потому что не пить вообще было немного грустно. А ещё иногда Вергилий подливал в чай коньяк, бренди или ром. В случаях, если грустно всё равно становилось.

Они вернулись на этаж «офиса» и направились к кухне, которую Риз уже приметил ранее. Поставив чайник кипятиться, Вергилий распахнул шкафчик, и взгляду предстала куча пакетиков с самым разным чаем. Вир, как показалось Ризу, не глядя, взял один и потянулся к заварнику.

— Слушай, а кто у тебя занимается закупками чая? — спросил Риз, устроившись за столиком напротив.

— Ронни, — ответил Вергилий, явно не понимая, чем вызван интерес.

— А у кого именно он его покупает? Есть что-нибудь от частников?

— Тьма его знает, — пожал плечами Вир, — но можем спросить.

Он достал из кармана наушник, нажал на него и, воткнув в ухо, сказал:

— Ронни, зайди на кухню.

Ронни явился как раз к тому моменту, когда закипел чайник. Он оказался тем самым незнакомцем в очках, который сказал, где искать Вергилия. Только сейчас очки исчезли. Под ними скрывались тёмные глаза, которые немного не сочетались с рыжими, как подсказывал Свет, волосами парня.

В отличие от Вергилия, на нём была белая рубашка и жилетка. Рукава оставались небрежно закатаны, но ровно до того момента, чтобы не нарушать общую чинность образа.

Ронни сложил руки за спиной и тоном консультанта из магазина ювелирных украшений спросил:

— Чем могу помочь? — и сразу повернулся к Ризу.

— Ты много знаешь частников, торгующих чаем в Корнуме?

— Всех, — Ронни, не моргая, смотрел на Риза.

В иной ситуации тот бы засомневался в таком ответе. Но что-то в тоне Ронни говорило о том, что сомневаться в нём точно не стоит. А ещё, что он немного чокнутый. Но другие у Вира не работали.

— Хорошо, — протянул Риз. — Я ищу чай с ярко выраженным апельсиновым ароматом. Он точно продаётся у кого-то из частников. Поможешь с этим?

Ронни ещё несколько долгих секунд глядел на Риза, не шевелясь. Словно компьютер, обрабатывающий запрос. Потом с бесстрастным выражением лица шагнул к кухонным шкафам. Вергилий едва успел отступить в сторону, чтобы не оказаться на пути этого роботизированного человека.

Затем Ронни принялся механически выставлять на тумбу пакетики с чаем. Выставив семь, он повернулся к Ризу и указал на пакетики:

— Прошу.

Риз поднялся и принялся поочерёдно подносить их к носу. Ни один из представленных чаёв не показался ему знакомым.

— Свет, — помедлив, он позвал помощника, — сравни с теми крошками, которые были на тумбе.

Через мгновение Свет вывел результаты сравнения, которые только подтвердили, что искомого чая на кухни у Вергилия нет.

— Не то, — Риз посмотрел на Ронни.

Тот снова замер, уставившись на Риза. Потом спросил:

— Самый близкий результат?

Риз указал на второй пакетик справа. Ещё немного подумав, Ронни достал из шкафчика два чая и протянул ему.

— Какой из них больше напоминает искомое по яркости аромата?

Оба чая были мятными. Но один с лёгким запахом, а второй с пробивным.

Риз приподнял второй.

— Вам нужна мадам Генриетта, — констатировал Ронни, быстро составив все пакетики обратно в шкафчик. — Что-нибудь ещё?

От такого быстрого вердикта Риз не сразу нашёлся. Но Ронни, видимо, зависал только на чужих вопросах. Он тут же повернулся к Вергилию. Тот рассеянно кивнул, и Ронни поспешно удалился.

— Мда… — протянул Вир, глядя ему вслед. Потом спохватился и начал разливать чай по чашкам.

Когда они сели за стол, Риз, всё ещё немного сбитый с толку, на всякий случай уточнил:

— Под чем они все у тебя?

— Под депрессией, — многозначительно протянул Вергилий.

— У вас какие-то проблемы?

— Не то чтобы… Скорее просто у каждого своя маленькая трагедия на фоне общего безрадостного существования, — Вергилий глотнул чай. — А у тебя что с глазами? — поинтересовался он, посмотрев на Риза.

Тот вздохнул и на мгновение приподнял очки, продемонстрировав красные белки глаз.

— Из-за перенапряжения или недосыпа? — уточнил Вир.

— Кто бы знал, — философски отозвался Риз.

— Я всё ещё могу поработать с твоими протезами, — начал Вергилий. — Заблокирую всё то, что вшило Деллери, будешь, как нормальный человек… — он оборвал себя, увидев, что Риз качает головой.

— Я не очень везучий в подобных экспериментах.

Он посмотрел на правую руку. С ней тоже не всё было в порядке. На одном из заданий совета его ранили, и в системе протеза случился сбой. Риз почувствовал такую невыносимую боль, что потерял сознание. После этого он сильно ограничил чувствительность у этой руки. И ладно, что она почти ничего не ощущает. Зато того случая больше не повторится.

— Но это не эксперимент, — возразил Вергилий. — Мне точно известны все последствия.

— Может, позже, — отстранённо сказал Риз, всё ещё рассматривая руку.

— Ты только доживи до этого «позже», — хмыкнул Вергилий и снова потянулся к чаю.

Повисла длинная пауза.

— А знаешь, я бы вписался, — Риз слабо улыбнулся.

— Куда? — не понял Вергилий.

— В твою команду.

Вергилий закатил глаза.

— Пожалуй, если всё снова пойдёт наперекосяк, пойду к тебе, — пообещал Риз, отсалютовав ему чашкой.

— Мне сейчас радоваться или расстраиваться? — приподнял тот одну бровь.

— Вспоминать тьму всеми добрыми словами.

— Я слишком стар для этого, — Вергилий откинулся на спинку стула. — Расскажешь, во что влип?

— Пока не могу. Но позже обязательно, — пообещал Риз.

— Тогда буду ждать, — откликнулся Вергилий, и кухня снова погрузилась в задумчивое молчание.

Глава 6. Маска

Риз настроил трекер ещё у Вергилия, используя выданный пароль. Когда он покинул логово старого друга, в ухе послышался короткий сигнал — Свет уведомил о новом сообщении. Оно оказалось от Торне. Эдиш, как и обещал, дал доступ к записям с камер, которые были установлены на стеллажах для обмена книг.

Кроме того, Торне написал, что Айлин видели неподалёку от её дома. Сообщение поступило от неравнодушного прохожего, который сопоставил её внешность с объявлением в новостях. Значит, «похищенная» продолжала слоняться по улицам Корнума, и при этом до сих пор никому не удалось поговорить с ней.

Подходя к «Усику», Риз сказал Свету проанализировать видеозаписи за последние три недели у тех трёх стеллажей, которые располагались недалеко от дома Айлин. Помощник тут же занялся этим. Риз понимал, что Свету потребуется некоторое время и, чтобы не перегружать систему, не стал включать навигатор, достал шлем и по памяти поехал к «Паутине».

Риз был рад увидеть Вергилия, но из нижних кварталов ему хотелось поскорее убраться. Несмотря на то, что здесь не было ничего, чтобы вызывало у него явное отторжение, многие детали стали раздражать. Слишком пыльный воздух, ужасные дороги, высотки, из-за которых улицы кажутся узким, а люди ощущают себя муравьями.

Доехав до перекрёстка, Риз остановился на светофоре.

— Ну мама, я хочу остаться! — его внимание привлёк крик девочки, которая переходила дорогу перед ним, держась за руку матери.

Это восклицание наложилось на меланхоличные мысли. Риз вспомнил Джен, когда сестра была того же возраста, что и девочка.

«Она тоже захотела остаться здесь», — подумал он, снова тронувшись в путь.

Риз помнил первые месяцы, проведённые в приюте, после того, как стало ясно, что их мама не вернётся. Его и Джен распределили в разные, хотя оба находились в нижних кварталах. Риз никак не мог понять, почему приют для девочек обязательно должен быть отдельным местом. Он не собирался бросать Джен на произвол судьбы, ведь сестра находилась под его ответственностью, и спустя неделю сбежал.

Риз помог Джен также незаметно покинуть здание. Наверное, их не нашли бы сразу. Может быть, получилось бы уйти достаточно далеко. Но, оказавшись за пределами приюта, Джен сказала, что не хочет уходить. Она хотела есть. Ей было всего четыре, и её простая фраза заставила Риза остановиться и подумать о том, о чём он, даже будучи старшим, не подумал.

Джен прибавила, что ещё в её комнате было тепло. По улице гулял осенний ветер, а Риз стоял и смотрел на сестру, не зная, что ответить. Еда и тепло. Две простейшие вещи. Наверное, только-только оправившись после болезни, Джен острее ощущала постоянную нехватку пищи и холод, который преследовал их той осенью. Тогда Риз понял, что пришла пора научиться думать не только о желаниях, но и о необходимых вещах. У него не было по-настоящему работающего плана выживания. Ему пришлось вернуться и адаптироваться.

Он не виделся с сестрой почти три года. А потом Джен пошла в школу, и они начали сталкиваться чаще. Проезжая мимо старого футбольного поля, огороженного сеткой, Риз вспомнил, как они задерживались после уроков, гуляя по похожему полю. Они увлечённо разговаривали обо всём на свете. Джен часто рассказывала о появившемся увлечении музыкой.

В Корнуме во многих школах уроки музыки, включавшие обучение игре на каком-нибудь инструменте, были обязательными. Считалось, что это прививает детям необходимое понимание гармонии, а ещё улучшает память. Здесь, в нижних кварталах, специальностью обычно оставалось фортепиано, потому что других инструментов в большинстве школ попросту не было. Но Джен фортепиано подошло. Она влюбилась в инструмент и грезила консерваторией.

Риз тоже неплохо играл. По крайней мере, так говорила Джен. Но он больше не разрешал себе пустых мечтаний. С его подпорченной репутацией и оценками, а главное, с отсутствием средств, ни о какой консерватории не могло быть и речи. Если уж смотреть наперёд: никакой речи не могло быть ни об одном высшем учебном заведении. Ризу предстояло где-то найти деньги. Конечно, на протяжении многих лет их с Джен поддерживал Торне. Но его нельзя было назвать богатым человеком.

По знакомству через Вергилия Риза взяли на алюминиевый завод на должность перемотчика рулонов цветных металлов. Учитывая, что в остальное время он ещё помогал Виру в его делах, шансы скопить достаточную сумму на обучение существенно возросли. Только Ризу по жизни не везло, и стоило хоть чему-то наладиться, как происходила фатальная случайность.

В тот вечер он поздно возвращался в общежитие, где в то время жил. Главный вход уже закрыли. Но Риз знал, что, если забраться по пожарной лестнице на крышу низкой части общежития, можно залезть в коридор третьего этажа через окно, которое как раз находилось на том уровне. Этим путём пользовались многие опаздывающие.

Вот только никто не думал, что лестница была в ужасном состоянии, а Риз оказался тем счастливчиком, кому «повезло» узнать, чем это может обернуться.

Он не успел подняться высоко, так что падение не принесло серьёзных травм. Основной ущерб пришёл от рухнувшей сверху металлической конструкции, которая только чудом не задела ничего, кроме правой руки.

Это событие поставило крест на многих планах. Хороший протез стоил баснословных денег, которые было невозможно заработать, потеряв рабочую руку. Риз старался не впадать в отчаяние. Он помнил, как в больнице его навещали Джен, Торне и Вергилий. Последний именно тогда сказал, что для работы у него и девяносто процентов Риза достаточно. Только Вир в те годы не мог платить ему столько, чтобы накопить на протез.

И тогда Риз увидел в своей палате рекламу Деллери. Он так и не узнал, как там оказался этот буклет. Может, медсестра оставила — вроде подобные распространяли по всему городу. Прочитав условия, Риз понял, что компания могла помочь с оплатой протеза и с дальнейшим трудоустройством. Буклет Деллери предлагал стать видящим — тем, кто никогда больше не станет жертвой обстоятельств, потому что встроенный компьютер предупредит о любой опасности. А ещё поможет считывать реакции людей, видеть оставленные следы и знаки такого уровня, какого не видит ни одно существо на планете. Посчитав в уме, Риз понял, что на ту зарплату, которую предлагали в Деллери, Джен могла пойти в консерваторию. Дело оставалось за малым — пережить их эксперименты…

Риз уже поднимался по «Паутине» к средней части города, когда поток его воспоминаний перебил Свет.

— Есть совпадение, — сообщил помощник.

— Хорошо, — откликнулся Риз. — Веди по этому адресу.

Впереди тут же замерцала полупрозрачная зелёная стрелка, ненавязчиво указывающая все повороты.

Следуя за ней, Риз вскоре выехал к пешеходной аллее с высаженными по центру тополями. Найдя подходящее место для парковки, он снял шлем и спрятал его в заднем кофре.

Выйдя на аллею, Риз увидел в противоположном конце искомый стеллаж. Но прежде, чем приблизиться, он сел на лавку, изгибающуюся кольцом вокруг тополя, и попросил:

— Свет, покажи всё, что нашёл с участием учебника в записях с камер.

Помощник вывел в воздухе перед ним небольшой экран. Риз увидел, как кто-то — человека было невидно, так как он стоял за кадром — ставил на полку учебник. Должно быть это Айлин. И она явно знала, как не попасть на камеру.

Перемотав вперёд, Риз увидел, как другая рука в перчатке, явно мужская, из-за кадра забирает книгу. Получатель тоже следил за камерами. Риз подумал, что и ему следует проявить осторожность. Вдруг у того, кто переписывался с Айлин, есть возможность подключиться к уличным камерам?

Риз достал книгу и коротко взглянул на свою руку. Да, за руку Айлин она точно не сойдёт. Похоже, ему понадобится помощь.

Риз огляделся. Он немного подвинулся на лавке так, чтобы его частично закрывал следующий тополь и от стеллажа его было не очень хорошо видно. Риз принялся ждать подходящую кандидатуру.

К счастью, долго сидеть не пришлось. Риз даже не успел замёрзнуть на холодной лавке, когда к пункту передачи книг приблизилась темноволосая девушка, на вид студентка. В руках у неё был большой пакет, в котором лежало несколько томов. Она принялась выставлять их на верхнюю полку.

Риз быстро подошёл к ней, остановившись у того угла стеллажа, откуда Айлин ставила учебник.

— Вы не поставите этот тоже наверх? — Риз протянул учебник девушке, всем своим видом показывая, что у неё целый пакет книг, а он торопится и никак не может ждать, когда она их все расставит.

Пакет, правда, уже опустел. Но девушка всё равно не нашла его просьбу странной и, кивнув, взяла учебник.

В этот момент Риз сквозь полки стеллажа заметил Айлин, которая стояла и грустно смотрела на него, спрятав руки в карманах бежевого пальто. Встретившись с ним взглядом, она развернулась и пошла к пешеходному переходу.

— Спасибо, — пробормотал Риз девушке с книгами. Ему даже больше не нужно было притворяться, что он спешит.

Он обогнул стеллаж и бросился за Айлин. Перейдя дорогу, она направилась к пяти стеклянным лифтам, которые отвозили к нижним кварталам. Один из них как раз остановился и выпускал пассажиров.

Риз перешёл на бег. Однако всё равно не успел добраться до кабинки прежде, чем она закрылась.

— Да чтоб его!.. — выругался он, но тут увидел, что соседний лифт тоже остановился и открыл двери.

Не раздумывая, Риз заскочил туда и ударил по кнопке. Кабина заскользила вниз, совсем чуть-чуть отставая от той, в которой уехала Айлин.

Вокруг стало темно — лифты попали в туннель, специально прорубленный в горной поверхности. Ещё несколько секунд, и вот они оказались вначале торговых рядов нижних кварталов.

Риз ненавидел это место за его хаос, гомон и толкотню. Конечно, здесь можно было найти товары по самым низким ценам, но при этом потерять все нервы. Освещение тут было не лучше, чем в туннеле — ряды находились внутри огромной пещеры и освещались в основном за счёт разномастных неоновых вывесок. Сверху их дополнительно закрывал полукруглый потолок, который превращал ряды в подобие трубы, тянущейся до выхода в другой зал пещеры.

С трудом протолкавшись через желающих заполнить подъехавший лифт, Риз отыскал глазами каштановые волосы и бежевое пальто Айлин. Она уже отдалилась на приличное расстояние. Он поспешил следом.

— Разрешить демонстрацию контента дополненной реальности? — пропел Свет не своим голосом.

— Отклонить, — рявкнул Риз.

В торговых рядах реклама атаковала на каждом шагу. Продавцам было мало ярких вычурных вывесок. Они подключали средства дополненной реальности, чтобы заманивать покупателей к своим лавкам.

— Разрешить демонстрацию контента дополненной реальности? — снова, но уже другим голосом спросил Свет.

— Нет.

Риз продолжал как мог быстро проталкиваться вперёд через поток покупателей.

— Разрешить демон…

— Демонов разрешай, остальное отклоняй! — зло бросил Риз.

Наверное, от этого у Света случился когнитивный диссонанс, потому что после этого он надолго умолк.

Туннель с рядами вильнул вправо. Риз увидел впереди конец этой «трубы». Он обогнал двух пожилых женщин. Потом едва отскочил от спешащего навстречу мужчины, хотя тот всё равно задел его набитым пакетом. Затем снова поверх голов отыскал глазами Айлин — она была совсем недалеко.

В этот момент под ноги бросилось что-то маленькое и пушистое. Риз был вынужден затормозить. Мимо пробежал парень, явно преследовавший сбежавшее существо. Когда Риз поднял голову, он увидел, что Айлин как раз выходила в следующий зал пещеры.

Он устремился следом.

— Айлин! — окликнул её Риз.

Он был уже достаточно близко, чтобы она услышала.

Айлин замедлилась и начала оборачиваться. Тут её закрыл проходивший мимо мужчина в квадратных очках. Риз сделал ещё несколько шагов вперёд. Однако, когда мужчина прошёл, Айлин уже не было. Она просто растворилась в воздухе. Исчезла.

Риз вылетел в просторный каменный зал следующей пещеры, наверху которой было небольшое световое окошко. Он резко остановился и огляделся, не веря, что такое возможно.

Вокруг сновали люди. Но никого в бежевом пальто Риз не увидел.

«Этого не может быть, — думал он, растерянно шаря глазами. — Люди не умеют так исчезать. Живые люди…»

Риз поморщился от пришедшей в голову мистической ассоциации с призраками. В подобное он не верил. Скорее с его глазами что-то не так.

На углу торговых рядов Риз заметил попрошайку. Немолодая женщина с бордовым платком на голове неотрывно глядела на него. Этот взгляд ему совсем не понравился. Он был холодным и жёстким. Так смотрят на того, от кого не ждут ничего хорошего.

Риз понял, что попрошайка видела и то, как он бежал, и, наверное, как Айлин исчезла. Он уже собирался подойти к ней, чтобы узнать подробности, но женщина опередила его, скрюченным пальцем указав куда-то в противоположный конец каменного зала.

Риз посмотрел туда и увидел лавку возле фонарного столба. Под лавкой валялось что-то белое. Он подошёл и, наклонившись, достал предмет. Это оказалась маска, покрытая глянцевой краской. Из-за веса она казалась керамической, но Риз не сомневался, что маска крепче, чем кажется. Судя по всему, её бросили на каменный пол, и она при этом нисколько не пострадала.

— Свет, такая же маска была на похитителе Айлин? — сухо спросил он у помощника.

Получив стопроцентное совпадение, Риз кивнул самому себе. Ещё раз оглядевшись и больше ничего не увидев, он направился к лифтам.

***

Вернувшись домой, Риз снова услышал, что Джен репетировала. Он медленно вошёл в кухню-гостиную и опустил маску на барную стойку. На этот раз сестра доиграла до конца и только после этого обернулась к нему.

— Красивая маска, — заметила Джен. — Зачем она тебе?

Риз пожал плечами.

— Это мне только предстоит выяснить.

Он повернулся к холодильнику.

— Там ещё стоит вчерашний ужин, — Джен угадала его мысли. — Разогреть?

— Давай, — устало улыбнулся Риз. — Я сейчас, — прибавил он, направившись в ванную.

Когда он вернулся, Джен уже поставила тарелку со спагетти на барную стойку — обеденного стола у них не было — и села рядом. Она задумчиво посмотрела на маску.

— Это по твоему новому делу? — уточнила сестра.

— Угу, — промычал Риз, взявшись за вилку.

— А чем ты сейчас занимаешься?

Неторопливо наматывая пасту на вилку, он задумался над тем, как правильнее преподнести поиски похищенной девушки, которая разгуливает по городу и исчезает, когда с ней пытаются поговорить.

— Ищу одну девушку, Айлин Вайс, — Риз решил не вдаваться в подробности. — Возможно, ты видела в новостях?

Джен задумалась.

— В общем, Торне попросил этим заняться, — закончил Риз, так и не дождавшись от неё реакции.

Он перевёл взгляд на маску. Её появление радовало Риза — так он хотя бы убедился, что дело не в его глазах. В каменном зале пещеры действительно находилась либо Айлин, либо кто-то непосредственно с ней связанный. Наверное, маска помогала изменить лицо. Правда, было непонятно как. Но почему этот фокус не сработал в момент похищения Айлин? На записи камеры маска на похитителе не стала каким-то другим лицом. Тут Риз вспомнил про сбой у глазных протезов во время оценки реакций, и подумал, что программное обеспечение всё же лучше обновить.

Джен поднялась и подошла к кофемашине.

— Будешь? — уточнила она у Риза, указав на неё.

Тот кивнул, и сестра принялась выполнять все «хотелки» аппарата, чтобы получить две чашки кофе. Когда она закончила и села за барную стойку, Риз уже доел.

— Раз ты сегодня добрее, может, всё-таки сыграешь со мной? — Джен поднесла ко рту чашку.

— Не понимаю я этого, — заметил Риз. — Ты же знаешь, как ужасно я теперь играю, — он невольно взглянул на ненастоящую правую руку.

Джен покачала головой.

— Я знаю, что даже с протезом ты неплохой исполнитель. И потом, кто ещё мне здесь поможет? — она посмотрела в сторону рояля.

— А что именно ты хочешь сыграть? И почему это так важно?

— Не то, чтобы важно, — протянула Джен, отставив чашку в сторону. — Понимаешь, есть пьеса… «Аврора» называется. Там партия в четыре руки. Я её играла ещё в школе. Мне тогда учительница помогала. Но потом… не осталось никого, кто мог бы мне помочь. Это произведение не того ранга, чтобы с ним концерты давать. А мне так хочет ещё раз её послушать!

— Разве нигде в сети нет записи с этой пьесой? — приподнял брови Риз. — И ты сейчас так уверена, что я ещё ноты не забыл?

— Там верхняя партия простая даже для пятиклассника, — фыркнула Джен. — И не говори, что забыл ноты. А записи… Они есть. Но все, как один, с детских утренников. Знаешь, как они играют? Скованно и зажато! Я понимаю, что они волнуются, но это всё портит. А кроме того… кроме того, мы исполняли «Аврору» не так. С другим настроением. Более протяжно и лирично.

— Поэтому ты решила обратиться к тому, кто играет хуже, чем пятиклассник, — хмыкнул Риз.

— Ой, ну перестань! — Джен встала и потянула его к роялю. — Просто попробуй, я уверена, что всё получится. Я возьму нижнюю партию.

Риз не стал противиться. Отчасти оттого, что отказал ей в прошлый раз, отчасти, потому что хотел поговорить с Джен о другом, и не хотел портить ей перед этим настроение.

Сестра выставила ноты на пюпитр. Риз скептично начал изучать свою партию. Негромко попробовал сыграть первые такты правой рукой, которая почти не ощущала касания к белоснежным клавишам. Вышло даже сносно.

— Ладно, — протянул он. — Партия и правда не сложная.

Джен радостно улыбнулась.

Им понадобилось некоторое время, чтобы скоординировать ритм. Джен терпеливо считала, и сначала они сыграли первую страницу очень медленно. Затем вернулись, и попробовали действовать уже «как надо». Несколько раз Риз сбивался и морщился, но неизменно продолжал, как и Джен, которая умело подстраивалась, и мелодия не обрывалась.

Один раз он даже порадовался, что его правая рука почти ничего не чувствует — необходимо было выполнить глиссандо[1]. Риз вспомнил, каким болезненным это оказалось на одном из уроков музыки, когда он неправильно поставил пальцы и задел кожу у основания ногтей.

______________

[1] Глисса́ндо — плавное скольжение от одного звука к другому. В данном случае скольжение пальцев по белым клавишам рояля.

______________

Под конец ему даже начало нравиться. Риз расслабился и стал больше внимания уделять мелодии, чем своим движениям. Он слушал, как четыре разные темы сплетались во что-то совершенно новое, непохожее ни на одну из них.

Риз слабо улыбнулся, когда они сыграли последний аккорд. Затем одновременно подняли руки. Повисла пауза, необходимая, чтобы звуки пьесы окончательно покинули гостиную, хотя слуха уже ничего не касалось.

Наконец Джен обернулась к нему и крепко обняла.

— Спасибо! — восторженно пропела она.

Риз снова улыбнулся. Сестра не отпускала несколько долгих мгновений. Когда он почувствовал, что её объятия стали ослабевать, Риз легко коснулся её руки и медленно начал:

— Джен… Мне тут Торне передал… В общем, это касается нашей матери.

Сестра отстранилась и удивлённо посмотрела на него. От этого взгляда Ризу почему-то стало ещё более неловко.

— Свет, — негромко позвал он. — Выведи документы, которые Торне дал по Дилен.

На углу рояля появилась виртуальная бежевая папка.

— Похоже, она работала на Деллери. И всё это, — Риз посмотрел в сторону лежащей на столе маски, — может быть связано с её исчезновением.

Джен тоже оглянулась на маску. Потом, помолчав, потянулась к папке. От её прикосновения та тут же исчезла, но Джен раздражённо сказала, обращаясь к системе своих компьютерных линз:

— Прояви загруженный документ.

Папка снова появилась в её руках, и она принялась её листать, хотя анимация иллюзорных страниц несколько запаздывала за движениями Джен.

— Там совсем немного… Почти ничего, если уж на чистоту, — снова заговорил Риз. — Даже рассказывать нечего. Скорее всего, это ничего не меняет и…

— Нет, — покачала головой Джен. — Я рада, что ты рассказал.

Риз с сомнением посмотрел на папку.

— Мама когда-то разрабатывала «Сад Света» для какого-то проекта Деллери, — отстранённо сказал он, заметив в углу страницы, которую рассматривала Джен фрагмент изображения.

Дилен работала с трёхмерным пространством. Возможно, её было бы правильнее называть трехмерным художником, но Риз знал, что любая её работа начиналась с плоского рисунка. И именно этот рисунок определял все границы и возможности будущего трёхмерного пространства. Оно было лишь следствием.

— Колибри, — прошептала Джен, проведя пальцами по иллюзорной картинке на следующей странице.

Потом подняла голову.

— Знаешь, в «Золотом орле» тоже демонстрировали подобные картины-пространства, — сказала она. — Помнишь, я вроде тебе говорила, что там были колибри? Правда тема немного отличалась — не «Сад Света», а «Земля обетованная».

Риз нахмурился.

— Думаешь, то, что ты видела в «Золотом орле», как-то связанно с этим делом?

— Нет. Я просто вспомнила, — Джен пожала плечами. — Хотя, кто знает?.. — она задумалась, а потом ещё раз пожала плечами. — Та художница приехала из Стероса. Вроде она никак не связана с Деллери.

Риз устало потёр лоб.

— Будет ещё одна выставка, — вдруг сказала Джен. — Я там буду выступать на открытии. Если хочешь, можешь прийти посмотреть. Хотя, я не думаю, что тебе это будет полезно. То есть, на мой взгляд, это никак не связано с делом.

— Я подумаю, — кивнул Риз. — Спасибо, что рассказала.

Джен вновь перевела взгляд на папку. Риз встал и вернулся к барной стойке, чтобы допить уже остывший кофе.

Когда Риз поднялся к себе, он помедлил перед дверью комнаты виртуальной реальности. Затем всё же вошёл и велел Свету вывести город, над которым работал.

Его вновь окружили белые матовые стены зданий, такая же земля и растения. Риз вывел рядом с собой изображения из документов, переданных Торне. Он принялся сравнивать парк, над которым работал накануне, с садом, который «строила» мама для Деллери. Ризу показалась, что между ними даже есть общие черты. Правда, дорожки у Дилен не сходились к центру. А ещё они закручивались спиралями и казались живыми.

Ризу эта идея понравилась, и он решил тоже сделать рисунок своего парка не таким геометрическим. Эта переделка заняла некоторое время. Уделив ещё около часа моделированию и установке живых изгородей, Риз приблизил окружающее пространство настолько, что стало казаться, что он стоит на дорожке парка, а не парит в воздухе над своей работой.

Он уже думал перейти в режим полного погружения, с помощью которого можно было пройти по парку так же, как по реальному городу — Риз всегда так делал на финальном этапе каждой части работы — но передумал. В конце концов, здесь ещё не хватало текстур, не стоило торопиться. Взгляд задержался на порхающих бражниках. Может, всё-таки изменить их на колибри? Однако, подумав, он оставил бражников, сохранил проект и закрыл его.

— Свет, есть обновление системы глазных протезов? — уточнил он у помощника, когда зашёл в спальню.

Свет ответил положительно. Риз велел начать загрузку и направился в ванную.

К тому моменту, когда он рухнул на кровать, Свет уже всё загрузил и был готов начать установку.

— Начинай обновление, — сказал Риз.

Он, как истинный мазохист, смотрел в потолок и даже не подумал закрыть глаза. Окружение померкло. Протезы отключились. Риз продолжал ощущать, что его глаза открыты и при этом не видел ничего, даже самого маленького проблеска света.

Риз лежал и думал, что слишком часто забывает о том, кем, в сущности, является. На самом деле, он всего лишь абсолютно слепой человек.

Глава 7. О любви к еде и безысходности

Во сне он тоже что-то искал. А может, кого-то. Как только Риз осознал, что пристально вглядывается в лица прохожих и не может их разобрать, он почувствовал неладное. На мгновение впереди показалось знакомое бежевое пальто. Риз поспешил следом.

— Постой, — неуверенно позвал он.

Девушка обернулась, но и на этот раз Риз не смог различить её лицо.

— Извините, похоже, обознался, — пробормотал он.

Она пошла дальше, а Риз наконец остановился и огляделся. Он стоял на пригорке возле вытянутого горного озера. Внизу «чашу» наполняла вода, а на возвышенностях расположились многоэтажные жилые дома.

Это был не самый впечатляющий район Корнума. Постройки оставались предельно простыми и многочисленными. Риз понимал, что здесь старались заселить как можно больше людей, а про красоту никто особо не думал. Но всё равно не мог простить городским властям то, что они так безразлично отнеслись к перспективному месту и убили всё очарование озера.

Риз неторопливо направился по склону к воде. Тут он увидел, что в траве возле небольшого камня кто-то оставил макет замка. Риз приблизился и наклонился, с интересом разглядывая его. Модель была очень подробной, но оставалась чисто белой. Ему показалось, что где-то он уже видел этот замок.

Перебирая в голове воспоминания, Риз снова посмотрел на озеро. И тогда он вспомнил: этот замок раньше находился на месте одного из нижних кварталов. Однако время его не пощадило, так что до настоящего момента строение не дожило. О том, как замок выглядел, Риз узнал, когда перебирал информацию о нижних районах во время моделирования «не совсем Корнума». Он решил восстановить его хотя бы в виртуальной реальности, но так, чтобы замок вписался в окружение. В итоге строение получилось не совсем историческим, а с явным налётом современности.

В тот же момент, когда Риз вспомнил, где видел замок, он понял, что спит. Однако сон не спешил заканчиваться. Риз ещё раз окинул взглядом дома вокруг озера. Знакомые серые стены и занавешенные окна. Знакомые улицы, заставленные машинами. Он почувствовал, как тяжело забилось сердце в груди. Оно раньше откликнулось на то, что Риз понял с опозданием.

Всё, абсолютно всё, было лишь отражением его мыслей. И не просто отражением. Его восприятие ограничивало мир. Риз мог рассказать, почему здесь оказались те или иные элементы. Он чувствовал, что мог пойти в любую сторону и найти там десятки разных локаций, составленных из того, что он когда-либо видел. Их было много, но Риз словно одномоментно ощутил их все, почувствовал границы себя, за которые не выйти.

Не выйти даже в реальности. Он никогда не сможет взглянуть на мир с чужой точки зрения.

Риз медленно опустился на траву. Мысль была не новой и простой. Но почему-то ощутить замкнутость системы оказалось неприятно и даже страшно. Он смотрел на другой берег, и в голове проносились воспоминания о том, как две недели назад ему снились те дома. А вон та дорога вела к стадиону. Его он тоже видел в реальности и снах.

Мир словно превратился в одну большую хорошо знакомую клетку, в которой Риз наткнулся на стены. Он понял, что из этой клетки нет выхода, потому что в ней никогда не было двери. Риз мог сколько угодно переставлять внутри компоненты, но он никогда не получит ничего принципиально нового.

Раньше, когда ему говорили о бесконечности Вселенной, он всегда думал, что человеку не дано осознать само понятие бесконечности. Риз даже предполагал, что это необходимо, чтобы не нарушить что-то очень важное в мышлении. Оказалось, конечность своего мира человеку тоже лучше не осознавать.

Риз закрыл глаза и, отклонившись, лёг на траву. Чем больше крепло ощущение границ в голове, тем бесполезнее он себя чувствовал. Риз понимал, насколько невелики его возможности. Ничего по-настоящему нового ему не найти и не создать.

Ощущение травы под пальцами плавно сменилось тонкой простынёй. Вот только безысходность никуда не делась. Ризу не хотелось открывать глаза, чтобы снова увидеть привычную картину спальни и стать заложником своего восприятия. Он попытался вспомнить, как выглядела эта комната, когда он увидел её в первый раз. Когда глаза ещё не знали, за что зацепиться и куда смотреть. Когда они неосознанно исследовали каждый угол и запоминали, чтобы потом голова обработала увиденное, разделила на важное и неважное в соответствии с неосознанными установками и последующие года крутила это «отредактированное кино». И мало того, что Ризу приходилось жить в «урезанной» версии мира, так он ещё не знал, по какому принципу выстраивалось его понимание важного и неважного. Может быть, многие годы рядом находилось что-то ценное, но он в упор этого не видел?

Риз потёр руками лицо. «А вообще всё это химия», — попытался цинично напомнить он сам себе. Безысходность — всего лишь следствие химических процессов в организме. С этой точки зрения, все тяжёлые мысли были ничем. Разве он не может просто отмахнуться от них?

Риз приоткрыл глаза. В полумраке проступили до боли знакомые очертания комнаты.

Просто отмахнуться не получилось.

Тогда он попытался переключить внимание на что-нибудь другое. Но подходящий предмет не нашёлся сразу. Спать тоже больше не хотелось. Помедлив, Риз встал и направился в ванную.

Прохладный душ не помог всплыть настроению с того дна, на котором оно оказалось. Вернувшись в комнату, Риз собирался пойти на кухню поискать что-нибудь вкусное. А если и еда не улучшит самочувствие, тут уже впору будет задуматься, не заболел ли он.

