Ученица чародея 2

Глава 1. Песок и новый знакомый.

Нет ничего худшего, чем блуждать в чужих краях.

Гомер

Отлично. Просто великолепно. Я в пустыне. Стою в халате и тапочках посреди бесконечных (или безначальных?) песков. И вокруг никого.

Только что я топила грустные мысли в чашке горячего шоколада и разговаривала с Атреем, а теперь стою здесь, знать бы ещё где, совершенно одна.

Нет, стоять на месте это не выход, надо идти. Так, если солнце прямо надо мной, то я где-то.. А какая разница? Вокруг всё совершенно одинаковое. Вон там какая-то верблюжья колючка растет, тут торчит из песка пучок жухлой травы, а в остальном пейзаж разнообразием не балует. Ну, значит, пойду направо, там вроде бы запад.

Как же жарко! Нет, я, конечно, люблю походы, пешие прогулки и всё такое, но предпочитаю сама выбирать, когда и куда мне отправляться. И сейчас бы вообще-то не помешала та спонтанная магия, которой вчера так удачно воспользовалась.

Вообще все не так уж плохо, скучать зато не приходится. Жизнь ученицы чародея всегда богата на события. Балует меня жизнь разнообразием. Мы с Атреем Мортом бродили по ночному лесу и искали траву, на которую нельзя смотреть, затем выслеживали таинственную нечисть в замке лорда Хартманна, а потом эту самую нечисть материализовывали (ну, превращали из полупризрака в настоящий призрак). Что ещё интересного со мной случилось? Ах да, во время теории заклинаний из портала внезапно свалились сотрудники секретной службы из другого мира и сообщили, что пришли по следу преступника, терроризирующего их страну. Некий Ривер Уиллен пытает чародеев и высасывает из них магию, а теперь он неожиданно переместился в наш мир (видимо, в своем ему разгуляться негде). И, словно этого мало, выяснилось, что часть моей магии принадлежит Уиллену и то, что я принимала за проклятье, мучающее меня уже много лет, на самом деле просто-напросто чужая магическая энергия.

- Эй, ты не заблудилась ли часом? – раздается чей-то участливый бас.

- Кто здесь? – подскакиваю от неожиданности и ищу взглядом говорившего, но тщетно – вокруг по-прежнему ни души.

- Да тут я. Просто невидимый.

- Хорошо, - мирно соглашаюсь я. Невидимый он. Ну, конечно. Попробуйте побродить по раскаленной пустыне в ночной сорочке и халате пару часиков и не такое начнёт мерещиться. Хотя я бы предпочла более приятные галлюцинации. Неужели мое подсознание даже картинку зажало? Один только голос и то непонятный какой-то, сразу даже не скажешь женский или мужской.

- Что значит непонятный? – обиделся голос. – Очень даже понятный. На себя бы посмотрела лучше – пришла в чужой дом и нет бы подарок какой принести или хотя бы поздороваться нормально, сразу хамить начинаем.

- Прошу прощения. Я ничего плохого в виду не имела, - нет, с галлюцинациями надо быть вежливой, а то мало ли..

- Про вежливость это ты правильно, - похвалил голос и тут же пригрозил, - А вот за галлюцинацию я и обидеться могу, - он помолчал немного, но, видимо, сообразив, что извинений не последует, сказал: - Но не буду. Тебе повезло, я очень отходчивый.

- Да? Ну, ладно, - медленно бреду дальше. Мне нельзя останавливаться.

- Так ты не туда идёшь.

- А ты откуда знаешь? Тебе известно только то, что мне известно, ты же у меня в голове.

- Ещё чего не хватало! Что я в твоей голове забыл? Нет уж, я тут.

- Где тут? – недоумеваю я и оглядываюсь.

- И здесь, - подтверждает он, - И там. Я, если хочешь знать, вообще довольно летучий и перемещаюсь довольно быстро. Правда, не очень далеко.

- Постой, ты настоящий? – нашла у кого спросить! У миража спрашиваешь, настоящий ли он!

- Да не мираж я! А вот однозначного ответа на твой вопрос у меня, к сожалению, нет. Это, видишь ли, вопрос, который веками занимал умы философов, а ты хочешь так сразу получить ответ. Так тебе скажу: я мыслю, следовательно, можно предположить, что я существую. И я желаю, обладаю волей и в какой-то степени именно воля, а не мышление является сутью моего «я».

Нет, мое подсознание такого выдать точно не могло.

- Но при этом я беспол и бесплотен. Меня нельзя коснуться, так существую ли я? – продолжает голос.

- Постой, - перебиваю я. – Давай не будем углубляться в философские дебри и сойдёмся на том, что ты реальный. Кто ты?

- О, это ещё более сложный вопрос. Кто я в этом мире? Ты знаешь, что нередко мудрецы проводили в пустыне сотни лет, пытаясь найти ответ.

- Да, но, к сожалению, у меня нет сотни лет, так что попробуй побыстрее сформулировать.

- Ну что же, однозначно могу сказать лишь, что я марид.

- Марид? Очень приятно познакомиться, меня зовут Лия.

- Да нет же, - если бы голос мог закатывать глаза, уверена, он сейчас так бы и поступил. – Марид это не имя, это скорее вид, к которому я отношусь. А зовут меня Бронн. Можно просто Брóня.

- Ну что же, здравствуй, Броня. Ты здесь живёшь?

- За неимением других вариантов, вынужденно обитаю. Сам бы я тут ни за что не поселился, я вообще море люблю.

- Да? Мне тоже море нравится, - особенно сейчас, когда так жарко и дышать нечем. Окунуться бы в прохладные морские воды. Или просто стакан водички бы. - Слушай, Броня, а мы вообще где находимся? Я не очень-то понимаю, как тут оказалась, но точно знаю, что ужасно хочу домой.

- Что даже чаю не выпьешь? – немного обиженно поинтересовался голос. – Ты в Срединной пустыне.

Однако.. Срединная пустыня это другой конец страны. Пустыня стала частью нашего великого государства примерно лет сорок назад при отце нынешнего короля. Он с султаном по-соседски играл в кости и взял да и выиграл полцарства, ну, полгосударства. А султан ведь тоже не дурак, он возьми да отдай королю почти всю Срединную пустыню. Король рассчитывал на плодородные земли Междуречья или богатые западные леса на худой конец, но поделать ничего не мог – полгосударства есть полгосударства. Он хотел было благородно отказаться от выигрыша, но султан заупрямился, мол он человек чести, да он сам себя уважать перестанет, если зажмет честно проигранное и так далее. Вот и пришлось перепечатывать все карты и расширять границы. Пустыня у нас теперь как чемодан без ручки: вроде и не нужна – из неё, может, и можно выжать какие ресурсы, так ведь специалистов такого профиля в стране нет. И не деться никуда от неё, да и жалко, мало ли, пригодится в хозяйстве. Пока, конечно, не пригодилась, но ведь в жизни всякое бывает. Тут ведь как с вещью, которая годами где-нибудь на чердаке валяется: в один прекрасный день терпение лопается и ты выносишь ее на помойку, гордый своим практичным отношением к жизни. А на следующий день происходит апокалипсис и выясняется, что спасти планету можно только с помощью одного весла, от которого ты вчера так гордо избавился. Так что, памятуя об этом, король решил, что пустыня у нас на карте пусть будет, а что с ней делать, потом придумаем.

- Послушай, - я вновь невольно поискала взглядом невидимого собеседника, но, разумеется, никого не увидела. Немного странно разговаривать с пустотой.

- Да? – отозвался он.

- Ты сказал, что я не в ту сторону иду. Скажи, в каком направлении мне нужно идти, чтобы выбраться? Мне бы дойти до ближайшего города или деревни. На худой конец, сгодится даже оазис какой-нибудь.

- Может, скажу, а может, и не скажу. Тут ведь дело сложное: должен ли я вмешиваться в твою судьбу и говорить, что тебе делать, а чего тебе не делать? Разве человек не хозяин своей жизни? Что же, я стану тем, кто пытается отобрать неотчуждаемое право? Имею ли я вообще на это право?

- Ты ведь ничего такого не сделаешь, просто скажешь, куда мне идти, чтобы выбраться. И я сама тебя об этом прошу! Разве моё мнение в этом вопросе не должно учитываться? Мне ужасно жарко, я хочу пить и я понятия не имею, в каком направлении двигаться, чтобы найти хоть какую-то тень и воду, не говоря уже о людях. Пожалуйста, расскажи, как мне отсюда выбраться, - взмолилась я.

Блуждать по пустыне без еды, воды и укрытия мне категорически не хотелось. Да, я, конечно, умею наколдовывать воду, но тару-то я сделать не могу, не научилась пока. А без этого моя живительная влага моментально впитается в раскалённый песок.

- Пить хочешь, а чаем пренебрегла, - пробурчал марид. – Странная ты какая-то. Ладно, я тебе сейчас объясню, как это работает.

Лёгкий порыв ветра взметнул полы моей одежды и я обнаружила, что сижу в плетёном кресле, невесть как возникшем посреди горячих песков, с запотевшим прохладным стаканом в руке.

- Это ты сделал? – спросила я. То есть этот человек, ну или не человек, а кто он там, мог создать мне.., - я сделала большой глоток, - Прекрасного лимонада и удобное кресло, а вместо этого сбивал меня с толку абстрактными рассуждениями.

- Предпочитаю без необходимости не вмешиваться в чужие дела. Каждый должен идти своим путём. С другой стороны, не хотелось бы, чтобы ты умерла от обезвоживания. Я тут уже триста лет и поговорить мне особенно не с кем, а тут ты.

- А уйти ты не можешь?

- Я связан контрактом, - марид вздохнул и лёгкий ветерок пронесся мимо. – Я привязан к этому месту до тех пор, пока не будут выполнены условия, но это довольно долгая история, а я тебе ещё должен объяснить, почему не стану показывать дорогу. Видишь ли, указывая тебе путь, я меняю твою судьбу, а это слишком большая ответственность. Вдруг ты должна была заблудиться, блуждала бы по пустыне несколько дней, а потом тебя спас бы прекрасный юноша с ясными глазами и устами нежными, как лепестки роз. Вы полюбили бы друг друга и прожили бы всю жизнь в согласии. А если ты выйдешь к деревне и благополучно вернёшься домой, то этого не случится. Понимаешь? Я не могу рушить твое будущее и брать на себя ответственность за изменения в твоей жизни.

- А лимонад? – я указала на опустевший стакан. – Разве это не вмешательство?

- Это так, крошечное волшебство. Это даже не считается. А вкусно, правда? Старинный рецепт. Секрет в цветках лаванды, они придают напитку особый аромат. Ещё хочешь?

- Да, пожалуйста, - вежливо улыбнулась я в пустоту. Стакан тут же наполнился. – А ты.. – я замялась, не зная, как бы поделикатнее спросить. – Ты разве можешь есть и пить?

- Увы, сие удовольствие мне недоступно. С другой стороны, муки голода и жажды мне тоже не грозят.

Глава 2. Так ифрит или джинн?

- Может, тогда придём к взаимовыгодному соглашению? Я постараюсь помочь тебе с контрактом, а ты укажешь мне нужное направление, - и, прежде чем он сказал хоть слово о том, что дороги, которые мы выбираем, это не всегда то, что нам нужно, исправилась: - Я имею в виду дорогу к ближайшему населенному пункту.

- Увы, не могу разглашать условия своего контракта, - прошелестел Броня.

- Тогда как-нибудь намекни.

Марид затих, и, когда я уже было подумала, что он оскорбился и не желает больше иметь со мной дела, откуда-то сзади раздался его голос:

- Мне кажется, здесь есть нечто, представляющее интерес. Будь я человеком, меня непременно привлек бы этот небольшой, но крайне любопытный предмет.

Я вскочила на ноги. Кресло тут же бесшумно испарилось. Песок в месте, которое Броня отметил жизнерадостным красным флажком, был точно таким же, как везде: сухой, горячий и желтый.

- Будь я на твоем месте, непременно поискал бы самым тщательным образом где-нибудь в районе вот этого кактуса.

- Поискал бы что? – поинтересовалась я и, не получив ответа, принялась разгребать песок в указанном месте.

Спустя одну алюминиевую ложку и десять минут копания в необъятной песочнице, я попыталась уточнить:

- Броня, то, что я ищу, оно большое или маленькое?

- Оно материальное, - ответил он и посоветовал: - Посмотри тщательнее в районе твоей левой руки.

Я вновь зарылась пальцами в горячий песок и почувствовала, как нечто прохладное обвило мой безымянный палец. Колечко из тусклого желтого металла выглядело так же, как и песок, простирающийся на многие мили во все стороны. Удивительно, как я вообще смогла его найти.

- Оно само тебя нашло, - сказал Броня, и полупрозрачный силуэт соткался из воздуха в двух шагах от меня.

- Так-то лучше, - удовлетворенно выдохнул он или, может быть, оно. Существо было ни на что не похоже – текучее, словно вода, изменяющееся от каждого порыва ветра. Сначала оно показалось мне высоким мужчиной с бородой, а затем я подумала, что оно больше похоже на пожилую женщину в длинных одеждах или молодого юношу в богато украшенном камзоле.

- Броня, это ты? – неуверенно спросила я, отступая незаметно назад.

- Откуда мне знать, насколько я являюсь самим собой? Много песка просеялось сквозь сито времени с того момента, как я последний раз принимал зримый облик. – Действительно ли я – еще я? Можно ли войти в одну реку дважды?

Если философствует, подумала я, значит, это точно он, и всё в порядке. Несмотря на свое краткое знакомство с маридом, я уже приблизительно понимала, что к чему.

- Отлично! Значит, я выполнила условие твоего контракта? – я отчаянно желала вернуться домой как можно скорее. Кто знает, что там случилось? Может, на дом напал Уиллен, сослав меня сюда, чтобы не мешалась? Сейчас пытает Атрея, Иветту и Питера, и высасывает из них силы? А может, это Одетта решила лишить чародея даже тех крох магии, которые у него остались после их последней встречи.. В любом случае, нужно как можно скорее вернуться домой, то есть в дом чародея.

- Боюсь, что нет, о луноликая госпожа!

- Стоп! – ткнула я в него пальцем. – Ты ифрит, привязанный к кольцу! Раб кольца, обязанный выполнять все приказания хозяина, верно? – я же читала об этом! Большой справочник нечисти всея страны и сопредельных государств! Жутко устаревшая книга, в предпоследнем разделе которой есть несколько глав об ифритах, джиннах и гулях. Там ещё было что-то о тонкостях договоров с джиннами и о.. Не помню.. А впрочем, какая разница?. В справочнике всё равно почти нет достоверной информации.

- Не совсем! – уклончиво ответил Бронн. Мариды действительно состоят в некотором родстве с ифритами и порой селятся в самых неподходящих для этого местах: старых кувшинах, лампах и другой посуде. – Марид взметнулся вверх на полметра и презрительно фыркнул.

- То есть ты здесь не живешь? – уточнила я, - И желания не выполняешь?

Не то чтобы у меня были какие-то желания. Мне бы домой вернуться, а дальше я сама разберусь и с проклятьем, и с Уилленом, и со всем остальным.

- Желания не выполняю, - скрестил Бронн руки на груди. – Это противоречит моим моральным принципам. Я же тебе говорил, что любое, даже самое незначительное вмешательство..

- Да-да, я помню! – перебила его я. Очень уважительно отношусь к убеждениям Бронна, но прослушивать еще раз нудный монолог про дороги жизни и судьбы мне совсем не хотелось. – Тогда при чем здесь это кольцо? – поднесла я руку с кольцом на оттопыренном пальце почти к призрачному лицу марида. – Если ты не раб этого кольца, то зачем я копалась в песке и тратила на него свое время?

- Я свободный марид, - горделиво выставив ногу вперед и расправив плечи, обиженно произнес Бронн. – Я хранитель кольца, но ему не принадлежу.

- То есть теперь ты можешь об этом говорить? – скептически протянула я. У меня появилось настойчивое ощущение, что мой новый знакомый водит меня за нос.

- Могу, - просто сказал он. – Прикоснувшись к этому дивному ювелирному изделию… - я внимательно еще раз взглянула на кольцо и ничего дивного не обнаружила. Ну ладно, это дело вкуса.. – Ты активировала клятву Хранителя, которую я дал несколько сотен лет назад, я тогда был гораздо моложе и не такой импозантный. Парнишка жутко переживал, что с кольцом что-нибудь случится, вот и уговорил меня на эту авантюру.

- Какой парнишка? Какую еще авантюру? Во что ты меня впутываешь? Мне, между прочим, домой надо, там без меня пропадают два чародея и один глава секретной службы.

- Ты ж сама предлагала помочь! Взаимовыгодное сотрудничество! – Броня был сама невинность, но я, имея многолетний опыт общения с двумя младшими сестрами, прекрасно знала, что таким интонациям доверять нельзя. – Ты уверен, что сотрудничество взаимовыгодное? Просто раз ты хранитель кольца, то не входит ли в число твоих обязанностей развеивание по ветру или другое физическое устранение всякого лица, прикасающегося к этой дивной драгоценности? Мне, знаешь ли, сегодня развеиваться по ветру никак нельзя, у меня дел много.

- Нет-нет, никакого вреда физическому и моральному благополучию! – поспешил заверить меня Бронн. Мне кажется или на мгновение мелькнули щупальца вместо рук? – Украшение, к которому ты так пренебрежительно отнеслась, представляло огромную ценность для одного молодого человека. Алекс Дин, по прозвищу Ал-Дин, был молод, горяч и отчаянно влюблен. А я, к своему стыду должен признаться, был слишком, очень, весьма… невероятно… в общем, несколько более мягкосердечен, чем следовало бы представителю моего рода. Алекс был бедный, но благородный юноша из Северной Фильбертии, а девица, в которую он так был влюблен, была единственной дочерью самого визиря при султане Хаммане. Парнишка собирался заработать кучу денег и посвататься к Зейнаб по всем правилам, а до тех пор кольцо, знак их взаимной и нежной любви, хранилось бы под моим присмотром. В результате целой серии неприятностей Алекс сгинул где-то в море, а я вместе с кольцом оказался здесь, в Срединной пустыне. Я не могу отойти от кольца больше чем на милю и не мог материализоваться до тех пор, пока кольцо не окажется в чьих-то руках. Так и сижу здесь уже почти триста лет.

- А я-то всё же здесь при чем? Я не понимаю.. – тряхнула я головой, пытаясь уместить все эти странные сведения.

О горе мне, бессмертному! – возопил Бронн так, что под ногами задрожал песок. – В тот злосчастный день я поклялся, что буду хранить символ их вечной любви до тех пор, пока эти двое влюбленных смогут сочетаться узами законного брака… ну или разорвут помолвку. Понимаешь теперь?

- Понимаю, - кивнула головой я. – Но постой, разорвать помолвку трехсотлетней давности невозможно. Точно так же и невозможно поженить Алекса и эту его.. Зейнаб, они ведь уже давно умерли? Я, конечно, понимаю, что ты бессмертное существо и, возможно, плохо представляешь сроки человеческой жизни, но вероятность того, что кто-нибудь из этих двоих жив, равна примерно нулю.

- Ты всегда всё воспринимаешь так безаппеляционно и прямо? В любом договоре есть лазейки. Мы найдем каких-нибудь родственников Зейнаб или их законных представителей: внуков, правнуков, внучатых племянников, племянчатых внуков, в общем, кого-нибудь, кто от ее имени сможет разорвать эту помолвку и освободить меня от этого кольца. Тебе нужно всего лишь пойти со мной к этим наследникам, поскольку сам я этого сделать не могу – они точно живут где-нибудь дальше моей компетенции.

Ну надо же, как интересно получается! То есть указать мне, в какой стороне ближайший город или деревня, он не может, ему, видите ли, моральные принципы не позволяют. А отправлять меня неизвестно куда на поиски сотни лет назад умершей неизвестной мне девушки – это для него нормально, договору не противоречит. Меня, конечно, и до него пытались облапошить, но таким оригинальным способом – ни разу.

- Знаешь ли, Броня, я бы с превеликим удовольствием пошла хоть на край света, поучаствовала бы в этой интереснейшей поисково-спасательной операции, но боюсь, что искать правопреемников Алекса и Зейнаб можно вечность, а я сейчас очень, очень нужна дома.

- О прелестная дева с глазами дикой серны! Я предполагал, что ты можешь дать такой ответ, но условия твоего договора не позволят теперь бросить меня здесь.

- Какого еще договора? Ничего я не заключала!

- Надев это кольцо на свой безымянный палец, ты встала между Алексом и Зейнаб.

- Да их и на свете нет! – попыталась я спорить с Бронном, в глубине души уже начиная понимать, что спорить смысла нет.

- Ты теперь связана с этим кольцом и со мной до тех пор, пока не вернешь его Зейнаб и Алексу, а точнее их представителям. Не надо на меня так смотреть, я и сам понимаю, что Алекса и Зейнаб уже нет на этой грешной земле.

- Ты прекрасно понимаешь, Бронн, почему я так на тебя посмотрела: ты подставил, ты подловил меня и втянул в эту авантюру!

- Ну да, да, я осознаю некоторую неэтичность моего поступка. Не думай, что долгие годы томительного заточения без общества, без возможности перемолвиться хоть единым словечком с живой душой сбили мой моральный компас… - и призрачный марид издал вполне убедительный всхлип. Мне даже почудилось, что слеза потекла по полупрозрачному колышущемуся лицу.

- Не дави на жалость! Я сейчас просто сниму это проклятое кольцо и брошу его, где взяла! – нет, я, конечно, понимаю, что человек… тьфу ты, марид, оказался в сложной жизненной ситуации, но теперь ни за что не стану ему помогать!

Глава 3. Верблюды и поучительные истории.

Однако попытки снять кольцо с пальца не увенчались успехом. То ли палец распух, то ли кольцо уменьшилось. Точно, палец распух. Я подняла руку вверх, чтобы кровь отлила, стараясь не думать о том, что зачарованное кольцо неспроста не хочет сниматься с пальца. Марид в это время горько вздыхал и стенал, растекаясь по песку у самых моих ног, и не давал сосредоточиться.

Кольцо не снималось ни в какую.

- Оно не снимется, - печально вздохнул Бронн, делая вид, что отряхивает песок с призрачных одежд. – Оно не снимется до тех пор, пока чары не будут сняты. А ты сама знаешь, как это сделать. Не трать время зря. Хочешь ли ты шатер – выспаться, отдохнуть на мягких подушках? Танцовщиц? Жареную баранью ногу? Прохладительных напитков? Фокусников для увеселения? - Теперь Бронн увивался вокруг меня, как зазывала на ярмарке, дикими выкриками и ужимками отчаянно пытаясь загладить свой свинский поступок.

- Домой хочу! – рявкнула я, с тоской подумав о сестрах и отце, о том, какая опасность, возможно, сейчас угрожает Атрею и гостям из другого мира.

- Домой нельзя, детка! – фамильярно хлопнул меня по плечу наглый Бронн и утёк в песок. – Помнишь, что я тебе говорил о вмешательстве? – спросила голова Бронна, вынырнувшая из взметнувшейся волны золотого песка.

В глазах у меня уже рябило от его мелькания, криков, от жары. Я села на песок в полном изнеможении.

- Ты устала, крошка?

- Не называй меня так! Никакая я тебе не крошка и не детка! - философ марид стал более развязным, когда понял, что мне теперь никуда уже не деться, но фамильярного обращения я не потерплю.

- Понял, прости. Ты устала? Давай-ка примешь ванну, выпьешь чашечку кофе?

И тут же в шаге от меня возник бледно-голубой полотняный шатер, а Бронн подталкивал меня в спину:

- Заходи же, не стесняйся. Тут тебя живо поставят на ноги!

