Угловая

Начало

по серии книг Дема Михайлова «переКРЕСТок одиночества»

рабочее название « Угловая»

Пролог

Очнулся я в Угловой. В ледяной одиночке.

***

Да если бы не холод. Посидел бы себе спокойно, дождался эвакуатора, но... Холод. Ненавижу. И снова возвращается такая привычная боль. Подкрадывается стервь, думает не замечу. Ага, щазз. Ладно, я и не такое в своей жизни видел, переживу. Тем более мёртвым положено терпеть, а я, практически официально, труп.

Больше двух лет назад, меня огорошили на стандартном, ежегодном медицинском обследовании. Рак. Неоперабельный рак головного мозга и без шансов. Врачи дали мне два месяца, выписали морфин и отпустили в свободное плаванье. А я вот живу. Когда все сроки, отпущенные мне медициной, прошли, провели более серьёзное обследование. Диагноз подтвердился, но что-то там разладилось, в небесной канцелярии, и забирать меня не спешат.

Что бы хоть немного заглушить отчаяние пытался уйти в запой, но каждый раз на следующий день после загула и смотреть не мог на спиртное, не то, что продолжить. Да и не помогало совсем.

Оформив группу и найдя подработку, я жил себе достаточно спокойно, а потом пришла моя верная по жизни подруга. Боль. И больше меня не отпускала.

И я, всю свою жизнь презиравший наркоманов, начал колоться. Нет, я пытался, я терпел до предела, но однажды предел был достигнут. Я не сторчался за пару месяцев, чего, честно говоря, боялся. Только вот мой и до этого резковатый характер, изменился, заводится я начал не то что с пол оборота, а с пары фраз, резанувшего взгляда. Хорошо еще репутация моя в городе и до этого была как у отморозка. Меня обходили.

Выглядел я теперь лет на пятнадцать старше ровесников.Мои честные метр семьдесят, теперь смотрелись выше. Да уж, а раньше я мечтал об этом. Только вот вместо жилистого и подтянутого бродяги, со злым взглядом на нервном лице, из зеркала на меня смотрело нечто непотребное - седое, с темными провалами вокруг глаз, торчащими скулами, щек, казалось, не было вовсе. Экстремальную худобу не может скрыть никакая одежда, ткни – рухнет. Но это так кажется, только кажется.

Проходя мимо зеркал, я отводил глаза. Но бриться то надо.

Хорошо хоть цвет волос не поменялся.

***

Ладно, прочь тоску печаль, грусти не грусти, а идти надо. Знаю я тут одно место с офигенными циркулями, там и посижу, подожду.Поставив укол и нацепив патронташ с посылкой, постаравшись поровнее распределить ее по отсутствующему животу, вышел из машины. Идти не далеко, позвонят – за пять минут на месте буду. Договоримся, думаю.

Погода не радует. Декабрь заканчивается, а снега нет. Промороженный асфальт прямо гремит под ногами. На небе хмарь, всё вокруг какое-то серое, бесцветное. Мрак. Мимо, бряцая сцепками, проехал трамвай. Раритет, достопримечательность нашего города. Под светом его фар, на пару мгновений, стало светлее, но серость не отступила.

Вот и заведение, то ли столовая, то ли кабак, зато в тепле. Заказав чайку покрепче да солянку перекусить – хорошая она тут, высмотрел свободный столик, устроился возле батареи.

Похлебав соляночки, задумался над кружкой с чаем и тут:

-Я присяду?

О, а это что за крендель? Мелкий, ниже меня, какой-то весь неприметный, такого специально запоминать будешь - не запомнишь, только глазки вот больно цепкие. Опер что ли новый в городе появился? Ну давай, познакомимся.

- Присаживайся.

Что тут у нас? Нарезка мясная, маринованная овощная, водочка. Нормально у нас опера жить стали, подъёмные получил? Кабак-то не из самых дешевых. Рюмки две. А это прокол гражданин начальник.

Представился Василием, вполне себе вежливо попросил Васей не звать - знает меня, нет? Назвался, похоже, не знает – даже глазом не моргнул, ладно.

- Только переехал вот, город смотрю, с людьми знакомлюсь.

Складно. И про город и про людей.

- И как город?

- Да так себе, если честно, да и с людьми не везёт пока.

Не, не опер – город мой хает, имен серьезных не называет – так не подходят. Немолодой - значит, опыт должен быть. Или всё - таки показали меня уже? Помолчу пока.

- Может водочки? За знакомство. Весь день на ногах, застыл прямо.

Совсем топорно, точно не опер. Стоп... Ой, давно со мной не работали, да и мозги, похоже, совсем беляшкой поплавлены. Ну кто ко мне подсядет? Да у меня на роже написано, что я давно и плотно на кайфе.Да меня любой ребенок срисует! Точно либо опер, либо наркоман. Местные нарколыги меня за версту обходят, но если он только приехал – мог во мне собрата увидеть. Ладно. Да и давно я не с кем не общался.

- Наливай по маленькой, действительно зябко сегодня.

Лить на ханку водку та еще затея, но пусть так, играли мы в эти игры. Посмотрим кто кого разведёт на поговорить.

Беседа ни о чем завязалась как-то сама собой, водка неспешно убывала, мягко убирая зажимы, и я сам не заметил, как вдруг начал резать за жизнь, за свою жизнь:

- Зима, постоянно, даже летом зима! Руки опустились, и нет никакого стремления, понимаешь?

И ведь всё ему выложил, и про рак, и как медицина меня похоронила давно, и про то, что всю жизнь свою к чему-то стремился, за что-то боролся, а теперь вроде и ни к чему. Остановиться сумел только тогда, когда осознал, что чуть не завел речь о чем-то совсем уж личном. Как же он меня так развёл? Бывалый.

Внутри поднялась злоба, начал вставать, но он легко сбил накал несуразным, но неожиданно сильно зацепившим меня, вопросом:

- И что, думаешь, если вот предположим, забрать у тебя всё нажитое, но и рак тоже забрать, закинуть, черт знает куда - и жизнь снова заиграет?

Присел обратно, Вот прям, зацепил, да. Прикинул на себя ситуацию и выдал:

- Да! При таких условиях я снова поднимусь! Живым себя почувствую!

И снова вопрос с подвохом:

Ну а как же зима? А если там, холодно постоянно?

Да что ж ты так по больному то? Дело то не в этом:

- На северах что ли? Бывал я и там. Моя зима у меня в голове!

Трель телефона сбила мысль. Эвакуатор подъехал, надо идти. Наскоро попрощавшись, я побрёл к машине. Штормит меня, а выпил, и нет ничего. Быстренько договорился с водилой. Искать работающую мастерскую поздновато, поедем до дому.

В тепле машины совсем развело, даже задремал. Выгрузившись, закрыл свою ласточку. Домой. Добравшись до подъезда и открыв дверь, вдруг почуял кого- то за спиной. Повернул голову и увидел моего сегодняшнего собеседника. Да ты кто такой, мать твою!!!

Лёгкий толчок в спину опрокинул меня через порог подъезда. Ампулы!!! Тварь, да если что, я ж тебя прямо тут возле подъезда и зарою! Ещё в полёте начал переворачиваться на спину – ну давай, возьми меня, когда я брюхом кверху. Стоит падла, лыбится, что-то шепчет в мою сторону:

- В рычагах твоя жизнь! Дёргай рычаг с...

Удар о поверхность выбил из меня сознание...

***

Очнулся я в Угловой. В ледяной одиночке.

Глава 1

Глава первая

Очнулся я в Угловой. В ледяной одиночке.

***

Ну и что тут у нас? Четыре стены да дверь, тусклая лампочка под потолком, узкое окошко, еле пропускающее свет, пристегнутые к стене нары, да параша. Знакомая до боли обстановка. На стене цементная шуба, а на шубе слой инея. Ну здравствуй, Угловая. Как же, без тебя, хорошо было летом.

***

Летом хорошо, особенно в самом начале, без сухости и пыли. Кажется все вокруг нежно-зеленое. Яркая молодая листва, пусть уже и не так радует, как после зимы, но до сих пор поднимает настроение.

И вот иду я – рост выше среднего, телосложение... худощавое, волосы седые, глаза серые, морда довольная. Рост у меня вполне себе – на физкультуре никогда дальше третьего от начала не стоял. Вот телосложение... всю, можно сказать жизнь, спортом занимаюсь, а мышц нету, одни кости да жилы, на той же физре раздеваться стыдно. То, что волосы седые – так это не ко мне – родился я такой, сам удивляюсь. С глазами тоже родился, но это точно от мамы с папой. А что морда довольная – так, а как иначе то? Сегодня в школе – последний звонок, седьмой класс окончен и целое лето каникул впереди! А после линейки, меня высмотрела Соня,оттянула в сторонку и, сам себе до сих пор не верю, предложила встречаться. Сонька! Сама предложила! Ну как теперь улыбку с лица уберешь!

Мы с ней, конечно, давно знакомы, все-таки одноклассники... Да и в садик вместе ходили. В общем, соседка она моя. С детства дружим. Нравится она мне, давно, а прошлым летом приехала с пионерлагеря, и какая-то вся... Другая... Меньше месяца тогда ее не видел, а она... И не подойдешь ведь...

А она сама!!!

Вот и родная двухэтажка. Городок у нас маленький, районный, пятины только начали поднимать. Рядом с нашим домом, уже лет пять, заброшенка стоит. Мы там, в крысы гоняем, класса со второго. И в прятки... Да живем мы там, можно сказать, целыми днями.

- Мам, я пришел.

Никого еще. Мама в библиотеке, скорее всего – работает она там, отец тоже на работе – слесарь-инструментальщик пятого разряда, может и задержатся с мужиками. Нет, не пьет он у нас. А вот выточить, отлить, подобрать – любую деталь может. Во время рабочего дня, аврал у него. Вечный, даже и заходить смысла нет, а вечером такое ощущение, что полгорода в его подсобке собирается. И всем что-то нужно. Так что, если матери не обещал быть в половине шестого, рано можно не ждать.

Младших нет, старших тоже, кто на учебе, а Сашка, скорее всего, уже по стройке носится. Пятеро нас. Старший брат, младший брат, старшая сестра, младшая сестра, ну, и я – посерединке.

Бутерброд закинуть, да к ребятам бежать, а то старшие придут – быстро дело подберут по душе, и попробуй с ними поспорь, особенно с Вовкой. Как с армии старшиной пришел, так командира из себя и корчит. Да и Любка от него не отстает.

Двор у нас огромный, зеленый опять же. Со всех окрестностей народ собирается. Лавочки, столики, качели, турники – все как у людей. За домом сараи, да пара гаражей, мы там раньше бегали, пока стройка не началась. Да и сейчас бывает, клич - айда за гаражи, тут из поколения в поколение передается. Среди детворы.

А вот и наши, компания моя дворовая. И Сашка, конечно же, постоянно к старшим лезет:

- Здорова пацаны. А ты почему во дворе, уроки сделал?

- Ну какие уроки? Каникулы же!

- А посуду помыл? Сегодня твоя очередь.

- Вымыл я!

Не посмотрел, ну да ладно:

- Приду, проверю! Давай, к своим двигай, нечего тут!

- Ну Вить!

- Иди, кому говорят!

Поручкались как положено, куда пойдем? Не маленькие уже во дворе сидеть, тут вечером только.

- На Вонючку? Погнали!

Есть у нашей реки и нормальное название, но давно, при царе еще, бумагу тут делали из тряпья, и пока завод не закрылся, говорят, в ней даже рыбы не было. Вот и прилипло.

- Наше вам.

О, Михась подошел, так-то они старше нас, но в последнее время заходят. На гитаре побренчать вечером, каторжанские байки порассказывать, да и так, посидеть просто. Приблатненая компания, но, ребята хорошие.

- И вам не хворать. Мы на речку, с нами пойдешь?

- Спрашиваешь!

Эх, хорошо летом. И еще три месяца каникул. Класс!

***

Пока дробил стену, время от времени, всплывал вопрос:

- Что же такое ты хотел мне поведать, а я не успел услышать? Что это за слово на букву «с», да еще такое эмоциональное? Ведь если это то, что я думаю, оно требует как минимум пояснений. При встрече.

***

- Эй, Седой, здорово! Как сам?

Знакомая компания. Михась сотоварищи.

- Здорово пацаны, нормально все. Как у вас?

Обступили, лбы здоровые. Лыбятся.

- Да проблемка у нас. Поможешь?

Почему бы и не помочь хорошим людям:

- Помогу, конечно, а что надо?

- Да вон у тёзки твоего, родичи на дачу уехали, а он ключ дома оставил. Там форточка открыта, но этаж третий, а для тебя по стене забраться, как два пальца об асфальт. Так ведь?

- Да легко!

***

Ближе к вечеру за мной пришли.

***

- Эй, щегол, как тебя там. Витек, сюда подойди.

Вот какого... Сижу себе, мысли в голове гоняю. Орет он. Орех, орясина долговязая, восемнадцать лет да три ходки. Смотрящий за хатой. Идти придется.

- Что?

- Да вот думаю. Ты уже третью неделю у нас кантуешься, а погоняла нормального у тебя все нет. Пора бы тебя окрестить уже.

- Седой я.

Знаю я ваши погоняла, сейчас налепит фуфел галимый – вовек не отмоешься потом. Нет, феню то я знаю, на улице без этого никак, но, как оказалось, очень мало – самым краешком зацепил, можно сказать. А там словарь огромный, энциклопедия целая. Обзовет как ущерба, я и знать не буду.

- Не, Седой для тебя пока жирно будет, себя покажешь сперва, люди посмотрят. Ты даже с народом не общаешься вообще, сидишь вон – в стену уткнулся, что там увидел?- Завелся Орех - Может за тобой косяки какие по воле – кто знает? А Седой погоняло фартовое, так, только за цвет волос не крестят. Но без погоняла никак, сам знаешь. Так что... кто ты там у нас по УК?

- Статья сто сорок четвертая часть вторая.

- Все так, а по-простому – форточник, правильно? По стене залез, в форточку прополз, дверь открыл.

Гнида! Да все так, все. Мрази, какие же мрази! Мало того что использовали как... Сдали, так еще и паровозом пустили – я теперь и продумал все, и народ собрал - на кражу уговорил, ну и дверь открыл, само собой, тоже я. Ненавижу...

Успокоится, надо успокоится, сейчас точно не время психовать.

- Ну и чо?

- Чо ты кипишишь, малой?

Просек все-таки. Выдохнуть. Тише, тише.

- Ничо.

- Ну, так вот. По стенам ты лазать горазд, а кто у нас по стенам бегает? Пауки да ящерицы. До паука тебе опять же расти и расти так что... Погоняло твое теперь – Ящер. Уяснил?

Урод. Подвел-то как. Хрен тебе, за ящера даже я знаю.

- Нет.

- Чо нет? Чо те опять не нравится?

- Ты во мне тупого увидел?

- А какого? Ты три недели стену взглядом сверлишь! Слова от тебя не добьешься, бычишь тут. Короче, тюрьма тебя крестила, вали на свой шконарь.

Ясно, миром тут не решишь, уйду – считай согласился. Но и возразить мне нечего.

- Я на я, отзываться не буду, понял?

- Ну, ты заплачь еще, деточка, не хочешь на я, да и хрен с тобой. Значит, будешь Тыщер.

Тварь! Здоровья дохера? Со дна рассудка поднялось все то, что топил эти недели. Милиция, первый допрос, плачущая мама, следователь объяснявший, что мне как организатору ничего хорошего не светит, очные ставки, СИЗО и камера для малолеток. И мысли, мысли...

От шконки до шконки долетел так, как будто времени не существует. Руки вперед, главное зацепиться, а там еще поглядим. Бить бесполезно – разница в весе слишком велика. Зацеп. Руку вперед и вокруг шеи, ноги поджать. Есть удушающий – поборемся еще.

Удара я не увидел.

***

В карцере мне понравилось. Тепло, светло и мухи не кусают.

А если без шуток, то так оно и есть – спокойно в нем. Никто не достает вопросами, не пытается разговорить, что-то выпытать. Уже не плохо. Не до разговоров мне - голова своими проблемами забита.

Со светом все не так хорошо – солнечный, почти не проникает через жалюзи, да и лампочка совсем тусклая, но меня вполне устраивает, даже уютно. Воздух почти свежий, чистота...

Вот с чистотой были сложности. Когда меня, после санчасти, приволокли в одиночку, то первое что я почуял разбитым носом это запах. Даже вонь, я бы сказал. Пришлось начать с осмотра моего нынешнего жилища. Результат сего действа меня просто убил. Параша, это гнилое ведро, хоть и была пуста, зато смердела как протухшая крыса. Повсюду – на сальных полах, да и на всех горизонтальных поверхностях валялись какие-то тряпочки, чинарики, клочочки ваты и какие-то обрывки вообще не понятно чего. Желания жить в таких условиях у меня не было. Пришлось колотиться в дверь.

Выпросив, да скорее выклянчив какой-никакой инвентарь взялся за уборку. И плевать мне на тех, кто говорит, что тряпку даже в руки брать западло – западло в свинарнике спать! А для себя, да за собой - это нормально, так и должно быть. От параши удалось избавиться во время оправки. Просто оставил ее в туалете и все.

Ох, и крику потом было, на весь коридор. Орали, что оправка два раза в сутки и хрен меня кто поведет лишний раз, пусть я хоть лопну. Ну, это в основном, остальная речь заключалась в том, что я засранец малолетний и далее, в том же ключе. Ну и кричи, лучше у меня мочевой пузырь лопнет, чем жить в этой вони.

Уборка эта, мне еще аукнулась.

Каждый раз, покуда числился за карцером, приезжая от следователя ли, с очной ставки, я оказывался в другой камере. Точнее в другом свинарнике. И если первый раз отмазка старшого мол, это не он переводит, а опер, прокатила, то на второй раз заходить в камеру я отказался наотрез.

Закрутили конечно, закинули, но кипишь я поднял конкретный.

Единственное что я с этого поимел – мою парашу теперь переставляли в каждые следующие мои апартаменты. Ну, хоть так. Ах да, парашу мне выдали новую.

Потом был суд... Услышал там о себе много хорошего. Мнение знакомых, друзей и родственников, характеристики со школы, кружков и секций. Много. Плохого было мало, но оно перевесило. Три года ровно, колония общего режима. Впрочем, как и ожидалось. Компания же Михасевская получила по самому минимуму, ни одного реального срока – одни условные. Пойдут теперь обо мне слухи по городу, как же, сбил с дороги молодежь.

Маму жалко.

От налепленной клички пришлось отбиваться и... Не то что бы все у меня вышло, но Тыщер, после еще нескольких стычек и последующих отсидок в одиночке, трансформировался в Выщер, а к тому моменту как меня осудили – в Выщур. И я погоняло принял. Выщур. Пусть так.

