Роман
Ударь меня первым. Книга вторая
— Принято ноль, — говорит Пров и трижды пересчитывает. Меня били шесть раз, а в ведомости пусто. Правой руки у меня больше нет. Дар жив, только работает не на меня: Аглая Ржевская записала его в Разрядную книгу своим имуществом, и всё, что мне делают больно, проходит сквозь меня к ней. Она седеет.
Встречную запись вносит инспектор Палаты и только под счёт: приход и расход по часам.
Читать фрагмент
Читать ещёКомиссияВ Дуэльную палату Игнат пришёл за час до срока и сел на лавку у стены, чтобы не стоять на виду с одним рукавом.Лавка была без спинки, вытертая до блеска. Напротив тянулся длинный стол инспектора, заваленный разрядными книгами в коричневых переплётах. За ним, вдоль всей стены, стояли шкафы с протоколами поединков, ряд за рядом. На каждой дверце висел замок казённого образца. Узкие окна давали света ровно столько, чтобы читать. Пахло чернилами, сургучом и сырой бумагой. У окна писарь в чёрных нарукавниках чинил перо, и в зале это было слышно.Он сидел и по привычке считал.Считать было нечего, и он это знал. Но привычка осталась единственным, что уцелело в нём целиком, и он давал ей ход, как дают ход часам, которые больше никуда не спешат. Правое плечо само пошло вверх, к ключице, — довести счёт до бугра криво сросшейся кости и там сложить. Плечо поднялось и ничего не донесло: рукав…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0