Улианна и Рыцари Круглого Стола: инструкция по выживанию в Камелоте

Глава 1. Как я стала жабой (и почему это не худшее, что случилось)

Улианна ненавидела групповые проекты. Особенно когда её напарником оказывался Славик— человек, чья способность генерировать идеи ограничивалась фразой «а давайте загуглим?». Но сегодня Славик превзошел сам себя.

— Смотри, что я на Авито нашел! — он с гордостью протянул ей брелок в виде маленького хрустального черепа на кожаном шнурке. — Говорят, древняя магия! Всего тысяча рублей.

— Славка, это пластик. И он розовый. — Это от времени выцвел! Бери, дарю. Тебе нужнее для презентации.

Улианна вздохнула и сунула брелок в карман худи. Презентация прошла ужасно. Босс посмотрел на неё так, будто она лично виновата в падении акций Газпрома.

Вечером, сидя дома с чашкой остывшего кофе и сериалом про викингов (которые были чище людей из её офиса), Уля крутила брелок в руках. Он был странно тяжелым для пластика. — Ну что, древняя магия? — пробормотала она и нажала на один из кристаллов в глазнице черепа.

Вспышка была неяркой, скорее похожей на скачок напряжения. Запахло озоном и почему-то мокрой псиной.

Когда зрение вернулось, первое, что увидела Улианна — это огромная бородатая морда прямо перед её лицом. — О! — прогудела морда голосом, от которого дребезжали стекла (которых здесь не было). — Дева! И доспех на ней дивный! Тонкий!

Уля моргнула. Бородатая морда отодвинулась, являя своего владельца — двухметрового детину в кольчуге не по размеру и с дубиной наперевес. — Ух ты ёжик— протянула Уля, медленно вставая с сырой земли. — Я так понимаю, корпоратива сегодня не будет? Етить колотить,ну и нафига я готовилась?

Она огляделась. Вместо панельных многоэтажек её окружал лес из английских сказок: густой, темный и полный подозрительных звуков. Вместо асфальта под ногами была грязь. А вместо Олега... — Ты кто? — спросила она у детины. — Я сэр Борс! Рыцарь! А ты кто? Почему твой доспех так облегает тело? Это же... неприлично!

Уля опустила глаза на свои любимые черные джинсы и серое худи с надписью "I need a hug". — Это не доспех. Это одежда. От модного дома "Uniqlo". Очень удобно. Сэр Борс побледнел так, что это было видно даже сквозь слой грязи и недельную щетину. — Колдунья! — взревел он и замахнулся дубиной.

Улианна действовала на чистых рефлексах, выработанных годами уворачивания от летящих степлеров в офисе. Она сделала шаг в сторону, и дубина просвистела мимо её уха, воткнувшись в дерево. — Эй! Аккуратнее! — возмутилась она. — Это винтажный хлопок!

В этот момент кусты затрещали еще громче, и на поляну вывалился еще один персонаж. Этот был одет побогаче: алый плащ, блестящие доспехи и взгляд человека, который только что выиграл в лотерею и увидел голую Кейт Мосс одновременно. — Что здесь происходит? — спросил он голосом оперного певца. — Колдунья! — снова загудел сэр Борс. — В странных одеждах! Говорит слова демонические!

«Красавчик» перевел взгляд на Улю. Его глаза расширились. — О небеса... Какая... грация. Какая... практичность в одежде. Я никогда не видел ничего подобного!

Улианна закатила глаза. — Отлично. Я попала в Камелот к озабоченным металлистам.

«Красавчик» принял её закатывание глаз за кокетство. — Я Ланселот! — представился он, падая на одно колено прямо в лужу. — И я уже люблю вас больше жизни! Сэр Борс крякнул от досады.

Улианна посмотрела на одного рыцаря с дубиной, на другого — с идиотской улыбкой на лице... потом достала из кармана брелок-череп. — Так, мальчики. Мне нужно срочно сделать один звонок... или хотя бы найти розетку. Улианна обвела взглядом круг недоумевающих, но крайне заинтересованных лиц. Рыцари, вместо того чтобы отступить на шаг, как она ожидала, наоборот, подались вперёд. Их глаза горели тем самым нездоровым блеском, который обычно предвещал либо турнир, либо очередную попытку «спасти» её от несуществующего дракона.