А обживать карцер, мне пришлось еще не раз.

***

Гоп стоп, мы подошли из-за угла...

Так-то, подошли они, просто песня вот вспомнилась. Хорошая. Обступили полукругом, рожи нахмурили. Ща предъяву делать будут. По любому.

- Выщур, ты чо кореша нашего щемишь?

Ты смотри, на здрасти ни до свидания, сразу с наездом. Какие резкие ребята.

- И кто у вас кореш?

- Тобол, ты ему табель зарезал!

Тобол, ну да, конечно знаю. Знатный прогульщик, да еще и косячит постоянно.

- Выщур, давай-ка миром порешаем, ты человек новый,а мы тут люди не последние. Проблем хочешь – так мы нарисуем.

Нет, ну я, конечно, только заехал, но люди серьезные за меня уже давно все знают, так что нет вы никто, сявки.

- Решать тут нечего. Все по справедли...

Прилетело справа.

***

Никак не прояснится. В сознание уже пришел, только вот мутно. Голова пуста. Ох. Глаз не открыть – слиплись что ли? Что было-то? А, да, Тоболские, зря вы так, зря. А дальше? Прилетело мне хорошо, но потом? Я с первой плюхи отрубился?! Да быть такого не может! Тише, тише. Разберусь, раз уж жив. Где я? Валяюсь кверху пузом на чем-то твердом, и ощущения... Как будто покачивает плавно вверх-вниз. Носилки? Или просто голову стрясли? Слегка шевельнул рукой. Труба? Точно носилки. Тащат куда-то. Встали. Тело ломануло болью. Да что ж вы так резко?! Скрип двери, двинулись дальше. Встали. Ссс!

- Старшой, принимай постояльца.

И куда это меня? ШИЗО или больничка, вариантов не слишком много.

- Чего натворил?

Все-таки ШИЗО.

- Драка, троих на больничку отправил, да еще на ДПНС потом кидался, урод.

- Значит драка и нападение на сотрудника?

Оп, а вот этого мне не надо.

- Только драка пока, сказали, разбираться будут, как в себя придет.

Фуу, прям от сердца отлегло, косяк серьезный, но ничего, отбрешусь, раз уж сразу не фиксируют.

- Ты тут это, поаккуратней с ним...

- А чего.

- Говорю же, он троих на больницу отправил, а сам вон смотри, целенький.

Я целенький? Тебе бы такую целостность падла!

Болит все тело, в левом боку вообще как-то нехорошо режет. Что там у меня? Печень, почка, еще что-то? Знать бы. Костяшки рук саднят, но это нормально, без перчаток. Ну а такие провалы в памяти для меня не новость, норма можно сказать. Одно радует – сразу не вырубили, отбился. Ну а с корешами Тоболскими, я побеседую еще. И в свой цех их перетащу. Любыми путями, на перевоспитание.

- Ну и в какую этого бешенного оформлять?

- А вот в угловую и оформляй, пусть поостынет.

В угловую, поостынет. Какие-то местные заморочки.

- И давай закрывай уже, да мы пойдем, потом допишешь.

- Да иду я, постояли бы, покурили, сам знаешь – скучно тут одному. Торопишься все.

Двинулись. Осмотреться бы, все-таки первый раз тут, да глаз не разлепишь.

Нормально так прошли, это куда? А ну да, Угловая же, в конце продола значит.. Заходим. Эх мать, а чего так холодно?!

- Шконку отстегнуть?

- С чего бы? По распорядку. Так, на счет три ставим. Ра...

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 2

Глава вторая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Боль! Рука машинально скользнула в карман плаща. Вот он бокс. Так: шприц, три иглы – две в упаковке, жгут, спирт, вата. Ампулы, три, все целые – живем. Плащ долой, закатать рукав, набрать шприц, обработать... Ловить вены в полной темноте, да еще, такие как у меня нелегко. Но справился. Тихо, тихо – сейчас отпустит.

Где это я? Угловая?! Какого хрена! Точно, там же опер был. Значит, меня взяли и закатали... Но Угловая?! Я же раковый! Да и нет у нас в ИВС такого.

Вроде попустило, встаем. Мать! Головой прямо! Под небольшим углом к верху, из стены торчит... труба – не труба, огрызок – ну, помогай подняться, раз уж ты здесь. Ухватил, потянулся – труба, с тихим щелчком, пошла вниз. Это еще что? Дойдя до крайнего положения, встала, снова щелкнула, и пошла обратно, заодно вытаскивая и меня.

Наверху зашелестело, глаза резанул свет. Прикрылся от свечения рукой – сейчас, привыкну. Красноватый, тусклый свет идет из щелей под потолком, на противоположных стенах. И явственно теплом сверху тянет. Потолок низкий – около трех метров, может слегка побольше. Камера, примерно три на четыре, прямо напротив меня – утопленная в стену дверь, больше похожая на технический люк, неподалеку рычаг.

Рычаг. Что он там про рычаг бормотал?

Не сейчас. Кубический выступ из стены, метровый на первый взгляд и все. Ни параши, ни шконки – вы мне чего, на полу спать предлагаете? Нет, так дело не пойдет!

Развернулся перед дверью, лягнул ее всей подошвой.

- Эй, старшой, подойди!

Подождал пару минут – тишина. Вообще охамели! Лягнул еще пару раз – тихо. Ну ладно, ща я вам устрою!

Погас свет. Да сколько можно! Еще и свет рубанули, хотя... Рычаг, свет. Надо пробовать. Нащупал трубу. Ну-ка. Свет загорелся, зашумело. Черти что и сбоку бантик! Ладно, продолжим.

Молотил минут двадцать, аж согрелся, и ничего. Ни шороха, ни звука. Свет потух – да до лампы! Ладно, я вам эту дверь сейчас заклиню наглухо – вскрывать заманаетесь. Достал ключи – где тут у меня плоский? Дернул свет. Всмотрелся в косяки – пригнано плотно. Нажал слегка – не ходит. А так? Качнул влево – вправо и... дверь отъехала в сторону.

Это что же я, полчаса в открытую дверь ломился? Стыдоба мля.Что тут у нас? Комнатушка метр на два, практически во весь пол – округлая решетка. Дальняк? А это...

Из стены, торчит кольцо, на кольце - цепь, а на цепи... тесачина. Спокойно, не заводится – не кому сейчас предъявлять. То есть они мне, вот сейчас, предлагают встать на решетку и горло себе вскрыть?! Да тут вообще беспредел творится!!!

Сердце ходуном – поуспокоится нужно, да как? Не привык я к такому обращению. Надо продолжать осмотр, иначе мотор не выдержит.

Рулон бумаги на стене. Снял, это что, ветка? В стену, в шов, втиснут сучок, на нем бумага и держалась. На противоположной от входа стене – гобелен, или, может быть, коврик с цветочным орнаментом. Приподнял, легкий, мягкий ворс и грубая основа. Под ним пустая стена.

Кстати кирпич тут не стандартный, почти квадратный. Царапнул ключом шов, не сыпется вообще – зачет. Снова свет, это постоянно так будет? Может это вообще не менты? А кто тогда? Эксперимент? Слухи о таком ходили, при советах еще, да и сейчас тоже. Мол наберут из сидельцев больных и одиноких, да опыты на них ставят. А я, так-то, вполне подходящий экземпляр. Подохну – никто и не почешется.

Дернул рычаг, свет вроде через равные промежутки вырубается, надо замерить. Телефон у меня старый, кнопочный, зато заряжать можно раз в неделю. Та еще мобила – ею убить можно. Глянул сеть - по нулям, кто бы сомневался. Глушат.

Стоп. Ампулы. Я же не проверил, а приложился то не хило. Да и вообще, что там у меня по карманам, раз уж не шмонали. Что тоже странно... Ампулы целы, все двести штук, уже хорошо. В карманах, как обычно, этот набор уже годы не меняется. Ключница из мягкой кожи, чистый носовой платок, широкая, короткая расческа, это из мелочи. Портмоне, бокс, телефон, зарядка, электронная книга, тоже необходимое. И две пары перчаток, кожаные, да вязанные, шерстяные, плотные, с тканевыми вставками – я без них вообще из дома не выхожу, а уж зимой тем более. Спичек только нет, это плохо, не успел новый коробок положить. Спички в хозяйстве вещь полезная.

Патронташ цел, проверял уже, на стол его пока. Повертел книжку, экран цел, норма. Тут у меня залежи целые, фантастика в основном, есть чем время убить. Выключить пока – розетки я тут не видел.

Одно время ноутбук с собой возил, купил как-то, сдуру. Повелся – мол, буду на работе, в свободное время, кино смотреть. А на работе оно как? С собой таскать – мешается, кинуть где – так и ноги приделать могут, а положить в отсек в раздевалке – а толку то мне тогда от ноута, если я на верхотуре, а он внизу. Вот и валяется. Дома. А в чехле помимо самого аппарата, много чего хорошего лежит. Ладно, забыли, жалеть о недоступном – пустая затея.

Свет. Нашел секундомер и жамкнул вместе с рычагом.

Присесть, подумать пока. Что же это за место? Угловая? Похожа, да не совсем, а я их много повидал. Видать, кто-то заметил, как на меня холод действует, да и сделал пометочку в личном деле. Я не мерзляк, на меня мороз, скорее, морально действует – постоянно на взводе. В общем, такое воздействие не сильно помогало, но как зима – так я, за любой косяк, в угловую заезжаю.

Называли их везде по-разному - холодная, ледник, морозильная камера № 9. Но для меня они все были – Угловая. А Угловая это...

На зонах - ШИЗО, карцер, находятся обычно в отдельных зданиях. И бывают там одиночки, в которых есть возможность отдельно отключить отопление. Ну и обстановка там соответствующая. Все в инее, все ледяное – присядешь, так пристынуть можно. Холод – пар изо рта от стены к стене долетает. И здесь вроде так. Только вот... стены. В угловой камере, самые холодные стены всегда находятся под углом друг к другу. Здесь же – вовсе не так. Стена с рычагом и противоположная ей – покрыты инеем, а две другие, просто скрыты массивом льда, под углом спускающимся на пол. Противоположные стены! Как будто именно за ними – открытое пространство. Или специально наморожено. Странно это.

Свет, время. Три минуты, три секунды – красиво. И что? Да ничего в принципе, разве что спать придется на холоде, тепло то, вместе со светом отключается, но ничего – мне не привыкать. Давай-ка, контрольная проверка. Снова рычаг вместе с секундомером. Дерг. Зашумело.

Так вот лед. Правая вся в наледи, стена даже не просматривается. Левая – аналогично, но по ней еще и вода сочится. Жидкость собирается в ручеек, накрытый тонким слоем льда, и уходит в закрытый решеткой сток возле туалета. А это что?

На полу, неподалеку от стены, вмороженный в ледяной язык, валяется молоток. Интересные дела. Еле выломал. Самопал какой-то. Подо льдом, по стене с рычагом просматривается... Пустота? Ниша? Так, молоточком. Ага, точно ниша. И снова свет, что там по времени? Три, ноль три. Ну, как бы да, но опять же ничего мне это не дает. А вот ниша – это интересно.

Долбаю уже шесть минут. Как узнал? А два раза за рычаг дергал. Телефон я выключил, мало ли, пусть заряд побережет. Гляну что там. Видно плохо, но внутри блестит. Дотянулся – есть. Банка, темно-зеленая, почти черная, притертая крышка. Литра на два. Это что, сухари? Вот даже думать не хочу, что это значит! Понюхал, да вроде да. Ну что ж, желудок уже посасывает, а баланды тут походу не дождешься. Жеванул. А ничего так, хоть и промерзшие, зато с явным пряным привкусом, есть можно. Кто бы меня сюда не засандалил, а травить меня, смысла нет.

Лед сходит легко – под углом то, но притомился я уже. Не та выносливость уже, не та. Передохну. Дошел до стола. Выложил все из карманов - как бы не побить. Присел на край, задумался.

Что бы это ни было, но в помещении уже явно жили, если это не коридор конечно, мало ли что за ледяными стенами прячется. И не убирались толком никогда. Это мы поправим, потом. Если тут задержатся придется, жить в хлеву я не стану. Не мое это. Стены замацаны, по полу, даже под слоем наледи заметен слой грязи, и, буквально натоптанные тропинки по центру. От них, менее заметные, но вполне различимые отнорки – к столу, рычагу, туалету. Жили тут, и жили долго. Либо жильцов было не мало. И если был хоть один опытный сиделец, то должна тут быть нычка, а то и не одна. У меня вон добра сколько, и все нужное. Если отметут, будет гораздо тяжелее.

Встал, посмотрим, где бы я тайник сделал? Хотя, что я, и делал и искал, где чаще всего спрятать стараются? На самых приметных местах, дескать, на виду, меньше в глаза бросается. Так-то оно так, но есть нюансы. И тут конечно, победителем будет стол. Без вариантов.

Присел, осмотрел, смахнул иней рукавом, провел по поверхности пальцами. Хм, интересно. Это что, скважина замочная? Странные тут тайники, это что с собою притащить надо, что бы дверку сделать да замок врезать?! Слесаря после работы, с полным набором инструментов замели? Да и дверка кирпичная. Царапнул шов, раствор как камень, держится, как ни жми. Нет, тут, что-то другое. Ладно, потом, все равно ключа нет, да и проволочки хоть самой заволящейся, иначе поковырялся бы. Даже если это нычка, то спрятана она так себе. Были тут, люди опытные? Проверим.

Прямо по курсу стена, без выступов, рычагов. Просто прямая стенка. Вот тут бы, я сам и делал. Главное замаскировать получше и высоту подобрать. Либо выше уровня взгляда, либо ниже. На уровне бедра или вытянутой руки, чтобы не броско, но и достать при необходимости можно было. И быстро.

Сходил за ключами, есть у меня один, с треугольным окончанием. Ну, пробуем. Нашел, взглядом, кирпич, со слегка сбитым краем, расположенным повыше моего роста сантиметров на семьдесят. От него и начнем. Поднял руку, кончик ключа в шов и пошагали. Блин, в глаз попало. Ледяная крошка. Ладно, поначалу пробегусь вдоль стены, сниму ледок, на обратном проходе усилю давление. То, что падает уже не только лед, понял не сразу, но... Вот оно, загашник старого арестанта.

Где там мой платочек? Аккуратно, собирая падающие кусочки,потер замазку вокруг кирпича. Вот, нормальный раствор! Не больше двух сотен, если олух смешивает, такой и получается обычно. А в стенах больше на морской похоже, слишком крепкий, да гладкий. А тот на века рассчитан, да в агрессивной среде. А может и на тысячелетия, кто проверял-то?

Покатал между пальцев собранное, мнется, слегка липнет. Хорошо, значит и обратно встанет. А то, что цвет слегка отличается, это мелочь, с другого шва, пыли наточу, да присыплю. Не отличишь. Вот что значит нормальная заначка!

Таак, пошел кирпичик. Давай, давай родной, иди к папочке. Что тут у нас? Пошарил, где достал. Пусто. Но это ерунда. Из отверстия падает луч света, такой же бледно оранжевый, как и в камере, может слегка порезче. Там что, другое помещение? И не достанешь ведь, глянуть! Обе руки нормально не помещаются, за другие кирпичи, тоже не зацепишься, на совесть затерто. Не в том я состоянии, что бы на пальцах подтягиваться. Давно уже. Дна рука тоже не ощущает, класть туда что-то,точно не стоит.

И как это понимать? Вынули кирпич, поняли, что вместо тайника, пробились куда-то еще и просто заложили обратно? Или перед уходом, вещички собрали? Тогда знали, значит, что уходят. Ладно, сейчас не разобраться с этим. Кирпич на место.

Освещение вроде поярче стало, да и горит подозрительно долго. Пока с нычками разбирался, дергал уже на автомате, а сейчас вот сообразить не могу. Или кажется? Включу-ка я телефон, а пока, пыли цементной натру. Потухло, секундомер, рычаг, поехали. Точить покамест, тяжело идет, точно спеццемент.

А ведь выходит не менты это, нет у них таких денег. Да и от трупа моего, им никакой пользы окромя вреда. Не настолько я им насолил, опять же, нормально уживались. К тому же мертвяка оформлять заманаешься, а писать, лишнего, они не любят. Тесак, молоток, морфин со мной. Шмона не было. Значит все же эксперимент. Вот уж подфартило на старости лет.

Свет, ага шесть ноль семь. Неровно как-то. Проверим. Еще один плюс к теории эксперимента, кстати, мышку не только на волю к жизни проверяют, но и на сообразительность. Дергай рычаг, разбивай стену, и будет тебе счастье. Уроды! Выдохнуть, выйду – спрошу. Если выйду, конечно.

Цементной пыли хватит. Размять, замазать, затереть обратной стороной ключа, пыльнуть слегка. Опыт не пропьешь! Как тут и было! Присесть пока, или продолжить со льдом? Отдохну, разгоню свет заново, да за работу.

Потемнело, поглядим. Шесть и семь, как в аптеке. Если на сотые внимания не обращать. Телефон отключить, нельзя забывать об этом, молоточек в руку. Поехали.

А вот как они меня сюда засунули? Как-то сразу не подумал. Идея, что занесли, а потом стены наморозили, никакой критики не выдерживает. Я б тут дуба дал, чем бы меня ни накачали. Пол, стены, тоже отпадают, слишком загажены, заметно будет, такое снаружи не восстановить. Значит, потолок, там цвет практически однотонный, да и не разглядишь нормально при таком освещении. Или...

Да не, не настолько же они кретины! Должны знать контингент, а за такое одним разговором не отделаешься. Но... В принципе, идея рабочая.Если решетка, в полу туалета, откидывается вниз, то приставляй лесенку и затягивай кого хочешь. А может вообще там лифт, а труба канализации отходит в сторону при необходимости. Тогда понятно, откуда дует. Лифтовая вентиляция.

Устал, да и вспотел даже. Плащик давно уже скинул, пора наверно и термобелье снимать, да носки шерстяные. Лаз в нишу неплохой пробил, можно попробовать пролезть. Но сперва отдохну чуть-чуть, да переоденусь, узковато. Свитер тоже снять придется.

Сел, веки прикрыл - пусть глаза отдохнут. Задумался...

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

- Бугор! Выщур, ты где? Опять в угловую заехал?

И тут поспать не дадут! Кто там, Сергий что ли? Батюшка Сергий, от сана отлучили, а погоняло прилипло. Точно он.

- А куда же еще, зима на дворе. Чего хотел?

- Да мужики тут, бригада наша, гостинец тебе собрали. Все, как положено – чай, сигареты, глюкозы маленько и газет парочка.

