Ученик химеролога

Глава 1 - Судьбоносный план

- Повтори, - нахмурил кустистые брови седой старик. Неестественно бледная кожа с желтоватым оттенком делала его похожим скорее на мертвеца, чем на живого человека. Однако, несмотря на все внешние признаки, конкретно вот эта вот сволочь в ближайшем будущем помирать уж точно не собиралась. По крайней мере добровольно.

- Мешать по часовой стрелке до появления пузырей, после чего притушить огонь и добавить порошок из клубня экзенуса. Дождаться изменения цвета на тёмно-синий и вернуть силу пламени.

Вместо ответа Учитель молча развернулся и покинул комнату, будто бы разом потеряв ко мне всякий интерес. Однако именно отсутствие реакции являлось ярким подтверждением правильности моего ответа. Иначе, ошибись я хоть в мелочи, и в зависимости от настроения старика мог бы получить что-то в диапазоне от ведра словесных помоев и вплоть до вполне физического насилия. Или даже чего-нибудь более плачевного, вроде магических проклятий и не менее ужасных психологических истязаний. Имелись у него такие наклонности...

Впрочем, мне на закидоны этого человека уже давным-давно стало глубоко плевать. Пусть и через страдания, но всё же приспособился. Стоило только когда-то научиться отыгрывать маленького зашуганного ребёнка, коим я и являлся внешне, после чего оставалось лишь придерживаться определённых рамок... Рамок допустимости, скажем так. То есть мне можно было, к примеру, портить дешёвые ингредиенты и расходную посуду, однако трогать нечто более редкое или дорогое было уже опасно для жизни. Причём опасно буквально - нерадивых учеников старик скармливал химерам, о чём однажды и просветил, заодно показав внушительную коллекцию черепов. В том числе и детских.

А химер у профессионального монстродела всегда хватало, причём самых разнообразных. И редкие из этих тварей подарят жертве быструю смерть, уж поверьте.

Впрочем, сейчас важна отнюдь не угроза моей мучительной смерти. Всё же отбоялся уже несколько лет как. А вот то, что Учитель оставил меня одного в малой алхимической лаборатории - это заманчиво. И подозрительно своевременно, по крайней мере так может показаться человеку не слишком осведомлённому. Однако смею надеяться, что я-то старого мага изучил не плохо, а потому и переживать нет смысла - не тот Учитель человек, чтобы хитрые схемы строить. Чуть что - убил бы просто, да все дела. А раз уж я всё ещё жив, здоров и нахожусь один в лаборатории, за которой старик следит не слишком пристально... То никто не заметит и пропажи ещё нескольких ингредиентов. Просто прекрасно.

Против воли на лицо наползла мягкая улыбка. Уже рефлекторная, можно сказать. Она - самое удобное средство при общении со злобным мудаком, поскольку прекрасно маскирует мои истинные мысли и намерения. Да и безвредным казаться гораздо проще, когда надзиратель считает тебя малость ушибленным. Или добрячком каким, что у старого химеролога обычно вызывает одну лишь брезгливость. Обычно я стараюсь не пребарщивать с этим впечатлением, чтобы чего доброго Учитель не решил от меня избавиться, однако в последние месяцы на "маску безобидности" пришлось подналечь особенно сильно. От чего старик, по-видимому, и уделял мне всё меньше и меньше внимания...

В иной ситуации я бы уже начал нервничать, однако сам ведь и добивался такого эффекта. Чем теперь мог воспользоваться.

Начинать стоило, пожалуй, с уже упомянутого порошка корня экзенуса - растения не то чтобы редкого, но довольно популярного в качестве ингредиента из-за мистической природы и даруемых ею свойств. Первое, то есть мистика, выражается в загадочной привычке этого пронзительно-голубого цветка вырастать на местах недавних захоронений, несмотря ни на какие физически или магические препоны. Аккуратные кустики экзенуса находили и в изолированных горных долинах, и в гротах глубоко под землёй, и даже на просторах Выжженной пустоши, где в принципе не могло вырасти ничего иного, кроме этого цветка.

При том было совершено непонятно, каким именно образом семена этого растения попадали на могилы усопших. То есть неизвестен был сам механизм, явно имеющий не только лишь материальную природу. Исследователям оставалось лишь рвать на себе волосы... И нервно озираться по сторонам, ибо маги, конечно, народ учёный и мало во что верующий, однако мистические свойства и способности экзенуса отсылали прямиком к древним жреческим легендам, что ни могло не нервировать.

Впрочем, алхимики уже давным-давно смирились со многими загадками нашего мира, и теперь преспокойно выращивали сей чудесный цветок. И применяли порошок из него для очистки снадобий, а также для травления разнообразных паразитов - некротические энергии, собираемые в изящных корнях растения, с лёгкостью губят слабые жизни всяческих гадов и прочих вредителей. Собственно, для человека сей эффект тоже не очень полезен, однако, чтобы ощутить даже лёгкое недомогание, придётся съесть столько корней, что практически любого однозначно вырвет гораздо раньше. Ну или понос случится, тут уж всё индивидуально. Однако даже так длительный приём снадобий с компонентами экзедуса всё же является нежелательным, поскольку ослабляет здоровье.

К сожалению, как мне известно, Учитель уже знает привкус этой добавки. Да и симптомы отравления ею ему прекрасно известны. Причём обо всём этом он сообщил мне сам, однажды мимоходом рассказав о судьбе одного из своих прошлых учеников. Тот парень как раз таки решил избавиться от старого мудака-садиста столь непритязательным способом. Как понятно по личности рассказчика, у моего предшественника ничего не получилось. А бра из его черепа до сих пор продолжало украшать малую лабораторию южного крыла.

Надеюсь, моим костям не суждено составить компанию на соседне стене. Конечно, старикашка обрадуется новой истории в своём репертуаре, однако из меня рассказчик всё-таки получше будет.

Что же до моих планов, то рекомого порошка понадобится не слишком много. Как раз столько, чтобы исчезновение пары щепоток не слишком бросалось в глаза. Однако использовать полученное придётся сразу, причём как основу, поскольку ничего более подходящего для очистки примесей, к которым впоследствии присоединится и нужное мне вещество, в этой лаборатории просто-напросто не найти. Учитель ведь не идиот, чтобы неблагонадёжному ребёнку оставлять нечто более дорогое и опасное.

Сволочь он, мразь отпетая, но совсем не идиот. Иначе бы столько не прожил, и стольких не пережил бы.

Возвращаясь к вареву, следующим моим ингредиентом стал купольный златник - желтоватый вид древесных грибов с куполообразной верхушкой, от формы которой и получил первую часть своего названия. Притягательный пряный запах и лёгкая остринка сделали этот гриб крайне популярной основой приправ, а общая неприхотливость даже позволила выращивать его на фермах. Одна беда - нравится этот продукт не только лишь людям, но и многим животным, от чего собирателям, бывает, приходится не сладко. Ладно там олени какие да лоси с транами. А если крупный хищник повстречается? Тот же медведь будет совершенно не против полакомится мясом со специями, тем более что всё окажется буквально под рукой. Да и лесные монстры с полуразумными тварями златник просто обожают, чуть ли не крышуя его естественные скопления. Так что если не считать редкие фермерские хозяйства, то добыча купольного златника может считаться довольно опасным предприятием. И, естественно, дорогим - наёмники задёшево жизнью рисковать не будут.

Впрочем, поскольку фермерский златник обладает несколько более слабыми алхимическими характеристиками, а также товаром является достаточно дефицитным даже несмотря на неплохие объёмы производства, то и спрос на дикие грибочки остаётся всё столь же стабильно высоким. Ведь кушать вкусно любят все, а для алхимиков это к тому же ещё и вопрос престижа с эффективностью, а значит и цены товара. Ну, а поскольку купольный златник используется повсеместно, в том числе и для мощных лечебных зелий... Наёмникам работы всегда хватает, как и желающим - денег.

Всё это я узнал от Учителя, изредка хваставшегося связями с теми немногими хозяйствами, что сей гриб-таки старательно выращивают. Точнее будет сказать, что связи эти имели его "друзья" из королевских магов, временами приобретающих тех или иных "дизайнерских химер". Ну и зельями производства старого мудака не брезговали, как я понял - довольно сомнительного характера. Чтобы, значится, королевские же алхимики чуть что своих "коллег" не сдали.

Весело там у них, словом. Жизнеутверждающе. Отрава верно рекой льётся так, что всем хлебнуть хватает. Вот и отслеживают всякое-разное... Хорошо, что никаких токсинов для моего плана и не требуется. Обойдёмся совершенно безобидным составом.

Ну, а чтобы оный наконец получить, мне нужно, чтобы порошок всё-таки выпал в осадок, сохранив очищенную экзенусом притягательность златника. Для чего я и добавляю последний штрих - бороду лешего. Это живучее растение, являющееся чем-то средним между мхом, лишайником и лозой, можно с лёгкостью обнаружить практически на любой достаточно сырой и освещённой поверхности достаточной твёрдости. Например, борода лешего способна расти и на отвесной скале, и в неглубоком гроте с редкими трещинами к поверхности, и даже на обыкновенной кирпичной кладке. Собственно, вся наша башня как раз была облеплена покрывалом из этого замечательного сорняка. Поэтому нет ничего удивительного в том, что собрать и обработать его было не слишком сложной задачей. Хотя и долгой. Зато теперь щепотку высушенных крохотных побегов этого растения, последнего из необходимых ингредиентов, я могу осторожно зачерпнуть из собственного припрятанного кошеля и отправить в котёл.

Почему трачу свои запасы вместо лабораторных? А потому что нет их здесь, запасов этих! Всё же Учитель, как и многие другие алхимики, считают бороду лешего растением едва ли не мусорным, то есть совершенно бесполезным. Однако это не совсем так. Его правильно приготовленные побеги дают зелью свойство, как бы я это назвал, "гидрофобности". То есть всё растворённое в насыщенной маной воде выпадет как осадок, зарядившись крохотной толикой волшебства. При этом получившийся низкокачественный порошок будет обладать крайне слабым воздействием, не может быть повторно растворён и практически не усваивается организмом. В общем - низкосортная дрянь, особенно по сравнению с порошками, для получения которых используют ифритник или радужные капли.

Но мне-то как раз и были нужны именно такие характеристики.

Так что, погасив пламя горелки и воровато оглянувшись, я перевязал узкий глиняный сосуд куском просмоленной бумаги и спрятал его за пазуху. Для выпадения осадка понадобится ещё около получаса, и прождать столько времени здесь не получится - старик ждёт своего верного раба-разнорабочего. Так не будем же заставлять его ждать.

***

Я всегда считал умение отстраниться и поставить себя на место другого человека, каким бы ни был этот индивид, крайне полезным жизненным навыком. И был прав, как показала практика - служба миновала на диво легко и беззаботно, работа радовала стабильным карьерным ростом, а жизнь полнилась друзьями и знакомыми всех мастей. Прекрасное время... Закончившееся в тот самый момент, когда непрерывно развивающийся навык позволил мне заглянуть чуть дальше внешней мишуры. И тогда оказалось, что всю свою сознательную жизнь я был окружён лишь лицемерами, лжецами и меркантильными прихлебателями. Друзья без дружбы, девушки без любви и работа без уважения.

Я буквально притягивал мразей всех сортов и расцветок, словно тот самый всё никак не вымирающий "лох" разномастных шарлатанов. Возможно из-за воспитания родителей, прививших мне толику доброты и сопереживания, ошибочно принимаемых окружающими за простодушие и легкомысленность. А быть может из-за незлобливого характера. Уже и не узнаешь. Но что самое печальное - к тому моменту, когда я осознал проблему, у меня успела сложиться подобающая репутация. Репутация, с надёжностью репеллента отгоняющая всех нормальных людей. Если они, эти самые "нормальные люди", вообще существовали вокруг, конечно. Естественно, жизнь в окружении тварей меня совершенно не устраивала, поэтому я боролся как мог. Притворялся. Мимикрировал. Пока в некий безрадостный момент не обнаружил, что и сам по себе стал мало чем отличаться от окружающих мразей.

Знаете такое гадкое чувство, когда противно от самого себя? Хочется помыться до скрипа, чтобы наносная шелуха чужих лелеемых пороков ушла с тебя вместе с проточной водой? А я вот - знаю. Прочувствовал на себе. И однажды решил поменять своё отношение к действительности, социуму и отдельным людям. Чтобы, как пелось в песне, не самому прогибаться под изменчивый мир, а чтобы он теперь прогнулся под нас.

Решение принято. Отношения пересмотрены. Твёрдой рукою вся прошлая жизнь выброшена в топку, дабы вырастить на оставшемся пепелище нечто более приятное и надёжное. И путь к этому, безусловно, был сложен и прост одновременно - переезд в другой город, или даже страну... Только вот не успел, видимо. Поскольку проснулся уже в этом мире, в семье потомственных крестьян-босяков.

Перспектива, прямо скажем, аховая. Признаться, даже о радикальном разрешении проблем подумывал... Но Учитель явился раньше. Маленького ребёнка успешно и даже как-то насквозь обыденно обменяли на пригоршню золотых монет, и я стал счастливым учеником самого настоящего мага. Правда, потеряв при этом собственную семью в новой жизни, но жалеть об этом как-то не получалось. Это ведь какие возможности открывались, какие амбиции и мечты!.. Впрочем, вскоре мир показал, что радоваться я начал совершенно преждевременно.

- Шевелись, - холодно бросил старик, стремительно спускаясь по крутым ступенькам башни. Однако я имел собственное мнение на это счёт, и стоило нам миновать проём третьего этажа, наоборот затормозил и подобрал полы потёртой мантии, старательно прижимаясь ко внешней кромке окружности винтовой лестницы. И лишь преодолев следующий проём, ускорился, принявшись бегом сокращать возникшее отставание. Нельзя, чтобы этот человек что-то заметил. И уж тем более недопустимо, чтобы он что-то заподозрил. Пусть паранойи конкретно за ним вроде как не водилось, по крайней мере сверх необходимой, однако некая доля животной интуиции была присуща всем магам. Проверено.

Быть может и магия хранит, а может и какой-нибудь третий глаз в душе открывается. Не знаю, не учили меня этому.

Между тем мы наконец пришли к минус третьему этажу - залам с вольерами наиболее опасных тварей. Впрочем, сейчас они по большей части пустовали, как и остальные клетки на других этажах - на зиму Учитель, как обычно, закрыл годовые заказы, предпочитая посвящать эту пору года собственным проектам. К одному из которых мы как раз сейчас и направлялись.

- Тестовая комната убрана?

Что же, а вот и начало конца. Вскоре всё разрешиться. Впрочем, не на уровне "пан или пропал" - даже если план не выгорит, я скорее всего выживу. Так или иначе.

- Да, учитель. Воздух тоже обновлён.

- Животные эфиры на месте?

- П-простите... - стараюсь говорить как можно более жалобно, чтобы не выдать истинные эмоции. - Новая партия прибыла только сегодня утром...

- Бесполезный слизняк! - мигом вспыхнул старик, с оттяжкой впечатав ладонь мне в лицо. - Живо неси всё, выкидыш овцы и жабы!

- Д-да, бегу...

Двигаюсь очень быстро, стараясь показательно суетится... Хотя сейчас я действительно спешу и боюсь, однако совсем не старого хрыча. И стоило мне выйти за двери, да показательно потоптаться на месте тройку-другую секунд, как ожидание моё завершилось - по подземелью прокатился раскатистый басовитый рык. И приняв этот звук за сигнал, я тут же навалился на двери, закрывая их, заодно клацнув толстенным внешним засовом.

Не уйдёт, скотина!

Сейчас там, внутри, будет весело! Сегодня старик хотел протестировать очередной этап своего проекта - модифицированных шахем. Это такая противоестественная помесь богомола, таракана и льва, при этом размером с полугодовалого телёнка (120–180 кг). Зато тупые безмерно, можно даже сказать - неприручаемые. Управляются обонятельными маркерами, причём довольно доступными, что, конечно же, достоинством являлюется крайне сомнительным. Собственно, несмотря на огромную силу и бесчувственность тварей, подготовленные противники могут с лёгкостью вывести их из строя посредством всё тех же самых маркеров. Старик как раз собирался улучшить этих монстров, сделав их менее уязвимыми к запахам. И более умными. Но не успел, к счастью.

И теперь, вот ирония, он оказался заперт наедине со своими любимыми творениями. С маркером пищевой агрессии на полах стелющейся мантии, крупинки которого он невольно зацепил на тех самых ступенях лестницы, что я предпочёл обойти по стеночке. И с бесполезной смесью вместо нейтрализатора маркеров, что в обычной ситуации ему бы не грозило ни в коем разе, поскольку работать в тестовой комнате вновь предполагалось именно мне. Так зачем же проверять подготовку ученика, если в случае провала мальца просто-напросто сожрут? Да плевать хрычу на очередного неудачника с высокой колокольни!

А вот надо было проверить, товарищ химеролог. Надо было. Можно сказать, загубила дурака собственная жестокость напополам с безразличием.

Порыкивания продолжались ещё многие минуты, перемежаясь с воплями старика и свистом его же заклинаний. Хлопки, визги, яростное шуршание и редкий скрежет запертой мною двери. Страшно... Но я продолжал стоять на лестнице, между минус третьим и минус вторым этажами, чтобы в случае прорыва старика помочь монстрам добить его окончательно. И бесповоротно. Тварь должна умереть!

Наконец, я дождался мига, когда в тишине башни раздавалось лишь тихое довольное чавканье. Звук знакомый любому, работавшему с шахемами.

Кажется, Учителя больше нет. Надеюсь. Минуту молчанию по этому мудаку я провёл в судорожном запечатывании этажа, без всяких там сантиментов.

И пусть он - обыкновенное дитя своей эпохи с профессиональной деформацией, помноженной на отвратительное воспитание в условиях, наверняка схожих с моими. И в том, что вырос такой сволочью, возможно, сам и не виноват. Но не плевать ли мне? Так сказать, ничего личного - просто выгода. И месть. Так-то я уже давным-давно честным трудом с лихвой оплатил всё затраченное на себя, а теперь просто взял проценты за мучения, только и всего. Абсолютно честный обмен. Поэтому и жалеть о своих решениях теперь не собираюсь. Да и задобрить этого человека я пытался неоднократно, как и множество раз предлагал банально договорится. Если не полюбовно, то хотя бы по-человечески. Но всё без толку! Ну право слово, какой-то раб пытался договориться с хозяином, смешно! Так что не найдя иных решений ситуации, радикальный выход стал, увы, единственным. Да и отомстить в кои-то веки хотелось, чего уж тут...

***

Возвращаться на место безвременного упокоения Учителя я не рискнул, прекрасно понимая, во-первых, что никоим образом не смогу одолеть или хотя бы успокоить взбудораженных монстров, а во-вторых, что хороший химеролог способен прожить до нескольких часов и в полуобглоданном состоянии. Конечно, огрызаться, по крайней мере магией, в подобном виде он вряд ли сможет, однако старик всегда умел неприятно удивлять. Хобби у него такое, понимаете ли. Так что не хотелось бы предоставлять ему возможность свершения своей последней мести. Совершенно не хотелось бы.

Ведь посмертное проклятье - вещь до боли неприятная. В конце концов, на основе именно этого явления и возникла первая некромантия, что лучше всяческих слов говорит об опасности даже обычного человека, находящегося на грани между жизнью и смертью. Да и разномастная мстительная нежить неспроста известна едва ли не с Эпохи первой республики, что также показательно.

Так что я решил пока отложить этот вопрос в дальний ящик, малодушно рассчитывая на смерть освободившихся монстров от голода. Всё же, что ни говори и какие планы не строй, а телом я всё ещё остаюсь ребёнком двенадцати лет. Пусть и вроде как маг, однако едва ли обученный, да ещё и довольно мирной направленности - химерологи. Тем более, что конкретно меня не боевые организмы растить учили, а изменять уже готовые. В конце концов старику нужен был помощник, а не конкурент.

Жадная на знания мразь.

Так-то, конечно, химерологи способны на самые удивительные улучшения своего и чужих тел, однако практика показывает, что старый добрый огненный шар зачастую оказывается куда эффективнее. И что немаловажно - значительно более приемлем обычными людьми, нежели создание очередных монстров. Будто бы их и без того мало, ей-богу...

Поэтому, собственно, основным моим занятием на ближайшие месяцы и должна была стать именно учёба. Интенсивная и немного судорожная, конечно, но я не в обиде - сила того стоит. Тем более, теперь мне станет доступно то, что ранее оставалось лишь пределом мечтаний: свободное изучение библиотеки, постижение личных разработок Учителя и копание в оставшихся от него проектах. И заготовках, естественно, о них точно не следует забывать - были там хорошие и даже крайне заманчивые вещи, ставшие одной из причин свершения моей мести именно сегодняшним числом.

Кроме того, наконец-то займусь набиванием живота впрок! А то учитель, тварь такая, даже на еде для ребёнка экономил! Ну ничего, теперь-то съестных запасов мне до конца зимы хватит...

Конечно, если я буду здесь к тому времени. Ведь деловые партнёры почившего рано или поздно хватятся, отправив кого-нибудь для непосредственной проверки. Безусловно, неприятного гостя я с лёгкостью убью, поскольку пошлют скорее всего чиновника или торговца. Ну или кого-нибудь столь же безобидного перед магом, пусть и учеником. А вот дальше придётся сбегать куда подальше! Ну не желаю я попасть ни в лапы государственной машины, ни в жирные ручонки аристократов, ни в склизкие вонючие цеплялки криминала. Хотя в этом мире, как и в моём старом, разница между этими тремя категориями исчезающе мала. Печально, но закономерно.

Глава 2 - Приготовления

С тихим вздохом закрываю очередную книжку и с усилием отодвигаю её на край стола, к другим таким же образчикам макулатуры. И откидываюсь на спинку кресла, прикрывая уставшие глаза.

Задница. Именно так я мог охарактеризовать ситуацию.

Ну почему старый хрыч не обучал меня артефакторике? Алхимия, общая и боевая стихиальная магия, модифицирующая химерология и даже зачатки друидизма - всё это усердно вбивалось в нескладную голову мальчишки, обладающего удивительным для этого мира даром. Даром обучаемости. То, на что здесь тратят недели и месяцы умственных усилий, человек с качественным высшим образованием постигает за дни, а то и часы труда. Причём как благодаря знанию таких замечательных предметов, как философия, органическая химия, а также высшая и дискретная математика, так и благодаря закалённому студенчеством разуму опытного ученика. В том числе и ученика самообучающегося. Так что успехи на этом поприще у меня были действительно велики, и Учитель был искренне счастлив... Что, в прочем, делало мне лишь хуже - старикашка постоянно проверял границы моего "дара", не довольствуясь сколь-либо адекватным уровнем. И жестоко наказывал за провал его невозможных заданий.

Тварь поганая. Надеюсь, бытие дерьмом любимых химер придётся тебе по вкусу.

Однако теперь, когда моё желание не может быть исполнено из-за того, что мудак не удосужился обучить меня чему-то кроме самых азов артефакторики, я искренне негодую! Поганец облезлый, можно ведь было вместо однообразных заданий по алхимии выдать хотя бы парочку вот этих вот книжек! Такие возможности... С другой стороны, и его понять можно - даже слабейшие артефакты в правильных руках дают такое преимущество, что можно и наголову превосходящего противника завалить. А уж если этот противник известен, то вообще вешайся! Старикашка просто не дожил бы до своего возраста, если бы всех своих учеников артефакторике обучал.

Да-да, хитрожопым мудаком был он, а страдать теперь мне. Но ничего, я всё-таки сделаю себе пространственный карман. Или не быть мне ещё более хитрожопым мудаком, чем учитель! Громкому титулу нужно соответствовать. Тем более, что заготовок после себя старик оставил много. Приспособимся.

***

- Будет больно.

Собравшись с духом и резко выдохнув, одним махом вливаю в себя склянку тягучей мутной розовой жидкости. Бр-р, отвратительный вкус... А эффект у мутагена ещё более поганый. Давление резко скачет, наверное, под уровень спортивной нагрузки, сердце - переживает безрадостный приступ тахикардии. Вскоре начинает кружиться голова, а суставы ломит, пока мышцы сходятся в коротких болезненных судорогах... И наконец организм начинает стремительно нагреваться. Собственно, явный признак активации того, ради чего препарат и был нужен - поистине чудовищной регенерации.

В следующие несколько часов умереть мне будет крайне проблематично. Потом, правда, придётся выводить токсины, лечить внутренние органы и проводить переливание искусственной крови, попутно пожирая подготовленные запасы съестного, зато выживание гарантированно. Думаю, оно того стоит.

Ради чего все мучения? Ну, дело в том, что следующим шагом плана, и по совместительству наиболее болезненным этапом, является операция на грудной клетке. И не чьей-нибудь чужой, как можно было бы надеяться, а на своей собственной! Прямо скажем, сомнительное "удовольствие" в рамках ещё более сомнительных методов... Однако лишь таким образом можно будет воплотить в реальность мою маленькую мечту, причём уже на нынешнем уровне образования.

То, чего мне всегда подспудно не хватало. То, чья помощь позволила бы избавиться от старикашки значительно раньше. И то, что посещало меня во снах с тех самых пор, как я узнал о самой возможности создания подобного... Волшебный мешочек, аля личный пространственный инвентарь из игр. Кто подобного не хочет, верно? Правильно, хотят сей инструмент абсолютно все, от мала до велика. Вот только сложно создать его, даже для магов сложно! И чрезмерно дорого, к слову. Что не удивительно, ведь и нужно многое: широкий перечень знаний в ряде специфических областей, множество редких ингредиентов, поистине качественная заготовка...

Или можно обойтись больной фантазией и знаниями другого мира. Правда, всё же без ещё большего количества редких, а иногда даже попросту уникальных ингредиентов не обойтись.

Поэтому и приходится резать собственную тушку - не мастер-артефактор я, да и на стихийного магистра ни капли не похож. Зато смею надеяться, что уже тяну на звание очень даже неплохого адепта-химеролога. Модификатора, правда, но всё же. А значит, следуя логике, мне закономерно было гораздо проще и быстрее изменить самого себя, превратив часть рёбер в материальную структуру артефакта, чем собирать нечто подобное из кристаллов и волшебных камней различных свойств и расцветок. И хотя без инородных элементов в тушке полностью обойтись не получится, всё же кости живого человека попросту не способны сохранять чёткость нанесённых узоров сколь-либо длительный срок без дополнительных фиксаторов, однако такая модификация всё ещё будет носить скорее декоративный, чем какой-либо иной характер. Ну, по крайней мере согласно классификации моих коллег по ремеслу.

Знаю-знаю, превращение куска своего тела в артефакт слабо походит на нечто "декоративное". Однако ведь и внедрение чужеродных клеток не происходит, что характерно для создания химер, и строение тела существенно не изменяется, что в свою очередь свойственно модификантам. А значит изменение декоративное, хоть ты тресни! И это важно, ведь позволит мне совершенно легально не регистрировать в администрации собственную тушку при посещении крупных городов. А вот преврати я себя в натурального суперсолдата... Точнее, с моими-то навыками скорее в бледное его подобие, и регистрироваться по-хорошему придётся. Потому что коллег моих люди знают, а жить хочется всем. Ведь бывали прецеденты...

Старикашка много чего рассказывал. И несмотря на его насмешливый тон, большая часть историй более всего напоминала натуральные фильмы ужасов. Фильмы ужасов со слетевшими с нарезки монстрами химерологов в главной роли. Жертвами, естественно, чаще всего становился простой люд.

Поэтому и ввели ограничения для нашего брата. В целом-то нам плевать на них по большей части, всё же "прирождёнными мизантропами" нас прозвали не только лишь красного словца ради. Однако вскоре я буду совершенно не в тех условиях, чтобы оставлять возможной погоне такие, прямо скажем, жирнющие кусочки хлебного мякиша. Всё же будет как-то совсем уж глупенько попасться стражникам с проверяющими артефактами из-за подобного, когда меня будет искать чуть ли не вся государственная машина родной монархии.

Хех, это было бы самое эпичное самоубийство в истории. Или, по крайней мере, в известной её части.

Возвращаясь к старательно откладываемой операции, ничего кардинально нового я не придумывал. Незачем, да и опасненько это. Лучше взять что-то более знакомое и проверенное, да слегка подправить... Например, всякие там оборотни, как и значительная часть высокоранговых боевых химер, сами по себе были бы слишком прожорливы и опасны, чтобы кто-то в действительности решался использовать их, не умей эти монстры уменьшаться до своих, так сказать, "портативных моделей". При этом никто тупеньких монстров до ранга магистра-стихийника не обучал, чтобы размерами своими манипулировать. Так как же тогда они уменьшаются? Очень просто, на самом-то деле - просто меняют тела как перчатки. Происходит это, правда, отнюдь не мгновенно и довольно болезненно, но тут уж ничего не попишешь. Терпят, куда деваться-то. А вторые, третьи и так далее тела хранят в том самом инвентаре.

Вообще, встроенный инвентарь для условно живой биомассы - разработка действительно старая, всесторонне отполированная и зело полезная в нашем нелёгком деле. Только немного не для того использовалась - мне обыкновенный инвентарь нужен, а не пространство для дополнительных тел. Однако разница не слишком существенна.

Собственно, коллегии тоже что-то подобное применяют. Почему нет? Удобно ведь, даже очень! Вот только куски собственного тела в артефакт превращают, по словам учителя, очень и очень редко. Оно и понятно - опытным путём все подводные камни не изучишь, консилиум какой среди магов-мизантропов не соберёшь, а жизнь, в отличие от бесчисленных химер, у нас только лишь одна. Ограниченный ресурс, так сказать.

Мне, впрочем, консилиум тоже не понадобился. Ну а что - биологию помню неплохо, общую медицину - тоже. Осведомлён про различные микроорганизмы, вирусы, пенициллин, гены с хромосомами и такую штуку, как отторжение тканей. И как не удивительно, всего этого уже хватило для того, чтобы дополнить многие пробелы в знаниях моих коллег. Что, в свою очередь, позволило провести несколько экспериментов на крысах, вычленить основные риски и обрести уверенность в положительном исходе столь рискованной операции.

Ну, насколько вообще можно быть уверенным в самооперирования под ударными дозами наркотиков и волшебных отваров. Хотя местная алхимия, по моему скромному мнению, это чёртов легальный чит на жизнь! Медицина родной Земли может удавиться в сторонке, не более.

Прерывая мои мысли, наступает новый прилив симптомов. Запершило в горле, и по всему телу прошла волна колющей боли. Но слабенько так, не в пример прошлым болям. Видимо, приглушило нервы. Что же, пора бы мне уже прекратить маяться дурью и начать, наконец, операцию. Не хочется... Как же не хочется! В последний момент так страшно стало, что прямо ужас какой-то! Но цена... Инвентарь... Да и кое-каких реагентов уже банально не хватит на вторую попытку. Так что яйки в кулак, взгляд - вперёд. Поехали!

Первый разрез...

- Блять, кажется обезболивающее плохо работает... - рефлекторно бросаю панический взгляд на столик с препаратами, но спустя несколько мгновений насильно перевожу его обратно на зеркало. Оное располагается выше ложа и даёт полный, хотя и слегка искажённый обзор на фронт работ. - Вот только другие препараты плохо сочетаются с мутагеном... Нужно взять на заметку - заранее готовить мягкие блокираторы второй и третьей волны, если провожу операции на себе. Как глупо...

Ладно, уже ничего не попишешь. Придётся колоть что-то пожестче, иначе операцию банально не вывезу из-за боли. А так чувствительности практически не будет. Конечно, это опасно плохим контролем и возможными ошибками, да и откат у организма будет поболезненней, однако переживу. Всё переживу, спасибо магии и алхимии.

Теперь уж точно - поехали!

***

Проснулся уже на следующий день в состоянии, близком к чему-то среднему между отравлением целым букетом токсинов, включая алкоголь, и острой фазой какого-нибудь тяжёлого инфекционного заболевания. Режущая и тупая боль во всём теле не заставили себя долго ждать. А вместе с ними пришла чудовищная тошнота, одновременно с голодом и жаждой, причём организму было плевать на несочетаемость симптомов. Ну и, конечно же, позывы в туалет, куда уж без них?

Преодолевая боль и спазмы мышц, подхватываю и вливаю в себя пузырёк с первым декоктом... Первым из десятков баночек с разноцветными жидкостями, ожидающих меня в подставке на столике у стены. Эх, этот день будет до-олгим.

А самое обидное - инвентарь пока и не проверишь, поскольку кости всё ещё заживают. И будут продолжать это делать ближайшие две - три недели, даже под алхимией. Что поделать, приходится воздействовать не просто на некое сферическое тело в вакууме, а на целый органический артефакт. Волью что-нибудь слишком сильное, и неправильно сросшиеся кости нарушат выверенный рунический рисунок. Так что придётся потерпеть...

Ну хоть читать смогу спокойно, и то хлеб.

***

Раз уж теперь у меня есть время подумать о стратегическом отступлении куда-нибудь подальше от родного государства, то следует определить расположение этого самого "куда-нибудь". Варианты, слава богам, в наличии имеются.

Начнем с того, что башня Учителя... Точнее, теперь уже моя башня расположилась где-то в лесах на юго-западном берегу Первого моря. Места здесь тёплые, дождливые, хотя местный лиственный лес до условных джунглей совершенно не дотягивает. К счастью. А то мне насекомых и без того хватает...

Комары... Как много в этом слове! И ведь твари здесь особые, можно даже сказать - боевые. Какой-то древний химеролог налажал, а всему миру теперь расхлёбывать! Хотя, учитывая цены на мази и благовония от насекомых, возможно всё это было подстроено. Да-да, народ здесь живёт специфический.

Собственно, люди здесь, на моей теперь уже второй родине, действительно особые. Не зря же целую торговую империю построили! Причём буквально империю, поскольку государство действительно одно из крупнейших по эту сторону Темных пиков и построено на крови многих и многих народов. А также буквально торговую, потому что контролирует Жёлтую жемчужину, одну из двух крупнейших рек региона, и практически весь южный берег Первого моря. Горная гряда прикрывает нашу финаритийскую монархию от степей с юга, а река - от восточных соседей. Ну а поскольку севернее нас только море, а западнее - огромный пролив в океан, то место можно считать поистине удачным. Что, собственно, подтверждается степенью зажратости населения в целом, и аристократии - в частности.

Земля плодородная, климат - мягкий и тёплый. Мечта, а не жизненные просторы! Тем смешнее мне было слышать от самих же местных, чьи предки всё это богатство когда-то и завоевали, упрёки в сторону моего происхождения. Моего! Происхождения! Даже статус полноценного мага совершенно не мешал каждому жалкому крестьянину смотреть на меня, как на говно. Потому что моя кожа более светлая, волосы - русые, а не тёмные, да и черты лица помягче будут. Явно же дикарь немытый!..

Приятно, наверное, считать себя частью избранного народа просто по праву рождения. Самые богатые, самые развитые, самые "цивилизованные"... Иронично, что на северном берегу Первого моря есть целых три страны, по размерам и населению Финаритии не уступающие. Беднее бесспорно, но и только. Да и сами южане уже не раз обламывали зубки, теряя целые армии вместе с колониями под сапогами северян. Однако же всё равно мнят себя пупами земли. Какой позор...

Знакомый до омерзения позор. Сколько таких было там, на земле? Всё считали себя право имеющими, а по факту - просто грабили веками более слабых, подводя под это дело всё более смешные поводы. Цвет кожи. Цивилизованность. Построенный на лжи политический строй...

Миры меняются, а люди - остаются одинаковыми. Даже вопросы одни и те же, разве что только в профиль.

Так что учитель нашёл себе хозяев под стать. И для меня будет честью набить морду очередным мудакам, причём уже в этом мире. Естественно, так, мимоходом - специально искать себе приключений я не собираюсь. Зачем? Даже если местные - сплошь полудурки с чрезмерным самомнением, то этим следует пользоваться к своей выгоде, а не исправлять дурачков. Думаю, мелкий криминал с радостью поделится деньгой малою со страждущим ребёнком. Главное, не переоценить себя.

Хотя, с другой стороны, денег у старикашки было много. Даже очень много. С инвентарём я окажусь обеспечен до... Кхм, надолго, в общем. Тут смотря где жить и чем заниматься, да...

И вот я возвратился к вопросу о конечной точке своего маршрута. Куда бежать? Здесь оставаться - гиблое дело, да и в покое меня не оставят. Юг? Степи, населённые кочевниками и жутковатыми нелюдями... Нафиг-нафиг, мне вкусно жить и сладко спать охота. Север? Если прямо плыть, то попаду прямиком в местный филиал средневековой Европы - пять крупных держав, две из которых вполне тянут на приставку "супер". Плюс куча мелких осколков и плавающих союзов с бесконечными войнами в придачу. С одной стороны, в таком месте мне точно будут рады. С другой - сдохнуть можно едва ли не быстрее, чем оставшись в Финаритии. Там ведь и ордена религиозные, и настоящие маги-убийцы, и внезапные предательства вчерашних партнёров. Не хочется стать очередной разменной монетой. Да и не разменной тоже...

Вообще не хочу местным подчинятся. И как житель другого, куда более развитого мира не хочу, и как настоящий химеролог. Очень сложно, знаете ли, ложится под существ, которых твои питомцы могут порвать в течение нескольких секунд. И чьи города могут вымереть из-за малой толики того, что хранится в твоих подвалах. Такое могущество, такая власть над судьбой тысяч и миллионов... Ну как после такого очередному "благородию" кланяться? Даже пусть он хоть трижды сильный маг!

Статистика, собранная Учителем, неумолима: мастер-химеролог способен в одиночку на равных сражаться практически с любым другим мастером. И это при том, что главная наша сила отнюдь не в нас самих! Стоит нам хоть немного подготовится, вырастив пару-тройку десятков тех же типовых химер, и даже сработанные звёзды (пятёрки) мастеров иных путей уже мало что смогут нам противопоставить. Либо сразу армией давить, либо... Выпускать уже своего химеролога. Поэтому, собственно, нас так ценят и бояться.

Правда, при этом за силу мы платим не только народной неприязнью, но и сложным обучением вместе с зависимостью от ресурсов. Ведь хороший химеролог - это ещё и алхимик, и стихийник, и какой-никакой артефактор, а в ряде случаев даже некромант на пол ставки! Всё нам нужно, всё необходимо. А смертность высокая. Вот и получается, что у того же старикашки за более чем три столетия собственной жизни было всего около двух дюжин учеников. И выжил лишь я один, к слову.

Да-да, мы зверьки редкие, краснокнижные. Очень привередливые. И жить предпочитаем на свободе, желательно - где-нибудь подальше от быдла и мудаков. Сами, правда, те ещё личности, ну так потому и не размножаемся практически. По крайней мере естественным путём...

Кстати, а ведь хотелось бы. Размножаться, в смысле... Точнее, мне самого процесса хотелось бы, а не детишек. А то у старика я что-то любовниц не наблюдал, да и рассказов об это не припомню. Зато вспоминается множество лекций о стерилизации монстриков... Не-не-не, покорнейше благодарю, но забивать на прекрасный пол ради "науки" я не собираюсь. Хотя мог бы с таким воспитанием, если честно. Это как профессиональная деформация гинеколога, только с раннего детства да по неокрепшей психике ребёнка. Наверное, моим коллегам просто-напросто трудно воспринимать противоположный пол как субъект сексуального интереса, а не как объект из мяса и костей.

То есть, резюмируя мои желания свободы и безопасности, податься я могу только на восток - в земли хоть и обжитые, но чрезмерно раздробленные и слегка хаотичные. Там, на территориях бывших древней Республики, в месте слияния двух великих рек с Первым морем, расположились многие десятки карликовых государств. Государств торговых и богатых, а потому местами даже сильных за счёт многочисленных наёмников. Многие пытались захватить те плодородные и прибыльные земли, да только ни у кого не получилось. По разным причинам. Впрочем, главная из них носит имя Гегемонии - окружённого горами крайне централизованного государства, расположившегося на берегах Хасула - огромного пресноводного озера, от которого берёт начало одна из великих рек, Чистый жемчуг. Собственно, Гегемония расположилась так удачно и неудачно одновременно, что ради адекватной торговли ей приходится так или иначе контролировать раздробленность региона слияния рек и моря. С другой же стороны, и напасть на них не способен практически никто - слишком уж специфическое месторасположение. Вот и выходит, что реальной возможности завоевать Вольницу, как называют те земли, ни у кого и нет, кроме разве что Гигемонии. А той, как понятно, это нафиг не нужно.

И если в саму очередную сверхдержаву мне, опять же, абсолютно не нужно - там правят бал древние кланы магов с десятками тысячелетий истории, то вот уже Вольница - это совершенно другой разговор. Притягательный, прямо скажем, разговор. Маги там очень и очень нужны, денег - бассейн и маленькая тележка, а никаких гильдий убийц нет и в помине. Точнее, последние там вроде как имеются... местами... Но как рассказывал старик, по твою душу они придут только в самом крайнем случае. То есть, к примеру, если какой-нибудь очередной "гений" решит завоевать всю Вольницу, то вскоре получит кинжал в печень. А если просто свои услуги продавать, то никто и не тронет. По крайне мере, никто из реальных игроков.

Что же, тогда стоит ещё раз перечитать заметки Учителя о том регионе. И в библиотеке покопаться на эту тему. Потом подготовить запас составов для путешествия, доделать, наконец, ловушки для любопытных мародёров и организовать прощальный привет друзьям старикашки. Хе-хе...

А ещё нужно проверить запечатанный этаж, мда. Уже месяц прошёл, всё живое должно было сдохнуть от голода. По крайней мере я на это надеюсь...

Глава 3 - Последствия решений и стечения обстоятельств

Вновь винтовая лестница, вновь подвалы. И знаковый минус третий этаж, предмет моих редких кошмаров последнего полугода. Как раз с того самого мига, когда я решил начать реализацию плана по умерщвлению старика.

Надеюсь, растерзанный труп Учителя наконец позволит мне спать спокойно.

Подойдя к двери, в первую очередь решаю подготовиться. В правую ладонь лёг деревянный посох, в левой сжат флакон с обонятельным маркером, дарующим шахемам спокойствие. Пояс с боевыми зельями тоже на месте, мутными стекляшками бликуя в свете настенных светильников. Во рту стоит стойкий горько-химический привкус нескольких боевых составов, в голове едва заметно шумит - поднялось давление. Так и должно быть при применении "доблести воина" - коктейля из трёх слабеньких зелий, увеличивающих физическую силу, крепость мышц и сухожилий, а также естественный жизненный тонус организма. Последнее способно вытянуть те самые раны, которые уже и смертельные вроде бы, но на самой границе опасности. Чуть быстрее остановит кровь, чуть сильнее сработает иммунитет, чуть медленнее будут погибать клетки. Вроде бы и немного, а в совокупности - значительное подспорье.

Жалко только, что запасы ингредиентов крайне ограничены - многие травки теряют волшебные свойства со временем, почему старик периодически заказывал их в ближайшем городе. Сам, естественно - мне он никогда в полной мере не доверял. Даже иронично, что осторожность привела лишь к некоторым трудностям в использовании и пополнение его же капиталов. А быть может, будь Учитель подобрее, и в конце концов не погиб бы от рук ученика...

За что боролся, на то и напоролся. Классика. Причём в моей ситуации ещё более верная тем, что напоролся старик как раз таки на когти шахем, за реабилитацию репутации которых так рьяно ратовал.

Опять сторонние мысли. Не думал, что меня всё же настигнет этот недуг химерологов.

Кстати, что-то химер не слышно, несмотря на издаваемый мной шум. Неужели действительно подохли от голода? Хотелось бы, если честно. Очень уж быстры, заразы. Не уверен даже, что успею флакон с маркером кинуть. А кидать ведь придётся - шахем заранее останавливать нужно, а не в плотную к себе. Два-три центнера веса, разогнавшись, меня тонким слоем по кладке размажет.

Поэтому снимал засовы я медленно, не спеша. Входные двери открывал аккуратно, прислушиваясь к звенящий тишине внутри. А то шахемы, конечно, не того вида существа, чтобы засады устраивать, но мало ли. Голод кого угодно изобретательнее сделает, тем более что богомолам, одному из видов-доноров этих химер, в засаде сидеть сам бог велел. Ну или химеролог, кто там этих тварей разработал?..

Но площадка оказалась пустой. Как и главный коридор, в котором я видел Учителя в последний раз.

Не понял...

Придётся осматривать всё? Не хотелось бы... Попахивает именно теми самыми фильмами ужасов про творения моих коллег, из-за которых нас заставили регистрировать свои поделки в администрации городов. Вот только роль главного героя ужастика, а то и вообще - персонажа для затравки, меня совершенно не прельщает. Поэтому поступим иначе.

Сперва я не слишком меткими бросками распределил пяток флаконов с маркером по всему коридору, создав, так сказать, относительно безопасную зону. Разогнавшегося монстра, конечно, не остановит, но вот от преследования спасёт. Даже если твари будут голодны - обонятельные инстинкты у них сильнее, чем естественные.

Далее я открыл настежь дверь, рассчитывая в крайнем случае банально сбежать, и вывел на полу парочку шоковых рун-ловушек, чтобы при бегстве здоровенная туша химеры обязательно притормозила у входа. И даже не важно из-за чего - от срабатывания ловушки ли, или в попытке обойти подозрительное место. Главное, чтобы я успел запереть дверь.

Но, к счастью, приготовления не понадобились.

Монстры действительно оказались не совсем дееспособны, хотя и далеко не мертвы. Признаться, я даже вначале не понял, что за коконообразные фигуры нашлись в вольере шахем. А старик, оказывается, им режим спячки прикрутил! Удивительно! Конечно, сделал он это через пень колоду - видимо, для сохранности монстрики облепили себя какой-то слизью. Но всё же, всё же! Помнится, учитель всё время ворчал о том, что из-за наследия насекомых разобраться с метаболизмом этих химер было сродни путешествию в Мертвые земли налегке. Видимо, учитель всё же сумел совершить прорыв как раз в этом году... Или безбожно врал меня до этого по каким-то своим причинам. Неважно. Главное - ему это так и не помогло.

Останки же старика... нашлись. И лишь знание о том, что до нашего последнего визита кормушка шахем была пуста, позволило мне идентифицировать принадлежность множества клочков отдалённо знакомого тряпья. Прямо-таки пазл на тысячу кусочков, не иначе. В начале, стоило мне осознать принадлежность фрагментов, я даже заподозрил учителя в страшном - в выживании. Это ведь такая классика, оставить во вроде как сработавшей ловушке свою одежду и немножечко подвернувшегося под руку мяса. И вот - я сейчас поверну за угол, и там меня будет ждать встреча тысячелетия!..

Но нет, дерьма химер было достаточно много, чтобы судить о размере добычи. Уж я-то знаю, годами эти кучи убирал. Удивительно лишь, что отходов оказалось даже как-то слишком много...

Далее, дабы точно убедиться, я... Ну да, принялся копаться в засохших экскрементах. Благо не манерная барышня, а ученик химеролога - людей вскрывать приходилось, не то что благообразные кучки. К тому же, мотивировала и возможная награда - старик всегда носил с собой несколько артефактов, часть из которых, судя по его хвастовству, должна была выдержать путешествие в желудке монстров.

Что же, вот сейчас и проверим. Только немного перестрахуюсь на всякий случай...

***

Калейдоскоп новых запахов наполнил помещение, вырывая их разумы из тисков забытья. Терзаемые голодом твари пробуждались, и вместе с током лимфы по жилам волнами накатывала ярость. Гнев. Жажда. Они томились слишком долго, а спячка так и не была доработана их создателем, потребляя и без того невеликие запасы питательных веществ.

Слабость... Но ничего, они обязательно поправят своё положение долгожданным перекусом.

Ганглиев коснулся химический сигнал успокоения, словно наркотик, стремясь загнать их в вегетативное состояние. По большей части - неудачно. Голод продолжал терзать молодых особей, а изменённая природа не давала действовать во вред себе. Нет, они обязательно послушаются приказа. Обязательно! Вот только сперва поедят...

Но стоило первым из них шевельнутся, слегка расправив затёкшие конечности, как химеры дружно содрогнулись от знакомого визга - несколько из них кричали в предсмертной агонии, омываемые пеленой жидкого огня. Другой рывком вырвался из плена кокона, только чтобы рухнуть, запутавшись в конечностях у странного символа на полу комнаты. Соседний с ним символ также коротко сверкнул, электрическим разрядом окончательно умертвив ещё несколько ганглиев монстра.

Они продолжали вырываться из тисков, чтобы спустя мгновения яростно устремиться к пище. Всё новые и новые твари... Среди них почти не было взрослых - старые особи распродавались создателем, чтобы освободить место более продвинутым версиям. И так продолжалось долго. Очень долго. Пока наконец старому безумцу не надоело каждый раз растить приплод самому, и он не пошёл на крайние меры...

***

Признаться, чего-то подобного от учителя я и ожидал. Даже если сам гадость не сделает, то хотя бы косвенно нагадит обязательно. Ну не мог он иначе, не мог! Вот и сейчас - когда "коконы" заходили ходуном, я совершенно не удивился. Более того, можно даже сказать обрадовался - ощущение ловушки не отпускало с тех пор, как вновь переступил порог этого этажа. Теперь же опасность наконец проявила себя.

Но облегчение - облегчением, а делать что-то нужно. Шахемы - не те существа, чтобы давать им фору. Не с таким численным перевесом в их сторону.

Сперва я, естественно, положился на средство известное и проверенное - обонятельные маркеры. Одна за одной колбы разбивались у коконов, принуждая химер к рефлекторному оцепенению... Однако сработало это далеко не на всех. Штуки шесть коконов перестали дёргаться, тогда как тварюшки в остальных положили на запах большой и толстый. Разве что поскуливания со скрежетом стали тише. Но и с этим не совсем понятно, что стало тому причиной - действительное уменьшение агрессии, или частичное освобождение из плена затвердевшей слизи.

Ждать я больше не мог. Да и не пытался, если честно - повторить судьбу своего учителя было бы как-то глупенько.

Поэтому двух ближайших, всё ещё скованных сном шахем, я накрыл струёй пламени - заклинанием едва ли не простейшим, однако очень уж прожорливым на силы. Прожорливым как для мага-неофита, естественно. Я же в свою очередь официально был на один ранг постарше, то есть учеником, а по факту уже тянул на не самого слабого адепта. Благо, развивать свой дар можно было и без пригляда учителя. Стоило поставить себе такую цель, и методы нашлись в библиотечных книгах.

Главное - систематичность занятий. Что для ребёнка, которым я и являлся внешне, становилось задачей довольно-таки сложной. К счастью, разум возрасту тела не соответствовал.

Это и позволило мне, к примеру, чуть позже накрыть ещё несколько химер небольшим роем ледяных дротиков. В принципе, подобное может совершить и ученик, однако потратит на это непозволительно много сил и времени. Впрочем, не сказать, чтобы и мне заклятие далось так уж легко. Просто воспользовался тем, что противники пока ещё только пробуждались ото сна.

Слабые, заторможенные. Одним словом - отличные мишени.

Пока я взял короткую паузу на восстановление, раздалось тихое дребезжание, с которым обычно разряжаются шоковые руны-ловушки. Этакие усиленные электрошокеры, опасные даже для среднего человека. Убить-то, конечно, не убьют, ведь ток пройдёт по одной ноге в другую через область таза минуя мозг и сердце, однако сбить с ног вполне смогут. Как и оставить калекой, если совсем уж не повезёт. Да и в бою стоит быть осторожнее - любой металлический предмет, включая, в том числе и меч, также служат прекрасным путём для хода электричества. Бывали прецеденты...

На шахем же эти руны действовали даже более эффективно - слишком уж мало у них нервной ткани, и слишком уж неудачно строение. Как монстр не вывернись, а парочку ганглиев оглушит или вовсе спалит обязательно. А дальше будут шок, паника, потеря координации... Рано или поздно химера, конечно, всё же приспособиться, однако время в бою будет безвозвратно потеряно.

Впрочем, разумные могут терять это самое время и по более глупым причинам.

Отвлёкшись на поражённых электричеством химер, я лишь с изрядным опозданием замечаю сразу трёх освободившихся монстров. Небольших, явно из новой партии. Вместо атаки, они наоборот отошли подальше, будто бы наблюдая за мной из-за соседнего вольера.

Неприятно засосало под ложечкой. Настолько умными шахемы быть не должны. Старый пень, что же ты натворил?..

Впрочем, глубину пропасти, куда уверенно шагал учитель, я всё же действительно недооценил.

Тройка умников действительно ожидала. Но не "чего-то", а "кого-то" - нагромождение коконов в углу помещения, которое я ошибочно принял за место последней трапезы химер, с гулким хлюпаньем порвалось, являя миру десятки монстриков размером с небольшую кошку.

Детёныши. Шахем. Маразматичный ублюдок, о чём ты только думал вообще?! За такое даже виселицу не дают, просто рубят на месте!

И что ещё интереснее, мне сейчас нужно будет всех их уничтожить. Не дав при этом сбежать по лестнице, дверь на которую так и осталась открытой. Почти... пять десятков шустрых тварей, видимо, теперь претендующих на звание пусть и молодых, но всё же довольно умных животных...

Кажется, пришло время более решительных действий.

Мелкие твари явно были голодны, раз в первую очередь набросились на посечённые льдом или подкопченные тушки сородичей. Впрочем, по большей части проигнорировав всё ещё шатающихся жертв моих рун-ловушек. Как клещи вцепились в мёртвых, в раненых, в подвернувшихся под руку... Оставшиеся крупные особи в количестве четырёх штук, если не учитывать тройку наблюдателей, мудрствовать не стали и сбежали от накатывающей волны прямиком ко мне.

А я в это время всё ещё как-то заворожённо наблюдал за мелкотой, чьи действия чем-то напоминали рой саранчи. И заклинание, как понятно, не готовил.

Что-то я совсем не готов к настоящему бою. Здесь даже взрослых практически не было, и то чуть не сожрали. Это мага-то! В том числе и стихийника! Какой позор...

Ситуацию спас уже работающий инвентарь - в рамках проверки его возможностей, в него была вложена парочка кучек разнообразных простейших артефактов. В том числе и не очень стабильных. Поэтому, когда я от испуга рефлекторно "выплеснул" навстречу зубастым харям запасы личного хранилища, жахнуло не по-детски. Гулко так, с яркой световой вспышкой и звоном в черепе, словно от хорошей взрывчатки.

К слову будет сказать, потом я ещё буду искать, что же именно дало такой впечатляющий результат. И найду, что очень поможет в путешествиях.

А на тот момент, двух из четырёх тварей порвало на лоскутки, тогда как оставшихся просто отбросило. Узнал я об этом, правда, далеко не сразу - ослеп и оглох от взрыва не хуже, чем от какой-нибудь светошумовой гранаты. Одно хорошо - пострадал не только я сам. Поэтому, когда по памяти судорожно сдёрнутый состав оказался в желудке, стремительно восстанавливая работоспособность глаз, химеры даже и не думали атаковать. Что, безусловно, хорошо. Но мелочь при этом хаотично бегала по помещению, нет-нет, да выбегая в главный коридор, что плохо. Одна надежда, что монстрики вернутся из-за голода и всё ещё работающих инстинктов.

Отлавливать по всей башне тараканов, способных убить и сожрать человека, было бы крайне затруднительно.

Новая струя пламени накрывает небольшую площадь, поджаривая одного из двух откинутых и четвёрку детёнышей в придачу. Ещё одна улетает в другую сторону, пропекая последнюю из взрослых химер поблизости. Остаются лишь наблюдатели и мелкота.

Но умники не двигаются. Они буквально замерли там, за дальним вольером, продолжая бездействовать. Тихо, практически недвижимо и бесстрастно. Не понимаю, чего они хотят? Если такие уж разумные, то не могут не понимать, что стоит мне восстановится и добить их не составит каких-то особых проблем.

А потом, приглядевшись получше, в неверном свете магических светильников я заметил блеснувший металлический предмет. Находился он на поднятом усике одной из тварей, и более всего напоминал небольшое изящно сплетённое колечко. Примечательно, что остальные химеры шевелили усиками, ощущая... Что там насекомые этим органом ощущают? А вот этот индивид двигал лишь свободным усом, удерживая второй, который с ношей, прижатым к хитиновой голове. Видимо, чтобы кольцо не упало.

Колечко, колечко... Что там у старикана в загашнике было? Вот же гадость, он ведь и не делился со мною сведениями о своих сокровищах. Изредка хвастался, это да, но без конкретики. Посему я даже близко не представляю, что конкретно сейчас прижимал к себе монстр.

Впрочем, играть во что-то там с химерой я не стал. Зачем? Уж не знаю, чего ещё там они ждали или добивались, однако мысль у меня возникла простая - врагу нельзя давать довершить план до конца. И вообще, детёныши даже всем скопом будут явно послабее трёх молодых, но уже крупных особей. Так что закусив губу от натуги, я рванул навстречу наблюдателям... Попутно формируя новый рой ледяных дротиков.

Боюсь, на ещё один рой влаги в воздухе просто не хватит - учитель хорошо изолировал помещения, поэтому сыро в его подземельях не было. Наоборот, довольно-таки сухой воздух, чтобы образцы медленнее портились.

По пути то один, то другой детёныш получает лихие пинки, отлетая в каменные стены со звонким хрустом переломанных костей. А я в очередной раз благодарю свою предусмотрительность, заставившую меня одеть в это приключение укреплённые кожаные ботинки с металлическими вставками. Включая, естественно, и литой носок - самое то для алхимиков и химерологов, если оные не хотят лишиться пальцев на ногах.

Немного увлёкшись процессом раздачи столь своеобразных пассов, я не сразу заметил изменения в действиях наблюдателей. И заключались эти самые изменения в том, что какие-то действия у монстриков, собственно, начались. Некие ритмичные шевеления у окольцованного индивида, чем-то напоминающие странные танцевальные па, тогда как двое его друзей предпочли просто выдвинуться вперёд, словно бы защищая... Кастера?!

Признаться, когда от твари с артефактом по помещению прошлась едва видимая желтовато-алая волна энергии, я только лишь напрягся - не узнать ауронаправленную площадную магию положительного спектра я не мог. Да, конечно бафы на врагах - вещь неприятная, но слишком уж слаба была волна сил. Вряд ли потянула бы даже на уровень адепта, не то что какого-нибудь подмастерья. А значит от моей праведной ярости, заключённой в уже почти сформировавшиеся острые иглы, эта магия химер не спасёт.

Однако, как всегда и происходит, имелось в сложившейся ситуации одно критически важное "но". И заключалось оно в эффекте заклинания. А точнее, в его нетипичности для известной мне магии.

И снова заметил я это не сразу, ожидая подлянки от телохранителей жучиного "мага". Однако проблема оказалась в другом. Движения мелочи, до этого всё ещё хаотично бегающей по помещению, претерпели некоторые изменения. Стоило стремительно оглянуться, и стало сразу понятно - направление бега детёнышей. Оно изменилось. Все они вместо поедания трупов почему-то очень уж целенаправленно двинулась в мою сторону.

Сложить дважды два было не трудно. Уж не знаю, что за магия заключена в колечке, но учителю досталась ещё одна порция мысленного негодования. В матерной форме, естественно. Потому что ну нельзя же быть такой сволочью, чтобы даже после смерти столь проблем приносить! Вот ей-богу, если этот мудак ещё и мертвецом мстительным восстанет - я совершенно не удивлюсь...

Что мне теперь делать? Да всё тоже на самом-то деле. Сперва самые опасные, а мелочь - на десерт.

Не знаю, чего ожидали химеры. Что на моём месте вообще должен был сделать любой адекватный маг? Наверное, попробовать убежать - силы-то почти на исходе. Ещё пара-тройка заклинаний и мне понадобится длительный отдых, если не хочу перенапряжения каналов. Да и Ветра здесь, под землёй, существенно ослабли, стоило бы дать им восстановится. Иначе придётся вытягивать энергию прямиком из эфира, а значит ничего достаточно мощного мне будет не видать ещё дней пять-шесть...

Но это будь я нормальным, адекватным магом. Не человеком адекватным, попрошу заметить, а именно что магом! Поскольку маги в принципе слегка безумны, так сказать, по определению. Очень уж сложно сохранить здравость рассудка тем, кто ощущает мир в плоскостях и материях, неестественных и даже невообразимых для обычных смертных. Это как с рождения слепому объяснять цвета, только наоборот - у одарённого именно человеческий разум с рефлексами однажды встречается с нереальностью энергий и концепций, необратимо искажаясь под напором в полной мере непознаваемых сил. Поэтому у обычного люда к нам столь своеобразное отношение - наделённые силами безумцы, слабо воспринимающие ценности и мораль среднего человека, вызывают почти инстинктивное отторжение и страх. А у аристократов, например, превалирует презрение к магам... Впрочем, как и у нас к ним - жалкие трусы, корпящие над своей мнимой властью и столь же мнимыми богатствами, не способные узреть истинного величия силы магии. Более того, даже осознать её не способны! Что нам деньги, если власть наша правит самой реальностью?..

***

Всё это проносилось в буйной головушке адепта, пока он, аки рыцарь на коне, уверенно летел прямиком на вновь застывших химер. И если оба "телохранителя" окольцованного шахема были относительно спокойны, за исключением продолжавшего терзать их коктейля из голода и агрессии, то вот уже внезапно поумневший монстр пребывал... В шоке. Потому что разум, разнесённый по множеству ганглий и усиленный эффектом случайно подвернувшегося артефакта, чётко сообщал, что любой разумный, пребывай он в положении этого мага, должен был бы уже бежать отсюда. Ради спасения собственной жизни, ради отдыха, ради подготовки большего числа ловушек... Ради всей логики мира в конце-то концов! И тогда, стоило бы врагу дать им ещё немного времени на подготовку, и новый выводок успел бы пожрать останки старых особей и вырасти до состояния молодняка. А там, управляемые его уверенной лапкой, они преодолели бы запертые двери...

Однако двуногий почему-то не отступил. Он продолжал бежать вперёд. К единственному относительно разумному монстру, ставшему (по его же скромному мнению, естественно) спасителем и единственной надеждой молодой и пока ещё малочисленной расы химер. Он не знал о названии, данном его народу двуногой дичью. И не ведал об опасностях большого мира. Однако явственно чувствовал, что его миссия, его роль в будущем процветании собственной расы решалась прямо здесь и прямо сейчас...

И, увы, решалась она не в пользу молодого шахема. Он ещё попробовал увернуться, даже пригнувшись к полу... Однако в миг, когда ледяные дротики превращали его голову в кровоточащее месиво, избранный самой судьбою услышал чей-то тихий, притягательный, но совершенно издевательский заливистый смех. Женский смех.

Глава 4 - Прощание

Во всём можно найти положительные стороны.

- М-мать вашу...

Во-первых, теперь я полностью уверен в кончине злобного старикашки. И это очень важно хотя бы для моего душевного спокойствия.

- Сволочь, как же ты так вцепился-то...

Во-вторых, никому из мелких химер сбежать так и не удалось. И это тоже принесёт мне спокойный сон. А то не хотелось бы в этом возрасте вновь начать боятся темноты и монстров под кроватью, только на этот раз по куда более реальной причине.

- Уй, бл... М-м-м... Тварь, ещё бы на пару сантиметров левее...

В-третьих, всё же нашлись кое-какие артефакты из тех самых, чьё хранение учитель не доверял даже собственным тайникам. И правильно, между прочим, делал - большую их часть я вполне успешно обнаружил и вскрыл. Не в последнюю очередь благодаря тому, что профессиональная деформация старого мага заставляла его защищать тайники в основном от магических же способов обнаружения. Воздушные заклинания поиска, разговоры с мертвецами из некромантии, профильный поиск по духу и крови из алхимии, а также многое, многое другое - всё это практически не работало в Башне. А вот старая добрая наблюдательность с банальной психологией - вполне.

- Фух, вроде бы артерия не задета, - продолжаю всматриваться в след укуса на внутренней стороне бедра, совсем недалеко от... сокровенного! - Или уже зарасти успела? Нет, вряд ли - я сразу после боя, ток крови должен быть всё ещё ускорен. А раз следов кровотечения практически не найти, значит и не задело ничего важного.

Но испугаться я успел, это да. Нужно будет потом нормальную кольчужную юбку купить. А то половые органы - штука такая, сложная. Алхимия может и не сработать... Или сработает неправильно, и стерилизуюсь, так сказать, случайно-принудительно.

Но это же надо! Все ноги искусали, твари! Живого места нет, особенно на заднице. Будто самая желанная цель, ей-богу... Или просто крупная и относительно неподвижная? Ногами-то махал активно, мелочь в полёт отправляя, а вот тазом старался не вертеть - и без того приложило, когда в тройку "наблюдателей" влетал. Жёсткие, заразы, эти таракано-богомолы...

Стараясь не двигать правой частью тела, которой, собственно, и повстречался с прочным хитином боевых химер, я с натугой поднялся на ноги. И медленно вдохнул, проверяя состояние энергетических каналов - относительно короткий бой серьёзно напряг непривычный к подобному организм. Что поделать, воевал я действительно нечасто.

И медленно выдохнул, напряжённо поморщившись. Увы, без риска серьезных проблем сегодня я уже не поколдую.

Вот только, внимательно обведя печальным взглядом побоище, я с тихим матом вынужден был констатировать - возможно боевая магия мне ещё пригодится. Причём очень и очень скоро. Потому что кое-что не сходилось в сцене кончины, прямо скажем, далеко не самого слабого мага. А значит для начала нужно всё-таки проверить оставшуюся часть этажа.

***

- Матерь божья...

Нет, ну тут старый мудак превзошел самого себя. И качественно, и количественно превзошел. Потому что такое... Номинант на премию Дарвина, не иначе.

И так, минус третий этаж действительно хранил для меня ещё один сюрприз. Шокирующий, если честно. Потому что вот чего-чего я не ожидал здесь увидеть, так это скрытой, мать её, лаборатории. То есть секретной, получается. И, естественно, нашлась она тоже не просто так - скрытая ниша, за который скрывался проход, оказалась разворочена и подкопчена. А значительная часть помещения тайной комнаты вообще спеклась в некую камне-металлическую массу, щедро усеянную странным песочным крошевом.

Впрочем, часть комнаты всё же сохранилась, что, собственно, и позволило мне определить для чего она использовалась. Ну, в общих чертах, поскольку чем именно здесь занимались уже не узнает абсолютно никто. Так уж качественно разнёс лабораторию мой бывший дражайший учитель.

А интересно ведь! Старикан бы пустышку прятать не стал. И не побежал бы сюда просто так, когда за ним гнался целый рой голодных шахем. Это мне повезло - от общего количества химер осталась едва ли пятая часть, да ещё и спали все после многодневной голодухи. И то чуть коньки не отбросил. А учитель-то...

Было бы даже как-то обидно, если бы его чуть ли не влёт сожрали какие-то там жуки-переростки. А так совершенно понятно, что сражался за свою жизнь он сурово и до конца. Показал мощь стихийника в ранге старшего мастера, подгадил ученику напоследок и благополучно помер. Молодец. Я в учителе и не сомневался! Ну, почти...

Так-так, а что это за осколки? Колбы? Большие какие-то, явно для выращивания в субстрате... Не, всё равно хрен поймёшь. Хотя, учитывая показанные шахемами чудеса, конкретное предназначение этого помещения вполне возможно предположить. Особенно если учесть, что, как оказалось, львиная доля экспериментов над ними все эти годы оставались для меня тайной.

Не пойму только, зачем было так изгаляться? Вроде же и не настолько старик параноиком был...

Ладно, теперь все эти осколки совершенно бесполезны. Да и не надеялся я на новые ценности, честное слово. Куда важнее было прояснить судьбу учителя и большей части взрослых химер, поскольку жить в одном здании с, возможно, разумными голодными монстрами мне совершенно не улыбалось. Зато теперь я спокоен. Многие загадки прояснились инстинктами химер или тайнами старика, что меня полностью устраивает.

Но это всё лирика, да. Поскольку теперь меня ещё ждёт дело грязное, муторное, но крайне приятное. Добычей трофеев именуемое.

Как говорил Тарвик - купец экзотикой и один из немногих гостей старика, сумевших завоевать толику моего доверия: "Мальчик мой, хорошая война - это не одна лишь спекуляция. Каждый уважающий себя коммерсант знает, какая золотая жила скрывается на смердящих полях прошедших битв. Конечно, снаряжение и сбережения павших заберут победители. Но вот алхимические ингредиенты... Откуда простому быдлу знать, к примеру, ценность хорошо обработанного человеческого сердца?".

И здесь я с мистером Тарвиком полностью солидарен! От победы нужно брать всё и немного больше. Потому что если этого не сделаешь ты, то сделает кто-то другой. Так почему бы химерам не сослужит мне последнюю добрую службу, поделившись неплохими потрохами? Только нужно будет всё внимательно проверить, а то модификации могли привести к изменению мистических свойств органов...

***

Солнечный лучик пробежал по моему лицу, заставив на мгновение поморщится от неудобства. Чёртовы дырявые тряпки на чёртовых здоровенных окнах. Но другого помещения такого размера во всей башне не сыскать, так что приходилось мириться с некоторыми неудобствами.

- Вот же мудень, даже после смерти достаёт. Что, было так сложно купить нормальные портьеры? Хотя к чему они тебе, полуночнику хренову.

И зачем старикашке нужен был этот зал? Надо же - трапезная, в которой никогда не принимали пищу. Зато украшенная так, что аж зубы сводит! Идиотизм и заносчивость. Как раз в духе учителя.

Вообще, он, бывало, приходил сюда просто полюбоваться отделкой, словно экспонатом музея или произведением искусства каким-нибудь. Возможно, кстати, так оно для него и было. Или же дело в чём-то другом, куда более глубоком и личном... Но поскольку мне никто ничего об этом месте не рассказывал, кроме разве что общей информации уровня "дорого, испортишь - пришибу", то и каких-либо угрызений совести за порчу присутствовавшего здесь имущества я не испытывал. Даже понимая, что порчу, вполне возможно, уникальные исторические реликвии или что-то иное подобного рода.

Да и некоторая Толика подростковой мстительности присутствовала, чего уж тут. Как оказалось, одного лишь косвенного убийства старикашки мне было всё же совершенно недостаточно. И душить то и дело возникающие порывы, в особенности когда они не мешали планам, совсем не хотелось.

Так произошло и с этим залом... Зато теперь здесь стало очень приятно находится - украшения содраны и лежат на полу вместе с остальным награбленным, оставив лишь обшарпанные стены почти заброшенного жилища. Приятно. Моё маленькое чёрное сердечко трепещет от разрушения того, что доставляло учителю искреннее удовольствие.

Правда, совершил вандализм я не только лишь по воле прихоти.

В центре помещения на простынях теперь лежали все ценности башни, аккуратно отсортированные мною по нескольким категориям. Обилие ткани предотвращало повреждение хрупких предметов, ведь всё это - деньги. Или даже более того - память! Вот лет через двадцать сяду в кресло у камина, а на глаза позолоченное бра из спальни учителя попадётся. И сразу же такие положительные эмоции!..

Кровожадные, правда. Но всё равно положительные.

- Жалко, череп его сломали. Заказал бы кружку.

Впрочем, оные эмоции одолевают меня и прямо сейчас. Ведь трофеев получилось... Много. Даже очень много. Как будто по башне мародёры прошвырнулись, только хиловатые какие-то - настоящие и мебель забрали бы. А я поступлю куда интереснее - большая часть фарнитуры станет основой множества ловушек, тогда как меньшая послужит укрытием нескольких интересных подарочков. На прощание аборигенам.

Химеролог я, всё же, или погулять вышел?

Ну а ценности отправятся прямиком в инвентарь. В сундучках отправятся, заботливо сложенные и перевязанные. Поскольку пространство моих закромов всё же далеко не резиновое, даже со всеми реализованными улучшениями.

- Впрочем, главная ценность - отнюдь не презренное злато. Куда важнее внутренний мир человека, - ехидно улыбаюсь, глядя в небольшое зеркало, украшенное позолоченной резной рамой.

Ирония. Смешно понимать, что импланты в моей груди стоят больше, чем практически всё остальное имущество старикашки. Включая башню. Потому что магические драгоценные камни на дороге не валяются, и в тела обычно не вживляются. А если уж делается это, то тем более не ради какого-то там встроенного инвентаря. Местных ведь жаба задушит на подобное тратить ресурсы, из которых можно организовать настоящий боевой посох для целого магистра. Почти три-четыре десятка подвешенных заклинаний и значительное увеличение магической выносливости против удобного, но всё же довольно спорного улучшения тела? Даже не смешно!

А мне, вот, было нужно именно это. Потому что из монархии я планирую смыться, причём желательно с чем-нибудь значительным за душой. Зря что ли на чужого дяденьку столько пахал, а? То-то. Да и библиотеку оставлять было жалко почти до слёз. Такие залежи знаний! В том числе секции, до недавнего времени мне совершенно недоступные. О боги, да там даже несколько трудов времён Первой республики нашлись! Отдавать всё это местным зажравшимся буратинам было почти физически больно. Собственно, поэтому я и решился на операцию - краткую боль телесную предпочёл бесконечным страданиям душевным.

- А ведь неспроста старикашка собирал магические камешки, - слегка поморщившись потираю занывшую грудину. - Неужто собирался крутой посох заказать? А местные не обокрали бы, что ли? Да и зачем тогда было своими находками хвастаться? Как-то глупо получилось. То ли гордыня пополам с садизмом взыграли, то ли по прошествии лет весь страх потерял. Как же - как же, ученик ведь - забитый мальчишка, практически бессловесный раб. Поизмываться немного над таким - святое дело.

Ну, его проблемы. Были. Собственно, такими действиями он лишь приближал свой бесславный конец. Но это так, к слову. Слегка растягиваю время, наслаждаясь хорошо проделанной работой. Потому что потом наступит пора работы не менее важной, но куда более муторной - проверка, утрамбовка и перенос всего ценного добра в личный инвентарь. Двенадцать больших сундуков и восемь малых... А ведь ещё нужны запасы тканей, кое-какой походной мебели с принадлежностями, а также парочка палаток.

Мда. Это будет очень доолгий день...

***

Закатное солнце заливало небеса алой пеленой, отбрасывая на мебель блеклые, неверные тени. Мир готовился ко сну... Пока я всё продолжал бродить по библиотеке башни. Довольно скромной, если верить словам учителя. Но оно и понятно - литература здесь была сплошь научная, никаких художественных поделок. Суровый прагматизм во всей красе.

Впрочем, литература именно что "была". Я вынес отсюда практически всё, оставив лишь пустые книжные полки.

Тишина. Покой. Пустота. Потерянность. И старый обветшалый ковёр, скрадывающий шаги.

Сколь же я провёл времени здесь, в этих стенах? Сколько скрывал непрошеные слёзы? Пусть из прошлой жизни пришёл взрослым мужчиной, однако вместе с закалкой характера принёс и груз прожитых лет. Воспоминания о семье, настоящих друзьях, привычном быте... Обо всём желаемом, но навеки потерянном. Притупить боль помогали лишь книги. И яркая цель - освобождение от гнёта старика-маразматика.

Хорошие средства. Действенные.

С печальной улыбкой вспоминаю прошедшие годы. Особенно когда совсем мелким был, ха-ха! Ох, сколько же я натерпелся... Зато с учёбой вышло смешно - местный язык получилось выучить довольно быстро, к моему искреннему удивлению. Никогда не блистал в лингвистике, а тут - чуть ли не влёт получилось. И уже практически с шести лет я уверенно штудировал местные источники знаний. Все, начиная от практик развития дара и теории Ветров, заканчивая методами выращивания химер высокого класса опасности. Впрочем, о последних было всего несколько потрёпанных манускриптов. Да и с доступом к ним было тяжеловато - учитель не то чтобы прятал ветхие книжонки, но сигнальные чары накладывал. Приходилось взламывать, чему требовалось ещё научиться...

Так и не получилось толком, кстати. Что стало ещё одной причиной решить вопрос гнёта старикашки радикально. Славные были времена...

Наконец, я вновь вышел к небольшому столику у дальнего окна. Старый стул задвинут, стол слегка качается на немного потрескавшихся ножках. А небольшая лесенка, практически первый мой работающий артефакт, так и осталась припрятанной за крайней книжной полкой. Причём как собрал её, так и нужные чары изучил полностью самостоятельно! Тогда был ещё совсем мелким и продолжал шифроваться от старикашки, а книги хотя бы со средних полок брать хотелось. Пришлось постигать основы артефакторики, хе-хе.

Учитель столь долго искренне считал, что я бегаю в библиотеку ради редких картинок в книгах... Но он не был дураком. Никогда не был. Обыкновенный человек с огромным багажом опыта, что попросту застилал ему взор на действительность. Не будь он таковым, и всё могло бы сложиться совсем иначе. Лучше, наверное. И это тоже печально.

Не везёт мне никак. Ни в прошлой жизни, ни в этой. Одной осторожностью и спасаюсь, да и то - с превеликим трудом.

Простояв ещё несколько мгновений, я решительно выдвинул стул и уселся на него. Провёл ладонью по потёртостям боковых планок, что остались от цепких детских ручонок. А вот и скол на внутренней стороне - отсюда я аккуратно отрывал щепки, которыми потом вёл записи на коре и твёрдой бумаге. И пусть тех заметок давно уже нет, зато память о них хранится в моём сердце. И в тетрадях - всё уже давным-давно аккуратно переписано.

К тому же, не так давно та моя работа даже позволила выжить в очень опасном бою! Ведь некоторые заклинания, что я использовал тогда, были модифицированы. В принципе, это неудивительно для магов, ведь любые чары - это конструктор, собранный из множества символических модулей. Понятное дело, что существует решения наиболее удачные, но никто ведь не мешает подогнать арсенал специально под себя, верно?

Например, моя "Огненная струя". Изначально - единичный или множественный импульс искусственного "перегретого летучего эфира" по конусовидной траектории. Направляется открытой ладонью, требуется десятиступенчатый вербальный компонент. Неплохое средство для поражения врагов в ближнем бою, призванное вывести угрозу из строя на не слишком длительный срок.

Ну вот и зачем мне такое, а? Обрызгать врага горящим керосином, конечно, эффектно, но не слишком эффективно. Потому что топливо быстро сгорит, и маг вновь останется один на один со взбешённым воином. Или тварью. И кому подобное надо?

Поэтому я выбросил из этого заклинания всё лишнее, типа ограничения возможных траекторий брызг, а также уменьшил дальность до уровня "вот прямо передо мной". И скрестил получившееся с элементами заклинания "Огненная стена" ранга подмастерья. Как понятно, по силам мне ещё недоступного - по-хорошему я на два ранга ниже, то есть всё ещё ученик. Пусть и с выносливостью адепта, что уже лишь на ранг ниже подмастерья.

В результате получилась этакая химера от мира стихийных чар, однако функцию свою прекрасно выполняющая. И ни один враг, насколько бы тупым он ни был, не рискнёт приблизиться к магу, способному окатить его чуть ли не ведром пылающего напалма. Пусть и не очень прицельно, да и с дальностью выходят очень большие проблемы, но какая, в сущности, разница? Прожаренному трупику не объяснишь, что какой-то то ли гений, то ли идиот сумел придумать себе аналог ручного огнемёта. И что это совершенно глупо, слишком дорого по силам и вообще нечестно. Трупу, знаете ли, уже совершенно всё равно.

Да и вербальную компоненту удалось сократить лишь до восьми ступеней, что уже тянет на целую научную работу. Если, конечно, я вообще захочу с кем-нибудь поделится своим творением. Что вряд ли произойдёт.

Впрочем, данный пример - один из немногих моих шедевров. Остальные заклинания я либо специализировал для конкретных целей, либо не трогал вовсе. Потому что в этом мире, как оказалось, тоже не идиоты живут. И с фантазией у них всё в порядке, даже более чем - многие мои "гениальные" идеи были либо невозможны, либо неэффективны, либо уже преспокойно себе существовали.

А между тем маги - народ в принципе ушибленный. И способный, так сказать, на самые разнообразные выдумки. Поэтому нередко заклинания, которым я обучался самостоятельно или при участии учителя, вызывали мой искренний восторг и чувство глубокого уважение к создателям сих шедевров. К примеру, даже тот же рой ледяных игл - такой себе не слишком дальнобойный аналог целого, мать его, залпа лучников! Уже на ранге ученика-адепта! Это заклинание было настолько оптимизировано, настолько отшлифовано своим создателем, что иначе как "Владыкой льда" мэтра Альвина не называли даже заклятые друзья-конкуренты! А уж то, что этот великий человек решил поделиться своим делом жизни с остальными...

Трудно себе даже вообразить, скольких магов спасли его разработки. Даже я теперь имею долг жизни перед ним, что уж тут говорить.

Луч заходящего солнце блеснул на металлической пластинке, что я вынул из потайной ниши стола. Одна из старых моих поделок - крошечный обогреватель, надёжно хранивший детское тельце от сквозняков этой части библиотеки. Теперь уже её товарки выполнят схожую роль в грядущем представлении... А вот саму пластинку я, пожалуй, заберу с собой. Память как-никак.

***

После ухода ребёнка из помещения, в оставшихся лучах заходящего солнца на мгновение мелькнул неверный силуэт. Некая серо-пурпурная дымка, будто бы севшая на так и оставшийся отодвинутым стул. Но как фигура возникла, так же быстро она и пропала с глаз возможного наблюдателя.

Внезапно слегка заскрипели боковые планки предмета мебели, покрываясь странными узорами. Зазмеились неведомые письмена и на детской лесенке, перекраивая смысл чар, вложенных в артефакт. А спустя практически минуту непонятное действие наконец завершилось.

- Позабавил меня, - раздался хриплый шёпот в наступившей тишине. - Сделаю приятно, сохраню тебе память. Остальное - сам. Сможешь.

И стул, теперь также украшенный странными пурпурными письменами, с тихим скрежетом сам собой задвинулся на своё законное место - за стол.

***

Признаться, ожидал я этого мига как-то слишком уж долго. Окончательно ушли зимние холода, пролетел и короткий период дождей - всего неделя или две, когда погода традиционно портилась, подпитывая уставшие растения влагой. И уже полноценно воцарилась весна, раскрыв почки и бутоны на грядках при башне.

Я даже алхимических ингредиентов насобирал, чай не испортятся - даже если времени на эликсиры не найдётся, сварю простейшие мази. Или масла выдавлю, да припарки с зелени приготовлю. Не решил ещё, что в пути полезнее будет.

А гостей, между тем, всё ещё не было.

И это нервировало. В смысле, они ведь не могли настолько наплевать на одного из химерологов монархии, верно? За нашим братом в принципе всегда следят, чтобы чуть что - и успеть приготовится к локальному апокалипсису. Как не раз уже бывало в истории, когда очередной химеролог с мочой в голове с чего-то собирал фертильное оружие судного дня. Будто мало естественных мутантов, право слово.