— Нет-нет, стойте! — Улианна выставила руки вперёд, пытаясь создать невидимый барьер. — Вы всё неправильно поняли! Личное пространство — это не оружие! Это... это как невидимый пузырь вокруг каждого человека. В него нельзя тыкать мечом или дышать чесноком!

Сэр Гавейн, самый крупный из присутствующих, задумчиво почесал затылок латной перчаткой. — Пузырь? — пересудил он. — Звучит как вызов. Я должен проверить его прочность!

— Это не для проверки прочности! — в отчаянии воскликнула Улианна. — Это для комфорта! Если я стою здесь, а вы — там, мы оба счастливы!

— Счастливы? — переспросил сэр Ланселот, делая вид, что записывает это слово на невидимой дощечке. — Значит, это новая дисциплина. «Искусство стоять и быть счастливым». Я вызываю вас на дуэль за право стоять в этом... как его... «пузыре»!

Улианна застонала и закрыла лицо ладонями. Похоже, в Камелоте любая попытка цивилизованного диалога автоматически переводилась в плоскость боевых искусств. Она уже собиралась сдаться и просто позволить им пофехтовать с воздухом вокруг неё, когда из-за спин рыцарей донёсся знакомый скрипучий голос.

— Хватит галдеть, вы мешаете мне сосредоточиться. Мерлин протиснулся сквозь строй воинов, не отрывая взгляда от Улианны. Его глаза были полуприкрыты, а руки он держал на уровне груди, словно пытаясь нащупать невидимые нити в воздухе. — Я должен просканировать её ауру. В ней есть что-то... чужеродное. Сильное.

— Эй! — возмутилась Улианна. — Я просто хочу кофе! И немного личного пространства!

Мерлин её не слушал. Он подошёл вплотную, практически уткнувшись носом в её плечо. — Тишина! Я чувствую мощный поток энергии... но он какой-то... неправильный. Слишком быстрый. Слишком... технологичный.В этот момент Улианна почувствовала странное покалывание в ладони. Она опустила глаза и увидела свою походную термокружку. Крышка начала мелко вибрировать.

— Мерлин! Прекрати! Ты что делаешь?! — закричала она.

— Я пытаюсь... стабилизировать поток... — бормотал старый маг, раскачиваясь из стороны в сторону.

Внезапно кружка издала громкий хлопок, похожий на звук вылетевшей пробки из бутылки шампанского. Из носика вырвалось не облако пара, а маленький зелёный вихрь. Рыцари ахнули и отшатнулись, наконец-то создавая то самое пространство, о котором она просила.

На траву у ног Улианны шлёпнулась большая, упитанная бородавчатая жаба. Она сидела на крышке кружки и смотрела на мир с выражением глубочайшего философского осуждения. Кофейного цвета шкурка и характерный запах арабики не оставляли сомнений в происхождении земноводного.

В повисшей тишине было слышно лягушачье кваканье Сэр Кей осторожно ткнул жабу кончиком сапога. — Она... квакает по-латыни? Мне кажется, я услышал слово «эспрессо».

Улианна медленно перевела взгляд с жабы на Мерлина. Маг выглядел так, будто сам только что материализовался из воздуха: его борода стояла дыбом, а глаза были размером с куриное яйцо.

— Я... я не хотел... — пролепетал он. — Я просто пытался увидеть её суть. Но магия кофе... она слишком хаотична для наших заклинаний. Я думал, это будет просто пар...

Жаба издала особенно громкий и обиженный «КВА!» и прыгнула прямо на мантию Мерлина, оставляя на тёмной ткани мокрые кофейные разводы.

Улианна вздохнула. Похоже, её адаптация в мире магии будет долгой и очень, очень странной. Она подобрала свою пустую кружку и посмотрела на рыцарей. Те стояли полукругом на почтительном расстоянии в три шага, с благоговейным ужасом наблюдая за жабой на плече у величайшего мага Британии.