Однако до лестницы, ведущей в кухню-гостиную, Риз так и не дошёл. Он остановился почти сразу, выйдя из спальни. Взгляд упёрся в дверь комнаты виртуальной реальности.

Через мгновение ноги сами понесли его туда. Риз включил свой город и отыскал тот самый район, где создал подобие старого замка. Тут он задался вопросом, зачем это делает? Хочет в реальности продолжить сон и ещё раз почувствовать, насколько всё ограничено его восприятием? Ведь это не более чем «клетка в клетке».

Риз вздохнул. Он определённо был не самым адекватным человеком. Помедлив, подошёл к двери комнаты и распахнул её. Картина, выведенная на непрерывные экраны стен, пола и потолка, сломалась. Открытая дверь стала чем-то вроде дыры портала в другой мир на улице придуманного города.

— Режим погружения, — скомандовал Риз системе.

Он почувствовал, как под ногами ожил пол, но всего на мгновение — дальше система настолько подстроилась под его движения, что стало казаться, будто он идёт по улице виртуального города, а не находится в замкнутом пространстве.

Риз направился к замку. Распахнул двери и вошёл в просторный холл. Если не обращать внимание на то, что он не чувствовал касания деревянной поверхности створок и на стенах замка отсутствовали текстуры, то происходящее сложно было отличить от реальности. Риз неторопливо зашагал по пустым залам и коридорам. При этом он нет-нет да поглядывал на «портал».

Риз не до конца понимал, зачем это делал, и что пытался доказать своему подсознанию. Наверное, он просто потихоньку сходит с ума.

Взгляд снова остановился на «портале». Риз подумал, что через него в любую минуту может кто-нибудь пройти. Например, Джен. Она не заберёт его из этого мира, но зато сможет рассказать, какой этот замок с её точки зрения.

Риз посмотрел на высокие стрельчатые окна. Наверное, послушав сестру, он начнёт замечать то, чего не замечал раньше. Этот «портал» — не выход, а всего лишь окно, через которое кто-то может посмотреть на этот мир и рассказать о своём восприятии.

«Впрочем, и через окно можно выйти, — язвительно пронеслось в голове. — Только последствия будут неприятными».

Риз потёр лоб. От падения в очередную яму безысходности его спас короткий сигнал наушника.

— Что такое, Свет? — спросил он у помощника.

— Сообщение от трекера на учебнике по теории цвета. Книга вернулась в исходную точку.

— Уже? — не поверил Риз, хотя понимал, что Свет не может врать.

Он задумался, считая в уме, сколько времени таинственному собеседнику Айлин понадобилось, чтобы ответить на его предложение встретиться. Выходило меньше дня. Похоже, не зря Риз беспокоился о том, чтобы не попасть на камеры. Иначе сложно представить, как этот человек так быстро узнал о попадании учебника на полку стеллажа.

Риз направился к себе в комнату собираться. Раз он проснулся так рано — пусть это приносит пользу. Тем более в нём загорелось любопытство, которое гнало поскорее забрать книгу.

Как и в прошлый раз, Риз припарковался в конце аллеи с тополями. Солнце ещё не встало, и Корнум был непривычно тихим и как будто плавал в сероватой дымке. Это зрелище навевало сонливость. Где ж оно было пару часов назад? Риз подавил зевок.

Убрав шлем, он надел очки и медленно зашагал к стеллажу, задумавшись, как на этот раз забрать книгу, не засветившись на камере. Риз сомневался, что в это время дождётся кого-то, кому срочно понадобились книги. Такие люди сейчас поголовно спят, так как читали всю ночь.

Прохожих вокруг тоже не наблюдалось. Только дворник возле полукруглой арки, ведущей во внутренний двор, что-то вбивал на экране уборочной машины. Та с жужжанием то поднимала, то опускала широкие щётки, словно никак не могла определиться: начинать чистить дорожки или хозяин сейчас вобьёт ещё что-то важное и торопиться не стоит.

Риз подошёл к дворнику.

— Доброе утро, — начал он. — Вы не могли бы мне помочь?

Мужчина поднял голову и потёр седые усы.

— В чём дело? — подозрительно уточнил он.

— Там на верхней полке стоит книга — учебник по теории цвета. Не могли бы вы его снять и дать мне?

Дворник в недоумении уставился на Риза, явно подозревая, что тот шутит.

— Он отравлен что ли? — так и не дождавшись пояснений, спросил мужчина. — Или это снова какой-то розыгрыш? — в голос вторглись злые нотки.

— Нет-нет, — Риз слегка приподнял руки. — Это не розыгрыш, и с учебником всё в порядке. Будь с книгой что-то не так, уже сработала бы система безопасности. Это же официальные книжные стеллажи Корнума. За ними внимательно следят.

Эти слова, похоже, немного остудили разгоревшуюся подозрительность дворника.

— Тогда зачем?.. — он не договорил, но Риз и так понял, к чему относился вопрос.

— У меня бывшая на работе имеет доступ к камерам, — с ходу соврал он и указал на камеру сбоку от стеллажа. — И мне бы очень не хотелось, чтобы она знала о том, что я взял. Понимаете, она… да что уж скрывать, немного сумасшедшая.

Дворник задумался, рассеянно смяв в руках перчатки. Так и не найдя в просьбе Риза подвох, он наконец протянул:

— Женщины… Ну идём что ли?

Риз немного отстал, когда дворник подошёл к стеллажу и снял учебник с полки. Затем он излишне поспешно передал книгу Ризу, и тот с благодарной улыбкой принял её, демонстративно коснувшись обложки всей ладонью. Правда дворник всё равно невзначай вытер руку о край куртки.

— Спасибо, — сказал Риз.

— В следующий раз осторожнее выбирай себе зме… — взгляд дворника задержался на чёрных очках. Наверное, в этот момент он подумал, что Риз не то перепил накануне, не то был под чем-то. — То есть даму, — наконец пробормотал дворник и поспешил обратно к уборочной машине.

— Непременно, — тихо сказал Риз ему в спину и направился к «Усику».

Руки чесались поскорее открыть учебник и узнать ответ таинственного собеседника. Но не хотелось показывать своё нетерпение дворнику и подвергать нелепо состряпанную историю ещё большим сомнениям.

Наконец он оказался вне зоны его видимости. Риз на ходу распахнул форзац и резко остановился. Вместо ещё одного отзыва-ответа, внутри была яркая реклама выставки «Земля обетованная».

Помедлив, Риз взял её. Он не сомневался в том, что она означает. Риз просил встречу — ему назвали место. Но почему именно эта выставка? Может, Джен права, и всё связано? Это не могло быть простым совпадением!

Или…

Или его беседу с Джен вчера кто-то подслушивал.

— Тьма первозданная, — прошипел Риз сквозь сжатые зубы.

Чей компьютер заражён? Его? Или линзы Джен? А может, виноваты домашние системы? И как именно их подслушали? Есть столько вариантов!.. Найти вирус будет сродни поиску иголки в стоге сена.

Риз запустил пальцы в волосы. Может, стоит снести все операционные системы и установить заново? Это займёт какое-то время, и Джен будет недовольна, но речь шла об их безопасности.

Риз повернул книгу боком и заглянул под корешок. Трекер был едва заметен и находился там, куда его установили. Риз проверил устройство на автомате — он не сомневался, что трекер на месте, иначе от книги не пришёл бы сигнал. Стоило как можно скорее отнести его на расшифровку к Вергилию. Однако, если протезы заражены…

Тут Риз прервал свои размышления. Если его протезы заражены, таинственный собеседник должен был знать о трекере. А так как устройство на месте, значит, он не подозревал о его существовании. Кроме того, глаза Риза, как и у остальных тринадцати видящих, были снабжены дополнительной защитой. Их не так-то легко взломать. Все известные Ризу случаи сводились к тому, что у видящего обманом выспрашивали пропуск в систему. Но он точно никому в последнее время не давал паролей и не позволял подключаться к протезам напрямую.

Значит, дело в Джен или доме. Риз подошёл к «Усику» и спрятал книгу с рекламным буклетом в кофре. Надевая шлем, он подумал, что всё-таки стоило предупредить Вергилия о сложившейся ситуации, прежде чем идти к нему. А ещё спросить, есть ли у него идеи, как отследить вирус без тотального удаления систем.

***

Вернувшись домой, Риз первым делом подошёл к электрическому щитку, собираясь обесточить все домашние системы. Он не особо доверял обычному выключению, так как существовали дополнительные вариации пробуждения, например, по сети. Серьёзная вредоносная программа могла это использовать.

— Джен, ты сейчас ничем электрическим не пользуешься? — крикнул Риз.

— Нет… А что случилось?

Через мгновение сестра появилась в прихожей и в недоумении посмотрела на Риза.

Он на мгновение взглянул на неё. Джен была в серых спортивных штанах и бирюзовой майке. Судя по растрёпанным волосам, она только встала с кровати.

— Ты без линз?.. Хорошо, — сказал Риз и открыл щиток. — Похоже, их тоже в ближайшее время лучше не надевать.

— Ты шутишь? — не поверила Джен. — У меня выступление послезавтра! Как я буду без связи?.. — она беспомощно наблюдала за тем, как Риз щёлкает выключателями.

Он не торопился с ответом. Закончив, Риз закрыл дверцу и тяжело посмотрел на Джен.

— Я почти уверен, что вчера нас подслушивали, — он снова взглянул на щиток. — Я понимаю, что это неудобно и неприятно… Но безопасность важнее.

Риз направился в гостиную. Джен не отставала.

— Но почему ты решил, что дело во мне или в доме? По-моему, твои глаза — идеальные кандидаты на роль заражённого объекта! Их ты тоже отключишь?

— Есть одна причина считать, что с моими глазами всё в порядке. Кроме того, сама знаешь, как сложно взломать протезы видящих.

— Это ни разу не доказательство!

Джен остановилась у барной стойки, в то время как он направился к лестнице на второй этаж.

— Риз! — возмущённо позвала она.

Риз, вздохнув, обернулся.

— Слушай, я не хочу рисковать.

Джен хмуро смотрела на него, скрестив руки на груди. Риз заметил, как её взгляд задержался на учебнике в его левой руке. Он тоже посмотрел на книгу. Потом открыл и достал рекламу выставки.

— Это ведь та самая выставка? — прямо спросил Риз, показав буклет Джен.

Она удивлённо моргнула.

— Да…

— Похоже, я всё-таки иду. Меня пригласили, — мрачно сообщил он.

— Кто? Хочешь сказать, что… это сделал тот, кто похитил Айлин? Владелец той маски? — она начала понимать, что произошло.

Риз оперся на перила лестницы. Что-то в словах Джен его обеспокоило, но он не смог сразу определить что.

— Нет. То есть не обязательно. Этот человек мог и не похищать Айлин, но он явно знает о ней больше нашего. Что до маски… — в этот момент в мыслях что-то щёлкнуло, и Риз понял, что именно до сих пор упускал из внимания.

— Скушай тебя тьма! — он тут же развернулся и поспешил вверх по лестнице.

— Меня? — насмешливо спросила Джен.

— Нет. Маску, — не оборачиваясь, бросил Риз, повысив голос.

Почему он до сих пор не рассмотрел варианта, что в маске могут находиться скрытые системы? Вероятно, сказывался постоянный недосып и плохое настроение. Ворвавшись в комнату, Риз бросил учебник на кровать и открыл ящик, где лежала маска.

Пальцы пробежали по глянцевой поверхности. Под верхним блестящим слоем маску заполняла белая краска. Она, словно туман, рассеивалась внутри. Этот эффект напомнил Ризу масляную живопись. Задумавшись, что и здесь краска полупрозрачная, он повернул маску боком и подошёл к окну.

Лучи солнца упали на поверхность. Риз покрутил маску и так и эдак, пока наконец не увидел под краской еле заметную сетку.

— Свет, что там внутри маски? Можешь разобрать?

На лестнице послышались шаги Джен. Наверное, ей стало любопытно.

После нескольких секунд размышления помощник вывел изображение рисунка, нанесённого внутри маски. Он походил на печатную плату. Риз критично повернул маску к себе лицом.

Если внутри плата — где прячутся остальные компоненты системы?

— Свет, а ты больше ничего не видишь? — на всякий случай уточнил он.

Помощник ответил отрицательно.

Риз понял, что для более подробного исследования маску нужно разбирать. Тут его взгляд задержался на углублении между губами. Щель хоть и не была особо широкой, в центре сходилась в миллиметровое отверстие.

«А вот и камера» — понял Риз. Он не сомневался, что где-то здесь был и микрофон.

Вчера маска лежала на барной стойке и, судя по всему, хорошо их слышала.

Он поднял голову и увидел, что Джен стояла в дверном проёме.

— Это она? — одними губами проговорила сестра.

Риз грустно улыбнулся и кивнул. Затем шагнул к шкафу справа от кровати и, открыв его, отыскал длинный зимний шарф. Риз не представлял, как отключить маску, а ломать её пока не хотел — вдруг она ещё могла принести пользу целая. Поэтому просто обмотал её шарфом, а напоследок для надёжности, закинул в дальний угол нижнего ящика шкафа.

Взяв учебник, он вместе с Джен вышел из комнаты.

— Значит, изоляция от сети закончена? — с надеждой спросила она.

— Да, — Риз рассеянно провёл рукой по затылку и начал спускаться.

— Постой, — внезапно остановила его Джен.

Он оглянулся. Сестра стояла на две ступени выше, оттого смотрела на него сверху вниз. Между её бровей пролегла морщинка. Помедлив, Джен потянулась вперёд и сняла с него очки.

Судя по тяжёлому вздоху, увиденное ей совсем не понравилось. Она закусила губу, о чём-то задумавшись.

— Думаешь, я своим видом распугаю всё прилично общество на выставке? — Риз наконец понял причину её размышлений.

— Не будешь же ты всё время в очках! — она нахмурилась.

— Неужели там такая нежная публика? — хмыкнул Риз. — В конце концов, я даже не к ним собираюсь. Мне нужно выяснить, с кем разговаривала Айлин. Думаю, ему или ей нет дела до моих очков и внешнего вида.

— Но, Риз, очки — это нарушение всех правил этикета! — запротестовала Джен.

Риз усмехнулся.

— Могу и так пойти, — он развёл руками. — Мне, в общем-то, без разницы.

— Вроде есть склеральные линзы[1]… — задумчиво начала Джен.

______________

[1] Склеральные контактные линзы – специальные корректирующие линзы с большим диаметром, которые покрывают большую часть поверхности глазного яблока.

______________

Риз поморщился.

— Линзы поверх протезов?

— Ну а что такого? Глаза у тебя того же размера, что и у всех. Не думаю, что это как-то навредит твоему компьютеру.

— В них же плохо видно, — запротестовал Риз.

— Не то чтобы плохо. Есть небольшое искажение, но не более.

Он открыл было рот, но Джен опередила его:

— Не спорь, я носила такие — ничего страшного в этом нет.

Риз закрыл рот и мгновение смотрел на Джен, оценивая её предложение.

— Ладно, — наконец обречённо сказал он.

В конце концов, небольшое искажение действительно не играло особой роли. А выделяться на выставке ему совсем не хотелось.

Риз развернулся и продолжил спуск.

— А ты сейчас куда? — поинтересовалась Джен, когда они спустились.

— Нужно поговорить с Вергилием.

— А-а-а, — Джен остановилась возле рояля.

Риз направился было к двери, но она тут же воскликнула:

— А свет?!

— А Свет со мной, — улыбнулся Риз, коснувшись виска.

Однако всё же вернулся к щитку под её возмущённым взглядом, чтобы привести выключатели в исходное состояние.

***

Когда Риз позвонил Вергилию по номеру, который тот дал для срочных вопросов, оказалось, что он как раз пошёл обедать. И ни куда-нибудь, а в «Сосны» — маленькое, но достаточно известное гастробистро. Вергилий позвал присоединяться, если он сегодня ещё не обедал. Предложение пришлось Ризу по душе. Особенно потому, что сам он бы вряд ли когда-нибудь попал в «Сосны». Столики там разбирали быстро, и их следовало заранее бронировать, а Риз слишком равнодушно относился к еде, чтобы проходить через такие «сложности».

Он быстро добрался до Ошвера и припарковался неподалёку от «Сосен». Перейдя дорогу и открыв дверь гастробистро, Риз оказался в небольшом зале, где дерево искусно сочеталось с металлом и матовыми поверхностями сдержанных цветов. Он тут же вспомнил недавнюю заметку в новостях о том, что интерьер «Сосен» в очередной раз получил какую-то награду. Быстро оглядевшись, Риз согласился с заслуженностью награды. Всё здесь было простым, но при этом элегантным. Идеальный баланс, который говорит о дороговизне больше, чем вычурная роскошь.

Проходя вдоль длинного стола к углу, где заметил Вергилия, Риз некстати вспомнил слова Джен и почувствовал давление очков на переносицу. Да, он снова нарушал правила этикета. Но что тут поделаешь? Это сестра хорошо вписывалась в такие места, а Ризу всегда что-то мешало. И дело было не столько во внешнем виде, сколько в частой меланхолии, которая, с одной стороны, помогала не чувствовать себя неловко в непривычных местах, но, с другой, не позволяла наслаждаться красотой и вкусом дорогих блюд.

— Неужели трекер так быстро вернулся? — не поверил Вергилий, когда Риз опустился за квадратный столик с массивной столешницей из светлого дерева и серыми металлическими ножками.

— Но не ради же обеда я пришёл, — откликнулся Риз.

— Я потому и удивляюсь. Ты и нормальная еда — вещи обычно несовместимые.

— Почему это?

— Да хотя бы потому что, судя по всему, ты в «Соснах» первый раз. Это за столько-то лет жизни в Корнуме! — Вергилий передал ему меню.

— Но еда не заканчивается на «Соснах», — попытался возразить Риз.

— О чём и речь… — грустно протянул Вергилий, всем своим видом показывая, как он — Риз — безнадёжен.

Тот только пожал плечами и перевёл взгляд на меню. Оно оказалось небольшим. А ещё наполовину непонятным. Риз вдруг понял, что просто не знает, что означают многие названия.

— Раз всё так запущено, может, посоветуешь с чего начать? — он посмотрел на Вергилия.

Тот задумался.

— С равиолей, наверное, — наконец выдал Вергилий.

— Это которые с трюфелями?

— Ага. Их обычно хвалят больше всего.

Риз отстранённо кивнул. Равиоли хотя бы звучали знакомо.

Заметив, что он отложил меню, к ним подошёл официант и принял заказ.

Проводив его взглядом, Вергилий задумчиво проговорил:

— А вообще здесь каждое блюдо — произведение искусства… Я иногда сижу и думаю, что еда в «Соснах» порой сложнее и многограннее, чем те, кто её ест.

— Неправда. Ты любишь людей, — возразил Риз.

— Но я же не собираюсь их есть, — широко улыбнулся Вергилий. — Поэтому они могут оставаться такими, какими захотят, и на моё отношение это не повлияет.

Риз не сдержал смешка и откинулся на спинку стула.

— Значит, такова суть любви? Просто отсутствие тех моментов, которые могли бы раздражать или вызывать неприязнь?

Вергилий приподнял брови.

— Тьма его знает. Я точно без понятий. Чтобы отвечать на такие вопросы у меня есть эксперты.

— Это кто?

— Ка́бель и Удлинитель.

Увидев непонимание на лице Риза, Вергилий всё же пояснил:

— Мопс и такса. Скотинята у нас самые адекватные, ты не мог их не заметить.

Риз припомнил двух собак, которые встретили его, когда он вошёл в офис Вергилия, и кивнул.

— Ну так вот, — продолжил Вир, — они точно знают всё о любви и преданности.

Риз слабо улыбнулся.

— А вдруг всё оттого, что ты их кормишь?

— Не думаю, что дело только в этом, — возразил Вергилий. — Но даже если бы это было так… Что ж — это прекрасно, потому что возвращает нас сюда и показывает важность нормальной еды!

Риз только головой покачал. Ему оставалось лишь удивляться, как при такой любви к еде Вергилий оставался очень худым, что особенно подчёркивала чёрная одежда.

— Слушай, может тебе тоже собаку завести, а? — предложил Вир. — Веселей бы было. Ну или там канарейку.

— У меня Джен есть, — не удержался Риз.

Глаза Вергилия весело блеснули.

— От такой «канарейки» я бы тоже не отказался. Кстати, что не позвал её? Давно я Джен не видел.

— Она сейчас репетирует. У неё послезавтра выступление.

— Закрытое?

— Нет. Вроде любой может билеты купить. Это будет открытие выставки. Наверное, какой-то банкет там тоже организуют, — подумав, прибавил Риз.

— Звучит соблазнительно. Хотя я, конечно, вряд ли успею.

— Да я тоже туда собираюсь из-за дела. А трекер долго расшифровывать?

— Не-а. Можешь даже со мной зайти. Заодно заберёшь его сразу. Или он тебе больше не нужен?

— Не знаю, — протянул Риз. — Пока заберу. Возможно, ещё понадобится.

— Хорошо, — внимание Вергилия переключилось на подходящего официанта, который осторожно опустил перед ними тарелки.

Мысли Риза в этот момент оставались далеко. Он подумал, что как только узнает результаты трекера, нужно будет связаться с Торне и сообщить о встрече с подозреваемым. А ещё подумать, как проверить место, указанное трекером. Пока ситуацией управлял владелец маски. И это было совсем не на руку.

Риз рассеянно взялся за вилку.

— Ты случайно не знаешь, можно ли как-то изменить внешность, используя дополненную реальность? — спросил он, задумавшись об исчезновении Айлин в торговых рядах.

Вергилий поднял голову.

— Есть пара программ для онлайн-конференций, где можно вместо себя выставить анимированного аватара… — медленно начал он.

— Это в виртуальной реальности, а меня интересует дополненная.

— Про такие не слышал, но в теории это возможно, — Вергилий потёр висок. — Хотя тут, конечно, есть ряд сложностей. Мне кажется, будут вылазить разные баги.

— Например?

— А сам не догадываешься? — улыбнулся Вергилий.

— Волосы… И, наверное, анимация одежды будет сбоить, — предположил Риз. — А ещё освещение модели может не успевать подстроиться под изменения окружающей среды.

Вергилий кивнул.

— Слишком много сложных деталей, изменения которых необходимо мгновенно рассчитывать и отображать в соответствии с переменами в окружающей среде. Кажется, даже твои протезы не справились бы на отлично. А я тебя уверяю, далеко не каждый может похвастаться таким процессором, как в твоих глазах. В общем, создавать аватара в дополненной реальности как ни крути не выгодно. В современных условиях получится некачественная зависающая иллюзия.

— А если заменить не всю фигуру человека, а только лицо? — не сдавался Риз, пока отбросив мысль, что никого в бежевом пальто после исчезновения Айлин не видел. Но, может, он просто не заметил? Следовало ещё раз проверить записи того дня.

Вергилий задумался. Потом пожал плечами.

— Может, и получится, если особо не заморачиваться с соответствием мимики. А в чём, собственно, дело? Ищешь новые способы маскировки?

— Скорее опасаюсь, как бы их кто-нибудь уже не нашёл.

— Я об этом пока ничего не слышал, а ты знаешь, я слежу за такими вещами, — Вергилий вернулся к своей тарелке.

Риз снова погрузился в мысли о таинственном собеседнике, оставившем приглашение на выставку. Таким образом, единственным козырем на данный момент были координаты, записанные трекером. Но этого мало. В то время как до выставки остался один день.

Риз попробовал первый кусочек равиолей. А Вергилий в чём-то был прав. Они и правда оказались очень вкусными.

Глава 8. Зеркало

События следующего утра сильно подпортили настроение. Риз связался с Торне и рассказал про координаты, записанные трекером, которые вели к одному из центров Деллери. Торне отреагировал очень сдержанно. Ризу показалось, он не удивился, что в деле замешаны люди Деллери, хотя сам утверждал, что Айлин похитили не они. На прямой вопрос Торне со вздохом пояснил:

— В Деллери раскол. И уже очень давно. Ещё с того момента, когда им запретили проводить эксперименты. Часть согласилась сотрудничать с городским советом, а часть ушла. Тех, кто ушёл, уже нельзя считать «сотрудниками Деллери». Но, возможно, у кого-то осталась связь с нынешним персоналом компании. Или этот кто-то придумал способ, как попасть в офис.

— И ты говоришь об этом только сейчас? — возмутился Риз, меряя свою комнату шагами.

— До сих пор мне казалось, что это тупиковая ветвь. У меня есть списки тех, кто уволился из-за закрытия старых проектов. В тот год Деллери потеряло сотни сотрудников. Причём не все из них были настроены против городского совета — некоторые работали над дополнительными сервисами и даже не знали, как результаты их деятельности применяли в дальнейшем. А вот ключевые фигуры… Что ж, поэтому я считал, что эта нить никуда не ведёт. Большинство из них уже умерли, а двое оставшихся покинули страну.

— Возможно, они просто действуют чужими руками или кому-то рассказали о старых проектах, заразив идеей.

— Эмма Блант сейчас в больнице в тяжёлом состоянии, — терпеливо начал объяснять Торне. — Сомневаюсь, что ей есть дело до старых проектов Деллери. А Роджер Тоадер находится на Катлинских островах. По последним данным, живёт с женой и собакой в скромном коттедже у моря. Детей нет. За последние десять лет за ним не было замечено ничего подозрительного. О своей связи с Деллери Роджер по возможности не упоминает и, кажется, скорее пытается забыть эту страницу своей жизни, чем строит планы по возрождению старых проектов.

Риз остановился у окна и провёл рукой по волосам.

— А кроме того, — продолжил Торне, — ты сам сказал, что человек, приславший приглашение на выставку, возможно, и не похищал Айлин, хотя его связь с маской наводит на такие мысли. Если он — похититель, ему просто не выгодно встречаться с тобой лично.

— Или он не так умён и хочет завтра потребовать выкуп, — заметил Риз. — Кстати, за кого, по-твоему, была Айлин? За «хороших» Деллери? Или тоже желала возрождения старых проектов? Да, я помню, что перед похищением она обещала поделиться с городским советом какой-то важной информацией. Логично предположить, что Айлин обнаружила сотрудников, проявляющих серьёзный интерес к старым проектам, и попыталась разузнать у них подробности, чтобы позже сдать городскому совету. Но, может, всё было наоборот? Айлин помогала кому-то в попытках подставить «хороших» Деллери. Тут дело даже может быть не в сути старых проектов, а в банальной мести. Многие ли после ухода из Деллери нашли нормальную работу? Я помню, как компания пыталась свалить всю вину за случившееся на уволенных сотрудников. Наверняка им было нелегко потом найти новое место.

— Тогда кто её похитил? Если это не официальные Деллери и не потерявшие работу… — протянул Торне.

— Может, это была инсценировка? — быстро предположил Риз. — Это бы многое объяснило: появления Айлин или кого-то в её образе на улице, странные попытки не то куда-то привести, не то что-то показать.

— Но какой в этом смысл? Чем может помочь инсценировка собственного похищения?

Риз потёр подбородок.

— Вдруг Айлин поняла, что официальные Деллери узнали о её деятельности, и написала сообщникам, чтобы они её вытащили? Но так, чтобы официальные Деллери не подумали сразу на её тайных друзей. Всё представили, будто она ушла против своей воли, а значит, её сообщники здесь ни при чём. Теперь Айлин хочет связаться со мной и советом, чтобы закончить начатое. Она не может действовать напрямую, потому что боится, что её поймают официальные Деллери. Тот факт, что ты вызвал меня для этого дела, показывает, что её опасения небезосновательны, и у Деллери есть свои люди в совете, да и в других структурах, — Риз задумчиво посмотрел на сосны на фоне безоблачного неба за окном. — Получается, что все странности и загадки, которые меня окружают — это всего лишь способ выяснить, по-настоящему ли я верен городскому совету или же моими истинными заказчиками являются официальные Деллери.

— Звучит правдоподобно, — после небольшой паузы произнёс Торне.

— Нужно срочно проверить всех сотрудников центра, на который указал трекер, — вздохнул Риз. — А также попытаться найти связи между ними и уволенными после закрытия старых проектов. Вдруг кто-то из них общается.

— Само собой. Я свяжусь с советом, и этим займутся.

Повисла пауза. Риз продолжал невидящим взглядом смотреть на сосны за окном.

— Есть что-то ещё? — уточнил Торне, почувствовав его настроение.

— Нет. Только то, что и в этой теории я не верю, будто намерения владельца маски абсолютно чисты. Он мог бы найти и более простой способ проверить меня, если опасался, что я работаю на официальных Деллери. А так всё это похоже на игру. Будто он постепенно заманивает в ловушку. Демонстративно разбрасывается козырями. Показывает, что такие, казалось бы, важные улики не имеют значения. Потому что у него есть что-то большее, обеспечивающее уверенность в превосходстве.

— Ты становишься слишком подозрительным, — с мягким укором заметил Торне.

— Разве в этом деле можно быть излишне подозрительным? — приподнял брови Риз.

Поколебавшись, Торне всё-таки сказал:

— Ты прав. Эти подозрения тоже стоит учитывать, — он выдержал паузу, после чего продолжил более уверенно: — Тех, кто купил билеты на завтрашнюю выставку тоже проверят. Кроме того, я направлю запрос, чтобы там усилили охрану. Ты не останешься без поддержки, если дело обернётся скверно.

— Главное, не спугните его, — пробормотал Риз.

— Я постараюсь сделать всё аккуратно и непосредственно перед началом мероприятия, в экстренном режиме. Так, чтобы никто не успел сориентироваться и начать противодействие.

— Хорошо. Спасибо.

— Я свяжусь с тобой завтра, — прибавил Торне. — И да увидят тебя в Истинном свете.

Риз только покачал головой. Традиционное прощание люверманцев определённо ему не нравилось. Слишком небезопасное. Он точно не хотел, чтобы кто видел его «в истинном свете». Хотя бы потому, что одна информация о том, что он — видящий, уже приводила к неприятным последствиям. Люди сразу начинали смотреть с подозрением, думая, что он непременно сканирует их эмоции и чуть ли не читает мысли.

Торне закончил вызов. Риз повернулся к спальне и окинул её взглядом.

В теории они с Торне сделали всё, чтобы на завтрашней встрече его не застали врасплох. Но это всё равно казалось недостаточным. Риз предчувствовал, что простая проверка центра и сотрудников не даст результат. Её просто не успеют качественно выполнить к завтрашнему вечеру. Охрана на выставке — это, конечно, хорошо. Но Риз не думал, что владелец маски собирался навредить ему или кому-то из гостей. Не было ни одного мотива для этого.

Риз запустил пальцы в волосы. Он по-прежнему проигрывал таинственному собеседнику Айлин в этой странной игре без правил и логики. Перебрав в голове всё, что он ещё не проверил, Риз позвал помощника:

— Свет, где можно найти мадам Генриетту? Она частница, чай продаёт.

Всего через несколько секунд Свет вывел иллюзорную карту Корнума, которую расположил в воздухе на уровне груди Риза.

Приблизив метку, Риз прочитал выплывшее описание и взглянул на фотографию. Как оказалось, женщина, известная под именем мадам Генриетта, продавала чай на винтажной тележке с навесом в двух точках города. По будням она останавливалась на площади перед домом Айлин, а на выходных отправлялась в туристический район Ошвер.

Риз начал собираться.Перед глазами пробежала едва заметная дрожь.

— Свет, что такое?

— Низкий уровень заряда, — сообщил помощник.

Риз нахмурился.

— У глаз? — недоверчиво уточнил он.

— Да.

Обычно заряд протезов держался три дня. Когда уровень батареи опускался ниже двадцати процентов, они начинали заряжаться от радиоволн домашней беспроводной сети. Чаще всего это происходило по ночам.

— Покажи расход аккумулятора за последние дни, — попросил Риз помощника.

Свет тут же вывел в воздухе графики. Риз слегка наклонил голову набок.

— Свет, а ты в курсе, что я ночью спал? — протянул он, глядя на высокую активность протезов этой ночью.

— За ночь было израсходовано девяносто три процента заряда, — как ни в чём не бывало сообщил Свет.

Риз только вздохнул. Похоже, его глаза жили своей жизнью. Он вспомнил про недавнее обновление. Неужели нельзя обновить систему, ничего при этом не сломав? Помедлив, Риз достал из ящика наушники, которые обручем обхватывали голову сзади. Они ему не очень нравились из-за громоздкости и того, что быстро разряжались. Но эти наушники были способны заряжать протезы по беспроводной связи.

Риз убрал привычную пару в кейс и сунул в карман. Пальцы случайно коснулись полоски трекера. Риз поколебался мгновение, а потом решил пока оставить его в кармане. На случай, если понадобится отследить что-то ещё, а домой заезжать будет некогда.

Не забыв очки, он направился к «Усику». До площади перед домом Айлин Риз добрался всего за сорок минут. Припарковавшись и спрятав шлем, он сразу надел очки и подумал, что хоть раз за последние дни они выглядели уместно — солнце на безоблачном небе слепило. Оно ещё не сильно грело, но давало понять, что лето не за горами.

Риз сразу отыскал глазами тележку мадам Генриетты. Он вспомнил, что видел её в тот раз, когда приезжал обыскивать квартиру Айлин. Она была так близко, а он прошёл мимо! С другой стороны, в тёмных баночках с искусственно состаренными наклейками могло находиться что угодно помимо чая.

Риз направился к центру площади, где полукругом стояли скамейки. Он сел на крайнюю и кинул рассеянный взгляд на детскую площадку перед собой. Вокруг игрового комплекса с горкой с криками носились дети. С приближением лета на улице становилось многолюднее. Казалось, что совсем скоро можно будет забыть обо всех проблемах и гулять сутки напролёт. Обманчивое чувство. Риз снова посмотрел на тележку с чаем, за которой было очень удобно наблюдать отсюда, даже не поворачивая головы.

Вся история с чаем казалась ему расплывчатой. С одной стороны, появление чайных крошек на чистой кухне было странным. С другой, что это могло значить? Просто отыскав этот чай, он ничего нового не узнает. Конечно, Риз мог спросить мадам Генриетту об Айлин. Но много ли продавщица могла рассказать о ней? Он решил пока просто понаблюдать за теми, кто покупает чай, чтобы хотя бы составить примерный портрет её покупателей.

Сама мадам Генриетта была высокой женщиной с морщинистым лицом, слегка загорелой кожей и пышной седой косой. Её лоб пересекала полоска цветного платка, а в ушах сверкали крупные серьги, состоящие из ряда колечек. На шее висели многочисленные шнурки. Несмотря на возраст, она казалась крепкой. Цепкий взгляд следил за прохожими, немного изогнутый нос, как у хищной птицы, придавал ей гордый вид.

Генриетта выделялась на фоне окружающих. Риз подумал, что она, наверное, приехала с юга. Возможно, из Стероса. Там рядом находилось море, климат был мягче, а солнце намного чаще, чем в Корнуме, сверкало на безоблачном небе. Народ в Стеросе отличался бойкостью и яркостью. Южане не стеснялись самовыражаться в броских украшениях и нарядной одежде.

Вот к Генриетте подошёл мужчина, ведущий за руку девочку-школьницу. Наверное, дочь. Он быстро назвал всё, что ему требуется, даже не взглянув на баночки — вероятно, постоянный покупатель. Поглядев на металлический шест с камерой и дождавшись зелёного огонька, сообщающего об успешной оплате, мужчина взял пакетики с чаем и вместе с дочерью направился к домам-свечкам.