Я, вздохнув, вошла. Шелка и бархат, приглушенный свет и такая вожделенная прохлада!

- Желаете розовой воды, госпожа? – невысокая смуглая девушка подала мне медный кубок, полный до краев.

Я утолила жажду и осмотрелась. За ширмой стояла большая ванна на золотистых львиных лапах, наполненная душистой водой, в которой плавали цветы. Ничего себе сервис! – подумала я. – У меня нет времени на все эти роскошества.

Быстро стянув с себя халат и сорочку, я залезла в ванну с теплой ароматной водой и позволила себе на несколько минут закрыть глаза и поблаженствовать, но потом быстро спохватилась, ополоснулась и вылезла из ванны. Девушка тут же укутала меня полотенцем и принялась было растирать.

- Нет, оставьте меня, я сама! – не хватало еще, чтобы меня вытирали, как инвалида. – Где мой халат?

Но девушка молча протягивала мне зеленый, расшитый золотом, костюм – платье и шаровары. Через три минуты я уже стояла перед маридом одетая, причесанная и отдохнувшая.

- Куда идти? – отрывисто бросила я, всё еще злясь и на Бронна за его обман, и на себя, что так глупо попалась.

- Зачем идти, радость моя? Мы сейчас поедем со всем возможным комфортом на этом прекрасном корабле пустыни! – и передо мной из воздуха соткался двугорбый верблюд, оседланный и взнузданный.

- А может, мы тогда со всем возможным комфортом просто перенесемся в нужный нам город? Уверяю тебя, это не будет вмешательством в мою судьбу: ты и так уже вмешался в нее весьма наглым образом.

- Ну что ты! – отмахнулся Бронн. – Как известно, дорога меняет человека, и ты должна пройти путь, уготованный тебе небесами. Ни шага не сможешь ты прибавить или убавить от этого нелегкого пути. Но не бойся, я буду увеселять тебя в пути, рассказывая поучительные истории.

Истории он мне будет рассказывать! Ну не сволочь ли? Совести у него нет! Заболтал меня и под шумок заставил разгребать свои проблемы! Развеять бы его по ветру за такое! Интересно, марида можно убить? А то как-то внезапно очень захотелось.

- Послушай, у тебя все равно нет другого выхода, - вмешался в мои размышления Бронн. – И убить меня ты тоже не сможешь.

- Ты знаешь, что читать чужие мысли невежливо? Мало того, что ты меня так подставил, так еще и личного пространства не оставляешь никакого! Не вторгайся в мою приватность!

- Положим, с мыслями случайно получается. Я не могу это включать и выключать. Кнопки нет. И вообще, человек приходит в этот мир ни с чем. Так что, если рассматривать ситуацию с такой точки зрения, то и мысли твои не совсем твои. В общем, очаровательнейшая из земных дев, чьи уста слаще сладчайшего рахат-лукума, залезай на верблюда и поедем. И даже не думай, что сумеешь уклониться с пути: кольцо и его хранитель, - он театрально поклонился, - Не позволят тебе, о алмаз моей души, направить свои лотосные стопы куда-либо кроме места, в которое тебе предназначено попасть.

- А если мне предназначено попасть домой? Может это ты вторгся в мою судьбу и помешал мне пережить то, что было уготовано?!

Марид лишь молча взмахнул прозрачной наманикюренной ручкой и поток ветра поднял меня и понес к верблюду.

- Знаешь, что? – вопила я, подлетая к оседланной животине, - Это сейчас я вроде как беспомощна, но рано или поздно я завершу свое магическое образование и стану ведьмой. И тогда найду тебя, Броня, и спущу с тебя твою прозрачную шкуру, можешь мне поверить!

- О, прекрасная дева, чья красота освещает все вокруг подобно дневному светилу, дарующему нам жизнь и тепло, думаю, что тебе стоит узнать историю о молодой супруге султана, которая поносила своего верного попугая точно так же, как ты сейчас честишь на чем свет стоит преданнейшего из своих слуг. Юная султанша заблуждалась, о моя высокочтимая госпожа, и ты узнаешь почему, услышав эту поистине поучительнейшую из всех поучительных историй.

Полупрозрачный Броня парил рядом со мной, то падая в воздушные ямы, то выныривая, но ни на минуту не прекращая говорить. В какой-то степени его можно понять – несколько столетий молчать, но все же, почему этому жуликоватому балаболу попалась именно я?

Вот не зря в справочнике было предупреждение насчет джиннов и ифритов. Жалко только, что шрифт маловат – не впечаталась информация в память, как полагается, - размышляла я, трясясь на верблюде и слушая витиеватый рассказ Бронна о молодой жене султана, которая хотела изменить своему мужу, а хитрый попугай каждый вечер забалтывал ее своими россказнями. И кого-то мне этот попугай напоминает.

- Совершенно верно, сходство действительно есть, - подтвердил марид. – В теле попугая находился мой троюродный брат Мигариб. Он проиграл спор одному своему знакомому альгулю, а спор, как известно дело святое, и был вынужден тридцать лет и еще три года жить в облике попугая.

- Знаешь, тебе тоже не помешало бы пожить немного в облике, ну допустим, рыбы или черепахи, - я попыталась представить себе молчаливого Бронна и поняла, что такая картина просто не укладывается у меня в голове.

- У каждого из нас есть свой путь и каждый должен пройти его до конца, - невозмутимо ответил Броня. – Мой долг сейчас состоит в другом – я должен вернуть кольцо владельцам и снять с себя бремя клятвы.

- Ага, шикарный план. Вот только кольцо-то возвращаю я, - не преминула я напомнить неблагодарному мариду, на кого он взвалил свою обязанность. – Между прочим, нам далеко еще?

- Судя по моим ощущениям, правопреемники Зейнаб не так уж далеко. Пара недель пути и мы найдем их.

- Пара недель? Броня, ты совсем что ли с ума сошел? Да я же.. Да меня дома..

- Смотри на это как на незапланированный отпуск. Знаешь, сколько людей мечтает покинуть опостылевшие города и уехать в пустыню, чтобы иметь возможность ощутить единство с природой и найти гармонию в себе?

- Да, но я совсем не хочу искать гармонию! Мне необходимо вернуться как можно скорее. Пойми, Броня, ведь еще неизвестно, как я вообще здесь оказалась. Может на нас напал Уиллен, взломал защиту Атрея и выбросил меня в пустыню? Может Уиллен сейчас пытает Атрея и Иветту, чтобы потом поглотить их магию? А я в это время катаюсь на верблюдах, слушаю сказки..

- Поучительные истории, - вклинился Бронн.

- ..И возвращаю ювелирные изделия потомкам давно почивших влюбленных, - яростно закончила я.

- Ну, может и меньше недели, - пошел на попятную марид. – Я же несколько сотен лет просто парил над местом, где захоронено кольцо, размышляя об устройстве мира. Вполне мог и ошибиться. Хочешь, я немного ускорю верблюда? – миролюбиво предложил он.

- Хочу, - ответила я. Конечно, куда больше мне хотелось бы оказаться сейчас в доме чародея, но дареному верблюду в зубы не смотрят, а с паршивого марида хоть шерсти клок, так что пусть ускоряет.

Ночь опустилась на пустыню внезапно и резко. Словно кто-то очень большой накрыл мир темным покрывалом. Словно весь наш мир это его собственная вариация клетки с попугаем и сейчас он решил, что пришла пора спать.

Холодный свет звезд освещал дорогу, которой нет. Мы продолжали свой путь, двигаясь известным лишь моему спутнику маршрутом.

Броня хотел остановиться на ночлег, обещал душистую ванну, служанок, натирающих мое тело ароматными маслами, мягкую постель с двумя-тремя сотнями подушек и шелковые покрывала, колышущиеся от легчайшего ветерка. Когда я наотрез отказалась, Броня изобразил глубокую обиду и не менее двадцати минут картинно стенал и дулся, причитая, что жестокосердные девы не ценят даров скромных маридов.

Выслушав суровую отповедь о том, что я вообще-то не по своей воле ввязалась в это путешествие и у нас, между прочим, важная миссия, а не экскурсия, что бы он себе там не выдумывал, мой спутник пристыженно замолчал примерно на четверть часа (что лично я посчитала новым рекордом Брони).

- Ладно, давай тогда хотя бы устроим тебя с комфортом, - предложил он и, покружив немного над моей головой, наколдовал прямо на моем горбатом приятеле паланкин с удобными подушками. – Вот теперь можешь спокойно спать. Мне спать все равно не нужно, так что не переживай, за дорогой я присмотрю. Пусть сны твои будут приятны и легки, как зефир, несущий прохладу.

- Спасибо, Броня, - устало поблагодарила я, задернула полог и откинулась на подушки.

День и правда был длинным и полным потрясений, так что заснула я быстро.

Мы с Атреем стояли в хорошо знакомой гостиной и он мягко улыбался, глядя на меня. Я открыла было рот, пытаясь что-то сказать, но слова застряли где-то в глотке. Так мы и стояли, глядя друг на друга. Огонь в камине тихо потрескивал, разбавляя застывшую тишину и делая эти утекающие сквозь пальцы мгновения более живыми и настоящими. Сизый дым вдруг заволок все вокруг: ловко лавируя между ножками кресел и дивана, он подкрадывался к нам, медленно пожирая реальность. Все ближе и ближе. Я закричала, но голос мой не отозвался в нереальной тиши этого вечера. Туманная дымка все приближалась и приближалась. Она внушала мне какой-то сверхъестественный ужас, я твердо знала, что этот дым несет погибель и горе. Я покрепче вцепилась в рукав Атрея. Будь что будет.

Я резко распахнула глаза. Яркие лучи утреннего солнца пробивались сквозь тонкие колышущиеся занавески. Мир слегка раскачивался и на мгновение мне показалось, что я оказалась где-то посреди моря и корабль колышется на ласковых волнах, но нет: всё та же пустыня и те же пески.. И тот же – или уже другой? – верблюд, несущий меня все дальше и дальше от того места, где я вчера пришла в себя.

Сон никак не желал выветриваться у меня из головы. Что же с Атреем? Вдруг это вещий сон? А что, у ведьм так бывает иногда. Атрею точно грозит опасность. Я это чувствую! Или просто придумываю? Может, какой-то его эксперимент пошел не так и меня запустило в пустыню, а с ним самим все в порядке и он там с Иветтой и Фоггом ищет способ меня вернуть? А я тут паникую как последняя дура и толкую сны как какая-то ярмарочная гадалка.

- Приветствую тебя, о дева, чьи локоны прекрасны словно водопады, чьи глаза бездонны, как озера, чьи.. - вклинился мягкий тенор в мои размышления. Интересно, при нашей первой встрече Бронн говорил басом, - машинально отметила я. Ах да, он же изменчив и текуч.

- Хватит-хватит, поняла, - одернула я марида. Странно, но сейчас я уже не так злилась и обижалась на него, как вчера. Даже жалко его, вон как пышет энтузиазмом, жаждет хоть с кем-нибудь пообщаться. Как знать, может, окажись я в такой ситуации, тоже сделала бы все, чтобы выбраться. А он по сути ничего опасного для моей жизни и здоровья не сделал. Вообще, если бы не Атрей, Иветта и Фогг, судьба которых мне сейчас совершенно неизвестна, я бы и сама согласилась помочь Бронну. Человек, можно сказать из-за любви пострадал: хотел помочь влюбленным, а в результате оказался в плену у кольца, коротать века посреди пустыни

- Ну, я рад, что ты немного остыла! – вклинился в мои размышления жизнерадостный голос. Броня! Вот же скотина! Подслушивал мои мысли!

- Беру назад все хорошее, что успела подумать о тебе, Броня!

- Да ладно, ты ведь уже не держишь на меня зла, Лия. И потом, знаешь, как говорят, прости своего ближнего и..

- Он тебе на голову сядет, - закончила я.

- И воздастся тебе сие, - укоризненно сказал мой собеседник. – Между прочим, я хотел сообщить, что путешествие наше подходит к своему логическому концу. Где-то через три четверти часа мы прибудем в славный город Сюзелен, где и проживают родственники прекрасной Зейнаб. А пока мы едем, я бы хотел предложить тебе вкуснейшие яства со всех концов земли, дабы усладить твой язык и умилостивить твое сердце.

- Слушай, Броня, - осенило меня. – Если уж ты можешь организовать мне яства со всех концов земли, то, наверное, доставить одно маленькое письмецо домой тебе вообще будет раз плюнуть, да? Понимаешь, там мои друзья должно быть с ума сходят от волнения. Хоть весточку им подам, чтобы знали, что я в порядке и скоро вернусь.

- Нет-нет, даже не уговаривай. Это грубое вмешательство в ход твоей жизни и я на такое не пойду. Ни в коем случае, - марид даже для убедительности помотал прозрачной головой. – И потом, какой тебе в этом прок, твой Атрей все равно увяз во времени. Ему от твоего письма сейчас ни тепло, ни холодно, так что наслаждайся теплым солнечным днем и помни главную философскую мысль, в которой содержится ответ на любой вопрос: и это пройдет.

- В смысле, увяз во времени? Если ты знаешь что-то, чего не знаю я, то немедленно расскажи! - я запальчиво ткнула пальцем во вздорного марида. – Иначе.. – чем бы ему таким пригрозить, - Иначе, я плюну на все и останусь с этим кольцом здесь. Сяду посреди пустыни и с места не сдвинусь даже. Пальцем не шевельну, чтобы вернуть эту ювелирочку потомкам твоей Зейнаб. Так что живо говори, что там с Атреем!

- Какая же ты нервная! Ты знаешь, что все болезни от стресса? Если будешь так продолжать, то к тридцати заработаешь себе сердечный приступ. Нужно беречь свое тело и заботиться о душе, в этом секрет счастливой и гармоничной жизни, - разливался соловьем марид, пока не затих под моим суровым прожигающим взглядом. – Я ничего не знаю. Правда! Просто ты о нем думаешь, а ты вроде как, формально говоря, покусилась на то, что я защищаю, поэтому я на тебя настроен. А у тебя с этим Атреем подписан магический контракт, так что ты с ним вроде как связана, и я кое-что смог уловить через тебя. А больше я ничего не знаю. Знал бы, непременно рассказал все-все-все, - он пристально посмотрел на меня и глаза его стали похожи на плошки. Этими огромными бездонными глазами Броня еще пару секунд вглядывался в меня, чтобы уж наверняка пронять до самых печенок, а потом добавил, - Так вот, по поводу времени, видишь ли, я просто ощутил, что его время остановилось. Какой-то чародей постарался. Атрей замер в каком-то одном мгновении и не может ни пошевельнуться, ни вздохнуть, ни моргнуть. Работает только его мозг. А сам этот твой чародей может в таком виде простоять и десять лет, и двадцать, и даже тридцать – не постареет ни на день. Удобная штука, если хочешь заставить врага подумать о жизни и своем поведении. Я вот такую историю знаю, там некая особа жуть как ненавидела падчерицу, так она заколдовала ее, остановила ее время и уложила девушку в хрустальный гроб, ну мол, сможешь даже немного видеть мир, но дотянуться до него не сможешь. И оставила ее так на сто лет, а потом.. – но я уже не слушала его.

Атрей пленен и выбраться не может. Что же случилось? Кто сумел разрушить его защиту? Это очень странно. Неужели Уиллен взломал чары, остановил время для чародея, выбросил меня в случайной точке посреди пустыни, а Иветту и Фогга.. Стоп! А что собственно с Иветтой и Фоггом?

- Броня, а Иветта и Фогг? Ну, еще двое, они были со мной и Атреем в одном доме, когда это произошло. Что с ними? Они живы?

- Не имею ни малейшего представления, - развел он руками. – Я ведь и о Морте узнал только потому что ты с ним договор заключила, а про остальных твоих приятелей ничего не знаю.

А что если?.. Нет-нет, Лия, не думай об этом. Они бы так не поступили. А откуда.. Откуда я вообще могу знать, как они поступили бы, а как нет. Они ведь чужие посторонние люди, ни с того ни с сего вывалившиеся из портала прямиком в дом чародея. Кто знает, действительно ли они те, за кого себя выдают? Может Иветта и Фогг только ждали удобного момента, когда мы с Атреем уснем, чтобы разделаться с нами и.. И зачем им это?. Нет, ерунда какая-то получается. Одно ясно точно: надо домой. Там я смогу со всем этим разобраться.

- Долго нам еще ехать? – чем быстрее я верну кольцо, тем быстрее буду свободна.

- Почти прибыли. Может хоть рахат-лукумчик съешь? Маленький. Или финик? Халвы? Есть еще сушеный инжир, - Броня уговаривал меня поесть, как любящая бабушка капризную внучку.

- Ладно, давай рахат-лукум, - вздохнула я. – На голодный желудок все равно никого не спасешь.

- Правильно! – жизнерадостно отозвался он и материализовал мне огромное серебряное блюдо – или скорее поднос – наполненное разнообразными сластями, – Между прочим, знаешь ли ты поучительную историю о..

Вот беда, мне же даже не деться сейчас никуда из этого паланкина. Выброситься что ли? Сбросилась с верблюда и почила во цвете лет, - представила я некролог. А что, звучит нетривиально. Весь Крумберг будет шокирован и изумлен таким концом.

- Броня, еще одной поучительной истории я сейчас не перенесу! Давай отложим до следующего раза, - практически взмолилась я. – Мне и без того есть о чем попереживать.

- Ладно, - смилостивился он. – Я тогда слетаю вперед, погляжу как изменился город за эти годы. Конечно, для такой жемчужины как Сюзелен пара столетий это ничто, но здесь наверняка появилось что-то новое. Может быть, достижения современных зодчих позволили построить здания до небес, что белизной поспорят с солнцем!

- Ты лучше потомков Зейнаб найди! – недовольно пробурчала я мариду вслед, но он уже исчез.

Глава 4. Упрямые верблюды и родственники прекрасной Зейнаб.

Мой горбатый транспорт остановился в тихом (и судя по всему, довольно богатом) районе города возле огромного особняка, окруженного высоким забором. Все дома вокруг были как под копирку - огромные и роскошные, окруженные пышными садами. Улица была пустой и абсолютно чистой. Даже немного странно. Мне всегда казалось, что города полны звуков. В каждом городе они свои, но такой мертвой тишины быть не должно. Хотя, чего это я? Это же юг! Конечно, они все в обеденное время прячутся от палящих лучей солнца. Жизнь замирает и кажется, будто бы в городе вообще никого нет. А чисто, потому что район такой. Богатый и фешенебельный. Не удивлюсь, если дороги тут шампунем моют. И все равно немного не по себе. Совсем чуть-чуть.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что вздорный марид не почтил меня своим присутствием, я пришла к выводу, что может, это и к лучшему. Мне всего лишь нужно постучать, извиниться за вторжение и спросить, проживают ли здесь родственники прелестной дочери визиря Зейнаб, жившей три столетия назад. После этого я быстренько всучу им колечко и пойду своей дорогой. А если во время всей этой операции болтливый марид не будет путаться под ногами, то что же, тем больше шансов, что все пройдет гладко. Вообще пустяки.

Итак, теперь остается только спуститься на землю. Не в метафорическом смысле – спуститься с небес на грешную землю. Нет, буквально. Так уж вышло, что за двадцать лет своей жизни я ни разу не каталась на верблюдах и если усадил меня на него марид своей магией, то слезать придется самой. Ну и ладно. Сама справлюсь. Плевое дело.

~ ~ ~

- Верблюд! Ну верблюдик! Присядь, пожалуйста на минуточку, - спустя четверть часа устало увещевала я. – Слушай, я понимаю, тебе нравится стоять тут и жевать, ну, что бы ты там ни жевал или жевала, но мне очень нужно спуститься, понимаешь? – Может, эта скотина просто не понимает языка? Может, это иностранный верблюд? Кто знает, откуда Бронн его вызвал? Ладно, попробую попроще, - Моя хочет слезать. Твоя сидеть!

Нет, ну это издевательство какое-то! Кто придумал таких высоких животных? Спасибо, конечно, Броне, что не на жирафа меня усадил. Эх, сюда бы Эмму. Уж кто-кто, а моя младшая сестренка всегда обладала невероятной ловкостью. Человек, который регулярно покидает свою комнату на чердаке через окно и спускается по плющу – конечно, она наивно полагает, что это ее огромная тайна, но старшие сестры порой видят больше, чем говорят – смог бы помочь мне преодолеть несколько футов, отделяющих меня от тверди земной. Нет, Лия, мысли о том, что было бы, если бы.. не очень конструктивны, так что отложим их до лучших времен.

Итак, я могу взяться руками вот тут и скатиться по боку животного. План очень удачный, если забыть о том, что таким образом можно запросто сломать себе шею. Нет-нет, не думать о сломанной шее. Все будет хорошо, нужно просто слезть с этого дурацкого верблюда!

- У вас все в порядке?

Темноволосый усатый мужчина лет двадцати пяти стоял внизу и внимательно смотрел на меня смешливыми темно-карими глазами. Нарядом – длинная бирюзовая туника из хлопка, такие штаны и странные туфли с загнутыми носами - и наружностью он отличался от привычных мне норм. Я внезапно остро ощутила, что нахожусь в другой стране. Незнакомец казался приятным и довольно дружелюбным. С другой стороны, Броня, так подставивший меня, тоже сначала показался милым и добродушным существом. С другой стороны, не то чтобы у меня было много вариантов.

- Добрый день, - наконец крикнула ему сверху я. – Видите ли, я, кажется, не могу слезть отсюда. Не могли бы вы мне помочь?

- А где же тот погонщик, что помог вам залезть? Просто заплатите ему, сколько попросит, и он тут же снимет вас, - усмехнулся в усы мой незнакомец. – Я не очень хочу влезать в чужой бизнес, так что лучше разбирайтесь с ним сами. А пока вам лучше отъехать немного в сторонку, вы перегородили дорогу.

- Нет-нет, все совсем не так. Мой.. – кто он мне? Нечисть, которая бросила меня в незнакомом городе? Коллега? Мы же вроде бы одним делом сейчас заняты – возвращаем кольцо и расторгаем помолвку трехсотлетней давности. То есть, это я пытаюсь вернуть кольцо, а он шатается неизвестно где! - Э-э-э.. Мой друг усадил меня сюда. Это его верблюд. И он бы помог мне спуститься, если бы ему не понадобилось срочно уехать. Просто помогите мне, пожалуйста. Я прибыла издалека в гости к своим друзьям, хозяевам вот этого дома, - я указала на шикарный особняк.

- Ладно, - согласился мужчина. – Только потому что вы меня заинтриговали до глубины души.

Я не успеваю даже испугаться, как он спускает меня на землю.

- А теперь мне будет очень интересно услышать, историю нашего с вами знакомства, старый друг, - он скрещивает руки на груди и выжидающе смотрит на меня. – Вы ведь приехали ко мне в гости.

Надеюсь, что Броня все сделал правильно и несносное животное, наколдованное им, остановилось именно здесь потому что это владения родственников Зейнаб, а не потому что у него зачесалось левое копыто или растущие здесь кусты показались ему особенно привлекательными.

- Очень, очень рада с вами познакомиться. Видите ли, я не совсем старый друг, скорее..

- Новый? – темные глаза насмешливо блестят, когда он задает этот вопрос.

- Я ищу родственников некой Зейнаб, которая жила в этом городе триста лет назад.

- Серьезно? Может быть я вас удивлю, но имя Зейнаб не является таким уж редким и необычным. Вам бы стоило это знать. Вы хоть и иностранка, но прекрасно говорите на нашем языке. Тем страннее кажется все то, что вы говорите. Это какой-то новый способ мошенничества?