Что ж, хотя бы один урок они усвоили. Личное пространство — это действительно мощная сила.

Особенно когда оно защищает тебя от превращения в земноводное.

Глава 2 Рыцарский Беспредел

Если первая глава моего пребывания в Камелоте была посвящена шоку от осознания, что я попала не в историческую драму BBC, а в какой-то безумный балаган, то вторая стала апогеем этого абсурда. Я, Улианна (или просто Ульяшка), стояла посреди главного зала замка и чувствовала себя единственным трезвым человеком на корпоративе отдела продаж рыцарей круглого стола.

Всё началось с невинной ромашки. Сэр Гавейн, этот огромный шкаф в доспехах, притащил мне сорванный у крепостного рва цветок. «О, прекрасная дева! — прогудел он, бухаясь на одно колено так, что пол вздрогнул. — Этот скромный дар символизирует чистоту моих намерений!» Я машинально взяла растение, пытаясь понять, как средневековый рыцарь умудрился произнести слово «символизирует» без запинки.

И тут же из-за колонны материализовался Ланселот. Его лицо было белее мела, а глаза метали молнии размером с копьё. — Что?! — взревел он, указывая перстом на ромашку в моей руке. — Ты посмел подарить ей цветок? Цветок?! Да ты хоть знаешь, сколько лепестков у этой ромашки? Это же прямое оскорбление! Она может гадать на ней! — На здоровье! — огрызнулся Гавейн, поднимаясь во весь свой богатырский рост. — Пусть гадает! И выпадет ей ответ: «Любит ли меня Ланселот?» А ответ будет «нет», потому что она выбрала меня! — Дуэль! Немедленно дуэль! За право дарить цветы! До первой сломанной розы! Два закованных в сталь титана начали толкаться плечами прямо передо мной, рискуя превратить мою новую тунику в металлолом. Я вздохнула и сунула ромашку за ухо. Кажется, это был единственный способ её сохранить.

Но это было только начало. Стоило одному рыцарю признаться в любви, как сработал эффект домино. Из кухни вышел Галахад с подгоревшим пирогом («Уля, этот уголь для тебя горит ярче солнца!»). С галереи второго этажа свесился Персиваль, запутавшись в портьере («Я тоже люблю тебя... ой, верёвка кончается!»). Даже обычно молчаливый Борс пробасил из угла: «А я вообще первый заметил».

Зал превратился в бедлам. Рыцари Круглого стола забыли о чести, доблести и спасении Британии. Их волновало лишь место в очереди к сердцу попаданки. Они вызывали друг друга на поединки по самым ничтожным поводам: кто первым открыл передо мной дверь (оказалось, одновременно, и они застряли в проёме), чей комплимент поэтичнее (спор перешёл в мордобой) и чья борода гуще (тут победил седобородый король Пелинор, но его никто не услышал).

В эпицентре этого хаоса восседал Король Артур. Он обхватил голову руками, глядя на крушение своего идеального братства. — Мерлин меня побери, — простонал он, когда мимо него пролетел рыцарь, запущенный могучей рукой Гавейна. — Так мы саксов не победим. Мы сами себя перебьём. Он схватил пергамент и перо. Решение пришло мгновенно, королевское. — Указ! — провозгласил он, пытаясь перекричать звон мечей и серенады. — Сим повелеваю! Запрещаю всем рыцарям королевства влюбляться в леди Улианну без моего личного, письменного разрешения! Нарушители будут казнены... или отправлены чистить конюшни! Тишина в зале! На секунду стало тихо. Все замерли, переваривая информацию. — Ваше Величество! — раздался обиженный голос откуда-то снизу. Оказалось, рыцарь Кей упал под стол и теперь пытался оттуда выбраться. — А как получить разрешение? Артур закатил глаза: — Подай прошение в трёх экземплярах! С гербовой печатью! И положи на мой стол! Но сначала перестань пытаться убить сэра Лионеля!