Следом ещё одна женщина, на вид около тридцати лет, приблизилась к тележке. Она разговаривала с мадам Генриеттой дольше. Та даже открыла один чай и, повернув к ней крышку, дала почувствовать аромат. Наконец женщина купила пакетик и зашагала к проспекту.

Риз проводил её взглядом, не до конца понимая, чего ждёт. Однако ему казалось важным не торопиться. Он начал поворачивать голову к тележке, но тут ему почудилось слева, за детской горкой, знакомое бежевое пальто. Риз внимательно посмотрел туда, но никого похожего на Айлин не увидел. И никого в бежевом пальто тоже.

Он поморщился. Она ему уже всюду мерещится.

Словно в ответ на его мысли перед глазами пробежала рябь.

— Свет, — позвал Риз. — Что там с зарядом?

Помощник вывел графики и уверил, что протезы, как и положено, заряжаются от наушников.

— Ладно, — пробормотал Риз, убедившись, что всё работает, и жестом смахнул иллюзорные графики, заставив их исчезнуть.

К Генриетте подошла девушка. Моложе предыдущей, но явно уже не студентка. Купив чай, она направилась к домам-свечкам. Похоже, тоже из местных.

Риз рассеянно потёр лоб.

«Мраков чай, — думал он. — Что же ты значишь? Или не значишь ничего?»

Он на мгновение замер. Значишь. Именно! Если вспомнить последнюю теорию, которую он описывал Торне, то крошки могли быть посланием от Айлин. Почему-то в этот момент Риз вспомнил сказку о детях, которые оставляли след из крошек, чтобы их потом нашли.

«Ну вот я пришёл по следу из крошек, и что я должен здесь найти?» — Риз окинул взглядом площадь.

Маленькая девочка подбежала к нарисованным на серых плитах классикам рядом с его лавкой. Она начала прыгать по квадратам, что-то говоря себе под нос. Речь у неё была невнятная, так что Риз не мог толком разобрать слова. Он не обратил бы на неё внимания, если бы, пропрыгав все квадраты, девочка не остановилась и не посмотрела на него.

— Я лягушка, я прыгаю, — сообщила она.

Риз слегка приподнял брови.

— Ква? — всё же нашёлся он.

— Ква, — кивнула девочка, явно обрадованная, что Риз «в теме».

Она побежала к началу классиков, чтобы снова прыгать.

«А я видящий, — подумал Риз. — Но на деле видящий из меня такой же, как из тебя лягушка».

Это звание казалось едва ли не насмешкой — ведь глаз у него не было, а протезы работали как попало. Чего стоит одна тританопия! Но даже если забыть про глаза, много ли он разобрал в деле похищения Айлин за эти несколько дней? По сути, Риз всё так же блуждал в темноте, как и в самом начале.

В этот момент к мадам Генриетте подошёл мужчина с тёмными кудрями. У него в ухе сверкал гвоздик, кожа отливала бронзовым загаром, а нос был таким же выразительным, как у Генриетты. Выбрав чай, мужчина достал щепотку из полученного пакетика и бросил на маленький деревянный прилавок.

Риз проводил мужчину напряжённым взглядом. Генриетту этот жест, похоже, нисколько не смутил. Она деловито сгребла крошки салфеткой в горку и оставила их на прилавке. Сразу после этого к ней подошёл парень и купил две упаковки чая, повторив жест предыдущего покупателя.

Вот оно!

Поколебавшись мгновение, Риз поднялся и направился к тележке.

— Здравствуйте, — начал он. — Скажите, у вас не найдётся чёрного чая с апельсиновым ароматом?

Риз понимал, что, если он купит чай, Генриетта охотнее поделится информацией о странном жесте некоторых покупателей.

Женщина важно кивнула и тут же выставила на прилавок три баночки. Она оказалась немногословна: сразу открыла крышки и позволила Ризу почувствовать аромат чаёв. Он быстро отыскал знакомый.

— Можно пятьдесят грамм этого? — Риз указал на среднюю баночку.

— Конечно, — несколько растянуто проговорила мадам Генриетта.

Взвесив чай, она взглядом указала на серебряный шест с камерой для оплаты. Риз повернулся к нему. Когда огонёк наверху мигнул зелёным, он вновь посмотрел на женщину. Показалось, что в её взгляде мелькнула какая-то настороженность, когда она притянула чай. Генриетта заметила, что он наблюдал за тележкой?

— Скажите, что это значит? — Риз указал на крошки на прилавке, решив, что подозрительность Генриетты не помешает ей ответить на такой простой вопрос.

— Спасибо, — сухо ответила она.

— Это какая-то традиция?

— Вы в первый раз покупаете чай из Золотой долины? — спросила Генриетта.

— Золотой долины… Это местность возле Стероса? — припомнил Риз.

— Верно.

— Я родился в Стеросе, но недолго жил там, так что не знаком со всеми местными обычаями, — признался Риз.

Выражение лица Генриетты сразу стало теплее.

— Ну что ж… — протянула она. — Чай из Золотой долины всегда очень ценился. Когда-то его даже использовали вместо денег. Этот жест, — Генриетта указала на прилавок, — говорит о том, что человек настолько благодарен, что даже готов просто бросить часть драгоценных листьев.

— Благодарен… — повторил Риз, задумавшись. — А это единственная трактовка?

Генриетта едва заметно улыбнулась. Её взгляд стал цепким.

— Вы слышали о временах, когда Стерос захватили аурлинцы?

— Я знаю, что в тот период внутри города постоянно случались восстания.

— Всё так. В те времена у крошек на прилавке появилось ещё одно значение. Местные торговцы таким образом предупреждали покупателей о том, что на рынке или улице присутствуют переодетые аурлинцы. То есть следовало соблюдать осторожность, а лучше убраться поскорее домой. Крошки чая означали что-то вроде: «Не оборачивайтесь, не поднимайте головы, они позади вас».

Риз почувствовал, как сердце ускорило ритм.

«Не оборачивайтесь», — эхом пронеслось в его голове.

— Спасибо, — отстранённо проговорил он.

Пальцы крепче сжали упаковку. Не задумываясь, Риз развернулся и направился к дому Айлин.

Не оборачивайся! Что же было у него за спиной, когда он стоял на кухне? На что он не обратил внимания? И не только он, но и Свет.

Риз быстро взбежал по ступеням к двери подъезда. Ему повезло — то ли действие разрешения, выданного Торне, ещё не закончилось, то ли система дома не обновила данные, но обе двери послушно открывались, пропуская его.

Оказавшись в пустой квартире, Риз прошёл к тому месту, где были чайные крошки. Теперь они исчезли — похоже, люди из розыска поработали.

Риз медленно обернулся и увидел зеркало. Простое зеркало в квадратной белой раме. Он приблизился и недоумённо посмотрел на своё усталое лицо. Что хотела сказать Айлин? Не смотреть на себя?

«Нет, — сам себе ответил Риз. — Дело не в этом».

— Свет, — позвал он помощника. — Что ты видишь?

Перед глазами замелькали светящиеся контуры, обводящие его силуэт и силуэты всего того, что находилось позади него.

— Ну конечно!.. — вслух пробормотал Риз и не сдержал усмешки.

Свет анализировал только то, что отражалось. Зеркало обманывало его. Система не воспринимала гладкую поверхность, как объект.

Риз отошёл к выключателю у входной двери и зажёг все лампы в прихожей. Ему самому предстояло найти то, что компьютеры не замечают.

Он вернулся к зеркалу и принялся изучать его поверхность. Показалось, или на нём были какие-то разводы?

Риз приблизился и подышал на зеркало. На нём проступили буквы.

Риз немного отстранился.

«Ультима», — гласило послание.

— Ну и что это значит? — он не сдержал своего разочарования.

И почему только ответы, полученные с таким трудом, на деле оказывались ещё одной загадкой?

Глава 9. Чёрное и белое

Негромкий всплеск нарушил утреннюю тишину. Риз разбавлял холодной водой апельсиновый чай, отстранённо глядя, как тёмный оттенок становится немного светлее. Было что-то извращённо-правильное в том, чтобы выпить чай, который, наверное, пила Айлин, до того, как исчезла. Риз медленно отставил графин с кипячёной водой и взял чашку. Он отошёл к барной стойке и сел, устало посмотрев на светлую гостиную. Внутри клубились недобрые предчувствия по поводу сегодняшнего вечера, на который было назначено открытие выставки.

Риз поднёс чашку к губам. Мысли снова перекинулись на Айлин. Казалось, она оставила надпись на зеркале специально для него. Или это сделала не Айлин, а её похититель? Хотя, наверное, у него не было времени на подобные послания. В любом случае, больше всего его интересовало, что значит «Ультима»? Риз как ни пытался не находил, за что можно зацепиться в очередной загадке. Все вопросы вели только к другим вопросам.

Наконец он не выдержал и, отставив чашку, попросил Свет вывести ленту новостей, чтобы переключить внимание. Риз бездумно пролистал все сводки за сегодняшнее утро и перешёл к тому, что произошло вчера. Новости были по большей части безрадостные. Где-то сгорел ресторан. Большая авария в начале одной из линий «Паутины». Найден один из тринадцати…

Риз замер.

— Свет, открой новость про видящего, — напряжённо попросил он.

Помощник вывел текст и фото на столешницу. Риз быстро просмотрел статью. Йена нашли мёртвым после почти трёх недель поиска. То есть видящих осталось двенадцать.

Риз посмотрел на фотографию погибшего. Ему не довелось работать с ним. Видящие никогда не работали всем составом, их разбивали на группы, каждая из которых занималась своим делом. Поэтому с Йеном Риз пересекался лишь пару раз. Но всё равно новость отозвалась глухой тоской. Это событие было настолько неправильным, что внутри начала просыпаться злость. Все тринадцать прошли через опасные эксперименты, в которых мало кто выживал. Погибнуть после всех испытаний казалось ужасной несправедливостью.

Риз вздохнул, напоминая себе, что остальные видящие в услужении городского совета понимали все риски своей работы. Однако опасность, наверное, до сих казалась им далёкой, потому что никого из них не убивали.

Из коридора долетел звук шагов. Риз смахнул статью со стола и попытался выкинуть из головы мрачные мысли. Он знал, что Джен и без того переживает из-за встречи с владельцем маски. Не стоило усугублять ситуацию.

Сестра вошла в гостиную, цокая каблуками по ламинату. Джен на ходу застёгивала в ухе длинную сережку-цепочку, а тремя свободными пальцами удерживала маленькую коробочку в правой руке. Она уже облачилась в длинное платье. Оно снова было чёрным открытым, без бретелей. Только на этот раз лиф завершали острые серебряные вставки, из-за чего он больше напоминал броню. Сверху Джен надела болеро с высоким воротником, закрывающим шею, но, конечно, не грудь. Плечи заострялись жёсткими линиями, длинные облегающие рукава закрывали ладонь, а для большого пальца была оставлена прорезь.

Риз задумчиво подпёр голову рукой, размышляя, должен ли он, как хороший брат, сказать, насколько вызывающе это выглядело? Или просто признать, что Джен шло? От конфликта между моралью и эстетикой его освободил резкий звук, с которым сестра опустила коробочку на стол. Она перебросила назад косу, заплетённую с показной небрежностью, и окинула Риза с ног до головы цепким деловым взглядом.

«Сейчас будет критиковать», — с тоской подумал он.

— Я пиджак сверху надену, — Риз попытался оправдать простой чёрный джемпер и джинсы. — А ты чего так рано собралась? — спросил он, понадеявшись, что смена темы не показалась слишком резкой.

Однако Джен не так-то просто увести от разговора про внешность. Впрочем, несчастный джемпер она всё-таки трогать не стала.

— Мне нужно приехать заранее. Надеюсь успеть порепетировать. И в остальном надо подготовиться, — быстро проговорила она и, открыв коробочку, развернула её к Ризу.

Там лежали линзы.

— Это самые лучшие из тех, которые есть, — гордо сообщила Джен. — Они анализируют освещение и состояние зрачка. Благодаря этому линзы динамически подстраивают радужку под нужный размер. А ещё, опять же с учётом освещения, они корректируют оттенок радужки и остального глаза, чтобы они выглядели натурально.

Риз посмотрел на линзы, потом на сестру. Хоть он и понимал, что неплохо бы выглядеть, как нормальный человек, но всё равно не испытывал воодушевления. У него и так вечные проблемы со зрением. Куда ещё издеваться-то?

— Точно надо? — уточнил Риз.

— Точно, — покровительственным тоном сказала Джен.

— А если я буду видеть элементы дополненной реальности, они же, наверное, не подстроятся? Думаю, на выставке будет полно такого, — он ещё раз попытался найти вариант отказаться от линз.

— Подстроятся, — Джен коварно улыбнулась. — В случае с компьютерными протезами, а эти линзы как раз для протезов сделаны, они реагируют на разрешение демонстрации дополненной реальности и перестают учитывать освещение, опираясь только на расширение или сужение зрачка.

Риз безнадёжно посмотрел на коробочку.

— Ладно, — капитулировал он и потянулся к ней.

— Сейчас машина приедет. Я понимаю, что ещё рано, но можешь присоединиться, если у тебя на сегодня не запланировано ещё каких-то дел, — уже мягче предложила Джен.

— Нет, я позже приеду. Надо ещё с Торне поговорить.

— Хорошо, — Джен отвела взгляд. — Надеюсь, вы не собираетесь осуществлять никаких опасных планов во время выставки? — уточнила она. Потом поспешно прибавила: — Понимаю, мне о таком знать не положено, но всё же…

— Всё хорошо, — слабо улыбнулся Риз. — Мы не собираемся устраивать стрельбу или что-то подобное. Мне даже придётся оставить оружие дома. Хотя Торне усилит охрану… Но опять же только ради того, чтобы всё прошло тихо-мирно.

Джен посмотрела на него и неуверенно кивнула. Однако Риз видел, что её беспокойство никуда не делось. Он с сожалением подумал, что хотел бы, чтобы она осталась дома и никуда не ездила. Несмотря на то, что Риз был с ней полностью честен, он тоже не мог избавиться от раздражающего чувства, что многое может пойти не так.

Когда за Джен закрылась входная дверь, Риз рассеянно крутя в руках коробочку с линзами, вызвал Торне. Эдиш подтвердил, что уже позаботился об охране. Также он сообщил, что проверка центра Деллери пока не дала результатов. Это совсем не удивило Риза.

— А сравнение купивших билеты на выставку и сотрудников того центра? — спросил он.

— Пока ничего… Ни одного совпадения. И, похоже, мы немного не успеваем, — признался Торне.

Риз сдержал очередной вздох.

— У меня есть один вопрос, — после паузы произнёс он. — Что тебе известно о Йене? Как дошло до его смерти?

Наушники молчали слишком долго. Похоже, Торне раздумывал, как подступиться к этой теме. Наконец он просто сказал:

— Он искал Крота.

— Крот базируется в Солттере, — заметил Риз, вспомнив то, что ему было известно об этом хакере. — С каких пор видящие работают на другие города?

— Появилась информация, что Крот здесь, — откликнулся Торне. — Городские советы Корнума и Солттера решили работать вместе. Его деятельность уже давно угрожает благополучию многих мегаполисов.

— И Йен пропал, пойдя по следу?

— Да. Примерно полторы недели назад, — подтвердил Торне. — К сожалению, всё закончилось трагично.

В виске кольнуло. Риз рассеянно потёр его.

— Знаешь, в такие моменты, я рад тому, что ты больше не работаешь на совет, — прибавил Торне.

— Я тоже, — пробормотал Риз, хотя в этот момент почувствовал себя паршиво по противоположной причине.

Он ушёл и отказался помогать, сделав вид, что проблемы с Кротом, да и с другими преступниками не имеют для него никакого значения.

— Надеюсь, у нас всё закончится более благополучно, — сказал Торне.

Риз не ответил.

— И да увидят тебя…

— Не надо, — прервал он. И тут же, осознав, что это было несколько грубо, попытался смягчить свои слова: — Извини. Просто иногда лучше, чтобы меня никто не видел.

Торне только вздохнул.

— Я позвоню после встречи с владельцем маски, — сказал Риз и закончил вызов.

***

Риз не стал разочаровывать Джен и перед выходом надел линзы. Он поморщился, когда картинка несколько удлинилась, как будто Риз смотрел из туннеля, а качество стало слегка замутнённым. Однако зеркало подтвердило, что покрасневшие белки стали белыми и теперь глаза больше походили на человеческие.

Уже начало темнеть, когда он спустился к «Усику». Выехав за ограду «Спектра», Риз вспомнил, что всё-таки забыл пиджак, но решил не возвращаться. В конце концов, вместе с курткой он бы стеснял движения.

Риз направил «Усика» к центральным районам, где на утёсе располагался арт-центр «Ирис». Здание получило название из-за внешнего вида — оно напоминало цветок. Стёкла, составляющие лепестки, по вечерам подсвечивались мягким синим. По крайне мере Свет так утверждал. Риз же видел «Ирис» исключительно в изумрудных оттенках.

Он припарковался перед центром и присоединился к уже скопившейся очереди у входа. Над двустворчатыми дверьми серебром поблёскивала надпись: «Земля обетованная. Выставка Уни Рей».

Очередь двигалась неторопливо. Охрана на входе тщательно досматривала каждого.

— Свет, включи анализ, — шепнул Риз помощнику.

Он тоже не собирался упускать ни одной детали. Конечно, были возможны лёгкие помехи из-за перегрузки компьютера — ведь протезам ещё предстояло всё записывать — но оно того стоило.

— В фоновом режиме, — прибавил Риз, чтобы Свет не начал выводить результаты анализа в самый неподходящий момент.

Когда подошла его очередь, охрана так же, как и остальных, проверила Риза на предмет оружия и попросила посмотреть на серебряный шест с камерой, который стоял на высокой подставке рядом. Огонёк наверху шеста мигнул зелёным, сообщая, что Риз есть в списке купивших билеты.

Миновав тёмный холл и сдав куртку в гардероб, Риз направился к началу выставки. Направление движения подсказывали белые светящиеся стрелки на стенах.

— Необходимо разрешить демонстрацию контента дополненной и виртуальной реальности, — сообщил Света, когда Риз приблизился к раздвижным металлическим дверям. Надпись на одной из створок гласила, что проходить через них можно только по одному.

Риз слегка наклонил голову. Судя по всему, без разрешения двери не откроются. Он недовольно сжал челюсти. Риз собирался следить за посетителями, а не смотреть выставку. Отвлекающие элементы дополненной и виртуальной реальности будут только мешать. Он хотел по возможности избегать их. Но здесь, похоже, придётся сыграть по правилам.

— Разреши, — сказал Риз, и двери беззвучно разъехались.

За ними поджидала темнота. Как только он шагнул вперёд, двери за спиной захлопнулись, и чернота обступила со всех сторон. Риз почувствовал, как пол под ногами пришёл в движение.

— Добро пожаловать на открытие выставки Уни Рей «Земля обетованная», — пропел мягкий женский голос в наушнике. — После прохождения главных залов вы сможете посетить залы с дополнительными инсталляциями, насладиться банкетом и живой музыкой. Пожалуйста, не сходите с передвижной ленты до моего оповещения.

Оглядывая окружающую темноту, Риз подумал, что ему самому не хочется никуда сходить без света. Пусть уж лучше система благополучно довезёт его туда, куда она везла.

Тем временем откуда-то издалека донеслись звуки фортепиано, к которым присоединилась скрипка. Над головой начали зажигаться робкие звёзды. Риз с любопытством взглянул на них. Звёзд становилось всё больше и больше, но они продолжали сохранять приглушённую яркость, лишь кротко подмигивая.

Когда Риз вновь посмотрел вперёд, он понял, что теперь может различить во мраке очертания дороги, по которой его несла система. По бокам всё было заполнено чем-то гладким и блестящим. Не то поверхность тёмного озера, не то глянцевый пол.

Теория с водой оказалась верной, потому что внезапно справа налетел порыв прохладного ветра, наверное, сымитированный вентилятором, и по озеру пошла рябь.

Дорога свернула влево, а скрипка вдалеке стала звучать громче. Из темноты начали проступать силуэты домов. Грубые панельные пятиэтажки. Вот уже Риз разглядел старые уличные фонари по бокам. Чёрные столбы, тусклые белые лампы. Они едва освещали снег у основания, который перемежался блестящими лужами. На серые шершавые стены многоэтажек свет почти не попадал. Но Риз заметил, что окна там отсутствовали, словно дома не достроили.

Внезапно звёзды с неба стали осыпаться. Мерцая и переливаясь, они опускались на землю, смешиваясь со снегом и исчезая в лужах. От воды пошёл пар, будто звёзды нагревали её.

Вот уже и над снегом взвились клубы. Пустую зимнюю улицу начал стремительно заполнять белый туман. И чем больше его становилось, тем больше светлело. То ли туман лучше отражал свет тусклых фонарей, то ли сам по себе излучал лёгкое свечение.

Дорога свернула, но пейзаж не изменился. Риз всё ещё ехал по пустой зимней улице, обрамлённой жуткими многоэтажками. А потом туман, окончательно впитавший в себя весь свет, начал втягиваться в пустые провалы окон.

От этого зрелища Ризу стало не по себе. Вроде бы обычные бетонные «коробки», а не какие-нибудь чудовища. Вроде бы обычный туман. Но зрелище того, как чёрные провалы высасывают из мира весь свет, вызвало мурашки на спине. Темнота сгущалась, обступая со всех сторон.

Скрипка почти затихла. Осталось только пульсирование баса. Как будто билось чьё-то сердце. Потом наступила такая темнота, что даже звуки музыки окончательно растворились в ней. Пол под ногами остановился. В мёртвой тишине Риз услышал собственное дыхание. А затем до него донёсся хруст снега. Кто-то шёл к нему. Риз оглянулся, но никого не увидел. Он чувствовал, что всё ещё стоит на пустой улице. Неизвестный стремительно приближался, но потом вдруг остановился.

А выставка неожиданно оказалась совсем не такой простой. Риз напряжённо ждал продолжения, чувствуя кожей чей-то взгляд. Хотя существовал ли он?

Наконец пол снова пришёл в движение и медленно понёс дальше. Вернулись и тихие звуки фортепиано.

Вдоль дороги вновь заблестела вода. Сквозь чёрную толщу начали проступать силуэты белых рыбок, словно сотканных из тумана. Они стали единственным источником света. Поддавшись внезапному порыву, Риз присел и протянул к ближайшей рыбке руку. Она скользнула к нему, закружилась вокруг запястья, а потом ринулась вперёд, вслед за остальными. Риз поднял голову и понял, что другие рыбки тоже начали вылетать из воды. Его окружила целая стая, которая вместе с ним неслась… куда?

Риз выпрямился. Впереди показалась свадебная арка, увитая белыми розами. Их листья тоже были белыми. Риз уже подозревал, что ничего цветного в этом мире не встретит. При учёте своего цветовосприятия он был даже благодарен художнице за это. Хотя чёрно-белый мир оставлял какую-то неуловимую тревогу.

Он проехал через арку и увидел фигуры жениха и невесты. Мраморно-белая кожа, закрытые глаза. Волосы жениха были белыми, а костюм чёрным. У невесты — наоборот. Они стояли спиной друг к другу, и их руки связывала ленточка, которую обычно использовали в процессе свадебного обряда.

Риз окинул фигуры внимательным взглядом. Судя по опущенным головам и обречённости в позах, всё это больше походило на ожидание чего-то плохого. Однако отчего-то ему казалось, что сцена здесь вовсе не потому, что художница хотела раскритиковать свадьбы. Но обосновать это мимолётное чувство он не успел, потому что дорога снова повернула.

Фортепиано запело лирично и протяжно. Риз увидел впереди высокий столик. Когда он подъехал к нему, движение пола остановилось. На столике стояло блюдце, на котором лежало разрезанное на две половины яблоко. Помедлив, Риз протянул руку и взял одну половинку. Прикосновения иллюзорного яблока он, конечно, не почувствовал, но оно послушно легло в руку и позволило себя рассмотреть. В центре, на том месте, где должны были находиться косточки, оказался человеческий позвонок.

«Косточки — кости», — мысленно усмехнулся Риз.

На него налетел очередной порыв ветра, а слуха коснулся шум листвы в кронах. Риз оглянулся и увидел, что стоит в начале аллеи парка. Вид белых деревьев, так похожих на деревья его собственного виртуального парка, в первое мгновение показался умиротворяющим. Однако потом Риз взглянул на землю. Каждое растение произрастало из груды человеческих костей. Ветви и стволы повторяли их своей остротой и гладкостью — кора отсутствовала.

Половинка яблока в руке обернулась облачком белого дыма, а пол понёс Риза дальше по аллее.

«Чем дальше, тем веселее,» — подумал он, всё ещё рассматривая деревья. В голове почему-то всплыл недавний диалог с Вергилием:

«— Под чем они?

— Под депрессией».

Похоже, не только сотрудники Вергилия не отличались жизнерадостностью в этом городе.

Вот аллея мёртвого парка осталась позади. Снова подул ветер. Оглянувшись, Риз увидел, как он начал срывать полупрозрачную листву и уносить её во тьму. Аллея постепенно отдалялась. Когда Риз снова посмотрел вперёд, он увидел одинокого мальчика.

Тот был таким же мёртвенно-бледным с закрытыми глазами и опущенной головой, как жених с невестой. Благодаря абсолютно белой одежде он слабо светился в окружающей темноте. Звуки музыки и ветра начали стихать. Вокруг ничего не осталось, кроме этой одиноко стоящей фигурки.

Движение под ногами замедлилось, и спустя несколько секунд Риз остановился прямо перед застывшим мальчиком. Он внезапно понял, что эту часть выставки не хочет смотреть. Впервые появилось желание сойти с передвижной ленты. Но это было бы глупо. В конце концов, Риз мог просто закрыть глаза.

Однако и глаза он не стал закрывать. Любопытство или мазохизм?

Риз терпеливо ждал, что же произойдёт дальше. Мальчик не двигался и не подавал признаков жизни. Сверху начало падать что-то чёрное. Оно неторопливо кружилось и опускалось на плечи и белоснежные волосы мальчика, словно снег. Риз поймал одну такую «снежинку» и поднёс к глазам. Он не почувствовал укола холода на руке, но глаза сообщили, что это и правда снежинка. Чёрная снежинка.

Мгновение, и она начала трескаться. Изнутри потекла не то белая краска, не то молоко. Риз стряхнул неощутимые капли с ладони и огляделся. Чёрный снегопад усиливался, а под ногами уже скапливались белоснежные лужи.

Он снова перевёл взгляд на мальчика и тут заметил слабое колыхание его рубашки на уровне груди.

«Только не так», — подумал Риз.

Однако его молитвы не были услышаны. Ткань снова шевельнулась, и из-под воротничка выпорхнула маленькая белоснежная колибри. Потом ещё одна.

Воображение тут же услужливо нарисовала, как эти милые птички проели плоть мальчика. И в этот момент Риз даже не знал, что хуже: фантазия художницы или его собственное воображение. В конце концов, внешне всё оставалось на грани нормального, и область груди мальчика закрывала плотная ткань рубашки.

Колибри продолжали взмывать вверх, а Риз посмотрел себе под ноги. Белые лужи стали растекаться упорядоченным узором. Они вырисовывали линии паутины, в центре которой он стоял. Затем капли рванули вверх, превращая плоский рисунок в трёхмерный. Ещё несколько секунд, и Риз понял, что вокруг него с мальчиком сплетается кокон. И чем больше появляется белых нитей, тем светлее становится.

Наконец всё вокруг заполнил свет, и даже силуэт мальчика потерялся в нём. Риз закрыл глаза, не в силах больше выдержать яркость.

— Вы можете сойти с пути, — сообщил прохладный женский голос.

Риз постарался не думать, насколько двусмысленно это прозвучало. Не размыкая век, он сделал шаг в сторону.

Когда Риз открыл глаза, оказалось, что он стоит в маленькой комнатке. Позади сомкнулись металлические двери. За арочным проходов впереди находилась лестница, спускающаяся к другому залу.

Риз с облегчением выдохнул. Он постоял ещё пару секунд, приходя в себя после бесконечного чёрного пространства и вновь привыкая к тому, что реальный мир ограничен потолком, стенами и другими замечательными человеческими изобретениями.

До него долетел знакомый чистый голос. Джен пела. Риз слабо улыбнулся. Это помогло быстрее сбросить оцепенение, оставленное увиденным.

Широкая мраморная лестница привела к анфиладе залов, которые наполняли стенды с другими экспонатами Уни Рей. Чёрные рамки и пьедесталы, белые анимированные силуэты. Риз не стал рассматривать эти экспонаты, решив, что пока с него хватит, а кроме того, пора уделить внимание посетителям.

Тут и там бродили гости в вечерних и полуофициальных нарядах. Риз заметил в руках у некоторых бокалы с шампанским. Наверное, в соседних залах стояли столы с закуской.

Он медленно прошёл к арке в следующий зал, невзначай разглядывая посетителей. Они были расслаблены. Многие улыбались и обсуждали что-то вполголоса.

Следующий зал.

Глаза скользили по лицам. Весёлые, задумчивые, спокойные. И ни капли напряжения. Остановившись у столика с закусками, Риз даже попросил Свет показать результаты анализа. Графики оставались ровными. Никто не проявлял излишней нервозности. И не бросал взглядов по сторонам. Кроме него.

Риз потёр лоб и рассеянно взял канапе, вспомнив слова Вергилия о важности вкусной еды в напряжённых ситуациях. Правда вкуса маленького бутербродика он почти не почувствовал. Отстранённо подумав, что Вергилий в своей теории явно забыл уточнить количество вкусной еды, Риз направился в следующий зал.

Здесь сводчатый потолок поддерживали колонны. В воздухе поблёскивали осыпающиеся сверху серебряные искры.Судя по всему, ещё один элемент дополненной реальности, так как следов на одежде и причёсках они не оставляли, просто исчезая. В этом зале находилась сцена, на которой Риз увидел Джен за роялем. Позади неё сидели виолончелисты. Сбоку стоял скрипач.

Свет был приглушённым и на свободном пространстве перед сценой танцевали некоторые гости. Риз продолжил своё сканирование публики.

Шло время. Из-за металлических дверей прибывали новые гости. И никто из них не подходил к Ризу и не выглядел достаточно подозрительно, чтобы можно было посчитать, что он здесь не только ради искусства.

Трижды обойдя все залы, Риз снова остановился у стола с закусками и на этот раз съел две канапе и взял бокал с каким-то коктейлем. О том, что хотел обратить внимание на вкус по наставлению внутреннего голоса, который говорил тоном Вергилия, он вспомнил, только когда оба бутербродика были съедены, а бокал опустошён.

«Ну, в следующий раз», — пообещал Риз внутреннему Вергилию и продолжил исследование залов.

Уже миновал не один час. Джен спустилась со сцены, устроив перерыв. Риз чувствовал, что запомнил лица всех присутствующих. Он начал останавливаться у чёрных пьедесталов, от безысходности разглядывая экспонаты.

Может, владелец маски передумал приходить?

Из трубочки внутри вытянутого тёмного полупрозрачного параллелепипеда выдувались мыльные пузыри. По крайней мере, они такими казались пока, лениво покачиваясь, опускались вниз. Однако стоило им коснуться основания параллелепипеда, как пузыри трескались и разваливались на осколки, будто были стеклянными.

Риз попеременно смотрел то на верхнюю часть параллелепипеда, то на нижнюю, пытаясь заставить свою голову воспринимать пузыри наверху стеклянными, а осколки внизу мыльными. Получалось плохо. Упрямое сознание совершенно не желало подчиняться глупым прихотям хозяина.

Тут Риз увидел сквозь тёмное стекло, что Джен в зале со сценой смотрит на него. Помедлив, он направился к ней.

Миновав арку, Риз понял, что она не одна. Рядом стояла девушка в чёрном платье с крупными серебряными узорами. Острые плечи и закрытое горло делали образ похожим на образ Джен, однако он оставался более строгим и «царственным». Пышная юбка не опускалась до пола, оставляя остроносые чёрные туфли открытыми. Тёмно-каштановые волосы незнакомка собрала на затылке, серые глаза неотрывно смотрели на Риза.

— Скучаешь? — улыбнувшись, спросила Джен, когда он приблизился.

Риз почувствовал в её слегка наигранном тоне скрытую тревогу и вопрос о том, где владелец маски.

— Пока ещё нет, — откликнулся Риз, отвечая сразу на все вопросы. Хотя про скуку, возможно, немного солгал.

Джен его явно поняла. Она снова улыбнулась.

— Тем не менее, думаю, это ещё больше скрасит твоё пребывание здесь. Риз, познакомься с Уни Рей, — Джен повернулась к стоящей рядом девушке.

— Очень приятно, — произнёс Риз, тоже посмотрев на Уни.

«Ох, Джен, предупреждать же надо!» — подумал он, порадовавшись, что на вопрос про скуку ответил правильно.

— Мы уже не в первый раз объединяем усилия, даже над клипом думаем поработать вместе, — поделилась сестра. — Это действительно большое упущение, что вы до сих пор не знакомы.

— Джен рассказывала, что вы тоже играете на фортепиано, — сказала Уни.

— Далеко не так хорошо, как она, — Риз мысленно поругал сестру за длинный язык.

— Вполне достойно, — вставила Джен.

Он коротко взглянул на неё.

— Значит, вы не занимаетесь искусством? — Уни попыталась деликатно отойти от этой темы. Несмотря на холодный взгляд, её лицо с золотистым загаром казалось мягким и приветливым.

— Нет, я обычный слушатель и зритель, — заключил Риз.

Тут Джен снова не удержала своё «важное» мнение при себе:

— И тем не менее не понаслышке знаком с трёхмерным моделированием, — сестра посмотрела в сторону танцующих пар. — А ещё неплохо танцует.

На этот раз Риз возмущённо посмотрел на бесстыдно улыбающуюся сестру. Что она задумала? От него не укрылась, что и Уни также взглянула на неё. На щеках художницы появился лёгкий румянец.

А Джен без следа смущения оценивающе глядела на них. Ну, Джен! Риз мысленно пообещал ей это припомнить. Мракова манипуляторша!

Он снова повернулся к Уни. Та ещё явно не справилась со смущением.

— А вы танцуете? — спросил Риз.

— Танцую, — негромко откликнулась художница.

— Тогда, может, пора немного расслабиться? — весело подвела итог Джен и, не дожидаясь их согласия, направилась к сцене с роялем.

Риз только недоверчиво покачал головой.

— Когда Джен чего-то хочет… — отстранённо начал он.

— Она это получает, — закончила Уни.

Они обменялись понимающими взглядами.

— Хотя, почему бы нет? — пожал плечами Риз и протянул Уни руку.

Танцевать Риза научила Леа, и у него неплохо выходило. Даже спустя столько времени после их расставания, он чувствовал себя уверенно. Главное, чтобы Уни смогла немного довериться ему. Но сможет ли?

Художница мягко опустила другую руку ему на плечо. Её движения не были зажатыми. Но Риз заметил, что она не до конца расслаблена. Что ж, в этом её можно было понять. Оставалось надеяться, что дальше Уни изменит своё отношение.

Пальцы Джен коснулись белоснежных клавиш. Риз выждал короткое вступление и посмотрел прямо на Уни, желая передать свою уверенность, а потом сделал первый шаг.

