Ул. Немцова, 2

Глава 1

СОН ПЕРВЫЙ

Москва. Красивая и надменная столица. Город, где стремится побывать почти каждый житель России. Здесь комфорт и дикий темп жизни сливаются воедино.

Москва.

Наверное, она снилась многим. А теперь снится и мне.

Я прилетела сюда одна, чтобы забрать награды. Организация, в которой работаю, стала победителем в какой-то номинации неизвестного мне конкурса. В вопросе кому получать красивую бумажку в рамке или, возможно, кубок выбор пал на меня.

Но я не успеваю. Рейса раньше не нашлось — вылетела поздно.

На такси от аэропорта доехала до хостела, где заранее была бронь на мое имя. Маленький и старый, всего в пару номеров. Первый этаж обычного многоквартирного дома. Таких тысячи вокруг.

На удивление быстро решила вопросы с администратором, получила ключи. Оставила вещи в своём номере, едва ли не на пороге, и побежала на остановку.

Солнце нещадно слепило глаза. Жарко.

Полдень.

Не успеваю.

Шумная дорога. Много полос, бесконечный поток машин. Кругом мосты и асфальт. Ни одного деревца.

В стеклянной коробке остановки виднеется фигура одинокого деда.

— Простите, как мне доехать туда? — обращаюсь я к нему.

Осматривает так лениво, словно прикидывая, стоит ли вообще отвечать.

Чуть поодаль останавливается новенький зелёный автобус. Табло оповещает: «15».

— Да вот, на него садись, — кивает мне дед в сторону собирающегося отьезжать транспорта.

И более точный адрес ему не нужен, словно так знает ответ.

Я же, не думая, бросаюсь в закрывающиеся двери.

Успела.

Время прошло быстро. Не было ни пышных оваций, ни монументальных залов, ни сотен празднично одетых людей. Никаких концертов, пафосных фотосессий и вручений наград на сцене под музыку. Не было ничего.

Не помню.

Вместо этого светлые, почти белые, элитные апартаменты на сто каком-то этаже. Прохлада и поздний вечер.

Со мной здесь, в этих комнатах, ещё четыре человека. Три парня и, кажется, рыжая девушка. Мы словно друзья. Спокойно рядом с ними. И вроде никуда не торопимся.

Но глядя на то, как на город опускается ночь, становится тревожно.

Из окон виднеется Москва-Сити. Весь район как на ладони. Устремленные в высь небосводы, ослепляющие огни и много, очень много стекла.

Роскошь и богатство.

— До скольких здесь ходит транспорт? — спрашиваю я компанию, разглядывая завораживающий пейзаж за окном. — Всю ночь?

Так и хочется сфотографировать. Даже тянусь за телефоном.

— До двенадцати, — отвечает мне моя подруга-незнакомка.

На экране телефона 23:29.

Снова не успеваю.

Срываюсь с места, бегу на остановку.

Глупо. Тревожно.

Такая же стеклянная коробка остановки. И рядом больше нет никакого Москва-Сити, лишь старый, давно заброшенный продуктовый магазин, прямиком из 90-х. Словно на миг оказалась в родном Челябинске, на остановке «Музей ЧТЗ».

На улице уже давно стемнело. Дорогу освещают лишь фонари и фары проезжающих машин.

Мимо мелькают легковые автомобили, грузовики. Не видно ни автобуса, ни какого-либо маршрутного такси.

Холодно. Тревожно.

Страшно остаться здесь одной. Одной в незнакомом городе поздно ночью. Остаться там, где очень многолюдно, но совершенно никому нет дела до чужой беды.

Я ныряю под стеклянную крышу и замираю. Повезло, все же не одна.

Парень. Худой и высокий. Растрепанные местами темные волосы собраны в небрежный пучок на затылке. Весь в чёрном, и почему-то в кожаной куртке летом. В ухе два маленьких кольца. Появилась уверенность, что и татуировки у него тоже имеются.

Суровый образ, даже пугающий. Но лицо такое мягкое, поэтичное. Самую капельку нежное.

Сидит, развалившись на скамье, словно никуда не торопится.