Мир магии как-никак, причём довольно страшненькой. Или скорее чуждой нам, существам этот мир населяющим. Причём настолько, что даже маги стараются не лезть слишком уж глубоко в кроличью нору.

А тут полный игнор пропажи, будто во дворцах какие-то бессмертные личности живут, ей-богу. Или они там у себя настолько в свою избранность уверовали, что не воспринимают риски?..

Но вот, в очередной тёплый весенний денёк на дороге показался небольшой обоз. Судя по количеству всадников и телег - ребята явно готовились к проблемам. Но хотя бы отреагировали, а то я уже опасаться начал. Однако такое количество всадников... Может стать проблемой. С другой стороны, магов среди этой братии не было. Иначе мои клипли, крошечные птицеобразные химеры, чувствительные к насыщенным магией существам, обязательно проинформировали бы всю округу об их, одарённых, наличии. Правда, пташек могли и прибить... Но это уже как минимум мастер-воздушник или даже настоящий некромант, что как-то слишком для простой проверки наёмного мага. Пусть и химеролога.

Ну, ничего - от изменения условий план не поменяется. Мне нужно перебить всех ищеек монархии, чтобы напугать остальных и выиграть побольше времени. А то знаю я их - дружно проигнорировали бы мои подарочки, устремившись за сбежавшим учеником химеролога. Не-ет, мне такое не нужно. Пусть сперва здесь пострадают, а потом уже думают обо мне любимом.

Чтобы качественно потеряться, нужно сперва навести немножечко суеты. Спасибо за науку, мистер Тарвик.

Глава 5 - Концерт и овации

Третий день он выполняет этот долбанный заказ, и с течением времени условия становятся всё хуже и хуже. Не сказать, чтобы такая уж уникальная ситуация, всё же бывали за долгие годы прецеденты и похуже. Но сейчас от этого почему-то не легче.

Сперва пришлось ждать нанимателей с остальным отрядом. А когда те всё-таки явились, то оказалось, что поедут они проверять ни много ни мало настоящую резиденцию чародея! Пропавшего, мать его разтак, чародея! Так ещё и поедут без защиты мэтров, одними кониками!

Ох как тогда дерьмом-то от этой работёнки пахнуло, чуть ли не ложками черпали. Да только выбора у старого наёмника тоже не было - срочно требовались деньги. А их без риска не заработать.

Вот только дальше - больше. Наниматель, оказавшийся каким-то молодым расфуфыренным аристо, поехал вместе с ними. На задание поехал! Корковый, то есть в жизни ничего тяжелее вилки с ножом не державший, отправился на вылазку туда, откуда, возможно, не вернулся настоящий чародей! Сохранить жизнь этого блаженного - ещё одна непростая работёнка, за которую, как понятно, наниматель решил не платить. Заявил лишь, что собирается проверить "нюх помойных собак".

Папочка или дедуля купили себе титул, а их стручок-потомок себя уже центром мира стал ощущать. Небось пыжиться зайти за своего в Золотом свете (богатейшие и родовитейшие рода монархии), да только, судя по заданию, используют его там в качестве говночиста. И поделом - дуракам власть давать нельзя. Всё испортят.

И пусть дурачок продолжал брызгать слюной на наймитов, а его охрана всё более и более смурнела, но собравшиеся не роптали. Поначалу. Ведь даже с дополнительной работёнкой, награда оставалась более чем достойной. Так считали все... Пока из уст тявкающей шавки не прозвучало одно маленькое уточнение, после которого свалить попыталась едва ли не вся собранная группа.

Как оказалось, пропал не просто какой-то там чародей. Пропал мастер тварей.

Сама мысль о том, чтобы наведаться домой к мастеру тварей, особенно после его пропажи - бредова. Глупа. Невозможна! Это же, мать их разтак, форменное самоубийство! И очень сильно повезёт, если сдохнуть получится действительно быстро. А то слышал он истории...

- Мне здесь не нравиться, - тихо проговорил наёмник, косясь на ближайшего родового воителя.

Потому что именно из-за этих прислужников дворовцов они, наёмники, всё же поехали прямиком к своей смерти. Их буквально заставили, причём силой оружия, а не слова. Поскольку по контракту они имели право свалить ещё в тот момент, когда пёс смердящий обманул их с истинной целью задания.

Конечно, они могли дать бой. Но не в городе же, где хозяева этих вот заправляют? И не возле, потому что найдут и закопают. Из принципа найдут, даже не из мести. А вот подальше в лесу, на рисковой земле... Ну, не зря же где-то здесь мастер тварей пропал, верно? И этих "монстряки" загрызут, дай только время и миг слабости.

Только вот как-то слишком уж тихо вокруг. Подозрительно тихо. Будто не лес, а поле боя какое. Одни птички мелкие кружат, но почему-то усердно молчат...

На мгновение ветерану показалось, что одна из мелких птичек на ветке открыла ещё один глаз на лбу. Третий, явно лишний для привычного набора. Мир, а в особенности их караван, обвёл взор горизонтально вытянутого зрачка, сверкнувшего в лучах светила неестественно бирюзовым цветом...

- Впереди, - сказал кто-то сбоку, сбив панику воителя.

Оглянувшись, он более не нашёл той самой пташки. Да и третий глаз... Звучит как форменный бред перегревшегося на солнце. Однако опытный наёмник не спешил забывать вроде бы видение, решив внимательно следить за мелкими животными. Ведь не куда-нибудь, а к тваретворцу едут. Понимать надо.

Спустя ещё несколько мгновений он вновь устремил взгляд вперёд и сам увидел конец дороги, упирающийся в небольшой каменный форпост. Всё как по армейскому учебнику - невысокая каменная же ограда и крепкие деревянные ворота в ней. Внутри - небольшой донжон и нехарактерно высокая башня, впрочем, теряющаяся на фоне небольших гор вдали.

Были бы они южнее, то с лёгкостью опознали бы типичнейшую границу со степью. Дескать, за вот этими вот горами как раз таки и начинаются пустоши, а форпост перед ними тот самый единственный хороший путь и прикрывает. Именно так, собственно, южные рубежи монархии обычно и выглядят. Однако они ведь сейчас не на юге, и степи далеко от сюда. А поблизости... Что? Это там огород что ли? Так мастер тварей ещё и алхимиком был?!

- Сука, везёт как утопленникам, - проворчал собрат по несчастью на соседнем коне.

- И тихо слишком, - ответил уже он сам, вновь скосив взгляд на ближайшего родового воина.

А последние были, конечно, насторожены, но не слишком. Видимо, предупредить об опасности их - предупредили, да только сами вояки в дерьме ещё не валялись. То-то слишком уж молодые какие-то. И это ведь тоже напрягает - почему к целому тваретворцу каких-то желторотиков послали? Почему без мага, хотя бы ученика какого? Всё страньше и страньше...

***

Раз, два, три... Шестеро воинов в хорошей одинаковой броне. С ними - какой-то пёстро разодетый юноша, едва не рухнувший с лошади. Судя по манерам, приказам и отсутствию дара к магии - обыкновенное мясо с претензией на власть. Проблем не доставит.

Больше волновали наёмники - почти два десятка суровых дядек и тётек. В разной броне, с разным оружием и прочей амуницией, они составляли примерно четыре крупные группки. Три отряда и сборная солянка из одиночек и нескольких двоек. Все - господа довольно внимательные, аккуратные и, кажется, не слишком благосклонные к нанимателю.

Что же, последним можно будет воспользоваться. Тем более, что добыча не поднимет их настроение по причине своего полного отсутствия. Иначе говоря, ничего ценного они здесь не найдут. О чём узнают уже очень скоро.

Кстати, именно это нежелание оставлять честно отобранное добро и являлось одной из основных причин будущего спектакля. Дело в том, что при смерти мага всегда проверяют выживание его учеников. Причём магией проверяют, а не банальными сыщиками с дедуктивными методами. И вот, вскоре после погибели моего учителя, "господа" властьимущие обнаружили бы обчищенное мародёрами строение и живого ученика. Поправка, живого и очень уж вовремя пропавшего ученика! Сложить дважды два будет несложно, даже если из башни выбрались бы полчища химер.

В общем, большое и богатое государство имело бы на меня здоровенный зуб. Естественно, спокойствия и здоровья это бы мне не добавило.

Как помешать местным сопоставить все факты? Увы, насколько я понял - никак. По крайней мере в дальней перспективе. Но вот в ближней, выгадав себе время на побег... Это уже было возможно.

Сначала я поднял всю информацию о способах своего возможного обнаружения. И таких оказалось... Да дохрена таких оказалось, если честно. Но в первую очередь работать будут по стандарту. То есть через ритуал артефакторов, завязанный на кровь и магию искомого. Метод, конечно, не самый точный, но наиболее выгодный с точки зрения соотношения цены к качеству.

Правда, это так только в монархии. В других странах на подобные ритуалы либо не хватит расходников, либо маги банально не предоставят ингредиенты. Которые, на минуточку, представляют собой отпечаток ауры чародея вместе с его же кровью. Отдавать такое, пусть даже государству... Точнее, тем более государству! Нет-нет-нет, мы, маги, народ свободолюбивый. И это свое право готовы отстоять с пламенем в сердце, глазах и руках.

Но как уже говорилось, в монархии чародеев к ногтю прижать удалось. Впрочем, у меня всё ещё остаются очень даже неплохие шансы - моя кровь в хранилищах монархии давным-давно состарилась, а отпечаток ауры уже и вовсе не соответствует действительности. Первая с течением времени постепенно теряет свои мистические свойства, как ты её не храни. А из старого своего отпечатка я уже банально вырос, ещё и довольно сильно развив с тех пор свой дар. И не удивительно, всё же мне лет девять было, когда всё это замеряли в последний раз. Собственно, поэтому я и решил оставить запитанную примерно на три-четыре недели простейшую артефактную приманку в подвалах башни. Конечно, в точности настроить её не вышло, всё же не того я уровня чарователь, однако нечто схожее - получилось. И что самое главное, с точки зрения магии оно куда более походило на меня девятилетнего, чем, собственно, я сам сейчас.

Обычно, кстати, это зачарование применяют для банального поиска вещей. Маги, понимаете ли, обладают многим, но бывают к тому же довольно рассеянными. А ещё они бывают параноиками. Разместить уникальный ассоциативный отпечаток на вещи, а потом спрятать её - это едва ли не классика, из-за которой в среде наёмников так популярны пресловутые карты сокровищ с тематичными загадками. Вот только зачастую загадки способны помочь лишь их авторам, ведь могут задать подходящее настроение и вытащить ассоциативную цепочку для вспоминания характеристик отпечатка на предмете. В общем - своеобразные ключи для дешифрования, если искать аналогии с моим прошлым миром.

Ну и я сам действую схожим образом. Только немного с другой стороны - у противника уже имеется ключ. Мне же нужно подсунуть неверное, но при этом менее искажаемое при расшифровании сообщение. Ведь любой скорее поверит в едва повреждённый, но по всей видимости связный и даже более-менее узнаваемый текст, чем куда более непонятной тарабарщине, верно?

Но да ладно, это была приманка для капкана. Что же станет его зубцами?

Ну, тут я тоже решил не изгаляться. Зря я что ли учеником химеролога числюсь? Точнее, числился. Поэтому, получив в единоличное владение множество замороженных зародышей и все запасы ингредиентов учителя, я принялся творить. Творить быстро и не слишком аккуратно, что снизило конечное качество существ. Однако массовость и внезапность должны были с лихвой компенсировать эти недостатки.

Оставалось лишь выбрать подходящее время и дать музыку будущему представлению! Пусть актёры не знают своих ролей, но ведь буквально живут в них. А значит, всё сыграют правильно.

***

На кровле высокой башни восседала гуманоидная фигура странного существа, невидимая для взора смертных. Её одеяния, волосы и даже белоснежная маска - всё это, казалось, постоянно плыло, перетекая из одной формы в другую. Менялись цвета, узоры, материалы... Неизменными же оставались лишь ярко-голубые глаза.

Существо сидело расслаблено, покачивая ногами в такт песне, звучащей лишь ему одному. И едва ли удивилось появлению гостя за своей спиной.

- Ох, ты тоже здесь? - чистым звонким голосом проговорила маска. - Не думал, что кто-то ещё заинтересуется этим юношей.

- Ты хорошо его скрывал, - хрипло ответил мужчина, укутанный в тщательно приталенные тёмные кожаные доспехи с глубоким капюшоном. - Но не для меня. И не для Неё.

- Ох, вот даже как, - с тихим смехом ответил сидящий, даже не потрудившись обернуться. - Значит, наше влияние теперь недопустимо?

- Оно ему не нужно, - тихо поправил собеседник. - Всё необходимое он сделает сам. Так сказала Она.

- Возможно... Но остановит ли это меня?

Вопрос был риторическим. Вечный артист слишком любил жизнь и существ, искренне в неё играющих, чтобы слушаться кого бы то ни было.

- Нет. Как и меня, - с толикой ехидства ответил Плут.

Масочник даже обернулся, чтобы повнимательнее рассмотреть старого друга. Такое поведение от кого-то, кроме него само, было совсем нетипично.

- Да ладно?! - с удивлением воскликнул Артист. - Парнишка ведь ещё ничего не сделал! И ты уже...

- Нет, - его перебил тихий голос с красочными, чуть хрипящими нотками. - Кое-что он уже сделал. Освободился. Чем и заслужил толику моего внимания... Даже против Её воли.

- Ну и ладно, - вновь резко сменились эмоции существа, и маска на мгновение замерла сплошь усеянная узорами улыбок. - Это должно быть забавно. Если сегодня он сыграет своё представление до конца, то я даже подарю ему одну из своих игральных костей.

- Это... Довольно спорная "награда", - с едва заметной, но тем не менее совершенно искренней улыбкой заметил Плут.

***

Первые проблемы не заставили себя долго ждать.

Наёмники собрались в главной гостиной здания, хмуро взирая на приглушенно воющего соратника. Ему уже оказывались помощь члены его отряда, однако, судя по мату, звучащему в краткие мгновения между приступами болезненного воя, получалось это у них не очень хорошо.

- Чем его так? - наёмник решил поинтересоваться у соседа из другого отряда - высоченного мордоворота с кучей каких-то мешочков на поясе.

- Ловушка, - хмуро ответил усеянный шрамами великан. - Говорят, ступил куда-то не туда и проморозило ногу вплоть до чресл. Кожа брони намертво пристала к человечей, а вставки теперь только с мясом сдирать.

- Вот же срань...

- Мы тоже нашли несколько таких штук, - внезапно добавил женщина, стоящая по другую сторону верзилы. - Но на южных рубежах бывали, а потому знаем. Там такое дерьмо любят.

Великан покивал на её слова, бросив хмурый взгляд в распахнутое окно. Во дворе, у сбившихся в кучу лошадей группы, расположились родовые воители с нанимателем. Естественно, эти содомиты не собирались присоединяться к обследованию здания. Особенно теперь, когда наличие опасности подтвердилось.

***

Первые потери, напряжение нарастает. Раненые - это вам не убитые, их охранять и выхаживать нужно. Бросить - не вариант, особенно в среде "чистых" наёмников. Там связи между друг дружкой у всех такие, что чуть ли не братаются, чтобы в отряд войти. Иначе какой смысл вообще рисковать собственной жизнью, если можешь оказаться кинутым в любой момент?

Но вот в чём загвоздка-то. А что о задержке думают их непосредственные наниматели? Работа ведь встала, да и ропот среди наймитов продолжает расти. Чего доброго, и напасть могут... Особенно, если их немножечко мотивировать.

Развеиваю лёгкое воздушное плетение для подслушивания, после чего активирую одно из подвешенных на специально обработанную табличку заклятий для диагностики жизненного тонуса организмов. Хотя и стихийная магия, а нужна в основном целителям и химерологам. А то, право слово, не будем же мы сидеть у больных или инкубаторов целые сутки на пролёт, верно? Зачем, если всю информацию можно получать едва ли не лёжа в кровати.

Правду говорят, лень - двигатель прогресса. Но оказалось, что она и к результатам схожим может привести. Что всякие приборы с выходом в интернет на Земле, что вот такие вот таблички - суть одна на самом-то деле. Хотя реализация, безусловно, разная.

Зато теперь мне не нужно находиться в лесу, чтобы следить за медленным пробуждением малюток шахем. Не тех учительских, естественно, но из его немодифицированных запасов. Разогнанный метаболизм позволит им вырасти буквально за несколько недель, а запасы пищи дадут необходимое количество биомассы. Ну а дальше... Дальше резкие, как понос, монстрики с блокированным обонянием начнут охотиться и жрать. Сперва животных. Потом людей. А позже, если местные не соизволят очистить леса, то насекомыши и в город забраться могут. Поживы ради, естественно.

В общем - всем будет чем заняться, кроме скучного поиска пропавшего ученика химеролога.

Другое дело, что, естественно, я мог вырастить их сразу, ещё в лаборатории. Времени вполне хватало. Однако не сделал этого по вполне прозаичной причине - мне ведь нужно сбежать отсюда, а не укреплять рубежи. Поэтому угрозу мои монстрики будут представлять не сразу. Далеко не сразу. И я успею уйти в целостности... Чего не скажешь о моих гостях.

Как там говорилось? Шоу начинается!

***

Стражи дома Аксентир продолжали смурнеть, нервно поглаживая рукояти личных клинков. Пока ещё те были в ножнах, однако судя по взглядам наймитов - ненадолго.

Ещё и охраняемый изволил жаловаться и причитать. Что не добавляло молодым воителям благодушия.

Вообще, они, если честно, не очень понимали ситуацию. В том плане, что сами были не просто новичками. А притарами, то есть не прошедшими до конца курс алхимических снадобий и химерологических улучшений. Недоделками, если по-простому. И в идеале им бы, конечно, вообще никуда из Кузни войны не выбираться, да только воинов родам всегда не хватало. Особенно в теперешнее время - очередная делёжка власти, растянутая почти на полтора десятилетия, не добавляла причастным свободных ресурсов. В том числе и человеческих.

В общем - их отправка была инцидентом неприятным, но всё же относительно рядовым. Правда, вот цель задания... Это было прямо-таки из ряда вон - послать отряд притар в гости к пропавшему химерологу, это сильно. Можно даже сказать - смело. А отправляться на подобное ещё и самому - так и вовсе глупо. Но что вообще можно сказать на такие решения хозяевам? Не возразишь же - все и так всё прекрасно понимают, но от притар слова поперёк не потерпят. Вот и остаётся только уверенно исполнять приказы и купаться в наградах за верную службу. Если выживешь, конечно.

На родовых воинах не экономят никогда. Чтобы те плати хозяевам своей преданностью.

Главное - теперь самим выжить. Пусть даже не исследовав покинутую резиденцию, но вернутся с вестями. Им, избранным в число родовых воинов, с лёгкостью простят и не такие провалы. Тем более, если оные будут лишь частичны. Ведь обменять наглую пешку, считающую себя аристократом, на толику информации - вполне достойное деяние. А наёмники... Их, право слово, совершенно не жалко. Пусть дохнут, лишь бы работу выполнили.

И все признаки обещали именно подобное развитие событий. То есть какое-никакое, но исследование хотя бы части покинутого строения. Ничего не предвещало беды. Даже разруха и ловушки - и то в пределах нормы. Однако у Судьбы, похоже, были совершенно иные планы.

- Слышишь? - один из двух воинов, расположившихся у ворот забора, нахмурился и склонился ко второму дозорному. - Какой-то тихий гул.

Второй в ответ прислушался, однако за шелестом ветра в кронах деревьев практически ничего не услышал. Разве что хлопки крыльев здешних мелких пташек. Другим воителям, впрочем, не грозило и этого - внутри периметра стен напряжённо, как всегда бывает близ домов химерологов, ржали и похрапывали отрядные лошади. Вроде бы и не было животинок так уж много, но зато звуки они издавали громко и регулярно. Даже вопли кого-то из наёмников едва-едва удалось уловить.

- Вроде бы тихо, - осторожно заметил воин, на всякий случай вглядываясь в окружающий лес. - Давай лучше остальных предупредим, что...

Но договорить им не дали.

Едва слышный гул внезапно усилился, разом перекрыв шум ветра и редкое ржание лошадей. Следом со стороны здания послышались матерные крики. Родовые воины тут же бросились к лошадям, в попытке срочно оседлать их. Что и сыграло с ними злую шутку.

Из открытых настежь окон, проёмов дверей и любых иных отверстий здания вырвался гигантский комариный рой. Бесчисленное количество крупных кровососущих насекомых, когда-то выведенных одним из химерологов. Твари, опасные даже для людей. Особенно в таком количестве. Но в этот раз они избрали своей целью пропахшие потом, всё ещё разгорячённые и довольно крупные цели. Напуганных лошадей. И несчастным животным это, естественно, совершенно не понравилось.

Начался хаос.

Небольшой табун в едином порыве порвал привязи, бросившись к открытым настежь воротам. Воины, застигнутые врасплох, а то и вовсе сбитые наземь животными, не успевали предпринять что-либо, кроме отчаянной попытки остановить хотя бы кого-нибудь. И некоторым даже удавалось удержать напуганный транспорт... Только чтобы встать перед выбором спустя пару мгновений, когда рой поглотил их замершие фигуры.

Изо всех сил держать лошадей, или не дать наглым насекомым достигнуть тела под броней? Разогнанные алхимией мозги действовали быстро и пришли к неутешительным выводам.

Комары в поместье химеролога не могли быть аналогичны своим диким собратьям. А значит имелся совершенно неиллюзорный шанс их нападки не пережить. Если не седоку, то уж транспорту - точно.

Поэтому воины то тут, то там отпускали несчастных животных, после чего спешили к столь же молодому лидеру отряда. Ведь именно у него имелся артефакт со специфической модификацией воздушного щита, предназначенной специально для противодействия роям летающих насекомых.

Что же до наёмников... О них в тот момент никто даже не вспомнил. Как показало время - совершенно напрасно.

***

Не успели вся проклятая гнусь покинуть искусанных наёмников, как из темноты проёма винтовой лестницы на свет явилась причина столь поспешного бегства роя. Дымка. Чуть зелёноватая и клубящаяся, она наступала относительно неспешно. Но почему-то никому не захотелось проверять, на что могло быть способно творение погибшего мага.

Однако куда бежать? Наверх? Проходы туда завалены мебелью, разбирать их ещё даже не начинали. Во двор? Там всё ещё кружит туча комаров-переростков. К тому же, многие наёмники успели получить лёгкие травмы и хотели бы хоть немного передохнуть... Однако выбора у них не оставалось - пугающее облако нарастало стремительно, несмотря на казалось бы видимую неспешность. К тому же, в ещё неисследованных частях резиденции начало что-то громко хлопать... Пугая людей ещё больше.

Они выбежали во двор все вместе, прикрывая раненных. Попали под несколько небольших тучек перекормленного гнуса. А вскоре кто-то обнаружил сгрудившихся в углу воителей, коих рой почему-то не трогал.

То есть они, сербские подстилки, просто стояли и молча смотрели на заживо пожираемых людей.

Предательство. Гнев. Ярость. И две группы людей схлестнулись под аккомпанемент из отвратительного басовитого жужжания. На стороне одних - нечеловеческие сила, ловкость, живучесть и реакция. На стороне других - более чем трёхкратное численное превосходство и опыт множества боёв. Кроме того, вносили свою лепту и раззадоренные насекомые - не успевшие сбежать животные уже благополучно скончались, в то время как искусственно усиленный голод не был утолён ни на гран. А тут - люди дерутся, активно потеют и пускают друг другу кровь.

Настоящая феерия хаоса.

Впрочем, вскоре первый акт представления завершился красочным аккордом. И невеликое число израненных, но всё же выживших людей стало свидетелем гулкого взрыва, разнёсшего несколько верхних этажей резиденции. Следом вспыхнул зеленоватый газ, на краткое мгновение залив нижние этажи ярким, но при этом столь же зеленоватым пламенем.

Немного ослепшие, оглохшие и истекающие кровью воины оглянулись по сторонам. Огонь и дым спугнули кровопийц, и гнусь улетела в лес за более лёгкими целями. Возможно, например, теми самыми сбежавшими лошадьми. При этом никакого иного транспорта у людей, как понятно, не осталось. Что было крайне хреново при том, что почти все выжившие были так или иначе ранены. Впрочем, трети группы об этом уже не следовало волноваться. Поскольку мертвецам вообще нервничать не положено.

Кто же победил в схватке? Наёмники, естественно. Значительно превышающее число опытных, сработанных в двойки-тройки ветеранов относительно быстро сломили и изрезали шестерых недоучек. Впрочем, те всё же успели попить немало крови опытным бойцам просто за счёт своей феноменальной живучести.

Что же до ученика? О, к тому моменту он был уже очень далеко от башни. Собственно, последнее, что он проконтролировал - это нападение комариного роя. Дальнейшие этапы были автоматизированы примитивнейшими приспособлениями, вроде верёвок и зажжённых под ними свечей. Впрочем, даже они контролировались простейшими зачарованиями.

Понять, за какое время тает призванный кусочек льда - не сложно. Гораздо труднее соорудить конструкцию, которая бы реагировала на изменение веса одного из грузов.

Так что, пусть и с погрешностями, но всё сработало так, как было нужно. Причём не только в башне.

Вскоре из лесов выйдут голодные химеры. А ещё большие, чем обычно, комары разнесут некое ужасающее заболевание. Эпидемия продлится недолго, и закончится с естественной смертью последнего кровопийцы... Но сотням погибших от этого будет не легче.

Глава 6 - Подарок и ходы

Сижу и с болезненным любопытством наблюдаю за ней.

За игральной костью.

Наверное.

Во всяком случае, по всем внешним признакам предмет, от испуга выброшенный мною на землю, походил именно на игральную кость. То есть этакий кубик с рисунками или вырезами на гранях. Обычно эти отметки уникальны хотя бы отчасти, иначе теряется весь смысл использования. Вот и в моём случае на гранях красовались удивительные узоры. Или скорее некие неизвестные мне символы? Они будто бы танцевали в лучах светила, мягко переливаясь даже в тенях ветвистых крон.

Красиво. Но всё ещё страшно.

Непонятно даже, из чего был сделан этот кубик. Некий белый материал, напоминающий то ли кость, то ли фарфор без глазури. Вроде бы и есть некий глянец, да только не блестит на свету почему-то. Непонятно что, в общем. А поскольку учитель азартные игры не привечал, то и видеть более обыкновенных товарок этой неожиданности мне не приходилось. Потому и сравнить не получится.

А ведь я действительно перепугался. И было от чего - не каждый день во время привала ты находишь вещь, которую совершенно точно не брал с собою. Причём ладно бы только это, в жизни всякое бывает. Однако уж что-что, а, мать её, настоящая игральная кость совершенно точно не могла попасть ко мне в карман. Никоим образом. Просто потому, что, как я уже упоминал, старикашка не привечал азартные игры. И, соответственно, такого предмета в башне просто невозможно было найти в принципе.

Гости... Ну, наёмники или тот расфуфыренный птах вполне могли притащить с собой что-нибудь эдакое, однако каким образом тогда оно бы могло попасть ко мне? Непосредственно мы не контактировали, и даже более того - не проходили по одним и тем же коридорам. Во время всего действа я сперва находился на втором этаже, а потом спустился в подвал на минус первый по дополнительному проходу прямиком из спальни учителя. То есть первый этаж благополучно избежал. В то время как наймиты едва ли часть этого самого первого этажа и успели-то проверить, да и то - дальнее от меня крыло. В общем - не сходится гипотеза с реальностью, как есть не сходится!

Нет, конечно могла произойти череда чудовищных совпадений... Но что-то мне не верится в эту версию, хоть убейте. Не бывает так. Тем более учитывая сущность того, что теперь лежит предо мной.

Игральная кость. Белый кубик с неизвестными знаками. При каждом броске, вольном или нет, знаки на гранях непременно изменялись. Не местами обменивались или слегка искажались, а именно что изменялись, то есть полностью. Был один знак, а стал другой. Причём совершенно незаметно для стороннего взгляда. И даже, кажется, в тот самый миг, когда во время вращения грань покидала область моей видимости. Бросок, одно полное вращение, и всё уже изменилось, причём не единожды.

Это ненормально. Совершенно ненормально. Более того, я даже не слышал про подобные чары.

Остаётся единственное правдоподобное объяснение. Это - артефакт. Причём так называемый "истинный", насколько я могу судить. Что понятно хотя бы по цельному магическому фону, против фрагментированного у зачарованных предметов. То есть здесь не комплекс чар накладывали, а будто бы одномоментно суть предмета изменили. Что для нас, то есть обыкновенных магов, сродни чуду... И я даже приблизительно не могу представить, каким образом нечто подобное могло попасть ко мне в карман.

Учителя за одно обладание чем-то подобным вполне могли четвертовать. А потом на кол у въезда в столицу посадить, в назидание. Не того мы полёта ягоды, чтобы уникальные реликты у себя хранить. А если бы даже какой идиот и решился на подобное, то уж точно не стал бы постоянно рисковать оглаской, подбирая всё новых и новых учеников. Учитель не был настолько тупым.

Но тогда откуда?

Мда. Конечно, некие приключения вполне ожидались, пусть и совершенно не желались мною. Однако не настолько же быстро?! Едва ли на пару часов пути от башни отошёл - и на тебе, нежданный подарочек.

От философского созерцания самого настоящего артефакта не отвлекал даже мимо пролетающий комариный рой. Из тех самых, мною выращенных. Хорошо, что живя в местности, склонной к заболоченности, учитель обзавёлся внушающим запасом примочек от насекомых. Часть из них сейчас как раз и хранят мою бледную тушку от внимания кровососов.

Впрочем, хватит мне уже отдыхать. Валить нужно, да побыстрее, пока зелья не выветрились.

Находку я решил прикопать под памятным деревцем по пути. Может когда-нибудь и вернусь сюда, чтобы забрать вещицу. Но будет это уже потом. Скорее всего даже очень сильно потом. Потому что сейчас непонятные волшебные штуковины, сколько бы они не стоили, мне уж точно не нужны. А когда удастся вернуться... И удастся ли вообще - неизвестно.

Кто же знал, что у загадочной хреновины будет своё мнение с планами на этот счёт?

***

Что же есть такое этот ваш "истинный артефакт"? Ну, на самом-то деле история там довольно странная. И древняя. Чтобы расставить все точки над "о", придётся углубится в настоящие дебри веков.

И так. Земли, известные сейчас человеческой цивилизации, когда-то не были заселены... людьми. Скорее всего. Кем же тогда были? Ну, по крайней мере доподлинно известно, что раньше степняки занимали куда больший ареал обитания. К тому же имея своих лесных собратьев, занимавших более специфические регионы. Теперь же... Ну, проходилось слышать однажды, что кое-где потомки лесовиков даже всё ещё проживают. Или скорее выживают, да. Потому что их новым домом стали бесконечные северные леса - места хреновые настолько, что их даже сейчас едва ли колонизируют. А из мест более тёплых и плодородных наши предки этих нелюдей давным-давно выгнали, причём с матом и магической канонадой в придачу. И хорошо, что так вышло - твари были по слухам те ещё.

С виду - этакая помесь газели и классического фольклорного вендиго, то есть получеловека, полуоленя. Плотоядного. Хотя по тому же фольклору, если правильно помню, монстрики эти были не просто какими-то там "плотоядными". А вполне себе человекоядными, то есть закостенелыми людоедами. Гурманами, так сказать. Впрочем, на самом деле там история куда более запутанная, потому что с точки зрения мифологии индейцев вендиго вообще были то ли злобными духами, то ли тёмными богами. То ли люди в них перерождались, насмерть замёрзнув зимою, да отведав предварительно плоти своих коллег по несчастью. Сложно сказать, в общем. И к нашему делу это не совсем относится.

Хотя некоторые повадки тех тварей и живущих у нас существ как-то подозрительно схожи. По крайне мере, по слухам. И человечинки отведать не прочь, и холода жуть как не любят. Хотя с такой-то шерстью последнее даже странно... Или господа иллюстраторы в этом моменте реальность слегка так приукрасили?

Возвращаясь к теме прошлых цивилизаций, люди на берегах Первого моря действительно не жили. Почему-то. Хотя имеются некоторые находки и легенды в пользу того, что они жили вдоль рек, в солёные воды впадающих. Почему не сместились поближе к большой воде? Хрен его знает, если честно. Произведений по этой теме найти практически невозможно. А то, что имеется, вызывает некоторый... скепсис.

Знавал я таких писателей-заказников. С парочкой даже был знаком в прошлой жизни. Либо ублюдки циничные до ужаса, либо поверившие в свою идею фикс сумасшедшие. Ну, или адекватные эрудированные люди, чьи произведения обычно не пользуются популярностью. Но это так, к слову.

Когда предки большей части современных людей на огромных кораблях (реально огромных, судя по свидетельствам - размерами с неплохие такие земные контейнеровозы) прибыли к материку и вдоль южного, то есть нашего финаритийского берега моря, прибыли к месту слияния двух великих рек, Чистой и Жёлтой жемчужин, непосредственно с морем... То там они и отгрохали себе государство. Первую республику. Впрочем, как водится в таких вещах - была эта республика, судя по источникам, далеко не первой. Да и с "республикой" всё было не столь однозначно... Однако спасибо стоит сказать уже хотя бы за то, что, несмотря на все дрязги, земли для людей они всё же отвоевали. Крови пролилось - море, ведь ни лесовики со степняками, ни бесчисленные орды монстров покидать насиженные места не желали. И последние, кстати, далеко не всегда одной лишь голой мощью впечатляли. А магов у древних людей почему-то не было.

Собственно, имеется теория, что первые маги появились именно после начала завоевания земель. То есть при активной борьбе с монстрами, какими бы формами они не были представлены. И, соответственно, относились к нашей братии тогда так себе. Оно и понятно - то ли заражённые хрен пойми чем, то ли мутанты какие. Непонятно и страшно.

Впрочем, по другой теории мы появились с неким катаклизмом, обрушившемся на головы древних людей. При этом ни что это было вообще такое, ни какие эффекты оказывало - неизвестно. Зато обнаружились таблички, описывающие, по-видимому, слух о том, что пережившие воздействие катаклизма люди открывали в себе некий "мистический взор". То есть становились протомагами, ведь видеть Ветра способны лишь мы. А там, думаю, и до первых манипуляций было недалеко - когда видишь что-то, то всегда имеется желание к этому прикоснуться.

Имеются и другие теории. Десятки, если не сотни как вариантов от гипотез выше означенных, так и совершенно отличных. Согласно им, кто только человеку магию не даровал - и боги, и демоны, и какие-то твари из-за Тёмных пиков, и степняки-ренегаты... Даже про местную наркоту что-то подобное слагали, если верить словам Тарвика. А он по делам купеческим много где бывал, много что слышал и много чего продавал...

Точно та же проблема возникает и с определением того, откуда же взялись "истинные артефакты". То ли люди с собой привезли, то ли уже здесь что-то сделали, то ли у местных отобрали. А может всё появилось как раз с тем самым катаклизмом. В общем, версии имеются разные и сходятся они лишь в одном, что артефакты эти - штуки старые и редкие. Даже очень старые и очень редкие. Как их произвели и производили ли вообще - неизвестно, но возможности обычных на вид вещей поражают воображение. Даже моё.

Управление погодой, а конкретнее - воздушными массами, или же поистине громадными объёмами воды и земли. Манипуляции температурой. Управление, мать её, гравитацией, пусть и ненадолго. Призыв молний даже с полностью чистого неба. Призыв, судя по описанию, крупного метеора. Поиск людей, вещей, залежей минералов. Управление огнём, а конкретнее - локальными химическими процессами, потому что горело всё, включая камень. Ограниченное терраформирование. А также многое, многое иное... В том числе и куда менее мощное. Но непременно экстраординарное.

Однако время шло. Войны, новые катаклизмы и анархия объявивших независимость колоний довольно плохо сказались на запасе подобных вещиц. Ведь одно дело, когда несколько владельцев убероружий работаю сообща против общих врагов, и совершенно другое - когда направляют удары друг на друга. Что-то ломалось, что-то терялось... Ещё и маги изредка начинали что-то интересное мутить, вроде охоты за выжившими владельцами артефактов. В общем - потрепало арсенал человечества. И сейчас во владениях наших, а точнее - властьимущих, осталось едва ли пара десятков истинных артефактов. Впрочем, нам хватает даже этого. Причём настолько, что последние века их бояться даже из сокровищницы вынимать.

Украдут ведь, мать вашу! А без большой дубины род или клан, отдавивший всем ноги, ждёт стремительное и громогласное пике в бездну истории.

Однако, как водится в подобных ситуациях, нашлись в нашем мире ребята и поумнее. Кто? Мы, то есть маги, естественно! Мои идеологические предки решили не охотится за готовыми бум-палками, а создавать свои аналоги! Да, криво-косо. Да, по лекалам знаменитого китайского слогана "много и хреново, но хватит всем". Зато постепенно изучая настоящие артефакты в попытках узнать принципы их работы, формировалось и развивалось направление нашей родненькой артефакторики. Судя по комментариям историков, у нас действительно получились очень-очень бледные аналоги древних чудес. Зато, во-первых, работающие и свои, а во-вторых - доступные для производства, причём во множественном количестве. Собственно, именно поэтому артефакторику по-хорошему учат все маги, а не только лишь профильные чародеи-ремесленники. И наследие прошлых эпох, и хорошее подспорье в выдаче тумаков всем желающим.

Горжусь коллегами. Отобрали-таки звание самой большой жабы на болоте!

Правда, всё-таки несколько иронично, что целая отрасль наших знаний зовётся в честь хрен-пойми-чего. То есть понятно, что оно - сверхмагическое и вообще "кха-ак?", но ведь всё равно хрен-пойми-что! Хотя... Может это такой хитрый план? Кто из обычных людей теперь вспомнит, что когда-то давным-давно существовали артефакты, не созданные чародеями?

***

До следующего привала я шёл в смятении и с толикой паранойи. И не только лишь благодаря странному артефакту, но и потому, что теперешний свой путь знал чисто теоретически. По картам. А они, зараза, соответствуя эпохе на дворе, были не слишком точны. К тому же все окрестные земли принадлежали учителю, и кроме него не были никому нужны. А картография - это не только профессия, но и довольно сложная высокооплачиваемая работа. Работа, которую старикашка предпочёл не заказывать.

В очередной раз желаю ему тёплого приёма на том свете. Желательно, градусов эдак под две-три сотни. Тысяч.

И вот, достигнув наконец новой намеченной точки... Ну, наверное, достигнув, поскольку адекватные ориентиры на границе леса и небольшой степи перед горами найти оказалось доболе сложно, я вновь устроился на привал. Магией разогрел ранее приготовленную пищу, порылся в карманах... И с какой-то внутренней дрожью вытащил уже прекрасно знакомый предмет.

Игральную, мать её, кость.

Мыслей просто не было. Даже есть расхотелось. Глаза защипало, однако ни единой слезинки так и не упало на примятую траву.

Это было просто нечестно. Совершенно.

Если я хоть что-то понимал в магии, то этот проклятый сюрприз уже имеет привязку ко мне. Или не конкретно ко мне, а к любому, подходящему по определённым параметрам. В последнее, впрочем, почему-то верилось с трудом... Но могу я хотя бы понадеяться, верно? Так что теперь я хочу искренне верить, что непонятна штука пропадёт вскоре после посещения ближайшего города. Иначе... У меня могут возникнуть серьёзные проблемы. Не считая, конечно, эффектов самого артефакта.

А они, эти самые эффекты, точно были. Потому что стоило мне вытащить кубик на белый свет, как он неким совершенно противоестественным образом выскользнул из крепкой хватки пальцев. И упал на землю.

Я замер.

Артефакт падал и до этого. Причём не раз. Первый бросок, помниться, сделал лично, когда рефлекторно откинул от себя непонятный предмет. Далее поднимал и отпускал его уже палочками, не прикасаясь кожей. Однако ещё ни разу за всё это время не происходило чего-либо настолько странного. А уж небольшой поток Ветра, разошедшийся от артефакта, и вовсе закрепил мои подозрения.

Истинный артефакт активировался. Что-то произошло. Однако непосредственного эффекта я не наблюдаю... Что не означает ровным счётом ничего.

Тут же у меня возникла дилемма. С одной стороны, от этой вещи лучше держаться подальше. Соответственно, сейчас я могу попытаться сбежать, пока он лежит на земле... Однако в прошлый раз я кубик вообще закопал. И что, помогло?

С другой стороны, я мог бы его сейчас поднять и рассмотреть. Ведь не просто же так это именно игральный кубик с рисунками на гранях, верно? Надписи что-то должны означать. Просто обязаны! Однако вдруг эффект наступит лишь тогда, когда я повторно прикоснусь к этой вещице? Ну а вдруг? Проигнорировать, не трогать его - вот что сейчас шептала мне паранойя.

Выбор же, как это всегда и бывает, пал на средний вариант. Как-либо трогать кубик я не стал - захочет, сам в карман перенесётся. Однако я всё же присел и подсветил место куда он упал, чтобы рассмотреть результат столь своеобразного "броска".

На гране, обращённой к небу, слегка переливаясь синело пусть и стилизованное, но настоящее произведение живописи. Крохотное, однако чем-то всё же притягивающее взгляд. Лёгкие чёрточки и мягкие обводы, по краям - плавные линии непонятного назначения. Более всего это напоминало какое-то течение, несущее чему-то... Что-то.

Ничего не понял. Но, безусловно, очень интересно. А теперь пойду-ка я отсюда...

***

За размышлениями дорога скрадывалась стремительнее, чем обычно. Поэтому я продолжал это благое дело, изредка останавливаясь и прикидывая направление своего пути. Пока вроде бы шёл верно...

А ведь долго думал, чем бы таким отвадить гостей от дома. Или хотя бы притормозить их, чтобы обеспечить себе спокойный старт пути. Почему-то вспоминались то пчёлы, то дым, которым их усыпляют... Собственно, эти идеи я и решил совместить. Только в довольно вольной интерпретации.

Газы, мешки с мукой для объёмного взрыва и запахи, гонящие насекомых, словно чертей от ладана, - это всё просто и понятно. А вот комары... Комары - это неплохо. Здоровенные комары-химеры - это уже хорошо, то есть довольно эффективно. А уж здоровенные комары-химеры, заражённые аналогом малярии... Это вам не какое-то там "затормозить", но самое настоящее "обезвредить и закопать"! Хотя при этом требовалось быть аккуратным и внимательным - новую чуму мне бы точно не простили. Но вот испугать... Так сказать, создать резонансную угрозу... Да-а, так до меня точно никому дела не будет. Сперва будут пресекать эпидемию, а потом - недовольство зажравшегося народа. Виновного, конечно, будут искать, но ведь гораздо быстрее и проще будет его создать. Выдумать, если угодно. О-о-о, этому властьимущие во всех мирах отлично обучены. Тарвик не даст соврать.

Поэтому создавать настоящую эпидемию я не планировал. Вот её видимость - это да, это нужно. Но без перегибов. Посему сперва пришлось озаботиться подходящим аналогом из местной природы, благо законсервированные штаммы хранит каждый уважающий себе химеролог.

Во-первых, потому что это оружие уровня тактического атомного. Во-вторых, потому что манипулируем мы не только лишь обыкновенными животными и растениями, но и заболеваниями. Даже более того, имеется целая ветка, так называемых, "моровых тварей". Поражающим средством у таких являются далеко не только обыкновенные животные токсины, но и настоящие болезни. Люди, понимаете ли, всегда любили биологическое оружие...

Правда, про микроорганизмы местные не знали. Поэтому чаще всего тупо хранили заражённые ткани, при нужде кое-как запихивая в подготовленный организм. А он, этот организм, в дальнейшем чаще всего либо не болел заболеванием вовсе, либо болел, но только лишь в лёгкой форме. Однако в любом случае становился этаким переносчиком, что моим коллегам и требовалось.

Я же, соответственно, знал чуть больше и чуть глубже. А потому относительно спокойно изучил "жизненный цикл" заболевания, способы его распространения и характеристики естественных переносчиков. В моём случае, в дикой природе таковыми оказались... Клещи-переростки из южных степей. Что-то было у них там интересное с жизненным циклом, и даже питались они не одной лишь кровью. Однако заражали болезнью исключительно при укусе. Причём чаще всего кусали-то неких здоровенных животин, этакую помесь носорога со слоном, чей иммунитет этой заразе хорошо сопротивлялся. А вот обычных людей и животных поменьше убивало влёт. Впрочем, было таковых в степи сравнительно немного. А вот тех самых супербизонов - дохрена.

Однотипные носители. Идентичный способ заражения. Схожие эффекты. Всё это играло мне на пользу, так что дальнейшее было лишь делом техники. И длительного труда, конечно же.

Ограничители тоже получились стандартными. Стерилизованные комары, неспособные произвести потомство даже со своими дикими собратьями, стали переносчиками нового заболевания. Переносчиками важными, просто-таки необходимыми, но, вот беда-то какая, совершенно недолговечными. Теоретическим их аналогом могли бы стать всё те же степные клещи... Но откуда они здесь, настолько севернее?

Между людьми же заболевание не распространяется. Практически. Единственный шанс - нечто вроде ритуала кровного братания, когда рана к ране. Но... Плевать мне, на самом-то деле. Даже если весь город вымрет, погибать от рук местных из-за убийства мудака-учителя я совершенно не собираюсь. Понадобиться прорываться с боем - прорвусь. В конце концов, они ведь меня просто так не отпустят. И люди, которых моя уже давным-давно атрофированная совесть всё пытается пожалеть, с радостью поглазеют на казнь неудачливого ученика химеролога.

Хватит. Я не собираюсь жалеть людей, что никогда не пожалеют меня. Слишком слаб и умён для столь великодушных поступков.

Поэтому, собственно, и рука не дрогнула, когда активировал закладки с шахемами. Да, будет охота. И да, скорее всего кто-то погибнет. Может быть даже дети. Но вините в таком случае своих господ, поскольку я предоставил им достаточно времени для реагирования. Пропустят знаки и первые атаки - их проблемы. Чувствую, я и без того был слишком мягок...

...Вечером начался ливень. Удачно получилось - как раз успел найти подходящее местечко для ночёвки, да соорудить крепкий навес с лежаком. Зато теперь ветром и влагой смоет запахи по пути, где я прошёл сегодня. И размоет дороги в грязь, что наверняка затормозит преследователей.

***

- Господин наместник? - с лёгким волнением проговорил юноша.

Мужчина в возрасте не обернулся в ответ, продолжая задумчиво взирать на вечерние виды за окном. Привычный в это время года дождь всего несколько часов назад превратился в ливень, остановив жизнь крупного города. И его глава, из по-настоящему древнего и бессменного на этом посту рода, решил притушить свет в кабинете, чтобы слегка прочувствовать этот момент единения со своим каменным детищем.

Сверкнула яркая молния, от чего молодой человек рефлекторно вздрогнул.

- Ты принёс печальные вести, - спустя несколько мгновений начал мужчина. - Пропажа посланца Златых может негативно сказаться на нашей позиции при дворе.

Юноша замер, обратившись вслух.

- Однако, мы в этой ситуации всё же не виноваты, - решительно постановил мужчина. - А потому отойдём в сторону и не будем мешать. Единственное - направь гонца к Кииреям... Естественно, когда закончится ливень и слегка подсохнут дороги.

Глава 7 - Маленькое путешествие

При завершении первой части путешествия у меня образовалось две новости. Как водится в нашей жизни, одна была довольно приятной, тогда как вторая - не очень.

- П-пощади... - побулькало тело у моих ног. Чуть левее в последних предсмертных судорогах затихал его товарищ.

Хорошая новость состояла в том, что я наконец-то вышел к тракту. Причём ещё и в нужной мне точке! И это несмотря на прошедший ливень, закатные тени и общую усталость от долгой ходьбы под действием зелий. Причём не то чтобы токсичных, но всё равно не очень полезных зелий. Таким образом даже странно, что я вышел к нужной точке. Однако на удачу обижаться - совсем глупым быть, поэтому лишь вознесу хвалу удачному стечению обстоятельств.

Уверенный удар укреплённого носка ботинка ломает шею обречённого куска обгорелого мяса. А на ум навеваемые моментом слова:

- Дураки повсюду, что ж за невезение? Повстречались вы мне, напав без объяснения.

Точнее, резоны свои сии господа всё же успели объяснить. Перед своей смертью успели, под простейшими пытками. Причём коротко и ёмко. И в этом как раз таки и заключалась вторая, крайне неприятная для меня новость.

Видите ли, я - неместный. И в этом проблема.

Как оказалось, светлокожий русый ребёнок в добротных одеждах даже у распоследних крестьян вызывает исключительно одно единственное желание - желание хапнуть. Этакий хватательный рефлекс, обусловленный исключительно собственной жадностью. Причём, что уже совсем отвратно, цепочка рассуждений каждого второго при этом будет настолько проста и безупречна, что полностью и безоговорочно убедит в правильности сих действий всех окружающих его людей.

Видите ли, в этой провинции монархии имеется довольно большой портовый город. Естественно, торговый, как же иначе-то? И туда закономерно приплывают, как минимум, обеспеченные торговцы, причём из самых различных мест. Кому же в таком случае может принадлежать явно нездешний мальчуган в неплохой одёжке, но без всякой охраны? Пра-авильно, обеспеченному, но всё же не слишком богатому купчине. С которого можно либо самим неплохие денежки выбить, либо, если не по зубам окажется, мальчонку хозяевам земель передать. Да не за просто так, а за какие-никакие преференции. И не стоит думать, что это какая-то нестандартная логика. Здесь все так думают, и все так делают. Потому что избранный народ и все дела.

Впрочем, не думаю, что на других землях в схожих обстоятельствах дела будут обстоять сильно иначе. Люди везде одинаковы. Различается лишь риск и выгода чьего-то похищения. А так как наша замечательная монархия плевать хотела на недовольство каких-то там иностранных денежных мешков низкого пошиба... Особенно, если мозгов хватит отстегнуть с сего мероприятия некоторую долю непосредственному хозяину-феодалу... То, собственно, так и получается, что ходить мне здесь становится довольно опасно. А уж что меня будет ожидать в городе, Мамма миа!

С полным горечи вздохом я устало присаживаюсь у двух трупов, чтобы слегка помародерствовать. В основном так, виду ради, поскольку ничего действительно ценного у двух деревенских мужиков оказаться не может просто по определению. Однако хотя бы попытаться запутать следы я обязан. Мало ли, кого пошлют за мной вдогонку?

Следопыты - тоже люди, им гораздо проще и приятнее не заниматься лишней работой.

Эх, а ещё ведь тела в лес утаскивать, да как-нибудь прятать. И следы огня на дороге затирать... Чёрт бы побрал этих двух тупых мудазвонов! Твари - они, а работать, как всегда, приходится именно мне. Лучше уж тогда по лесочку вдоль дороги идти, избегая путников. Глядишь, и не придётся больше последствия чужой жадности подчищать.

Да, пожалуй, так и сделаю.

***

Теперь мне нужно где-нибудь заночевать.

Уже совсем стемнело, и в лесу практически ничего не видно. Но то здесь, в чаще, а вот впереди вдоль дороги виднеется настоящий постоялый двор. Уже часа два как виднеется, на самом-то деле. Однако дело тут не в некой пространственной аномалии, отнюдь. А лишь в моей осторожности, сдобренной довольно плохими предчувствиями.

Если от этого зависит твоя жизнь, то невозможно быть слишком параноидальным.

Поэтому, стоило только приблизиться к группке строений, как я тут же засел в ближайших зарослях кустарника. И обратился в слух, поскольку отсюда ничего кроме зелени не было видно.

Но ведь в таком случае не должны заметить и меня, верно?

При этом я всё ещё владел крайне полезным заклинанием, не шутки ради прозванным "Чутким ухом". Подслушивание - одна из тех самых чисто профессиональных тем, знания о которых когда-то тщательно вбивал в меня учитель. Потому что, как показывает практика, зачастую химеролог визуально замечает причину своей смерти лишь в последний момент. А вот услышать её может задолго до появления всякого риска. Так что нет ничего удивительного в моей тактике. Сбор информации через заклинания прослушки - едва ли не основной способ выживания магов нашего направления.

Хорошо ещё, что рассчитал дорогу с больши-им таким зазором по времени. Лишние часы пригодились, пусть не там и не так, как предполагалось изначально.

И вопреки моему скепсису, кое-какие сведения собрать я успел. Пусть и не слишком много, но важное всё же нашлось... Однако времени большее нет - солнце село, а значит нужно что-то решать.

Резюмируем.

Проблема с местным менталитетом до сих пор довлеет надо мною. Сунуться к буквальным проходимцам? Или ещё хуже - ко владельцу доходного места, чьи ручонки, судя по шепоткам людей, замараны в делах с криминалом? Совершенно не смешно.

А с другой стороны у нас имеется лес. Тёмный, мокрый, холодный и полный всяческой живности. И если то же хищное зверьё периодически выбивают, то вот монстры... Не то чтобы оные вообще являлись сколь-либо частыми гостями этих земель, однако их опасность от этого лишь возрастает.

Дело тут вот в чём. Над животными, как известно, довлеют инстинкты, а над обыкновенным человеком - рефлексы с разумом. Маги же с монстрами, как существа в той или иной мере затронутые Ветрами, могут руководствоваться совершенно иными, непонятными обычным смертным, резонами. И хорошо ещё, если во главе угла встанет какая-нибудь пусть совершенно иррациональная, но всё же понятная интуиция. Хотя даже с ней одной самый обыкновенный волк становится существом крайне изворотливым, удачливым и удивительно результативным. Просто потому, что не попадается в ловушки, всегда отыскивает уязвимые цели и способен "залегать на дно" в случае настоящих облав. Однако ведь изменения могут зайти и дальше. Гораздо дальше. И никто никогда не сможет предугадать, какую опасность будет нести очередной искажённый гость.

Кто-то будет мигрировать вдоль течений Ветров. Кто-то будет мистическим образом ощущать и охотится на людей определённого возраста. А кто-то будет искать и насиловать фертильных девушек, чтобы породить чудовищных исчадий - совершенно искажённых выкидышей магии, судя по описаниям чаще всего смахивающих на то зубасто-глазастое аморфное нечто из произведений Лавкрафта. И всё это, как понятно, является лишь некоторыми примерами сумасшествия отдельных, причём достаточно сильных, существ.

Маги здесь, кстати, исключением являются довольно условным. Главное отличие в том, что у нас, во-первых, имеется человеческий разум. А во-вторых, в наличии воспоминаний и какой-никакой социализации. Ну и контроль на даром, конечно же, совершенно необходим, иначе в аберрацию обратится - раз плюнуть. Собственно, последнее и является одной из причин столь высокой лояльности государств к чародеям. Не успеют обучить какого-нибудь крестьянского мальчонку, и в вашей провинции появится полуразумная агрессивная хрень прямиком из ночных кошмаров. Загонять такую - армии не хватит. Учитель рассказывал.

Другая история с устоявшимися видами монстров различного происхождения. Те плавно и постепенно, в течении всей человеческой истории, переходили из разряда "жутких неправильных чудищ" в "чудное, но привычное зверьё". Собственно, именно поэтому среди часто встречающихся одомашненных животных можно с лёгкостью обнаружить совершенно неестественные виды. И немалую лепту в процветание местного человека, к моей превеликой гордости, внесли и коллеги химерологи. За что знающие люди беспрестанно нас благодарят...

Главное, конечно же, не касаться темы комаров. Их просто невозможно вывести.

В общем, несмотря на сравнительную безопасность этих земель, от случайного монстра в лесу не застрахован никто. А потому ночевать здесь - дело довольно скверное. Особенно в одиночку, без укрытия на высоте, да без защиты артефактов. И если последние в закромах учителя ещё нашлись, да и то - спорного качества, то вот первые два пункта... Без шансов. Не сожрут, так понадкусывают. А не понадкусывают, так сам околею к утру. После дневного ливня-то.

Придётся идти к людям. А не хотелось бы...

***

По доброй традиции, остановить свой выбор решил на компромиссном варианте. То есть поспать рядом с людьми... Но без их ведома. Благо, возможности для подобного имелись.

Зачарованный ветер скрадывал звуки шагов и доносил шум людской жизни, предупреждая о наличии посторонних. От нюха редких волкодавов, что у местных выступают в роли обыкновенных собак, спасал комплект лабораторных артефактов учителя. Запасной, как понятно, комплект. Основной же был безвозвратно утрачен где-то в дерьме химер.

Мелькнувшие воспоминания вновь подняли моё настроение. Оказывается, врали земные фильмы - месть действительно доставляет изрядное облегчение.

Встряхнувшись, продолжаю движение. Иду медленно, плавно, подолгу задерживаясь на одном месте для наблюдения за окружением. Впрочем, и задача передо мной стояла не слишком амбициозная: нужно было просто пробраться на хозяйственный склад у конюшен и тихонечко обустроиться где-нибудь среди мешков корма. Всё ради безопасного сна, не более. И на большее претендовать я не собирался - чужие ценности мне и даром не нужны.

Короткая пробежка в тени деревьев привела меня к конюшням, где... Правильно, уже кто-то сношался. И судя по приглушённым женским вздохам - совершенно не лошадки, как можно было бы подумать.

А я просто спать хочу. Мне многого не нужно, только лишь тихо и мирно покемарить пару часиков.

Тем временем возле каких-то ящиков у окошка деревянного здания замерли двое мальчишек, увлечённо следя за разыгравшимся представлением. Судя по подслушанным шепоткам - хозяйские дети, поставленные сторожить живой транспорт от всяческих конокрадов. Хотя, судя по всё тем же шепоткам о моральном облике хозяйки постоялого двора, кровное родство двух вихрастых чуть бледноватых карапузов и тучного загорелого хозяина сего заведения остаётся под больши-им таким вопросом...

Но кто я такой, чтобы осуждать чужих для меня людей? И вообще, посетители отзывались о внешнем облике хозяйки исключительно в положительных тонах. Возможно, будь я хотя бы на пять-шесть лет постарше, и кто знает...

Уловив последнюю мысль, останавливаюсь на короткую передышку. Сбежал, называется, от злого опекуна и пустился во все тяжкие. Соберись, похотливое чучело! Тебе сперва выжить нужно, да хорошо по жизни устроиться. Потом уже о сладеньком размышлять будешь.

Тем более, помнится, на востоке имелись большие невольничьи рынки... Так сказать, на любой, даже самый притязательный вкус. Были бы у клиента деньги.

Выкинув оставшиеся лишние мысли, концентрируюсь на текущей задаче. Видимо, усталость и откат от зелий всё же дают о себе знать, поскольку не обращать внимание на фривольные мечтания становится всё тяжелее и тяжелее. Однако я всё же постараюсь обойтись без тоников. Иначе потом совсем худо будет.

Дети стояли тихо, практически не шевелясь. И, кроме как на действо внутри конюшен, ни на что более внимания не обращали. Что и позволило мне тихонько пробраться мимо "сторожей".

Склад встретил скрипучей дверью, чей надсадный "вопль" оказался приглушён всё теми же артефактами. А внутри было пыльно, слегка грязно и пахло чем-то не очень приятным. Однако я, да ещё и с такими артефактами, существом являлся совершенно непривередливым. Собственно, химерологи брезгливыми в принципе не бывают, по словам всё того же учителя. И в этом вопрос ему от чего-то верилось безоговорочно.

Когда же я запалил в ладони крохотный шарик света, и уже заканчивал закрывать дверь, до меня донёсся шокирующий детский шёпот:

- Мама с чужим дядей до утра играться будет?

- Главное - папу отвлечь, чтобы опять не побил.

Какая же всё-таки интересная эта штука - жизнь.

***

Утро встретило меня чьими-то криками и руганью, что, впрочем, моё благодушное настроение не испортило. Потому что удобно спать можно едва ли не на чём угодно, если предварительно обвешаться гроздью нужных артефактов.

Честно говоря, я подобного комфорта даже на Земле ни разу не испытывал. Местное волшебство - просто читерство какое-то!

И уже поправляя слегка сбившиеся за ночь мешки своеобразного ложа, я на беду свою потянулся за небольшим отрезом ткани в поясной карман костюма. Даже достать желаемое успел! Но только чтобы спустя несколько мгновений, словно в замедленной съёмке, фаталистично пронаблюдать за неспешным и совершенно издевательским падением на пол той самой игральной кости.

Нет слов, одни маты. Ладони ведь уже даже рядом не была, к шее успел переместить! Да каким вообще образом, мать вашу, так можно было из кармана выскользнуть?! Вообще никого не стесняется!

Ладно, всё равно делать что-то уже поздно. И раз уж так вышло, ознакомимся с результатом сегодняшнего "броска".

Плавные чёрточки, а чуть выше - цепочка крохотных значков каких-то... Кораблей, что ли? Словно ребёнок рисовал, ей-богу! А движутся они, значит, к непонятному нагромождению из множества фигурок.

Что же, опять ничего не понятно. Пока. Но по крайней мере уже удалось опознать хотя бы часть изображения, что, надеюсь, позволит отгадать результат воздействия самого артефакта. Ну, я надеюсь на это. Займусь этим во время пути в город.

***

Кажется, кое-что начинает вырисовываться.

Спустя почти половину дня пяти на тракте мне повстречался первый крупный караван. И пока я пережидал его движение в ближайших зарослях, естественно, не отказал себе в подслушивании чужих разговор. Тем более, что местные расклады для меня сейчас были крайне важны.

Там-то кое-что и выяснились.

Сегодня утром, пусть и ожидаемо, но всё равно немного внезапно, сменилось направление морского ветра. Казалось бы, ну и что? А то, что в это самое время вдоль берег шёл крупный морской караван северного купца. На парусах шёл, естественно. И смена направления ветра едва ли не на противоположный корабелов, понятное дело, изрядно расстроила. И спутала кое-какие планы. Впрочем, главный у них там совершенно не отчаялся, и принял решение сделать остановку в ближайшем порту.

В нужном мне, мать вашу, порту!

Это же даже не какое-то там подозрение. Таких совпадений просто не бывает! На кубике выпала цепочка корабликов, заплывающая, по-видимому, в город, а потом оказывается, что нечто подобное произошло и в реальности. Как говаривал один мультипликационный персонаж, случайности - не случайны. Дополню лишь, что с такими вводными о банальном совпадении речи не может идти и вовсе. Понять бы теперь, как эту штуку контролировать...

И возможно ли это в принципе.

А пока - продолжу движение в город. Поскольку даже столь специфические сюрпризы в купе с моими подозрениями не отнимают того простого факта, что рано или поздно по моим следам пройдёт чья-нибудь погоня. И пережидать проблемы где-то здесь, забравшись в самую глушь - не выход. Уже представляя, чего стоит ожидать от ученика химеролога, меня непременно загонят в западню.

Так что - шагаем дальше.

***

Вновь остановка, вновь кусты. Меняется только вид, да и то не слишком часто. На этот раз, впрочем, взгляд на невысокие каменные стены оставляли на сердце чувство некоторого удовлетворения.

Справился! Хотя реальность, между прочим, существенно отличалась от плана. Что ни говори, а длительная ходьба по лесу - удовольствие то ещё. Даже налегке. Теперь, впрочем, будет совершенно не легче. И там, где раньше решала моя физическая выносливость, мне вновь понадобятся уже подуставший разум.

И так, Авериал. Это крупный портовый город, едва ли не торговая столица всего региона. Именно торговая, поскольку настоящая столица провинции расположилась гораздо восточнее, в самой глубине плодородных пахотных земель. И не просто так - куда большее население и главный королевский тракт значили куда больше, нежели обыкновенный доступ к морю. Тем более, что там имелась ещё и крупная судоходная река... Но это так, к слову.

Авериал же... Для жителя Земли - едва ли не посёлок городского типа, даром что какими-никакими стенами окружён. Основные товары - разнообразные дары моря, да несколько видов хорошей лиственной древесины. Имеются не слишком большие стапели максимум под двухмачтовики, да неплохая мастерская лодочников. Оборонительные возможности низкие, на что ясно указывает уже хотя бы чисто символическая трёхметровая каменно-деревянная стена. Даже башен нет, хотя казалось бы - обязательная штука для обороны со стороны моря!

Впрочем, местных-то понять можно - крупных сражений здесь не видели уже более половины тысячелетия. А от редких пиратов и зверья вполне помогают и такие фортификации. Тем более, что стража здесь довольно многочисленна, а парочка старинных магических родов способны стереть наглецов в пыль, не выходя при этом из собственных башен.

Как у Христа за пазухой живут, в общем. На что и была надежда - безопасность и расхлябанность жителей должны были существенно облегчить моё анонимное проникновение сюда. Однако теперь, когда здесь остановился крупный морской караван... Возникают сложности. Во-первых, с тем чтобы найти подходящее корыто, мне нужно двигаться на восток, а забитый сейчас порт скорее всего предоставит лишь северное, родное для главного в караване купца, направление.

Туда мне уж точно не нужно. К тому же охрана на судах с товаром наверняка будет достаточно сильна, чтобы существенно усложнить жизнь незваного пассажира.

Во-вторых, несмотря на сопутствующую сейчас толику хаоса, что должна изрядно облегчить попадание в город, переход непосредственно на подходящий мне корабль наверняка лишь осложнится. На стихийную ярмарку прибыло много люда, много товаров и много желающих поживиться. Все будут настороже. И никому ведь не объяснишь, что я так-то человечек хороший, правильный. Разве что учителя прибил, за что теперь буду преследоваться государством... Но не вор ведь какой-нибудь!

Поскольку нет большего греха для купцов, чем воровство ими нажитого. А убийство... Скажи сколько оно стоило, и он оценит степень твоей вины.

Хм, а ведь действительно... Интересная идея. Посмотрим, получится ли её реализовать.

***

- Господин воитель, вы же понимаете... - хрипло и с едва заметным присвистом проговорил прилично одетый торговец.

И не скажешь, кроме как по специфики голоса, что его шею украшает множество застарелых шрамов. Даже интересно, чем это его так приложили.

- Кончай петь, Витвон, - устало одёрнул его дежурный офицер стражи. - Либо мзду, либо осмотр. Хочешь по-старому - жди ещё минимум две седмицы.

Далее последовало некое короткое шебуршание, закончившееся слабым металлическим звоном. Кажется, хозяин телеги сделал свой выбор.

- С тобой приятно иметь дело, Вит, - как-то тепло и с некоторой долей ехидства сказал офицер.

Ответа, впрочем, не последовало.

И нещадно скрипя, старая телега с прикрытым мешковиной грузом не спеша отправилась за городские стены. Мимо проходили люди, крайне медленно проплывали какие-то строения. А я всё продолжал осматриваться, выжидая удобный момент для незаметного бегства. Наконец мы завернули на несколько менее презентабельные улочки, и во время очередного поворота я стремительно покинул транспорт. Естественно, предварительно аккуратно вернув на место ранее убранный в инвентарь мешок с каким-то добром, в также поправив несколько слоёв тканей сверху груза. Последнее явно использовали для дополнительного сокрытия перевозимого, что пригодилось и мне.

Быстренько забежал в какую-то подворотню, слегка потянулся... И с удивлением пронаблюдал за уверенным шествием каких-то мордоворотов разбойного вида. И двигались они почему-то прямо ко мне, взяв начало с противоположной от подворотни стороны улицы.

Ах, да, в трущобах же практически не существует анонимности. Слишком уж много людей, не занятых работой в течении большей части дня. Ещё и доносчиков - пруд пруди, особенно если родным крышевателям петь.

- Сышь, малой, - слегка гнусаво, но веско процедил лидер тройки. - Кем бушь? И чей?

Честно говоря, ещё на первых его словах я подготовился к короткому, но смертельному для гостей магическому представлению. Однако меня сумели удивить. Откуда у классических бандитов подобные вопросы? Как-то это слишком... Дружелюбно, что ли?

- Так... - судорожно пытаюсь подобрать слова. - Ничей я пока, дяденька. Только в город прибыл, да и то - проездом.

- А, ну дык понятно дело-то, - в улыбке ощерился мужик. - Небось, за караваном закандыбал?

- Ну, в натуре! - почему-то весело и немного уважительно покивал амбал справа от лидера. - Не, ну вы видели, как он от Вита соскочил-то?!

- Если к ходокам метишь - бросай ты это, паря, - с тоской протянул левый. - Им тупячки нужны, пучок за пятачок.

- Ну, - согласно кивнул лидер. - Кругом одно дерьмо, мелочь. Уж лучше у мамки под подолом, чем здесь, да с тощим животом...

Примерно так они и продолжали ещё десяток минут, усердно пытаясь убедить меня вернутся в свою деревню. Даже не знаю, что тут больше сыграло - то ли прихваченный кусок холщевины, обёрнутый вокруг моей одежды на манер тоги, то ли тень от строения, делавшая меня визуально смуглее. Одно совершенно ясно - я поспешил, и в результате оказался ещё далеко не в самих трущобах. Просто бедные кварталы, населённые обычным рабочим людом. Конечно, даже тут существовал какой-никакой криминал, что и подтверждали господа передо мною, однако до совсем уж грязи они наверняка не опускались. И причин этому было много. Рациональные, морализаторские и какие угодно ещё, на выбор самого притязательного вопрошателя. Впрочем, не это главное! У меня появился источник информации - вот что по-настоящему важно.

Глава 8 - Первый шаг

- Помни, мелкий, - напутственным тоном глаголил "офицер" местной банды, являющийся смотрящий за всей этой улицей, - ежели что - сразу бей по чреслам, да беги к нам. Там, поверь мне, найдутся такие уроды, что всякое сотворить способны.

- Спасибо, дядь Налк, - улыбаться получалось совершенно естественно, ведь за прошедшие часы я в действительности успел проникнуться некоторым доверием к этому неплохому, в сущности своей, человеку. Да и мордовороты при нём были пусть и теми ещё гопарями, но с чёткими понятиями. Тоже неплохие парни.

К тому же, судя по словам этих людей, таких как они в этом городе - большинство. Главное - в глубины трущоб не лезть, там ради выживания или веселья могут сотворить практически что угодно.

Есть над чем задуматься.

С другой стороны, по словам всё того же трио, местные властьимущие также придерживались некоторых... Правил хорошего тона, скажем так. Что было для меня откровенно странно и неожиданно. На Земле, помниться, при прочих равных условиях "милостивые господа" неуклонно пускались во все тяжкие. Практически неизбежно! И остановить подобных могла лишь честная сталь, заботливо помещённая куда-нибудь в мягкие потроха зазнавшегося смертного. А здесь... Было иначе. Почему-то. И кажется, что я даже начинаю понимать причину столь положительных тенденций.

Маги. В этом мире, видимо, если ты не знаешь причину чего-либо, то в первую очередь винить нужно магов.

В общем, всё оказалось доболе просто - чародеи, как народ прямо-таки в высшей степени специфический, в равной доле равнодушно презирали и простой люд, и властьимущих. Однако при этом зависели что от тех, что от других. И вынужденные существовать подобным образом, с завидной регулярностью и радостью вмешивались в извечный классовой конфликт.

Вмешивались смертельно для противников, как понятно. Маги - это маги, даже простой неофит способен на одних лишь эмоциях раскидать боевой отряд из полудюжины бронированных рыл. На что же способны коллеги классом повыше не приходится даже и думать. Всё равно не угадаешь.

На чьей же стороне выступала подобная сила? А вот, по-разному выходило. Однако так или иначе, а результатом оказывалось нормализация ситуации в городе. В том числе и очень даже неплохие условия труда для рабочих, к слову. О причинах подобной благосклонности мои информаторы не ведали. Я же предполагал наиболее банальную из всех - безумным рационалистам, каковыми все маги являются едва ли не по определению, скорее всего просто нужен был работающий "обслуживающий персонал". А для этого, понятное дело, необходимы и довольные многочисленные рабочие, и не слишком наглые руководители. Плюс, с последними регулярно встречаются чародеи, и, чувствую я, периодически чистят генофонд голубой крови от всяческих идиотов.

Смелая, пусть и слегка оптимистичная догадка. Ведь при подобной системе, как это всегда и бывает, возникает вполне резонный вопрос: "А кто будет чистить самих магов?".

Впрочем, это лишь взгляд снизу, да ещё и сугубо субъективный. Кто знает, чем именно занимаются верха? Тут даже если так задуматься, наличие магов ситуацию лишь усугубляет. Ведь и среди обыкновенных людей больные на голову встречаются с завидной регулярностью, а одарённые силой и безумием маги вообще могут вообще чёрте что творить.

Сценарий появления какого-нибудь злого властелина, поехавшего на чувстве собственной важности, уже не представляется таким невозможным. Страшненько.

- Ну и лицом не свети, - продолжил инструктировать меня целый капо (прим. звание в мафии), получается. - Сейчас, конечно, заморцев никто не тронет, но запомнить - запомнят. А как уплывут, так прихватят тут же.

Уверенно говорит, со знанием дела. Видимо, или сами чем-то подобным промышляли, или кто-то из знакомых. Причём чего-то иного ожидать было бы глупо - отношение южан к иностранцам широко известно любому.

Не удивительно, что когда меня всё-таки вытащили из тени, то парни, мягко скажем, удивились. Цвет кожи-то скрыть не получится, как и слишком уж светлые, пусть и грязные, волосы. Однако слезливая история о несчастной матери и богатом насильнике-северянине, что была одной из моих заготовок ещё по ту сторону городских стен, окончательно разжалобила суровых мордоворотов. Оно и понятно - хуже обычных иностранцев, простой люд ненавидел только богатеев со вседозволенностью. А при такой истории, так сказать, возникало целое комбо ненависти!

Так что проблем у меня не появилось, наоборот - о многом просветили. И даже какую-никакую протекцию дали, особенно если я попрошусь в банду или на работу к господам, коих они крышуют. Впрочем, всё это было мне без надобности. В отличие от информации о кораблях, получить которую не вышло - подвести разговор без подозрений не получалось, а на один только намёк о моём обращении к "пиратам" начиналась усердная головомойка на тему: "оно тебе не надо".

Надо, друзья мои. Очень сильно надо. А значит, придётся искать иные источники информации. В порту. А там, между прочим, совершенно другая банда сидит...

Боги, столько проблем из-за одной только внешности! Надоело уже, честное слово...

***

На что способен маг в пределах города? Безусловно, ответ на данный вопрос зависит от множества факторов, явных и скрытых. Однако всё же основным остаётся единственный из всех - сила субъекта, выражаемая как в пропускной способности и точности контроля потоков волшебства, так и в общем количестве и разнообразии известных ему заклинаний. И даже наличие какого-никакого мозга, в смысле - способность его применять, отступает на второй план перед мощью волшбы.

Конечно, многое зависит и от направленности мага. Однако средний подмастерье, а по-хорошему любой из них совмещает учёбу сразу по нескольким направлениям, вполне способен относительно неплохо обустроиться что в городе, что в дикой природе. Причём "относительно неплохо" по сравнению с магами-аристократами рангов повыше, тогда как обыкновенному человеку о подобном уровне удобств остаётся лишь мечтать.

Потому нет ничего удивительного, что устроиться мне удалось неплохо, даже несмотря на свою внешность. Или даже благодаря ей? Отношение местных, конечно, не слишком благодушное, пусть они это и качественно скрывают, зато продают всё и без вопросов. Ну, приплыл вместе с каким-нибудь купцом сынок, так-то норма - обучать молодёжь ведь как-то нужно. И лучше всего делать это сперва под присмотром взрослых.

В общем - у меня наступила странная пора жизни. Половину дня я вёл себя, словно обеспеченный мажор, тогда как вторую половину - скрывался среди откровенных бедняков. А что поделать? Для местных я - чужак, как, собственно, и для приплывших северян. Они-то ведь меня тоже не знали! Так что, как это часто и бывает, ради обогащения нужными вещами приходилось ловить рыбку в мутной воде. Ловить, пока мусор не осел на дно. А он обязательно осядет - общество торговцев не так уж и велико, чтобы в один прекрасный момент не вскрылось наличие постороннего пацана.

Приходилось спешить. И явно переплачивать. Но ничего - в большинстве лавок не стояли защитные чары, а потому нередко я наведывался туда снова спустя некоторое время. Анонимно. Либо ночью под сокрытием, либо посредством воздушных чар. Впрочем, получалось оно нечасто, даже несмотря на редкость защитных чар в лавках - торговцы хорошо прятали товар и деньги, да и прошмыгнуть мимо патрулей было довольно проблематично. Хотя последние если уж и ловили, то, понятное дело, ничего не находили. Что совершенно не удивительно, учитывая наличие у меня инвентаря.

Да и был у меня ещё один фактор, который не стоило сбрасывать со счетов. Кубик. Этот волшебный предмет, сработавший как раз ночью второго дня, показал мне схематичное изображение вольготно крадущейся фигуры под ночным небом. Что, понятное дело, вселяло некоторую уверенность в успехе моих начинаний.

***

Высокий седовласый мужчина поспешно шествовал в сторону малого заклинательного зала, сопровождаемый взволнованной служанкой. Богатые одежды, обильно украшенные драгоценными камнями, выдавали в нём крайне состоятельного человека. А наличие резного жезла в футляре на поясе лишь усугубляло это впечатление, явно указывая на принадлежность мужчины к овеянной мифами и легендами касте чаротворцев.

Наконец мужчина едва ли не ворвался в помещение, где сейчас должен был нести свою вахту его нерадивый ученик. Но сейчас зал был пуст, в противовес чаше терпения старого мага.

- Где этот негодник?! - скрипнул зубами чародей, плавным движением вынув жезл из футляра. - Магия бы побрала всех безмозглых детишек, одаренных высшей милостью Её...

Уже вскоре шестнадцатилетний парень был найден, причём в собственной же лаборатории. Старый, по крайней мере по меркам немагов, чародей совершенно не удивился. Признаваясь самому себе, в детстве он был таким же... Увлечённым. Эта черта вообще свойственно их роду стихийных артефакторов, однако совершенно не оправдывает проступка ученика. Даже более того - усугубляет вину, ведь в первую очередь они учились контролировать свои порывы.

- Учитель, просто один из моих экспериментов пошёл не по плану... - начал было юноша, однако, заметив выражение лица мужчины, почувствовал неминуемость возмездия. - И... Нужно было проверить, Учитель! Проверить!..

- Тебе нужно было следить за сигнальными городскими чарами, безответственный мальчишка, - прошипел чародей, принимая из рук служанки зачарованные розги. - И сейчас я тебе об этом напомню!..

Парень в ответ лишь печально повесил голову, прекрасно понимая всю безвыходность своего положения. Но ни он, ни его учитель уже не вспомнили о чарах в ту ночь, что позволило одному ученику химеролога беспрепятственно обчистить несколько задолжавших ему лавок.

***

Так, в общем-то, и получилось. В библиотеку башни, бывало, сложнее было попасть, чем в большинство зданий города. Так что обнести я мог едва ли не всё... Если бы и без того не забитый инвентарь. Припасы и металлические деньги - вещи объёмные, особенно когда их много. А менять золото и серебро на векселя финаритийских гильдейских банков... Ну не идиот же я, верно? Мало того, что кому попало их не продадут, так ещё и обналичить на востоке эти бумажечки будет довольно проблематично.

История стара как мир - денежные мешки воюют за то, чтобы прибавить в денежной же массе. И естественно, противнику они подыгрывать не собираются. Даже если это может благоприятно сказаться на торговле. Поэтому на востоке, куда я и собираюсь переселяться, никаких отделений гильдий монархии не найти. Собственно, там и самих финаритийцев-то найти проблематично. Слишком уж велика взаимная неприязнь южан и восточников.

В этом, кстати, и заключалась одна из проблем. Ни один из мною обнаруженных кораблей не собирался отправляться прямиком в земли древней Республики. Впрочем, кое-кто мне всё же подходил...

***

- Здравствуйте, господин Лингест, - уверенно и слегка властно проговорил парень, легко кивнув сидящему в капитанской каюте мужчине. В небольшом помещении, кроме письменного стола и кресла хозяина корабля, обычно присутствовали и стулья для гостей, однако все они сейчас были вынесены наружу. А потому юноше приходилось стоять.

С виду добротная одежда, - подумал капитан, молча оглядывая возможного пассажира его судна, - но лишь на первый взгляд. Характерных следов времени нет, а значит - вещи новые. А вот какие следы точно видны, так это остатки составов для длительного хранения. В том числе и на стежках. То есть всё надетое было куплено не дольше, чем за три последних дня. И откуда же на моём корабле может появиться крайне молодой северянин с деньгами?.. Ответ очевиден.

- Я не буду спрашивать, по каким причинам тебе нужно в столицу, - слегка хрипло начал капитан, с иронией отмечая, что вполне может догадаться до тех причин и самостоятельно. Мажоры и их маленькие ссоры с родителями, как это привычно. - Однако если хочешь плыть на моём корабле, то придётся соблюдать определённые правило. И хорошенько раскошелиться, конечно.

- Конечно, - нервно улыбнулся юноша, явственно передёрнув плечами. Капитан вновь усмехнулся про себя на такое поведение. - Но я бы хотел отдельную каюту... Это возможно?

- Возможно, - теперь улыбнулся и хозяин судна, стараясь не выдать своего отношения к парню ни мимикой, ни взглядом. - За отдельную плату.

***

Солнце мягко припекало, пока пропахший солью и гнилью ветер трепал мои широкие одежды. Но мне не было ни жарко, ни холодно. Зачарованные одежды... И лишь холодил разум чёртов кубик, сегодня утром показавший мне едва ли не прямую наводку на один примечательный предмет. А точнее - на драгоценный камень, чья истинная ценность значительно превышала предполагаемую его владельцем. И не будь я химерологом, а также немножечко артефактором, даже бы и не понял, где зарыта собака.

С виду - кровяник, обыкновенный кристаллический минерал, вроде агата. По факту же - небольшой "экстракт жизни" из тех, что являются едва ли не теми самыми философскими камнями, так желаемые алхимиками средних веков. И жизнь продлит, особенно если реципиент является магом, и на кое-какие трансмутации способен. Конечно, всё не столь радужно, да и сам экстракт - всего лишь ингредиент, пусть и достаточно важный... Однако в нормальных условиях получение чего-то подобного стоило бы мне очень большого количества времени, усилий и ресурсов.

Хотя для какого-нибудь мастера-артефактора такие экстракты - пусть и дорогой, но едва ли не рядовой расходник. Мда...

Ладно, в задницу всю эту дребедень! Не хочу думать обо всём этом. Ни о самом кубике, ни об экстракте, не о способе, коим его получил, ни уж тем более о том, каким вообще образом у обыкновенного на вид торговца появилось подобное украшение. Главное, чтобы и он сам теперь об не сильно будет задумываться - сгоревшая лавка не располагает к лишним рассуждениям.

А теперь - я наконец уплываю! Берег, усыпанный сходнями и множеством домиков продолжал отдаляться, от чего на губы невольно наползала улыбка искреннего облегчения.