Ему хватило нескольких тактов, чтобы понять: она совершенно точно знала, что делает. А спустя ещё несколько тактов и Уни уверилась в его навыках. Она наконец отпустила сковывающую её силу и позволила вести себя по-настоящему.

Риз увидел улыбку художницы. И с удивлением понял, что отвечает ей тем же. Он почувствовал лёгкость, которую давно не испытывал. Риз никогда не придавал особого значения танцу, но вдруг понял, что ему этого не хватало. Он давно не чувствовал себя таким расслабленным. Движения сливались с музыкой, и рядом находился кто-то, кто понимал его и двигался в такт.

Музыка становилась быстрее. Взволнованно зазвучали виолончели. Но это только подогревало энтузиазм, который просыпался внутри. Ризу показалось, что вокруг стало темнее. Будто остальной мир решил не мешать и отошёл во тьму, которую так умело использовала Уни в своих инсталляциях. Неожиданно Риз подумал о темноте не как о части одиночества, а как о чём-то бесконечно тёплом.

Поворот. Он легко подхватил руку Уни, позволяя ей закружиться. Её глаза заблестели чистой радостью. Вот они снова рядом и продолжают плавное и стремительное движение. Музыка неумолимо приближалась к развязке.

Вокруг стало совсем темно. Только осыпающиеся с потолка икры давали немного света. Танец повел Риза и Уни к сцене.

Джен сыграла заключительные громкие, но немного грустные аккорды. Риз и Уни повернулись к залу и одновременно резко остановились.

Риз знал, что в конце должно было прозвучать ещё тихое заключение рояля. Но и оно не нарушило внезапно обрушившуюся тишину.

В сомкнувшейся темноте белым светом светилась только одна фигура. Она висела на тонких верёвках, напоминающих паутину или остатки кокона. Бледные руки под воздушными рукавами из полупрозрачной ткани были раскинуты, словно она вот-вот собиралась взмахнуть ими на подобие крыльев и взлететь.

Только она ими уже не взмахнёт. Голова была опущена на грудь, а шею пересекали толстые натянутые канаты, уходившие вверх.

Никто не закричал. Гости молча смотрели на висящую над ними фигуру. Может, они решили, что это ещё одна инсталляция?

Риз почувствовал, как Уни отчаянно сжала его руку. Она, как и он, понимала, что это никакая не инсталляция.

Айлин была мертва по-настоящему.

Мгновение, и перед глазами всё начало поддёргиваться белой дымкой. Риз моргнул, но ничего не изменилось. Следом он почувствовал жжение в глазах. Он поспешно наклонил голову. Оттянув нижнее веко, как мог быстро вынул одну линзу, а затем следующую. Зажмурившись и снова открыв глаза, Риз убедился, что жжение постепенно отступает. Наверное, какой-то очередной сбой в фоновом анализе Света.

Он вновь поднял голову. Риз даже успел понадеяться, что Айлин ему привиделась. Но нет. И видел её явно не только он.

Глава 10. Почти нормальный

Некоторые события не изменить. Но Риз не мог смириться с этим. Мелькнула мысль о том, насколько он нелогичное существо. Разум говорил, что Айлин мертва, и это уже не исправить. Но другая часть Риза, неизвестно во что верившая, продолжала искать выход.

Арт-центр оцепили, прибыли «белые человечки» и оперативная группа, в составе которой были двое видящих — Аделин и Маррот. С Марротом Риз работал чаще, чем с другими. Он даже был рад, что прислали его. Хотя понимал: присутствие ещё двух видящих ничем не поможет. Риз весь вечер сканировал залы и ничего не заметил.

Или дело в нём и системе его протезов? Риз старался не думать об этом, но сомнения продолжали лезть в голову. Вдруг он не заметил преступника?

Риз слушал короткие разговоры, которые Маррот и Аделин вели со свидетелями, но сам в них не участвовал, всё время находясь позади.

Люди были напуганы и отвечали неохотно. А ещё они знали, что Аделин и Маррот — видящие. Скрыть их специальность было невозможно, ведь всем известно, что при убийстве их обязательно присылают на место преступления. Гости понимали, что Аделин и Маррот сканировали каждую мимолётную эмоцию, отразившуюся на их лицах. И желания общаться им это не прибавляло. Если бы рядом стоял ещё и Риз со своим выразительным взглядом, все свидетели, наверное, сразу разбежались.

В какой-то момент Аделин направилась внутрь арт-центра, чтобы снова всё хорошо проверить. Риз потёр висок, и велел Свету включить запись момента, когда он увидел Айлин, а потом перемотать видео на несколько минут назад. Судя по всему, тело всё время скрывала иллюзия дополненной реальности. Но и повесили Айлин, исходя из анализа Света, не больше трёх часов назад. Получается, едва не одновременно с открытием выставки.

Риз нахмурился, в очередной раз остановив запись и рассматривая висящую Айлин. Свет начал выводить сбоку всю информацию о её состоянии, дополняя данными, которые Риз узнал позже. Тело успели тщательно подготовить, словно для церемонии прощания. Смерть наступила намного раньше.

Вздохнув, Риз жестом смахнул эту запись и начал перебирать другие, накопившиеся за этот день. Он снова и снова вглядывался в лица гостей, всё больше убеждаясь, что убийца не стал оставаться, чтобы насладиться эффектом.

Риз уже чувствовал тупую боль в висках. Он не знал, из-за чего это происходило: то ли он устал, то ли система, работающая последние часы на максимуме своих возможностей, давала понять, что дальше так продолжаться не может.

Риз отошёл к газону, на котором только-только пробивалась молодая трава, и сел прямо на поребрик, начав массировать виски. Судя по тому, какой горячей казалась голова, у него уже поднялась температура.

— Ладно, — процедил он сквозь сжатые зубы. — Свет, выключи анализ. И все фоновые процессы тоже.

Всё равно это никуда не вело. Риз уже несколько раз в этом убедился.

Он толком не почувствовал, ослабло ли давление после отключения большинства процессов или нет. Риз вздохнул и, облокотившись на колени, опустил голову, ожидая, когда станет немного легче.

Мысли стали обрывочными, выдавая то одни события, то совсем другие.

— Что-то не так с системой демонстрации элементов дополненной реальности? — Аделин внимательно смотрит на его покрасневшие глаза, похоже, решив, что какой-то сбой на выставке стал причиной полопавшихся сосудов.

— Нет, — Риз покачал головой. — Это случилось раньше.

На лице Аделин промелькнуло понимание, но она тут же отвернулась. Кому, как не ей знать, что глаза иногда дают подобный сбой? Хотя, может, её работают лучше? Они у неё бледно-бирюзовые, выразительные. Хотя это ему, наверное, кажется, а на самом деле они синие или голубые…

Риз тряхнул головой пытаясь сосредоточиться.

— Вы можете сойти с пути, — сообщил прохладный голос системы залов выставочного центра.

Может. Или нет?

Уни сжимает его предплечье и даже не замечает этого. Но он почти не чувствует её хватки, ведь правая рука ненастоящая.

Риз нахмурился. Концентрация разваливалась, голова начала выдавать хаотичные воспоминания, которые он никак не мог взять под контроль.

Связанные рука об руку. Связанные.

Наверное, нужно просто постараться ни о чём не думать. Риз уставился на асфальт под ногами.

Серый. Бесцветный. Он может его видеть. Видеть таким, какой он есть.

Риз прикрыл глаза. Ему казалось, что он уже никогда не сможет поднять голову, такой тяжёлой она стала. Вокруг сомкнулась темнота.

Тёмное небо. Тёмное дно, полное туманных рыбок. Бесконечное тёмное пространство, где может произойти всё, что угодно. Где ничто не ограничено законами физики или логики.

Он услышал шаги и подумал, что надо бы посмотреть, кто это, но не пошевелился. Неизвестный остановился рядом. Почему-то он не пытался начать разговор. Повисло молчание.

Наконец Риз поднял голову. Это был Маррот. Он непринуждённо курил. Не поворачивая головы, Маррот негромко спросил:

— Будешь?

Риз опустил взгляд и увидел, что в другой руке тот держит пачку сигарет. Риз без слов взял одну. Маррот также отстранённо достал зажигалку.

Вот в тёмное небо взвился тонкий дымок, который точно не собирался превращаться в туманную рыбку. Риз снова посмотрел на Маррота и только сейчас обратил внимание, что на нём были чёрные очки.

«А что с твоими глазами?» — грустно подумал он, но не стал ничего спрашивать.

В совокупности с чёрными короткими волосами и тёмным пальто Маррот выглядел весьма похоронно. Как раз к случаю. Наверное, и Риз в повседневности выглядел так же, хотя в его внешности не было столько чёрного.

Мальчик в белом стоит посреди паутины-кокона и, судя по всему, уже давно мёртв.

Риз затянулся и посмотрел в ту сторону, куда смотрел Маррот. К арт-центру подъехала машина, и туда стали грузить тело Айлин.

Риз на мгновение прикрыл глаза. Он видел, как её снимали с канатов, на которых она висела. Видел её белое лицо, перед тем как его накрыли.

Порыв ветра пробрался под куртку, которую Риз не потрудился застегнуть.

Ветер сдувает листья с мёртвых деревьев, выросших из костей.

Двери машины захлопнулись. Вспыхнули белые фары.

Маррот отошёл к урне и, потушив окурок, бросил его в специальную чашку наверху.

Вернувшись, он наконец посмотрел на Риза.

— Мне жаль, что так вышло. Я надеялся, что хотя бы у тебя получится уйти.

Его голос всегда оставался тихим и скорбным, но звучал достаточно отчётливо.

Риз не ответил. Да Марроту и не нужен был ответ. Они всегда понимали друг друга достаточно легко и не тратили время на лишние слова.

Маррот снова повернулся к арт-центру, а потом, заметив вышедшую Аделин, двинулся к ней.

Очередной порыв ветра вызвал дрожь, и Риз всё-таки застегнул куртку. Он тоже встал и выкинул окурок. Спрятав руки в карманы, посмотрел на Аделин с Марротом и подумал, насколько всё неправильно складывалось.

Они могли понимать друг друга с полуслова. Они умели видеть мир так, как никто другой. И, чего уж скрывать, Риз до сих пор чувствовал некоторое родство с остальными видящими. Но только ближе их это не делало. Он в первый раз обратил внимание, насколько странно то, что они никогда не говорили на темы, не касающиеся работы.

«Хотя бы у тебя получится уйти», — слова Маррота эхом пронеслись в голове.

Значит, он тоже хотел уйти? Тогда что ему помешало? Или кто? Почему Маррот до сих пор продолжал приезжать на места преступлений и провожать умерших взглядом, спрятанным за очками?

«Вы можете сойти с пути», — вновь некстати пронеслось в голове, но на этот раз во фразе померещился злой сарказм.

Он тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Несмотря на то, что руки были в карманах, левая ладонь совсем окоченела. Риз поднял её к лицу, немного подышал на пальцы и медленно направился к «Усику».

Ему тоже пора. Всё необходимое он сделает утром. Сейчас, особенно в таком состоянии, от него никакой пользы.

***

Когда Риз вернулся, свет нигде не горел. Наверное, Джен уже легла спать. Они не успели поговорить после того, как все увидели тело Айлин. Но ничего хорошего он бы всё равно не смог сказать, так что, наверное, это к лучшему.

Риз повесил куртку на крючок в прихожей и в темноте направился к лестнице на второй этаж. Через окно в кухню-гостиную попадал тусклый свет фонарей, рисовавший бледные полосы на полу.

Риз беззвучно поднялся по чёрным ступеням. Не задерживаясь, миновал коридор, зашёл в спальню и сразу направился в ванную. Его встретил тёплый влажный воздух.

— Свет, вклю… хотя не надо, — оборвал себя Риз.

Он оставил дверь открытой и подошёл к раковине. В спальню свет тоже попадал с улицы. Риз почему-то подумал о том, как чёрные провалы окон в инсталляции Уни высасывали свет с улицы. Он не сдержал кривой усмешки. Его дом тоже так умел.

Риз включил воду, поднял руку и нащупал мыло. Пока намыливал ладони, вода стала слишком горячей. Он дёрнул ручку, выравнивая температуру. В этот момент ему послышался странный щелчок откуда-то справа. Риз замер, посмотрев в ту сторону, и прислушался.

В тусклом свете вырисовывалась кафельная стена ванной. Ничего необычного. Решив, что ему послышалось, он наклонился над раковиной, чтобы ополоснуть лицо.

От прикосновения тёплой воды в голове всплыли воспоминания о темноте, которая окутывала его, когда он танцевал. Она тоже показалась тёплой и дружелюбной. А на деле эта была часть последней, самой запоминающейся «инсталляции».

«Тепло», — снова пронеслась мысль, и Риз почувствовал, что что-то упускает. Он потянулся к полотенцу, которое висело сбоку от зеркала. Вытер лицо и вдохнул полный влаги воздух, как будто кто-то всего несколько минут назад выключил душ и покинул комнату.

Взглянув на зеркало, Риз застыл.

— Свет, включи датчики освещения, — напряжённо скомандовал он.

Вокруг начало светлеть, и Риз убедился, что ему не показалось: на запотевшем зеркале красовалась большая надпись: «Риз».

— Свет, — снова позвал он. — Ты видишь это?

Перед глазами замелькали рамочки, выхватывающие силуэты мебели и предметов.

— Ты видишь надпись на зеркале? — раздражённо прервал его Риз.

Он точно этого не писал. Это если забыть о том, что и душем в последние часы не пользовался.

Рамочки исчезли. Свет задумался.

— Уточните запрос, — наконец выдал помощник.

— Хочешь сказать, что даже так зеркало не воспринимаешь?.. — не поверил Риз. — Да к мраку всё! — не выдержал он и бросил полотенце на тумбу сбоку от раковины.

Но как только Риз вышел из ванной, он увидел ещё одну странность. Его комната была открыта — Риз сам её не закрыл — и дверь в комнату виртуальной реальности хорошо просматривалась. Через щель внизу на пол в коридоре падал свет.

«Может, Джен?» — подумал Риз и попытался вспомнить, пользовалась ли она хоть раз его комнатой виртуальной реальности. Возможно, когда-то давно, что он уже и не помнил.

Риз прислушался. Казалось, что в доме царила гробовая тишина. Помедлив, он вытащил из ящика тумбы пистолет и снял его с предохранителя. Риз подумал, что, возможно, он немного параноик. Но после всего, что случилось в последние дни, не собирался игнорировать дополнительные меры безопасности.

Он неслышно подошёл к двери, осторожно открыл её и тут же поднял оружие. Однако больше Риз ничего не предпринял.

Он вновь оказался перед арт-центром «Ирис». Правда, этот несколько отличался от того, который находился в реальности. Риз сам его скорректировал: сделал выше, а у лепестков, образующих форму, разместил дополнительную подсветку.

Возле газона в нескольких шагах от него стояла девушка. Риз узнал её даже со спины, но всё равно сразу не смог поверить глазам.

Тут она обернулась, и все возможные сомнения окончательно отступили. На него смотрела Айлин. Она тепло улыбнулась, не замечая направленного на неё оружия.

— А у тебя получилось намного лучше, — Айлин взглядом указала на арт-центр.

Чёрное платье на ней было чем-то средним между платьями Уни и Джен. Айлин рассеянно убрала за ухо прядь роскошных каштановых волос, совсем как когда Риз столкнулся с ней впервые на тротуаре у сквера.

— Ты извини, что я так без спроса пришла, — проговорила она, оглядывая тёмные улицы виртуального города. — Но мне было очень интересно.

Айлин снова взглянула на Риза.

— А почему… почему ты на меня так смотришь? — немного смутилась она.

Риз в этот момент вовсю перебирал в голове то, что ему известно. Айлин мертва. Точно. Он не один видел её тело. В центр прибыла оперативная группа. Другие видящие подтвердили смерть. Нет, они все не могли ошибиться!

Но тогда происходящее принимало совсем скверный оборот.

Помедлив, Риз всё же опустил пистолет. Если он прав в своей догадке, оружие тут ничем не поможет.

— Ты умерла, — прямо сообщил Риз.

Айлин это заявление нисколько не смутило.

— Говоришь так, будто это что-то постыдное. Со всеми такое рано или поздно случается, — пожала она плечами.

Риз не ответил, продолжая рассматривать её.

— Свет, я один в комнате? — уточнил он.

— Да, — откликнулся помощник.

Айлин сложила руки за спиной и шагнула к нему.

— А можно здесь прогуляться? — как ни в чём не бывало поинтересовалась она.

— Можно. До Лисьего проспекта 8, — прибавил он.

— Психушка, — скривилась Айлин. — Хотя, если ты её тоже улучшил… — задумчиво протянула она и оглянулась на арт-центр.

— Нет, — вздохнул Риз. — Клиника такая же. Хотя, наверное, стоило её улучшить. Своим присутствием.

— А мне ты и таким нравишься.

— Не сомневаюсь, — слабо улыбнулся он.

«Конечно, ведь без меня тебя бы не было», — пронеслось в голове.

Или дело не в нём, а в протезах? Риз задумался.

— Ну ладно, можно и до психушки, — тем временем решила Айлин. — Пойдём?

Риз приподнял брови. Наверное, когда собственная галлюцинация зовёт лечиться, это должно о чём-то говорить. Или нет? Интересно, есть ли какое-нибудь руководство для тех, кто начал видеть оживших мертвецов? Как в таких случаях правильно поступить? Может, с ними не стоит разговаривать, чтобы не усугублять ситуацию?

Так и не дождавшись ответа, Айлин слегка смяла подол платья в кулаках. Её лицо стало расстроенным.

— Тебя смущает, что я не настоящая? — грустно спросила она.

— Немного, — соврал Риз.

Айлин снова окинула взглядом улицу.

— Но ведь это почти нормально! Ты каждый день ходишь по улицам ненастоящего города и почему-то до сих пор тебя это не беспокоило! — она жестом обвела окружавший их виртуальный город.

«А, то есть это был первый “звоночек”», — Риз посмотрел по сторонам, в первый раз подумав, что его увлечение со стороны могло выглядеть немного странно.

Он покачал головой. Всё-таки этот разговор никуда не вёл, и пора было что-то решать.

Риз развернулся и, вернувшись в спальню, положил пистолет на тумбу. Если у него действительно поехала крыша, с пистолетом он мог представлять опасность для себя. И Джен.

Айлин последовала за ним. Она, как и подобает нормальной галлюцинации, не ограничивалась пространством комнаты виртуальной реальности. Хоть Риз и не ожидал, что она так просто исчезнет, всё же надеялся, что Айлин останется там и не сможет выйти. Тогда он бы смог всё свалить на массовый сбой своих компьютеров.

Айлин с любопытством застыла на пороге спальни и огляделась, но заходить не стала, оставшись в коридоре. Когда Риз вышел и закрыл дверь, она заинтересованно спросила:

— Что ты задумал?

— Лечиться, — хмыкнул он и направился к лестнице.

На самом деле Риз знал об одной методичке для психов. Точнее методичке для психов-видящих. Заболевания подобного рода могли спровоцировать их систему и вызвать смертельно опасные последствия. Пока Риз чувствовал себя нормально, но это не значит, что дальше всё останется так же.

Согласно инструкциям ему следовало срочно отключить свои протезы от сети, заблокировать связь, а также очистить память. А делать это совсем не хотелось. Пропадёт вся информация о расследовании, все записи за последние недели. Конечно, часть была у Торне, но это далеко не всё. А кроме того, так Риз лишит себя работы. У его протезов останется только одна функция — видеть. И та может начать сбоить.

Именно поэтому он хотел для начала убедиться в том, что проблема в его голове, а не в протезах. В конце концов, это мог быть какой-нибудь извращённый вирус, призванный вынудить его выполнить экстренное отключение.

Спустившись в гостиную, Риз сразу направился к шкафу, где скрывалась медицинская кровать. Айлин не отставала.

— Разве подобные кровати могут ставить диагнозы? — с сомнением спросила она, отступив в сторону, когда дверца шкафа открылась, и кровать начала опускаться. Синяя подсветка, которую Риз видел изумрудной, придала лицу Айлин несколько болезненный оттенок.

— Нет, не могут, — сказал он и направился к дисплею у изголовья. Риз решил, что лучше сделает всё вручную, а не через голосовые команды — к Свету сейчас обращаться небезопасно. Он не сдержал усмешки от этой мысли. Если бы люверманцы услышали её, сразу бы заклеймили еретиком.

— Тогда чего ты пытаешься добиться? — не отставала Айлин.

— Может, диагнозы кровать и не ставит, но она неплохо находит разные отклонения. Стоит запустить полное сканирование и убедиться, что всё плохо.

Айлин посмотрела на дисплей, потом на Риза.

— Да не плохо же! — воскликнула она.

Он взглянул на неё.

— Это с какой стороны посмотреть. Если с точки зрения глаз — да, это не так плохо.

— А-а-а, — лицо Айлин изменилось, и она понимающе кивнула. — Так ты выяснить хочешь, что именно сломалось? Голова или глаза?

Риз кивнул. Какая всё-таки догадливая ему попалась галлюцинация. Хотя… разве она не должна знать всё, что происходит в его голове?

Он отошёл от пульта и уже собирался лечь на кровать, чтобы начать обследование, как не отстававшая ни на шаг Айлин сказала:

— Тогда зачем такие сложности? Всё ведь можно проверить намного проще.

— Это как? — уточнил Риз.

Айлин таинственно улыбнулась и покачала головой, будто он ничего не понимал в простейших вещах. Потом она сделала ещё один шаг, сокращая и так небольшое расстояние между ними, и поцеловала его.

Риз этого не ожидал. Её губы оказались тёплыми и мягкими. Совсем не подходящими тому, кто умер несколько часов назад. Следом Риз подумал, что размышлять о таком в этот момент как-то неправильно.

Айлин отстранилась прежде, чем он успел сориентироваться.

Повисла пауза.

— Ну? — не вытерпела Айлин.

— Что? — Риз всё ещё был сбит с толку.

Айлин тяжело вздохнула. Потом решительно толкнула его на кровать, заставляя сесть. Вновь наклонилась и шепнула:

— Если дело в глазах, ты не должен этого почувствовать, — она повторила поцелуй.

На этот раз Айлин не стала останавливаться так быстро. Она опустилась к нему на колени. Руки Риза оказались у неё на талии. Он почувствовал плотную ткань платья. Айлин обняла его за шею, её пальцы запутались в его волосах.

Горячее дыхание обжигало. Совсем как настоящее.

Риз почувствовал ноющую боль в висках, но почему-то оказался не в силах отстраниться от Айлин.

«Так не должно быть!» — отчаянно звенело на грани сознания.

Одна рука Айлин скользнула к его груди, потом ещё ниже к краю джемпера. Сердце бешено колотилось. И Риз не был уверен, что это происходило из-за её возбуждающих действий. Хотя лучше бы оно происходило именно от этого.

В ушах послышался далёкий звон.

«Нет», — успел подумать Риз.

Но было уже поздно. Сознание уплывало под возросшим давлением боли, которой обернулись приятные касания губ.

Последней мыслью Риза стало то, что умереть от поцелуя странно, но приятно. Однако очутиться при этом на медицинской кровати показалось ему совсем несмешной шуткой. Но выбирать не приходилось.

В следующее мгновение вокруг сомкнулась плотная темнота.

Глава 11. Слепой

Тьма отступала медленно и неохотно. Риз даже засомневался в том, что ему надо возвращаться к свету. Однако и с такими мыслями он не прекратил попыток открыть глаза.

Наконец ему это удалось. Голова тут же отозвалась болью, которая сконцентрировалась в висках. Комната расплывалась перед глазами, и почему-то ко всему прибавилась резь в горле. Риз осторожно вдохнул. Это простое действие также вызвало неприятные ощущения в горле. В совокупности с общей слабостью казалось, что он всю ночь провалялся где-то на улице, после того как его методично избили. Только память сохранила совсем другую версию событий.

Риз отчаянно моргал, пытаясь хоть на чём-нибудь сфокусироваться. Наконец относительно чёткие очертания приобрело панорамное окно гостиной. Робкие лучи рисовали длинные полосы света на полу — солнце только-только встало. Риз немного повернул голову и увидел пустую нишу шкафа. Он по-прежнему лежал на медицинской кровати в своей квартире. Вот только лежал он странно: не поперёк, а вдоль матраса, как будто успел лечь, чтобы начать исследование.

Голова снова закружилась, хотя Риз не успел толком ничего сделать. Он прикрыл глаза, пытаясь совладать с неприятными ощущениями.

Следом Риз понял, что не просто целиком занимает матрас. Он почувствовал, что левая рука покоится на отъезжающей подставке, и её удерживают специальные металлические скобы с внутренней частью из силикона.

Подставка выезжала из кровати нечасто, лишь для считанного количества операций. Предчувствуя недоброе, Риз приоткрыл глаза и посмотрел в ту сторону.

Его опасения подтвердились. Он отстранённо подумал, что хотя бы теперь понятно, почему чувствует такую слабость. Рука была зафиксирована системой сдачи крови, а в районе локтевой вены её обхватывала блестящая металлическая пластина, под которой пряталась игла. Кровь бежала по тонкой трубочке от пластины к ещё одной подставке, расположенной немного дальше и ниже той, на которой лежала рука. В обычной ситуации там устанавливалась колба. Однако система кровати позволяла поставить любой сосуд, и сейчас Риз увидел бокал для вина.

Кто его поставил? И почему бокал? Риз зажмурился и снова посмотрел в ту сторону. Бокал уже был переполнен, и кровь стекала по внешней стороне, пропадая из зоны видимости.

Тут краем глаза Риз заметил стремительное движение. Он посмотрел вверх и увидел, что над ним кружат маленькие белые колибри. Птички спикировали к бокалу.

Риз не сдержал тихого стона. Только не так! Но вот уже первая устроилась на краешке бокала и наклонилась вперёд. Риз отвернулся. Он уже усвоил, что его фантазия работала ужасно, но смотреть на её плоды, когда ему и без того плохо, благоразумно не стал.

— Свет, — чуть слышно прохрипел Риз, уставившись в поток, где заметил ещё одну опостылевшую колибри.

Ничего не произошло. Он попытался откашляться, но лучше не стало.

— Свет, — голос опустился до шёпота. — Выключи систему медицинской кровати.

Снова тишина.

— Свет, — позвал Риз. — Ты меня слышишь?

Тишина. Он поднял правую руку и коснулся уха. Наушник был на месте. Риз вынул его и осмотрел. Внешне никаких повреждений не было. Риз сжал челюсти и снова вставил наушник в ухо.

— Свет!

Молчание.

«Тьма загребущая!» — Риз потёр глаза рукой.

Свет был единственным, кто мог понимать голосовые команды и передавать их всем домашним системам.

Игнорируя птичек-вампиров, Риз схватился за скобу, удерживающую плечо, и попытался разжать. Его протез был крепким и сильным. Риз старался как мог, но, похоже, даже ненастоящая рука не могла сокрушить металл. Скобы кровати не поддавались.

Он прошипел ругательства, не оставляя бесполезные попытки. Неужели придётся пожертвовать единственной оставшейся рукой? Следом Риз подумал, что даже если бы он решил её отпилить, сделать это всё равно нечем. Кроме того, потеря крови тогда только возрастёт, а это ускорит наступление смерти.

Однако смотреть, как мраковы птички используют его в качестве кормушки, он тоже не собирался. Риз отпустил скобу и начал крутить головой в поисках того, что может помочь.

Попытавшись посмотреть назад, он увидел, что не один. Немного поодаль, на стуле, принесённом от барной стойки, сидела Айлин. Она была в том же платье, и нисколько не изменилась со вчерашнего вечера. Айлин поставила ноги на металлическую подставку стула, и вся как-то сжалась. Её глаза были большими и встревоженными. Она неотрывно смотрела на Риза, двумя руками удерживая бокал с вином.

По крайней мере, Риз попытался убедить себя, что это вино. Айлин обхватила губами соломинку, которая опускалась в бокал.

Вокруг неё тоже порхали ненасытные колибри. Однако Айлин их игнорировала.

Риз молчал долгое мгновение, а потом спросил совсем не то, что стоило спрашивать:

— А птички-то на какую тьму?..

Айлин пожала плечами, не выпуская соломинку и не меняя позы.

Молчание затянулось. Риз сжал и разжал кулак свободной руки. Чем дальше, тем хуже.

Он снова начал искать глазами хоть один предмет, который мог бы помочь. Но тут Айлин наконец опустила бокал и тихо предложила:

— Я могу попробовать помочь.

— Добить меня? — с усмешкой прохрипел Риз.

Он не верил, что галлюцинация-Айлин могла оказаться добрее галлюцинаций-птичек. В конце концов, это она привела его в такое положение. Или не она?..

Риз поморщился. Сейчас не время размышлять, кто во всём виноват. Нужно было найти выход, пока кровь в его теле не закончилась.

Айлин вопреки его словам встала, поставила бокал на пол и приблизилась. Поколебавшись, она наклонилась над скобами. В это мгновение правая рука Риза сама собой рванула к ней.

Он с не меньшим удивлением, чем она, наблюдал, как его протез схватил Айлин за шею и сжал мёртвой хваткой. Она захрипела и попыталась вырваться. Но все её попытки были бесполезны против переставшей подчиняться руки.

Риз отчаянно пытался разжать пальцы. Но протез, как и все остальные системы, больше не желал его слушаться. Риз попытался расслабиться в надежде, что это поможет. Он закрыл глаза и выдохнул.

«Но ведь галлюцинации не может быть больно!» — пронеслось в голове.

В эту секунду Риз вновь почувствовал, что перехватил контроль над правой рукой. Пальцы разжались. Он распахнул глаза, но рядом уже никого не было: ни Айлин, ни птичек. Риз насколько мог посмотрел назад. Её бокал тоже исчез, но стул по-прежнему стоял недалеко от кровати. Взглянув в сторону левой руки, Риз понял, что и бокал с кровью никуда не делся.

«В нём около трёхсот миллилитров. Доноры сдают по четыреста пятьдесят», — попытался успокоить себя Риз. Однако он не видел, сколько крови уже стекло на пол. Да и слабость во всём теле говорила, что лучше не затягивать это действо.

— Джен, — позвал Риз.

Вышло ужасно. Голос отказывался подчиняться и больше походил на предсмертный хрип. Что почти было правдой.

Риз попытался ещё раз, но вышло не лучше. Учитывая дверь, сестра его так вовек не услышит. А просыпалась она обычно после полудня.

Риз поднял руку и попытался дотянуться до стула, но ему не удалось коснуться его даже кончиками пальцев. Он перевёл взгляд на бокал. Если бы не скоба, удерживающая плечо, у него ещё был бы шанс. Риз не мог даже немного приподняться, поэтому бокал оставался вне зоны досягаемости.

Риз в отчаянии ударил по мягкому матрасу кулаком и принялся усиленно думать, обшаривая глазами пространство. Поблизости ничего не было. Разве что…

Он сунул руку в карман джинсов. Да, там до сих пор лежала почти невесомая полоска трекера. Вот только что она могла? Даже если запустить трекер в окно, он его не разобьёт, и шума не будет.

Взгляд вновь задержался на окне. Солнце заливало уже всё пространство гостиной. Только чем может помочь свет?

Тут в голову пришла идея. Именно свет ему и поможет! Риз попытался извернуться так, чтобы видеть кухню. Было неудобно, но найти взглядом нелюбимую кофемашину получилось.

«Если всё получится, буду позволять тебе купаться каждый день по несколько раз», — мысленно пообещал ей Риз. Он поймал на зеркальную поверхность трекера луч солнца и направил его на чёрный глянцевый бок кофемашины.

Секунды тянулись.

— Ну давай же, просыпайся! — прошептал Риз.

Он от всей души надеялся, что Джен вчера пила кофе и в ёмкости осталось немного воды, чтобы кофемашина как следует пожужжала, промывая свои механизмы.

В воздухе разнёсся звуковой сигнал. Кофемашина наконец проснулась. Она бодро зажужжала и, конечно, сразу попыталась умыться. Длинный всасывающий звук сообщил, что в ёмкости всё-таки была вода. Почему-то Риз в этот момент проассоциировал кофемашину со слоником. Следом задумался над тем, почему сознание постоянно пытается окружить его иллюзиями каких-то животных?

Размышления прервал другой звук — протяжный и шипящий, с которым всасывался воздух. Вода закончилась. Кофемашина разочарованно выпустила пар и зарычала. Того количества, которое было в ёмкости, ей явно не хватало. Она жалобно пиликнула, вызывая на помощь людей. Однако ни злого хозяина, ни доброй хозяйки рядом не было. Кофемашина издала ещё один жалобный писк.

— Погромче, — взмолился Риз.

Но она не понимала таких сложных слов, хотя и замолкла в этот момент, прислушиваясь.

— Нет-нет. Не спи! — Риз убрал, а потом снова навёл солнечный зайчик на глянцевый бок.

Кофемашина вновь встрепенулась и начала рычать.

— Вот так, — подбодрил её Риз.

Вопросительный писк.

Риз попытался посмотреть на дверь в комнату Джен, но ничего не вышло — она находилась за изголовьем кровати. Он снова перевёл взгляд на кофемашину. Неужели сестра до сих пор не проснулась от этого концентра?

А вдруг её нет дома?

Сердце испуганно забилось. Риз не видел Джен вчера вечером. Вдруг она после ухода с выставки снова отправилась куда глаза глядят? Ведь не в первый раз!

Риз опасливо взглянул на бокал. Если всё так, вряд ли он доживёт до их следующей встречи.

«Нет, — он оборвал эти мысли. — Нужно продолжать. Она дома».

Это была последняя надежда, и Риз не собирался так просто от неё отказываться. Он снова навёл луч на кофемашину, продолжая подбадривать концерт, состоящий из жужжаний, рычаний, фырканий и попискивания.

И вот когда он пробудил кофемашину в четвёртый раз, Риз услышал скрип двери.

— Ну что ты здесь устроила? — послышался сонный стон Джен, которая явно шла к кухне.

— Джен! — обрадованно прохрипел Риз.

Его воображение очень живо нарисовало, как сестра повернулась в его сторону. И как у неё отвисла челюсть от того, что она увидела.

— Джен, — Риз снова перешёл на шёпот, — помоги, пожалуйста, — как можно спокойнее произнёс он.

Послышались поспешные шаги, и в следующее мгновение растрёпанная Джен в майке и шортах оказалась перед ним. Она глядела на него круглыми глазами.

— Кровать сломалась… — попытался пояснить Риз. — Можешь отключить её в ручном режиме?

Джен так и не нашла сил, чтобы вымолвить хоть слово. Её взгляд на секунду задержался на бокале с кровью. После чего она поспешно бросилась к дисплею у изголовья.

Риз услышал, как пальцы Джен застучали по сенсорному экрану. Наконец, кровать зажужжала, иголка под металлическим обручем отъехала, а следом Риз почувствовал мягкое прикосновение ваты. Затем обруч втянулся в отверстие в кровати, и взгляду предстал сгиб локтя с приклеенной пластырем ватой на месте укола. Скобы разомкнулись, и Риз как мог поспешно притянул к себе несчастную руку.

Ему хотелось как можно скорее встать с этой убийственной кровати, но даже простые попытки принять сидячие положения, отозвались сильным головокружением. Риз вцепился в край матраса и прикрыл глаза, пережидая. Взгляд на мгновение задержался на луже крови под кроватью. Сгодилась бы для фильма ужасов.

Его плеча коснулась Джен. Он услышал, как она села рядом.