— Не подскажешь, как добраться? — Перед глазами мелькнул знакомый хостел, но адреса я почему-то не вспомнила.

— Не-а, я из другого района, — лениво ответил он мне, поднимая на меня глаза.

И я вдруг поняла, что забыла. Забыла куда ехать. Где находится тот хостел, в котором остались мои вещи? Как его найти? В голове нет ни его названия, ни ближайшей остановки.

Залезла даже в 2ГИС. А где я, собственно, нахожусь? Что это за место? Куда ехать? Как вернуться домой?

Стало страшно. Не помню. Не знаю. Ничего не понимаю!

Так, стоп. Можно ведь посмотреть в приказах о командировке, да? Там ведь точно указан адрес!

Полезла в электронную почту, надеясь найти там ответы и своё спасение от надвигающейся паники. Приказы, приказы, приказы.

Есть! Что-то нашла.

... Но только там указано совершенно не то место.

А какое место вообще то тогда?

Что делать?

Куда мне...?

И ответ находится сам.

Улица Немцова, 2.

Вдали показался какой-то автобус. Не разглядеть номера. Да и чем это поможет?

— Как мне попасть на улицу Немцова, 2? — обратилась я появившейся из ниоткуда девушке.

— Я не местная, не знаю, — отмахнулась она, ныряя в открывшиеся двери автобуса.

Уехала.

Подождем еще.

— Как доехать до улицы Немцова, 2? — кинулась я с вопросом к женщине, возникшей рядом.

— Куда?

— Улица Немцова... Бориса Немцова, не знаю! — в нетерпении ответила я. — Улица Немцова, 2. На чем доехать?

— Где это вообще? Мне в другой район.

И эта не помогла. Вот черт.

Люди все приходили и уходили, уезжали, менялись, но так никто и не мог помочь. Не знали, впервые слышали. Игнорировали.

Накатило вдруг отчаяние.

Туда, мне точно нужно туда. Это был не адрес хостела, где я остановилась. Что там, на улице Немцова, 2, — неизвестно. Только это уже не важно.

Я должна туда попасть.

— Ты тоже не знаешь, где улица Немцова, 2? — устало спросила я у парня, все так же одиноко сидящего на остановке.

— Нет.

Я присела рядом, прикрыла глаза, прижимаясь затылком к грязному стеклу.

Хотелось реветь. Почему никто не знает, черт возьми, как туда попасть?

Мимо проехал очередной поздний автобус. Каждый из них заканчивал свой рейс. Запрыгнуть бы в хоть какой-нибудь и, возможно, доеду до проклятого хостела.

Но я вдруг поняла, что больше никуда не спешу. Да и зачем?

— Не хочешь прогуляться? — неожиданно спросил меня сосед по скамье. Он взглянул на наручные часы. — Следующий автобус приедет минут через двадцать, не раньше.

— К-куда прогуляться?

— Да хотя бы до туда, — махнул собеседник в сторону круглосуточного цветочного магазина на противоположной стороне улицы.

Дикое предложение, на которое я неожиданно для себя согласилась. И мы пошли. О чем-то, кажется, болтали, но суть разговора совершенно не запомнилась. Бестолковое, но оказавшееся приятным занятие.

— Ничего себе! А цены на цветы, как у нас в городе, — разглядывая витрину, высказалась я. — Или даже меньше.

За стеклом виднелось много чего. Но лишь розы по 220 рублей, прямо как в Челябинске, и букет из хризантем за 760, привлекли внимание. И что это за цены такие?

— Как несправедливо.

— В Москве цветы всегда дешевые, — пояснил мой спутник уже на обратном пути к остановке. — Можно найти розы по 16 рублей.

— Да почему так? У нас все так дорого, а здесь... — и вдруг меня осенило, — Это потому, что все поставки идут через Москву?

— Да. Приезжает сюда, а потом распределяется по регионам.

И снова стеклянная коробка остановки. Ночь и непрекращающийся поток машин.

Этот парень, который все еще никуда не уехал, и я.

Мы стояли друг напротив друга и молчали.

Глаза в глаза.

— Увидимся, — шепнул он.

Я резко проснулась от звука хлопнувшей входной двери. Открыла глаза, тупо уставившись в потолок. Вставать не хотелось.