Не зря повернулся спиной к палубе. Увидь матросы мои эмоции, и могли бы возникнуть вопросы. А их и без того достаточно, причём с обеих сторон.

Нет, то, что капитан корабля с матросами подрабатывает пиратством, для меня не было сюрпризом. Собственно, насколько удалось понять, именно эта их деятельность и стала причиной столь спешного отбытия по направлению к торговой столице всей монархии - Аквентарису. Огромный город-порт всегда привечал родных каперов, и закрывал глаза на не менее родных пиратов. Как говорится - деньги не пахнут, сколько бы крови за них не пролилось.

Впрочем, насколько удалось понять, обстоятельства подобной лояльности к преступникам всё же были не столь простыми. Дело в том, что внутри монархии всё ещё продолжалась вялотекущая гражданская война, пока приведшая лишь к ослаблению всех противоборствующих сторон. От того нет ничего удивительного в том, что вроде как "пираты" оказывались наёмниками то одной, то другой стороны конфликта. Причём чуть ли не в открытую. А так как постой кораблям всё же был необходим, то обеспечить оный, заодно организовав приток награбленного на собственный рынок, показалось их нанимателям довольно хорошей идеей. Политика...

Так что, подводя итоги, теперь я соседствую с кучей откровенных головорезов, нанятых одними, для ограбления других. Рядовой случай, на самом-то деле - торговцы часто переквалифицировались в пиратов и наоборот, особенно когда с товаром было плохо. Или когда очень уж удобное время наставало, вроде масштабных войн. Да и выбора особого у меня и не было никакого, чтобы привередничать. Только этот корабль отправлялся в нужную мне сторону, причём срочно.

Но, конечно, страшновато. Собственно, именно поэтому моя крохотная каюта уже спустя несколько часов напоминала скорее небольшую крепость, нежели, чем обыкновенное помещение. Укрепление стен, двери и её петель, задвижки и небольшого замка. Зачарование на термическое сопротивление. Куча рун-ловушек, взводимых мною же по сигналу. Простейший механизм, артефактом выпускающий поток огня при открытии двери без моего на то разрешения. Ну и банальные упоры конечно же, чтобы дверь было тяжело открыть даже чисто физически. Словом - удачи нападающим, но я бы не советовал.

Краем глаза замечаю несущего какие-то снасти матроса. Думаю, настало самое время легализовать своё будущее затворничество.

- Ох, - наваливаюсь на ограждение борта. - Что-то мне не хорошо... Эй, моряк, эта чёртова качка всегда будет столь сильной?

Мужчина лет двадцати на вид, совершенно не скрывая ножен с морской саблей, притормозил. С удивлением и толикой злорадство оглядел меня, видимо, отметив ещё более побледневшую кожу. И прищурился, от чего обветренная кожа у глаз пошла настоящими морщинами.

- Ну дык - да, а как же? - слегка гнусаво протянул пират. На удивление хорошие зубы, да и с желудком проблем нет, судя по запаху. Магический мир - рулит.

- Мы разве не вдоль берега пойдём? Там ведь волны поменьше должны быть? - спрашиваю, решив определить уровень доверительности отношений капитана с его командой. Потому что о маршруте я осведомлён настолько же, насколько осведомлён и сам капитан корабля.

Подслушивающие плетения, чтобы я без вас делал.

- Дык у бережка-то больш всего и крутит, - с намёком на добродушие прогундосил моряк. - Особисто сёдня, дует-то хладом до сих пор.

Ага... Точно, ветер ведь до сих пор северный. А значит волны в этой части моря самые сильные, тем более, насколько я помню, тут ещё и сезонность как-то влияет. Ну и хрен с ним - главное понятно, а остальное переживу. Тем более, что на самом деле меня практически не укачивает.

После того как приноровился к магическому зрению, вообще не помню проблем с координацией. То ли мозг приспособился, то ли просто перестал обращать внимания на подобное.

Так что хмуро кивнув моряку, заодно отблагодарив его звонкой монетой за консультацию, я, демонстративно пошатываясь, побрёл в свою каморку. Благо, скучать не придётся - в закромах у меня до сих пор находится вся библиотека учителя, значительная часть которой так и осталась непрочитанной. А прерываться буду на старую-добрую волшебную прослушку. Нужно ведь держать палец на пульсе, а то мало ли - хозяин корабля вновь из торговца переквалифицируется в пирата. Нехорошо получится.

***

- Капитан! - крик на мгновение перекрыл шум походного лагеря, заставив недовольно поморщиться крупного седовласого мужчину в доспехах. Собственно, именно он и являлся главным и единственным капитаном городской стражи.

- Притащи сюда крикуна, - устало буркнул он одному из десятников. - Чувствую, новости нас ждут нехорошие.

Остальные офицеры поддержали начальника раздражённым гулом, стремительно стихшим после возвращения давешнего сержанта в компании некого молодого стражника. Судя по обмундированию и знакам различия - простой воин, должный передать информацию непосредственному начальству в лице уже своего десятника, а не рваться через головы. Однако его оборванный вид, а также явные следы истощения, прямо располагали к тому, что парня сперва хотя бы выслушать. Мало ли что могло случиться, а наказать - всегда успеется.

- Ещё одна вспышка заболевания? - со сквозившим в голосе фатализмом поинтересовался главный над стражами.

- Никак нет, ваше благородие, - на удивление чисто заговорил гость. - Господин Левиар приказывал передать, что на заслон близ Велелаижа напали несколько странных тварей. По виду напоминают шахем, однако более мелких и шустрых.

Сперва офицеры не слишком понимали, как реагировать на новую информацию, однако заметив посеревшего командира, ясно поняли, что дело - дрянь.

- Садись, - приказал капитан, небрежно кивнув на крепкий стул в углу комнаты. - И расскажи, как там всё произошло. Нет... Сперва, имеются ли потери?

Севший воин ненадолго замялся, чем ещё более насторожил присутствующих.

- От монстров - нет... - наконец решился рассказать гонец. - Однако многие из нас заболели неведомой болезнью. Я - один из тех, кто избежал этой участи. Потому и отправили.

- О Двоединый, - под тихий мат подчинённых прошептал капитан, падая в объятия собственного кресла. - Значит, меры не помогли...

Несколько секунд мужчина пустым взглядом взирал на карту региона, уничижительно отмечая множество уже выставленных оцеплений, кордонов и оборонительных постов. Ничего не помогло. Какой во всём этом вообще был смысл? Ещё и двух суток не прошло, а вся система уже оказалась сломана с небрежностью копытня (прим. степной грацильный носорог, размером с небольшого слона). Нет, время полумер закончилось.

- Зовите мэтра Оривеуса, - прерывая гомон штабистов, постановил старый аристократ. - Отозвать всех стражей, находящихся вне стен города! Послать сообщения об эпидемии всем поселениям региона! И расспросите юношу, пока я к милорду схожу.

Демон его побери, а ведь он догадывался, что чем-то подобным всё это и закончится! Тот мерзкий старикашка совершенно точно не собирался жить спокойно. Об этом ему твердило собственное ветеранское нутро! Уж повидал за свою жизнь всяких тварей, страшных и не очень, но хуже химерологов никого не видел. Все для них скот, что в клетках, что нет.

Одна надежда - Левиар был в порядке, иначе бы сам не отдавал приказы гонцу. Так должно остаться и впредь - дочка его собственноручно убьёт, если с её суженым что-нибудь случится. Да ещё и суть ли не по его вине! Не-ет, он слишком многое потерял, чтобы теперь подводить и её.

- Срочно отзывайте Левиара с отрядом, - не оборачиваясь приказал капитан и притормозил уже на выходе. - Конным гонцом. Они там и без того хорошо поработали, чтобы и дальше жизнью рисковать. По прибытию больных - в карантин, а самого Левиара - ко мне.

И дверь захлопнулась за седовласым воином.

Глава 9 - Плавание

В очередной раз развлекая себя специфическим видом ток-шоу, в простонародье прозванным "пьяным мужицким трёпом", я совершенно не ожидал услышать что-нибудь, касающееся лично меня. Шёл четвёртый день плавания, и за это время мне довелось узнать довольно большой объём информации, интересной и не слишком. Кое-что из этого даже могло повлиять на мои планы... Однако тему непонятного пацана на корабле господа в капитанской каюте неизменно обходили стороной. Поправка - аккурат до этого мига обходили.

... - Меньше двух дней пути осталось, Змей, - опрокинув в себя очередную кружку чего-то булькающего, заметил, судя по голосу, помощник капитана. - Что с мальчишкой делать будем?

- А что тут думать? - весело хмыкнул слегка захмелевший хозяин корабля. - Халтурка по пути - это одно, но за молчок меня аспиды проглотят, да не подавятся. Мало ли, чей он там детёныш? Золото с того света не вернёт...

Следом в разговоре возникла небольшая пауза, во время которой удалось расслышать лишь приглушённый звук столкновения неких деревянных ёмкостей с жидкостями, а также чьё-то довольно кряхтение. Словом - господа продолжали пить, как и многие дни до этого.

- Кого отправить? - спустя несколько минут послышался явно подобревший голос помощника.

- Молчуна, как всегда, - сдавленным голосом ответил капитан. - Он путь знает, да по дороге не спрыгнет. Сам возьмёшь Заборчика и ещё пяток бошек - нужно будет связать нашего "гостя"...

Они ещё продолжали обсуждать детали грядущего дела, однако дальнейшее меня уже не интересовало. Главное было услышано, а вердикт - вынесен.

***

... - Ты только это, поаккуратней там, - под конец "отдыха" капитан изволил вернуться к насущной теме. - Мелкий, конечно, тот ещё кадр...

- Ещё бы, в чужой стране от своих сбежать, - недовольно пробурчал слегка окосевший помощник, в накатившем раздражении дёрнув обветренной щекой.

- Но! - выразительно поднял палец хозяин кабинета, согласно кивнув на ремарку друга. - Пацан он всё же смелый, раз на такое пошёл. И с головой дружит - пытался всё скрыть, причём очень даже неплохо. И ведь могло даже получиться!

- Небось, от северянских брачников бегает, - ещё более недовольно пробубнил нахмурившийся ветеран, когда-то очень уж близко познакомившийся с культурой заморских народов. И это знакомство, как понятно, ему совершенно не понравилось.

- Ну, я в этих их игрищах не разбираюсь, - похабно ухмыльнулся капитан, чем вызвал ответную улыбку соратника. И тактично не заметил проскочившей во взгляде товарища грусти. - Главное - на руки мальца сдать, чтобы с ним чего в городе не случилось. Так-то, конечно, родичам придётся его выкупать, но дело то привычное. И цены очень даже людские, особенно сейчас.

- Ладно, - кивнул и устало зевнул уже конкретно захмелевший моряк, поставив пустую кружку на письменный стол. - Я - спать. А то на вахту не встану.

Каперы ещё раз кивнули друг другу, сложив "инструменты" небольшой попойки в ничем не примечательный шкафчик. Да двинулись по своим делам... Даже не подозревая о грядущих событиях, вызванных их неосторожными разговорами.

Впрочем, вряд ли некоторые из открывшихся обстоятельств изменили бы мнение, а уж тем более - действия чудовища в теле ребёнка. Не тогда, когда оно почуяло угрозу собственным планам.

***

Темнота. Холод. Но не тишина - на море редко бывает тихо. Крики птиц, скрип древесины и такелажа, а также регулярные всплески волн - всё это создавало непрерывную какофонию звуков, обманчиво громкую с непривычки. Однако я давно уже подметил, что сами моряки с лёгкостью игнорируют этот шум. Или почти игнорируют, не суть важно. Главное, что при любом столкновении на корабле они получат преимущество против меня. Даже при наличии заклинаний.

Я не услышу их из-за шума моря. Они меня - из-за магии. Однако в такой ситуации я в принципе ничего не способен услышать, тогда как они наверняка смогут уловить звуки, к примеру, начавшейся битвы. Или не смогут... Однако нужно рассчитывать на худший вариант.

Слава заклинаниям, кое-что можно сделать и при подобной несправедливости.

Скрип досок пола сопровождал мои шаги. Ещё скрип. Но никто не придёт проверять, с чего это пассажир решил покинуть каюту. Потому что большая часть матросов сейчас спит. Ночь ведь. Причём на отдых корабль бросил якорь в небольшой бухте. Берега здесь скалистые, обычному человеку забраться не получится, а потому моряки даже и пытаться не стали. Так и завалились спать у себя, лишь проверив надёжность убежища.

Не в первый раз, однако, в бухте ночуем. Не удивительно, что пиратам известно множество подобных ухоронок. Поэтому именно на что-то такое я и надеялся - матросы не смогут обнаружить крадущегося меня, если будут крепко спать после целого дня тяжёлой работы. Что, собственно, сейчас и происходило.

Очередной скрип... Чёртовы доски! Как же глушить все эти звуки, если зачастую их источником становится что-нибудь на расстоянии нескольких метров от меня? Как цепочка домино, в которой звук издаст исключительно последняя упавшая фигурка. К подобному мои заклинания не приспособлены... Отвратительно!

Впрочем, на самом деле я не сильно волновался. И причиной тому служил куда более громкий звук, с лихвой заглушающий практически все издаваемые мною шумы. Думаю, даже станцуй я чечётку, и то - никто и не шелохнулся бы.

Потому что над судном звучал он, великий и ужасающий Храп!

Под него я встал сегодняшней ночью. Под него же аккуратно шествую по кораблю. Благо, судно совсем небольшое... Хотя явно продвинутое, на три палубы. Так что пройтись всё-таки пришлось. Зато теперь по узеньким коридорам расставлены мои руны-ловушки, причём на этот раз - ледяные. Или скорее отрицательно температурные, потому что на этот раз вместо стихии Мощи, которой и свойственно пресловутое электричество, пришлось использовать стихию Холода. Как наиболее подходящую, мать его, деревянному кораблю!

Собственно, из семи стихий я относительно неплохо знаю лишь три - Мощь (сила, энергия), Жар (огонь, свет) и Холод (лёд, ложный свет - отражение). Последние две из-за желания комфортной жизни... Ну и каким бы я был магом, да без огненных заклинаний, верно? А вот Мощь - исходя из её общей универсальности. Ну и глупо было бы не использовать знания об электричестве, полученные в прошлой жизни.

Остальные же... Кое-что знаю в Воздухе, но в основном - скрывающие и подслушивающие плетения. Вода и Твердь мне неведомы, поскольку учитель не слишком считался с этими стихиями по каким-то своим причинам. А Эфир, оно же Пространство, мне известен постольку-поскольку, не от балды ведь умудрился себе личный мобильный схрон организовать?

Из всего вышеперечисленного в условиях деревянного судна уверенность оставалась лишь в ледяных ловушках. Рисковать использовать огонь - глупо, ведь его жертвой в последствии могу стать и я сам. Либо непосредственно, либо невзначай задохнувшись дымом. А шоковые руны... Сухая древесина - диэлектрик, между прочим. А потому нет никакой уверенности в банальной работоспособности рун этой стихии.

Словом - сегодня корабль превратится в филиал холодильники. Прямиком из кабинета патологоанатома.

***

Наконец, а вот и цель короткого путешествия! Здесь придётся поработать особенно тщательно, ведь мне не нужны проблемы.

Всегда завораживал вид растущей рунной вязи. И пусть моих умений не хватало на нечто более-менее быстрое, однако хороший инструмент и солидный запас времени окупали недостатки сторицей. Хотя древесина, конечно, это тот ещё материал для зачарования. Особенно скрытного - всё скрипит, хрустит, отслаивается... Чернила расплываются или вовсе впитываются некой фигурной кляксой. Отвратительно, словом! Однако несмотря на все препоны, спустя десяток минут кропотливой работы дверная рама капитанской каюты оказалась практически сплошь украшена приятными глазу узорами. Столь же опасными, сколь и прекрасными...

Веко слегка дёрнулось, стоило сконцентрировать внимание на многочисленных огрехах. В душе немедленно поднялась волна правильного гнева, в купе с ярым желанием всё тут же переделать... И только понимание того, что эта вязь - буквально одноразовый продукт, хоть как-то примерило с действительностью. Но перфекционист во мне всё равно негодует, да.

Ладно, хрен с ним. Всё равно сгорит к чертям собачьим! И буду надеяться, что хозяину судна этого хватит. Потому что он, конечно, не какой-нибудь босс из игры, чтобы непонятным образом выдерживать целые вереницы смертельных ранений, однако и простым человеком также не являлся. Понятное дело, пиратскими капитанами простые люди вообще не становятся. Как минимум потому, что руководство шайкой едва ли не запертых с тобою разбойников, тем более - долго и плодотворно, требует недюжинных талантов и харизмы. Иначе - прирежут.

Отдохнув и обдумав последующие шаги, направился к другим палубам. Мне нужны остальные каюты и коридоры, чтобы завершить одну большую ловушку.

На этот раз Тесеев будет много, и лабиринт ими будет досконально изучен. Однако и у минотавра будет, чем удивить своих жертв. Чай, не зверь какой, несмотря на бычью голову - сумел обучиться паре фокусов.

***

Матрос, изредка подрабатывающий на вкусную жизнь не самым частым разбоем, мирно дремал в гамаке общей каюты. Несмотря на усталость, сон не шёл. Снова. Изредка такое бывало - то ли холодно слишком, то ли устал не полностью. Не понятно, в общем, зато заранее печально от того, в каком состоянии он окажется на следующий день.

Да и храп ещё этот... Холодные северные ветра не самым лучшим образом сказались на здоровье команды. У многих начался насморк, что только усугубило проблему ночного шума.

Внезапно что гулко стукнуло. Брови матроса слегка дрогнули, однако уже почти достигшее вожделенной неги сознание совершенно не желало выплывать на поверхность.

Вновь стукнуло. Нет, не стукнуло - повалилось на этой же палубе, причём нечто достаточно крупное. Рядом зашевелились несколько моряков, кто-то даже забормотал проклятья на голову расшумевшихся. Но забормотал неуверенно, будто бы рефлекторно.

Стук повторился и в третий раз. Наконец стих храп, оставив лишь шум природы за пределами деревянных стен. И чьи-то скрипящие шаги. Причём рядом, прямо в коридоре!

Шаги одного человека. Кого? Слишком лёгкие для капитана или его помощника. Кто-то из юнг, что ли? Дежурные?

Пара матросов у двери каюты даже соизволили подняться, чтобы узнать о причинах шума. Вигор, крупный широкоплечий детина из старичков, потянул на себя дверь и уже занёс ногу для шага... Как тут же что-то сверкнуло, и весь дрожа гигант повалился на пол!

Матрос не успел вскочить, как и многие из ещё лежавших в гамаках. Под слабым светом ночного фонаря мелькнула низкая фигурка их пассажира, сопровождаемая роем странных голубоватых вытянутых предметов, парящих вокруг него. А спустя несколько мгновений рой устремился вперёд, собирая кровавый урожай.

Матросу не повезло. Одна из ледяных игл пронзила бедро насквозь, рассекая артерию. Кровь начала стремительно убывать, лишь подгоняемая судорожным дёрганьем запутавшегося в верёвках человека. Жить ему оставалось всего несколько минут.

***

Как же трудно без огненных заклинаний!

Мимоходом добивая мужичка, поражённого шоковым касанием. Острая сосулька не пробьёт череп - слишком мала сила удара моего тщедушного тельца, однако вот организовать пару лишних отверстий в горле - это уже совершенно иное дело. Особенно, если бить по артерии. Конечно, если знаешь, куда именно нужно бить.

Трупы, трупы, трупы, трупы... Жаль, конечно. Или всё же не очень?.. Неважно! Так или иначе, но они не оставили мне иного выбора! А посему - все умрут. И сгорят чуть позже, чтобы не оставлять возможных свидетелей на поживу некромантам.

Надеюсь, обилие соли в пище и воде за бортом надёжно оградят их души от внимания всяческих мистиков и спиритуалистов. А то было бы крайне печально так проколоться... Впрочем, даже если и нет, то моментально вызвать недавно умерших не получится. А значит - фора по времени у меня будет.

- У меня будет фора, слышишь? - с улыбкой облегчения говорю в лицо юноше, прямо сейчас захлёбывающегося собственной кровью. - У меня будет фора времени! Они меня не найдут, ибо я всегда на несколько шагов впереди!

Ещё одним ударом сосульки довершаю жизнь очередной жертвы.

Сверху уже раздаются крики - дежурные попали в руны-ловушки, и стали частью моей фигурной композиции. Надеюсь, что к ней присоединился и лично капитан. Желательно - посмертно. Всё же, в ту рунную вязь я вложил столько магии, что остаться живым там было бы практически невозможно.

Заботливый я очень, да. От учителя унаследовал.

- Т-тварь! - орёт какой-то окровавленный матрос, выбегая из-за лестницы. И ловит приветственные ледяные брызги - заклинание скорее останавливающее, нежели, чем поражающее. По крайней мере в обыкновенной схватке. Но в случае, когда цель - простой человек без брони, укреплённый магией лёд работает по аналогии со стеклянными осколками. Много, очень много порезов заной глубины.

А шоковое касание с сосулькой довершают начатое.

Мне уже давным-давно не страшно убивать. И не мутит от вида крови. Хотя вот такая вот встреча лицом к лицу - это всё равно довольно малоприятно. Но что поделать? Уж лучше так, чем против лучников или тем более арбалетчиков.

Путь приводит меня на верхнюю палубу, где и находится каюта капитана. То тут, то там лежат обледенелые трупы, щедро сдобренные кровью. Кто-то, впрочем, всё ещё продолжает тщетно бороться за жизнь. О! Помощник капитана! Хватило силы воли, чтобы отрубить себе руку саблей?

Бледные губы уже начали шевелиться, чтобы что-то мне сказать... Вот только мне это было совершенно неинтересно. И не решаясь подходить пусть и к покалеченному, но вооружённому человеку, его жизнь я обрываю новым ледяным роем.

Стоило крупному мужчине рухнуть, обильно орошая дощатый пол порциями свежей крови из многочисленных ран, как мне наконец открылся вид на дверной проём каюты капитана. Рунная вязь выгорела, подтверждая своё срабатывание, а на полу валялись подмороженные кровоточащие куски чьего-то тела в узнаваемой одежде. Страйк! Теперь нужно будет лишь добить выживших!

***

Запах, конечно... Был. Но не разложения, нет, за семь-восемь часов ничего подобного ещё не успело бы начаться. А вот некий странный коктейль из морозной свежести, крови и чего-то явного мясного - это витало, да.

Впрочем, не то чтобы данный момент помешал мне спокойно выспаться. Глупо бояться всяческих монстров и трупов, когда сам создавал первых, и тщательно предотвратил стихийное поднятие вторых. Хотя от парочки ручных мертвецов я бы сейчас не отказался...

- Да как, млять, тебя поднять-то, а? - в сердцах бью кулаком по днищу деревянной лодки.

Ситуация получилась глупой до нельзя, если честно. В бухте на слабых волнах покачивается не самый маленький кораблик, пугая возможно наблюдателя красочными кровавыми разводами на верхней палубе. Остатки тел экипажа судна уже собраны в небольшие кучки, и занимаются слабым чадящим огнём. Тлеет в нескольких местах и такелаж. В общем - всё по плану, всё как нужно... Кроме меня самого, ну никак не способного перекинуть шлюпку за борт этого долбанного корабля!

Хочется побиться головой об стену. И с чего это я решил, что в одиночку способен выполнить работу четырёх-пяти взрослых мужчин? Так ведь кубик, раз так его, выпал! С изображением лодки на волнах! Что ещё я должен был подумать?! Как вообще должен работать артефакт, то ли предсказывающий будущее, то ли его определяющий?

Не знаю.

В какой-то момент от очередной моей попытки, сдобренной парочкой тонизирующих зелий, борт просто-напросто переломился наружу. Резко. Внезапно. Лодка резко перевернулась, более не сдерживаемая ограждением. Стенку едва ли не вырвало из моих рук, а противоположный её борт с силой ударил по ногам. И я упал замерев. Только для того, чтобы с неким внезапно наступившим пофигизмом пронаблюдать за медленным скольжением моего спасательного средства по образовавшемуся трапу. Громкий треск окончательно выломанных столбиков ограждения, громкий плеск, и плавсредство оказывается прямиком на морских волнах. Причём в - правильном положении.

И вот должен ли я после всего произошедшего уповать на кубик? С одной стороны, вроде бы и действительно помог. А с другой - можно было решить эту проблему заранее. К тому же совершенно непонятно, чтобы случилось, если бы я решил использовать лодку у противоположного борта. Он-то, конечно, дальше от берега, но всё же!

Непонятно...

Именно этот вопрос, в чём-то даже философский, и занял меня на весь путь до подходящего к сходу берега. Оный нашёлся уже за пределами бухты, так что пришлось хорошенько выложиться на вёслах. Было сложно и муторно. Зато за спиной уверенно набирал обороты пожар, должный скрыть все следы.

***

- Твои интриги? - с непонятной эмоцией в голосе спросил Артист, покачиваясь на рее горящего корабля. Естественно, в позиции висельника.

- Отнюдь, - азартно откликнулся Плут, совершая очередной бросок метательного ножа. Заточенный кусок металла вновь миновал болтающуюся фигуру, по пологой дуге исчезая за бортом судна. На что мужчина лишь недовольно цикнул. - Да хватит играться с вероятностями, обманщик!

- Повешенному кровью не истечь! - со смехом ответили ему. - И без того сегодня крови было много! Что странно для тебя, воришка...

- Да не моя это вина! - очередной нож исчез за бортом. - Никто на этой лоханке не носил мой знак! А на чужих влиять... Как будто мне делать нечего, честное слово.

Отвлёкшись всего на несколько мгновений, чтобы бросить быстрый взгляд на живописные берега бухты, Плут совершенно упустил из виду фигуру висельника. А потому несколько удивился появлению стилета у своего горла.

- Ну так и я с вероятностями не играю, друг мой, - с хрипотцой прошептал Артист чуть ли не в ухо собеседнику.

Одно слитное плавное движение, и существо оказывается перед мужчиной в чёрном.

- Посмотри вокруг, - маска его исказилась, выражая широкую улыбку, - всё это сделал он сам! Его решения, его страхи и грёзы! Мой подарок лишь указывает путь, предвещая радость и печаль.

Стилет вновь мелькнул в руках ряженого существа, элегантным броском устремившись куда-то в сторону настежь распахнутой двери капитанской каюты.

- Малец хотел власти над своей судьбой? Ну что же, я подарил её! - театрально расставил руки Артист. - Ни Она, ни кто-либо ещё более не смогут играть в свои маленькие игры!

- Ты - блаженный, - печально покачал головой Плут, однако в его голосе почему-то слышалась улыбка. - Она будет недовольна, как и многие из нас. За магами и без того сложно присматривать...

- Ой, да чего бояться! - маска поплыла, остановившись на лике насмешливого пренебрежения. - Малец умён и хочет жить, желательно - жить хорошо и спокойно. Что уже доказал, не единожды сдержавшись.

- Химерологи... - вновь покачал головой мужчина в чёрном. - Не устраивают бесчинств - значит уже святы по определению. Смехотворно.

- Реалистично, друг мой, - в ответ пожал плечами Артист. - Судят по поступкам и возможностям. Он мог стать причиной куда более чудовищных событий, и всё равно остался бы достойным человеком. Однако малец сумел сдержать свою паранойю, не оставив за собой сонм чудовищ и горы трупов.

- Родственная душа? - Плут склонил голову набок, будто бы под новым углом рассматривая маску собеседника.

Однако Артист не спешил отвечать. Он лишь повторил действия мужчины в чёрном, зеркально склонив голову на бок. И громко хмыкнул, ставя этим точку в беседе.

Покровитель криминала, конечно, был ему хорошим другом и товарищем долгие годы. И останется таковым и впредь. Однако слишком уж давно они, причём все они, перестали быть простыми людьми. Слишком уж долго выполняли свою роль, безмолвно храня чужой покой. И не то чтобы прямо-таки возгордились... Скорее просто-напросто забыли, что значат чувства смертных.

Но Артист ничего не забывает. Не может. Вновь и вновь играя роли чужих судеб, работа его слишком тесно переплетается со смертными. А посему он предпочитает если не верить, то хотя бы надеяться на людей. Как показывает практика - не зря. Главное, чтобы его закадычные друзья не мешали...

Глава 10 - Пешее приключение

Забраться на крутой берег удалось далеко не с первого раза, да и к морской качке я был совершенно непривычен. И пусть всё действо происходило в пределах небольшой тихой гавани, однако волны - это волны. Они чувствовались даже на самом корабле, что уж говорить о крохотном деревянном корыте?

Но всё же справился. Забрался. Вызвал жидкое пламя, что тут же жадно набросилось на ни в чём не повинную лодочку. Со смешанными чувствами посмотрел на судно, постепенно утопающее в не таком уж теперь и слабом пламени. Расстроено посетовал на усложнение своего дальнейшего пути... Ну и пошёл, собственно, к видневшемуся невдалеке леску. Дряхленькому такому, но всё одно лучше голых скал.

Хотелось бы сказать, что эта страница моей жизни была завершена. Но лишь солгал бы. Вздохнуть полной грудью удастся лишь тогда, когда дамоклов меч, повисший надо мною после смерти старикана, исчезнет. Или если точнее - пропадёт по причине нахождения моей нежно лелеемой тушки вне зоны действия чужих жирных ручонок. А пока - в путь. Не время отдыхать.

***

Двинутся решил по кромке леса вдоль берега по вполне очевидным причинам. Во-первых, здешний лес от любого иного не сильно-то и отличается, а значит по определению опасен. Он, собственно, даже на Земле был бы довольно опасен. Что уж говорить о мире, наполненным магией и монстрами? Поэтому идти вдоль пусть и довольно диковатого, но всё же берега - это не бзик или трусость, но лишь суровая необходимость. Обойдёмся без всяких чащобен.

Во-вторых, люди всегда селились вблизи источников воды, желательно - крупных. Как оказалось, даже в магическом мире. И даже при развитых технологиях. Просто потому, что значение логистики невозможно переоценить. Как, собственно, и важность питьевых запасов. Посему пусть в монархии и существовали довольно крупные поселения, обусловленные в первую очередь несколько иными причинами, однако большую часть населения зачастую всё же можно было обнаружить именно относительно недалеко от воды. Причём в этой мирной, тёплой и довольно богатой стране людей жило столько, что идти по прямой и не выйти хоть на кого-нибудь за пару дней пути было бы нонсенсом. То есть жили здесь реально плотно... Пусть далеко и не столь тесно, как бывало в условиях даже средневековой Европы. Всё же ландшафт здесь был не самым благоприятным, да и всё те же монстры...

В-третьих, в очередной раз начала играть моя паранойя. А что, если кто-то увидит столб дыма от горящего корабля? С леса-то видно плохо, кроны там довольно плотные. С моря - так некие дымы на берегу во время плавания я видел не раз, а значит, что явление это не столь уж и редкое. А значит и какого-либо интереса уж точно не вызовет. Но вот кто-нибудь на берегу, а в особенности - местный, вполне мог быть осведомлён о тех, кто пережидает ночь в этой бухточке. А дальше, даже если он не решиться проверить происходящее, то всё же наверняка выдаст подсказки моим преследователям. Чего мне, естественно, было совершенно не нужно.

Так что двинулся я вдоль морского побережья не только лишь из безопасности, но и проверки ради. Найду праздно шатающихся людишек подозрительного вида - прикопаю в ближайшей рощице. И не из злобности своей, но от чистой необходимости...

Однако, к моему искреннему удивлению, никого встретить поблизости так и не удалось. Ни на тот же день, ни на следующий. Зато вот потом...

***

На третий день пути случилось нечто куда более интересное, чем очередная полянка с мистическими травами. Хотя внезапной назвать эту встречу довольно трудно - проклятый кубик продолжал делать своё загадочное дело, успешно (зачастую) предсказывая мне самые важные события наступающего дня. Именно поэтому сейчас я с тревогой наблюдал за найденным поселением, неподвижно замерев в кустах. За небольшой деревушкой, если точнее. Судя по количеству лодок и обилию снастей - живущей в значительной степени с морского рыбного промысла.

Иронично, что именно обилие морепродуктов им в результате и аукнулось, как станет понятно позднее.

Собственно, нехорошие мысли возникли ещё в самый момент обнаружения населённого пункта. Как-то уж слишком внезапно он появился, не проявляя каких-либо признаков активной жизни. Ни дымов из печных труб, ни человеческой речи, ни лодочек на морском горизонте. Ни-че-го. Одна лишь неестественная тишина, повисшая вопреки природному порядку вещей. Молчали звери и птицы, не спешили заявить о себе даже насекомые.

Вот только поселение передо мною совершенно не походило на заброшенное. Да и обволакивающая тишина местной природе была не свойственна. А уж когда во время осторожного обхода вокруг удалось заметить следы из засохшей крови... В общем, последние сомнения развеялись. Очередная деревня стала жертвой распоясавшихся монстров. Не помогли ни зачарованные магами обереги, ни, судя по дому старосты, умения хорошего рыцаря. Люди либо сбежали, либо были полностью перебиты... А вот монстры остались. Здесь. От того и такая тишина.

Хотел ли я выяснить, что здесь произошло? Нет. Может быть, спасти возможных, хотя и маловероятных, выживших и отомстить тварям-людоедам? Уж тем более - нет! Поэтому, действуя как самый настоящий герой, я тихо и мирно пошёл в обход. И, что удивительно, вполне удачно обошёл! И двинулся дальше, не решившись воспользоваться ведущей отсюда грунтовой дорогой. Хотя бы потому, что объяснить своё прибытие со стороны разорённой деревни будет крайне проблематично.

***

Следующий населённый пункт, а точнее - очередная прибрежная деревенька, встретился мне спустя ещё один день пути. Под вечер. Судя по огням и дежурству милиции, сиречь - крестьянского ополчения, об участи соседей они были осведомлены. Так что не мудрствуя лукаво, я решил воспользоваться чужой бдительностью и спокойно переночевать в каком-нибудь пустующем сарае.

Но вышло даже лучше - ближе к краю поселения стояла старая заколоченная хижина, которую я тихонько приспособил под кратковременную ночёвку. Благо, все необходимые для удобства амулеты, как и запасы провизии с походным складным койко-местом, удобно расположились в моём волшебном инвентаре. То есть - всегда под рукой. Очень практично.

Впрочем, радовался тихому сну я не слишком долго. Посреди ночи на деревню кто-то напал...

Сложная ситуация, мягко говоря. Нет, понятное дело, что помогать защитникам я не буду. Меня здесь, собственно, и быть-то не должно. А в человеческую благодарность, как и в честность политиков, я не верю уже давным-давно. Однако же, с другой стороны, и пассивное наблюдение может сыграть со мною злую шутку. Мало ли, кем являлись напавшие? Сумею ли я самостоятельно отбиться от них, или хотя бы переждать разорение поселения, если падут защитники? Сложный вопрос. Но и сбегать в ночной лес сейчас, пока продолжается сражение, может быть крайне опасной затеей. Мало ли, а вдруг деревню в кольцо взяли? Или напавшими являлись именно монстры, большая часть из которых магическим образом обрело то самое "тёмное зрение" (сиречь - ночное зрение)? Конечно, разрыв восприятия в таком случае можно сократить и своей магией, но ведь скорость-то существенно не поднимешь. А даже обычный волк, на минуточку, бегает существенно быстрее человека...

В целом - разрывался я между решениями, со всё возрастающим напряжением прислушиваясь к звукам битвы. Звона металла о металл практически не было, то есть если и разбойники, то хреновые. А вот чего-то похожего на треск дерева - много. Деревянную броню кто-то напялил, что ли? Нет, так-то и я могу её вполне себе неплохую такую сделать, но вот обычные люди - вряд ли. Впрочем, наверное, это всё же лучше тонкой ткани и собственной шкуры...

Но продолжался бой недолго, что стало для меня довольно большой неожиданностью. А уж радостные крики и стоны, судя по знакомым голосам, местной милиции - и вовсе привели в восторг. Было как-то даже радостно, что мужики сумели отстоять свой дом. Ну и пропавшая необходимость в бегстве тоже порадовала, да.

Так что остаток ночи я проспал пусть и чутким, но всё же довольно-таки умиротворённым сном.

Чтобы на утро обнаружить... Ну, зато сразу стало понятно, кто именно решил покуролесить в окрестных землях. Хотя их присутствие здесь, конечно, вызывало много вопросов.

Морские черти, они же коралловые жабы, они же тре'гвики - толстенькие гуманоидные существа, ростом где-то в метр с кепкой. Кожа серо-голубая с редкой чуть зеленоватой чешуёй, сами - сильно горбатые, с тонкими слабыми конечностями и средней длинны плотным мясистым хвостом. Узкая голова с сильно вытянутой пастью напоминает то ли ящерицу, то ли какого-нибудь аллигатора. А ряды тонких и острых зубов, тщательно загнутых назад, точно указывало на преимущественно рыбный рацион питания этих существ. Словом, по виду получается этакая зубастая бочка на тоненьких нескладных ножках, держащая в столь же слабых ручонках крохотное костяное копьё. И фрагментарные элементы брони из плотного дерева поверх серой шкуры, да. Зато все тела сплошь усеяны разнообразными перепонками, ластами, гребнями... Но как-то по-разному, непохоже друг на друга. Именно последнее, а также неестественно большая для столь внешне слабых существ сила, и раскрывали любому любопытствующему магическое происхождение тре'гвиков.

Да, опять виноваты химерологи. И вновь намерения у них были хоть и в целом эгоистичны, но всё же довольно-таки положительны. Однако опять всё получилось как всегда...

Возвращаясь к самим монстрикам, то с очень большой натяжкой их всё-таки можно было причислить к разумным видам... Разумным видам варваров-каннибалов и людоедов, проживающих преимущественно на диких морских островах, да во множестве скальных пещер на северном берегу моря. Ну а здесь же, в монархии, гостями они являлись редкими. Не настолько, конечно, чтобы вообще не встречаться, но всё же.

Видимо, от голода отправились поближе к людям. И набрели на деревеньку, промышляющую рыбным ловом. Банальная и глупая история, стоившая множества чужих жизней.

Впрочем, мне до превратностей судьбы, как и до приключений затерявшейся в волнах шайки монстриков, дела не было совершенно никакого. А вот до чего было, так это до их потрохов. Потому что оная требуха, как понятно, встречалась у нас не часто. И ингредиентом была не только редким, но и сравнительно дорогим. А между тем, количество и разнообразие зелий на морскую тематику, производимых с использованием частей тел тре'гвиков, поистине внушало уважение.

Так что... Пришлось задержаться ещё на сутки, поработав расхитителем могил. Точнее, не то чтобы там могила была - трупы монстров просто свалили в отдалённый овраг, оставив его закапывание на потом. Что было мне только на руку, поскольку полевой разделочный стол удалось поставить тут же, всего в нескольких метрах от кучи воняющих рыбой тел. Очень уж удобно оказалось разделывать их не отходя, так сказать, от кассы.

Весь день промучился! Не будь амулетов - провонял бы так, что аж у самого глаза заслезились бы! Зато получил столько запасов для алхимии, что смог бы несколько лет снабжать парочку пиратских кораблей на самых оживлённых торговых маршрутах. То есть там, где бои - частые, интенсивные, и с довольно плотной магической поддержкой. Так что я был совершенно доволен таким исходом.

Единственное, что опечалило - пришлось заметать следы. И если поправить траву там, или стереть отпечатки на земле - это дело плевое, то вот скрыть горку выпотрошенных трупиков... Её пришлось обкладывать хворостом, после чего поджигать жидким огнём. Мягко скажем подозрительно, конечно, но иного варианта просто не оставалось. Ни зверей каких под рукою, ни болезней для надёжного отваживания любопытных. И без того пришлось "страшные звуки" симулировать, чтобы какие-нибудь зеваки посреди работы не объявились.

А между тем, алхимикам о нападении вскоре наверняка сообщат. И если бы я решил не скрывать следы, то вопросов к произошедшему у знающих людей появилась бы масса. Нет, конечно, можно было бы и не трогать монстрячьи останки... Но это было слишком заманчивым решением. Слишком. Да и подложить свинью местным "мэтрам" всегда приятно, да.

Так что, закончив все свои дела здесь, я вновь отправился в путь. На этот раз - вглубь материка, подальше от береговой линии. А то и пора бы уже, да и как-то уж слишком небезопасной она стала внезапно. Того и глядишь, опять нарвусь на последствия чьего-то голода. Только может уже так, как раньше, не повезти...

За спиной стремительно разорался очередной пожар...

А что же до местных жителей? Ну, мне-то плевать на них, на самом деле. Но, если так подумать, то ничего слишком уж страшного с ними в дальнейшем не должно произойти. Огонь разгорится в овраге, а благодаря в целом достаточно влажной погоде, вряд ли стихии удастся выбраться из огромного природного костровища. Испорченным ценным ингредиентам местные мэтры, со своей стороны, конечно, будут сильно недовольны. Но и только. Сами, собственно, виноваты - можно было бы и прислать на помощь деревеньке каких-нибудь наёмников. Впрочем, за пару дней тушки бы всё равно испортились, потеряв большую часть ценности. А за оставшиеся крохи алхимики скорее всего всё равно бы пожадничали платить, откупившись какой-нибудь мелочью. Как и всегда, собственно.

Маги... Какие же мы всё-таки ублюдки.

***

Следующий день и следующая же моя остановка - городок, размера крохотного и явно торгово-ремесленного профиля. И стена древесно-каменная имеется, и кое-какие предместья, и даже небольшая каменная башенка некого не шибко примечательного мага. Естественно, не алхимика. Мастерам зелий нужны куда больший рынок сбыта, куда более налаженная логистика и куда более специфические ремесленные специалисты. А здесь если и были те же, к примеру, стеклодувы, то никаких реторт со склянками они уж точно не производили. Стёкла в домах и без того мутноватые, то есть качеством не блещут.

Впрочем, мне до здешней экономики интереса было немного. Только постольку-поскольку нужен был какой-нибудь не шибко большой караван, идущий чуть в сторону от точки назначения моего текущего путешествия. Почему не прямиком в главный порт страны? Ради конспирации, естественно! Чем более сложен и многогранен будет мой маршрут, тем сложнее будет сопоставить все кусочки пазла в единое целое. Особенно с текущим уровнем технического развития. Без нейронных сетей, без единых баз данных, без камер и всякого контроля передвижения личностей, да без продвинутых алгоритмов... Даже собери они все детальки вместе, сопоставить только лишь нужные да в верном порядке будет крайне непросто. И с каждым прошедшим днём всё будет только хуже и хуже, ведь точность показаний начнёт стремительно падать... Этакий эффект размытия фактов истории, если угодно.

Словом, я, с одной стороны, спешил. Ведь чем быстрее двигаешься, тем скорее начнётся этот самый эффект размытия. А с другой - медлил, поскольку двигаться всё же требовалось правильно. Так сказать, верной дорогой и в нужную сторону. Посему и пришлось задержаться в городе на несколько дней, ожидая подходящий для моего плана караван. Однако уже на второй день ожидания кубик ясно намекнул, что интересное можно найти практически в любом уголке мира. Даже если этот уголок - крохотный провинциальный городок.

***

Началось всё просто, хотя и несколько напряжённо для меня - в город прибыли алхимики. Те самые, за требухой тре'гвиков. Видимо, они ещё не знали, что разжиться дармовым богатством в той деревне уже не получится. Ну да их проблемы, собственно...

Интересно было другое, а именно - отношения местных властьимущих. Алхимики - это маги, то есть личности, приравненные к аристократам по определению. А тут их приехало - целая делегация. Естественно, таких господ должны были встречать ещё на въезде, причём не кто-нибудь, а владетель или мэр города! Да плюс местные маги в придачу, чтобы хорошие отношения поддержать... Вот только ничего из этого не произошло. Местные даже слуг не прислали! Хотя я специально следил за всем этим с тех пор, как узнал о предполагаемом маршруте приезжих мэтров.

Уж не знаю, что за кошка пробежала между аристократами (включая магов), но был этот зверь явно велик, могуч и крайне пахуч. Ничем иным оправдать подобные оскорбления просто не получалось.

Впрочем, алхимики такой реакции, кажется, совершенно не удивились. И остановились не в хоромах или башнях местных сильных мира сего, а в обычной гостинице. Чем также нанесли явное оскорбление, ясно показав своё отношение к гостеприимству хозяев города.

Казалось бы, ну и ладно! Высказали друг дружке своё "фи", послали парочку фигуральных проклятий в виде кукишей. Взаимных, разумеется. Так всё равно же ненадолго рядом, путь-то у гостей ещё совсем не завершён! Ну и какое мне должно быть дело до всего этого?..

Но кубик. Проклятый кубик. Грёбанный кубик. Ненавистный, но такой прекрасный... Картинкою он намекнул мне, что приезжие собираются купить что-то интересное у местных. Кто, что, где? Неизвестно. Но явно ночью, тайно и в обход местных воротил. А значит, что? Правильно, можно разжиться чем-нибудь интересненьким, попутно разведя в этом захолустье толику всескрывающего хаоса. В теории.

Паранойя пополам с осторожностью шептали, что дёргать тигра за усы не стоит совершенно. Зачем оно мне вообще нужно? Продолжил бы спокойно свой путь, обходя все беды и проблемы. Но... С другой стороны, всё это - хороший шанс ещё больше сокрыть следы и "кораблекрушения", и безвременного самовозгорания ценных монстрячьих потрохов. Ну и, конечно же, месть тут играет свою роль. И далеко не последнюю, между прочим! Ведь жить в постоянном бегстве, будучи совершенно уверенным в преследовании - тяжкий труд и большой стресс, за который мне всё чаще и чаще хочется кому-нибудь отплатить. Хорошенько так, с оттяжечкой. Вот только обычные люди-то ни в чём не виноваты, чтобы на них лишний раз злость спускать. Даже если эти самые "обычные люди" - наглые нацисты с жадностью, достойной лучшего применения.

Словом, я колебался. Но когда поздним вечером таверну с чёрного хода покинула группа таинственных личностей, решимость просто-напросто отпустить добычу куда-то разом улетучилась. Уж не знаю, что конкретно сегодня произойдёт, но своё я получу. Хотя бы какую-нибудь информацию.

***

Маска Актёра затрещала, стремительно меняя изображённый на ней лик. Теперь она улыбалась. Как и он сам.

- Я знал, что в тебе есть дерзание, - со смешком прошептало существо. - Иначе бы ты не решился убить того вредного старикашку. Воля изменить судьбу - великая и опасная черта, ещё более ужасная и прекрасная для окружающих тебя личностей.

Теперь он мог лишь надеяться, что благоразумие и осторожность уберегут его нового фаворита. Впрочем, даже если и нет - помогать ему Актёр не станет. И не позволит никому.

Чемпион желал свободы? Дорогу чемпиону! Сложит голову ли, иль поднимет её над другими - всё его путь, стезя и заслуга.

***

Против тревожных ожиданий, проследить за группой приезжих оказалось не трудно. Впрочем, правды ради следовало заметить, что не трудно наблюдать за ними было бы только ему и иным стихийным магам. То ли артефакты, то ли магия сокрытия, но ветер и звуки явно подыгрывали путникам в их маленькой авантюре. Да и воздух как-то подозрительно искажался, вторя размытию обильных закатных теней. Словом, господа явно были неплохо подготовлены... Но против профильных боевых магов, как и против одного опытного мелкого диверсанта, не котировались совершенно.

А пожили бы пару лет со старичком-учителем, и тоже научились бы кое-чему. Если бы жить вообще захотели, конечно.

Однако путь их в конце концов завершился, окончившись в неком не слишком презентабельном домишке. Ожидаемо. А посему, пока уже две группы подозрительных личностей начинали ручковаться и вести свои сомнительные разговоры, я занялся куда более важными и нужными действами. Разведкой. И установкой ловушек.

Нет-нет-нет, алхимики (или их слуги) должны в ценности и сохранности покинуть эту встречу. Иначе спектакль не получит важных штрихов. Тем более, судя по обмолвкам господ-делегатов, сюжет может выйти куда более интересным, нежели предполагался изначально. Одно дело, когда ненавистные соседи разводят на твоём участке дурно пахнущий криминал. Но совсем другое, когда вместо этого самого участка его располагают непосредственно на твоей кровати. Это, так сказать, две очень большие разницы. И не воспользоваться таким подарком судьбы - истинно грешно.

Однако кроме разведения суеты, мне хотелось бы и обогатиться. Хоть чем-то. А посему я старательно готовил сцену... Заперев, к примеру, дверь чёрного хода. И расставив ещё несколько рун в самых удобных местах.

Время шло...

Судя по крикам внутри, делегаты уже успели и поторговаться, и поругаться, и даже помериться. Пару раз через главную дверь выбегали какие-то люди, но двигались они столь целеустремлённо, что не вызывали моего подозрения. Почти. И когда солнце уже благополучно скрылось за горизонтом, встреча, наконец, завершилась. Визитёры покинули домик и стремительно скрылись за углом, напоследок одарив меня видом некого бережно уносимого предмета. Длинного, обмотанного тканью и прижатого к самой груди одного из лидеров процессии. Вот только... Укрупнение сверху было слишком уж характерным. Любой сведущий узнал бы эту форму.

И на какой хрен алхимикам понадобился магический посох? Или, что вероятнее, у кого именно данный инструмент стащили? Вот же ж срань...

Ладно, моих планов это не меняет.

Прождав ещё пару минут и уловив тихое, но довольно целеустремлённое шебуршание хозяев сего заведения, я тихонько проскользнул в едва приоткрытое кухонное окно. И собрал магию, готовя шаблон для вызова роя ледяных игл.

Маги - существа редкие и крайне уважаемые. В криминале, как и среди наёмников, нас практически не встретишь. А значит, все восемь человек в этом доме - обычные люди. Сильные, но медлительные и хрупкие. Найти и убить таких при усиленном магией восприятии нетрудно... Гораздо труднее будет сделать это тихо. Благо, много шуметь не придётся...

***

- Ещё раз, - требую, медленно проворачивая сосульку в плече мужчины. Слава магии, она была достаточно прочной и кривой, чтобы при этом причинять достаточно боли.

- Палка... Венла, - с хрипом, чуть ли не хныча, выдал окровавленный полутруп. - Заказали давно... Нужно было отдать...

- Ага-ага, это я уже понял, - прерываю эту кислую и не очень интересную часть истории. - Ты мне ещё раз расскажи про оплату.

- М-морг... - заплетающимся языком выдал этот... Странный представитель криминала.

- Эликсир Моргвитала, это я понял, - снова прерываю его, не дожидаясь завершения чужих лингвистических мучений. - Меня больше интересует, кому именно и зачем он понадобился.

- Пахан... - заикнулся было полутруп, но и дальше слушать этот бред я не собирался.

- У тебя слишком чистая речь для вора, а у вашей награды - слишком специфические свойства, чтобы и дальше отнекиваться. Колись.

Между нами ненадолго возникла пауза, прерываемая лишь редкими стонами жертвы. Пока мой собеседник, наконец, не растянул губы в холодной улыбке.

- Я всё равно сдохну, так какая разница? - спросил он, стойко смотря прямо в мои глаза. Игнорируя боль, увечья и потерю крови. Сильная личность, увы. А времени на правильный курс пыток, как и желания, у меня уже не было. Печально.

Как показывает теория и практика - не существует людей, способных вынести полный курс пыток. Даже самая сильная личность будет постепенно слабеть, погружаясь в бредни чистого потока сознания. Конечно, я не был спецом в этом деле. Как и не имел множества полезных инструментов. Однако обучение у учителя дало мне множество интересных навыков... Было бы время.

Но его сейчас, увы, не было.

- Действительно, - усмехаюсь, одним движением вырывая окровавленную сосульку из раны собеседника. - Разницы для меня - никакой.

Ещё одно движение - и на пол льётся кровь из разрезанной сонной артерии. За последнее время я хорошо приноровился добивать людей...

***

И так, каким же образом скрыть очередное преступление? Конечно же огнём, чем же ещё! И пока оный стремительно пожирал ветхое деревянное здание, требовалось высыпать немножечко хлебных крошек.

Перво-наперво - ближайшие дома. Я стремительно тенью пробежался по ним, перебив всех возможных очевидцев происшествия. И также поджёг эти строения. Теперь никто не сможет указать на меня... И никто не докажет, что алхимики покинули дом встречи без всякого насилия.

Следующий шаг - следы алхимических кислот, изредка использующихся как боевые составы. У меня их было немного, но вполне достаточно для единичных отметин на каменном фундаменте построек. Капельку тут, капелька там - внимательные заметят. И сопоставят. А большего и не нужно.

И последнее - фигурно разбитая склянка там, где теперь располагались пять из восьми мёртвых тел. Этакая картина интенсивного прошедшего боя, а как вишенка на торте - оплавленное после пожара, но совершенно непреложное доказательство чужого злодеяния. Ведь у кого ещё в этом городе могут быть стеклянные склянки для алхимии? Местные стеклодувы такого не делают...

Думаю, все в этой картине найдут то, чего пожелают. Глупцы - криминальные разборки, умники - последствия вероломного заговора, а параноики - неявное вмешательство третьей силы. Но никто из них, ни единая жалкая тварь не сможет даже вообразить, что виной всему стал совершенно случайный маг с, мать его, истинным артефактом в кармане! А значит, что? Правильно - работа была выполнена качественно. Надеюсь.

Ну а завтра... Завтра меня в этом городе уже не будет. Если караван, конечно, не задержат из-за этого случая. Впрочем, даже если и так - ничего интересного у меня не обнаружат. Инвентарь ведь, хе-хе!

Глава 11 - Маленькие истории больших городов

Утро встретило меня прекрасными запахами приготовленной пищи, тихим гомоном посетителей первого этажа таверны и сперва незаметным, но уже спустя пару часов явственно ощущаемым напряжением в воздухе города. Его жители ещё не ведали деталей ночной трагедии, но когда это хоть кого-нибудь останавливало? В особенности от всяческих домыслов? Благо, очевидцев пожара - уйма, да и подозрительный шум в тот час кое-кто умудрился услышать. Или приврал об этом для красного словца.

Словом, брожение началось, что и не удивительно. Всё же здешние земли уже давным-давно забыли войны и прочие крупные катастрофы, и нечто столь же яркое, как разборки посреди города, видят крайне редко. Даже интересно стало, о чём там теперь люди болтают? Эх, не услышать! А ведь можно было бы спустится вниз да сыграть в любопытного мальчишку, хорошенько расспросив окрестный люд... Одна беда, официально меня в этом здании быть не должно. Совершенно. Поскольку комнату я не снимал.

Прочий криминал ворует ваши деньги и жизни, а я - свободное спальное место. Впрочем, местная стража вряд ли станет узнавать детали. Штраф или виселица - и вся недолгая.

Однако стоит отметить, что владелец строения сам виноват - нечего было высаживать дерево так близко к окнам. Всего-то и стоило забраться по разлапистым ветвям в номер на втором этаже, чтобы поспать на нормальной кровати. Мягкой, чистой, приятно пахнущей... Искушение было слишком велико. Впрочем, как всякий умный мальчик, я озаботился и путями отхода. А посему покинуть гостеприимные апартаменты удалось столь же легко и просто, как и попасть в них. Причём по всё тому же самому дереву!

А дальше настал черёд каравана, за место в котором я не привлекая излишнего внимания заплатил ещё вчера утром. Причём не самому хозяину деньги давал, а помощнику его распорядителя. Человечку маленькому, но всё же нужному и важному... Как он искренне считал по крайне мере. В реальности же являясь лишь этаким младшим менеджером, если переводить на земную терминологию.

Естественно, я неспроста обратился именно к такой личности. Как и неспроста распрощался с ещё одной, едва ли не большей суммой, чтобы уж точно попасть на караван. Понятное дело, пропустить свой билет на дальнейший путь не хотелось. Но всё же имелся и другой, несколько менее очевидный мотив.

Конспирация, родимая!

Если не самый бедный купец ещё мог каким-нибудь боком взлезть в светские круги, где совершенно случайно обнаружить своего недавнего попутчика среди ориентировок с пометкой "брать только мёртвым", то вот какая-то там мелкая мошка - уже вряд ли. Не того полёта ягода, не той поляны птичка. Да и сознаваться в немалых деньгах, которые ты получил в обход родного начальства... Не принято здесь так делать, в общем. Причём "здесь", это не конкретных в стране или городе, а в подобном типе человеческих цивилизаций.

Словом - паранойя продолжала цвести и вонять, так что страховался я как только мог.

Но всё же весь заготовленный план едва не сорвался, когда уже подошедший к воротам караван остановили городские стражники. Событие не то чтобы неожиданное, но всё равно крайне неприятное. Особенно для меня.

Вообще, местные стражники были чем-то средним между милицией и полицией, являясь по сути вольнонаёмными жителями города. Фактически вооружённые мещане с более-менее регулярной подготовкой, чего вполне хватало на бандитов и редких чудищ. Да и то - не победить, а продержатся до подхода регулярных сил. А если уж чего посерьёзнее вылезало, то маг в помощь, да панические реляции соседям. Словом - порядок обыденный и проверенный... Только вот платил местным стражникам не феодал, которого как раз таки не существовало в природе, а городской совет, сиречь - сборище олигархов. Старших ремесленных гильдейцев, крупных землевладельцев, торговцев и так далее. Поэтому не удивительно, что с купцами оные вояки были приветливы и обходительны. Всё же их прямое начальство с торговли как минимум кормилось, если вообще ею одной не жило.

Поэтому мне, как члену каравана уважаемого какого-то там, не грозило ничего большего, чем обыкновенная проверка на подозрительность. Только вот беда - я был подозрителен. Возможно даже слишком.

- Кем будешь, шкет? - сурово спросил бородатый дядька, болезненно дёрнув меня за схваченное предплечье. И этим по краю прошёлся, между прочим - с рук уже просился ранее заготовленный ледяной рой.

- Безымянный странник, - отвечаю, поднимая лицо к собеседнику. И вижу лёгкое сужение зрачков, когда в укрытом капюшоном ребёнке он признаёт поганого иноземца.

Я же уже говорил, как местные любят чужаков? Так вот - любят острой и пламенной страстью, желательно - со смертельным исходом объекта этих высоких чувств. Всё как всегда, в общем. И до ужаса знакомо...

Возможно, я мог бы не раскрывать частичку своего инкогнито так просто. Однако... А каким образом, собственно? Это только в играх с фильмами обмотанная в тряпки человеческая фигура не вызывает интереса у окружающих. В реальности же всё ровно наоборот. Особенно в эти времена - людей мало, все на виду, и любой непонятный субъект будет виден едва ли не с ходу. Собственно, за последние дни меня успели повидать, а значит - и оценить мои приметы, уже несколько десятков человек. Нападать, конечно, не нападали, да и в спину не харкали, однако явственно морщились едва ли не поголовно. За что я им, впрочем, был благодарен. Для средних веков - довольно толерантное поведение, в особенности для монокультурного города столь же монокультурного государства.

- Я здесь проездом, - спешу добавить, пока детина о чём-то крепко задумался. Не хотелось бы проблем, хотя какой-либо серьёзной опасности местные для меня не представляли. Разве что тот маг в башне...

- Вспомнил, - одними губами пошевелил собеседник, видимо, припомнив рассказ своего коллеги с северных ворот. По крайней мере это было бы логично, ведь именно там мне впервые в этом городе пришлось засветить своё лицо.

Следом мужчина ещё раз внимательно меня осмотрел, хмуро приказал распутать непритязательный балахон... И отпустил, к моему тихому облегчению. Нервы начинали шалить уж как-то слишком сильно, в особенности после приключений последней недели. То пираты попытаются захватить, то рыболюди нападут, то резню посреди города устроишь. Один лишь стресс от жизни, никакого покоя. Хочу уже на волю поскорее.

***

Первое путешествие не в одиночку выдалось... Сложным. С одной стороны, идти в караване довольно легко, поскольку практически все тяготы пути ложатся на чужие плечи. За лесом следит охрана, за лагерь и припасы отвечает распорядитель, а твоё тело вместе со всей остальной телегой мерно тащат крупные кобылки-грузовозы. Намного удобнее и в целом приятнее, чем ковылять в лесах одному. Однако, конечно, всё не могло быть столь просто и приятно.

Караван на полсотни человек - это коллектив, по причине пути изолированный на довольно длительный срок. И редкие дорожные встречи ситуацию только лишь ухудшают - про хитрости разбойников торговцам известно всё и полностью, от чего каждая такая встреча, а в особенности - ночёвка рядом с неизвестными, превращается в сущую нервотрёпку. Причём для всех. Даже если обе стороны являются законопослушными последователями золотого тельца, то всё равно никогда не знаешь, не сдадут ли у кого-нибудь ненароком нервы.

Полезно быть параноиком среди обычных людей, но вот параноиком среди параноиков быть не советую. Такой стресс ещё никому здоровья не прибавлял.

Но как же людям тогда расслабляться в пути, спросит рядовой обыватель. Знамо как - болтовнёй, родимой. Если ты путешествуешь в караване дольше хотя бы пары часов, то рано или поздно с тобой обязательно кто-нибудь захочет поговорить. И не важно даже, кем ты там будешь являться или видеться со стороны. Главное, что людям просто-напросто скучно.

И со мною общались. Много. Возможно даже слишком много. Делились слухами, причём иногда даже очень и очень полезными, аккуратно вызнавали мою легенду (придуманную историю играемого образа), шутили... Всё это было не то чтобы сильно проблемно, но просто слишком уж много. Когда-то там, ещё в прошлой жизни, кое-какие события буквально убили всякую мою тягу к общению, а условия уже этой - насильственно привили тягу к лаконичности. Это совершенно не мешало при коротких единичных контактах, но если трындеть приходилось часами...

Я всё чаще припоминал легендарную асоциальность химерологов. И всё глубже проникался столь прекрасным и мудрым решением. Ну вот не верю я, что абсолютно все мои коллеги столь необщительные личности. Однако многим из нас подобное внушение, дескать - все мы молчуны и не любим пустословия, наверняка не раз помогало. И далеко не только лишь в политическом аспекте...

Ладно, главное - спустя три долгих жарких дня путь наконец-то завершился, приведя меня в Звенаан - один из крупных городов-спутников Аквентариса, конечной цели наземной части моего пути. Судя по собранным сведениям, это место специализировалось на выращивании алхимических и редких пищевых ингредиентов, переработке всего этого, а также на длительном хранении полученного при помощи магии. Иными словами - алхимическая и продуктовая кубышка если не всей, то хотя бы значительной части монархии.

Впрочем, имеется у Звенаана и ещё одна не менее важная роль. Во время редких катаклизмов в местных теплицах при помощи магии начинали выращивать тонны различных продуктов питания, что с лихвой обеспечивало пищевую безопасность как минимум торговой столицы и её городов-спутников. Эффект от этого трудно переоценить... Думаю, достаточно будет сказать, что согласно легендам все окрестные города появились именно благодаря древним алхимикам Звенаана. И произошло это по одной простой причине - в цветущих лесах, кишащих чудовищами всех мастей и форм, было крайне проблематично найти стабильный и безопасный источник пищи. А тут маги построили волшебные теплицы.

Стоило ли говорить, что мой выбор каравана также не был случаен?

Конечно, придётся быть в высшей степени осторожным. Здесь, как-никак, и значительное количество алхимиков обосновалось, и поистине серьёзные силы самой монархии. В том числе и значительное количество слабых магов из тех, что изредка нанимаются на государственную или частную же службу. Словом - пограбить не выйдет. Да и купить что-нибудь в значительных количествах будет практически невозможно. Однако, если небольшими порциями... Благо, информированность магического сообщества о химерологии в принципе довольно низка, что логично, ведь мы являемся крохотной кастой даже среди и без того небольшой касты магов. Иными словами - мало кому известно, какие именно ингредиенты и для чего нам могут пригодиться. Ровно также, как не разбирается в искусстве алхимии обычный человек.

Так что если аккуратно, то вполне можно будет пройтись и по местным торговцам. Возможно даже удастся продать кое-что из позолоченных запасов учителя. Только, опять же, аккуратно - для продажи легенду придётся продумывать настолько глубоко, что как бы на другой стороне планеты не вылезти. Ведь одно дело, когда маг посылает ученика за недостающими ингредиентами. И совершенно другое, когда кто-то решается продавать некие статусные ценности. К последнему у многих возникнут вопросы.

Реальный мир - не игра. Здесь не бывает молчаливых скупщиков, не задающих лишние вопросы. Все обо всех знают, все со всеми ручкуются. И всякий не преминет поделиться с хозяевами города сведениями о неизвестном пареньке, продающем столь знаковые вещи. Глупо будет так подставляться, верно?

***

И вновь телега каравана, вновь мерное покачивание и скрип. Вот только от былого благодушия не осталось ни следа. Хотя я честно пытался успокоиться и смириться, однако...

Как же всё-таки хотелось устроить кровавую бойню! Как было на пиратском корабле! Твари!..

А всё почему? Да потому, что за три прошедших дня этот проклятый городишко сумел с самой снисходительной рожей растоптать все мои чаяния и надежды. Прикупить немножечко ингредиентов для алхимии? Хрен мне, да с продольным кручением! Никаких продаж без разрешения гильдии алхимиков, так-то! Разгрузить хотя бы часть инвентаря от объёмного дорого хлама? А у них там такое вообще никто покупать не желает! Вот же су...

Нет, понять людей можно - город сильно специализирован и контролируется едва ли не до цвета нательного белья его жителей. Однако легче мне от этого понимания не становится!

Ну а кубик... Он предупреждал, конечно. Вот только начал это делать только тогда, когда я уже прибыл в Звенаане. То есть довольно поздновато, блин. Одно хорошо - хотя бы о подходящем караване сообщил, так что уже на третий день, отбросив всякие мытарства, я отправился прямиком в Аквентарис. На последний рубеж, так сказать. Потому что после него я покину земли финаритийской монархии, и вряд ли вернусь на них в ближайшее время.

Очередной пронзительный скрип отвлекает от тяжких дум, и я, наконец, чувствую подобие покоя. Не получилось с торговлей? Жаль, обидно, но и хрен с ним! Вон, кубик мне обещал интересный разговор с одним из мелких купцов каравана. Судя по характерной вышивке на одежде, нужна как раз соседняя повозка, которая третья с конца. Что же, пообщаемся...

Найти искомого человечка было просто, но вот завязать разговор... Мда. Увы, ни рожи, ни статуса, ни подвешенного языка в наличии не имею. Одним лишь упорством беру, да значительной долей наглости. Впрочем, пока хватало.

- ... Так что же вы тогда такое везёте, уважаемый господин? - подобострастно спрашиваю, перейдя практически на шёпот. Наконец, спустя более двух часов болтовни и сопереживаний доле несчастного коммерсанта, удаётся перейти на интересующую меня тему.

- А что я могу везти из Звенаана, коли двадцать лет значился при чароварах? - с изрядной долей печальной иронии отвечает мой собеседник. - Остатки сырья алхимного, да немногое из их творений. Поди, всё что осталось после того, как меня побитым псом вышвырнули прочь.

История у человека, конечно... Да рядовая, если честно. Конкуренция за хлебные места всегда велика, и кто-то в ней просто обязан проигрывать. Так уж жизнь устроена, ничего не попишешь. Вот и мой собеседник проиграл в схватке за влияние и заказы, и печально поплёлся в Аквентарис, чтобы распродать там остатки своего былого богатства. Так-то, конечно, судя по моим ощущениям - ингредиенты в повозке были далеко не самых высоких классов, да и с количеством всё довольно печально. Однако, раз уж коммерсант теперь не состоит при гильдии алхимиков... И денежки ему очень нужны...

Звёзды всё-таки улыбнулись мне! Пусть ради этого шанса и придётся ещё несколько часов выслушивать жалобное нытьё этого ничтожного человека. Но чего только не сделаешь ради качественного сырья.

Главное - не потерять жертву из виду на подходе к городу. Заведу его куда-нибудь в таверну, честно выкуплю все вещички, а потом... Посмотрим по ситуации. Если купчина умным окажется, то сам стремительно исчезнет вместе с деньгами. Тогда уж ни я его не найду, ни правительство в сколь-либо приемлемый срок. Это приемлемо. Но вот если этот идиот продолжит тормозить и действовать мне на нервы, то всё равно исчезнет, только уже окончательно. Так сказать, с концами в воду, хе-хе...

***

Вот ты, славный Аквентарис! Самоцветная корона земель древней Финаритии! Сколь велик ты, богат и благороден...

- Буэ-э-э... - с булькающим хрипом вырвало кого-то прямо на центральную мостовую.

...столь же грязен, порочен и вероломен. Собственно, как и любой достаточно крупный, а значит - обязательно торговый или административный, город. Иначе не бывает, увы.

Ну, что я могу сказать? Виды... Спорные. Не берусь утверждать со стопроцентной точностью, но при взгляде на различия в стилях архитектуры, у меня возникает ощущение какой-то чужеродности. Причём не столько гостей города, сколько самих финаритийцев! К культуре этих смуглых завоевателей я уже как-то успел привыкнуть, тогда как Аквентарис всё ещё сохранял яркие следы культуры своих прошлых владельцев. Господ явно куда менее строгих и дисциплинированных, судя по размахам сохранившихся дворцов.

Нет, понятное дело, что достаточно сильное государство бывшие степняки не завоевали бы. Однако на кой хрен строить такие виллы в пределах города, мне кто-нибудь может объяснить? Ведь именно захватчики превратили эти образчики пагубного излишества в торговые павильоны, а вот старые хозяева там когда-то вполне себе жили! С кодлой аристократов пожиже и целой армией слуг! Нет, решительно - нашествие финаров (предков финаритийцев) - это лучшее, что случалось с этими землями за последние пару тысячелетий.

Впрочем, учитывая деградацию теперь уже самих завоевателей, кто знает, не сменит ли их в звании хозяев золотого края кто-нибудь ещё. История, как известно, циклична. Или спиралевидна. Но всё одно - слабых пожирают сильные. И чем выше стоишь, тем вернее для тебя будет это правило.

Ладно, это всё лирика. А вот практика - это моя жертва, моя маленькая печальная купеческая душонка. Ему повезло. Крайне повезло! Несмотря на собственную тупость, из-за которой я уже даже успел вынести смертный приговор идиоту, судьба всё же одарила его очень ценным подарком - хорошей семьёй. И если сам идиот суть моих взглядов не разобрал, что и не удивительно, то вот встретивший шурина (шурин - брат жены) отставной авантюрист - вполне. И, видимо, решил всё же спасти тупого родственничка, а потому клятвенно заверил меня в своём скорейшем отбытии куда-то на юг страны. Естественно, вместе с бывшим торговцем. Дескать, трогать их не надо, правила игры уже поняли.

Денег было жаль, да. Но сумма всё же не настолько большая, чтобы рисковать с криминалом в торговой столице государства. Чисто теоретически здесь должны быть едва ли не самые мощные следящие комплексы чар. А попадаться в шаге от свободы я уж точно не собирался.

Хотя, к слову, отставник верно просёк возникшее у меня настроение, а потому решил совершить ход конём. И старательно отдарился. Не то чтобы из-за парочки зелий я внезапно решил пощадить незнакомого мне человека, однако теперь можно воспринимать всё произошедшее этаким вежливым откупом. Когда некий молодой господин в силах тяжких (с моих слов - анонимно странствующий ученик боевого мага) отпускает слегка провинившегося разумного, с благосклонностью принимая дары уважения от его семьи. Красиво? Ещё как! Если, конечно, не вдумываться, и не перекладывать произошедшее на земные реалии.

Хотя... В моём первом мире ведь всё то же самое было, верно? Только, вместо того чтобы убить, какой-нибудь мажор мог с лёгкостью усложнить или даже полностью разрушить жизнь неудачно подвернувшегося человека. Причём происходило это, увы, совершенно повсеместно. И зависело лишь от величины разрыва финансовых возможностей между богатыми и бедными. Законы же... Для желающих лазейки всегда найдутся, были бы инструменты.

К чему это я? Ну...

- Пшёл, оборванец! - прикрикнул на меня возничий далеко не самой богатой телеги. И плевал бы я на данный инцидент, коли бы эта жалкая тварь ко всему не попыталась стегануть меня какой-то палкой с ремешком, как коня какого. Зря. Очень и очень зря. Поскольку несмотря на всё своё нежелание светится, стерпеть эту выходку мне не позволит гордость. И природная злобливость пополам с асоциальностью.

Короткое заклинание, и продолговатое оружие моего визави моментально загорается с короткой вспышкой. Несколько мгновений ступора, и его ладонь облизывает пламя, нанося довольно чувствительные ожоги. Крики, ржание лошадей. А мне уже плевать - скинув и спрятав в инвентарь свои старые тряпки, я уже стремительно обматывался куда более качественной тканью другого цвета. Как раз из тех, что у неудачливого торговца купил. Ну и шагал попутно по сторонним улочкам прямо в порт - пора бы уже начинать поиск кораблика, что доставит меня в Междуречье. Не стоит тянуть - Аквентарис никогда не славился своей безопасностью.

***

Вечернее солнце едва пробивалось в беседку, окружённую цветастыми зарослями кустарников. Их душистые украшения своим видом и запахом приносили какое-то светлое умиротворение. Или по крайней мере так казалось изысканно одетой семейной паре, сейчас не спеша отдыхающей на природе.

- Что-то случилось, дорогая? - заметив лёгкую хмурость супруги, решил высказаться мужчина.

- Лики... - с печальным вздохом ответила женщина. - Она порвала со своим очередным ухажёром. Снова. На этот раз жертвой стал отпрыск Гатеафов.

- Вот как? - против надежд супруги, весело улыбнулся аристократ. От чего дама ещё больше посмурнела. - Ну и чем же она обосновала своё решение на этот раз?

Немолодая, но всё ещё прекрасная высшая аристократка бросила укоризненный взгляд на своего мужа. Но так и не увидела проблеска совести в бесстыжих изумрудных глазах. А потому, как обычно это и бывало, тут же успокоилась, смирившись с неизбежным.

А смысл скандалить? Они оба слишком умны и слишком любят друг друга, чтобы желать какой-либо излишней нервотрёпки. Чувства вообще редки в их среде, особенно когда обоюдны. И не стоит принижать их ценность глупыми выходками.

Вместо этого женщина попыталась припомнить, на что в этот раз жаловалась их любимая младшая дочь.

- Кавалер опоздал на приём и не соизволил привезти её любимые фрукты, - несмотря на абсурдность ситуации, теперь и дама была вынуждена давить непрошеную улыбку. - Дескать, если парень не способен выполнить столь простые свои обещания, то как ему верить на алтаре?

- Так-то доченька права, конечно, - со смешком заметил супруг. - А чем отвечал молодой Гатеаф?

- Лепетал что-то о маге в нищенской одежде, который чуть не сжёг его слугу, - вновь воскресив в памяти детали разразившегося скандала, свидетельницей которого стала, женщина уже не смогла сдержать ехидной улыбки. - Не твои ли проделки, дорогой супруг?

- Отнюдь, - весело улыбнулся мужчина, с искренней любовью взглянув на супругу. - Как ты знаешь, мне подобные средства без надобности.

Оба припомнили историю своего венчания времён славной молодости и весело рассмеялись.

- А парень сам виноват, - добавил аристократ, платком вытерев глаза, заслезившиеся от смеха. - Не то чтобы у него были какие-то шансы, но уповать на волю случая в таких делах - моветон. Добычей фруктов можно было озаботится и заранее.

- Дети... - с толикой грусти заметила супруга.

Глава 12 - Прошлое и будущее

Аквентарис... Жил. Именно жил, а не мерно существовал, как виденные мною до этого города. Здесь постоянно что-то происходило, пусть далеко и не всегда об этом можно было догадаться во время протекания самого события. Но вот уже после его завершения волна слухов обязательно настигала всех, вне зависимости от желания.

Торговый город был и без того излишне активным, чтобы случайный путник мог вовремя заметить мелкие неурядицы.

Но у меня был кубик. А у кубика, видимо, были планы на меня. Потому что ничем иным его соблазны оправдать просто невозможно.

Всё началось ещё на второй день моего пребывания в городе, когда в кварталах торгово-родовой элиты монархии вспыхнули некие волнения. Какие именно? Чёрт его знает. Да и неважно это! Просто господа аристократы изволят чистить друг дружке личики, абсолютно ничего интересного... По крайней мере именно так говорили всем интересующимся.

Что же, такое действительно случается. Бывает. Не бегать же теперь в поисках приключений на пятую точку? А вот кубик, казалось, хотел именно этого, показывая мне завлекательные картины чужой сокровищницы. Однако мертвецам, как известно, богатства не нужны. Поэтому рисковать я не стал.

Не стал этого делать и на следующий день, когда беспорядки продолжились, пусть и растеряв значительную часть живости. Теперь меня соблазняли не содержимым хозяйских золотых погребов, а презренным, пусть и дорогостоящим "богатым" декором. Но подобного добра у меня и так было навалом. Посему на этот раз я даже пределов таверны не покидал, общаясь лишь с хозяином и его постояльцами. Первый был достаточно терпим и благороден, чтобы сдавать комнату ребёнку-чужеземцу, а вторые приносили столь важные для меня слухи.

Словом, я ощущал себя тем самым кошаком, которого любимая хозяйка очень хочет помыть и старательно толкает в уже набранную ванную. Но расставленные лапки и цепкие коготки препятствовали чужой враждебной воле, сохраняя мою жизнь комфортной, а пушистое достоинство - сухим. Однако время продолжало свой неумолимый бег, и мышцы слабели всё сильней и сильней...

Пока на седьмой день моего вынужденного отдыха случилось событие, важность которого на тот момент я ещё совершенно не подозревал. Произошло знакомство с Онташем - северным свободным торговцем.

Мужчиной Онташ был... Обычным, наверное? Средний рост, средний вес, крепкая кожаная броня и по-морскому обветренное загорелое лицо. Выбеленные солью и солнцем короткие волосы, пронзительно голубые глаза. Если бы сам не назвал свою родину, то понять откуда он родом было бы решительно невозможно. Типичный морской волк, каких было и будет превеликое множество.

Впрочем, как на внешние, так и на внутренние черты сего человека мне было совершенно наплевать. Главное - он согласился посмотреть, а позже и выкупить часть позолоченного дерьма, доставшегося мне от учителя.

Естественно, показывал я лишь то, что перевёл в разряд товаров. И естественно же, даже не пытался приоткрыть истинную величину запасов родных закромов. Не идиот ведь, чтобы светить такими объёмами. Так-то размер моего инвентаря соответствует немаленькому такому каравану. И уж сопоставить отсутствие таковых в последнее время с наличием у меня какой-никакой магии будет нетрудно. А дальше - вопросы, которых очень хотелось бы избежать.

Но и с частичной продажей сумма выходила внушительной. Даже очень внушительной. Предметы роскоши, пусть в виде банального декора, это совершенно не тот товар, торговля которым может вестись без всяческих суровых страховок. А потому несмотря на то, что познакомились мы с Онташем во время моего очередного визита в портовые харчевни, продолжать диалог пришлось уже на борту его корабля. Кому-то другому это могло показаться странным шагом доверия с моей стороны, однако тогда я всё ещё продолжал эксплуатировать свою легенду странствующего ученика боевого мага. И оба мы прекрасно понимали, чем может закончиться нападение на напряжённого, смертельно опасного ребёнка. Много, очень много трупов в лучшем случае. В худшем же - внимание властей города, от которого спасёт только безвременно скоропостижная кончина. И то не факт, поскольку некроманты в Финаритии хоть и редки, но уж в Аквентарисе наверняка найдутся.

Словом, рисковал я не слишком сильно. По крайней мере, подставиться из-за какой-нибудь прослушки в городе шансов было куда как больше.

Но беды всё же настигли мою несчастную головушку. Однако новый знакомец к ним если и оказался причастен, то скорее всего лишь косвенно, поскольку сам торговец сделкой оказался вполне доволен и отбыл по делам за день до начала проблем. Впрочем, уточнив перед этим, что заплатил налог за "анонимность" нашей сделки тем, кому следовало.

Ага-ага, заплатил. А на следующий день в городе начались какие-то криминальные разборки. Какое же необычное совпадение, честное слово!

Естественно, новую заварушку я всё столь же упорно игнорировал, не поведясь на соблазны проклятого кубика. И кажется, истинный артефакт до того осерчал на меня, что спустя два дня решил отомстить всё никак не поддающемуся на уговоры кошаку. И выдал сколь тревожную, столь же и малоинформативную картинку.

Вечер. Переулок. Длинный тени. Груда трупов. И я стою рядом, весь из себя такой эпично-фотогеничный.

Занавес.

Почти час безуспешных попыток опознать место с картинки, и я вынужден был признать своё полное поражение. Местная архитектура чем-то напоминала арабскую припустынную, то есть полнилась небольшими домиками с обилием узких проходов между ними. Единственная разница - постройки каменные, а не глиняные. Посему опознать, где именно находится показанный кубиком проулок, практически невозможно - здесь таких тысячи, если не десятки тысяч. Обежать весь город за день? Так и каких-нибудь примет на изображении не видно, чтобы можно было зацепиться взглядом. Стены - как стены, тела - как тела. Вот же чёрт...

Однако куб ведь глупости показывал, верно? В смысле, не так уж и редки случаи, когда показываемые им события на поверку оказываются довольно незначительны или даже мимолётны. Порванная одежда там, или торгаш какой собирался по дешёвке продать полезные для меня вещи. Однако всегда, абсолютно всегда предсказанные события наступали в реальности. И тут - куча трупов рядом со мною. Явно ведь что-то важное, пусть природа этой "важности" пока и не ясна. Верно?..

Ну, по крайней мере именно так я думал на тот момент. А потом столкнулся с суровой реальностью, сдобренной хорошей такой порцией грёбаной философии.

Суть в том, что в тот день я так и продолжил искать место, где должна была случиться бойня. Искал. Искал. И снова искал. До самого проклятого вечера, когда место, наконец, было обнаружено. Вот только не совсем мною. Точнее будет сказать, что в данном случае место само нашло меня.

Хреновы самосбывающиеся пророчества. Ненавижу! А была надежда, что хотя бы это дерьмо обойдёт меня стороной.

И кучу трупов я нашёл, да. Точнее, на момент нашей первой встречи они всё ещё вполне себе дышали, и даже угрожающе надвигались в мою сторону. Сим представителям альтернативной власти видите ли шепнули, что с недавних пор у одного известного все нам ребёночка появилась кругленькая сумма в денежном эквиваленте. И ею просто необходимо было поделиться со страждущими. Причём совершенно точно - в полном объёме.

Шесть человек. Из брони разве что плотные кожаные куртки (или что это?) и штаны, да и то - дерьмо. Морды лица наглые и самоуверенные, ничего не бояться. А засаду, — хотя какая это, к черту, засада? Скорее уж гоп-стоп какой-то, — поставили совсем недалеко от места моего базирования, рядом с таверной. То есть про жильё моё в городе знали, а вот про магические способности - нет. Подозрительно, блин...

