Удар! Ещё удар!! 6

Глава 1

— Леди Эльза, позвольте вам представить графа Вокаса, большого поклонника вашей ослепительной красоты, — церемонно представил я девушке уже довольно пожилого, но всеми силами молодящегося, графа, церемонно подведя его к ней после завершения очередного танца. Увы, но вырваться из сетей алхимика мы с Танакой так и не смогли. Два дня он отпаивал нас какими-то зельями, после чего поставил задачу во всём помогать этому графу, наложил целую кучу запретов, после чего отпустил. Если у меня и теплилась в глубине души надежда, что не всё так плохо, и я смогу рано или поздно противостоять этому странному эффекту от зелий, то уже скоро она улетучилась. Даже думать о том, чтобы не выполнять то, что было заложено в эту своеобразную программу действий было больно. Я пытался призвать силу, чтобы попробовать с помощью неё очиститься от этого пагубного воздействия, но это тоже не помогло. Было такое чувство, что даже мой дар одурманен этими зельями, и хоть и отзывался на призыв, но делал это весьма неохотно. Пришлось подчиниться, и ждать подходящего момента, чтобы вырваться из этих сетей...

Бал был в самом разгаре, добравшись где-то до середины мероприятия, и именно это время выбрал напыщенный индюк, чтобы его представили дочери герцога. Он решил, что знакомиться логичнее не в самом начале мероприятия, а в его середине, чтобы девушка успела немного освоиться и прийти в хорошее расположение духа, развеявшись в танцах, но ещё не успев устать. И это могло и сработать, если бы Эльза пришла сюда в хорошем настроении. Вот только составители плана не учли, что нас с ней связывают определённые отношения, которые дали ощутимую трещину после того, как меня вернули обратно домой, загрузив определёнными вводными, против которых я не мог идти...

Естественно, я не стал рассказывать алхимику, в каких отношениях я нахожусь с дочерью герцога, и теперь я пытался всеми силами их испортить, но аккуратно, чтобы алхимик и граф не догадались, что я сделал это преднамеренно. И естественно, первым же делом я постарался максимально дистанцироваться от неё, не понимая определённых намеков, и перестав её навещать по ночам. А для того, чтобы она не смогла нагрянуть ко мне, придвинул тяжеленный шкаф к тайному проходу. Может это, конечно, и глупо, но умнее я пока ничего придумать не смог. Да и ясно думать думать тоже не получалось. Голова после тех зелий, которыми меня накачал этот урод, всё время была как в тумане. Не знаю, как этот козёл смог придумать такую хрень, но я ни на шаг не мог отойти от его установки, а именно, познакомить Эльзу с этим графом, и помочь ему максимально с ней сблизиться. Нам с Танакой было запрещено рассказывать кому-либо о том, что с нами произошло. Для всех мы отправились в пьяный загул на два дня. Сказать, что Эльза была в ярости, когда мы нашлись — это ничего не сказать. Мы оба тут же попали к ней в немилость, что не очень-то способствовало выполнению задания, но я этому не сильно расстроился, как вы понимаете.

Вообще, вся эта история заставила мне многое переосмыслить. И самое первое, это отношение к Эльзе. Нравилась ли она мне? Безусловно. Был ли я в неё влюблён? Определённо, нет. Новым герцогом Ликарии я также я вовсе не стремился стать, так что я смог максимально абстрагироваться от текущей ситуации, и взглянуть на всё как бы со стороны, и для начала задуматься о том, чего я вообще хочу. А хотел я лишь одного. Скорее оказаться дома, в своём мире. Мне было откровенно плевать, за кого тут выйдет замуж Эльза и кто станет следующим герцогом. Она девочка большая, сама должна о себе позаботиться. Да, я помнил о том, что по словам архимага скоро наши миры ждёт катастрофа, вот только в упор не понимал, как то, чем я занимался сейчас, хоть как-то может её отдалить. Скорее всего, архимаг просто использовал меня в каких-то своих личных целях, и у меня всё больше и больше появлялось желание послать его куда подальше, и просто отправиться домой. Я понимаю, если бы у меня не было выбора, я не мог бы возвратиться домой, и мне пришлось бы вживаться в общество этого мира. Вот тогда да, это всё имело бы какой-то смысл, а так... А так я бы уже давно плюнул на всё и телепортировался домой, вот только портал пока всё также не открывался. Приходилось ждать... Срок действия зелья составлял пять дней, и уже послезавтра мне следовало опять явиться к Великому Кхору за очередной дозой. Не прийти я не мог. Ноги сами поведут. Единственным выходом я видел то, чтобы оказаться там, откуда я просто не смогу к нему попасть, то есть, в своём мире. И крайне важным было то, чтобы попав домой, я не смог в ближайшие дни отправиться обратно сюда. Нет, был ещё вариант телепортироваться к архимагу, это должно было сработать, вот только чем больше я переосмысливал ситуацию, тем больше я не доверял ему... Было очень похоже на то, что он просто использует меня прикрываясь громкими фразами о судьбах мира. Зачем ему это было нужно я пока не понял, но играть по его правилам больше не собирался. Хватит с меня. При первой же возможности свалю домой. Если ему действительно нужна моя помощь по спасению миров, ту пусть нормально объясняет, как именно я могу ему помочь, и без всяких этих интриг, типа женитьбы на Эльзе. Ему надо — пусть сам и женится. Единственное, что ещё мне не давало покоя, так это желание мести... Вот только пока не придумал, как это сделать... Заплатить наёмникам? Благо, местных денег у меня было больше чем достаточно для этого. Но они наверняка все у него под колпаком. Скорее всего они возьмут деньги, да сдадут меня. Ещё вариант, отправиться домой, подождать, когда из меня выйдет вся гадость, которой меня накачали, и отомстить лично, но... Но тут был риск опять глупо подставиться, а ещё раз подобную ошибку по недооценке противника я допускать не собирался. Это надо будет хорошенько обдумать, как отомстить так, чтобы самому опять не оказаться в его подчинении. Кто знает, какие ещё сюрпризы у него есть? Торопиться я, пожалуй, не буду...

— Очень приятно, граф. Я много слышала о вас, — доброжелательно улыбнулась Эльза старику, протянув ему руку для поцелуя, и демонстративно не обращая на меня ни малейшего внимания. Граф тут же восторженно припал к руке, и рассыпался в комплиментах. Чуть в стороне от Эльзы я заприметил того толстяка, чей разговор подслушал, когда пробирался по тайному ходу. Судя по тому, что он был рядом с Эльзой, часть его плана всё же осуществилась, и у него получилось пробраться в её ближайшее окружение. Он с раздражением смотрел на графа, нервно поджимая губы. Похоже, граф чем то ему мешал, ну, или он увидел в нём конкурента. Вот и отлично. Пусть грызут друг друга, а я понаблюдаю за этим со стороны. Свою миссию я выполнил, вон, как они мило воркуют, так что можно больше никуда не лезть пока. Внушенные установки требовали, чтобы я и дальше находился рядом, и помогал графу, но я смог убедить себя, что в данном случае моё присутствие лишь пойдёт ему во вред, так как девушка явно была настроена против меня, и ушёл к столам. Скоро Танака должен прийти, вот он и подхватит упавшее знамя, и будет помогать графу охмурять Эльзу. План, на мой взгляд, был абсолютно дебильным, граф был слишком стар, чтобы понравиться Эльзе, вот только кто знает, не прячется ли у него где в карманах какое-нибудь зелье от нашего алхимика, которое было бы способно в корне изменить ситуацию? Эта тварь на многое был способен своей алхимией. Уверен, что сам граф подливать ничего не будет, и скорее всего даст задание или мне или Танаке, чтобы мы добавили в еду или бокал Эльзы. Нужно было придумать как сделать так, чтобы Эльза его не выпила. В глубине души мне всё же было жаль девушку, ставшую объектом настоящей охоты, так что если у меня будет хоть какая-то возможность помочь ей, я всё же постараюсь это сделать. Хотя бы сегодня. Дальше пусть сама решает свои проблемы. Я не ангел-хранитель, чтобы вечно оберегать её.

***

Воспользовавшись тем, что мне временно удалось освободиться от обязанностей по помощи графу в охмурении Эльзы, я добрался до стола, и стал торопливо накладывать себе в тарелку еду. Оголодал я жутко. Со всеми этими алхимическими установками времени на себя у меня почти не оставалось, и я решил воспользоваться моментом, и нормально поесть. Тут присутствовали лишь лёгкие закуски без горячих блюд, но мне сейчас и это за счастье было. Я закинул в рот маленький бутерброд с красной икрой, глотнул вина, потянулся за бужениной, чтобы уложить её на кусок чёрного хлеба, и тут сзади раздались встревоженные крики гостей. Я ещё повернуться не успел, но уже спинным мозгом почуял, что дело наверняка касается этого ублюдочного графа, и не ошибся в своих предположениях. Он стоял рядом с тем толстяком, и они что-то эмоционально друг другу высказывали. Я был довольно далеко от них, плюс, тут громко играла музыка, так что я не слышал, что они там друг другу говорят, но судя по лицам, ничего хорошего. В какой-то момент толстяк не выдержал, и отвесил графу смачную пощёчину. Того изрядно тряхнуло, с головы слетел парик, обнажив лысую голову, после чего лицо графа аж перекосило от гнева и он яростно что-то стал выговаривать толстяку. Тот лишь пренебрежительно поджал губы и кивнул. Я бросил в рот ещё один бутербродик, с удовольствием наблюдая за разворачивающимся действием. Чем бы оно не закончилось, всё мне в радость будет. Эльза уже давно ушла прочь от этих двоих, присоединившись к группе молодёжи, эти же два напыщенных индюка продолжали о чём-то дискутировать. Тут вдруг граф огляделся по сторонам, заприметил меня, и повелительным жестом позвал меня к себе. Вот идиот... Он нам так всю конспирацию испортит. Неужто не понимает, что в обществе могут возникнуть вопросы, почему это какой-то третьесортный граф командует чародеем из другой страны? Но делать нечего, пришлось идти. Я бросил полный сожаления взгляд на тарелку с едой, и нехотя поплёлся туда.

— Чем могу помочь, ваше сиятельство? — еле скрывая раздражение, поинтересовался я у графа, демонстративно не глядя на толстяка.

— Сущей безделицей, — процедил тот, — У нас тут с НЕ уважаемым баронетом Мишеком Гарсозо должна состояться дуэль, в силу своего возраста, я имею право выставить вместо себе поединщика. Окажите мне любезность, станьте моим поединщиком и выбейте дурь из этой пустой башки!

— С удовольствием! — согласился я, почти не покривив душой. Я не мог отказаться выполнить поручение этого старого козла, но тут я действительно был почти рад ему. Ещё больше я был бы рад выйти разве что против самого графа, но и так не плохо. Можно было легально вывести из строя ещё одного мутного типа, вьющегося вокруг Эльзы. Я повернулся к баронету и смерил его плотоядным взглядом. Он поежился под ним, но не отступил, и даже попытался выдавить из себя кривую усмешку.

— Напоминаю, что дуэль будет на мечах, и чарами пользоваться будет запрещено! Так что ваше чародейство, господин чародей, тут вам не поможет! — грозно надулся он, скрестив руки на груди. Явно на публику красуется. Видимо, на Эльзу впечатление произвести хочет, вот только не знает, что она даже не смотрит в нашу сторону.

— Да я и не собирался, — мягко улыбнулся я ему, — Я, знаете ли, тоже знаю, с какой стороны нужно за меч держаться, так что, думаю, я и без чар с вами разберусь.

— Господа, что тут происходит? — раздался вдруг рядом холодный голос принца Энджея, незаметно подошедшего к нам, а за его спиной виднелось встревоженное лицо Танаки.

— О, ничего особенного, ваше высочество, — склонился перед ним в поклоне тут же граф. Баронет нехотя последовал его примеру, — Всего лишь дуэль. Эка невидаль. Чародей Мих оказал мне любезность согласившись выступить моим поединщиком в поединке с баронетом Гарсозо, смертельно оскорбившего меня. Теперь только кровь сможет смыть это оскорбление!

— Это так, Мих? — глянул принц на меня строго.

— Увы, но да! — кивнул я ему, — Мне придётся ненадолго покинуть ваше общество, чтобы проучить негодяя, но обещаю, что скоро вернусь к вам.

— Уж сделайте такую милость. Вы так и не выпили со мной. Только обещаете пока. Сегодня я серьёзно настроен покутить, так что не задерживайтесь, — хлопнул он меня по плечу, после обернулся к Мишеку, — Баронет, может не будете доводить до дуэли и принесёте свои извинения графу Вокасу? Зачем портить такой хороший день кровопролитием?