На сердце было тоскливо.

В голове прокрутила этот странный сон ещё раз. Нелогичный, непонятный и такой глупый. Как можно забыть место, где оставила вещи? Почему розы, черт возьми, по 16 рублей? Зачем вообще такие подробности во сне?

Улица Немцова, 2. Что это за адрес? Существует ли он?

Отыскав на столе телефон, я, недолго думая, полезла в карты. Забила адрес, особо не надеясь на результат.

Улица Немцова, 2. Тула.

И правда есть. Обычный трёхэтажный жилой дом. Ничего особенного.

Слышала где-то, что во снах мы видим преобразованную мозгом информацию, которую он когда-то получил. Но до этого момента я знать не знала про такую улицу, да и Тулой никогда не интересовалась.

Но все же интересно. Какая же чепуха только не приснится порой.

СОН ВТОРОЙ

Я рассказала о своём сне матери и сестре. Посмеялись вместе над его глупостью. Неудивительно, что никто на остановке не знал, как добраться, по тому адресу. Москвичи явно не знают названия улиц в Туле.

Маша, сестра моя, и вовсе шутливо посоветовала съездить туда. «Лизка, судьба там твоя ждет тебя». Я лишь отмахнулась.

Незаметно прошла неделя, и как-то сон подзабылся.

А потом нечто подобное повторилось в следующее воскресенье.

Я опаздывала на самолёт.

Безбожно проспала. Чемодан оказался не собран, а кот, которого у меня отродясь не было, находился дома, а не у друзей, согласившихся присмотреть за ним.

Я, честно сказать, даже не знала, куда лечу. Но это место точно было важным для меня. Опаздывать нельзя.

Запихала в чемодан все, что считала нужным. Вещи, столовые приборы, сланцы. Пару морковок и подушку. Перевязала его лентой с бантом, чтобы не раскрылся по дороге.

Ключи от квартиры закинула в пустой цветочный горшок, стоявший в подъезде, чтобы друзья могли позаботиться о коте.

Побежала с чемоданом на остановку.

А потом началась какая-то странная череда автобусов. Заходила в один, пересаживалась в другой, ехала даже на трамвае. Бежала за маршруткой.

То я попадала в длинную бесконечную пробку, то ломался транспорт, на котором я ехала. В нас врезались лошадиные повозки, глох двигатель, лопались колеса.

Приходилось постоянно куда-то бежать сначала вверх по лестнице, а потом вниз, лезть через перила, прыгать.

Чемодан был таким тяжелым, вечно валился из рук. Пару раз я все же уронила его, и в конце концов одно из колесиков совсем отвалилось.

Время нещадно утекало.

Я злилась и паниковала.

Кажется, даже огрела свернутой газетой, отнятой у читающего её деда, какую-то бабку в автобусе.

Стемнело. Снова загорелись фонари вдоль проезжей части.

Аэропорт ближе не стал. Я все так же опаздывала.

Выскочила на очередной остановке, побежала к соседней.

На этот раз оставался последний рывок, последний автобус, и я точно успею.

Это были все те же стеклянная коробка остановки, заброшенный магазин из 90-х и одинокий парень. По-прежнему весь в чёрном и кожаной куртке.

— Нашла? — спросил он меня, остановившуюся рядом в нерешительности.

— Что? — Я растерянно хлопнула глазами.

— Нашла, что искала? — уточнил парень снова. Осмотрел меня внимательно, а потом хмыкнул. — Вижу, что нет. Ищи.

— Автобус... Опаздываю... — В голове было так пусто, словно в миг забылись все слова.

— Куда?

И я вдруг совсем замолкла. А действительно, куда я так опаздывала?

Парень выжидательно смотрел на меня, не торопил.

— В Тулу, — в итоге выдавила из себя я.

В голове как по щелчку все встало на места. Туда, я все время рвалась туда.

— Зачем? — собеседник удивленно приподнял бровь.

— Дом на Немцова 2. Туда надо.

Он вновь скользнул по мне внимательным взглядом, а потом просто кивнул.

— Хорошо.

Я проснулась посреди ночи. Сердце взволнованно билось в груди.