Впрочем, несмотря на свои сомнения, щадить я никого не стал. Зачем? Да и каким, собственно, образом? Неизвестно ещё, удастся ли напугать эту кодлу магией, или я лишь столь бездарно потрачу элемент неожиданности. Нет уж, никаких переговоров с идиотами.

Закончилось всё за пару десятков секунд. Рой ледяных игл, пара шоковых прикосновений и сосулька для добивания. Ну и струя пламени на дорожку, чтобы посильнее повредить тела. Вот, собственно, и завершилась вся трагичная песня очередных "псов большой дороги". Хотя в данном случае, наверное, следовало бы их назвать "дворняжками узкой улочки".

Ну и ладно, не плевать ли? Однако подставу от кубика я запомнил, да. Самосбывающийся тип пророчеств - самое поганое из всего, что только возможно вообразить. Поскольку никогда не знаешь, какая именно твоя реакция заложена в срабатывании показанного варианта будущего. Из разряда вот этого вот классического "я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь...". Хоть больше никогда не смотри на этот чёртов артефакт, честное слово! Однако придётся. Поскольку вполне возможно, что уже моё игнорирование будет заложено во все его будущие пророчества.

Плохой инструмент лучше никакого, верно?

Слава добрым жителям этого города, события последующих пяти дней обошлись без моего непосредственного участия. Делили портовый район местные властные организации, пылали, словно на карнавал, чьи-то неудачно подвернувшиеся склады... Ну и что, собственно? Судя по рассказам жителей - совершенно рядовая ситуация, в Аквентарисе такое периодически случается. Хорошо хоть на этот раз никакие маги не участвовали, а то могло бы и полыхнуть. Вполне возможно - буквально. Но удержали, как есть удержали, в посему всё вскоре должно наладится. До следующего передела.

А я был хорошим мальчиком, усидел на месте и не влез в чужие разборки. Да и что бы в них смог получить, кроме совершенно неоправданного риска? Деньги? Товары? Ингредиенты? Ну так легче уж парочку караванов грабануть, чем на интересы больших дядек нарываться! Единственное, из такой передряги теоретически можно было бы вывести парочку относительно верных боевиков... Но уж лучше с химерами как-нибудь, чем с бывшим головорезами, честное слово. Не они, так родная паранойя во сне задушила бы.

Поэтому на борт корабля, идущего в прекрасную Свободу, я всходил совершенно счастливым человеком. Не мешали даже грязные, упитые рожи морячков этой жалкой лоханки. И не такое можно перетерпеть на финишной прямой к своей цели.

...

Эх, а ведь с начала моего бегства прошло уже больше месяца. И почти половину этого времени я провёл в Аквентарисе. Но едва ли успел насладиться этим городом. Да и было ли чем, собственно, наслаждаться?.. Нет, решительно постановлю - когда-нибудь нужно будет вернуться сюда. Но только не в роли скрывающегося беглеца, а в силах тяжких, да кафтане золотом расшитым. Для солидности, конечно. Говорят, когда у тебя есть сила, в чём бы она ни была выражена, вот такие вот места начинают открываться с совершенно новых сторон. Что же, посмотрим.

Ну а если ожидания не оправдаются, то я просто выжгу к чертям собачьим этот мерзопакостный городишко. Вместе с населением. Чтобы неповадно было.

***

Междуречье, Вольница, земли древней или первой Республики, Золотой рубеж, Край хаоса и многие, многие иные названия - именно так именовалось то место, куда я теперь плыл на корабле. Земли, где можно получить относительную, — даже очень относительную, — безопасность и, что самое главное, время для долгожданного развития. Остальное же... Ну, посмотрим на практике. Благо, денег хватало с лихвой, да и кое-какую алхимию удалось подкопить. Не то чтобы слишком много, но на простейшие изыскания хватит.

А пока плывём, я хочу провести ревизию своих возможностей, раз уж появилось время подумать. К тому же требовалось срочно отвлечься от контингента матросов сего судна, иначе этих жалких червей я просто-напросто перебью.

Во-первых, магия. Кто я есть и кем могу стать на землях Вольницы?

Начнём с того, что в Финаритии меня считали учеником, или магом нулевого ранга. То есть ребёнком, пусть уже и начавшим обучение. Ученик - ещё не совсем волшебник, по крайней мере не принадлежит к одному из трёх "настоящих" рангов, но в принципе уже способен создавать и применять заклинания, чего потенциально вполне достаточно для самосовершенствования. Просто процесс этот без помощи старших обещает сильно растянуться во времени.

Если же говорить о возможностях учеников, то в отличие от неофитов, которые являются совершенно необученными людьми с даром к магии, ученики вполне способны применять "маломощные заклинания ближней дистанции". Что на практике означает смертельную опасность для любого простого человека в радиусе пяти - десяти метров от чародея. Артефакты и броня, конечно, способны частично нивелировать нашу космическую мощь, но на практике не слишком эффективны. И лучше всего работают в связке со стрелками, желательно - засадами арбалетчиков для атаки с разных сторон.

И всё это, напомню, против обыкновенных учеников. Которые в гильдии и настоящими-то магами не считаются. Хотя, конечно, все мы, молодые (и не очень) волшебники, существа крайне индивидуальные. И если какой-нибудь артефактор или некромант в ученичестве не слишком опасны, то вот боевики-стихийники, мистики и иже с ними - чрезвычайно разрушительны, даже ходи они до сих пор в подгузники. Правда, при том и риск ранней смерти у них куда как выше будет. За всё приходится платить...

Другое дело, что по силам я уже практически соответствую младшему магу первого ранга - подмастерью. Но это исходя из классического "бери побольше, кидай подальше", поскольку ни знаний, ни опыта для сего ранга мне всё ещё не хватает. Хотя там остаётся совсем немного. Так что чисто теоретически, за несколько месяцев интенсивного самообучения будет вполне возможно достигнуть нужного уровня... И повесить себе за это медальку, поскольку никаких официальных документов в Междуречье получить не получится. А даже если удастся, то во всех серьёзных гильдиях всем будет на то абсолютно плевать.

Оно и понятно, собственно. На этой земле любой проходимец может себе какую писульку организовать. А кому хочется их проверять, если можно просто послать всех таких скопом на три буквы?

Тогда, если я всё же надумаю нарабатывать практический опыт, то придётся зарабатывать репутацию практикой. Тяжёлой и суровой. Для чего сперва нужно понять, какими навыками обладаю на данный момент.

Так, как химеролог я явлюсь... Тут трудно определить точно, поскольку значительную часть книг учителя уже проштудировал. Кроме того, нельзя забывать и о неестественных для этого мира знаниях своей прошлой жизни. И чисто теоретически, если правильно помню рассказы учителя, то по своей основной профессии уже тяну чуть ли не на конец первого ранга - грандмастера! Правда, тяну лишь в теории и то всего по нескольким пунктам. На практике же, чтобы смочь сделать что-нибудь подтверждающее ранг, скорее уж простым мастером называться нужно, если и вовсе не подмастерьем... Да и тот мастер будет с крошечным практическим опытом и то только лишь в сферах декора и химеростроения. Причём, если на втором хотя бы специализировался учитель, то первое можно засчитать исключительно благодаря удачному завершению проекта "Инвентарь".

Словом, знаний по химерологии у меня довольно много, тогда как практики и силы совершенно не хватает. Кроме того, хотя местным и известно книгопечатание, доля профильной литературы для магов от всего печатного объёма совершенно ничтожна. Ну не любим мы знаниями делится, чего уж тут. Да и те книги, что всё-таки удалось захватить в библиотеке башни, существенной информативностью не отличались. Вода водою, с ниагарским водопадом домыслов и пространных размышлений. Что на практике провело к ситуации, когда ещё до бегства мне стало практически нечему обучаться по "учебникам".

Остаются лишь собственноручные исследования. Опыты, эксперименты, наблюдения... Для химерологии - одновременно самая частая, но при этом и самая опасная часть изысканий. И проводить нечто подобное без надлежащей безопасности я не готов. По крайней мере, если это не касается исключительно совершенно безвредных созданий.

Как результат, об этом своём профиле лучше вообще не распространятся. Нашу братию и так не любят, а уж от экспериментов где-то поблизости и вовсе дурнем взвоют. Если успеют, конечно.

Далее - артефакторика. Учитель практически не обучал меня по этому профилю, отмахиваясь по причине малого возраста. Дескать, усидчивости не хватит, да и дети для него - исключительно тупые существа. Существа, которые и подгадить любимому учитель как-нибудь могут. Например, убив к чертям собачьим... Но не помогло, хе-хе. Хотя получше разбираясь в артефактах, наверняка смог бы и пораньше прибить старика, да.

Однако, несмотря на мнение погибшего, артефакторику я всё же изучал. Самостоятельно. И кое-какие поделки мастерил, старательно нарабатывая опыт. Впрочем, сильно это не помогло, и на данным момент я оцениваю себя как крепкого ученика. Не более. Да и то, изучал я в основном стезю зачарования, позволяющую придавать объектам нехарактерные им до того свойства. Ни заговоров, изменяющих уже имеющиеся у предмета свойства, ни уж тем более копированием возможностей истинных артефактов я совершенно не занимался. А надо бы, в особенности - первым из перечисленного. Теоретически это позволит реализовать кое-что из моего прошлого мира... Что было бы очень полезно. Наверное.

Следующей наступает черёд стихийной магии. Из семи её разделов относительно хорошо мне известны лишь три, ещё две знакомы крайне фрагментарно, тогда как оставшиеся игнорировались. Мощь (сила, энергия), Жар (огонь, свет) и Холод (лёд, ложный свет - отражение) - они же электричество, огонь и лёд, основа моих боевых возможностей. Именно их я до сих пор и использовал по мере сил и контекста. Ветра (ветер, погода, миазмы) и Эфир (пространство, гравитация) - использовались мною лишь в единичных своих проявлениях. Первое в качестве простейших манипуляций со звуками, в числе подслушивания и приглушения, тогда как второе исключительно для создания инвентаря, и то лишь для крохотных правок уже готовых химеро-артефактных массивов. Вода (жидкости) же и Твердь (прочие твёрдые вещества, земля), как понятно, пролетели мимо меня с тихим присвистом. Что крайне печально, ведь с местной магией земли можно было бы и в какой-нибудь глуши поселится. Причём с изрядным комфортом. Но, увы, не срослось.

В итоге по ряду стихий я едва ли тяну даже на ученика, зато по нескольким другим можно надеяться на ранг подмастерья. Для профильного мага - совершенно нормальное явление. Что мне, думаю, и пригодится. Ведь в конце концов очередной сбежавший ученик-стихийник покажется всем куда более понятным и безопасным явлением, чем взявшийся из ниоткуда плохо обученный химеролог.

Имеются у меня, правда, ещё и кое-какие навыки в некромантии... Крошечные. Но о том лучше вообще никому не знать. Репутация у "мертволюбов" хоть и получше, чем у нашей братии, но не слишком сильно. Как древняя Республика вырезала всех почитателей духов предков, так те больше и не появлялись. А остальным работа магов с мертвецами не слишком нравится.

В результате при двенадцати полных годах я имею общую силу на ранге почти что подмастерья, химерологию где-то между оным подмастерьем и мастером, артефакторику на ученике и стихию на подмастерье. Очень и очень неплохо, учитывая, что даже при лучшем обучении подмастерьями обычно не становятся раньше совершеннолетия, наступающего в шестнадцать лет. В лучшем случае. Так-то, поскольку полноценным магом можно считаться лишь с перехода на первый ранга, все стараются успеть обучится как раз к церемонии взросления. Чтобы было красиво и символично, от чего будет юноше или девице общественный почёт и уважение. Хотя и опоздавших никто не унижает, как по словам учителя, что лучше любых слов указывает на изрядное количество подобных. Впрочем, их трудно винить - там ведь ещё и обычной грамоте с науками выучится нужно.

А я, так сказать, вылупился в этот мир уже готовым. Значительно более качественное высшее образование Земли освободило изрядно времени, обычно занимаемого обучением начальным наукам. Ведь старик, как человек умный и находчивый, сразу же оставил большую часть геморроя на откуп самообразования. Естественно, пригрозив при этом всевозможными карами за игнорирование его распоряжения. Чем и удалось воспользоваться, потратив большую часть освободившегося времени на любимую магию.

Словом, несмотря на все препоны, выучился к своим годам я просто отлично. А значит, смогу неплохо устроиться даже при значительном принижении собственных возможностей. А последнее сделать придётся в любом случае, поскольку никакой другой защиты от возможных недоброжелателей, даже будь они хоть трижды случайными и владетельными, боюсь, обрести не получится. Хотя не стоит загадывать, быть может мне повезёт с новым местом жительства. Посмотрим...

Приплыву, разберусь на месте в ситуации и раскладах, а после немного попутешествую, пока не разыщу подходящее место. Да, так и поступлю.

Глава 13 - А тем временем...

Странная эпидемия пошла на спад вместе с сезонной влажностью. Что, конечно, не могло не радовать, но всё же вызывало определённые вопросы. Впрочем, ответы на них уже мало кого интересовали.

Сквозь окно наместник вновь смотрел на своё детище, свой город, когда-то ставший торговой и политической столицей целого региона. Теперь по этому титулу был нанесён мощный, решительный удар. Экономический, разумеется. Хоть лучше бы уж разграбили , чем так. Эпидемии куда более опасны для торговли.

- Волнения продолжаются? - в спокойном голосе аристократа слабо, но всё же ощущалась тщетно скрываемая усталость. Она же была вполне видна и в позе мужчины, несмотря на показное спокойствие.

- Истинно так, сир. Но бунтовать никто уже не собирается. Все видели вашу решимость, да и болезнь наконец пошла на спад. - ответил один из немногих выживших старших офицеров, что стоя расположились по правую руку от замершего перед окном хозяина кабинета. Увы, в один чёрный день болезнь затронула и ставку, лишив жизни множество достойных личностей. Зато выжившие в полной мере оценили отвагу своего господина - редкий аристократ будет рисковать собственной жизнью, продолжая руководство карантином из заражённого штаба.

- А у остальных? - чуть дрогнувшим голосом уточнил наместник. Ситуация у его соседей были различны, в целом складываясь довольно позитивно, поскольку основной удар пришёлся именно по его вотчине. В целом, да. Однако были и частности.

- Жертвы подсчитываются, - раздался голос уже иного подчинённого. - Однако уже сейчас можно с уверенностью сказать, что весь восток за пределами городов практически полностью вымер. И не удивительно - там ведь полным-полно болот.

- Понятно...

Внезапная зараза, монстры и волнения, закономерные после всех обрушившихся напастей, принесли очень много проблем и убытков. Но теперь всё пошло на спад... А значит наступило время для поиска "виновных". Понятное дело, что истинного виновника бедствия не накажешь - природа плевать хотела на чаяния людей. Однако возложить кого-нибудь на жертвенный алтарь народного гнева всё же необходимо, иначе спокойствие вернуть будет куда сложнее...

- Сир... - внезапно подал голос один из молодых-да-ранних, столь высоко поднявшихся исключительно в силу внезапно возникшего кадрового голода.

Слегка повернув голову и скосив взгляд на собеседника, наместник выразительным образом приподнял правую бровь. Театральщина, конечно, в аристократической среде без подобных ужимок никуда. С одной стороны, подобные жесты любят в силу повального увлечения театрами, а с другой стороны - без контроля мимики в политике, как и за карточным столом, делать нечего. Офицер, впрочем, обо всём этим не думал. Да и не знал, наверное. Достаточно было того, что он получил разрешение на продолжение высказывания.

- В одной из зачищаемых деревень нам повстречался наёмник, поведавший о заварушке при башне тваретворца...

С некоторым удивлением осознав, что продолжать рассказ офицер не планирует, наместник ещё раз выгнул бровь. Дескать, ну и что? Впрочем, уже спустя несколько мгновений выражение его лица стало задумчиво-хмурым. Он вспоминал...

- Кажется, мы уже предупреждали об этом Кииреев. Причём ещё до наступления скорбных событий... Хм... Думаешь, в них виновен владелец башни?

- Предполагаю, мой сир, - нервно улыбнулся юноша, радуясь заинтересованным ноткам в речи аристократа. Молодой офицер прекрасно понимал неустойчивость своего положения, а посему пытался "набрать очков" любыми доступными способами.

С другой стороны, не будь он зятем погибшего капитана стражей и одним из немногих переживших гнилостное дыхание болезни офицеров первой волны карантина, то никогда подобного положения и не занял бы. Левиар, а именно такое имя носил юноша, с этой историей пережил уже слишком многое, чтобы робеть перед более титулованными. Да и память о тесте, спасшем его ценою множества смертей, сильно повлияла на ранее довольно беззаботного человека. Возможно даже повлияла слишком уж сильно...

А тем временем, совершенно не ведая о мыслях своего слуги, наместник обдумал и благосклонно принял версию юноши:

- Что же, это действительно похожу на правду. Да... Проведите формальное расследование и закончим на этом...

Ну а далее там, в кабинете дворцового комплекса, люди всё продолжали обсуждать самые различные вопросы минувших и предстоящих событий. Но чего среди них было не найти, так это слов о сбежавшем ученике химеролога. Собственно, те, кто должны были первыми объявить тревогу из-за исчезновения мальчишки, имели куда более важные темы для разговора. И будут иметь их ещё некоторое, довольно продолжительное время. А потом... Потом и государство подключиться. Когда-нибудь, если о ребёнке вообще соизволят вспомнить.

Артист незримой фигурой застыл по другую сторону кабинета, и с едва удерживаемым смехом наблюдала за, собственно, разговором этих личностей. Нет, само это действо смешным отнюдь не выглядело. Но вот ситуация в целом...

Какова же ирония, верно? Ученик химеролога так спешил, так скрывался и стольких убил ради бегства от погони, которую никто и не организовывал. Ирония, верная дщерь бессердечных историй.

***

Налк из Авериала рефлекторно поскрёб чисто выбритый подбородок, и на несколько мгновений потерялся в догадках о причинах отсутствия привычной растительности на своём лице. Однако уже вскоре одёрнул себя, усердно напоминая об изменении своего социального статуса. Что позволительно было смотрящему за одной из бедных мещанских улиц, то стало недопустимо для респектабельного главаря наймитов.

В целом, сословие наёмников в Финаритии если не процветало, то по крайней мере заняло одно из лучших мест под золотым солнцем. И пока армия королевства усердно воевала со степью на бесконечных полях брани, а личные воители аристократов с увлечением резали иноземцев и друг друга, наёмники с удовольствием поддерживали порядок в некоторых городах, сражались с монстрами, собирали ценные ингредиенты, сопровождали торговцев и охотились на всяческий криминальный сброд. Словом, были нужны всегда и везде, что обычно и приносило довольно значительный доход. Одна беда - рынок подобных услуг был везде уже поделён, причём давным-давно. Без удачного шанса свой кусочек пирога не урвать.

И в судьбе Налка однажды появился этот самый шанс. Мальчишка явных северных кровей. Найдя его однажды на своей улице, они пожалели ребёнка, и попытались убедить его вернутся домой. А когда не получилось, хотя бы предостерегли об опасностях города. В ином случае, на этом их знакомство и завершилось бы, однако малец оказался далеко не так прост, как виделось со стороны.

Вскоре они встретились вновь, уже один на один. Малец выцепил самого Налка без его вечных спутников. И поблагодарил за помощь. Вполне себе оценимую, к слову, помощь. После чего вручил кругленькую сумму в монетах, а также поведал о "печальных событиях, вызванных жадностью торгового люда". Но главное - передал часть товара, пропавшего по итогами ночных ограблений.

Зачем это было сделано? Глупый вопрос. Налк не просто так занял столь высокое место в иерархии банды, думать умел неплохо. Как и улавливать намёки в чужой речи. Так что уже вскоре "народные дружинники" сумели не только навести порядок в торговом квартале, но и, что совсем уж удивительно, накрыли несколько банд, после чего вернули часть награбленного добра. Не упоминая, впрочем, об истинной истории вернувшихся хозяевам вещей. Итог оказался закономерен - удивительная удача и слаженность, столь ценимые в среде наёмников, произвели хорошее впечатление и на торговцев. И уже вскоре новая группа наймитов принялась усердно защищать ряд улиц города. Не бесплатно, конечно. Совсем не бесплатно...

Не малую роль в этом успехе сыграли и другие, сторонние силы. Невеликое число уже присутствующих в городе стражников, из тех кого не забрали в связи с разразившейся эпидемией, и без того удерживали большинство улиц чисто формально. А потому появление новой группы правозащитников они встретили исключительно положительно. В иных обстоятельствах, конечно, реакция могла бы быть куда более негативной, однако ситуация к недовольству не располагала. Помощь - есть помощь, что не говори. Особенно когда ещё делят ничейное.

Маги же... Они-то как раз ту ночь благополучно профукали, от чего вынуждены были делать хорошую мину при плохой игре. А посему решили просто остаться в стороне от происходящих событий. Своих проблем и так хватало.

Словом, Налку из Авериала повезло. Повезло сильно, позволив подняться и ему самому, и его людям. Наёмники - это всё же не шпана уличная, уровень "крышевания" совершенно иной. А что говорят схоже, так то бурное прошлое и вспоминать об этом не принято. Даже если это самое прошлое закончилось всего несколько дней назад.

Незримая фигура Артиста и здесь наблюдала за людьми, вновь ощущая ту самую иронию. Кажется, оное чувство всё более и более пропитывает путь ученика химеролога, что не могло не вызывать искреннего веселья безмолвного наблюдателя. Ведь сам беглец, помогая доброжелательным бандитам, и не рассчитывал на столь положительный эффект. Точнее уж наоборот - не слишком веря в людей, герой пытался банально замести следы своего отправления, начав небольшую бучу в пределах города. А что самое главное, буча ведь действительно случилась! Вот только Налк оказался умнее и благороднее первого впечатления, сумев преодолеть свою жадность, и нанять практически всех "мещанских братков" в пределах города. Ненадолго, отнюдь. Но прецедент появился. А после фактического уничтожения портовых банд, наспех слепленная группа наёмников сумела закрепиться и подмять под себя практически всю неофициальную торговлю города, попутно став вторым его руководящим органом. Пока ещё аморфным и нестабильным, зато куда более дисциплинированным, нежели банды, и, что самое главное, удобным для большинства торговцев.

Контрабанда - это огромные, истинно огромные доходы. На которые всегда находились желающие поживиться. Несколько банд - несколько налогов, ведь каждая желает прибылей. А тут - единая организация, не допускающая чисто бандитских замашек. Ведь несмотря ни на что, набрана она была из всё тех же мещан, живущих в том же самом городе. Практически стихийно образовавшийся преступный синдикат.

Предполагал ли ученик химеролога о самой возможности подобных событий? Отнюдь. Но они всё же произошли. От чего Артист теперь откровенно и веселился. Какая же ирония...

***

Между тем, в одном из особняков Аквентариса, торговой столице монархии, протекал ещё один важный разговор.

- Капитаны Кевас, Амор и Твиен уже прибыли и готовы отчитаться перед вами лично, - мягко произнёс старший слуга, обращаясь к своему господину - главе рода Глессес.

- Прекрасно, прекрасно... - в добродушном голосе тучного хозяина здания слышалась задумчивость, внезапно обернувшаяся озорством при продолжении фразы: - А как же там наш пройдоха Лингест? Путь из Авериала, конечно, не близок, но и не столь далёк...

- Связь с ним утеряна, Господин, - с коротким поклоном ответил мужчина. - Он не появлялся в промежуточных точках после отбытия из Бухты висельника. Информацию уже ищут, однако...

- Ясно, ясно... - эмоции практически пропали из голоса мистера Глессеса, оставив лишь тень некой горечи или печали. - Видимо, и на пройдоху нашлась проруха. Хороший был человек, понятливый. И правила знал...

Выдержав двухминутную паузу, чтобы хозяин успел воздать должное своему скорее всего почившему деловому партнёру, старший слуга продолжил доклад. Потому что жизнь - она такая, всегда идёт рука об руку со смертью. Особенно с их-то бизнесом. Не печалиться же теперь о каждом загубленном капере? Так никаких душевных сил не хватит.

Найдут ли слуги рода Глессес информацию о том, каким образом погиб корабль и его команда? Возможно. Но уж точно без важных в этом деле деталей. А посему скорее всего подозрение падёт на совершенно иные, невиновные в этой драме силы. Право слово, не на ребёнка же вешать всех собак? Даже пожелай они этого, слишком уж мало будет доказательств...

***

Тихое море, свежий ветерок, шум листвы... И гарь набирающих силу пожарищ. Горело всё возможное, а невозможное предварительно было облито алхимическими составами и теперь тоже горело. Так, на всякий случай. Очень уж опасными были ловушки, оставленные тре'гвиками.

Конечно, будь здесь сами господа алхимики, о степени той опасности они были бы совершенного иного мнения. В конце концов, согласно их мнению наёмники - на то и наёмники, чтобы жертвовать своими жизнями во благо нанимателя. Однако сегодня этим воинам крупно повезло. Хотя в тот момент, когда раздражённые чародеи отсылали их в леса на поиски сбежавших монстров, они были совершенно иного мнения.

Впрочем, когда второй десяток нашёл эту обезлюдевшую деревню, о какой-либо удаче они тоже совершенно не думали. Скорее уж наоборот... Зато теперь - с них взятки гладки, ведь всем известно о поганых ядах морских чертей. И даже многомудрые и многонаглые алхимики не смогут заявить о том, что в бою не следовало применять расходники самого наёмного отряда.

Словом, воины были искренне рады сложившемуся положению. И настроение их повышалось тем выше, чем сильнее визжали горящие в закрытых домах разумные монстры. Никого не интересовала судьба деревни, её жителей или возможных выживших. Да и какие уж тут выжившие вообще, когда уж почти неделю как селение захвачено?

Правда, в один момент кому-то послышались кошмарные, однако явно женские крики. Но за воплями монстров их было слишком сложно разобрать. Да и право слово, мало ли какая тварь могла прийти в селение с тре'гвиками?

Что же до остальных участников сих прискорбных и загадочных событий...

Трагикомедия, развернувшаяся между выжившими наперекор монстрам жителями соседней деревни и алхимиками, прибывшими ради благополучно "сгоревших" ценных ингредиентов, достойна отдельного рассказа. По крайней мере, именно так считал наблюдавший за событиями Артист. Однако итог у этой истории оказался довольно блеклым - маги, хоть и поскандалив, всё же отступили перед неумолимостью логики, а жители обзавелись ещё парой-тройкой историй о "бессердечных, наглых, лживых магиках". Словом, ничего удивительного или хотя бы нового. Обычная суета.

Правда, основной причиной такой покладистости со стороны алхимиков стали проблемы, возникшие у них с властями ближайшего города. Как и планировал ученик химеролога. И Артист должен был признать, что каша, заваренная его фаворитом, получалась куда сытнее и завлекательнее заваренной им же в прочих местах.

***

Небольшой городок кипел. Свистел. И грозно булькал, пугая окрестный народ. Нет, никакой войны, упаси вас благословенный монарх сей страны! Как будто едва достигшие временного перемирия сильные земель сих позволят кому бы то ни было вновь разжечь огонёк конфликта, пусть даже и в своей крошечной песочнице. Когда всё вокруг облито бензином, опасна даже малая искра.

Но вот бузить друг на друга - это можно, оправдано и вообще предельно благородно. Главное за ножи в открытую не хватайтесь, да.

Но от стычек это, конечно, не избавило. Пот, кровь и алхимия потекли по улицам крошечного городка, а воздухе застыло напряжённое ожидание. Замерла торговля вместе с жизнью ремесленников. Испуганно притихли выжившие после устроенной разъярёнными горожанами резни криминальные элементы. Забаррикадировались в таверне та часть алхимиков со слугами, что остались дожидаться остальной экспедиции в городе. О чём теперь, естественно, очень сильно жалели. Но и городской совет не спешил предпринимать шаги, обдумывая выходы из сложившейся ситуации.

И только несчастный маг по имени Венл продолжал искать свой пропавший посох. И чем дольше он это делал, тем всё явственнее становилась причина разыгравшихся перед всеми ними событий. Посох-то ведь был особый, ещё его учителя - грандмастера Нефраа, и, согласно слухам, содержал несколько крайне редких алхимических ингредиентов. Могли ли в таком случае сами алхимики заказать кражу этого предмета? Безусловно. Один лишь вопрос: кто же её, эту кражу, осуществил?..

Кроме Артиста, за развернувшимися событиями следили и те, кому ученик химеролого перешёл дорогу. Причём, учитывая разлад с целой гильдией магов, перешёл основательно, всласть оттоптавшись по дорогим сапогом из магически обработанной кожи. Пока они, конечно, не ведали деталей. Да и не узнают о них ничего, ведь все зацепки исчезли в пламени разгоревшегося пожара, что спалил едва ли не пятую часть города. Однако, вот уж в чём они были совершенно точно уверены, что эти самые детали - существовали. Как и некая третья сила, вмешавшаяся в отработанную десятилетиями схему. И её, силу это, требуется обязательно наказать...

Впрочем, даже последнее не выбивалось из общей стези плана ученика химеролога. Ведь связать все оставшиеся кончики нитей воедино, конечно же, возможно. Вот только ни сейчас, ни через год, ни через два. Просто потому, что нити эти будут в руках совершенно различных, зачастую враждебных друг другу сил. А спустя десятилетия люди либо устанут пытаться собрать информацию, либо уже не будут угрожать ученику химеролога.

***

Известный в узких кругах северянин Онташ, коммерсант, а временами и свободный пират, в этот раз сумел разжиться очень и очень хорошим товаром. Предметами роскоши, как мог бы сказать ученик химеролога. А оные предметы, так уж получилось в истории, всегда приносили совершенно баснословное прибыли торговцам, промышляющим их перепродажей. Так произошло и на этот раз - север встретила своего сына золотом и толикой малой славы. Признаться, выручил он даже больше, чем надеялся в самых оптимистичных измышлениях!

Однако сейчас ему было уже всё равно. Потому что изрезанный труп морского волка теперь стремительно уходил на морское дно, где нового блюда уже давным-давно заждались разнообразные донные обитатели.

Не долго деньги приносили радость мужчине. Не долго он ими и обладал. Увы, быстрый взлёт всегда замечают личности менее удачливые, но зато куда более хитрые. Таковым не составило труда узнать практически все нужные сведения, для организации и осуществления банальнейшей засады на одинокую карету с единственным пьяным пассажиром.

Естественно, кроме банального грабежа и рейдерского захвата корабля с деньгами при активнейшей помощи спешно перевербованных матросов, Онташ к тому же ещё и долгое время пытали. И узнали все возможные сведения и догадки неудачливого моряка. После чего, собственно, и пустили его обезображенное тело на морское дно.

Однако, вот беда, кроме словесного портрета мальчишки-мага из Аквентариса хитрые господа ничего не получили. Да и тот портрет, мягко скажем, не изобиловал чёткостью и деталями. Впрочем, когда это останавливало людей, почуявших даже призрачный запах огромных выгод? Так что, несмотря на все сомнения, в крупнейший торговый порт юга отправилось целых пять кораблей с хорошо заинструктированными пассажирами... Однако, увы и ах, они опоздали. Малец исчез вместе с их деньгами. Гад, да как он мог! Украл чужое, уже подсчитанное и поделенное!

Но на этот раз хитрецы были вынуждены уйти не солоно хлебавши. О шансах найти, догнать и захватить корабль, наверняка перевозивший большую кучу ценностей, они прекрасно догадывались. И оценивали их довольно низко. Так что, раз уж на этот раз удача вновь ускользнула из их рук, требовалось нормально поделить уже полученные ценности. А потом, естественно, переделить их при удобном случае.

Эта история Артисту не слишком понравилась. Подобных личностей, как эти самые хитрецы, он совершенно не жаловал. И епархия не его, и душок от них столь неприятный, что для чуткой и чувствительной натуры паранормального существа он видится чем-то совсем уж тленно-гнилостным. Впрочем, как и ранее, никуда вмешиваться он не собирался. Его фаворит желал свободы, какой бы она ни была. А мнение невольного подопечного он честно уважал.

***

А отставной авантюрист продолжал увозить своего шурина, бывшего купца при гильдии алхимиков, на юг монархии, поближе к родным пенатам. И совершенно не догадывался о том, что его благоразумие спасло не только брата его жены, но и его самого. Почему? Ну...

Артист мягко улыбнулся, переведя взгляд на радостно всходящее солнце. Судьба - всегда была дамой сложной, но у старого кобеля и повесы ещё с совсем стародавних пор были ключики к сердцу даже столь холодной особы. О чём она, впрочем, была прекрасно информирована. Но ровным счётом ничего не делала, лишний раз подтверждая странный статус Артиста в иерархии их маленького клуба по интересам.

... Собственно, именно Ледяная королева и рассказала своему любовнику о том, какая тропа ждала двух мужчин после первой встречи с учеником химеролога. Деньги, бандиты и смерть в канаве среди множества трупов - история хоть и в целом довольно драматичная, но слишком уж шаблонная, как на взгляд Артиста. Ему почти уже стало жаль неудачливых смертных, когда волевой и решительный бывший авантюрист, видимо получив некий сигнал от чрезмерно развитой интуиции, поспешил покинуть город и даже его окрестности. Вовремя...

Неужели очередной уникум среди смертных? Или банальная удача? Не станет же Судьба вмешиваться в естественный ход вещей ради столь незначительных персонажей? Или здесь всё куда сложнее, и засветиться соизволил один из множества его менее мудрых коллег? Кто знает, кто знает...

Он не знает, кто о том знает, но уж он-то точно о всём узнает!

И Артист вновь рассмеялся. Весело. Но в глазах его полыхала незамутнённая ярость. Никто и никогда не смел вмешиваться в истории против его воли. И если кто-то слишком наглый или слишком глупый за давностью веков позабыл об участи тех, кто рискнул перечить ему, то долг древней сущности напомнить виновным о закономерно последующей каре.

Ведь у Артиста, как и у столь им любимой жизни, есть множество амплуа и сторон. И одна из самых страшных из них - Злой рок, неизменно разрушающий жизнь и судьбу своей жертвы...

Глава 14 - Запах новой жизни

Несмотря на сравнительно малое расстояние, наш путь занял практически два дня. Ведь плыть напрямик, против моих ожиданий, никто и не планировал. Наоборот, казалось, что небольшой торговый кораблик решил запутать некого воображаемого преследователя. Вот и петлял усердно, словно заяц на охоте.

Странно? Не то слово! И к своему стыду, причин подобной изворотливости нашего маршрута я совершенно не ведал. Банально не поинтересовался ещё там, в городе. Ведь даже представить себе не мог, что с этим могут возникнуть какие-либо сложности. Но они, зараза такая, всё же появились, сложности эти.

Естественно, я не стал подходить с этой темой к капитану судна - лишний раз показывать своё пришлое происхождение совершенно не хотелось. На всякий случай. Видимо, несмотря на отбытие из Финаритии, продолжала играть моя стародавняя подруга Паранойя. Так что, решив действовать по уже проверенной схеме, я принялся искать разговора с людьми не столь высокого полёта. То есть с матроснёй, которой на корабле, понятное дело, хватало с избытком. Не один, так другой отвечал на мои осторожные расспросы.

Но ответы озадачили. И в свете новых знаний, извилистость маршрута уже не казалось чем-то, достойным хотя бы капли моих волнений.

Во-первых, проблема пиратов и их подвидов. Так-то оные встречаются во всех уголках Великого моря, и ничего удивительного в этом не сыскать. Однако если в прочих водах нападения морских разбойников носили скорее исключительный, чем рядовой характер, то вот у Вольницы всё было иначе. Практически каждое карликовое государство считало своим долгом и святым правом сделать гадость многочисленным геополитическим оппонентам. Да и простым соседям, впрочем, тоже. Причём даже не важно было, имел ли соискатель собственные порты для получения от этого хоть какой-то материальной выгоды. Право слово, урон врагам - уже достойная награда сама по себе. Даже несмотря на то, что пираты - публика крайне ветреная, вместе с тем имеющая склонность к самой чёрной неблагодарности по отношению ко всяческим благодетелям. Так что желающим торговать в Муждуречье, а таковых всегда хватало ввиду высоких прибылей, приходилось строить сложные мозголомные схемы, чтобы большую часть пути оставаться либо в составе крупных морских конвоев, либо быть на виду дружественных патрулей.

Ну, если они, конечно, и сами криминалом не подрабатывали. А таковых здесь всегда было полным-полно. Можно даже сказать - чуть ли не каждый купец при Вольнице имеет припрятанную до случая местную версию "Весёлого Роджера". Впрочем, как это зачастую и бывало, любители с треском проигрывали профессионалам, сделавшим морской разбой своим методом постоянного заработка. Так что "акулы капитализма", к числу которых относились и хозяева гостеприимно принявшей меня посудины, всегда справедливо опасались меньших, но куда более опасных хищников окрестных вод.

Но угроза человеческая - только половина беды. Вторую же её часть в общем смысле можно именовать "природными факторами".

Например, вот выгляни за борт - там водичка плещется, спокойная и безмятежная. С виду. Первые пару метров глубины. А потом - мощные течения, кое-где способные даже кораблики об скалы разбивать. Причём карта этих потоков не постоянна, и зависит не только от сезона и погодных условий в целом, но и, видимо, от желаний левой пятки бога-творца этого мира в частности. По крайней мере иных версий не было ни у меня, ни у моих собеседников, моряков достаточно опытных.

Каждый год переписывать водные торговые маршруты! Даже по меркам Земли - чистый ужас. А у нас тут какое-то жалкое море с двумя пусть и гигантскими, но всё же понятными реками. Оправдывало все эти сложности лишь прибыль, да относительная стабильность основных магистральных течений. В ином случае, боюсь, моряки уже давным-давно забыли бы об этих истерзанных землях.

Впрочем, бывали в здешних водах и другие напасти, пусть и не столь часто встречаемые. Водовороты, например. Монстрики разные, в том числе и разумные, как морские черти. Иногда, бывало, флоты крупных держав проходили, походя грабя всех не успевших сбежать подальше. А совсем уж изредка с верховья реки на крупных лодках приходили нелюди, грабить и убивать без всякого разбора. Правда, там уже скорее проблемы берега были, а не моряков, но всё же. Если порт, к которому ты плыл для торговли, сгорел, то приятного в этом будет мало.

Словом, проблем и опасностей в этих водах хватало с избытком. Так что как бы не печалился я задержкам, а решениям и навыкам капитана, что обещали сравнительную безопасность маршрута, был искренне рад и доверял безоговорочно. И даже не потому, что иного выбора у меня банально не было. Просто жить хотелось, причём долго и плодотворно. Что заплыв в местной водичке отнюдь не гарантировал.

Особенно это мнение укрепилось после одного случая...

***

Я записывал свои мысли о магии в одну из купленных по случаю пустых книжечек, когда в крошечную каюту бесцеремонно ворвался один из моих новых знакомцев.

- Милздарь, пойдёмте, я вам кое-что покажу! - проорал юнга, ухватив меня за руку, рефлекторно выставленную вперёд. Бедняга, он даже не осознавал, как близок сейчас был к погибели.

- Хорошо, хорошо... - встаю, попутно вырывая нагло схваченную конечность. - Выйди на пару мгновений, мне нужно убрать вещи.

Естественно, убирал я всё не в хлипенький сундучок, от невеликих щедрот выделенный капитаном корабля, а непосредственно в личный инвентарь. То есть ничем более не рисковал, покидая на некоторое время каюту. Однако сам процесс магии показывать посторонним всё же не стоило.

Так что вскоре мы уже были на верхней палубе. Однако ещё до того, как увидеть так взбудоражившее моряка явление, я его унюхал. И немало так озадачился. А потому слегка притормозил, попытавшись разобраться в причинах столь нетипичной для меня реакции.

Нотки тления и гниения, приправленные морской солью и йодом - понятно и знакомо, ничего удивительного. Хотя изрядно возросшая интенсивность сего аромата всё же смущала. Однако вот привкус некой химии, причём нефтяного толка, да с вонью горелого пластика - это уже было явно чем-то новеньким. Не для меня, конечно, отнюдь. Но вот для этого мира - вполне. Поскольку о "земляном масле" здесь хоть и были осведомлены, однако спросом оное пользовалось исключительно у одних лишь алхимиков. И не удивительно, ведь практически все ниши, когда-то занимаемые на Земле продуктами ранней переработки нефти, здесь, в этом мире, уже были вполне успешно освоены деятельным трудом артефакторов. А для тех мест, что пока оставались свободны, и близко не существовало пула необходимых технологий.

Оный пул, впрочем, скорее всего и не появиться, так как для того отсутствуют всякие предпосылки. Промышленники плотно сидят на разработках артефакторов, а немногие учёные немаги все как один аффилированы с гильдиями чародеев. То есть некому ни песню заказывать, ни уже тем более её сочинять. Поэтому какое-нибудь открытие, вроде знаменитого в истории Земли "греческого огня", в здешних условиях не вызвало бы ничего иного, кроме разве что смеха и снисходительных усмешек чародеев. Последнее, впрочем, удастся лицезреть как раз перед безвременной пропажей автора подобного рода разработки. Ибо нефиг, как говорится.

Словом, здесь неоткуда было взяться продуктам нефтехимической переработки. Совершенно неоткуда. Абсолютно. И тем интереснее теперь было столкнуться с чем-то подобным лицом к лицу.

Поэтому я решительно двинулся вперёд, к стоящему в нескольких метрах от меня юнге. Морально приготовившись практически к чему угодно.

Но жизнь - такая странная штука, что удивлять способна даже самых видавших личностей.

- Это что за хрень такая? - спросил я, после чего искренне выругался под добродушные кивки собравшихся зевак. Видимо, не в первый раз уже.

А там, за бортом, на слабых волнах морских просторов мерно покачивалась некая серая пузырящаяся масса, испещрённая тускло мерцающими фиолетовыми прожилками. Уже один лишь вид столь странного явления вызывал смешанные чувства, но вот когда я осознал сперва не слишком заметное, но далее всё более явное противоестественное колыхание...

- Плесневый студень или плеснявка, если по-нашенски, - наконец, ответил на мой вопрос хоть кто-то. - Склизкая, противная и вредная, словно плесень. Чем и напоминает.

Как удалось узнать чуть позже, эта серая масса являлась чем-то вроде колонии нескольких симбиотических организмов. Созданных ради всеобщего счастья моими собратьями химерологами, как это обычно и бывает в этом мире. И естественно же, роль свою народившиеся монстрики выполнять если и собирались, то совершенно не в тех рамках, что установили для них создатели. Словом, очередная история, заставляющая задуматься в причинах принципиального существования нашей ветки магического искусства. В смысле, почему нас всех ещё не перебили такими темпами?

Что же до самой дряни за бортом, то... изначально она должно было чистить водоёмы. Любые. Однако что-то пошло не так, и сперва плеснявка выбралась в большой мир, а потом изменилась под воздействием какой-то магии. Возможно что и дикой, стихиальной. Так что вместо пусть и неприятной на вид, но крайне полезной штуки, люди получили очередного страшного монстра. Но кое в чём монстра всё же крайне полезного...

Слава кубику, о том, что придётся работать с чем-то в воде я был предупреждён заранее. А потому стоило лишь быстренько откланяться, да запереться в каюте, как начал забор материала через аккуратно распахнутое окошко. Да не магией или руками, а кустарно сделанным черпаком на очень длинной ручке. Материалом для него послужила деревянная кружка и две жерди, выдранные откуда-то из трюма судна.

А наступил черёд открытий.

Первое - серую массу составляли очень разные симбиотические организмы. И если всякие маслянистые плёнки и иже с ними мною были вполне ожидаемы, пример чайного гриба напрашивался сам собой, то вот что-то вроде муравьёв и мокриц - уже не очень. А ведь эти насекомыши ещё и агрессивными оказались, да вёрткими до ужаса! Так что уже вскоре пришлось вырабатывать некие правила, ставшие основой техники безопасности для работы с плеснявкой. И зачаровывать на скорую руку посуду с инструментами.

Однако на этом сюрпризы не заканчивались.

Кроме злобной мелочи, столь же агрессивной оказалась и сама масса. Но, так сказать, несколько в ином формате. Нападки её оказались чрезвычайно пассивны, и заключались в основном в едва заметном, но всё же ощущаемом переваривании контактирующей с ней органики. Что показали состряпанные на скорую руку опыты. Причём если в относительно сухом виде образцы просто сушили мясо и овощи, как бы пытаясь вытянуть из них недостающую влагу, то вот уже в воде натурально пожирали мёртвую органику. Могли ли они также поступить и с живыми существами? Неизвестно. Однако проверять на себе мне отчего-то не захотелось. А других претендентов в округе было не найти...

Следующий момент - химикаты, видимо и ставшие причиной ранее взволновавшего меня запаха. Уж не знаю, какие конкретно существа в том скопище вырабатывают органические кислоты и антисептики, но наличие этих веществ можно гарантировать с полной уверенностью. Что, признаться, меня крайне заинтриговало. Потому что как химеролог я о подобном даже не слышал, а ведь в хозяйстве это бы точно пригодилось. Так что, дабы не потерять ценные образцы, пришлось использовать набор учительских колб, зачарованных под едкие субстанции.

Налить водичку, бросить что-нибудь под прокорм и запихать туда части плеснявки, под конец накрепко закрыв зачарованной крышкой. И так пять раз. Собственно, таким образом и появились первые мои питомцы, мда...

Ну и напоследок стоит отметить, что много времени на всё про всё мне не дали. Видите ли, дрянь неспешно, но уверено грызла пусть и зачарованную, но всё же вполне себе деревянную обшивку кораблика. Так что стоило подуть нужному ветерку, и судёнышко тут же рвануло подальше от "тухлой лужи", как среди корабелов называют эти области между несколькими течениями, когда в них заводятся подобные неприятности. Судя по словам опытных моряков, по прибытию на берег об этом месте расскажут кому нужно, чтобы в будущем кто-нибудь проходящий мимо сжёг напасть к чертям собачьим.

Что тут можно сказать? Людей я, конечно, искренне понимаю, однако гибелью столь интересного организма всё же буду недоволен. Одна радость - образцы останутся при мне. Постараюсь сохранить и разобрать гений предыдущих поколений моих коллег.

***

Долго ли, коротко ли, но цели нашего плавания мы всё же достигли. Ванония... Столица Всеблагого Ванского Диктата, также называемого "Большой" или "Великой" Ванонией. История сей страны, равно как и её столичного города, сложна и многогранна. Собственно, как и любой другая судьба в Междуречье. Достаточно будет сказать, что само название "Ванония" принадлежит не столько населённому пункту, сколько небольшому заливу, на берегах которого традиционно раз за разом и отстраивались всё новые и новые поколения беженцы. Век за веком, тысячелетие за тысячелетием. Ну а что тут поделать? Жгут окрестности регулярно, а на костях новый город строить - плохая примета. Но место-то ведь удобное, хорошее и, несмотря на все капризы Фортуны, куда более безопасное, чем вся остальная Вольница. Так что город всё же отстраивали. А чтобы не путаться каждый раз, изобрели столь прагматичную традицию имянаречения.

Весёлое местечко, в общем. Сразу же задаёт настроение региона. Да и как же Ванонии его не задавать, когда город этот представляет собой один из крупнейших портов региона? Все сливки стекаются сюда, все нечистоты - тоже. Посиди здесь немного, да не чурайся грязных улочек, и уже вскоре Вольница предстанет перед тобою без всяких прикрас.

Но по виду, конечно, даже и близко не подбирается к планке тех впечатлений, что оставил после себя Аквентарис. Нет, кое-что, конечно, очень схоже, всё же портовые торговые города как-никак. Грязные улочки. Вонь, причём преимущественно рыбная. Множество деревянных построек, тогда как в камне выполнены лишь отдельные кварталы с богатыми особняками. Но вот размеры, они-то как раз подкачали. Совершенно не тот размах... Да всего, наверное. Главные улицы - мелкие, склады товарные - крошечные, да и особняки купеческие какие-то уж слишком неказистые. Словом, может на кого-нибудь другого здешнее подражание южанам и производит благоприятное впечатление, но уж точно не на меня.

Впрочем, справедливости ради, для меня и Аквентарис выглядел большим затрапезным городком. Сколько там тысяч жителей было? Пятьдесят? Сто? По сравнению с типичными городами-миллионниками Земли - плюнуть и растереть, не более. Да и для европейских средних веков, если я правильно помню, тоже ничего особенно выдающегося. Что даже странно, как для богатой и плодородной Финаритии...

Ладно, чёрт с ними, с загадками. Нужно о деле думать, да.

Значит, Всеблагой Ванский Диктат. Всеблагой - поскольку основан был выходцами из религиозного ордена северян, Ванский - от названия региона, Ванската, с убираемым в местном наречии "ат" на конце, а Диктат - потому что навязал свою власть не только всем городам в том самом регионе, но и многим окрестным силам. Такая себе держава, шитая белыми нитками по живой плоти людской. Удивительно молодая. Всего-то лет двадцать-тридцать ей, не больше. Но проблем накопилось уже столько, что от развала Диктат держит лишь мощь фанатиков, да выгода от временно наступившего мира. Ещё дюжину годков, и не внешние силы, так внутренние раздробят страну в поисках личной выгоды.

Словом, эта страна - типичнейший представитель местных политических сил. Пришли ребята извне с силами тяжкими, да планом удалым. Собрали земли. И вроде бы теперь обживаться нужно, да государство строить... Вот только местные и не умеют, и даже не хотят. Они к свободам привыкли, к мутной водичке, где так удобно ловить залётную рыбку. А сильного врага, чтобы всем пришлось заткнуть пасть и объединится, нет и не предвидится. Крупные страны ведь сюда не лезут. А чтобы силой заставить - так земли не те, условия не позволяют. Никак связать всё адекватно не получается. То рой динамических аномалий, то мигрирующие монстры, то армии наёмников с криминальными целями, то древнее наследие чудить изволит. Сплошной ужас и изоляция территорий на целые месяцы, а то и годы. Как уж тут единую экономику с разделением труда строить? Только отстроишь где-нибудь инфраструктуру, а уже спустя пару лет её как будто и не бывало.

Вот и не выходит ничего у пришлых, а местным-то всё привычно. Ну, по крайней мере со слов опрошенных жителей и гостей города. Правда, чувствую, кое-кто изрядно детали не договаривал... Ничего, время на вдумчивые расспросы ещё будет. Сейчас же важно решить, куда двигаться дальше.

И вот с последним возникли проблемы.

Жизнь - не игра. Сюжетной линии здесь нет, как и подсказок к прохождению. Даже более того, столь удобных в условиях РПГ досок заданий и/или новостей - тоже. Как и выхода на действительно знающих людей. Нет оного даже на тех, кто знает о нужных людях хоть что-то полезное. А без всё этой информации становится совершенно непонятно, где сейчас тихой сапой назревают политические кризисы, а где внешний хаос скрывает умело раскрученную бурю в стакане.

Чисто теоретически, если хочу занять действительно хорошее место на правах невмешательства, мне следует либо обзавестись большой силой, либо большими связями. Первое - дело многих лет, а то и десятилетий усердной подготовки. Второе - дело больше случая, а если точнее - "прекрасно подготовленной импровизации". Для последней, как известно, лучше всего владеть не только информацией, но и хорошими картами, чтобы сведения эти удачно разыграть к своей пользе. К примеру, помогая в первом приближении слабой, но однозначно выигрышной стороне.

Сложно...

- Вы искали разговора со мною, молодой человек? - с этими словами за мой столик в таверне приземлился сурового вида седовласый загорелый дядька, снаряжённый по последнему писку здешней солдатской моды. Стёганая куртка и мягкий плащ, прикрывающие добротную кольчугу и что-то вроде кирасного доспеха. А на поясе - длинный кинжал и ещё более длинный узкий меч, напоминающий настоящую шпагу. Историчную, вида классического колющего клинкового оружия.

Всё это меня уже ни капельки не удивляло. Ну да, в этом мире существуют маги. И что? Враг обычного воина в первую очередь - другой воин. Поскольку хорошему чародею он всё равно ничего не сделает, даже при всём желании. Банально не успеет подойти.

Также понятен и упор именно на колющее оружие. В мире с артефакторами, стоимость кузнечного труда изрядно уменьшена. А значит, уменьшена и стоимость изделий оружейников и доспешников. Даже по сравнению с Поздним средневековьем. И в условиях, когда у любого хрена с горы скорее всего окажутся довольно хорошие по меркам стародавней Земли доспехи, единственное, что тебе остаётся в условиях отсутствия огнестрела - это применять нечто, способное поражать даже столь бронированные цели. То есть копья, шпаги (они же рапиры) и различные дробящие средства. Первое в городе не поносишь, третье - малоэффективно в принципе, а вот рапиры... Глубокая рана с обильным кровотечением - это во все времена ценилось. Этого же и опасались.

- Возможно, смотря кто спрашивает, - улыбаюсь собеседнику, которому в кои-то веке плевать на оттенок моей кожи. Так-то, конечно, в Междуречье в принципе царит истинная толерантность и всем на всех глубоко плевать, просто это я всё никак не нарадуюсь. Оно и понятно, после Финаритии-то.

- Барон Лэнс Гиатзар, капитан Пепельного сердца, - едва заметно кивнул мужчина, отдавая дань неким местным традициям, мне неведомым. - Вы оставили много золота, ради возможности нашей встречи. Признаться, против обыкновения я немного заинтригован.

- Почему же? - инициатива в разговоре окончательно уплыла из моих рук. Что же, не удивительно. Наш опыт несопоставим.

- Вы при деньгах и не знаете меня, а значит - чужестранец, - начал этот гений от дедукции. - Чужестранец при деньгах в Ванонии, да без связей - опасное для вас сочетание. И уж тем более глупо было при том связываться с наймитами. Но вы сделали это. Уверено. И не боитесь до сих пор, сидя напротив меня. Если до нашей встречи я был уверен, что вам требуются крепкие клинки для разборок на родине, то теперь думаю, что вы беглец. Причём необычный. Я прав?

Одного только не пойму, дурак он или псих? Думать люди могут всё что угодно, не запретишь ведь. Но не высказывать же свои подозрения в лицо мало того что незнакомому, так ещё и потенциально опасному человеку!

- Вы... неосторожны, - и пусть я старался говорить мягко и насмешливо, однако против воли в голосе прорезался метал. Детский такой, писклявый. Но металл. В виде тех самых ноток и тонов в звуках, которые ярко указывают на некоторые психологические особенности произносящего их субъекта.

Я убивал. Убиваю. И буду убивать. Меня совершенно не пугают большие мужчины, обвешанные кровавым железом. Ведь я маг, уже практически подмастерье, что означает смертельную опасность на ближней дистанции практически для любого противника. Мы в этом мире - альфа хищники, высшие охотники, сбросившие с пьедестала самого опасного вида существ даже наших ближайших сородичей - немагов. И по-хорошему, вынужденные мириться с ними только из-за истинных артефактов и нашей общей невысокой численности. Не будь этих проблем, и обычные люди были бы уже давным-давно истреблены. Просто в силу наших различий в психологии.

Так что мой собеседник меня не пугал. Даже более того, я поймал себя на мысли, что вновь раздражаюсь из-за чужого неуважения. Столько учился, горбатился, планировал и совершал, а теперь какой-то баронишка смеет ставить под угрозу мою безопасность. Косвенно, конечно, да и хозяева учителя уже не смогут нормально достать меня в этих землях, но всё же! Я слишком много боялся за свою жизнь, чтобы теперь спускать такое кому бы то ни было...

Видимо, уловив что-то в моём взгляде и голосе, мужчина едва заметно подобрался и примирительно поднял руки.

- Прошу прощения, если задел вас, - суровое лицо, испещрённое сеточкой тонких белёсых шрамов, исказилось в слабой, но доброй улыбке. Благодаря чему неожиданно приобрело довольно приятный вид. - Вы о том наверняка не знаете, но подобного рода рассказ - это одна из традиций благородных воинов из южных земель Междуречья. Там просто слишком опасно, чтобы оставлять недосказанности между людьми, что собираются биться плечом к плечу.

- Наёмники тоже практикуют подобное? - спрашиваю, внутренне заметно успокаиваясь. Не до конца, конечно - полученные сведения я обязательно проверю. Но пока всё выглядит... правдоподобно?

- Южане - безусловно, - серьёзно отвечает мой собеседник. - Даже в столь неоднозначном деле, как продажа клинков, традиции должны оставаться неизменными. Кем мы станем, не соблюдая заветы предков?

Вопрос был явно риторическим и ответа не требовал. А потому я решил перейти к интересующей меня теме.

- Что же, в таком случае прошу прощения за свою вспыльчивость... - что же, рисковать - так рисковать. Хуже уже не будет. В том смысле, что ничего кардинально нового мой собеседник всё равно не узнает, а расставить точки необходимо. - Как вы уже верно отметили, в некоторой степени я действительно являюсь беглецом. И магом. А посему, раз уж на родине стал никому не нужен, а идти на поклон к чужакам не желаю категорически, то переселение в земли Первой республики показалось мне довольно удачной затеей. Но теперь, прибыв сюда, я нахожусь... на распутье.

- Куда идти и что делать, верно? - расслабившись, понятливо кивнул мой собеседник. - А ко мне обратились, поскольку услышали о молве, что гуляет то здесь, то там.

- Совершенно верно, - киваю. - Вас описывают, как человека чести. В достаточной мере справедливого, прагматичного и не слишком амбициозного. А ваша опытность и высокое происхождение показались мне достаточными для подобного рода консультации.

- Консультация... - он рефлекторным движением почесал большой шрам под левым глазом, устремив взгляд куда-то в пространство за окном. - Необычная работёнка, но за такие деньги - почему бы и нет. Хотите узнать побольше о тайных погребах нашей развесёлой кодлы? Пожалуйста! Конечно, ничего слишком уж секретного я не поведаю, но позиции опишу...

И меня начали наставлять. Прямо вот так, с ходу. И к моей удаче, наши плодотворные деловые отношения не ограничились одним лишь разговором...

Глава 15 - Всё идёт не по плану

В Ванонии я пробыл всего неделю, но уезжал из этого бледного подобия Аквентариса с чувством искреннего облегчения. И причины на то были. Но обо всём по порядку.

Первый полный день моего пребывания здесь начался с давнишнего разговора в респектабельной таверне. В принципе, можно было не тянуть и познакомится с бароном ещё раньше, в день моего прибытия. Однако я решил перестраховаться кубиком. На всякий случай. Ведь если бы сей капитан оказался наёмником в худшем значении этого слова, то о будущих неприятностях меня бы обязательно предупредили. Правда же?

- Ты бы меня предупредил, чуть что? - интересуюсь, глядя на истинный артефакт, расположившийся на столе.

Но он остался безучастен к моим вопросам. Как и всегда. Кажется, я начинаю сходить с ума...

К тому же следует помнить и о самосбывающихся пророчествах. А также о крайней избирательности куба. Ведь он, как выяснилось на практике, показывает лишь самое важное событие за день грядущий. Вот только каким образом артефакт определяет степень этой самой "важности"? В каких рамках? Для кого конкретно? Словом, вопросов много, и ответы на них если и будут найдены, то наверняка вызовут ещё больше загадок.

Возвращаясь к событиям, со мною приключившимся, знакомством с капитаном Пепельного сердца я был совершенно доволен. Расспросы знатоков подтвердили его честность и порядочность, а ещё одна встреча, состоявшаяся через день, позволила существо сократить собственный фронт работ. И определить в первом приближении места, где имел все шансы устроиться как минимум неплохо. Так что в целом всё получилось хорошо...

Однако на этом положительные события и закончились. После белой полосы ведь всегда должна следовать чёрная, верно?

Собственно, в последующие дни я пытался разжиться припасами и деталями, в силу незнания недополученными у мистера Лэнса. Однако меня срисовали. Уж не знаю кто, как и почему... А у трупов уже и не спросишь, верно? Нет, будь я хорошим некромантом-духовидцем - способы бы обязательно нашлись, но увы. Совершенно не тот профиль. Так что... Дело ясное, что дело тёмное.

А началось всё с наглейшего нападения на таверну, в которой я остановился. Утром, где-то между семью и восемью часами утра, когда я всё ещё отдыхал после разговора, закончившегося глубоко за полночь. Деталей было много, все сведения - важные и нужные. А тут нападение, да при полной поддержке хозяина заведения... но отнюдь не других постояльцев, искренне испугавшихся за свои бренные оболочки. Понятное дело, кубик не успел предупредить меня, и о наличии некой проблемы я был уже извещён посредством звуков активного сражения на первом этаже. В дальнейшем же любые метания оказалось бессмысленны. Столь же бессмысленными оказались и прочие явления, что сопровождали меня в то утро: и кубик, и сопротивление на первом этаже, и даже несколько господ со взведёнными ручными арбалетами в холле. Потому что на тропу войны прямиком из тёплой постельки встал невыспавшийся, а посему очень и очень злой маг почти боевой направленности. А таких, как известно, нужно давить либо сразу, либо измором. Естественно, если первое у врагов не удалось, причём провал подобных мероприятий был обеспечен мною в любом случае, то на второе они даже не рассчитывали. Право слово, ну на что вообще способны неполные два десятка головорезов в тесном, каменном помещении? Особенно, если сохранность последнего ввиду открывшихся фактов мною уже не планировалось?..

Единственное, с чем возникла сложность, так это с выходом из пылающего здания. Холл и трактир на первом этаже, хозяйские комнаты, лестницы и коридоры - всё оказалось залито моим жидким огнём, прекрасно показавшим себя в узости каменных помещений. Где-то там вопили или хрипели умирающие и задыхающиеся... А я стоял и мучительно решал, каким именно образом стоит спуститься со второго этажа, да по внешней стене здания за неимением прочих путей. Так-то, конечно, и просто спрыгнуть можно было, да только кто гарантирует, что где-нибудь поблизости не засели отряды контроля? Подставляться под такие своим неуклюжим падением с риском повреждения конечностей - сущая глупость. Так что требовалось импровизировать.

Поэтому, дабы не искушать возможных снайперов мелькающим в окне моей комнаты силуэтом, я отправился на небольшую прогулку по этажу. Аккуратную, относительно неспешную и предельно опасную для окружающих. Вот так ходил и проверял окна доступных комнат, с целью найти места для более удобного спуска. И отобрать из них не самые очевидные для врагов.

Что-то я расслабился тогда... Покинул Финаритию и перестал планировать пути для бегства. Нехорошо. Такими темпами могло и фатально не повезти.

Впрочем, несмотря на события последних минут, изредка встречающихся людей я предпочитал не трогать... Конечно, если оные вели себя тихо и не мешали моему плану. Но бывало всякое, увы. То очередная открытая дверь явит за собой агрессивно настроенных личностей с кинжалами, что не замедлят броситься на опасного ребёнка. И закономерно получат фатальный залп ледяных игл. То очередной воитель, что-то позабывший в этой таверне, попытается со спины приложить чем-нибудь увесистым. Но замедленный магией ветра промахнётся, чтобы спустя несколько мгновений возопить от обжигающих языков жидкого пламени. Юноши и старики, мужчины и женщины - люди постоянно чего-то хотели от меня. Ответов или оправданий, раскаяния или спасения. Признаться, за те минуты я устал больше, чем за иные недели в монархии. Там меня хотя бы никто почём зря не дёргал, свято чтя негласные общественный договор с чужестранцами.

Но наконец подходящее место было найдено. Окно выходило на узкую короткую улочку между соседними зданиями, после чего скрывалось в ещё более узких переплетениях дворов. Конечно, не самое лучшее место, ведь город я практически не знал. Что также можно вменить мне виною. Однако не на тенты же магазинные спрыгивать, верно? Мало того, что наиболее ожидаемый маршрут, так ещё и защита из ткани никакая. Пару арбалетных болтов - и я уже никуда не убегу.

Так что я ещё раз наколдовал уменьшение шума, открыл ставни, осмотрелся и стремительно вылез наружу. Упал, тихо матерясь от боли в ногах. Но молодое тело, усиленное алхимией и магией химерологов стойко пережило надругательства... А вот болт, чиркнувший по противоположной стене показал, что почивать на лаврах не следует. Иначе в следующий раз спать придётся уже на том свете.

Но какие же упорные ублюдки! Явно ведь к противостоянию с магом не готовились, но всё равно не сбежали! Хотя дом-то, вон, горит уже. То ли выживших пощипать решили, то ли взялся действительно кто-то серьёзный. Ну, серьёзный лишь в рамках города, естественно. Иначе прислали бы кого-нибудь получше.

Так или иначе, но я побежал, напоследок перекрыв часть улочки, выходящую на фронтальную улицу, новой порцией жидкого огня. И тем самым заблокировал преследование с той стороны. А потом двигался, двигался, двигался...

Сбежал, как ни странно. Хотя потом ещё пару дней не утихали волнения в городе. Мне, впрочем, до них не было никакого дела. Ведь сбежав от одних, я вынужден был попасть в гости к совершенно другим. К моим здешним коллегам по искусству. К чародеям. Которые, как ни странно, сумели отследить применение чужой магии.

***

- Молодой человек, - спокойный старческий голос пронёсся по небольшой площади перед воротами, где я ненадолго остановился для отдыха перед новым рывком. Собирался продолжить свой побег, чего уж тут. Однако, судя по силе воздушного заклинания, не судьба.

Аккуратно довернул левее одной лишь головой и скосил взгляд из-под ткани капюшона, в надежде на то, что ищут всё же не меня. В таком случае, понятное дело, привлекать внимание не следует. Однако встречный пристальный взгляд предводителя группы из пяти разряженных в цветастые мантии личностей окончательно разрушил мои надежды. Что-то около конца первого ранга, судя по колебаниям Ветров. То есть примерно на уровне моего почившего учителя. И тоже седовласый старик с хмурым, злым лицом. Ирония...

Но я больше не хотел бояться. А потому демонстративно спокойно развернулся уже полностью, лёгким движением отбрасывая капюшон облачения.

- Прибыли закончить начатое теми жадными людишками? - говорю, а сам вспоминаю лишь недавно проведённый полевой допрос одного из напавших. Многого исполнителям, конечно, знать не положено, но контингент там в целом не слишком дружит с конспирацией. Криминальный клан - это люди, связанные практически семейными узами. И низводить даже рядовых членов в ранг безмолвных инструментов там не принято и попросту опасно.

- До выяснения всех обстоятельств и вынесения справедливого приговора вы, молодой человек, будете находиться под нашим присмотром.

Ни просьба, ни требование, а лишь сухая констатация некого факта. Просто великолепное высокомерие! Ещё и на публику играет, чёртов старикашка. Ну, ничего. Я всё запомню. А лучше - запишу.

***

Естественно, я сдался! Не дурак же, с пятёркой магов выше меня рангом сражаться. Нет, конечно можно было попытаться отыграть карту мясных щитов. Всё же людей на площади было немало. Однако, во-первых, никакой уверенности в благоразумии оппонентов у меня не было и быть не могло. Всё же маги - народ специфический. Да и эпоха как бы не располагает к гуманизму, хотя кое-какие его черты уже видны невооружённым глазом. И всё это приводит ко второму панкту - диалог после пролития крови если бы и продолжился, то в крайне неприятных для меня чертах. И условиях неприятных, понятное дело. Так что я решил не накаливать обстановку... Но и не сдаваться просто так. Всё же маг как-никак, не на помойке себя нашёл.

Ведь любой маг приравнивается к аристократии по умолчанию. И то, за что обычного мещанина с пытками прикончат на дыбе или позорном столбе, любого аристократа или к ним приравненного разве что пожурят. И то не факт. Ведь всегда нужно помнить, что на месте уважаемого человека завтра можешь оказаться и ты сам.

С другой стороны, изрядной ложкой дёгтя выступал мой подвешенный дипломатический статус. По-хорошему, я продолжал числиться в ассоциированных членах Совета Высоких Искусств - надгильдейского органа самоуправления магов Финаритии. Правда, оставался там уже немножечко так посмертно и без учителя, являвшегося гарантом моей позиции в качестве опекуна. И развивайся ситуация в монархии, столь влиятельная организация обязательно захапала бы себе "обездоленную сиротинушку", желательно со всем сопутствующим скарбом в придачу. И никто бы даже пикнуть не успел по сему поводу. Однако... Сейчас я был сам по себе, без всякого опекуна, а значит - взрослый по умолчанию. Ведь никого иного на должность юридического родителя мне так и не назначили. И не назначат, поскольку в Междуречье действует "Пакт о невмешательстве", прямо запрещающий такого рода решения...

Словом, я как бы и не был никогда взрослым в силу возраста и незаконченного обучения, но как бы и являюсь уже таковым, поскольку никто, кроме разве что моего почившего учителя, не имел право назначать мне новых опекунов. Почему? Так ни в гильдиях, ни в кланах либо родах, ни даже на службе какого-нибудь государства я никогда не состоял и не состою. Совет Высоких Искусств не в счёт, так как из него я вышел со смертью опекуна, заочно внёсшего меня туда когда-то вместе со всеми сопутствующими данными. Так что теперь надо мною буквально не властен никто, кроме меня самого. Свободен!

Но самое смешное даже не в этой правовой коллизии, отнюдь. Дело в том, что местная крошечная гильдия практически ничего обо мне не знала, и узнать не могла в принципе. Мешали как международные договора, так и мнение их коллег со всех земель Вольницы. Да и авторитета организации на десяток-другой человек явно не доставало. Так что им ничего не оставалось, кроме как верить мне на слово... Или придумывать, но уже без всяких доказательств. И это только с одно стороны! С другой же было то, что в черте города бандитами было совершенно дерзкое нападение на аристократа, а чародеи этот момент знатно пролюбили прямо у всех на глазах. И ладно бы только это, ведь не обязаны же они выполнять полицейские функции. Однако уже после всего произошедшего чародеи сели в лужу повторно, посреди улицы схватив пострадавшего ребёнка! И плевать всем, что делалось всё по негласным правилам и предельно нейтрально, можно даже сказать - с высоким профессионализмом. Главное - та версия событий, о которой в Ванонии знали уже едва ли не уборщики клозетов (уборных).

Ну, не зря же я столь громко и жалобно торговался на площади, верно? Люди, стоило им осознать происходящее, не преминули освидетельствовать столь интригующее событие. И уж не знаю, какова была репутация у того старикашки до всей этой истории, но сейчас "невинно задетого ребёнка, пусть и мага" ему никто прощать не собирался. И не столько даже из мифического человеколюбия, сколько из опасения за собственные жизни и судьбы. Ведь такое нападение, да с такими последствиями... Репутация для торгового города - и хлеб, и масло, и нож для приготовления бутерброда. А кто же поедет теперь в Ванонию, если на честных путников среди бела дня нападать изволят?

Впрочем, думаю, не обошлось и без недоброжелателей крошечной гильдии. В городе таковых было не то чтобы много, однако распустить нужные слухи их бы хватило с лихвой.

Естественно, обо всех разыгравшихся событиях я мог лишь догадываться. Ну и кое-что из слуг вытягивать, ко мне приставленных. Поскольку подслушивать привычным мне образом, увы, не вышло - кто-то шибко умный зачаровал едва ли не всю комнату моего вынужденного проживания, создав этакую герметичную зону. Да так добротно всё сделал, что прорваться теперь отсюда я не мог даже при всём желании. Либо пупок надорву, либо погибну раньше в закрытом-то помещении. Да и с Ветрами здесь имеются некоторые проблемы. Будто бы кто-то их регулярно опустошает...

***

Дверь гостиной отворилась, впуская совершенно измученного старого мага. Гладко выбритое лицо и макушка выдавали в нём часто практикующего алхимика, а предельно лаконичный серебряный посох с золотой оправой для кристаллов - либо действительного сильного чародея, либо главу заштатной, но всё же довольно богатой гильдии. В нашем случае правдой был именно последний вариант.

Чуть пройдясь по заставленной мебелью большой комнате, он наконец добрался до своего любимого кресла напротив камина и рухнул в него с чувством хорошо выполненного долга. Толика счастья и спокойствия, столь редкая в гостях ответственного за богатейший порт Вольницы. Но даже здесь, в родных стенах, отдых не мог длиться долго.

- Куда ходил?

Старик вздрогнул, а лицо его вновь приняло довольно злобное выражение. Впрочем, на самом деле то было больше удобной маской, отпугивающей многочисленные толпы просителей, чем истинной чертою характера.

- Ниви, ты когда-нибудь загонишь своего любимого дедушку в могилу, - покачал он головой, как бы в подтверждении сказанного и грусти по этому поводу.

- Деда, не ври! - восьмилетняя блондинистая малютка уверенно топнула ножкой, после чего тут же полезла на колени родственника. - Я знаю, что ты всегда рад меня видеть! Но не делаешь этого в последние дни... Мне интересно, почему!

- Ну... - глава гильдии ещё несколько мгновений обдумывал целесообразность рассказа, однако... Он уже много лет не мог отказать праправнучке в чём-то, кроме разве что действительно важных вещей. Произошедшие же за эти дни события он таковыми не считал. - Ладно, малышка, признаю - действительно нехорошо поступил. И вину свою заглажу.

- Ура, истории! - белокурая очаровашка мягко улыбнулась своему последнему родичу и позволила погладить себя по голове, прекрасно понимая оказываемый всем этим эффект. Ведь она не была глупой, да и ребёнком уже тоже - произошедшие три года назад события заставили бы повзрослеть любого, не то что маленькую магиню. Просто дедушке (прапрадедушке, но это не важно) всегда спокойнее, когда она играет перед ним роль ребёнка. Будто бы и не было той резни, а благородный дом всё ещё силён, крепок и многочислен.

Что же до всей этой истории... Да плевать ей, если честно. Не касайся всё это непосредственно дедушки, она бы и не заинтересовалась каким-то там мальчиком, пусть и магом. Как, впрочем, не интересовалась она и всеми остальными людьми. Психологические травмы сказывались. Да и возраст ещё не тот, совсем не тот...

***

На второй день заточения произошло ещё одно интересное событие. Ну, за исключением нескольких попыток допросов, парочки невнятных диагностик и встречи с некими типами, что окольными путями склоняли меня совершенно непонятно на что. Всё это как-то вылетело из головы за время одного продолжительного, интересного и довольно увлекательного разговора... с маленькой девочкой!

К счастью, моя репродуктивная система всё ещё едва ли работает, так что заподозрить вашего покорного слугу в страшном не получилось бы при всём желании. Сейчас я и со взрослыми-то тётями не смогу, не то что с малолетней пигалицей. Так что и на внешние данные собеседницы внимание мною если и обращалось, то исключительно в эстетическом аспекте.

Нет, ну а что? Все чародеи красивы, причём даже в преклонном возрасте. Пресловутая магия, чтоб её. Всё же все мы - те ещё мутанты, чьи изменения зачастую были направленны на увеличение шансов нашего же выживания. А красивого юношу или девушку, как известно, щадят значительно чаще и охотнее, нежели куда как менее привлекательных индивидов. Да и коллеги мои, которые химерологи, тоже не сидели без дела, поколения за поколениями оптимизируя генетику родовитых сородичей как только то было возможно. Но даже зная всё это, смотреть на истинного зеленоглазого блондинистого ангелочка было... приятно.

Или наоборот? Возможно, я испытывал удовольствие от лицезрения хорошо отшлифованной заготовки? Так теперь и не скажешь.

Однако вот уже сам разговор запомнился мне куда лучше прочего. Как сама история, так и ужимки собеседницы. И если сперва я смотрел на ребёнка, как выяснилось - пробравшегося ко мне вопреки правилам и вниманию наблюдателей, с явным скепсисом и толикой нервозности, всё же дитя магического рода - существо довольно ценное и мало ли что, то вот потом... Потом внезапно осознал, что сидящая напротив восьмилетняя пигалица просто-напросто играет со мной. И что ещё более удивительно, напропалую лжёт. Пока ещё не слишком качественно, однако, уж поверьте довольно опытному человеку, некий талант в столь нечестивом занятии у неё имелся, и не малый. В восемь, блин, лет!

- Кроха, - прерываю очередной поток её весёлого щебетания и внимательно вглядываюсь в огромные для детского личика изумрудные глазищи, - не знаю, зачем ты пришла, но вынужден предупредить в первый и последний раз. Я ненавижу, когда мне лгут или пытаются манипулировать. Поэтому прошу, если ничего кроме всех этих сказок у тебя нет, то покинь эту комнату и не возвращайся. Я слишком устал от лжецов.

В ответ мелочь хмурилась. Куксилась. Рычала. Даже поплакать попробовала под моим скептичным взглядом. Однако всё же не ушла, решив поговорить чуть более откровенно. Точнее, ну как "чуть более"... Она пыталась в тонкую игру, честно. Причём очень даже неплохо пыталась. И будь перед ней обыкновенный двенадцатилетний паренёк - шансов у представителя мужского пола не было бы никаких. Однако, увы и ах, взрослый мужчина с довольно отвратным опытом межличностных взаимоотношений видеть мог куда как глубже старательно наводимой мишуры. И был способен сопоставлять факты, недомолвки и случайно выболтанные детали.

Картина вырисовывалась... Такая себе, прямо скажем.

Был в одной большой северной стране не слишком богатый, но сильный и многочисленный род боевых магов. Жили не то чтобы на самых границах с извечно недружелюбными соседями, но земель там имели изрядно. Плюс кое-какие связи в малых странах. Словом - не высшая аристократия, конечно, но как раз таки те, кто дышит им в затылок.

Однако, как это бывает в нашей суровой реальности, счастье (в сравнении, конечно) не могло длиться вечно. И проигравших какую-то там очередную политическую борьбу графьёв, а в роду таких было несколько, пустили под длинный нож. Почти всех пустили. А если бы не вмешательство "дедушки", настоящего боевого ветерана двухсотлетней выдержки, то в безымянную могилку отправилась бы и моя крохотная собеседница. Большего о той истории, собственно, она и не знала.

И не сказать, чтобы сколь-либо особенная история. Уверен, таких и здесь, и на Земле можно найти многие сотни тысяч, если не миллионов. Можно даже больше сказать - нечто подобное уже стало классикой нашей жизни. К тому же жизненные обстоятельства уже успели изрядно притупить моё родное сопереживание. Однако... Ребёнка всё равно было жаль. И это чувство хотелось хоть как-то выразить. Тем более, в чём-то наши истории были даже похожи.

- Я уже отомстил своему обидчику... - говорю, невольно щурясь от прокатившейся фантомной волны некоего облегчения. - И если ты постараешься, то тоже сможешь. Мы ведь маги. Даже люди когда-то не сумели остановить нас, вынужденные терпеть рядом с собою живые воплощения катаклизмов.

А мелочь, что до этого опасливо поглядывала на меня, видимо, осознав о сколь многом умудрилась проболтаться, замерла в нерешительности. Подумала о чём-то своём. Ещё раз внимательным взглядом прошлась по моему серьёзному лицу. И впервые на моей памяти искренне улыбнулась.

- Я отомщу им всем! - страшные слова странно сочетались с улыбкой на милом детском личике. - А ты мне поможешь?

Это даже на попытку манипуляции не было похоже. Никаких по-детски заискивающих ноток, нет и гримас на лице. Простой рабочий вопрос к человеку, что уже успел выполнить похожее задание. Хотелось, очень хотелось отказаться, однако... Однако кубик, этот чёртов проклятый кусок материи, уже успел предупредить меня об этом разговоре. Зачем? Не брать же кроху в заложники, верно? Так что... Да и чисто по-человечески хотелось помочь, чего уж тут. Но не запросто так, конечно же.

- Если ты найдёшь, чем оплатить мою помощь - конечно, - киваю уверенно, как и должно при выдаче обещания. Формулировка, конечно, смазанная, и вертеть я ею могу как угодно, но если к моменту востребования буду готов к подобному, то обязательно помогу. Хотя бы ради оправданного грабежа мощны иностранных аристократов.

А вот девчушка в ответ повела себя необычно. Прищурилась, наклонила голову и как-то странно глянула на меня. Видимо это должно было что-то значить. Но я в душе не подозревал, что именно. Не родовитый аристократ ведь, а простой мирный химеролог, тихонько починяющий монстров.

Однако развития этот момент не получил. Будто бы спохватившись, малышка прощебетала что-то о наверняка нервничающем деде, и стремительно упорхнула за дверь. Завершив таким образом разговор на некой странной, непонятной мне ноте. Что уже само по себе нервировало. Но стоило мне ещё раз обдумать всё произошедшее, как мучительно захотелось встревоженно схватится за сердце. Потому что вот теперь, постфактум, я не понимал ровным счётом ничего. Почему не выгнал её взашей сразу? Почему продолжал диалог? Зачем вывел на рассказ об истории жизни? И какого чёрта всё это сложилось таким вот странным образом? Нет, понятное дело планировалось всё иначе. Совсем иначе. Собственно говоря, мне нужны были какие-нибудь сведения, способные сыграть в случае обострения ситуации. Шантаж - не шантаж, а неприятные намёки - вполне возможно. Но поезд диалога совершенно незаметно сошёл с рельс намеченного пути, укатив прямиком в неизвестность...

А на следующий день и меня выпустили. Извинившись, да выплатив виру за причинённые неприятности. Зажлобили, конечно, и выдали какие-то сущие копейки. Но и то - хлеб. Да и в столь гостеприимном городе я более не собирался задерживаться...

...Но ещё успел заметить, как в окне на третьем этаже особняка мне прощально машет маленькая ладошка. Не удержавшись, и я помахал ей в ответ. Всё же, может быть мы когда-нибудь ещё свидимся...

***

- Ты сам в это влез, мой чемпион, - весело улыбаясь маской, певуче произнёс Актёр. - Сам же будешь отвечать за все последствия. Причём действительно за все, в том числе и те, о которых ты пока только подозреваешь.

Глава 16 - Первые аккорды

- И что же, они сами напали, огребли, а теперь начнут из-за этого мстить мне? - в моём голосе звучало ничем не прикрытое возмущение. Это же надо, какие наглые ублюдки!

- Верно, - с понимающей улыбкой кивнул Лэнс, согласившийся встретится со мною в небольшом поселении за пределами города. Так рисковать - не совсем типично для опытного капитана наёмников, однако некоторый кредит доверия я уже успел заработать.

- Может быть отстанут, если не буду попадаться на глаза?

- Теперь это вопрос репутации, увы, - пожимает плечами мой собеседник. - У местных руки, конечно, коротки. Но не настолько, чтобы отпускать тебя в пределах Ванонии и окрестностей.

- А не бояться? - с сомнением склоняю голову на бок. - В смысле, я ведь маг, который зачистил практически весь отряд, отправленный в ту таверну. Неужели связанные с криминалом личности не понимают все уязвимости своего текущего положения?

Вместо ответа, барон с некоторым удивлением воззрился на меня. Однако уже спустя несколько мгновений задумчиво кивнул мыслям, после чего решил объяснить свою реакцию:

- Мало кому известен виновник разгрома, приключившегося в тот день. К примеру, я сам хоть и знал о вашем даре, однако всё же не стал сопоставлять факты. Они, думаю, осведомлены о случившимся ещё меньше.