— Извините, ваше высочество, но это невозможно, — нехотя процедил тот, упрямо склонив голову, и бросая почему-то не на графа, а на меня ненавидящие взгляды, — Только дуэль рассудит нас.

— Ну и зря. Впрочем, это ваш выбор, — смерил его весьма недружелюбным взглядом принц, очень не любивший, когда шли поперёк его воли, — В таком случае, господа, предлагаю пройти во двор, и там устранить возникшее между вами недоразумение самым кардинальным и древним способом — дуэлью. У вас есть секунданты, господа?

— Полагаю, что уважаемый Танака не откажется стать моим секундантом, — кивнул я на того. Танака сделал шаг вперёд и молча кивнул. Он вообще в последнее время не разговорчивым стал. Подчинённое положение угнетало его гораздо больше меня. Нет, он ни в чём не обвинял меня, но вот сам себя я костерил последними словами, что втянул его в это дело, и, недооценив противника, вляпался в эту ловушку, и друга с собой утащил. Будет хороший урок мне на будущее впредь действовать более осмотрительно.

— У меня пока нет, но, думаю, мне не составит труда кого-нибудь найти, — озадаченно пробормотал Мишек, оглядываясь на зал.

— Не нужно. Не будем терять время, я сам выступлю в роли вашего секунданта, — неожиданно предложил принц, — Вы же не возражаете?

— Почту за честь, ваше высочество, — опять согнулся в поклоне баронет.

— Ну что же. Раз формальности соблюдены, предлагаю приступить к делу. Идёмте уже, господа, — направился к дверям Энджей, мы же пошли за ним. Граф на секунду замялся, бросив взгляд на Эльзу, но спорить не рискнул, и пошёл с нами. Видимо, он рассчитывал просто отправить меня на бой, а самому остаться с девушкой, но присутствие принца спутало ему все планы. Я же шёл к выходу в радостном нетерпении. Подвернулась прекрасная возможность выплеснуть накопившийся негатив. Не знаю, на что рассчитывал этот толстяк, но жалеть я его не собирался. В груди давно уже не могла найти выхода ярость, скованная нерушимыми запретами, и сейчас она довольно взвыла, предчувствуя, что скоро ей дадут волю. Да, чародействовать нельзя, вот только кто сказал, что я не могу пустить силу по венам, многократно увеличив свою силу и скорость? Нет, так-то я был уверен, что и без того справлюсь, вот только меня очень смущало спокойствие толстяка. Он же прекрасно знал, кем я был раньше, и что наши силы несопоставимы, и тем не менее был готов выйти против меня. Значит, он был уверен, что шансы у него есть. Не знаю, что он задумал, но недооценивать противника я больше не собирался, и решил максимально подготовиться к бою и использовать все силы. Я уже недооценил недавно одного противника, и вот к чему это всё привело. Подобной ошибки я больше повторять не собирался. Впредь лучше учиться на чужих ошибках, а не на своих.

Мы одновременно с ним подошли к выходу из дворца, где нас уже ждали слуги, протянувшие нам наши мечи и шляпы, которые мы сдали, когда входили во дворец. Не глядя на меня он взял меч, отмахнувшись от шляпы, и поспешил выйти. На секунду мне показалось, что на его губах зазмеилась предвкушающая усмешка, и тут же пропала, как будто он боялся выдать себя. Я ещё больше насторожился, и вышел вслед за ним.

Глава 2

Биться нам предстояло во внутреннем дворе замка, благо, места тут было более чем достаточно, и явно его уже не раз для этого использовали. Принц привёл нас на хорошо утоптанную площадку метров двадцать в длину, и с десяток в ширину, где мы и стали готовиться к бою. Хорошо, что погода была вполне подходящая для боя. Ни жарко, ни холодно, солнце было спрятано за тучами и не слепило в глаза, но дождя не было. В последний раз дождь прошёл два дня назад, и земля успела просохнуть, и при этом не пересохла и не вздымалась вверх тучей пыли при малейшем ветерке. В общем, всё было в самый раз для боя. С окружающего замок высокого каменного забора на нас с любопытством глазели стражники, в ожидании занимательного зрелища. В этот раз бал проходил в одном из императорских замков, а не во дворце, уж не знаю, почему. Он располагался почти в самом центре города, и представлял собой монструозное сооружение, взмывающее в высоту метров на сто, и окруженное мощными стенами с единственным входом через барбакан. Только рва не хватало для полноты картины средневекового замка. С первого взгляда было ясно, что это сооружение создавалось совсем не с развлекательными целями, и, возможно, не раз в своей истории выдерживало осады неприятеля.

Я лениво разминался, наблюдая за противником, который сосредоточенно размахивал мечом, видимо, тоже разминаясь. А меч-то у него, кстати, намного меньше и уже моего, - отметил я себе. С одной стороны, у меня вроде как преимущество за счёт длины и веса клинка, с другой — меньший вес его меча позволяет быстрее двигаться. Вот только в битве со мной это ему не поможет. Я и с более тяжелым мечом буду двигаться намного быстрее него. Сказал бы, что у него нет ни шанса и бой надолго не затянется, но не буду торопить события. Больно уж он уверен в своих силах. Наверняка какую-то гадость задумал, так что надо быть предельно внимательным и осторожным, — мысленно предостерёг я сам себя от очередной недооценки противника, и закончил разминку. Пора бы уже и начинать, пока не начало темнеть. Хоть солнца и не было видно за тучами, но тем не менее было заметно, что оно клонится к закату, и где-то через час станет уже довольно темно.

Вокруг площадки, тем временем, уже столпилось приличное количество народу. В этом мире не так много было развлечений, и дуэль была одним из них. Даже дамы не упускали возможность поглядеть на бои, вот и сейчас среди толпы окружившего нас народа их было как бы не половину. Вот только как я ни присматривался, Эльзы видно не было. Видимо, она решила окончательно вычеркнуть меня из своей жизни, что возможно и к лучшему. Странно ещё, что она вообще не решила прийти этого Мишека поддержать на зло мне. Впрочем, даже к лучшему, что её нет. Не буду отвлекаться лишний раз.

— Господа! Прошу поменять оружие на одинаковое, — подошёл к нам Энджей, держа в каждой руке по мечу. Видимо, не один я обратил внимание на разницу в нашем оружии. Принесённые принцем мечи были чем-то средним между моим мечом и мечом Мишека, чуть короче и уже моего. Я не стал возражать, и взял новый меч, отдав принцу свой. Терпимо, — решил я, сделав пару взмахов мечом. Немного не привычно, так как он был гораздо легче моего, но пойдёт. Мишек тоже спорить не стал, и с недовольным выражением лица сделал обмен. Принц тут же передал наше оружие одному из слуг.

— Танака, проверь их на скрытый защитный корсет, — попросил принц. Мой друг всё также молча кивнул, и подошёл сначала ко мне, а потом, быстро пройдясь по моему торсу руками, флегматично пошёл к Мишеку. Вот что значит статус. От любого другого человека подобное предложение было бы оскорбительным, и предложившего подобное могли и на дуэль вызвать, принцу же всё сошло с рук. За вызов принца на дуэль тут вполне можно было лишиться головы. Местный император лишним человеколюбием не страдал, и даже дворянина мог укоротить на голову за серьёзную провинность. Не смотря на весь свой миролюбивый и добродушный вид, император слыл в народе очень жестким, даже жестоким, правителем. Мишек безропотно дал себя проверить, и мы, наконец, были готовы начать бой.

— Господа, — принцу явно понравилось быть распорядителем дуэли, и он решил сыграть роль до конца, красуясь на публику, — Может быть кто-нибудь из вас хочет произнести извинения другой стороне? У вас есть последняя возможность закончить дело миром! — он уставился на нас, в ожидании ответа. Мишек молча отрицательно покачал головой, я же кивнул на графа, напоминая, что подобный вопрос задан не по адресу. Энджей вопросительно глянул на последнего, тот раздражённо отрицательно резко качнул головой.

— Ну что же. В таком случае приступим. Объявляю бой до первой крови. Добивать соперника запрещаю! — почему-то на этой фразе глянул принц на меня, — Если противник упадёт, следует отойти в сторону, и дать ему подняться. Бейтесь честно! Начинайте! — и он тут же ушёл с площадки, а мы с Мишеком, обнажив клинки, медленно стали сближаться.

***

Никто из нас не торопился форсировать события. Мы стали медленно кружить по площадке, обмениваясь осторожными ударами, настороженно наблюдая за соперником, и я даже успел немного задуматься на отвлечённую тему. С чего это вдруг, интересно, принц решил по своевольничать, объявив бой до первой крови? Я был уверен, что граф жаждал смерти своего противника. Я достаточно хорошо успел узнать графа, чтобы почувствовать его мстительную натуру. Явно Энджей сам решил внести коррективы в условия, вот только не понятно, за кого он так опасается? За меня, или ему зачем-то нужна жизнь этого толстяка, который, кстати, довольно неплохо держался, и вполне себе грамотно бился? Пожалуй, он был даже техничнее меня, что, впрочем, было вовсе не удивительно. Наверняка он, в отличии от меня, с самого детства учился обращаться с мечом. Тут толстяк неожиданно ускорился, и разразился целой серией из трёх ударов, довольно быстрых и мощных. Если бы я не ждал подвоха, то мог и пропустить, а так я успел скользнуть в сторону, уходя от первых двух ударов, третий с силой отбил, из-за чего он на секунду открылся, и я тут же молниеносно контратаковал, предвкушая, что дело сделано, вот только он каким-то немыслимым образом успел отпрыгнуть назад, разорвав дистанцию. И сделал это так быстро, что даже моей сверхскорости не хватило, чтобы достать его. Я даже опешил немного. Мне тут ещё не попадались противники, не уступающие мне в скорости. Ну, кроме того последнего боя на арене, но это не считалось, так как там со мной всё же не человек бился, да и магии у меня тогда ещё не было.

Мы опять закружили по площадке, изредка прощупывая оборону друг друга осторожными ударами. Что-то с ним явно было не так... Он ну никак не мог уклониться от моего удара! От него и более тренированный воин не ушёл бы, что уж об этом толстяке говорить, и тем не менее, он это смог... Не знаю, как он оказался способен на подобное, но больше я рисковать не собирался, ожидая, когда он ещё какой-нибудь сюрприз вдруг выкинет, и потянулся к силе. Понятное дело, что в открытую применять её я не буду, но вполне достаточно того, что с её помощью я могу стать ещё сильнее и быстрее, и даже если вдруг он меня достанет, то я смогу минимизировать последствия удара. Жульничаю? Да. Но и с ним явно всё было не просто, так что совесть моя была чиста. Да и, если сказать по правде, то даже если бы он бился честно, я всё равно бы использовал её. Я не собирался ради сомнительной чести и справедливости подставлять себя под удар тогда, когда мог защититься от него, пусть даже бесчестным способом.

Тут он опять взорвался целым каскадом яростных ударов, одним быстрым движением оказавшись вдруг рядом со мной. Я даже отпрыгнуть не успел, пришлось принимать удары на меч, что оказалось неожиданно не просто. Я еле успевал отбивать удары, которые к тому же оказались такими мощными, что будь на моём месте кто послабее, то ему уже напрочь отсушило бы руки. Хорошо ещё, что запал у него быстро закончился, и в какой-то момент он сам разорвал дистанцию. Не знаю, что с ним не так, и что за магию он использует, а он явно её использует, я был уже практически уверен в этом, но определённо её действие было не постоянным. Скорее всего, в какой-то момент идёт некая активация чего-то, делающего его намного быстрее и сильнее секунд на десять, после чего требуется перезагрузка навыка, которая занимает примерно минуту, максимум, две, — предположил я. Причём, не исключено, что и в момент перезагрузки он сильнее и быстрее себя обычного, просто не настолько, как в момент этой некой активации.

И снова наскок, с серией ударов. Тут я уже был готов, вовремя уклонился, и в свою очередь контратаковал, попытавшись в этот раз ударить его по пальцам. Он ловко увернулся, и сделал резкий выпад, вытянувшись всем телом чуть ли не в шпагате, попытавшись ударить мне в самое сердце. Этот удар скорее больше для шпаги подходил, чем для меча. Мечом редко наносят колющие удары. В основном, рубящие. Всё-таки меч тяжеловат для подобных ударов и не удобен. Но он нанёс его быстро. Очень быстро. Нереально, я бы даже сказал, быстро. Я увернулся, но меч прошёл буквально в миллиметрах от моего тела, и только тут я понял, что он однозначно не хочет победы по очкам, так сказать, просто ранив меня, и каждый его удар был нацелен на смертельный исход.