Что? Прекрасно говорю на местном языке? О! О.. Это, наверное, Броня постарался. Ну, хоть какая-то польза от него. А то ввязал меня в неприятности, а я теперь должна тут разбираться.

- Зейнаб, которую я ищу, была дочерью визиря. Она еще обручилась с парнем по прозвищу Ал-Дин. Родители были против их брака и всякое такое, поэтому они обручились тайком, а кольцо отдали на сохранение своему другу. Потом он уехал, чтобы заработать денег и посвататься к ней как полагается, а она осталась в Сюзелене. Я почти уверена, - в верблюде, наколдованном Броней, - Что эта девушка ваша родственница.

- Погодите, так вам нужна тетя Зейнаб? – вот теперь он явно воспринял меня всерьез. Маска легкомысленного насмешника слетела с него в один миг, а затем вернулась на место. Вот только белозубая улыбка уже не так ярко сияла, – Давайте пройдем в дом и вы расскажете, откуда узнали историю ее помолвки. Это семейная тайна и до нынешнего дня нам удавалось сохранять ее в кругу семьи.

Я призадумалась на мгновение и двинулась за незнакомцем. Упрямый верблюд послушно последовал за нами.

- Ну, не то чтобы мне нужна сама Зейнаб, - она что, стала привидением? Или знаменитое южное гостеприимство велит моему незнакомцу оживить давно почившую прапрапрабабку, чтобы гостья могла с ней побеседовать? Надеюсь только, что он не какой-нибудь псих-убийца, а даже если так, то Броня должен вот-вот появиться. Должен же? - Скорее, кто-нибудь из ее потомков. Правопреемник, скажем так. Сгодится, наверное, кто угодно. Вот вы, например, ей кем приходитесь?

Резные кованые ворота захлопнулись за нами. Я семенила за неизвестным родственником Зейнаб, не забывая, впрочем, глядеть по сторонам. В дом мы не пошли, а двинулись по дорожке куда-то вглубь сада. Верблюд же остался у ворот и, по словам моего спутника, будет обласкан, накормлен и напоен в самое ближайшее время.

- Итак, зачем вы ищете родственников тетушки Зейнаб?

- Что, вот так сразу к делу? – удивилась я. После долгих витиеватых оборотов Брони и его привычки подходить к любому разговору настолько издалека, что даже лучшим и самым быстрым скакунам султана потребовались бы минимум сутки, чтобы добраться от начала его истории к тому, что он собственно хотел поведать, я была несколько удивлена, что мне не предложили чаю со сластями, не поинтересовались, как поживаю я и вся моя семья и так далее. Не то чтобы я жаловалась, просто довольно любопытное наблюдение.

- Не выношу долгих вступлений, - с легкой, немного натянутой улыбкой ответил он. – Это у меня от тетушки.

- Ну ладно, - пожала плечами я. Мне же в общем-то лучше. – Я пришла, чтобы вернуть вашей семье собственность Зейнаб – кольцо, подаренное ей Алексом Дином в честь их помолвки, - я протянула ему руку с украшением. – Я могу вернуть кольцо только ее правопреемнику и наследнику. Иначе оно просто не снимется с пальца.

- Можно? – спросил он протягивая ладонь.

Я торопливо кивнула. Всё что угодно, только снимите это с меня! Он внимательно осмотрел кольцо и попытался снять его. Застряло. Нет, серьезно? За что, вселенная? Я же всё сделала, как надо! Или нет?

- А вы не единственный наследник это вашей прапратетушки? Может, у неё внуки какие-нибудь есть или ещё кто? Давайте просто позовём всех и по очереди каждый попробует. А? – с надеждой предложила я.

- Думаю, учитывая обстоятельства, кольцо с вас сможет снять только сама тётя Зейнаб, - задумчиво глядя на мой палец ответил мой собеседник.

- Призраки не имеют никаких юридических прав и владеть кольцами не могут, следовательно, надо найти кого-то другого, если, конечно, вы не предлагаете оживлять Зейнаб.

- Зачем оживлять? – поинтересовался он. – Тётя Зейнаб, хвала богам, жива и здорова.

Глава 5. Разговор у фонтана и крайние меры

В смысле, жива и здорова? Трехсотлетняя тетка? Нет, я, конечно, понимаю, может, вода с лимоном и огуречные маски как-то помогают ей сохранить молодость и хороший цвет лица, а правильное питание и физические нагрузки продлили срок, отмеренный небесами. Ну, наверное, если исключить жареное, соленое, сладкое, жирное и вообще все вкусное, то какие-то результаты должны быть. Так что, да, с таким режимом можно прожить долгую, пусть и лишенную многих радостей жизнь, но не триста лет же!

Эликсир вечной жизни что ли пьет? Или паскудный Броня солгал мне? А может не солгал, а просто ошибся? Бывает ведь всякое. А что? Меня, например, как-то в детстве родители посадили под домашний арест на три дня. Так вот, к концу первого дня мне уже казалось, что я сижу в заточении минимум полгода. Может, с Броней так же? Застрял один посреди пустыни и дни для него тянулись как годы. Он уверен, что торчал там триста лет, а на деле прошел годик или два. Вполне разумная версия.

- А, прошу прощения, за не очень скромный вопрос, вашей тетушке сколько лет? Просто, кажется, меня немного дезинформировали. Представляете, мой.. хм.. друг сказал, что всей этой истории лет триста. Он у меня склонен к преувеличениям, - я немного нервно улыбнулась, надеясь, что это хоть немного объясняет всю ту околесицу, которую я несла у ворот.

- Тетушке Зейнаб триста двадцать три года. Ваш друг не так уж сильно ошибся.

- Э-э-э.. Ну, ладно.. Могу я ее увидеть? – в конце концов, какая мне разница, кому и сколько лет? Мне главное выпутаться из этой истории и сплавить колечко законной хозяйке. – Раз уж вы сказали, что госпожа Зейнаб в добром здравии, то, надеюсь, она сможет меня принять.

Так, теперь остается надеяться, что трехсотлетняя Зейнаб в более или менее здравом уме и сумеет понять, чего я от нее хочу. Старушки вообще могут быть ужасно подозрительными. Еще сочтет, что я какая-нибудь мошенница, пытающаяся продать ей страховку, вызовет стражей правопорядка и меня уволокут в тюрьму. В тюрьме я проведу лет десять или пятнадцать, одичаю и обрасту волосами и вредными привычками, но все еще буду лелеять мысли и свободе и мечтать вновь увидеть голубое небо и ясное солнце, почувствовать дуновение ветра на моей коже. В конце концов, я вырою подкоп ложками и покину стены своей темницы, однако, к тому времени я уже буду состарившейся раньше времени женщиной, истощенной после долгих лет заточения и дезориентированной от того, как сильно изменился за эти годы мир и как много в нем, оказывается, людей. Примчавшись в дом Атрея, я обнаружу его, все еще застывшего как статуя, в покрытой толстым слоем пыли кухне. Сама, или с помощью опытных чародеев, я расколдую его и он скажет, что в моем возрасте получать магическое образование уже несколько поздновато и вообще, все, что он увидел во мне много лет назад, давным-давно исчезло и теперь я представляю для него не больше интереса, чем засохшая между рамами муха, найденная во время весенней уборки.

Опечаленная и опустошенная, я вернусь в отчий дом и обнаружу, что сестры давно уже повыходили замуж и живут каждая своей жизнью. Эля наверняка стала светской дамой и женой какого-нибудь Александра Крамера. Она курирует несколько благотворительным организаций, устраивает ярмарки и дает званые обеды. А Эмма скорее всего вышла замуж за кого-то вроде Андрэ из Тернтона и теперь носится с ним по лесам с луком и вершит справедливость, отнимая нечестно нажитое у богатых и отдавая бедным. В общем, как ни погляди, выйдет, что я никому не нужна и все, что мне останется это устроиться архивариусом в городской архив, потому что после долгих лет одиночества большие скопления людей будут пугать меня, а архив Крумберга это довольно тихое место, о котором даже в мэрии вспоминают только раз в месяц, когда приходит пора платить жалование.

Бррр.. Какая жуткая картина. Ой!

- Что вы сказали? Прошу прощения, я немного отвлеклась. Должна заметить, что у вас просто восхитительный сад. И чудный фонтан. Что это за фигура там, в центре? – Лия, что за чушь ты несешь? Ну, какой еще фонтан? Надо быстренько встретиться с почтенной старушкой, избавиться от кольца и уносить отсюда ноги как можно скорее.

По лицу моего собеседника было непонятно, раздражает ли его мое странное поведение или он списывает все на культурные различия и воспринимает меня просто как иностранку, со своим складом ума, отличающегося от того, к чему привыкли местные. Хотя не исключено, что он твердо уверен в том, что склад мой ограбили и такую неадекватную особу не то что к тетке вести, вообще за ворота впускать нельзя было.

- Это антропоморфный образ стейновой пепельной розы, являющейся символом рода Алекса Дина – возлюбленного жениха тетушки Зейнаб. Стейновая пепельная роза изображена на гербе Динов и по преданию охраняет семью от бед и несчастий, - терпеливо объяснил родственник Зейнаб.

Как-то плохо работает эта штука с защитой. Кажется, Динам фальшивку впихнули. Нет-нет, это совершенно не мое дело и меня вообще не касается.

- Ясно. Очень интересно, - вежливо и, признаться, несколько натянуто улыбнулась я. – Так что насчет знакомства с госпожой Зейнаб? - мне стало как-то неловко называть эту особу просто по имени после того как я узнала, сколько ей лет.

- Уверен, что как только тетушка вернется из путешествия, она будет рада принять вас, - услышала я в ответ.

Так, ладно. Паниковать еще рано. Все хорошо. Старушка просто поехала куда-нибудь на воды или к месторождению лечебных грязей. Это недалеко и она скорее всего вернется максимум к вечеру.

- А когда примерно она будет дома? Могу ли я подождать ее.. Ах!..

Мир вокруг меня померк, мирно журчащий фонтан, согретый жаркими лучами южного солнца, сад и мой темноглазый смуглый собеседник исчезли в один миг. Остались только я и жгучая боль, уничтожающая все вокруг. Я знала, что боль не моя, ощущала какую-то тонкую границу между собой и этим всепоглощающим чувством, но это граница была так слаба и эфемерна, казалось, не то что движение и вдох – неосторожная мысль может разрушить ее и тогда вся эта лавина погребет меня под собой и выбраться будет уже невозможно. И вновь где-то на периферии возникло удовольствие и холодное удовлетворение. Я была мучителем и жертвой. Мой мир разделился на три части и лишь в самой меньшей из них я была собой. Две другие только отчасти принадлежали мне, отчасти же являлись средоточием чужим чувств. Чужая боль, чужое наслаждение и мой собственный отчаянный страх разрывали меня.

К счастью, насилие — не крайняя мера. Крайняя мера — шантаж.

А потом все закончилось. Внезапно и резко, будто кто-то повернул рубильник. И вот она я, отчаянно хватающая воздух, по-прежнему стоящая возле фонтана, а мой собеседник, приподняв брови, все еще ждет, когда же я закончу реплику. Словно ничего не произошло. Бесконечная агония, которую я пережила только что, на деле заняла лишь несколько секунд. Крохотная пауза в разговоре. Небольшая заминка, которую можно списать на пролетевшую птицу, или чересчур яркое солнце, или просто отклонившуюся от курса мысль. Я знаю, как это будет, потому что уже делала это. Я переживала это уже много-много раз.

Мое проклятье. Мой сияющий шар, к которому когда-то давно я осмелилась подойти слишком близко. Он опалил меня и продолжает сжигать раз за разом. И каждый раз я возрождаюсь из пепла и иду дальше. Вновь живу и вновь дышу. Зато теперь я знаю, что это магия Уиллена отзывается во мне. Уиллен колдует, а она откликается на его зов. Как ампутированная конечность, жаждущая вернуться обратно. Не знаю, почему передаются и эмоции, причем обеих сторон: и самого Ривера Уиллена и того, над кем он творит свою черную магию. Странно, но мне отчего-то легче дался этот приступ, чем предыдущие. Морально было легче, ведь на сей раз я знала, что у тех эмоций, чувств и видений, которые свалились на меня, есть вполне конкретные владельцы и одного из них я найду. Отыщу Уиллена и запихну его магию ему в глотку. Но не сейчас. Сейчас я должна быть адекватной и обыкновенной. Девушка, которая пришла вернуть госпоже Зейнаб давно потерянное колечко.

- Прошу прощения, я немного отвлеклась. Видите ли, я ведь иностранка и мне немного непривычна местная фауна, а вот та бабочка очень напомнила мне один вид ядовитых бабочек, живущий возле горы Крейвен в моих родных местах. И я не сразу взяла под контроль свои рефлексы «бей и беги». Я порой така-а-а-я бестолковая, - я старательно захлопала ресницами в надежде, что это отвлечет его от моих странностей и чудачеств. Никогда раньше не прибегала к подобным методам, но сейчас других вариантов не вижу. Да и потом, что тут сложного: кокетливая улыбка и стрельба глазками. Влево-вправо и контрольный – в голову.

- Вам что-то попало в глаз? – участливо интересуется мой собеседник.

Нет, ну бывают же такие твердолобые мужчины. Некоторые совершенно не понимают намеков. Таким хоть стреляй глазками, хоть не стреляй – объект в бронежилете. Ладно, пойдем напролом.

- Нет-нет, все в порядке. Так что, я могу подождать госпожу Зейнаб здесь?

- Боюсь, что ждать придется довольно долго. Тетушка сейчас в море и я не могу точно сказать, когда она вернется.

- Послушайте, господин.. – я растерянно хлопнула себя по лбу. Битый час разговариваю с человеком и даже не знаю, как его зовут.

- Абрим, - любезно подсказал он.

- Абрим. Очень красивое имя. Рада познакомиться с вами. Меня зовут Лия. Так вот, Абрим, мне действительно очень-очень нужно вернуть кольцо законной хозяйке. Я не знаю, почему магия кольца привела нас именно в этот город, но если это случилось, значит, здесь должен быть кто-то, кто может снять с меня эту чертову побрякушку, потому что даже мое безграничное терпение вот-вот лопнет.

Это я еще промолчала о том, что его трехсотлетняя тетка очень не вовремя умотала в свой морской круиз, в ее возрасте вообще стоило бы дома сидеть и носки многочисленным правнукам вязать.

- Наверное, чары привели вас сюда, потому что тетушка Зейнаб сейчас вроде как вне зоны доступа. Никто не знает ее маршрута, она всегда плывет туда, куда пожелает. И мы понятия не имеем, когда она вернется и вернется ли вообще.

- Лия, ты почему не сказала, что уже прибыла на место? – сизым облачком материализовался рядом марид. - Я бы пораньше вернулся. Знаешь, взглянуть на город после долгой разлуки было очень приятно. О, привет! – наконец заметил он Абрима.

- Броня, это Абрим – племянник госпожи Зейнаб. Абрим, позвольте вам представить Бронна – хранителя обручального кольца Зейнаб и Алекса, - встряла я. Очевидно, что если я не возьмусь за дело сама, то марид заговорит парня до полусмерти, а я так и останусь до конца своих дней здесь с чужим кольцом на пальце. – Броня, ни слова, - сурово ткнула в него пальцем я. – Просто ни слова. Абрим, будьте любезны, расскажите мне все, что вам известно о конечной или промежуточных точках маршрута вашей уважаемой родственницы.

- Тетушка ищет жениха, пропавшего в море. После его исчезновения она разругалась с великим визирем, своим отцом, покинула родной дом и стала капитаном корабля. Вот уже триста лет она бороздит моря и ищет Алекса. Это все. Никто не знает, где ходит ее судно и какие моря она пересекает.

- Отлично. Броня, пакуй свой ковер-самолет, мы летим к Зейнаб.

- Помилуйте, прекраснейшая из прекрасных, - взвился он. – Путь истинного философа всегда..

- Послушай, философ, мне нужно избавиться от кольца. И если ты отказываешься мне помогать, учитывая, что сам ввязал меня во все это, то мы поступим вот как: я пойду в пустыню, в самую уединенную ее часть, и буду коротать там свои дни, пока не умру от голода и жары. А ты останешься там проводить сам с собой – и моим истлевшим телом – вечность, потому что покинуть кольцо ты не в состоянии, а спасти тебя будет некому, уж я-то позабочусь об этом. Так что, выбирай, - мило улыбнулась я, предоставляя мариду самому решать свою судьбу.

Да, это шантаж, но другого выхода я не видела. И Бронн, если прочитал мои мысли, прекрасно знал, что настроена я более чем серьезно.

Дальше все пошло довольно быстро. Марид, понявший, что шутить с ним я не намерена, согласился, что небольшой портал вряд ли сильно испортит мне карму и собьет с толку судьбу. Удивительно, как лояльны становятся некоторые философы, если им правильно пригрозить. Чары кольца, сработавшие довольно грубовато и приведшие нас к дому Зейнаб, но не к ней самой, удалось немного перенастроить, благодаря чему портал должен был вывести нас именно к ней. Искренне надеюсь, что у нас все получится, а пока Броня шаманит над кольцом, мне остается только осматривать окрестности и беседовать с родственником Зейнаб.

Абрим рассказал мне, что триста лет назад, когда исчез Ал-Дин, Зейнаб была просто вне себя от горя. Отец отправлял ее на воды, поправить здоровье, выписывал заграничные лекарства, в общем, делал все, что только можно для того, чтобы любимая дочь перестала чахнуть и вернулась наконец к жизни. Но все было тщетно. Девушка теряла силы, худела, бледнела и, казалось, ничто и никогда не вызовет улыбки на ее лице. Пока однажды она не нашла ее. Надежду. Последним прибежищем Зейнаб в те дни стали волшебные истории, которые рассказывал один старик на базаре. Благовоспитанная девушка из хорошей семьи, она тайком ускользала из дома и часами слушала рассказчика, знавшего, казалось, все на свете. Эти сказки нравились ей еще и потому, что именно на базаре, у шатра старого рассказчика, она когда-то познакомилась с Алексом. Теперь же древние истории, хранящие вековую мудрость, стали для Зейнаб единственной отдушиной. Они переносили ее в чудесные миры, где возможно все и отвлекали хоть ненадолго от всепоглощающего чувства потери.

Долго-долго Зейнаб слушала сказки и терпеливо ждала, вернется ли ее возлюбленный. А может появится хотя бы марид, давший слово хранить символ их клятвы – кольцо? Хотя, какая может быть надежда на ифритов, маридов и им подобных? Бронн, хоть и очень милый малый, обладающий особой магией, но все же представитель своего вида – ветреный и легкомысленный. На таких надеяться нельзя. Она и не надеялась на него. Зейнаб верила в Алекса. Знала, что он ее любит и не подведет. Девушка была убеждена – если бы возлюбленный мог, он бы вернулся.

И вот однажды на базаре она услышала ту самую сказку - сказку, которая изменила ее жизнь. Последовавшие перемены вызвали острое недовольство у главного визиря султана – отца Зейнаб и показали девушке те стороны ее натуры, которые она прятала доселе от всех, даже от себя.

Глава 6. Зейнаб, море и магия.

Древняя легенда поведала Зейнаб о том, что погибшего человека можно вернуть. Для этого нужно лишь найти Амира Аль-Бахра – могущественного повелителя моря, способного осуществить неосуществимое и нарушить главный закон природы. И Зейнаб отправилась в море. Сменила роскошные одеяния из парчи и шифона на мужской костюм, обрезала густые черные локоны, вившиеся водопадом практически до самых её изящных маленьких ступней, покинула отца и сестер и отправилась на поиски легенды.

С тех пор прошло триста лет, а Зейнаб все еще ищет Амира Аль-Бахра. Найти его непросто, ибо повелитель морей делает лишь то, что сам пожелает: порой лежит, свернувшись клубком глубоко на морском дне, порой летает, обернувшись ветром, над водной гладью, рассердившись, топит людские корабли. Никто не знает, где он и куда отправится. Время для него не имеет значения. Он может проспать тысячу лет, а проснувшись, в течение следующей тысячи лет создавать песчинки, сидя в подводной пещере. Он текуч словно вода и бедняжке Зейнаб никак не удается повидаться с ним, чтобы упросить Аль-Бахра вернуть ей возлюбленного.

Так и плавает она по морям в надежде, что когда-нибудь встретит его. Судовой лекарь, дитя неведомой страны, продлевает жизнь ей и всей команде волшебными эликсирами. А команда у Зейнаб ей под стать. От много пришлось отказаться нежной девушке, она и забыла уже, какой была. Теперь дочь визиря просоленный всеми ветрами морской волк. Она и ее команда берутся за самые разнообразные поручения. Они не подчиняются никаким законам, они не служат никаким королям. Единственный закон, который ведет Зейнаб и ее команду – закон совести и сердца. Одни считают шхуну «Дениз» пиратской, ведь ее команда посмела разгромить плывущий из Селлории корабль и, оставив моряков на пустынном берегу, вернуть всех рабов на родину. Другие, надо отметить по той же причине, убеждены, что капитан Зейнаб ангел и самый благородный моряк из всех, что когда-либо плавали по этим морям. Но правда не в том и не в этом. На самом деле Зейнаб всего лишь девушка, которая отчаянно желает вернуть того, кто мил ее сердцу. А пока она возит научно-исследовательские экспедиции на дальние берега, перевозит драгоценные грузы шелка, специй и чая, изучает чужие страны и знакомится с новыми людьми. И твердо верит, что найдет Аль-Бахра.

И вот к этой Зейнаб мы с Броней сейчас отправимся. Не уверена, что вообще поверила рассказу её родственничка. Я все ждала, что он вот-вот скажет: а вот тут тетушка Зейнаб обрезала свои косы, кстати, когда будете возвращаться, слева у выхода вы можете приобрести амулет с прядью ее волос. Напоминаю, что сувенирная лавка работает до пяти часов вечера. Ну серьезно, история из тех, что рассказывают, чтобы заинтересовать туристов и продать им что-нибудь ненужное.

Например, что это за эликсиры такие, чтобы триста лет жить? Если такие есть, то почему их до сих пор не поставили на поток? Чародеи варили бы такие штуки литрами и продавали потом каким-нибудь богачам. Странная история, однако.

- Лия, я закончил!

Вынырнувший из земли Броня имел вид аккуратной старушки и почему-то лысого мужчины лет сорока, очень похожего на чиновника, одновременно. Как у него это получается?

- Портал выведет нас аккурат на палубу «Дениз», - Броня, казалось, был очень доволен собой, отринув свои прежние вздохи о том, что быстрое перемещение не даёт прочувствовать процесс путешествия и может помешать мне встретить свою судьбу. - Если, конечно, я не ошибся и нас не выбросит где-то посреди моря. Но если и так, то ты не переживай. Дороги есть и там. Называются течения. И эти течения способны привести человека к его судьбе, так что не волнуйся, - серьёзно закончил он, - то что должно случиться, непременно случится.

Впрочем нет, я, кажется, поторопилась: марида по-прежнему занимает путь рока и предопределенность, которая мне что-то сулит.

- Это очень хорошо, Броня, а может ли то, что должно случиться, сделать это поскорее? Давай, активируй свой портал и пойдем. Одна нога здесь, а другая на корабле, - торопила его я. Тревожно мне как-то. Домой пора. Я повернулась к родственнику Зейнаб. – Абрим, большое вам спасибо за интересный и поучительный рассказ. Тетушке что-нибудь передать?

- Желаю вам удачи и пусть попутный ветер не оставляет вас в скитаниях. Тетушке Зейнаб скажите, что мысли мои пребывают с ней.

- Отлично. Я передам, - улыбнулась я напоследок.