Тогда... Видимо, придётся всё же валить отсюда окончательно. Печально. Ведь крупнейший торговый порт региона - это хорошая позиция для сбора информации, как не крути. А потому необходимость покинуть город меня откровенно раздражала. Слишком рано. Слишком глупо. И что самое противное - по вине кучки каких-то жалких наглецов, возомнивших о себе невесть что. Однако... Однако уходить всё же придётся, как это не печально признавать. Воевать со столь крупной разветвлённой организацией, а один из малых торговых домов прекрасно подходит под это определение, - то же самое, что пытаться занять всю территорию крупного тропического государства одной танковой дивизией. На короткой дистанции ты сильнее всех, и с лёгкостью возьмёшь абсолютно любой город. Или очередную базу-схрон, применительно к нашей ситуации. Однако при игре в долгую, меня банально "сточат", не давая отдыха и обрывая поставки припасов. Воевать с подобным способно лишь что-то близкое по возможностям, то есть другая достаточно крупная организация. И пусть таковые имеются в Ванонии, и многие из них даже не будут против помочь одинокому магу, однако за сим обязательно последует необходимость оплаты чужих трудов. Причём, увы, уж точно не деньгами.

Словом, пошёл ка этот город в... Отхожие ямы, в общем. Честное слово, не хочу сейчас разбираться с этими идиотами. Но инцидент запомню обязательно...

- Ладно, - решительно встаю из-за мебели, звонко хлопнув по столешнице раскрытыми ладонями. - Спасибо вам, господин Лэнс, за консультацию. Как всегда, вы мне очень помогли.

- Удачи вам, юноша, - мягко улыбается мой собеседник, в рефлекторном движении почёсывая крупный шрам на щеке под глазом. - Вы оказались удивительно приятным клиентом, так что впредь для подобных услуг, думаю, будет справедливо установить вам существенную скидку.

- То есть, вы приглашаете звать вас в гости? - ухмыляюсь с лёгкой ехидцей во взгляде.

- Верно, - отзеркаливает мой оскал барон. - Личность, что вполне способна, но всё же не стремится перерезать тебе глотку при первой удобной возможности, довольно ценна в этих землях.

- Учту...

***

- Десять серебряных да коня оставь, и можешь проходить, - с наглой улыбочкой выдаёт самый крупный среди "солдатиков", что расположились в "заставе синего благородия". Это они видимо графа ра Вадранта имели в виду, ага. Вот только окрест совсем не его земли... Но встреча эта как бы намекает, что мне придётся ускориться. Будет печально, если я не успею сыграть свою роль в этой пьесе.

- И железню всякую, если сыщется! - решительно поддакнул ему как раз выбравшийся из кустов тощий типчик с копьём.

Визуально - бандиты бандитами, типичнейшие представители слегка окрутевшего мещанства с примесью крестьян. Для Вольницы - контингент не просто привычный, но можно даже сказать эталонный! Иные ближе к горам и не выживают зачастую. Слишком уж с землёй тут всё плохо. Причём как с количеством оной, так и с качеством. Однако, несмотря на все предпосылки, приходилось учитывать, что передо мною действительно могут быть представили регулярных воинских формирований сопредельных государств. Поскольку, опять же, конкретно в здешних нищенствующих землях похожими на бандитов регулярами являются едва ли не все. Поголовно.

- До Высокой крипты ещё долог путь?

Вот сейчас и проверил, чьи передо мною тушки. Поймут намёк, а смотрящий на тебя словно на кусок мяса ребёнок даже в здешних землях - это целое "намёчище", значит выживут. Проигнорируют - окончат свой путь в канаве. Всё просто.

Ну или хотя бы на название города отреагируют, да пропустят. Тоже, если вдуматься, то ещё "намёчище".

Чёрт, а ведь по меркам средних веков Земли - я ещё очень доброй тварюшкой буду. Там за подобные наезды на аристократа можно было и чего поинтереснее отхватить. Причём сразу же, без дальнейших разговоров. И никого бы не волновало, как именно на тот момент выглядела оскорблённая персона. Правда, ровно с той же вероятностью сиволапые крестьяне могли и какого-нибудь королька прирезать, ничего за это не получив в отместку. Словом, интересные времена были, да...

Возвращаясь к нашим бараном, мозг в сплошной кости черепа кое у кого всё же начал прорезаться.

- Ты что же это, - наглая улыбочка у лидера по размеру пропала, сменившись гримасой видимого умственного напряжения, - благородие не уважаешь?

И наезд бы обязательно продолжился, однако тут к главному подскочил субтильный, но крайне резвый тип с копьём. И о чём-то зашептал амбалу на ушко... Да что тут думать, и без заклинаний понятно всё - у кого-то из здешней группы должны были быть мозги, пусть даже не в офицерском звании. Тем более, народ здесь живёт достаточно опытный, чтобы уметь прислушиваться к чужим словам. Совсем уж ограниченных, думаю, уже давным-давно поглотила вечно голодная Вольница.

- Кладбище в двух дневных переходах дальше по дороге, - закончив импровизированное совещание, выступил чуть вперёд товарища худой индивид. - Только на половине пути там сейчас... Тёмные земли.

- Благодарю за сведения, - едва заметно киваю понятливому индивиду, отработанным неуловимым движением вытаскивая из инвентаря местную крупную серебряную монету. Для меня - копейки, а наличие разума должно вознаграждаться.

Короткий полёт металлического кругляшка, и уважительный поклон неформального лидера, за которым вскоре повторяют все его соратники. Я же говорю - умные люди, пусть и донельзя ограниченные внешними условиями. Другие тут просто не выживают.

- Удачной службы, - говорю на прощание, уже проезжая мимо людей на своей кляче. В ответ "солдатики" предпочли промолчать.

***

Шесть дней пути, неудобная полудохлая крестьянская лошадка, за которой приходилось ухаживать лично, опасное окружение и бесконечная череда нервных событий - всё это и ещё щепотку всякой мелочи пришлось пройти мне, чтобы прибыть в Высокую крипту - наверное, одно из самых прославленных мест всей Вольницы. Но обо всём, как водится, по порядку.

Во-первых, побег из города Ванонии и одноимённого государства в придачу. Как ни странно, получилось это достаточно легко и просто - уж не знаю, отправили ли за мною вообще погоню, но ни слухов, ни следов подобного по пути я так и не обнаружил. Так сказать, не пересеклись тропы наших жизней. О причинах теперь можно лишь догадываться... Даже не знаю, что прозвучит лучше: "меня испугались и решили не рисковать", или всё же "я, то есть ребёнок, незамеченным растворился на просторах Вольницы". Так или иначе, но проблем не возникло. И слава всем известным богам за это.

Далее, уже на границе пришлось решать, куда и каким образом двигаться дальше. Что было... несколько затруднительно, скажем так. Снова. И если раньше мне было банально некуда идти, поскольку в этом мире одного малолетнего ученика химеролога с распростертыми объятьями ждали лишь в застенках пыточных Финаритии, то теперь, казалось, вмешательства подающего надежды мага ожидали буквально повсюду. Может быть не так явно, как мне бы того хотелось, может быть - ещё даже не ведая о своей нужде, но возможностей всё же было действительно очень и очень много. Собственно, как я и предполагал ещё в начале своего пути - Междуречье пестрело целыми клубками застарелых и новоявленных проблем. Нужно было просто знать, куда и как смотреть.

Не удивительно, что маги здесь так ценились. Везде и во все времена любили тех, кто решал чужие проблемы. Одна беда - платить не хотели, хоть тресни!

Однако, как бы мне тогда не хотелось потратить пару десятилетий на сбор сливок с этой дойной коровки, время - штука конечная, как ни крути. К тому же эффект внезапности, уже частично порушенный событиями в Ванонии, требовалось срочно реализовывать хоть с каким-то прибытком. А то потом, когда все игроки получат сведения о новеньком чародее, влезть в местные расклады станет многократно сложнее. Однако, конечно, это всё же будет возможно, в отличие от аналогичных условий в крупных странах. Просто потому, что, как ни крути, а достаточной силы рычаги влияния на меня, любимого местным будет получить гораздо труднее, чем в условиях крепкого обширного репрессивного аппарата крупного государства.

Но пока-то сопротивления вообще не предвидится! И этим требовалось воспользоваться. Поэтому, собственно, я и выбрал для своего дебюта самое интересное место всех "Внутренних земель" Вольницы - Высокую крипту. Город, построенный на месте развалин древней академии, причём изучавшей и магию среди прочего, к тому же расположившийся недалеко от развалин двух (!) древних столиц Первой республики... Нужно ли упоминать, что мародёры составляли значительную часть здешнего населения? И не удивительно, в общем-то, ведь древние ценности в этих землях находили регулярно до сих пор. И столь же регулярно продавали за чудовищные суммы аристократам и магам со всех человеческих земель. Продавали, впрочем, зачастую уже совсем не те личности, что к беде своей умудрялись найти столь дорогостоящий товар... Да и проблемы обнаруживались такими людьми куда как чаще, нежели чем достойная добыча... Но кого это хоть раз останавливало, право слово? Ярчайший пример так называемой "ошибки выжившего" - у всех на слуху оставались лишь единичные истории успехов, тогда как десятки тысяч сгинувших без следа интересовали немногих.

Кстати, будь у меня иная ситуация, я бы наверное тоже был бы не прочь попытать здесь удачу. Правда, конечно, не в роли искателя. Поскольку, как показывает практика, больше всего на золотых жилах навариваются отнюдь не старатели... Да и сама возможность перепродать всякую мелочь с наценкой в десятки тысяч процентов благодаря "не выдуманной истории о сидушке унитаза самого древнего архимага" как пробивала на искреннее веселье, так и заставляла крепко задуматься о возможностях "тёмного" средневековья.

Но к счастью или к худу, дел мне хватало и без финансовых схем в духе великого комбинатора. Деньги - глубоко третичны в мире, где безраздельно царствует сила...

Помниться, именно с такими мыслями я и въехал в те самые "тёмные земли", о которых соблаговолили предупредить давнишние "солдатики". Как стало понятно впоследствии - на этот раз местным повезло, и вместо появления очередного филиала кого-нибудь языческого Ада, людей посетил простой магический выброс. Могло быть гораздо, гораздо хуже... Даже несмотря на то, что в ближайшие пару недель окрестные сёла буду переживать небольшой "рассвет мертвецов".

Нет, ну правда, что такое природноподнятая нежить, да ещё и в условиях Вольницы? Слабые, склизкие, походя разваливающиеся трупики, сами по себе совершенно индифферентные к живым существам. Нет, конечно, агрессия вполне возможна и даже вероятна, в конце концов и без того повреждённые мозги на что-то большее, нежели чем банальные инстинкты, не способны совершенно. Однако... Сколько видов живых существ вообще склоны к агрессии, так сказать, по умолчанию? На самом деле - единицы. Даже хищники, будь они не ладны, в виде нежити проявляют удивительное миролюбие. Так что без хоть какого-нибудь поводыря, знающего нужные заклинания, даже толпа свежих зомби с кладбищ не будет представлять особой опасности для средней деревни. Не говоря уже о том, что у местных вы не найдёте знаменитых на Земле насыпей с камнями или крестами. Потому что трупы здесь сжигают.

Нет, ну а что? Такие традиции, причём религии это дело полностью поддерживают.

Другое дело, что в тёмных землях подобного типа основную угрозу всегда представляла отнюдь не единичные природноподнятые неудачники. А люди. Собственно, как это всегда и бывает. Ведь в деревнях, затронутых губительными Ветрами смерти, стремительно портятся съестные запасы. И без того невеликие у среднестатистических крестьян. А поскольку людям чем-то питаться всё же необходимо, уже вскоре дороги и селения соседей наводняли толпы беженцев. Бандитствующих, естественно. В купе с теми, кто решал воспользоваться природным явлением, при котором любой погибший уже вскоре становился совершенно непригодным для какой-либо сыскной деятельности.

Ну а уж если сюда доберутся некроманты... Хорошо, если все друг с другом договорятся. А то ведь кто-то может и с нарезки слететь, устроив очередную скоротечную, но удивительно яростную войнушку, формально - во имя несколько отвлечённых понятий и целей. И не скажешь даже, кто инициатором станет - то ли очередной возгордившийся некромантик, то ли вконец опившиеся наркотиками религиозные фанатики. Одно понятно - местным последствия абсолютно точно не понравятся.

Словом, накрученный историями и предостережениями, в тёмных землях я был готов ко всему. Но ничего существенного так и не произошло. Не считать же за таковое встречу с парочкой банд из голодающих крестьян, да с тройкой чуть более подготовленных, но столь же хрупких грабителей? Как говорится, мир их праху. Поскольку чёрный жирный пепел да кости - это всё, что осталось от наглых людишек.

И вот, наконец, Высокая крипта! Место, не хуже Ванонии отражающее настроение Вольницы. Здесь можно будет легко разузнать много всего интересного.

Что же, добро пожаловать...

***

Деревянный частокол на земляном валу в роли стены, окованные дверцы в роли врат, и наёмные душегубы в роли стражников города. Однако нападки иронии не помешали мне попытаться попасть в пункт назначения.

- Правила знаешь, парень? - коротко оглядев меня, спросил запыленный мужчина в среднем пехотном доспехе. С очередной вариацией на тему алебарды или гвизармы. Но проговорил он это с таким выражением на лице, что даже мне, настоящему химирологу, стало немного совестно трогать этого несчастного, до крайности уставшего человека. Хотя момент слабости не продлился долго...

- Я думал, в "Городе свободы" нет правил... - невольно ухмыляюсь, ловя раздражённо-уставший взгляд собеседника.

- Если в землянке где-нибудь на границе кантоваться планируешь, то законов можешь действительно не соблюдать, - отозвался собрат моего визави прямиком с надвратного помоста. - А внутри стен - досточтимые люди, порядки которых требуется уважать. Если, конечно, жить хочешь долго и без лишних дырок в теле.

- В общем, главное - не наглеть, - продолжил мой первый собеседник, благодарно махнув рукою товарищу позади себя. - Клинком лишний раз не маши, деньгу плати вовремя и на любой чих, что свыше сотни монет да в городе, спрашивай разрешение у местного смотрящего. Ничего сложного, люди быстро притираются. Зато никакое благородие свои телеса пихать не будет.

- Что же, благодарю за предупреждение, - кивать наймитам не стал, им чужая благодарность, что волку кость. А вот с серебрушкой расстался без сожалений - всё равно обо мне куда надо доложат, так почему бы и не в хорошем свете, верно?

Но вот что мне особенно понравилось, так это контекст ситуации. Против всех ожиданий, охранников южных ворот интересовал лишь один единственный вопрос. Ни мой путь, явно проходящий сквозь тёмные земли, ни возраст с видимым материальным благополучием, ни даже забрызганная кровью одежда. Хотя о чём это я? Как персонаж наверняка и не слишком-то сильно выделялся из привычного для местных контингента. Да и кое-какая реакция всё же последовала. Предупреждающая. Посмотрели - парниша в передрягу попал, да выплыл. Вот и предостерегли от влезания в новые проблему уже на подконтрольной территории.

Говорю же, милые люди. Понимающие. Не догадывайся я, в какой именно позе расположилась вся местная шушера по отношению к действительно крупным игрокам, даже подумал бы о покупке домика в этих пенатах. Но уж слишком не нравится мне сексуальное насилие. Особенно применительно к себе, любимому.

Ладно, всё равно придётся изучать город. Заодно и данный вопрос провентилирую.

***

Интересное место.

В последнее время я где только не побывал, и везде ощущалось нечто особенное. Повествующее знающему человеку о многом. И хотя опыта, чтобы иметь наглость называться таковым, мне явно не хватало, однако всегда ведь можно найти мудрых личностей, готовых поделиться с тобою сокровенным пониманием за не такие уж и большие деньги. Зачастую так и вообще лишь за малую толику внимания да сытную порцию пищи. А там, приобщившись к мудрости чужих ошибок трудных, можно и самому немножечко прозреть.

Не до уровня оракулов, конечно, однако бывалым путешественником уже назваться можно. И даже не слишком покривить против истины при этом!

Поэтому теперь, набравшись опыта и припомнив некоторые детали прошлой жизни, я могу новым взглядом осмотреть свой не слишком-то и долгий двухмесячный путь. И так. Что же можно сказать о местах, кои мне довелось посетить?

Первой была обманчиво тихая глубинка Финаритии, всегда готовая показать неосторожному гостю своё ядовитое, чуть гниловатое нутро. Почти везде, где бы я ни прошёл, в воздухе чувствовался запах тревожного ожидания проблем. Мелких и крупных, личных и куда более масштабных. Видимо, за время последних столкновений "бояр", "шапок" успело лишиться слишком уж много людей. Причём не где-нибудь, а на виду - то есть в городах. Впоследствии убыль населения, конечно, скомпенсировалась крестьянами... Однако качество, как говорится, стало уже совсем не то. К тому же различия в культуре и мышлении между старыми и новыми жителями, а в частности - финаритами и захваченными народами, получилось столь существенным, а количество вторых - столь большим, что ассимилировать мигрантов городская среда теперь просто не успевала. От того и расцвет простецкого бандитизма, бесконечные денежные дрязги и воспаление консервативных общественных настроений. Словом, ничего нового для двадцать первого века Земли... Однако вот уже для местных, думаю, подобные веяния довольно малознакомы. Не тот уровень социальной мобильности.

А может быть дело было в чём-то другом... Просачивающаяся с верхов власти тревога, к примеру? Кто знает, кто знает. Когда видна одна лишь симптоматика, причину способен определить только специалист. А я, увы, диплома социолога получить не удосужился. Но кто же мог знать-то, а?..

Так или иначе, а ситуация в целом получилась аховая. Ведь глубинка страны - это её тылы, на которых куётся стабильность и благополучие державы. Когда оная пребывает в волнении, можно с лёгкостью нарваться. Или порваться. Причём так, что гражданские войны и крестьянские восстания покажутся смешными мимолётными недугами.

В пику им, крупные города монархии могли поразить удивительным спокойствием и безопасностью. Поскольку "голубокровные пауки" предпочитали лить отраву адресно, ограничиваясь рамками искусственно выстроенной банки. Дабы, видимо, не мешать общему заработку денег.

Вот только внешний лоск и покой не слишком обманывали людей. К тому же нельзя забывать и о многочисленных внутренних противоречиях Финаритии. Если уж о них заговорили, да ещё и так активно, значит держава действительно уверено катится в очень сложные времена. А большего, увы, сказать и не получится - слишком короткий срок я пробыл в торговой столице монархии, чтобы иметь возможность вникнуть в потайные социальные процессы города. Да и со слухами работать не получалось, поскольку в подобных местах информация всегда кем-то чётко контролируется. Лишнее не всплывёт даже при самых благоприятных для меня обстоятельствах. Не допустят. Словом, ничего иного, кроме уже совершенно пошлого "колосса на глиняных ногах", в голову ничего и не приходит. А потому - замнём для ясности.

Далее была Ванония... И я не успел прочувствовать это место. Разговоров было много, догадок - ещё больше. Но первое впечатление всему этому не соответствовало. Да, чем-то атмосфера была похожа на крупные города Финаритии. Вот только противоречия в Вольнице совсем другие. И думается мне, люди здесь куда более привычны к социальным проблемам. А значит и гораздо более устойчивы. Однако, кто знает, как повернётся судьба? Может быть завтра столицу диктата накроют тёмные земли, и государство рухнет в пыль у ног озлобленных соседей.

А вот Высокая крипта - это, конечно, совершенно иное дело.

По первому впечатлению, это место даже нормальный город не напоминало. Скорее уж какую-то странную помесь бандитского лагеря, которых я уже успел навидаться, большой ярмарки и кустарной магической фабрики. И всё это умудрялось даже достаточно эффективно функционировать, обеспечивая в должной мере богатое существование этого места. И его временных, поскольку других здесь не бывает, хозяев.

Сила. Деньги. Неопределённость. Никакого порядка. Впрочем, не удивительно - когда весь доход зависит от слепой удачи, строить долговременные планы становится крайне проблематично. Даже сидя в верхах. Или особенно сидя там? Ведь если в жизни обыкновенного авантюриста имеется лишь крохотный шанс на достаточно масштабные изменения, то вот "лордам кварталов", как зовутся здесь хозяева крупных городских кусков, чисто статистически подарочки прилетают едва ли не регулярно. Никакого пресловутого "равенства равных" или даже сколь бы то ни было чёткой иерархии так не построить! Ведь уже завтра аутсайдеру может сказочно повести, и стрелка весов внезапно качнётся в обратную сторону. А наёмникам и всяческим бандам, проживающим здесь на постоянной основе, подобные взбрыки судьбы только лишь на руку - чем дольше и чаще будет кипеть местный социум, тем больше денежек перетечёт в карманы силовиков.

Словом, место здесь странное, но интересное. Этакий естественный хаос, между тем живущий по чётким неписанным законам. Причём, что интересно, совершенно независимо от окружающих сил. Ведь никто так и не смог приструнить Высокую крипту, дабы усесться на столь заманчивую золотую жилу. Силы у соседей не те, собственно. Да и остальному человечеству перспектива чьей-либо монополии на "архиотек" совершенно не нравится, так что у любого желающего уже вскоре появляются многочисленные и абсолютно неотложные дела. Конечно, куда более важные, нежели чем конфликт с "Городом свободы".

Ага-ага, этакая Тортуга местного разлива. Только без кораблей и пиратов, зато с древними артефактами и воинствующими бандами наёмников-археологов. Так сказать, тоже грабят великие государства, только не настоящего, а прошлого.

Впрочем, здесь всякого контингента хватает. И настоящие, то есть увлечённые в светлом смысле этих слов, историки-археологи. И небольшое число разнообразных магов-слабосилков, включая даже парочку неплохих алхимиков. И религиозные миссии, занятые насаждение и подтверждением собственных разношёрстных культов. И даже классические подозрительные личности в чёрных балахонах (ТМ), занятые совсем уж непотребными вещами. Словом, лихой люд здесь - далеко не единственные, и даже не самые колоритные персонажи. Чем это место и привлекает, в том числе. А также укрывает от внимательного взора недоброжелателей.

Наверное, подобными мыслями и руководствовались искомые мною личности. Не могу их за это винить. К тому же, ведь у них действительно неплохо получалось скрываться! Какое-то время, ага. Вот только если уж даже до меня дошли интересные слухи, то уж до синего графа ра Вадранта и подавно.

Как бы мне теперь к своей роли не опоздать...

***

Собственно, информация, редкости и полезные связи среди местных были далеко не столь важны, чтобы ради них проделывать весь этот путь. Имелся и куда более веский довод. Даже очень веский. Судя по виду, килограммов на тридцать пять живого веса.

- Я бы хотел предложить свои услуги его светлости, - отвечаю на невысказанный, но явно подразумеваемый вопрос охраны "довода". И плавно киваю пареньку, игнорируя смотрящий мне прямо в живот короткий клинок.

Ага-ага, парочка воинов - все из себя такие "суровые профессионалы", что куда там! Захотел бы, и кроме истерзанных иглами трупов на дорожке меж зданий никого бы и не осталось.

- Я... - парень, по возрасту - примерно на два года младше меня, потеряно заозирался на двойку своих сопровождающих, после чего, не найдя на их лицах однозначного ответа, всё же решил действовать самостоятельно. - Я бы хотел узнать, с кем говорю...

Ты же, мать его, герцог! Пусть и донельзя мелкий на данный момент. Но ведь воспитание, судя по тому что я вижу, действительно было. И было оно хорошим! Так откуда же эта неуверенность, напополам с просящими нотками?..

- Жизненные препоны диктуют свои условия, а посему называть своё имя без контракта я не стану. Скажу лишь, что имею честь являться магом. О большем же поведаю только лишь в личном разговоре...

Вот и всё. Воины успокоены и суровы, ребёнок - загружен серьёзностью ситуации, а мне остаётся лишь ожидать результата. И мысленно костерить обстоятельства.

Так-то можно было бы и получше подготовится. Подстроить ситуацию для "случайного знакомства", заработать немного доверия и уважения в глазах сопровождающих беглого герцога "советников", или даже успеть банально подружится с ребёнком... Однако, судя по с трудом полученным слухам, времени на все эти пляски уже не осталось. Причём не осталось его у малолетнего аристократа, а не у меня. Ведь агенты графа ра Вадранта уже в городе...

- А чем бы вы могли мне помочь? - парень всё ещё пребывал в неуверенности и мялся, что и не удивительно - "советников" рядом не было, однако кровь, как говорится, совсе-ем не водица. Видимо, что-то десятилетний пацан в окружающей его в последнее время (а может быть и ранее) атмосфере ощущал, и, что куда важнее, понимал. А потому не прогнал неизвестного гостя сразу же.

Правильное решение с его стороны. Поскольку, если я правильно понял хотя бы часть интриги вокруг паренька, то без моего вмешательства выжить ему было не суждено. Потому что окружающим то не выгодно. А вот один молодой ученик химеролога - дело совершенно иное, в местную паутину пока не влипшее.

- Зависит от договора, который мы заключим.

Вообще-то, куда выгоднее бы было обойтись без подобной писанины. Не купцы ведь, а голубая кровь, понимать нужно! На бумаге раз "вырубишь топором" - и никаких тебе преференций чисто за так, по-дружески. Вот только, увы, без подготовки никем, кроме разве что чётко очерченной роли наёмника, при знатном ребёнке стать не получится никак. Доверия нет. А на наглости въехать - так "советники" не допустят. Им самим уже, наверное, власть над малолетним герцогом не сильно-то и нужна. Однако от залётного фактора, способного поломать всю тщательно выстроенную интригу, они уж наверняка попытаются отбиться чисто рефлекторно. Так что - начнём с малого. Тем более, вскоре выбора не останется уже у ребёнка. Либо погибнет, либо будет вынужден искать именно моего расположения.

- Тогда... - парень вновь помялся, ещё раз оглядев ставших вмиг безразличными сопровождающих. Могу поспорить, к такому отношению он совсем не привык. Возможно даже напуган. А между тем, это ведь ещё один звоночек... - Тогда давайте обсудим ваше предложение детальнее... в...

Тут десятилетний герцог окончательно смешался, водя бессмысленно лихорадочным взглядом по камням кладки ближайшего дома. Чего это он? Мы же можем... Ах, да, точно. Звоночки. Возвращаться в таверну к "советникам" - идея явно так себе, а город он наверняка знает крайне скверно. Что же, поможем.

- Недалеко отсюда стоит хорошая харчевня под патронажем "волков", - говорю, припоминая относительно чистенькое строение с несколькими символами бригады Железных волков на фасаде. - Там можно занять комнату для переговоров... И вкусно поесть в придачу. Интересует?

- Да, хорошо, - болванчикам кивает герцог. После чего, будто бы внезапно что-то вспомнив, слегка поспешно добавляет. - Для меня было бы честью познакомиться с человеком, волею Магии наделённым её великим даром.

А что, неплохо сказано! Хе-хе...

- Как и мне, ваша светлость, познакомиться с потомком Алого молота, - вновь легонько киваю, как бы отдавая дань уважения знаменитой крови в жилах этого паренька.

Вся эта словесная мишура... Нет, будь мы сейчас среди других аристократов - всё имело бы свой каскад смыслов. Однако здесь, посреди улицы полубандитского города, паркетные расшаркивания смотрятся довольно странно. Вроде бы. Хотя, с другой стороны, данная версия этикета распространена именно на просторах Вольницы не просто так. Слишком уж простенькая и грубоватая, как для северян и южан, она предназначена практически для любой ситуации, произошедшей где бы то ни было.

Только битва прошла? Стоишь по колено в крови? А рядом ещё и толпа мертвецов из небытия восстаёт?.. Что же, добро пожаловать в Междуречье! Чай и бисквиты, конечно, не обещаем, но договорится здесь можно с кем и когда угодно! Право слово, времени ведь у всех причастных довольно мало - лишь двадцатиминутная передышка перед очередной рубкой. А жизнь - она, сволочь такая, можно внезапно закончится совершенно в любой момент. Внезапно. И без всяких гарантий. Поэтому и нет времени на все эти политесы и расшаркивания - главное успеть все дела переделать.

От последней мысли даже невольно улыбнулся, чем вызвал косые взгляды пары наших суровых сопровождающих. Кажется, мне в этих землях всё же понравится...

Глава 17 - Агрессия

Дождавшись служанки с пищей, я решительно приступил к расстановке точек над буквами. Иначе говоря - решил прояснить ситуацию. Ребёнок же, пусть и высокий (или высший, раз уж герцогство независимо?) аристократ, зачем его лишний раз недомолвками мучить? К тому же, думается мне, лучше не представать перед потенциальным союзником очередным пауком-интриганом, по типу тех, что уже окружают малолетнего герцога. Нет уж, лучше выглядеть пусть и повидавшим, но всё же собратом по несчастью. Только постарше возрастом.

Люди любят находить в других свои черты.

Единственное, что смутило меня в первые мгновения - необходимость говорить не отрываясь от неспешного насыщения. Что поделаешь, принято здесь так. И не только в этом мире, кстати - даже на той же Земле во многих культурах чавканье во время еды считается хорошим тоном. А уж чтобы прекратить есть во время разговора - и вовсе глупость несусветная.

В целом, насколько я помню, все эти современные для меня, как бывшего жителя двадцать первого века, этикеты - творение вообще чрезвычайно молодое. В то время как тысячелетия до этого люди, даже короли с императорами, преспокойно себе ели руками, чавкали, говорили с набитым ртом и даже, бывало, сексом при всё при этом занимались. Нет, ну а что? Все мы люди, в конце-то концов. И глупо осуждать властителей огромных земель и миллионов подданных вообще в чём бы то ни было.

А чем мы здесь, в Междуречье, хуже? Ничем. Так что пусть и аккуратно, но всё же кушаем во время разговора. Тем более, что даже в южных и северных традициях на манерах ведения трапез пока нет практически никаких ограничений. Пока что, верно. Однако, думаю, когда-нибудь люди и здесь придумают эту глупость. А потом с радостью будут кичиться своей "образованностью", гордо морщась на куда более адекватных личностей... Ну или не будут, учитывая наличие древних магов огромных сил, коим скорее всего будет глубоко плевать на очередное веяние чьей-то там моды.

- Я предлагаю свою службу, магией и разумом, - насколько я слышал, это абсолютно стандартная фраза. Нашей ситуации подходит, так что велосипед было решено не переизобретать.

- Да! - сперва радостно постановил парень, однако уже спустя несколько мгновений всё же вспомнил о своём положении. Ну и обучение наверняка сказалось, ага. - То есть... Какую награду вы бы хотели за свою поддержку?

Парень продолжал волноваться и мяться, но говорил довольно чётко. Довольно грамотная речь, рефлекторно сжимаемые кулачки и взгляд загнанного в угол хищника. Пусть последнее и слегка изменилось теперь, наполнившись робкой надеждой в светлое будущее. Приятный для меня вид. Так и просится к различным словесным манипуляциям... Но злоупотреблять этим я, конечно же, не буду. Строить фундамент взаимоотношений на изначально подпорченном фундаменте, грозящим треснуть в самый неприятный для меня момент, было бы довольно глупо. Так что...

- Давайте подумаем вместе, - поймав несмелую ироничную улыбку собеседника, я и сам улыбнулся в ответ. Уж не знаю, чем обусловлена его реакция, но даже мне эта фраза напомнила некий урок с репетитором. Наверняка, наследник герцога в бытность свою участвовал во множестве подобных сцен. На позиции ученика, естественно. - Деньги, как вы наверняка догадались, мне совершенно не нужны. Да и дать вы их сейчас, на сколько я знаю, не сможете. Достоинство? Для мага - бесполезная строчка в книге рода (у меня, кстати, отсутствующей). А вот земли и титул... Скажем, свободного барона и должность придворного мага при вашем дворе, ваша светлость, были бы достойной оплатой моей верности и содействия.

Собственно, сейчас я не потребовал ничего особенного. Должность придворного мага? Так других магов в окрестностях и без того не предвидится, от чего и предложение это скорее плюс моему собеседнику, чем мне. А вот титул барона с землями - уже кое-что посытнее, ага. Конечно, смотря что мне сподобиться выдать сюзерен... Однако следует помнить, что свободный барон - он, так сказать, сидит вне политической игры. И хотя, как придворный герцога, я буду де-юре входит в состав государства, однако ни налогов, ни ополчения смогу в казну не выплачивать. Вкусно? Очень! Вот только за получение целого придворного мага в ситуации моего собеседника - такая малость, что даже смешно.

- Это... - малец опять замялся, но на караулящего дверь бойца уже даже не взглянул. Видимо, мысленно списал стражников... куда-то. Возможно даже, что и на плаху. Суровые времена... - Это предложение достаточно выгодно моей светлости.

Ребёнок кивнул, как бы подтверждая свои слова. И замолчал, выжидательно уставившись на меня. Понял, принял, продолжаю.

- Детали можно будет уточнить по возвращению власти на вверенных вам богами землях. Пока же мне важна ваша принципиальная позиция и факт службы на главу властного дома ре Тремеск.

- Но... главой дома сейчас считается мой дядя... - парень даже нахмурился, чем внезапно напомнил мне недовольную мордочку хомячка Кузи, моего безвременно почившего питомца из прошлой жизни. Точно такое же выражение у него бывало, когда кто-то безответственный, не будем показывать пальцем, забывал вовремя наполнить его любимую кормушку.

От улыбки удалось удержаться некоторым с трудом. Однако пришлось. Всё же не стоит смеяться над потенциальным сюзереном. Тем более, тема была поднята действительно важная.

- Прошу прощения, ваша светлость, возможно я чего-то не знаю, - говорю обстоятельно и не спеша, внимательно отслеживая мимические реакции малолетнего собеседника. Неужели информация уже "протухла"? - Однако согласно сведениям, дошедшим до меня, после событий пятилетней давности ваш дядя был лишён домена. А значит - не может быть главой дома ни в коем случае.

- Однако тайный совет принял его регентство до моего шестнадцатилетия... - хмуро поведал десятилетний герцог.

- Против воли вашего покойного предка?! - здесь я даже искренне удивился, хотя чего-то подобного, если честно, и ожидал. Дело пахло всё хуже и хуже. Если уж сподобились пойти против известного в довольно широких кругах завещания покойного, при этом изрядно дискредитировав себя, то на что ещё ради власти способны эти личности - вопрос чрезвычайно актуальный.

- Учитель Дэмет заболел и скончался вскоре после отца... - ребёнок старался держать лицо, однако его яркие карие глаза сказали достаточно. Потаённую злобу такой сильны я увидел впервые за обе жизни.

И кое-что мне сразу же стало понятно. История там, на сколько удалось вызнать, и без того была откровенно воняющая: сперва смерть ещё относительно молодой и пышущей здоровьем матери, потом - старшего брата, наследника герцогства. Причём по достижению практически двенадцатилетнего возраста! Слишком старым он был, чтобы сгореть от детских болезней. Однако, согласно официальной позиции - умер от лихорадки. К тому же действия их отца, властного герцога ре Тремеск, при некой не слишком афишируемой истории с дядей ясно указывают, что во всём этом дерьме как-то сумел поучаствовать и данный родственничек. Ага, прямиком с севера поучаствовать, где, как старший, имел наследный титул целого виконта...

Ключевое слово тут - "имел". Уж не знаю, каким образом отплатил отец моего визави, но в очередной войне пятилетней давности войска противника хорошенько прошлись по землям незадачливого виконта. Да так, что сего титула аристократ в итоге лишился по мирному договору. Тогда как разорённая земля вообще отошла другой державе.

Дальше же... Спустя четыре с половиной года герцог погибает от рук бандитов. При нападении на ударный отряд герцогской гвардии, ага. Причём последняя частично (очень частично!) выживает, а вот их сюзерен - нет. Очень удобно не правда ли? К тому же, вскоре, как стало известно, оканчивает свой жизненный путь избранный регент при последнем оставшемся наследнике. После чего, против воли покойного, новым временным правителем назначают того самого дядю...

А ведь, между прочим, ре Тремеск - род северный. И тот самый "дядя" является старшим братом отца моего собеседника, то есть - наследным аристократом их феода. Так что какого чёрта этот индивид полез в Междуречье, где его младший брат завоевал (!) себе домен, совершенно непонятно. Точнее, мысли-то вполне себе имеются. О банальной жадности. Но это как-то уж слишком по-мудацки, даже для местных... Или нет?

- Однако, даже если регентом герцогства был избран ваш дядя, главой дома всё ещё остаётесь вы, ваша светлость. Он - безземельный аристократ, лишь исполняющий роль наместника. Чиновника, если угодно. Однако титул принадлежит вам по праву.

- У тайного совета было иное мнение... - сказал и отвёл глаза мой собеседник. Ручки сцепил, вдохи глубокие - пытается справиться с эмоциями.

А вот я чего-то явно не понял. Какое, к хренам собачьим, мнение тайного совета? Они права не имеют законы дома и титула менять!

Внезапно в разуме промелькнула догадка...

- Кто-то из них сейчас здесь, в городе, с вами? - и у меня самого сжались ладони, рефлекторно выпуская невидимые людскому взгляду потоки Ветра. Пока я покосился на внешне безучастного охранника у двери.

Даже мгновения не пройдёт, как первый сдохнет от роя ледяных игл. А второй закончится, пока будет открывать дверь комнаты.

- Нет, - покачал головой герцог, - я бежал, когда верные отцу люди поняли, что происходит. Канцлер помог нам...

И не договорив, глаза ребёнка затянулись пеленой задумчивости. Видимо, он тоже что-то начал понимать. Поэтому, когда его взгляд вслед за моим быстро прошёлся по охраннику, на несколько мгновений задержавшись на небольшом гербе вассального дома на сюрко его семьи, малолетний аристократ только едва заметно прищурился.

Ага-ага, дорогой канцлер - должность едва ли не главы любого тайного совета при феоде. Интересно, а как это так получилось, что сия организация сумела провернуть столько всякого-разного при "активном противодействии" своего главы? Да ещё и лапши навесили на уши ребёнка сказочкой в духе "шеф, всё пропало, власть в городе уже другая". После чего упрятали целого герцога как можно дальше, попутно заручившись поддержкой нескольких недовольных соседей... Вроде того же графа ра Вадранта, ага.

Нет, ну какая же классика! Поделить всё честно (или "честно") нажитое непосильным трудом одного, попутно прокатив его ребёнка прямиком в малоразмерный гробик. Красиво, безусловно. Одна беда - план изначально был плох, поскольку не учитывал многие внешние факторы. Например, то, что ни один обыкновенный северянин без гроша за душою, пусть бы он был хоть трижды хорошо выученным младшим сыном знатного рода, никогда не смог бы завоевать себе земель в Междуречье на целое, мать его, герцогство без помощи кого-то сверху! Что прекрасно видно, учитывая в определённый момент прилетевшую по много о себе возомнившему старшенькому ответку. И уж не знаю, что там случилось или не случилось с покровителем здешней ветви рода ре Тремеск, однако даже при успехе сего предприятия всем причастным скорее всего прилетит горячая благодарность в виде петли на шею.

Ребёнку передо мной, правда, от этого уже не будет ни жарко, ни холодно по причине скоропостижной смерти... Точнее, так наверняка было бы без моего вмешательства. Теперь же я этого не допущу. Такая возможность выловить крупную рыбку в мутной воде и мне самому нужна, ага. Хотя, конечно, будет сложно - армию пока заменить не могу, не тот уровень. Впрочем, здесь и сейчас, скорее всего, такая мощь и не понадобится. А в крайнем случае можно будет и спрятаться, да подготовить парочку штурм-отрядов из химер...

Словом, весело будет всем, так или иначе. Уж я-то постараюсь. Не за страх, но за будущие богатые преференции.

- Ничего, разберёмся, - говорю, наклонившись к моему, получается, нанимателю. Ребёнок в ответ хмурится, ещё раз косится на охранника, после чего всё же несмело и чуть облегчённо улыбается. Понимает, что теперь он по крайне мере не одинок. Поскольку перекупить меня предателям буквально нечем - при неминуемом дроблении герцогства лишнее баронство пришлому никто отдавать не станет, пусть он будет хоть трижды хорошим магом.

А я внутренне улыбаюсь. Парень чем-то похож на молодого меня ещё там, на Земле. Помочь такому, да ещё и с выгодой для себя - достойное и очень приятное дело. Даже для химеролога.

***

- Первым делом нам нужны люди, - стоило покинуть таверну, как прерванный разговор продолжился. - Лояльные, что немаловажно. Имеется кто-нибудь на примете?

- Да... - ребёнок задумался, только чтобы спустя несколько мгновений выдать целый список неизвестных мне личностей.

- Кто они? - спрашиваю без политес, как и условились вскоре после заключения договора. - Почему веришь им?

- Они были верны моему отцу. Друзья его юности или наёмники, воевавшие с ним вместе и осевшие на новых землях. Всем им не выгодно предавать меня... - а вот продолжение уже далеко не так уверенно. - Ну, я на это надеюсь.

Понятно... А, впрочем, что вообще способно обеспечить абсолютную верность другого человека? Не зря говорят, что чужая душа - потёмки. Всегда найдутся личности, что будут действовать против кого-то даже во вред себе. Тут же вообще все под сомнением, ведь так или иначе потворствовали планам врагов. Как теперь доказать, делали они это осознанно или нет?

- Понятно... Что же, мы можем попробовать одну из простейших схем раскрытия врагов в своём стане. Иные методы, увы, пока или не доступны... или мне банально не известны.

Взгляд восьмилетнего аристократа стремительно метнулся ко мне. Но вскоре был вынужден вернуться на дорогу - улица города была буквально усеяна камнями, неудачно наступив на один из которых можно было и упасть. Ага, прямиком в стену ближайшего дома на всей скорости уткнуться. Такая себе перспектива.

Впрочем, продолжать терзать любопытство собеседника я не стал.

- Будешь в моём сопровождении регулярно гулять по городу. Советникам скажешь - вышел на компанию наёмников, согласных повоевать без предварительной оплаты.

- А такие бывают? - в явном сомнении спросил герцог.

- Конечно! - даже удивляюсь чужой неосведомлённости. - Причём на любой вкус: и откровенные бандиты, и религиозные ордена, и даже патронажные группы под контролем аристократов. То есть все те, кому презренное золото, собственно, нужно далеко не в первую очередь. Или по крайней мере оно не нужно им конкретно от тебя.

- Понятно...

- Так, о чём это я? - слегка трясу головой в попытке вспомнить ход беседы. - Ах да, план. Так вот, скажешь, что нашёл как раз одну из таких компаний. И собираешься договариваться с ними через меня. Будем следить за реакцией.

В этот момент мы как раз свернули за угол, ненадолго пропав из поля зрения шествующих чуть в отдалении двух стражников-телохранителей.

- Будем информировать твоих вроде как лоялистов фрагментами заранее приготовленной "утки", после чего оценим финальный продукт. Что в нём найдём - то и укажет на предателей. Добровольных или нет.

- Продукт?.. - судя по остановившемуся взгляду, бедный ребёнок потерял нить разговора. Что же, возможно это даже хорошо. Ведь прояви он себя настоящим гением, и доверять подобному человеку я бы точно не смог.

Гении... Практика показывает, что подобные способности не берутся из воздуха, зачастую являясь следствием психологических нарушений. А таких индивидов, как известно, зачастую мучительно сложно просчитать даже дипломированным психологам, причислить себя к числу которых, кстати, я также не могу. Так что, собственно, уж лучше ребёнок, которому пришлось рано повзрослеть, чем непризнанный комбинатор окружающей реальности. Хотя, конечно, последнему победить будет куда как проще.

С этими мыслями я и принялся объяснять своему не то сюзерену, не то просто деловому партнёру, что означает истинно волшебная фраза: "необходимо-достаточное информирование и дифференциация получателей информации". В нашем случае означающая всего лишь избирательное оповещение сопровождающих герцога о деталях, достаточно важных для наших противников. Учитывать и реагировать на эти сведения будут обязательно, причём в самое ближайшее время. Что и выдаст предателей и болтунов.

С другой стороны, наживка ведь не обязана быть настоящей, верно? Вот и детали эти будут искажёнными или полностью надуманными. Так что стрелять будем сразу по двум зайцам: и чистку рядов проведём, и врагов дезинформацией отвлечём.

Ну, по крайней мере я на это надеялся.

***

- Где он, мл*ть?! - напряжённо орал бугай в среднем пехотном доспехе, словно пушинку из стороны в сторону матыляя хозяина, а по совместительству и бармена таверны.

- Пропал! - чуть не плача кричал в ответ невысокий мужчина в летах, почему-то даже не пытаясь сопротивляться.

И всё это на фоне того самого здания, куда я успел переселиться всего три дня назад. И где продолжал снимать комнату, впрочем, не рискуя оставаться в ней на сколь-либо длительный срок. Даже спал теперь в другом месте. И всё это вот уже три дня, с тех пор как начались проверки людей герцога.

Место, где я вроде как живу невзначай слили тем двум стражникам-телохранителям всего день назад. Казалось бы, что наши недруги успеют сделать? А вот... Конечно, поймать меня им бы вряд ли удалось - покидать официальное место проживания я предпочитал скрытно, используя магию и небольшое комнатное окошко. Так что с точки зрения посторонних сидел в комнатке почти безвылазно, уходя из неё лишь на пару-другую часов в день. Никакой сложности в слежении и захвате такой цели нет, так что и противники наши не должны были дёргаться. Вроде бы. Однако, раз уж наконец среагировали, то почему так явно? Или?..

Когда перестают скрываться? Правильно, когда конфликт переходит в горячую фазу. А ведь проверить мы успели сущие единицы, да и те сейчас перебежать могут. Жить-то всем хочется. И пацан останется совершенно один, посреди врагов...

Задница. Причём полная. Сам виноват, всё ещё не до конца привык к местным порядкам. На Земле "большие" люди предпочитали действовать осторожно, оставляя почётную роль охотничьих собачек всякой мелкой шушере. А здесь... Другие традиции. Я не думал, что они рискнут действовать столь прямо. Хотя и понимаю теперь, что бояться им, в сущности, было особенно-то и нечего. К тому же, судя по отсутствию реакции на рукоприкладство от охраняющих таверну "быков", как минимум кое-кто из местной верхушки с ними уже успел договориться. А значит этот город для нас теперь тоже враждебен.

Ладно, хрен бы со всем этим. Сейчас нанимателя спасать нужно! Ну или попытаться хотя бы. Удастся - западу ребёнку в душу, да и долг жизни - это уже очень и очень серьёзно. Совершенно другой уровень сотрудничества, так сказать. А значит смогу как минимум существенно влиять на политику герцогства. Ну а ежели слишком сложно окажется, то... Отправлюсь искать иные возможности. Наверное.

Хотя делать последнего так не хочется... Понравился мне этот пацан, чего уж тут. Я бы в восемь лет так, как он, не смог. Так что, думаю, в крайнем случае даже раскашелюсь на наем компании бравых головорезов за собственный счёт.

Только бы теперь успеть...

***

Ситуация продолжала осложняться. И что самое поганое - я до сих пор ещё очень смутно представлял, чего именно хотят добиться наши враги.

Они схватили герцога. Наверное. По крайней мере если судить по наличию на постоялом дворе порядка нескольких десятков воинов с характерным сюрко синего цвета. Люди графа прибыли в город.

Вот только ситуацию это проясняет слабо.

Ну да, прибыли. Нашли советников герцога. Заселились. И судя по разговорам, посадили ребёнка под домашний арест. А дальше-то что? Мы предполагали, что теперь, раз уж дядя моего нанимателя вновь заинтересовался своим официальным подопечным, то либо планируется обеспечение марионеточной легитимности, то есть возвращение герцога домой, либо его устранение, чтобы уже старший родственник смог усадить своё седалище на титульный стульчик. Однако сколько я наблюдаю и слушаю разговоры, никаких даже намёков на будущую активность не нашёл. То есть ни убивать не планируют, ни везти пленника куда-либо. Так зачем брали-то тогда?!

Другой момент, что присутствуют здесь именно люди графа. Который, на минуточку, хоть и являлся официальным вассалом отца захваченного малолетнего аристократа, однако после его смерти все договоры со своими обязанностями односторонне отменил, став фактически независимым правителем. Очень, кстати, разозлённым на дом ре Тремеск. Ведь когда-то именно он, "стальной жеребец земель при голубых просторах", претендовал на собирание земель для создания собственного герцогства. Но северяне подсуетились с наёмниками и успели быстрее, оставив коренного "вольника" с носом в родных пенатах. То есть не у разбитого корыта, конечно, но ведь сладкие мечты о становлении высшим аристократом уже можно было ухватить рукою!..

Словом, восстание подобного элемента было закономерно и никого не удивило. Думаю, чего-то подобного мог ожидать и сам покойный. Не глупцом ведь был, верно? Однако вот союз такого типа с заговорщиками из тайного совета, равно как и с дядей нынешнего герцога... Закономерен, конечно, однако всё же вызывает большие сомнения в своей прочности. Столь амбициозные личности не будут добровольно плясать под чужую дудку. Поэтому сейчас я не уверен даже в том, что вся эта операция, видимо включающая наш с герцогом захват, вообще санкционирована лидерами заговора.

Кто именно сделал этот ход? Чего он хочет? Как поведут себя остальные игроки? Неизвестно ровным счётом ничего. И сил с влиянием, чтобы прояснить ситуацию, у меня просто-напросто нет. Зато совершенно точно ясно, что мне сейчас нужно делать. Освобождать нанимателя. Только сперва нужно понять, куда его уже успели засунуть...

Глава 18 - Возгорание

Сражения... Не думаю, что пару стычек, в которых я уже успел побывать за откровенно невеликое время собственных странствий, имеет смысл называть столь грозным словом. Скорее уж имели место несколько зачисток. Даже если погибшие противники и думали иначе, жизнь всё расставила по своим местам. Слишком уж велики преимущества чародея на подходящем поле боя. И даже так, не имей я изменённого магией тела и запасов алхимии, рисковал бы банально истечь кровью. Или непозволительно замедлиться из-за боли. Очень уж любили простые люди бросаться во врага всем, чем ни попадя. Начиная банальнейшими камнями, и заканчивая металлическими дротиками, стрелами и прочим подобным скарбом.

Однако теперь нужно было вытаскивать герцога, что грозило настоящим сражением, пусть и в узких улочках средневекового города. Причём, что ещё более печально, атаковать приходилось именно мне, что сразу же запрещало к использованию так любимый мною жидкий огонь. Да и с остальным магическим арсеналом проблем хватало - требовалось прорываться быстро, возможно даже очень быстро, чтобы похитители ничего не успели сотворить с ребёнком.

Словом, препятствий на пути моего благородного порыва хватало с избытком. Но отчаиваться я не спешил - кое-какие наметки уже существовали, причём ещё со времён до прибытия в Высокую Крипту. И пусть большая их часть в последствии отправилась в мусорную корзину памяти, однако вот уже оставшиеся... Подходили. Наверное. По крайней мере, они виделись мне вполне актуальными и доступными даже в текущей ситуации.

Но сперва, чтобы выстроить хоть сколь-либо адекватный план, необходимо было понять, где именно он должен будет осуществляться. Нужно узнать место заключения моего нанимателя. И вот с его поиском как раз таки были определённые проблемы.

Метод - самый важный фактор в работе сыщика. Особенно, когда на кону стоит жизнь заложника. Это прекрасно понимаю я, и также наверняка прекрасно понимает наш противник. А поскольку в скудоумии он пока замечен не был, или по крайней мере не был замечен лично мною, рассчитывать на поблажки не приходится.

А значит...

С методами - беда. Серьёзно, что делать-то? Следить за врагами? Так неизвестно, сколько времени на это потребуется. Да и за кем следить, если офицерам в принципе нечего делать рядом с пленённым? Единственное - кто-то ведь должен охранять и кормить ребёнка. Вот только делать это будут скорее всего рядовые, которые и без того во всю курсируют по городу. Едва ли не хаотично, как для стороннего наблюдателя. Неизвестно, результат это хитрого плана или банальной безалаберности, однако отследить всех в одиночку не представляется возможным даже магу.

Можно взять языка, да предметно поспрашивать. Однако, во-первых, теоретический пленник может ничего и не знать, а, во-вторых, исчезновение даже рядового солдата рано или поздно будет обнаружено и оценено по достоинству. Иначе говоря - был риск не только усложнить себе жизнь, но и не получить ничего взамен.

Что же, раз уж прошлые методы сомнительны, можно попробовать пленить кого-нибудь рангом повыше. Офицера там, или вовсе одного из предавших советников. Вот только их нежные тушки, как стало понятно вскоре после начала наблюдения, охраняются очень даже неплохо. Да ещё и собраны все возможные цели в той самой таверне. А штурмовать здание в одиночку против целой толпы практически в сотню пехотинцев... Конечно, не все они собраны находятся на постах одномоментно. Однако две регулярно сменяемые дюжины вполне достаточны, чтобы продержаться до подхода основных сил.

Тем более меня смущает уверенность личностей, попытавшихся захватить одного незадачливого волшебника. Зная при этом о моих магических способностях, между прочим. Неужели это был банальный идиотизм? Или у врагов было нечто, дающее уверенность в победе над молодым чародеем? Вопросы, одни только вопросы... Увы, ответы на них были критически важны для принятия каких-либо решений.

И это, кстати, если забыть о том, что действовать мне нужно довольно-таки быстро. Герцога ведь и перевезти могут, а то и прирезать по-тихому. Задница...

Ладно. Тогда попробую выцепить одного из редких солдат-одиночек, периодически отправляющихся куда-то вглубь города. Могли же на него грабители напасть, верно? В средние века, да в столь колоритном городе бегать одному - это всегда риск. Странно, что прибывшие об этом не знают...

***

- Тьфу ты... нервные какие!

В раздражении отправляю окровавленную тряпку прямо на изуродованный труп мужичка среднего возраста в синем сюрко. Поймать этого индивида было и без того непросто, так под конец ещё и хозяин лачуги, ставшей мне импровизированной пыточной, домой заглянуть изволил. Высунулся украдкой, оглядел композицию да свинтил с тихим паническим писком. Стало быть, к местным бондам поспешил, не иначе. И ведь не смутили болезненные стоны да шипение плоти о раскалённый металл!

Любопытные - хуже шпионов. Вторыми хотя бы разум движет, а не глупые эмоции...

Но даже всё вышеперечисленное не играло абсолютно никакой роли, если бы не сведения, полученные от похищенного. Как я и боялся, решения врага оказались примитивными, но вместе с тем - разумными и наиболее неприятными лично для меня. Малолетнего герцога действительно захватили, но так никуда и не увезли. Заперли в той же таверне, да под наблюдением целой делегации конфликтующих нянек. А ведь со стороны графа логичнее было бы спрятать ценный актив, получив оный в личное безраздельное пользование. Но то ли я его переоценил... То ли наоборот, недооценил.

Последнее пугало. Первое, впрочем, тоже. Хуже умного врага может быть только полный кретин, совершенно непрогнозируемый адекватными людьми.

Но в сторону софистику. Что же мне теперь делать? Штурмовать таверну? Как-то выманивать и разделять контингент по частям? Пытаться пробраться незамеченным, предварительно устроив парочку диверсий? Пытаться срочно нанять пару отрядов наёмников?.. А может быть всё вышеперечисленное разом? Да, пожалуй. Хорошая идея.

Думаю, паренька действительно получится спасти. Но нужна паника. Анархия. И достаточно крупная массовка. Не мытьём, так катанием, раз уж кто-то из лидеров города на стороне заговорщиков.

***

- Да что же вы все такие тупые! - рычу, под крики ужаса сжигая очередного идиота. - Направил же ясно и чётко, так нет же, ваши куриные мозги даже простейший пазл собрать не способны!

Ещё одна уличная банда. Ещё один провал. Очередной. И не скажешь ведь им: "Идите туда-то в такое-то время, там большой и вкусный приз лежит." Даже для них это слишком уж тупо. Не-ет, нужна сценки. Истории, если угодно. И я раз за разом обеспечивал им таковые, пусть и без особой глубины проработки. Можно даже сказать - примитивнейшие житейские случаи с подсказками.

Ну, знаете как это бывает? Лежит случайный трупик в подворотне, никого не трогает. Лишь сапог загадочно приспущен с ноги, будто бы кто-то пытался обувку забрать, да процесс прервали. Практически для любого аристократа - обыкновенный пример пейзанской, сиречь бедняцкой, жадности. Но вот уже для человека простого, не говоря уже о душегубах, всё выглядит совершенно иначе. Ведь хранить ценности в обуви у них - обычная история. А вот так никуда и не пропавший кошель жертвы в свою очередь должен был тонко намекать на достаточно толстые обстоятельства.

Естественно, главная подсказка сей загадочной истории находилась в том самом сапоге. Банальное письмо с очень интересным содержимым. В котором не указывая деталей описаны инструкции получения некого "груза" из "обитых железом сундуков", да предостережения с конечным пунктом прибытия всего этого добра. Сундуки, кстати, те самые, в коих по обыкновению возят дорогие тяжёлые вещи вроде драгоценных камней и золота. Пунктом прибытия в свою очередь являлась... Да-да, та самая таверна. И что самое удивительное - наличие кучи непонятных солдат эту историю только лишь подтверждало!

Но, увы, идиоты не видят подсказок. Им бы только пить да наркотиками баловаться, не напрягая столь прожорливый орган как мозг. Вот и не желают думать. Совершенно. А между тем, мне приходится вновь и вновь курсировать по не такому уж и большому средневековому поселению, всё глубже увязая в местных заморочках. Затронуты уже, наверное, все хозяева города поголовно. Причём затронуты столь дерзко, нагло и соблазнительно, что времени на разговоры и обдумывания у них уже, увы, не остаётся. Механизмы группировок пришли в движение. И без соответствующей смазки в виде денег или крови не остановятся. Что же, последнего вскоре им будет предоставлено сторицей.

Эх, как разберутся - точно на меня охоту объявят. А, впрочем, какая разница? Сейчас бы химеролога гневом каких-то оборванцев пугать...

***

- Ага! - шиплю сам себе возмущённо. - То есть на простейшие загадки их мозгов не хватало, но вот как сталь перед глазами сверкнула, так разум сразу же отрос! Гниды одноклеточные...

Надеялся ли я на то, что любители поживы, привлечённые к одной конкретной таверне, сходу вцепятся в глотки синеньких? Отнюдь. Иначе подобные личности просто не дожили бы до первой щетины. Однако вот то, сколь быстро и органично они пресекли назревающий конфликт, сходу перейдя к достаточно мирному разбирательству... Это в свою очередь было просто возмутительно!

- Ничего-ничего, сейчас я добавлю вам живости...

Естественно, по прибытию толпы вооружённых харь синенькие успели перепугаться и повысили бдительность. Да и до этого ситуацию была не сахар - моя необъявленная охота сперва на одиночек, а после и на небольшие группы солдат изрядно взбудоражила мужиков. А тут ещё и непонятные личности припёрлись... Однако настоящему магу все эти препоны не помешают.

Пока большая часть синеньких сосредоточилась на небольшой площадке во фронте таверны, где, собственно, и находился основной контингент гостей, незамеченным пробраться на крышу соседнего здания было не так уж и трудно. Гомон множества голосов и волшебный ветер скрыли звуки смерти одного из "бандитских" наблюдателей, что отдало приметную позицию в моё единоличное владение. А после наступил черёд очередного моего оружия. Алхимического напалма. Ну или его бледного подобия, если уж не лукавить.

Так-то на самом деле подобных составов очень и очень много. Что и не удивительно - масла в принципе довольно горючи, а уж магия при желании позволяет нужное свойство здорово подстегнуть. Думаю, запасы чего-то подобного можно найти в закромах и графа, и местных бонзов, и даже некоторых крупных наёмничьих групп. Только вот такие расходники имеют свойство довольно быстро портиться, тогда как алхимиков в этих землях не сыскать на многие недели пути... А гильдии магов столь специфические средства продавать на сторону уж точно не будут. Нет таких дураков среди нашей братии, чтобы всем желающим оружие против самих же себя отпускать.

Поэтому адекватной, отработанной многими стычками реакции на подобную алхимию я не опасался. Неоткуда было этому самому опыту у местных вояк взяться.

Так что, когда в крышу и стены таверны начали прилетать первые сосуды с маслянистой жидкостью, ни о каком противодействии виновнику и речи не шло. Что было крайне важно даже не столько ввиду опасности синеньких, хотя и не без этого конечно, сколько потому, что стихию ветра я знал крайне ограниченным образом. Контролировать модифицированный "Порыв", в чистом виде представляющий себой простейший поток воздуха невеликой силы, было той ещё задачкой, чтобы ещё и на всякую мелочь отвлекаться. Даже если в роли этой самой "мелочи" выступали арбалетчики, грозящие наполнением моих потрохов новыми гостинцами...

К счастью, потушить самих себя людям было всё же важнее, чем выцелить одинокую фигуру на не самой удобной для этого плоской крыше соседнего дома. И это было хорошо. А звон стали, вскоре начавший раздаваться со стороны человеческого собрания на противоположной стороне строения - и вовсе замечательно! Одна беда - теперь мне нужно было как-то попасть в таверну, пробраться к захваченному герцогу, после чего покинуть поле развернувшейся драмы под ручку с напуганным ребёнком. И всё это при том, что на взрослого я и сам не слишком тянул. Словом... Проблемно. Но хотя бы прогресс уже был.

А огонь тем временем усердно мотивировал жажду жизни. Причём столь действенно, что многие из синеньких даже поспешили вылезти на свежий воздух. Находиться внутри здания во время разгорающегося пожара дело вообще совершенно неблагодарное. Не стихия, так дым обязательно достанет.

Но избавившись от одной угрозы, они тут же угодили в другую.

Внезапно, заглушив крики и прочий шум, над улочками разнёсся громкий заливистый свист. Причём источник его находился где-то по левую сторону от развернувшегося действа, что оказалось изрядным сюрпризом! И не успел я даже рефлекторно дёрнутся вниз, дабы убраться из зоны вероятного поражения, как по всему левому фронту на таверну обрушился реденький, но довольно-таки точный дождик из снарядов.

По большей части бесполезный, ведь средний пехотный доспех синеньких вполне держал удар даже такой напасти. В целом. Но вот частности... Навесной удар даже обычного камня очень трудно компенсировать поддоспешником в полной мере. Разгон-то там немаленький, да и сила дробящего удара та ещё. Нет-нет, да и получит воин ушиб-другой, что закономерно снизит его эффективность в дальнейшем бою. А тут у нас были всё же не только камни, кои видимо использовали пращики, но и стрелы с арбалетными болтами. И вот от последних закрывающая лишь грудину кираса со шлемом без личины уже практически не спасали. Как и кольчуга, в принципе плохо держащая колющие удары. Так что... Убитых таким образом было мало. Но ран с болью успели хлебнуть многие, что на общей морали сказалось самым отвратным образом.

Я же в это время затаился. Потому что о наличии неких засадных сил (или что это было?) у местных не знал в принципе. Настолько, что они могли, кстати, этим даже воспользоваться для моего умерщвления... Но не сделали этого. То ли приняли за своего, то ли сперва решили разобраться с более приоритетной угрозой.

Вот только вышло это так себе.

Дороги в городе узкие, причём даже те, что несут статус главных. Так что прострел у таверны был, откровенно говоря, никакущий. Как, собственно, и недостаточным было расстояние до соседних строений. Так что, когда уже через пару десятков секунд от недавних стрелков донеслись крики боли и шум разгоревшегося сражения, я даже не удивился. Штурм позиций стрелков - это классика городского боя, особенно когда перевес в качестве и количестве пехоты на твоей стороне. Всё же стрелки, в особенности какие-нибудь пращики - та ещё гадость, всегда способная перейти на партизанскую тактику "огневых" наскоков... Ну или на её прототипы, ходившие по разным странам во времена Средневековья.

Словом, учинённое в стороне побоище - закономерный итог. Однако за результат загадывать всё же не рискну - городской бой как-никак, да и наёмники в средние века зачастую были куда опытнее полурегулярного (в лучшем случае) феодального ополчения. К тому же были у меня дела поважнее, чем дальнейшее наблюдение...

Саму таверну, как и прилегающие к ней территории, я тщательно изучил ещё перед первой встречей с малолетним герцогом. Да и потом не брезговал осматривать местность, особенно перед началом операции. Так что, в отличие от синеньких, был прекрасно осведомлён о тайном ходе контрабандистов, что вёл в хозяйственную пристройку строения.

В целом об этом ходе знали многие... Но всё же не все. Сама мысль о том, что в столь "свободном" городе могут присутствовать тайные подземные ходы подобного функционала совершенно неочевидна. Зачем? Что вообще можно записать в контрабанду в таком-то месте, если здесь даже "проклятые артефакты" свободно продаются? На самом деле, в этом и заключается основная проблема Высокой Крипты: продаётся здесь совершенно что угодно и кому угодно, вот только последним личностям зачастую абсолютно не нужна огласка. Хотя бы частичная анонимность - лучший друг даже "белого" сегмента экономики, особенно если в глазах соседей и не только оный поразительно тёмен. Вот безопасность сделок и обеспечивали, так сказать, доставкой товара на дом. Желательно - ночью, тихо и лично в руки. Для чего ход и проложили именно в таверну.

Так что знали о подземном пути многие. Но вот его местоположение и особенности старались скрывать. Всё же конкуренты и авантюристы не дремлют...

Однако этот ход был нужен мне. Обязательно. И в методах я практически не стеснялся.

Жертвой стал один из молодых работников. "Подсобный мальчик", сын одного из верных слуг хозяина таверны. Его избиением, равно как и последовавшими далее слабыми, но всё же пытками, я совершенно не горжусь... Однако, во-первых, ребёнком четырнадцатилетнего парня можно было считать лишь с изрядной натяжкой, а во-вторых, жертва осталась не только жива, но и физически полностью здорова. Уж что-что, а потратить один пузырёк заживляющего мне было не жалко. Другое дело, конечно, что по поводу вреда его психике мне сказать-то и нечего... Хотя эксперимент был бы безусловно интересным.

Хотя я всё равно был не слишком доволен. Придерживаться хоть каких-то моральных норм становилось всё сложнее и сложнее, причём ни условия нового мира, ни его вызовы в этом деле совершенно не помогали. Эгоиста от мудака и без того отделяет слишком тонкая грань, пересекать которую мне, всё же, не хотелось бы.

Ладно. Надеюсь, вскоре удастся поправить карму по-настоящему благим деянием - спасением невинного ребёнка из лап разбойников и убийц. Ну а то, что это ещё и выгоду мне принесёт... Так и рыцари принцесс от драконов не просто так спасают.

Вот именно с подобными мыслями я, скоренько накинув пропитанное влагой покрывало на плечи, смело рванул прямо в чадящее здание. Всё же кубик сегодня был на моей стороне.

***

- Тяжело дышать... - шепчет мне на ухо ребёнок, прерываясь на серию глубоких вздохов с неприятной хрипотцой. Как бы я не спешил, а он всё же успел надышаться гарью. Да и влажная тряпка на лице свободы дыханию не прибавляет.

- Терпи, - шепчу в ответ. - Снимешь - будет ещё хуже. Мы уже почти выбрались.

Ну, точнее как "почти"... Щедро разлитое по пути пламя, конечно помогло сбросить преследователей. Да и пожар уже неплохо занялся, во всю шумя и отвлекая окружающих. Однако вот с путём отхода, тем самым подземным ходом контрабандистов...

- Да где он, мать вашу! - уже рычу, "порывами" раскидывая кучи набитого в комнатку мусора. Зачем, ну вот зачем столько всякого дерьма хранить?!

- Нашёл! - радостно восклицает ребёнок, оставшийся ближе ко входу. Поворачиваюсь - и правда, деревянный люк прятался в нише, соседствующей с засыпанным туалетом. Изначально я решил, что их там было два... Странное место для прокладки хода, конечно, но что я знаю о специфике доставки контрабанды?

А мелкий, кстати, не промах - даже не шелохнулся, когда пару минут назад гнездо крыс вскрылось. Хоть вжарить чем-нибудь по потоку грязно-серых телец захотелось даже мне.

- Лезь первым, - говорю, пока сам со скепсисом и явным отвращением осматриваю голые земляные стены подкопа. Обвалиться - похоронит без вариантов. - Я крупнее и сильнее, если что - отважу преследователей.

Не то чтобы оные ожидаются... Просто восьмилетний шкет реально меньше меня, а значит и пробираться будет быстрее. Что для столь сомнительного сооружения, как практически не укреплённый подкоп - очень важное свойство, возможно имеющее решающее значение для нашего общего выживания.

На мои слова ребёнок лишь уверенно кивнул и действительно устремился по короткой лестнице вниз. Мне же ещё предстояло распределить хлам по комнате, поджечь его, после чего загерметизировать люк влажной тканью и уже тогда догонять подзащитного. Что же, надеюсь этого хватит...

***

- Спасибо!.. - ребёнок ревёт в три ручья, судорожно вцепившись в мою одежду. Я же могу только морщиться от боли, да гладить несчастного - натерпелся мелкий герцог изрядно. Для меня в его возрасте это было бы полнейшим перебором.

И так, начать стоит с момента самого захвата парнишки. Внезапность нападения синеньких не удивительна, как и предательство большинства как бы сторонников - трудно ожидать иного от личностей, участвующих в заговоре изначально. Хотя вот оппортунизм ряда тех, кого парень искренне считал верными людьми отца - это уже куда более неприятный момент. Возможно даже более неприятный, чем последовавшие за захватом побои.

Собственно, даже сам герцог признавался, что особенно над ним не усердствовали. Так - дали пару затрещин, отхлестали по щекам да бросили в комнату. Отец, бывало, его и сильнее воспитывал. Средневековье, пусть и вроде как магическое, оно такое.

Ну а далее... о ребёнке будто бы все забыли. Что мальца искренне удивляло, в отличие от меня - знать что-то важное он на тот момент если и мог, то явно не по мнению взрослых заговорщиков. Всё же, что ни говори, но пренебрежение к слугам и маленьким детям - это норма во все времена, вне зависимости от миров и эпох. Хотя некоторые советники, кстати, по ушам мальчонки усердно всё же принялись ездить. Видимо, играли в свои игры, желая использовать выброшенную другими фигуру в дальнейшем. Правда, на что они надеялись не слишком понятно - ребёнок множество раз показывал свою не по годам зрелую и в чём-то даже мудрую личность, даром что младший сын без длительного обучения в роли наследника. Из такого марионетку если и сделаешь, то до первых ножниц в его руках. И хорошо будет, если только лишь ниточки обрежет. А ведь может обидчику кусок металла и в глаз воткнуть...

Что, кстати, и произошло на практике - стоило мне ворваться в комнату содержания, и тем самым отвлечь набившуюся туда словно шпроты в консерву людей, как худощавый мужчина с усиками, усевшийся на комод рядом с кроватью герцога, получил короткое узкое лезвие прямиком в горло. Увы, парень промахнулся мимо артерии. Но не слишком-то и сильно. К тому же, пусть и невольно, но дело своё он сделал - людей, повторно отвлечённых на хрипы умирающего, убить было куда как проще, нежели чем под их внимательными взглядами. Но задеть меня твари всё же успели, слава кубику - некритично. Всё же в узком пространстве, да зажатый другими людьми, даже кинжал вытащить довольно-таки проблематично.

Вот и морщусь теперь от ушибов, небольшого сотрясения, да пары трещин в костях. Под алхимией вся эта радость практически не ощущалась, зато вместе с откатом - возвращала всё сторицей.

И это хорошо ещё, что чёртов ход обвалился уже под самый конец! А то... Ну кто же мог знать, что синенькие тоже что-то горючее с собой привезли? Да ещё и в изрядном количестве?! Да я бы и от меньших объёмов побегу в соседнюю провинцию, даже несмотря на наличие инвентаря. А здесь... Самоубийцы чёртовы!

Но это всё ладно. Главное, этот мой шаг завершился успешно. Теперь же...

- Спасибо... - напомнил о себе перенервничавший ребёнок. И посмотрев на него, я, признаться честно, просто не решился объявлять сейчас о своих планах. Да и... Может быть нам пока действительно отдохнуть? Да, пожалуй.

Всё же непривычно мне с нормальными людьми контактировать. Старикан, земля ему колючей проволокой, слишком уж приучил к постоянной опасности жизни рядом с химерами. Когда твари, случайно сбежавшие или специально выпущенные на охоту за ребёнком, могли найти тебя в любой момент времени. Что в туалете прямо во время акта дефекации, что в ванной комнате, что в библиотеке за чтением... Если первое время ещё чувствовал себя адреналиновым наркоманом, то потом подобное дерьмо успело уже изрядно осточертеть. И даже наскучить.

Как говорится, что для других травмирующий опыт, то для меня - обычный вторник.

Глава 19 - Опасная дорога

Путешествовать в одиночку будучи ребёнком - дело не простое, особенно на просторах Вольницы. Даже не смотря на внешнее благополучие, по логике должное указывать на высокий статус путешественника, что закономерно означало неминуемость кары в случае нападение. Увы, как показала практика, многие индивиды, встреченные мною, совершенно не желали понимать подобные намёки. Собственно, они зачастую не желали понимать вообще ничего, кроме разве что грубой силы. Лишь она была достаточно демонстративна и уважаема, в чём бы не проявлялась - в численности сопровождении ли, или в пятне почерневшей земли, остающейся от наглых глупцов.

Увы, по понятным причинам, мне доступен только второй способ выражения силы... И так же закономерно, использование подобного метода решения регулярно возникающих проблем я всё же старался избегать. Убийства, особенно массовые, насколько бы оправданными они ни были в глазах окружающих, всегда воспринимаются другими людьми не очень положительно. Оно и понятно, собственно, - "беги или бей" - один из основных инстинктов человека, описывающий нормальную реакцию практически на любую угрозу. И ничего хорошего для меня он не обещает.

Словом, проблема повального распространения идиотов мною была уже понята и изучена в этом мире. Однако с превращением моего сольного выступления в дуэт, всё несколько... усложнилось. Ведь теперь с ребёнком двенадцати лет путешествовал ухоженный мальчик восьми, да ещё и совершенно неспособный за себя постоять. Пусть его и обучали фехтованию и даже бою со щитом, однако нужно быть реалистом - положительными аномалиями физического развития герцог не отличался, чем ставил крест на любой попытке прямого противостояния со взрослыми людьми.

То есть да, у меня появился здоровенный хрупкий балласт. На ножках. Иногда не в меру инициативный, иногда - чрезвычайно пугливый. И пусть для ребёнка всё это было совершенно естественно, однако трудностей добавляло изрядно.

Но не смотря на все возможные сложности, мы продолжали двигаться к цели. Уже вторую недели как продолжали, к слову, при этом петляя словно зайцы от волчьих челюстей. И даже не безрезультатно - о противнике мы не слышали уже очень давно. Оставалось только надеяться, что нас действительно потеряли.

***

Снова тёмный лес кругом, снова пасмурное небо. Мне говорили, что такая погода нормальна в это время года. Однако вместе с дикостью этих мест, не знавших руки лесника, наверное, уже несколько тысяч лет, атмосфера получалась гнетущей. Да и мертвецы, всё ещё бродящие по окружающим землям, не добавляли чувства безопасности. К тому же, в последнее время что-то совсем захандрил малолетний герцог... Что же, тогда нужно его поддержать! Благо, цель уже близка, и даже её раскрытие посторонним уже не помешает нам.

- Выше нос, ваша светлость. Наш путь уже скоро завершиться.

- Вот только я до сих пор не знаю, где именно это произойдёт, - слегка ворчливо, но в большей степени устало-безразлично отозвался ребёнок откуда-то из недр небольшой повозки. На что я плавно обернулся, не выпуская вожжи из рук.

- Собственно, по моим намёкам вы уже должны были догадаться, что именно нам теперь необходимо...

- Верные люди, это я понял, - на этот раз в его голосе проступило лёгкое раздражение. - Однако я даже не представляю, где их теперь можно достать. Отцовские либо убиты, либо предали. А кто-то со стороны... Сам же рассказывал, что таким будет проще отдать меня дяде лично в руки.

- Верно, - уверенно киваю, разворачиваясь обратно. - Однако пусть я в этих землях брожу недолго, кое-какие связи получить успел. Например, с наёмниками...

- Наёмники?! - судя по голосу, мальчишка неслабо удивился. - Да они же за звонкую монету мать родную продадут!

- Эй-эй, на минуточку, я ведь тоже наёмник! - надеюсь, прозвучало не слишком шутливо. Всё же малыш не должен забывать о личности собеседника, особенно во время разговора. Это слишком уж опасно.

Несколько секунд позади меня царила тишина, пока не прозвучало тихое:

- Прости...

И тонкие детские ручонки обняли меня сзади. Снова... Хреновы заговорщики, а можно было ребёнку хотя бы психологических травм не оставлять, а?! Пришлось притормаживать лошадок, разворачиваться, обнимать и успокаивать заплакавшего мальчишку. Снова.

Такие эмоции, такая психологическая зависимость... Подкупали. Даже меня, чёрт возьми, подкупали! Причём с мальцом-то как раз таки всё было понятно - все близкие погибли или предали, в отличии от случайного мальчика с не слишком-то большой разницей в возрасте. Кем он меня теперь считает? Другом? Или же эдаким старшим братом, что решал, решает и будет решать все проблемы? Не знаю... Но прагматизм и на удивление вновь воскресшая совесть в один голос шептали - защищай, оберегай, направляй. И кто я такой, чтобы идти против собственного мнения!

- Тихо, тихо, я же не всерьёз... - диалог, плавно перешедший в мой монолог, тем временем, продолжался. - Да и в целом ты прав, наёмникам доверять - себе дороже. Однако ты должен помнить, что в первую очередь миром правит выгода. Она - лучший крючок из всех, что успело придумать человечество. Другое дело, что истинные ценности у каждого свои, а угадать бывает так трудно...

- И как... - тихо шмыгнул ребёнок. - ...тогда?

- Скажем так, если никакого способа контроля не существовало бы, то и наёмников не было бы вместе с ним. Но они мало того что работают, так ещё и вполне успешны.

- Как? - судя по энтузиазму, сквозившему в этом вопросе, мелкий герцог окончательно успокоился.

- Нужным нам крючок в данном случае - репутация, - против желания, в голосе прорезались такие знакомые лекторские нотки. - Именно от репутации зависит, будет ли у наёмников работа с деньгами, или же один хлеб без соли, да и тот - отнятый у крестьян. Как ты наверняка понимаешь, любящих изменять контракту, нанимать не будут. В то время как с принципиальными людьми можно и на риск пойти...

- И ты знаешь таких?! - в глазах ребёнка зажглись восхищённые искры. Это приятно...

- В целом - да, - отвечаю уверено, хотя внутри тех же эмоций не ощущаю. - Группа известная, знаменитая в определённых кругах, и имеющая довольно впечатляющий список достижений. А что самое главное - моих денег хватит, чтобы нанять их.

Грусть из собеседника окончательно улетучилась, а взгляд наполнился надеждой и решимостью. Теперь, да под такими эмоциями, он наверняка кому-нибудь проболтается. Хотя бы намёками, ребёнок ведь. Но как я и говорил, воспользоваться этим наши враги уже не успеют. Даже в том маловероятном случае, если во всех последующих трактирах у заговорщиков будут свои шпионы.

И только когда ребёнок вернулся в телегу, да занялся поправлением нескольких мешков с зерном, загруженных к нам ради питания и конспирации, я задумчиво напомнил самому себе:

- Доверять-то я им, конечно, доверяю... Но подстраховаться не помешает.

Эх, а ведь мы сейчас не так и далеко от Ванонии. Не хотелось бы нарваться...

***

И без того хмурое настроение окончательно улетело в бездну, стоило нашей телеге вынырнуть из-за поворота дороги. Там, впереди виднелась деревня. Очередная, казалось бы. Однако здание с интересной трёхскатной крышей, что расположилось на ближайшем к нам краю селения, я уже видел совсем недавно. На выпавшей грани кубика.

Вот только эта была лишь деталь, один из множества кусочков цельного изображения. Наверное, сам безобидная часть пророчества.

А ещё там были тела. Много, очень много мёртвых тел, сваленных в небольшой холмик. И некие странные, не совсем человеческие силуэты, бродящие где-то поодаль...

Словом, картина крайне беспокоящая. Естественно, нарваться на подобное с ребёнком под боком я совершенно не желал. А потому изменил маршрут путешествия, от чего мы и сделали изрядный крюк вокруг главного тракта. Однако, как теперь стало понятно, это нам помогло не сильно. Потому что конкретно здесь, в этих землях, существует только одна-единственная дорога, подходящая для проезда на транспорте. Мда...

- Спрячься, - бросаю себе за спину, продолжая направлять неспешно бредущую клячу прямиком к домам. Не знаю, каков был контекст показанной кубиком ситуации, однако, раз мы уже наткнулись на деревню, то сбежать от чужой агрессии вряд ли получится... Что бы не являлось источником угрозы.

Чем ближе мы подъезжали к строениям, тем всё больше и больше тревожных отметин попадалось мне на глаза. Подсохшая кровь на земле и стенах зданий. Выбитые двери и ставни окон. Чья-то судя по всему отгрызенная рука, будто бы указывающая в сторону вил, воткнутых прямо в кровавое пятно. А вот того, кого видимо прикололи к земле, рядом не нашлось. Как и любых других тел, собственно, что заставляло откровенно хмуриться.

И такое было чуть ли не по всей деревне.

- Как это?.. Кто?.. - испуганно пискнул герцог за моей спиной.

- Не знаю и знать не желаю. Главное, чтобы нас это не коснулось.

Что же, пророчество кубика оказалось ложным, ведь ни тел, ни силуэтов мы не видели... Или же нет? Ведь меня самого на том изображении не было, а трупы вполне могли исчезнуть вместе с нападавшими. Откровенно говоря, это изрядно обнадёживало. Не хотелось бы мне встречаться с тем или теми, кто способен пережить сквозное ранение вилами с потерей минимум пары литров собственной крови. Так что я даже не стал останавливаться ради мародёрки - уже изрядно испуганная лошадка, понукаемая мною, ускорилась, и уже спустя пару десятков минут обезлюдевшая деревня скрылась за плотной массой леса.

Не знаю, чей пиршественный стол мы застали на своём пути, но искренне счастлив, что всё обошлось без нашего участия. Надеюсь, так будет и впредь.

Впрочем, следующая деревня находится не слишком далеко. Так что вскоре мы либо встретим живых людей, после чего двинемся дальше и таким образом оставим между собою с монстрами буфер из жителей деревни, либо наткнёмся на последствия жатвы. А возможно, и на виновников смертей. В любом случае, так или иначе ситуация должна будет разрешиться.

***

- Я простой путник, ваше благородие, - ответил на невысказанный, зато одним лишь взглядом переданный вопрос аристократа. В то время как позади закованного в хороший доспех верхового мужчины спешивались ещё два десятка конных. По-видимому, его воинский отряд.