— Да когда ты уже сдохнешь, тварь! — разочарованно прорычал он, тяжело дыша, разрывая дистанцию. Ага, значит, всё же, не так просто ему этот бой даётся, как мне казалось.

— Только после тебя, — подмигнул ему я, и, ускорившись до предела, обрушил на него целый шквал ударов. Ну да, как я и думал, после вспышки активности, он явно на какое-то время сдаёт. Скорость не та, сила ударов тоже заметно меньше, и тем не менее он каким-то чудом всё же уходил от моих ударов, почти не принимая их на блок, в основном уклоняясь, определённо опасаясь силы моих ударов. Рядом что-то восторженно орали зрители, но мне было не до них. Пот заливал глаза, но пока мне было не до него, и я продолжал яростно наседать, чувствуя, как уже чуть ли не кипит в крови сила, ищущая способа вырваться наружу, не находя его, и от этого ещё сильнее полыхая от концентрированной ярости. У меня уже всё тело горело от рвущейся на свободу силы, но я держался, не давая ей выхода, и в отместку, она буквально сжигала меня изнутри.

Толстяк явно начал выдыхаться. Его меч мелькал всё медленнее, ноги заметно подрагивали от напряжения, и я чувствовал, что скоро дожму его. Не хватит его на долго. Но, видимо, это он и сам понял, и попытался переломить ситуацию, резко контратаковав. В этот раз он уже не стремился нанести мне смертельный удар, и бил по конечностям, видимо нацелившись уже просто побыстрее закончить это дело. И тут же у меня в голове созрел план...

В какой-то момент я сделал вид, что чуть замешкался, уходя удара, он торжествующе ухмыльнулся, нанося молниеносный рубящий удар сверху вниз, который чиркнул меня по предплечью, в его глазах вспыхнула радость, и тут же погасла, когда мой меч вонзился в его шею. Голова медленно упала на землю и откатилась на пару метров в сторону, тело ещё несколько секунд простояло, фонтанируя кровью, залив меня с ног до головы, и повалилось на землю.

Стояла полная тишина. Зрители ошеломлённо переводили взгляды с меня на тело, и обратно. Я устало откинул меч в сторону, вытащил из кармана платок, и стал вытирать лицо, скривившись от омерзения. Первым же делом когда освобожусь залезу отмокать в ванну. Одежду же, похоже, придётся выкидывать. Не уверен, что кровь отстирывается. Принц медленно вышел из толпы, и подошёл ко мне, остановившись чуть в стороне, чтобы не влезть в кровь, которой было забрызгано всё вокруг. Посмотрел не тело, потом перевёл взгляд на меня.

— Вот и что мне с тобой делать? — мрачно спросил он у меня, — По сути-то он выиграл, а ты, в нарушение правил, нанёс удар тогда, когда не имел на это права. Ты понимаешь, что за подобное тебя вообще казнить можно?

— Ваше высочество, я не виноват! — начал спешно отмазываться я, — Вы же видели, на каких скоростях шёл бой! Когда он ударил меня, я уже наносил свой удар. Промежуток между пропущенным ударом и нанесённым мной был таким коротким, что я уже физически не мог его остановить! Баронет Мишик всё же проиграл, уже выиграв бой. Увы, но так тоже бывает, — развёл руками я, всем своим видом изображая раскаяние, которого и в помине не было. Скорее была радость от того, что я избавился от этого мутного типа, но, пожалуй, я воздержусь от её демонстрации.

— Подтверждаю! — хрипло каркнул граф, подойдя к нам, и бросая торжествующий взгляд на труп, — Уважаемый Мих действительно уже никак не мог остановить удар. Да и никто не смог бы. И вообще, тут требуется дополнительное расследование. Уж слишком быстр был баронет. Для своей комплекции не реально быстр! Тут явно что-то не чисто...

— Да, мне тоже так показалось, — задумчиво кивнул принц, — Впрочем, следует отметить, что и наш уважаемый чародей был уж чересчур быстр, — бросил он мимолётный взгляд на меня.

— С уважаемым Михом всё гораздо проще, — отмахнулся старик, — Он в недавнем прошлом был лучшим бойцом арены, сохранились и навыки, и скорость. Да вы хотя бы на фигуру его гляньте! Вот где настоящая мощь! Но откуда это всё могло взяться в нашем тюфяке? — пренебрежительно кивнул он на Мишека, — Правильно. Неоткуда. С ним точно что-то не так. А ты, парень, молодец! Я знал, что ты силён, но не ожидал, что настолько! — потрепал он меня снисходительно по плечу, отчего меня аж передёрнуло, и мне очень сильно захотелось расквасить одну старую рожу. И более того, я вдруг почувствовал, а точнее, не почувствовал, никакого отторжения от этой мысли! Было полное ощущение того, что я действительно могу вломить ему как следует, и я еле удержал себя от того, чтобы тут же это не проверить. Неужто контроль ослаб?! Но как это возможно? Что этому могло по способствовать? Нет, понятное дело, что это из-за дуэли, но... А хотя какое ещё «но»! — дошло вдруг до меня. Явно же всё дело в сжигающей меня изнутри силе, которая до сих пор полыхала в моей крови. Нет, я и раньше пытался излечиться с её помощью, вот только то ощущение силы не идёт ни в какое сравнение с силой, которая призывается в момент боя. Осталось только понять, зависимость совсем ушла, или только пока течёт по венам сила... Ну а пока над делать вид, что всё по прежнему...

— Мих! Ты чего застыл? — вывел меня из оцепенения принц, и хлопнул по плечу, — Пошли отметим твою победу! И сегодня я тебе не дам скрыться раньше времени, имей ввиду! Будем кутить на полную! Без тебя вон и Танака сам не свой стал. Сплошная скука с ним теперь пить, — пожаловался он на моего молчаливого друга.

— Будьте уверены, ваше высочество, я сумею привести его в чувство, — усмехнулся я, и хлопнул Энджея в ответ по плечу так, что он аж покачнулся, — Думаю, я составлю вам сегодня компанию. Только чуть позже. Надо сначала помыться и переодеться, — дождавшись подтверждающего кивка от графа, обнадёжил я принца. Видимо, старик не против того, чтобы кто-то из «его» людей втёрся в ближайшее окружение принца, вот и не стал возражать. Буду пока делать вид, что всё ещё полностью подконтролен ему, и тогда, глядишь, удастся преподнести сюрприз не только ему, но и ещё кое-кому... Смертельный сюрприз! Обязательно завтра проверю, действительно ли я избавился от этой зависимости, и тогда буду уже думать, что делать дальше. Непременно надо будет как можно переговорить с Танакой, а то он совсем уж скис, и слегка обнадёжить его. Как я уже говорил, через два дня у нас должна была состояться новая встреча с этим Великим Кхором, и кто знает, чем он закончится...

Глава 3

— Ты как? Держишься? — тихо поинтересовался я у Танаки, когда мы подходили к дому алхимика. Накануне я рассказал ему, что у меня пропал контроль, и есть шанс вырваться из этих сетей, и неожиданно он вдруг вцепился мне в горло, пытаясь задушить, с полными ужаса глазами. Я еле оторвал его от себя, стараясь делать это аккуратно, чтобы не покалечить. Как оказалось, у него сработала ещё одна установка этого хитрого дьявола. В случае, если один из нас что-то станет замышлять против Кхора, то второй должен был его остановить любыми средствами. Я даже пожалел, что всё же открылся ему. Надо было просто придерживаться своего плана, а Танаке потом сюрприз был бы. Всё равно я не планировал его участия в предстоящем действии.

— С трудом... — еле выдавил из себя тот, нервно потирая руки, — Так и тянет вцепиться тебе в горло, или всадить нож в спину. Я даже специально не стал сегодня брать никого оружия с собой на всякий случай. Хорошо ещё, что, кажется, действие зелий немного ослабло к сегодняшнему дню. Но ты всё же постарайся не затягивать с ним, а то могу и не сдержаться...

— Да уж постараюсь, — вздохнул я, — Ты слишком напряжён. Постарайся хоть немного расслабиться, а то он может что-нибудь заподозрить.

— Если я хоть немного расслаблюсь, то или брошусь на тебя, или сразу же подниму тревогу, когда мы в дом войдём, — тихо возразил Танака, — Да и не думаю, что мой вид его насторожит. Было бы наоборот странно, если бы я зашёл в дом к врагу в безмятежном состоянии.

— Тоже верно, — согласился я.

Мы повернули за угол, и вышли на финишную прямую. Было раннее утро, и город ещё только-только начал просыпаться. Небо по прежнему было затянуто тучами, и стояла страшная паркая духота, намекая, что вот-вот на нас хлынет ливень. Где-то вдалеке раскатисто громыхал гром, невольно заставляя ускорить шаг.

— Слушай... — замялся Танака, — А ты уверен, что надо решать вопрос таким образом? Раз у тебя контроль пропал, то, может, следовало рас... рас... — заклинило тут его, — ...сказать ну хотя бы Энджею? — справился он наконец с собой, — Думаю, имперская служба безопасности лучше бы справилась с нашей проблемой.

— А я так не считаю. Ты думаешь, император ничего не знает про этого Великого Кхора? — скептически усмехнулся я, глянув на него, — Уверен, что знает. А может, даже использует в своих целях. Ну а если даже и не знает, то точно не откажется заполучить подобного специалиста в свои руки. Расскажи мы всё, тому бы может пальчиком и погрозили, вот только я уверен, убивать или арестовывать не стали бы. Такой алхимик слишком ценен, чтобы лишаться его из-за подобного пустяка, как мы с тобой. И при этом, нам пришлось бы опасаться мести со стороны этого урода. Готов всю жизнь прожить в ожидании удара в спину?

— Ну, может ты и прав... — чуть слышно ответил Танака.

Конечно, прав, — мысленно усмехнулся я. Это я ещё не рассказал ему о том, что присутствовал вчера при беседе Энджея с одним из имперских чародеев, который сообщил, что в крови Мишека найдены следы некого вещества, с помощью которого он и оказался способен на подобные трюки. И что вещество это способен создать только очень сильный алхимик. А дальше... А дальше меня просто выставили за дверь, сказав, что это государственное дело, и они обязательно разберутся с этим. Ну-ну. Верю-верю. Судя по тому, как сразу же поскучнел Энджей, когда услышал про алхимика, всё он прекрасно понял, но вот со мной поделиться информацией вовсе не стремился. Нет, разбираться с Кхором придётся самому. Уверен, что он много кому из правящей верхушки услуги оказывает. И не исключаю, что зелье, которым был накачан Мишек, тоже его работа. Вот вообще не удивлюсь. Очень уж он у нас разносторонняя личность.

***

— Господин, к вам пришли, — доложил о нас старый слуга, проводив до двери подвала, где находилась лаборатория алхимика. На моё счастье, старик был единственным слугой этого урода, иначе могли возникнуть некоторые проблемы. Я не собирался оставлять свидетелей, и не хотелось бы устранять ни в чём не повинных людей. Старик же прекрасно знал, чем занимается его господин, так что его мне было не жаль. Каждый сам выбирает свою судьбу...

— Пусть проходят! — крикнул откуда-то издалека Кхор. Мы зашли с Танакой внутрь, и железная массивная дверь тут же захлопнулась за нашей спиной, лязгнув запорами.

— Ну и чего замерли? Подойдите ближе! — рявкнул урод, с любопытством глядя на нас, находясь во второй половине подвала, отделённой от нас стальной решёткой. Мы зашагали к нему.

— А это зачем? — не выдержал Танака, показав рукой на решётку, — Вы чего-то боитесь?

— Тут дело не в страхе, мой юный друг, а в обычной предусмотрительности и осторожности, — мелко захихикал тот, встав рядом с решёткой и сложив руки за спину, — Кто знает. Вдруг зелье уже перестало действовать и вы пришли, чтобы убить меня? Я, знаешь ли, никогда излишней доверчивостью не отличался. Поэтому пройдите-ка вон в тот угол, — махнул он рукой на право, — Там на столе две склянки стоит. Возьмите их, подойдите сюда, и выпейте так, чтобы мне было всё видно, и после этого я вас выпущу.