Опять этот проклятый адрес, опять эта Тула. И парень во сне тот же самый.

Смотрел так, словно узнал. Или во сне мы и так знакомы?

Странный. Было в нём что-то необычное, что-то почти родное. Хотелось продлить бессмысленный разговор с ним хотя бы на чуть-чуть.

Забавно.

Подобный сон повторился через неделю, а потом еще раз и ещё. В них я всегда куда-то опаздывала, на чем-то ехала и что-то забывала. Опаздывала на поезд, на экзамен, в кино, на прием ко врачу. Ехала на автобусе, самокате, троллейбусе, бежала или вовсе шла пешком. Забывала имена, время, место или дорогу.

И лишь одно помнила всегда.

Тула, улица Немцова, 2.

Каждую неделю мне снились похожие по сюжету сны, и каждый раз я видела его. Одиноко сидящего на остановке, никуда не спешащего и такого спокойного. Чем бы не был наполнен сон, всякий раз он заканчивался нашим разговором. Ночь, стеклянная коробка остановки и заброшенный магазинчик.

Всегда.

****

— Ты ищешь не там.

— Но где тогда искать? — Я по привычке присела слева от него.

— Рядом. Подумай.

— Не знаю я.

— А что ты вообще ищешь? — подняв на меня глаза вдруг спросил парень.

Красивые, серые. Ресницы длиннющие.

— Я... не знаю. Что-то.

— В этом и проблема твоя. Нельзя найти то, не зная что.

****

— Чем сильнее торопишься, тем быстрее уезжает автобус.

— О чем ты вообще?

— Да так. Запомни просто. Не спеши.

****

— Твой автобус только что уехал, — оповестил он, едва я нырнула под козырёк остановки.

— А какой это «мой»?

— Тот, который нужен тебе. — Все та же безмятежность в голосе, руки в карманах.

— А на чем-то другом можно?

— Нет.

— Но как же мне тогда.. Я ведь опоздаю... — Я растерянно опустилась на скамью рядом.

— Куда опоздаешь?

— На улицу Немцова, 2.

Мой вечный собеседник посмотрел мне пристально в глаза, а потом слегка улыбнулся.

— Не бойся, тебя дождутся.

Сны были странными. Все начиналось с какой-то бессмыслицы, беготни и тревожности. Конец же всегда был один — ни к чему не обязывающий разговор и спокойствие. Со временем я вообще перестала запоминать начало, потому что главным во снах были наши встречи.

С каждым разом они становились более осознанными и длинными.

Долгожданными.

СОН ТРЕТИЙ

Днем, когда все началось, было 1 января.

Новый год отмечали в маленьком семейном кругу — я да мои родители. Помню еще, что за разговорами едва не пропустили куранты. В суматохе разлили шампанское по бокалам, принялись придумывать желания.

«Хочу приключений и любви» — загадала я тогда.

Не зря говорят, что формулировать свои желания нужно четче. Обычно они никогда не сбывались, поэтому и в этот раз особо на успех я не надеялась.

Кто же знал, что «приключения и любовь» найдутся в моих собственных снах.

Вечная и нелогичная беготня сродни приключениям, особенно, когда не знаешь, что будет дальше. Квест, который никогда не закончится.

А вот любовь... За любовь обидно. Игра собственного подсознания создала того, чей образ прочно засел перед глазами. И чем больше времени проходило, чем сильнее удлинялись наши разговоры, тем четче становился его облик.

И взволнованнее билось сердце.

Во снах мы не разделяем вымысел и реальность. Все кажется настоящим.

И он... Он тоже был для меня живым.

Он — Рома. Студент, учится на архитектора. Любит кошек, ненавидит птиц. Безумный цветовод, но терпеть не может сады, огороды и все, что с ними связано. Объездил половину мира, но в России не знает никаких городов кроме Москвы, Санкт-Петербурга и Тулы. Пишет стихи, но об этом никому не известно, кроме меня. Любит смотреть мелодрамы и есть сладкое, но при этом местная шпана восхищается им как «крутым и суровым мужиком». Хорошо дерется, нередко участвует в драках, которые находят его сами.

Такой неоднозначный. Интересный. Почти реальный.