Воспользовавшись паузой, я решила проявить себя полезной. Я подошла к Артуру, перешагнув через чью-то потерянную латную перчатку. — Арт... то есть, Ваше Величество! Послушайте! Я изучала историю раннего Средневековья. Завтра утром, на рассвете, отряд саксов устроит засаду вот здесь, — я ткнула пальцем в карту на столе, показывая изгиб реки. — Они спрячутся в овраге и нападут, как только наши разведчики пройдут мимо. Это классическая ловушка. Король посмотрел на меня с усталой надеждой, а затем перевёл взгляд на своих паладинов. Сэр Гарет в этот момент пытался надеть шлем задом наперёд, чтобы удивить меня своей «модерновой причёской». — Спасибо, Уля, — вздохнул Артур. — Конечно, я ценю твою бдительность. Но мои рыцари... сейчас немного заняты. Им нужно закончить спор о том, чьи латы блестят ярче при луне. Я поняла, что действовать надо иначе. Если логика бессильна, поможет инженерная смекалка. — Хорошо, — кивнула я. — Тогда забудьте про разведчиков. Давайте встретим их сами. У меня есть идея. Нам понадобятся рогатки. Воцарилась гробовая тишина. На меня смотрели так, будто я предложила атаковать врага вареньем. — Рогатки? — переспросил Артур, приподняв бровь. — Детская забава? — Не рогатки, — снисходительно улыбнулась я, входя в роль великого стратега. — Это примитивные требушеты ручного типа. Компактное осадное орудие для поражения живой силы противника на средней дистанции. Очень эффективно против легкобронированных целей. Особенно если зарядить их не камнями, а чем-нибудь потяжелее. Глаза короля загорелись интересом. — Потяжелее? — Например, картофелем. Или булыжниками. Представьте себе: ночь, тишина, и вдруг небо темнеет от летящих снарядов. Паника, хаос в рядах врага. Саксы решат, что на них обрушился гнев богов. Рыцари, услышав слова «паника» и «хаос», мигом забыли о своих любовных страданиях. В их глазах зажёгся знакомый фанатичный огонь битвы. — Примитивные требушеты! — воскликнул Ланселот, сжимая кулак. — Воистину гениально! Гавейн, друг мой, прости за тот толчок! Мы должны построить тысячу таких машин! — Нет, я построю две тысячи и выиграю войну один! — возразил Гавейн. Артур хлопнул ладонью по столу. — Тихо! Значит так. Приказываю: до заката вооружить всех ополченцев этими... ручными требушетами. Улианна, ты назначаешься главным инженером-консультантом. А вы, — он обвёл взглядом притихших рыцарей, — будете делать то, что она скажет. И горе тому, кто назовёт это оружие рогаткой.

Сборы начались немедленно. Зал опустел, превратившись в огромную мастерскую. Кузнецы ковали хитроумные кожаные ремешки, крестьяне таскали камни, а рыцари с детским восторгом испытывали новые «осадные орудия» на мишенях. Ромашка за моим ухом давно завяла, раздавленная творящимся вокруг безумием. Я смотрела на этих больших детей, готовых сражаться с грозными саксами с помощью пращей и картошки, и понимала одно: скучать в Камелоте мне точно не придётся.

Глава 3 Битва за Камелот и Сердце прекраснейшей Улианны (а также за право не писать сонеты)

Сэр Мордред, облаченный в доспехи, которые, судя по запаху, были сделаны из протухшего сыра, стоял на вершине холма и обозревал свои войска. Его армия саксов, состоявшая из угрюмых мужиков с топорами и одного очень недовольного козла, выглядела внушительно. Мордред поправил рогатый шлем и плотоядно ухмыльнулся. Сегодня он возьмет Камелот. И, что гораздо важнее, он наконец-то выскажет этой Улианне всё, что думает о её литературных вкусах(урод несчастный,ты , козел средневековый меня ещё не знаешь) (Моё мнение,когда хочу,тогда высказываю)

В это время в Камелоте царил форменный бедлам. Рыцари Круглого Стола, некогда гроза сарацин и гроза сараев, в панике метались по крепостной стене. Их доспехи гремели, но не от боевой ярости, а от страха.