Вот ведь хитрожопая сволочь какая! — мысленно восхитился я. Для многих чародеев эта решётка стала бы большой проблемой. Вот только не для меня, что я и продемонстрировал, мгновенно Прыжком переместившись к нему. Силу я ещё при подходе к дому призвал, так что зря тратить время не пришлось. Он даже моргнуть не успел, когда я оказался рядом с ним, и воткнул ему в сердце нож. Изначально я собирался его магией приложить, но потом до меня дошло, что с его мнительностью и осторожностью у него наверняка есть амулет от магии, и решил действовать по другому. Я предполагал, что у меня будет всего пара секунд на удар, потому и постарался пробить чётко в сердце, и на всякий случай держал наготове воздушное копьё. Допусти я малейшую ошибку, и неизвестно, чем бы наш бой закончился. Слишком он непредсказуем и опасен. Именно поэтому я решил бить сразу наповал, и даже не пытаться допросить его, хотя и очень хотелось узнать, что за люди вообще за ним стоят, и не знает ли ещё кто-то о нас с Танакой. Тело старика медленно осело на пол. Готов, — убедился я, попытавшись нащупать пульс. Вот и отлично. Одной головной болью меньше. Теперь предстояло сделать так, чтобы никто не смог связать его смерть с нами. И, кстати, мои опасения подтвердились. У него на шее обнаружился противомагический амулет. Говорю же, предусмотрительный, сволочь. Это ещё повезло, что местные чародеи не обладают подобными моим навыками типа Прыжка и Телепортации, иначе он и против них что-нибудь предусмотрел.

— Ты как? — крикнул я Танаке, который стоял вплотную к решётке и мрачно глядел на меня.

— Очень хочется тебя убить, но, вроде, смогу удержаться... — как-то без особой уверенности пробормотал он.

— Терпи. Скоро тебя должно отпустить. Наверное... — неуверенно предположил я. Понятное дело, что эффект от действия зелья не пройдёт тут же со смертью его создателя, но я надеялся, что с каждым часом его эффект будет слабеть. Правда, у нас не было этих нескольких часов.

— Тебе придётся подождать меня тут, пока я разберусь со слугой, — принял решение я, после недолгих раздумий.

— Может, не стоит его убивать? — с сомнением в голосе предложил Танака, — Чем он нам помешает?

— Ничем, — пожал плечами я, — А вот те, кто придут потом сюда и будут искать убийц алхимика, очень даже помешают. Ты уверен, что хочешь, чтобы он неизвестно кому рассказал о нас? Сам же знаешь, что за пособничество в убийстве тебя даже твой статус не спасет от рабства. Ну, и у Дома твоего проблемы возникнут. Ты же наследник, как никак. Да и к чему такой риск? Тебе что, жаль его? Сам же знаешь, что он прекрасно знает, чем промышляет его хозяин. Невинной жертвой его трудно назвать.

— Нас же всё равно кто-нибудь, да видел, когда мы шли сюда, — глухо возразил он.

— Во-первых, там мы были в плащах и широких шляпах. Думаешь, зря я тебя в такую духоту заставил в плащ завернуться перед выходом? Вряд ли кто видел наши лица, а если даже кто-то и увидел, то он не знает, кто мы. Так что нет, единственный, кто нас может сдать, это слуга, — отмёл я его возражение в сторону, — Жди здесь, в общем. Я быстро. Никуда не уходи.

— Шут... — только и успел услышать я, переместившись за дверь. Засовы пока открывать не стал, чтобы не вводить Танаку в искушение и не греметь, и тихонько двинулся на поиски слуги. Впрочем, долго они не затянулись. Старик обнаружился на кухне, что-то готовя. На секунду меня охватило какое-то сомнение в правильности того, что я делаю. А вдруг он тоже находится под действиями зелий своего хозяина? Да и бить в спину мне ещё не приходилось беззащитных людей. Я тяжело вздохнул, и всё же спустил заготовленное воздушное копьё в спину старика. Если бы речь шла только обо мне, то может я его и пощадил бы. Я всё равно собирался свалить из этого мира при первой же возможности. Но тут ещё был Танака, и я не хотел ещё больше испортить ему жизнь своей неуместной жалостью. Я быстро промчался по дому, убедившись, что больше тут никого нет, и вернулся к Танаке.

— Ну ты как? Не отпустило? — осторожно поинтересовался я, открывая дверь, в полной готовности к любым неожиданностям.

— Да вроде полегче стало... — проворчал он, вставая с пола и потягиваясь, — Ну что? Уходим?

— Сейчас, подожди ещё чуть-чуть, — я переместился к телу алхимика, и распахнул один из шкафов у стены. Как я и думал, все его полки были заставлены всевозможными склянками. Учитывая высочайший уровень алхимика, это было настоящим сокровищем. Точнее, было бы, если бы они все были подписаны, но к каждому сосуду была прикреплена лишь бумажка с номером. Ну не может же быть, чтобы он по памяти их все помнил? — предположил я, и внимательно оглядевшись по сторонам, на одном из стоявших тут трёх столов увидел какой-то журнал. А ну-ка... Я подошёл ближе, и открыл его в первом попавшемся месте:

«Зелье номер семьдесят шесть. Средство от мужского бессилия. На голодный желудок принять десять капель за полчаса до полового акта. Срок действия — два часа. По окончанию действия выпить большое количество воды для ускорения вывода вредных веществ из организма. Не принимать более трёх дней подряд. После третьего приёма требуется перерыв в размере декады.

Зелье номер семьдесят шесть. Средство для ускоренного роста волос. Принимать через полчаса после приёма пищи, двадцать капель. Эффект не мгновенный, растянут по времени на половину декады...»

Оно! Я захлопнул журнал, и стал осматриваться в поисках подходящей тары. Пора было валить отсюда, пока какие-нибудь гости не заявились. После недолгих метаний по подвалу, я, наконец, нашёл в одном из ящиков мешок, и стал аккуратно укладывать зелья в него, положив на самое дно журнал. Как будет свободное время ознакомлюсь по внимательнее. Шкафов тут было два, и все их полки были заставлены склянками, так что к моему огромному сожалению все они в мешок не влезли. Часть пришлось оставить. Чувствую, что когда буду читать журнал, я ещё не раз пожалею об этом решении, но... Я подавил свою жадность, и переместился к Танаке. По хорошему, здесь не помешал бы хороший пожар, чтобы окончательно замести все следы, но я счёл, что делать это в средневековом городе, пусть и большей частью каменном, было не самой разумной идеей. Да и ни к чему, на самом-то деле, были такие крайности. Нас и без того хрен кто найдёт. К тому же, пожар преждевременно привлечёт внимание к дому, а так были шансы, что алхимика ещё не скоро обнаружат.

— Наконец-то... — проворчал Танака, — Уходим? — кивнул он на дверь.

— Да, но не так, — ухмыльнулся я, активировал портал в свою комнату и затащил его с собой внутрь.

— Великие Сёстры! — поражённо выдохнул он, глядя как портал медленно сворачивается, — Ты и так, оказывается, можешь? А что ж ты раньше этим не пользовался?

— Да я только недавно этому научился, — пожал плечами я, убрал мешок в шкаф, и, глянув на себя в зеркало, пригладил рукой взъерошенные волосы.

— Тогда понятно, — кивнул он, — Так. И теперь какие у нас действия?

— Ну какие... — протянул я, — Ты идёшь к себе в комнату и отдыхаешь. Я же навещу нашего дорогого графа, пока он не узнал о том, что стало с нашим дорогим алхимиком.

— Я с тобой! — вскинулся он.

— Извини, но нет, — покачал головой я, — Там ты мне будешь только мешать. Да и ничем ты мне там помочь не сможешь. Я же не собираюсь его дом штурмом брать. Так, тихонечко осмотрюсь, проникну, и побеседую с ним один на один.

— Ну, ладно... — нехотя процедил он, — Будешь беседовать с ним, передавай ему от меня большой привет!

— Обязательно! — ухмыльнулся я.

***

Дом, а точнее, дворец, графа внушал... Он больше походил на жилище какого-нибудь герцога, чем дом третьесортного графа. Здоровенный пятиэтажный домина предстал моему взгляду, перед которым раскинулся большой сад, по которому сейчас гуляли множество парочек. В отличие от дома алхимика, тут наоборот было слишком много людей... Я наблюдал за ним с крыш одного из ближайших домов, переместившись туда прыжком, и спрятавшись за печной трубой, и укрывшись плащом от мелкого противного дождя. Ладно. Допустим, до самого дома я ещё как-нибудь незаметно доберусь, и даже залезу внутрь. Но где мне там искать самого графа? — мрачно прикидывал я, наблюдая, как множество народу перемещается по саду, и то и дело заходит в дом или выходит из него. Чисто теоретически, я мог Прыжком переместиться на крышу дворца, а там проникнуть внутрь через чердак, но что дальше-то? Умения невидимости у меня, к сожалению, не было. И среди записей алхимика, которые я быстро пролистал перед уходом, я ничего подобного тоже не нашёл. Единственный вариант, который я смог придумать, это выкрасть кого-нибудь из слуг, и хорошенько его порасспрашивать. Благо, что зелье правды я как раз таки в мешке обнаружил. Я планировал его использовать на графе, ну да ничего. Там и на двоих хватит. Очень любопытное зелье, кстати, с единственным минусом. Напротив него в журнале была пометка, что не действует на чародеев. Надеюсь, что граф обычный человек. Если же нет, придётся разговорить его другими способами.

Нет, был ещё, конечно, вариант подождать до вечера, и заявиться в дом ночью, когда все будут спать. Но во первых, это не отменяло того факта, что мне надо будет как-то его там найти, а в потьмах, боюсь, это ещё труднее будет сделать, ну а во-вторых, был риск, что граф всё же узнает о смерти алхимика, и было весьма трудно предсказать, что он тогда сделает. Может и догадаться, что к этому мы с Танакой руку приложили, и тогда он может как рассказать кому-нибудь о своих догадках, так и в бега пуститься. Или вообще постарается убить нас. К сожалению, я ничего не знал о его возможностях. Нет, брать его нужно было как можно быстрее, пока он не ждёт неприятностей. В идеале бы, конечно, вообще взять его не дома, а где-нибудь в пути. Переместить порталом в какое-нибудь укромное место, где нам никто не помешает, и вот там предметно с ним побеседовать. Одно такое местечко у меня на примете было. И тут я увидел, как из ворот вышел один из слуг, и деловито куда-то зашагал быстрым шагом. Отлично. Вот его-то мы сейчас и разговорим.

Я дождался, когда он завернёт за угол, где сейчас было абсолютно безлюдно, скакнул к нему Прыжком, активировал прямо перед ним портал, и слегка подтолкнул его в спину, после чего шагнул следом. Всё действие заняло буквально пару секунд, так что если кто-то что-то всё же и увидел, то вряд ли что понял.

Глава 4

Слуга не соврал. Ровно в полдень из ворот выехала карета, и медленно покатила по дороге. Граф был педантом, чётко следовал своему расписанию и никуда не спешил. Карету не сопровождала никакая охрана, но я не обольщался. Слуга предупредил, что на деловые встречи граф всегда берёт с собой своего личного чародея. После недолгого расспроса я выяснил, что чародей был весьма средним по силе, но тем не менее надо было подготовиться заранее и его вывести из игры первым делом. Сюрпризы мне были не нужны.

Расспросив ещё на всякий случай слугу и о расположении комнат в доме, я связал его, заткнул рот, и оставил в своём доме в Ликарии, который сейчас пустовал. Хван Корд забрал дочек, и убыл в неизвестном мне направлении, а Кирсан жил теперь во дворце герцога, постигая тонкую науку дворцовых интриг. Так что дом пустовал, и я решил использовать его для своих целей. Даже если парень сбежит оттуда, то предупредить хозяина ну никак не сможет. Хотя вряд ли он в ближайшее время будет в состоянии что-то делать. Побочным эффектом от эликсира правды был сильнейший упадок сил и сонливость. Ну, хоть отоспится немного. Как закончу дела, верну его обратно и даже десяток золотых выдам за неудобство. Лица моего он не видел, так как сразу после перемещения я завязал ему повязку на глаза, так что необходимости в его устранении не было.

Дождь уже давно закончился, но его дело жило до сих пор. На черепичной крыше было очень скользко, и я даже пару раз чуть не навернулся оттуда, в последней момент успевая схватиться за трубу. Я не сильно боялся, что меня заметят, так как дом на котором я устроил засаду явно был не жилой, уж не знаю почему, а прятался я со стороны двора, почти сливаясь с крышей в своём тёмном плаще. К тому же, было довольно пасмурно. Если кто и мог меня увидеть, то разве что издалека, и то вряд ли, так как я старался не высовываться и вообще не шевелиться. Да и, как я успел заметить, тут вообще мало кто смотрел вверх. Разве что ночью на звёзды, да днём на Великих сестёр, но они были с другой стороны от меня. А так большинство горожан передвигались по городу опустив лицо вниз, в тщетной надежде найти оброненную каким-нибудь растяпой монетку.