Мы говорили обо всем и ни о чем. Спорили о иных формах жизни в космосе, понятии красоты в творчестве великих художников, о будущем человечества.

Он мне рассказывал о звёздах, различных растениях, странах, в которых побывал. Я ему — о мифах, истории и литературе. Делились всем, что придет в голову.

Это ведь сон. Здесь никто нас не услышит. Можно рассказать все.

Неизменным оставалось лишь одно:

— Как добраться до улицы Немцова, 2? — спрашивала я его каждый раз, оказываясь на знакомой остановке.

— Не знаю, я с другого района, — всегда отвечал Рома, улыбаясь.

Ничего не значащие слова, ставшие нашим, только нашим с ним приветствием.

Рассказать о том, что я, кажется, влюбилась в результат собственного воображения, было некому. Это и звучит-то дико. Заикнись я об этом, сразу бы упекли куда-нибудь в психушку или, на худой конец, заставили ходить к психиатру.

Нет, я не могла никому рассказать. Это был мой маленький странный секрет.

Время неизбежно шло вперёд. Зиму сменила весна. Приближалось лето, а вместе с ним ГОСы и защита диплома.

Я заканчивала последний курс педагогического университета. Будущий, черт возьми, историк. Специалист, что работает с прошлым и воссоздает полную и правдоподобную картину мира.

Какая ирония, однако. Мне, как оказалось, не нужен никакой диплом, чтобы построить правдоподобную реальность в собственной голове.

Было страшно. После выпуска ждала взрослая самостоятельная жизнь, пугавшая неопределенностью и туманными перспективами.

Лишь одно мне было предельно ясно. Как только получу диплом, поеду туда, в Тулу, найду улицу, преследующую меня уже полгода, и...

И не знаю, что буду делать дальше.

Хотелось разрушить собственные грёзы и любые надежды, доказать самой себе, что и улица, и Рома, и мои чувства — сплошной обман. Все лживо, этого не существует.

Довольно жестоко, но, черт возьми, действенно. Всего раз увидеть и убедиться, сломать собственное подсознание, чтобы прекратить все раз и навсегда.

По отношению к нему, к Роме, это было тоже жестоко. Я так хотела доказать себе, но в тоже время так боялась потерять его. Такого красивого, такого родного... Моего.

К Роме хотелось прикоснуться. Обнять. Снять эту осточертелую куртку, рассмотреть татуировку на руке.

Хотелось безумно, но было страшно. Казалось, что стоит мне коснуться, как он тут же исчезнет и больше никогда не появится вновь.

Я однажды это просто произошло.

— Лиза, что-то случилось? — спросил он, когда я молча села рядом.

Никакого ритуального приветствия, уже вошедшего в привычку.

— Я поеду туда, Ром, — вместо ответа произнесла я. — Куда вечно тянет.

Он нервно усмехнулся, сцепил пальцы в замок.

— Зачем? Там ничего нет.

— Мне надо, понимаешь? Узнать, убедиться... — Я придвинулась чуть ближе. — Мне так страшно, ты бы знал.

— Знаю. — Рома понимающе кивнул. — Я тоже боюсь. Но ты ведь... Так и не нашла, что искала?

— Не нашла, но это уже неважно.

— Почему? — В серых глазах читалась растерянность.

Я лишь пожала плечами. Ответа я и сама не знала. Просто вдруг все стало неважным в один момент. Так и должно быть, видимо.

— Возможно там и найдется ответ? Тула — это ведь твой город.

— Да... Нет... То есть... — Он нервничал и впервые избегал моего взгляда. — Лизка, может ну его, а? Ты просто...

Нас всегда разделяло расстояние всего в несколько сантиметров, преодолеть которое никто никогда не решался. Но сегодня я чувствовала себя очень смелой, ведь впервые во сне никуда не опаздывала.

— Рома, я поеду. — Моя ладонь коснулась его руки. — Найду здание на улице Немцова 2 и покончу с этим.

Он резко развернулся ко мне лицом и схватил за плечи. Серые глаза свернули в свете уличных фонарей. Такие злые и наполненные отчаянием.