- Да не курю же я, сто раз уже говорил. Но спасибо конечно, благодарствую. Как мужики-то? Без кипиша? С планом что?

- Хорошо, тебя как увели, покричали, конечно, немного. А так нормально все, план даем, ждем тебя обратно. Побегу я, а то подъем скоро.

- Ну и я прикорну слегка...

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 3

Глава третья

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Чтоб тебя, да какая Угловая?! Ты меня отпустишь уже, в этой жизни?!!!

Та же камера, света снова нет. Поднялся, прикрыл глаза, дернул. Засветило еле-еле, это что?! Заново все, что ли? Да вы издеваетесь, черти! Порву нахер!!! В голове, как лопнуло что-то. Ммм. Больно, зараза, где бокс?! Пока налаживал процесс, успокоился. Ничего, сейчас все пройдет, все...

Привалился к стене, мандражит меня. Мало мне боли, еще и давление, похоже, подскочило. Отдохнул, от трудов праведных. Да после такого отдыха, на больничку ехать надо!

Так, как оно было? Сколько-то раз дернул – дали больше времени, посчитаю. Добавили один раз, вполне вероятно, не в последний. Слишком несерьезный срок – шесть минут. Ни поспать, ни, извиняюсь, посидеть спокойно. Тоже проверю. И посмотреть на всякий случай, одно и то же время добавляют или по-разному. Кто их знает, докторов этих, Менгеле!

Боль поутихла, давление тоже, пора! Переодеться и в путь, ждет меня нора снежная, с секретами здешними. Я надеюсь. Шляпу долой, свитер, термобелье, теплые носки – аккуратно сложить. Остался в брюках и толстовке. Еще полусапоги сменить бы, они у меня туристические, но под брюками смотрятся, как слегка грубоватые туфли. Да вот тапочек, в нынешних апартаментах, не предусмотрено, так себе сервис. Во внутреннем кармане плаща нащупал балаклаву телесного цвета. Забыл про нее. Отличная защита от ветра и морозов, особенно если в шляпе ходишь. А мне ушанка, за мою жизнь, надоела хуже горькой редьки. Да и кепки любых фасонов. Тоже к вещам. Ну, с Богом.

Засек время, дернул. Второй раз, запомнить. Сухарик в рот. Полез.

Сразу проползти не вышло, на внешней стенке ниши, нарос ледяной горб, не протиснутся. Пока сбил, да выкинул лед, как раз усилилось освещение и теплоподача тоже. В третий раз. Свет почти дневной и, если бы не лед, тут уже Ташкент был бы. Плачут стены, изморозь почти сползла, наледь на полу тоже истончается – течет грязноватыми ручьями. Была бы тряпка – самое время по полу повозить, большая часть грязи ушла бы. Да и по стенам тоже. Но чего нет, того нет.

Рычаг, для смены режима освещения, дергать пришлось по пятнадцать раз, три и три, шесть и семь, и двенадцать и четырнадцать соответственно. Если учесть сотые, время, каждый раз увеличивается в два раза, значит через три часа примерно, узнаю, будет ли еще бонус. До двадцати четырех минут, с копейками. А это вам не три минуты, бегать к рычагу приходится все реже и реже.

Что же они на мне проверяют такое? Воздействие на организм пониженной температуры и скудного питания? Так на мне даже датчиков никаких нет. Да и проверяли это не раз, не на мне конечно, но точно знаю, что такие исследования еще во времена Великой Отечественной проводили. А может и раньше. Психологические тесты? Больше на правду похоже, но тоже неясно. Мало данных, как наш админ говорит, на таких рабочую теорию не построишь. Ну и не буду пока.

А, отслеживать-то они меня должны? Само собой, кто бы это ни был, следят. Тут вопросов нет – видеокамеры, может и тепловизоры есть или что-то похожее... Пока в отключке был, могли и внутрь что-нибудь вживить, но эту версию пока отбросим.

А я им тут нычки вскрываю, мдя, прокольчик. С головой у меня так себе - столько времени колоться, явно не на пользу.

И где приборы? Есть, конечно и всякие микро, их без аппаратуры не найдешь, но серьезное оборудование настолько не уменьшить.

Встал на стол, заглянул в узкий проем - свет хоть и не яркий, мерцающий, нормально рассмотреть не дает. Это как на лампочку смотреть вблизи, на горящую. Да еще и теплым, почти горячим, воздухом прямо в лицо шибает, сразу глаза заслезились. Струя тепла бьет из приплюснутой трубы выходящей из потолка над дверью туалета, но со стала не дотянешься.

Проморгался, повел пальцами по стеклу, закрывающему углубление - ничего выпуклого, ровная поверхность. Если вынуть прозрачную пластину, вполне что-нибудь затарить можно, мелкое. Ту же заточку.

Поковырял ключом края щели, сидит плотно, пара крупинок только и упала. Да и вряд ли стекло только на растворе держится, разбирать долго придется. Бахнул краем молотка, хорошее стеклышко, противоударное.

Тоже мимо, не хотят здешние тайны так просто открываться. Ладно, мы еще вернемся, сейчас главное ниша. И, кстати, если наблюдение в этих заглублениях расположено, то вся камера не просматривается, обзор слабый будет.

Чуть не поскользнулся когда спрыгивал. Грязища, хоть подошвой размывай, но обуви жалко, магазины тут, вряд ли есть. Тряпочку бы, хоть небольшую. Блин на нэ. Коврик же, в туалете! Никому не нужный. Мне, так уж точно!

Сходил, снял со стены, тоже на чопиках. Бросил прямо возле слива, цветками вверх, повозил ногой. Грязь слоями отходит, мутные ручейки тут же стали черными. Повозил, прошелся до стола. Хватит уже время тянуть! Надо лезть, а внутри странная опаска. Слишком уж все вокруг непонятно. Непривычно. Даже когда в горы затащили, на восхождение, не было такого беспокойства, хотя там, тоже все неизведанно. Так не один ведь был.

Протащил, прижимая, тряпку до самого лаза. Ну, с Богом.

Потом обратно, скоро рычаг дергать. Оперся о стену, дождался. Дернул. Потащился обратно. Неуверенность не отпускает, но, ее мы точно пересилим. Ввинтился в отверстие, сразу до противоположного конца. Кирпича не видно, тоже лед. Перевернулся, сел, облокотился спиной. Поглядим.

Ну, вот они и тряпки! А я такой хороший коврик испоганил. Похоже на спальное место, пока что во весь рост не лечь, но за спиной льда еще на полметра. А тряпье это – постельное белье, примерзло к поверхности, вот я и не заметил, когда отбитое вытаскивал. Свет-то загораживал, своим телом.Освещение и сейчас скудное, хорошо лед чистый – работает как рефлектор.

Вдоль ниши, на кирпич ниже верхнего предела, углубление. Ниша в нише. На ней банки и бутылки. Посмотрю, но позже.

А вот и следующий тайник, тоже неумеха делал. Прямо на уровне моих глаз, примерно посередине ниши кирпич. Заляпанный, да только не так как остальная стена. Края смазаны, по центру явные отпечатки – вытаскивали, придерживая большими пальцами. И часто. Платок и ключи. Но сперва побью-ка лед изнутри, свет погаснет, тогда и вылезу, что б два раза не ходить.

Дернул рубильник, или что тут за система? Забрал ключи, платок, телефон – может подсветить придется и полез обратно. Сейчас что-то прояснится. Или нет.

По отработанной схеме вытащил кирпич, отложил в сторону. Заглянул. Да уж, яснее не стало...

За стеной в один кирпич, будто декорации из фильмов начала двадцатого века. Про будущее.

Тускло багровый свет, на расстоянии вытянутой руки решетка, а за ней еще одна стена. Из все того же кирпича. И шестерни, закрепленные на решетке, соединенные и висящие отдельно, от огромных, метра в полтора, до, сравнительно, небольших. Болты и заклепки, тоже не маленькие. Скрип, шорох, размеренное движение, мигание разноцветных огоньков. Жюль Верна заказывали?

Прямо напротив, на решетке, висит несколько свертков – сюда их, пока совсем крыша не уехала. Может все происходящее моя персональная галлюцинация? Вода вот только, слишком мокрая. Не может быть таких подробных иллюзий, интересовался одно время. Ладно, кирпич на место, и ходу отсюда, опять поджилки трясутся.

А на обратной стороне кирпича – сюрприз. Приятный на этот раз. На маленьком крючке, вбитым в деревянный чопик – ключик на бечевке. И по размеру, очень похож на тот, что мне нужен.

Кирпич вставил, затру потом, вывалился из лаза, уселся на стол. Сердце колотит. Уф. Отдышатся, а потом все остальное. Надо в туалет, но даже туда заходить боязно. Ну, экспериментаторы, так довести, это постараться надо! Пока не просмотрю что тут за закладки, с места не двинусь.

И ведь понимаю, что страх абсолютно не обоснован, а все равно жутко! Меня так фильмы ужасов не пугали!

***

- Дети собирайтесь, идем в кино на шесть сорок пять, побыстрее.

- Бать, а что за фильм то, мы с ребятами договорились...

- Деловой, фильм новый – сказка по Гоголю. Страшный говорят.

- Как вечера на хуторе близ Диканьки? Я сейчас. До Мишки только сбегаю, предупрежу, что меня не будет.

- Скоренько, опоздаем.

- Я мигом.

Ушли с середины фильма - Неля ревела в голос, до истерики. Да и Сашка, как вцепился в руку, так до самого дома и не отпускал. Витек, честно говоря, тоже за батину руку держался, но на улице отпустил, конечно. Не маленький.

***

Разве что «Вий», в детстве еще.

Ладно, гляну пока принесенное.

В одном свертке из грубой ткани, явно книги или тетради – это позже. А вот торбочка, похожая на армейский вещмешок, тоже с завязкой на горловине, но слегка другой системы и уже, эту сразу.

В торбе, еще три свертка, хотя скорее сумки без ручек. В первой - глубокая тарелка, ложка и кружка грамм на семьсот, все деревянное. Все же будут горячим кормить? Обнадежили.

А вот следующая сумка, опять озадачила. Нож, ножницы, опасная бритва, прямо набор – мечта суицидника, в сборе. Да еще замотанно в кусок шнура, метров на двадцать. Мыла только не хватает. И табурета. Даже не цепляют уже местные приколы. Все не новое, ножницы – как из кузни. Не штамповка.

Третья – вот и мыло! Кусок хозяйки, рулон бумаги, да застиранное махровое полотенце. Хороший мешочек. Уже сейчас чую, от меня смердеть начинает, а мыться водой, которая по ледяной стене стекает, очень не хочется, максимум лицо сполоснуть. Так и в черта недолго превратиться. А теперь то, обтереться влажным полотенчиком, самое то, при нынешней температуре.

Третий сверток оказался свернутым войлочным одеялом странной кислотной расцветки. Это где такие делают? Тоже, явно не новым, но хотя бы целым, уже радость.

Такие дела. Еще форменную одежду добавить и готов набор на вновь пребывшего арестанта.

Библиотечку посмотрю попозже. Надо продолжать, пока отпустило.

Туалет, рычаг и инструмент в руки. Освобождать до конца спальное место не резон, не развернешься толком, да и холоднее намного, буду бить вдоль нее. Но сперва, вовнутрь, за стеклотарой. Почти во всех банках, как и думал, сухари. А вот в двух, самодельные сухофрукты, не ровно порезанные, разной толщины. И запах незнакомый. Вроде бы яблоки, да груши, но я таких сортов не встречал. Закинул на пробу яблочко. Кисленько. Витамины, замечательно, еще цинги мне тут не хватало. Для полного счастья. В разнообразных бутылках, есть и вполне обычные, пластиковые, лед. Жидкость в них хранили и явно не спиртное. Хорошо бутылки не побило, когда замерзла.

Лед поддается все хуже, от тепла разбух, напитался влагой. Брызги во все стороны. Шерстяные перчатки сразу намокли, пришлось надевать кожаные, хотя и жаль, не для работы они. Только вот, вздует мозоли, вообще все встанет! Туго идет, но идет.

Так вот шестерни. Все это, и архаичный механизм за стеной, и тусклый багровый свет явный антураж для создания мрачной атмосферы. И тут они угадали. До костей пробрало. Еще бы музыку соответствующую и вообще от светильников не отойдешь.

Только тайник слишком в глаза бросается, при тщательном досмотре мимо не пройдешь. Да и набор там стандартный, хоть и почти все вещи ручной работы. Значит снова опыты. Не нашел - совсем тупой, нашел – хорошая мышка. Но не на таких как я, это все рассчитано. Разные люди тут обитали.

Еще раз рычаг, скоро узнаю, сколько мне отмерят дополнительно. И отмерят ли. Посмотрю пока подборку литературы.

В свертке четыре толстых тетради, размер похож, но не один в один. Бумага тоже разная, ощущение, будто траву прессом давили, пока лист не получился. Вся волнистыми слоями. Так папирус делают, насколько я знаю, только не видел я его вживую ни разу. Знакомый язык только в одной, в других строки непонятных символов. Тут древний египтянин срок мотал? Юмористы доморощенные.

Полистал понятное. Едва ли не на каждой странице – ШЕПОТ. Большими буквами. ШЕПОТ СТОЛПА, не открывай ОКО, ШЕПОТ усилится, ШЕПОТ слышен всегда, как я борюсь с ШЕПОТ и в том же духе. Пытаются шизофрению привить? Я и так, временами, сам с собой разговариваю. Это считается?

По стилю изложения похоже на дневниковые записи. Все написано одной рукой, но в самом начале буквы округлые, почерк пляшущий, а в конце записей уже более резкий и ровный. Как будто много лет писал, менялся сам, изменялся и почерк. Огромная работа проделана, такая себе «Инструкция по выживанию для доверчивого подопытного». Он же – лох печальный.

Нет, не дневник – скорее блокнот для записи информации. Пробежался глазами. Да, все четко – есть, мол, такие сведения, но они под сомнением, такое точно есть, а вот это вот – точно слухи. Изложено сухо, без эмоций, явно обдумано. Справочник для начинающих сидельцев. Только по итогам выходила галимая фантастика. Мол, нас похитили инопланетяне, это не Земля, а другая планета. И мы здесь, оказывается, воюем. Ну, бред же в чистом виде! Неужели ведутся?

Пойду еще поколочу. Труд – это путь к свободе! Не факт конечно, особенно здесь, но лед убрать надо, при любом раскладе.

Только начал, опять отключение. Раздражает. Четырнадцать или пятнадцать? Со счета сбился с этой комнатой ужасов. Включил, на всякий пожарный, телефон. Рычаг, секундомер. Угадал походу, свет почти дневной, под потолком зашумело тоже сильнее. Продолжим.

Лежак потихоньку освобождается от оков. Уже видно - сделан из металла, конструкция решетчатая, ячейки мелкие. Лежит прямо на кирпиче, боковыми сторонами намертво вделан в кладку. Металл... Наверное, сплав. Собранно не по-нашему, сварных частей нет, ни болтов, ни клепок - литье. Старались. Все вокруг, сам кирпич, устройство отопления и освещения, не говоря уж об ахинее за стеной, намекает на нездешность обстановки, ее чуждость. А вот дверь проморгали. Не смогли ничего оригинального придумать? Низкая и почти квадратная, это все на что хватило вашей фантазии? Вы же неземная раса, так? Сделали бы проем круглый что ли. В тему бы было.

Стажер какой-то делал.

Боль нарастает, насовсем она меня не покидает никогда. Знаю, что можно увеличить дозу и, под воздействием морфина она уберется, но вместе с ней уйдет и связность мышления. Уже пробовал, мне не понравилось. Под воздействием алкоголя я всегда себя контролирую, дозу свою тоже знаю, а тут... Не по мне это. Пора ставить укол. Точно пора.

Так все-таки, какие есть варианты? Ментов списываем, вчистую. Даже представить себе не могу, что должно произойти, что б они на такое подписались. Научный эксперимент, это да, скорее всего. Но и версию из дневника, совсем отбрасывать тоже не дело. Все может быть в этой жизни. Иллюзию, опять же, в минус, даже если это действительно так, моих знаний не хватит, что бы в этом убедится. Или опровергнуть.

Время. Двадцать четыре минуты, двадцать восемь секунд. Если так пойдет и дальше, есть шанс обеспечить себе спокойный сон. И старость. Хе-хе. Нормальная такая пенсионная программа. Отдельное жилье, с удобствами напряг, правда. И холодновато, но это временно. Если кормить конечно будут. Да уж, не смешно как-то. Где там молоток?

Сделал еще три подхода и совсем сморило. Мало поспал. Выставил будильник, начинать цикл заново совсем не тянет. Завернулся в одеяло, сверху накинул плащ, прикрыл глаза и тут же провалился в сон.

***

- Да вы с ума посходили, кто же так спрыгивает?! Ноги переломаете.

Детишки! Племянник затащил на стройку, а то, мол, мамка ругается, если без взрослых. А там целая толпа носится, прямо детство вспомнилось, мы тоже здесь бегали. Только вот здание это, с тех времен и стоит. Долгострой. Раствор выкрошился, кирпич, так и норовит вывалиться. А они по стенам бегают!

- Учись, как надо!

Сколько потом кругов намотал тут. Ближе к ночи, когда ребятни уже нет. С работы пришел, поужинал, книжку полистал и на стройку. Мужики смеялись – детство не отпускает. А возможность взлететь на пятый этаж, использую для опоры, то балконы, то проемы окон, вызывала дикий восторг, ощущение неограниченной свободы.Пробежаться, перепрыгивая с лоджии на подоконник, оттуда на балкон. Класс! Хорошо мама не знает, убила бы, хоть и взрослый.

Разок сорвался.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 4

Глава четвертая.

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Будильник! Вскочил, потянул, а в голове все крутится сон – воспоминание. Да уж, неплохо я тогда полетал, с третьего этажа. Пальцы сорвались с крошащегося кирпича. Расслабился, слишком увлекся эмоциями. Как не сломал-то себе тогда ничего, ума не приложу. Зато умудрился ключ от квартиры потерять, потом полночи со спичками по стройке лазал, не родню же будить!

Ключ! Что-то с памятью моей стало. Закинул в карман, да и забыл, со всеми этими переживаниями. А ведь по факту до старости далеко еще. Отец почти в семьдесят два года ушел. Мать раньше, но там рак. Тоже. А я оба раза на отсидке был. Только после выхода и сходил на могилки. Эх, мама, мама...

Сейчас посмотрим, что скрывается за дверкой, пещера Аладдина или архив канцелярии шумеров. Все равно вставать пора, тело затекло от неудобной позы, не заснешь. Но и так почти пять часов, можно сказать, поспал. С перерывами на оплату коммунальных услуг. Больше чем достаточно.