Слуга, разумеется, не знал, к кому и по каким делам поедет граф, но мне это было и не нужно. Главное, что он выберется из дома и у меня будет, наконец, возможность закончить уже со всем этим делом. Раздам долги, помогу Танаке выйти сухим из этой истории, и свалю отсюда. Хватит. Дома дел полно. Правда, я чувствовал, что рано или поздно предстоит не простой разговор с архимагом, вряд ли он не попробует меня найти, когда поймёт, что я свалил отсюда, ну да и хрен с ним. Пусть найдёт меня сначала в России-то, а там у него власти нет, так что надавить он на меня не сможет. В идеале бы, конечно, попасть на приём к русскому архимагу, вот только что я ему скажу? Помогите, меня преследует китайский архимаг? Глупо как-то. Так-то ведь он мне ничего плохого ещё не сделал, а подозрения к делу не пришьёшь. Вот, кстати, странно... Почему мой знакомый архимаг не обратился за помощью к русскому архимагу, если тут такая беда надвигается? Или обратился, но мне об этом не сказал? От этих размышлений жутко разболелась голова, но тут они были прерваны выехавшей из ворот каретой.

Я натянул пониже капюшон, скрывая лицо, и Прыжком переместился на следующую крышу, провожая карету. На всякий случай я решил дать ей возможность отъехать подальше от особняка, а потом уже действовать. И действовать самым наглым, уже проверенным способом. Дав карете отъехать где-то с километр, и дождавшись, когда она окажется в узком безлюдном переулке, я открыл портал прямо перед носом у лошадей. Затормозить они не успели, и прошли внутрь, утащив за собой карету. Тут же я Прыжком скакнул к порталу, и шмыгнул следом за ней.

***

Я довольно долго думал, где же мне побеседовать с графом так, чтобы нам никто не помешал, да ещё и с учётом того, что открывать портал я мог только туда, где уже бывал ранее, и при этом, меня возможно ждёт бой с чародеем. То есть, крайне желательно было то, чтобы там, куда мы направимся, никого не было. Сначала задачка показалась мне не разрешимой, но тут меня осенило. А ведь есть такое место! И вот там нам точно никто не помешает.

Выскочив из портала, я тут же прыжком переместился на карету, где лёгким тычком кулака по затылку отправил отдыхать кучера, изумлённо вытаращившегося на выросший вдруг перед ним лес. Бить старался аккуратно, чтобы не убить. Бедолага-то не виноват в том, что его хозяин мудак.

Испуганные лошади опасливо прислушивались к звукам леса, и недовольно фыркали, принюхиваясь к лесному воздуху. Я думал, что их понесёт в диком страхе при перемещении сюда, и возможно карету ещё и ловить придётся, но обошлось. Они лишь переминались с ноги на ногу, встревоженно ржали, и жались друг к другу. Всё действие заняло буквально несколько секунд, так что не удивительно, что пассажиры кареты не сразу отреагировали на изменение обстановки. Лишь спустя ещё десяток секунд в окне кареты показалась удивлённо-встревоженная голова графа.

— Жак, что происходит? Где мы и как здесь оказались?? — раздражённо крикнул он, видимо, приняв меня за кучера. Неудивительно. Тот тоже был в таком же как я плаще, так что в полумраке леса, да ещё и со спины вполне можно было ошибиться.

— Жак, ты оглох, что ли? — повысил он голос, не дождавшись от меня ответа. Мне же было не до него. Я спешно навешивал на себя защиту и готовил силу к атаке. Я не знал, чего ждать от чародея графа, потому не мало маны влил в несколько воздушных копий и парочку воздушных же таранов и молотов.

— Жак! Ты сейчас плетей себе заработаешь! — рыкнул он неуверенно, видимо, поняв, что дело явно не чисто. Так ничего и не ответив, я спрыгнул с кареты, и рывком открыл дверь с другой стороны от торчавшей из кареты головы графа, после чего резко дёрнулся в сторону, уходя от вылетевшего оттуда огненного шара с мой кулак размером. Рефлексы сработали. Уже только после этого я вспомнил, что у меня сейчас купол отрицания стоит, так что подобные угрозы мне не страшны, и сунулся обратно, проигнорировав летевший в меня очередной файербол, который бессильно разбился о мою защиту. Чародей действительно оказался довольно слабым, и моя защита без малейшего труда выдержала его удары, так что я особо не заморачиваясь выдернул из кареты тощего, как будто чем-то высушенного старика с длинной белой бородой, который попытался было что-то возмущённо вякнуть, но тут же закрыл рот, когда я продемонстрировал ему свой полыхающий огнём кулак.

— Не вмешивайся, если жить хочешь! — угрожающе проворчал его я. Что-то какой-то я добрый слишком. Сам себя не узнаю. Я же не собирался чародея в живых оставлять, а тут вдруг решил пожалеть его, увидев, какой он старый. Видимо, меня всё же немного мучало чувство вины за убитого у алхимика слугу. Но к сожалению, или к счастью, он меня не послушался, и даже не успев встать с земли атаковал меня молнией, которая также бессильно растаяла при ударе о щит. Старик не успокоился, резко вытянул в мою сторону правую руку, из указательного пальца которой в меня вдруг полетел какой-то сгусток, который при ударе о мой купол внезапно развернулся, превратившись в что-то наподобие энергетической сети, которая попыталась укутать меня, но бессильно сползла с моей защиты, а дальше я не стал ждать, что ещё он там придумает, и вломил ему в грудь воздушным тараном. Я постарался сделать это аккуратно, чтобы сильно не навредить ему, но явно не рассчитал силы. Его буквально снесло в сторону, он впечатался спиной в дерево, сполз на землю, и затих. Надеюсь, не убил. А дерево-то, кстати, знакомое! — присмотрелся я. Ну точно! Это же то дерево, на котором я оказался, когда попал в этот мир. Хотя, чему я удивляюсь? Сам же выбрал это место для перемещения, как наверняка безлюдное, так что ничего удивительного в том, что это оно — нет. На меня аж ностальгией повеяло. Накатили воспоминания...

— Мих, это ты? — дрожащим голосом поинтересовался за моей спиной граф, — Что это на тебя нашло? Да за подобное тебя же Великий Кхор на зелья пустит!

— Не пустит, — ухмыльнулся я, хоть он и не мог сейчас видеть моей ухмылки, — Боюсь, что Великий Кхор уже ничем теперь вам не поможет. Ни зельями своими специфическими, ни услугами, — спокойно повернулся к нему я, убедившись, что чародей не подаёт признаков жизни. Граф испуганными глазами смотрел на меня через открытое окно кареты. Я медленно пошёл к нему.

— Что это значит? — проскрипел он трясущимися губами, — Не хочешь же ты сказать, что он умер? — я лишь молча улыбнулся ему в ответ.

— А даже если и так, то что ты хочешь от меня? Я всего лишь нанял тебя с твоим другом для определённой работы. К чему это всё? — не сдавался он, с ужасом глядя на меня.

— Всего лишь нанял? Серьёзно? — аж восхитился я от его наглости, — Вот сейчас об этом мы с тобой как следует и побеседуем. Кого ты там нанял, с какой целью и что тебе за это будет, — оскалился я, делая к нему очередной шаг, и тут мне сзади в купол прилетел удар такой силы, что он аж негодующе загудел, а меня слегка качнуло. Не понял? — удивился я, поворачиваясь. Старик чародей стоял, прислонившись к стволу дерева и с ненавистью глядел на меня.

— Да что же ты такое? — проскрежетал он сухим голосом, — Я не знаю ни одной защиты, способной выдержать подобный удар! Думаю, императора заинтересует информация о твоих необычных способностях.

— Может и заинтересует, — лениво согласился с ним я, — Если он узнает о них, — давно уже подготовленное воздушное копье задрожав от нетерпения сорвалось с привязи, и пригвоздило его к дереву. От жалости не осталось ни следа. Я хладнокровно смотрел, как он скривился от боли, бессильно открывая рот, не способный издать ни звука из-за пошедшей горлом крови. Не будем мучить старика, — решил я, и добил его ударом воздушного молота в голову. Лишний раз убедился, что моя жалость только вредит мне. Хорошо ещё, что в этот раз без последствий обошлось. Я обернулся к графу, и не сдержавшись, выматерился, так как дверь кареты оказалась распахнута, а самого его внутри не обнаружилось. Впрочем, он не мог далеко уйти, так что поиски, думаю, не затянуться. К тому же, направление его движения выдавала примятая трава.

— Зря ты так! Лишь оттягиваешь неизбежное! — громко крикнул я, не боясь, что меня кроме него кто-то мог услышать, — Раз, два, три, четыре, пять — я иду искать. Кто не спрятался — я не виноват! — не отказал себе в удовольствии чуть-чуть поглумиться я, и прыжком сместился к виднеющемуся вдалеке дереву, в сторону которого вели следы. Потом ещё к одному дереву, далее к кустарнику, в зарослях которого и обнаружилась испуганная пропажа.

***

— Ну всё, бывайте, — распрощался я с кучером и слугой, лежавшими связанными в карете, с повязками на глазах. Честно говоря, больше всего мне было жаль лошадей, которых в лесу наверняка очень быстро сожрали бы какие-нибудь хищные животные, потому я и решил не оставлять в лесу их с каретой после разговора с графом. Закинул внутрь кареты всё ещё находившегося без сознания кучера, на всякий случай. Метнулся порталом до дома, где оставил слугу, переместил его тоже в карету, и уже после этого вернул их в город. При обыске кареты обнаружился довольно большой камень силы, видимо, принадлежавшей старику чародею, так что проблем с маной не было, и после всего этого со спокойной душой отправился спать. Всё-таки сегодняшний день меня прилично вымотал. Я прямо в одежде рухнул на кровать, лишь выложив перед этим на столик пузырёк, который раздобыл у графа.

Как я и думал, он действительно рассчитывал приворожить Эльзу любовным зельем, но неожиданно не к себе, как я думал, а к своему племяннику. Как оказалось, граф довольно трезво смотрел на вещи, и понимал, что брак с ним привлечёт слишком много внимания в обществе к его персоне, да и герцог мог весьма неоднозначно отнестись к подобной кандидатуре зятя, потому он и решил женить своего племянника, которым вертел как хотел, на Эльзе. Детей у старика не было, и своим наследником он назначил сына сестры, который был весьма слабохарактерный и позволял дяде вертеть собой как тому угодно. Граф рассчитывал, что став мужем Эльзы и соответственно будущим герцогом, племянник приблизит его к себе, а со временем, когда станет герцогом, вся реальная власть сосредоточится в руках дяди. Я восхитился его оптимизмом. Рассчитывать в его возрасте пережить герцога, который был гораздо моложе его, было странно, но обработанный зельем граф спокойно объяснил мне, что долго герцог после свадьбы дочери не прожил бы, так как для него было уже припасено зелье с очень мощным ядом, следы которого было невозможно обнаружить в организме. К тому же, алхимик исправно поставлял ему за приличную плату зелья укрепляющие здоровье, что позволило бы графу ещё лет двадцать как минимум прожить, так что планы у него были большие. И племянник в них посвящён не был, так что я решил того не трогать. Пусть радуется привалившему наследству. Тело графа вряд ли найдут, но, думаю, через какое то время его признают умершим. Уж не знаю, сколько тут это время занимает — год, два? Да и пофиг. Это меня уже не касалось.

Я лёг на бок, и стал рассматривать хрустальный пузырёк, в котором алело любовное зелье, раздумывая, что с ним теперь делать... Понятное дело, что оно не вечно действовало на человека. По словам графа, эффект сохранялся в течении шести декад, после чего медленно спадал. Зелье нужно было добавить в бокал с чем либо жертвы, и когда та выпила бы его, то влюбилась бы в первого человека, которого увидела, поэтому герцог разработал целую операцию по охмурению Эльзы. Он планировал втереться к ней в доверие, пригласить в свой особняк на бал, где и провернуть дело с приворотным зельем и аккуратным подводом к ней племянника под каким-нибудь предлогом. Он был уверен, что у себя дома без проблем провернёт это. Вообще, он был прямо одержим этой идеей сделать своего племянника герцогом Ликарии, но чем это было вызвано, я так и не смог выяснить. На все вопросы на этот счёт граф не отвечал, лишь замыкаясь в себе. Даже зелье правды не помогло. Я чувствовал, что что-то тут не так, и неспроста он зациклился на этом, но... Ничего узнать так и не удалось, и в итоге я просто плюнул на это дело. Хрен бы с ним. Мне такие подробности и не нужны. Прямо во время допроса я вдруг почувствовал, что моя способность перемещаться между мирами вернулась. Не знаю, как это получилось, и как я это понял. Просто знал, что всё, можно и домой. И теперь эта мысль не покидала меня, буквально толкая меня открыть портал и свалить отсюда. Но пока я держался. Надо было хотя бы с Танакой попрощаться. Естественно, не говоря, куда именно я собрался. Скажу, что решил родину свою навестить, и ведь почти не совру при этом. К тому же где-то на самом краю сознания мелькала у меня одна идея насчёт этого любовного зелья, но пока я терзался в сомнениях, а стоит ли? Надо было переспать с этой мыслью, и утром на свежую голову принять решение. Я перевернулся на другой бок, подложил под голову руку, и моментально провалился в глубокий сон.