Бронн махнул высохшей рукой и сыплющий бледно-желтые искры портал возник перед нами. Я глубоко вздохнула, еще раз оглядела сад, фонтан, особняк где-то там за деревьями, Абрима. Нет, мне здесь делать нечего. Чужая страна, чужой город, который я даже не успела посмотреть, незнакомая растительность. Домой хочу. Еще одна остановка и я вернусь.

- Броня, пойдем, - сказала я, напоминая самой себе, что сквозь портал пройду не одна. Все-таки волнительно немного. Вдруг и правда посреди моря выбросит?

Сделала глубокий вдох, набирая побольше воздуха в грудь. Ну так, на всякий случай, и шагнула вперед.

Первым моим ощущением стало глубокое облегчение. Уфф, бесстыжий марид все-таки не напортачил. Деревянная палуба корабля и бескрайнее море повсюду. Вот только.. здесь тихо. Слишком уж тихо. Да, плещутся волны, ударяясь о борт корабля, раскачиваются мерно тросы, позвякивает едва слышно металлическая оснастка, но это все. Не слышно человеческих голосов: резких приказов капитана и ворчания моряков. Ничего. Как будто на судне нет ни единой живой души.

- Броня? – и нет, это не паника в моем голосе, а так, легкое опасение. – Броня, ты здесь? – легкая дрожь все же проскальзывает и меня это злит.

Никто не откликается. Портал закрылся. Значит, остается рассчитывать только на себя и свои недомагические способности. Осторожно крадусь к корме. Может, здесь все же есть кто-то, кто сможет прояснить ситуацию?

Никого. Спускаюсь по темной лестнице в трюм, осматриваю каюты, обыскиваю весь корабль от носа и до кормы. Ни единой живой души. Вещи все на месте, даже продукты на кухне свежие, здесь явно кипела жизнь, причем совсем недавно. Маленькое аккуратное судно с беловато-серыми парусами абсолютно пустое. Куда же ты делась, Зейнаб?

Почему все всегда так? Может, я просто до такой степени невезучая? Ну правда, в моей жизни все, что может пойти наперекосяк, именно это делает. Если есть хоть малейшая вероятность, что случится какая-то неприятность, то она происходит! Хотела нарвать красивый букет – чуть не убила работодателя. Пела безобидную песенку – засыпала весь дом замерзшим вином. Дотронулась до сияющего шара в лесу – обеспечила себе годы кошмаров и часть чужой магии, которую ношу с собой, точнее в себе. Мирно пила горячий шоколад в теплой уютной кухне – очнулась посреди пустыни.

- Как же это всё.. Паршиво! Надоело! Надоело мне это все!

Злые слезы брызнули у меня из глаз. Атрей где-то там далеко заморожен, а я тут посреди чужого пустого корабля! И где этот Броня, когда он так нужен? Что мне теперь делать? Плыть домой? Я про навигацию не знаю ровным счетом ничего. И куда делась команда бравого капитана Зейнаб? Может, их всех морское чудовище сожрало?

Меня переполняла такая ярость, такое бессилие.. Я буквально ощущала, как оно рвется из меня, грозясь разрушить все, что есть в мире. На какое-то мгновение мне так и показалось, что я могу и хочу уничтожить всё и всех. Если у меня дела так плохи, пусть каждому будет так же паршиво. Какая-то мстительная ненависть овладела мной.

Стремясь хоть куда-то направить разрывавшую меня энергию, я сжала кулак и резким движением ударила по тяжелому рулю. Яркая вспышка и руль разлетелся на куски. А сила все растет и растет внутри меня. Становится страшно. Впервые в жизни боюсь сама себя. Но злость и ярость никуда не исчезают. Они требуют выхода.

Столб белоснежного слепящего света вырывается из моей груди. Он несет разрушения, хаос и смерть, я это знаю и часть моего сознания успевает только порадоваться, что здесь никого нет кроме меня, что я никому не наврежу.

Мачты раскалываются на куски, старые доски под моими ногами жалобно скрипят, паруса моментально сгорают во вспышке ослепительного света.

- Неплохо, - удовлетворенно произносит чей-то голос. – Ты довольно медлительна, но не безнадежна. Наконец-то хоть что-то интересное.

- Кто вы?! – кричу я, раздираемая злостью, страхом и каким-то смутным чувством узнавания.

- Всего лишь старый друг, - с холодной насмешкой отвечает он.

Мир кружится перед моими глазами, словно я вновь кружусь на карусели, крепко обхватив деревянного коня за шею, и мама с папой терпеливо ждут меня, а сестры, совсем еще малышки, капризничают и просятся тоже покататься. Воспоминание проносится передо мной и я удовлетворенно улыбаюсь. Это был хороший день. Замечательный.

Тошнота подкатывает к горлу, слепящий свет заставляет меня покрепче зажмуриться, слезы льются по щекам. Наконец, все останавливается и я открываю глаза. Передо мной, с тревогой, исказившей красивое лицо, стоит.. Атрей?

- Атрей?

Не помня себя от восторга, я бросилась к нему. Весь мир остановился на мгновение и я нашла покой в объятиях чародея. Все остальное вдруг стало неважно. Я здесь и он здесь. Что еще может иметь значение?

- Лия, ты в порядке? – шепнул он мне.

Я лишь кивнула. Сдавленные рыдания клокотали где-то в груди, не давая вымолвить ни слова. Атрей только молча прижал меня покрепче к себе, слегка покачивая, как расстроенного ребенка.

Секунды утекали сквозь пальцы, превращаясь в минуты, а мы все стояли и стояли. Наконец, я оторвалась от чародея и, отводя взгляд, прогнусавила:

- Спасибо. Я просто переволновалась немного. Ну, столько всего, - я неопределенно помахала рукой в воздухе, дескать и то, и это, сплошные стрессы.

- Возьми, - чародей протянул мне белоснежный носовой платок. – Ты помнишь, что с тобой произошло?

- Да, - пробормотала я, утирая слезы.

Надо же, я вновь в доме Атрея, стою в гостиной, как ни в чем не бывало. Словно и не было этих нескольких дней.

– Меня выбросило в пустыне, а потом я встретила.. – начала было я, расправляя складки на сорочке.

- Постой, ты разговаривала с живыми существами?

- Ну, да. Я знаешь ли, говорящая. Не светская дама какая-нибудь, но разговор поддержать могу, - а вот это немного обидно было. Может, я и простая девушка из маленького городка, но не совсем дикое существо все-таки. – Погоди, а почему на мне ночнушка и халат?

Чародей одарил меня удивленным взглядом и слегка приподнятой густой бровью.

- Я думал, тебя в первую очередь заинтересуют какие-то другие вещи, например..

- Нет-нет, - бессовестно перебила его я. – На мне должен быть мой восточный наряд, который позавчера наколдовал Броня. Я.. Я ведь..

- А вот это уже интересно. Сколько, по-твоему, времени прошло?

- Точно не скажу, - призадумалась я, - Я очнулась поздним утром, потом бродила по пустыне, потом нашла Бронна, потом был шатер, верблюд, ночлег и утром мы приехали в город. Нашли родных Зейнаб, Броня наколдовал портал, я оказалась на пустом корабле, потом магия и столб света, и вот я здесь. Получается, дня два, - подумала и добавила неуверенно, - Примерно.

- И ты все эти два дня была где-то в пустыне? – настойчиво спросил чародей.

- Да, - слабо кивнула я, начиная понимать, что чего-то не понимаю.

- Лия, вчера ночью в кухне ты потеряла сознание. На тебя была совершена магическая атака.

- Но ведь дом защищен, - растерянно возразила я, пытаясь осмыслить сказанное. – Надежная защита, через которую никто не пробьется.

- Удар был нанесен изнутри, - объяснил он. – Никакая защита в мире не может спасти, если есть потайной ход, о котором врагам известно.

- Значит, это все была иллюзия?

- Сильная иллюзия. Твоему разуму показали нечто, что он счел правдой. Я проник в твое сознание, но тебя там словно бы не было.

- Уиллен. Это был он, я уверена. Он использовал нашу магическую связь, чтобы.. Не знаю, что ему было нужно, но он очень доволен. Кажется, для него это все.. – я замялась, не зная, как конвертировать отзвуки чужих эмоций в слова. – Развлечение.

Глава 7. Об иллюзиях и экзотермических реакциях.

Главное правило реальности — не запутаться в своих иллюзиях.

фильм "Начало"

- Ты с ним разговаривала? – нахмурив темные брови, серьезно спросил Атрей.

- Он сказал, что я медлительна, но не безнадежна, - припомнила я холодный знакомый голос, казалось, до сих пор звучавший в моей голове. – Не знаю, что это значит..

- В любом случае, хорошего мало, - сухо констатировал чародей. – Нам нужно избавить тебя от магической энергии Уиллена, тогда он не сможет до тебя добраться.

- А разве можно извлечь из меня только то, что принадлежало ему, оставив мою магию на месте? Не лишусь ли я колдовских способностей в принципе? – спросила я, теребя платок в руках. Остаться без магии мне не хотелось, но вдруг это единственный выход..

- Если все сделать правильно, то твоя магия останется при тебе. Нужно только продумать хорошенько ритуал.

- Или поймать Уиллена и отправить его гнить за решеткой, и тогда никакие ритуалы не понадобятся, - предложила я.

- Хорошая мысль, но это не решит всех проблем. Из-за того, что его энергия попала к тебе не в ходе тщательно подготовленного ритуала, она по-прежнему принадлежит ему.

- Как с теми чародеями, которых он истязал и пытал, чтобы от боли их магия очистилась и приобрела нейтральный оттенок? – зябко повожу плечами я.

Может, для темных магов это и нормальная практика, но меня в дрожь бросает, когда я думаю о том, чтобы пытать людей, дабы легче было потом высосать их магию. Это не просто бесчеловечно, это верх бесчеловечия, его апогей. С другой стороны, а что еще остается порядочному темному магу, жаждущему безграничной силы и всего того, что обычно нужно людям его профессии? Не может же он вежливо подойти к человеку и попросить: «Добрый вечер, извините за беспокойство, не будете ли вы так любезны очистить свою магию с помощью медитации или чего-то в этом роде и передать ее мне?»

- … произошло случайно и Уиллен, думаю, сам не предполагал такого исхода, его магия вселившаяся в тебя, несет отпечаток владельца и все еще настроена на него. У тебя не бывает перепадов настроения, резких вспышек агрессии?

- Нет, - покачала головой я. – Есть другие проявления.

Ох! Неужели я это сказала? И магия позволила мне?! Торопливо, чтобы чары не передумали, я начала рассказывать Атрею о своих приступах, о том, что я вижу жертв Уиллена и чувствую его удовлетворение и торжество. И наконец, я сумела рассказать ему про тот далекий майский день в лесу, когда мы с Эрдой увидели сияющий шар света и я так неосторожно подошла к нему.

- Я не знаю, как именно настроена магия, но до недавнего времени я не могла никому рассказать о произошедшем. Это первый раз..

- У меня есть несколько предположений, - сказал Атрей. – Но я пока ни в чем не уверен. Странно это все. Уиллен смог проникнуть в твой мозг и создать для тебя ложный мир и фальшивых людей, населяющих его. Это требует усилий и хорошей фантазии. Они ведь были похожи на настоящих?

- Ну.. – задумалась я. – Мне тогда казалось все правильным и таким, как надо, но сейчас я понимаю, что многое осталось за кадром. Я не видела города, верблюд привез меня прямиком к нужному дому и все. Людей там тоже почти не было. На самом деле, вообще не было. Только Абрим и марид по имени Бронн. Это все живые существа, с которыми я имела дело за те два дня.

- Хорошо, - морщинка на лбу чародея разгладилась, когда он услышал это. – Значит, либо ему сложно создавать слишком детальные и многогранные иллюзии, на это требуется много воображения и прекрасная память, это ведь чистое творчество, либо у него банально не хватает на это сил. В любом случае, нам это на пользу. Пойдем в лабораторию, тебе необходимо принять блокирующее зелье. Это, конечно, не панацея, но оно защитит твой разум на некоторое время. Впрочем, если добавить немного порошка из клеронита, то может быть…

Вскочив было, чтобы бежать в лабораторию, я вдруг спохватилась:

- Я приду немного позже, хорошо? Нужно сначала заскочить в спальню.

- Зачем? Лия, у нас нет времени на твои… - погруженный в размышления о зелье и мысленно уже явно находящийся в лаборатории, чародей поднял на меня взгляд. – Кхм. То есть, конечно.

Он замер на мгновение, разглядывая меня и мой наряд. Легкая ночнушка мало что скрывала, а халат сбился набок во время всех этих приключений. Поясок от него вообще куда-то затерялся. Не думаю, что Атрею было дело до него, когда я внезапно потеряла сознание вчера ночью. Теперь же, когда тревога за меня и мое состояние поутихла, опекающий чародей в Атрее немного сбавил обороты и появился мужчина, который пусть и вежлив, но не настолько, чтобы прежде чем отвернуться, не окинуть быстрым оценивающим взглядом девушку в одной лишь сорочке.

- Насмотрелись? – сурово поинтересовалась я, пытаясь вернуть утраченное самообладание. Как-то жарковато тут. Эта реакция достойна внимательнейшего изучения в лучших лабораториях мира: почему взгляд темных глаз Атрея оказывает на меня такой экзотермический эффект?

Переодевшись, я почувствовала себя лучше. Да, путешествие было ненастоящим, но смыть фантомный песок с кожи было приятно, а надевая любимое синее платье, я будто облачалась в защитную броню.

Матушка всегда говорила, что мне идет синий цвет. Ее смерть все еще отдавалась болью, но время смягчило рану. Теперь я могла вспоминать о ней с улыбкой. И я вспоминала. Пробуждала в памяти лучшие моменты, хранила бережно отзвуки ее смеха и блеск ее серых глаз. Крохотные мелочи, которые боялась расплескать: то, как она крепко сжимала книгу, следя за перипетиями сюжета и забывая о давно уже остывшей чашке чая; как она терпеливо вынимала репейник из волос Эммы (сестренка всегда отличалась непоседливостью и живостью нрава, и мама была неизменно терпелива, зашивая порванные платья и залечивая ссадины), как объясняла Эле правила столового этикета, раскладывая перед ней двадцать с виду одинаковых вилок (и почему нельзя есть одной? Вилка есть вилка, разве нет?).

Множество деталей сплетались в образ женщины, которая не просто даровала мне жизнь, а была мне по-настоящему близка. И каждый раз, надевая что-то синее, я слышала мягкий, словно перезвон колокольчиков, мамин смех: «Опять растрепались волосы, моя маленькая госпожа Эл? Ничего, сейчас я тебя заплету. Это васильковая лента, которую я купила специально для моей милой госпожи Эл. Синий – твой цвет. Носи с собой кусочек неба и будет счастье у тебя. Запомни это и все будет хорошо».

Она говорила: этот цвет значит, что я дитя неба, оно примет меня за свою, не покинет в беде. Небо будет со мной, если я всегда буду иметь при себе что-нибудь синее. Не знаю, откуда моя прагматичная мама взяла это суеверие, но, надевая что-нибудь синее, я будто чувствовала защиту. Может, матушкину, а может, небесную, не знаю. Точно уверена лишь в том, что сейчас мне не помешает любая протекция, какая только может быть.

Нападение Уиллена не причинило мне никакого физического вреда, но заставило утратить чувство безопасности. Если он может добраться до меня даже в доме чародея, если может залезть ко мне в голову и заставить перестать видеть разницу между правдой и ложь, действительностью и иллюзией, то могу ли я хоть где-то быть в безопасности? И не накличу ли я беду на Атрея? Дотронувшись много лет назад до магического шара в лесу, я сдвинула костяшку домино, сломала веточку в плотине и теперь Уиллен, безжалостно убивавший магов и отнимавший их силы, заинтересовался мной. Он знает, что у меня есть. Ему ничего не стоило просто убить меня и вернуть свою магию, но я его развлекаю. Это игра в кошки-мышки и я мышка. Но Атрей.. Атрей вообще не из нашей игры. Он увяз во всем этом по моей вине. Сотрудники секретной службы из родного мира Уиллена Иветта и Фогг, шедшие по следу преступника, пришли в дом Атрея Морта только потому что уловили часть его магии во мне. Они попросили Атрея помочь и он согласился только из-за того, что я увязла в этом деле по самую макушку. Чародей жил тихой и мирной жизнью, пока не появилась я. Так не стоит ли уйти и перестать портить человеку жизнь?

- Подойди сюда, Лия - бросил мне Атрей как только я появилась в дверях лаборатории.

Он стоял у стола, внимательно изучая содержимое небольшого медного котла. Рукава неизменно белоснежной рубашки были подвернуты и открывали сильные предплечья. Черные волосы собраны в низкий хвост, скульптурно вылепленные губы сжаты в тонкую линию.

- Достань из шкафа ренуарский порошок, - приказал он, не глядя на меня.

Атрей был целиком и полностью поглощен своим зельем. Разумеется, не буквально, хотя такие случаи в колдовской практике тоже бывали. Например, чародей по имени.. А впрочем, это не так важно. Мне же велено найти порошок!

Полки за застекленными дверцами буквально ломились от разнообразных баночек, скляночек и мешочков с ингредиентами. И это не считая того, что рядом была целая кладовая с травами, ягодами и цветами, камнями, глинами и образцами почвы, разнокалиберной шерстью, кусочками кожи, перьями, чешуйками и прочими не самыми привлекательными ингредиентами как растительного, так и животного происхождения. Стараясь не разрушить хрупкого равновесия, я осторожно искала баночку с ренуарским порошком, благо щепетильный чародей их все подписывает.

- А где Иветта и Фогг? – звуки моего голоса в мирной тишине лаборатории, нарушаемой только позвякиванием черпака о стенки котла, показались мне резкими и чужеродными, и я невольно поморщилась.

- Ты что-то почувствовала, Лия? – тут же оказался рядом со мной Атрей. – Головокружение, боль, может быть слышишь голоса или видишь что-то, чего здесь быть не должно? – его длинные пальцы клещами впились в мои плечи, а черные глаза смотрели, казалось, в самую душу.

- Все в порядке. Ничего такого, - немного неуклюже отмахнулась я.

Настолько пристальное внимание было мне непривычно и от этого становилось немного неуютно. Атрей вел себя так, словно я в любую минуту могу рухнуть замертво. Впрочем, так оно и было. Я поежилась от мысли о том, что мое благополучие на данный момент действительно очень хрупкое и во власти человека, на чье милосердие и моральные принципы надеяться не приходилось. Все же это очень неприятно, когда твоя жизнь настолько зависима от кого-то. С другой стороны, это мало чем отличается от некоторых любовных отношений, которые я имела удовольствие наблюдать. Разве потерянное состояние моего отца после смерти матушки нельзя назвать смертью половины его души? Когда ты настолько сильно любишь кого-то, то становишься от него зависим. Именно поэтому я не желала бы себе настолько сильной любви. О, безусловно, я бы желала однажды выйти замуж, завести семью, но пусть лучше между нами будет крепкая симпатия, чем такая страстная и всепоглощающая любовь, как у родителей. Возможно, я чересчур труслива, но думаю, что лучше никогда не иметь, чем потерять и утратить вместе с любовью смысл жизни.

Об этом, однако, сейчас не было смысла думать. Любви, огромной и безграничной, или нежной и дружеской, на горизонте не было и не предвиделось. Был только Атрей, переживавший за ученицу, и Уиллен, желавший позабавиться с новенькой игрушкой.

- Я в порядке, Атрей, - попыталась убедить чародея еще раз.

- Ну, ладно, - недоверчиво хмыкнул он и отступил. Сразу стало как-то зябко. Наверное, сквозняк. В этих колдовских лабораториях вечно царит жуткий холод. Многие ингредиенты и зелья не выносят тепла, вот и приходится поддерживать определенный температурный режим. Из-за этого мне и холодно. Это единственная причина. А Атрей просто теплый потому что живой. Вот и все. Ничего личного. То же самое было бы, если бы на его месте оказался любой другой человек, сжимающий меня в неком подобии объятия. Да. Совершенно такая же реакция.

- Так где наши бравые работники секретной службы? - попыталась я разрядить обстановку. Не то чтобы она, в смысле обстановка, особенно в этом нуждалась. Нет, никакого напряжения между нами не было. И я совсем ничего такого не чувствовала.

- Когда ты потеряла сознание, мы с Иветтой попробовали тебе помочь. Мы проникли в твой разум, но ее тут же выбросило. Ты все же чародейка и, надо заметить, с большим потенциалом. Даже в таком состоянии сумела защитить свой разум.

- А ты?

- Что я? – приподнял бровь он, явно пытаясь уйти от ответа. – Так ты нашла порошок? Его надо поскорее добавлять в зелье.

- Ты сказал, что Иветту мой разум не пропустил, но что насчет тебя? Об этом ты ничего не сказал, - я не могла позволить ему сменить тему.

Атрей непреклонно ждал, молча глядя на меня из-под длинных ресниц.

– Держи, - со страдальческим вздохом я сунула ему в руку маленький флакон с мелкой бледно-розовой пылью.

Глава 8. Ответственность или что-то еще?

- У каждого человека свои естественные барьеры, защищающие его мысли от посторонних вторжений. Это что-то вроде крепости в разуме. Дом, за стенами которого прячется то, что делает тебя тобой - истинная сущность человека. Твои барьеры сильнее, чем у обычного человека, - объяснил Атрей, добавляя последний ингредиент в котел. – Я смог проникнуть не дальше гостиной, Иветту ты вышвырнула с порога.

- Я помню тебя, - задумчиво прошептала я, вспоминая туманные картины ночных видений. - Тогда мне казалось, что это сон, а наутро у меня было много других переживаний и все стерлось из памяти. Он сказал, что ты находишься под действием заклятья. Время для тебя остановилось и ты заперт в одном мгновении. Такие чары вообще существуют или это просто очередная ложь, подсунутая моему разуму?

- Такая магия есть. Используется не так уж часто в наши дни, но тем не менее, она существует. Кажется, Уиллен очень сильно хотел получить от тебя какую-то реакцию.

Чародей перелил зелье в высокий стакан и протянул мне.

- Пей. Это должно защитить тебя от проникновения или влияния.

- Когда ты успел сварить его? – не удержалась от вопроса я, принимая стакан. – Фу! Гадость какая!

- Я всю ночь варил, старался, а она говорит – гадость. Неблагодарное ты существо, Лия, - с притворной строгостью отчитал меня чародей.

- Нет-нет, я не это имела в виду. На самом деле, довольно интересный вкус. Очень… Э-э-э… - я замялась, подбирая приличное слово для этого отвратительного варева, - Необычно.

- Главное, что действенно, - фыркнул Атрей.

- Интересно, можно ли как-то улучшить его вкусовые характеристики.. – в памяти всплыла та короткая и откровенно куцая статья об улучшении внешних параметров зелий и мерзкое косметическое варево, которое готовил Атрей, казалось, сто лет тому назад. Наверняка можно что-то с этим сделать. Он сам говорил, что консервативным волшебникам в основном лень этим заниматься и они считают, что такие вещи ниже их достоинства. А ведь если улучшить вкус, то можно и увеличить спрос. А потом..

- Лия, блокирующего зелья тебе должно хватить на неделю. - Атрей прожигал меня взглядом и ждал, когда я вернусь в реальный мир. Что же делать, если журавли в небе отчаянно будоражили мое воображение? - Надеюсь, что к тому времени мы уже разберемся с Уилленом и вторая партия не понадобится.

- Атрей, где Иветта и Питер? – настойчиво спросила я.

Эта мысль тревожила, не давала мне покоя с момента пробуждения от иллюзий Уиллена. Она зудела где-то на краю сознания как маленькая, но назойливая муха.