Долго я тогда один бегал, единомышленников нашел, только когда в другой город переехал. Областной.

Ну что ж. Сим-сим откройся. Ключ вошел, легко повернулся, один оборот и дверка настежь. Довольно обширное внутреннее пространство, разделенное горизонтальной металлической полкой на две части. Верхняя поделена на три отсека, снова металом.

На первый взгляд пусто, но пошарив рукой по бокам, обнаружил все те же банки и свертки. Неплохие запасы предыдущий сиделец собрал, ну, или персонал подложил, пару месяцев прожить можно.

В двух банках сухари, в одной, заполненной едва ли на пятую часть, колбаса. Нарезанная кружочками, подвяленная. Ни плесени, ни запаха нет. И даже вкусная. Рацион все разнообразнее, вот и жиры с белками подвезли. Четыре бруска мыла, три рулона туалетной бумаги, все, подарки кончились.

На всякий случай еще раз проверил, подсвечивая фонариком телефона, обнаружил три пустых полиэтиленовых пакета, теперь точно все. Подергал полки, не вытащить, вделаны на смерть, даже не шевелятся.

А вот дверка у сейфа интересная, уголок на котором держатся кирпичи, из того же металла, что и лежак, и собран также без швов. Замок врезан в кирпич, заподлицо, все стыки ровные. Нет, не нычка это, тут все по плану строителей. Сделано добротно, на века, слишком хорошо для кустаря одиночки. Да и дверку такую одному не навесить. Тумбочка это, почти прикроватная.

Умыться, перекусить чем Бог послал, или кто тут его обязанности исполняет. Оправится, да приниматься за работу. Ломать, как говорится, не строить, душа не болит.

Размороженная водичка из бутылок оказалась вполне съедобна. Без затхлости, как будто только набрали.

Пока выполнял утренний ритуал, мысли не покидали голову. Все это очень похоже на квест-комнату, племяши от таких в восторге, рассказывали. Сообразишь дернуть за рычаг, что прямо над тобой или будешь сидеть в ледяной темноте? Сообразил? Тогда перед тобой ледяная преграда, в ней просматривается пустота. Рядом молоток. Догадаешься, как совместить одно с другим? Справился? Молодец, вот тебе сухарик, и воду теперь можешь не со стены слизывать, а как белый человек, из бутылки пить. А коли обнаружил тайник, то даже и из кружки. И спать на столе клубочком тоже не обязательно. Обнаружил вынимающийся кирпич? Держи ключик, поищи для него замочную скважину, Буратино. Мышковеды мразотные!

Стоп сарказм! Психика и так расшатана, эмоции скачут из угла в угол как шарик пинпонга в старой игрушке. Надо завязывать с перебором вариантов. Лучше думать поменьше, а делать побольше.

Не все кусочки пазла встают на место, на счет тесака у меня только одно предположение и вряд ли оно правильное. Билин, да хватит уже. Молот в зубы и вперед!

Монотонный труд замечательное успокоительное. Но, в перерывах читая записи, я снова заводился. Слишком уж все к одному подогнано. Всегда обожал фантастику, особенно такую, где автор потрудился над логикой мира. А тут бесит!

Но Инструкции надо знать. Собираешь ты их применять или нет, это уже другой вопрос.

***

- Бугор, у нас ЧП!!!

- Что опять.

- Валентиныча на шкив намотало!

Бегом!

В цеху уже толпа, мужики, начальство набежало. Близко не подходят, лужи. Красные.

Да уж! В фарш перемололо. Не на шкив, на обрабатываемую деталь, но какая уж тут разница. Валентиныч, Валентиныч, как же ты так. А ведь инструктор по технике безопасности.

***

Заодно нашел описание креста и, выходило, что сухари не будут основной моей пищей. Хорошие новости. Да, и если верить дневнику, моя одиночка - это Крест. Крест с большой буквы. Летающий, хех. Болванка из кирпича, парящая в небе вокруг Столпа используя неизвестные людям технологии. Рычаги и механизм состоящий из шестеренок. Столпу тоже отводилось не мало страниц, их просто просматривал, под настроение почитаю.

Так вот рычагов должно быть четыре. Первый, отвечающий за подачу тепла и света, его я обнаружил сразу. Трудно было не заметить, до сих пор шишка на лбу не рассосалась. Дергая его, расплачиваешься за коммунальные услуги, там очень расплывчатые формулировки, но выходит, платишь частью своей жизни.

Чушь!

Второй, запускающий движение Креста должен быть сразу за нишей. Он же приводит в действие доставку питания. Горячего.

С этим есть сложности, от спальной ниши до кормильни, как тут говорят, шага три и такими темпами пробиваться мне к ней придется долго. Вдоль ниши лед откалывается легко, глыбами отлетает, а вот сплошную стену долбить, быстро не выйдет. Зато стимул какой!

Расположение четвертого, тоже теперь не тайна, он возле ОКА, про которое тоже куча упоминаний, но по сути это просто окно. Пуленепробиваемое. Или монитор, во что я верю гораздо больше. Я бы глянул, что там за кино, но не к спеху. Рычаг как раз и распахивает это окошко в мир. Автор записей советует хорошенько подумать, прежде чем открывать, вновь угрожая Шепотом, мол, усилится он после сего действия десятикратно. С учетом, что ничего похожего я у себя не замечал, пугает слабо.

Где находится третий не понятно. Написано много, это оружие, война ведь, как без него. Мы стреляем в Столп, Столп стреляет в нас, все честно. Если не разить, как тут написано, то и Столп сидельца не тронет, целая философия на этом построена. Только создается ощущение, что сам автор в нее не верит.

Позабавили картинки лежащие между страниц, рисунки девушек, обнаженных. Человеческих в основном, но были и фентезийные. Прелестница с широченной переносицей, коса, перекинута через плечо, заплетена снизу, на две трети. На фоне незнакомые вьющиеся растения, вокруг кружат крылатые змейки. Красиво, предыдущий житель увлекался рисованием?

Хобби в местных реалиях вещь необходимая, добью стену, и останется только читать пока батарея не сдохнет. Уборка еще, но сколько той уборки. Ну и гимнастика, пора восстанавливать форму раз уж жизнь продолжается.

И все равно, если обещанных в дневнике свиданок, чалок на здешнем жаргоне, не будет, сложно мне придется. Совсем без общения можно и с ума сойти. Окончательно. И никакие медитации тут не помогут, да и нет у меня склонности к таким занятиям. Разве что четки себе из хлеба вылепить, на большее меня не хватит.

Свет теперь вырубается через сорок девять минут, без четырех секунд. Когда встал в предпоследний раз, спросонок долго понять не мог что происходит, так и стоял возле рубильника, чумной.

Лаз потихоньку расширяется, кайло бы сюда. Но чего нет того нет. Кирпичные стены освободились от наледи, почти высохли. Обнажились целые наскальные росписи. Рисунки попадались вполне талантливо выполненные. Надписи, в основном та же тарабарщина, но были и вполне понятные. Прямо под рычагом, очень отчетливо, немало кто-то потрудился, процарапано «Жми рычаг, то плата твоя за тепло и свет!!!». Еще одна подсказка, скорее всего для тех, кто не сумел открыть тумбочку.

Нашлось и несколько, скажем так, календарей. Зачеркнутые вертикальные черточки, были цифровые и состоящие из незнакомых знаков, но вполне узнаваемые. Ни один не велся более трех месяцев, толи переводили или освобождали, толи просто надоедало и, учет времени заканчивался.

Когда ото льда освободился центр свободного пространства, выяснилось, что уборку, хоть и минимальную, тут все же проводили, подметали время от времени. Мусор, который всегда накапливается в месте, где человек обитает, отсутствует полностью. Что мешало обитателям заткнуть слив, дать слою грязи размокнуть, да и смыть к чертям, понять не смог. Вера в Столп не позволяет?! Или лень?

Периодически размывал грязь на полу, промывал тряпку, тер стены. Отмыл дочиста стол и стену над ним, но это так, в качестве отдыха. Основное время уделял колке льда.

Хорошим подспорьем оказались ножницы, хоть и выглядевшие так, будто их ковал деревенский кузнец, даже отметины от молота были, зато сделанные из очень крепкого сплава. Сперва осторожничал, скалывал небольшие кусочки, но когда выяснил, что они совершенно не гнутся, стесняться перестал. Да их, похоже, даже точить не придется!

С клином дело пошло веселее, лаз потихоньку превращался в коридорчик вдоль ниши, на метр в ширину и полтора в высоту. Верх придется обкалывать тоже. Теплый воздух из трубы под потолком уже проплавил себе дорогу, вода скатывается ручьями. Красивые получились водопады, но так ведь и завалить может. Но это позже, сперва освобожу второй рычаг и кормушку. Рискну. На одном сухом пайке я долго не протяну, ослабну, нужна горячая пища, а ее обещают.

Влажность воздуха зашкаливает, не очень здоровая тут атмосфера теперь. Оставил дверной люк туалета открытым, парок хоть немного вытягивает через канализацию. Убрал гаджеты в пакет, не только легким вредна такая атмосфера.

Самим спальным местом, пока, решил не заниматься. Долго там находится все равно не возможно, слишком сильно холодом тянет. Пока и на столе, полусидя, высыпаюсь.

Времени прибавляли еще трижды. Максимально отпущенный срок составил шесть часов и тридцать две с половиной минуты. Похоже тоже намек на неземное местоположение, Земные сутки на такие отрезки не поделишь, график работы и отдыха будет постоянно сбиваться. Прорвемся.

Тело, будто вспомнив старые деньки, окрепло. Постоянный физический труд тому виной или утренняя разминка, к которой я, подумав, все-таки вернулся, а скорее всего и то и другое. Не в питание же причина. Излишеств я себе и раньше не сильно позволял.

Отсутствие общения сказывалось, в голове постоянно клубились мысли. Подкидывая, то новые версии всего происходящего, то куски памяти. Особенно перед сном.

***

- Николаич, да пойми ты, не могу я тебя на леса пустить! Со страховкой – без страховки, какая нахрен разница! А если приступ?

- Какой еще приступ? Не бывает у меня такого!

- Да откуда я знаю! Ну, нельзя с твоим заболеванием на высоту, никак.

- Ладно, что предлагаешь?

- Уволься по-хорошему, я тебя прошу. Ну, в смысле по собственному, а то если по медицине, там заморочки какие то, а тебе вроде как без разницы... И ты это, Николаич, ну не я тебе это предлагаю, ты ж меня сто лет знаешь, это начальство передает. Я человек маленький.

- Ладно Саныч, замяли.

***

С работы тогда пришлось уйти. Да и действительно, высотные работы и так дело небезопасное, тут я вполне руководство понимаю. Когда начал поиск новой работы было хуже.

***

- Вы колете морфин, понимаете?

- И что? Это обезболивающее, у меня рецепт есть.

- Он влияет на восприятие, понимаете? Мы с людьми работаем, мы не можем рисковать репутацией компании, понимаете?

***

Понимаете?! До сих пор эта ее фраза в голове звучит. Конечно понимаю, зачем брать списанный материал? Не отпишешься ведь если что.

Так и скатился до криминала. В который раз уже. Но в этот раз все было гораздо хуже, пришлось поступиться своими принципами. Только в тот момент, когда предложили подработку, мне уже было все равно. Отчаяние давно переросло в безразличие.

***

- Да все просто, раз в две недели получаешь посылку, держишь товар дома. Если что, скажешь, что запас накопил, рецепты на морфий у тебя есть.

- Других вариантов нет?

- Ну а куда тебя? На охрану ставить? А если скрутит не вовремя? Сам понимаешь, у нас тут не производство, по твоему профилю нет ничего. Не курьером же тебя брать...

- Хорошо, я позвоню на неделе.

***

Согласился тогда. Так и жил последние годы, храня наркотики из черного оборота, хоть и с души воротило, когда задумывался. Жил, и ждал прихода смерти.

А тут о смерти совсем не думается, больше происходящее занимает. Полнейший бред, но доводящий своей продуманностью до восхищения. А чаще до злости. Хорошо хоть без срывов пока, потому как не на ком срываться.

Добурился до края ниши, по идее до второго рычага осталось чуть-чуть. Но это уже завтра, пора бы поспать уже, тем более что рычаг только что дергал. Будильник больше не завожу, времени вполне хватает, а заряд надо экономить, мало ли, вдруг пригодится.

Устроившись поудобнее, прикрыл глаза, снова накатили воспоминания. Спокойной мне ночи.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

- Подъем осужденный, готовься, съезжаешь завтра.

- Старшина, путаешь ты что-то, мне трое суток еще.

- Ничего не знаю, сказали сегодня в штаб тебя, завтра в барак.

Ничего не понимаю, зачем в штаб-то? За одиночку расписался уже, чего еще? Или начальник цеха подсуетился, план горит? Ну ладно, голому собраться, только подпоясаться.

- Когда выдвигаемся?

- Сразу после завтрака будь готов.

- Ясно.

***

- Осужденный Чаинов Виктор Николаевич, статья...

- Да ладно, знаем мы твои статьи, присаживайся Виктор Николаевич. К условно досрочному мы тебя представили.

- Так у меня же взыскания, да и одиночка опять же!

- Ты что, против что ли?! Я же обещал, наладишь мне металлообработку, отпущу! Мастера тебя хвалят, правда и отпускать не хотят, говорят на бригаду ставить некого. Так что, пока бумаги ходят, готовь себе замену. Осилишь?

- Да о чем речь, конечно справлюсь!

- Все отдыхай, я распоряжусь, шконку тебе пристегивать сегодня не будут. Что б с завтрашнего дня на промзону вышел! Готовь замену, и разберитесь там уже, откуда перерасход меди! Иди.

- Понял, все сделаю.

***

В карцере прилег, в голове шквал эмоций.

УДО, условно-досрочное освобождение, на него я точно не рассчитывал.

По прибытию, был разговор с хозяином, пояснил он мне тогда за политику партии. Не будешь, мол, нам проблем создавать, то и мы тебе аналогично. И по половине срока отпустить обещался, если работать буду без залетов. А я, пусть и с косяками, но выпуск электродвижков наладил. Уже на планируемую мощность вышли. Так и отпускают меня по двум третьим.

Но все равно не ожидал!

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 5

Глава пятая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Снова Крест. Хотя какой нафиг Крест, Угловая, она и Африке Угловая!

Называйте норки подопытных как хотите, а для меня уже давно все решено.

До оплаты счетов, по моим ощущениям, еще минут двадцать, как раз на легкую разминку хватит. Скрутки, растяжения, силы мне еще понадобятся, так что без фанатизма. Потом обтирание влажным полотенцем, смоченным водой из бутылки. Все не студеная, стекающая со стен. Туалет, завтрак и дальше по плану мероприятий.

План прост, необходимо за пару дней добраться до окошка раздачи. А то уже со стулом начались сложности, так и желудок запороть можно запросто, а на врачей тут надежды никакой. Есть-то они тут по любому, только вот, скорее всего, будут отслеживать состояние пациента да в журналы свои, лабораторные, записывать, а лечиться придется самостоятельно. Только непонятно чем и как, даже народные методы не используешь, здесь ничего кроме льда в достатке не наблюдается.

Пора бы уже постирнутся, как ни аккуратничай, а все брюки в брызгах. Белье с носками я каждый день стираю, а вот с верхней одеждой затык, сменки нет. Но и это подождет.

С системой отопления явно перемудрили, пустить распределительные трубы понизу, расход на порядок ниже был бы. А тут струя горячего воздуха по верху бьет, а внизу даже в обуви ноги мерзнут. Часть теплопотерь на лед приходится, но даже если совсем его убрать, все равно такой прогрев сверху вниз полная чушь, плохо физику учили, двоечники зеленые.

До начала работы пришлось ставить укол. Боль наползает постепенно, то усиливаясь то немного отпуская, но при физических нагрузках даст о себе знать в полной мере. Уж я-то знаю. И так уже вместо привычных трех - четырех доз за сутки, по две ставлю. Не то что бы экономлю, скорее не замечаю боли, монотонность, почти медитативность процесса освобождения камеры ото льда отвлекает. Да и загадки подкинутые чокнутыми на всю голову исследователями, как не крути, тоже не дают зациклиться на ощущениях.

Рычаг в толще льда просматривается уже вполне отчетливо, сантиметров двадцать до него, полчасика и освобожу. А вот дергать пока не буду.

Судя по информации автора записей, рычаг запустит движение Креста и подачу пищи. Только вот еда в кормяке долго не хранится, через небольшой промежуток заберут обратно, не успел – твои проблемы товарищ тормоз. Ехать куда-то, я, опять же не тороплюсь, так что смысла его трогать не вижу абсолютно. Вот когда откопаю раздачу, тогда и попробую. Подожду, мне не привыкать.

***

- Гражданин капитан, необходимо что-то с вентиляцией делать.

- Чего не так-то опять? Что ты выдумываешь вечно, у тебя вон третий отсек стоит, а ты тут...

- Да у нас, комиссия только зашла и девушка одна, в обморок рухнула.

- А ты что хотел?! Штучка столичная, не привычная конечно. Может она и не от запаха вообще...

- Да нет, тут у всех в цеху нюх притупляется. Клей, растворитель – запахи резкие все время. Курящие, месяца через два, вообще запахи перестают чуять. Воздуховоды расширять нужно, или хотя бы мощности прибавить.

- А ко мне зачем? Иди вон к инженеру по охране труда. Или к главному инженеру, это их компетенция.

- Да я уже у обоих был! Вы же начальник производства.

- Ладно, поставлю вопрос, но ничего не обещаю.

***

Решение вопроса с вентиляцией, тогда почти два года заняло. А ощущение запахов до сих пор ослаблено, как будто нос постоянно заложен, принюхиваться надо.

Не дает покоя местоположение третьего рычага, который оружейный. Ведь свидания положены только тем, кто его нажимает, хотя бы время от времени. И пусть там хоть актеры нанятые, хоть подопытные типа меня, с кем угодно поговорю. Я бы уже и с охраной пообщался, была бы возможность.

Одиночество ощутимо давит, не зря же во все века, заключение без возможности общения считалось одним из самых страшных наказаний. Мало кто способен пережить подобное и остаться со своей прежней личностью, возможно вообще никто.

Одно время наезжал в охотоведство, к леснику знакомому, на дальнюю делянку. Так он, после того как у него напарника сократили и он остался один на заимке, изменился сильно, а по зоне я его неплохо знал. И это к нему еще на охоту не реже раза в месяц приезжали, да и сам мог, при желании, в поселок сгонять. И все равно характер поменялся, он и сам говорил, да и со стороны заметно. У него даже скорость речи поменялась. По жизни балабол, через полгода такой жизни вполне мог, под водочку у костерка, просидеть молча весь вечер, смотря на огонь.