***

— Танака, держи, — протянул я другу бокал с водой. Он взял его и удивлённо глянул на меня.

— Эльза на балкон вышла воздухом подышать, и я краем уха слышал, что она сказала, что хочет пить. Составь ей компанию, — подмигнул я ему, не став рассказывать, каких усилий мне стоило вывести её туда, отсечь от неё всю толпу её свиты, и сделать так, чтобы она хоть не на долго осталась одна, — Поспеши давай, пока тебя кто-нибудь не опередил, — подмигнул я ему. Он благодарно мне кивнул, и поспешил в сторону балкона, но через пару шагов замер, и обернулся.

— Ты в эти свои горы, надеюсь, не прямо сейчас собрался? Обратно-то нас проводишь? — с подозрением спросил он.

— Не знаю, дружище. Зависит от того, сколько мы ещё здесь пробудем, — развёл руками я, — Домой тянет со страшной силой, а отсюда туда добраться даже быстрее. Да и я уверен, что вы и без меня прекрасно справитесь. Давай, иди уже! Не заставляй девушку мучаться от жажды, — махнул я рукой. Он кивнул мне, и быстрым шагом ушёл. Думаю, Эльза будет рада его видеть. Она действительно сейчас очень хотела пить. После зелья алхимика Великая сушь пить ей хотеться будет ещё несколько дней. Так что в том, что она выпьет воду из бокала Танаки, я не сомневался. Я, кстати, вовсе не был уверен, что поступаю с ней правильно, но... Но я был уверен, что лучше Танаки о ней никто не позаботится. А если даже что-то будет не так, то через шесть декад эффект зелья спадёт, и они продолжат жить своей жизнью. Это граф торопил бы племянника со свадьбой, а им торопиться некуда. Учитывая, какой тут долгий процесс от помолвки до самой свадьбы, думаю, до неё эффект зелья пропадёт. Надеюсь, что я всё же не ошибся, — тяжело вздохнул я, зашёл в какую-то то ли кладовку, то ли чулан, активировал портал в свою комнтау, где подхватил подготовленную заранее сумку, и открыл ещё один портал. Всё. Хватит с меня. Пора домой. Дальше пусть живут без меня...

Глава 5

Точкой назначения я выбрал свой новый дом, и переместился прямо в спальню. Стояла абсолютная тишина, что, впрочем, было совсем не удивительно. На улице царила ночь, и лишь луна разгоняла темноту в комнате, подсматривая в окно. Я бросил сумку в шкаф, и огляделся. Похоже, слуги время зря не теряли и навели тут порядок. В комнате царила идеальная чистота, а постель была явно застелена чистым бельем. От него, по-моему, даже слегка пахло стиральным порошком, что указывало на то, что его поменяли совсем недавно. Спать пока совсем не хотелось, и я решил прогуляться по дому, посмотреть, что изменилось за время моего отсутствия. В том мире прошло почти двадцать дней, значит тут я отсутствовал почти три месяца. Не год, конечно, как в прошлый раз, но тоже весьма прилично. Тогда меня ожидали не слишком-то приятные новости, так что сейчас мне было даже немного страшно узнавать, что тут произошло пока меня не было. Может и к лучшему, что сейчас ночь на улице. Есть время до утра немного прийти в себя. От звонков друзьям пока воздержусь.

Я тихонько вышел из комнаты, и побрёл по ночному дому. Слуги наверняка уже спали, и мне не хотелось никого беспокоить и будить своим внезапным возвращением, так что я старался не шуметь. От того запустения, какое было у дома, когда я его приобрёл, не осталось и следа. Стены были перекрашены, везде царили чистота и порядок, на полу был постелен новый паркет. Это только то, что я заметил в полумраке, но пока мне всё нравилось. Я спустился на первый этаж, прошёл на кухню и включил свет. Кухонный гарнитур был полностью заменён, как и вся бытовая техника. Чаю, что ли, попить? Да и чего-нибудь съесть не мешало бы, — вспомнил я вдруг что уже давно ничего не ел. На балу закрутился так с делами, что даже бутерброда в рот не кинул, и сейчас мой живот активно напоминал мне про эту мою оплошность. Я поддался на его уговоры, и заглянул в холодильник, оказавшийся битком набитым продуктами. Готовить-то я сейчас, понятное дело, ничего не буду, но голодным не останусь, — решил я, вытаскивая палку колбасы, и кусок сыра. Осталось только ещё хлеба найти. Я стал открывать шкаф за шкафом, тихонько напевая себе под нос, — Хлеб, хлебушек, где же ты?

— В самом крайнем шкафу посмотрите, господин, — донёсся спокойный голос от двери, а я от неожиданности чуть не подпрыгнул. Терпеть не могу когда ко мне подкрадываются.

— Добрый вечер, — в дверном проёме застыл дворецкий, с лёгким любопытством глядя на меня. В нём только халат выдавал, что он только недавно проснулся. Ни лице никакой помятости, заспанности, и щетины я не заметил, даже чёрные, с лёгкой проседью, волосы были элегантно зачёсаны назад.

— Тогда уж ночи, — проворчал я, открывая всё же крайний шкаф и доставая оттуда батон. Осталось только доску и нож найти...

— Присаживайтесь, господин, я сейчас всё сделаю, — подошёл он ко мне, и забрал у меня из рук продукты. Я не стал спорить, и уселся за стол. Уже через пару минут передо мной появилась чашка с горячим чаем, и тарелка с бутербродами, которые он нарезал просто моментально. Видна рука мастера. Я вгрызся в бутерброд, и запил его обжигающим чаем.

— Господин, позвольте спросить? А как вы попали в дом? — поинтересовался он, дождавшись моего подтверждающего кивка, — У меня в комнате сигналка срабатывает, когда кто-то входит в дверь. Ну не в окно же вы залезли? Простите за любопытство, но мне нужно знать, каким образом в доме могут появиться гости.

— Не переживай, — отмахнулся я бутербродом, — Кроме меня сюда никто так не сможет попасть. Это особенность моей магии, скажем так, — без подробностей просветил его я, — Лучше расскажи, меня кто-нибудь искал в моё отсутствие?

— Поначалу нет, — мотнул головой он, — Но вот в последние пару недель о вас многие вспомнили. Сначала дядя ваш позвонил, и попросил сообщить ему сразу, как только вы появитесь. Потом Юлия Оболенская позвонила, поинтересовалась, не вернулись ли вы из вашей поездки, ну а в последние дни Алексей Витальевич почти каждый день звонил. Очень уж вы ему нужны зачем-то и вот прямо срочно, — спокойно отчитался он.

— Спасибо. Иди отдыхай. Дальше я тут сам справлюсь, — отпустил я его. Он молча кивнул и вышел. Я никуда не торопясь продолжил пить чай. Ну а смысл сейчас дёргаться? Не знаю, что там за срочность у Психа, но до утра точно подождёт. Он скорее всего уже спит давно. А может даже не один... Утром. Всё утром.

Вот ведь... Вроде миры разные, а и там и тут нет мне покоя. Псих просто так точно не стал бы названивать, видимо, что-то у них стряслось, а значит, не зря я так рвался сюда. Как будто мне что-то подсказывало, что надо скорее домой отправляться. Надеюсь, все у Эльзы с Танакой будет хорошо, — промелькнула у меня вдруг в голове неожиданная мысль. Хоть я и гнал от себя подобные мысли, но всё же на самом краю сознания проскальзывало у меня, что может зря я их свёл? Может, я сделал ошибку, подлив ей зелье? Лишил её выбора... Вдруг бы она ещё нашла свою настоящую любовь? А с другой стороны, если она в итоге влюбится в Танаку, то что, это разве будет уже не настоящая любовь? Так хотя бы я был уверен, что рядом с ней будет человек, который её по настоящему любит, и позаботится о ней. Честный, благородный, не способный на мерзкий поступок... Эльза же слишком легкомысленная и увлечься может кем угодно. Разве лучше было бы, если бы моим уходом из её окружения воспользовалась бы какая-нибудь мразь, которой от неё была бы нужна лишь герцогская корона? Не уверен. В любом случае, дело уже сделано, и сожалеть об этом поздно. Я сунул кружку в раковину, и пошёл спать. Чувствую, завтра, а точнее, уже сегодня, меня ждёт очень не простой день.

***

— Алексей Витальевич, японцы прибыли. Впускать? — вырвал Психа из дремоты голос секретарши в селекторе. Он устало потянулся, и бросил взгляд на часы. Ровно девять часов. Пунктуальные, сволочи. Этого у них не отнять.

— Дай мне пару минут, потяни время. Спроси, может, они что-то пить будут. Чай там, или кофе. А потом уже впускай, — нехотя отозвался он. С гораздо большим удовольствием он бы просто послал их нахрен, прекрасно понимая, зачем они явились, но нужно было сохранять лицо и соблюсти формальность.

— Хорошо, Алексей Витальевич, — прощебетала девушка. Повезло всё же ему с ней. Мало того, что симпатичная, так ещё и сообразительная, и организованная. За два месяца выстроила работу приёмной так, что всё как часы работало. Он уже и не представлял, как бы справлялся без неё со всей этой рутиной. Хорошо ещё, что от Ани удалось отбиться и защитить её. Очень уж ей не понравилось наличие такой симпатичной девушки рядом с ним. Но вроде поняла в итоге, и не обиделась. Псих потянулся, потом поднял с диванчика скинутый туда вечером пиджак, и накинул его на себя. Бросил взгляд в зеркало. Вроде, ничего, не сильно помятый. Сойдёт. И не скажешь, что он почти всю ночь тут за столом провёл. Слишком много всего навалилось в последнее время на их молодую компанию. Пришлось срочные завалы разгребать. Нет, они, конечно, догадывались, что тема с мобильными телефонами людям зайдёт, но что будет такой ажиотаж, даже не предполагали. С одной стороны, деньги валом пошли, а с другой, с большими деньгами пошли и большие проблемы. Слишком много желающих откусить кусок от столь вкусного пирога нашлось. Отбиваться буквально со всех сторон приходилось. Без Михи с некоторыми людьми было тяжело совладать. Даже влияния Анны не всегда хватало. К тому же, он не любил прикрываться своей девушкой. Мужчина должен сам решать свои проблемы, иначе какой он тогда мужчина?

Тут его размышления были прерваны открывшейся дверью, и в кабинет бесшумно проскользнули трое японцев в строгих деловых костюмах.

— Прошу прощения за вторжение, — кивнул ему самый пожилой из них, произнеся фразу на чистом русском языке, — Рады вас, наконец, видеть лично, Алексей Витальевич. Позвольте представиться, Куруми Аканаши, к вашим услугам. Заместитель исполнительного директора компании Панасоник. Это мои помощники, Сатоши Каяма и Аташиро Каминэ, — два молодых человека молчаливо кивнули.

— Здравствуйте, господа. Проходите, присаживайтесь, — Псих изобразил на лице дружелюбие, встал из-за стола, пожал им руки, и жестом показал на стулья. Японцы ещё раз ему поклонились, и расселись на предложенные места. Молодые люди стразу же достали блокноты и ручки, приготовившись фиксировать происходящее, их же босс дружелюбно рассматривал Психа с лёгкой улыбкой на губах. Псих почувствовал накатившее раздражение, и с большим трудом его подавил.

— Итак, господа. Чем обязан вашему визиту? — решил сразу перейти она к делу, сложив руки на груди, — Наша же сделка давно уже закрыта и все обязательства по ней выполнены, насколько я помню? У вас появились какие-то вопросы?

— Ну что вы, господин Мезенцев, — снисходительно отозвался японец, обратившись к Психу по фамилии, — К самой сделке у нас вопросов никаких нет. Тут всё чётко. Всё, что было указано в контракте, мы получили, в свою очередь, выполнив перед вами все финансовые обязательства. Вы согласны с этим? Вам же вся сумма пришла? — чуть наклонив голову, поинтересовался он. Психу почудилась еле уловимая усмешка на его лице.

— Да, подтверждаю, вся сумма получена. Но для этого вовсе не обязательно было приезжать на встречу. Думаю, наша бухгалтерия уже поставила вашу в известность о получении денег. Так что же привело вас ко мне? — сухо поинтересовался Псих.