— Они идут! — кричал сэр Кэй, выглядывая в бойницу. — Их тысячи! И у них есть осадные лестницы! — А у нас есть только чернила и пергамент! — вторил ему сэр Бедивер, заламывая руки в латных перчатках. — Мы обречены! Мы не успеем закончить двенадцатый сонет к закату!

Артур ходил между ними с лицом человека, который только что узнал, что его любимый конь — на самом деле переодетый тролль. — Рыцари! — воззвал он. — Вспомните о чести! О долге! О том, что мы должны защищать королевство! — Ваше Величество! — простонал сэр Гавейн. — Но как мы будем защищать королевство с мечом в одной руке и сонетом в другой? Это же невозможно! Я уже два дня не ел нормально!

Именно в этот момент на стену взбежала Улианна. Она окинула взглядом эту картину тотального упадка боевого духа и тяжело вздохнула. «Ну всё», — подумала она. «Хватит этих сопливых стихов и рыцарской драмы. Пора работать».

— Так! — рявкнула она командным тоном, которому позавидовал бы любой сержант. — Отставить панику! Вы воины или кружок юных поэтов? Артур, уведи отсюда этих... творцов. Мне нужно провести производственное совещание.

Артур с облегчением кивнул и быстро эвакуировал рыцарей в тронный зал. Улианна же достала из кармана блокнот и маркер. — Так, — повторила она, оглядывая оставшихся. — Ситуация критическая. Враг у ворот. Нам нужна чёткая структура управления. Мы не будем писать сонеты. Мы будем работать по KPI.

Первым делом она нашла Гавейна. Тот сидел у бочки с элем и пытался написать оду о том, как он голоден. — Гавейн! — Улианна ткнула в него маркером. — Ты отвечаешь за провиант. — Я? — удивился рыцарь, роняя перо. — Но я же обжора! — Вот именно! — отрезала Улианна. — Ты единственный, кто знает реальную калорийность овса и способен отличить съедобную крысу от несъедобной на вкус. Твоя задача — обеспечить армию едой. Если провизия закончится, виноват будешь ты. Иди пересчитывай мешки.

Следующим на её пути встал Ланселот. Он стоял на краю стены и смотрел вдаль с таким благородным видом, что даже пролетающая мимо ворона решила стать голубем мира. — Ланселот! Ты отвечаешь за разведку. — Но миледи... — начал он своим бархатным голосом. — Никаких «но»! Ты слишком благороден, чтобы соврать даже врагу. Значит, ты идеально подходишь для сбора разведданных. Ты доложишь мне правду и только правду о передвижении саксов. Никакой самодеятельности и спасений прекрасных дам из горящих деревень до моего приказа!

Оставшись одна на стене, Улианна критически осмотрела свой арсенал. Меч? Слишком банально. Копьё? Неудобно в тесноте крепостной стены. Её взгляд упал на ведро с водой и прислоненную к нему швабру. — Ага, — хмыкнула она, беря швабру в руки и делая пару пробных взмахов. — Древковое оружие ближнего боя с функцией влажной уборки территории. Идеально для массового поражения боевого духа противника через демонстрацию идеальной чистоты.

Битва началась с грохота тарана о ворота и душераздирающего крика Мордреда: — Открывайте! Я пришел за вашим королем... и за вашим сердцем! То есть за вашей головой! Короче, открывайте!

Ворота содрогались. Рыцари в тронном зале нервно грызли перья. И тут на авансцену вышел Мерлин. Старик вышел на стену, театрально взмахнул своим балахоном и поднял посох к небу. — О, древние силы! — заголосил он нараспев. — Я взываю к вам! Да обрушится на головы нечестивцев... эм... град? Или молния? Или ещё какая фиготень! В общем, что-нибудь эпичное!

Он начал произносить заклинание: «Абракадабра-алала-люмен-форте!». С его посоха сорвалась лишь слабая искорка и тут же погасла. — Ой... — пискнул великий маг. — Кажется, у меня садится магическая батарейка... Я забыл поставить его на зарядку ночью! Сил моих магических больше нет!