- Ушли, - сухо ответил он, разливая остатки зелья по флаконам. – Возьми. Всегда держи его при себе. Каждые восемь часов будешь спускаться в лабораторию и принимать порцию зелья, а эта тебе на крайний случай. Примешь, если почувствуешь что-то необычное. Даже если тебе покажется, что это не темный маг, даже если у тебя просто странно зачешется нос. Прими. Зелье. Сразу же. Ясно? – непреклонным тоном приказал он.

- Да, - коротко кивнула я и убрала флакон темно-фиолетового стекла в карман своего синего-синего платья. – Куда они ушли? Когда?

- Вчера ночью, когда ты потеряла сознание. После неудачной попытки вытащить тебя напрямую я отправился в лабораторию варить зелье. Эти работнички секретной службы категорически не желали оставаться. Иветта рвалась в самое пекло, а Фогг такой же болван, готовый спуститься в ад, лишь бы ради общего блага и в ее компании, - неприкрытое осуждение сквозило в его голосе, в опущенных уголках рта, в нахмуренных бровях.

- Куда они пошли? Почему ты их отпустил? – не находя себе места и от нетерпения вышагивая туда-сюда по лаборатории, спросила я. За Иветту и Питера было тревожно. Что могла противопоставить эта парочка Уиллену? Он высосал магию из многих чародеев, что ему двое сотрудников секретной службы из которых только одна ведьма, а второй простой человек?

- Лия, ты, кажется, забываешься, - сурово одернул меня Атрей. – Я им не мать, не отец и не любимая нянюшка. Иветта Кавалло и Питер Фогг взрослые люди. Если я за кого-то и несу ответственность, то только за тебя. Ты находишься под моей защитой и я буду оберегать тебя до дня, когда ты завершишь магическое образование. Это предусмотрено нашим контрактом. А останавливать тех двоих от глупостей не моя работа. Иветта провела ритуал, перенастроив его так, чтобы магия, находящаяся в тебе, не создавала больше помех. Иветта и Фогг найдут своего преступника и вернут в свой мир. Я готов был помочь, но только после того как сварю зелье и ты придешь в себя, однако они слишком торопились. Шкала моих приоритетов такова, что Иветта Кавалло и Питер Фогг находятся отнюдь не на её вершине.

Отлично! Я не просто ярмо на его шее, а ярмо, которое он не может бросить ибо слишком ответственный. Просто превосходно, Лия. Пять с плюсом тебе.

Не то чтобы я претендовала на какое-то особое отношение или на его дружбу, но да! Да, я претендовала. Мы ведь даже на «ты» перешли!

Какие нелепые, нелепые мысли. Как ты могла, Лия, подумать, что такой мужчина как Атрей Морт увидит в тебе больше, чем просто ученицу. Не то чтобы мне это было очень нужно. Нет, я не собираюсь по нему вздыхать и сохнуть. С самого начала было ясно, что он не для меня. Столичный красавец, опытный чародей, разочаровавшийся в любви, и провинциальная Лия Ардели – девушка с заурядной внешностью и заурядным умом. После предательства Одетты только исключительная женщина сможет завоевать сердце Атрея. Разумеется, между нами ничего и быть не могло. Но все же, я думала, что мы стали по меньшей мере друзьями. Видимо, я была слишком самонадеянна. Он просто несет за меня ответственность.

Атрей был достаточно великодушен, чтобы взять в ученицы девушку с даром. Он знал, что другой возможности получить магическое образование у меня не будет. Я бы не смогла оставить отца и сестер и уехать на долгие годы в Магическую Академию. Со стороны чародея это был просто акт благотворительности, за который он вынужден теперь расплачиваться, защищая меня от какого-то психопата.

- Ты вовсе не обязан отвечать за меня, - кажется, обида все-таки прорвалась в голосе. – Да, мы подписали контракт и я твоя ученица, но это не значит, что ты должен разгребать мои проблемы и иметь дело с моими многочисленными неприятностями. Я могу и сама справиться.

- Лия, - строго произнес он. – Я все сказал. Просто не забывай принимать зелье вовремя.

- А Иветта и Питер? Мы поможем им?

Атрей одарил меня взглядом, полным снисходительного терпения:

- И как ты себе это представляешь?

Да, действительно. Недочародейка и маг, наполовину лишенный магии. Больше вреда, чем пользы от таких помощников. И потом, Иветта и Питер профессионалы. Наверное, благоразумнее не мешать им и не лезть куда не просят.

С другой стороны, когда это я делала так, как будет разумнее? Нужно заглянуть в библиотеку Атрея и полистать литературу. Я, конечно, пока еще не настоящая ведьма, но информация никогда не бывает лишней. Тем более, загадочные сгустки энергии, случайно наколдованные мной на корабле в том иллюзорном времени, никак не дают мне покоя. Да, это был не настоящий мир, но сила была реальной. Я ощущала, как она пульсирует во мне, как течет по моим жилам, пока, наконец, не вырывается электрической вспышкой наружу. Чистая магия. Конгломерат моей энергии и силы Уиллена. Думаю, именно это он хотел увидеть. Ради этой вспышки разрушения и хаоса, уничтожившей корабль, он и загнал меня в рамки иллюзии. Он хотел увидеть, на что я способна. И увидел. Я бы поделилась своими догадками и интуитивными предположениями с Атреем, но с него довольно моих проблем. Согласно контракту, чародей должен способствовать обеспечению моего физического и психологического благополучия. Этим он и занимается. Хватит с него. Остальным я займусь сама.

После позднего завтрака Атрей заперся в лаборатории и занялся работой. Он угрюмо сообщил мне, что слишком много дел требуют его внимания, поэтому занятия придется отложить до завтра, раз уж мне вздумалось в обмороки падать и тем самым выбивать его из графика.

Таким образом, в чудесный августовский день я оказалась предоставлена сама себе. Покидать владения чародея мне было категорически запрещено – защитное поле покрывало только дом и сад. Мы не знали, что задумал Уиллен, поэтому благоразумнее всего было бы не давать ему ни малейшей возможности поиграть со мной в очередную игру.

Иветта и Питер исчезли так же внезапно, как появились и, признаться, я очень тревожилась за них. С другой стороны, бежать в руки к Уиллену, прикрывая собственную глупость желанием помочь, было бы более чем опрометчиво. Сейчас я могла только ждать. Ждать и читать.

Пройдясь с пушистой метелкой по библиотеке чародея – да, я теперь его ученица, но уборка все еще остается за мной – я с чистой совестью устроилась в глубоком кресле с толстой кипой книг. Хоть в одной из них да должен быть ответ на все мои вопросы. А раз он там есть, то я непременно докопаюсь до него, не будь я Лия Ардели.

Глава 9. Ответы, которые мы получаем...

...Не всегда соответствуют вопросам, которые мы задаём

Теперь я знала, что мне нужно сделать. В толстых справочниках искала отнюдь не это, но ответ нашел меня сам собой. Вопрос лишь в том, воспользуюсь ли я им. Сидя на скамье и глядя на желтые розы, цветущие в запущенном саду, я прокручивала все в голове снова и снова.

Итак, книга за книгой, страница за страницей, вела я свои поиски в библиотеке чародея. Стопка просмотренных книг становилась все выше, а я все еще не нашла ничего полезного: не нашла, как помочь Иветте и Питеру, не знала, можно ли как-то использовать стихийную магию против Уиллена. Так все и продолжалось, пока из очередного тома не выпал сложенный вдвое лист бумаги.

- "Отторжение не происходит только в случае наличия между донором и реципиентом связи: брачной или родственной", - прочла я слова, написанные знакомым узким почерком.

Ниже еще несколько слов, зачеркнутых беспорядочными линиями, и пара вопросительных знаков в конце. Женитьба? Поиск родственников? Нет!

Почему? Почему Атрей отверг эти варианты? Ладно, может семьи у него нет и как он не искал, никого не нашел, но с первым вариантом что не так? А из какой книги выпал это листок?

Следующие полчаса я продиралась сквозь витиеватые фразы и запутанные предложения. Старинная рукописная книга была написана каким-то неизвестным чародеем лет триста назад и, судя по всему, автор на протяжении всего этого процесса находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Чем еще объяснить скачущий почерк и путаные фразы, иногда обрывающиеся прямо на середине? Может, это такая средневековая защита? А что, даже заклинание тратить не приходится! До конца написанной таким образом рукописи дойдет не всякий читатель и риск того, что информация попадет не в те руки, минимальный. Удобно.

Я всегда отличалась упрямством и пусть оно редко шло мне на пользу, сейчас был не тот случай. Немного удачи и твердолобое упорство помогли мне узнать то, что иначе я бы никогда не узнала.

Теперь понятно, почему Атрей отверг все варианты и на мой вопрос, можно ли как-то вернуть ему магию, ответил, что это маловероятно. Любая магия извне вызывала у Атрея отторжение и преодолеть такое затруднение можно было только одним способом: донор должен быть связан с ним узами, родственными, семейными, брачными. В ходе ритуала донор лишится части своей магии и она перейдет к Атрею. Вот почему чародей не воспользовался этим методом. Пусть наше знакомство было не таким уж длительным, одно я могла сказать точно: Атрею Морту претила мысль о том, что он лишит близкого человека магии. Он не мог так поступить с кем бы то ни было.

о о о

- Это могу быть я!

Я ворвалась в лабораторию чародея, как пожилая дама в здание мэрии: уверенно, решительно и преисполненная убежденности в собственной правоте. Тяжелая деревянная дверь гулко ударилась о стену. Атрей поднял голову и с нескрываемым раздражением посмотрел на меня.

- Разумеется, это можешь быть ты. И это будешь именно ты, Лия. Тебе я поручаю почетную миссию весь следующий месяц потрошить рогатых жаб. Отложи ты свое эффектное появление хоть на минуту, нам обоим бы не поздоровилось. Должен ли я прийти к заключению, что слишком мало времени уделяю инструкциям по технике безопасности, которые обязан знать любой человек, претендующий на овладение тонким искусством чародейства? – произнеся эту суровую отповедь, Атрей слегка приподнял бровь и выжидающе посмотрел на меня, дескать, если у вас есть хоть какие-то причины, приведшие вас этим вечером в лабораторию, Лия Ардели, будьте добры, выкладывайте карты на стол.

- Атрей, я нашла твои заметки. Я знаю, как все исправить!

- Неужели совсем все? Уверен, вы осчастливите мир своим открытием, – источая сарказм, заметил он.

- Вот не надо этого, - отмахнулась я.

Его слова не могли задеть меня, в конце тоннеля, наконец, забрезжил свет. Теперь остается только надеяться, что на той стороне не какая-нибудь светящаяся тварь, привлекающая таким образом жертв. Хотя, даже если тебя съели, есть целых два выхода.

Я набрала побольше воздуха в грудь и принялась вещать:

- Из книги выпал листочек, на листочке были заметки, из заметок я поняла, что магию тебе может вернуть кто-то, с кем у тебя есть связь. Прочитав книгу, я поняла, почему ты не стал жениться, искать потерянных в младенчестве братьев и все такое. Со мной же такой проблемы не возникнет, сам знаешь, у меня двойное магическое ядро: моя собственная магия и уилленовская. План прост: мы с тобой женимся, проводим ритуал, я сливаю тебе половину энергии, мы разводимся, я заканчиваю образование, становлюсь высокооплачиваемым специалистом, получаю возможность обеспечить сестер и отца, перевожу Элю в столицу, уверена, она будет в восторге, устраиваю Эмму в Военную Академию, она не признавалась, но я знаю, что сестренка грезит об этом и.. Ну, в общем, неважно. Ты главное сконцентрируйся на первой части плана. Здорово, правда? Простой и изящный способ вернуть тебе магию.

- Невероятно интересный метод, но, к сожалению, неосуществимый. А теперь, будь добра, покинь лабораторию, мне нужно закончить эксперимент, - сухо ответил чародей.

- Ты что, не рад? Я же.. Это же решение всех твоих проблем. Выход из безвыходной ситуации, - растерянно лепетала я.

- Я объясню тебе. Лия, план действительно был бы приемлем, не упусти ты из виду одну немаловажную деталь: магия Уиллена не слилась с твоей за столько лет.

- И что? Это же хорошо, - озадаченно пробормотала я.

- Этот факт ставит крест на всем вашем предприятии. Мы с вами можем вступить в брак, можем провести ритуал, вот только единственная энергия, которую я приму в ходе ритуала, будет ваша. Магия Уиллена, носительницей которой вы, Лия, являетесь, вызовет во мне такое же отторжение, как любая другая, - бесстрастным профессорским тоном вещал он.

Сердце мое на мгновение замерло, споткнувшись о холодное «вы». Атрей явно хотел создать дистанцию между нами. Хотел отгородиться, но я не из тех, кто отступит после первой же неудачной попытки.

- И что? Значит, ты возьмешь не его магию, а мою. Это ничего не меняет, - голос мой был тверд, а где-то в животе поселилось, свернувшись тугим комком, напряжение.

- Если я заберу твою магическую силу, то все, что тебе останется, это взятая у Уиллена. Магия Ривера Уиллена все еще несет отпечаток его сущности. Это не нейтральная энергия, а нечто, пропитанное тем, что творит этот человек. Каждая пытка, каждое убийство, которое он совершил, эмоции, вложенные в его чары. Даже сейчас, когда его силы занимают не более пятидесяти процентов от общего количества твоей магии, ты ощущаешь дискомфорт. Ты привыкла называть это приступами проклятья. А теперь представь, какие будут ощущения, если сдерживающий плотину барьер исчезнет? Твоя магия больше не будет отгораживать тебя от магии Ривера Уиллена. Это будет пытка, Лия. Мы не можем прибегнуть к твоему варианту, каким бы сильным ни было для меня искушение.

Я была готова спорить, противостоять, предлагать другие варианты и спрашивать, можно ли что-то придумать, но так уж сложилось, что поспорить с чародеем относительно способов вернуть ему магию мне в тот раз так и не довелось. Может, это и к лучшему, я же считала, что нет. Как знать, вдруг, будь у нас в тот раз еще несколько минут, мы бы нашли другой выход, придумали бы идеальное решение. Судьба, однако, повернула все иначе.

Дом вдруг содрогнулся до самого основания. Пробирки, мензурки и колбы жалобно задребезжали.

Стойкое чувство дежавю сотней покалывающих мурашек пронеслось по моему загривку. Точно так все началось в прошлый раз.

- Атрей? Это Уиллен, да? – совершенно спокойным голосом поинтересовалась я.

- Он понял, что не может атаковать твой разум и попытался напасть на дом. Но, как видишь, безуспешно, - самодовольная улыбка скользнула по его хмурому лицу, смягчив суровую линию строго сжатых губ. – Мою защиту не пробить даже магу, поглотившему столько энергии, сколько это сделал Уиллен. Я немного модернизировал классическое заклинание и усилил базовые защитные чары некоторыми своими разработками. И, кажется, работает.

Действительно. После нескольких толчков все стихло. Словно обычное землетрясение посетило нас и отправилось дальше, сотрясать новые земли.

- А вот это уже интересно, - Атрей слегка склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то.

Я вся обратилась в слух. Не буквально, конечно - даже если такая магия существует, то мы ее еще не проходили. Я обратилась в слух абсолютно и стопроцентно метафорически и ни в коем случае не буквально. Но.. Не услышала ровным счетом ничего.

- Что там? – на всякий случай шепотом спросила я.

- Стук в дверь, - так же тихо ответил чародей. – Полагаю, это можно назвать так. Если прежде Ривер Уиллен ломился сквозь защитные чары как пират, лезущий на абордаж, то теперь он безупречно вежливо постукивает, как это сделал бы лакей в белоснежных перчатках.

- Думаешь, хочет нас выманить?

- Вряд ли. В любом случае, не помешает пройтись к границе защитного круга и посмотреть, какого черта ему здесь надо. Чем больше информации, тем лучше. Ускользнул ли он от Иветты и Питера или случилось что-то похуже?

- По-твоему, он мог их?.. – невидимая ледяная рука сжала мое сердце. Неужели веселая язвительная Иветта и ее любящий жених и невозмутимый начальник в одном лице... Нет! Я решительно отказываюсь верить в такой исход!

Мы вышли из лаборатории. Дом был тих и спокоен. Кроме нас двоих здесь никого не было. Атмосфера домашнего уюта и покоя. Сложно представить, что там, за границей защитных чар нас подстерегает что-то.

- Похоже, что он оставил нам послание.

Я взглянула в указанном Атреем направлении. Действительно, сквозь оконное стекло гостиной виднелось красно-рыжее зарево. Словно бы там, за калиткой, разгорелся пожар.

- Быстрее! За мной, - приказал чародей.

Мы пролетели сквозь гостиную и холл со скоростью, каких доселе не знал почтенный дом не менее почтенного господина Атревари. Пройдя через сад и выйдя к калитке, мы увидели ее. Огненная надпись висела в воздухе, плавно покачиваясь от легких порывов вечернего ветерка.

ОНИ ПОКА ЖИВЫ.

Глава 10. Несносные ученицы, которые никогда не делают то, что им велят.

- У него Иветта и Питер! – охнула я, прижимая к губам дрожащую ладонь.

- Боюсь, что так и есть, - угрюмо кивнул Атрей, отворачиваясь к надписи.

О, я узнала его плавные изящные движения. Он читал чары Уиллена. Выжимал из этих пламенных букв всю информацию, какая там только была.

- Есть что-нибудь? – выглядывая из-под локтя чародея, поинтересовалась я.

- На чарах отпечаток магии Уиллена. Писал точно он, вдобавок..

- Можем ли мы быть уверены, что он сказал правду? – перебила Атрея я.

- Иветта у него, - хмуро подтвердил чародей. – Ривер Уиллен сильный маг. Он вплел частичку энергии Иветты в свое заклинание. Это что-то вроде опознавательного знака для нас. Чтобы мы смогли опознать и подтвердить, что это действительно она.

- Мы должны помочь им!

- Должны. И поможем. Только не мы, а я один. Лия, ты останешься здесь.

- Что? – опешила я, но он оставил мой вопрос без ответа. – В каком смысле, останусь здесь? Если ты думаешь, что можешь так просто меня проигнорировать и бросить в доме одну, гадать, жив ли ты, живы ли Иветта с Питером, то ты меня очень плохо знаешь, Атрей Морт!

Никакая субординация, никакое уважение к человеку, изменившему мою жизнь и взявшему меня в ученицы, не могло остановить меня.

Одним движением изящной, но сильной руки Атрей развеял зловещую надпись и устремился прочь, пронесся сквозь сад и дом в лабораторию. Там чародей подверг быстрой, но тщательной инспекции шкаф с готовыми зельями. Ловкими движениями он укладывал пузырьки и флаконы в небольшой кожаный саквояж.

- Лия, слушай меня очень внимательно. Защитного зелья тебе хватит на какое-то время. Принимай его вовремя и без пропусков, пока не закончится. Как только закончится, свари еще. Рецепт я тебе оставляю на столе – толстый темно-коричневый том в тканевой обложке. В качестве закладки листок бумаги, на нем мои пометки и изменения. Ты одаренная ведьма, разберешься, что и как. Дальше, в моем кабинете в запертом ящике стола письма. Разошли их адресатам. Это надежные люди, одни из немногих, кому я могу доверять, они помогут. В том же ящике ты найдешь документы на дом и прочее мое имущество. Всё отныне принадлежит тебе. Кажется, все, - он придирчиво осмотрел лабораторию, то ли прикидывая, все ли взял, то ли прощаясь. – И еще, за ворота не выходить ни в коем случае. Это ясно?

Он не надеется вернуться. Даже не рассчитывает на такой вариант.

- Стой! Что ты собираешься делать? Ривер Уиллен поглотил магию множества чародеев, у тебя же лишь половина своей собственной магии, а то и меньше. Что ты можешь противопоставить ему, Атрей?

- Что-нибудь придумаю, - беззаботно усмехнулся он. – Я тоже не так-то прост, Лия. Пара тузов в рукаве припрятаны. Хмм.. Знаешь, такое чувство, будто я что-то забыл.

Здравый смысл он забыл! Ну что за несносный человек? Вот хочется ему умереть, так пожалуйста, я же не против, только не сегодня.

- Меня. Господин Атрей Морт, вы забыли меня, - развела я руками. Мол, пожалуйста, вот она я – Лия Ардели, двадцать лет, рост средний, глаза есть, магический дар в наличии.

- О, ну конечно! – воскликнул он, не обращая на меня ровным счетом никакого внимания.

Или я превратилась в невидимку? Какое еще может быть объяснение тому факту, что этот чародей игнорирует меня самым бессовестным образом!

- Совсем забыл проверить почту. Я послал кое-кому весточку, чтобы приехал и помог тебе разобраться со всем этим.. – он обвел рукой лабораторию, котел с защитным зельем и, наконец, меня. – Жди тут, я сейчас вернусь.

С этими словами Атрей выскочил из лаборатории и бросился наружу к почтовому ящику. Я осталась на месте, возмущенная и беспомощно хватающая ртом воздух. Хотелось сказать так много. Пожалуй, даже слишком много. Моя предполагаемая речь кишела теми самыми словами, которые, по мнению моей доброй матушки, благовоспитанной девушке знать ни в коем случае не подобает.

Может, именно поэтому я проглотила все рвавшиеся наружу крепкие выражения и чинно прошла в гостиную, куда несколькими мгновениями позже ворвался Атрей (нет, серьезно, этот человек разучился нормально ходить? Перемещается по дому как какой-нибудь ураган Жаклин по пустоши).

- Лия, здесь письмо, - бросил он мне, держа в руке узкий конверт из кремовой бумаги.

- О, нет! Нет, нет, нет. Когда ты произнес эти слова в прошлый раз, все закончилось не очень хорошо. Я до сих пор понятия не имею, кто прислал мне то странное послание и какие у этого человека намерения, - воскликнула я, отходя подальше от загадочного конверта. – И вообще, не меняй тему. То, что ты собираешься сделать, форменное самоубийство. Я ничего не имею против, пожалуйста, можешь свести счеты с жизнью, когда только пожелаешь, но не сейчас же!

Я готова была нести любую чушь, взывать одновременно к лучшим и худшим чувствам чародея. Все что угодно, только бы он остался. Давить на совесть и мое назаконченное магическое обазование, угрожать, что сожгу все его записи, если Атрей все же уйдет. Готова была вцепиться в него руками и ногами, лишь бы он не сделал ни шагу за порог. Некоторым мужчинам просто необходимо героически умирать время от времени. Некоторые женщины категорически не приемлют такого развлечения. Если хочется сделать что-нибудь героическое - возьми котенка из приюта или пожертвуй денег сиротскому дому. Или наоборот, возьми сироту домой и пожертвуй денег приюту. Все что угодно, но не самоубийство же! Я прекрасно понимала, что Атреем движут благородные причины, что Иветта и Питер могут умереть в любой момент, но потерять своего чародея не могла. Это выше моих сил. У каждого человека есть предел, крайняя точка, дальше которой ступить он не может. Так вот, кажется, я нашла свою.

- Это письмо от твоего отца, - невозмутимо ответил чародей и протянул мне конверт.

- Ну, ладно, - я настороженно насупилась и взяла письмо.

- Я буду в кабинете. Полистаю литературу, нужно кое-что уточнить. И предупреждаю, никаких фокусов! Ты останешься здесь и точка. Ах да, и насчет женитьбы я не передумал, - с этими словами Атрей исчез, а я осталась один на один с письмом.

Несколько минут я стояла, не решаясь вскрыть его. Отец вряд ли стал бы писать по пустякам. Наверное, дома что-то случилось. И вряд ли это что-то хорошее. Стоя там, посреди гостиной, с конвертом в руке, я чувствовала себя ребенком, который закрывает глаза, чтобы спастись от беды. Если я не вижу угрозу, то и она не видит меня. Нет, Лия, так нельзя! Я уже давно не ребенок и прятаться от плохих новостей не стану. На мне синее платье, матушкино благословение, а значит, я справлюсь.