— Но ведь со мной..! — начал было он, но запнулся на полуслове.

Ему так хотелось что-то мне рассказать, только не мог он. Не мог.

— Ром... — Я грустно улыбнулась. Пальцами коснулась его щеки. Нежно, словно прося прощения. А потом обняла так, как давно хотела. Крепко, до сдавленного вздоха, щекой прижимаясь к его груди. — Ромка... Нравишься ты мне, поэтому найду. Слышишь? Обязательно найду.

Рома не ответил. Он погладил меня по волосам, словно ребенка, а потом вздохнул и обнял. Крепко, как последний раз в жизни.

Мы так и сидели. Молчали и обнимались.

Прощались.

— Твой автобус, Лиз, — шепнул он, нехотя выпуская из объятий.

Я оглянулась.

Новый зелёный автобус остановился напротив нашей остановки и приветливо распахнул двери. На боковом окне виделся список основных точек маршрута. «Улица Немцова», как гласило табло, была конечной.

— Хорошей дороги, — пожелал мне Рома, когда я оглянулась на него, едва зайдя в салон.

Он грустно улыбнулся и сунул руки в карманы.

Двери перед моим носом закрылись. Автобус тронулся с места, оставляя позади одинокую фигуру на остановке.

СОН ЧЕТВЕРТЫЙ

С того момента Рома мне больше не снился. Исчезла бесконечная беготня и вечные опоздания не пойми куда, не встречалась знакомая остановка рядом с заброшенным магазинчиком, не появлялся он.

Я тосковала, называла себя предателем. Рома словно знал, что как только я решусь отправиться на поиски проклятой улицы, эти сны закончатся. Знал, но не мог сказать. И это не давало мне покоя.

Каждый раз, закрывая вечером глаза, я надеялась увидеть Рому снова. Хотелось извиниться. Но проходила ночь, за ней другая, третья... Его больше не было в моих снах.

И это больно. Сама хотела прервать этот мучительно-приятный проклятый круг, но оказалась не готова. Как позорно, Лиза, как позорно.

ГОСы, защита диплома и выпускной — вся эта суматоха неплохо отвлекала от мрачных мыслей. Я заканчивала учёбу и потихоньку копила деньги на билет.

А 6 июля, на следующий день после вручения дипломов, села в самолёт до ближайшего к Туле города. В ней самой аэропорта не оказалось, а ближайшим местом стала Калуга.

Несколько часов перелёта, еще парочка на междугороднем автобусе, и я у ворот Тульского автовокзала. Уставшая, голодная и злая.

Стоило, наверное, найти место для ночлега, снять номер или хотя бы койко-место в хостеле, но мое упрямство было сильнее. Здесь, в Туле, оставаться надолго я не планировала. Хотелось поскорее убедиться в собственной глупости, получить доказательства и поставить жирную точку в этой истории. В своих чувствах, их существовании.

Забыть этот треклятый город, эту чертову улицу, и больше никогда сюда не возвращаться. Забыть Рому, созданного моим воображением.

Я поправила лямки рюкзака, с которым приехала, и направилась к столу справок. Они-то уж точно должны знать, как добраться до улицы Немцова.

— Вот сейчас из дверей выйдете, наткнетесь на проспект. А там налево повернете, дорогу перейдете и остановка будет. «Площадь Победы» называется, — принялась развёрнуто объяснять женщина в окошке, отвечая на мой вопрос. — 33-я маршрутка почти до конца идет. Выйдете на остановке «Улица Глинки». А там рукой подать. Спросите.

Я поблагодарила администратора и отправилась в указанном направлении. Найти нужную остановку не составило труда. Маршрутку, впрочем, тоже.

Мимо проезжали незнакомые дома, вывески, магазины. Что-то встречалось и в родном Челябинске, но все равно окружающее было чужим. Водитель, разрешивший сесть к нему в кабину, узнав, что я не местная, стал рассказывать про Тулу все, что знал сам. И про традиции, и про места туристические, и, конечно, про местные пряники.

— Обязательно попробуйте все! — Подмигнул он мне, останавливаясь на очередной остановке. — Улица Глинки, как и просили.