— Ох, Риз, как же так? — растерянно проговорила сестра. — Может, вызвать скорую?

— А что они сделают? — хмыкнул Риз. — Думаешь, вольют всё это обратно? — он качнул головой в сторону переполненного бокала и лужи крови.

— Не эту, но другую, — возразила она.

— И так восстановится, — пробормотал Риз. — Там ненамного больше того, что доноры сдают. Мне просто нужно поесть и отдохнуть, и всё будет в порядке.

Он приоткрыл глаза и увидел, как Джен покачала головой.

— Почему ты не хочешь вызвать врача? — снова попыталась она. — И зачем… Зачем тебе вообще понадобилась сдавать кровь в такую рань… да ещё и в бокал?! — на последних словах её голос надломился.

Сестра явно ничего не понимала. К сожалению, Риз тоже.

— Потеря крови сейчас не самая большая беда, — медленно начал он. — Мне надо разобраться с глазами. Я не кровь сдавать собирался, а МРТ сделать.

— Что случилось? — Джен испуганно посмотрела на него.

Риз не торопился с ответом, потерев глаза правой рукой.

— Похоже, какой-то сбой, — он попытался отделаться самой безопасной частью истории, не включающей состояние его головы. — Придётся выполнить аварийное отключение… Мне надо подумать, — прибавил Риз и, неловко поднявшись, шагнул к дивану, стоявшему перед окном.

Джен попыталась поддержать его, но он слабо улыбнулся.

— Всё нормально.

Хотя это и было преувеличением, Ризу не хотелось выглядеть полной развалюхой в её глазах. Собрав все силы, он даже смог нормально дойти до дивана и рухнуть на него, откинув голову на мягкую спинку.

— Я… Я сейчас поесть приготовлю, — всполошилась Джен. — И уберу здесь всё, — она засуетилась, на ходу достав из кармана резинку и собрав волосы в хвост.

— Спасибо, — снова улыбнулся Риз.

Что бы он без неё делал?

«Ничего, — тут же пришёл ответ. — Без неё я бы умер».

Риз прикрыл глаза и погрузился в размышления о том, как теперь поступить. Глаза, очевидно, нужно срочно отключить. Случай с кроватью наглядно продемонстрировал, насколько он не контролирует ситуацию, а значит, использование компьютера протезов вскоре может поджарить его несчастную голову.

Риз подумал об Айлин и всём, что произошло накануне. Про расследование придётся забыть. Теперь он не просто ничем не помогает, а делает только хуже. И всё же…

Перед мысленным взором пронеслось её мёртвое лицо. Что он упускает? Ризу показалось, что он забыл о чём-то важном. Он сосредоточился.

Риз не замечал течения времени, перебирая в голове факты, и не удивился, что к тому моменту, когда снова обратил внимание на окружающую реальность, позади уже весело кипела вода, а Джен, судя по звуку, что-то быстро нарезала.

Оценив своё состояние и прикинув шансы, Риз всё же решил снова обратиться к сестре.

— Джен, у меня наверху в прикроватной тумбе лежит белый кабель. И ещё портативная станция для вывода данных. Можешь принести? — попросил он.

— Да, сейчас, — отозвалась она.

Джен закончила стучать ножом, повозилась ещё несколько мгновений, а потом побежала на второй этаж. Риз тем временем встал и медленно, стараясь не шататься, пошёл в прихожую. В кармане куртки он отыскал завёрнутые в салфетку линзы.

В гостиную он вернулся одновременно с Джен. Она положила на журнальный столик маленькую белоснежную коробочку и такой же кабель и побежала к кастрюле, чтобы продолжить готовку.

Риз снова рухнул на диван и принялся разглядывать линзы. Их поверхность помутилась и пожелтела по краям. Было не похоже, что они сгорели. Скорее случился сбой, из-за чего вся поверхность приобрела молочный оттенок.

«Они должны были переключаться между двумя состояниями. В обычной ситуации линзы учитывали окружающее освещение, а при воздействии элементов дополненной реальности — нет, — вспомнил Риз. — Что, если в какой-то момент они не смогли выбрать правильную модель реагирования?»

Он задумался над тем моментом, когда увидел мёртвую Айлин на выставке. Она была настоящей. В чём у линз возникла сложность? Да, до определённого момента тело Айлин было спрятано за иллюзией, но потом эта иллюзия исчезла. Не могло же тело после этого появиться одновременно на двух уровнях: в дополненной и обычной реальности.

Риз медленно опустил линзы на стол и потянулся к кабелю. Он заканчивался небольшой присоской, с помощью которой Риз зафиксировал на виске один конец. Второй он воткнул в портативную станцию для вывода данных и включил у неё питание. Сбоку станции засветились лампочки, и в следующее мгновение их лучи нарисовал на поверхности стола иллюзорные иконки и клавиатуру.

Риз вбил вчерашнюю дату и примерное время в поиск. Спустя несколько минут перебирания видеофайлов отыскал тот, где увидел лицо мёртвой Айлин, которую только сняли с канатов. Риз задумчиво постучал пальцами по поверхности стола.

Тут к нему подошла Джен и осторожно опустила на край столика тарелку с дымящимся супом и хлебом. Сбегав ещё раз на кухню, она принесла большую кружку чая.

— Спасибо, — поблагодарил Риз.

— Ты так похож на какого-то робота на подзарядке, — слабо улыбнулась она, указав на кабель.

Потом Джен перевела взгляд на видео на столе, и улыбка исчезла. Она тихо вздохнула. Наверное, ей было тяжело вспоминать об увиденном… Точно! Риз внимательно посмотрел на сестру.

— Джен, ты сейчас в компьютерных линзах? — напряжённо спросил он.

— Да, а что? — она села рядом.

— Можешь снять их и посмотреть на неё? — попросил Риз, указав на Айлин.

Брови Джен удивлённо взметнулись. Однако, поколебавшись, она не стала спорить и отошла, чтобы снять линзы.

Когда сестра вернулась, она ошеломлённо застыла, уставившись на видео на столе. Её брови приподнялись в немом вопросе.

— Что там? — нетерпеливо спросил Риз.

— Девушка.

— Не Айлин?

— Не Айлин, — подтвердила Джен. — Точнее она похожа… Одета так же, волосы такие же, но лицо изменилось. Нос стал более вытянутым и брови чуть потолще, — сбивчиво принялась описывать она.

— Ты её когда-нибудь видела? — уточнил Риз.

Джен покачала головой.

— А ещё у неё всё лицо в белой краске. И поверх нарисованы серебряные узоры. Знаешь, такие, как в компьютерах делают…

— На печатных платах, — понял он.

— Да, — кивнула Джен и посмотрела на него. — Риз, что это всё значит?

— Очевидно, что настоящая Айлин жива. Хотя это не объясняет… — он оборвал себя.

Риз не хотел рассказывать Джен о своих галлюцинациях. Наличие живой Айлин не отменяло ненормальность того, что он видел. Не больше часа назад она исчезла, растаяла в его хватке. Как и белые колибри. Живые люди и птицы так не умеют.

Джен пристально смотрела на него, явно ожидая продолжения.

— Мне всё равно придётся отключить глаза, — коротко закончил Риз.

Джен нервно сплела пальцы и опустилась на подлокотник дивана.

— А рисунок у неё на лице, наверное, такой же, как на маске, — отстранённо произнёс Риз, пытаясь отвести разговор от себя. — Думаю, это что-то вроде штрихкода. Или маркера. Считывая его, компьютер показывает нужный элемент дополненной реальности. Интересно, как сделали так, что рисунок считывается под разными углами? Наверное, каждая часть рисунка — это какой-то уникальный маркер…

— Ты лучше объясни, почему мы все видели ненастоящее лицо, когда не давали на это разрешение системе? — неожиданно резко прервала его Джен. Она бросила колючий взгляд в сторону застывшего кадра на столе.

— Мы давали разрешение системе Уни. Возможно, это условие входило в перечень.

— Но приехавшие следователи тоже увидели не то лицо. Даже ваши видящие! Они-то не давали разрешения системе выставки, — справедливо заметила Джен.

Риз задумался, нахмурившись. Джен была права. И что ещё хуже — он до сих пор видел лицо Айлин. Любое разрешение должно было автоматически аннулироваться по истечении двенадцати часов.

— Это что же получается?.. — Джен снова понизила голос. — Протезы и линзы у всех в городе заражены каким-то вирусом?

Риз посмотрел на сестру. Она озвучила именно то, о чём он думал.

— И ладно бы это касалось только устройств Деллери, — прибавил Риз. — Те могли напихать в систему что угодно. Они ведь эту кашу и заварили. Но ни за что не поверю, что на выставке не было ни одного человека с линзами Атарос. Получается, и их система повреждена.

— Такой массовый… взлом вообще возможен? — в неверии спросила Джен.

Риз немного помолчал.

— В Солттере было нечто подобное, — вспомнил он. — Помнишь, два года назад? Масштабный взлом линз и протезов. Правда, он не затронул весь город. Но и у нас он может не затрагивать весь Корнум.

— В Солттере вроде быстро взяли ситуацию под контроль, — с надеждой протянула Джен.

— Да, но были украдены огромные базы личных данных, пароли… Крот! — внезапно прервал сам себя Риз. — Это же была его работа!

Он почувствовал, как небольшие части картины происходящего начали складываться. Знаменитый хакер, не раз кичившийся тем, что может жить «слепым», не полагаясь на линзы и протезы, по словам Торне представлял угрозу не только для Солттера, но и Корнума. Неужели этот взлом — новая работа Крота?

— Значит, все мои пароли, в том числе от банка, уже украдены? — безнадёжно уточнила Джен.

Риз напряжённо потёр лоб. Он не знал, насколько серьёзно заражение систем. Может, вирус не мог ничего, кроме того, как показывать иллюзии в нужный момент. А может и наоборот, мог намного больше, чем он представлял.

— Я сообщу городскому совету, — сказал Риз.

Одному с последствиями теперь точно не разобраться.

— Риз, постой… — взгляд Джен стал отстранённым. — Но… но Крот ведь обычный вор. Да, он преуспел больше многих. Однако тут, — она указала на застывшее видео, — убийство. Кроме того, почему до сих пор ни у кого ничего не украли? Это как-то странно.

— До сих пор он был вором, — поправил Риз. — А теперь… Это не первое убийство, которое, похоже, связано с его именем. Ну а кроме того, мне кажется, в этот раз он мог просто работать на заказчика.

Джен опустила глаза.

«На заказчика, которым выступает кто-то из нынешних или бывших сотрудников Деллери», — додумал Риз. А в том, что в Деллери полно способных на убийство, он не сомневался. А ещё Айлин приехала из Солттера. Тоже совпадение? Может, она и договорилась о сотрудничестве с Кротом для Деллери?

Риз снова повернулся к столу и сохранил скриншот в память портативной станции, чтобы отправить его Торне. Затем скопировал туда же все адреса и телефоны.

Пальцы на мгновение зависли над иллюзорной клавиатурой. Помедлив, Риз заставил себя закрыть все окна и нажал на иконку настроек системы. Глаза в любом случае придётся отключить.

— Всё-таки выключишь? — грустно спросила Джен, наблюдая за его манипуляциями.

— Выбора нет, — коротко бросил Риз и принялся вбивать первый из паролей для совершения отключения.

Джен вздохнула. Потом встала и тихо направилась к кухне, где, судя по звукам, принялась наливать кофе.

Риз не отрывался от клавиатуры — выдавал разрешения и вводил подтверждения своей личности, пока не дошёл до последней проверки и не запустил процесс. Он без эмоций смотрел на то, как появилась линия прогресса по очистке памяти, остановке и блокировке системы.

Эти данные уже не получится восстановить. И включить компьютер самостоятельно тоже — для этого придётся обратиться в Деллери.

Вот линия прогресса полностью заполнилась зелёным цветом, а потом всё погасло. Риз продолжал сидеть и пялиться на стеклянную поверхность столика, как будто ожидал, что там что-то появится. Но теперь уже ничего не будет. Он остро ощутил, что уже скучает по Свету. Помощника придётся заново учить «правильно» отвечать на вопросы. Если, конечно, ему вернут компьютер. Вдруг голова окончательно дала сбой и теперь ему противопоказано включать систему видящих? Вдруг теперь у него нет работы? Риз внезапно понял, что даже не знает, чем в таком случае заняться. И сколько будет стоить лечение его поехавшей крыши?..

Он наконец пошевелился, усиленно пытаясь отогнать безрадостные мысли. Риз потянулся к виску и отцепил ставший бесполезным кабель. Тем же неторопливым движением он опустил его на стол и придвинул к себе тарелку с супом. Риз чувствовал, что без этого супа до разговора с Торне просто не дойдёт.

С едой он справился быстро. Осушив кружку с чаем, Риз поднялся и под встревоженным взглядом Джен направился наверх.

— Ты сейчас куда? — всё же решила уточнить она.

— Звонить Торне.

— А потом?

— А потом, надеюсь, мне дадут шанс отоспаться. Я никуда не пойду, не беспокойся, — прибавил Риз, подумав, что в таком состоянии при всём желании далеко не уйдёт.

— Слушай, а голос?.. — Джен неосознанно коснулась своего горла.

— Наверное, вчера продуло, — пожал он плечами.

Вряд ли хрипота и больное горло были последствием какого-то воздействия кровати.

— Я тогда в аптеку загляну, — пообещала сестра.

Риз кивнул. И когда они успели поменяться местами, что теперь Джен собиралась в аптеку за лекарствами для него?

Он поднялся на второй этаж, крепко держась за перила. Первым делом Риз зашёл в комнату виртуальной реальности. Нашёл в стене пульт управления, скрытый почти незаметной белой, как и стены, дверцей. Он ни разу им не пользовался и пришлось повозиться, прежде чем нашёлся путь к приложению, которое могло позвонить Торне. Подключив к комнате портативную станцию, Риз скопировал информацию по номерам и отправил Торне письмо с кадром видео.

После этого он устроился поудобнее в сложенных сидением пальцах лапки и начал вызов.

Разговор с эдишем вышел коротким и деловым. Риз чувствовал, что Торне давно не отдыхал. Наверное, дела в городском совете шли не лучшим образом. А тут ещё он со своими «потрясающими» новостями! Торне пообещал, что об обнаруженном сбое тут же станет известно совету, и они сделают всё, чтобы обезопасить жителей Корнума.

Услышав о том, что Ризу пришлось отключить большую часть системы протезов, оставив лишь возможность видеть, Торне долго молчал.

— Ты как? — наконец спросил эдиш.

— Нормально, — соврал Риз.

— Наверняка это следствие всё той же неисправности, которая затронула всех нас. Крот… Риз, я не думаю, что твой разум повреждён.

— Я тоже стараюсь так не думать, — проворчал тот. — Посмотрим, что будет дальше.

— Тебе нужно обратиться в Деллери, — констатировал Торне.

Риз сам понимал, что это неизбежно, но совсем не испытывал радости по этому поводу. Однако больше ему нигде не могли помочь. По крайней мере официально.

Риз на мгновение задумался, а потом коротко согласился с Торне, не став озвучивать пришедшую в голову идею.

— Держи меня в курсе, ладно? — попросил эдиш. В его голос всё-таки прорвалось беспокойство.

— Хорошо.

— И да увидят тебя в Истинном свете, — произнёс Торне.

— Это вряд ли. Свет погас полчаса назад, — не удержался Риз.

Торне только вздохнул.

***

Риз зашёл в спальню, на ходу размышляя о том, что как только выяснит, всё ли в порядке с головой, сразу поедет к Вергилию. Может, у друга и не получится вернуть всё в том виде, в котором оно было раньше, но Вир точно запустит систему заново. Всё лучше, чем снова отдавать себя в руки Деллери.

Однако прежде всего Ризу нужны были силы, которых почти не осталось. Он рухнул на кровать, отчаянно надеясь, что, отоспавшись, почувствует себя лучше.

Весь день прошёл урывками. Сначала его мучал тревожный сон. Потом Риз проснулся, но только чтобы снова заснуть. Один раз его разбудила Джен, которая опустила упаковку таблеток на прикроватную тумбу и спросила, будет ли он ужинать. Услышав отрицательный ответ, она кивнула и ушла, тихо прикрыв за собой дверь.

Риз вновь погрузился в путанный раздражающий сон. Он хотел наверстать упущенное, отоспаться за все прошедшие дни, вытянувшие из него остатки энергии. Но так просто вернуть потерянное было невозможно. И Риз это знал, но продолжал об этом мечтать.

Сны разваливались на обрывочные сожаления. Попытки что-то решить и вернуть. Он пытался сосредоточиться, понять, что происходит, но не преуспевал в этом.

Наконец Риз проснулся посреди ночи по ощущениям вымотанный ещё больше, чем прежде. Его бил лёгкий озноб. Неужели температура? Он плотнее укутался в одеяло. Риз не мог позволить себе сейчас заболеть. Он и так потерял день. Нужно во всём разобраться и позвонить Вергилию…

Риз закрыл глаза и попытался расслабиться. И успокоить мысли. Во многом они мешали ему больше, чем физическое недомогание. Нужно было просто постараться ни о чём не думать. А на утро всё станет лучше.

Однако так просто сладить с непокорным сознанием не получалось. Наконец Риз открыл глаза и уставился на полосы тусклого света, попадающего с улицы через окно. Он снова вспомнил чёрные провалы домов, высасывающих свет в инсталляции Уни.

«И пусть так, — внезапно подумал Риз. — Свет был не обязателен, чтобы дорога продолжала существовать. Чтобы продолжали существовать дома и деревья. И чтобы продолжал существовать я».

Почему его это пугало?Почему он так боялся остаться без Света и перестать видеть? Риз слегка нахмурился. Мысли снова начали разваливаться на несвязанные обрывки.

Остаться в темноте. Он прикоснулся левой рукой к лицу. Скользнул пальцами к волосам, сосредоточившись на тактильных ощущениях. Это ведь никуда не денется, если свет уйдёт. Почему ему мало просто быть? Почему?

Перед внутренним взором замелькали разные воспоминания. Парк в его городе. Сад матери. Сад Нофлауского монастыря. Цветы. Цвета. Колибри.

Внутри что-то кольнуло. Риз резко прервал поток мыслей. Ему показалось, что он понял, чего не хотел лишиться. Красоты этого мира. Она придавала всему больше смысла. По крайней мере, ему так казалось.

А может, это всё просто полуночный бред без цели и смысла?

Риз слабо улыбнулся сам себе, приподнялся и принялся выдвигать ящики тумбы в поисках старого плеера, который когда-то подарила ему мама. Плеера теперь разве что только детям и дарили — родители находили плюс в ограниченном функционале и пытались отвадить своих чад от компьютерных очков. Но Риз до сих пор держал его под рукой, потому что там были записаны старые плейлисты, а скопировать их в систему протезов он так и не нашёл времени. И хорошо, что не нашёл.

Риз достал наушники и включил музыку. Так было проще отвлечься. Он закрыл глаза. Тихая мелодия накатывала волнами бескрайнего океана. Риз представил каменистый берег и небо, затянутое тучами. Не грозовыми, а «спокойными» серыми тучами, которые навевали сонливость. Он глубоко вдохнул, вслушиваясь в переливы фортепиано.

Музыка являлась тем искусством, для понимания которого не требовался свет. Постепенно она вытеснила из головы все прочие мысли. Остался лишь образ несуществующего океана.

На этот раз сон был спокойным. Простой непробиваемой чернотой. Утром Риз хоть и чувствовал недомогание, понял, что всё не так страшно. Температуры, похоже, не было. Появился лёгкий кашель, но хотя бы обошлось без насморка. А ещё он больше не шатался как пьяный и уверенно держался на своих двоих.

Приведя себя в порядок, Риз направился на кухню завтракать. Джен, как и всегда в это время суток, видно не было. Быстро управившись с едой, он отыскал в ящиках шкафа в гостиной блокнот и ручку и по старинке написал Джен записку о том, что ушёл к Вергилию. Галлюцинации пока не появлялись, и Риз решил заглянуть к другу прежде, чем обращаться к врачу. Хотя бы просто для того, чтобы попросить у него что-нибудь для быстрой связи на первое время. А заодно расспросить Вира о том, что ему известно о Кроте и том, как хакер взломал устройства в Сольттере.

Оставив вырванный листок на барной стойке, Риз вышел из квартиры и попытался вызвать лифт, но тот никак не реагировал на нажатие кнопки. Сломался, что ли?

Риз развернулся и направился к другому лифту. Тот не спускался к подземным гаражам, но до них можно было добраться и через улицу.

Выйдя из подъезда, Риз привычно надел очки и зашагал к узкой дорожке, ведущей через парк ко входу в гаражи. Солнце заливало окрестности, сосны оставляли пятнистые тени на розоватом гравии. Вовсю щебетали птицы, откуда-то доносился смех и крики детей. Наверное, с детской площадки, которая находилась в центре парка.

Риз шёл и внимательно смотрел по сторонам, пытаясь почувствовать этот пейзаж и атмосферу весеннего утра всеми доступными ему органами чувств. Где-то на краю сознания он признавал, что так пытается сгладить отсутствие наушника в ухе и возможности обратиться к Свету. Но несмотря на все старания, Ризу продолжало казаться, что он смотрит на окружающий пейзаж словно через стекло витрины. Ощущение, что он лишился чего-то важного, не отпускало.

Взгляд задержался на одной из сосен. На мгновение показалось, что у её корней лежат череп и кости. Однако, приглядевшись, Риз понял, что это не так. Похоже, его воображение снова заработало в неправильную сторону.

Подул ветер, и кроны над головой зашумели. Риз ощутил дежавю и, поддавшись этому чувству, оглянулся. Листья не улетали вдаль, как на выставке Уни. Но ему показалось, будто что-то изменилось в окружающем пейзаже. Как будто цвета поблёкли. Солнце ушло?

Он поднял голову и увидел идеально голубое небо. И солнца на нём не было. Совсем как в смоделированном городе при базовых настройках.

Риз медленно перевёл взгляд на дорожку, и сердце рухнуло куда-то вниз. Белые деревья без текстур. Белый гравий. Грубые упрощённые лавки.

Риз сжал челюсти. Похоже, всё-таки первым делом надо было идти к врачу. Хотя такими темпами он всё равно до него не дошёл бы.

Риз моргнул несколько раз. Но галлюцинация и не подумала исчезнуть. Он неуверенно подошёл к лавке и сел, пытаясь осмыслить происходящее.

За стволами белых сосен виднелась стена одного из корпусов «Спектра». Белая и гладкая, без дверей и окон. Риз тяжело вздохнул. В своём виртуальном городе — а он не сомневался, что попал именно в него — он сделал только набросок комплекса, потому что ещё не решил, будет ли здесь что-то менять или оставит его таким же, как в реальности. И как теперь найти путь обратно?

Глаза продолжали подводить его. Риз даже малодушно подумал, что как только найдёт какой-нибудь острый предмет, тут же избавиться от них. Ему уже хватило сбоев на всю жизнь. Только для этого нужно вернуться в квартиру. Может, попробовать полагаться только на другие органы чувств?

Риз прикрыл веки и попытался сосредоточиться на звуках. Он слышал детский смех и щебет птиц. Где они сейчас? Почему до него долетает лишь отдалённое эхо каких-то звуков, что даже не получается определить их источник?

«Разве что проблема не только в глазах», — шепнул внутренний голос.

Риз проигнорировал его. Ну же! Он приподнял руку, пытаясь почувствовать в застывшем воздухе порыв ветра.

Что-то лёгкое пробежало по кончикам пальцев. Не ветер, скорее просто кто-то прошёл мимо. Очень близко.

Звук чужого дыхания.

Риз резко открыл глаза и обернулся. Окружение не изменилось, но он не сомневался, что уже не один.

В этот момент Риз почувствовал обжигающее касание электрического разряда на спине. Он задохнулся, попытался ртом глотнуть воздух и почувствовал, что падает. Мир вокруг померк.

Глава 12. Стена за дверью

Сквозь вязкое небытие просочился тихий ритмичный сигнал. Он звучал как-то знакомо. Успокаивающе. Сигнал наводил на мысль, что теперь можно расслабиться и ни о чём не думать.

Внутри тут же проснулась тревога. Откуда-то Риз точно знал, что не имеет права сейчас расслабляться. Случилось что-то плохое. Но что он не мог вспомнить.

Приоткрыв тяжёлые веки, Риз попытался сфокусироваться. Окружение никак не желало принимать чёткие очертания. Может, протезы окончательно сломались?

Он поморгал. Это на удивление помогло. Взгляд остановился на полупрозрачной тёмной двери и окне, которое по форме напоминало кляксу, вытекающую из двери. Стекло было затемнённым. Риз решил, что оно из тех, которые позволяют видеть только с одной стороны, а снаружи поверхность, вероятно, зеркальная. За окном тянулся коридор, ведущий к пространствам, разграниченным матовыми стеклянными перегородками. Ризу это напомнило офис. Причём очень знакомый офис. Но вспомнить, где он его видел, не получалось.

Риз слегка повернул голову и увидел возле кровати капельницу и дисплеи компьютеров. Тихий ритмичный сигнал доносился от них. За ними тянулась белая оштукатуренная стена, а дальше находились две двери: одна нормальная — стеклянная раздвижная, как та, которая вела в коридор. Другая белая и гладкая с тремя замочными скважинами над и под серебристой ручкой.

Риз нахмурился.

«Кто вообще сейчас устанавливает замки, для которых требуются ключи?» — подумал он. Однако этот вопрос был наименее интересным из тех, которые возникли за время обследования комнаты.

Как он сюда попал?

Риз попытался поднять руку и только тогда заметил, что к ней тянутся трубочки от капельницы и других аппаратов.

«Это хорошо или плохо?» — тупо подумал он. Риз чувствовал себя так, будто по нему грузовик проехал, но при этом медицинское оборудование и эта комната казались опасными. Он поморщился, пытаясь вспомнить хоть один аргумент, почему должен отсюда убраться. Однако прежде, чем успел прийти хоть к какому-то выводу, в коридоре послышались шаги.

Риз посмотрел в сторону окна и увидел, как к его двери приблизилась девушка со светлым хвостиком, в идеально выглаженной белой рубашке и строгих серых брюках. Дверь перед ней отъехала, и она вошла.

— Иветта? — удивлённо выдохнул Риз, вспомнив, как однажды столкнулся с ней в блинной.

На миловидном личике промелькнуло замешательство, потом понимание, а следом она мягко улыбнулась и произнесла:

— Рада, что ты наконец очнулся, — Иветта взяла в углу трёхногий табурет и, пододвинув его к кровати, села справа от Риза.

В её взгляде искрилась такая чистая радость, словно она ждала этого момента годами. Ризу это тоже показалось неправильным и подозрительным, но он пока решил отложить эту мысль.

Пауза затянулась. Иветта не торопилась начинать разговор, продолжая смотреть на него.

— Где мы? И… и что происходит? — спросил он, так и не дождавшись от Иветты объяснений.

Она тут же спохватились и подобралась.

— Ах, это… Ричи говорил, что у тебя могут быть проблемы с памятью. Но это не страшно, в ближайшее время пройдёт. Скоро мы всё поправим, будешь как новенький.

— Мы?.. — Риз ни на шаг не приблизился к пониманию того, что происходит, и обещания Иветты скорее напрягали, чем радовали.

— Мы… — она тоже замялась, явно не зная, с чего начать.

Взгляд Риза задержался на золотой полоске бейджика на кармане её рубашки.

«Айлин Вайс», — гласила надпись.

Иветта проследила за его взглядом и нервно облизала губы.

— Ты меня тоже не помнишь? — безнадёжно уточнила она.

— Помню. Но звали тебя иначе, — решил не скрывать Риз.

Иветта-Айлин тяжело вздохнула.

— Наверное, это логично, что именно с моим образом у тебя больше всего путаницы, — пробормотала она. — Давай разберёмся по порядку: у твоих протезов случился серьезный сбой, и ты начал видеть вещи, которых не должен был видеть. Ты это помнишь?

Риз медленно кивнул. Колибри, Айлин, которая, оказывается, не была Айлин, жжение в висках, расход заряда по ночам — всё это он хорошо помнил.

— Ты запросил обновление, но после этого всё только ухудшилось. Учитывая историю с Кротом… Мы думаем, что его вирус попал в протезы как раз с обновлением. Однако ты вовремя отключил систему и обратился к нам. Конечно, к тому моменту протезы уже начали наносить вред твоему здоровью, но это поправимо! Ещё раз повторю: в отличие от Йена и Симоны, ты успел провести отключение и обратиться за помощью.

— Постой, — слабо прервал её Риз. Объяснения Иветты-Айлин никак не укладывались в голове. — Какой истории с Кротом?..

— Ты с Марротом работал над этим делом, — неуверенно сообщила она.

— С Марротом?.. Ивет… Айлин, я ушёл и больше не работаю на городской совет!

Айлин опустила глаза и сплела пальцы.

— Боюсь, что это не так, — с сожалением произнесла она. Айлин немного помолчала, потом снова посмотрела на него. — Ну хорошо, тогда расскажи, что ты помнишь?

Риз мгновение колебался.

— Я искал тебя, — наконец сказал он.

— И в этом деле не было ничего странного?

Он перевёл взгляд на белую дверь.

Всё. В этом деле всё было странным. Однако Риз не стал говорить это вслух, понимая, что Айлин и так услышала ответ в его молчании.

— Йен тоже об этом говорил, — тихо заметила она. — О поиске. Не меня, конечно, но сути не меняет. И ему постоянно казалось, что цель рядом. Он видел её в толпе на улице, среди зрителей в театре, даже у себя дома.

Риз почувствовал, как сердце тяжело забилось. Он всё ещё не смотрел на Айлин.

— Но это всё был вирус. Он вызывал видения того, чего не было. И Йен в конце концов не пережил его воздействия.

Риз прикрыл глаза.

— А Симона? — негромко уточнил он. — Ты сказала «в отличие от Йена и Симоны». Что с ней случилось?

— Тоже Крот и его вирус. Вы с Марротом нашли её на выставке Уни Рей, — поведала Айлин.

«Нос стал более вытянутым и брови чуть потолще», — вспомнил Риз слова Джен. Неужели это была Симона, и видящих осталось только одиннадцать? Описание подходило, но оставалось слишком размытым.

«А ещё у неё всё лицо в белой краске» — всплыло в голове. И на нём рисунок, как на печатной плате. Это тоже было? Или эту часть воспоминаний создал его повреждённый рассудок?

Риз коротко взглянул на Айлин. Он не решился задавать эти вопросы вслух. Несмотря на кажущуюся нормальность ситуации, беспокойство внутри не проходило. Риз не доверял ей. Интуиция редко подводила его, хотя сейчас было не самое подходящее время опираться на смутные подозрение — голова действительно могла дать сбой.

— Я бы хотел поговорить с Джен, — наконец сказал он.

Если сестра скажет, что он не ушёл из отряда, и работал с Марротом над делом Крота — то ему ничего не останется, кроме как поверить. До тех пор он не собирался принимать всё за чистую монету.

— Твоя сестра сейчас выступает на открытие следующей выставки Уни Рей в Солттере, — отозвалась Айлин, и, хотя она не сказала этого вслух, в её тоне отчётливо прозвучал вопрос: «Забыл?»

Тревога внутри возросла. Наверное, она отразилась у него на лице, потому что Айлин поспешно прибавила:

— Но ты можешь ей позвонить. Я поспрашиваю у наших телефон и принесу его тебе, — пообещала она.

— А с Аланом Торне я могу увидеться? — напряжённо спросил Риз.

— Ты сам знаешь, что сюда нельзя посторонним, — Айлин обвела взглядом пространство комнаты. — Но есть приёмная. Как только встанешь, можешь спуститься и встретиться с кем пожелаешь.

— Я и сейчас могу… — Риз попытался приподняться, чтобы сесть, но внезапно понял, что у него ничего не получается. Тело одолела ужасная слабость.

— На днях, наверное, сможешь, — Айлин встала и положила руку на его плечо, останавливая попытки. — Риз, ты провалялся без сознания несколько суток! Неужели думаешь, что у тебя сразу получится подскочить и бегать как ни в чём не бывало? Хотя Ричи обещал, что ты восстановишься быстро.

Риз не ответил, хотя и прекратил попытки подняться. Всё это было очень плохо. Слишком плохо.

Айлин убрала руку и снова отвела взгляд.

— Я помогу, не волнуйся, — немного нервно прибавила она. — Собственно это и есть моя обязанность. Я принесу всё, что ты попросишь. Никто не собирается держать тебя здесь насильно. Только пока ты не поправишься.

«Здесь», — мысленно повторил Риз. Он снова оглядел белые стены, окно и офис за ним и почувствовал, что вспомнил, где видел это прежде. В памяти всплыл интерьер одного из центров Деллери, в котором Риз лежал, когда прошёл операцию на глаза. Там тоже были белые стены и окна-кляксы. А ещё тёмно-синее ковровое покрытие, которое он уже никогда не сможет увидеть своим обновлённым зрением. Синий и белый — фирменные цвета компании.

Становилось понятно, почему Айлин не могла никого сюда привести. По соображениям безопасности внутрь допускались только сотрудники. Правда, тревогу это нисколько не гасило. Риз лишь отметил, что её история раздражающе складная.

— Я скоро вернусь. Даже заскучать не успеешь, — пообещала она, так и не дождавшись никакой реакции на свои слова.

Риз отстранённо кивнул и проводил её взглядом. Дверь закрылась. Он почувствовал острую необходимость выбраться. Разобраться. Поговорить с тем, кому доверяет, и выяснить, что же всё-таки произошло и как он оказался прикованным к кровати посреди одного из центров Деллери.

«Я надеялся, что хотя бы у тебя получится уйти», — в голове насмешкой всплыли слова Маррота. Но если половина того, что он помнил — всего лишь бред, то к чему относились эти слова? Да и были ли они вообще?

Риз прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Несмотря на то, что он проспал, по словам Айлин, несколько суток, спать всё равно хотелось. И слабость… С этого, пожалуй, и стоило начать. Он не выберется, если не сможет встать.

***

Риз несколько запутался во времени. Он часто просыпался и снова засыпал. Айлин дважды заглядывала к нему, проверяя всё ли в порядке. Кроме того, приходил Ричи — его лечащий врач и проводил осмотр.

Оба — и Айлин, и Ричи — лучились такой доброжелательностью, что подозрительность Риза росла в геометрической прогрессии. Он никогда не доверял слишком добрым людям и пытался отыскать подвох. Но пока они не делали ничего такого, что могло бы скомпрометировать их.

По ощущениям с того момента, как он очнулся прошло не больше двух суток. Риз уже чувствовал себя немного лучше. Он даже смог встать. За стеклянной дверью справа от кровати оказался санузел, а гладкая белая дверь не открывалась. Несмотря на то, что это короткое обследование комнаты забрало все силы, на кровать Риз рухнул с победной улыбкой. Он встал и смог немного пройти — это уже что-то.

Наконец, Айлин, как и обещала, принесла ему древний телефон и наушники.

— Знаешь, что я ещё нашла? — весело спросила она, знакомым жестом убрав выбившуюся из хвостика прядь за ухо. И тут же сама ответила: — Недостающий ключ!

По её тону казалось, что это было очень важно, но Риз никак не мог вспомнить почему. Айлин несколько сникла, не увидев энтузиазма.

— Это ты тоже забыл? — обречённо уточнила она.