Что если Ривер Уиллен добрался до моей семьи? Пальцы мои легонько подрагивали, когда я вскрывала конверт. Быстро пробегая глазами строчки, выхватывая лишь отдельные слова и фразы, написанные твердым отцовским почерком, я молилась, чтобы все было хорошо.

Дорогая Лия! … В ночь городского праздника… Эля.. ушла из дома… письмо своему другу… ждем вестей… отправляется искать биологических родителей… Эмма.. дриада… Александр Крамер… Закари… ведьма…

- Что? – не веря своим глазам, я вернулась к началу письмо и перечитала его еще раз.

Нет, все верно. Эля уехала в столицу, чтобы найти себя и разобраться в том, кто она такая – что значит разобраться? Я и так знаю, кто она. Моя маленькая милая сестренка. Эля, которая каждое утро тратит уйму времени, чтобы выпрямить свои буйные кудри. Эля, которая стала незаметной, но незаменимой поддержкой для меня, когда умерла матушка. Она всегда была так уверена в своей правоте, уверена в том, как надо себя вести, что говорить и делать, и именно в этой уверенности я черпала силы. А теперь она ушла из дома, чтобы найти свое место в жизни..

Когда мои мечты стали только моими? Я была уверена, что делаю это все для нас: папа, Эля, Эмма и я. Отец пишет, что постарается найти Элю и присмотреть за ней, но вмешиваться без крайней необходимости не будет. Ей уже восемнадцать. Она взрослый человек.

А малютка Эмма? Моя маленькая милая Эмма! Бунтарка и лучница. Эмма, чей звонкий смех способен рассеять любую печаль. Она отправляется в лес, чтобы исправить ущерб, невольно нанесенный Александру и найти своих биологических родителей! Ох, тут не одна шокирующая новость, а сразу несколько. Оказывается, Эмма мне вовсе не сестра. Да, слишком много для одного дня. Надо присесть.

На ватных ногах я доползла до кресла и тяжело упала в него. Ну что же, кажется, моя семья уже не так остро нуждается во мне. Они любят меня, очень любят, но моя неустанная опека и неусыпное внимание им больше не нужны. Только в этот момент я вдруг поняла то, что мне давно пыталась втолковать лучшая подруга. Эрда твердила и твердила, что сестры уже достаточно взрослые и нужно дать им жить своей жизнью, а я отмахивалась от нее. Ну что же, кажется, она была права.

Итак, Лия Ардели, что же у нас есть: обе твои сестры, а Эмма была и останется моей сестрой, покинули Крумберг и отправились улаживать свои личные дела. Отец поехал к ведьме, а после он собирается в столицу, искать Элю. Искать, но не вмешиваться, как пишет он. Маленький домик Ардели закрыт, а члены семьи разбрелись кто куда.

Все это подводит меня к одному единственному решению – я должна, могу и сделаю это – отправлюсь вместе с Атреем Мортом в логово Ривера Уиллена. Нужно задушить эту змею, иначе он не даст спокойно жить ни мне, ни многим другим.

Вот только.. Недоведьма и чародей с половиной магии.. Мне нужно что-то придумать. Нужно принять решение. Нужно найти решение. Ответ где-то здесь, я чувствую это.

А что если?.. Да, настал тот самый миг.

Глава 11. Хорошее дело браком не назовут.

Брак, если уж говорить правду, зло, но необходимое зло.

Сократ

Аккуратно разворачивая слои коричневой бумаги, я гадала, что же там внутри. Анатоль сказал, что я пойму, когда настанет тот самый миг. Он заверил меня, что я узнаю, когда придет время открыть его. Кажется, он был прав. Что-то внутри меня было уверено, что настало время. Может, это та самая ведьминская интуиция, о которой не устает говорить Атрей, а может надежда и отсутствие другие идей… Да, я отчаянно хватаюсь за соломинку, но чутьё подсказывает, что Анатолю можно доверять. Его прощальный дар вспомнился мне не просто так.

Внутри свертка оказался металлическая шкатулка шарообразной формы, разделенная на секции, словно яблоко на дольки. Шкатулка, или, скорее, контейнер, была украшена тонкой вязью узоров, змеившихся по ее поверхности. Открыв наобум одну их шести на вид совершенно одинаковых секций - для этого наверху, примерно там, где у яблока располагался бы черенок, находились маленькие выступы, потянув за которые можно было выдвинуть секцию – я увидела внутри какую-то смесь сушеных трав и специй. Вторая секция, третья – все то же самое. Один за другим я раскрывала бронзовые лепестки этого диковинного и невероятно изящного изделия в надежде найти объяснение или инструкцию. Наконец, в пятой по счету я обнаружила помимо привычного содержимого еще и небольшую туго свернутую записку.

Маленькая госпожа, правильный горячий шоколад способен спасти практически любую ситуацию. Все, что тебе нужно, это правильный рецепт. Здесь шесть смесей для шести видов шоколада. Используй их правильно и будь благоразумна.

На обороте был перечень смесей:

Двигаясь по часовой стрелке, начиная с этой секции, ты найдешь:

- Решимость и храбрость. Эта смесь разжигает кровь и воодушевляет воинов.

- Покорность и податливость. Горячий шоколад, способный склонить на твою сторону любого противника.

- Умиротворение и сон. Подарит ночь, полную покоя и сон без сновидений.

- Пылкая страсть. Обжигающий напиток, способный разжечь огонь желания в любом, даже самом холодном сердце.

- Ясность разума. Ум, отточенный, как бритва, будет способен, отринув лишние эмоции и пустые тревоги, принять логичное и рациональное решение.

- Душевное тепло. Это твоя личная смесь, моя маленькая госпожа. Она подарит тебе тепло и вдобавок очень хороша на вкус.

P.S. Эти смеси вовсе не безобидны, Лия. Пользуйся ими с умом и будь осторожна.

P.P.S. Из одного фунта яблок опытный повар может приготовить не меньше полудюжины разных блюд. Иногда вещи больше, чем кажутся на первый взгляд. Шкатулка гораздо вместительнее, чем может показаться.

Вот оно, мое решение. Выход из этой ситуации. Прочие методы показали свою полную несостоятельность. Теперь буду действовать решительно и жёстко.

о о о

- Атрей, я бы хотела извиниться, - робко просунула я голову в дверной проем.

- Хотела, так извиняйся, - буркнул он, не отрываясь от книги и делая пометки на полях.

- Ну, я тут… - немного сдулась я, но тут же приободрилась, глянув на чашку в своих руках и энергично продолжила: - Поняла, что была неправа и прошу прощения за непростительную назойливость. Вот, горячего шоколада тебе принесла в качестве извинения. Для работы мозга полезно, - солнечно улыбаясь и изо всех сил стараясь выглядеть как можно более безобидно, я протянула ему чашку.

- Горячий шоколад? – Атрей смерил меня и плод моих (и анатолевых, но об этом ему знать не обязательно) усилий недоверчивым взглядом, но подношение все же принял. – Я приятно удивлен. Не хотелось расставаться на плохой ноте. Ты, Лия, иногда бываешь упряма, как тысяча ослиц. Я и подумать не мог, что так легко сдашься, - признался он, делая глоток.

- Ну, у меня было время все обдумать. Папино письмо прочитала, взглянула на все трезвым взглядом. Действительно, я ведь толком и не знаю ничего еще, какая от меня может быть польза, да? – с невинным видом тараторила я. Для пущей уверенности даже попыталась распахнуть глаза пошире, ну, вроде как у куклы, так Эля часто делает, но дольше пары секунд продержаться не смогла. - Я лучше за домом пригляжу, сад прополю, а то он зарос так, что даже подойти страшно.

- Только не сад! – вскинулся чародей. – Ни в коем случае не сад. В прошлый раз ты чуть не убилась, давай не будем повторять эксперимент.

- Ты про то ядовитое растение, ясенец какой-то там, которое для меня оказалось не таким уж ядовитым, то есть вообще не ядовитым? – поинтересовалась я.

- Именно про него, - мирно подтвердил чародей, оглаживая длинными пальцами теплый фарфоровый бок чашки. – Так что даже не вздумай делать ничего опасного или того, что может повлечь за собой опасность.

- Как думаешь, у меня и правда иммунитет к этому ясенцу?

- У меня было время поразмыслить об этом случае и я пришел к выводу, что дело в твоей двойной магии. Она создает что-то вроде особого поля вокруг тебя. В некоторых ситуациях это поле выполняет защитную функцию..

- Как в случае с ясенцом, - вставила я.

- ..А в некоторых наоборот, - продолжил Атрей. - Неиспользуемая магия в сжатом и скрытом состоянии, ее становится слишком много и.. – чародей неопределенно помахал рукой в воздухе. – Происходят разные случаи.

Речь Атрея заметно замедлилась, а взгляд слегка затуманился. Кажется, подействовало.

- Ага. Разные случаи. Понятно, - кивнула я. – Послушай, Атрей, а можешь мне рассказать о заключении брака магическим способом? Очень хотелось бы прояснить некоторые детали, – изящно и незаметно сменила я тему.

А чего тянуть? Кажется, объект уже тепленький, можно брать.

- Могу, но зачем?

- У меня сугубо научный интерес. Я когда-то читала, что для заключения магического брака не нужны ни свидетели, ни работник мэрии, только брачующиеся, представитель стихии и немного магии.

Все же есть польза и от уилленовской магии во мне. Если бы я не страдала от «проклятья», то не заинтересовалась бы теорией магии и не перечитала бы все, что только есть на эту тему в городской библиотеке, начиная от недостоверных справочников, написанных несколько сотен лет назад (ага, тот самый, согласно которому чародеи вступают в сговор с нечистой силой ради обретения магии и после ритуала у них отрастает хвост) и заканчивая невесть как оказавшимся там учебником теоретической магии.

- Совершенно верно, - подтвердил Атрей. – Лия, у тебя довольно недурной багаж знаний на эту тему. Для заключения брака достаточно призвать в свидетели огонь, воду, воздух или землю, дать клятву и скрепить ее магическими узами. Простейшая задачка. Можно управиться за пятнадцать минут. Собственно говоря, в былые времена так и делали.

- Отлично. Раз уж это так просто, то, может, поженимся сейчас? – как бы невзначай предложила я.

- Зачем? – вяло поинтересовался чародей.

В его темных глазах всегда светился острый ум, порой приправленный ноткой юмора или даже ехидной насмешкой, порой там таился обжигающий ледяной холод, но никогда еще взгляд Атрея не был полон такого покорного равнодушия. Словно ему все равно, что с ним сделают. На мгновение я пожалела о сделанном. Это неправильно, так поступать с ним! Чем мой поступок лучше того, что совершила Одетта? Но нет, я делаю то, что должна. Одетта отняла, я же желаю вернуть. Я знаю, что добровольно Атрей не примет мой дар. Он думает, что лишит меня тем самым будущего. Думает, что магия Уиллена, не сдерживаемая моей собственной, станет для меня непосильной ношей, но это не так. Я знаю, что справлюсь.

План прост и надежен, как госпожа Норбрехт, разносящая горячие новости в каждую, по ее мнению, приличную гостиную Крумберга. Итак, мы с Атреем женимся, потом я передаю ему свою магию, а мне остается энергия Ривера Уиллена. Затем мы вместе идем к убежищу Уиллена, спасаем Иветту и Питера, обезмагичиваем (такое слово вообще есть? Ну, даже если слова нет, то понятие такое существует) злодея и отправляем в родной мир, обживать тамошнюю тюрьму. Магия мерзкого гада, живущая все эти годы во мне, перестает быть такой мерзкой и становится моей собственной. И в результате Атрей снова может полноценно колдовать, Иветта и Питер свободны и мирно возвращаются в свой мир, а я живу спокойно без приступов, перестав испытывать весь спектр ощущений со стороны и жертвы, и палача.

Вот и все! Вроде бы ничего не забыла. Ой! Все же одну деталь упустила. Когда все закончится, мы с Атреем тихо и мирно разводимся. Вот теперь точно все. Да, признаю, план не без недостатков, на каждом его этапе что-то может пойти не так, но это лучше, чем ничего.

- Зачем женимся? Э-э-э.. Ну, так ты же сам этого хочешь, - нашлась с ответом я.

- Разве? – безразлично поинтересовался чародей.

У меня возникло ощущение, что он задал вопрос только для того чтобы поддержать разговор. Из вежливости что ли.

- Да-да, - энергично закивала я. – Тебе очень важно, чтобы мы вступили в брак немедленно.

о о о

Свадьба прошла довольно быстро. Немного утомленная и встревоженная невеста и равнодушный ко всему происходящему жених. В общем, самая обычная свадьба, как у всех.

Огонь, призванный в свидетели, принял наши клятвы, магия закрепила наши узы. Отныне мы с Атреем муж и жена. Оказывается, чтобы выйти замуж нужен только какой-нибудь жених и пять минут.

Не зная, сколько будут действовать чары доброго повара, я хотела сделать все как можно быстрее. Атрей меня убьет, когда очнется. В лучшем случае покалечит. Нет, об этом думать нельзя. Спокойно, Лия, паниковать будешь потом.

Увы, все-таки мы с удачей не в ладах. Мой новоиспеченный муж пришел в себя прямо посреди ритуала передачи сил. Ну, на самом деле, ближе к концу, но все равно неприятно. С другой стороны, я, что, рассчитывала, что дурман, наведенный горячим шоколадом, продлится достаточно долго, чтобы мы успели покончить со всеми делами и я смылась куда-нибудь в другой мир, подальше от гнева Атрея?

В общем, сначала все шло довольно хорошо. Для того чтобы ритуал прошел как полагается и чародей забрал именно мою магию, а не силы Уиллена, которые убьют его, пришлось начертить сигил и действовать через него. Магия покидала мое тело, вырываясь и перетекая в него. Вначале бурный поток спустя некоторое время – понятия не имею, сколько прошло: часы, минуты, секунды? – обмелел и превратился в спокойные и тихие воды, несущие то Атрею Морту то, что всегда должно было принадлежать мне.

- Лия! – встревожено окликнул он меня и оборвал связь.

Отдача больно стукнула меня по самому центру магического ядра, но я даже не поморщилась. Эта боль была наименьшей из моих проблем.

Чародей выглядел так, словно внезапно очнулся от сна. Пелена спала с его глаз, и он увидел нас обоих, сидящих в центре сигила и вершащих ту магию, которая причинила ему столько боли в прошлый раз.

- Лия! Ты хоть понимаешь, что наделала?! – ни следа волнения за вашу покорную слугу не осталось. Все смыла холодная ослепительная злость. Ой! Кажется, сейчас будут убивать.

- Господин Морт, я не хотела! Выхода другого просто не было. И потом, - заискивающе улыбнулась я, - Всё ведь хорошо прошло. И неужели это так плохо – быть женатым на мне? Тем более что это ненадолго: победим Уиллена, спасем наших пришельцев и разведемся.

Так, надо его заболтать и делать ноги. Дам часок-другой отдохнуть и прийти в себя, а потом покаюсь, и он меня простит. Просто и изящно.

- Да при чем здесь брак? – отмахнулся он от моих слов, как от назойливых продавцов копченых креветок на пляже. – Ты хоть понимаешь, что если бы ритуал не прервался, я бы выкачал из тебя всю магию? – металлические нотки зазвенели в его голосе. - Только берущий может прервать цепь. Опоив меня, ты подписала себе смертный приговор. Если бы не моя устойчивость к некоторым видам дурманящих зелий, я бы не пришел в себя так рано и сидел бы, не моргнув глазом, глядя на то, как ты умираешь!

- Почему умираю? – пискнула я.

- Потому что, выкачав всю энергию до последней капли, я тем самым убил бы тебя! – взревел он. - Всегда должна оставаться одна капля сил, понимаешь? Без магии нет ведьмы, без ведьмы нет магии, Лия! Как по-твоему, что будет с чародеем, если выкачать из него всю магию? В том-то и дело, что ничего не будет! - не дав мне даже раскрыть рот, прорычал Атрей. -

- Да, но..

- Вот поэтому бестолковые девицы без образования не должны совать свой нос в то, чего не понимают! – обессилено пробормотал он, зарываясь пальцами в свои темные волосы.

- А в целом всё ведь хорошо прошло? Попробуй колдануть что-нибудь! – с энтузиазмом предложила я.

- Лия! – Атрей все-таки невероятный человек. Мое имя, в котором нет ни одной рычащей буквы, он как-то ухитрился прорычать. Талант. Вот прямо смотрю на своего супруга и умиляюсь. Ну, кому еще могло такое счастье достаться? – Будущее тебя хоть немного волнует? А твоя жизнь?

- Конечно, - немного обиделась я. – Я же не дурочка какая-нибудь. Уже и спросить ничего нельзя, сразу кричать начинаешь. Знаешь, что? Принесу тебе брошюрку о насилии в семье, ознакомишься. А то я уже вижу, каким будет наш брак. Ты станешь кричать и тиранить меня, а я буду тратить свои нервные клетки и лучшие годы на озлобленного супруга. И ведь это еще суток не прошло с момента бракосочетания, а ты уже так себя ведешь!

Меня понесло, и ничего с этим поделать я не могла. Видела, что предохранительные клапаны чародеевой ярости уже на пределе, но остановиться не могла. Да, я чуть не умерла. Да, я без спроса поженила нас с Атреем. Да, я отдала ему свою магию и осталась с пугающей и черной энергией Ривера Уиллена, но это все не имело ровным счетом никакого значения. Меня переполняла такая легкость, что я могла бы взлететь сию же минуту и, казалось, только мрачный прожигающий взгляд Атрея удерживал его ученицу и – самой даже не верится – жену на этой грешной земле, иначе вышеозначенная девица уже парила бы где-нибудь в облаках не хуже острокрылой ласточки.

- Лия, - ровным тоном произнес мой – всё ещё не могу поверить – супруг. – Скажи, пожалуйста, ты когда-нибудь слышала историю о Синей Бороде?

- Это та, в которой бедную несчастную женщину пытался убить собственный муж? – робко уточнила я, аккуратно пятясь подальше от своего новоиспеченного супруга, делающего какие-то странные намеки.

- Нет, ты, видимо, что-то перепутала, - почти шепотом прервал меня Атрей, но я уже понимала, что он еле сдерживает свой гнев и боялась сделать вдох, чтобы не нарушить очень хрупкое равновесие. - В той истории бедный несчастный мужчина страдал от того, что его несносная жена совала свой длинный нос в дела, которые ее не касались. Легенды умалчивают, но я предполагаю, что эта женщина также совершенно не умела молчать. Уверен, если бы он имел возможность хотя бы иногда побыть в тишине, то никакого кровопролития бы не произошло.

- А вот я твердо убеждена, что у них просто психотерапевта нормального не было. Сходил бы на пару сеансов, проработал свои детские комплексы, глядишь, до сих пор бы жили! – легкомысленно пожала я плечами.

Кажется, я поняла, в чем дело. Одно из двух: либо в ходе ритуала повредился механизм, отвечающий за контроль над речью, либо мое сознание, подсознание и иже с ними решили, что раз я вернула Атрею магию и вдобавок нечаянно и скоропостижно вышла за него замуж, то он от меня теперь точно не избавится. А что? Выгнать на улицу недоучившуюся чародейку и единственную супругу он не сможет, а убить меня ему совесть не позволит. Да и жалко станет, столько сил и энергии уже вложил, и так просто убивать? Пожалеет, если не меня, то собственный труд.

- Ну вот что мне с тобой делать? – уже гораздо мягче спросил Атрей.

- Учи, - просто ответила я.

- Это само собой, - махнул рукой чародей. – Ладно, значит, благодаря твоему нездоровому энтузиазму…

- Прошу прощения, - нисколько не смутившись, перебила его я. – Я регулярно прохожу медицинские осмотры и твердо знаю, у меня все здоровое, даже энтузиазм.

Он бросил на меня мрачный взгляд, и я поняла: в жизни каждого человека однажды наступает момент, когда он осознает, что пришла пора заткнуться. Ну, сверкающая вспышка и озарение – вот, мол, пора. И по-моему в моей жизни такой момент наступил прямо сейчас. Именно поэтому я быстро захлопнула рот, так, что даже зубы лязгнули, и всем своим видом изобразила почтительное внимание и неподдельный интерес ко всему, что сейчас изволит сказать Атрей.

- Так вот, - продолжил мой муж (интересно, я когда-нибудь привыкну к этой мысли или мы разведемся прежде, чем это случится?), - Из-за твоего вмешательства, Лия, мы оказались в непростой ситуации.

Я смиренно опустила глаза вниз. Понимаю, раскаиваюсь, я тут вообще не при чем, меня заставили. Теребя подол платья, я искоса посматривала на Атрея: проникся ли? Кажется, не очень. Вон, как сверлит взглядом. И бровь поднимает еще. Левую.

- Кхм. Ты сказал, что мы оказались в сложной ситуации. Но ведь к тебе вернулась магия! Разве это не решает львиную долю наших проблем?

- А что мы станем делать, когда ты начнешь сходить с ума из-за энергии Уиллена в тебе?

Чародей стоял, скрестив руки на груди. Весь его вид источал скепсис. Надо же, с какими пессимистами приходится иметь дело!

- Что-нибудь придумаем, - махнула рукой я. – Сейчас нам главное вернуть Иветту и Питера. Уиллен не убил их пока только потому что ему любопытно и забавно, но рано или поздно веселье закончится и тогда наших друзей ждет незавидная участь.

- Ладно, - вздохнул Атрей. – Собирайся, жена. Выходим через пятнадцать минут. Если не успеешь, твои проблемы, останешься здесь, под охраной защитных чар. Иди, - повелительным взмахом руки он отпустил меня собираться.

Я благоразумно решила не указывать ему на тот факт, что социальный статус несколько изменился, я теперь законная супруга известного чародея Атрея Морта и хорошо бы ему вести себя со мной повежливее. Не поймет. У некоторых людей то ли от рождения чувство юмора отсутствует, то ли просто атрофировалось за ненадобностью. Да и нервный Атрей сейчас какой-то. Лучше залечь на дно и не высовываться.

Быстрыми шагами, перепрыгивая через ступеньки, я взлетела по лестнице. Побросав в небольшую заплечную сумку вещи первой необходимости – ну, знаете, пара чистого белья, справочник заклинаний, пара зелий, в общем, обычные дамские штучки – я влетела в холл как раз, чтобы застать нетерпеливо вышагивающего Атрея.

- Еще минутка! У меня же есть минутка? – бросила я на ходу, мчась в сторону кухни.

Война войной, а обед по расписанию. Обстоятельства могут быть любыми, но взять с собой провизию все же стоит. А то мало ли что. Тем более, что от наколдованной еды проку мало – иллюзия она и на вкус иллюзия. В смысле, нет у нее вкуса. Эфемерное нечто, не имеющее питательной ценности, и используется только для оформления витрин. А что, удобно, нанял один раз чародея, он оформил все по высшему разряду. Во-первых, красиво, не папье-маше какое-нибудь, если торты, то они и выглядят как торты, мясо такое, что от настоящего нипочем не отличишь, в общем, загляденье. А во-вторых, не надо переживать, что испортится, каждый день переоформлять витрину и все такое. Да и покупатели не любят брать товар, неизвестно, сколько времени пролежавший под солнцем и сотнями взглядов прохожих. Так что для владельцев разных лавочек, конечно, не у нас, в Крумберге, у нас и чародеев-то не бывает, иллюзорная еда это прекрасный выход из положения. Ну а для нас, скромных колдунов и охотников на черных магов, мало что может быть лучше, чем ломоть настоящего хлеба и кусок самого обычного сыра.