Взгляд мужчины ещё несколько мгновений с явным скепсисом рассматривал моё детское личико, пока плавно не переместился на стоящего рядом со мной дедулю.

Тот ещё персонаж, кстати. Старые, но всё ещё добротные нищие обноски, мозолистые руки и сгорбленная спина - типичный крестьянин из не самых благополучных земель. Так бы сперва посчитал и я, если бы не глаза пожилого мужчины - горящие живостью, с какой-то внутренней уверенностью и силой. Интересный у деревни попался староста, ничего не скажешь.

И вот этого самого дедушку, судя по промелькнувшим на миг эмоциям, лидер конного воинства прекрасно знал. Что, впрочем, и не удивительно - патрули местного феодала должны были проходить здесь практически регулярно, основная дорога ведь. И при этом, данная деревня была следующей после обезлюдевшей цели неизвестных тварей. Мы, собственно, потому и решили здесь чуть задержаться, чтобы не только пополнить припасы, но также и рассказать людям о вероятной опасности. Однако, как оказалось, о чём-то подобном они и без нас знали, только без подробностей. А потом на дороге показался военный отряд...

- Он говорит правду? - устало спросил у крестьянина аристократ, слегка вильнув взглядом в мою сторону.

- Богом клянусь, ваше благородие! - затараторил чрезмерно активный старичок. - Приехал как раз оттуда, да сам, видать, перепугался по дороге! Еды с питьём взял, о виденном рассказал, да в ночь по дороге поспешать решил! Но как же это, на ночь глядя-то?..

- Я понял, умолкни, - скривился мужчина, плотными перчатками с трудом расстёгивая завязки шлема. Наконец, элемент брони покинул взопревшую голову всадника, а сам он вновь перевёл взгляд на меня. - Расскажешь, что видел и будешь свободен.

- Как велите, ваше благородие, - иного ответа была не предусмотрено.

Честное слово, как будто бы нам своих проблем не хватает.

***

- Слушай меня внимательно, - проникновенно смотрю прямо в глаза ребёнка, сжав его плечи ладонями. - Я пойду туда один, понял? Потому что пока контракт не подписан, никто никому ничего не должен. Понимаешь? Схватить герцога и получить за него выкуп гораздо, гораздо проще и безопаснее, чем сражаться с заговорщиками. Поэтому я и должен пойти один.

Мальчишка понятливо кивает, всем видом старательно выражая полное принятие моей позиции. Вот только редкие тихие всхлипы и чуть опухшее от слёз лицо явно намекали, что тихая истерика так просто не прекратится.

Проблемно... Но приятно, когда за тебя так волнуются, чего уж тут. Пусть и не совсем ясно, сколько в том привязанности, а сколько - холодного расчёта, обещающего мальцу незавидную судьбу в случае моей погибели.

- Меня так просто не убить, мелкий, - говорю чуть сварливо, чтобы ещё немного разрядить обстановку. - Но в крайнем случае... Если не вернусь до конца дня, открой письмо, что я тебе дал. И выполни указания в инструкции.

Кроха-герцог вновь понятливо закивал, между тем, кажется, впав в ещё более глубокую истерику. Плохо - успокоить его так и не получилось. Хорошо - кажется, живых эмоции в этих слезах всё-таки больше, чем я думал. Впрочем, сейчас не до всего этого - если ситуации действительно пойдёт по одному известному месту, от мелкого потребуется предельно чёткое исполнение инструкций. Тогда имеется шанс нашего выживания... Ну или как минимум его спасения, что тоже совсем не плохо.

О-хо-хо, когда же я успел так привязаться к этому ребёнку?..

***

Пришёл за час до назначенного времени, а посему успел осмотреть местность вокруг постоялого двора. Кроме редких посетителей харчевни на первом этаже, никого видно не было, что успокаивало... Однако по факту не означало абсолютно ничего - подготовить хорошие лёжки у кромки леса не трудно, да и без них обойтись вполне возможно. Мало ли, кто успел засесть в зданиях вокруг? Да и конный отряд вполне способен вынырнуть из леса и добраться сюда минут за пять, что тоже не добавляло нервных клеток.

С другой стороны, тогда даже при всём желании сбежать я уже не успею. Всё, баста, мышеловка захлопнулась, стоило мне появиться рядом с местом встречи. Так зачем же теперь переживать, если изменить уже ничего не получиться?

Что же, теперь оставалось надеяться только на репутацию барона...

Внутри постоялый двор производил довольно неприятное впечатление. Едкая смесь запахов пота, отхожего места и полупереваренной пищи, да толстый слой грязи вышеперечисленному комплекту полностью соответствовал. Убирать это всё, кажется, никто и не собирался - вид парочки чрезвычайно потасканных разносчиц отдавал чем-то настолько безнадёжно-безучастным, что даже я умудрился почувствовать тошнотворное поветрие чёрной меланхолии. В то время как местным, суд по их виду, столь гнетущая атмосфера была абсолютно по барабану. Впрочем, оно и понятно - другого постоялого двора в радиусе половины суточного перехода не найти, так что выбирать не приходится.

Даже интересно, почему Лэнс пригласил меня именно сюда?..

Кстати, а ведь его самого в зале не было. Странно, раньше он встречал меня лично... А сейчас, видимо, оставил уже двинувшегося ко мне парнишку пятнадцати лет. Что же, попробуем прояснить ситуацию.

- Здоровья вам, ма... господин, - юноша был собран и хмур, однако по каким-то своим причинам едва не обратился ко мне как к магу. Это могло иметь для нас неприятные последствия, но как-либо комментировать этот промах я не стал.

- И вам не хворать, молодой человек, - так, судя по его взгляду, меня заподозрили в чём-то недобром. Ну да ладно. - Надеюсь, у вашего патрона всё хорошо? Признаться, я ожидал увидеть именно его...

- Всё... нормально, - чуть собравшись, ответил, по-видимому, мой провожатый, взглядом указывая на лестницу в глубине комнаты. - Господин ожидает вас наверху, предпочитая... обойтись без лишних слухов.

Понятливо кивнув, в то время как на самом деле мне мучительно хотелось приподнять бровь в демонстративном удивлении, я всё же пошёл вслед за юношей. Окружающие, казалось, не замечали нас, однако кое-кто нет, нет, да бросал нам вслед испытующие взгляды. Люди... Слишком любят лезть в чужие дела.

Наконец, мы достигли нужной комнаты и провожатый, видимо, стараясь кому-то подражать, довольно дёргаными движениями открыл передо мною дверь. А там...

- Барон? - мой голос звучит наивно и удивлённо, в то время как в скрытой за спиной из-за позы правой ладони начинает всё сильнее покалывать ледяная магия. - А кто все эти, безусловно уважаемые, господа? Мы же собирались поговорить приватно?..

Краем глаза приходилось отслеживать ещё и дёрганого провожатого. А тот, между тем, повёл себя совершенно логично для встречи с разъярённым магом, но странно для всей этой ситуации - стал медленно, неспешно и предельно аккуратно отступать от меня по стеночке.

- Прошу прощения, мэтр, - одним взглядом придавив рядом сидящих четырёх мордоворотов, наёмник уверено встал и обратил всё своё внимание на меня. - Все, кто присутствуют здесь - мои друзья и соратники. И я решил пригласить их на нашу встречу, поскольку, как мне кажется, вам может пригодиться сила ещё нескольких наёмных отрядов. Особенно, если дела в герцогстве действительно обстоят так же печально, как мне сообщили.

Что же... Барон уже успел доказать мне свою прозорливость, так что поверить в эту версию я могу. Могу, да. Но не буду. Доверие - не тот ресурс, который я готов отдавать так уж просто.

- Хорошо... - дверь за мной с треском захлопнулась, ведомая мощным порывом волшебного ветра. А сам я, не убирая заклинания ледяных игл, неспешно прошествовал к креслу во второй половине комнатки. Где благополучно и приземлился. - Что же, тогда давайте обсудим ситуацию вместе.

- Сперва убери свою волшбу, шкет, - нахмурившись, пробасил один из сидящих.

- Сперва убедите меня, смертные, - против воли, на лицо уверенно наползала улыбка адреналинового наркомана. - А то последние пару недель я совершенно не жалую сюрпризы. И кому-то прётся ответить за моё волнение.

Спустя несколько мгновений, по-видимому, осознав мои слова, четверо начали переглядываться между собой. Такое чувство, будто бы они мысленно общаются! Однако барон по какой-то причине в этом не участвовал. Он, слегка задрав голову к потолку, с какой-то подсердечной усталостью протянул:

- Это будет очень долгий вечер...

Глава 20 - Война и эффект бабочки

"Итак, мы договорились".

Именно эта мысль занимала всё моё внимание последние пару дней. Малолетний герцог, впрочем, был полностью солидарен, ведь сам факт перехода на нашу сторону трёх наёмничьих компаний кардинально менял расклады всей шахматной партии. Шутка ли, почти пять сотен опытных воинов с хорошей амуницией! По меркам Вольницы - целое войско, не уступающее регулярным частям многих местных феодалов. Если не учитывать ополчения, конечно же. А качеством так и вовсе превосходит многих...

Впрочем, в землях вечного раздора с войнами всё всегда было довольно-таки сложно. С одной стороны, регион испокон веков крайне милитаризирован, поскольку иным образом в условиях постоянных катаклизмов не выжить. Любой местный крестьянин, а уж тем более - охотник, едва ли уступает в навыках представителям лесного поместного рыцарства северян. Которые, на минуточку, всю жизнь выживают на границе с Бескрайним лесом, полнящимся монстрами, нелюдями, бандитами и безумцами всех мастей. Словом, все сплошь суровые господа и дамы, истории жизни которых достойны приключенческих фильмов в свою честь.

С другой стороны, зачастую это всё же не помогает, и тогда убыль населения может достигать каких-то совершенно неадекватных долей. А ведь вымирает в первую очередь воинское сословие, что на качестве и размере регулярных соединений благостно не сказывается. К тому же постоянные войны... Словом, несмотря на выгодное расположение и хороший климат, Междуречье никогда не славилось высокой плотностью населения. По крайней мере с момента падения последнего единого государства на этих землях.

Но это верно для оседлых местных, которым бежать от напасти не выход. На чужбине всё то же самое, если не хуже, да и не ждёт их там никто. Но что же тогда наёмники? Они-то как раз на коне, ведь свободны выбирать себе работу по возможностям. Ту же слабую нежить, к примеру, с радостью отловят и покромсают. Но вот если появится что-то покруче, типа Ползучего воя или Шёпота, тот тут, так сказать, не обессудьте. Класть свои жизни ни за хрен собачий вольные клинки не согласятся.

Вот и выходит смешная ситуация: на самой воинственной земле в человеческой ойкумене, лучше всего себя чувствуют именно наёмники. А тех же рыцарей, столь любимых северянами, в Междуречье и вовсе не найти. Не выживают, как бы не старались. И смех, и слёзы...

Для меня же в связи с этим был важен другой момент, а именно - соотношение сил. И здесь всё оказалось довольно радужно. Пять сотен латников - это само по себе много, а уж после бойни в городе, да с раздёрганными из-за нежити гарнизонами... Получался даже не паритет сил, на что я робко надеялся, а настоящее военное превосходство! О котором враг или пока не знает, или к которому вынужден готовиться, судорожно собирая силы. В любом случае мы остаёмся в выигрыше - враг так или иначе полностью готов не будет.

Да и моральная сторона вопроса, выходит, довольно сомнительна. Воевать против своего же сюзерена, руководствуясь словами советников его отца... Не очень хорошо даже по меркам простых солдат, не то что восставших вассалов. А уж о том, какая молва должна ходить теперь, после произошедшего в городе, и вспоминать не нужно. Неоднозначность так и плещет через край.

Но это положительная сторона ситуации. А есть ведь ещё и обратная.

Деньги. Я изрядно потратился на наем, обеспечение фуража и всего прочего. Не то чтобы это входило в стандартный контракт наёмников, но выбора, прямо скажем, у меня не было. Они и так рисковали, нанимаясь к явно проигрывающей стороне, чтобы мне ещё за каждую копейку давится. Однако это понимание не улучшало настроения, как и не наполняло мой кошелёк.

Не уровень "пан или пропал", конечно, однако всё равно не до шуток. Богатый буратино изрядно поиздержался.

И даже так, потратив немалую часть состояния, я смог нанять три компании всего на четыре месяца. По идее этого должно хватить с немалым запасом, однако как оно повернётся в реальности не знал никто. Мало ли, погода подлянку организует, или новый катаклизм разразиться. И тогда всё станет куда сложнее... Одно радовало - догадался премиальные пообещать, если компания завершиться удачно. Мотивация - вещь и без того хрупкая, чтобы людей ещё и ленью в духе компаний-долгостроев соблазнять.

Так что теперь стоит поспешить, ведь часики уже тикают. Благо сами наёмники к походу оказались готовы.

- Куда путь держать будем, мэтр? - с ехидцей улыбаясь начал один из друзей барона, стоило нам вновь собраться в той же комнате таверны на следующее утро. Состав "штаба" практически не изменился, за исключением прибавления в лице малолетнего герцога. И ему полезно, и нам свежий взгляд.

- На восточном тракте сейчас орудует стая каких-то тварей... - эта новость явно удивила собеседников. - Значит, придётся обойти болота по главному.

- Неприятный крюк, - нахмурился Лэнс. - Пока лес обойдём, потом по дороге... Дня четыре, не меньше. Вряд ли успеем до того, как о нас донесут нынешнему... м-м-м... узурпатору.

Не удивительно - главный тракт, или как его ещё называют - Первая дорога, является не только одним из главных торговых маршрутов Междуречья, но и проходит через южную часть нужного нам герцогства насквозь. Причём с соответствующей инфраструктурой. Построенная прошлым правителем крошечная крепость закрывает граничащие с феодом болота, а также прикрывает три небольших, но хорошо укреплённых поселения. Федну, а также Верхнюю и Нижнюю Астны. Два последних расположены на практически одноимённой реке Астнар, тогда как первое - на перекрёстке с трактом, ведущем на север, в остальные земли герцогства.

- Получается, мы будем брать Федну? - нервничая, подал голос ребёнок.

- Зачем? - флегматичным тоном отозвался третий, молчавший до этого капитан. - Время потратим, а толку - чуть. Лучше сразу к родовому замку направиться...

- А что по феодалам? - настал мой черёд задавать вполне возможно довольно тупые вопросы.

- А что с ними? - продолжил он. - В Верхнюю Астну, говорят, юноша при паре клинков приходил. По его же словам - сын покойного графа Вал'астна, у которого батюшка его светлости землю и отобрал. С головой в придачу, ага... Да только кому он там такой нужен-то? Вот и прикончили идиота, у ворот города повесив. А в остальном там никого - тишь, да гладь, да божья благодать.

Средневековье... А увлечения у людей точно такие же.

- Ну, тебе лучше знать, Блохастый, - ухмыльнулся Лэнс. - Главное, чтобы нам не мешали.

- Не будут, - никак не отреагировал на прозвище названный. - Отец его светлости знатно постарался - мутить воду практически некому. Однако же, впрочем, и помощи ждать не стоит - простому люду до хозяйских склок дела нет. Особенно, когда по окрестным весям мертвецы гуляют.

Я, нахмурившись, кивнул, краем глаза заметив совсем уж погрустневшее лицо малолетнего герцога. Видимо, он искренне рассчитывал хоть на какое-нибудь полезное участие его вроде как поданных. Но реальность, как всегда, оказалась сурова к чужим розовым очкам. Ещё спасибо нужно сказать, что покойного герцога в народе не проклинали. А ведь должны были - столько войн из-за него эти земли пережили, что только действительно полезные деяния могли сгладить образ завоевателя в народном сознании.

Далее мы обсудили ещё несколько вопросов, да решили, что о дальнейшем нашем пути будем судить уже на месте. По обстоятельствам, так сказать.

Единственное, что меня до сих пор волновало - реакция графа ра Вадранта и остатков его воинства. По идее, они должны были либо преследовать нас, либо вернуться к себе домой. Может быть произошло и то, и другое, всё же сбивали путь мы старательно, со всем тщанием. Вот только даже при всём при этом, в развернувшейся гражданской войне он - единственный сторонний игрок. Игрок, уже почувствовавший вкус успеха, но внезапно всё потерявший. Сколько в том бою погибло заговорщиков? А сколько солдат в синих сюрко? И после всего этого, после стольких жертв, отступиться ли он? Или попытается всё же словить рыбку в мутной воде войны?

Конечно, силы его теперь малы и обескровлены. Однако они всё ещё есть, и всё ещё верны исключительно ему одному. В отличие от солдат герцогства, чья лояльность вообще неизвестно кому теперь будет принадлежать. Остальные-то вассалы либо слишком слабы для влияния на исход компании, либо слишком лояльны одной из сторон конфликта. А вот граф... Он - неизвестный фактор. А значит, опасен.

***

Когда-то я считал путешествие в одиночку довольно-таки нетривиальным испытанием. Беспокойный ночной сон, перемежаемый бесконечными адреналиновыми побудками, огромное количество работы и постоянное одиночество, от которого вскоре начинает мерещиться всякая дребедень. Причём если там, на Земле, будучи заядлым скептиком, ещё можно было успокаивать себя убеждениями в нереальности редких галлюцинаций, то вот в этом мире, полном самых разнообразных тварей и настоящей магией... Словом, жизнь на иголках - самое полное описание путешествия в одиночку. Впрочем, тогда, на волне эйфории от обретения долгожданной свободы, все минусы и не виделись таковыми. Ведь уж лучше так, чем всё то же самое, да в компании безумного старого садиста.

Однако путь в составе каравана на поверку оказался гораздо более удобным. Необходимость следить за языком и вещами - малая цена за спокойствие, сытость и какой-никакой комфорт. Всё же разделение труда - истинно бриллиантовое изобретение человечества, с этим трудно поспорить. Посему единожды распробовав этот способ на вкус, в дальнейшим я всегда старался двигаться в немалой компании.

Примерно то же самое повстречало меня и на корабле. Разве что темнота глубин будоражила разум, да неприятные запахи и стеснённость портили впечатление. Однако человек, тварь такая, может привыкнуть ко всему. Особенно в среде своих сородичей.

Потом, не беря во внимание повторения, было путешествие в компании малолетнего герцога. Пожалуй, такой собеседник и необходимость заботится о ребёнке пусть и доставили хлопот, однако недалёкие времена тех странствий всё же оказались гораздо приятнее прочих. Не знаю, пробудились ли так внезапно отцовские инстинкты, или это было удовольствие от наличия хорошего слушателя. А может быть всё дело в том, что наши с герцогом отношения были просты, понятны и обоюдовыгодно? Возможно. Возможно даже, что когда-нибудь в будущем мы вспомним о днях прошедших за кружечкой хорошего вина...

Но вот путь в составе небольшой армии, это... настоящий геморрой. Ну вот объективно, ни дать ни взять, просто горка проблем какая-то, да с дерьмом в придачу! Понятное дело, наёмные капитаны своё дело знали, и знали его очень даже хорошо. Люди ставили палатки, дежурные готовили пищу и рыли выгребные ямы, а походные кузнецы правили пострадавшую в пути амуницию. Но всё равно, даже прочитав уйму книг по средним векам, я даже не представлял, насколько сложно будет странствовать в составе отряда более чем пяти сотен человек. Полтысячи - это полтысячи, поистине громадное число, особенно когда речь идёт о живой силе. И всё это мучительно медленно, муторно и сложно бредёт по грязи и пыли, жрёт и испражняется едва ли не железнодорожными составами, а также старается брать от жизни всё и сразу, буквально не отходя от кассы, ведь каждый день человек рискует отойти в мир иной. Особенно, если он связал свою жизнь с войной.

А уж маркитанты... Ох, эти маркитанты! Агенты крупных купцов и мелкие торговцы, попрошайки и какие-то там проповедники, шлюхи и знахари, ремесленники и воры. Не то чтобы для полутысячи воинов всего этого добра требовалось так уж много, однако ещё минимум полусотню рож в обоз добавляло. Вольные клинки ведь, всю жизнь в бою, у таких среди маркитантов друзья, семьи да иные родственники. И отдельно их держать на привалах не станешь, по всё тем же причинам. Как результат - пьянки, разврат, болезни... И самому гадко, да ещё и ребёнок под рукой.

Нет, малолетний герцог не роптал и не жаловался. Наоборот, молчал как мышь под веником. И столь же внимательно, как там самая мышь, изучал новый для себя мир, приобщаясь к... К тому, к чему приобщаться вот вообще никоим образом не стоило. Так что приходилось мелкого отвлекать больше обычного, что мне ни свободного времени, ни душевного спокойствия также не добавляло.

Ко всему прочему, как оказалось, начала пробуждаться моя фертильность. Отдельная история, о которой я предпочел бы промолчать. Особенно в свете того, что, с одной стороны, имел под рукой деньги и доступных женщин, а с другой - средневековье вокруг, что в принципе не позволяло даже смотреть на маркитантских проституток. Их внешний вид... И запахи... Уж лучше хранить целибат, чем возлечь с такой.

А время тянулось не торопливо, как гружённая повозка по разбитым просёлочным дорогам. Преимущественно пешее войско неспешно шагало вперёд, к врагу, который, впрочем, заставил себя подождать. И это было не удивительно, как стало ясно позднее. Всё же, пока с течением времени к нам доходили всё новые и новые сведения, вместе с тем росло и понимание величины свиньи, подложенной мною врагам во время событий в Высокой Крипте.

А произошёл у них ни много ни мало - разлад. Нет, даже не так, целый Разлад! Причём всех со всеми, начиная с непонятных нервных порывов графа ра Вадранта, в ходе которых почему-то страдали земли его вроде как союзников, заканчивая камерной резнёй среди высших эшелонов незаконной власти. Слухи, конечно, ходили донельзя смутные, однако один только факт изоляции родового замка моего подопечного говорил о многом. К тому же внезапно вскрылось, почему работали заговорщики через воинов в синих сюрко - большая часть раздербаненного по гарнизонам войска, по-собачьи верного отцу моего герцога, послала узурпаторов на три весёлых буквы. Сложись всё иначе, и выбора бы им вскорости и не осталось. Не с мелким, прибывающим в заложниках дорого родственника. Однако реальность, к счастью, умеет крутить фиги не только лишь мне одному...

А о ситуации в войсках мы узнали быстро. И не от кого-нибудь, а непосредственно из первых рук...

***

В компании мелкого я прибыл сюда, к авангарду, по зову одного из наёмных капитанов. Дескать, гарнизон той самой мелкой крепостёнки, что расположилась чуть в стороне от нашего маршрута, совершенно неожиданно проявил себя. И не просто пальцем погрозить показался, а остановил войсковую колонну, не пожелав пропускать нас дальше! При более чем пятикратном численном перевесе! Их можно было бы назвать идиотами... Однако я догадывался, что всё дело не в самой нашей армии, а в пародии на личное знамя герцога, что ныне гордо реело над нашими передовыми частями. Его на скорую руку накалякали в одном из городков по пути из красок, по явно завышенной цене купленных мною у мимо проходящего каравана. Посмотрим теперь, к добру или к худу было уплачено золото.

Когда мы вышли из-за полосы придорожного кустарника, чуть в отдалении на холме стали видны и наши гости. В огненно-красных, словно степной пожар, сюрко с бледно-зелёными квадратами, заступила полутысяче человек дорогу могучая кучка из дюжины конных воинов. Все при панцирях, кольчугах да добром оружии. Даже кони - и те в лёгком кожаном доспехе.

Стоило нам только приблизиться, как гости умолкли, напряжённо оглянувшись на чуть более богато облачённого бородатого мужчину из своих рядов. Он ещё несколько мгновений сурово взирал на нас из-под кустистых бровей, внимательно вглядываясь в явно занервничавшего ребёнка. После чего стремительно сорвал с головы шлем и радостно-ошеломлённо воскликнул:

- Ваша светлость!

Мелкий вздрогнул и, совсем уж перепугавшись от крика, дёрнулся мне за спину. Только для того, чтобы через парочку мгновений его догнало слитное: "Ваша светлость!" - от десятка лужёных глоток.

Кажется, золото всё-таки окупилось.

***

... Признаться, такой радости от вида моего мелкого подопечного я никак не ожидал. В особенности от этих суровых, много всего повидавших мужчин. Однако и отца мальчика, и его самого, кажется, в войсках искренне любили, в отличие от принёсших присягу герцогству местных феодалов и их воинов. Оно, впрочем, и не удивительно - репутация у почившего завоевателя была та ещё, в духе доброго, но сурового отца-командира, в то время как прибывшие с ним войска местные ещё только начинали ассимилировать. Чужое наречие, чужая культура и в общем чужие люди. Пройдёт ещё не один десяток лет, прежде чем потомки северян станут истинными жителями Междуречья... Не удивительно, что предателям не удалось переманить их на свою сторону. Да и нечем это было делать, собственно, - довольствие с их приходом к власти только упало, да и проблемы в тылах начали пагубно сказываться на гарнизонах.

Вот и обрадовались опытные воины, увидев войско во главе с мелким. И справедливость восстановить можно, и предателей хорошенько ограбить, и довольствие прошлое вернуть. Словом, положительно всё со всех сторон! А то, что погибнуть могут... Так воины же, да к тому же бывшие наёмники. Такие к приходу костлявой с косой всегда готовы, рисковать привыкли.

Мы их, конечно, взяли с собой... Но не всех. Нежить всё ещё бродит, болота - кишат, да и крепость бросать последнее дело. Мало ли, вдруг нам сюда отступать придётся. Так что взяли с собой четыре десятка, а ещё два в гарнизоне оставили. Ну и ещё по мелочи в придачу, из наёмников, что в походе травмировались. И нам тянуть не придётся, и герцогским солдатам в помощь.

Далее были города, в которых нас приняли... На удивление тепло. Не просто так, конечно, а пожаловавшись на акты бесчинства со стороны некоторых советников. Ну и попросили виновных - наказать, потери - компенсировать, а налоговые послабления - выдать. Последнее, впрочем, просили так, мимоходом... Нет, не будь с нами полутысячи клинков - потребовали бы, ещё как потребовали! Но вот со сталью перед лицом, тут уже не до качания прав. Самим бы выжить, не вызывая обиды у законного сюзерена. Так что тут же все как миленькие бросились лебезить и клясться в безоговорочной верности. Ополчение, однако же, поднимать отказались, сославшись на всю ту же нежить.

Ну-ну. И я, и уж тем более малолетний герцог всё-всё запомним. И припомним при подходящем случае.

Впрочем, на моё искреннее удивление, прибавление мы всё же получили. И из местных, то есть городских, гарнизонов, и из простых горожан, решивших рискнуть за звонкую монету. Хорошо ещё, что бонзы изволили раскошелиться в пользу государя, а то мои денежные запасы точно показали бы дно...

Так и двигались, неспешно и обстоятельно. Города и укрепления, за редким исключением, продолжали присоединяться к нашей всё возрастающей армии. Пару раз натыкались на сравнительно небольшие наёмные компании, спешащие на зов наших неприятелей... Однако встретившись однажды, и уяснив краски ситуации, они предпочитали тут же спешно покинуть гостеприимные земли герцогства.

А потом начались бои...

Глава 21 - Война, которая всё никак не меняется

На нас напали ночью. Ну, точнее будет сказать, попытались. Уж не знаю, на что там надеялись заговорщики... Склоняюсь к тому, что это был такой своеобразный акт отчаяния. Попытка переломить ход войны, исход которой всем заинтересованным лицам уже был совершенно очевиден. Слишком уж велик перевес наших сил, усугубляясь к тому же с течением времени. Слишком непрочен оказался союз вероломных предателей, распавшись на отдельные клики при первом же значительном поражении. И слишком уж глупо было надеяться, что силы, стоявшие за отцом моего подопечного, не станут пытаться сохранить свои инвестиции.

Вообще, во многих событиях и вроде как совпадениях, то и дело продолжающих происходить вокруг нас, мне ясно чувствовалась воля больших игроков. Действительно больших. То есть не с Междуречья, понятное дело, а южан и северян. Которые официально здесь, конечно, действовать не могли. Но когда и кого останавливали какие-то там договора? Деньги с торговлей, слухи, контроль важных лиц, тайные договора и как будто бы случайные убийства - механизмов неофициального и косвенного давления всегда хватало. И кто-то их активно задействовал, причём не только лишь против местных, но и наперекор другим крупным силам. Медленно, но верно раскручивая маховик невидимой войны...

"Чувствуешь себя в этаком глазом бури посреди убийственно стальных, беспощадных ветров. Хотя на самом деле истинным центром сего явления являюсь вовсе не я, а мой маленький подопечный".

Впрочем, глупо жаловаться, если тайная баталия проходит в твою пользу. Уж не знаю, на что рассчитывали заговорщики, но потеряв свой главный козырь в лице заложника, весь их карточный домик тут же стал рассыпаться. Вместе с их жизнями. Даже и не поймёшь теперь, кто, кого и почему убивает. Столько смыслов и уровней во всей этой возне... Хорошо, что мне не приходится во всём этом участвовать. Сейчас враг более-менее ясен и понятен, а зачищать остатки будем уже после победы.

Победа... скорее бы она уже наступила. Всё же почти месяц беспрестанных боёв, мелких схваток в тщетных попытках оттянуть неизбежный финал, способны вымотать кого угодно. Да и теперь, после этого сражения, ещё ничего не закончено, ведь земли врагов не покорены...

... - Большие потери? - именно это меня интересовало сейчас больше всего.

- Нет, - Лэнс безразлично пожал плечами. - Ты, да дозоры вовремя предупредили. А как твоих тварей спустили, так ситуация и вовсе перевернулась.

- Они не мои, - морщусь от задетой профессиональной гордости. - Обычные собаки, чуть улучшенные по одному известному в узких кругах рецепту. Недолговечное дерьмо, хотя и полезное в моменте.

- Ну, момент этот наступил, и наступил удачно, - расплылся в улыбке шрамированный ветеран.

Вообще, идея с этой поделкой пришла спонтанно. Работы и так хватало, всё же война на коммуникациях - это та ещё гадость, при которой раненых обычно куда больше, чем убитых. А кому латать их, как не мастеру работы с плотью, верно? Пусть свои манипуляции и приходилось маскировать другими разделами магии, благо в стихийной тоже хватало лечащих заклинаний. Оных я, впрочем, не знал... Но ведь остальные не надо осведомлены об этом казусе, а значит всё хорошо! Тем более кроме всего прочего, в нашей небольшой армии я ожидаемо оказался наиболее сведущим как в самом искусстве алхимии, так и в особенностях применения различных зелий. Да и запасы последних у меня всё ещё оставались, несмотря на некоторые растраты. Так что спустя некоторое время, довольно непродолжительное к слову, как-то незаметно для самого себя я стал руководителем армейского госпиталя... Который сам же с нуля и организовал, мда.

Госпиталь - отдельная история моих страданий... Местным вообще было страшно непривычно осознавать, что за их здоровье борются не только полуграмотные цирюльники, но и целый мэтр собственной персоной. Обычно-то наша братия если кого и лечит, то как минимум знатных особ. А ещё лучше - способных заплатить. Однако я и здесь выделился, пускай и по схожим причинам.

Выгода - она такая, заставит помогать ближнему лучше любой совести.

Впрочем, хоть наёмникам и простым солдатам было довольно дико наблюдать подобное, но отказываться от моих услуг никто даже и не думал. Потери снизились, люди быстрее возвращались в строй... А за свою помощь я продолжал выбивать нам с герцогом всё больше и больше преференций. Начиная скидками, и заканчивая различными обещаниями непосредственно с офицеров компаний.

Да и репутацию неизменно повышал, усердно нарабатывая авторитет. Что быстро принесло свои плоды.

А всё дело в то, что кроме врачевания, мне приходилось заниматься работой и по другому своему профилю. Ведь сдавались на нашу милость далеко не все укрепления, поскольку кое-где заговорщики либо изначально имели, либо уже в дальнейшим успевали поменять офицеров на лояльных себе людей. Не всегда это, конечно, приносило свои плоды, однако проблемы доставляло регулярно. Как минимум неизбежными задержками на уговоры.

Что же до тех, кто оставался верен заговорщикам... Такие орешки, они словно ком в горле. Обойдёшь - будет страдать логистика, что по цепочке связи неизбежно скажется и на армии. Будешь осаждать - потеряешь ещё больше времени. Возможно даже со всей военной инициативой, чего допускать было ни в коим случае нельзя. Из относительно приемлемых вариантов оставался лишь прямой штурм, что грозился неизбежно истощить войска как количественно, так и морально. Впрочем, последнее было верно только лишь в тех случаях, когда обе армии, штурмующая и обороняющая, обладают примерно равным магическим потенциалом. Если же чаши весов склоняются в чью-либо сторону, то прямое противостояние зачастую оборачивается совершенно иными результатами.

Само собой, многое зависит и от деталей, в частности - от профилей магов противоборствующих сил. В нашем случае, например, несмотря на несколько иную специализацию, я всё же прекрасно вписался в штурмовые отряды второй-третьей линии. И выступал там этаким мобильным огнемётом времён второй мировой. Что по меркам Средневековья было не просто эффективно, но ещё и чудовищно страшно для врага.

Когда стены из надёжного защитника превращаются в ловушку, любой потеряет присутствие духа. Да и крики сгорающих заживо уверенности почему-то не добавляют.

Словом, и в боевом своём амплуа я был более чем эффективен. Просто...

"О Стихии, как же я устал..."

Бесконечный гул от стонов раненных и сжигаемых непрестанно давил на нервы. да и запахи с визуалом... Соответствовали. После многих недель созерцания прекрасных лесов и морей, пусть периодически и прерываемого на сеансы крови, стали и пламени, вновь обнаруживать себя в подобной рутине было не слишком приятно. И ладно бы твари бессловесные, к их страданиям я уже давным-давно привык. Но вот люди пока приестся не успели. Продолжали цеплять что-то внутри меня...

Инстинкты, наверное. Сопереживание - довольно мощное чувство, свойственное в основном развитым социальным организмам. Увы, окончательно вывести его из самих себя не способны даже химерологи.

К счастью, уже вскоре мне представилась возможность отдохнуть от неприятной работы... за работой, к которой удаётся относится хотя бы просто безразлично.

Оказалось, что рядом с одним крошечным поселением, в котором мы встали на отдых, обосновалась здоровенная стая бродячих собак... И как-то вспомнился мне очерк одного бравого коллеги, славившегося умением приспособить к военному ремеслу едва ли не всё вокруг бродящее. Собаки на фоне некоторых его экспериментов - ещё адекватный и в целом качественный выбор, всё же боевые псы не новы и для здешней человеческой цивилизации. Другое дело, что у бродяшек ни дрессировки, ни породы, ни даже мяса на костях достаточно не было... Но право слово, когда это останавливало настоящих химерологов?

Алхимией и мясом приманил, усыпил, а потом несколько дней изменял. Замучался вусмерть, но монстриков сделал. Таких себе, правда. Можно даже сказать - то ещё дерьмо, даже по ученическим меркам. Зато много, быстро, дёшево и довольно-таки эффективно. Если пользоваться правильно сумеешь научиться, правда. Поскольку то, что получилось из животных-людоедов, правильнее было бы величать скорее блохастыми берсерками, чем боевыми химерами. Да и то - с одной единственной извилиной, отвечающей за определение своих по запаху. Есть химикат - союзник, нет - добыча.

С другой стороны, даже такое дерьмо позволило сохранить человеческие жизни. И не то чтобы последние были для меня принципиально важны... Просто потери - это плохо само по себе, а у наёмников выливается ещё и в растраты в денежный эквиваленте. Так или иначе. Да и опять же, репутацию себе поднять - дело правильное и сугубо полезное. Уж что-что, а пару сотен клинков в такие времена обязательно пригодятся, рано или поздно.

***

Шум, дым, запах крови и дерьма - всё это она, война, вновь явившая свой освежёванный лик. И я вновь иду в самую её гущу ради исполнения чаяний, недостойных хорошего человека. Несколько печальное, но уже привычное явление.

- Пригнитесь! - орёт латник, один из моих стражей, и я исполняю его волю. А спустя несколько мгновений над присевшим мной смыкается барьер из щитов, чтобы остановить собой накатывающий вал стрел...

Точнее, ну как "вал"... Сколько их там, в этой башне, вообще сидело? А сколько могут продолжать обстрел теперь, не отвлекаясь на наших воинов, уже занявших первые этажи? Разве что десяток, не более. Однако и такое количество арбалетчиков смертельно опасно. В особенности, когда выбирают одну мишень...

Впрочем, броня моих стражей крепка, а щиты - окованы сталью. Да и двигаемся быстро, ведь ветер помогает каждому нашему шагу. Возможно, как бывало и ранее, кого-то из воинов всё же найдёт своя стрела неудачи. Не убьёт, так ранит. Не ранит, так хоть доспехи помнёт. Однако на конечном итоге боя это не скажется. Ведь...

- Мэтр, наконец-то! - на входе нас по обыкновению встречал офицер, судя по орнаменту - десятник. - На третьем этаже засели, сучьи потрохи, да лестницу всяким дерьмом завалили! Никак без вас, чтоб мне девки не давали!

- Хорошо...

И уже вскоре на отчаянных глупцов, что вообразили себя героями, польётся жидкое пламя. Ни баррикада не остановит поток, ни жалкие миллиметры металла на их телах. Всё пожрёт голодный огонь. Всё затопит, закрутит, проглотит и более никогда не отпустит. Всё, включая жизни наших врагов.

Это уже практически не вызывает эмоций. У меня. Наёмники и солдаты, как прежде, будут бледнеть да отводить взгляд, чтобы вечером у костров вспоминать пугающие мгновения. Может быть они отпустят это воспоминание, может быть пересилят себя. Но страх перед ликующим пламенем, страх передо мной... Он останется в их душах. И не уйдёт оттуда уже никогда.

Что было для меня неприятной рутиной, останется в памяти других проявлением бескомпромиссной, но такой необходимой жестокости. Разумеется, я знал о таких последствиях своего участия в битвах. Но был не против. В конце концов таким и должен быть настоящий средневековый властитель - милосердным к слугам, предупредительным к друзьям и абсолютно безжалостным к врагам. Страх вообще является прекрасной эмоцией, Макиавелли не даст соврать.

***

Волшебный кубик уже не раз предупреждал меня о событиях, которые стоило бы избегать. И пока мне это даже удавалось - ловились или хотя бы отваживались вражеские диверсанты, обходились армией "нехорошие места", распутывались клубки локальных интриг, грозивших нам неприятностями... Однако промашки всё же случались. Увы, артефакт имел привычку показывать лишь конечный результат, да и тот в виде картинки, которую ещё требовалось расшифровать. И далеко не всегда это получалось сделать вовремя. Словом, польза от него была, и было она значительна.

Но не всегда.

Например, однажды утром я имел сомнительное удовольствие лицезреть изображение заполненной трупами большой ямы на фоне некого замка. Трактовок этой картинке было найдено предостаточно. Но, как водится, верной оказалась самая неприятная из всех.

Когда под навес у госпитальной палатки доставили пятого человека с симптомами некой лихорадки, всё стало совершенно понятно.

- Вы теперь считаетесь разносчиками, - заявляю замершим под моим взглядом солдатам с носилками. - Как и все остальные, кто контактировал с заражёнными. Стойте здесь, на виду, и никуда не уходите. Попробуете сбежать - сгорите заживо. Понятно?

И пока струхнувшие люди кивали болванчиками, я стал раздавать приказы. Работы резко прибавилось, причём даже масштаб проблем был пока мне не совсем понятен. Что это за болезнь? Каков масштаб эпидемии? Что послужило причиной её возникновения? Неясность пугала больше всего...

Нет, за себя я не волновался - химерологам по роду деятельности положено иметь превосходный иммунитет. А поскольку в природе такого у людей, даже у магов, не встречается... То да, это является одним из обязательных пакетов модификаций. И я прошёл его ещё в детстве, лет в шесть, если правильно помню. Так что если жертвы не больны чем-нибудь совсем уж смертельно-магическим, то мне не грозит даже насморк.

Впрочем, химеролог - это химеролог. Тварь живучая, ничего удивительного. А вот люди... Нам вот ещё эпидемии в армии не хватало, честное слово! Всего пара дней пути осталась до твердыни герцогского рода, и как удачно для кого-то совпало, что именно сейчас в наступающей армии обнаружились некие больные. А что бы было спустя те самые несколько дней? Полноценный мор? И сколько воинов должно было умереть под стенами замка, так и не встретившись с врагом?

Меня, конечно, не смутить бесчестными методами. Однако играть в такие игры с химерологом, пусть и не зная об этом? К тому же, пусть и косвенно, но покушаться на жизнь ребёнка, а по совместительству - моей главной ставки?! Самоубийцы! Я им ещё покажу, что значит настоящая эпидемия!..

.. Так что действовал я быстро, жестоко и беспощадно. Капитанов пригнали быстро, и там уже, не слушая никаких возражений, всех пришлось ставить перед фактом моего полного единоначалия. Никакого разброда с шатанием допускать было нельзя, поскольку тогда уж точно не удалось бы остановить поветрие. А надежда на то была, благо обнаружить проблему удалось ещё в зародыше.

Далее были сформированы рабочие группы из контакторов первой степени, а потом и второй. Они, облачившись в плотные одежды и прикрыв дыхательные пути пропитанными алкоголем повязками, аккуратно переносили палатки и личные вещи заражённых в сторону, формируя второй, карантинный лагерь. Ну и следили друг за другом, докладывая мне обо всех изменениях.

Я же тем временем работал.

Симптоматика у заражённых была стандартная. Повышенная температура, боли, рвота. У самого раннего началось покраснение кожи, причём преимущественно в районе близкого залегания лимфатических узлов. Означать это могло в принципе многое, в особенности для химеролога. Увы, за неимением нормального медицинского образования, получить которое мне не удастся уже никогда, приходилось больше гадать, чем лечить. И на тот момент я склонялся к некой бактериальной инфекции.

Как оказалось позднее - был не прав. Карающей дланью над нами зависла "ложная чернянка", по симптоматике более всего напоминающая чёрную оспу. Страшный, смертельно опасный вирус с высокой летальностью... Увы, как оказалось после часового мозгового штурма, за исключением общей информации, более ничего конкретно об этом заболевании я и не помнил.

Чёрная оспа. Для средневековой Земли - ужас и очередной Бич Господень, тогда как для современной - забытый, побеждённый враг. Но я помнил её изображения. Старые, ещё черно-белые фотографии. И нынешний наш противник действительно напоминал её. Однако... Не полностью. Без подробностей.

Другой мир ведь, верно? Почему, раз уж здесь живут растения и животные, не встречавшиеся на Земле, то болезни должны быть такими же? Однако эта походит ведь! Действительно походит! Впрочем, мне-то от этого никакой разницы не было. Всё равно земных лекарств не сыскать... Зато имелись другие, в чём-то даже более эффективные.

Алхимия и магия. Будь я чистым алхимиком, и многим больным пришлось бы погибнуть, пока натуральные эксперименты на живых подопытных не принесли бы свои плоды. Будь я чистым стихийником, и не смог бы сделать практически ничего - их "чистое" исцеление в принципе не предназначено для лечения инфекционных заболеваний, поскольку имеет регрессивный принцип работы. Однако я был химерологом. Тем видом магов, для которых болезнь - если не лучший друг, то соратник уж точно. Своевольный, нагловатый и неизменно вероломный соратник, так и желающий пожрать ко всему прочему ещё и тех, в чью сторону даже смотреть не следовало, но всё же. Так что, говоря иносказательно, к применению ошейников и плёток в этой сфере мы привычны. Пусть целью подобных методов и являлись те, кого даже увидеть практически невозможно.

Так что эпидемию я остановил, да. Тридцать семь человек перешли в острую фазу болезни. Двадцать один из них выжил. Остальные - сгорели на опушке под гробовое молчание наблюдавших поодаль солдат. Они всё прекрасно понимали, но такая смерть даже для наёмника не могла считаться достойной.

По итогам всей прошедшей эпопеи мы вынуждены были признать, что частичного успеха неизвестные диверсанты всё же сумели добиться. Армия была остановлена почти на две недели. Точнее сказать, остановлен был именно я, да в компании полутора сотен контакторов и больных. И пока мы оставались позади, продолжая борьбу с самым бесчестным из врагов человеческих, остальные успели дойти и осадить замок. Собственно, поэтому успех противников и можно было признать разве что частичным, да и то - с большой натяжкой. Конечно, солдат под стены пришло несколько меньше, чем было изначально. Но на боевом духе воинов это не сказалось, как и не помогло изолированным предателям. Да и многие интересные заготовки, в духе "проклятья божественного" и прочего бреда также на сработали - все прекрасно знали, что болезнь уже остановлена и с ней успешно борются. Не стали же бы боги посылать в качестве кары то, что сдержал лишь один волшебник? Или, если всё-таки стали бы, то стоит ли теперь так бояться этих самых богов, раз уж их волю успешно отвергли?..

Да-а, это, конечно, совсе-ем не то Средневековье. Не было, знаете ли, этого мрачного образа всесильной, подавляющей волю церкви под взором Господним. Свобода веры, свобода мысли, свобода совести... Скорее уж этакая Античность, пусть и с несколько специфичным антуражем. За что этот мир просто нельзя было не любить.

***

В лагерь мы прибыли под вечер. И пока воины, пережившие один из самых опустошающих опытов в своей жизни, стремительно рассасывались по лагерю в поисках товарищей, командиров и шлюх, - да-да, именно в таком порядке, - я направился к штабному шатру. Требовалось узнать последние новости и проведать герцога, на неделю оставленного без присмотра.

- Что, к мелкому спешишь? Да ты прям наседка, а! - ухмыляясь, заявил мне подпитый... Как там его? Словом, один из наёмных капитанов, да подшофе. А ведь я ещё даже внутрь зайти не успел, на выходе столкнулись.

В ответ я только недоумённо моргнул, не зная как на реагировать на эти слова. Вроде бы и доля правды в них имелась, вот только контекст и тон речи...

- Крюк, держи язык за зубами, а? - прямиком из шатра донёсся голос Лэнса с какой-то подсердечной печалью. - Когда-нибудь ты до могилы договоришься, говорю тебе!

- Хах, так все ведь там будем! - оскалился наёмник, и более не обращая на меня внимания отправился прочь. Судя по похабной песенке и направлению движения - к жрицам продажной любви.

Ещё несколько мгновений проводив его удаляющуюся фигуру взглядом, я с лёгким недоумением вздохнул и откинул тканевый полог шатра. Там меня, естественно, уже ждали. Но не все, кого я хотел видеть.

- Где герцог? - именно таков был мой первый вопрос не сегодня.

Чуть иронично улыбнувшись в ответ, Лэнс кинул какой-то сложный взгляд на Блохастого - самого флегматичного из всех наёмных капитанов. Тот, не обращая на нас никакого внимания, продолжал неспешно цедить вино.

- Что же, - ещё раз иронично улыбнулся барон, - если тебя это интересует - с ребёнком всё в порядке. Покомандовал, набегался, поел и теперь спит в собственном шатре.

Судя по взгляду моего собеседника, он ожидал новых вопросов по данной теме. Но мне этого не требовалось. Главное, что сейчас мелкий в безопасности. Остальное уже сам расскажет.

Не у наёмников же жизнью герцога интересоваться, верно? Пусть сейчас они к нам и лояльны, но жизнь - штука переменчивая. И солдаты удачи знают об этом лучше многих прочих. Не стоит раскрывать те детали, без которых они могут прекрасно обойтись. Поэтому...

- Хорошо, - говорю, занимая освободившееся за столом место. - Тогда расскажите мне о том, что я успел пропустить...

Глава 22 - Мор 2.0

Утро. Лёгкий туман укутал холмистые равнины, заодно укрыв и небольшой город чуть в отдалении. Но с громадой замка, гордо возвышавшегося над окрестными землями, сделать не смог ничего. Разве что усложнил и без того нелёгкую работу караула на каменных стенах.

Впрочем, уже вскоре мы освободим их от этой нелёгкой доли. В конце концов смерть, как известно, - самый эффективный способ уйти от всех жизненных трудностей.

А трудностей этих между тем хватало. Причём как у герцога, который вскоре вернёт всю полноту власти над своим доменом, так и у меня, коему приходится этого самого герцога успокаивать. Увы, кроме меня заняться этим было некому хотя бы по той простой причине, что с момента начала кризиса список тех, кому малыш мог хоть немного доверять, сократился практически до нуля. Кто-то предал, кого-то убили, тогда как другие исчезли в начавшейся заварушке, от чего теперь числились в перечне неблагонадёжных. В оном же перечне также оказались и те, кто и ранее не имел доверия малолетнего сюзерена, но всё же соизволил присоединиться к нашему военному походу. Пусть уже и после начала оного.

Причём последние очень хотели получить индульгенцию (т.е. отпущение грехов, прощение) сюзерена и заслужить его доверие, однако... Достаточно будет сказать, что пока никому из них так и не получилось добиться желаемого. И ситуация не располагала, и характер герцога уже успел изрядно испортится благодаря расцветшей у малыша паранойи, да и сам я балду не пинал - отваживал весь этот сброд только в путь. Иногда даже, так сказать, с отложенными фатальными последствиями. Для алхимика это не трудно, а для химеролога - ещё и довольно увлекательно.

Результатом всех этих социальных взаимодействий стало то, что кроме ролей боевого мага, лекаря и раскрывшегося народу химеролога, что и так уже изрядно беспокоило окружающих, мне пришлось вполне официально примерить на себя ещё и почётное, но совершенно неблагодарное звание личного советника-психотерапевта малолетнего герцога.

Хотя и нельзя сказать, что после этого для нас двоих хоть что-то изменилось, поскольку эту роль я и так отрабатывал ещё с момента вызволения моего подопечного. Вот только личные отношения и официальный фавор - это всё же вещи совершенно разного ранга. В том числе и потому, что пожалованный мне титул советника означает, что мавр, даже сделав своё дело, уходить никуда не будет.

Какой шок для личностей, уже успевших поделить политическое влияние при дворе герцога! В красочных палатках военной, торговой и прочей элиты сих суверенных земель начался сущий кошмар...

Как не трудно догадаться, такие новости взволновали весь местный бомонд похлеще золота, найденного очередными зулусами где-то близ британских колоний. Взволновало вплоть до активных действий некоторых личностей, возжелавших исправить учинённую залётным выскочкой несправедливость.

Увы для последних, реальность оказалась сильнее мечтаний. И теперь плоть нескольких родовитых заговорщиков служит пищей дикому зверью, повиснув на петлях где-то в одной глухой лесной чаще.

Впрочем, купеческие и земельно-феодальные элиты и не думали унывать, продолжая активные шевеления даже после демонстративной казни нескольких из их числа. Так что отдыха мне не дали, и кроме активного участия в боевых действиях, приходилось ещё и фактически контролировать весь стихийно собравшийся герцогский двор. К чему, как оказалось, я был совершенно не готов.

Политика... Интриги... Проблемой была не сама эта возня как таковая, а неписанные правила, согласно которым она осуществлялась. Я банально не знал условий и первое время совершенно не понимал, когда и почему проигрывал в очередном словесном сравнении гениталий. Впрочем, правды ради стоило отметить, что не понимал этого ни только я, но и малолетний герцог, поскольку ранее практически не обучался в этой сфере по причине статуса младшего сына. Что, как не иронично, полностью лишало эти самые словесные соревнования какого-либо смысла. Ведь как бы не уронили мою репутацию такими вот методами, во-первых, нашему сюзерену от непонимания будет на всё это глубоко плевать, а во-вторых - я так и останусь магом, то есть по умолчанию сильным, образованным и вообще крайне полезным индивидом.

Ирония момента: как бы мелкие собачки не пытались укусить молодого носорога, животинка эта так и останется живым танком с врождённым пофигизмом к возможным жертвам его недостаточно осторожных движений. Да и зоопаркам пёсики нужнее не станут, в отличие от тех же носорогов.

Так что, резюмируя, несмотря на все перипетии последних недель, кардинально ничего так и не поменялось. А в наших с мелким отношениях, думаю, так и не поменяется ещё очень много лет. Череда предательств, война и смерть близких сказались на психике ребёнка не самым лучшим образом, сделав его довольно подозрительным и холодным к чужим людям. А из близких остался лишь один я, взявшийся ещё и за обучение с воспитанием малолетнего герцога. Вряд ли чьи-то хитрости смогут перебить такое влияние... Разве что только будущие женитьба с последующими детьми могут отдалить его от меня, однако загадывать в этом плане нет смысла. Своё я получу в любом случае.

Единственное, что печалит - ради будущих преференций приходилось горбатиться как проклятому уже сейчас. И, увы, далеко не только в физическом или магическом плане, но и на поле психологической поддержки самой уязвимой категории населения данного герцогства - моего всё ещё слишком сострадательного подопечного.

- У нас действительно нет иного выбора? - прерывая тишину, с печальным вздохом спросил он, продолжая с грустью смотреть куда-то в хмурые небеса над нашими головами.

Снова, снова эти вопросы, снова эта тема... Я не мог и не хотел врать, но сохранять рациональное спокойствие с каждым днём таких разговоров становилось всё тяжелее. К счастью, терпеть действительно осталось недолго.

- Выбор есть всегда, ваша светлость. И они его сделали, - отвечаю с лёгким нажимом, напоминая о том, что всё уже обсуждалось ранее. И поднимать эту тему ещё раз не имеет никакого смысла, даже если он успел найти какие-то новые доводы.

Парень в очередной раз печально вздохнул, и перевёл взгляд на видневшиеся вдалеке стены родного дома. Дома, захваченного предателями. Дома, который теперь ожидает страшная судьба.

- Слуги... - тоскливо продолжил герцог. - Они ведь ни в чём не виноваты. Что они могли сделать, когда вершился заговор?..

- Предупредить хотя бы. Или сбежать позднее, - меня не интересовали оправдания.

Как, собственно, не интересовали и жизни тех, в окружении кого малолетний герцог рос в отчем доме. Ни жалости, ни сострадания я не чувствовал. На самом деле, ситуация обстояла ровно наоборот - мне была выгодна смерть всех, кто мог сохранить хоть какие-то эмоциональные связи с моим подопечным. Это не было ревностью, лишь холодным расчётом, не более. В конце концов власть над ним и так придётся делить с будущей женой и детьми, так что упускать ещё крупицы я был не намерен.

К тому же, - пришла из глубин сознания ещё одна мысль, - слуги - это такие люди, с которыми и так нужно держать ухо востро. Оставлять таких индивидов рядом с мелким я всё равно не собирался, слишком уж рискованно такое решение - враг всегда может найти способ ударить через челядь. А что после массового убийства меня возненавидят родственники жертв... Так и плевать, собственно, - эпоха такая, что для аристократов подобное реноме чуть ли не норма вещей.

- Они не вольны распоряжаться своей жизнью... - возобновил было диалог мой собеседник, однако менять решение я был не намерен, а потому решительно прервал его.

- Раз не вольны, то и не будут. Просто умрут. Лес рубят - щепки летят, ваша светлость. И пусть этими щепками будут они, а не верные вам воины.

Впрочем, эти слова также не устроили моего подопечного, а потому спор продолжился. Спор пустой, как совесть чиновника, или же как человеколюбие истинных химерологов. И привёл разговор к точно таким же результатам - в моих планах ничего не изменилось, как бы не старался малыш давить на жалость. Или даже на совесть, что было совсем уж нелепо! У хорошего мага это чувство атрофируется само собой, иначе кто-нибудь обязательно пожелает воспользоваться такой вопиющей слабостью. Ведь заполучить одного человека гораздо проще, чем целую армию. Тем более, в случае хороших волшебников разница в силах оказывается исчезающе мала, тогда как сложность "рекрутирования" зачастую наоборот - совершенно несопоставима. Причём не в пользу нашей братии.

Собственно, не удивительно, что меня уже не раз посещали посредники с интересными предложениями. Обещали, конечно, многое: и горы золотые, и земли обширные, и власть безмерную. Словом, всё, что только душенька пожелает, лишь бы подопечного кому нужно на блюдечке с голубой каёмочкой притащил. Причём, учитывая кому и куда именно я его должен был бы притащить, а узнавать это зачастую приходилось далеко не самыми гуманными методами, количество даже одних только явных игроков в этой войне уже получалось поистине захватывающим. Даже делая скидку на то, что определённые группы аристократов вполне могли действовать в отрыве от правительств собственных государств. Чёрт, да легче оказалось перечислить тех, кто отказался закидывать удочку в мутную водичку всей этой истории! Потому что хотели половить рыбку, казалось, абсолютно все: практически все соседи, а также многие уже из их соседей, южане и северяне при молчаливой угрозе Гигемонии, парочка локальных организаций религиозного или торгового толка, и даже какие-то вшивые сектанты из местных. Такое ощущение, будто бы герцогство внезапно превратилось в кусок истекающего кровью мяса, которое закинули в реку с доброй парой дюжин стай голодных пираний. И сдерживало хищников лишь всё ещё живое состояние пищи, да наличие в поле зрения конкурентов. Впрочем, как это всегда и было, наверное.

К счастью, несмотря на свои прошлые, честно признаюсь, зачастую довольно сомнительные решения, идиотом я всё же не был. И не на какие уговоры, соответственно, не вёлся. Ведь, даже имей я глупость переметнутся на сторону уже практически проигрывающих, или уж тем более презентовать герцога насквозь сомнительным "нейтральным" наблюдателям, то шансов получить награду не имел бы никаких. Собственно, будь я на месте таких кадров, и сам бы такого дурного меня прикончил - идиоты опасны и сами по себе, а уж идиоты информированные...

Во всём этом параде жадности и лживых улыбок меня утешало одно - вскоре хотя бы некоторые из виновников получат по заслугам. Причём, что наиболее приятно, получат именно от моих рук. Нужно только доделать орудие возмездия, да...

***

Поздний вечер. Небольшой холм с одиноким раскидистым деревом, в тени которого так удобно наблюдать за суетящимися в низине людьми.

Свист.

Напряжённый тихий мат и шуршание одежды. Солдаты укутаны в несколько слоёв ткани и увешаны небольшими деревянными ёмкостями с пахучим алхимическим порошком. Жарко и неудобно, зато безопасно. Поэтому ничего не мешает им с ясно читаемой усталостью, но неизменно аккуратно подхватывать запаянные воском керамические кувшины и водружать их на криво собранные подобия катапульт. Благо высокая точность орудий нам не нужна - достаточно и того, чтобы снаряды достигали внутреннего двора замка, после чего выпускали своё содержимое на волю.

Свист.

Наконец-то, стараясь не шуметь ко мне приблизился хмурый барон. Уже добрый десяток минут жду объяснений, чего ради его принесла нелёгкая. С тех самых пор, как пассивное воздушное заклинание обнаружения зафиксировало появление знакомой фигуры в пределах пятиметрового радиуса действия.

Вообще-то я не звал с собой на холм никого, кроме разве что герцога. Но малыш не захотел становиться свидетелем применения биологического оружия. Сострадательность всё ещё терзала раненое сердце, что, конечно, делало ему честь как властителю многих земель... но и показывало, что к свалившейся ноше он всё ещё оставался совершенно не готов. Думаю, это осознавал не только я, но и часть двора.

Добрый сюзерен, как известно, слаб и смешон. А уж сразу после войны, выигранной наёмными мечами... Это может стать поводом к действию для многих. И если с наёмниками, в том числе с пришедшим ко мне бароном, проблемы такого рода маловероятны по многим причинам, то вот прочие... Возможны эксцессы.

- Тебя возненавидят за это, - признаться, я ожидал скорее вопросов о дальнейших планах, а не... Впрочем, люди остаются людьми, и не стоило ожидать от них большего.

- Меня никогда и не любили, - на лицо сама собой выползла жестокая усмешка, - чтобы теперь переживать о потере.

- Раньше тебя так не боялись, - он, кажется, попытался поймать мой взгляд, но мне было всё равно. Действо в низине оставалось явлением более интересным, чем этот разговор. По крайней мере, пока.

- Я знаю, что от страха люди могут пойти на то, что в любом ином случае было бы для них неприемлемо, - пожимаю плечами, выражая этим своё отношение к теме. - И, говоря откровенно, планирую этим воспользоваться.

Всё ещё витая в собственных мыслях, мне всё же удалось краем глаза отметить тень изумления в его глазах. И действительно, для мага и ребёнка - слишком уж... "опытные", пусть и довольно громкие слова. Хотя мне казалось, что уж кто-кто, а наёмники должны были давным-давно привыкнуть к моим особенностям.

Впрочем, нервировать этого человека лишний раз, пожалуй, не стоило. Опасение - последнее, что мне нужно от столь полезной личности. Поэтому я решаю продолжить диалог, уже практически сам собой прервавшийся на паузе:

- Да и не так уж я страшен в самом-то деле - обыкновенно мои коллеги по искусству изменения плоти куда хуже, поверь мне, - всё-таки перевожу взгляд на собеседника, улыбаясь при этом кончиками губ. Увы, кажется, превратно истолковав посыл, он решает, что всё сказанное мной - шутка. Но имелась ввиду вовсе не шутка, а ирония. - Мой учитель, к примеру, не стал бы ограничивать длительность жизни чумных крыс. Зачем, если по ходу дела можно провести столь великолепный эксперимент на удачно подвернувшихся подопытных? А что жители города ни в чём не виноваты... Право слово, для настоящего химеролога писк грызуна и крик человеческий примерно равнозначны.

Во-от! Бледность с лёгкой испариной - это по-настоящему правильная реакция на моих коллег, в особенности при угрозе обострения их асоциальной активности! Только смотреть на меня так не надо, как и отодвигаться - говорил же уже, что отличаюсь добротой и отзывчивостью.

- Вижу, про нашу братию уже забыли на Вольных землях? - снова усмехаюсь, возвращая взгляд на суетящиеся расчёты катапульт.

- Легенды... - одним словом описал ситуацию подававший секундную слабость собеседник.

- Легенды всегда на чём-то основаны, друг мой. И рассказывают их уста живых, коих после игр моих коллег, бывает, не остаётся вовсе.

- Но если вы так опасны... - начал было барон излагать закономерную, в общем-то, мысль, но терзать его мукой подбора правильных слов я не стал. И прервал:

...- Почему на нас не начали охотиться, словно на чудовищ каких? - на мгновение я перевёл взгляд на собеседника, чтобы удостоверится, что пусть он и ещё больше нахмурился на такую постановку вопроса, но никаких... неприятных для меня эмоций не испытал. Или, во всяком случае, не показал этого.

Гнев и страх - опасное сочетания эмоций даже со стороны зажатой в углу крысы, не говоря уже об одном из командиров наёмников, от которых мы с мелким всё ещё продолжаем зависеть. Реши барон с компанией пойти на поводу инстинктов, требующих всеми силами избегать или уничтожать угрозу, и проблем бы изрядно прибавилось. Увы, но и умолчать о поведенческих особенностях химерологов я не мог - раз уже раскрылся, а потом и применил свои знания для уничтожения жителей целой крепости, люди в любом случае пожелали бы убедиться в безопасности пребывания рядом со мной. И врать тут было не только бесполезно, но даже вредно - не только ведь у меня будут спрашивать, а кроме Вольницы, в остальной ойкумене моих коллег проживает довольно немалое количество. Хоть по какому-нибудь каналу, но сведения просочатся в любом случае. А там - ложь раскрыта, доверие подорвано или вовсе утрачено, и страх поднял бы голову с новой силой. Причём как у местной элиты, что для меня ещё терпимо, так и у простого люда. То есть разом у всех вокруг.

"Ото всех на свете ядов я всё ещё не защищён, в огне - горю лишь чуть хуже обычного человека, а щекотка внутренностей острой сталью всё так же неприятна и опасна для жизни. Словом, играть с людьми в злобного злодеуса не стоит - не те кондиции".

- Понимаешь... - чувствую, как на лицо снова налезла кривая ухмылка. - А почему ты думаешь, что на нас никогда не охотились? Или не охотятся прямо сейчас?

Судя по глазам - он о таком даже не слышал. Не удивительно, впрочем, - где Междуречье, а где далёкие королевства Западного предела?

- Однако, видишь ли в чём дело... Мы, химерологи, конечно те ещё монстры, негодяи и прочее, прочее, прочее. Вот только без нас, как оказывается, людям будет нечего жрать, не на чем ездить, и не на что надеется во времена очередных эпидемий. Не спорю - когда-то без нас, как и без прочих магов, наверняка могли обойтись. Но та пора давно осталась в прошлом, а настоящее диктует уже свои условия. Так что... Да и как не крути, мы всё же остаёмся людьми, а не монстрами какими. За исключением всяких душевнобольных, сородичей предпочитаем лишний раз не трогать.

Ну, за вычетом экспериментов, политики, демонстраций и всего такого прочего. Но это лишнее, этого людям знать не стоит. Крепче спать будут, да и нервы целее останутся.

- Словом, бояться меня не следует... - чуть подумав, решаю заканчивать импровизированную лекцию. - Если, конечно, не собираетесь становиться моим врагом. Но вы же не совершите такую глупость, верно?

Лэнс в ответ только немного криво усмехнулся и немного покачал головой - то ли не одобрял столь неприкрытый намёк, то ли иронизировал над моей не совсем удачной попыткой сгладить углы. Но что поделать, если несмотря на в целом хорошее местное образование, а также просто-таки великолепное на его фоне земное, конкретно на интриги аристократии меня никто никогда не натаскивал? Вот и получается, что в ситуациях, когда к разговору можно подготовиться, то результат выходит очень даже неплохой. Однако вот так, спонтанно...

Как можем - так и чешем. Главное помнить, что добрым словом и огненным шаром можно добиться куда большего, чем просто добрым словом.

...

Постояв ещё добрые двадцать минут, и, по-видимому, уложив прошедший диалог в голове, барон наконец-то решил затронуть тему, что интересовала меня куда больше прошлой:

- Что будет с замком?

Хорошо, что в отличие от многих встреченных мною представителей иных каст и профессий, наёмники не так страдают свойственной этой эпохе неспешностью. Боюсь представить, с каким словоблудием к этому вопросу подступался бы на месте барона какой-нибудь классический местный владетель.

- Ничего не будет, - отвечаю с лёгкой улыбкой. И только краем взгляда отметив явно проступившую тень удивления на лице мужчины, продолжаю: - Все ближайшие пару месяцев с ним точно ничего не будет. Конечно, если мародёры не пожелают познать на себе прелесть Язвенного мора... А после не захотят поделиться этой радостью с окружающими.

Отошедший было наймит вновь нахмурился и побледнел, по-видимому, живо представляя себя означенные перспективы. И это хорошо - значит удержит своих от глупых поступков.

- Поэтому, чтобы такого не произошло, осаду мы снимать не будем. Не будем полностью, в смысле. Оставим половину армии, причём преимущественно ваших. Всё же компанию по большей части вели именно вы, причём с самого начала, так что людям требуется отдых.

Судя по на мгновение чуть разгладившемуся лицу, а после сразу же прищурившимся глазам - подтексты барон понял верно. И что пограбить больше ничего не получится, и что только недавно присоединившихся нужно повязать кровью, что в компании наёмников организовать будет несколько сложнее, и что конкретно барону и ко. я доверяю больше, чем всем остальным... А может быть всего он и не понял, но и части хватит осознать мои резоны. А большего и не нужно.

- Хорошо... - протянул мужчина. - Воинам действительно требуется отдых. Тем более город рядом...

- Да, город хороший... - чуть улыбнувшись, перевожу взгляд на собеседника и со значением добавляю. - Коронный город может и не слишком велик, но нужное предоставит. Герцог уже успел посетить его и оценил новый городской совет...

Вот только не нужно так кривиться! Понимаю, держать в узде своих головорезов будет непросто, но на то вам и выплачены такие деньги! Пусть только попробуют местных жителей тронуть - на опыты пущу!..

***

Крысы. Крысы - это классика, а чумные крысы - классика в двойне. Главное - понять, как правильно применить такое сочетание, и ни один средневековый город не сможет нормально сопротивляться моровому поветрию. А уж замки, со всеми этими сырыми казармами близ каменных стен, и вовсе обречены на незавидную роль второго плана.

Ну, ту роль, из слэшеров которая - им суждено кроваво сдохнуть, чтобы нагрузить главных героев решимостью выжить несмотря ни на что.

Впрочем, как бы иронично это не звучало, сами крысы, несмотря на приставку "чумные", снова остаются не у дел. В смысле - грызуны действительно использовались мною в качестве переносчиков, вот только распространяли болезнь, практически идентичную той дряни, что я когда-то применил в Финаритии, всё же не они, а банальные блохи. И клопы. И даже небольшое количество тех самых южных комаров. Словом - во имя воцарения смерти мною было использовано всё, что только могло переносить заразу между грызуном и человеком.

А поскольку жить крысам и кровососущим оставалось буквально пару недель, в то время как сама болезнь без носителя существовать могла всего в районе нескольких дней, в действительно массовую эпидемию моя атака вылиться не должна. По идее.

Хотя, конечно, бережёного и Вселенная бережёт, так что провести ближайшие несколько месяцев мы с герцогом планировали где-нибудь подальше отсюда. Желательно - на пляже в окружении красоток... Однако, к моему глубочайшему сожалению, до подобных перформансов этот мир ещё не дозрел. Да и сам мелкий пока на девочек в этом смысле не смотрит, что тоже огорчает, да.

***

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, наступило время для второй части плана. И войска выдвинулись к замку, прикрытые наспех сколоченными большими щитами и мантелетами.

Конечно по нам стреляли! Стрелы и болты летели только так, и если бы не малое число защитников, а также проблемы, наверняка обеспеченные им моими крысами-переносчиками, даже со всеми приготовлениями мы могли бы понести существенные потери. В особенности пойми гарнизон наши истинные намерения. Однако кое-как сколоченного тарана вполне хватило, чтобы обмануть их, а после нашего прибытия к единственным воротам делать что-либо стало уже окончательно поздно.

Врата, сейчас дополнительно закрытые кованной решёткой, открывались наружу, как и должно. И мы подпёрли их брёвнами, после чего завалили камнями, землёй и охапками хвороста. А также облили всё водой, чтобы баррикаду не смогли поджечь.

Потом, когда надвратные башни уже полыхали моим пламенем, просочившимся внутрь через узкие внутренние бойницы, к завалу подтащили бочки с цементирующим раствором. И опрокинули на него. Конечно, по сравнению с земными аналогами он был довольно слабым, но нам и не здание строить - лишь бы никто быстро выбраться не успел. Тем более, излишество в этом деле было откровенно вредным, ведь спустя несколько месяцев нам же самим придётся всё это убирать.

Так вот. Завалили мы всё, залили, да, к вящему страху врага, спокойненько отступили. И стали ждать. День, два, три...

- Не реагировать на крики! - орал я тогда вместе с наёмными капитанами, курсируя средь патрулей и крохотных осадных лагерей со зверскими рожами вконец очумевших бригадиров, у которых прямо во время приезда проверяющей комиссии буйно загулял весь кадровый состав. А потом ещё и пропил треть средств производства чуть ли не на глазах начальства.

А всё почему? Да потому, что нескольких суровых наёмников и не менее суровых солдат уже успели разжалобить дохнущие жители замка. И те, не придумав ничего иного, попытались помочь - безлунной ночью подтащили прямо к стенам бочки с чистой водой, пару украденных у меня ящичков с медикаментами (часть приходится возить с собой, чтобы вопросы не возникали), а также несколько тар с порошком, отгоняющим кровососущих. Подтащили, значит. Переговорили с парой болезненно выглядящих защитников замка. А потом... сгорели в жидком пламени, успев ужасным воем переполошить всю округу.

Конечно я следил за этими полудурками! Иначе откуда бы знал о стольких деталях произошедшего? Да и отпускать, равно как и прощать предателей я был не намерен. И даже мотивация их была совершенно не важна, ведь дела сказали всё куда лучше всяких слов.

Вот с этой самой истории за рядовыми приходилось следить не спуская глаз. Рисковать выживанием врагов, или, что куда хуже, принесением заразы в главный лагерь не собирался никто из нас. Благо более таких инцидентов действительно не случалось - то ли предупредительные меры подействовали, то ли такие "умники" на первом разе и закончились. Не суть важно, в общем. Главное, что после ещё нескольких дней напряжённого ожидания, половина армии всё-таки снялась и выдвинулась в новый поход. И вёл её уже непосредственно кроха-герцог... Ну и я, естественно, тоже.

Глава 23 - Принятие

Следующие недели наш военный поход состоял лишь из двух вещей: унылой ходьбы по грунтовым дорогам и битв. Причём что первое, что второе были нам прекрасно знакомы, в целом не отличаясь какими-либо неожиданностями.

Благо на этот раз я озаботился поиском нормальной кареты для нас двоих, так что мучить себя многочасовой прогулкой на лошади не приходилось. Хотя, конечно, поездка на этом гробике на колёсах тоже представляло то ещё удовольствие, так что я клятвенно заверил себя в том, что постараюсь исправить проблему хорошими рессорами. Когда-нибудь. При случае.

В остальном же путь проходил спокойно, чему не мешали даже периодические стычки. Что могли сделать бандиты, остатки мятежников и прочие незаконные бандформирования трём сотням хороших вояк? Разве что окропить своей кровью чужие клинки, да попытаться забрать кого-нибудь с собой на тот свет. Причём последнее было, мягко говоря, сложновато - рядом с магом моих знаний даже недавно умершему нужно было очень постараться, чтобы не вернуться к обитанию в бренной телесной оболочке. Алхимия и химерологические практики "сшивания" плоти творили настоящие чудеса, пасую разве что перед действительно обширными ранами или слишком сильным повреждением критически важных органов.

Однако, к превеликому сожалению, число как раненых, так и погибших в наших рядах всё же медленно, но неумолимо росло. Притом чем дальше, тем всё больше уставали воины, что в свою очередь увеличивало долю потерь во всё новых и новых стычках. Ведь если первые дни мы, фигурально выражаясь, ещё наступали беглецам на пятки, от чего с лёгкостью вырезали их деморализованные разрозненные силы, то вот когда путь привёл нас к дворянским усадьбам - ситуация значительно ухудшилась. Всё-таки даже самый распоследний рыцарь, коих на земле бывшего северного рода за десятилетия властвования развелось просто немеряно, непременно отстраивал что-то замкоподобное, пусть даже из земли и дерева. Осаждать такие прыщи - долгое, гиблое и излишне затратное дело, а штурмы, даже под прикрытием неплохого мага, неизбежно сопровождались потерями. Хотя бы просто потому, что средневековая битва на колюще-режущем в полумраке тесных коридоров - это такая муть, в которой решающим фактором для выживания зачастую становилась одна лишь слепая удача.

Однако, несмотря на усталость и потери, мы двигались вперёд, вычищая остатки врагов. Зачастую - вместе с семьями. Чему, конечно, мой воспитанник рад не был, но всё же смирился. Притом куда проще, чем с необходимостью совершения одного маленького "военного преступления" с жителями его родного замка...

Зачерствел малыш. Как есть зачерствел!

С другой стороны, у него и свободного времени для тягостных дум заметно поубавилось - населённые пункты требовалось приводить к согласию с личностью нового владыки окрестных земель, для чего было полезно показывать, так сказать, товар лицом. То есть представлять на всеобщее обозрение одного маленького миленького мальчика, дорого разряженного и не по возрасту хмурого. И несмотря на мой первоначальный скепсис, идея одного из оставшихся лояльных баронов действительно работала, поскольку даже свободолюбивые крестьяне и горожане Вольницы после показа козыря становились гораздо доброжелательнее.

Разобрался с этой загадкой я далеко не сразу, да и сейчас не уверен, что сумел определить все смысловые оттенки. Но если говорить в целом, то получался этакий винегрет из религиозного фатализма, суровых традиций Междуречья и надежды на лучшее будущее, выражающийся в одной просто фразе: "Если мелкий выжил, то значит - достоин править, причём долго". А долгое правление, между тем, - это стабильность, что в здешних землях ценится особенно сильно. Да и в ближайшей перспективе всё должно быть замечательно, ведь малыш же не станет вести новых войн, пока не подрастёт, верно?..

Правды ради, герцог никаких новых конфликтов затевать действительно не планировал. Пока. Но вот я имел на этот счёт немного иное мнение - интервентов, поучаствовавших в мятеже, требовалось наказать таким образом, чтобы следующие года никакая гнида не смела отвлекать меня от увлекательного процесса самосовершенствования. Впрочем, и действовать на этом попроще я собирался самостоятельно, не ввязывая в новые проблемы и без того уставшего ребёнка.

Но всё это будет потом, после победы. А пока - мы продолжили куролесить на просторах герцогства, устилая леса и пеплом сожжённых домов вперемешку с кровью их хозяев.

Причём усадьбы аристократов мы действительно сжигали, несмотря на недовольство знатных и не очень личностей в составе войска. Смешно сказать, некоторые даже пытались оспорить мои приказы, ссылаясь на коллегиально вынесенное решение аристократического совета. Даже бумажкой в лицо ткнули! Собственно, всего спустя пару минут идиот повис в петле с этим же образчиком макулатуры во рту. Однако несмотря на предельной ясный посыл, донести до всех вояк своё мнение словесно мне всё же пришлось.

Да, я тоже присутствовал на том совете. Собственно, сам его и организовал, поскольку знатную, но всё же образованную шваль требовалось пристроить к делу через нарезание зон ответственности и партийных задач. И да, решение о сохранении усадеб было вынесено и завизировано герцогом лично. Вот только касалось оно, во-первых, только каменных строений, а во-вторых - предназначалось в первую очередь свободным отрядам лоялистов. Хотя, признаться честно, последний пункт был специально прописан столь пространно и обтекаемо, что не знакомые с земным канцеляритом люди попросту не понимали, что именно я имел в виду. А ответ, между тем, лежал на поверхности.

Я просто избавлялся от дворянского сословия. А точнее - попросту не стремился возводить новые рода на места почивших.

Как неплохо знакомый с историей житель двадцать первого века я прекрасно понимал, что феодальная раздробленность очень полезна в эпоху анархии, но пагубна для единого государства. Иными словами - меня не устраивало такое обилие аристократии в герцогстве.

Пусть даже, судя по словам знающих людей, отец герцога и так не был склонен к пустому разбазариванию земли, однако северное воспитание, по-видимому, всё-таки сказалось. Да и людей, когда-то пришедших на эти земли с тогда ещё практически безвестным юношей, требовалось как-то поощрить, что в рамках феодального менталитета обычно сопровождалось передачей поселения с некоторым количеством прилегающих гектар. Однако к чему всё это привело по итогам? В заговоре ведь активно поучаствовали не только лишь завоёванные местные, но и изрядное количество новых рыцарей и баронов, рассчитывавших закрепиться в Вольнице уже без поводка большого брата.

Всего пара десятилетий прошло, а верные когда-то псы уже без зазрений совести вцепились в щенка почившего вожака. Ох уж эта легендарная северная верность и аристократическая честь...

В общем, нам с мелким такие люди были... ну, не то чтобы совсем не нужны, однако уж не в таком количестве - точно. Ребёнок, правда, это мнение сперва не разделял, но привязанность и банальная математика всё ещё были на моей стороне. Да и реальность не так давно уже вынесла на свет всю пагубность текущего положения вещей, так что убедить герцога всё же удалось. И число усадеб во внутренних землях, по которым и странствовал наш суровой отряд, стало стремительно сокращаться. Вместе с чем принялись таять и надежды многих и многих на возвышение по итогам этой войны. Ведь после сожжения каждого такого выкидыша средневековой фортификации, я неизменно объявлял о присоединении очередного феода к коронным землям.

Точнее, широкой публике обо всём объявлял специально подобранный среди старых солдат мужчина поистине шкафообразных кондиций, вооружённый на этом поприще как грозным видом, так и не менее выразительным басистым голосом. Но в тесном кругу родовитых глаголить приходилось именно мне. Благо от физической активности, магии и хорошей кормёжки к текущему моменту вытянуться удалось уже прилично, так что о моём малом возрасте напоминало лишь общая угловатость фигуры и довольно тонкие конечности. Так что быть самым мелким из присутствующих, за исключением герцога, более не приходилось. А уж личная сила и вовсе давала пресловутые плюс сто к внушительности! Так что и так не отличавшиеся снисходительностью к детям, аристократы теперь и вовсе говорили со мной на равных.

И общаться действительно приходилось. Много. Часто. И подолгу. Причём не о конкретике или философии, чем ещё можно было насладиться, а в рамках намерений о намереньях, чего не любил, казалось, вообще никто вокруг. Но приходилось ведь! Приходилось старательно забалтывать, тянуть время от усадьбы к усадьбе, пока лоялисты, ещё в ближайшем прошлом являвшиеся нейтралами, не успели сориентироваться в происходящих событиях. Тем более ради этого я и забрал многих аристократов с их отрядами - держа потенциальных врагов настолько близко, было гораздо проще отслеживать их настроения.

И они, настроения эти, несмотря на все мои старания, уже зрели под слоем богатых доспехов, оформляясь во что-то крайне неприятное для нас. Не у всех, не везде и не всегда это грозилось вылиться во что-то большее, нежели чем в обыкновенное брюзжание, но руку на пульсе я продолжал удерживать. Изредка, впрочем, сжимая ладонь той самой руки с силой достаточной, чтобы по прошествии десятка минут оставить на земле лишь мёртвое тело очередного заговорщика.

Я властвовал в ветре, огне, земле и воде. Всё слышал, всё видел и всё знал. Заклинания невидимым покрывалом стелились за людьми или тенью зависали под пологами шатров, а трёхглазые птички внимательно наблюдали за всеми с недоступной высоты высоких ветвей.

Хотя я старался не показывать этого, моя сверхъестественная осведомлённость иногда становилось очевидной. И это вселяло страх в сердца, провоцирую либо на смирение, либо на активные действия. Мне, впрочем, было выгодно что то, что другое.

А поход продолжался...

***

- Снова?

Именно такой вопрос встретил меня по возвращении в наш с герцогом шатёр. После всего пережитого, мелкий упорно отказывался спать без моего пригляда, да и я уже в свою очередь опасался оставлять его одного на всю ночь. Всё же аборигены, то есть жители этого мира, всё ещё представлялись мне существами довольно дикими и зачастую слишком уж импульсивными. Лишний раз провоцировать таких мнимой слабостью охраны первого лица государства было нежелательно. Благо хороший шатёр - штука большая, так что организовать в нём несколько комнат оказалось не трудно. Другое дело, что с недавних пор от кошмаров ребёнка не спасало даже моё присутствие за тканой стенкой.

- Да, - сбросив сумку у входа, устало падаю на табурет у низкого столика, на котором меня и дожидался обед. - Кровь, следы борьбы и никаких тел. Очередное селение, ставшее жертвой наших старых знакомцев.

- Снова... - печально вздохнул мой подопечный, а его глаза увлажнились. - Война ведь почти окончена, и я думал, что на земли отца наконец-то придёт мир...