Риз виновато улыбнулся и опустил ложку в тарелку — на время ужина поперёк кровати установили подносе. Или на время обеда — с его поломанным графиком точно сказать было сложно.

Айлин порылась в кармане и достала оттуда три ключа на колечке, после чего опустила их на поднос. Два из них Риз уже видел. В его воспоминаниях это случилось у сквера, где стояла церковь люверманцев. А вот третьего тогда не было.

— Это от той двери, — Айлин указала себе за спину. — Ты просто сам спрашивал, где третий ключ, когда только пришёл сюда. Тогда один из них был воткнут в замок, второй висел на колечке, а последнего не хватало.

— А что за дверью? — спросил Риз.

— Судя по всему, стена, — слабо улыбнулась Айлин. — Не представляю, зачем здесь поставили дверь, но... В общем, ты хотел убедиться, и вот, — она указала на ключи.

В этот момент её лицо стало отстранённым. Айлин встревоженно коснулась наушника в ухе, явно услышав какой-то сигнал или сообщение.

— Скоро вернусь, — пробормотала она и поспешила к выходу.

Дверь за ней закрылась, и Риз перевёл взгляд на принесённые ключи, телефон и наушники. Отодвинув тарелку, он первым делом потянулся к телефону. Подключил наушники и принялся вводить номер Джен, который знал наизусть.

Последовали длинные гудки. Риз терпеливо ждал. Однако они продолжали длиться, пока наконец сам телефон не завершил вызов.

— Мрак, — прошипел Риз.

Он взглянул на время в углу экрана — без пятнадцати девять. Всё-таки был вечер. Возможно, Джен сейчас как раз где-то выступала. В этот период она обычно работала. Риз пристукнул пальцами по подносу и задумался.

Потом снова посмотрел на телефон и нажал на иконку браузера. Риз отыскал телефон церкви Святой Анны. Переждав гудки, он спросил у взявшего трубку послушника, может ли тот помочь связаться с эдишем Аланом Торне.

— Скажите, что моё имя Гриз Аберс, — на всякий случай прибавил он.

Послушник ответил, что передаст просьбу эдишу Торне и, в случае положительного ответа, ему перезвонят. Связь прервалась.

Риз отложил телефон и принялся ждать. Он взял ключи и задумчиво посмотрел на дверь. Зачем её ставить, если за ней стена? Глупость какая-то. Руки зачесались встать и открыть дверь. Однако в этот момент телефон на подносе завибрировал.

— Риз? — услышал он знакомый голос Торне на другом конце. — Ты как?

— Нормально, — напряжённо ответил Риз, переведя взгляд на свои руки. — Вроде нормально, — поколебавшись, поправил он себя. — Мне нужна помощь.

— Что случилось?

— Ничего серьёзного, но… В общем, мне нужно восстановить порядок событий. Как я оказался в Деллери?

Торне мгновение помолчал, явно удивлённый вопросом.

— Это случилось в четверг, — медленно начал он. — Ты позвонил мне и сообщил, что заблокировал систему протезов. Произошёл какой-то сбой, и ты начал видеть вещи, которые не должен видеть. Мы оба решили, что это вирус Крота… Я посоветовал обратиться в Деллери за восстановлением системы, и чтобы они проверили, нет ли каких-то более серьёзных повреждений. Ты согласился, — Торне выдержал паузу.

— Потом ты пропал, мы больше не разговаривали. В городском совете мне сообщили, что ты пришёл в Деллери, попросил помощи и вскоре потерял сознание. Всё-таки сбой оказался серьёзнее, чем мы предполагали. Но я рад, что ты наконец очнулся. Надеюсь, всё самое плохое позади?

Риз не торопился с ответом. Торне подтверждал то, что говорила Айлин. Риз сам пришёл в Деллери. Сам сообщил о сбое. Неужели теперь ему пытаются просто помочь?

— Вроде бы да, — хрипло выдавил он.

— Ты не помнишь того нашего разговора? — уточнил Торне.

— Нет. То есть да. Разговор помню. А вот то, что пришёл в Деллери — нет.

Снова повисла пауза.

— Я могу приехать, — наконец сказал Торне. — И, если хочешь, попробую помочь восстановить всю последовательность событий. По крайней мере из того, что известно мне. Сейчас, извини, долгого разговора не получится. Сам знаешь, в девять служба.

— Ничего, — пробормотал Риз. — По поводу приезда — было бы неплохо. Я и сам больше хочу поговорить с тобой лично, чем так. Через пару дней, полагаю, уже буду уверенно держаться на ногах и смогу спуститься в приёмную.

— Хорошо. Тогда напиши мне.

— Идёт. До скорого.

— И да увидят тебя в Истинном свете, — пожелал Торне.

— Спасибо, — тихо откликнулся Риз.

На том конце произошла какая-то заминка. Он слабо улыбнулся, представив, как Торне удивлённо приподнял брови — Риз едва ли не впервые так отреагировал на эти слова. Но потом связь прервалась, и в наушниках снова стало тихо.

Риз взял в руки телефон. Помедлив, он вбил имя Джен в поисковую строку. Открылись несколько ссылок, ведущие на её страницы в разных социальных сетях. Риз ткнул в первую, и тут же вылетела просьба авторизоваться. Он тихо выругался. Пароли много лет были записаны в память его протезов и автоматически заполнялись. Сам Риз их давным-давно забыл.

В коридоре послышались шаги. Вернулась Айлин.

— Что-то не так? — она выразительно посмотрела на телефон в руках Риза, который тот недовольно сжал в кулаке.

Он покачал головой.

— Нет. Порядок.

Айлин ещё мгновение изучала его лицо, потом шагнула к нему, переложила ключи на прикроватную тумбу и взяла поднос.

— Завтра придётся спуститься в лабораторию. Ричи хочет провести ещё одно обследование, — бесцветно сообщила она.

Внутри снова кольнуло беспокойство, но Риз не дал ему отразиться на лице.

— Хорошо, — ровно ответил он. — Я буду рад прогуляться, — Риз обвёл взглядом уже надоевшую комнату.

Айлин неуверенно улыбнулась, а потом зашагала к двери.

Когда она вышла, Риз снова занялся телефоном. Сначала он хотел установить приложение одного из мессенджеров, но операционная система устройства оказалась настолько стара, что подходящей версии приложения не нашлось. Тогда Риз вернулся в браузер и принялся регистрироваться в почте. Личные сообщения в социальных сетях Джен держала закрытыми для незнакомых контактов, так что регистрироваться там было бесполезно. Наконец он дошёл до письма и отправил короткую просьбу позвонить по указанному номеру. Риз от всей души надеясь, что сестра проверяет почту чаще, чем раз в неделю, и его сообщение не затеряется в ворохе рекламы и писем от поклонников.

Потом он отложил устройство, подумав, что всё-таки идея с письмом очень ненадёжная. Стоило продолжать звонить. Например, завтра с утра.

Риз потянулся к кнопке сбоку кровати, которая позволяла включать и выключать свет. Когда пространство заполнил бархатный полумрак — немного света попадало из коридора — лёг и попытался устроиться поудобнее. Взгляд упёрся в белую дверь.

Он снова подумал про ключи, но попытался выбросить их из головы. Сейчас ему нужен сон, а не какая-то дверь. Однако так просто отмахнуться от неё не получилось. Наконец Риз не выдержал и потянулся к тумбе. Он медленно провёл кончиками пальцев по третьему ключу, затем собрал силы и поднялся.

Тут же навалилась тяжесть, говорившая о том, что лучше бы он оставался лежать. Но Риз упрямо сделал шаг вперёд. Затем ещё один. Вот он уже оказался у двери.

Первый ключ.

Щелчок.

Второй.

Щелчок.

Пальцы дрожали. Риз опёрся о косяк и вставил третий ключ в последнюю замочную скважину.

Снова щелчок. Риз нажал на ручку и распахнул дверь.

Кирпичная стена.

Как ему и обещали. Как он и ожидал. Однако вместе с этим Риз почувствовал слабые отголоски отчаяния — не настолько сильные, чтобы стать настоящим чувством, но достаточные, чтобы ощутить пустоту внутри.

Простая кирпичная стена перед ним как будто иллюстрировала последние недели. А может, и не только последние. Эта дверь, ключи, целых три замка — всё указывало на какую-то загадку. На то, что впереди что-то важное. Но оказалось, впереди нет ничего. А иллюзию загадки создали люди, решившие оставить дверь и сохранить ключи.

Зачем?

В голове проносились все вопросы, с которыми он столкнулся до того, как попал в эту комнату. Риз вспомнил зеркала и надписи на них. Может, и они, как ключи, ничего не значили? Да и были ли эти надписи, выведенные на запотевшей поверхности?

Риз безотчётно потянулся к кирпичам левой рукой. Пальцы коснулись шероховатой поверхности, скользнули по неровным цементным швам, подтверждая, что стена самая настоящая.

Жесткий, холодный и грубый ответ на все его вопросы. Ни смысла. Ни причин. Просто стена, запертая за белой дверью с тремя замками.

Глава 13. Ультима

Все утро он провёл в коротких тренировках. Не обращая внимания на слабость, Риз вставал и заставлял себя ходить туда-сюда. Его комната составляла одиннадцать шагов в длину и восемь в ширину. Раз за разом он повторял этот путь, стараясь двигаться уверенно.

Во время передышек Риз садился и звонил Джен. Но ни одна попытка не увенчалась успехом. Это всё больше тревожило. Страх, что с Джен что-то случилось, нарастал с каждым равнодушным гудком.

В очередной раз её номер не отвечал. Риз устало опёрся о колени и, опустив голову, уставился на ботинки. Одежда и обувь были не его — явно что-то из запасов Деллери. Светло-серые спортивные брюки, белая футболка и такие же белые ботинки со шнуровкой. Он некстати вспомнил, как выглядел мальчик в инсталляции Уни. Наверное, со своими серыми волосами Риз казался таким же бесцветным.

Он снова потянулся к телефону, однако на этот раз вместо того, чтобы набрать номер сестры, написал Торне вопрос, не знает ли он, где Джен. Отправив письмо, Риз задумался, что и самого эдиша был бы не против увидеть сегодня или завтра. Он уже доказал, что может как-то передвигаться.

Быстро вбив просьбу о встрече, он отправил второе письмо вдогонку первому. После этого хотел снова набрать номер Джен, но телефон мигнул и выключился. Риз зажал кнопку включения сбоку, но древнее устройство отказывалось реагировать.

— Тьма, — прошипел он.

В этот момент дверь его комнаты отъехала. Риз поднял голову и увидел Айлин.

— Разрядился? — спросила она, заправив за ухо прядку.

— Там было больше половины заряда, — раздражённо сказал Риз.

— Старая модель, — пожала плечами Айлин. — У них такое случается. Что половина, что ноль — без разницы. Отключаются и всё.

Риз сжал челюсти. Он внезапно понял, что, если телефон не включится, Джен не сможет до него дозвониться.

— А зарядка у него есть? — напряжённо спросил Риз.

— Ну как-то же его до тебя заряжали. Я спрошу у ребят внизу. Если нет родной, подберём какой-нибудь другой кабель, — она протянула руку.

Риз, поколебавшись, отдал свой единственный источник связи. Всё равно в таком виде он был бесполезным кирпичом. Наверное, его мысли отразились на лице, потому что Айлин поспешно прибавила:

— Не думаю, что это надолго. Вечером принесу. А сейчас нам надо идти.

— В лабораторию?

Айлин кивнула.

Риз не торопился вставать. У него до сих пор не было доказательств, что в Деллери ему пытаются помочь. Как и обратного. Он не мог с уверенностью сказать, что правда, а что нет. Но если их намерения чисты, Айлин не должна насильно тащить его на какое-то исследование. Что будет, если он откажет?

Однако прежде, чем Риз успел открыть рот, она опередила его:

— Ты нам не доверяешь, да?

Он решил не отрицать очевидное и промолчал. Айлин, помедлив, села рядом на край кровати.

— Я понимаю, что в прошлом ты пострадал в ходе экспериментов компании. Но это было давно. Ты и сам знаешь, что с тех пор многое изменилось. Теперь городской совет контролирует Деллери. Да никто и не хочет больше повторять те эксперименты! Компания подверглась серьёзной перестройке. Можно сказать, что от старой организации осталось только название. Мы помогаем людям, а не наоборот.

— Раньше тоже так говорили, — не удержался Риз, вспомнив буклет, который привёл его в Деллери в первый раз.

Айлин обречённо посмотрела на него. Она понимала, что на каждое слово в защиту компании у Риза найдётся противовес.

— Не бывает абсолютно чёрного и белого, — осторожно сказала Айлин. — А кроме того, если говорить о текущей ситуации, разве ты сам не видишь, что твоя версия событий… Твои разрозненные воспоминания каждый раз заканчиваются чем-то невероятным? Это ли не главное доказательство того, что они неверны?

— Возможно, они неверны только в своей последовательности, — отстранённо проговорил Риз. — Возможно, цельная картина событий «порвалась» на куски и перемешалась в сознании. Но то, что части настоящие, я не сомневаюсь.

Он говорил уверенно, хотя на самом деле испытывал множество сомнений по этому поводу. Однако Риза сейчас больше всего интересовало, что Айлин скажет на это.

— И какая же из «частей» заставляет тебя сомневаться в нас? — вопросом ответила она.

Риз помедлил.

— Маррот недавно сказал, что надеялся, что хотя бы мне удастся уйти, — наконец произнёс он. — Зачем бы ему это говорить?

— Может, затем, что от вируса Крота не ушли Йен и Симона?

— В этом смысле он как будто сразу меня похоронил.

— А он когда-то выражался иначе? — развела руками Айлин.

Риз не сдержал слабой усмешки. Она снова раздражающе ловко подстроила все события под свою версию реальности.

— То есть Маррот никогда не хотел уйти? — уточнил Риз, хотя сам уже не верил, что так чего-то добьётся.

— Заявления на увольнение не приносил, — Айлин была явно обижена сквозящим в его тоне недоверием.

Они замолчали на мгновение. Риз задержал взгляд на белой двери, в замочной скважине которой торчали ключи.

— Может, всё-таки разрешишь тебе помочь? — наконец не выдержала Айлин.

— Что это за исследование? — сухо спросил Риз. — Зачем спускаться в какую-то лабораторию?

— Ричи хотел проверить реакцию протезов на воздействие сторонних компьютеров, связь и сопряжение… В остальном они почти полностью восстановлены. Если включить управление протезами, ты уже сможешь просматривать файлы и документы, записанные в память.

Риз промолчал, обдумывая её слова.

— Даже если мы найдём какую-то ошибку в системе, которая не позволит связаться с протезами, мы не будем ничего с тобой делать сразу же, — прибавила Айлин. — Каждый шаг будет осуществляться только после твоего согласия. Сейчас это простая проверка, и ничего более.

— Значит, просто проверка? — эхом отозвался Риз и перевёл взгляд с двери на Айлин.

Та кивнула.

«Что, если они правда пытаются помочь?» — пронеслось в его голове.

— Ладно, — он поднялся.

Риз решил сначала взглянуть на то, как Ричи попытается связаться с его протезами, а потом делать выводы. На словах всё звучало безопасно. Никакого физического воздействия. Обычное сопряжение с другим устройством.

Айлин попыталась скрыть чувства, но Риз всё равно заметил промелькнувшее облегчение. Она встала и направилась к двери. Он последовал за ней.

Тёмное ковровое покрытие, длинные коридоры. За матовыми стеклянными перегородками звучали голоса, и жужжала какая-то техника. Риз с Айлин шли неторопливо. Пару раз им на встречу попадались сотрудники Деллери. Ни один не обратил на них никакого внимания.

Наконец они вышли в коридор, изгибающийся волной. Одну стену здесь полностью заменяло вогнутое стекло. За ним хорошо просматривался просторный атриум. Риз видел, как линии этажей вверху и внизу повторяют хаотичную плавность их коридора. Стеклянный потолок атриума сливался со стенами в одну плавную форму. Наверное, снаружи здание выглядело бесформенной текучей массой.

Они дошли до лифтов, представляющих собой простые стеклянные капсулы. Риз бы не назвал их особо примечательными, если бы они, как и положено приличным лифтам, ездили вверх-вниз-вбок. Но эти кабинки своим движением вырисовывали вездесущие волны. Хорошо хоть амплитуда была небольшой. Глядя на счётчик этажей, который неспешно сменялся над закрытыми дверями, Риз думал о том, насколько много времени лифты тратят впустую.

Они спустились на два этажа и зашагали по коридору, похожему на предыдущий. Вскоре Айлин остановилась у двери. Эта, в отличие от двери в его комнату, была непрозрачной белой и не перетекала в окно-кляксу. Лаборатория внутри оказалась небольшой и представляла собой идеальный куб. Вспомнив свои метания по комнате, Риз с ходу определил, что здесь вышло бы около десяти шагов по любой из сторон. Стены были расчерчены на белые квадраты. Их покрывал едва заметный рисунок из углублений.

«Как печатная плата», — пронеслось в голове.

Слева от двери стояло чёрное кресло, за спинкой которого высилась огромная установка из проводов и металлических блоков. Выглядела она так, будто тот, кто её собирал, не заботился ни о внешнем виде, ни об удобстве использования. Рядом на табурете сидел Ричи — худощавый мужчина с растрёпанными русыми волосами в белом халате. Он как раз выдернул один провод из установки и снова воткнул его в то же гнездо, сильнее прижав.

— Наконец-то, — Ричи нетерпеливо посмотрел на Айлин.

— Сопряжение можно проверить с помощью чего-нибудь попроще. Тут даже обычные наушники подойдут, — холодно заметил Риз, рассматривая аппарат.

Установка выглядела совсем недружелюбно. А главное, было абсолютно непонятно, что она делала. Взгляд скользнул по многочисленным вентилятором, трубам и двум бакам, по которым наверняка циркулировала вода. Следом Риз обратил внимание на ещё одну толстую чёрную трубу, ведущую к небольшому чёрному цилиндру. Это походило на фреоновую установку. Значит, аппарату было мало систем воздушного и жидкостного охлаждения, к нему прицепили ещё и холодильник. Насколько же сложные расчёты он проводил?

— Можно проверить и с помощью чего-нибудь попроще, — сказал Ричи. — А потом отдельно тестировать демонстрацию дополненной реальности, сопряжение с разными моделями портативных станций и так далее. При таком подходе мы будем сидеть здесь годами.

— А что делает эта установка?

— Всё и сразу, — криво улыбнулся Ричи.

Риз с сомнением посмотрел на кресло. Краем глаза он заметил, как Айлин шагнула к нему. Риз тут же повернул голову, но увидел только беспокойство на её лице. Судя по всему, Айлин готова была снова начать уговаривать его.

«Я им нужен», — внезапно понял Риз.

Никому не помогают насильно. Но Айлин раз за разом тратила время и терпение на уговоры при том, что они даже не были друзьями. В следующие несколько секунд в его голове пролетела куча предположений о том, что это могло означать, и как плохо закончится…

Но нет. Он нужен живым. Риз зацепился за эту мысль. Убийство явно не входило в их планы — шансов для этого было полно, но не одним не воспользовались.

Он шагнул к креслу, прежде чем Айлин успела открыть рот. На её лице промелькнуло недоумение. Она явно не ожидала, что Риз так легко согласится. Он слабо улыбнулся. Айлин даже не поняла, что своим поведением объяснила ему гораздо больше, чем хотела. И всё это приводило к простому выводу: надо посмотреть, что будет дальше.

Чем бы ни был аппарат, для Айлин и Ричи «обследование» очень важно. Риз понял, что в жизни не разберёт, что эта штуковина делает, если не позволит им хотя бы начать. Айлин говорила, что это никак ему не навредит. Скорее всего, здесь она не врала. Потому что, во-первых, Риз нужен живым. Во-вторых, последние дни она только и делала, что убеждала его в своих благих намерениях. Им необходимо, чтобы он сотрудничал. Вряд ли Айлин столько сил потратила ради одного исследования. И, наконец, на кресле Риз не заметил никаких скоб или креплений. В крайнем случае у него будет шанс отцепить от себя провода.

Он не спеша устроился на мягком кожаном сидении и окинул взглядом белые стены. Подошедший Ричи с помощью присосок осторожно присоединил к его вискам тонкие проводки. Айлин тем временем взяла табурет и, пододвинув его так, чтобы Риз её видел, села. Она где-то успела взять планшет — наверное из тумбы сбоку от установки, которая была почти незаметна за ворохом проводов.

Айлин опустила голову и начала что-то быстро вбивать в планшет.

— Риз, скажи, когда покажется, что освещение изменилось, — прозвучал голос Ричи за спиной.

Риз перевёл взгляд на квадраты стен и принялся ждать. Постепенно они становились ярче и ярче. Вот уже потолок и пол словно отошли в тень, а стены стали излучать свет.

— Изменилось, — напряжённо произнёс Риз.

Позади что-то зажужжало.

— Расслабься, — сказал Ричи. — Это всего лишь иллюзии.

«Просто иллюзиям без разницы в каком я настроении», — подумал Риз, однако всё же последовал совету Ричи. Вступать в ментальный бой с машиной — высшая глупость.

Прошло ещё несколько мучительно долгих секунд. Айлин не отрывалась от планшета. Установка позади включила ещё несколько вентиляторов, и жужжание перешло в бодрый рык.

Тут квадраты стен стали проваливаться внутрь. За стеной оказалось тёмное бесконечное пространство, куда одна за другой улетали панели. Риз моргнул.

— Окружение изменилось? — спросил Ричи.

— Да.

Риз не сказал бы, что перемена пришлась ему по душе. Вот уже от стен ничего не осталось, а потолок потерялся в темноте. Сидеть на платформе посреди бесконечной черноты было весьма некомфортно.

— Что ты видишь? — прозвучал голос Ричи.

— Ничего, — честно ответил Риз, вглядываясь в темноту.

— Хм… А… — но тут Ричи прервала Айлин:

— Нет-нет, не это, — она подскочила и тоже пропала из зоны видимости.

Риз услышал какие-то щелчки за спиной.

Чернота впереди нарушилась. Сначала Риз заметил слабый блеск, а через секунду он начал расти, превращаясь в яркое световое пятно. Рядом возникло несколько таких же. Они пульсировали и увеличивались. Вскоре на них стало больно смотреть.

Риз почувствовал укол боли в висках. Ему это совсем не понравилось. Он даже поднял руку, чтобы в случае чего сорвать с себя провода, но неприятные ощущения пропали так же быстро, как и появились.

Риз ещё раз моргнул и увидел, что оказался посреди парка. Очень знакомого парка. Он сам его смоделировал. Вот эта тропинка вела к аллее с кипарисами, а бражники, которых он добавил недавно, порхают даже здесь — на одной из первых созданных дорожек. Риз огляделся, не понимая, зачем Ричи и Айлин привели его в эту иллюзию.

Внезапно пространство начало меняться. На деревьях стали появляться текстуры. Риз поднял голову и увидел, что на небе возникли пёрышки облаков. Свет смягчился, и окружение как будто принялось вбирать его. Напитывалось, становилось ярче и насыщеннее. Теплее. Дружелюбнее. Реальнее.

А следом произошло то, чего Риз не ожидал. Зелёные кроны утратили изумрудные оттенки. Стволы стали тёмно-коричневыми. Не веря в происходящее, Риз посмотрел наверх и увидел чистый голубой, который по краям переходил в сочный оранжевый.

Голова слегка закружилась. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как участилось сердцебиение. Он не видел этих цветов уже больше десяти лет. Ощущение было сродни тому, как если бы он вдруг вышел из царства смерти обратно в мир живых.

Риз медленно опустил голову. Вот бражники с золотыми крыльями. Тут и там ярким фиолетовым и лиловым переливаются цветы. Как же ему не хватало этого! Казалось, вместе с цветом каждая травинка обрела дыхание. И характер. И настроение.

Как в прошлый раз Риз протянул руку вперёд, чтобы поймать одного из бражников. Ему хотелось взять его, поднести к глазам. Почувствовать на ладони тепло, ведь золото на крыльях не могло не греть.

Но рука замерла, так и не приблизившись к бабочке. Риз почувствовал смятение. Опустив руку, он перевёл взгляд на свои ладони.

Позади под чьими-то ботинками зашуршал гравий. Риз нахмурился. Он не надевал наушники, чтобы слышать несуществующие звуки. По пальцам скользнул ветерок. Это напрягло ещё больше.

Риз повернул голову и увидел, как Айлин снова заняла табурет справа от него. Только вот она уже не походила на себя. Её волосы стали каштановыми. Вместо брючного костюма и туфель на высоком каблуке на ней оказались длинная юбка с лёгкой блузкой и ботинки.

Эта была его Айлин. Та девушка, которую он видел в последние недели. За которой гнался по торговым рядом, и которая поцеловала его у медицинской кровати.

Не сводя с неё взгляда, Риз медленно откинулся на спинку кресла.

— Что-то не так? — она заметила его пристальное внимание.

— Нет.

Почему-то Ризу совсем не хотелось говорить, что он видел.

На лбу Айлин показалась небольшая морщинка.

— Ты… ты видишь что-то необычное? — снова попыталась она.

— Я вижу парк из своего проекта города, — отозвался Риз.

Айлин кивнула, привычным жестом убрав прядь за ухо.

— Ты можешь описать его? — попросила она.

Риз снова перевёл взгляд на парк.

— Гравийные дорожки, — начал он.

«В которых розовый смешивается с песочным», — вставил внутренний голос.

—Деревья, кустарник…

«С сочными зелёными листьями, словно вобравшими в себя солнце», — снова пронеслось в голове.

— Цветы, бражники, — продолжил сухо перечислять Риз.

«Чистый фиолетовый и золотой».

— Лавки, фонарные столбы и… — тут уже голос надломился.

Помедлив, Риз поднял голову и вновь посмотрел на небо, где нежные розовые облака касались чистого голубого.

Молчание затянулась.

— Риз?.. — неуверенно позвала Айлин.

Он не хотел отворачиваться. Риз чувствовал, что готов сидеть тут часами и просто смотреть на это небо.

— Риз, — снова позвала Айлин.

Он нехотя посмотрел на неё.

— Солнце садится, — тихо сказал Риз.

— Тебе нравится? То есть… — она немного смутилась и опустила голову, посмотрев на свои колени.

— Это самое красивое, что я видел за свою жизнь, — сказал он и почувствовал горечь. Потому что всего этого не существовало.

Айлин неуверенно взглянула на него. Вновь налетевший ветерок подхватил тонкие пряди её волос. На этот раз она не пыталась их убрать, продолжая смотреть на Риза. Губ коснулась лёгкая улыбка. Её взгляд был робким и вместе с тем таким тёплым и нежным, что он почувствовал, как внутри всё сжалось.

«Её тоже нет, — попытался напомнить себе Риз. — Нет и никогда не было».

Почему-то от этой мысли стало только хуже. Словно он вновь увидел её смерть.

Тут слуха коснулось жужжание. Риз не сразу понял, что это вентиляторы установки. Он уже успел забыть и о ней, и о Ричи. И о том, что сидел в комнате в центре Деллери.

Риз отвернулся от Айлин. Так нельзя. Он не может позволять себе отвлекаться.

Жужжание усилилось. Парк на глазах начал блёкнуть, укутываться в белую пелену и растворяться. Риз неосознанно сжал кулаки, надеясь, что его эмоции не отражались на лице.

Прекрасный, живой мир умирал, уходя в небытие. Казалось, уже никогда не получится его увидеть. Риз почувствовал ком в горле. Дыхание стало тяжёлым. Голова снова закружилась, и в добавок появилась лёгкая тошнота.

Он прикрыл глаза, пытаясь сладить с этими ощущениями. Жужжание стало невыносимо громким. Откуда-то появился запах сырой земли и пыли. За закрытыми веками осталась лишь темнота.

Кто-то коснулся плеча.

— Ты как?

Риз заставил себя открыть глаза.

Рядом стояла Айлин. Та версия, которую он мысленно звал Иветтой. И всё вокруг вновь стало блёклым, сохранив лишь редкие всполохи изумрудного и красного.

— Нормально, — прохрипел Риз.

Это было далеко от правды, но он не собирался больше ничего объяснять. Впрочем, Айлин не стала расспрашивать. Помедлив, она отцепила присоски от его висков.

Риз встал и едва не пошатнулся. Короткое путешествие в парк его города отняло все силы с трудом накопленные за последние два дня. Ему было очень холодно. Но дрожь ещё удавалось сдерживать. Он не собирался показывать своё разбитое состояние Айлин и Ричи.

— Нужно будет повторить на днях, я не успел… — начал было Ричи, но Айлин прервала:

— Не раньше четверга.

Риз посмотрел на Ричи. Тот стоял возле установки и смотрел в планшет. На слова Айлин он никак не отреагировал, словно не услышал. Однако её это нисколько не смутило. Она повернулась к Ризу и позвала:

— Идём.

Когда он поворачивался, чтобы последовать за ней, заметил, что на одном из металлических блоков, расположенных у основания кресла, находилась надпись: «Ультима».

Решив обдумать это позже, Риз направился за Айлин. По коридорам они вновь шли молча и неторопливо. Сотрудники по-прежнему не обращали на них никакого внимания. Двери покорно отъезжали, стоило приблизиться.

Риз старался дышать ровно. Он от всей души надеялся, что недомогание скоро пройдёт. Потому что ему нельзя здесь больше задерживаться. Айлин запретила повторять воздействие «Ультимы» до четверга. Потому что Риз нужен для экспериментов живой, а не потому, что она желает ему жить долго и счастливо. И он ясно понял, что до четверга должен выбраться. Риз узнал и увидел достаточно: чем бы ни была «Ультима», она продемонстрировала, что может создавать ощущения на всех уровнях, включая звук и осязание. Значит, любое из доказательств, которые ему раньше предлагали, можно было подделать.

Наконец они вошли в комнату. Когда дверь за ними закрылась, Айлин обернулась к нему:

— Что ты видел? — без предисловий начала она.

— О чём ты? — устало откликнулся Риз.

— Когда ты смотрел на меня, ты видел кого-то другого, — заявила Айлин, сверля его взглядом.

— Не знаю, почему ты так решила, — пробормотал Риз.

— Но, Риз, это важно!

— Я уже всё сказал.

Тут она не вытерпела и, схватив его за футболку, развернула к себе.

— Да что с тобой такое?! Мы же помочь хотим! — её голос едва не сорвался на крик.

Похоже, он почти довёл её. Впрочем, Риз не чувствовал стыда за это.

Айлин облизала губы и на мгновение отвела взгляд, явно пытаясь взять себя в руки.

— Тебе… тебе же понравилось то, что ты видел?

Риз продолжал упорно молчать.

— Ты видел цвета… У тебя было нормальное зрение. Даже не пытайся отрицать, я знаю, — быстро прибавила она, посмотрев ему в глаза. — Неужели ты не хочешь его вернуть?

Риз мгновение не шевелился. Потом поднял руки и отцепил Айлин от своей футболки. На её лице отразилось множество эмоций, и он не заметил среди них ни одной положительной.

Наконец она сжала челюсти, развернулась и вылетела из комнаты.

Риз безразлично посмотрел ей вслед. Затем подошёл к кровати и лёг, плотно закутавшись в одеяло. Так было немного теплее — озноб всё же прорвался.

Хотел бы он вернуть зрение? Конечно, хотел бы. А ещё чтобы в мире перестали теряться люди. Но не всем желаниям суждено сбываться.

Риз сделал глубокий вдох. А всё же: что такое «Ультима»? Это явно не дополненная и не виртуальная реальность. Конечно, Деллери могли украсть проект города. Но заканчивать его — работать с освещением и текстурами — казалось слишком сложным. Ещё Ричи говорил расслабиться… Риз всё больше склонялся, что иллюзию создавала непосредственно его голова. Что-то вроде галлюцинации, но провоцируемой не им. Наверное, поэтому сейчас так тяжело. Вряд ли его мозг оценил вмешательство.

Риз вспомнил поцелуй Айлин у медицинской кровати. Может, тогда на него тоже воздействовала «Ультима»? Это объяснило бы, почему он в конце концов потерял сознание. И после, возможно, совсем не его голова провоцировала видение белых колибри.

Риз перевернулся на спину. Так погибли Йен и Симона? Если Ричи и Айлин тестировали на них «Ультиму», они легко могли довести их до смерти.

Риз прикрыл глаза. Йен и Симона... Значит, для работы над «Ультимой» Деллери нужны видящие. Из-за того, что пережили предыдущие опыты? Или, потому что их протезы были мощнее, чем протезы и линзы других людей?

Вопросов оставалось много, но Риз уже не сомневался, что вскоре этот проект потребует новых человеческих жертв. И он будет первым в списке. А значит, пора искать выход.

Из-под прикрытых век Риз бросил задумчивый взгляд на дверь. Она открывалась при его приближении. А вот двери в обоих концах коридора, ведущие на лестницу и к лифтам, так просто пройти не получится. Ему нужна помощь кого-то из сотрудников. Айлин? Риз не сдержал горькой усмешки. Разве, что получится её провести.

Тут он вспомнил об обещании Торне встретиться с ним и о телефоне. Вряд ли Айлин теперь принесёт устройство и позволит эдишу прийти в приёмную. Ведь если Риз напрямую попросит помощи у члена городского совета, который всегда настороженно относился к Деллери, его будут вынуждены отпустить.

Интересно, как Айлин обоснует свой отказ? Она ведь только что едва не кричала, как хочет помочь. Риз подумал, что стоит продолжить напоминать ей о телефоне. Он не знал, как она извернётся на этот раз, но, даже если удастся просто попасть в приёмную, это тоже неплохой вариант. Там должен быть выход, не заточенный на лица действующих сотрудников, ведь он создан для всех посетителей Деллери. Правда, наверняка он хорошо охраняется.

Риз задумался. Голова болела, и выдавать хорошие идеи по поводу побега отказывалась. Он перевернулся набок, пытаясь сосредоточиться. Но как ни пытался, ничего не выходило.

Вскоре усталость и плохое самочувствие взяли верх, и Риз заснул. Ему снилось, что он снова слышит шорох ветвей и чувствует тёплое касание солнца на руках и лице. Риз не сомневался, что стоит в своём парке. Он хотел открыть глаза. Риз откуда-то знал, что парк будет таким же, каким он видел его, будучи подключённым к «Ультиме». Полным цвета и жизни.

Однако ничего не получалось. Перед глазами оставалась тьма. Веки не желали подчиняться, словно были сшиты. Идеальный мир находился так близко, но оставался недосягаемым.

Риз поднял руки и коснулся глаз. Наконец у него получилось открыть их. Но вместо парка он увидел комнату в центре Деллери. Вокруг было темно, и даже за окном свет стал приглушённым. Судя по всему, все сотрудники ушли. Ночь.

Риз прикинул, сможет ли отыскать что-нибудь полезное для побега среди небольших рабочих мест, отделённых друг от друга матовыми стеклянными перегородками, но тут услышал шаги.

Риз продолжил наблюдать за окном и вскоре увидел Айлин.

«А ей-то что понадобилось так поздно?» — раздражённо подумал он.

Тем временем Айлин подошла к двери, и та послушно отъехала в сторону. Беспокойство на лице девушки сменилось облегчением, стоило ей увидеть Риза. Он вопросительно приподнял брови. Неужели она думала, что он уже сбежал?

Не говоря ни слова, Айлин приблизилась и села на край кровати. Светлая прядка упала на лицо, но она и не подумала убрать её, взволнованно шаря по карманам.