Это был конец. Саксы уже лезли на стены по лестницам. Мордред победно хохотал внизу. Улианна посмотрела на Мерлина, потом на орущую толпу саксов под стенами, и её осенило. Она сунула руку в карман штанов и достала свой телефон. — Так, дедуля, отойди-ка, — сказала она Мерлину и бесцеремонно оттолкнула его плечом.

Она разблокировала экран. Плейлист «Для уборки» был уже открыт. Она врубила громкость на максимум. — Ну что, мальчики? Потанцуем? — крикнула она вниз и нажала «Play».

Из динамиков телефона вырвался рев гитар и грохот ударных. Это был какой-то невыносимо тяжёлый скандинавский металл о конце света и поедании волков на завтрак.

Эффект был мгновенным и сокрушительным. Саксы замерли на лестницах. Их лица исказились первобытным ужасом. — Что это за колдовство?! — завопил Мордред, хватаясь за голову. — Это не колдовство! Это Ragnarök Metal! — проорала в ответ Улианна.

Саксы не выдержали звуковой атаки. Они побросали топоры и щиты, закрыли уши руками и с дикими воплями бросились прочь от стен Камелота так быстро, как только могли нести их ноги. Мордред ещё пытался что-то кричать про реванш, но его голос потонул в грохоте музыки, а затем он тоже дал стрекача, спотыкаясь о своего козла.

Через пять минут всё было кончено. Вражеский лагерь был пуст. Улианна убавила громкость и убрала телефон в карман. К ней подошел Артур с отвисшей челюстью. — Что это было? — выдавил он из себя. — Современная магия, Ваше Величество, — пожала плечами Улианна, опираясь на швабру как на посох победителя. — Называется «тяжелый рок». И да, я спасла ваше королевство. — А как же сонеты?.. — робко спросил кто-то из рыцарей из-за спины короля. Улианна медленно повернула голову и посмотрела на него так, что рыцарь мгновенно передумал быть поэтом до конца своих дней. — Какие сонеты? У нас завтра инвентаризация провианта под руководством сэра Гавейна. Свободны!

Она развернулась и пошла в замок, насвистывая тяжелый гитарный рифф из только что сыгранного трека. Камелот был спасен не мечом и не магией, а грамотным менеджментом и хорошим плейлистом. Я их ещё с творчеством группы "Руки Вверх" не познакомила, они у меня "Крошка моя" и "Студент" петь будут (может одну из них ещё и гимном Камелота запендюрим! Во историки офигеют!)

Глава последняя, в которой здравый смысл побеждает магию, а кот оказывается важнее короны

Тронный зал Камелота сиял так, что у Улианны заслезились глаза. Это было не от восторга, а от осознания того факта, что её приключение вот-вот закончится самым нелепым образом. Жааааалко блииин!!

Артур Пендрагон, король бриттов и обладатель самой идеальной бороды на все Средневековье, преклонил перед ней колено. По обе стороны выстроился Круглый Стол в полном составе: Ланселот смотрел с обожанием, Гавейн — с гастрономическим интересом (ему явно хотелось узнать рецепт её «странной каши из пакетика»), а Персиваль просто моргал, пытаясь понять, что происходит. — Уля! — торжественно провозгласил Артур, поднимая на неё взгляд, полный щенячьей преданности. — Ты спасла нас от дракона, троллей и моего собственного идиотизма. Оставайся здесь навсегда. Стань моей королевой!

В зале повисла такая тишина, что стало слышно, как где-то за гобеленом храпит Гвиневра. Уля тяжело вздохнула. Она ожидала чего-то подобного, но реальность всё равно оказалась сложнее. — Артур, — начала она, стараясь говорить максимально мягко, чтобы не обидеть короля-рыцаря. — Я польщена. Правда. Но... нет. — Нет? — эхом отозпросил Артур, словно слово это было ему незнакомо. — Именно. Мне нужно домой. Срочно. Во-первых, у меня там кот некормленый. Он смотрит на меня через пространство и время с таким укором, что у меня уже шерсть дыбом встаёт. А во-вторых, у меня подписка на Озон заканчивается .Платная! Если я её пропущу, мне не начислят баллы , которые я буду потом собирать до следующего пришествия Мерлина.