— О, сущие пустяки! — губы японца чуть тронула улыбка, и тут же пропала, растворившись на невозмутимом лице, — Нам надо уладить с вами небольшое недоразумение. Так, сущую мелочь. Надо решить, как вы компенсируете нам те убытки, которые мы из-за вас понесли, — холодно закончил Аканаши, почти не мигая глядя на Психа. Того, впрочем, подобными взглядами было не смутить.

— Любопытно, — Псих откинулся на спинку стула, и скучающе глянул в сторону окна, — И в каких же ваших убытках мы виноваты и каким образом?

— Алексей Витальевич, — укоризненно покачал головой японец японец, — Ну зачем же вы так? Я думаю, вы прекрасно понимаете о чём идёт речь. Но если вы решили поиграть с нами в недопонимание, то хорошо, я вас просвещу. Как вы помните, мы купили у вас всё производство ваших Молний за очень большую сумму, рассчитывая в ближайшем будущем её отбить и выйти в прибыль, но что же происходит? Как только мы перевозим производство, и развёртываем его на новых площадях, вы вдруг начинаете выпускать ваши мобильные телефоны. Телефоны, после появления которых надобность в Молниях упала практически до нуля. Нас пока спасает только то, что вы ещё не во всех странах успели развернуть их продажи, и вот там Молнии пока ещё хоть как-то продаются, хотя и там продажи заметно упали, так как покупатели ждут, когда и в их стране появятся эти ваши телефоны. Получается, наша компания из-за вас понесла огромные убытки. Нам кажется, что в данном случае вы по отношению к нам поступили нехорошо. И теперь нам с вами надо решить, как вы нам сможете помочь минимизировать наши потери, — японец замолчал, и всё также доброжелательно смотрел на Психа.

— Нам? Решать? — вопросительно поднял вверх бровь Псих, — Что-то я не пойму суть ваших претензий, уважаемый господин Аканаши. У нас с вами была заключена сделка. Причём, сделка, инициированная вашей стороной. Все обязательства по этой сделки были выполнены сторонами в полном объёме. Претензий тут быть не может. По окончанию контракта все наши отношения были закончены. Что там мы дальше стали продавать вас должно было касаться только в одном случае — если бы мы вас обманули и продолжали выпускать приёмники. Но мы на рынок выпустили совершенно новый продукт, который вас не касается никаким образом. Да, возможно, функционально он в чём-то и заменяет Молнии, но и только. Но это бизнес, господин Аканаши. Вы сами должны понимать, что всегда есть определённые риски, которые могут привести к финансовым потерям. Как говорится, ничего личного, просто вам не повезло. Я вообще не понимаю, к чему вы это всё сейчас мне говорили. Считаете, что мы вас в чём-то обманули? Ну так обращайтесь в суд, и пусть он нас рассудит. А так наша компания никаким образом не будет компенсировать вам финансовые потери, — жестко закончил Псих, не отводя глаз от японца, на которого, казалось, его речь никак не подействовала.

— Всё так, уважаемый господин Мезенцев, — лишь кивнул ему в ответ японец, — Формально вы действительно правы, и по закону нам вам предъявить нечего. Любой суд примет вашу сторону, мы это прекрасно понимаем. Иначе мы бы вас уже завалили исками. Но по мимо закона есть ведь и, так сказать, неформальные отношения. Вы же знали, продавая нам передатчики, что скоро ваш новый продукт полностью заменит их, а значит, по вашим же понятиям, вы нас просто кинули. Весьма нагло и цинично. Вот только так себя вести могут позволить только те корпорации, которые либо сами представляют из себя серьёзную силу, либо могут опереться на кого-то, представляющую эту силу. Вы же молодая компания, без серьёзных покровителей и с довольно слабым силовым ресурсом. От Морозовых вы сами отстранились, они в это вмешиваться не будут. Ваша связь с внучкой императора тоже вам не поможет. Он не будет из-за вас портить отношения с нашей корпорацией. Максимум, поможет вам административным ресурсом на территории Российской империи. Но это никак вам не поможет, если у вас появятся неприятности за её пределами. А они появятся, это я вам обещаю. Насколько нам известно, у вас большие планы на эти телефоны. Вы хотите захватить мировой рынок. Стать первопроходцами в этой сфере. Вот только мы этого вам не дадим сделать, если не придём сегодня к какому-нибудь соглашению, — японец замолчал, безэмоционально глядя на Психа. Его помощники что-то активно строчили в блокноты. И зачем им это надо? — мысленно недоумевал Псих, — Они что, протокол встречи делают, в котором будет зафиксирован их наезд?

— Ну, хорошо. Допустим, я понял вашу позицию. Не принял, но понял, — после недолгого раздумья, произнёс Псих, — И что же вы предлагаете? Что вы от нас вообще хотите? Чтобы мы вернули вам деньги за Молнии?

— Нет, ну зачем же, — опять одними уголками губ улыбнулся японец, — Мы прекрасно понимаем, что деньги вам сейчас нужны для раскручивания темы с мобильными телефонами. Мы не будем вам с этим мешать. Наоборот, даже готовы помочь вам финансово. Вложить в ваше дело, скажем, сотню миллионов рублей. Думаю, они вам лишними не будут. Как думаете, Алексей Витальевич? — неожиданно подмигнул он.

— Ну, с деньгами у нас сейчас проблем нет, в том числе, благодаря и вам, — не удержался от небольшой колкости Псих, — Но ради интереса всё же позвольте полюбопытствовать, и что же вы хотите получить за эти деньги? — состроил недоумённое лицо Алексей, уже прекрасно понимая, на самом деле, куда они клонят.

— Не так уж много, на самом-то деле, — чуть шире улыбнулся японец, из-за чего улыбка стала больше походить на оскал, — Всего лишь небольшую долю акций вашей корпорации Ростелетех. Российские телекоммуникационные технологии, кажется, так она у вас называется?

— И насколько небольшую? — спокойно спросил Псих, хотя внутри уже весь кипел от ярости.

— Пустяки. Всего пятьдесят один процент, — деланно небрежным жестом отмахнулся японец, — За такие огромные деньги это действительно пустяки. К тому же, получив контрольный пакет акций, мы поможем вам с рекламой. Согласитесь, но всё же корпорация Панасоник гораздо известнее на мировом рынке чем какой-то там Ростелетех.

— Соглашусь, но это лишь пока. Уверен, что совсем скоро наша корпорации станет не менее известна, чем ваша, — глухо произнёс Псих, — Так что извините, но вынужден вам отказать!

— Вы хорошо подумали о последствиях вашего решения? — сухо спросил Аканаши, — Этим решением вы подставите под удар очень много ваших людей. Как вы собираетесь их защищать, если с ними вдруг что-то случится? Да, мы знаем о вашем уникальном даре, но вы один, и вы не сможете быть везде. Да, владелец вашей фирмы виртуоз. Но он тоже только один, и к тому же, уже давно неизвестно где находится и когда появится. Вы подумайте всё же. Мы уезжаем завтра, и перед вылетом я ещё позвоню вам, чтобы узнать ваше окончательное решение.

Японцы разом все встали, коротко поклонились, и молча вышли из кабинета. Псих молча сидел, и гипнотизировал дверь, закрывшуюся за ними. Сволочи, конечно, но в чём-то они правы. Один он это дело не вытянет...

— Алексей Витальевич, пришёл княжич Михаил Морозов. К вам можно? — ожил вдруг селектор. Псих даже не сразу понял, что ему сказали. А когда до него дошло, он чуть не подскочил, и резко вжал кнопку на селекторе, — ДА!!

Ну вот. Пусть теперь у Михи голова болит, что с этим всем делать, — с облегчением подумал он, встал из-за стола, и шагнул к открывающейся двери.

Глава 6

— Ну, привет, бродяга, — шагнул мне навстречу Псих, и крепко сжал в объятиях. Вроде по местному времени меньше трёх месяцев не виделись, но всё равно он за это время сильно изменился. Побледнел, осунулся, по моему, похудел даже. Под глазами виднелись тёмные круги. В общем, сдал заметно.

— Привет, — хлопнул я его по плечу, — Ты чего замученный такой, как будто на тебе год пахали? И что это за японцы сейчас от нас вышли?

— Японцы? О, это долгий разговор. Падай, — кивнул он мне на ближайший стул, и уселся сам. Я сел, и с любопытством огляделся. А не плохо он тут устроился. Большой кабинет в современном стиле. На светлых стенах висели несколько узких полок, у одной из стен стоял большой кожаный диван. Стол, за которым мы сидели, был явно из каких-то ценных пород деревьев, с красивым переливающимся узором.

— Про мой вид даже лучше не спрашивай, — вздохнул он, и зевнул, прикрыв рот ладонью, — Я уже последние ночи три почти не сплю. Дел столько скапливается, что днём не успеваю разгребать. Не поверишь, но даже бумаги подписывать некогда. Вечером, после работы, вот сажусь тут, и час только на подписание бумаг трачу. Это хорошо ещё, что моя новая секретарша, Ольга, предварительный разбор бумаг делает. Что срочное, что не очень, на что надо обратить особое внимание и тому подобное. Без неё я бы тут совсем зашился. Ну, а японцы, — на секунду задумался он, пробарабанив пальцами по столу, — Это представители компании Панасоник. Всего лишь хотят отжать у нас контрольный пакет акций. Пустяки! — с деланно беззаботным видом махнул он рукой.

— О как! — я удивлённо уставился на него, откинувшись на спинку, — А харя не треснет?

— У них-то? Это корпорация Панасоник. Одна из крупнейших в мире по производству бытовой техники. У них не треснет, — вздохнул он, — Скорее, они нам её порвут. Слишком у нас несопоставимы силы. Я, конечно, про нашу службу безопасности не забыл, активно развиваю, но на данный момент у нас в противостоянии с ними нет ни шанса.

— А что, они уже угрожают? — закинул я ногу на ногу, с любопытством глядя на него. Возмужал парень. И не скажешь, что ему всего девятнадцать. Прям мужик. Вон как серьёзно брови хмурит. Почему-то меня не сильно напрягла история с этими японцами. Куда больше меня интересовала реакция Психа на всё это дело. То, как он справляется с кризисными ситуациями.

— Прямым тестом заявили, что не позволят нам развернуться за пределами Российской империи, — скупо ответил он, — Считают, что мы кинули их, когда продали им всё производство Молний, и сразу же после этого начали выпускать мобильные телефоны. Нет, в чём-то может они и правы, конечно. Мы же прекрасно понимали, что Молнии резко просядут в спросе, когда появятся мобильные тебефоны, но это же бизнес. Сами понимать должны, что существуют определённые риски. Но понимать они не хотят. Хотят лишь компенсировать свои потери при помощи нас. Причём, деньгами не откупиться, им нужен лишь контрольный пакет акций.

— Да, губа у них не дура, — задумчиво пробормотал я, — Надеюсь, это все твои неприятности на сегодняшний день?

— Если бы, — криво усмехнулся он, — Наши телефоны буквально взорвали рынок, и теперь чуть ли не в каждой крупной стране нам пытаются ставить палки в колёса, требуя, чтобы мы делились. В России мы ещё худо бедно справляемся с недовольными. Для этого у нас ресурсов достаточно. А вот за границей у нас влияния почти нет, увы! — развёл он руками, — Боюсь, что столь крупный кусок нам не по зубам, и придётся всё же с кем-нибудь делиться.

— Значит, поделимся, — пожал плечами я, — Вот только не с этими японцами. Слишком жирно им будет. Ты узнал, кто у них основной конкурент на мировом рынке?

— Да, — кивнул он устало, — Я тоже мыслил в этом направлении. Им буквально на пятки наступает корейская компания Самсунг, а чуть позади этих двух держится наша Вега. Их у нас Голицыны курируют. Это те, кто у нас пытался Молнии отжать. Помнишь?

— Помню, — подтвердил я, — И как бы я не хотел поддержать отечественного производителя, эти сразу идут нахрен. Во-первых, за ними глаз да глаз нужен будет, могут попытаться всё отжать, а во-вторых, обратись я к Голицыным, это может не одобрить дядя. Боюсь, что в таком случае мы окончательно испортим с ним отношения. Кстати, это было бы довольно занимательно позлить его, — я аж чуть не передумал, как представил себе его реакцию. Бомбить его, думаю, знатно будет. Но... Нет. Не буду я привлекать к своему бизнесу тех, кто пытался его у меня отжать.