— Спасибо, — улыбнулась я ему, вылезая из маршрутки. — Обязательно последую Вашему совету.

Заветная цель была все ближе. Стало почему-то страшно.

Я знала, как выглядит искомый мною дом. Там не было ничего, кроме четырёх подъездов, окон и обшарпанных стен. Обычный жилой, каких в округе сотни.

А коленки дрожали все равно.

Поспрашивала у прохожих, посмотрела в картах, и, наконец, дошла.

Дом на улице Немцова 2.

Невысокий и длинный. Всего три этажа. Старая постройка, но свежий ремонт. Много травы вокруг, парочка деревьев перед подъездами. Большая самодельная стоянка с несколькими машинами и усыпанная песком детская площадка чуть поодаль.

Обычный, черт возьми его, дом.

Я прошлась вдоль него несколько раз. Тихо вокруг. Дом далек от главных дорог и проспектов. Спокойно.

— И что теперь? — спросила я саму себя. — Столько рвалась сюда, доехала и...

Так глупо. Чего, спрашивается, ожидала? Реальность — не сон и тем более не сказка.

Рома был прав. Нет здесь ничего.

И его теперь тоже нет.

Лучше уйти, пока сильнее не испугала бабулек, настороженно наблюдающих за мной из окон с верхних этажей.

Дверь второго подъезда неожиданно запиликала и нехотя отъехала в сторону. Показались сначала костыли, затем правая нога в гипсе, а потом и сам жилец. Высокий и худой. Неизменно в чёрной бесформенной футболке, длинных шортах и шлепках. Волосы стянуты резинкой на макушке. Татушка на руке, о которой я, черт возьми, догадывалась.

Ромка. Реальный. Живой.

Сердце пропустило удар.

— Ромка...

Он поднял глаза, услышав своё имя. Побледнел. Нелепо оступился.

— Рома! — кинулась я к нему, видя заваливающегося на бок парня.

Поймать все же не успела. Он рухнул в траву по левую сторону от тропинки.

— Ром! — Я опустилась на колени рядом, помогла ему сесть. — Цел?

Рома смотрел на меня удивленными глазами и молчал.

Стало как-то неловко.

Он столько времени был творением моего воображения, но вдруг оказался реальностью. Но как объяснить, откуда я его знаю? Рассказать о снах? Глупо. Назовет еще сумасшедшей, испугается.

Потерять Ромку, такого реального и живого, я теперь не могла.

В любом случае начать с чего-то было необходимо.

— Эм.. — подала я голос, нарушив затянувшуюся паузу. — Знаю, прозвучит немного странно, но не пугайся. Мы с тобой знакомы, но ты, возможно, не вспомнишь. Я...

— Лизка... — разлепив сухие губы, ошарашенно шепнул Рома. И сразу добавил чуть громче, но все еще неуверенно: — Лиза... из Челябинска, да?...

Узнал. Он узнал меня.

Сердце забилось чаще.

Захотелось разреветься прямо здесь.

— Да, Ром, — шепнула я. — Нашла тебя, как и обещала.

И тогда Рома притянул меня к себе. Прижал крепко-крепко, как я его тогда на остановке. Клюнул поцелуем в лоб, в щеку, в плечо. Стянул рюкзак с моей спины одной рукой и отбросил в сторону, а потом рухнул обратно в траву, утягивая меня за собой.

— Лизка... Настоящая. Думал, что у меня крыша едет.

Мягкий, немного хриплый, словно простуженный голос. Такой же, как и в любом из тех безумных многочисленных снов. Легкий, едва уловимый запах сигарет и клубники. Светлые серые глаза. Родинка под глазом. Теплые руки.

Его руки.

— Я тоже ловила себя на этом. Сбежала раньше, чем меня туда упекли, — пошутила я.

— Девчонка из сна приехала. — Его голос был полон неприкрытого восторга. — С ума сойти.

— Если сходить с ума, то, пожалуй, вместе.

Мы еще долго лежали в траве у дорожки ко второму подъезду. На нас странно косились проходящие мимо люди, но нам было плевать.

Странная история со снами про автобусную остановку закончилась также неожиданно, как и началась. Но было одно, что их все же объединяло.

Улица Немцова, 2.