Рыцари ахнули. Для них понятия «Озон» и «платная подписка» были страшнее любого проклятия. Артур побледнел. Казалось, он сейчас заплачет. — Неужели ничего нельзя сделать? — прошептал он. — Может, мы устроим турнир? Или казним кого-нибудь для тебя? — Боюсь, казнь не вернёт мне доступ к Озону и баллам, — покачала головой Уля.

И тут со своего места, почесывая седую бороду, поднялся великий волшебник Мерлин. На его лице играла загадочная улыбка человека, который только что вспомнил, куда положил носки. — Друзья мои, — проскрипел он. — Зачем эти слёзы по поводу кота Уголька и каких-то «подписок»? Всё гораздо проще, чем кажется. Чтобы вернуться в свой мир, Уле нужна всего лишь... Он сделал театральную паузу, обводя взглядом замерший в ожидании зал. — ...розетка. Вот же любитель интриги!

Слово упало в тишину, как камень в болото. Сначала никто не понял. Потом Гавейн робко спросил: — Учитель, а что такое «розетка»? — Это такая дырка в стене, из которой льётся невидимая сила, заставляющая светиться стеклянные шары и крутить мясо в железной коробке, — пояснил Мерлин. Ланселот уважительно кивнул: — Звучит как мощное заклинание. — В том-то и дело, что нет! — воскликнула Уля. — Это технология! И у вас их нет. Она обвела рукой каменные стены замка, факелы и отсутствие какой-либо проводки. — Вот чёрт, — разочарованно протянул Артур. — Значит, ты правда застряла с нами навечно? Уля посмотрела на скорбные лица рыцарей, на хитро прищурившегося Мерлина, на огромный замок, полный проблем и средневековой антисанитарии. Её мозг, натренированный годами выживания в собственной семье и интернете, начал быстро просчитывать варианты. Кот Уголёк подождёт. Подписку можно поставить на паузу. А вот этот дурдом со седневековым бардаком нуждается в твёрдой руке немедленно.

Она выпрямилась во весь рост. — Навечно — это слишком долго, — заявила она. — Но раз уж я здесь, то сидеть без дела не собираюсь. Раз уж я не могу быть вашей королевой, Артур, то я займу другую должность. Отныне я назначаю себя вашим официальным Советником по здравому смыслу!

Зал загудел. Такой должности в штатном расписании Камелота ещё не было. — Первый указ, — продолжила Уля, доставая из кармана джинсов несмываемый маркер (единственная полезная вещь, пережившая путешествие). — Мода на платья — это отстой. Особенно когда надо лезть на стену или садиться на коня. Я ввожу моду на штаны. Удобные, практичные, с карманами! Кто будет против — отправится чистить конюшни голыми руками. Рыцари переглянулись. Штаны звучали заманчиво. — Второй указ, — её голос стал стальным. — Вы трогаете руками коней, еду, золото и друг друга. Иногда — драконов.

После этого вы идёте и хватаетесь этими же руками за хлеб. Так не пойдёт. Мыть руки перед едой — теперь не рекомендация, а закон. За несоблюдение — штраф в виде мытья посуды. Мерлин хихикнул в бороду. Артур посмотрел на Улю с восхищением. — Мой советник по здравому смыслу, — гордо произнёс он. — Звучит даже лучше, чем жена.

Так закончилось великое приключение Улианны. Она не вернулась домой к своему коту и дораме о группе BTS в тот же день. Вместо этого она осталась править Камелотом, привнося в него хаос порядка. При ней рыцари научились пользоваться вилкой, перестали бояться мыться чаще раза в год, а королевская гвардия получила первую в истории униформу, подозрительно напоминающую удобные треники.

И иногда, глядя на закат с крепостной стены, Уля думала, что, возможно, спасти мир от грязи и глупости — это тоже неплохой квест. Хотя кота Уголька ей всё равно было жалко, да и новые хиты от Сережи Жукова ей пока не услышать, а ещё Чимина зайку не увидит. Но это же не навсегда, всё наверстать можно. А пока работать рыцари, солнце ещё высоко!