— Есть, кстати, ещё вариант, — продолжил я, — Не долю в компании отдать, а лицензии на производство продать. Тому же Самсунгу, например. И поделить сферы влияния. Себе, например, Россию и Европу забрать, а им всё остальное — Азия, Африка, Америка, Австралия. Тогда и Япония в их зоне окажется, и придётся уже Панасонику с ними бодаться, а мы останемся в стороне, и будем развиваться потихоньку. С самыми активными и влиятельными персонажам в Европе, которые нам мешают, можно будет и акциями поделиться. В небольшом количестве. Выбрать, например, троих самых влиятельных, предложить процентов по пять в обмен на их помощь в устранении всяческих бюрократических проволочек. Кстати, а что у нас сейчас по акциям? У кого сколько на руках? Может, уже и дарить-то нечего? — спохватился я.

— Да тут тоже всё не так просто, — пробормотал Псих задумчиво, — У тебя пятьдесят пять процентов, десять процентов у меня, пять у Доцента, и по одному у Глисты, Шкета и ещё троих ключевых сотрудников. Остальные двадцать пять были проданы. Может, на бирже что есть.

— Ну и в чём сложности? Выкупи то, что торгуется сейчас на бирже. С моих можешь четыре процента забрать. Мне главное, чтобы контрольный пакет у меня на руках остался. Прорвёмся, в общем, — ободряюще подмигнул я Психу, — Да и хватит пока о работе. Расскажи лучше, что у вас тут нового в моё отсутствие произошло? Как там Глиста со Шкетом? На личном фронте у тебя как? Давай, выкладывай, в общем.

— Да вроде, ничего особенного не произошло за это время, — он протянул руку к стоявшему на столе кувшину с водой, налил себе в стакан, сделал глоток, и продолжил, — Я, правда, весь в работе был, так что мог и упустить что-то. Глиста со Шкетом поступили в МГУ. Причём, Глиста пошёл программированием заниматься, а вот Шкет как ни странно юридическое направление выбрал. На личном фронте тоже без перемен, тьфу-тьфу, — суеверно постучал он под дереву, — Я боялся, что после смерти императора Анну заберут у меня, всё таки он был главным сдерживающим фактором, но всё обошлось вроде.

— Стоп! — прервал его, — В смысле, после смерти императора? Так с этого и нужно же было начинать!

— А, так это уже после твоего убытия произошло? Я думал, что при тебе ещё. Говорю же, замотался тут, голова не соображает уже, — виновато пожал он плечами, — Сейчас расскажу, погоди секунду. Давай хоть кофе попьём, — я согласно кивнул, он вызвал секретаршу, которая, кстати, как львица билась на входе, когда я только пришёл, не пуская меня внутрь без предупреждения, и попросил пару чашек кофе у неё.

— Так вот, — продолжил он, когда девушка весьма оперативно, буквально через пару минут, поставила перед нами кофе, и удалилась, цокая каблуками, — Месяца два назад император умер. Народу сообщили, сердце не выдержало. Так это или нет, я, сам понимаешь, не знаю. Анна об этом говорить не захотела, да я и не настаивал. Ей и без того тяжело было. Она его очень любила. И тут появилась новая проблема. Как ты знаешь, у императора сыновей не было, только две дочери, которые по правилам престолонаследия не могут занять престол. Анна дочь старшей из них, а у младшей есть сын, наш с тобой ровесник, кстати, которому недавно девятнадцать исполнилось. Вот его несколько лет назад император и назначил наследником. Казалось бы, всё просто и очевидно, но... — тут Псих сделал драматическую паузу, и глотнул кофе, — Но после похорон императора, на следующий же после них день, вскрыли его завещание, в котором неожиданно наследником значился его младший брат Константин, губернатор Казанской губернии. И это повергло всех в шок... Сразу поменялся весь расклад сил... Большинство кланов такого хода не ожидало. Все слишком привыкли к мысли, что императором будет Алексей, внук императора. Сделали на это ставку, включив в его ближайшее окружение нужных людей, заключая союзы с расчётом на это, а тут... А тут к власти приходит совсем другой человек, у которого уже есть свой сложившийся круг, в котором нет места больше никому... И это я рассказываю только то, что сам смог понять. Наверняка подводных камней намного больше. В общем, никто этого решения императора не понял. Сразу пошли слухи, что завещание подделано. Ведущие кланы, в том числе, и твой, пошли на беспрецедентный шаг. Обратились в Верховный суд с требованием провести почерковедческую экспертизу. Суд больше месяца рассматривал их запрос, и в итоге отказал. Счёл, что нет оснований. На следующей неделе будет коронация Константина, вот только в обществе чувствуется напряжение. Слишком много недовольных этим решением. Дело осложнилось тем, что пару недель назад попытались похитить Алексея. Каким-то чудом он сумел отбиться от нападавших, и сейчас находится под усиленной охраной, которую приставили к нему кланы. Многие считают, что это Константин попытался устранить основного конкурента. Последний же, боясь волнений, стянул в столицу войска на период коронации. В общем, всё это очень плохо пахнет, — поморщился Псих, — Мне кажется, кланы что-то задумали... Теперь я за Анну очень переживаю. Как бы она не угодила в эти жернова...

— Анна умная девушка, думаю, она знает, что делает, и не будет лезть туда, куда не надо, — постарался приободрить его я, — И теперь я догадываюсь, почему вдруг дядя вспомнил обо мне, и захотел увидеть. Скорее всего, в это непростое время решил, что виртуоз рядом не помешает, — задумчиво пробормотал я, на секунду даже малодушно пожалев, что поспешил вернуться. Как всё было бы проще, заявись я когда уже всё было бы закончено, и на престоле уже сидел бы новый император, кем бы они ни был. А теперь как бы дядя не решил меня использовать в своих мутных схемах... Нет, понятное дело, что я его пошлю, вот только этот товарищ может меня в них включить и без моего на то согласия. Слишком уж он хитровыдуманный. Ладно, прорвёмся как-нибудь.

— Хорошо, — выдохнул я, — Буду иметь ввиду. Будем решать проблемы по мере их поступления. А пока предлагаю собраться нашим старым составом, и обмыть моё возвращение. Как думаешь?

— Я только за! Всеми частями тела! — поднял вверх обе руки Псих, рассмеявшись, — Не поверишь, так закрутился, что уже и не помню, когда в последний раз пиво пил. Расслабиться не помешает. Только давай не сегодня. Рабочий день, дел ещё полно, а мне бы хоть пару часиков поспать ещё. И не завтра, — помрачнел он, — Пятница, конец недели. Целый ряд совещаний с подведением итогов, опять же японцы эти звонить будут... Давай лучше послезавтра, в субботу. Как раз Глиста со Шкетом со своей учебы освободятся, ну и у Радченко твоего с Рассказовым будет время планы поменять, если что.

— Согласен, — я встал, потянулся, и хлопнул его по плечу, — Побегу я. С дядей надо встретиться, и ещё кое с кем. Завтра постараюсь тоже поприсутствовать на совещаниях. Послушаю хоть, чем вы тут без меня занимались. И кстати, — вдруг вспомнил я, — Мне-то как владельцу телефон какой-нибудь выделите, или мне в магазин бежать за ним?

— Вот что ты за человек? Не надо никуда бежать, — проворчал недовольно Псих, — Мог бы и не вспомнить про него. А так весь сюрприз испортил. Будет тебе телефон. Как раз в субботу на встрече и подарим.

— Лады, — обрадовался я, хлопнул ещё раз его по плечу, и поспешил на выход, торопясь на уже не такую приятную встречу.

***

Дядя как обычно принял меня у себя в кабинете. Молча встал, когда я вошёл, шагнул на встречу, крепко сжал руку, хлопнул по плечу, глянув в глаза, и показал жестом на кресло. Я насторожился. Ох, не к добру всё это. Слишком уж он рад был меня видеть. Но лишь тоже молча кивнул ему, и сел на предложенное место. Князь вернулся на своё, закрыл глаза, и устало потёр виски. Выглядел он не важно. Весь какой-то помятый, с трёхдневной щетиной, кругами под глазами. Странно... Вторая моя встреча, и оба собеседника неважно выглядят. Тенденция, однако.

— Как учёба? — тихо спросил дядя, не открывая глаз, — Вы закончили с архимагом, или скоро ты опять пропадёшь?

— Думаю, закончили. Лично я больше пропадать не планирую, но что по этому поводу думает архимаг — пока не знаю, так что всё возможно, — пожал плечами я.

— Странная логика, но да ладно. Об этом я потом с тобой ещё поговорю, — так же тихо продолжил дядя, — Ты уже знаешь про императора?

— Да, — односложно ответил я.

— А о том, кто станет император, тоже в курсе? — продолжил допрос дядя.

— В курсе. Как и в курсе того, что императором станет не наследник. Но мне в общем-то, без разницы, кто им будет, — лениво отозвался я, давя раздражение. Похоже я правильно угадал предмет нашего разговора, и теперь дядя будет пытаться включить меня в свою игру.

— О, поверь! Разница есть, и очень большая. И тебя это касается напрямую, — усмехнулся дядя, и открыв глаза, глянул на меня, — Что, думаешь, я тебя сейчас в чём-то убеждать буду, потом ты меня как обычно пошлёшь, и пойдёшь дальше жить своей жизнью?

— Ну, примерно так и есть, — не стал скрывать я, и усмехнулся в ответ, закинув ногу на ногу.

— Тогда вынужден тебя расстроить, — улыбка на лице дяди потускнела, — Не получится у тебя жить прежней жизнью, если Константин станет императором. Возможно, тебе вообще придётся спешно валить из страны, если ты дорожишь своей жизнью или свободой.

— Вот это поворот, — не смог скрыть я своего изумления, — Это когда это я ему успел пятки оттоптать? Вроде наши дороги нигде не пересекались?

— Да вот как родился, тогда и пересеклись. Намертво причём, — как-то грустно усмехнулся дядя, и замолчал, уставившись куда-то в сторону окна.

— Так! — хлопнул я ладонью по столу, отчего он аж вздрогнул, — Дядя, хорош уже резину тянуть. Если есть что сказать — говори. Хватит тут драматические паузы устраивать. Так чем я ему мешаю-то?

— Своим существованием, — еле слышно выдохнул дядя, — Дело в том, что когда-то Константин очень любил твою мать. Она была изумительной красоты девушка, и многие потеряли от неё голову, вот и брат императора решил осчастливить её своим вниманием. Вот только она отказала ему в весьма резкой форме. Он не сдавался. Продолжал ухаживать, буквально проходу не давал. А она... Она выбрала твоего отца. Константин буквально взбесился, когда узнал об этом. Заявился к твоему отцу, устроил там скандал, и в итоге вызвал на дуэль. Твой отец пытался его образумить, напомнив, что членам императорской семьи и главам кланов запрещено участвовать в дуэлях, вот только тот и слышать ничего не хотел. Очень уж у него вспыльчивый характер. Он продолжил оскорблять твоего отца, и тому пришлось в итоге принять вызов. На дуэли твое отец победил, ранив Константина в грудь. А потом о дуэли узнал император, и был в страшной ярости! Проведя расследование, он не стал наказывать твоего отца, признав ,что ему фактически не оставили выбора и возможности отказаться без ущерба для своей репутации, а вот на Константине отыгрался сполна. Его сослали в Казань губернатором, и запретили появляться в столице. Тот совсем взбесился из-за этого, и поклялся отомстить твоим родителям. Ну а потом, как ты знаешь, сначала погибла твоя мать, вроде как от рук Вяземских, а потом и отец в авиакатастрофе, причины которой до конца не известны до сих пор... — он замолчал, глубоко уйдя в себя.

— Допустим, — прервал его размышления я, — Вот только я-то тут причём? Дети за грехи отцов не отвечают. Какое ему вообще до меня дело может быть?

— Боюсь, что самое прямое, — пробормотал дядя, не глядя на меня, — Константин крайне мстителен и злопамятен. И уже не раз пытался убить тебя. У меня есть свои люди в его окружении, и пока мне удавалось отводить от тебя угрозу. Почти всегда. Но пару раз он до тебя всё же почти добрался. Когда же он станет императором у него будут полностью развязаны руки, и вот тогда... — дядя многозначительно замолчал.

— Твою ж мать... — выдохнул я, — Ну что за Шекспировские страсти? Да и откуда мне вообще знать, что всё, что ты мне только что рассказал — правда, а не твоя очередная попытка как-то повлиять на меня в нужную тебе сторону? — я скептически глянул на него.

— Да легко, — пожал плечами он, — Об этой дуэли и её причинах все газеты в то время писали. Не веришь мне, зайди в глобалнет и сам убедись. Много времени это у тебя не займёт. Не стал бы я врать в этом вопросе. Слишком легко это всё проверяется.

— Ну допустим, — нехотя согласился я, — Но даже если это и так, я-то что могу с этим сделать? Или ты предлагаешь мне уехать из страны??

— Я предлагаю, чтобы ты убил Константина, — чуть слышно произнёс дядя.