Освободил второй рычаг, обтер от крошки льда, потянул слегка. Идет как по маслу, смазка явно морозоустойчивая. Донизу доводить не стал, поднял обратно. Подожди пока, скоро придет твое время.

Зверушку бы домашнюю сюда, хоть какую-нибудь. Кота или собаку, да хоть крысу серую, все душа живая.

Сам не держал никогда, жалко животное, у меня и выезды в командировки были, а раньше так и под статьей ходил постоянно. Закроют, кто позаботится, хотя бы из дома выпустит? А вот в детстве у нас всегда коты жили, кошек мать не жаловала. И с тех времен еще, я с ними всегда общий язык нахожу, дружу, можно сказать. С собаками не так хорошо, но и на нее согласен. Только дайте.

Выворотив очередную глыбу из промерзшей толщи, всмотрелся и углядел нечто несуразное. Впереди, будто древний телевизор на открытой тумбе вморожен. Агрегат какой-то забыли перед заморозкой? Не должно тут ничего стоять, в дневнике никаких упоминаний. Или дополнительный квест для особо упорных? Расстояние небольшое, скоро выясню.

В качестве собеседника на данный момент – только дневник. Несколько раз включал электронную книгу, но читать не получается. Выдуманные проблемы книжных героев, загадки, на первый взгляд не имеющие решения, все то, что любил в этом жанре, не цепляют ни на грамм. Вокруг все-то же самое, но вживую.

Чем ближе, тем больше крепнет уверенность, что вмерзший аппарат, это как раз и есть вожделенная кормушка. То, что показалось мне монитором телевизора, вблизи оказалось железной дверкой, обрамленной все тем же уголком. Именно так и описана кормильня. А тумба вроде бы собрана из разномастных деревяшек.

Только вот эта приблуда должна быть вмурована в заднюю стену помещения, а не торчать посреди коридора, как три тополя на Плющихе. Еще одно задание? И как я ее подключать должен, если вы тут в инопланетян играете?! Инструкцию по применению на стенке выбьете?

Я, конечно и слесарил, и оборудование чинил, но тут явно ничего знакомого не будет, с этим экспериментаторы точно постараются. Так механику подъемника извратят, до полной неузнаваемости, год разбираться будешь. Быстрее от голода сдохнешь.

Пришлось разворачивать ход от стены. Лед над головой уже явственно похрустывает, вот засыплет и будет мне могилка ледяная, без надгробия. Неужели им реально начхать на участников эксперимента? Или вытащат, если совсем уж прижмет? Знать бы точно, не рисковать же жизнью ради проверки.

Ускорился насколько мог, сузил проход, не до удобства. Уже настроился на поставку горячей пищи, а тут новые вводные. Как назло разболелся желудок, чувствует, что на сухарях еще долго сидеть.

Нет, ну это вообще ни в какие ворота не лезет! Это уже пытки настоящие, обнадежить сперва, а потом следующую задачку подсунуть вместо обещанной награды.

Стрельнуло так, что аж в глазах помутилось, пришлось присесть. Головная боль усилилась, чудесный дуэт получился с животом. Явно само не пройдет, слишком возбудился. Придется колоть, работать в таком состоянии все равно не смогу. Да и успокоит слегка.

Завершив привычный ритуал, посидел ловя приход. Не кайф, от спиртного и то эмоции приятней, но боль снимает и расслабляет ощутимо. И все равно не понимаю, как на такое подсесть можно. Не знаю, что там происходит с мозгами при повышении дозы. Да, в принципе, и знать не хочу!

Добравшись до боковой стенки короба, действуя только ножницами, освободил дверку. Подергал, подвигал во все стороны. Заперто, конечно.

Обколотил заднюю часть. Из кормильни выходили и скрывались в толще льда, скрученные жгуты проводов. Так она может, к питанию подключена! Останется только на место вставить!

Совсем они тут не экономят, один и тот же сплав кругом. А ведь, судя по ножницам, дешевым он быть не может.

Поуспокоившиеся внутренности опять забурчали, сухари не устраивают – совсем зажрался! А ведь было время, через день на них сидел. В карцере.

В дневнике написано, что Крест летает и доставщиков никто не видел, мол, телепортация тут развита, на нереальном уровне. Это, конечно же, бред полный, но все же...

Ну а что я теряю, нигде же не написано, мол, не заберешь еду сразу, больше ни корки не получишь. Просто предупреждение есть, что недолго она в кормяке стоит.

А если лед внутри, и проводку закоротит?

Желудок, аж резануло. Да хрен с ними со всеми!

Метнулся к рычагу, дернул. Пол под ногами качнулся, чуть не повалив. Все-таки едет! Не верил в эту байку, но ощущение движения не оставляло сомнений. Моя Угловая двинулась вперед.

Звон, лязг. Да неужели?!

Добежал до кормильни, дверка открыта.

Черт, работает!!! Да невозможно это!

Шок, вызванный увиденным, не помешал скоренько вытащить присланное. Позже обдумаю, а сейчас...

Запах горячей пищи просто шибает в нос, пробивая даже мою вечную заложенность.

Схватив поднос со стоящим на нем тарелкой и куском хлеба, едва не выронил все. Поднос прогибается. Перехватив поудобнее, пошел к столу, аккуратно переставляя ноги, не хватало еще поскользнутся.

То, что в полумраке лаза, показалось мне подносом, оказалось румяным пирогом, тарелка, так же сделанная из хлеба, была наполнена жидковатым пюре. Зеленоватое, с прожилками разваренного мяса, а запах будоражащий мое обоняние, очень знаком. И тут картоха, ау инопланетяне, где картошки накопали? Кусочек рыбы, а вот она совсем не знакома, ну так я и не рыбак ни разу.

Живот, разбуженный ароматами, вновь взялся за свое. Не идти же на поводу у желудка! Тщательно отмыл руки, сполоснул лицо. Достал посуду, обдумав слегка, тарелку убрал обратно, и так удобно. Промыл ложку.

Ну, приступим.

Порция, казалась довольно большой, но пюре, напоминающее по вкусу овощное рагу, закончилось в один момент. Хлебная тарелка тоже, казалось, просто телепортировалась в желудок, минуя все остальное.

Телепортировалась, мда.

Рыбку жевал уже более вдумчиво. Вареная, скорее всего речная.

И как же это все попало в кормильню?

Была бы только жидкая пища, можно было бы предположить, что ее по трубкам доставляют, а вот такое изобилие, внутри пустой коробки необъяснимо.

Какой-то фокус с зеркальной тумбой?

Резанул пирог, начинка овощная, запах тоже ничего не напоминает. Отложил, завернув в пакет. Кормят тут, по слухам, дважды, а кушать лучше три раза в сутки. Да и наелся уже.

Сдвинул пожитки ближе к стене, расслабился.

В то, что наши ученые могли придумать нечто подобное, верится вполне. Но это же золотая жила, использовать такое только ради продолжения исследований никто не даст. Это открытие всю торговую логистику мира способно перевернуть, и не только торговую, а они тут заключенным харчи доставляют.

Точно фокус, надо освободить тумбу. Но сперва верх срубить, сплав тут крепкий, но что будет, если на кормильню рухнет больше полутора метров слежавшегося льда лучше не проверять.

А фокусы подождут, вместе с фокусниками.

Полный желудок расслаблял, убаюкивая...

А почему бы и нет, времени полно.

***

- Солнышко мое, мы едем, я достал деньги!

- Ура! А куда поедем?

- На море, самый сезон.

***

Свалило как-то сразу. Вот вроде - суечусь по хозяйству, лед колю и раз...

Сил нет – еле до стола добрался. Трясет всего. Тронул лоб – жаром пышет. Мне что, еще и вирус какой-то подсадили, чтобы жизнь медом не казалась!? Экспериментаторы хреновы.

Даже эмоции не повышают тонус.

Мог и с собой болячку притащить. Так-то я редко простудными заболеваниями болею, но в каждом человеке масса вирусов с бактериями постоянно сидит. А с нынешней обстановкой, парной в морозильной камере, любая зараза активизируется.

Еле ползая, в каком-то мареве, добрался до ниши, цапнул бутыль с водой. Что еще? Ах да, скоро доза. Если еще и скрутит – совсем хана. С трудом зарядил шприц – руки трясутся. Свет погас. Поднялся, дернул.

До второго рычага не дошел.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Зачем я забил руки? Никогда татуировками не увлекался. Точно знаю не мое это.

А кто я...?

В голове вата, воспоминаний ноль.

Угловая?! Огромный, уходящий вдаль коридор... холодильника? Сиреневый свет и жуткий мороз.

Лежу на верхней полке стеллажа, полностью обнаженный. Рядом, тоже голые, вповалку синеватые тела. Огромное количество, мужские и женские вперемешку. Не трупы - иногда вздрагивают как от озноба, вздымаются грудные клетки от ровного, но крайне медленного дыхания. Видно как гуляют под веками глазные яблоки.

Надо идти, а ноги как не родные, вот и сорвался. В воду. Нижний ряд стеллажей затоплен, разбухшие утопленники колыхаются, будто водоросли в пруду. Гораздо теплее чем наверху, по поверхности жидкости струится туманная дымка.

Дверь! Бункерная, с поворотным механизмом посредине.

Налегаю из последних сил. Штурвал, с противным скрипом, прокручивается вхолостую, ничего не открывая. В отчаянье молочу кулаками переборку, и вдруг... Удар с той стороны, преграда вспухает пузырем, в образовавшуюся щель лезет чешуйчатая, оранжевая конечность.

Пытаюсь убежать, но жидкость как будто затвердевает, обволакивает всего и не дает двигаться.

Голоса нет, беззвучно кричу, бью руками поверхность водоема. Лапа все ближе и ближе...

Рядом, как подводная лодка, всплывает полуразложившаяся, огромная как слон толстуха. Разлепляет сальные губы:

- Мать все видит!!! Доля грядущая, по грехам нашим!

Вместе с криком изо рта вырывается фонтан. Столб воды ударяется в потолок, разлетается брызгами по всему помещению, быстро поднимая уровень рукотворного моря.

Я же утону! Нет! Не хочу, бежать!

Влага проникает в рот, обжигая горло, забивая легкие...

Со дна, помещение кажется родным и уютным. Звучит мамина колыбельная.

Как же хорошо!

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 6

Глава шестая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Выплыл с трудом, кошмар не хотел отпускать, потихоньку размываясь пока не осталась только мелодия. Мамочка родная, как же я по тебе скучаю.

Окончательно проснулся в полной темноте. Сколько прошло времени? Да кто ж его знает. Телефон не достанешь - рук не поднять. Слабость страшная.

Прислушался к себе и на лице, сама собою, начала расплываться улыбка. Моей многолетней подруги не было! Вот совсем! Шприц под рукой – полный. А боли нет!

Нет, слабость, вялость даже, да и общее состояние так себе, но боли не было! Работает... Могли, конечно, и обезболом накачать, только состояние у меня совсем не такое, как после наркотиков. Чувствую я, что боль ушла.

А ведь все это время, даже в мыслях обходил разговор, когда опер тот... Хотя какой он опер, рекрутер! Говорил ведь, все у тебя заберут, но и рак тоже! И, дергай рычаг, шептал, в нем твоя жизнь! Неужто правда - Господи Иисусе...

Смутные предположения в дневнике тоже предпочитал не замечать, надо бы перечитать его, менее критично. Там масса информации про место моего обитания.

А времени, явно больше шести часов прошло – хата напрочь выстужена – тут как бы не сутки. Ну что ж, полежу чутка, и надо вставать. Рычаги дергать, Угловую в порядок приводить, лед долбить – работы непочатый край.Раз уж лечат, если эти люди, кто бы они ни были, действительно способны забрать у меня рак – надо отрабатывать, сам подписался.

Сразу приступить не вышло, болезнь еще не прошла полностью, шатает. На пробу вдарил молотком. Бесполезно, мало того что от пары движений испарина по всему телу выступила, так еще и внешний слой ледяной стены размяк, не колется, только вмятина осталась. В отрытой норе гораздо проще было, здесь же, пока верхний слой не сниму, придется попотеть.

Беру больничный, рычаги и чтение дневника, как минимум на ближайшие сутки. Сонливости не ощущаю, но это обманчивое впечатление, при болезни она возникнет в любой момент. А засыпать не стоит еще одиннадцать с половиной часов, что бы довести промежуток между нажатиями рычага до сорока девяти минут. Лучше бы до полутора часов, но сутки без сна, я точно не осилю.

На будильник надежда слабая, уже в последнее включение батарейка мигала.

Второй рычаг не опускается, встал намертво. Разблокируется так же, на четвертом цикле, это в записях указано четко. Движения Креста тоже не ощущается, надо штудировать инструкцию, слишком многое совпадает.

Раздевшись, быстренько обтерся полотенцем. Холод собачий, чуть выше нуля наверное, но липкий пот надо смыть, ощущения от него непередаваемые. Напялил термобелье, в последнее время не одевал почти, свежее белье на чистую кожу, еще больше улучшило настроение. Я буду жить! Постоянное ожидание смерти, не покидающее меня больше двух лет, сменилось почти истеричной радостью. Что такое мелкая инфекция по сравнению со смертным приговором!

Дожевывая остатки пирога, задумался над дневником. Автор записей провел в Кресте, келье, как он иногда называет нашу обитель, почти сорок лет, и утверждает, что срок его заключения подходит к концу. Сорок лет! Чуть ли не вся прожитая мною жизнь!

Хотя какая, в принципе разница! Еще недавно я, даже на месяц вперед свою жизнь не планировал. Сорок лет жизни, пусть даже и в одиночке, с редкими свиданиями и минимумом развлечений это все равно лучше, чем скорая смерть. И смерть не простая.

Подпортившееся настроение упорно полезло вверх. Я отсюда выйду, не может такого быть, что бы возможность освободиться раньше назначенного срока отсутствовала напрочь! Для упорного человека всегда находятся какие-то лазейки. УДО, побег, да хоть подкуп администрации!

И все-таки сорок лет это очень много. Если полностью доверится легенде, этот срок назначается всем без исключения, а смертельно больных сидельцев тут не так уж и много, упоминаний единицы, но почти все они о тех, кто излечился в Крестах от своих недугов. Умерших от болезней тоже не мало, но это совсем другие случаи. Переломы, нагноения, воспаление аппендикса, слава Богу мне его еще в детстве вырезали. Даже гнилые зубы упоминаются в качестве причины смерти, хорошо что и с этим мне ничего не грозит. Нет у меня своих зубов, уже лет десять как челюсти вставные ношу. Сложно было привыкнуть поначалу, а теперь как родные, никакого дискомфорта не ощущаю. А в нынешних реалиях это неплохой бонус.

Упоминаний об умерших от других, более привычных в качестве причины смерти заболеваний, почти нет. Инсульты, инфаркты, рак наконец. Весь этот бич нашего времени практически отсутствует. И вся система четко увязывается с рычагами. Среди тех, кто позволяет себе пропускать рычаги, смертность от болезней выше.

А вот Система в целом, непонятна. Нет планомерной работы с контингентом, вся информация собирается по крупицам. Даже если дневник – это действительно Инструкция, так найдут-то ее не все. Надписи на стенах, на которые я и внимания толком не обращаю, тоже могут нести информацию, но это крохи.

Все выясняется опытным путем и общением во время чалок, которые неизвестно будут ли еще, но допустим. А где нормальное объяснение причины заключения, срока, цели всего этого наконец? Даже на зоне подобным целый отдел воспитателей занимается. Я уж не говорю о медицинском обеспечении.

Вся работа поставлена из рук вон плохо, можно сказать совсем не ведется.

А ведь отбор точно проводится! Со всеми отправляемыми были доверительные беседы, не удивлюсь, если и предварительный сбор информации тоже присутствует. Ведь одно общее качество тут присутствует в подавляющем количестве - упорство в достижении назначенной цели. Конечно у многих тут опускаются руки, а следом и они сами, но это как раз вина руководства. Кто же так работает!

Информационный вакуум, одиночество, для тех кто не сумел понять назначение рычагов не закончатся никогда. Много ли тут таких? ? На этот вопрос нет даже никаких намеков, но если дело поставлено так как я думаю, это вовсе не малая часть колонистов. А ведь даже самая минимальная помощь в начале срока способна полностью изменить ситуацию.

Конечно у всех вновь прибывших ситуация лучше чем у меня. Ледяная стена упоминается, но лишь одна, отсекающая переднюю часть Креста и даже такое редкость. Лед с двух сторон, вынутая из стены и вмороженная кормильня, такие случаи даже не рассматриваются. Но абсолютно всех встречают отсутствие света и холод. Тьма, мороз и никакой поддержки. Какой процент хотя бы просто выживает в таких условиях?

А ведь не лечебный профилакторий тут, скорее химия. Принудительные работы, и вся занятость, как ни странно, заключается в нажатии рычагов по звуковому сигналу, дома бы такие обязанности. И даже на это многие умудряются забивать! По религиозным соображениям, из лени, а кто-то именно из-за отсутствия понимания происходящего. И это тоже упущение местной администрации.

Конечно же все мои рассуждения имеют смысл только в том случае, если записи правдиво описывают реальность, но пока придираться не буду.

По окончании первого цикла и увеличения временного интервала до шести с копейками минут, взялся за молоток. Всерьез потрудиться не получится, но оценить фронт работ мне это не помешает.

Бить прямо над собой опасно, да и бесполезно, до потолка не достать и сырой буду постоянно. Этого мне точно не нужно. Потому придется прорубать галерею рядом с проходом, но выше, прямо под потолком и уже с нее убирать нависший массив. Объем работы при таком подходе увеличится, ну так мне в любом случает необходимо убрать весь лед. И выйдет вполне уютная одиночка.

Лед внутри лаза почти не течет, теплый воздух собирается под потолком, не проникая в пробитый мною лаз. Достав ножницы, примерился. Пара ударов, и здоровенный кусок льда вылетает пробкой. Вот и первая ступенька к будущей галерее. Немного подправить для лучшей устойчивости и готово.

В принципе можно уже и потрудится, главное не переусердствовать.

За работой время потекло быстрее и следующие полтора часа промчались незаметно, когда после очередного нажатия рычага, свет стал ярче, даже удивился слегка. Вообще, зная график чувствуешь себя гораздо увереннее. Если у администрации нет возможности рассказать о нем лично, могли бы плакаты в Крестах развесить, даже и писать ничего не нужно, будет достаточно рисунков. Складывается впечатление, что местному руководству давно и всерьез на все плевать, паек выдали, сносные условия существования обеспечили, а дальше, мол, сами думайте. Их тут совсем не проверяют? Прокуратуры на них нет, вот уж не думал, что у меня подобные мысли появиться могут...