Наконец Айлин обнаружила искомое и, достав, протянула Ризу.

Это оказался один наушник. Он мгновение недоумённо смотрел на него. Потом, поколебавшись, вставил в ухо.

— И века не прошло! — услышал Риз недовольный голос Вергилия. — Слушай, ты заметил, что чем чаще говоришь, будто не работаешь на совет и Деллери, тем больше времени у них проводишь? Паршивая скотистика, тебе не кажется?

Риз в немом удивлении посмотрел на Айлин.

Та лишь улыбнулась в ответ, а потом прикоснулась к своему лицу. На мгновение его зрение как будто помутилось. А следом Риз увидел лицо Джен и белоснежную маску в её руках.

Она слегка повернула голову. Движение вышло скованным. Джен явно старалась держаться спиной к какой-то точке.

«Камера», — понял Риз.

Джен не опустила рук и держала маску у своего лица, готовая в любой момент надеть её. Риз смотрел на сестру и не мог поверить. И как всегда, первыми вырвались совсем не те слова, которые стоило говорить:

— Ты снова покрасила волосы, — тихо заметил он.

Глава 14. Побег

— Так, душевно поболтать вы сможете и в другое время, — раздался в наушнике голос Вергилия, прежде чем Джен успела произнести хоть слово. — Дайте мне уже доесть спокойно — быстро встали и на выход!

Джен тут же надела маску, преобразившись в Айлин. Риз тоже откинул одеяло, сунул ноги в ботинки и принялся поспешно зашнуровывать их.

— Есть ночью вредно, — не удержался он.

— Вредно — это раздражать меня, когда в моих руках нож и вилка, — откликнулся Вир.

Риз поднялся и вслед за Джен-Айлин вышел в коридор. Однако, дойдя до выхода на лестницу, вынужден был остановиться. Дверь отказывалась их пропускать.

— Тьма, только что же работала! — наполовину испуганно, наполовину зло прошипела Джен.

Она подняла голову и прямо посмотрела на маленький огонёк в верхнем правом углу — там пряталась камера. Однако сигнал оставался неумолимо красным. Джен отошла на несколько шагов, не сводя с него взгляда. Риз тоже попятился.

Тут дверь наконец смилостивилась: огонёк сменился на зелёный. Джен рванула вперёд, как только створка начала отъезжать. Риз последовал за ней. Но стоило ему сделать шаг, как створка рванула обратно. Дверь закрылась прямо перед носом Джен — та едва успела затормозить.

— Что за?..

— Это из-за меня, — понял Риз и тоже посмотрел на камеру.

Она явно следила, чтобы он не вышел. И чтобы никто из случайно проходящих сотрудников не помог ему это сделать. Наверное, днём, когда Айлин выводила его, она отключала эту систему. Или включила только сейчас, когда они поругались. В любом случае, выхода для него не было.

— Ладно, — негромко протянул Риз. — А другого плана у вас нет?

Джен обернулась с круглыми от страха глазами, которые отвечали на его вопрос лучше любых слов. Вергилий в наушнике тоже не торопился нарушать молчание. Но, судя по стуку приборов о тарелку, сильной тревоги не испытывал. Или просто заедал стресс?

Риз с Джен отошли в тёмный угол у одной из стеклянных перегородок, подальше от вездесущих камер.

— Ну есть один вариант, — наконец выдал Вергилий. — Только мне потом снова придётся переезжать.

— Что ты предлагаешь? — поторопил его Риз.

— Вырубить всё к мраку.

— Обесточить центр? У них разве нет резер...

— Ну, конечно, есть, — раздражённо перебил Вергилий. — Я же не просто так сказал про переезд. Придётся вызывать ребят, помогать им проникнуть в здание. В таком темпе это небезопасно, мы можем засветиться. И, наверное, надолго отключить всё не получится... Рискованно, короче. И тебе придётся ещё посидеть здесь.

— Но, Вир!.. — начала Джен.

— Что, Вир?! — Риз услышал резкий звон, с которым Вергилий опустил приборы на тарелку. — Предлагаешь взрывчатку под двери закладывать? Или начать стрелять по камерам, когда двери откроются? А с охраной, которая после этого сбежится, что будешь делать? Как ни крути, а вы, ребята, в меньшинстве.

— А сколько времени займёт подготовка? — вмешался Риз, думая про четверг.

— Завтра-послезавтра будем готовы.

— Так быстро? — удивился Риз.

Вергилий хмыкнул.

— Я уже неделю этот центр изучаю. Целых три светлячка пали жертвой… вот уж не знаю, чего именно. Заглушили их чем-то или дело в другом?.. Но в целом, слепых пятен не так много, и у меня есть примерный план здания. Жаль только не получилось увидеть, что прячут Деллери.

Светлячками Вергилий называл маленькие летающие устройства, собранные им для разведки. Он часто отправлял их через вентиляцию.

— Неделю? — не поверил Риз. — Вы так быстро нашли меня?

— Было б что искать, — судя по звукам, Вергилий вернулся к еде. — Когда Джен пришла, я сразу подумал про этот центр. Я ж тебе сам координаты расшифровывал.

Риз вспомнил про трекер. Так вот, где его держали! Всё в том же таинственном центре Деллери.

Следом мысли перекинулись на расследование и то, что он делал до сих пор. Побег не решит все проблемы. Риз не сомневался, что его не оставят в покое. Учитывая лёгкость, с которой его вырубили, используя иллюзорный город, сможет ли он однажды почувствовать себя где-нибудь в безопасности? А что на счёт других видящих? Их тоже пустят на опыты? Риз внезапно понял, что не может оставить всё на самотёк.

Джен тем временем снова обратилась к Вергилию.

— А что, если завтра настоящая Айлин просмотрит камеры? Она же сразу поймёт, что Риза кто-то пытался вытащить и усилит охрану. Мы не можем бросить его! Вдруг другого шанса не представится?

— Я понимаю твоё беспокойство, но у меня нет других вариантов, — вздохнул Вергилий. — Возможно, тебе станет легче от того, что обычно никто не просматривает записи с камер, если никто не сбежал и находится там, где его оставили. Думаю, Айлин есть чем заняться и без этого.

Джен хотела сказать что-то ещё, но тут вмешался Риз:

— Вир прав, — сказал он, посмотрев на неё. — К тому же… К тому же необходимо сделать кое-что ещё. У меня нет ни одного доказательства, что Деллери взялось за старое. Эта маска, — Риз указал на лицо Джен, — могла бы о многом рассказать суду, но мы ввек не докажем, что её создали Деллери. Особенно если вспомнить, что у них в городском совете и высших кругах есть свои люди. Нам даже не дадут провести обыск в этом центре! Но, если ты оставишь мне свои компьютерные линзы, а Вир расскажет, где именно погибли светлячки…

— Святейшие фонарики!.. — Вир со скрипом отодвинул тарелку, догадавшись, к чему клонит Риз. — С каких пор ты в герои стремишься? Или тебе это там так мозги промыли? Хотя о чём речь? Судя по твоему виду, тебя кормили чем-то не тем…

Риз поморщился.

— Они же не отстанут просто так. Ни от меня, ни от других видящих. Я не собираюсь остаток жизни бегать от Деллери. И потом: здесь ничего сложного. Если ты отключишь питание и объявишь эвакуацию, все двери разблокируются. Мне всего-то останется быстро спуститься и заглянуть в пару лабораторий так, чтобы линзы записали всё увиденное. Минут десять, не больше. А потом можно сразу уходить.

— Ага, а если ты кого-нибудь недружелюбного встретишь, что сделаешь? — спросил Вергилий. — Одним словом — дурацкий план. Впрочем… Джен, лучше действительно отдай ему линзы. Буду смотреть на мир глазами Риза. Всегда было любопытно, каково это.

Риз закатил глаза.

Джен, помедлив, достала чёрный кейс и, обмакнув пальцы в раствор, наклонила голову. Она аккуратно сняла линзы и опустила их в два отделения. После этого протянула кейс Ризу.

Эти линзы были обычными прозрачными, не как те, которые Джен носила чаще всего, с малиновой радужкой. Риз надеялся, что Айлин ничего не заметит, когда он наденет их днём.

— Да, но наушник тебе придётся прятать, — Вергилий словно продолжил его мысль.

— И без тебя знаю, — проворчал Риз.

— Только полностью не лишай меня удовольствие поесть у тебя над ухом. Особенно завтра во второй половине дня.

— Постараюсь, — усмехнулся Риз.

Вергилий зевнул. Нет, Риз определённо не мог понять его настроение. Впрочем, друг всегда вёл себя так в сложных ситуациях: то явно выражал беспокойство, то откровенно скучал.

Помедлив, Вергилий снова заговорил:

— Джен, солнце, — брови Риза взлетели на этом обращение, а Вир как ни в чём не бывало продолжил: — тебе пора баиньки. Давай, обнимай брата, и по домам.

На лице Джен-Айлин промелькнули разные эмоции. Судя по всему, Джен успела дать Вергилию мысленный подзатыльник, однако после этого она сделала именно то, что он предлагал: шагнула вперёд и крепко обняла Риза.

— Не бойся, — шепнул он ей. — Всё будет в порядке. Разберёмся.

Он провёл рукой по её коротким светлым волосам. Внутри всё сжалось.

— Но больше так не рискуй, — уже громче сказал он так, чтобы и Вергилий его слышал.

— Если бы пришла не я, ты бы не поверил, что это не очередной обман Деллери. Они же тебя иллюзиями со всех сторон атакуют! — откликнулась Джен, немного отстранившись.

— Понимаю. Но теперь я всё увидел, и больше этого не требуется. Возвращайся, — Риз ещё раз на мгновение сжал сестру в объятиях, а потом отступил на шаг.

Джен опустила глаза, нехотя развернулась и зашагала к двери.

— Вир, скажешь мне, когда она выйдет из центра? — попросил Риз, наблюдая за тем, как перед Джен разъехались створки и она скрылась за поворотом.

— Угу, — промычал Вергилий.

Риз ещё несколько минут постоял в коридоре, а потом двинулся к своей комнате.

Когда он снова лёг, Вергилий сообщил, что Джен вышла из центра и с ней всё в порядке.

— А она?..

— У нас на базе пока живёт, — откликнулся Вергилий, поняв его вопрос.

— Хорошо, спасибо, — улыбнулся Риз.

Он не думал, что однажды будет рад возвращению Джен в нижние кварталы.

— До завтра, — сказал Вергилий.

— До завтра, — попрощался Риз и, вынув наушник из уха, спрятал его в кармане спортивных брюк.

***

Утро было в самом разгаре. Риз жевал ломтик чёрного хлеба, задумчиво глядя в сторону окна, за которым сновали сотрудники Деллери. Он впервые задумался над тем, как именно они причастны к происходящему. Мысль посетила Риза в тот момент, когда молчаливый темноволосый парень, на вид ещё студент, принёс поднос с завтраком. До этого к нему заходила лишь Айлин. Но теперь, она, похоже, сильно обиделась.

Риз перевёл взгляд на тарелку с кашей. Надеясь, что у Вергилия не случится приступ от того, как выглядит его еда — компьютерные линзы Риз надел ещё утром, когда проснулся — постарался быстро всё съесть, не задумываясь о вкусе. Затем отставил тарелку на тумбу и принялся ждать. Ему не терпелось надеть наушник и обсудить с Вергилием те мысли, которые возникли в голове.

К счастью, студента-сотрудника не пришлось ждать долго. Он вновь не проронил ни слова. Только покосился на Риза испуганными глазами, а потом поспешно ушёл.

Проводив его взглядом и убедившись, что в коридоре пока никого нет, Риз устроился на кровати и, не сводя глаз с окна, достал наушник. Он деланно расслабленно положил руку на подушку рядом с ухом и был готов в любой момент повернуться на бок, чтобы скрыть устройство от посторонних глаз.

— Вир, ты там? — негромко позвал Риз.

Прошло несколько долгих мгновений. Затем он услышал странный шорох, и наконец пробился голос Вергилия:

— Да, — шуршание усилилось, а потом резко пропало, и Риз уже чётче услышал друга. — Знаешь, по тому, что я пока наблюдал, у тебя исключительно скучное утро.

— Меня заперли в центре Деллери, чтобы пустить на опыты. Тебе ещё кажется это скучным?

— Да. Кормить серой кашей и не разговаривать — это скучно, — подтвердил Вергилий.

Риз едва заметно улыбнулся.

— Я как раз про этого парня и хотел спросить. Да и про всех сотрудников центра. Получается, они все заодно с Айлин? Она ведь в розыске и не… Или историю о том, что её объявили в розыск, мне тоже подбросили?

— Не, тут всё верно. Твоя подружка действительно в розыске. Этот парень, да, очевидно, с ней заодно. Охрана тоже — они не могли ни разу не заметить её на камерах. А вот остальные… На твоём этаже, наверное, все в курсе происходящего. Но ниже — на первом и втором — не обязательно.

— Почему ты так решил? — спросил Риз.

— Потому что Айлин приходит раньше всех, а уходит либо до окончания рабочего дня, либо позже. Никогда не пользуется главным выходом — только запасным и только без свидетелей. На обед не отлучается, не спускается ниже третьего этажа. А главное… Ты, кстати, не поинтересовался даже, как мы двери внизу прошли.

Риз рассеянно потёр висок. Он вспомнил, что в центрах Деллери двери внизу требовали пароли сотрудников. Это здесь они довольствовались только лицом.

— Взломали систему безопасности?

— Ага, там как будто всё по щелчку пальцев можно сделать, — с сарказмом заметил Вергилий. — Реальность намного прозаичнее: замки уже были неисправны. Кто-то сломал систему до нас. И незаметно так сломал: сотрудники продолжают писать свои пароли, загорается зелёный огонёк, и все счастливы. Только ввести можно любые шесть цифр, и двери всё равно откроются.

— Но зачем кто-то это сделал? Хотя… — Риз почувствовал, что уже сам нашёл ответ.

Он вспомнил, как они обсуждали с Торне бывших сотрудников компании и то, что «официальные Деллери» не причастны к похищению Айлин. Похоже, люди, поддерживающие незаконные проекты и исследования, существовали крайне близко к тем, кто придерживался запретов.

— Значит, обе стороны Деллери обитают под одной крышей, — задумчиво протянул Риз. — Как-то рискованно, не находишь?

— Не то слово. Но, полагаю, тем, кто намеревался разобрать тебя на запчасти, нужны местные лаборатории. Просто так подобное не организуешь. Так что приходится терпеть неудобства.

Риз хмыкнул. В этот момент он подумал, что такое положение дел ему даже выгодно. «Ультиму» явно скрывали от городского совета и «хорошей половины» Деллери. Значит, ему достаточно передать доказательства незаконных разработок тому же Марроту — у него есть полномочия отреагировать немедленно, самостоятельно вызвав отряд «белых человечков» по официальному каналу, который в этом случае никто не заблокирует.

Следом мысли обратились к Айлин и к её скрытному образу жизни. Риз вспомнил, что под действием «Ультимы» он всегда видел её другой. И хотя смена цвета волос у Джен явно говорила о том, какой из образов настоящий, Риз всё же решил уточнить:

— Вир, а какого цвета волосы у Айлин?

— Чего? — не понял друг.

— Она блондинка, так?

— Э-э-э… ну да, — Вергилий явно был сбит с толку.

— И она всегда была блондинкой?

— Да, почему ты спрашиваешь?

— Просто хочу точно разобраться, где правда, а где иллюзия, — отстранённо произнёс Риз.

Он вспомнил тот случай в блинной, когда видел её-настоящую. Почему Айлин тогда решила показать своё лицо? Да, ситуация была достаточно безопасной: в зале больше никого не было, а женщину с блинами больше возмущали очки Риза — она вряд ли сопоставила внешность посетительницы с фотографией девушки в розыске, если вообще видела то объявление.

Итак, Айлин выбрала удачное место, чтобы подойти к нему и даже начать разговор. После пробуждения, когда он назвал её Иветтой, она как будто не сразу поняла, почему всплыло это имя. А вчера Айлин пыталась выяснить, какой Риз её видел под действием «Ультимы». Похоже, она не полностью контролировала иллюзии, которые вызывало устройство. И не только не контролировала — Айлин явно хотела понять, когда он видит её-настоящую, а когда нет, и связать это в систему.

Это желание Риз мог объяснить — она пыталась усовершенствовать «Ультиму», разобрать все случайности. Но вот чего он не мог понять, так это построения её вопроса. Айлин интересовалась именно тем, что он видел.

Взгляд Риза на мгновение задержался на белой двери, в замке которой висели ключи. Какая разница, что он видел? Разве имеет значение, блондинка она, шатенка или вместо неё вообще появляется розовый единорог? Ведь галлюцинации во многом создаёт его мозг. Или он что-то упускает? Мог ли увиденный образ принадлежать реальному человеку?

Риз потёр глаза, подумав, что, пожалуй, это далеко не главный вопрос. Он сможет обдумать его позже, а пока стоило сосредоточиться на действительно важном.

— Как дела с отключением? — спросил он у Вергилия.

— Эпично. Драматично. Сложно, — поведал тот. — Но после обеда, надеюсь, будем готовы.

— Хорошо. Я тоже к тому времени постараюсь выйти на связь.

— Давай, — рассеянно произнёс Вергилий.

Риз вынул наушник, выключил его и спрятал в карман. Коридор за окном по-прежнему был пуст. Взгляд снова задержался на белой двери с ключами, за которой скрывалась стена. Риз не сдержал горькой усмешки, подумав, что на самом деле во всём происходящем был смысл. Следовало только верно расставить роли: Риз думал, что Айлин — жертва в этом деле. Оказалось, всё совсем не так: в развернувшейся картине это он — цель и жертва.

Время тянулось. Никто не приходил. В какой-то момент Риз задремал, хотя не думал, что это возможно при учёте того, что предстояло. Однако сон оставался некрепким. Как только Риз услышал звук отъезжающей двери, тут же открыл глаза.

Айлин на этот раз сама принесла поднос с обедом. Она поставила его на тумбу и, подчёркнуто игнорируя Риза, гордо удалилась. Тот слабо улыбнулся. Потом, помедлив, встал, наведался в ванную, а по возвращению сел на кровать, задумчиво посмотрев на поднос. Есть особо не хотелось. Но Риз всё же решил, что пара ложек не помешает. В конце концов, Айлин пыталась продлить жизнь подопытного кролика. Не пропадать же всем её стараниям даром.

Когда она вернулась, чтобы забрать поднос, он не удержался и напомнил:

— Ты обещала вернуть телефон.

В нынешних обстоятельствах его не сильно волновала судьба устройства, но захотелось посмотреть, как Айлин извернётся на этот раз.

— Тот парень, которого я попросила зарядить телефон, забыл про это вчера. Я уже напомнила, чтобы сегодня он всё сделал, — сухо сказала Айлин, не глядя на Риза.

Тот не сдержал разочарованного вздоха. Но не по поводу судьбы телефона, а потому что она ничего лучше не придумала.

Айлин не вытерпела и посмотрела на него.

— Если тебе интересно: там кто-то звонил. Потом оставил сообщение, что хотел бы встретиться сегодня. Я в ответ написала, что часы посещения с трёх до половины шестого. Можешь спуститься в приёмную и подождать того, с кем ты там общался. Если он, конечно, придёт, — с этими словами она развернулась и стремительно вышла.

Риз рассеянно почесал бровь.

«Если он придёт», — с недоверием подумал Риз. Наверняка Айлин просто посмотрела переписку с Торне. А теперь в очередной раз пытается создать иллюзию, что всё хорошо, и они не удерживают его силой. Хотя на счёт того, что Торне звонил, наверное, не соврала. Но с ним он сможет связаться позже и объяснить, что произошло.

Риз снова достал наушник и, следя за окном, позвал Вергилия.

— Всё готово? — спросил он.

— Почти, — отозвался друг. — Тут ещё вот какое дело: твоя подружка вряд ли после включения сигнализации побежит вниз с остальными. Наверняка перед этим тебя забрать захочет.

— Что ты предлагаешь?

— Уйти из комнаты раньше, чем включится сигнализация, и переждать где-нибудь… Сейчас, посмотрю варианты, — прибавил Вергилий, и его голос отдалился.

Через некоторое время он снова заговорил:

— Выйдешь из комнаты, повернёшь налево и пройдёшь до двери с номером пятьсот три. Это индивидуальная переговорная, никаких замков там не стоит.

— Хорошо, спасибо.

Вергилий не ответил.

— Я ещё светляков отправил, — после длинной паузы сообщил он. — Постараюсь следить за Айлин, если только она снова в «мёртвую зону» не пойдёт.

— Кстати, на счёт этого… Не скажешь, где у тебя слепые пятна?

В наушнике вновь повисла тишина. Но на этот раз она была тяжёлой, и Ризу даже казалось, что он чувствует осуждающий взгляд Вергилия.

— Мне тебя не отговорить, да? — наконец уточнил друг.

— Это быстро. Лучше помоги, — попросил Риз.

Вергилий вздохнул, но после недолгого колебания всё же сказал:

— Есть кабинет на четвёртом этаже. И ещё пара мест на цокольном.

— Проведёшь?

— Да, но там меня, скорее всего, вырубит. В любом случае предлагаю выбрать целью кабинет — он ближе, и лестница там недалеко.

— Идёт.

— Да, можешь уже уходить. Айлин сейчас на третьем этаже и, судя по всему, к тебе не собирается.

Риз встал и подошёл к окну. Он помнил, что снаружи оно зеркальное и его не видно. Риз принялся пристально наблюдать за сотрудниками за стеклянными перегородками. Они сидели, погруженные в свои дела. Лица скрывали матовые стенки — вряд ли его кто-то заметит.

Он убедился, что в коридоре никого нет, после чего шагнул к двери, и она тут же отъехала. До него долетело жужжание и звон какого-то аппарата. Бесшумно ступая по тёмному ковровому покрытию, Риз миновал две двери и сразу толкнул ту, на которую указал Вергилий.

Она поддалась легко. Комната внутри оказалась маленькой, и единственным, что в ней располагалось, были двухъярусные угловые диваны. Они напомнили Ризу полок в сауне. Он сел сбоку от матовой стеклянной двери, так чтобы его не было видно снаружи.

Ждать долго не пришлось. Риз как раз размышлял над тем, может ли в его комнату заглянуть кто-то кроме Айлин, когда свет резко погас. Стало необычно тихо. До этого Риз не замечал, что в воздухе постоянно разносился ненавязчивый шум разных систем.

Мгновение, и вот из экстренных динамиков с автономным питанием сквозь шуршание и помехи заговорил женский голос: «Тревога. Просьба всех сотрудников покинуть здание».

Слова механически повторялись снова и снова. Вот Риз уже услышал гомон в коридоре. Сотрудники на его этаже направились к лестнице. Он продолжал ждать.

В наушнике прозвучал тихий смешок.

— Похоже, Айлин расстроилась.

— Она на этаже? — уточнил Риз.

— Да, только что к тебе в комнату заходила. Побежала догонять остальных. Наверное, думает, что ты с ними.

— Скажешь, когда можно будет выйти?

— Ага, — судя по тону, Вир всё ещё улыбался.

Риз прождал ещё несколько мучительных минут.

— Так, пожалуй, можно попробовать, — наконец сказал Вергилий. — Смотри, как выйдешь, слева будет дверь на лестницу. Быстро спускайся на четвёртый этаж. Потом прямо по коридору, направо, и увидишь закуток. Тебе нужен четыреста двадцать пятый кабинет.

Риз сразу поднялся и толкнул дверь. Коридор на его этаже уже опустел. Вокруг царил полумрак — слабый свет добирался сюда от больших окон, расположенных в рабочей части пространства. Голос в динамиках продолжал повторять уже надоевшую фразу.

Риз поспешил в сторону лестницы. Она оказалась в неожиданно светлой гамме. И стены, и ступени отражали свет, падающий из широких окон на пролётах.

Когда он спустился к двери с большой белой четвёркой, этажом выше послышался характерный звук отъезжающей панели. Риз быстро зашёл на этаж, надеясь, что это не Айлин. Хотя Вергилий, наверное, предупредил бы. Бегом преодолел часть коридора до поворота и порадовался тому, что поспешил — дверь в другом конце открылась, а следом мимо его закутка пробежала темноволосая девушка — Риз едва успел отскочить за угол.

Судя по звуку, она вышла на лестницу. Он повернулся к нужному кабинету.

— Только не задерживайся, — ожил наушник. — Без связи это всё ещё более паршиво, чем с ней.

— Я быстро, — пообещал Риз.

Он толкнул дверь. Как и остальные после отключения, она была не заблокирована и легко отъехала в сторону. За ней оказался самый обычный на вид кабинет. Просторный, с панорамным окном, но скромно обставленный: полупустой книжный шкаф напротив белоснежного стола, в который наверняка был встроен компьютер.

Риз поспешил туда. Зайдя за стол, он принялся выдвигать ящики, в надежде, что там найдётся что-нибудь интересное. Компьютер, как и большинство систем в здании, был обесточен. Но и при иных обстоятельствах Риз вряд ли быстро справился бы с его защитой.

Он поспешно перебрал ворох бумаг в верхнем ящике. Заявление на использование виртуальной подписи, правила пожарной безопасности, введение обязательного использования какой-то функции… Риз не вчитывался, понимая, что компьютерные линзы уже зафиксировали увиденное, и позже он сможет всё подробнее рассмотреть, если это понадобится. Фамилия владельца кабинета Форг и подпись были ему незнакомы.

Риз с раздражением захлопнул ящик и потянулся к нижнему. Пока ничего из обнаруженного не походило на доказательства того, что в Деллери вели незаконные разработки.

Открыв нижний ящик, он на мгновение замер. Там почти ничего не было: лишь карандаш и инструкция по входу в систему на новом рабочем месте, которую, похоже, закинули сюда невероятно давно. А ещё старый буклет, на котором был изображён сад матери. Риз протянул руку и взял его. Логотип Деллери находился поверх изображения.

В наушнике послышалось шипение. Наверное, Вергилий пытался связаться. Риз решил, что с буклетом тоже сможет разобраться позже. Он сунул его в карман, пинком закрыл ящик и поспешил к выходу.

— Ну наконец-то! — сквозь помехи проступил голос Вира. — Нашёл что-нибудь?

— Нет, — отозвался Риз. — Можешь провести на цокольный этаж?

— Что?! Совсем головой поехал? Я же тебе только сегодня говорил, что ребята на нижних этажах вообще могут быть не в курсе, что здесь твориться!

— У официальных Деллери тоже есть, что скрывать, иначе они бы не пытались найти Айлин первыми. Чёрт, Вир, такой возможности может не представиться!

— Дуй на лестницу.

— Слушай…

— Тебе в любом случае на лестницу! — зло перебил его Вергилий.

Риз без лишних слов побежал в ту сторону.

— Где Айлин? — выдохнул он.

— На пятом, кому-то позвонила и теперь виновато что-то объясняет.

— Хорошо.

— Ни разу. Хорошо стало бы, если б ты прямо сейчас убрался к мраку из этого здания, — сухо бросил Вергилий. — Думаешь, отключение продлится долго?

Риз, не слушая его, поспешил вниз.

— А все уже покинули здание? — уточнил он, перепрыгивая через ступеньки.

— Нет. Эта самая свободная лестница. На первом этаже в атриуме ещё не все вышли. И на одной из лестниц в правой части здания полно наро… Стой!

Риз мгновенно замер. Внизу открылась дверь, и послышались торопливые шаги. Он не шевелился, слушая, как они отдаляются. Динамики продолжали заунывно повторять опостылевшую фразу. Сердце встревожено билось в груди.

— Теперь быстрее, — скомандовал Вергилий, и Риз продолжил спуск. — Минус первый этаж. Я там вообще ничего увидеть не могу. Придётся самому ориентироваться. У тебя не больше пяти минут, — быстро прибавил друг.

Добравшись до цокольного этажа, Риз резко распахнул дверь.

Здесь было совсем темно, лишь тусклые аварийные лампы слегка подсвечивали коридор. Риз быстро прошёл по нему. Большинство дверей явно вели в кабинеты, но его заинтересовала та, которая разительно отличалась от остальных. Без номера, металлическая, с кодовым замком. Риз попробовал толкнуть её, но она, к удивлению, оказалась заперта. Он понял, что это именно та комната, в которую ему нужно попасть.

Наверху Риз не заметил никакой камеры. Значит, дверь не определяла лица входивших. Это показалось странным, ведь подобная защита, как наиболее надёжная, сейчас стояла везде.

Риз перевёл взгляд на кнопки с цифрами. Он вспомнил, что Вергилий говорил про пароли и решил испытать удачу здесь. Риз ввёл шесть нулей, и это сработало — на маленьком экране над кнопками появилась галочка. Следом возникла просьба ввести своё имя. Риз снова перевёл взгляд на кнопки. Под ними сгрудились буквы. Он начал вбивать «Ричи Котлер», решив, что Айлин наверняка убрали из официальной базы компании, когда она «пропала».

«Введите код подтверждения», — высветилось на экране.

Риз снова набрал шесть случайных цифр, и дверь наконец открылась. В голове пронеслась мысль, что, если сообщение с кодом пришло Ричи, тот только что точно узнал, где находится Риз. Наверняка, Айлин уже уведомила Ричи о побеге. Теперь можно рассчитывать всего на несколько минут.

Риз зашёл внутрь и огляделся. Это была лаборатория. В стеклянных шкафах он увидел несколько десятков масок на подставках. То, что нужно! Взгляд на мгновение задержался на компьютерном столе, к которому была подключена установка со странной лапкой, занесённой над очередной маской. В отличие от остальных, у этой была снята верхняя панель. Наверное, здесь создавался тот самый рисунок, который потом вызывал видение нужного лица.

Ризу очень хотелось осмотреть здесь всё подробнее, но он понимал, что времени на это нет. Он шагнул обратно к выходу. Наверное, на двери как раз поэтому не было камер — в этой лаборатории люди меняли лица, и подобная проверка была бессмысленна.

Риз снова ввёл случайные шесть цифр. На этот раз система больше ничего не спросила, и дверь сразу открылась.

Однако стоило ему сделать шаг, как он тут же отскочил обратно. И вовремя! Риз успел лишь мельком заметить фигуру высокого мужчины в конце коридора, а отскочившая от металлического косяка пуля красноречивее всего сказала о его намерениях.

Риз оглянулся на лабораторию в надежде найти что-нибудь, что поможет защититься. Дверь, как назло, не торопилась закрываться, ещё не завершив открытие. Но прежде, чем Риз решил, как поступить дальше, в коридоре послышалась возня, а следом треск и грохот.

Он замер, прислушиваясь.

— Риз, это Эбби, — позвал тихий женский голос. — Я от Вергилия.

Он осторожно выглянул и увидел возле лежавшего охранника тоненькую фигурку. В одной руке помощница Вергилия держала белую маску, а в другой чёрный металлический жезл. Риз такие никогда не видел, но подумал, что охранник оказался на полу из-за него.

Поняв, что Риз увидел её лицо и больше доказывать свою личность не требуется, Эбби быстро нацепила маску обратно. Она, как и Джен до этого, превратилась в Айлин. Светлый хвостик пришёлся кстати, а вот ростом Эбби всё же оказалась ниже оригинала. Это было заметно даже с учётом высоченных каблуков. С другой стороны, люди обычно в первую очередь смотрят на лицо, а остальное могут упустить из внимания, если оно не сильно бросается в глаза.

— Спасибо, — сказал Риз.

Наклонившись, он забрал у охранника пистолет.

— Ты нашёл, что искал? — спросила Эбби таким тоном, что становилось понятно: даже если не нашёл, она его всё равно отсюда вытащит. Эбби слегка приподняла жезл.

Риз только кивнул, решив не провоцировать её лишними словами. Эбби короткое мгновение вглядывалась в его лицо, а потом резко сложила жезл и сунула его в карман.

Риз направился было к лестнице, но она его остановила:

— Не туда. Есть другой выход.

Она стремительно зашагала дальше по коридору. Риз последовал за ней.

Внезапно динамики смолкли. По зданию прокатился какой-то странный стук. Свет в коридоре окончательно погас, а через секунду зажглись красные лампы.

Они повернули в закуток и остановились возле ещё одной металлической двери. Эбби поспешно защёлкала кнопками на панели на стене. Однако дверь не отреагировала на её старания.

— Мрак, — выругалась она.

Риз оглянулся назад. Осознание того, что они попали в ловушку, просочилось в разум очень быстро.

— Как думаешь, кто напортачил: ты или я? — неестественно спокойно спросил он.

— Ронни! — Эбби почему-то посмотрела наверх.

Риз тоже взглянул на потолок. Словно в ответ на их взгляды в коридоре снова включились динамики.

— Просьба всем оставшимся сотрудникам спуститься в атриум, чтобы покинуть здание. Запасные выходы заблокированы, работают только центральные. Повторяю: всем сотрудникам спуститься в атриум, — бесцветно произнёс голос Айлин.

— Там будут проверять, — взволнованно прошептала Эбби.

Риз мгновение колебался.

— Тебя могут и пропустить. В таком-то виде! У охраны сейчас куча сотрудников, они могут просто не заметить, что Айлин прошла дважды. И они в любом случае не будут привлекать к тебе внимание. Айлин же в розыске…

— А ты что будешь делать? — прервала его Эбби.

Риз отвёл взгляд. Потом, взвесив все за и против, наклонил голову и начал снимать линзы. У него не сразу получилось зацепить их, и он тихо выругался. Наконец Риз снял обе линзы и отдал Эбби.

— Там записано достаточно, чтобы у Деллери были серьёзные проблемы. Вынеси их из здания и сделай так, чтобы они попали к видящему по имени Маррот — Джен и Вир знают о нём. У Маррота есть полномочия отреагировать быстро и вызвать сюда подкрепление при наличие неопровержимых доказательств, — сказал он.

— Но…

— Я пока попробую пройти через приёмную. Туда у меня сегодня даже пропуск есть. Там находится одна из центральных дверей... ну, и я не с пустыми руками, — Риз приподнял пистолет.

Он старался говорить уверенно, но сомневался, что дверь на улицу из приёмной не заблокировали. В любом случае там хотя бы был выход — всё лучше, чем ждать, когда его найдут в глухом коридоре.

Они с Эбби поспешили к лестнице. Риз пропустил её вперёд. Когда при её приближении дверь на лестницу начала открываться, он выстрелил в камеру в углу рамы. Посыпались искры, и створка так и замерла приоткрытая.

Выйдя на лестницу, Риз позвал Вергилия:

— Вир, ты слышишь?

Однако в ответ была только тишина. Он включил и выключил наушник, но это не помогло.

— У меня тоже не работает, — сказала Эбби, нажимая на свой наушник.

— Ладно. Ничего.

Они повторили уничтожение камеры на двери, ведущей на первый этаж, и вышли в один из дугообразных коридоров. Потолок здесь был выше, чем на других этажах, а стеклянная стена, через которую просматривался атриум, начиналась только на уровне около двух с половиной метров. Примерно посередине коридора они поднялись по небольшой лесенке, и смогли увидеть, что происходило за стеклом. Дальше зеркальная лестница вела вниз, из-за чего эта маленькая платформа, выложенная белой плиткой, напоминала мост.

— Главное, веди себя непринуждённо, — пробормотал Риз.

Он держался подальше от стеклянной стены, хотя подозревал, что снаружи она зеркальная.