Глава 12. Путь к Уиллену и путь в никуда.

- Значит так, план действий таков: выслеживаем Уиллена, потом…

- Жахнем по нему огненным шаром, освободим Иветту и Питера и пойдем праздновать победу в ближайший паб! – бессовестно перебила Атрея я.

- Почти, - краешком рта усмехнулся он, а значит, я своей цели все же добилась. – Желательно до прямого столкновения не доходить. Мы не знаем, на что он способен и какие тузы прячет в рукавах. Нам необходимо освободить этих работников секретной службы, которые ухитрились попасться, и очистить магию Уиллена, оказавшуюся в тебе. Ритуал не слишком сложный, но необходимо, чтобы маг, которому изначально принадлежала энергия, присутствовал.

Мы с моим новоиспеченным мужем карабкались по холмам, и единственное доступное развлечение в столь дикой местности – разговоры. Из-за защитного поля, установленного Уилленом вокруг своего убежища, портал Атрея перенес нас довольно далеко от эпицентра событий, и остаток пути нам предстояло преодолеть пешком.

Я шагала за чародеем, и, чтобы хоть как-то развеяться, несла всякую чушь и ждала, когда же у супруга появится нервный тик. Все равно развлечений больше никаких. А думать о том, что нас ждет впереди и удастся ли нам задуманное, мне совершенно не хотелось. Вот и оставалось либо развлекать нас обоих разговорами, либо смотреть на крепкую подтянутую фигуру чародея. День выдался теплым, так что он снял свой неизменный сюртук, и я имела удовольствие видеть его широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой, крепкую спину, переходящую в.. Тут я деликатно отворачивалась, поскольку анатомию магов еще не настолько хорошо знала и не могла быть уверена, что глаз на затылке у него нет. А то мало ли, смотрит насмешливо на глупую Лию Ардели, не способную перестать пялиться на этот образец идеальной мужской фигуры.

- Лия? – окликнул меня Атрей.

От его глубокого низкого голоса у меня почему-то мурашки побежали. Глупость какая! Сколько раз с ним разговаривала, сколько раз он на меня разъяренно шипел, и никогда такого не было. Наверное, это побочный эффект от блокирующего зелья. С этими зельями всегда так. Вот поэтому надо читать примечания, написанные мелким шрифтом – диарея, нервный тик, онемение конечностей, мурашки и трепетание странных насекомых в животе от одного только голоса придирчивого и зловредного чародея.

- Да-да! – наконец, откликнулась я. – Внемлю вам со всем вниманием, на которое я только способна, о мой супруг!

- Отставить ерничанье! – скомандовал он. –Ты в порядке? Если замечаешь хоть малейшие симптомы вторжения в твой разум, немедленно скажи мне. Я, видишь ли, вдовцом пока становиться не планирую.

- Ого! – удивленно присвистнула я. Совершенно неэлегантно, но разве в таких обстоятельствах можно оставаться утонченной? - Я думала, мы старательно игнорируем факт нашего бракосочетания. Ну, не вижу того, что мне не нравится, не слышу и не замечаю.

Атрей резко остановился и я, продолжая по инерции движение, врезалась ему в спину.

- Больно же! – пожаловалась я, потирая ушибленный нос. Какая же твердая у этого человека спина! Разве чародеям не полагается быть чахлыми задохликами?

Он обернулся и принялся, по своей давней привычке, прожигать меня взглядом.

- Ты думаешь, что я избегаю неприятных мне тем? – приподняв бровь, прохладно поинтересовался мой муж и зашипел как заправский змей (серьезно, эта способность входит в курс обучения Магической Академии?), – Лия, позволь мне кое-что прояснить: я отказался обсуждать наше бракосочетание и ритуал, проведенный тобой без моего согласия, исключительно ради твоего блага.

Вот теперь это уже какие-то другие мурашки. Не то чтобы мне стало страшно, но в сложившейся ситуации я сочла благоразумным немного отодвинуться от шести с лишним футов рассерженного чародейского тела.

- Не поддавайся, пожалуйста, иллюзиям, - практически мягко посоветовал он. - Не смей даже на мгновение вообразить, что я спустил тебе с рук самоуправство, - продолжил он. – Я отложил обсуждение некоторых действий из опасения, что могу быть слишком несдержан по отношению к своевольной девице, вообразившей, что она знает, что и как нужно делать. И то, что ты отправилась со мной, вовсе не означает, что я все еще доверяю тебе. Я несу за тебя ответственность. Как только мы закончим, ты получишь рекомендательное письмо для Магической Академии, - на одном дыхании отчитал меня Атрей.

- Ты от меня откажешься? – не веря своим ушам, переспросила я.

- Разумеется. Знаешь, я думал, что мне хватило одного раза, чтобы сделать выводы. Был уверен, что предательства Одетты достаточно и больше я на ту же удочку не попадусь, но я ошибся. Снова.

- Да, но я ведь хотела как лучше. И с тобой ничего плохого не случилось! К тебе вернулась магия! – запротестовала я.

- Фраза «информированное добровольное согласие» тебе о чем-то говорит? – язвительно спросил Атрей. – Я предпочитаю, чтобы люди, для которых одурманивание и проведение ритуалов над бессознательным человеком, приемлемо, держались от меня подальше. Сейчас мы с тобой отправимся к Уиллену и закончим наше совместное дело. В процессе мы будем крайне милы и любезны друг с другом. Но закончив, - он стоял почти вплотную ко мне и я видела мрачный огонь, горевший в темных глазах, - Ооо, закончив, мы с тобой разведемся и распростимся. После чего я всю жизнь буду молить небо, чтобы ты больше не попадалась мне на пути.

Ну, конечно, то есть это теперь выходит, что я такая нехорошая, насильно вернула ему магию?! Причинила добро невинному человеку. Ну да, взяла и вернула, и что?

Это не значит, что меня надо ставить на одну ступень со всякими.. Одеттами. И я хотела как лучше! Была уверена, что чародей посердится и простит.

- Знаете, господин Морт, я тоже жду не дождусь, когда же мы с вами разведемся и расстанемся. Думаю, что в Академии мне будет намного лучше. Сколько я у вас учусь? – поинтересовалась я и, не дожидаясь ответа, продолжила, - Вот именно. И чему я за это время успела научиться? Воду добыть смогу, это, конечно, факт. А в остальном? Так что для всех будет лучше, если я отправлюсь заканчивать свое магическое образование в настоящее учебное заведение.

Выпалив все это на одном дыхании, я на мгновение задумалась над тем, что только что сорвалось с моих губ. Эти слова были как минимум несправедливы, но остановить меня в тот момент не смогла бы даже покойная матушка, восставшая из могилы. Меня понесло. Вся горечь и обида, все переживания последних дней грозились вылиться наружу. Последняя соломинка сломала спину верблюду. Дамба прорвалась и все, что отравляло мне душу, теперь веселой рекой мчалось на свободу.

- И это я затронула только образовательный аспект наших взаимоотношений, ни словом не упомянув личное. Но не переживайте, настал черед и об этом поговорить.

- Хватит, Лия, - холодно оборвал меня Атрей.

- Нет, не хватит! Я стала вашей женой исключительно по воле обстоятельств, запомните это, Атрей Морт! Может, где-нибудь в столице вы завидный жених и первый парень во всей округе, но у нас, в Крумберге, вы всего лишь заезжий чародей. Что-то вроде уличного торговца и ярмарочного фокусника.. Да, эти двое в одном флаконе… И.. Прибавьте к этому отвратительный характер и абсолютную поглощенность работой, на алтарь которой ты готов положить свою жизнь, и получится весьма непривлекательный портрет. Я не вышла бы за вас замуж даже если бы вы были предпоследним мужчиной в мире! Ты неспособен распознать доброту и не отличаешь ее от злого умысла. Вы мне глубоко отвратительны!

Я сбивалась с «ты» на «вы» и наоборот, захлебывалась словами и невесть откуда взявшимися слезами. Это была настоящая истерика. В самом неприглядном ее проявлении.

Атрей схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул.

- Лия! – прошипел он, замер на мгновение и шепнул: - Кто-то приближается. Мы закончим нашу беседу позже.

Я нервно огляделась. Вокруг не было никого.

- И кто же это так вовремя…

- Тш-ш-ш, - оборвал он и, зажав ладонью мой рот, увлек меня за большой камень.

Я стояла, вжимаясь с одной стороны в твердый камень, а с другой в чародея. Не самое приятное соседство, особенно учитывая еще не высохшие слезы на моих щеках и рыдания, клокочущие у меня в горле.

Через несколько мгновений действительно послышался звук чьих-то шагов. Каблуки незнакомца звонко цокали по камням. Заклинание молнией заплясало на кончиках пальцев Атрея. Красноречивым взглядом и одной приподнятой бровью велев мне ждать в укрытии, чародей резко взметнулся в сторону, навстречу противнику и..

В последний момент он вывернул запястье, и заклинание попало в одинокую сосну, всеми правдами и неправдами цеплявшуюся за неплодородную почву. Дерево затрещало и, вспыхнув зеленым пламенем, исчезло.

Я осторожно высунулась из укрытия. Недовольный Атрей Морт стоял напротив столь же недовольного… барана. Животное хмуро глядело на чародея и он отвечал тем же.

- О, вот это противник как раз тебе под стать, - ухмыльнулась я. – У вас с ним довольно много общего, хорошо, что ты его не растворил. Уверена, вам будет о чем побеседовать. Сможешь провести время в свое удовольствие, жалуясь на вздорную Лию Ардели, обманом заставившую невинного чародея жениться на ней.

- Лия, я.. – он умолк, подыскивая слова.

- Непроходимый упрямец? – подсказала я. – Жуткий хам? Недоверчивый брюзга?

- Не привык добиваться своих целей, прячась за спинами женщин, - чуть резче необходимого произнес он. – Крайне неприятно осознавать, что ты поставила себя в такое уязвимое положение только из-за того, что хотела вернуть мне магию.

- И ты решил компенсировать это, накричав на меня? – не скрывая сарказма, уточнила я. – Браво! Извини, что не аплодирую, настроения что-то нет.

- Я пытался извиниться и объясниться. Лия, я действительно очень благодарен за то, что ты сделала.

- Да неужели? А мне казалось, что гордость перевешивает любую благодарность, - скучающе заметила я, изучая собственные ногти.

Да, маникюр надо бы обновить. Матушка любила говорить, что «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Я же всегда предпочитала первое второму, в глубине души, наверное, считая, что это взаимоисключающие понятия.

- Посмотри на меня, пожалуйста, - теплая ладонь аккуратно приподняла мой подбородок. – Знаешь, я даже благодарен этому барану за неожиданное появление.

Я недоверчиво фыркнула в ответ на такое неожиданное заявление.

- Да, если бы не он, уверен, здесь прозвучало бы очень много несправедливых и неприятных слов. Понимаю, что ситуация сложилась не так, как нам хотелось бы. Уверен, ты не об этом мечтала, когда думала о замужестве. Я все исправлю, - ласково заверил меня чародей. – Сейчас мы отправимся в пекло и там ты будешь вести себя тихо и не станешь высовываться.

Закатив глаза, я сочла необходимым уточнить:

- Господин Морт, вы точно со мной знакомы?

- Лия, - голос его был тверд и непреклонен. – Не встревай в неприятности. Ко мне вернулась магия, так что все будет хорошо. Главное, не подвергай себя опасности. Разберемся с Уилленом, тихо аннулируем брак и освободимся друг от друга. Ты сможешь строить свою жизнь так, как пожелаешь, словно всего этого не было.

- Ладно. Хорошо, - кивнула я.

Надо же, как не терпится вернуть себе свободу. Только что копытом не бьет от нетерпения. Кто бы мог подумать, что статус женатого мужчины так его отяготит? С другой стороны, Атрей теперь снова полноценный маг, конечно, он может найти себе партию гораздо лучше, чем я.

Я солнечно улыбнулась во все свои двадцать восемь зубов так, что аж челюсти свело от напряжения. Надеюсь, что это все же улыбка, а не оскал.

- Тогда нужно поспешить, чтобы поскорее избавиться от оков супружества. По-моему, прекрасный стимул побыстрее разделаться с Уилленом.

Глава 13. Места обитания темных магов.

- Э-э-э.. А ты уверен, что правильно навел чары? Может, ошибся в какой-то строчке заклинания? Такое бывает со всеми, и не стыдно в этом признаться.

Мы стояли на холме и смотрели на развалины старого особняка в низине под нами. Серое небо лениво плевалось крупными редкими каплями дождя. Пейзаж был абсолютно неживописным. Несколько иссохших от старости деревьев, возраст которых, наверное, исчислялся столетиями, невзрачные развалины дома и нескольких пристроек, причем время настолько не пощадило их, что уже нельзя было сказать, где что. Правое крыло особняка уцелело несколько лучше, а вот левое представляло собой груду камней разных размеров, в одном месте, правда, сохранилась даже часть стены, осколки битых стекол. В целом, зрелище было унылое, и представить себе кого-то столь могущественного, как Уиллен - а он при всех своих недостатках и полном отсутствии морали действительно был очень силен - ютящегося в этом месте, было сложно.

- А что, уже передумала идти? Если не роскошный замок, то вламываться внутрь и спасать друзей не так интересно? – чародей с деловитым видом перемещал флаконы с зельями из одних карманов в другие. В чем смысл этого мероприятия, я понять не могла, но сочла неразумным отпускать какие-то замечания.

- Просто мне казалось, что у Уиллена более утонченный и требовательный вкус.

Я еще раз взглянула на руины. Жилище некроманта здесь без труда могу вообразить, а вот убежище темного мага Уиллена – нет. Ну какой смысл порталами уходить в другой мир, если планируешь поселиться в таком жутком месте, что даже трактир «Голова тролля» - а поговаривают, что это самое гнусное и грязное заведение по эту сторону моря – по сравнению с ним довольно милое и уютное местечко.

- Во-первых, с силами Ривера Уиллена вполне можно поддерживать иллюзию таких масштабов практически неограниченное количество времени. Так что, может, там внутри роскошные хоромы. А во-вторых, есть вероятность, что ему удобнее в этой развалюхе. Может, он просто трагический персонаж? Хочет, чтобы им интересовались искренне, а не из-за того, что он способен создать дворец, достойный самой королевы, всего за пять минут.

- В том случае, если у него хватит на это фантазии. Когда Уиллен погрузил меня в иллюзию, ему не хватило воображения даже на паршивенький городишко. Гонял меня по пустыне целую вечность, а потом показал один несчастный особняк и то лишь издалека. Даже обидно.

- Да, обмельчали нынче темные маги, - подхватил Атрей с видимым облегчением. – Не то что в наше время.

Казалось, он был доволен тем, что я вновь стала собой. За последние несколько часов я не только не обмолвилась ни словечком о нашем семейном положении, но вообще преимущественно молчала, открывая рот лишь чтобы попросить чародея замедлиться или передать мне фляжку с водой. Ага, то есть ему не терпится от меня избавиться, потому что я задела хрупкое мужское эго, но при этом ему не нравится, когда я молчун? Эх, ну почему я не могу как Эля – молчать и вежливо улыбаться? Нет, я сначала пытаюсь спасти его, а потом пожинаю плоды недовольства этим фактом. Как же сложно жить эту жизнь!

- … и я совершенно уверен, что мы найдем их здесь, так что… Лия, ты в порядке?

- Да, в полном, - кивнула я. Ну, если не считать того, что я опять прослушала, что он там говорил.

- Ты опять прослушала все, что я говорил, - заявил он, и даже тени вопроса не было в его словах.

- Ничего подобного! Ты сказал, что заклинание верное, что Иветта и Питер где-то там и мы сейчас пойдем внутрь, всех спасем, а ты потом напишешь в Академию, чтобы мне засчитали этот променад как практику за первые два курса.

- Почти, - усмехнулся Атрей. – Держи, это тебе.

Флакон из темно-синего стекла перекочевал в мою ладонь. Темно-синий, хороший цвет. Может, он все же принесет мне удачу.

- Что это?

- На крайний случай, - серьезно сказал чародей. – Экспериментальное зелье, не уверен, что сработает, поэтому без крайней необходимости не используй. Зелье перемещения.

- Ну и шуточки у вас, господин Морт! Даже я знаю, что зелья перемещения не существует.

- Никаких шуток. Оно работает не по привычным нам принципам портала, а несколько иначе – разбирает твое тело на мельчайшие частицы, переносит их и собирает уже в другом месте.

- Как пазл, что ли?

- Что-то в этом роде.

- А если какие-то детали потеряются по дороге или перепутаются? У меня, что, будет голова в желудке или руки из зад…

- Я все рассчитал. Риски минимальны. Но без крайней необходимости все же не прибегай к этому способу. Будем считать, что зелье это просто страховка. Оно должно перенести тебя в безопасное место, если что-то пойдет не так.

- Это куда же? Если в секретный подвал, то учти, у меня не то чтобы клаустрофобия, но замкнутые пространства мне не по душе. А вот если безопасное место где-нибудь на солнечном пляже, то мог бы перенести меня туда пораньше, например, на прошлой неделе. Я как раз была свободна и легкий загар мне бы не помешал.

Мне было тревожно как никогда в жизни и я старательно прикрывала свою тревогу ничего не значащей болтовней. А если что-то действительно пойдет не так? В убежище Уиллена нас однозначно ожидает какая-то ловушка, иначе и быть не может. В конце концов, он сам нас вызвал, отправил огненное письмо, зная, что мы придем, не бросим Иветту и Фогга в беде.

- В нашу гостиную, - просто ответил Атрей и, поймав мой недоумевающий взгляд, сказал: - Зелье должно перенести тебя в нашу гостиную.

- А у тебя есть такое? – спросила я, стараясь не зацикливаться на словах «наша гостиная».

- Хмм.. Это экспериментальный вариант, - пряча глаза, ответил он.

- И? Тренируешься на кошках, это понятно, но где твое зелье на всякий случай?

- Я еще не до конца закончил разработку.

- И? Не увиливай, у меня две младшие сестры - могу переупрямить любого, - я скрестила руки на груди.

- Лия, не глупи, нам пора. И ты все еще моя ученица, а значит отчитываться перед тобой я не обязан. Мне кажется, ты в последнее время совсем позабыла о таком прекрасном изобретении цивилизованного человечества, как субординация.

- О, чудесно, ты вспомнил про субординацию. Значит, точно есть что скрывать, - я подошла ближе, практически вплотную, и, ткнув его пальцем в грудь, спросила: - Где. Твое. Зелье. Для. Перемещения?

- Лия, ты переступаешь все разумные и неразумные границы. Еще одно слово и я отправлю тебя домой.

- И в постель без ужина? – язвительно поинтересовалась я. - Атрей, я не ребенок! Зелья хватит только на одного, да?

О, я уже знала ответ. Увидела по выражению лица. Прочитала в глазах. И как я могла считать, что Атрей холоден и безэмоционален? Просто нужно уметь видеть, уметь читать.

- Говорю же, эксперимент. Сварил совсем чуть-чуть. Но знаешь, я почти уверен, что тебя не развеет по стране.

- Это была бы настоящая трагедия.

- Еще какая. Пришлось бы объясняться с твоей семьей, что довольно непросто, ведь твои сестры меня ненавидят.

- Только одна из них. У второй просто переходный возраст еще не закончился и она время от времени ненавидит абсолютно всех.

- А я-то думал, что я особенный, - печально вздохнул чародей. – Знаешь, меня так не прожигали взглядом со времен старшей школы.

- Когда все закончится, непременно расскажи, кого ты тогда так сильно рассердил.

- Исключено, Лия. То, что происходит в школе, остается в школе.

- Ладно, я спрошу у лорда Хартманна, - спокойно и с тщательно отмерянной щепоткой равнодушия ответила я.

- Только не у него! Он так приукрасит, что от правды ничего не останется.

- Клевещешь на честного человека! – драматично вскричала я. – Боги покарают тебя за это!

Тут я не выдержала и все-таки рассмеялась. Атрей тоже веселился вовсю – левый уголок рта слегка приподнялся в отдаленном (очень отдаленном) подобии улыбки.

- Готова? – посерьезнев, спросил он.

- Нет, но ждать мы больше не станем. Все будет хорошо. Знаешь, на меня однажды напала корова госпожи Московитц. Так вот, после той битвы мне вообще ничего не страшно. А вот тебе не помешала бы страховка. Может, все же заберешь зелье перемещения?

- Оно останется у тебя и точка, - безапелляционно сказал Атрей. - У кого больше шансов выстоять против Уиллена, у дипломированного чародея с опытом или у пигалицы, которая еще толком ничему не успела научиться?

- У меня есть преимущество – я ему интересна. По какой-то причине он не хочет меня убивать, ну, по крайней мере, пока. А вот вы, господин Морт, способны любого довести до смертоубийства.

- Достаточно поговорить с тобой пять минут, как он передумает. Так что не спорь. Для меня зелье не единственный способ убраться из этого места. Лия, пообещай мне, что если что-нибудь, хоть что-нибудь, пойдет не так, ты тут же вернешься домой.

- Хорошо, - обещание, которое я не собиралась выполнять, легко слетело с моих уст.

- Я серьезно.

- Я тоже. Как только увижу что-нибудь страшное – Ривера Уиллена, смертельную ловушку, таракана - тут же перемещусь домой, где в тепле и безопасности буду дожидаться твоего триумфального возвращения. Все, пойдем уже. Он наверняка уже нас заждался и скоро начнет выть от скуки, пугая всех окрестных животных.

Атрей в ответ на эту легкомысленную реплику лишь закатил глаза и молча двинулся в путь. Спускались мы довольно быстро и уже через три четверти часа (приблизительно, мой внутренний хронометр мог слегка заржаветь, так что за точность не ручаюсь) стояли у чугунных, изрядно покореженных временем и вандалами, ворот.

- Дамы вперед, да? – и, не дожидаясь ответа, я сделала шаг в сторону развалин.

- Ну, уж нет, - цепкие пальцы Атрея ухватили мой рукав. - Пойдешь за мной, след в след. И без фокусов, ясно?

- Ладно, как скажешь, - побежденно подняла руки я. - Просто думала, ты джентльмен. Хорошие манеры и все такое.

- Хорошие манеры для тех, кто норовит спрятаться за спиной женщины, - последовал ответ.

Мы медленно двигались по просторному двору, облицованному большими каменными плитами. Двор, как и весь особняк, явно видал и лучшие времена. То там, то тут громоздились кучи битых камней, опавшие листья и вековые деревья, расставшиеся с жизнью то ли из-за возраста, то ли сдавшись особенно сильному ветру.

- Скорее всего, они в западном крыле, - шепнул Атрей и указал на ту часть особняка, что была в лучшем состоянии. Здесь это слово означает: постройка, не представляющая собой груду камней, а помещение, в котором еще угадываются очертания стен, окон, дверей и прочих атрибутов человеческих жилищ.

- У тебя что, компас в голове? – прошипела я. – Как ты без солнца определил, что там запад?

- Я уже бывал здесь раньше. Когда-то давно. Очень давно, - ответил он, с упорством, достойным лучшего применения, присматривая место для следующего шага.

В когда-то широком коридоре теперь оставалась лишь узкая тропка, по которой можно было пройти. Внутренняя часть особняка отличалась от двора лишь тем, что здесь валялись еще и обломки мебели и обрывки истлевших тканей.

- Что ты тут делал? Не похоже, чтобы сюда водили экскурсии.

- Это что-то вроде фамильного дома. Моего фамильного дома, - объяснил он.

- Это твой дом? Вот это? – я некультурно ткнула пальцем в пол, будто предполагая, что возник какой-то коммуникативный барьер, и мы говорим о разных домах

- Да, это он. Владения Мортов во всей их красе. Нравится?