На той стороне, на Земле, хоть какие-то намеки делают, желанием интересуются, планами на жизнь. Вполне ответственно к своим обязанностям относятся, хотя тоже неясно, почему напрямую не говорят, перед самым отбытием. Брошюрку бы в карман мне сунул прежде чем в портал толкать, и всего делов. Да и таких как я может не миллионы, но сотни тысяч точно наберутся. Только клич кинь, что можно вылечиться, на отработку своей жизни толпами набегут. Я так думаю. Но у меня и близких особо нет...

***

Наш старый дом все еще на своем месте, окруженный многоэтажками. Двор поменьше, снесли сараи позади дома, но все еще большой и зеленый. В нашей квартире теперь живет Сашка с семьей.

Его жена меня недолюбливает, считает, что я способен плохо повлиять на детей, их у них двое – племяш да племяшка. А для тех я что-то вроде Деда Мороза. Появляюсь раз в год, с подарками. Любят они меня, и я их, конечно же.

Остальных разбросало по всей территории бывшего Союза, младшая, Нелли, уехала уже после смерти матери, остальные гораздо раньше. Вовка еще по комсомольской путевке на свою шахту попал, Люба за любовью в Сибирь уехала. У всех дети, только видимся теперь крайне редко, последний раз на похороны отца собрались. Без меня.

Вот и знакомая дверь, Саня уже который год заменить грозится, да видать руки не доходят. И звонок старый.

- Седой! Выбрался все-таки на родину! Проходи Витек, рад тебя видеть!

- Здравствуй брат! И я тебя.

***

Перекусив сухофруктами, сухари уже не лезут, снова взялся за дневник. Третий рычаг, дайте намек хотя бы, где он.

Помимо запуска системы свиданий с ближайшими сидельцами, он является нашим оружием и основной обязанностью. Автор записей так и пишет «Коли хочешь жить достойно, дергай третий рычаг при подаче сигнала, главная задача – разить Столп!».

Да понял я уже, что дергать надо! Но искать то его где - налево, направо? Лед же кругом. Даже по какой стене буриться, и то не ясно. По логике то – если два рычага на одной стене, то и третий на ней же должен быть, только, кто их знает, борцунов этих инопланетных – как они строят. Обзорное окно, опять же, в передней части креста. Наводиться, я так понял, не нужно, но должен же я видеть попадание. Так что может быть и в другой стороне. Или наоборот подальше от Ока установят, чтобы даже связи с ударом не уловили, с эти путаников станется.

Ладно, в первую очередь кормяк обезопасить надо. Ну а рычаг... Пропущу маля, что ж теперь, тут на это вообще вон – болт забивают. Горячее мне сейчас важнее.

Фух, снова нервы, а ведь как в лечение поверил так и успокоился, мысли метаться перестали. Боль не возвращается, даже намеков на нее нет, тяги уколоться тоже не ощущаю, а ведь привыкание по любому есть. Ломка должна быть. Тоже воздействие рычагов и местной медицины или уже мое собственное достижение? В себя я верю, но скорее первое.

За следующие три часа успел оборудовать подъем и начало галереи, начал обрушение потолка прохода. Верх отслаивался влегкую, достаточно вбить клин между массой льда и потолком, и вниз рушились глыбы, разлетаясь на кусочки почти по всему пространству.

Придется все же освобождать провода выходящие из кормильни, да выбивать норку под нее, иначе льдом побьет. Заодно и подставку проверю, фокус или действительно телепорт.

После обрушения свода над краем спальни, на потолке обнаружилась еще одна труба отопления, холодная, забитая льдом. Действуя ножницами прочистил, тут же загудело, из сопла рванул нагретый воздух.

А вот это я зря, не подумал, при таком раскладе моя пещера быстро в грязевую ванну превратится. Да и лед скалывать уже не получится, тут лопата нужна будет, а не молоток с ножницами.

Пришлось заделывать обратно, в ход пошли постельные принадлежности. Забив в отверстие простынь, надел сверху пакет, обмотал все шнуром и труба тут же начала остывать. Вот и регулятор температуры воздуха в помещении. Хотя вряд ли он мне потом понадобится, в носу Креста источников тепла, как я понял не предусмотрено, там холодно даже при раскочегаренном на полную отоплении.

Потихоньку накапливается усталость, в минуты отдыха глаза закрываются сами. Надо вздремнуть, не протяну я шесть часов, засну.

Телефон все-таки включился, установив будильник, сразу выключил, и так сработает. Но настраиваться на побудку, все равно надо, энергии в нем крохи остались.

Расположившись на столе, задремал.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

- Так кто ты у нас по масти? Ты не торопись, подумай.

Седой – почти тезка, помощник положенца зоны, большой человек в этом мире. За базаром следить и так не грех, а тут каждое слово обдумывать надо. Трижды:

- Я мужик! Работаю, на общак заношу, разве не так? Статьи у меня, опять же, людские.

Хмурится Седой:

- Это верно, только вот, слишком часто ты с кумовьями общаешься, да и в бугры полез.

Не пылить, все взвесить:

- С операми у меня никаких дел нету, с мастерами да, к хозяину тоже пару раз вызывали. А с кумом я, только по приезду встречался, как и все. И на всех отсидках моих так было, за меня отпишут если нужно.

- С кумовьями погорячился, признаю. Без претензий, надеюсь?

Еще мне блатным предъявлять не хватало:

- Все ровно, бывает.

- Но бригадиром ты не нашими стараниями стал, да и с администрацией у тебя контактов слишком много для мужика. Тут либо блатной – а за тобой грехов не видно - примем как родного, либо шерсть. Мы так считаем. Как думаешь?

Лезть в блатные никакого желания. Там устав похлеще монастырского, чуть в сторону – и на правеж! Но дело совсем не в этом - повидал я бугров из них ставленых, им на мужиков начхать, директор со смотрящим на план договорились и, хоть умри, но сделай! Я своим, хотя бы ништяки разные, за трудовые подвиги выбиваю. Кому дачку внеочередную, а кому и свиданку. УДО опять же...

С шерстяными еще хуже. Барыги в основном, доставалы, менялы разные. Из блатных, бывает, тоже туда спихивают – если косяк есть, но не настолько серьезный чтоб уж совсем опустить, но и с пацанской этикой не совместим. Тогда, либо в мужики, либо в шерсть. Есть и такие как я, бугры не ставленые, рукастые ребята, кто вполне может и блатным заточку сделать, и воспитателю или мастеру нарды. В общем, масть мутная – слишком контингент в ней разный. Не то, что у блатных, или в мужиках. Об остальных, даже задумываться не буду.

- Я обдумаю.

- Ну, вот и хорошо, а чтоб не отвлекал никто, и думалось лучше, мы тебе за санаторий договорились. Холодноват правда, но тебе, говорят, не привыкать. Путевка на неделю, надумаешь раньше, баландеру скажешь. Договорились?

Не в драку же лезть:

- Да...

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 7

Глава седьмая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Поспать удалось меньше двух часов, на четвертой побудке телефон, пиликнув пару раз, окончательно сдох. Хорошо еще разбудить успел. Не став рисковать, решил подниматься. Умывшись и проделав разминку, напрочь прогнал сонливость. Почитаю немного и двинусь освобождать кормильню.

Упоминания третьего рычага встречались, но его расположение так и осталось тайной, хотя текста не мало, исписано почти две трети объема. А тетрадь, я бы сказал, на девяносто шесть листов если бы она была стандартной. Информации море, в начале записей абзацы большие, подробные, дальше уже по две три строки, а то и просто несколько слов.

А вот о себе автор не написал ничего, даже как зовут благодетеля, позаботившегося о последующих постояльцах, неизвестно. Вряд ли я стал бы ему памятник ваять, не умею, но при чалках обязательно поинтересовался бы этим человеком, да и слова про него сказал хорошие.

Если конечно это реальный сиделец, а не инструктор под него маскирующийся. Только вот это я, если и узнаю, то не скоро.

К сведениям об отсутствии наблюдения отнесся весьма скептически, а вот информация о техническом обслуживании келий очень заинтересовала.

Подбитые Кресты имеющие пробоины в корпусе, но продолжившие летать, снизу не поднимались. Точной причины автор не указывает, но версий не особо много, либо не заселяют в них прибывающих, либо они там не выживают. В тех, что поднимаются, вся машинерия работает, а вот на порядок техперсоналу похоже плевать. Упомянуты случаи, когда из-за забившегося стока вновь прибывшие попадали в настоящее озеро. Как эти страдальцы выживали даже представить страшно, у меня по сравнению с ними высокогорный курорт.

Что-то я увлекся, а лед самостоятельно стаивать год будет. Пора продолжать.

На счет года погорячился конечно, в галере около входа лед уже оплыл, замутился и потек. Противоположная стена, которую я даже не тронул, окончательно потеряла вертикальность, истончилась к вершине, влага по ней тоже течет не переставая.

Ну что ж приступим. Сначала оббить подставку, что бы двигалась, а потом уже и проводку осторожно ото льда освобожу.

Так вот техники, они же обходчики, досмотровая группа. Никто их не видел, но если в Кресте что либо ломалось - пропадал свет, переставала течь вода или поступать пища, то однажды, не сразу – могли недели пройти, сиделец ощущал необоримый приступ сонливости. И проснувшись обнаруживал поломку исправленной. И бывало при этом пропадало что-либо из нажитого имущества, а бывало наоборот появлялось. Связывали это с действиями Чертура, Черного Тюремщика - местной легендой. Странный фольклорный персонаж, явный сотрудник администрации, но действующий при этом наперекор основным установкам. Наказывал он, якобы, тех кто рьяно дергал третий рычаг, выполняя свои обязательства, а награждал так называемых праведников, не делающих ничего, кроме совсем уж необходимого для выживания. Этакий божок, покровитель трусов и тунеядцев. Нормальных мужиков работяг мог и убить по слухам.

Да, все-таки не фокус, а надежда оставалась.

Тумба под кормильней оказалась тем чем и казалась изначально, собранной из дерева подставкой. Толстая доска в качестве столешницы и собранный из разномастных брусков низ. Никаких зеркал, спрятанных пустот, ничего секретного. Обычные козлы.

Приподняв кормильню – нетяжелая совсем, подвигал коленкой тумбу, ходит свободно. Телепортационная установка, вашу Машу...

И как тут оставаться спокойным, похоже если бы не воздействие рычагов, я бы уже крякнул. От инфаркта. Хоть и готовил себя морально, а все равно чуть короб не уронил, ноги внезапно ослабли.

Телепортация, да это же...

Ох, по второму кругу пошел, сходить, что ли сухариков погрызть, а то точно докручусь.

***

- Вить, родители говорят, что не хотят тебя рядом со мною видеть, запрещают мне с тобой встречаться.

- Но мы же взрослые уже... Ну не хнычь, чего ты, хочешь, я с твоим отцом поговорю?

- Ага, так он тебя и послушал, говорит ты шпана малолетняя.

- Солнышко мое, не волнуйся, я придумаю что-нибудь. Обязательно.

***

Тоже тогда дров наломал. Ну да дело прошлое.

А дела нынешние идут в гору - после очередного нажатия первого рычага, разблокировался второй, а следом раздался знакомый мелодичный звон. Кормильня!

Чем сегодня кормят доблестных работяг?

Тот же самый набор? Нет, я не жалуюсь, все очень вкусно, но читал, что тут более разнообразно кормят. Или это стандартноеменю для первой кормежки? Я ведь заново начинал.

Откушав подобрел, все неувязки отошли в сторону. Ох и хорошо! После сухофрукто-сухарной диеты от картофельного пюре за уши не оттянешь. Колбаску я почти что и не трогал, а теперь можно слегка и разговеться. Закончу со льдом может и попортиться.

До начала следующего цикла почти двенадцать часов, стоит покемарить слегка, крепкий сон я себе позволить не могу. Пока что.

***

Тьма! Черт, проспал!!!

Дернулся вскочить, зацепился и растянулся на полу.

***

Разглядываю снизу, почти родную уже, обстановку. Свет горит, шумит отопление, все хорошо. Только вот я изгваздался, и сердце ходуном ходит. Покемарил называется.

А ведь первый раз нормально прошло, спокойно встал, дернул рычаги, да обратно. И не поспал ведь толком, а тут такие ужасы. Тяжело тут без будильника будет, даже при шестичасовом перерыве.

Да и Бог с ним, даже если заново начинать придется. Еще на днях к смерти готовился, что мне эти сложности.

Раздевшись, остался в белье, во время работы не замерзну. Тщательно оттер об подтаявший лед брюки со свитером, разложил на столе.

Электричество в Крестах есть, добывают его как-то. Составитель инструкции не единожды про это пишет, рабочие рации упомянуты, и гаджеты всяческие, значит заряжают их. А вот каким образом, неуказанно, самому узнавать надо и это опять отсылает к третьему рычагу. Нужны свидания, нужно общение и информация. Предложить за зарядку мне сейчас нечего, но договорюсь как-нибудь, не впервой.

Решено, прячу кормильню и пробиваюсь в нос Креста, надеюсь рычаг тоже там.

Высвободив провода, пробил норку у самого пола и вставил туда короб телепорта. Прикрыл подставкой. Отодвину при кормежке, зато точно разлетающимися осколками кормильню не посечет.

За козлами пришлось вернуться, разница по уровню между верхним и нижним краем ледяной поверхности чуть ли не в метр уже. Надо пробовать поверху пробиваться, по правой стороне, а следом низ освобождать.

Дотянуться до самого верха не вышло и с подставки, ступени в рыхлом льду больше отскабливал чем вырубал, даже тарелка пригодилась в качестве инструмента. Дерево тут тоже прочное, как и остальные материалы. Выломать бы тесак в туалете, но, даже разобрав кирпичную кладку, скорее всего, увижу, что цепь закреплена на решетке. А такой сплав мне не одолеть.

Между делом, размотав шнур, растянул его между труб, вот и сушилка, да прямо под горячий поток. Быстро высохнет, еще бы тазик какой и можно прачечную открывать.

Размышления о крепости материалов еще раз подтвердили вывод о честности автора записей. Уж слишком все добротное для обычной в сущности камеры, на века рассчитано. И при этом не новое, на полу, даже после снятия слоя грязи, дорожки просматриваются. Протоптали сидельцы, а с учетом какой здесь кирпич, вполне верится, что не один год на это понадобился.

Автор же как раз и утверждает, ссылаясь на молву народную, что кружат Кресты у Столпа не первое столетие. И конца края, мол, не видно полету. Но это мы еще посмотрим.

Сняв окончательно высохшие вещи, переоделся, отстирав, если можно так сказать, развесил белье. Заодно и постельное, пока не сгнило окончательно, пусть сохнет пока.

На душевном порыве я был готов вгрызться в стену как крот, бить без отдыха, но... Не понадобилось, утвердившись под самым потолком, я уже занес руку с молотком и только тут заметил щель, и не малую. Лед до потолка не доходил почти на десять сантиметров, но из-за расположения освещения и падающей тени снизу это заметно не было. Да и не присматривался я, все мысли были заняты противоположной стороной.

Засунув руку по плечо, согнул в локте. Да тут сантиметров сорок всего! Поверху, в момент выбью.

Последний рывок, и вот уже часть ледяной стены рушится на ту сторону. Сразу дохнуло морозом, не жарко там. Развернувшись, что бы поменьше перекрывать свет, всмотрелся в полумрак.

Придется поработать еще, склон почти отвесный, спущусь-то без проблем, а вот обратно по скользкой поверхности можно и не выбраться. Так что, для полной уверенности, нужно на метр вниз лед выбрать, заодно и рычаг найду, если он там.

Хоть и знаю, что никто мне сразу свиданку не предоставит, и все равно не отпускало возбуждение. Не привычное мне, злое морозное напряжение, совсем другие чувства обуревают. Будто в детстве перед праздником.

А праздник откладывается. Скинул на пол отмеренное, потом еще, и еще немного...

Нет тут рычага, одна надежда осталась, что за преградой он.

А ведь я туплю... Или нет...

Первый рычаг, второй, третий. Почему их именно так именуют? По порядку разблокировки или все- таки по расположению? Рычаг, открывающий Око, в записях четвертым не назван, это уже я пронумеровал. И по такой логике, так нужный мне третий должен находиться в хвосте, почти в углу.

Или я опять себя накручиваю?

Да нет, не накручиваю, просто соваться в проход не хочу! Темно там, луч света, падающий в открытый лаз, только слегка разгоняет тьму. Да и холод собачий. Вот и выдумываю себе оправдания, чтобы не лезть в переднюю часть Креста. Пугает меня здешняя, точнее совсем не здешняя, атмосфера.

Да и дневнику я, все равно до конца не поверил. Тем более неувязки уже есть, та же кормильня. Так что, какие еще тайны скрывает мой Крест, проверять совсем не хочется.

А придется.

Пока переодевался, совсем продрог, температура внутри моей каморки стремительно падает. Уходит тепло, замещается холодным воздухом из-за ледяной преграды. Вторую отопительную трубу придется открывать, иначе я тут околею, и как-то перенаправлять поток воздуха в сторону жилого пространства.

Но это все потом, хорош уже искать повод отложить проверку неисследованной территории!

Ножницы под ремешок обуви, молоток в руку. Балаклаву, шляпу, плащ - нацепил все, и теплее и хоть какая-то защита. Все, готов, с Богом!

Осторожно скатившись по склону, осмотрелся. Ни шороха, ни звука. Движения тоже нет.

Быстренько, поминутно оглядываясь, выбил несколько уступов, лишь бы нога влезала. Теперь дорога для отступления готова.

Морозно, а по спине пот прямо ручьем стекает, термобелье впитывать не успевает. Да что со мной такое?! Никогда труса не праздновал, а тут как подменили.

Окончание коридора пусть и еле-еле, но просматривается, видно даже рычаг торчащий из стены. Там сможет спрятаться только помесь ниндзя с хамелеоном. И то, если двигаться не будет. А вот с боковыми ответвлениями гораздо хуже, левый хоть как то освещен, правый в полной темноте. Не знал бы из записей, что он там есть, не заметил бы.

Переместившись к левой стене коридора, постоял немного, пусть глаза привыкнут. Да и успокоиться не помешает, сердце колотит, как будто собирается свалить из грудной клетки.

Пока что точно могу сказать одно – третьего рычага тут нет, и значит, полез я сюда рано.

Пригнувшись, с отведенным в сторону молотком в руке, метнулся за угол. Рембо блин.

Ничего и никого.

Развернувшись, прижался спиной к стене, пусть и темно, рассмотреть движение мне это не помешает.

Мандраж отпускает, пусто тут, если и остались в моем Кресте сюрпризы, то явно не здесь.

Глаза совсем привыкли к полумраку, можно и осмотреться. Спокойно.