- Это - Вольница, ваша светлость, - отвечаю, с кривой ухмылкой взлохматив непослушный вихры подопечного. - Здесь мира быть не может по определению. Что-нибудь, да будет терзать земли вокруг... Но это не значит, что не нужно сопротивляться.

Правда, вот только я совершенно не представлял, каким образом можно сопротивляться тварям, предпочитающим партизанскую тактику скоростных налётов. Ну, для местного средневековья "скоростных", понятное дело - всё же вряд ли неизвестные способны бегать со скоростью автомобилей, или хотя бы поддерживать вдвое меньший темп сколь-либо длительный срок. Однако, даже будь они всего лишь чуть быстрее обычного человека, нам бы это нисколечко не помогло. Ведь, во-первых, армия всё равно двигалось гораздо медленнее.

Во-вторых - неизвестные монстры явно представляли собой лестных жителей, поскольку соперничать с ними ни в скорости, ни в лесной охоте наши следопыты не могли. Что приводило нас к ситуации, при которой и так не горящие жаждой честной битвы твари становились совсем уж неуловимыми. Ведь лестных массивов в герцогстве хватало.

А в-третьих было то что, раздёргивать армию, как уже неоднократно предлагали некоторые... личности, в условиях наводнивших герцогство бандитов стал бы только полный идиот. Ведь мало того, что отряды могут перебить по одиночке, так ещё и уверенности в их хозяевах, всех этих рыцарях и прочих баронах, не было никакой.

Я с этой "голубокровной" кодлой уже успел познакомиться и мог прекрасно понять их логику. И будет она, реализуй я план разделения, проста до свинячьего визга: война всё скроет, а что не скроет, то спишет победа. Так почему бы тогда не поправить своё материальное положение, верно? Чёртовы феодалы с их местническим менталитетом...

Однако, как бы не печально это было признавать, недобитые мятежники уже давно перестали быть нашей главной проблемой. Равно как и не успели таковыми стать ни неуловимые монстры, ни тихонько бурлящие аристо нового двора, ни даже парочка залётных некромантов, с нашего молчаливого разрешения принявшаяся пополнять свои запасы свежих останков. Причём последние, оправдывая мои симпатии к коллегам, действовали по возможности незаметно для окружающих, за что им отдельный плюсик в карму. Увы, остальные залётные подобным благоразумием обычно не страдали... Но даже они хоть и несли угрозу, но далеко не такую, чтобы мне приходилось мучаться бессонницей на нервной почве.

Однако она, бессонница эта, у меня всё же была. И хотя протекало всё в значительно более благоприятной форме, нежели чем могло бы быть у человека, не поддерживаемого зельями и самой магией, однако приятного всё равно было мало. Вот только сделать ничего с источником волнений нельзя, поскольку оный располагается...

А где он располгался-то? Откуда теперь несёт запахом проблем?

- Гонцы были? - расправившись с едой, уточняю вопрос куда более важные, нежели чем очередная вымершая деревенька.

- Был, - так и не пролив слёз по погибшим, молодой герцог одним движением вытер глаза и как-то безразлично кивнул на выход из шатра. - Вскоре после твоего ухода пришёл. Без писем и посылок, только сказал кое-что...

Молча покивав на текст переданного мелким послания, я прикинул наше положение в свете новых данных. И выходило оно... Неплохим, пожалуй. Хотя по сравнению с недавним прошлым разница была просто как небо и земля.

А дело было в том, что по-настоящему крупные игроки, как и следовало ожидать, нашу сравнительно небольшую заварушку заметили, оценили и поспешили поучаствовать. Повторюсь, такая реакция была вполне ожидаема и закономерна для меня. И что играть будут в основном против друг дружки - тоже прогнозируемый ход. Как и тот ворох проблем, который настиг нас, стоило агентам "титанов" схлестнуться на нашей земле. Но вот чего предусмотреть не мог никто, так это уровня подготовки тех самых агентов.

А был он... Эм... Мда.

Одни потерялись, другие - сгинули в зубах чудовищ или с честным железом в потрохах. Но эти - ладно, их хотя бы понять можно. Однако вот другие...

Первый загулял и захлебнулся в луже у питейного заведения. Не понимаю, неужели на родине не мог вдоль напиться алкоголя?

Второму проломили череп в безобразной кабацкой драке. Причём дело происходило в здании, что соседствовало с местом развлечения первого номинанта на премию Дарвина, что также вызывает некоторые подозрения.

Третий сгорел на работе. Буквально. Судя по словам слуг - вечером на постое встречался с лидером мелкой наёмной шайки, однако по неизвестным причинам так и не смог выбраться из загоревшегося здания. Как, впрочем, и его собеседник, также павший жертвой жадного пламени. Учитывая также, что в отдалении от крошечного городка в ту ночь слышали чьи-то крики и стальной звон, картина складывалась хоть и непонятная в деталях, но совершенно ясная в целом.

И подобных историй в одних только городах, где мы успели побывать, происходило достаточно много и регулярно. Причём, что самое печальное, поскольку, за исключением примитивнейшей сети осведомителей, никаких иных возможностей на поприще расследований в дали от себя я не имел, то и прояснить, кто из соседей и где конкретно играется не представлялось никакой возможности. Только если самому по всему герцогству кататься, да и то - возможности мои, даже несмотря на магию с алхимией, оставались сильно ограниченны. Тем более, что узнав о личности и некоторых талантах нового советника всенародно любимого (где-то) герцога, достаточно обеспечение представители населения державы поспешили озаботиться наличием некоторых недешёвых, но довольно-таки эффективных составов, препятствующих работе целого списка полезных эликсиров. Конечно, и такое можно было вполне обойти при наличии ингредиентов, времени и желания. Увы, из всего вышеперечисленного, мне в достатке хватало лишь последнего.

Впрочем, несмотря на столь печальные перспективы, я всё же не унывал, старательно расширяя сеть осведомителей. При этом отдавая предпочтение разнообразной прислуге, с которой связывались путешествующие по городам купцы, завербованные мною ещё по пути к замку. Благо причин, чтобы служить мне подобным образом, у последних хватало - полезность мага на землях, где подобные личности бывают исключительно редко, трудно переоценить.

И вот, один из таких вот буржуазных кураторов прислал мне довольно примечательную весточку. Из оной следовало, что, по-видимому, не только поняв, но и наконец-то приняв практически полной поражение мятежников, один путешественник из славного северного баронского рода принялся, выражаясь приличным языком, подчищать хвосты. Что выразилось в трагической смерти немалого числа славных мужей, промышлявших как достойной всяческого уважения официальной наёмной деятельностью, так и её презренным аналогом криминального уклона. Впрочем, по странному стечению обстоятельств, часть погибших удивительным образом совмещало в себе сразу оба направления деятельности. Личности поистине многих талантов, да...

Что же в этих событиях было примечательного? А то, что это была, фигурально выражаясь, первая ласточка грядущего политического сдвига. Сдвига, прямо указывающего, что сильные мира сего наконец-то соизволили признать нового хозяина окрестных земель. Собственно, чего мы в числе прочего и добивались.

Конечно, теперь на смену специалистам силового характера прибудут их более утончённые коллеги. Причём, как не парадоксально, зачастую ещё более опасные для окружающих. Однако же война холодная всё же куда как лучше горячей, в особенности если твои земли в этом спектакле - лишь сцена, на которой разворачивается действо пьесы.

***

Что же, в рано или поздно этот момент должен был произойти. Месяцы прошли, и мы вернулись в замок.

Оставив герцога в тисках печальной ностальгии, коей, как мне было известно, каждому желательно переболеть в одиночку, я отправился на более близкое знакомство с местом, что станет мне домом на ближайшие месяцы, если не годы. Ведь мало того, что титул советника подразумевает присутствие подле лорда, так ещё и оставлять мелкого сейчас попросту опасно.

Увы, определить удалось далеко не всех участвовавших в мятеже, не говоря уж о просто сочувствующих. Да и слуги... Кого-то мы, конечно, успели поднабрать по пути, однако за людьми всё равно нужно было следить. Причём, поскольку полного доверия не было вообще ни у кого из жителей замка, следить требовалось именно мне, причём за всеми сразу.

Но в целом... В целом, пожалуй, такой исход всей этой истории меня устраивал. Нет, ну а что? Место в замке - выделили, участок в городе - выдали, немалые земли невдалеке - пожаловали. Главное - с кризисным периодом разобраться, а там можно будет и обустройством быта заняться.

Глава 24 - Взлёт, торможение и разворот

Родовое гнездо правителей не просто суверенного государства, но державы, имеющей все основания называться одним из региональных лидеров, безусловно, должно было впечатлять. Ну, или хотя бы не подрывать авторитет герцогства неказистым или, что совсем уж недопустимо, откровенно бедным видом. Богатство могло быть сколь угодно аляповатым, однако показательность достатка должна была присутствовать обязательно. Иначе как же тогда доверять человеку, а уж тем более - правителю, чей род оказался неспособен скопить себе капитала на приличный декор? Для текущей эпохи, когда регламентировалось всё вплоть до нарядов, допустимых к ношению простолюдинами и аристократами, даже не всегда было возможно ограничиваться одной лишь элегантной, или как минимум не слишком кричащей роскошью. А зачастую же, в особенности на севере, требовалось ровно противоположное - яркость, обилие золота и пышность фасонов. Иначе - позор. Так что нет ничего удивительного в том, что следуя многовековым традициям замок суверенного герцогского рода, пусть и построенный относительно недавно по меркам эпохи, всё равно поражал гостей обилием драгоценных металлов, камней и прочего подобного в интерьере.

Точнее будет сказать, замок поражал всем этим гостей ранее, в совсем недалёком прошлом. До того как разбегающиеся, словно крысы, мятежники не ободрали дорогой декор. Кое-где при этом оставив одни лишь голые стены.

Собственно, эта проблема - первое, что бросилось в глаза суровому молодому наследнику не менее сурового рода завоевателей, когда процессия во главе с ним триумфально въезжала в уже очищенную от тел крепость. Заранее гневаться наш сюзерен не стал, однако пожелал разобраться в случившемся и вернуть утраченное. И без меня, естественно, подобное начинание обойтись никак не могло. Так что пришлось снова тасовать собственный график, беря на себя ещё и работу следователя...

...- В общем, ваша светлость, ситуация вырисовывается печальная, - с усталым вздохом откидываюсь на спинку кресла и встречаясь взглядом с напряжённым герцогом. - Конечно, какую-то часть ценностей замка мы вернули... Хотя, боюсь, для понимания, что из трофеев следует считать оными, за неимением иных кандидатур, потребуется твоё непосредственное участие в оценке. Однако неизбежно и то, что вернуть абсолютно всё не получится, поскольку часть предметов уже покинула Междуречье по воде.

Увы, я не имел возможности прояснить детали - приватностью в кабинете и не пахло, поскольку кроме нас двоих в комнате присутствовали ещё шестеро моих помощников в этом деле. Четверо купцов, мэр близлежащего города и вытянутый со дна социальной клоаки криминальный авторитет. Такая себе команда для работы, конечно, однако выбирать не приходилось. К тому же, кроме помощи, их наличие приносило и некоторые проблемы... политического аспекта, скажем так.

А дело было в сложном клубке негласных и вполне законодательно зафиксированных правил, называемых "сословными традициями". И как же они меня достали! Спрашивать о делах аристократии нельзя, обвинять - тем более, а уж если какая-нибудь тля хотя бы де-юре независима... И купцы ведь считаются мещанами, сколь бы богаты они ни были. То есть мои официальные помощники тоже не могут спокойно работать, поскольку даже действуя по поручению герцога, всё равно остаются... нерукопожатными, скажем так. Вот и мешают местные, причём зачастую даже не по злому умыслу, но только лишь ввиду традиций. А лоялистам нового двора, т.е. нашей аристократии, такое дело не доверишь - и веры им нет, и работа слишком уж щепетильная. Сокровища дома - это такие штуки, информация об утере которых может доставить проблем больше, чем пользы способна принести регулярная демонстрация этих безделушек всем встречным-поперечным. Статусные вещи, иными словами.

- Впрочем, большинство предметов всё ещё возможно вернуть, - продолжаю, намекающее склоняя голову к правому плечу. Для нас двоих это знак, обозначающий близкую конфронтацию. - По линии купечества уже работают мои помощники.

Шестеро мужчин настороженно кивнули в подтверждение. Вроде бы и разные на вид, но чем-то всё же неуловимо схожие... То ли явным лишним весом, то ли хорошей физической подготовкой, проглядывающейся за пышностью телес.

- По наймитам и прочему подобному контингенту пройдутся наши друзья, - взглядом указываю на одно из окон, из которого открывается прекрасный вид на плац с аккуратными коробочками наших наёмников. - Тогда как остальные не потребуют лишних усилий.

Малолетний герцог, не далее чем две недели назад согласно традициям дома коронованный под именем Этхариана Первого, понимающе кивнул на последнюю мою фразу, показав, что уловил намёк. Ведь кое с кем из иностранных пособников мятежа я и так планировал разобраться, а значит - никаких лишних, то есть выходящих за рамки наших планов, действий в отношении оных не потребуется.

- Хорошо... - сказал малыш, стремительно превращающийся в мужчину. После чего трижды стукнул костяшками пальцев по столешнице и выпроводил всех лишних из кабинета словами: - Тогда перейдём к остальным вопросам.

Ждать пришлось не долго - людьми мои помощники были понимающими.

- Регалии передали, - стоило двери закрыться, тут же постановил мой воспитанник, садясь рядом со мной. В его взгляде и голосе причудливо смешались застарелая печаль и облегчение. - Хотя тайники с дубликатами не разграбили... Символы власти отца дороги мне как память.

- Понимаю, - кладу руку ему на плечо в жесте поддержки. - Не беспокойся, набор твоей матери тоже скоро будет возвращён. Я уже знаю, где он находится - осталось лишь подождать удобного момента.

А вот о том, кто именно из любви к почившей герцогине пожелал сохранить её украшения, тебе знать не следует. Как и о том, что теперь тело этого человека лежит в безымянной братской могиле тех стражников, что вместе с прочими жителями замка погибли от моего мора. Хорошо ещё, что знание о месте расположения тайника всё же было передано кое-кому ещё, а мне удалось найти и схватить этого человека. Но вот рассказывать оному ещё и о внебрачных отношениях с почившей герцогиней всё же не стоило, да. Возможно, тогда причастные даже смогли бы пережить моё дознание. Однако сомнений в законности своего воспитанника я не потерплю... Как и порочащих его доброе имя слухов.

Словом, такие "герои" хороши лишь тогда, когда остаются мёртвыми и забытыми. Слишком уж склонны трепать языком не по делу.

- Ладно, - встряхнулся герцог. - Чего это мы всё о печальном да о печальном? Тем ведь хватает! Например, - невинно ликом, но с озорными огоньками мифических фейри в глазах, он жаждущее уставился на меня, - как ты устроился на новом месте?

Моя скривившаяся физиономия порадовала мелкого прохвоста, ясно показывая, что слухи уже добрались до замка. Слава богам, без деталей:

- Вольничьи крестьяне - прекрасные люди... - под слегка скептическим взглядом начинаю свою речь. - Но только если ими не править. А так - костны, упёрты и наглы без всякой меры. И хотя причины того я прекрасно понимаю, однако легче всё равно не становится.

- Неужели всё настолько плохо? - с поистине детским любопытством спрашивает... ну да, правильно, ребёнок и спрашивает.

- Как тебе объяснить... Смотря для кого, в общем. Был бы я обыкновенным северянином - так посчитал бы их прекрасным приобретением. Консервативны, самостоятельны, исполнительны - мечта любого аристократа от рыцаря и старше. Был бы местным или южанином - так тоже проблем бы не видел, преспокойно занимаясь своими делами. Коммерцией там, или же ещё чем полезным. Но я-то хотел иного, помнишь?

- Так ты же им... помочь хотел... - уверенно начал, однако на мгновение прервался и как-то потеряно закончил Этхариан.

- Ага, хотел, - устало пожимаю плечами. - Вот только спросить забыл, нужно ли им это. Новые сорта растений и виды животных, ирригация и ландшафтное проектирование, удобрения и прочее, прочее, прочее... Судя по твоему взгляду - даже ты понял не все термины, что я перечислил. Так стоит ли удивляться тому, что в моих устах непонятная для крестьян абракадабра моментально превратилась в некие страшные заклинания? Тем более помня о том, кем я, в общем-то, имею честь являться.

- Ну заклинания, и что?

- Ну, - хитро подмигнув, я демонстративно встряхнул кистями рук, - проклятия ведь тоже - просто заклинания, верно? А крестьяне - люди простые, в мистических ремёслах не разбирающиеся. Так что... Поколотить, конечно, никто не пытался, но участвовать в моих экспериментах людишки отказались наотрез. Даже после разъяснений, заверений и моих клятв в чистоте собственных побуждений. Так что, по-видимому, придётся обойтись теплицами при усадьбе. И небольшим штатом наёмных рабочих к ним.

- Могу их понять, - с улыбкой заметил герцог. - Тебя иногда послушаешь - так вся отцовская библиотека детским лепетом кажется. А в ней, между прочим, даже старые еретические писания есть! То есть были...

Ну вот, мелкий опять в печали. Нет, я понимаю дорогие вещи украсть, но зачем библиотеку жечь-то было? Тоже ведь деньги, и притом не малые! Разве что следы затирая, но то теперь недоказуемо - ребёнок ни о каких тайнах, связанных с книгохранилищем, не помнил, а следов после пожарища практически не осталось.

- В остальном же... - стараюсь отвлечь мелкого от очередной печальной темы. - развиваюсь помаленьку. Магию изучаю, опыты провожу, составляю планы да слежу за постройкой усадьбы. Или же её правильно именовать именно башней?

- А почему, кстати, столь странная форма? - всё же переключившись на новую тему, в очередной уже раз вопрошает ребёнок.

- Говорил же - традиция, - на лицо само собой вылезло нечто среднее между насмешливой улыбкой и какой-то болезненной ухмылкой. - Такое строение очень удобно для магов. Да и ассоциации правильные вызывает.

Ага, у меня. Ведь каждый волшебник этого мира обязан помнить, что магия - это в первую очередь искажающая разум и плоть сила, ужасная и прекрасная в своём безразличии ко всем нам. А боль, страх и холодный гнев - замечательный коктейль эмоций, позволяющий не забыть об этом в течении увлекательных будней.

***

Жизнь наконец-то обрела хоть какую-то стабильность, войдя в колею, о которой я грезил уже с давних пор. Изучение набранных образцов, эксперименты и стороннее прибыльное дело, чтобы разгружать голову - то, что нужно для любого продуктивного мага. Даже если дела порой съедают слишком уж много ценного времени. С другой стороны, у химерологов много свободных часов в связи со спецификой нашей профессии.

Да и сказать, что мне не нравилось вариться в тихонько булькающем политическом котле герцогства - значит пойти против истины. Ведь на этот раз, в отличие от периода пребывания в Финаритии, в омут я полез сам, добровольно, к тому же имея при этом права и возможности повара, а не одного из ингредиентов приготавливаемого блюда. Да и в прочем я был готов, окончательно растеряв всякое человеколюбию по отношению к кому бы то ни было.

Думая о последнем мне видится, что причиной окончательного ожесточения стала даже не война, во время которой мне пришлось как убить огромное количество людей, так и регулярно наблюдать за смертями знакомых, в том числе и погибающих от ран прямо на моих руках. Нет, причиной стали всё же наступившие волнения среди выжившей знати. И несколько последовавших за ними попыток убийства. Пару раз - моего по средствам яда, но куда чаще - уже потихоньку вступающего в пору юношества герцога.

Хотя, говоря начистоту, пытаться отравить алхимика - это не самое разумное решение. В особенности со стороны личностей, и без того находящихся в опале. Им бы посидеть тихонечко, словно мышкам под веником, подумать да поднакопить ресурсов... А в результате все как один погибли по естественным причинам. Прямо во время ужина. У себя дома. Шесть человек... Помнится, я тогда честно так и сказал мелкому - сердца не выдержали вида моей ласковой улыбки. Видимо, именно поэтому они поспешили столь скоро покинуть раут у того толстенького мэра, да только уже поздно было - тахикардия должна была начаться внезапно, а развиваться - стремительно.

Словом, против моих первоначальных планов и ожиданий, жизнь социальная кипела и бурлила, регулярно вытаскивая меня из уютных объятий собственной резиденции. Да и бывать-то в последней приходилось редко, чуть ли не наездами, поскольку герцогу, которого я на свою голову обучал многому из того, что знаю сам, всегда был критически необходим единственный разумный друг. Или, как он сам говорил, "имеющий голову и глаза с ушами на ней". Ведь как всякому хорошему продолжателю дела предка-завоевателя, моему подопечному приходилось исполнять роль этакого "закрепителя". То есть правителя, способного ассимилировать и успокоить то, что его предок по факту удосужился лишь захватить да кое-как скрепить на живую нить.

Герцогству требовалось многое. Очень многое. И буквально везде. Разрозненные куски земель, так и не восстановившиеся толком за прошедшие после захвата десятки лет, требовали даже не восстановления, а полной перестройки экономики. Чтобы, значит, с одной стороны - своим вновь обретённым богатством наполнить деньгами, аки кровью, дряхлеющее тело регионального гиганта. А с другой стороны, связать источники получения богатств таким образом, чтобы друг без друга, равно как и без высшего судьи в лице герцога, золотая река доходов стремительно усыхала до жалкого ручейка, достаточного лишь для выживания, но никак не для вкусной жизни. Будь иначе, и сепаратизм вознесшихся к власти городских буржуев пришлось бы либо регулярно подавлять силой, либо компенсировать мощной феодальной аристократией, что было бы крайне нежелательно. Зря мы, что ли, столь усердно довили последних. Так что действовать требовалось с умом и пониманием, зачастую недоступным правителям этого мира по причине традиционно-сословного воспитания.

Хотя, думаю, слова "разделяй и властвуй" и здесь уже кем-нибудь были сказаны. Просто либо не записаны, либо не вынесены на суд широкой публики. Принцип ведь простой, но очень уж полезный.

Другое дело, что обыкновенный средневековый город, особенно не отличающийся выдающимися залежами чего-либо поблизости, с чрезвычайным трудом принимал хоть какую-нибудь специализацию. И в особенности это было верно для Междуречья, где в любой момент поселение могло оказаться полностью отрезанным от внешнего мира. Для герцогства же, только пережившего гражданскую войну и сопутствующие ей несчастья, от чего всякая торговля была вынуждена практически встать на месте, это было верно даже втройне. Так что, дабы приступить хоть к каким-то решительным шагам по связыванию независимых в прошлом кусков разных государств, требовалось сперва оживить этого монстра Франкенштейна. И я, к счастью, всё-таки припомнил для того прекрасный способ.

Строительство и пленники. Дороги, мосты, расчистка лесов под поля, строительство укреплённых таверн и отделов первой почтовой службы, разработка каменных карьеров и возведение зданий парочки мелких мануфактур - работы хватало, равно как и выживших мятежников. Точнее их пособников, поскольку поднявших на герцога оружия ни я, ни сам мелкий щадить не собирались. Во все времена, что на севере, что на юге нарушение клятв верности каралось смертью и никак иначе.

Хотя, конечно, представители нового двора, бывало, очень хлопотали за своих оступившихся родичей. Изредка мы даже удовлетворяли такие прошение, не забывая при этом изымать все земли проштрафившегося рода. Да и потом я старался присматривать как за выжившими, так и за поручившимися за них аристократами. Пару раз это даже закончилось безвременной смертью всех причастных - эпидемии имеют свойство возникать так внезапно, да-да.

Впрочем, какие бы планы мы с герцогом не строили, и как бы не применяли имеющиеся ресурсы, Средневековье оставалось Средневековьем, а Вольница - Вольницей. Так сказать, херня случалась, и случалась она регулярно. Магические аномалии, монстры, нежить, секты каких-то сумасшедших мутантов, забредающие куда ни попадя залётные маги, внезапно обнаруживающиеся на маршруте прокладки дороги заброшенные древние склепы и прочие катакомбы, мистические гипнотизирующие озёра, текущие в обратную сторону ручьи и подозрительные поляны, заполненные удивительно искусными каменными изваяниями людей. И всё вышеперечисленное могло как не являть себя миру целыми месяцами, так и массово провялятся в разных частях государства едва ли не в рамках нескольких недель.

Конечно, у нас была армия - её восстанавливали в первую очередь. Но одной её не хватало. Поэтому я, как человек хотя бы приблизительно понимающий логику работы ряда крайне примечательных организаций родной Земли, также удосужился воплотить их подобие и в этом мире, собственноручно организовав первую в герцогстве сыскную службу. Чему очень помогали богатый опыт общения со лжецами и возможность подслушивать разговоры на довольно внушительном расстоянии. И хотя по моим меркам результат получился довольно сомнительным, своё дело новая тайная служба выполняла вполне приемлемо - слухи со всех владений собирались и анализировались, люди в окружении видных деятелей успешно вербовались, а расшалившиеся отбросы вычислялись, загонялись и добивались. Словом, работа шла и земли герцогства неспешно, но верно обретали долгожданный покой.

Жаль, что оный не обретали мы с мелким. Проблем всегда хватало, и не было им ни конца, ни края.

И ладно бы только бандиты, аномалии и редкие гости. Всё это, понятное дело, сильно затрудняло наведение порядка и строительство светлого будущего в отдельного взятой державе. Постоянная нехватка ресурсов, толика анархии и общая разруха также не добавляли эффективности нашим решениям. Однако, ко всему вышеперечисленному, вскоре нам пришлось столкнуться ещё и с активным противодействием местного населения, что также изрядно мешало. Да что там "изрядно" - практически все начинания, призванные повысить качество жизни и производительность работы населения, мы вынуждены были бросить из-за ожесточённого сопротивления верных подданных моего подопечного. И пусть причины такого сопротивления зачастую были логичны, а иногда даже, как мы признавали в последствии, оставались единственно возможны, однако хорошего настроения это нам всё не добавляло. Как и надежды на реализацию прогрессивных решений в одном отдельно взятом государстве.

Впрочем, нам не оставалось ничего иного, кроме как смириться. Да и не дал бы нам никто построить что-то действительно стоящее в Междуречье - никому из крупных игроков не нужно появление нового соперника на мировой арене. Так что оставалось только расти количественно, а не качественно...

К тому же, чем дальше, тем чаще я ловил себя на том, что занимаюсь какой-то скучной и совершенно мне неинтересной фигнёй. Инспекции, торговля, рауты? Чёрт подери, я ведь в первую очередь - маг! А времени на исследования совершенно не хватает. Так что...

...Я подготовил на своё место могучую кучку заместителей. Переложил оставшиеся проекты на чужие плечи. И подал в неофициальную отставку со множества позиций, оставив себе лишь титулы придворного учителя, первого советника и директора сыскной службы. Остальное уж, пожалуйста, без меня.

Мелкий был... Спокоен. Я ведь не исчезаю в никуда, верно? А видиться будем даже чаще, чем раньше - ведь теперь мне предстоит мотаться лишь между родовым замком Этхариана (ну и имечко) и моей башней. Советов и учебы станет больше, волнений - меньше, а от людей, так и быть, мы со своим прогрессом отстанем. Лучше продолжим тихой сапой власть под себя подминать, для чего достаточно и просто на месте сидеть.

Ничего, времени ещё много. Да и моя цель состояла вовсе не в том, чтобы дать животворящего пинка едва не павшему герцогству. Нет, я желал лишь проверить свои и мелкого возможности, попутно поставив ряд социально-экономических экспериментов. И только. Ничего не изобретал, мануфактуры не строил и никакие секты не организовывал. Лишь изучал. И, как это не странно, несмотря на все препоны - изучил.

Этого мне пока достаточно.

Теперь же, трясясь в карете, держащей путь в мою башню, я с нетерпением ожидал наступления нового периода в своей жизни. Периода постижения. И творения. Как и следовало жить любому химерологу, верно?

Глава 25 - Вспоминая прошлое

Лишь достигнув башни, а после - проверив ход экспериментов в подвалах, мне удалось наконец добраться до вожделенного отдыха. Морального. Поскольку для физического релакса не хватало очень важных деталей, вроде податливых фигуристых женщин, бутылочки приятного низкоградусного алкоголя и стола, заваленного исключительно вкусной пищей. Из всего вышеперечисленного с некоторой натяжкой можно было признать лишь наличие последнего, да и то - яства этой эпохи, даже при наличии достаточного количества специй, всё равно не поражали воображение. Да и личного повара, хотя бы в половину равного герцогскому, у меня тоже не было. Только дородная дама, приходившаяся женой одному разорившемуся от войны тавернщику. Так что кушать мне приходилось я питательно, однако не слишком вкусно.

Что же до алкоголя... Печально всё с ним. Местные вино и пиво пить вообще невозможно - редкостная кислятина с непонятным душком. Остальной же алкоголь был представлен исключительно высокоградусными образчиками, что меня не устраивало. Да и рецептура оных зачастую была ещё более сомнительна, разве что за исключением дорогих финаритийских брендов. Но пить что-то, приплывшее с моей малой родины, я уже банально опасался. Как раз с тех самых пор, когда я узнал о том, что определённые силы оттуда начали крайне ненавязчиво интересоваться моей скромной персоной.

А вот не надо мною интересоваться! Совершенно! Я - человек застенчивый и ранимый, лишнего внимания не люблю. И стрессую от чужого любопытства. А там, глядишь, за неимением иных способов сброса напряжения, начну попросту усекать источники своих нервов на голову.

Но так-то я - добрый, конечно. Просто настоящее добро, как известно, всегда носит с собою топор.

Возвращаясь же к теме отдыха: из действительно приятного оставались ещё вроде как женщины, однако с ними всё было и того хуже. Нет, привлекательные встречались достаточно часто, в особенности среди высших сословий. Некоторые аристократки были даже красивы, сразу выдавая текущую в них толику крови волшебников. И это в нашем-то, прости мелкий, медвежьем угле! После подобных видов вспоминать городских или, уж тем более, солдатских жриц продажной любви совершенно не хотелось. Однако, увы, по итогам серьёзного обдумывания я пришёл к выводу, что только проститутки мне теперь и оставались доступны. Да и то - с большими предосторожностями. Иначе...

Собственно, что могло быть "иначе" прекрасно иллюстрировало количество уже поступивших мне брачных предложений. Четырнадцатилетнему парню, ага. Даром, что выгляжу лет на пять старше, как и практически все люди в эту эпоху.

Тут от двери кабинета раздался стук, и у меня неприятно засосало под ложечкой. Гостей я не ждал. Совсем. А значит - снова принесли корреспонденцию... Хоть бы вместо неё просто что-нибудь случайно сгорело, пожалуйста!

- Входи.

Дверь отворилась и за порожек ступил Валкош - высокий юноша шестнадцати лет. Сирота, подобранный и обогретый мною во время очередной поездки. Теперь, после всех проверок, он служит мне в качестве личного помощника, заодно выступая посланником для разговора с деревенскими. Благо сам происходит из семьи людей земли и хлеба, так что логику крестьян прекрасно понимает.

В другое время этот юноша вызвал бы у меня скорее положительные эмоции. Но сейчас, заметив толстенную матерчатую посылку в его руках, в которой наверняка скрывался новый ворох писем, настроение испортилось как-то само собой. Впрочем, в том не было вины парня...

- Ваша милость! - Валкош на мгновение прервал свою поступь и чётко кивнул, выражая обязательное уважение к моим титулам. Вроде бы и мелочь по сравнению с тем, что заставляли совершать простолюдинов те же северяне, однако разницу в статусе показывало. Что в числе прочего позволяло держать работничков в узде.

- Ложи, - смирившись с неизбежным, я лишь с тоской глянул на угол стола, лишь не далее часа назад освободившегося было от кип бумаг. Как показала суровая реальность - ненадолго.

Вскоре юноша вышел, вновь оставив меня один на один с мыслями.

Предложения о браке... Конечно, прямой речи ни о чём подобном во всех этих письмах не идёт. Нет, в первую очередь в конвертах содержатся приглашения на охоты, рауты, встречи или просто зазывания в гости. От нашей и иностранной аристократии, от богатых купцов и прочих негоциантов, от представителей крупных и мелких стран за Великими реками, от одной злоязыкой мелкой егозы... Однако, за редким исключением в виде последней из перечисленных, я прекрасно понимал, для чего меня зовут и каким именно образом собираются удерживать. Девушки, какими бы привлекательными они ни были, будут выступать не более чем инструментами. Добровольно или не очень, но будут. Однако даже с этим можно было бы смирится, обрети я через брак с местными нечто действительно полезное. Вот только окружающим нечего мне предложить. Посему и никакого желания ввязываться во всё это у меня нет, не было и скорее всего не появится.

Хотя затворником становится не хотелось. Полностью запереться, конечно, не удастся в любом случае - нужно помогать мелкому, да и роли свои при дворе исправно отыгрывать. Однако и полностью уходить в рутину вида "дом-работа", полностью при этом забив на происходящее в государстве, также не хотелось. Как, впрочем, и снова тратить месяцы на инспекционные разъезды. Иначе говоря - требовалось соблюсти некий баланс... Да, некий...

Что же... Тогда этот вопрос требуется ещё раз обдумать уже завтра. Как известно, утро вечера мудренее.

***

Рассвет я пожелал встретить на опушке у берега крохотной речушки, текущей вблизи башни. Она да озерцо неподалёку послужили одними из причин, почему именно здесь я пожелал разместить свою резиденцию.

Красиво. Спокойно. Навевает воспоминания о временах, когда я только двигался в Междуречье, в надежде найти здесь свой угол, чтобы приткнуться. Даже иронично, что человек, всего два года назад бывший пусть и состоятельным, но беглецом, сумел подняться столь высоко. Не из грязи в князи, конечно, поскольку мага в текущей эпохе назвать простолюдином рискнёт только полный имбецил, однако нечто достаточно близкое.

Хотя... Ради всего, что имею сейчас, пришлось побороться. И не раз ставить на кон собственную жизнь. Раньше, на Земле, я бы на такое не отважился. Здесь же... Перегорел после убийства старикашки, пожалуй. Да и потом крови хватало. Причём чем дальше, тем всё больше и больше.

Устал ли я от багровой грязи и непередаваемого аромата, обретаемого горящей плотью после осознания того, кому именно оная принадлежит? Три года назад от таких перспектив я бы искренне ужаснулся. Год спустя, после официального окончания мятежа, лишь индифферентно пожал бы плечами, прежде чем вновь отправится в путь - решать многочисленные проблемы герцогства. А сейчас... Сейчас я, пожалуй, отошёл. Восстановил психологическую стабильность, так сказать. И пусть собственные руки в крови уже не волнуют меня, однако от чести личного участия в бойнях хотелось бы всё же отказаться. Одной войны хватило, чтобы осознать, что участь воина мне совершенно не мила.

Да. Алых рек тогда пролилось достаточно, более видеть я их не желаю. Хотя и организую по мере необходимости, чего уж тут.

Наверное, повзрослел...

Из зарослей кустарника, расположившегося по правую руку от меня, с весёлым клёкотом вылетела маленькая пташка с тремя глазами. Вытянутый зрачок её третьего глаза на мгновение задержался на мне, но только чтобы тут же исчезнуть вместе с хозяйкой в лесу по другую сторону реки.

Змея. В кустах затаилась змея. Не монстр, заклинание или оборотень, но лишь обыкновенное животное. Если правильно разобрал её вид, рептилия даже не была ядовита. Однако обнаружения даже такой угрозы разведчиками хватило, чтобы я перешёл в боевой режим, уже сформировав парочку заклинаний на своих ладонях.

До чего же я докатился...

Паранойя - штука, конечно, полезная в плане выживания. Вот только стресс, и так не находящий никакого выхода, с ней копиться прямо-таки какими-то неадекватными скоростями. В особенности во время очередных разъездов, характерных для меня до выхода в отставку.

Инспектора никто не любит, особенно идейного. Надзирателя все тихо ненавидят, желая лишь убраться с его глаз поскорее. Палача бояться до мокрых штанишек, в тайне мечтая о его смерти. Для местных я был всем вышеперечисленным, а также ещё по мелочи в придачу. Но мне не было больно, противно или обидно - все мы всего лишь играли свои роли в спектакле под названием "Жизнь". Разница в том, что я понимал это, в отличие от всех остальных.

Если в первые месяцы меня ещё пытались достать ядами, а однажды даже - проклятой безделушкой, то потом, разочаровавшись в "тихих" методах, перешли к организованным нападениям. На кареты. На городские квартиры. На таверны и постоялые дворы. И даже на гостевые комнаты в усадьбах! Объединяло все эти места лишь одно - моё непосредственное присутствие в качестве цели. И никого не останавливали ни сопутствующие жертвы, ни поруганная родовая честь, ни даже нередкая бесперспективность подобных попыток.

Для местных аристократов я, а не мелкий, стал негласным символом всех проблем. И хотя мы как раз таки стремились к чему-то подобному, дабы вывести герцога за скобки, однако такой активности всё же не ожидали.

Однако в результате я ведь выжил, верно? А кости врагов, как водится, уже давным-давно растащили собаки. Возможно даже из тех, которых мне когда-то пришлось модифицировать. Впрочем, оные уже тоже давненько покоятся в земле - качество, а соответственно и продолжительность жизни, у тех поделок действительно оказались не очень.

Что же до выживших людишек... Всё имеет цену. И свою я заплатил сполна, не единожды чуть не рехнувшись за эти два года. Ведь не нужно считать меня этаким терминатором, стойко сносящим все превратности судьбы - зачастую покушению всё же были успешны хотя бы частично. Что доставляло, прямо скажем, тот ещё непередаваемый калейдоскоп ощущений.

Вновь чувствовать, как в яростном огне боли плавятся внутренности под действием яда. Вновь медленно холодеть, истекая кровью из многочисленных ран. Вновь со слезами на глазах под крупную дрожь всего тела бежать по улицам города, судорожно прижимая к груди свою оторванную руку. Вновь вынимать стрелы, болты и ножи, с горечью осознавая, что убирать очередной уродливый шрам от рваной раны придётся очень и очень долго. Вновь...

Конечно, виновные всегда несли наказание, сполна расплачиваясь за свои решения. Вот только не мне они платили. Герцогству. Лично я хоть и получал часть добычи с таких вот личностей, но лишь в виде денег, ценностей и редких алхимических ингредиентов. Чего у местных хоть и водилось, но не слишком много. Земли же, вместе с паями и прочим недвижимым капиталом переходили в казну. Как и должно. Ведь оно мне, всего лишь гостю на землях Вольницы, было, в общем-то, без надобности. Да и пользоваться мелким не хотелось - пусть стяжает наследие отца, мне не жалко.

Так что, наверное, закономерно, что весь этот цирк меня в конце концов окончательно достал. Боль телесная и душевная не стояли того. Да и от тупости людской, равно как и от средневековой ограниченности мышления окружающих я уже давным-давно окончательно устал. В какой-то момент жизнь стала слишком пресной, даже несмотря на регулярные попытки моего умерщвления. Один лишь мелкий спасал, да увлекательные опыты в башне. Но и то... Временно.

А теперь для меня наступил... отдых?

Да. Пожалуй, это действительно можно назвать отдыхом.

Люди же... Пусть в Ад идут, люди эти. Надоели. Никого, кроме мелкого, не хочу видеть. Ни их лживые рожи, ни уродскую одежду эту, ни унижающихся по любому поводу слуг. Всё бесит! А в особенности - текущая эпоха вокруг.

С такими мыслями я и прилёг на травку, расслабленно засыпая под приветливыми лучами заглянувшего на поляну солнышка. А проблемы - пусть они подождут другого приёмного дня, да.

***

Признаюсь, от радости по случаю долгожданного отпуска я сорвался. И, как водится в таких случаях, уже спустя несколько часов после начала изучения своих наработок, без счёта скопившихся за все эти годы, окончательно потерялся в зачастую неструктурированных нагромождениях данных. И образцов. Благо для последних ещё старикашкой был обучен изготовлению алхимического состава, способного выступать хорошим консервантом. Так что, впервые всерьёз занявшись своей кубышкой, я был очень удивлён обилием всевозможных интересностей, прекрасно при этом сохранившихся.

А ещё меня ждала целая серия записных книжек, сплошь заполненных идеями по разработке и улучшению заклинаний. Плюс библиотека Учителя, пополнившаяся кое-какими трудами уже с окрестных земель. В том числе и подарками, коими собратья-некроманты когда-то изволили подкупать меня как второго человека герцогства. Да и гильдия Ванонии, достаточно быстро уловившая изменения в дуновении воздушных масс, тоже предпочла заранее откупиться от всех возможных претензий за ту неприятную историю. И сделали они это, признаться, достаточно вовремя - мысли о раскулачивании одной из крупнейших общин коллег на землях Вольницы возникали регулярно, даже несмотря на всю свою несвоевременность. В особенности после того, как я узнал о хоть и небольшой, но неприятной поддержке элит города-государства наших врагов.

Таким заграничным "партнёрам" просто-таки требовалось отплатить, причём желательно - ассиметрично. И только дружественные жесты со стороны гильдии остановили меня от осуществления некоторых... излишне жестоких и масштабных планов. Что могло, кстати, привести в последствии к принятию решения о моём устранении, да. Ведь Гегемония и ко. зачинщика такой бучи вряд ли пожалеют, в особенности если пострадает их торговля.

Впрочем, думается мне, не последнюю скрипку в полюбовном разрешении всей этой истории сыграла одна злоязыкая мелочь. Чем как минимум заработала толику моей симпатии. Тут заработала, там заработала... Хитрая бестия, даже несмотря на возраст. Видимо, всё же придётся помогать там с её проблемой...

В общем, материалов прибавилось, а потому работы на поприще собственного развития мне хватало. Причём даже возможность читать в карете мало что изменила - тряска и освещение в местных гробиках на колёсах были такими, что не хотелось ни читать, ни работать, ни даже жить. Но приходилось. Так что все попытки изучения чего-либо в дороге в конце концов сошли на нет в пользу чего-то вроде бульварной, а точнее - художественной, литературы. С ней хоть мозги ломать не нужно, да и томики, несмотря на дороговизну, все были сплошь новенькие, а значит - меньше рисковали испортиться от неосторожного обращения. Да и не так жалко их было, право слово.

Так что, когда я наконец-то пришёл в себя после двух лет практически перманентного аврала, а после - погрузился в изучение данных по моим магическим профилям, то как-то незаметно исчез под потоком с головой. И вынырнул только спустя несколько дней. От голода. Поскольку повара и слуги, непривыкшие к такому моему поведению, банально испугались лезть увлёкшемуся чародею под руку. Даже для того, чтобы просто накормить его.

Идиоты...

Пришлось снова устраивать эти скучные социальные танцы - уверять, уговаривать, увещевать и прочими образами убеждать, что всё с людьми будет нормально, если они наконец-то продолжат выполнять работу, ради которой им платятся деньги. Причём немалые.

А дальше я со вздохом облегчения вновь погрузился в волшебство. И было это прекрасно.

***

Экстракт жизни, эликсир Моргвитала, колбы с плеснёвкой, требуха монстров, травы и минералы. А ещё запасы старикашки и те наборы, что удалось выменять в городах...

- Милорд?

Опять Валкош, коего про себя я зову не иначе, как "мелким номер два". Что особенно иронично, если вспомнить нашу разницу в возрасте. Причём отнюдь не в мою пользу.

- Ась? - отложив писчее перо в сторону, я, тем не менее, не спешил поднимать взгляд на гостя - записи в книге требовалось проверить ещё раз.

- Прошу прощения... - судя по характерным ноткам в голосе, мой собеседник изрядно заробел. - К вам прибыл... герцог...

- О! - только и сказал в ответ, в следующее мгновение уже поспешно вставая из-за письменного стола. Перечень ценностей может и подождать, а вот прибывший по неизвестным причинам мелкий - нет. - Пошли, расскажешь по дороге...

...- То есть ты нахамил послу Агесского Союза Городов, после чего собрался и спешно отбыл ко мне, поставив при этом на уши весь двор, потому, что... соскучился? - интересно, почему я уже даже не нахожу во всём этом причин для возмущения?

- Да, - расслабленно пожимая плечами, с теплотой в голосе отвечает... мелкий. - Хотя нет, подожди: этот упёртый торгаш, имеющий наглость называться послом того недогосударства, чуть ли не требовал от меня снижения пошлин для их купцов. Требовал! От меня! А сам, прибыв ко двору, даже подарком не посчитал нужным уважить!

Ага, чем нарушил правила хорошего тона. Традиции, в особенности дипломатические, не на пустом месте были заведены, и нарушать их из-за собственной прижимистости - глупо. Это хорошо, что герцог пока ещё слишком добрый, чтобы такого посланника за нанесённые оскорбления вешать. А ведь мог! Заявив при этом, что неизвестный, не пожелавший соблюдать традиции, уж точно не мог представлять кого-либо.

- Мда, - замечаю задумчиво, - наглецы и глупцы, увы, никогда не переведутся.

В ответ герцог пару раз подтверждающе кивнул, после чего продолжил:

- А остальное... Раньше, когда ты пропадал на разъездах, у меня не было выбора - оставалось лишь сидеть и выслушивать всех этих... умников. Но теперь, когда до тебя всего лишь час пути...

- Только не злоупотребляй этим.

- Почему?

- Подловить могут, - отвечаю нахмурившись. - Конечно, самых смелых мы уже давным-давно извели, да и оставшихся изрядно проредили, но правители в нынешние времена, чтоб ты знал, не просто так сидят по дворцам. От хорошо зачарованного арбалета не спасёт ни броня, ни карета, ни даже древесный ствол. А уж если убийцы подготовятся...

- Всё-всё! - поднял руки мой собеседник. - Хватит этих страшилок! Мне уж и в нужник иногда страшно ходить, после твоих-то историй. Лучше расскажи о магии, которую творишь здесь!

С некоторым сомнением взглянув на загоревшегося интересом мелкого, тяжко вздыхаю. Всё же мелкий - он как есть мелкий, и сказать больше нечего. Впрочем, уж лучше так, чем выставлять его против многочисленных врагов лицом к лицу. А там - подрастёт, заматереет, обзаведётся потомством... И поумерит любопытство. Поумерит же?

- Ладно уж, пошли, - и с ещё одним тихим вздохом я повёл маленького мальчика прямиком в подвал страшного тёмного волшебника. По странному стечению обстоятельств последний тоже являлся далеко не взрослым мужчиной. Впрочем, в аниме и не такое бывает...

...Находились мы сейчас в одной из крохотных лабораторий, которыми были так богаты казематы моей башни. Увы, для строительства нормальных помещений не хватало ни знаний, ни умения строителей, ни навыков в магии земли. Вот и приходилось крутиться и идти на компромиссы, из-за чего мой дом и получился столь... непрезентабельным. Совсем не чета хоромам старикашки.

- А насколько ты силён сейчас? - искренне спрашивает это воплощение детской непосредственности, тут же устроившись на низкой лавке у длинного каменного стола с деревянными ящичками. Ни в последних, ни рядом с ними не было ничего опасного, так что я не переживал за ребёнка.

- Ну... - почему-то нестерпимо захотелось почесать правую бровь, уже не раз успевшую покрыться многочисленными шрамами разного рода. Следы я успешно сводил, но нечто фантомное, вроде эха боли, всё же оставалось. - Сейчас я могу с полным правом называть себя подмастерьем. Раньше знаний было гораздо больше, чем силёнок тела, но за два последних года ситуация более-менее выровнялась.

- Можешь называть? - подмечает оговорку мелкий.

- Так-то я уже посильнее буду, - ухмыляюсь, - не во всём, конечно, но всё же.

- Например?!

Вот всё ему никак неймётся!

- Помнишь, была история с караваном из Ванонии?

На несколько мгновений задумавшись, мелкий всё же выуживает из памяти нужные сведения.

- Это которые ты ездил отбивать у барона... Кехра, кажется?

- Не будем о мёртвых - он и так отправился на тот свет довольно болезненным способом, - не моргнув и глазом отвечаю, полностью игнорируя тот факт, что убивал его лично. - Но да, именно та история. Так вот. Ездил я, понятное дело, не по доброте душевной.

- Естественно, - улыбнулся коронованный малыш-герцог.

- Тот караван под свёртками ткани скрывал свой истинный груз - нужные мне книги по магиям земли и ветра. Тебе лучше не знать, чего мне стоило добиться их копирования в гильдии Ванонии, но вот что какая-то тварь успело об этом проболтаться... Впрочем, то - дела прошлые. Главное, что эта посылка позволила мне устранить свои слабые места в стихийной магии.

- Земля и воздух? - с толикой задумчивости переспрашивает собеседник.

- Верно, земля и воздух, - улыбаюсь. - Я же тебе рассказывал, помнишь? Мне были неплохо известны "хлад" и "жар", куда хуже - "вода" и "ветер", тогда как все остальные стихии, "твердь", "мощь" и "эфир", прошли мимо. И если две последних - сложны и редки сами по себе настолько, что их изучение может потребовать слишком много времени и усилий, если будет в принципе возможно, то вот хотя бы "твердь" и "ветер" желательно было научиться использовать. Тем более, что обе этих стихии крайне полезны в строительстве, так что мотивации к познанию хватало.

Пожимаю плечами, как бы говоря, что во всём дальнейшем не было никакой сложности, хотя на самом деле ситуация обстояла иначе. Проблемы были. Причём начиная с личных предпочтений, где куда ближе мне были гораздо более понятные явления химии и физики, чем непонятные манипуляции с воздухом или твёрдой материей, и заканчивая недостатком знаний, поскольку изучать новое я был вынужден полностью самостоятельно, да ещё и при крайне ограниченном ресурсе источников. Ведь нужные книги у меня хоть и появились, но было их мало, да ещё и на другом диалекте. Местном. В разговоре последнее обычно не мешало, в отличие от чтения текста.

Словом, препятствий действительно было более чем достаточно. Но свободного времени всё же хватило и начало было положено. Одно заклинание, другое, третье - и постепенно я начал ощущать логику и особенности "тверди", а также укрепился в чересчур непокорном для меня "ветре". И хотя путь познания ещё очень далёк от завершения, а источники оного не исчерпали свой ресурс и на треть, однако уже можно с уверенностью говорить о том, что как стихийник я стал гораздо сильнее. Значительно больше арсенал, выше сродство, лучше понимание и применение в целом разнообразнее.

Хотя многие заклинания ещё предстоит переделывать под свою руку, да и натренировать их использование будет неплохо. Словом, работы предвидится ещё много.

- Впрочем, - продолжаю, - с остальными моими школами дела обстоят немного иначе. А если говорить честно - проблемнее.

На несколько мгновений в задумчивости замолкаю, припоминая, почему откладывал в долгий ящик постижение того или иного волшебства.

- Для алхимии мне, как ни странно, не хватает реагентов. За время войны запасы подсократились, и оставшиеся я предпочитаю держать на крайний случай.

- Какой? - спросил он и чуть прищурился, словно бы желая подтвердить какую-то свою догадку. Впрочем, что значит "какую-то"?

- Ты верно понял, - киваю. - Яды, раны, шрамы - всё это я лечил и сводил при помощи тех самых запасов. И уж поверь, пополнять их непросто даже несмотря на торговые потоки, текущие через наши земли. Увы, выращивая всё подле себя, алхимики зачастую совершенно не желают продавать излишки на сторону. А мои теплицы всё ещё не построены, да.

Помолчали.

- Артефакторика... - возвращаюсь к теме. - Артефакторика - ремесло скрупулёзное, точное и требующее массу времени. Которого у меня раньше не было. Хотя в строительстве оно, пожалуй, ещё полезнее стихийной магии будет. Так что обязательно займусь в ближайшем будущем. А вот некромантия...

- Некромантия? - принялся уточнять мелкий. - Это которая с мертвецами, да? Помнится, ты рассказывал, что после войны разрешил нескольким таким... любителям покопаться в глухих деревеньках.

- Да, всё верно, - отвечаю, после чего начинаю ухмыляться. - Вот только кое-кому из них не повезло нарваться на тех самых лесных монстров, кои, если припомнишь, наводили страх на наши земли. Кого-то убили и съели, кто-то всё же сумел дать отпор... Главное, что твари в конце концов покинули наше любезное общество, уковыляв куда-то в сторону горной гряды. А мертвоводам после ещё и расплачиваться за мою протекцию пришлось.

- Какой же ты нехороший! - скопировав мою ухмылку, тихонько похихикал мелкий. Эх, любит он такие хитрости - хороший правитель растёт, бесспорно.

- А то, - рука сама собой потянулась растрепать его непослушные вихры. - Вот только, увы, эта наука также требует целую прорву времени. И материала. И то, и другое находить непросто... Хотя и гораздо легче, чем для стези модификаторов в химерологии, мда.

- О, это же твоё любимое!

- Ну, не то чтобы... - недовольно морщусь. - Просто когда твой учитель - настоящий химеролог, то и сам волей-неволей станешь подобным ему. Хотя, признаться честно, за время странствий эта школа немало помогала мне... всяким.

- Например, теми жуткими птичками? - с улыбкой, но всё же слегка поёжился мелкий.

- И ими тоже, - улыбаюсь. - В первую очередь я изменил сам себя, и только потом уже пользовался внешними средствами. В том числе и жуткими птичками, да. Но и не только - вовремя приболевший оппонент, поверь мне, дорогого стоит.

- Слабительное и снотворное? - невинно уточняет этот чёртик в обличье невинного ребёнка.

- Не, это алхимия будет, - улыбка моя становится ещё шире. - Я же имел в виду настоящие болезни. Начиная хладными недомоганиями и заканчивая настоящими Морами.

Рука снова тянется к макушке собеседника, на что тот реагирует с поистине аристократическим пренебрежением. То есть - никак. Знает об этом моём рефлексе, понимает и терпит. Впрочем, человеку нужен физический контакт хоть с кем-то, а кроме меня других допущенных до монаршего тела-то и нет.

- Поветрия ведь тоже бывают разными, малыш, - глажу его по голове. - В том числе и не смертельными, вроде кишечных колик. Но я думаю, что ты сам понимаешь, насколько полезным может быть ослабление, к примеру, чьего-то войска, в рядах которого начнёт бушевать эпидемия поноса.

Малыш от неаппетитных подробностей даже не поморщился. Правда, опыт тому виной, или же простота и неизнеженность людей этой эпохи, сказать было сложно - слишком мала выборка. Ведь такие вещи я обсуждаю исключительно с мелким. Хотя, помниться, местные аристократки тоже не спешили падать в обморок от нелицеприятных подробностей очередных мясорубок, в которых участвовали, а потом и хвастались этим участием их родственники мужского пола. Суровое время...

- Ладно, что-то мы заговорились! - решительно хлопаю в ладоши и встаю, как бы ставя точку под прошлой темой диалога. - Твоей светлости пора бы уже чего-нибудь пожевать...

Живот ребёнка на это предложение недовольно квакнул, полностью подтверждая мои слова. В отличие от недовольной физиономия, которая прямо-таки транслировала, что покидать волшебные подвалы с самой настоящей Магией мелкий не желает категорически. Не желает, но понимает необходимость приёма пищи. Безусловно, такое благоразумие требовалось поощрить. Исключительно в воспитательных целях, да-да!

...- А потом, после обеда, думаю, можно будет сходить на речку, - продолжаю, с удовольствием наблюдая за исчезновением грусти на миловидном личике подопечного. - Ещё можно будет посмотреть на мои эксперименты в других комнатах, но только вечером - заодно плановый обход проведу.

И пока герцог приходил в совершенно благодушное настроение, я поспешил выпроводить нас обоих в небольшой обеденный зал на втором этаже. А то мелкий, конечно, подождёт, но известись в нетерпении может как самый обычный ребёнок.

Эх, и в какой момент из рационального человека с повадками мизантропа я успел превратиться в первостатейного отца-одиночку?

Глава 26 - Гости и сор в доме

Я недооценил противника. Ошибка, за которую придётся расплачиваться... весь вечер.

- Ты обещал! - сурово, как научился совсем недавно, из-под нахмуренных бровей глянул на меня герцог. Если бы не милая пухлощёкая мордашка, корона из растрёпанных волос и горящие любопытством глаза, вид мог получиться внушительным.

Но это ничего - элегантности можно научить, как и привить здоровый образ жизни. А там, глядишь, годочков через пять-шесть вылепиться из мелкого такой крендель, что можно будет хоть частную практику лечения запоров взглядом открывать. Единственное - ценник получится немаленький из-за регалий именитого врача...

А если серьёзно, то умение пронзительно смотреть на собеседника пригодится в любому. В особенности правителю. И вдвойне особенно - в текущую эпоху, когда роль личности на троне зачастую бывает гораздо важнее геополитических обстоятельств.

- Ладно уж, - тихо вздыхаю, тайно радуясь талантам ребёнка. Конечно, хотелось примерить лавры гениального учителя, но против правды идти глупо - моего участия в воспитании мелкого оказалось не так уж и много. Не будь он склонен к определённым вещам изначально, просто не дожил бы до моей помощи. Да и потом склонить на свою сторону тех, кто ещё даже вчера не размышлял о возвращении старой династии правителей на трон, было форменным чудом даже при наличии союзника-мага с армией наёмников в загашнике. Для текущего времени - история феерическая, хоть балладу пиши.

Хотя, собственно, писали... В том числе и с моей подачи, конечно. Глупо упускать такой инструмент пропаганды среди простого люда, когда сам кошмаришь аристократию в лучших традициях опричнины.

Отвлекаясь на подобные размышления, наполняющие моё нутро непонятной гордостью, я провёл мелкого в катакомбы башни. Да, снова маленький мальчик оказался в погребах злобного тёмного колдуна. Иронично.

- Быть может, всё-таки в другой день? - делаю слабую попытку, предчувствуя поражение.

- Неа, - рушит надежды малыш. - Конечно, речка была замечательна, да и обед оказался неплох. Но помня о вечере, я не увлекался...

Судя по лисьей ухмылке, посетившей лицо герцога, мою нехитрую интригу он вполне успешно разгадал. Ну что же, не получилось утихомирить ребёнка активностями на свежем воздухе - сам виноват, придётся отдуваться по полной. Впрочем, не то чтобы я так уж сильно сопротивлялся...

...- И это всё? - закончив с осмотром четырёх ранее не посещённых помещений, как раз таки и являвшихся лабораториями для моих живых проектов, с непонятной обидой в голосе спросил ребёнок.

- А чего ты ожидал? - безразлично пожимаю плечами. - Мои коллеги по ремеслу не от праздной жизни предпочитают безвылазно сидеть в своих башнях, чтоб ты знал. Даже простым монстрам нужен тщательный уход, а уж химерам - и подавно. В то время как здесь я гостил едва ли пару дней в месяц, да и то больше отсыпаясь. Некогда было проектами заниматься, в общем.

- А жуткие птички? - нахмурившись, продолжил гнуть свою линию мой собеседник.

- Клипли - стабильный, давным-давно отработанный продукт. Позаимствованный, между прочим. Сверх описанного в книгах я их не улучшал.

- Облезлые собаки? - перешёл к следующей, уже не слишком приятной для меня теме, шкет. - Страшенные насекомыши, от которых помер твой учитель? Лесные твари с наших земель? Рыболюды? Простые животные?

Что же ты так разогнался-то?

- Слушай, - говорю вкрадчиво, всматриваясь в горящие любопытством глаза ребёнка, - чего ты от меня хочешь? Откуда такой интерес к, прямо скажем, далеко не самому привлекательному ремеслу?

- Ну... - отвёл он взгляд. - Просто всё это такое... интересное...

А мне кажется, что причина в чём-то другом. Неужели он настолько устал от управления герцогством? Секретарей и советников вроде хороших подбирал - должны были снять большую часть нагрузки. Или же...

- Я чего-то не знаю? - уселся на ближайшую лавку, попутно подгребая к себе не успевшего даже пикнуть малолетнего герцога. Впрочем, он и не собирался сопротивляться.

- Женитьба, - слово прозвучало приговором.

В какой-то мере его можно было понять - не успел толком отдохнуть от одной беды, как тут же настигла другая, не менее пугающая. Ведь раньше он по крайней мере рисковал лишь собственной жизнью, а теперь - всем своим будущим, что страшит куда сильнее. Даже при том, что в отличие от средневековой Европы, развод в местном обществе - дело значительно более простое и, соответственно, куда чаще встречающееся. Да и к наложницам/наложницам претензий поменьше, чем к лицам аналогичного социального статуса в христианской Византии...

Словом, по идее ничего настолько уж страшного мелкого не ожидало. К тому же, ему вполне хватало ума, красоты и харизмы, чтобы не сильно напрягаясь, завоевать расположение практически любой навязанной пассии. И в то же время малолетнему герцогу уже доставало воли, достоинства и достатка для становления настоящим главой семьи, причём даже по меркам земной современности, не говоря уже о довольно-таки патриархальном обществе этого мира. Однако, даже несмотря на кажущуюся простоту ситуации, причин поскрипеть зубами всё равно хватало.

Все проблемы поиска и согласования подходящих кандидатов для брака высшей средневековой аристократии можно расписывать долго, масштабно и с экспрессией, которой суждено было в конце концов неизбежно перерасти в банальную матерщину. Поэтому в очередной обсуждать эту тему я не стану. Тем более, не следует лишний раз сыпать соль на собственные раны - сам от чужих матримониальных поползновений страдаю, даже несмотря на более чем жуткую репутацию. Увы, как показала практика, страх не способен пресечь планы по получению выгоды. Да и девушки, вот уж странные создания, что-то да находят в "жестоком и загадочном красавчике-маге".

С другой стороны, мою ситуацию и близко не стоит сравнивать с тем штормом, что уже закручивается вокруг молодого правителя. Разные весовые категории в местном обществе, так сказать. Да и сами маги имеют славу тех ещё чудаков, так что моё нежелание жениться может рассматриваться как очередная блажь эксцентричного... кем меня там называют в последнее время? Не суть важно - спасибо, что выскочкой именовать перестали.

У мелкого же, как понятно, ситуация обстояла гораздо, гораздо хуже. Титульный герцог. Умён. Последний из рода. Причём северного, что немаловажно, поскольку это означает активное участие в смотринах многих знатных домов, считающих южан немножечко быдлом. При этом местная аристократия изрядно прорежена и ослаблена, а значит внутренний брак ради укрепления державы не имеет смысла. Да и военный союз с кем бы то ни было извне уже тоже не слишком нужен, поэтому надавить по данному направлению не получится. И это ещё если не вспоминать о богатом месторасположении земель одного миловидного малыша, о статусе суверенного правителя, зачастую ценящемся на международной арене ещё выше, а также обо мне - неплохо показавшем себя маге специфической профессии, что, против обыкновений, почему-то вместо исчезновения в какой-нибудь заднице мира, остался советником при молодом правителе.

Для многих кусочек получался слишком уж лакомым, чтобы хотя бы не попытаться прибрать оный к своим рукам. Как минимум из чувства самоуважения, да чтобы напомнить окружающим о себе. Чем нам грозила такая постановка вопроса со стороны причастных, думаю, говорить не имеет смысла - дипломатическая война нередко бывает ещё более жестокой, нежели чем обыкновенная.

Спасало ситуацию лишь то, что минусов в этих расчётах тоже хватало: и недавно отгремевшая гражданская война; и внутренние разборки в роду, не прекратившиеся даже после скоропостижной кончины мятежного дядюшки; да и всё те же условия существования Вольницы неизбежно накладывали свой неповторимый геополитический отпечаток. Словом, математика выходила сложная. Особенно для нас самих, поскольку ни одной особы, в деталях разбиравшейся во всех этих раскладах, у нас в штате, к сожалению, не водилось. И, увы, появление таковой даже не предвиделось.

Да и послов, в общем-то, не хватало. Как и сватов. Как и шпионов. Господи, да у нас даже воинов на все запланированные позиции не было, о чём тут вообще говорить!

А ведь, между тем, подданные изо всех слоёв общества не просили, нет, они требовали женитьбу! И детишек побыстрее, желательно - вот чтобы ещё вчера и побольше, поскольку только что пережив один династический кризис, второй такой не желал никто. В особенности, если на этот раз один жуткий магик может вообще пойти на принцип и угробить страну ко всем чертям, не пожелав отдавать её в руки кого бы то ни было, кроме своего подопечного.

Мотивация страхом в таком обществе, оказывается, действительно способна творить чудеса. Всего десяток вырезанных в ноль родов, и все остальные уже не рискуют бузить. Даже наоборот - не только словами, но и делами устремляются к миру, порядку и стабильности, что так необходимы землям пострадавшей державы. Вот оно - истинное волшебство, а не летящие во врага шарики из огня и воды.

По тем же причинам, как оказалось, я не замечал и какого-либо общественного давления на мелкого - в моём присутствии желание убеждать герцога в необходимости женитьбы тут же испарялось, словно капли воды на летнем солнцепёке. Любая попытка повлиять на герцога могла окончиться если не смертью телесной, то опалой - смертью политической. Хотя даже вывернувшись и избежав последней, оставалось возможность добиться ровно противоположного эффекта - правитель ведь мог, чего доброго, взять пример с друга-магика, и вовсе отказаться от поиска достойной партии. Что, в свою очередь, приводило к нестабильности в государстве, которая вполне могла закончиться смертью правителя с последующим ударом возмездия от меня же. Получался замкнутый круг, из-за которого спрессовали буквально все вокруг... Ну, кроме меня, конечно же.

По крайней мере, так был раньше. Но рано или поздно эта проблема должна была добраться и до ушедшего в отпуск мага. Что, собственно, только что и произошло.

- Мы же уже говорили с тобой об этом, - с улыбкой глажу его по волосам, стараясь успокоить и придать уверенности в себе. - А то, что всё началось столь рано - так иным, вон, и в десять лет брак приходилось заключать.

- Помолвку? - шмыгнув носом украдкой, тут же переключился на новую тему ребёнок.

- В том-то и дело, что не помолвку, а именно брак, - подмигиваю ему. - Если книги не врут, случалась однажды в северных землях одна большая война - добрые четыре десятка лет вяло шла да перетекала, пока у одной из сторон на поле брани не погиб король и его единственный сын, наследный принц. И остался тогда один только внук, которому в девять лет суждено было стать новым государем воюющей страны...

...Прикрыв дверь в гостевую комнату, я жестами приказал слугам вести себя потише рядом со спящим ребёнком и покинул надземную половину башни, вновь скрывшись под низкими сводами подземелий.

Тем для размышлений хватало. И где их обдумывать, как не в прохладной тишине лабораторий? Особых лабораторий, скрытых от прочего люда. Ни слугам, ни уж тем более мелкому нечего делать там, где вершатся истинно тёмные дела. Некромантия и химерология - и так довольно "грязные" дисциплины. Что уж говорить об идеях, способных родиться на их основе у жителя другого мира?

-Э-э-у! - тихим скулежом встретил меня экспериментальный конструкт.

Одна из неудачных попыток на поприще разработок лёгких боевых юнитов прорыва - модифицированная ещё при жизни дворняжка, поднятая мертвецом. Увы, вместо закрепления сильных сторон и компенсирования слабых, а именно - сохранения скорости при увеличении силы с выносливостью, получилось всё с точностью да наоборот. Сильно пострадала координация, тогда как мёртвые мышцы, против ожиданий, казалось, стали даже слабее. Словом, это был провал. Причём, что самое обидное, причин его я не понимал. Однако результат повторялся из раза в раз, так что ни о какой случайности речи идти не могло - либо ошибка закралась в самой теории, что не мудрено при поверхностности моих знаний в некромантии, либо где-то в алгоритме поднятия мертвеца.

Раньше у меня не было времени на более детальное изучение, но теперь этим можно будет заняться плотнее.

При таких мыслях путь мой продолжился. А спустя ещё несколько вмурованных в стены клеток, обнаружился и следующий постоялец. Тихий, спокойный, неподвижный... С образцами этой серии никогда не было ясно, функционируют они до сих пор, или уже давным-давно просто издохли. Значит, опять же, придётся проверять отдельно.

С другой стороны, нет ничего удивительного в столь слабых результатах - сама идея подключения консервированных человеческих мозгов к набору живых органов... Она отдаёт безумием. Даже если автор вдохновлялся идеями о кибернетизации в мире меча и магии. Увы, я всё ещё слишком слабо понимал, что именно отвечает за "разумность" мертвеца, поднятого некромантией. Был ли это мозг или что-то ещё, вроде какой-нибудь ауры? Или же, раз уж некроманты в этом мире способны работать с душами, в трупы насильно вселяются именно эти нематериальные сущности?

К сожалению, те личности, которым я разрешил пополнить запасы на полях наших битв, на гордое звание мастеров работы с мертвецами не тянули даже в мечтах. Не совсем уж отщепенцы, что тела в деревнях воруют, конечно, но этакие самоучки, в лучшем случае получившие какое-никакое образование в полурелигиозных культах и в последствии покинувшие оные. И хотя так называемые Культы смерти, процветающие в разных частях мира, покидали обычно довольно скептично настроенные личности, с которыми можно было иметь дело, но наш уровень мышления всё равно зачастую слишком отличался, что доставляло проблемы. Не только в понимании друг друга, но даже в банальном обмене знаниями - многие магические практики настолько извращались неуёмным воображением приверженцев выдуманных мистерий, что для выявления самого механизма работы ритуалов и заклинаний приходилось чуть ли не криптографические шифры разбирать. Причём иногда даже буквально.

Широко известна в узких кругах история о том, как один южный некромант решил записывать свои заклинания неким методом, скорее всего являющимся обыкновенной модификацией шифра Цезаря. И всё бы ничего, да только однажды маг благополучно отошёл на тот свет. А спустя некоторое время один искатель наживы, которому случайно попались журналы покойного, решил научиться магии.

И начался парад абсурда.

Ставший главой мелкого культа человечек, судя по описаниям местных, нашёл в горах "место силы", где концентрация Ветров была повышена всегда. Накупил гору каких-то зачарованных поделок, вырезал ближайшие селения ради тел и начал "творить". Причём на удивление успешно, учитывая отсутствие навыков, опыта, какого-либо понимания и чудовищно перекорёженный речитатив.

Конечно, ради получения сколь-либо удобоваримого результата понадобились масштабные эксперименты, жертвами которых стали сперва сотни, а потом и многие тысячи подвернувшихся под руку. Но для тоталитарной религиозной секты, поклонявшейся некому Тнэусе, такие затраты были вполне возможны. Всё же места те, будучи этаким фронтиром колонизации, контролировались довольно плохо, да и бушующие в те времена войны среди соседей ситуацию только усугубляли никак не помогали. Так что людей нашли. Исследования провели. Кривые ритуалы придумали. И начали своё победное шествие по окрестным землям в поисках новых мест силы, рабов и богатств.

Собственно, от Чёрных служителей так и не смогли окончательно избавиться до сих пор - их горные обители, представлявшие собой натуральные крепости, практически невозможно взять даже измором. Что и не удивительно - прекрасно изученную местность стережёт не столько живое, сколько мёртвое воинство. Которым, как известно, есть, пить и отдыхать, в отличие от смертных, совсем не нужно.

В мыслях мелькнули лица двух бледноватых черноволосых братьев, сбежавших как раз таки откуда-то оттуда. Довольно закрытые личности, вытянуть подробности путешествия из которых оказалось на диво непросто. И дорого. Но сквозившего между строк облегчения мне хватило, чтобы понять - связываться с культами смерти себе дороже.

Следующая ниша, к которой привели меня ноги, содержала обыкновенные человеческие мёртвые тела. Вскрытые, тщательно выпотрошенные, очищенные, покрытые собственноручно приготовленными бальзамическими составами и оставленные на мумификацию. Этот проект не представлял собой ничего экстравагантного - просто попытка изучить, каким образом бальзамирование влияет на характеристики нежити в целом. И отдельных конечностей в частности, что теоретически можно будет пришить некротическим химерам.

Рядом находились керамические колбы с органами, подвергнутыми различным типам обработки: от высушивания и до попытки прижизненной мумификации через подключение к питанию от специально подготовленного обрубка химеры. Здесь проверялась масса идей и теорий, включавшие в том числе и попытку разработать модульную систему для химер, при которой, возможно, удастся добавлять монстрикам отдельные органы из ранее сохранённых и обработанных запасов. Поскольку сейчас, к сожалению, любые манипуляции необходимо проводить исключительно над живыми тканями. Что очень неудобно и затратно как по ресурсам, так и по времени.

К сожалению, живые существа - не механизм, чтобы можно было выключить, перебрать и завести снова. Так сказать, фарш в кусок мяса обратно не перекрутишь. Но стремится к обретению такой возможности всё же нужно.

Далее располагались закрытые металлические стенды пропитываемыми различными химикатами образцами кож, мышц и прочих тканей. Цель банальна - подтверждение одних и детальное изучение воздействия других рецептов. Причём всё как минимум в двух вариантах, для живых и неживых образцов.

Столы с чашками Петри, в которых культивировались штаммы различных бактерий и прочих организмов, найденных за время путешествия. Не только болезнетворных, но и вполне полезных - различные дрожжи, разлагатели и прочие, прочие, прочие. В том числе и попытка обнаружить ту самую плесень, из которой получили пенициллин, или какой-то её аналог.

И вот - длинный, очень длинный коридор, оканчивавшийся где-то под холмом сильно в стороне от основных здания поместья. Прокопаться сюда и всё оборудовать было непросто, но совершенно необходимо. Поскольку действительно опасные проекты требовалось держать подальше что от людей, что от и себя. Хотя бы просто ради крепкого, спокойного сна.

Тяжёлая дубовая дверь открылась с тихим скрипом, от которого тут же возбудились обитатели решётчатых камер.

Живые боевые химеры.

Зашуршали в жестяных ящиках толстые грызуны, переделанные в живые алхимические гранаты с токсичной начинкой. Даже сквозь сон они чувствовали изменения в потоках воздуха, рефлекторно вздрагивая и сокращая детонационные камеры в своём теле.

Относительно удачный проект. Отнюдь не универсальный, но в определённых случаях способный принести множество проблем вражескому войску.

Пронзительно зашипел неуклюже развалившийся на сене перекрученный остов оленя. Человеческие руки заскребли по камню стен, и болезненно задрожали четыре ноги, пока перекошенная широкая морда скалилась визитёру рядами острых, иглоподобных зубов. Три пары глаз, расположившихся по окружности вокруг рта, налились кровью и замигали, отражая свет факела.

Лесной охотник. В теории - дешёвый диверсионный юнит, лёгкий, быстрый и страшный. На практике же чаяния мои не оправдались, и список того, чем ужасная кракозябра могла навредить ближнему своему, начинался и заканчивался её же внешним видом.

Ну и урод же ты, полуживой кусок мяса.

Крупная трёхголовая собака с чешуёй, ядовитыми шипами и змеёй вместо хвоста. Попытка создать подобие мифического цербера, совмещённое с отработкой соединения нескольких нервных центров. Судя по едва слышимому скулению и обилию крови с кусочками мяса, что слоем покрывали камеру и пол за её пределами, хотя первоначально эксперимент и обрёл некоторый успех, однако в дальнейшем соединённые животные всё же перегрызли друг дружку. И уже практически подохли, мда. Впрочем, ничего удивительного.

Теоретически, соединение детёнышей должно быть гораздо более успешным... Но на такое я уже не пойду. Не с маленьким щеночками уж точно.

Крылатая змея оборвала и разодрала лишние конечности. Провал.

Многоголовая змея пожрала саму себя и сдохла, завязавшись и подавившись. Провал.

Собака с пересаженными жабрами под алхимическими модификациями, судя по синюшному трупу, всё же задохнулась. То есть что-то я всё же тогда соединил неправильно. Печально, но провал.

Алхимически модифицированный крупный грызун с многочисленными протезами болезненно пищал где-то в недрах короба, не спеша, впрочем, шевелиться. По всей видимости, воспаление всё же не прекратилось. Очередной провал.

Голуби-камикадзе... Токсичные вороны... Ядовитые куницы... Гуманоидная свинья...

Монстры...

Твари...

Образцы...

Наконец, целая ниша террариумов с различными букашками. То, что я искал.

Аккуратно вынув несколько кубов крайне драгоценного стекла, я вытащил ещё один, довольно мелкий. Сейчас в нём обитала самка одного длинноного местного паучка.

Не так давно, после начала экспериментов с дрожжами, мне пришла интересная идея. О шёлке. Ведь кроме одной бабочки, в этом мире, как и сам шёлк, неизвестной, получать схожий материал могут и другие насекомые... Или не только насекомые, если мы говорим о пауках.

Паучий шёлк - это звучит полезно. И дорого. Как раз то, что нужно, чтобы развлечься. Ничего слишком серьёзного, поскольку выращивать нечто подобное в этих землях всё равно бесполезно - пусть и тепло круглый год, но разворуют же вмиг! А делиться такой идеей с миром мне не позволит врождённая жадность. Но вот если проект всё же довести до ума, а потом придержать до случая... Это уже, как говорится, совершенно иной разговор.

Думая об этом, даже не сдержал улыбки - как-то надоело пытаться делать боевых кракозябр. Всё равно личные разработки почти не получаются, а придумки коллег штамповать - там никакого удовольствия не будет. Но вот что-нибудь мирное, полезное... Возможно, с этим удача мне, наконец, улыбнётся!

Глава 27 - Взросление маленьких

Когда занят, время летит незаметно. Я успел подзабыть эту простую истину, пока выживал в башне старого мудака. Весь первый год каждый прожитый день отмечал в памяти, каждую прошедшую неделю - крошечной зарубкой на спинке деревянной кровати. И хотя в итоге я всё равно привык хоть и к опасным, но, честно признаться, далеко не самым плохим условиям существования подле Учителя, перестать отслеживать течение времени всё равно никак не получалось.

Или по крайней мере так было раньше.

Причём вроде бы и связей со внешним миром хватало, и свежие новости получал, то есть руку на пульсе держал, и даже периодически выезжал на променады то праздничные, то в поисках рабочего материала... Да и мелкий захаживал регулярно, чего уж там. Но находясь телом в башне или за её пределами, разумом я всё больше витал в высших сферах...

Долетался, словом. Сбило парящего в небесах колдуна, дорвавшегося до долгожданной мирной рутины, только известие о скорой свадьбе дорогого подопечного.

Мой подопечный женился. Точнее, венчался по местным традиции, тем самым объявляя о более чем серьёзных намерениях в отношении своей избранницы. Причём делал он это добровольно, хотя и переживая в целом, но всё же будучи полностью довольным совершенным выбором. Выбором именно своим, осознанным, а не выполненным под влиянием разного рода доброхотов, что также немаловажно.

- Поверить не могу... - всё ещё пребывая в плену смятений, я неспешно расхаживал по малому залу родового замка... как он там назывался? - Ведь ещё вчера ты пешком под стол ходил, а теперь - такое!

Весело улыбающийся на столь яркое проявление эмоций от меня, ставшего несколько флегматичным за два последних спокойных года, герцог ответил с нотками довольства в голосе:

- Обожаю твои обороты речи! Надо же, под стол ходил... Будто бы ты когда-то мог меня таким увидеть!

- Не придирайся к словам, - отмахнулся от этой язвы моего желудка. - И я всё равно считаю, что ты всё ещё слишком маленький для такого!

- Возможно, - последовал ответ, стёрший с его губ улыбку. Настроение переменилось мгновенно, оставив на месте былого веселья в основном безразличие, разбавленное капелькой уныния. - Но Хайнен, Лежен и Твигар правы - промедление с каждым месяцем становилось всё более опасным. Выгодных партий не появлялось больше, а совсем даже наоборот. Да и не в том мы положении, чтобы противиться воле... сам знаешь кого.

Недовольно прищурившись вначале, под конец его речи мне пришлось поморщиться в негодовании и стыдливо отвести взгляд - когда шевелиться начинали такие игроки, как высшая знать северян и южан, у меня осталось мало возможностей для противодействия. Уровень не тот. Ведь даже навскидку повлиять на малолетнего герцога можно таким количеством способов, включая алхимию и подосланных с разными целями специалистов, что в параноидальном угаре свихнуться можно.

Свихнуться, но всё равно что-нибудь упустить.

Причём это даже не считая прямого физического воздействия. А от армии с настоящими магами, пусть даже и не химерологами, я не отобьюсь при всём желании. И даже нейтральный статус Вольницы ситуацию не спасёт - решать возникший казус будут сильные мира сего, а не мы, в тот момент в лучшем случае пребывающие в бегстве у чёрта на куличиках.

- Не буду спорить... - ещё раз поморщившись, протянул я. На что, снова улыбнувшись, довольно покивал уже совсем даже не маленький... мелкий. - Но вот выбор невесты... Как тебе вообще разрешили?!

Даже тон сказанного был скорее скептичен, чем грозен. Что уж говорить о моих чувствах? Со своей стороны, конечно, я полностью разделял выбор подопечного - красивая молодая магичка, весёлая рыжая бестия с ноткой хитринки, выделялась на фоне прочих дам очень сильно. И ярко. Особенно, если вспомнить неизменно лукавых родовитых северянок и развязных южанок. Однако мезальянс же! Как такое допустила аристократия герцогства и родственнички со стороны отца?

- О-о-о, это было непросто! - с нотками тихой гордости и словно смакуя что-то сладкое, довольно протянул подросток. - Пришлось изрядно потратиться и постараться, чтобы убедить всех в том, что лучшего варианта не будет! Хотя, признаться, вассалам даже намекать не пришлось - сразу были согласны на всё что угодно, лишь бы побыстрее и без кары с твоей стороны.

Лишь на последней фразе я соизволил показать довольную реакцию, ухмыльнувшись.

- Вот-вот! - не менее довольно кивнул герцог. - Что же до моей родни... После того как многие из них поддержали дядюшку, к делу подбора будущей герцогини я предпочёл их не подпускать и на расстояние полёта стрелы.

- Мне казалось, что вы помирились, - прищурившись, я вгляделся в глаза подростка.

Глаза, сверкнувшие сталью и вспыхнувшим на миг презрением.

- Конечно, я примирился с родичами... - мягко произнёс он в ответ, улыбнувшись предельно кровожадной улыбкой. - но всё запомнил и ничего не простил. Как ты и учил.

В душе поднялось что-то светлое и чистое. Гордость за парня, наверное.

- Правильно, - довольно улыбнувшись, я наконец-то соизволил расположиться в кресле напротив собеседника. - Прощать предателей нельзя. Можно продолжать сотрудничать, но при этом следует помнить о свершённом злодеянии. Потому что...

- Предавший раз - предаст второй, - весело кивнул герцог, - я помню.

В глаз внезапно попала коварная соринка, из-за чего мне пришлось немного повернуть голову.

- Значит, - поспешил я продолжить тему, - сам справился? Молодчина! И... как она?