- Ну, здесь очень мило. Не помешает легкая уборка, конечно, а так довольно симпатично. И район тихий.

Заговорившись, я сделала неосторожный шаг и.… Провалилась прямиком во внезапно разинувшую хищную пасть пустоту.

Глава 14. Тьма и одиночество.

Многие люди боятся смерти и темноты по одной причине — они страшатся неизвестности.

Дж. К. Роулинг, Гарри Поттер и принц-полукровка

...развилка двух дорог.

Я выбирал с великой неохотой

Р. Фрост, Неизбранная дорога

Прохладная темнота с нотками сырости и затхлости окружила меня. Судя по всему, я лежала на холодном каменном полу не меньше четверти часа, поскольку очнулась довольно замерзшей.

- Атрей? – да, прозвучало довольно жалко. Какой-то писк испуганной мыши. Нет, так не пойдет, Лия Ардели!

Итак, любое дело, в том числе и спасение (а спасение утопающих, как известно, дело рук самих утопающих) начинается с плана. А любой приличный план начинается со списка.

Пункт первый: не паниковать. Это у меня, кажется, получается.

Хорошо, теперь надо постараться выяснить, одна я в этой неизвестности или судьба послала мне спутников?

- Эй! Здесь есть кто-нибудь? – шепнула я в темноту.

Ни единого шороха не раздалось в ответ, ничей голос не отозвался. Лишь звук моего прерывистого дыхания разрывал тишину.

- Иветта? Питер? Кто-нибудь! – уже громче заголосила я.

Ладно, переходим к следующему пункту – осмотр местности. Визуально я, к сожалению, это сделать не могла, так что пришлось полагаться на прочие органы чувств.

Слух – ничего. Тихо, как в могиле. Нет! Отвратительное сравнение! Не как в могиле, а, скажем, как в церкви во время мессы.

Обоняние? Хмм.. Пахнет сыростью и чем-то, для чего, кажется, еще даже слов не придумали. Я бы сказала, что так пахнет в старом заброшенном доме. Пустое пространство – гуляют сквозняки, царит какой-то нежилой дух. Кажется, я всё еще в полуразваленном поместье, которое, если падение во тьму не повредило мою память, является фамильным домом Мортов. А с Атрея я еще спрошу. Ну что за человек, а? Даже не подумал сказать мне об этом прежде, чем мы вошли. Да, ничего бы не изменилось, но мне приятно быть проинформированной.

Интересно, это была магическая ловушка и меня забросило в заботливо подготовленную Уилленом темницу или же просто остатки паранойи древних Мортов в виде плит-обманок? Я читала о таком: делаешь один неверный шаг, пол разверзается, и ты проваливаешься в уютный комфортабельный подвал. Конечно, в том случае, если для владельцев поместья пленники представляют какой-то интерес. Если же нет, то приземление будет жестким и пережить его шансов мало.

За этими размышлениями я постепенно ощупала пол и влажные стены. Я находилась в довольно широком коридоре. Неплохое начало. Коридоры, они обычно куда-то ведут. Значит, надо выбрать направление и придерживаться его.

Воодушевленная, я, поразмыслив немного, пошла направо. Не знаю, сколько времени я шла, но рано или поздно всему на свете приходит конец. Вот и мое путешествие по коридорам древнего поместья завершилось… тупиком.

Ладно, главное не паниковать. Если есть вход, значит, должен быть и выход. Это обычно так работает.

И вновь брела, ощупывая рукой шершавую стену, пока не вышла к развилке. Я выбирала с великой неохотой. Как сделать выбор, если у тебя нет никакой информации? Только наугад. Левый коридор показался мне чуть более привлекательным, и я нырнула в него.

Увы! Спустя одну небольшую вечность передо мной вновь перепутье и я снова выбрала левый коридор. Отец как-то сказал, что если заблудилась в лабиринте, нужно все время сворачивать направо. Каждый раз. Я же попробую каждый раз выбирать левый коридор.

Я сбилась со счета. Не знала, сколько прошло времени, сколько перекрестков я пересекла, но конца-края этому не было видно. Может ли быть такое, что судьба уготовила мне смерть в холодном подземелье, во тьме и тишине? Неужели именно так закончится моя жизнь? Нет-нет, ни в коем случае! Эля сказала бы, что такая гибель – признак дурного тона и дурного воспитания. Не скажу, что я образцово-показательная девица и пример благовоспитанности, но умирать в подобных обстоятельствах категорически отказываюсь!

Нужно подумать. Выход есть, просто я его не сумела пока увидеть. Да тут вообще мало что увидишь – темно, как в бочке.

Стоп! Уж с этим-то я могу кое-что сделать! Зелье! Зелье ночного видения.

Я чуть не рассмеялась от облегчения. Ну, конечно! Собираясь в наш великий поход против Ривера Уиллена, я прихватила с собой не только блокирующее зелье, но и флакон с зельем ночного видения – первое, что я сварила под чутким руководством Атрея - мой робкий шаг в мир магии. И именно он меня сейчас выручит! Кто знает, что именно я не смогла увидеть в этих темных коридорах? Может, тут указатели «Выход» висят, нужно только увидеть и сделать пару шагов в нужном направлении?

Да, все прочие вещи остались у чародея. Атрей любезно взял мешок, собранный мной в дорогу, так что провалилась я в эту темную мрачную дыру в полном одиночестве. Ох, от этого джентльменства сплошной вред, но ведь парочку флаконов с зельями «на всякий случай» я рассовала по глубоким карманам платья. Главное, чтобы они были целы. Скрестив на всякий случай пальцы, я полезла в карман.

Надежды мои оправдались: хрупкие бутылочки не пострадали во время моего падения в мрачную черноту. Теперь нужно только понять, какое из них для чего. Здесь ведь еще где-то затесалось зелье перемещения, не хотелось бы по ошибке принять его и переместиться домой. Обратно я вернуться не смогу – придется создавать портал, а этого мы не проходили еще. Нет, здесь правильный ответ может быть только один.

Перещупав и перенюхав каждый флакон по три раза, я выбрала, наконец, тот, который, как мне казалось, содержал зелье ночного видения.

«Только бы не зелье перемещения!» - взмолилась я и, на всякий случай, крепко зажмурившись, сделала большой глоток.

Меня не закрутило, не завертело и не выбросило в знакомой гостиной. Кажется, все же не зелье перемещения.

Осторожно приоткрыв левый глаз, я взглянула на окружающую меня действительность. Ох, в том флаконе действительно было зелье ночного видения.

Никогда еще прежде я не была так рада видеть, как рассеивается тьма перед моим взором. И это несмотря на то, что пейзаж даже с натяжкой нельзя было назвать впечатляющим. Толстые каменные стены, кучки крысиного помета в углах, полусгнившие факелы в факелодержателях и, в общем-то, все. Зато, по крайней мере, теперь, когда ко мне вернулась возможность видеть этот дивный мир, я смогу отмечать коридоры, в которых побывала. Так дело пойдет быстрее.

о о о

Кто сказал, что дело пойдет быстрее? Я? Какая глупость может иногда прийти в голову умной женщине!

Прошла еще одна средних размеров вечность (пришлось на всякий случай принять флакон атреевого варева, защищающего разум), а я ни на шаг не приблизилась к спасению. И желудок уже сводит то ли от волнения, то ли от голода. А может, и от того, и от другого.

В отчаянии я прислонилась к стене. Устала. Больше с места не сдвинусь. Проведу здесь всю оставшуюся, полагаю, не слишком длинную, жизнь.

О, никогда не ставьте небеса в осведомленность относительно своих планов! Только я успела принять такое вот железобетонное решение, как стена за моей спиной исчезла и я плюхнулась прямо на жесткий пол.

Потирая ушибленное мягкое место, я осторожно шагнула в проход.

- Есть здесь кто-нибудь?

Лишь тишина была мне ответом. Ну что же, пойду вперед. Я осторожно шла, прислушиваясь к каждому шороху, большую часть которых издавала сама, когда увидела какое-то сооружение в глубине ниши. Немного похоже на алтарь. Может, здесь Морты приносили жертвы? Очень надеюсь, что не человеческие, а то мне и без этого как-то неуютно в мрачной атмосфере подземелья.

Алтарь был усеян множеством различным символов: руны, сигилы, иероглифы и множество значков, предназначение которых мне было неведомо. Любопытство толкнуло меня на то, чего никогда бы не сделала более или менее здравомыслящая ведьма. Я дотронулась до семейного алтаря, имеющего неизвестное происхождение и неизвестное предназначение. О, будь я чуть более образованной, никогда бы сделала этого и тогда история пошла бы другим путем. Но, к счастью или, к сожалению, всё так, как оно есть и алтарь от моего прикосновения осветился мягким голубым светом, идущим откуда-то изнутри. Символы засияли и к ним добавились еще какие-то.

- Надо же, как интересно.. Кто бы объяснил, что это такое и для чего нужно, - пробормотала я, изучая древние знаки, отыскивая хоть что-нибудь знакомое.

- Предназначение конкретно вот этого сигила – увеличение магической силы членов семьи, - лекторским тоном ответил глубокий, полный достоинства и уверенности в себе, мужской голос.

- Кто здесь? – резким движением я вырвала останки факела из ближайшего факелодержателя и направила в сторону говорившего, - Не подходи! Я владею техникой особой борьбы!

- Что за борьба? – с любопытством поинтересовался голос.

- Особая! Специальная борьба, против которой вы ничего не сможете противопоставить.

- Юная леди, я уже в принципе мало что могу. И потом, если мое присутствие нежелательно, зачем тогда звали? – немного обиделся голос.

- Знаете, все это вызывает у меня стойкое чувство дежавю. Совсем недавно в моей жизни уже была такая ерунда – я думала, что очутилась в пустыне, а на самом деле один извращенец развлекался, показывая моему разуму цветные картинки. Где доказательство, что ты не иллюзия, посланная мне Уилленом?

- Начнем с того, что ни с каким Уилленом я не знаком. А вы разве не ведьма? Что вам подсказывает интуиция? Я принадлежу к стану ваших врагов, о подозрительная незнакомка?

И этот про интуицию. Мало мне Атрей о ней твердил что ли, теперь еще и голоса об том же! С другой стороны, если подумать, в пустыне у меня действительно было какое-то ощущение неправильности. Сейчас такого нет. Да и зелье защиты разума я принимала не так давно. Не думаю, что с тех пор прошло больше восьми часов.

- Ну, допустим, это не происки моих врагов, - вообще-то у меня был только один враг, да и не сказала бы, что мы с ним напрямую враждовали, скорее так, конфликт интересов. Просто эти немного властные, несмотря на участливость и вежливость, интонации глубокого голоса моего собеседника наводят на мысли о том, что одного врага как-то маловато для того, чтобы считаться порядочным человеком. Странное ощущение, но противостоять ему я не могла.

- Это вполне оправданное допущение, на мой взгляд, - вежливо ответил мой невидимый собеседник.

- Да, предположим, - уже чуть увереннее повторила я. – Однако, вновь вести беседы с невидимкой я не желаю. Будьте добры, покажитесь! – приказала я, и стальные нотки зазвучали в моем голосе.

- Истинная дочь своей семьи, - добродушно заметил голос.

Воздух над местом, откуда говорил мой собеседник, вдруг задрожал, словно над пламенем, и из него соткалась полупрозрачная мужская фигура в старомодном богато отделанном костюме. Темные с проседью волосы незнакомца были собраны в низкий хвост, взгляд черных глаз был прохладен, но при этом странным образом доброжелателен. Как у строгого дядюшки, который не жалует детей, но при этом любит племянника и прощает ему тот факт, что он тоже ребенок.

В общем, незнакомец был довольно мил и представителен, если, конечно, не считать огромного пятна крови на его груди. Сквозь полурасстегнутый камзол виднелась белоснежная рубашка, по которой расплывалось кровавое пятно.

Глава 15. Несчастная жертва зеленоглазого змия.

Самые простые чувства — это и есть самые сильные чувства. И одно из них — ревность.

Э. М. Ремарк, Жизнь взаймы

- Кто вы такой и откуда знаете мою семью?

- С вашей семьей я знаком прекрасно, ибо я один из ее представителей – Аникет Морт, к вашим услугам, - склонился в легком поклоне он, слегка повел пальцами, и в его руке появилась полупрозрачная серебряная трость, украшенная вязью узоров.

- Так-то лучше, - удовлетворенно констатировал мой визави и, проведя рукой по пятну, недовольно добавил: - Жаль только, от этого избавиться не получается. Итак, что бы вы хотели узнать?

- Вы привидение кого-то из предков Атрея Морта, верно?

- Увы, - вздохнул он. – Если не ошибаюсь, Атрей мой прапраправнук. За точность этих сведений не ручаюсь, поскольку я много времени провел в одиночестве, не имея возможности даже словом перемолвиться с человеческим существом.

- Ох, это ужасно!

- Откровенно говоря, не так уж все плохо. Большую часть этого срока я не приходил в сознание. А теперь появились вы, и, я так понимаю, у вас большие планы на будущее.

- Ну, да… - планы и правда шикарные – спасти Атрея, Иветту и Питера, спастись самой, избавиться от магии Уиллена, мешающей мне жить.

- Замечательно! С чего начнете знакомство с домом?

- С выхода из подземелья. Может, подскажете, где он находится?

- А вы разве не чувствуете?

- Если вы опять про интуицию, то у меня она сбоит периодически, так что вы лучше просто покажите направление или, если есть возможность, проводите.

- Нет-нет, причем здесь интуиция?.. Вы хозяйка этого дома, он признал вас. В особняке Мортов вам не нужны провожатые.

- Да, но я хозяйка этого великолепия меньше суток и вообще, полагаю, это все же в первую очередь имущество Атрея. Кроме того, знакомство с фамильным домом началось для меня с подземелья, а я обычно предпочитаю осматривать дома сверху вниз, а не наоборот. Такая вот у меня причуда.

- Неужели этот глупый мальчишка вам ничего не рассказал?

- О чем это вы, господин Морт?

- К чему формальности, мы же одна семья! Зови меня Аникет.

Я подумала, что это не самый подходящий момент, чтобы рассказывать Аникету, каким именно образом я стала женой его прапраправнука. Некоторые подробности при знакомстве с родственниками мужа лучше опустить. Ограничившись вежливым кивком и улыбкой, я знаком попросила объяснить, о чем это он изволит толковать.

- Фамильный дом может принадлежать лишь женщине, и то не каждой. Особняк, а я вынужден признать, он у нас капризный, должен признать госпожу Морт достойной.

- Должна ли госпожа Морт признать дом достойным? – не то чтобы я критиковала, но, на мой взгляд, у этой старой развалюхи слишком высокие требования. Груда камней, а туда же – хозяйка должна быть достойной!

- Увы, милое дитя, это работает только в одну сторону и, поскольку у фамильного мортовского особняка мортовский характер, истинной владелицы не было уже очень много лет. Если быть точным, то последней была моя супруга. Она же и наложила это скверное заклинание.

- Какое еще заклинание? Может, мы с вами потихоньку двинемся в сторону выхода? По дороге расскажете мне эту весьма увлекательную семейную историю, - должна с прискорбием констатировать, что услышь меня в этот момент матушка или Эля, они обе были бы в ужасе от моих манер. Эмма же, напротив, прибавила бы что-нибудь покрепче.

- Что за спешка? Современная молодежь вся такая или только ты?

- Просто я действительно очень тороплюсь.

- Все необходимо делать с умом. Если обождешь немного и найдешь общий язык с домом, то суетиться и бежать куда-то не будет нужды.

- Хорошо, - вздохнула я и приготовилась слушать. Что поделать, спорить с пожилыми людьми я не умела никогда.

о о о

- … и тогда эта старая ведьма, а она всегда была очень сильна, наложила заклинание, снять которое не смог ни я, ни кто-либо из моих потомков.

- Итак, значит, вы привели в дом любовницу, объяснив это тем, что среди аристократии так принято и не иметь любовницы значит бросить тень на себя и всю свою семью.

- Ну, да. Дитя мое, поймите, может, в ваше время так не принято, но при мне по любовнице определяли статус мужчины.

- Ага. А вашей жене это по какой-то странной причине не понравилось.

- Именно! Мари была потрясающе красива. Даже у лорда-протектора фаворитка была не столь хороша. Любая другая жена порадовалась бы, а она взъелась на меня, подняла шум..

- Да, странная женщина.

- И я так считаю. Я пытался с ней поговорить, но эта фурия пырнула меня моим же собственным кинжалом и сказала, что этот дом никогда больше не будет принадлежать мужчинам семьи Морт! Все сыновья и мужья будут расплачиваться за мой проступок. Дом же будет переходить от женщины к женщине, каждый раз выбирая лишь достойную чародейку.

- И почему я - первая его хозяйка после вашей жены?

- Эмери, накладывая свои чары, не знала, что ни одна из наших трех дочерей не обладает магическими способностями, а потому не может владеть особняком. И, словно бы лишить род Мортов фамильного дома было мало, взбалмошная ведьма еще и привязала к этим чарам меня! Я не смогу обрести истинный покой до тех пор, пока истинная владелица особняка не освободит меня. И увидеть меня не может никто из потомков, кроме той самой. После смерти Эмери дом начал разваливаться, семья покинула его. Правда, уцелело что-то вроде традиции – каждый Морт, будь то мужчина или женщина, в день своего совершеннолетия приходит к старому дому и читает заклинание, в надежде, что дом признает его как владельца.

- Но ведь это может быть только женщина?..

- А им-то откуда об этом знать? – ворчливо вздохнул Аникет. – Эмери никому не сказала об условиях. Этой женщине прекрасно известно, как я привязан к родовому гнезду, поэтому и выбрала его орудием своей мести. Только откуда ей было знать, что она лишит фамильного дома целые поколения наших детей? Но, к счастью, появилась ты, истинная Морт, хоть и не по крови.. Кстати, как тебя зовут?

- Лия Ардели.

- Лия Ардели-Морт, - поправил родственничек. – Очень рад. Моя фурия вдова перед смертью сказала, что оставляет меня на земле не только для того, чтобы помучить. Она, мол, вообще уже давно простила, просто следующей владелице дома понадобится помощь, поэтому дабы искупить грехи, помоги следующим поколениям и подожди достойную представительницу семьи.

- Ну, хорошо, вот она я. А дальше-то что?

- Слияние с домом, разумеется. Ах, что за времена пошли! В мое время девушка не выходила замуж, не узнав, каким имуществом владеет будущий супруг, какие семейные проклятья висят над ним и какие венерические заболевания есть в анамнезе.

- Не уверена, что это гарантия успешного брака. Вашей жене не слишком помогло, - мое уважение к достопочтенному предку Атрея поубавилось немного, когда я узнала об обстоятельствах его смерти.

- У Эмери просто вспыльчивый характер. Южная пылкость, сама понимаешь. Зато какая страсть между нами была. Искры летели, - родственничек мечтательно прикрыл глаза, видимо, вспоминая, какие именно искры как летели.

- Она же вас проткнула кинжалом! – напомнила я.

- Что поделать, горячие женщины горячи не только в постели, - вздохнул Аникет. – Приходится идти на эту жертву.

- Действительно, тяжело вам, наверное, пришлось, - язвительно посочувствовала я.

- Ах, как я страдал, - не разобрал подтекста призрак. – А главное, непонятно, за что! Я был верным и любящим супругом, а она…

- Верным? – от возмущения я поперхнулась воздухом. – Вы же ей изменяли!

- Я не брал другой жены! Эмери у меня была единственной! Все остальные связи это так… - он неопределенно повел призрачной рукой в воздухе.

- Ну, да-да, долг аристократа и все такое. Я поняла, - растолковывать давно почившему джентльмену, почему на него так обиделась давно почившая жена, смысла не было. Все равно ведь не объяснишь. – Так что там со слиянием?

- Для начала попробуй почувствовать дом: чем он дышит, что он ощущает.

Я закрыла глаза и послушно подумала об ощущениях старого особняка.

- Левая лодыжка чешется, - отрапортовала я призраку. – Больше ничего не чувствую.

- Наверное, у тебя низкий уровень эмпатии. Попробуй прислониться к стене. Прижмись к ней, ощути ее как часть здания – часть единого целого.

- Аникет, я даже не знаю, как вам сказать, но.. – замялась я. – Вы же помните, что прошло много лет с момента вашей смерти?. – я дождалась немного нетерпеливого кивка призрака и продолжила: - И, как вы помните, фамильный особняк Мортов большую часть этого времени пробыл без владельца.

- Все верно. Без магического владельца! – многозначительно кивнул призрачной головой господин Морт. - Юридических-то пруд пруди. Одна из моих дочерей настолько исправно продолжала род, что родила двенадцать детей. Она бы не остановилась на достигнутом, но была чересчур суеверной. Бедняжку буквально в дрожь бросало от числа «тринадцать», поэтому твердо заявила супругу, что либо он должен придумать, как родить сразу четырнадцатого ребенка в обход тринадцатого, либо пора прекратить улучшать демографическую обстановку в стране. Так что пара сотен моих потомков наверняка бродит где-то по миру.

- Да-да, это чудесно, - нетерпеливо воскликнула я. Конечно, почтенному предку спешить некуда, он уже мертв и в этом плане вряд ли что-то изменится. А вот мне хотелось бы сохранить свою жизнь и жизни Атрея, Иветты и Питера. – Просто, может, мне не удается «прочувствовать» дом из-за того, что никакого дома толком нет. Да, подземелья прекрасно сохранились, западное крыло тоже более или менее уцелело, но все остальное - просто груда камней.

- Ерунда! – отмахнулся Аникет. – Оправдание для лености, праздности и магической несостоятельности.

- Ладно, - я была само терпение. – В таком случае, быть может, есть какой-то другой способ, раз уж я так несостоятельна?

- Ох, молодежь, вам бы только легкий путь найти, - разочарованно вздохнул призрак.

- Не понимаю, чем плохи легкие пути, - ответила я. Хотелось ввернуть шпильку о том, что если бы некоторые не плыли по течению и не обзаводились любовницами на глазах у жены, то может, прожили бы длинную жизнь, умерли в своей постели от естественных причин и не получали бы проклятий от собственных ревнивых жен. Хотелось, но я сдержалась. Мне еще нужно выбраться отсюда, а если этот герой-любовник обидится, то я и Атрею не помогу, и сама здесь сгину.

- Ах, - вздохнул Аникет, но поняв, что меня это не проняло, неохотно проворчал: - Три капли крови на алтарь. Это должно помочь наладить связь с особняком.

- Вот, так-то лучше, - обрадовалась я.

Кое-как расковыряв булавкой палец, я добыла немного крови и вымазала ею алтарь. Аникет, увидев, что с добычей ценной субстанции у меня не ладится, неохотно сообщил, что три капли это скорее рекомендация, достаточно, чтобы хотя бы какое-то количество попало на камень и если она впитается, значит, дом принял меня.

- Так он может еще и не одобрить? – возмутилась я. Просто превосходно! Я тут стараюсь изо всех сил, пытаюсь наладить контакт, а эти развалины перебирают, подходит им эта кровь или нет.

- Не переживай, Лия. Дотронувшись до алтаря, ты уже пробудила особняк и вызвала меня. Ты точно та самая представительница семьи Морт, которую я ждал все эти годы.

Символы на алтаре дрогнули и засияли еще ярче. Моя кровь исчезла, поглощенная камнем.

- А теперь сосредоточься, настройся на дом, почувствуй его, - кружил вокруг меня призрак. – Физический контакт тоже не помешает. Дотронься до этого сигила – он как раз отвечает за единение – и попытайся открыть свои чувства, свое сердце, свой разум.

Я дотронулась до сигила, закрыла глаза – сияние символов отвлекало – и стала настраиваться.

Первым, что я ощутила, была боль.