Все оказалось согласно корявому чертежу Креста, найденному мной на внутренней стороне обложки одной из тетрадей. Только вот расположение рычагов они там не указали, черти. Найду чем, обязательно поправлю.

Место моего обитания представляло собой длинный коридор, метров на пятнадцать, с двумя ответвлениями квадратов на девять. В отнорках – окошки, сейчас закрытые, тут проходят свидания. Под окнами - короба для передач, тоже запертые. И все эти удовольствия станут доступны, только когда обнаружу проклятый третий рычаг!

В носу Креста расположено огромное окно – Око, само собой неактивное. Открывать его или не стоит я так и не решил, пообщаться бы с кем сперва, посоветоваться. В записях, чуть ли не через страницу – Шепот упомянут. И, как я понял, это общая беда для всех сидельцев. Будто бы шепчет Столп что-то непонятное и его воздействие с открытием Ока многократно усиливается. А мне чужие голоса в голове ни к чему, и так психика не в порядке.

Бывает, что Шепот людей с ума сводит, тоже в дневнике записи есть. Так что хоть и есть желание посмотреть, что там за окном, но и такую опасность не учитывать я тоже не могу. Уж лучше сдохнуть, чем окончательно себя потерять.

То ли от нервного возбуждения, то ли от физической нагрузки, опять навалилась сонливость. Только и успел, что подогрев оборудовать.

Сняв шнур, растянул один его конец от трубы вниз, второй под углом, закрепил на решетке кровати. Занавесил одеялами, подоткнул, закрепил кольцами от ключей. Отрезав дно у одного из пакетов, надел на раструб, свисающий конец просунул под одеяло. Конструкция получилась негерметичная, но основной поток будет уходить в открытый угол ниши, а не задувать в ледовый проход. Да и спальное место прогреется, на столе, в неудобной позе, не сон, а сплошное мучение.

Можно было бы и сейчас на постель завалиться, но боюсь не встану тогда вовремя, вырублюсь.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке..

***

Пока выпутался все уже собрались, опытные, этого не отнять.

Пошли с нами в горы, говорили они, там чудо как хорошо.

Да в гробу я видал такие чудеса! Из теплющей осени подножия, с каждым днем все ближе к настоящим арктическим морозам, пологий подъем давно сменился на отвесные кручи. Даже поход по живописным долинам не приносит никакого удовольствия, по сторонам глазеть некогда, нужно держать темп. Гитару и спиртное один раз только и доставали, по приезду, и зачем тащить лишнюю тяжесть на вершину совершенно не понятно. Вечное ощущение неустойчивости поверхности, вестибулярка бунтует по полной, осыпи, крошащийся под пальцами камень и постоянно проваливающийся под ногами наст. Морозный ветер, так и норовящий опрокинуть, и лед. Чем выше поднимаемся, тем больше вокруг льда.

Зашибись развлечения, для настоящих мазохистов.

- Виктор, не отставай!

Помереть и не встать, меня даже девчата обогнали! А ведь вполне в форме, гимнастика с первого класса, немного дзюдо, даже на зоне тонус поддерживал. Да и с ребятами я не первый год гоняю, весь город облазали, по всем заброшенным стройкам поскакали. И работаем иногда вместе. Только вот альпинизм промышленный и горный, как оказалось, совсем не одно и тоже.

Страха высоты я за собой отродясь не помню, горная болезнь тоже миновала, акклиматизация прошла без проблем. Но не радует меня окружающая обстановка, давно бы развернулся, да не отпускают одного. Не подводить же народ только из-за своего недовольства.

- Все, привал, готовимся к ночевке.

- Наконец-то, долго нам еще?

- Завтра должны дойти, не спрашивай такого больше, примета плохая.

И тут суеверия, а дома я за ним такого ни разу не наблюдал.

Пока установили палатки совсем стемнело, залез в спальник, только расслабился и сразу провалился в сон.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 8

Глава восьмая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Выспаться так и не удалось, дремотное состояние сбил, а вялость осталась. Сколько раз вставал к рычагам сообразить не смог, бродил как зомби, в полусне. Умывание с растиранием рабочий настрой не вернули, перегорел как-то.

Оглядывая стену, вяло прикинул свои дальнейшие действия. Оружейный рычаг мне необходим, сомнений тут нет, но настолько ли чтобы врубаться вглубь под нависающим массивом? Может будет лучше продолжить галерею и устранить опасность? Или вообще плюнуть пока на все, да заняться расчисткой прохода к Оку. Он уже, неплохо так, на жилищные условия повлиял. Пусть и похолоднее стало, но влажность почти не ощущается. Хорошо видимые испарения уходят в пробитое отверстие, и пусть там хоть каток образуется, зато у стола дышится легче.

Неплохо бы позавтракать, по времени уже давно пора, да пока спал, похоже пропустил раздачу пищи. Или когда бегал в потемках, от рычагов до вырубаемого лаза. Звон кормильни и так не сильно громкий, а я ее еще и доской прикрыл, вполне мог не заметить.

Вот во избежание такого казуса... Рублю галерею.

Поначалу не ладилось, но потом разогрелся и дело пошло. Сбив лед с потолка, оттаскивал поближе к стоку, следом удлинял верхний проход, вот уже и поворот к кормильне.

А ведь я не только завтрак проспал, после отдыха, явно больше часа прошло, а свет не гаснет. Значит перевалил рубеж в полтора часа и это не может не радовать – без побудки очень муторно спать такими короткими промежутками, не сон а каторга.

Так за работой и дождался-таки. Сигнал на обед, выходим строиться. Метнулся, подхватил поднос-лепешку. Чем сегодня порадуете, кашевары инопланетные?

Порадовали, в очередной раз, пюре, но уже похожим на гороховое. Интересно, стряпуны так заботу о беззубых стариках проявляют или у них концентраты? Принюхался, поднеся тарелку к самому лицу – с чего бы не готовили, а вот дымком пахнуло заметно. Дровяные печи? Да ладно, у нас-то уже навострились любую гадость под видом колбасы впаривать, а уж тут... Добавки пищевые да ароматизаторы. Буду надеяться, что откровенную погань они в котел совать не станут. А что еще мне остается?

В качестве дополнения на сей раз груша, сморщенная, как будто ее пытались высушить, да передумали и отправили сюда. А мне и такое вполне зайдет, сухофрукты дело хорошее, но тут-то вон, даже сок есть, не досушили.

Откушав, призадумался.

Обычно любой разлад в организации подневольного труда, в первую очередь отражается на питании работников, а тут кормят как на убой, причем вкусно и даже очень. Не как дома у мамы конечно, но совсем не баланда тюремная. Два раза в день, и такими порциями, что я точно не осилю.

Надо сухарей подсушить, они тут спросом пользуются, и везде найдутся желудки, которых нехватка долбит.

Может быть конечно тут блюдами царскими раньше угощали, а это только остатки былой роскоши, но вряд ли. Повидал я пищи из гнилых продуктов, и щей, где в тарелке половинка капустного листа, да полувареный картофель плавали. Следят тут за питанием.

И в то же время обеспечение хромает на обе ноги, рабочей формы, да хоть какой-нибудь одежды, не предусмотрено. У меня шерстяные перчатки уже на ладан дышат, хоть и прочные, но не в этом суть. Все ходят в своем, в чем прибыли. И отправленные в теплое время года, либо с курортов, вполне могу щеголять в шортах, майке, да солнечных очках. При здешних-то температурах, прямой путь к чахотке. Мне, конечно, это и летом не грозило, не понимаю я такого стиля одежды, до сих пор коробят шортики пятьдесят восьмого размера. Взрослые же люди!

Кормят на уровне, а на воспитательную работу, мед обеспечение, обмундирование, да вообще на все остальное, забили больше чем полностью. Даже постельное белье тут, судя по всему, от арестанта к арестанту переходит. Техническое обеспечение, опять же, сбоит, коммунальщика неделями ждут.

Стимулирование на ударный труд, тоже на уровне восемнадцатого века. Тем кто рычагов не пропускает, время от времени через ту же кормильню, подарки шлют. И ассортимент там так себе, все те же, посуда, мыльно-рыльные, похабные картиночки, да прочая мелочевка. Для крестьянина средневекового, наверняка сокровища несметные, но для современного человека – слезы. Учет развития потребностей игнорируется напрочь.

***

- И чего ты добиваешься, Выщур?

- Ну, я же говорю, за ударный труд поощрения положены, подпишите рапорт, я подготовил все, вот списки кто и за что поощряется.

- Бугор, ты тут месяц уже, а не понял нихера! Жестянка не наш профиль, это управа нам ее в план зарядила, мол, ассортимент маловат. Хочешь зарабатывать да поощрения хапать, иди на деревообработку. Или с блатными договориться не можешь?

Ага, зарядили, как же. Это тебя на промку зарядили, когда за пьянку из оперов выперли! Видать родственник чей-то, иначе вышибли бы с волчьим билетом. Ничего, я хозяину обещал безубыточность обеспечить, я сделаю! А ты иди дальше ханку хлебай пропойца, без тебя обойдусь!

***

Будто бы только начпрод местный суетится, работу работает, а на остальных должностях родственнички шишек туземных – золотая молодежь, хозяева жизни пригрелись и в ус не дуют. Не мудрено, что все наперекосяк пошло.

Ну что ж, кто хорошо ест – тому работать не охота. Придется заставлять, и начну, как всегда, с себя.

Со скрипом поднялся, действительно лень после еды. Перчаточки в тумбочку, побережем. Рабочие мозоли на руках уже восстановились, морозов больше не предвидится, так зачем же вещь портить, пущай полежат.

С освобождением потолка над пещеркой кормильни пришлось повозиться. Осторожничал, скалывая мелкими кусками. Лишиться доступа, а то и вовсе сломать кормящий меня телепорт, совсем не улыбается.

Закончив, продолжил галерею вокруг отнорка, верх нужно снимать весь, да и доступ к водяной трубе нужен, а она на задней стене Креста располагаться должна.

Как только накапливалась усталость, дожидался разблокировки рычагов и устраивался в спальне, температура там вполне комфортная, пришлось даже одеяло сдвигать, иначе совсем жара. Ложиться во весь рост опасался, так и дремал, полусидя, привалившись к стенке. Времени на сон уже три с четвертью часа, начинать марафон заново, это без меня.

Проверил первый найденный мною тайник, больше для успокоения совести, чем в надежде, что-либо найти и оказалось что зря. Вид за стеной ничем меня не поразил, все те же шестерни в багровом свете, но вот висящие на решетке пара альпинистских карабинов, а главное моток бельевой веревки, вполне земного вида, весьма порадовали. Обрастаю имуществом понемногу.

Всунув кирпич на место, тщательно затер швы, как бы то ни было, но это единственная обнаруженная нычка, похожая на настоящую. Пусть будет.

Перетянул крепеж для одеял, повесил сушилку, хороший какой моточек, на все хватило. Шнур прибрал, к чему его приспособить пока не придумал, но точно пригодится, крепкий он, мой вес свободно держит, понадобится, что-либо поднять тяжелое, как разживусь, можно блок сообразить. Карабины тоже припрятал, такая вещь в хозяйстве пригодится.

Выход воды обнаружил по правой стороне, почти в углу Креста, на высоте выше своего роста. Огрызок тонкой трубки, выходящий прямиком из стены. Водичка, я бы сказал, теплая, когда лед уберу можно даже душ принимать, не замерзнешь.

Хотел было остановить напор, да не тут-то было, что бы я ни использовал в качестве заглушек, просто выбивало. Давление, вроде, не сильное, будто самотеком идет, а при зажимании многократно усиливается. Интересно, как они такого эффекта добились, тоже игры с телепортацией, или неизвестное у нас техническое решение?

Пришлось останавливать намеченные работы и прорубать по галерее желобок под воду, иначе ручей прямо на кормильню пойдет.

Галерея вдоль задней стены, в обход моего пункта выдачи пайки, вышла узковатой, чуть более полуметра. Пару раз чуть не сверзился, пока пробивался в узком месте.

Доступные рычаги я дергал исправно, пища поставлялась вовремя, вода, тепло, свет, все удобства налицо. Хоть какой бы доступ к общению, и сказал бы, что лучших условий заключения я и не видал никогда.

Во время очередного приема пищи, снова взялся за дневник. Нашел упоминание о моей болезни, или очень похожей. Оказывается практически все сюда попавшие, в начале своего срока сталкиваются с подобным. Объясняется это тем, что помимо жителей Земли, тут находятся еще, как минимум две расы инопланетчиков, так же не местных, и очень схожих с нами. Они-то и натащили болячек, к которым наш организм не привык. Ради справедливость следует заметить, что те как раз, цепляют наши инфекции.

Левый задний угол начал освобождать сверху, если рычага тут нет, то и смысл тогда расчищать его весь? Следом сниму полметра по задней стене, пробью еще один проход в переднюю часть креста, уже по левому борту, ну а если и там не найдется, придется засунуть свои мечты в очень темное место, засучить рукава и освобождать Крест полностью. За это время точно окончательно одичаю и речь человеческую забуду.

Самоназвание у наших сокамерников луковианцы и антелиры, девушка с картинки которую я посчитал фэнтезийной, с широкой переносицей, из первых. Их немало, процентов десять от моих земляков. Неконфликтные и вполне понятные нам ребята. Антелиров гораздо меньше, практически мифические персонажи – точно есть, но их никто не видел. Пресловутый Шепот, братьев наших неземных донимает гораздо сильнее землян, на нас он тоже действует по-разному, но в среднем, сошедших с ума не так уж и много, у луковианцев с этим похуже, а у антелиров совсем беда. Хотя откуда сведения про представителей третьей цивилизации нездешних мест я так и не понял.

И давайте уже сюда собеседника любого вида, каждому рад буду!

Сколько же я тут чалюсь уже? Время после выздоровления от подцепленной инфекции помню довольно отчетливо, хотя монотонный труд и сбитый график, мало этому способствуют. А вот до этого...

Полное непонимание ситуации, постоянная злость на закинувших меня сюда без суда и следствия уродов, плюс регулярный прием морфия. Вспоминаются только эмоции да особо интересные открытия.

Оно и дома-то не особо дни считал, как постоянной работы лишился, бывало мог не заметить, что сезон сменился, только на погоду и ориентировался. Тепло наступило – хорошо, кладем теплые перчатки на полочку в коридоре, что б не дай Бог не потерялись, захолодало вдруг – очень плохо, достаем теплое белье, на улицу без крайней необходимости ни ногой. В тюрьме так вообще, специально старался о времени не задумываться, оно и так там тягучее.

Но это дома, там при желании, всегда можно было и время узнать, и дату, да хоть год, если вдруг вконец потерялся. Так себе из меня Робинзон получился, надо было календарь рисовать, а не ржать над бедолагами догадавшимися этим заняться.

Вряд ли я тут больше месяца, иначе найденные продукты в ноль бы подъел. Хотя и это не наверняка, а лишь наверное.

Вот и оно, а я до последнего сомневался! Даже не расчистив уступ до угла, наткнулся на выступающий конец рычага. Настроение тут же скакнуло ввысь, мои планы сразу стали реальнее. Освободить весь Крест ото льда я смогу еще не скоро, а рычаг мог оказаться где угодно. Осталось пробить полноценный проход в носовую часть и можно ожидать чалки, а там и быт налажу, и над своим будущим поразмыслю.

Углубился, освободил ото льда, подергал - не идет. Это нормально, стрельбу ведут залпами, раз в сутки, а я даже не в курсе день или ночь на дворе.

И как бы то ни было, а пойду-ка я посплю, рычаг дергал недавно, а уж шесть часов сна всяко лучше чем шесть часов ожидания.

Надеюсь деблокировку оружейной установки не просплю, в последнее время щелчки слышу в любом состоянии.

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

- Зема, тут всегда такой дубильник или это мне так повезло?

- А это как посмотреть. Заехал бы сюда летом, от духоты бы дох. Хата угловая, под самой крышей, а та железная. Чердака над нами тоже, почитай что нет. Вот и думай что лучше. Зимой то чо – отопление есть, да мы надышим, нормально. Просто форточку открываем по утрам, надо же проветрить, да и коня прогнать, новости послушать, хе. Так что вставай, скоро завтрак принесут, да и Волдырю уже очередь спать подошла.

Попал сюда, на централ, по решению суда, как злостный рецидивист. Хорошо еще, что на полгода всего закрыли, потом на зону ехать. Трудоустраивать отказались, мол, какой ты работник это вилами на воде, а с таким сроком тебя учить, смысла нет. Пока добивался выхода на работу, глаза всем намозолил до крайности, вот и запихали в местную Угловую.

Ни забот, ни хлопот, лежи да отдыхай целыми днями. Ага, как же, смотри спину не отлежи.

Порядки на тюрьме куда жестче зоновских, свободы перемещения нет и не предвидится, один раз в день выводят на часовую прогулку по крытому дворику, все остальное время – в камере. А там...

Четырехместная, три на четыре, комнатушка. И в это пространство умудрились втиснуть две двухъярусные шконки напротив друг друга, маленький столик, приваренный к кровати, открытый шкафчик над ним и даже некое подобие туалета, совмещенного с умывальником. Все, кроме туалета конечно, металлическое.

И шестеро постояльцев.

В детстве мы с братьями, втроем, на восьми квадратах обитали, и, точно, чувства скученности у нас не возникало. Места навалом было, даже в догонялки играть умудрялись. Только вот в своей комнате мы почти и не бывали, ночевали разве, да уроки делали. То школа, то гуляешь, вечером – в зале, возле телевизора. К тому же детьми были, да еще и братьями.

Здесь же совсем не дети, а братья такие, мне и в страшном сне не привидятся. Пусть я и сам не сахарный пряник.

Из всех развлечений только домино и самодельные карты. Раз в неделю проходит библиотекарь, брать можно строго по одной книге на человека, в независимости от формата. И выбор там невелик. Хранить в камере собственную литературу запрещено. Запрещено в принципе вообще все свое, посуда, нательное, да банные принадлежности, остальное дадут. А что не выдали, то тебе без надобности.

Есть радио, два раза в сутки на два часа включают. Через громкоговоритель на улице. Что такое телевизор старые сидельцы, по-моему, уже и забыли напрочь, а что кино и театр можно в одно слово объединить, тем более.

Еще можно потусоваться. Встал в проход между шконарями, ритм поймал и пошагал от двери до окна. Такое возможно если четверо по постелям, а пятый у стола примостился, иначе не развернешься. Любая гимнастика, тоже, только в таких случаях, да в прогулочном дворике.