Эбби молча кивнула.

— Приёмная там? — спросил он, указав на противоположный конец коридора.

— Да, — сказала она.

— Тогда удачи нам, — подвёл итог Риз.

Эбби, помедлив, начала спускаться и остановилась возле двери, ведущей в атриум. На мгновение оглянулась на Риза. Он коротко улыбнулся ей. Эбби снова перевела взгляд на дверь, взяла себя в руки и толкнула белую глянцевую панель. Риз, остановившись на верхней ступени лестницы, посмотрел в сторону атриума.

Вот Эбби приблизилась к немногочисленной группе оставшихся сотрудников и медленно, немного опустив голову, двинулась к сканирующим рамкам. Охранники скользнули по ней взглядом, но ничего не предприняли.

Неужели получится? Риз сильнее сжал рукоять пистолета. Однако досмотреть и убедиться, что всё закончилось хорошо, он не успел — позади в коридоре послышались шаги.

Риз поспешил к двери в приёмную. Он в готовности поднял оружие, приблизившись к ней. Немного приоткрыл створку. Она поддалась легко — похоже, пропуск, обещанный Айлин, действовал.

Шаги приближались, но неизвестный ещё не дошёл до «мостика», чтобы увидеть Риза на этой стороне. Тот осторожно приоткрыл дверь. Через щель он ничего не увидел, кроме клумб, стеклянного потолка и такой же внешней стены. Слуха коснулось журчание воды. Наверное, фонтан.

Ещё несколько сантиметров. Риз по-прежнему никого не видел. Каблуки застучали по первым ступеням. Он уже заглянул внутрь достаточно, чтобы окинуть взглядом просторное помещение, больше похожее на зимний сад.

Подгоняемый приближением неизвестного, Риз осторожно шагнул вперёд. И тут услышал справа от двери, вне зоны видимости, шорох. Он тут же повернулся, подняв пистолет и закрыв за собой дверь.

— Я бы хотел сначала поговорить с тобой, — услышал Риз до боли знакомый голос.

Глава 15. Край света

Риз застыл, в неверии глядя на Торне, который в ответ смотрел мягко и несколько устало. В первое мгновение Риз хотел опустить оружие, но следом почувствовал, как события начали складываться. Все «дыры» в происходящей истории можно было легко объяснить, если учесть, что Торне изначально работал с Айлин.

Это он уговорил его взяться за это дело. Торне заставил продолжать, когда Риз хотел уйти. Эдиш обещал проверить центр, но, скорее всего, ничего не сделал. Именно Торне управлял правдоподобностью иллюзий, которые создавали вокруг Риза.

Он хотел поговорить? Если всё обстояло именно так, осталось ли хоть что-то, о чём они могли бы поговорить?

Риз резко повернулся и выстрелил в камеру над дверью, через которую вошёл, заблокировав выход. Затем снова перевёл оружие на Торне.

Тот вздохнул.

— Выход на улицу тоже заблокирован, — сказал он. — Работают только те двери, которые в атриуме.

— Рано или поздно выход разблокируют, — Риз всё ещё держал Торне на прицеле.

— Возьмёшь меня в заложники, чтобы выйти? — усмехнулся эдиш.

— Возможно.

Торне слабо улыбнулся, слегка наклонив голову. Потом пожал плечами.

— В любом случае, у нас есть немного времени, прежде чем с дверьми разберутся. Может, всё-таки обсудим результаты?

— А зачем?

Помедлив, Риз всё же опустил пистолет и отступил на шаг. Торне был прав насчёт дверей — они временно застряли в этой «оранжерее».

Поняв, что Риз пока ничего предпринимать не собирается, эдиш двинулся к диванам, обитым бежевой кожей, с коваными ножками и подлокотниками. Они стоял недалеко от фонтана в окружении клумбы и вазонов с папоротниками.

— Тебе не интересно, что у нас получилось? — спросил Торне, сев.

Риз опустился на диван напротив него так, чтобы видеть за его спиной стеклянную стену и дверь на улицу.

— Я уже видел, что у вас, — он выделил это слово, — получилось.

Торне нисколько не смутила сухость тона.

— Разве тебе не понравилось? — поинтересовался он.

Риз не отрывал взгляда от двери.

— Это всё ненастоящее. А ещё плохо сказывается на здоровье. Так что да, получилось не очень. Я не собираюсь умирать ради иллюзий.

— Это не совсем иллюзии… Да и умирать тебе бы не пришлось.

— Йену и Симоне ты также говорил? — он наконец перевёл взгляд на Торне.

— Нет. С ними поговорить так и не удалось. Знаешь, к видящим очень сложно подобраться незаметно. Городской совет и официальное руководство Деллери могли раскрыть нас, сделай мы неосторожное движение рядом с вами или попытайся воздействовать на протезы. У видящих действительно хорошая система защиты. И связь с советом, — Торне сделал паузу. — Даже ты её не утратил, хотя официально они больше не должны получать сигналы от твоих протезов. И всё же…

— Да я уже понял, что своим уходом из отряда видящих сделал себя наиболее подходящим кандидатом на роль подопытного кролика. А когда поверил, что схожу с ума, и отключил компьютер протезов — сам отдал себя вам в руки, — перебил Риз и снова посмотрел на дверь.

За стеклом по-прежнему никого не было. Это начинало немного беспокоить. Почему охрана не торопилась прерывать их?

— Ты идеальный кандидат не только из-за ухода и отключения защиты протезов. Это, конечно, помогло, но было далеко не главным.

Риз не ответил. Торне явно хотел что-то ему объяснить, возможно, склонить на свою сторону. Только Риз уже принял решение и не собирался его менять. И позволять морочить себе голову тоже.

— Тебя никогда не смущало, что среди всех видящих такой эффект с нарушением восприятия цвета получился только у тебя?

Риз проигнорировал вопрос, всё ещё рассматривая пустой закуток и соседний дом за стеклянной стеной.

— Где охрана? — наконец без эмоций спросил он.

— Они придут, — пообещал Торне. — Я понимаю, что тебе не терпится выбраться отсюда. Но пока ещё есть время, выслушай меня. В конце концов, я тебя никогда не обманывал в главном.

Риз не сдержал горькой усмешки.

— Разве?

Торне пожал плечами.

— Айлин действительно в розыске, и её действительно похитили. Официальное руководство Деллери попыталось её убрать, когда они поняли, что она работает над тем, что их не устраивает. Правда, мы её быстро вытащили. В тот же день. Её даже не успели увезти от дома.

— Маски — это разработка официальных Деллери? — Риз всё же решил прояснить некоторые моменты, раз уж его вынуждали к этому разговору.

— Да. Или нет. Это как посмотреть. Маски — всего лишь следствие, случайное ответвление проекта «Ультимы». После истории с видящими работать в этом направлении запретили. Городской совет просто не стал углубляться в то, ради чего всё началось. А там оставалось всего пара шагов и… — Торне покачал головой. — Но всё одномоментно оборвалось. Дело жизни многих людей рухнуло. Каждый пережил это по-своему. Официальное руководство Деллери, которые всегда больше стремились к успешному коммерческому продукту, нежели к смыслу и реальной пользе, в тайне спонсировало маски. Определённым кругам они пришлись по душе, и это принесло немалые деньги компании. Правда, сам понимаешь, чем могут заниматься люди, ищущие способ спрятать лицо. Поэтому не испытываю никаких угрызений совести по поводу того, что мы недавно немного переделали маски под себя, — Торне усмехнулся. — Сначала они просто перестали работать — поэтому на записи похищения ты видел маску. А потом стали все разом показывать лицо Айлин. Может, официальные Деллери однажды и смогут исправить эту ошибку, но она уже подпортила им жизнь, — Торне улыбнулся своим мыслям. — Вспомнить хотя бы того бедолагу, с которым ты столкнулся в торговых рядах.

Риз на мгновение сощурился.

— Значит, в торговых рядах была не Айлин?

— Нет. Официальные Деллери знали, что ты ищешь Айлин, и следили за тобой, пытаясь опередить в поисках и не дать тебе узнать о секретах компании. А в итоге сами же их выдали. Когда мы заставили все маски показывать Айлин…

— «Ультима» тоже запускалась от маски? — перебил его Риз.

Он задумался над тем, что маска должна была показывать Айлин-блондинку, но в торговых рядах он видел вариант, который предлагала «Ультима».

— Да, но она действовала только на видящих. И дело здесь не совсем в маске. Для настоящей «Ультимы» требуется всего лишь небольшой передатчик. В маске он тоже был — остался со старых времён.

— Получается, «рисунок» внутри маски — это работа официальных Деллери? — уточнил Риз, параллельно думая, что у него дома, похоже, спрятаны несколько передатчиков.

— Я бы сказал — это несовершенство их работы. Как я уже упоминал, маски — это побочный продукт «Ультимы». Их технология недоработана, из-за чего требуются «костыли» в виде рисунка. Но ведь официальному руководству Деллери всегда нужно побыстрее и подешевле!

Повисла небольшая пауза, нарушаемая лишь плеском фонтана. Риз нахмурился, вспоминая день в торговых рядах.

— Почему их человек бросил маску? — спросил он, подумав, что тем самым ему в руки буквально отдали доказательство запрещённых проектов.

— Запаниковал. Маску достаточно просто снять, чтобы она перестала работать. С нашим передатчиком всё несколько иначе, но об этом парень, конечно, не знал. Только бросив её, он смог отделаться от образа Айлин. Но зато мы смогли использовать его оплошность в последствии.

— Пригласив на выставку и убив Синон? — Риз не стал скрывать отвращения в голосе.

— Мы её не убивали, — терпеливо возразил Торне. — Она сделала это сама.

— Но вы подвели её к краю, окружив иллюзиями.

— Боюсь, Синон сама была… импульсивной особой.

— Не думаю, что настолько, — Риз вспомнил белых колибри и бокал с кровью. Так кто угодно сошёл бы с ума! — Да и потом, вы не чурались реального физического вреда.

— Только с тобой. Но во всех случаях мы следили, чтобы это не зашло слишком далеко. Тебя очень сложно было убедить отключить защиту. Напрямую о таком не попросишь, не спровоцировав протезы на ответные действия. Деллери не афишировали этого, но они неплохо продумали безопасность своих устройств. Протезы всё записывают. Существует целый ряд формулировок, фраз и их комбинаций, услышав или увидев которые, компьютер тут же отправляет сигнал в компанию. Если в первые годы ещё можно было иносказательно попросить видящего отключить защиту так, чтобы в Деллери ни о чём не узнали, то теперь, после стольких лет обучения системы, это почти невозможно. Поэтому мы поставили на то, что ты примешь решение отключить протезы самостоятельно. Айлин пробовала разные методы: придумывала загадки, оставляла послания, которые привели бы тебя к «Ультиме».

— То есть на кровать подопытного, — поправил его Риз.

— И в этом ты ошибаешься. Мы хотим добровольного сотрудничества. И сейчас я готов ответить на все твои вопросы.

— Добровольно-принудительного, — хмыкнул Риз и откинулся на спинку дивана. — Ну что ж, раз ты сам предлагаешь ответы… Что такое «Ультима»?

— Это от «Ультима Туле». Отдалённая цель, предел. Край света. В название уместилось много смыслов. Помимо очевидных, есть и те, которые заметны только под определённым углом. Один из них — край, граница света. «Ультима» не опирается на него, создавая то, что под солнцем не увидеть. Её мир дальше нашей реальности.

Взгляд Торне задержался на листе папоротника справа от него, по которому проходила граница света и тени. Эдиш задумчиво провёл пальцами по этой линии. Потом снова взглянул на Риза.

— Другой смысл как будто противоречит первому, но, по сути, это одно и то же. Ты знаешь, что аурлинцы понимают выражение «край света», как предел, за которым начинается «земля света»? Или «земля истинного света».

— А я всё думал, как это сочетается с твоей верой, — Риз внимательно наблюдал за выражением лица Торне. — Но вопрос был не в этом. Я уже заметил, что видения, вызываемые «Ультимой», скорее призваны запутать, чем дополнить реальность. Не понимаю, чем это лучше масок. И то, и то — обман. И цели, для которых можно применить «Ультиму», кажутся мне далёкими от пользы обществу или отдельным людям.

Торне слегка наклонил голову набок.

— Я же не просто так спросил тебя вначале, понравилось ли тебе. Что ты испытывал, находясь в том парке?

Риз не ответил. Он не собирался признавать, что в тот момент парк ему и правда понравился. Риз бы очень хотел взглянуть на него ещё раз, но не мог себе этого больше позволить. Он не желал попадать в зависимость от иллюзий.

— Это был именно твой парк, понимаешь? — снова заговорил Торне, так и не дождавшись от него реакции. — Идеальный во всех отношениях. Именно такой, какой бы пришёлся тебе по душе. Искусство всегда было неточным. Оно отражало только вкусы определённой группы людей, и каждый раз находились те, кому предложенный вариант не подходил и не казался красивым. «Ультима» учитывает твои предпочтения. Она показывает именно то, что ты хотел бы видеть. Разве это плохо? Многие могут об этом только мечтать.

Риз медленно покачал головой.

— Я должен видеть реальность… — начал он.

— Должен, — эхом повторил Торне. — Кому? Да и чем это не реальность? «Ультима» ничего не забирает, лишь предлагает улучшенный вариант мира. Когда ты вешаешь на стену картину, ты ведь не испытываешь вину за то, что выбрал её, а не что-то из живописи, которая очень популярна, но тебе не нравится. Если ты утром за окном будешь видеть всё тот же город, но больше соответствующий твоему вкусу — чем это будет отличаться от выбора картины или заставки на столе компьютера?

В этот момент Риз вспомнил сон, в котором осознал ограниченность своего восприятия. Про город, из которого невозможно выбраться, потому что его разум не способен на большее. Как ходил по модифицированному замку в комнате виртуальной реальности, и как оставил дверь открытой, чтобы создать иллюзию «окна» в реальный мир.

— Если подумать, каждый человек всю жизнь неосознанно ищет то, что ему понравилось бы, — тем временем продолжал Торне. — С «Ультимой» больше не будет таких мучений. С ней всё будет правильно. Идеально. Мы начнём понимать смысл тех произведений искусства, которых раньше не понимали, ведь «Ультима» перестроит их под наше восприятие. Она позволит почувствовать всё то, что раньше нам не удавалось почувствовать из-за неумения людей передавать свои мысли.

Риз продолжал молча смотреть на Торне, слушать журчание фонтана справа и сжимать рукоять пистолета. Он не знал, как объяснить то, что не так давно понял.

— Искусство — это диалог автора с другими людьми, — наконец тихо, но весомо сказал Риз. — Если другие никогда не увидят то же самое, что и я, понимание навсегда останется иллюзорным.

— Тогда почему ты столько лет вёл монолог?

Риз не сдержал невесёлой улыбки и рассеянно потёр бровь, подумав о своём «не совсем Корнуме». Он мог бы ответить, что никогда не претендовал на звание автора или художника. Что его город ничего не значит, это просто хобби, которое нельзя назвать настоящим искусством.

Однако ничего из этого Риз не сказал. Потому что чувствовал: всё несколько сложнее, и подобные слова не будут истиной.

Почему он никогда не пытался рассказать кому-нибудь о городе? Почему даже Джен показал всего пару раз? Ответ был очевиден: во-первых, город не был готов. Он находился не в том состоянии, в котором его можно показывать публике.

Другая причина частично вытекала из предыдущей. Риз не хотел отвечать на вопросы: «зачем», «для чего» и «к чему это приведёт». Потому что не мог гарантировать, что это приведёт хоть к чему-то. Что получится достойно, и он не потратит время впустую. Риз не мог обещать, что выйдет красиво — мог только пробовать сотворить город, опираясь на своё восприятие красоты.

Окупятся ли его старания хоть как-то? Может быть, в виде внутреннего удовлетворения. На это окружающие только недоумённо пожмут плечами. Время дорого, а он, получается, тратил его впустую.

Риз коротко взглянул в сторону фонтана.

Почему он столько лет вёл монолог? Может просто потому, что ещё не научился «разговаривать» с людьми? Риз усмехнулся этой мысли и снова повернулся к Торне:

— Поэтому я идеальный кандидат, да? Ты сказал об этом вначале.

Торне кивнул.

— Но это ещё не всё. «Ультима» опирается на базу реакций. Твоя база больше, чем у остальных видящих.

Риз вопросительно приподнял брови.

Торне вздохнул.

— Ты родился с очень плохим зрением. Была необходима операция, и твой отец…

— Ты знал моего отца? — Риз почувствовал, как впервые за время разговора внутри проснулась настоящая злость. Если Торне знал его отца и не рассказывал об этом до сих пор… Получалось, эдиш обманывал его не только эти две недели. И даже не месяц. Он обманывал его всю жизнь.

Риз сжал челюсти, пытаясь взять эмоции под контроль.

— Да, — как ни в чём не бывало сказал Торне. — Интересный человек… Они с твоей матерью тогда только начали работать над «Ультимой», — он выдержал паузу. — Знаешь, самой главной проблемой видящих, из-за чего многие не пережили эксперименты, было фиксирование всевозможных реакций. Твои родители ещё в самом начале поняли, что лучше всего начинать записывать их с раннего возраста. Заносить в базу все впечатления человека, следить за развитием его восприятия. Поэтому помимо операции на глаза, твой отец провёл ещё одну.

Риз непроизвольно сжал рукоять пистолета сильнее.

— Была пара незначительных осложнений… но ничего такого, что тебе сильно навредило бы, — рассказывал Торне. — Поэтому позже, когда в Деллери начали создавать видящих, у тебя были почти стопроцентные шансы выжить. В твоём распоряжении уже была большая база реакций, связанная с необходимыми участками мозга, и ничего дополнять не требовалось. Правда, из-за небольшой разницы в методах и программном обеспечении это дало сбой в области восприятия цвета. Однако ты со временем смог адаптироваться. Сейчас похожая ситуация — «Ультима» не навредит тебе так, как могла бы навредить другим. И именно твоя база реакций и связь со зрением могли бы помочь сделать её безопасной для остальных видящих, а после этого и для других людей.

Риз продолжал сидеть и переваривать услышанное.

— Начали работать над «Ультимой»… — чуть слышно повторил он. — А в этот раз инициатором всего этого был ты?

Торне улыбнулся краешком губ, но с ответом не торопился. В этот момент Риз заметил позади него какое-то движение. Посмотрев на стеклянную стену и дверь, он увидел нескольких «белых человечков».

В первое мгновение Риз подумал, что они по его душу. В голове пронеслась мысль, что идея с заложником не особо хорошая, но другого не оставалось. И только потом Риз вспомнил, что «белые человечки» подчинялись в первую очередь городскому совету, а он совсем недавно послал Эбби к Марроту, чтобы тот пришёл на помощь.

Тут Риз увидел и самого Маррота, который следом за «белыми человечками» приблизился к двери. Видящий оставался верен себе — чёрное пальто и тёмные очки не давали ошибиться даже издалека.

Торне, заметив взгляд Риза, оглянулся.

— И с каких пор им не требуется «серьёзного обоснования» для подобных действий? — пробормотал он, вернувшись в прежнее положение.

— Полагаю, обоснования всё же были.

Риз сидел, не веря, что всё получилось. Если подумать, у него почти не было шансов: на протяжении последних недель Торне знал о всех его действиях. Кроме тех, которые касались Вергилия. Риз не сказал о трекере, передав Торне координаты центра без дополнительных объяснений. Не сказал, о том, что обращался к старому другу. Не потому, что пытался что-то скрыть. Скорее потому, что Торне всегда с подозрением относился к Вергилию, и Ризу в тот момент не казалось важным упоминать об участии друга.

Он встретился с Торне взглядом. Риз верил ему и думал, что знает. Но в итоге эдиш предал его, а старый друг, настоящего имени которого Риз даже не знал, спас.

— Неплохо, — одобрительно кивнул Торне, поняв, что подоспевшее подкрепление появилось здесь не случайно.

Тревоги или волнения из-за того, что его вот-вот арестуют, он не показал. Алан Торне продолжал оставаться собранным, спокойным и гордым, хотя, возможно, это ощущение создавали жёсткие черты лица. А ещё в нём по-прежнему сквозила усталость.

Риз встал. Торне последовал его примеру. Понимая, что их время на исходе, Риз задал ещё один вопрос:

— Что стало с моей матерью?

— Дилен… — Торне перевёл отстранённый взгляд на фонтан. — Она просто исчезла, — негромко сказал он.

Приёмная погрузилась в тишину, которую нарушал лишь плеск воды и возня у входной двери. Риз продолжал рассматривать человека, который заменял ему обоих родителей на протяжении двадцати одного года, и не знал, как теперь относиться к нему и его словам.

Что значит исчезла? Торне понял, что события развиваются не так, как он планировал, и теперь нет смысла что-то объяснять? Или он имел в виду что-то ещё?

«Исчезла», — мысленно повторил Риз, и почему-то в голове пронеслись воспоминания об Айлин — той версии, которая никогда не существовала. Следом он подумал об «Ультиме», которая показывала то, что люди хотели видеть. Что в таком случае могло означать «исчезла»?

Риз услышал громкий щелчок у входа. Дверь открылась. Внутрь тут же зашли защитники правопорядка. Маррот коротко кивнул Ризу.

Торне не обернулся на звук. Он продолжал рассматривать фонтан и клумбы с папоротником.

— Красиво тут, — заметил Торне так, чтобы его услышал только Риз.

Тот на мгновение тоже взглянул на фонтан и клумбы.

— Согласен, — тихо ответил Риз.

Эпилог

Последующие две недели Риз снова оказался прикован к кровати в центре Деллери. Для начала было необходимо избавить его протезы от всего, что успели установить Айлин и Ричи. В итоге всё свелось к очередной операции, во время которой глаза вернули к заводским настройкам. Свет снова не понимал шуток, и многие данные были безвозвратно утеряны, но Риза это не сильно волновало. За несколько дней, проведённых без всезнающего компьютера, он, к собственному удивлению, отвык от постоянного обращения к нему.

Как только это стало возможным, Риз попросил перевести его в обычную больницу. Ему не отказали. Новая палата была намного скромнее, а санузел оказался одним на весь коридор. Однако здесь, вдали от тёмных ковров и окон-клякс Деллери, Риз наконец почувствовал себя свободным. Кормили тут тоже не особо роскошно. Но Джен с Вергилием притащили целый пакет вкусностей. Риз подозревал, что не съест всё это до выписки.

Он много слушал музыку, почти не вынимал наушники за эти дни. Спал и наконец просыпался отдохнувшим. Гулял по парку, разбитому на территории больницы, и радовался тому, что он совсем не походил на парк из его виртуального города. Этот был почти заброшенным, с покосившимися лавками и частично неработающими фонарями.

Неидеальный вид парка нравился Ризу. Хотя бы потому, что «красота» была не первым словом, которое приходило на ум при его описании. Вместо него в голове возникали предложения, вроде «повидавший много, но не давший времени окончательно себя стереть».

Через несколько дней после того, как Риз перебрался в больницу, Джен привезла ему роман, чтобы не скучать. Книга была традиционной с шершавыми печатными страницами. Это Риза тоже порадовало. Иллюзиями и компьютерными системами он уже пресытился.

Сестра также пожаловалась, что устала обновлять домашние системы и линзы — Риз оказался прав: в деле не обошлось без Крота, которого наняло руководство Деллери, чтобы распространить в городе вирус, позволяющий маскам, а как следствие и «Ультиме», работать. Теперь все производители в срочном порядке выпускали обновления, чтобы закрыть уязвимости своих устройств. Самого хакера, к сожалению, не нашли. Но была другая хорошая новость: Джен с Вергилием перевернули всю квартиру, нашли передатчики «Ультимы» и уничтожили их.

Когда сестра уже собиралась уходить, она помедлила и сказала, что скоро состоится суд над Торне и Айлин. Им светит если не пожизненный, то очень долгий срок. Последние недели городской совет разбирался с тем, что творилось у них под носом несколько лет. Остатки Деллери, скорее всего, выкупит корпорация Атарос.

После её ухода Риз ещё долго размышлял над последними словами и думал, каково сейчас Джен? В конце концов, Торне заботился не только о нём. Однако в разговоре сестра никак не показала своих чувств. А Риз не стал спрашивать. Наверное, ей и без того было тяжело. Ни к чему поднимать эту тему сейчас.

Он не рассказал ей то, что узнал от Торне про родителей, отложив до лучших времён. Впрочем, ничего особо нового и не было. Торне даже не назвал имени их отца. А мама…

«Просто исчезла», — мысленно повторил Риз.

Он крутил эти слова и так, и эдак. И каждый раз ему казалось, что он что-то упускает. Иногда Риз доставал буклет, который забрал из Деллери, и часами пялился на картинку за логотипом, словно так мог узнать, что же произошло с Дилен. Внутри буклета оказалась обычная реклама линз и протезов, которая не давала никаких ответов на его вопросы.

Эта бумажка и сейчас лежала на тумбе справа. Взглянув на неё, Риз вспомнил, как точно так же увидел буклет Деллери в своей палате, когда потерял руку. А ещё то, как к нему заглядывал Торне. Он подумал, что теперь, наверное, знает, каким образом тот буклет попал на тумбу.

В среду Риза наконец выписали. За ним заехал Вергилий, и они сразу направились к нему на базу. Риз согласился на предложение друга поработать с протезами. Если существовал способ максимально ограничить связь протезов с серверами городского совета, он хотел этим воспользоваться. Возможно, желание было не совсем логичным, ведь именно благодаря этой связи Торне и Айлин пришлось так долго убеждать его отключить систему, и они не смогли перейти к активным действиям сразу. Но Риз больше не хотел, чтобы кто-то имел хоть каплю влияния на его глаза.

Вергилий работал долго. Риз всё это время сидел с проводами, зафиксированными у висков, возле его стола. Кресло было мягким и удобным. Откинувшись на спинку, Риз лениво изучал тени, которые оставлял кустарник на мутном стекле маленького окна под потолком. Он не отвлекал Вергилия, пока тот наконец сам не выключил иллюзорную клавиатуру и не спросил:

— Так что теперь будешь делать? Пойдёшь ко мне?

Риз перевёл взгляд на друга.

— Извини, но пока нет.

— Значит, снова сбежавшие подростки и старушки с деменцией? — недоверчиво приподнял брови Вергилий.

— Возможно.

Его брови взлетели ещё выше.

Риз слабо улыбнулся.

— Знаешь, моя жизнь вообще-то не ограничена возможностями видящего. У меня есть немного накопленных средств на первое время. Кажется, пришла пора разобраться, чего я действительно хочу. Может, вообще сменю профессию. А может отдохну, а по возвращению приду к тебе.

— Я понял — сплошная неопределённость, — Вергилий сложил пальцы домиком. — Ты только не заблудись, когда отправишься искать себя.

Риз фыркнул.

— К слову, а что ты? Помниться, говорил, что переезжать придётся. Но вы всё ещё здесь.

— Это надо, конечно… — Вергилий провёл ладонью по деревянной поверхности стола. — Просто все устали, и никому не хочется снова всё менять. А тут ещё Маррот не упомянул наше вмешательство в своём отчёте. За что ему, конечно, спасибо.

— Так, может, останетесь здесь?

— Нет, — Вергилий покачал головой. — Маррот, может, ничего и не сказал, но он был там не один. Да ещё камеры. Мы постарались замести за собой все следы, но никогда нельзя сказать наверняка… Знаешь, я иногда думаю, что стоит убраться из Корнума на пару лет. Съездить в Сольттер или Стерос.

— Лучше в Стерос, — вставил Риз.

— Почему?

— В Сольттере у тебя больше конкурентов. Того же Крота до сих пор не поймали.

Вергилий откинулся на спинку кресла и потянулся.

— Крот мне не конкурент. Он вор. А я не ворую, лишь иногда предлагаю необходимые для воровства инструменты. Так что он мне скорее клиент.

Риз внимательно посмотрел на задумчивое лицо Вергилия.

— Значит, если бы он обратился к тебе, ты бы стал с ним сотрудничать? — напряжённо спросил он.

Глаза Вергилия как-то недобро блеснули.

— Скажу только, что Крот никогда мне не нравился.

Риз слегка сощурился. Этот ответ можно было трактовать по-разному. Но потом он просто пожал плечами и снова посмотрел на окно под потолком.

— В любом случае, в Стеросе намного лучше, чем в Сольттере, — вернулся Риз к предыдущей теме. — Там теплее и рядом Золотая долина. Красивое место. А ещё там производят отменный чай.

Вергилий побарабанил пальцами по краю стола.

— Чай, значит, — многозначно протянул он.

Риз посмотрел в сторону монитора, который был повёрнут к нему задней стенкой.

— Долго там ещё?

— Нет. Пишет, что две минуты и больше никто не сможет залезть тебе в голову.

— Так и пишет? — улыбнулся Риз. — А если я разрешу залезть к себе в голову?

— Могу и это право у тебя забрать, — усмехнулся Вергилий. — Но тогда твоя скучная жизнь станет ещё скучнее. Так что пускай уж выбор совершать глупости у тебя останется.

— Спасибо, — Риз, всё ещё улыбаясь, рассеянно посмотрел в сторону стеллажей, которые выстроились в ряд до стола Эбби.

Взгляд зацепился за несколько пар очков, которые лежали на ближайшей к нему полке. Они были серебряными и напоминали очки Вергилия.

— Это как твои? — спросил Риз.

— Частично, — откликнулся тот.

— Можно?..

Увидев кивок, Риз потянулся к стеллажу, снял одни с полки и поднёс их к глазам.

— А форма... Твою ж тьму! — он посмотрел на Вергилия, который на этом восклицании улыбнулся. — Только не говори, что в твоих тоже иголки!

Вергилий и не подумал ответить, только шире улыбнулся.

Риз снова посмотрел внутрь серебряных гогглов на миниатюрный механизм с острой иголкой. Воображение услужливо нарисовала, как эта иголка касается глаза.

— Похоже, у меня новая фобия, — поморщился Риз. — Хотя у меня глаза-то ненастоящие… А тебя я вообще не понимаю. Это какая-то форма мазохизма? И я ещё разрешил тебе мои глаза и голову исправлять!..

Вергилий и на эти слова продолжил улыбаться и молчать. Риз, посмотрев на его довольную физиономию, только головой покачал.

Когда установка закончилась, они по традиции поднялись за чаем. Наверное, в этот раз напиток бы претерпел множество модификаций, если бы Риз только-только не выписался из больницы, а лекарства с алкоголем не сочетались.

Позже, попрощавшись с Вергилием, он вернулся домой. Но стоило зайти в светлую кухню-гостиную, как Риз понял, что совсем не хочет сидеть в четырёх стенах или заниматься своим виртуальным городом. Помедлив, он развернулся и направился к «Усику».

Погода стояла солнечная. За то время, которое Риз провёл в больнице, лето подобралось почти вплотную. Выехав с территории «Спектра», он направил мотоцикл по Загородному проспекту к границе Корнума.

Дорога впереди вилась, спускаясь всё ниже и ниже к подножию Соарских гор.

Когда он последний раз ездил сюда? Ризу всегда нравились окрестные луга. И маленькие глубокие озёра. С некоторых холмов можно было окинуть взглядом всю долину — поистине захватывающее зрелище. Как он сумел забыть про всё это в повседневной рутине?

Риз не сразу почувствовал, что воздух стал теплее. Казалось бы — всего час езды, а разница в температуре ощущалась физически. В определённые моменты весны, когда в Корнуме ещё лежал снег, здесь уже можно было увидеть молодую зелёную траву. Вот и сейчас луга, хоть и не пестрели цветами, как летом, уже не выглядели бедными и пустыми.

Риз как раз размышлял, доезжать ли до небольшой деревни, которая находилась возле озера или свернуть раньше, когда ему пришлось остановиться — по пешеходному переходу шла девушка с корзиной.

Когда незнакомка уже была у обочины, она подняла голову и посмотрела на Риза. Тот собирался продолжить движение, но не смог сдвинуться с места, увидев её лицо. Повезло, что на дороге в этот момент никого, кроме него не было.

«Невозможно. Всё почистили. И даже Вир поработал с протезами», — пронеслось у него в голове. А незнакомка уже отвернулась и продолжила спускаться к лугу.

Может, показалось?

Риз наконец заставил себя сдвинуться с места. Он точно знал, что не показалось. Он снова видел Айлин. Ту самую, которая появлялась под воздействием «Ультимы» — с каштановыми волосами и мягкими чертами лица.

Немного отъехав, Риз остановился у обочины и снял шлем. Тут в его голове мелькнула догадка. «Ультима» — всего лишь машина, она не способна придумывать что-то новое. До сих пор Риз думал, что она очень хорошо комбинировала его предпочтения, выдавая то, что ему бы понравилось. Но что, если всё обстояло проще, и «Ультима» находила в базе те образы, которые подходили в той или иной ситуации? Наверное, он когда-то уже видел эту девушку на улице или в магазине. А «Ультима» просто удачно манипулировала воспоминаниями.

Запихав шлем в задний кофр, Риз бросился к тропинке, ведущей на луг. Подбежав к ней, он огляделся и уже успел поверить, что упустил незнакомку, но тут заметил узкую тропинку, ведущую за высокую сухую траву. Риз быстро спустился туда. Пробежал вперёд, почти добрался до леса — взобрался на холмик у самых деревьев — и снова принялся крутить головой, пока, наконец, не увидел девушку.

Рассеянно подпевая какой-то песни в наушниках, она деловито срезала внушительными ножницами бело-фиолетовые, как подсказывал компьютер, цветы и складывала их в корзину. Почувствовав его взгляд, девушка подняла голову и, вздрогнув, вынула один наушник из уха.

А Риз только сейчас понял, насколько странно себя повёл. Что он собирался ей сказать? Что она мерещилась ему на протяжении нескольких недель? Он видел её смерть, потом они целовались, а потом он снова её задушил? Как ни крути, предыстория выходила ужасной, и избавиться от неё будет трудно. Риз уже решил, что догонять незнакомку было ошибкой. Уж лучше всё произошедшее останется в прошлом.

— Извините, я… кажется, обознался, — покачал он головой и шагнул к тропинке.

Однако прежде, чем он успел уйти, незнакомка отложила ножницы и поднялась.

— Вы… вы уверены?

Риз удивлённо оглянулся. Похоже, она осознала, как странно это прозвучало, и покраснела.

— Понимаете… вы так долго смотрели… Меня просто это смутило, — неловко попыталась оправдаться девушка.

Риз помедлил.

— Вы очень похожи на другого человека, и я не сразу понял, что не знаком с вами.

Прозвучало немного фальшиво, и Риз понял, что его собеседница это тоже уловила. Она сцепила руки в замок и робко улыбнулась.

— Ну, вы можете исправить это и познакомиться со мной.

Риз улыбнулся в ответ и развернулся к ней.

— Почему бы и нет? — согласился он. — Меня зовут… Знаете, у моих родителей было плохое чувство юмора, и они назвали меня в честь серого цвета, — Риз подумал, как именно сейчас выглядел: с серыми волосами и глазами, в бело-сером мотоциклетном костюме. — Моё имя Гриз Аберс. Но лучше просто Риз.

— О, очень хорошо понимаю. Это я про странное чувство юмора у родителей, — поспешно пояснила она.

Откинув назад каштановые волосы, незнакомка шагнула к Ризу и встретилась с ним взглядом.

— Меня зовут Ультима, — сказала она.