Что бы занять время лепят из хлеба, рисуют марочки на обрезках простыней и, самое, пожалуй, распространенное, сверлят стены камеры. Под тайники да нычки, к соседям для общения и передачи маляв, да тюремных ништяков, в виде чая, сигарет и конфет. Эти отверстия при досмотрах постоянно находят, заделывают, после чего с нами проводятся беседы воспитательного характера, бывает, что и довольно жесткие. Время от времени один из нас, за такие фокусы, заезжает в карцер. Тоже развлечение.

И бесконечные разговоры, и днем и ночью. Разогнать скуку они помогают только в самом начале, через месяц такого общения, на стену лезть охота. Одни и те же темы, одни и те же лица, и так день за днем. Разговоры вполне культурные, без повышения тона. Любителей поскандалить или руками помахать, осадят всей камерой. Нельзя тут барагозить, коллектив неизменен, и деваться отсюда нам некуда.

За все время моего тут нахождения смена состава произошла только один раз, когда Барина на лыжи поставили.

Мутная вышла история, сразу двое сокамерников его в краже сигарет обвинили. До смотрящего дело дошло, сам Барин и обратился, что бы рассудил. Мазался что ячейки с недосыпа перепутал, и съехал тогда, за такое могли и к чертям определить, а то и в обиженку.

Но тут уже вся хата на дыбы встала, что бы забирали вышедшего из доверия, крысу в камере держать, так и зафаршмачиться недолго. Тоже через воров решали, не к операм же на поклон идти.

Четыре дня потом впятером прожили, аж задышалось легче, потом Грош заехал, опять же неплохо – новое лицо, свежие темы.

Такая вот жизнь тюремная, развеселая.

- Выщур, ложиться будешь или после ужина?

- Да залягу, что еще делать. Если сечка опять, на меня не берите.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

Глава 9

Глава девятая

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Делаю разминку, а в голове все крутятся вчерашние воспоминания.

Почему Кресты не сделали хотя бы двухместными? Подсели новичка к опытному сидельцу, тот и объяснит все, и покажет, да и веселее вдвоем. Правда систему ротации пришлось бы налаживать, за сорок, да даже за двадцать лет, так друг другу надоешь, до нехорошего дойдет. Все же слишком много звериного в человеке, без внешнего контроля всегда норовим пересмотреть своем место в иерархии стаи, пусть даже из двух человек. А контроля, судя по всему, все же нет. Ну как можно обладая такими технологиями не дойти до идеи видеонаблюдения? Может они безглазые, органы чувств не такие как у нас?

Закончив утренние процедуры, взялся за полное освобождение четвертого рычага, доступ к нему у меня только сверху, пока по галерее добежишь, могут и заблокировать, сколько времени дают на залп неизвестно.

Контроля нет, осмотр весьма поверхностный, да и тот в основном проводится во время технического обслуживания механизмов, да после полной остановки Креста. Изымают, опять же, очень выборочно, взрывчатые вещества, кислоты и сложные механизмы, на аппараты с минимумом движущихся частей, внимания не обращают, те же телевизоры остаются от предыдущих сидельцев. Могут вымести все оставленное в коридоре, но тайники не трогают, почти, той же взрывчатки и оружия и там не бывает. И значит моя мысль, что нычки для них не являются тайной, правильна. Досмотра по прибытии нет, похоже прямо со своих родных планет в места отсидки забрасывают. А персонал о вновь прибывшем узнает, только если тот рычаги начнет давить.

После очередного удара, слетел молоток, одна рукоять в руке осталась. Осмотрел и расстроился, инструмент самодельный, но явно не тут сделан, насаженная на железную рукоятку болванка сварена из двух частей. Вот по сварке и пошла лопина, сразу с обеих сторон. Попытка использовать ткань, в качестве уплотнителя, только ухудшило ситуацию, трещина расширилась и, в конце концов, мое основное орудие производства распалось на три части. Здравствуйте, я ваша тетя! Ладно, это осложнит дело, но меня не остановит.

Скорость работы сразу снизилось, сила удара меньше, да и не особо удобно бить по кольцам ножниц зажатой в руке железякой. Клин уже не врезался внутрь ледяной поверхности, а всего лишь откалывал кусочки, практически крошку.

Главное оборудовать доступ к оружейному рычагу, остальное подождет. Лед потихоньку стаивает, а сильно интересного тут, больше быть не должно.

И получается, что у местной администрации даже связи с вербовщиками нет, или они ей не пользуются. Хотя тут я ничего удивительного не вижу, так любая полиция с уголовно-исполнительной системой работает - мы вам контингент доставили, а что вы там с ними делать будете, то не наше дело. И тут бардак!

Снова мысли зациклились, по кругу гоняю, передохну и надо в дневнике свежую идею поискать.

Ничего искать не пришлось, сперва сработали первые рычаги, а следом долгожданный и гораздо более громкий щелчок третьего.

Ну же! Подскочив дернул и он легко пошел, дойдя до крайнего нижнего положения, вновь щелкнул и устремился обратно.

И все. А где фанфары?! Хоть какая-то реакция должна же быть? Отдача та же, оружие все-таки.

Реакция пошла, раздался звон со стороны кормильни, дополнительное снабжение прибыло. Это гуд, зер гуд, лишним ничего не будет!

Торт? Вы серьезно?!

Круглый каравай, горячий, будто только из печи. От него несет запахом сдобы и масла.

Да вашу ж медь, не могли мяса подогнать! Ну не дети же тут, в конце-то концов, плюшками баловаться. От представленного аромата шашлыков, ажно челюсти свело, вот уж, по чему всерьез скучаю, а они мне торт прислали!

Резанул с краешку, точно сдоба, толи пудинг толи кекс, не знаю как назвать, орехи внутри, ломтики яблок. Попробовал, ну хоть не сладкий, уже хорошо. Только овощной пирог, с добавлением кислых ягод, которой используется в качестве подносов, на мой вкус, куда как лучше. Никогда кишкоблудом не был, а уж с нынешней пайкой немудрено совсем что такое голод забыть. Но вот мясо...

***

- Это что за мясо такое?

- Нутрия.

- В смысле нутрия? У вас же свиньи с кроликами были.

- Пока ты на югах спину грел, мы тут подсобное хозяйство развивали, в поте лица. Яички свои вон, молоко, теперь и эти животинки. Ласковые, куда там кроликам, забивать жалко. Ты чего заехал-то опять?

- Да снова трешник по хулиганке впаяли, прямо на югах. Дай закурить, дай позвонить, мелочишки не подкинешь? Бакланы безмозглые! А чуть что, сразу с заявой бегут. У нас в городе такого давно нет.

- Рассказывай, просто дома тебя вся шпана знает! Ты нутрию-то будешь или тебе яичницу поджарить?

- Ну ты зема и спросил! Чтоб я, да от гуляша отказался?! Нутрия, кошка с собакой вперемешку, все в топку пойдет. Кидай погуще.

- Держи, как там дома-то?

***

Тут из мясного только колбаса, да жилки разваренные, в баланде, а хочется мяса куском. Что бы вгрызться, что бы сок прямо... Пусть вареного, да хоть сырого! Строганинки бы наморозил... Эх.

А торт... В пакет да на мороз пока, что б не испортился, есть у меня мысли, куда его сбагрить с пользой для дела.

Традиция тут существует, при первой чалке с новичка подарок просить, ну, или требовать, от встречающего зависит. В качестве подношения лучше всего вещь с собою принесенная подходит, но тут уж извините, могу только один из ключей подогнать. А вот кексик мне не жалко, кушайте на здоровье. Первая свиданка, на нижних уровнях происходит, народ тут ништяками не избалован, так что, думаю, сильно кочевряжиться не станут, кто бы мне ни попался. Идти на поводу у данной традиции, тоже не все согласны, у кого-то просто напросто ничего нет, кого-то жадность мучает, у кого-то - принципы. А по мне, так в чужой монастырь со своим уставом соваться глупо, если уж чужие понятия совсем поперек горла не стоят, то и пусть их, с меня не убудет. Свое наворачивать потом можно, когда в ситуации разберешься.

Время в ожидании чалки тянется неимоверно медленно, обеспечив свободный доступ к третьему рычагу, прошелся по доступной территории, осмотрелся хозяйским взглядом. Больше всего на данный момент мешается стена перегораживающая коридор и... Грязь.

Хоть и оттираю время от времени пол со стенами, но до реальной чистоты, не говоря о стерильности, далеко, более менее выглядит только стол, до спального места вообще руки не дошли еще, а я ведь не малую долю времени там провожу.

Будет ли чалка, или это все же растянутый во времени эксперимент? Не выяснится в ближайшие сутки, и боюсь, крышу мне не удержать.

Пока отстирывал коврик, дошло, что сливной желоб вполне можно использовать в качестве корыта, пусть он и мелковат. Только сперва уборку нужно до ума довести, вся влага с помещения прямиком стекает туда, наклона не видно, и все же он есть. Стекает, и тащит с собой всякое, мутноват ручеек – не для стирки белья. На решетке стока постоянно волосы собираются, убирался тут предыдущий владелец не слишком тщательно.

Время от времени бегал на перекресток, какое оповещение будет при чалке неизвестно, вдруг не замечу? Но и сидеть в носу Креста тоже не дело, холод до костей пробирает, работа стоит, а без нее и время. Так и носился в одном белье. И добегался...

Проявившегося насморка я и не заметил сперва - нос пробил и снова к уборке. Или скалыванию остатков льда в проходе. Когда после очередной пробежки не смог согреться, тоже понял не сразу. Но когда озноб дошел до такой степени, что зубной протез постукивать начал, до меня все же дошло. И испугало.

Неужели рецидив и инфекция вернулась?! Мне ее и лечить-то нечем. Организм, опять же, совсем не такой крепкий, как в молодости, да и заболевание сказалось.

А болеть мне просто нельзя, если до беспамятства дойдет, мои мечты и планы сразу псу под хвост пойдут!

Слегка прогревшись напряжением мышц, быстренько сполоснулся под струйкой воды и растерся. Оделся во все что было и пристроился неподалеку от оружейного рычага, движения воздуха тут почти нет, а сквозняк мне, на данный момент, противопоказан.

Вот и все что я могу для себя сделать в такой ситуации, даже горячего питья взять негде.

Постепенно согрелся, зубы стучать перестали, но из носа течет постоянно. Болячка слава Богу не та от которой я слег, насморка в прошлый раз не было, да и голова ясная, скорее всего что-то земное с собой притащил. Тоже, конечно, ничего хорошего, без лечения на неделю растянуться может, но такое переживу без эксцессов.

***

За окном, расположившись в подобии гамака, была бабулька, слегка раскачиваясь, щебетала что- то на непонятном наречии, а я все смотрел на нее с умилением. Какая милая старушка, даже широченная переносица ее ничуть не портит.

Опомнившись, поднял с пола кекс в пакете, высвободил свое подношение, показал бабуле. Та только руками взмахнула высказывая свое радостное удивление, совсем по земному, так бабушка моя радовалась, когда я пятерками хвастался.

- Надеюсь, ничего, что отрезал немножко, уважаемая? Должен же я был знать, что в подарок несу.

Собеседница вновь защебетала, замахала руками. Отказывается? Да нет, похоже, пытается объяснить, что предложить нечего за такие дорогие товары.

Прижал подарок к груди, протянул ей на вытянутых руках, мол, это вам, от всей души. Поняла, засмущалась, раскраснелась даже, ну точь-в-точь соседка моя Зинаида Егоровна, та тоже на любую услугу пустяшную, похоже реагирует. Вот уж не думал никогда, что инопланетяне так с нами схожи.

Кажется, мзду с новичков требовать это чисто земная заморочка, да и ладно, с меня не убудет, вон как радуется, смотреть приятно. Подбодрю старушку, несладко ей видимо живется, раз уж ей на сдобу и просто посмотреть приятно.

Выдвинув ящик, поставил угощение, изобразил руками, мол, забирайте.

Соскользнув со своего насеста, приняла подношение, вжалась в него лицом вбирая аромат всем телом. Бабуля, ну ты чего, неужели так плохо все?

Смотрит на меня, улыбается... А по щекам слезы текут. Она что, думала, что я ее дразню этим кексом?! Нифига себе тут порядочки!

- Уважаемая, вы не волнуйтесь так, никто вас тут не обидит.

Опять защебетала. Речь изменилась, порезче стала, другой язык? Нет, такого тоже не знаю, извините неуча.

Так и стояли, старушка говорила не переставая, жестикулировала. Я тоже выдавал какие-то междометия, улыбался в ответ, а сам все смотрел. Первый человек, которого я встретил тут. Пусть и не землянин.

На этом чалка и завершилась.

***

Ждать свидания пришлось долго, гораздо дольше чем я рассчитывал. Уже и болезнь практически отступила, оставив лишь насморк, я снова взялся суетиться по хозяйству, а чалки не было. Все чаще и чаще, вместо работы срывался в бесконечную ходьбу, от стенки до стенки. Рычаги, еда, сон, лед, и так по кругу. Что бы отвлечься пытался читать дневник, но и это абсолютно не помогало, все думы только об одном.

Неужели обманули и свиданок не будет? И все подстроено для того, чтобы довести сидельца до края? Смесью страха, непонимания и надежды, постоянно выводя из себя холодом, подкидывая загадки и давая, вроде бы, логичные ответы на них. В дневнике. Кто ты автор?! Благодетель, не знающий меня, но обо мне позаботившийся или бесстрастный клерк системы?

И если это так, то они вполне могут своего добиться. Мысли вновь сбивались в кучу, носились по кругу как табун диких мустангов. Пару раз ловил себя на том, что вполне всерьез рассматриваю возможность применения морфина в качестве успокоительного. А это уже совсем никуда не годится!

Громкий протяжный звон застал в туалете, хорошо дела не крупные. Успел застегнуться, и тут мой Крест качнуло. Чалка, стыковка?! Неужели!!!

С половины дороги вернулся, совсем забыл про подарок. Зеленый огонек справа, мне туда. Рычаг, ну, давай же. Есть. Плита закрывающая стекло медленно заскользила вверх. Прямо по центру окна кельи намалеван православный крест, а за ним...

***

Продолжая улыбаться, через силу добрел до кровати, рычаг дергать часа через четыре, полежу только, надо мне.

Наползшая опустошенность напоминает приход после дозы, тело расслабленно, мысли вялые, едва шевелятся в голове.

Мыслей нет...

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.

***

Скоренько одевшись и снарядившись, выбрался из своей пещеры.

Ох, как же хорошо-то вокруг!

Жемчужные ели вздымаются ввысь, даже и пытаться не стоит рассмотреть их вершины с поверхности, голова идет кругом представляя эту ошеломительную высоту. Величественные горы вокруг еще выше, сочная зелень поднимается по ним на треть, дальше только лед и камень.

Ладно, некогда мне глазеть, сегодня просто необходимо добыть хоть что-то ценное, иначе очень скоро все это великолепие будет мне не доступно.

Густой, покрытый тающим под утренним солнцем инеем, подлесок, то и дело высверкивает нераспознаваемыми ягодами, а то и орешками.

Что ж я ботанику не учил, была же возможность, учителя, можно сказать, толпой за мною бегали. Надергал бы сейчас что подороже, да на рынок. Одной охотой, в последнее время, тяжко прожить стало, конкуренты все ближе и ближе к месту моего обитания от обжитых краев переселяются. Тут либо выше в горы лезть, есть там долинка интересная, либо искать способ дополнительного заработка.

Чу, шорох. Осторожно ступая, двинулся в обход кустов ежевки. Мой верный арбалет наготове и пускай он мне не по росту уже, привык к нему, ни за что не поменяю! Да и не разгуляешься особо, с такими доходами. Точно надо в долину двигать.

Заяц, обычный, серочешуйчатый. Рубль штучка, три рубля кучка, такого только на жаркое или похлебку – никто не купит. Готовить я люблю и умею, так что... Болт не на зайца, а в арбалет.

С почином меня, как минимум голодным, я сегодня не лягу. Еще капканы проверю и, наверное, полезу в гору.

Ловушки пусты, браконьеры чертовы, хоть на вас охоту открывай. Так не отмоешься потом за уродцев этих. Ну, горы так горы.

Пока добрался, утренняя бодрость испарилась окончательно, отвары дорогие, как чай не попьешь, так что водичка из фляги нам в подмогу, да посидеть полчасика.

По левой стороне скальной гряды ограждающей долину есть несколько неизведанных пещерок, правую я толком не исследовал еще, площадь тут не малая. И живности немерено, зайцы вон неподалеку стадами бродят. Не так красиво как внизу, и холодновато, зато проход скрыт, сам совершенно случайно наткнулся. Посторонний сюда только по воздуху и попадет, и хоть и есть у папенькиных сынков возможность нанять, а то и купить летающее средство передвижения, но заняты они сейчас сильно. В Поход они собираются, в Великий, флаг им в руки и флагман в задницу! Без вас тут гораздо спокойнее будет.

Первая пещерка оказалась тупиковой, кто-то тут живет, воздух тяжелый, но устраивать засады времени нет.

Пожива обнаружилась только на пятой попытке, зато какая! Морозная виверна, мало того что съедобна, с нее любая добыча алхимикам влет уйдет, а уж если яйца в гнезде обнаружу...

Готовился всерьез, арбалетом ее не взять. Перекинулся в родовую форму Серых Псов, усилил когти и утепляющие свойства подшерстка, против выплеска не поможет, но это если прямо под мордой стоять. Главное не дать ей из пещеры выбраться, иначе пиши пропало, не уйти мне отсюда.

Подкрался как можно ближе, удастся сразу на хребте зацепиться и победа за мной. Силовой рык, прыжок и я уже между крыльев. А вот нечего днем спать, не уйдешь теперь, гадина!

Пытаясь скинуть, виверна мотала меня по пещере, била о низкий потолок, но я держался. Вцепился как клещ, и грыз неподатливую шею. Несколько раз тварь использовала всплеск, но он лишь стекал по подшерстку, накапливая обморожение. Позже мне будет худо, но скотину я завалю, она уже почти что сдалась.

Кладки не было, самэц однако, и вообще сволочь первостатейная. Под конец сковырнул меня все-таки, хорошо я за холку зацепиться успел да догрызть крохи остававшегося здоровья. Но поморозил он меня знатно, шерсть будто ледяной броней сковало, не перекинешься. Придется тут ночевку устраивать, эта форма для путешествия по горным склонам абсолютно не пригодна.

- Критическая степень обморожения, примите эликсир или выйдите из игры на три с половиной часа. В противном случае вам принудительно сбавят уровень ощущений до десяти процентов. Приятной игры.

- Эй, я же убрал оповещения, они мне тут жить мешают!

Снова голосовой помощник глючит! Пришлось вручную галочки проставлять. Буду жаловаться, если конечно добытого на новую сессию хватит.

- Глубина, глубина, я твой, отпусти меня.

***

Очнулся я в Угловой, в ледяной одиночке.