Спрашивать, почему выбрана была именно магичка, я посчитал излишним - и так всё было прекрасно понятно. Северяне могут сколько угодно кривить рожи, вещая о величии "чистой крови", но факт оставался фактом - волшебнику удержать власть всегда было гораздо проще, чем обычному человеку. Даже если для того, чтобы выучить достойного чародея, требовалось гораздо больше времени и усилий. Другое дело, что аристократии без подобных даров никогда не нравилось кланяться магам... Да и многие религии такого не одобряли... Однако кто теперь, после всего произошедшего, может помешать добавить волшебной крови в родословную своих будущих детей?

Когда враги мертвы, а недовольные замолкли, наступает время созидания. Говорят, кровь - прекрасное удобрение, и всходы, что вырастают на пропитанной ею почве, нередко становятся удивительно обильны и пышны. Главное, чтобы место под что-то полезное не заняли сорняки.

Хотя, конечно, располагайся это полюшко не в землях меж двух великих рек, и такого умника прибили бы просто в назидание. Старая аристократия с корнями, восходящими ещё к первым человеческим государствам, традиционно воспринимает магов в качестве полезных, но очень опасных животных. Так уж сложилось исторически. Причём практически везде, как бы печально это ни было признавать.

Впрочем, это детали. Факт же оставался фактом - мелкий планировал шалость, и мне оставалось лишь надеяться, что кара за неё будет терпимой. Отговаривать всё равно бесполезно - всё уже решено, подготовлено и приведено в исполнение. Так что будем готовиться к последствиям.

Для чего неплохо бы было разузнать побольше о самой девушке, например.

- Ну, - улыбнувшись ещё чуть ярче, начал подросток, слегка порозовев ушами. - Она красива...

- В этом я и не сомневался, - ещё бы он страхолюдину какую выбрал. Да на его месте никто бы мимо красотки не прошёл! Так что, когда узнал о более чем достойной внешности девы по своим каналам, даже не удивился - другого не ожидал.

А вот мой собеседник в ответ на такую ремарку чуть надулся, возмущённо сверкнув глазами.

- Я не по внешности выбирал! - воскликнул он. Однако ответный мой взгляд был настолько скептичен, что парню пришлось признать частичное поражение. - Ну хорошо, не только по внешности! Она ещё и умна, проницательна и достаточно родовита!

- И глаза у неё красивые... - как бы между делом добавил я.

- Да, и глаза... - по инерции продолжил правитель.

- И магия сильная, и волосы гладкие, и вершины уже округлые...

- Это... да... - парень начал краснеть пуще прежнего.

- А уж какая улыбка! - вдохновенно закончил я, понимающе улыбнувшись собеседнику. - Не простая девица, а настоящая чаровница-похитительница сердец даже в столь малом возрасте. Вылитая богиня!

- Она даст союз с Леварнийским пределом... - ворчливо возразил герцог, окончательно покраснев и отведя взгляд в сторону.

- Как и любая из трёх её старших сестёр, - хотя и умилившись картине смущения, я продолжил выводить его на чистую воду. - Хотя они, конечно, уже не столь подходили тебе по возрасту.

- Да, да! - с заметным облегчением поспешил подтвердить мальчишка.

- Да и милых личиков с большими голубыми глазами не имели, - я расплылся в довольной улыбке, наблюдая, как снова краснеет сидящий передо мной герцог.

Милаха. И чего он так сопротивляется раскрытию своих истинных желаний? Неужели бриться, что узнав о них, я разочаруюсь в его "взрослости"?

- Мелкий, - спустя несколько мгновений обдумывания и после немного печального вздоха я обратился к парню по старому прозвищу. От чего взгляд его тут же устремился на меня. - Ты же знаешь, что я и сам бы не поступил иначе. Быть может, разве что прождал бы ещё три-четыре года для верности.

- Но я не могу... - печальный шёпот был мне ответом. - Я не могу вечно прятаться за чужими спинами. За твоей спиной. Сейчас слова утихли, и кровь впитала земля, но как мне быть, когда враги вернуться вновь?

- Я помогу, ты же знаешь.

- Знаю, - он кивнул резко, но уверено. - Знаю, но кто тогда поможет тебе самому в час нужды?

Я не знал, что ответить на этот вопрос. И моё молчание говорило больше всяких слов.

- Моему отцу, его наследию тоже никто не помог. Никто не смог. Или не захотел. Вмешался только ты, абсолютно чужой человек. Но я не могу надеяться, что каждый раз будет находиться кто-то, способный решать проблемы. Мне следует научиться преодолевать их самостоятельно.

- Ты уже умеешь это делать, - улыбнулся я. - Просто пережив столь многое, теперь считаешь, что упоминания достойны лишь большие дела. Все эти союзы, клятвы, договора...

Он снова отвёл взгляд в смущении, словно пойманный на горячем.

- Но это ведь не так, понимаешь? - продолжил я свою мысль. - Тебе всего одиннадцать лет от роду, и лишь считанные единицы в истории могли похвастаться тем, что в таком возрасте не просто самостоятельно, но и успешно управляли наделом! Да ещё столь обширным и в такой ситуации! Тебе не нужно никому ничего доказывать, особенно мне.

На его лице расцвела неуверенная, но радостная улыбка. Впрочем, я ещё тоже не закончил.

- Что же до женитьбы - конечно, в столь важном деле не следует руководствоваться лишь своими желаниями, это просто глупо. Но ещё более недальновидно было бы осуждать эгоизм, особенно мне. Так что вот тебе моё слово: захотел в жёны красавицу - бери, благословляю! Ведь не ради того я прикладывал столько усилий, чтобы заставлять тебя теперь ходить по струнке чужих интересов.

Встав из кресла, герцог стремительно бросился мне на шею и обнял. Едва успел привстать и поймать живой снаряд!

- Спасибо... - донеслось откуда-то снизу.

- Глупости всё это, мелкий, - проворчал я в ответ, продолжая гладить растрёпанные вихры. - Кому и что ты пытаешь доказать? Мне? Так я не могу представить кого-то другого, кто смог бы повторить твой путь и остаться в твёрдом разуме. Служилым и прочему простому люду? Так они тебя уже безмерно уважают, иначе бы воины отца не пошли бы за тобой во время войны. Вассалы и родичи? Этим уже и так всё давным-давно доказано, причём зачастую посмертно. Боюсь, большего в дурные головы не вбить. А всех остальных и вовсе как-то убеждать бесполезно - слушать никто не станет, потому что чаяния у них иные.

- Тогда, быть может, себя?.. - донеслось до меня спустя долгое молчание.

- А нужно? - вопросом на вопрос ответил я скептично. - Неужели ты сам не знаешь, почему выбрал эту девицу? Мне казалось, что второй важной причиной стал не союз с бедным наделом, а магия, текущая в жилах красавицы.

- Да... Волшебство... Хотя бы дети не будут столь беспомощны...

С его позицией было трудно не согласиться, однако у любой монеты было две стороны. И в нашем случае, как и в любых иных подобных за долгую историю местного человечества, вместе с новой силой потомков шли и риски в безумстве оных. Причём шансы там немаленькие.

Собственно, все маги сумасшедши так или иначе. Вопрос лишь, в чём конкретно это выражается от случая к случаю.

***

Помолвка, несмотря на хлопоты, прошла мимо моего сознания - в основном всем занимались другие люди, тогда как я если куда-то и прикладывал свои усилия, то лишь в желании проконтролировать должный уровень исполнения и безопасность.

Иными словами я бдил, бдил и ещё раз бдил, чёрной тучкой шныряя по замку и прилежащим территориям. Чем неимоверно напрягал людей, нередко пугая кого-то своим внезапным появлением до мокрых штанишек.

Не избежали этой участи и гости, собиравшиеся на празднование со всего герцогства. Богатые купцы и знатные путешественники, представители старых вассальных домов и новые "солдатские выкормыши", жрецы разных религий и прочие подобные личности - все спешили застать знаковое событие, заодно запечатлев в памяти и на бумаге некоторых с недавних пор ставших известными персонажей. Вроде самого маленького герцога, приглашённых за стол лидеров наёмных компаний, когда-то протянувших нам руку помощи в час нужды, ну и, конечно, меня самого.

При этом невеста, будем честны, интересовала всех лишь в ракурсе своей неизвестности широкой публике. Имя-то девушки, как и род, открыли сразу в день объявления грядущего празднества, да вот только Леварнийский предел - место, что редко пребывает на слуху ввиду своих отдалённости и кажущейся малозначительности.

Хотя на самом деле этот надел был интересен и даже популярен, вот только не у простых людей, а у магов. И причина тому проста - эта закрытая в ближайшем к Междуречью ответвлении (Великого страдания??) цепь долин, богатых редкими рудами и уникальными растениями, являлась поставщиком обширного списка реагентов для алхимиков всего мира. Как, собственно, и ещё несколько пределов в том же регионе. Причём иных мест с подобными климатическими условиями в известной ойкумене просто не было, если не считать земель закрытой для чужаков Гегемонии.

Стоило ли удивляться, что в горных обителях издревле заправляли магические династии?

С чисто политической точки зрения этот союз был выгоден мало. Чего нельзя было сказать о сфере экономической - объединение одного из основных поставщиков металла и реагентов с не менее важным владельцем удобнейшего логистического маршрута грозилось наполнить карманы обоих игроков золотом, попутно показав соседям внушительный кукиш с маслом. А уже деньги в свою очередь могли позволить и армию собрать, и державу укрепить, и даже матерные частушки на политической арене спеть.

Оставался лишь единственный вопроса. Почему никто не договаривался о подобном с домом невесты до моего подопечного?..

...- А зачем это было им, провозгласившим нейтралитет? - с хитрой улыбочкой отвечал мне малыш под согласные перешёптывания советников за нашими спинами.

- И что же изменилось? - приподнял я одну бровь в лёгком скептицизме.

- Мы. Изменились мы! Сейчас в герцогстве стали довольно терпимо относиться к магам, так что на наших рынках и ярмарках их видят всё чаще и во всё большем количестве. Ну, и нельзя умалять твою славу, наставник - для тех, кого защищают лишь стены, чародей твоих репутации и умений, что соль для слизня - смертельно опасен.

- Мда, с солью меня ещё ни разу не сравнивали, - ухмыльнувшись, потрепал по волосам весело засмеявшегося ребёнка...

...Словом, обычно не обращающим много внимания на окружающий мир, засевшим в горах чародеям было о чём начать переживать. Впрочем, на самом деле ни моя репутация, ни любое, хоть самое хорошее отношение, не привлекли бы внимание властителей далёкого предела, если бы не организованная герцогом и его советниками операция.

На волшебников надавали. И как! Резко, мощно, бескомпромиссно - удары за ударами посыпались на логистические узлы торговых маршрутов долинного государства, что пролегали в чужих землях. Причём, что самое главное, посыпались так, что не подкопаешься, поскольку замаскировано всё было под очередной передел торгового влияния в регионе.

Собственно, на самом деле в первую очередь этим самым переделом вся операция и являлась - герцогство возвращало утраченные во время гражданской войны позиции, попутно тестируя некоторые из моих новых игрушек. От последних обделаться успели все, кто не помер, но это же и отправило более чем явное послание другим чародеям - химеролог активен и всё ещё поддерживает малолетнего герцога.

Адресаты сообщению вняли. Причём некоторые, как стало понятно в дальнейшем, даже слишком сильно.

Леварна отправила посольство. Наши его приняли. Поговорили. А там, слово за слово, и договариваться о всяком стали...

Портреты показывать...

Мои коллеги по мистериям всегда относились к живописи попроще, чем прочая аристократия. И всегда склонялись к реализму. Людям, красивым от природы, такое простительно - нам не нужна ретушь и прочие украшательства, поскольку настоящих уродцев в духе незабвенных Габсбургов среди чародеев не найти. Да и годы обучения визуализации точных графических схем, думаю, сказываются - трудно терпимо реагировать на чужие искажения реального, даже если сделаны они были во благо клиента.

Словом, в данном конкретном случае мой подопечный мог действительно рассчитывать на то, что кандидатка будет действительно походить на своё изображение. Тем более, слухи о её красоте проходили и по иным каналам. Так что...

Попался одиннадцатилетний пацан, уже выглядевший на все четырнадцать благодаря кое-какой моей полезной для здоровья алхимии, в капкан девичьей красоты. Ну и словесных кружев, конечно - с одного взгляда ничего не решалось, и добрую треть года молодые люди обменивались письмами.

Ну и вот. Обвенчались. Ещё не свадьба, но как только - так сразу.

- Доволен? - спросил тем же вечером, сидя в кресле напротив ошарашенного жениха. Пусть пока ещё и потенциального.

- Да, - собрав мысли в кучку, уверено заявил мне мелкий. - Мы мало успели поговорить, но её красота и прочие достоинства несомненны.

- Это какие же ещё ты в ней разглядел достоинства? - по-птичьи склонив голову в любопытстве.

- Уверенность в себе, стойкость, образованность и лёгкое презрение к пустым титулам, - перечислил он с какой-то тёплой гордостью.

- Любой другой на твоём месте, неважно южанин или северянин, нашёл бы всё сказанное недостатками, а не достоинствами, - хитро улыбнувшись, я изобразил рукой в воздухе что-то этакое.

- Южные цветы прекрасны, но не смогут жить на бедственной земле. Сколь бы ядовиты ни были сами по себе. - улыбнулся герцог в ответ, принявшись цитировать какое-то произведение. - Северные деревца, напротив, пышны и высоки, но не проживут и дня без сильной и заботливой руки. У нас свободы будет вдоволь, простора хватит, но ветра, боюсь, в час испытаний сорвут их оземь с высока.

Переведя взгляд на огонь в камине, он продолжил:

- Пока ухаживал, решил чуть больше узнать о её родине. И нашёл сборники стихов от автора родом откуда-то из пределов. Интересно, правда?

- Сомнительная литературная ценность, - покачал я в сомнении головой. - Хотя суть действительно передаёт неплохо. Леварна, как и прочие пределы, слишком близка к Вольнице, чтобы её не задевало катаклизмами. Пусть даже самым краешком. Вот только низкая плотность населения в горах и сезонная изолированность долин играют с ними злую шутку - в случае чего сбежать не получится, а драться зачастую просто некому. Численности не хватает. По крайней мере, если браться за оружие только мужчинам.

- У нас женщины тоже берут в руки копья в час нужды, - непонимающе возразил герцог.

- Открою секрет - везде берут, - ухмыльнулся в ответ. - Но мало где это делают действительно регулярно. Причём настолько, чтобы такие военные сборы переросли в настоящую традицию.

- И в каждой долине живут маги... - задумчиво продолжил парень, по всей видимости, в уме уже пересчитывая потенциальную численность армии новых союзников. Однако я поспешил возразить, заодно отвлекая ребёнка от попытки прервать работой свой законный отдых.

- Далеко не в каждой, не повторяй досужие россказни. Укреплённые усадьбы с чертогами и башнями - да, стоят, поскольку в случае чего их используют в качестве последней линии обороны. Ну и для административных функций наверняка применяют, чего уж там. А вот волшебники - они тоже, как и самые обычные люди, кучковаться любят. И не спешат тонким слоем распределиться по всей широте владения.

- Кроме химерологов? - с хитринкой во взгляде невинно уточнил малыш, переведя на меня взор лучистых глаз.

- Верно, - невесело улыбнулся я в ответ. - Кроме нас, любителей всяческих тварей... Словом, насколько мне удалось узнать, практически все родичи твоей наречённой каждый сезон собираются вместе, как и прочие горцы. Кроме, разве что, регулярно меняемых наместников, которые защищают самые крупные долины или группы мелких, не изолируемых друг от друга в ненастную пору года.

- То есть она близка со своей семьёй? - с некоторым сомнением уточнил герцог, снова задумчиво глядя в огонь.

- Наверняка, - кивнул я в ответ даже знаю, что он этого не увидит. - Так что думай сам, малыш. Уверенная в себе и стойкая? Может быть. Но и привязанная к родичам тогда наверняка тоже. Такая даже если полюбит, захочет периодически ездить в гости на родину. И детей повезёт. По просторам, мать её, Вольницы...

- Значит, - перевёл он решительный взгляд на меня. - В моих же интересах сделать пути между нами как можно более безопасными. А, быть может, ещё и наиболее короткими.

Ух, какие мы кровожадные! Кровь - не водица, конечно, но тут женилка ещё не отросла, а уже на завоевания соседей потянуло. Рановато как-то.

- Твоё право, - пожал плечами. - Но помяни моё слово - душевного покоя тебе такая жёнушка не добавит. Самое плохое развитие событий, конечно, постараемся исключить, но это Вольница - здесь всякое бывает. От всего не заречься.

- Я понимаю... - отвёл он взгляд в сторону, нахмурившись. - Понимаю...

***

Накал страстей минул и жизнь продолжилась своим чередом. Гости как приехали, так и разъехались по своим делам, а замок снова опустел. И лишь только слуги продолжали ходить по нему на цыпочках, опасаясь потревожить покой страшного мага.

А между тем, будущая хозяйка на моём фоне была воспринята ими столь положительно, что у колодца во дворе теперь всегда можно услышать россказни о грядущих добрых временах. Дескать, хорошая герцогиня и бедного господина обласкает, и монстроделу спуску не даст... Впрочем, о последнем если и говорили, то только шёпотом и беспрестанно оглядываясь.

Наивные. Причём по всем фронтам - и в тщетной надежде скрыть от меня свои чаяния, и во мнении, что кто-то химеролога в принципе сможет к чему-либо принудить. Потому что если я что и делаю с тех пор, как от старикашки избавился, то исключительно добровольно.

Хотя попытки наладить мосты между мной и новыми родственниками моего подопечного уже были и ещё непременно будут. Об этом даже гадать не приходилось - прямо сообщили, попутно намекнув о скидках на свою продукцию.

Уважили потребности мага-затворника, понимаете ли. Умные заразы.

- Когда свадьбу сыграть решили? - в очередной раз шатаясь по замку в компании герцога, как-то между делом задал я ему интересный вопрос.

- Два-три года, не больше, - пребывая где-то в плену своих мыслей, по всей видимости, он ответил чисто автоматически.

- Хо-оро-ошо, - проговорил я не менее задумчиво. - Тогда где-то через полгода мне нужно будет отправиться в путешествие по регионам Вольницы.

- Зачем?! - очнувшись, с ясно различимым возмущением в голосе воскликнул он. - Ты же знаешь, как там опасно!

- Везде опасно, - ухмыльнулся в ответ. - Но видишь ли, обычно после свадьбы появляются дети. Ну, знаешь, такие крохотные грызунчики, для которых весь окружающий мир - место сколь опасное, столь же и интересное.

Герцог вмиг покраснел и стушевался, не решившись меня прерывать.

- А между тем, я - единственный стоящий целитель на все окрестные наделы. И если до потребностей прочих людей мне дела нет, то вот до тебя и твоей будущей семьи - есть.

- Спасибо... - нос парня особенно покраснел, выдавая острое желание всплакнуть. Но он продолжал держаться.

- Причём сидеть с вами придётся реально безвылазно и годами, - продолжил я ворчливо, переведя взгляд на пейзаж за окном. - Дети, знаешь ли, бывают удивительно хрупки, как и матери во время родов. Так что даже жить придётся здесь, с вами. Однако...

- Тебя же такое раздражает, верно? Ты будешь готовиться? - тихо и неуверенно озвучил малыш то, что, наконец, осознал.

- Верно. Буду, - подтвердил в ответ. - Чем-то опасным рядом с такой кучей людей не позаниматься, да и дети маленькие... мда... Вот и думаю сконцентрироваться на алхимии и артефакторике, попутно забивая в рефлексы боевую магию здоровья ради.

- Будешь срывать злость на соломенных чучелах? - с улыбкой "догадался" герцог.

- Ну, и это тоже, конечно, - с кривой ухмылкой ответил, сам размышляя о том, что умение сражаться будет крайне полезно при некоторых планах, назревающих где-то в отдалении десятка-другого лет. Но озвучивать их не решился - парень будет недоволен одним только намёком на подобное.

- В любом случае, - продолжил после короткой паузы. - Мне нужно будет изрядно пополнить запасы... да, пожалуй, всего подряд. Вот и съезжу, развеюсь...

- А где поедешь? - приняв неизбежное, герцог хитро прищурился и улыбнулся. Вроде бы невинно, но за внешним благообразием скрывалось что-то хищное, плотоядное.

Политик растёт. Не умилиться невозможно.

- А что, хочешь попутно ещё чем-нибудь запрячь? - я мягко улыбнулся.

- Конечно! - был дан мне весёлый и абсолютно бескомпромиссный ответ.

Глава 28 - Закономерные случайности

Срок вышел быстро, и вот я уже отправился в путь по землям Вольницы. Но не праздного любопытства ради, а исключительно по делам - покупать, обменивать и просто забирать нужное, попутно пристукивая персонажей ненужных. Словом, убирался в доме перед длительным отпуском, чтобы потом не отвлекаться, так сказать.

Времени на всё про всё ушло порядочно, конечно. Работы было много, и длились отдельные её эпизоды зачастую немало, не говоря уже о том, что до мест действий ещё необходимо было как-то добираться. И бывало, что именно последнее занимало большего всего времени. Особенно когда цель имела наглость убегать. Благо от трёхглазых птиц и жаждущих крови порождений моих изысканий сбежать трудно. А от загадочного кубика, предсказывающего будущее, и вовсе невозможно. За прошедшие года я подтянул навыки применения и того, и другого, что дало свои плоды - изучив принципы появления мелких деталей на гравюрах, получилось хоть как-то прогнозировать время происшествий. А там и прочее вычислялось, пусть с трудом и далеко не всегда.

В любом случае, было бы глупо не пытаться использовать истинный артефакт. Раз он всё равно не желал покидать меня, то игнорировать наличие такой силы было просто неразумно, даже если угроза от её использования существовала в действительности.

Самосбывающиеся пророчества и прочие подобные издевательства над миром - это плохо, но, как показала практика, не наш случай. Гравюры нередко описывали ситуации, стать непосредственной причиной я просто не имел возможности. Однако кроме столь топорных воздействий, мною как носителем могли манипулировать и другими способами. Да, могли...

Чёртовы игры разума. Настоящее горе от ума - подозревай артефакт и под лупой отслеживай каждое своё решение, пока кто-то другой на твоём месте уже давным-давно отбросил бы всякие подозрения. Но чёртова паранойя...

Кроме того, с кубиком была и другая, куда более приземлённая проблема - необходимость расшифровывания пророческих рисунков. Каждый чёртов день мне в издевательской манере предоставлялась новая загадка, ответ на которую ещё не факт, что хоть чем-то мог помочь. Причём особенно ярко это проявлялось здесь, в Вольнице, где каждый день происходило просто слишком много событий, чтобы артефакт мог отобразить их все. Впрочем, иногда отдельные происшествия в этом плане с лихвой перекрывали все прочие. Редкость для текущего времени, когда вокруг ни мистических катаклизмов, ни войн, однако случалось.

Словом, кубик, уже давно ставший неотъемлемой частью моей жизни, продолжал оставаться непонятной, но в целом полезной фигнёй. Вот только польза эта приложенных усилий зачастую не окупала, но и не прилагать их не получалось - имея на руках готовое пророчество не думать о белой обезьяне было попросту невозможно.

Так и ездили от места к месту, по пути занимаясь кто чем - охрана бдила, слуги правили караваном и разбивали лагерь, а я ломал голову над очередным ребусом и копался в кипах документов. Идиллия. Которая стала потихоньку подходить к концу.

Наконец-то. После такого рабочего отпуска по-хорошему следовало отправиться в ещё один отпуск, только на этот раз куда-нибудь на южные пляжи.

К тому же, была и ещё одна причина поторапливаться обратно - надолго оставлять мелкого одного, без своей поддержки, было откровенно страшно. Причём даже в компании верных людей и под защитой пары десятков ручных монстров. В прошлый раз толпа охранников была ещё больше, но это не уберегло парня от недругов. Тем более, что подложить свинью можно и из благих побуждений - ртуть с сурьмой в Европе ведь тоже когда-то считались чуть ли не панацеей от всех болезней. Собственно, как и кровопускание.

Не чужие убьют, так свои добьют. А я ведь в ответ не сдержусь, одарю аборигенов чем-нибудь этаким. Так что во имя спасения мира от ужасного зла, то есть от самого себя, до края всем нам лучше не доводить.

Но о великой опасности, нависшей над всеми разумными жителями этого мира, люди не ведали, от чего и совершали в моём отношении... всякое. И если обман или воровство я ещё мог стерпеть, карая лишь в рамках милых средневековых традиций, то есть методом отсечения языков и конечностей, то вот от откровенных нападений с попытками убийства уже так легко отделаться не удавалось. С наглецами приходилось разбираться предметно, вникая в ситуации, чтобы внезапно не оказаться слепым орудием в чужих руках. Ради этого после каждого подобного случая приходилось надолго останавливаться, вникать в местные расклады, тратить деньги и зелья на разного рода операции - словом, спускать кучу времени на всякую фигню лишь ради того, чтобы не омрачить свою репутацию. Причём как в глазах простого люда, уважающего именно справедливую жестокость, так и в головах сильных мира сего, с неохотой прибегающих к использованию столь неудобных инструментов, как въедливые сильные одиночки.

Хотя, будем честны, далеко не всегда мне удавалось разрешить инциденты в свою пользу - за пределами герцогства на чужих землях у меня уже не было права творить суд самостоятельно, а местные власти предпочитали если и начинать какие-то разбирательства, то только для того, чтобы показательно повесить несколько простолюдинов. Совсем не то, чего я желал.

И совсем не то, что мне было нужно.

Так что воздаяние нередко приходилось... подталкивать в нужную сторону. Или и вовсе брать в свои руки. Зато чем больше "хозяев жизни" дохло в кроватях от замечательного микса из кашля с поносом или в лесах от клыков неизвестных тварей, тем меньше желающих находилось повторить столь "славный" путь. В то время как люди поменьше, зачастую избегающие ввиду своей невиновности казалось бы закономерной кары, славили добродетель вечно хмурого мастера монстров.

То, что мне как раз таки и требовалось для завершения картины - репутация, отливающая желания как у исполнителей, так и у заказчиков. Безусловно, надолго этого не хватит - память человеческая неизменно коротка. Однако какую-то фору нам даст, позволив наладить хорошую защиту будущих детей мелкого.

Мда, у мелкого появятся ещё более мелкие. Скорее бы. Погружаясь в химерология всё глубже, я буквально чувствую, как утрачиваю остатки человеческих эмоций. Медленно, но неумолимо теряю себя. А малыши - это всё-таки малыши, а к детям я всегда относился как минимум благосклонно.

Впрочем, пока нет других, можно продолжать опекать другого ребёнка. Только бы домой вернутся...

***

Солнышко свет, лёгкий ветерок в лесу шумит - красота! Если бы ещё дело не происходило в столь неприятном месте как проклятый лес Лотха... Впрочем, ситуация тоже позитивом не отличалась.

Я подошёл к закованным в цепи невольникам, но не чувствовал себя в меньшинстве - герцогские солдаты, сопровождавшие меня в путешествии, обретались поблизости, с угрозой поглядывая на тройку выживших налётчиков. Что же до остальных бандитов - от них остались лишь пепел и смрад гарева в воздухе.

Запашок, конечно, привычный, но не слишком любимый. Ассоциации нехорошие.

- Ну, и кто вы такие? - спросил и цепко вгляделся в лица, стараясь по мимике уловить если не ложь, то хотя бы волнение. Черёд пыток и магии, конечно, придёт, но позже - в здешних лесах лучше останавливаться лишь за крепкими стенами, а до них нужно ещё добраться.

Тем удивительнее, что нас поджидали именно в этом месте.

- Так добрые путники мы, ваша милость, - саркастично улыбнувшись, выдал лысый крупный мужик с небрежно зажившим шрамом через всю квадратную морду лица. - Не признали, значит? Что же это вы так - люди гостей по доброте душевной встречать вышли, до мест безопасных проводить, а вы столько чистых душ на тот свет отправили. Не по праву Деениана так путников на опасной дороге встречать!

- А что же вы, добрые путники, оружие в руках держали да из самострелов разили? - приняв северный диалект, в тон собеседнику спросил я в ответ.

- Так места же опасные, ваша милость, - совсем уж осклабился мужчина. - Не признали сперва людей, а потом уж и поздно стало.

- Понятно, - улыбнувшись, я пару раз весело кивнул и задорно фыркнул, умиляясь как самой нелепице, так и уверенности закованного в кандалы человека. Двое его товарищей, напротив, страх с отчаянием изливали в воздух очень даже явно. Так что либо передо мной сидит что-то знающий, а вернее - на что-то надеющийся, либо полнейший отморозок, уже ничего и никого не боящийся.

Проверим оба варианта. Прямо сейчас. Опасно, конечно, и время потеряем, но если впереди нас действительно ожидает ловушка - и того, и другого утечёт ещё больше. Если вообще с жизнями расстаться не придётся.

***

- Открыта нам охота, великая охота, на самого большого на свете бегемота...

- Ваша милость? - в замешательстве позвал один из охранников моей дражайшей жизни.

- Ох, ничего-ничего, Леам, - с улыбкой ответил бойцу. Судя по промелькнувшей на его губах улыбке и посветлевшему выражению лица - великая мудрость не менее великого Александра работает, и любых подчинённых, а в особенности - солдат, действительно лучше знать поимённо. А также следует непременно свою информированность периодически демонстрировать. - Ты не мог бы передать остальным, что наш привал окончен? Сейчас нужно собраться всем вместе да о дальнейшем пути подумать.

- Стало быть, была ловушка? - посмурнев и крепче перехватив пику со щитом, поспешил пристроиться сбоку воин.

- Была, как ей не быть, - кивнул. - Да что там - до сих пор имеется. Как раз аккурат в следующем селе нас дожидаются.

- Вот ироды...

- С другой стороны, - добавил спустя пару мгновений с сарказмом. - Они оказались столь любезны, что послали столько людей для встречи! И таким образом предупредили обо всём, да...

Идущий подле мужчина на последней произнесённой мною фразе сбился с шага и поёжился, что и не удивительно - крики от пыток стояли знатные и заглушать я их даже не пробовал. Так что вся взятая с собою из лагеря охрана имела сомнительное удовольствие ознакомиться с тем, под какой аккомпанемент мне пришлось вытягивать "предупреждение" из не горевших желанием делиться с ближним своим пленников.

- Впрочем, имеются у меня некоторые сомнения... - продолжил, погружаясь в пучины размышлений.

Заметивший изменения в моём состоянии воин, по всей видимости, понял, что разговор окончен, и поспешил тактично слинять, оставив охраняемый объект на попечении трёх подошедших соратников. Но всё это я отмечал лишь краем сознания, продолжая всё сильнее запутываться в тенетах сомнений и опасений.

Решительно требовался совет. Потому что склониться хоть к кому-то выбору самостоятельно всё никак не получалось.

К счастью, путь до лагеря не продлился долго. И на месте меня уже дожидалась целая толпа в два десятка мордоворотов внушительных комплекций. Пусть и не ростом, а скорее объёмом.

Потому что потомственные средневековые войны. Кушают получше подавляющего числа населения, однако не так чтобы отлично и уж точно не с самого детства. Вот и получается, что на богатых харчах и магическом допинге в длину я уже многих взрослых мужиков обогнал, и то ли ещё будет...

- Ваша милость, звали? - сняв шлем и следом закрепив его на поясной крюк, спросил меня по-южному короткостриженый блондин, один из десятников моей охраны. Собственно, всего их было трое, по числу десятков, и сейчас они стояли перед мной, прикрывая своими могучими фигурами пришедших на зов солдат. Получалось, впрочем, не очень - закованные в хорошие доспехи воины не уступали габаритами своим лидерам.

Именно лидерам, это в первую очередь, а потом уже офицерам и просто опытным воинам. Потому что основная задача десятников - это поддержание дисциплины, и кого попало на эту должность не набирали. Чтобы заставить простых рубак подчиняться беспрекословно, требовалось нечто большее, чем просто опыт или внушительная родословная. Особенно когда речь шла о гвардии дома - элите герцогского воинства.

Малыш не размениваться на мелочи, отправляя со мной лучших.

- Звал, звал, - ответил, сохраняя задумчивое выражения лица. - Не знаю, вот, как поступить лучше. Леам уже всё успел рассказать, небось?

- Постарался, - ухмыльнувшись в короткую чёрную бороду, пробасил другой десятник.

- Хорошо. Дело в том, друзья мои, что изначально после всего услышанного от душегуба, я хотел отправиться с вами к остальной части банды и... обо всём расспросить. Лично.

По небольшой толпе прошёлся короткий, на ёмкий гул одобрения - лихих людей не любили как солдаты в частности, так и в герцогстве в общем. Слишком уж много разошедшиеся за время гражданской войны бандиты успели попить крови вообще всему населению, пока не оказались развешены или насажены на пики вдоль дорог.

- Однако, - продолжил после короткой паузы, чем заставил людей умолкнуть, - после размышлений я уже не столь уверен в этой идее.

Замолчав и более не продолжая объяснение, желая таким образом подстегнуть остальных к анализу предпосылок, я дождался чуда - заговорил третий десятник. Он был из той породы много повидавших вдумчивых молчунов, ранняя седина которых вызывала не только уважение, но и какой-то подсознательный внутренний трепет. Дескать, что такое вообще нужно было увидеть для достижения подобного эффекта?

Причём остальные детали внешнего вида только усугубляли впечатление - покрытое уродливой сеткой шрамов лицо, изуродованный нос и отсутствующие уши в купе со слегка белёсыми, но всё ещё прекрасно видящими глазами делали этого человека жутковатым даже в те минуты, когда он просто молчал. А уж когда в воздухе раздавался его тихий, скрежещущий голос с едва уловимым подхрипыванием, то не такого уж и старого мужчину и вовсе изредка начинали путать с нечистой силой. Однако ничего мистического в опытном авантюристе не было - человека просто помотал жизнь.

И тем ценнее были его навыки. Ведь выжил же, не сгинул! Не удивительно, что Лема, а именно так его звали, мне вручили практически в приказном порядке. Опыт всё же ценили везде, а особенно - в Междуречье.

- Если они ждали нас дальше, - тихо, но отчётливо в наступившей тишине проскрежетал мужчина, - то зачем напали здесь и сейчас? Это не даёт вам покоя, мэтр?

- Верно, - кивнул в ответ. - К сожалению, даже главарь этой шайки знал немногое, выполняя лишь то, за что ему заплатили - нападал на не слишком крупные группы путников весь последний месяц. Причём вся добыча принадлежала ему, хотя и сбывали её через то самое село.

- Славен сей древний град богатыми дарами... - поняв, наконец, всю глубину проблемы, бородатый брюнет использовал ходившее по Вольнице выражение, выступавшее синоним более привычного мне "бесплатный сыр только в мышеловке". Вроде бы по легенде фразу эту сказал какой-то северный аристократ, решивший со своей армией разграбить один из запретных городов. Собственно, только слова в истории от него и остались - те, кто пересёк линию стен, обратно уже не вернулись. По крайней мере людьми.

По сути же ситуация была в том, что условия сотрудничества для разбойников неизвестные наниматели выдвинули просто сказочные. Причём настолько, что подвох чуяли все - и я, и мои десятники с солдатами, и даже сами бандиты. Вот только последние ничего не могли поделать - выгода и приставленный к горлу клинок крепче всяких слов связал нечистых совестью личностей. И до недавнего времени душегубы о своём выборе не сожалели.

Ввиду всего вышесказанного оставался ровно один вопрос - на меня ли ставили эту ловушку, или имело место чистое совпадение. И именно от ответа зависели наши дальнейшие действия, поскольку в случае верности первого варианта ради собственной безопасности мне следовало сейчас же уходить с отрядом в лес. Поскольку шансов выжить в компании чудовищ будет больше, чем в грамотно расставленном капкане. В то время как иной вариант мне если и грозил чем-то, то в основном в разрезе влипания в чужие разборки, что могло аукнуться... ну, чем-нибудь неприятным, но как минимум интересным.

- Вот давайте и подумаем, друзья мои, - улыбнулся я солдатам, - как лучше поступить.

Месяца два по всей Вольнице колесили, дела решали. И сдохнуть на обратном пути всего в пяти днях от дома будет просто обидно.

С подобными мыслями я и углубился в обсуждение, которое, увы, продлилось недолго - вскоре нас прервал напряжённый крик дозорного:

- Конные! Много!

Переглянувшись с десятниками, мы тут же сорвались со своих мест. Кто-то принялся собирать и готовить бойцов, кто-то - спешно сворачивать лагерь со слугами, кто-то отправился наперерез заметившему врагов наблюдателю, располагавшемся в дальней ухоронке, ради дополнительной информации, тогда как я спешно залез в свою карету, перекинул вещи в личное хранилище и вытащил связку артефактов-ключей для крытых повозок с сюрпризами. Таких было всего две из целого десятка телег со скарбом, однако в случае негативного сценария развития событий тварей внутри клеток должно хватить для того, чтобы как минимум задержать вражескую армию, дав нам столь ценное время.

Если же врагов будет мало или они плохо подготовятся... Ну, у кого-то сегодня будет пир, причём в качестве главного блюда выступит человечиной в скорлупке с гарниром из конинны. Но это, опять же, если нападающие на нас - авантюристы или идиоты, что в этом лесу являлось синонимами.

В ином же случае... Дело плохо.

Непонятно, правда, откуда в здешних краях армии достаточные, чтобы победить нас - крупные отряды любой величины неизбежно съедаются порождениями леса, не продержавшись и пары дней. Более того - даже нас, всего пять десятков человек и такое же количество лошадей, местные обитатели уже не жаловали, не атакуя по ночам только благодаря запаху кое-каких алхимических составов. И то приходилось постоянно изматывать дрянью одежды, иначе утащить могли даже из собственных палаток. И плевать монстрам, что располагались мы посередине поляны за стеной из повозок и в кольце горящих костров.

Держать в Лотхе целый конный отряд, а "много" в крике дозорного - как минимум пять десятков всадников, это чистый идиотизм и самоубийство. Потому что чтобы здесь выживать нужен алхимик, то есть - обученный маг хоть какой-то силы. А где таких найти в Междуречье?

Хотя нет, так-то варианты имеются...

Впрочем, к чёрту размышления - на них уже не хватает времени.

Покинув карету, первым делом я вынул собственный лук из футляра, принявшись снаряжать его и специально модифицированные стрелы. С креплениями под колбы. Конечно, даже несмотря на регулярные тренировки, никакого серьёзного навыка в стрельбе у меня не имелось, однако его не требовалось - достаточно было доставить продолговатые ёмкости с пахучим составом в нужную область.

Праща, думаю, была бы в данном вопросе предпочтительней, однако в её отношении у меня обнаружился антиталант - хоть убей, получилось запускать снаряды лишь себе под ноги. Увы.

А запустить в себя этот состав было бы... нежелательно.

Да, всё дело было в запахе, снова в нём... Один аромат тварей пугал, другой - приманивал. Не будь дураками, неизвестные враги должны были это предусмотреть - небось обмазались "пугачом" до похучести кочевника после недели скачки. Так что монстры на них скорее всего не нападут. Не смогут при всём желании. Однако, что будут крутиться рядом - это точно, проверено на практике. И в таком случае посмотрим, насколько быстро у всадников и их скакунов сдадут нервы.

Человек - тварь такая, сколько про безопасность не рассказывай, всё равно бояться будет. Звери - тем более.

Так что поупражнявшись в стрельбе и подготовив таким образом одну заготовку, я тут же взялся за следующие. Пробуждались и готовились к выпуску монстры в клетках, перебирались и смешивались алхимические снадобья, возводились в боевой режим мои потуги на поприще боевой артефакторики. Поэтому, когда конная цепочка выскочила на поляну и принялась спешно собираться в лавину, мы уже были более-менее готовы.

- Сотня, не меньше, - хмуро глядя на всадников в добротных доспехах, ни к кому конкретно не обращаясь бросил в пространство блондинистый десятник.

- Поборемся, - спокойным тоном и неизменно хрипло ответил ему самый старший из нас.

- А быть может и не придётся... - тихо заметил я к удивлению находившихся рядом солдат и офицеров.

Кое-что в облике напавших показалось знакомым, и теперь я ожидал дальнейших действий всадников - мой стяг гордо реял над лагерем, так что, окажись предположение верным, не узнать его не могли.

Кроме того, кубик предсказал именно нападение уже благополучно умерщлённых бандитов, а не этих воинов. Хотя уж лава доброй латной сотни должна была являться событием куда более внушительным, чем наскок шести десятков дезертиров.

И точно, оппоненты в нерешительности замерли у самого края лесной прогалины и нападать на нас как-то не стремились. Наоборот, выслали парламентёров.

Процессия из пяти всадников быстро приблизилась к лагерю, обнажила головы...

- Лэнс, мать твою! - проорал я высунувшись над бортом повозки. - Какого хрена ты меня так пугаешь?!

- Промашка вышла! - в ответ донёсся до меня его сперва озадаченный, а потом и откровенно злой голос. - Наниматель, падла такая, очень хотел какого-то странствующего мага убить! Мы и предположить не могли, что он имел ввиду вас!

- Впервые за последние годы решил прогуляться по округе - и вот тебе, убивают, - проворчал себе под нос. - Ну, ничего - узнаем виновных и накажем. Обязательно накажем! Потому что кто-то за потраченные расходники и мои нервы обязан ответить.

А куда неизвестным уже деваться? Лэнс против меня не пойдёт - даже не будь у нас приятельских отношений, оставались плавающие контракты с герцогством и лично мои магические возможности. С первого в немалой степени кормился и на него же молился весь наёмный отряд аристократа, тогда как второе в свою очередь являлось более чем весомой причиной даже не пытаться воевать со мной.

Суровая правда реальности состоит в том, что даже дисциплинированные войска обращаются в бегство при потерях порядка двадцати-тридцати процентов от численности. Однако в случая, когда на их глазах массово заживо сгорали соратники, этот предел обычно наступал куда раньше. Потому что никто не хотел умирать, и уж тем более никто не хотел умирать подобным образом.

Наёмники сражаются за деньги. И сейчас в этой ситуации на одной чаше весов расположился доход и жизни, тогда как ну другой - исключительно репутация. И выбор тут очевиден - не зря же мы с ним подписывали контракт, напоминающий своими условиями каперские патенты. Ведь в действительности получалось, что в уже практически свершившемся переходе наёмников на мою сторону даже не было их вины, а значит - не будет и урона репутации. По крайней мере серьёзного.

И уже наблюдая за пролезающими к нам через завал переговорщиками, я думал о том, насколько же важно уметь не только читать документы, но и понимать в них написанное. Простое ведь условие - новые контракты не могут нарушать пункты старых. Вот только почему-то никто в Вольнице как будто не понимал, что наёмники, как и прочие гильдейцы, могут работать в долгую. Привыкли, понимаешь, что все здесь как перекати-поле - если на месте не сидят, то свободны словно птицы. Как будто мы с мелким в действительности могли просто так отпустить опытных вояк, с которыми свели дружбу.

Частные военные компании - придумка не новая даже для этого мира. Однако в Междуречье не встречающаяся ввиду договорённостей между крупными державами остальной ойкумены. Но ведь на герцогство, как и на прочие здешние государства, эти ограничения не распространялись. Просто обычно подобным здесь не занимались, поскольку гораздо выгоднее было держать регулярную армию при себе. Ведь новый катаклизм может наступить в абсолютно любой момент.

- Мэтр, простите великодушно, - расплылось в доброй улыбке испещрённое шрамами лицо моего гостя, наконец-то достигшего нашего с офицерами расположения. - Признаться, мы даже не слышали, что вы покидали своего малолетнего подопечного.

- Спасибо, - ухмыльнулся я в ответ, принимая похвалу. - Хотя и наверняка вскоре слухи дошли бы и до этого медвежьего угла - след за нами оставался более чем... ярким.

Снова улыбнувшись друг другу и скрепив встречу рукопожатием, перешли к обсуждению извечных вопросов: "кто виноват?" и "что делать?". Причём ответы и на первое, и на второе вскоре были найдены, а план составлен и приведён в исполнение.

Жить заказчикам оставались считанные дни.

Глава 29 - Пламя

Когда все формальности были улажены, и офицеры покинули наше общество, я наконец-то позволил себе расслабиться.

- Как же вас так угораздило-то, а? - повозившись на неудобном стуле и всё-таки заняв более удачное положение, спросил у также отпустившего напряжение мужчины. Отреагировав, Лэнс медленно моргнул, прекратил задумчиво смотреть в пространство и перевёл взгляд на меня.

- Деньги, - просто, но ёмко ответил он.

- Очевидно, - кивнул. - Однако почему именно вы, именно здесь и именно таким образом?

- Очевидно, - иронично улыбнувшись, мужчина плавно повёл рукой в воздухе, нарисовав одну ему ведомую фигуру, - что после нашей с вами памятной компании и полученных богатств с благоволением влиятельного дома, дела моей компании пошли в гору, как тебе должно быть известно, твоё магичество.

- Прекрасно известно, - ухмыльнулся, также перебрав пальцами в воздухе. - Мы умеем считать деньги и собирать слухи. Даже из земель столь далёких, как восточные окраины Междуречья.

Намёк в моих словах был более чем очевиден, и, несмотря на необязательность, на него всё же дали ответ.

- Родственники просили помочь, и я не мог отказать. - улыбка на изрезанных шрамами губах исказилась в печали. - Тяжёлый выбор, дорого стоивший моим людям.

Да, половина численности - это как-то многовато для одного короткого контракта. Впрочем, учитывая обстоятельства, могли там и все за милую душу полечь - пара катаклизмов и масштабный набег нелюдей, говорят, несколько городов с лица земли стёрли. И я склонен в это верить, поскольку будь проблемы менее серьёзными, вереницы беженцев не доходили бы аж до наших пенат.

- А дальше?

- Помогали отстраивать порушенное, - почти безразлично отозвался он, вновь устремив взгляд в пространство. - Охотились на отставших тварей, собирали выживших. Взяли новобранцев и гоняли их до посинения, пока была возможность. А потом вернулись сюда, на запад.

- Работа закончилась? - спросил, уже зная правильный ответ.

- Нет, деньги, - ухмыльнувшись, мужчина вернул на меня свой взгляд.

И опять же, очевидно. Вопрос в другом:

- У кого?

- У всех, - тихий смех в ответ. - Жизнь стала дорогой, а и без того худая казна лордов совсем оскудела. Как и мои сбережения.

Не пожалел денег, значит, и платил из своих. Как эгоист - не одобряю, но как человек - уважаю.

Почему не попросил помощи у нас, даже спрашивать не имело смысла - приятели приятелями, конечно, но не до такой степени. Задарма финансировать не будем. Тем более, именно Лэнс когда-то отказался от моего предложения по более... существенной интеграции своего отряда в армию герцогства. И хотя конечный результат переговоров тогда всех устроил, и соглашении прекрасно продолжает действовать до сих пор, однако просить чего-то большего после такого демарша просто некрасиво. Если не хуже - наглость. А её в эти времена особенно не любят.

Тем более, проблем у человека наверняка и так хватало - наёмники, конечно, воины неплохие, но с мотивацией у них проблемы. Особенно при столь высокой доле потерь - эти люди ведь в бой идут за деньгами, а не за смертью. А мертвецам, как известно, золото и прочие богатства ни к чему.

Впрочем, это всё сейчас не столь важно, как некоторые иные вопросы.

- Почему же я не слышал о вашем возвращении? - закончив одну тему, тут же перепрыгиваю на другую.

И действительно, вернуться на запад, но не побывать у нас - как минимум странно. Поскольку заключённый с наёмной компанией договор предусматривали серьёзные налоговые льготы и скидки на закупку амуниции в герцогстве, не говоря уже о предоставлении эксклюзивов - моей алхимии. Которой, кстати, им и пришлось воспользоваться в этом лесу. Так что то, что после таких потерь и прочих неурядиц Лэнс не повёл свою ватагу к нам на довооружение, было по меньшей мере нелогично.

Даже если сбережения исчерпались полностью, то уж как минимум на ссуду капитан рассчитывать мог, о чём прекрасно знал. Всё равно сум такое вложение потребовало бы не столь больших, чтобы действительно заставить нас поиздержаться, а региону сплошная выгода - постоянно курсирующие по главным трактам воины имеют свойство распугивать монстров и всякую шваль, тем самым делая дороги безопаснее и оживляя торговлю. А это уже, в свою очередь, через последующие эффекты второго и третьего порядка, включая разнообразные налоги и сборы, в конечном итоге всё равно с лихвой окупило бы все траты. Пусть и не сразу, но всё же.

Однако...

- Мы вернулись лишь недавно, - мой собеседник перевёл взгляд на свою правую ладонь, одетую в кожаную рукавицу с кольчужной юбкой. Латный щиток он уже снял, благодаря чему я смог воочию убедиться, что испытания оставили боевые отметины не только на верхнем слое брони. - И по пути пришлось разобраться... с кое-какими проблемами.

Я понятливо кивнул в ответ, не пожелав углубляться в тему.

- Однако, - продолжил он нахмурившись, - вскоре на место решённых пришли иные беды. Одно, второе, третье... Множились, заразы, словно из Шкатулки штормов текли. Конечно же, нашлись и те, кто решил воспользоваться нашим положением.Вот, платя одним за помощь других, я и оказался здесь.

- Оно хоть стоило того?

- Нет, - со слабой улыбкой был дан мне ответ. - Но честь дороже.

Честь... В эти времена этот термин имел иное значение, слабо походя на суррогат из двадцать первого века. В первую очередь нынешняя она означала репутацию - то, как к человеку из определённого рода будут относиться прочие аристократы. И всё это в контексте слабого образования, религиозных и прочих предрассудков, примитивной морали и малой ценности человеческой жизни. Иными словами - проводя аналоги, честь скорее показывала, насколько полезным человек можешь оказаться "братве", чем то, настолько рьяно он следовал каким бы то ни было возвышенным идеалам. Хотя бы просто потому, что таких идеалов не придерживались даже жрецы, не говоря уже о касте профессиональных убийц.

Впрочем, в данном случае свою роль играли и внутригильдейские правила. Всё-таки не зря северные рыцари любят повторять, что у солдат удачи нет чести - не понимают сытые земле- и рабовладельцы голодных пролетариев кистеня и кольчуги. Как пример - данная ситуация, когда Лэнс оказался буквально вынужден тащиться в глухомань к чёрту на куличики, чтобы отплатить за помощь. А в то же время любой владетельный аристократ на его месте мог с чистой совестью плюнуть добродетелю в лицо, с честью ответив, что уже оказанная услуга в оплате не нуждается. Если, конечно, таким образом не рисковал бы задеть действительно серьёзных персон, которые могли в ответ и по шапке настучать.

Словом, сложные у аборигенов взаимоотношения. Не один род пришлось извести, пока понимал, как именно всё это работает. Однако даже сейчас остаются сомнения.

Так что продолжил разговор я аккуратно, стараясь не задеть ненужные, а то и откровенно опасные струны в душе собеседника. Узнавал о событиях недавнего прошлого, текущем положении дел и его мнении о ближайшем будущем. В смысле, как Лэнс вообще планировал выкрутиться из сложившейся ситуации. А была она малоприятна:

- Мы с тобой, твоё магичество, - уверенно повторял капитан, и я видел правдивость этих слов в его глазах. Всё же жили бок о бок и работали вместе не один день, определённые паттерны в поведении мужчины вычленить удалось... Или по крайней мере мне хотелось в это верить.

- Но это плохо скажется на твоей... - замялся я на мгновение, - ...чести в глазах остальных компаний.

- Не впервой, - пожал он плечами в ответ, хотя судя по чуть потемневшему взгляду - ничего приятного в этом не было.

- А деньги? Время? И как на это посмотрят твои же воины?

- Разберёмся, - поморщился мужчина, ненадолго отведя взгляд. - Даже если разбегутся, то горевать не стану - в нашем деле главное костяк сохранить, а мясца можно и потом набрать будет.

- Ну, если ты в этом уверен, то хорошо. Но помни, что мы всегда готовы помочь, - кивнув, я решил больше не давить на собеседника. Всё же точить камень чужого упорства нужно постепенно и не спеша. На это у нас как раз ещё около недели будет, а там, глядишь, и ещё несколько дней благодаря крюку выгадать получится.

Кап-кап, кап-кап...

***

- Что это?! - мой крик всего на мгновение перекрыл гомон испуганных голосов, но адресату хватило и этого, чтобы услышать и обернуться.

Чертыхнувшись, Лэнс, до того кричавший что-то своим воинам, всего в пару шагов настиг меня и навис сверху, сверкая потемневшими глазами.

- Катаклизм!

Всего одного слова мужчины хватило, чтобы почувствовать, как душа через пятки устремляется прямо в землю. Подальше от ночных небес, озаряемых вспышками в обрамлении светящихся фигур непонятных форм.

Я впервые столкнулся с этим явлением столь близко, но помня обо всём, что удалось узнать, прекрасно понимал - наши шансы на выживание не столь велики, как можно было бы надеяться. Даже несмотря на то, что чаще всего эффект Катаклизма сам по себе не несёт угрозы, уже последствия оного могут представлять смертельную опасность. А учитывая, что покинуть проклятый лес мы так и не успели, застыв всего в нескольких часах от его границ...

Нужно было вчера настоять. Пусть и потемну пришлось бы тащиться, однако сохранив целыми ноги свои и животных, мы оказались в смертельной ловушке.

Словно подтверждая мои мысли, в небесах сверкнуло особенно сильно, тут же отдавшись неслышимым низким гулом в самих костях. Земля мелко задрожала и, пусть всего на несколько мгновений, но я потерял чувство ориентации в пространстве. И был в этом не одинок, судя по последовавшей следом ругани со всех сторон.

Тёмный лес наполнился раскатистым треском, а следом и яростным воем.

- Что?! - рыкнул капитан, бросив бешеный взгляд на сгустившуюся под кронами тьму. - В строй, отбросы! Удавлю!

От полного ярости командного крика Лэнса притихли все, даже монстры в лесу. Последние, впрочем, ненадолго - после следующей вспышки вой поднялся снова. Однако приближаться не спешил.

Встав рядом с чуть подуспокоившимся соратником, я быстро осмотрел органично влившихся во всеобщую суету гвардейцев. Не знаю, что сработало в данном случае - стадный инстинкт, привычка или разумный расчёт, однако бегали теперь мои воины не хуже наёмников.

- Вряд ли они приблизятся, - не желая кричать, я склонил голову к уху капитана.

- Надеюсь, - бросив короткий взгляд сначала на меня, а следом - на лес, поморщился он. - Потому что временами зверьё сходит от катаклизмов с ума.

- Симптомы? - насторожившись, я поспешил перейти к конкретике.

- А хрен его знает! Предугадать невозможно - могут сразу, могут неделю спустя, а могут и в любой иной срок. Нам остаётся только молиться и уповать на оружие в руках... Да на твои снадобья.

- Плохо.

Ещё несколько вспышек спустя движение в лагере начало затихать вместе с воинами, занимающими свои места на телегах или за низенькими щитами из свежего дерева, что вкопанные в землю прикрывали проходы между нашим транспортом. Тем временем слуги, сбившись в кучки у костров ближе к центру, тоже вносили свою лепту в оборону, готовя колья, факела, дрова, стрелы с болтами и всё прочее, что только могло помочь. Хотя, конечно, страх не обошёл стороной никого - всё временами нет-нет, да поглядывали на ходящее ходуном небо. И молились, бросая тревожные взгляды в глубины шумящего леса.

Лэнс с офицерами разбрелись кто куда, распределив обязанности. Я же предпочёл не занимать себя рутиной, сосредоточившись на наблюдении за погодным феноменом и собственных размышлениях.

Вспышки. Но не молний, а чего-то иного - не было ни грома, ни видимого глазу пути ионизации воздуха, ни даже различий по продолжительности между ними. Каждый раз источники света возникали примерно на одной высоте, существовали одинаковое время и никогда не сопровождались чем-либо ещё, кроме света. Горящие фигуры не в счёт - мне не удалось нащупать корреляцию между ними и вспышками, хотя она, вероятно, всё же существовала.

Вспышка. Новая дрожь земли и рёв рассерженных чудовищ из леса. За всем этим тут же последовали крики соратников, стремящихся успокоить вверенных им людей.

Вспышка. Воздух прорезает тихий звон, отдающиеся в разуме некими образами. Смутными и непонятными, но несмотря на это до боли напоминающими ласковый перезвон колокольчиков. Чувствую, как от этого начинает шалить давление - кровь приливает к глазам и голове, сердце заходится в неровном стуке, а конечности подозрительно холодеют.

Стало плохо. Просто плохо. Слабость вместо боли, пустота вместо мыслей.

С некоторым трудом оторвав взгляд от неба, я опустил голову к земле, на которой в неровном свете костров угадывался крошечный кубик.

Артефакт. Ещё не утро, но, кажется, ему всё равно. Значит, нужно поднять и увидеть предсказание.

Да, поднять...

Пошатнувшись, я медленно и тяжело присел, едва не завалившись назад. Встать обратно будет не просто. Но дело было сделано - сверкающая белизной игральная кость оказалась в моей ладони, чтобы спустя мгновение поведать будущее...

И то, что я увидел на изображении, повергло в ступор. Глаза сами собой, не подчиняясь вмиг опустевшей голове, поднялись обратно к горящим небесам. Фигуры на них становились всё более и более правильными, ровными, перестав сливаться в единое непонятное месиво.

Новый звук, на этот раз более всего напоминавший надрывный скрежет, разнёсся среди деревьев. Поднялся ветер - мощный и постоянный, будто от огромного вентилятора. Вторя ему, леса утонули в рёве монстров. На этот раз их голоса отчётливо выдавали испуг.

Где-то в стороне от нас, не настолько далеко, как можно было бы подумать, тучи начали стремительно рассеиваться, наливаясь яростным белоснежным светом. В миг, когда его оттенки перешли в отчётливую голубизну, я, примерно представляя дальнейшие события, прикрыл глаза ладонью и прокричал:

- Не смотрите!

А в следующее мгновение огромный столб света рухнул оземь, залив мир сиянием, подобным солнечному. На несколько мгновений ночь сменилась днём, принеся с собой мощнейший порыв ветра, едва не перевернувший парочку телег. Казалось, сама реальность затрещала от его мощи! Однако на землю рухнули лишь деревья - основной удар, по всей видимости, пришёлся на кроны лесных исполинов.

Я едва удержался на ногах, чудом избежав повреждений - рефлекторно отрытый рот и с силой зажмуренные веки спасли от вторичного поражения, тогда как ради защиты от первичного пришлось буквально распластаться на траве. Вероятно, получилось не слишком презентабельно, но зато мой голос не влился в хор болезненных стонов, разразившийся следом после окончания светопреставления и наступления оглушающей тишины.

Подняться было непросто, ноги до сих пор подкашивались. И далеко не только лишь из-за спустившейся с неба звезды. Принося почти физическую боль, сжатую в кулак ладонь жгла одинокая игральная кость. И картина, изображённая на выпавшей к верху грани.

Луч света, свидетелем которому мы стали, вел своё начало от чего-то, располагавшегося гораздо выше облаков. Но протянувшись тонким прутком вниз, где-то в вышине он встречался с некой фигурой, превращавшей нить в остроконечный конус. И имела этот неожиданный посредник вполне ровную шестиугольную форму.

- Не магия... - прошептали мои губы, но горло не пропустило ни звука.

Это была не магия. Или же не только лишь магия в том смысле, который вкладывал в неё я. Да и аборигены тоже. Артефактный механизм? Или же... Техника?

Так или иначе очевидно, что если об этом объекте кто-нибудь и знал, то только в очень ограниченных рамках. Что означает либо его древность, либо уникальность. Вот только как-то слабо верится, что будь у кого-нибудь сейчас в мире подобные технологии, и этим аналогом ядерной дубины ни разу никому не пригрозили бы.

Или же вполне грозили, но общественность о том не ведает?..

Освобождённые из плена тьмы глаза судорожно всматривались в чёрные небеса, стремясь найти хотя бы кусочек неизвестного, но столь притягательного механизма. Однако надежда не оправдалась - после всех вспышек, особенно последней, даже улучшенные органы чувств не могли ничего засечь в пелене зависших в вышине капель.

Пустота. Как будто над нами и не проносилось оружие, способное уничтожать города. Никаких следов, кроме последствий.

Ладони сжались в кулаки, а откуда-то из глубин естества вырвался злобный рык.

Меня уже давно так не окунали в собственную ничтожность. Короли, великие чародеи и вся остальная шваль - они были где-то далеко, за границами нашего уютного мирка. За пределами Вольницы. И казалось, что мир наконец-то даст мне спокойно расти над собой. Без угроз, боли и ненависти. Однако, по всей видимости, я ошибался.

- Твоё магичество в порядке? - голос подошедшего Лэнса донёсся с трудом, едва проходя сквозь пелену нахлынувших на меня эмоций.

- Снимаемся, - с трудом протолкнул слово через заболевшее горло. - Нужно посмотреть.

- Зачем? Опасно!

- Нужно, - наконец-то сумев оторвать взгляд от небес, я перевёл его на чуть отступившего капитана.

- Хорошо, если хочешь, - он медленно поднял руки ладонями ко мне, неотрывно глядя в глаза. - Всё посмотрим, всё увидим, даже поспешим... Ты только успокойся, хорошо?

- Да, - мой голос прорезал хрип. - Поспешим, да. Ты прав. Нужно поспешить.

"И не только с осмотром" - пылающей спицей мысль пронзила мой разум.

Нужно поспешить, дел действительно ещё много. И сегодня их стало ещё ровно на порядок больше.

***

На месте нас ожидали не кратер, не спёкшееся в шлак плато и даже не поляна, полная угля и пепла. Нет, нас встретил обширный лесной пожар. Причём ещё на подступах стало понятно, что непосредственно до поражённой зоны мы не доберёмся, поскольку оная ныне находилась далеко в тылу разъяренной стихии.

Столь обычно и очевидно, сколь и внезапно. После едва ли не орбитального удара ожидаешь чего-то как минимум необычного. Потому и спешили, собственно - следы могли многое рассказать о принципах поражения, и тем самым дать подсказки. Но, увы, сегодня удача была не на моей стороне.

Впрочем, от огня пришлось уходить не только нам, но и лесным монстрам, так что по крайней мере в этом плане всё сложилось более чем удачно. Даже новой порции алхимии не понадобилось - зверей больше заботил вопрос собственного выживания, чем нашего существования. Благодаря чему дальнейший путь прошёл относительно спокойно... если не учитывать бушующей за нашими спинами стихии, конечно. К счастью, продвигался пожар всё же медленней конного отряда с телегами, а когда бескрайние зелёные просторы внезапно сменились каменистыми холмами, поросшими кустарником и редкими скрюченными деревьями, от сердца отлегло окончательно.

Выбрались. И из леса, и из цепкой хватки пламени, и даже из зоны очередной Катастрофы - всё миновали успешно. Пусть без прибыли, но зато и без существенных потерь! Не считая, конечно, утраченного мной покоя - осознание существования таких механизмов, как тот, что устроил нам ночную прожарку, больно било по едва обретённому чувству безопасности.

Безусловно, подобные вещи можно было рассматривать как стихийные явления, чем успокаивать себя. И я бы непременно выбрал этот путь, если бы не проклятая игральная кость с не менее проклятой картиной. Это знание, это понимание делало со мной то же самое, что когда-то случилось с первыми людьми, придумавшими наделять стихии чертами людей, создав таким образом духов и богов. Одна мысль о том, что такую мощь можно пусть и опосредованно, но контролировать... Она завораживала. Пугала, безусловно, но вместе с тем подпитывала определённые желания.

Не жажду власти, почитания и прочего подобного. Нет, то была жажда силы, присущая, казалось, всем магам. И если она одолевала даже меня, человека более-менее подготовленного художественной литературой Земли, то что могло произойти с аборигенами на моём месте - страшно даже представить.

Впрочем, это всё лирика. А практика ждала меня по прибытии в один небольшой, но богатый городок.

Настало время вычищать паразитов.

***

Больше я не донимал Лэнса на тему выбора - большой мальчик прекрасно понимал, чем ему грозит военное выступление против нанимателя. Однако, поскольку альтернатива была ещё хуже, решение мужчины было хоть и встречено в отряде без всякого энтузиазма, но принято безоговорочно. Редкие возражения мгновенно подавили ветераны - эти воины прекрасно помнили проводимые мною зачистки, и обменивать жизни на гонор не спешили. Тем более, что правда действительно была на моей стороне.

Так что на городские улочки мы вступили уже сплочённые и ведомые планом. Причём вступили ещё и будучи поголовно обряженными в одежды наёмников - на меня и мою свиту у Лэнса нашлись запасы, которыми мы решили воспользоваться. Ведь, хотя наши цели предпочитали проживать в небольшом замке за городом, глупо было бы думать, что в самом поселении у них не найдётся информаторов.

Собственно, вскоре птички, достигшие убежища недругов, напели мне о спешащих поделиться новостями с хозяевами слугах. Перехватывать их не имело смысла, однако сама скорость реагирования сети показывала, что составлена она на совесть. Впрочем, не то чтобы это могло что-то кардинальным образом изменить...

В гости мы отправились вечером. Налегке. Малым отрядом всего в два десятка воинов, половину из которых составляли гвардейцы.

Ещё полусотня двинулась следом обойдя поселение по дуге - отстав от нас у самого города и заранее спрятавшись среди складок местности, они ожидали нужного часа, стараясь не привлекать внимание. И, судя по всему, у них это вполне получилось.

Проблем противник не ожидал. Или как минимум недооценил угрозу. Потому что когда запущенный во внутренний двор отряд внезапно ощетинился оружием, а после - залил надвратные башни потоком огня, подавая тем самым сигнал подкреплению и предотвращая закрытие решётки, домашняя стража благородного дома потомственных патрициев, сиречь - очень богатых купцов, пусть и совсем ненадолго, но всё же откровенно растерялась. Что стало для многих из них фатальным - я не сдерживался, без зазрений совести разя людей возросшими за последние годы силами.

Вскоре полыхали уже все башни, а двор укрыл покров из острых кромок чистого льда. Ворота донжона успели закрыть на засов изнутри, но продержалась преграда недолго - выбитая мощным ударом магии, дубовая дверь снесла стоящих за ней воинов, раня их и калеча.

Как быстро вспыхнули, так же внезапно для врагов и потухли надвратные башни. Выжившие остатки стражи, обожжённые и отравленные угарным газом, не смогли оказать достойного сопротивления гвардейцам и наёмникам - уже вскоре единственный проход в замок пропустил поток наших воинов, прибывших на помощь во втором отряде.

Впрочем, я этого не видел, в то же самое время прорываясь с пятёркой солдат вглубь донжона. Не зная, озаботились ли хозяева укреплений тайными ходами наружу, я предпочёл спешить, не жалея сил и врагов. Что несколько раз аукалось ранениями, в том числе и довольно тяжёлыми. Благо алхимия и собственная сила споро лечи травмы, поддерживая боеспособное состояние главной ударной силы группы.

Мы рвались вперёд, вскоре обретя за спиной шлейф в виде подоспевшего воинства. Штурмующие солдаты получая ранения то и дело менялись с прибывшими, в процессе даруя мне драгоценные мгновения отдыха... Впрочем, само взятие крепости продолжалось относительно недолго - всего пару десятков минут. И всё это время за хозяевами зорко следили трёхглазые птички, чтобы не пропустить попытки побега или иной какой глупости.

Кажется, противник так и не успел сориентироваться, чтобы предпринять хоть что-то. Или, что вероятнее, банально утратил для того возможности, лишившись доступа к нижним этажам. Почему-то чаще всего входы секретных путей располагают на нижних этажах или в подвалах, что хоть и проще в реализации, но гораздо опаснее - очевидно, что штурм практически всегда начинается снизу донжона, таким образом гарантированно перекрывая столь уязвимые пути отхода.

Лично у меня, например, один из ходов берёт начало прямиком в комнате, смежной со спальней. Конечно, такая уязвимость прикрыта артефактами и ловушками даже лучше, чем лаборатории и сокровищница, однако при всей своей опасности она даёт возможность сбежать даже при самом катастрофическом положении дел.

Нынешние мои недоброжелатели, очевидно, подобной мудростью пренебрегли. За что в итоге и поплатились, когда рухнула последняя преграда.

- А вот и Джонни! - поддавшись азарту боя, я начал чудить. Потом наверняка станет стыдно, но сейчас, в этот самый момент, уставший разум щекотало лишь чувство весёлого удовлетворения от окончания нежданного приключения. И даже парочке арбалетных болтов, щёлкнувших по магическому щиту, не удалось разрушить благостный настрой - как бы не сопротивлялась теперь добыча, когти охотника ей не покинуть.

- Да кто ты, мать твою, такой?! - под прикрытием залпа и полного ярости крика кого-то из стрелков, к нам попытался подскочить воин в богатых одеждах, до того прятавшийся за внушительной гардиной. Судя по всему, изначально он планировал лишь добить раненых, при опасности сразу же отступив в укрытие из перевёрнутой мебели, однако не успел с должной скоростью сориентироваться, за что и поплатился, с разбега рухнув нам под ноги из-за разбитых в кашу ног ниже колена.

Поднялся болезненный вой. Ветераны-наёмники и гвардейцы, прошедшие со мной гражданскую войну, не обратили на звуковое сопровождение ровным счётом никакого внимания, привычно проигнорировав калеку. Так что мой приказ и последовавший за ним рывок к баррикадам окончили сражение лишь одну короткую схватку спустя. Яростное сопротивление врагов ничего не изменило - численный перевес, магия и алхимия не дали им никаких шансов. Да и самострелы перезарядить никто не успел - слишком уж быстро всё случилось.

Победа. Деньги, пленные и материал для исследований в комплекте. Хорошо погуляли! Теперь бы довезти это всё до дома, попутно не влипнув в очередную историю, да вернуться к проектам.

Впрочем, сперва нужно допросить заказчиков моего устранения. И узнать, чьей прокладкой они выступали и откуда именно узнали о маршруте моего следования. Ведь о таких вещах я предпочитаю в принципе не распространяться.

Глава 30 - Потухшие угли

Северяне или Гегемония. Гегемония или северяне. А быть может, кто-то из местных или вовсе южане - хотя в нынешнюю эпоху провернуть подобное не так-то просто, поскольку даже в интригах важна репутацию, которую приходится накапливать поколениями, однако всё ещё возможно. Непонятно, правда, зачем так заморачиваться - ударить в ответ на таком уровне я всё равно не смогу, если не хочу стать всеобщей целью для ликвидации. Ни силёнок, ни денег, ни известности не хватит.

Собственно, через целую цепочку подставных лиц нанять с полудюжину компаний наёмников только лишь для моего устранения... Это большие деньги. Очень большие. Даже по меркам настоящих королевств и империй, не говоря уже о нашем пусть и обеспеченном, но регулярно разоряемом ненастьями захолустье.

Кому я настолько успел насолить? А точнее, у кого из их числа могли найтись такие деньги? Загадка.

О причинах своего выживания не стоит даже гадать - игральная кость, будь она проклята и благословлена одновременно, регулярно сообщала о плохо заканчивающихся встречах с крупными отрядами наймитов, коих мы успешно и миновали когда пережидая, а когда и обходя подальше. Раньше я предполагал, что причина такого обилия псов воины на дорогах заключается в нескольких конфликтах, не без моего участия разразившихся к югу от герцогства, однако, судя по всему, в действительности все они гнались совсем за другой целью. Однако знали об этом только лидеры компаний, что и позволило ввести меня в заблуждение.

Трудно искать заговоры, когда основная масса участников даже не предполагает о существовании какой-то интриги. Частная ли это инициатива, или же хитрость нанимателя - история умалчивает.

Однако даже несмотря на столь тщательную по меркам аборигенов подготовку, замысел всё же постигла неудача. И в основном причиной тому стала игральная кость, позволившая добраться до меня лишь союзникам.

Истинный артефакт, о наличии которого у какого-то безумного юнца-недоучки, естественно, ни знать, ни даже хотя бы предполагать враг не мог. Просто потому что это звучит как бред, выглядит как бред и оным бредом же, собственно, в действительности является. Просто я к этому привык, поскольку в нём живу.

Впрочем, стоило отметить, что даже не будь при мне лагающего ключа к коду локального мироздания, сильно бы это ничего не изменило. Больше жертв, разрушений и пожаров - безусловно, но при количестве подготовленных козырей, прорваться я смог бы в любом случае. В конце концов чародей - существо само по себе довольно мобильное, особенно в одиночку, а при пташках - так ещё и удивительно неуловимое. Другое дело, что возвращаться домой потом бы пришлось действительно долго!..

Долго возвращаться...

Вот оно!

Подорвавшись с места в забег, я стремительно пронёсся по залитым кровью коридорам, чтобы остановится у выбитых дверей донжона, сейчас лежащих в коридоре. Высовываться на улицу пока поостерёгся - мало ли кто мог выжить в башнях, сил отбивать полный залп самострелов или брошенный в голову камень у меня уже не наберётся.

- Лэнс! - мой крик разнёсся над замком, заставив искомого мужчину оторваться от организационных дел и, ненадолго пустив лошадь в галоп, приблизится.

- Твоё магичество?! - махнув рукой с обнажённым шестопёром, барон остановил коня на почтенном расстоянии от здания - тоже предпочитал не рисковать.

- Ускорься! И срочно собирай отряд - выступаем по готовности.

К чести мужчины, ничего спрашивать он не стал - сразу бросился в работу. И лишь спустя десяток минут смог выгадать пару мгновений, чтобы уточнить степень проблем.

- Что случилось? - с отчётливым подозрением поинтересовался он.

- Угроза мелкому.

- Ясно.

Более мы не стали терять время. Я и так боялся, что мы упустили уже слишком много столь невосполнимого ресурса.

***

На землях герцогства меня были рады видеть, что уже внушало оптимизм. Впрочем, причины такому отношению к страшному монстроделу выяснились довольно быстро:

- Так это, ваша милость, "полная готовность", во! - со всей серьёзностью объяснил бородатый капитан гарнизона, в завершении ударив кулаком себе по стальной пластине доспеха на груди.

- В связи с чем? - спросил я в ответ под вопросительным взглядом Лэнса. Ещё бы он что-то понимал - ничего подобного уровням тревоги в этом мире до меня не практиковали.

- Сперва лиходеев набежало, хоть лес руби, - понизил тон мой собеседник. - Потом, говорят, мор пришёл. Но странный какой-то, ненашенский. Так с ним Вы, благодетель наш, помогли - ваши наказы исполнили, и отступило несчастье. Стало быть, ваша волшба сильней оказалась!

Ага, особенно великое колдунство под названием "Не пей воду, в которую срёшь". Поистине божественная тайна мироздания по меркам средневековья. Впрочем, что конкретно из моей "магии чистоты" помогло в данном случае - вопрос, ответ на который зависит от того, чем именно являлся мор. Но об этом я узнаю потом, поскольку сейчас гораздо важнее...

- С герцогом всё в порядке?

- Не могу биться об заклад... - начал было воин, но заметив появившуюся в моих глазах жестокость, тут же осёкся и поспешил исправиться: - Мы ж тут что брус под крышей - пока в дождь не течёт, никто и не вспоминает! А в городах говорят, что всё с его милостью в порядке. Да только откуда же им знать-то, если тоже рожею не вышли?!

- Твоя правда, - сказал и отвёл взгляд в сторону, обдумывая услышанное. Картина выходила красивая. Главное, чтобы реальность не сильно расходилась с изображением. - Благодарю за службу, воин. И солдат твоих.

Мешочек с монетами перекочевал в руки мужчине, а я более не стал задерживаться, поспешив вернуться к отряду.

Продолжали путь мы уже куда спокойнее. Тем более, что вскоре доверенные лица подтвердили - с мелким действительно всё в порядке. Обошлось. Хотя попытка причинить вред имела место, но за подробностями следовало ехать непосредственно к нему. Чем я и занялся.

***

А я-то думал, с чего меня столь настойчиво отправляли домой, в своё имение. Намёками да экивоками, но так, чтобы даже самый глупый понял - очень настойчиво, то есть. Честное слово, если бы не личности советчиков, ей богу, непременно расколол бы умников на детали столь очевидной ловушки. Однако, как ни смешно признавать, никакого капкана на самом деле не существовало. Только один знатно перепуганный мальчик, совершенно не желавший возвращаться домой. Туда, где земля снова обагрилась кровью.

Сидя в соседнем кресле он молчал и просто смотрел на пламя, танцующее в тисках камина. Я был рядом в этот миг и прекрасно видел, как страх в глазах молодого мужчины переправлялся в решимость. А следом зажигалась яростью, подобно когда-то истлевшим, но вновь раззадоренным углям.

Чтобы понимать, слова были не нужны. Чтобы поддержать - тоже. Однако кое-что всё же было сказано:

- Ты вернулся в срок, наставник, - глухо и вместе с тем как-то надтреснуто сказал парень, впрочем, не уводя взора от маленького буйства стихии в каменных тисках.

- Меня пытались убить, однако сами стали добычей,- ответил спокойно, практически безразлично. - Более я не стал медлить, сразу отправившись к тебе. Но всё равно опоздал.

- Нет, - он всё же взглянул на меня коротко, но выразительно. - Ты и не покидал меня. И снова защитил, как обещал, даже издали. Не оберегай меня люди, что ты отобрал, ловушки, что ты смастерил, и зелья, что ты приготовил, и быть мне зарубленным на холодных камнях родного дома.

Сказанного было достаточно, чтобы оба задумались - каждый о своём. И даже догадываюсь, что именно теперь терзало моего подопечного, в первую очередь я предпочитал просчитать меры, необходимые для обеспечения его безопасности.

Целых герцога, будущей герцогини и их детей защищать - это непростая задача сама по себе, но теперь, после всего произошедшего... Пусть урон репутации уже смыт кровью исполнителей и парочки жертвенных "овечек", оставленных как раз на подобный случай, однако осадочек всё равно останется. Впрочем, на этот раз неразбериха и узость мышления аборигенов сыграли нам на руку, поскольку реальных масштабов произошедшего не смогли осознать даже советники моего подопечного. Что уж говорить о людях менее осведомлённых?

Со стороны ситуация выглядела просто скверно - дескать, кто-то воспользовался бедствиями, что не иначе как по воле проклятых сил свалились на несчастных людей. Ничего удивительного в таком поступке не было, хотя гнилостным душком от него несло только так. Однако правда была в том, что места случайностям в произошедшем не было ни на гран - лишь хорошо спланированный масштабный план. Причём уже сейчас тому были и свидетели, и вещественные доказательства.

Противник действовал грамотно на первых этапах, однако в дальнейшем с течением времени аккуратность его стала стремительно пропадать. И особенно ярко это проявилось в тот момент, когда я отправился в путешествие.

Спешка. Желание воспользоваться моментом понятно, но не в таком деле - при убийстве, как и при ловле блох, резкие движения недопустимы. И в итоге это ещё сыграет свою роль.

Впрочем, масштаб устроенного неизвестным всё равно потрясал, даже несмотря на огрехи. Яды, убийцы и добрая сеча стенка на стенку - это понятные, привычные аборигенам методы отправки в гроб неугодных. Но когда некий уникум умудряется всё это объединить, при этом возвеличив каждый элемент в степень, то становится действительно страшно.

Настоящие эпидемии в нескольких городах. Вероятно - отравили воду вверху по течению парочки рек, питавших населённые пункты. А для дальнейших развития событий понадобилось не так уж и много - такое время, такие бытовые привычки. Когда даже король может отравиться водой, взятой заботливыми слугами прямиком из загаженной дерьмом речки, надеяться на хоть какое-то подобие соблюдения санитарных норм совершенно не приходилось. Даже вводя подобные меры насильно. Так что шансов избежать печальной участи у жителей затронутых городов, можно считать, не было вовсе.

Игнорировать такие события было никак нельзя, благодаря чему врагу удалось раздёргать воинские резервы герцогства. Причём сделать это грамотно, аккуратно, с одной стороны практически не вызывая подозрений, а с другой - уменьшив гарнизон родового поместью до минимума. Такая эффективность показывала, что враг был прекрасно осведомлён о ряде моих распоряжений касательно создания карантинов - то есть его агенты были и среди чиновников, и среди офицеров. Но именно что были, поскольку во второй фазе всю эту кодлу попытались стянуть поближе к мелкому, чтобы в нужный момент ударить.

Получилось, впрочем, так себе. И стянуть, и ударить. Первому очень мешало малая численность агентов и продвинутая мною бюрократизация институтов правления, из-за чего действительно незаметно перевести кучу людей под бок к герцогу не получилось бы при всём желании. Места и так уже заняты, причём лично проверенными и перепроверенными, да непременно с семьями в шаговой доступности от лояльных нам людей.

Причём извечный вопрос контроля контролёров в данном случае решался очень просто - угрозой рангом повыше. Трудно предать кого-то, зная, что в результате столь необдуманного решения по твоим с семьёй следам отправятся химеры-охотники, созданные исключительно для осуществления кровавой мести. Этакие гримм, адские чёрные псы, пусть и в другой обёртке.

Или ревенанты...

Хотя о последних лучше даже не вспоминать, особенно в таком контексте - в этом мире такой вид мстящей нежити вполне существовал, как поведали мне заезжие некроманты. Однако известно об этих тварях было до прискорбия мало - ни причин появления, ни принципов функционирования, ни даже конечных целей. Просто тени умерших, отравляющие своим существованием жизни конкретных живых. Но нередко совершенно нежелающие последних убивать - лишь бесконечно мучить во снах и наяву.

От таких мыслей меня даже рефлекторно передёрнуло, а взгляд невольно устремился на плотную штору, скрывавшую темнеющий оконный проём. Как и любой иной в башне, этот портал в большой мир был укреплён металлом и магией, чего раньше казалось вполне достаточно. Однако чем больше я узнавал о существах, живущих теперь со мной под единым небом, тем всё меньше испытывал уверенности в собственной безопасности.

В конце концов я убил достаточно, чтобы за мной пришло нечто подобное, верно? Или, быть может, попарились бы те лесные чудища, чьими стараниями до сих пор изредка исчезали целые деревни?

Или...

Или меня просто снова одолела паранойя? После всего произошедшего это будет даже закономерно.

Не желая больше искушать воображение, я откинулся на спинку и прикрыл глаза. Следовало додумать прошлую мысль.

В неудачных результатах нанесения удара, очевидно, кроме частичного провала первого этапа плана сыграла свою роль и параноидальная система защиты. Я не зря столько месяцев лазил по тому чёртовому замку, пусть в гробах строителей сквозит также, как в его стенах. И не от сумасшествия рассказывал о многих своих разработках исключительно герцогу. Связка из некромантии, химерологии, боевой магии, артефакторики и знаний принципов изготовления простых механических ловушек, позволили создавать очень разнообразные, но неизменно действенные аппараты нанесения тяжких телесных повреждений.

Конечно, не все они внесли свой вклад - пятеро убийц физически не могли успеть всюду, особенно желая как можно быстрее добраться до одного конкретного человека. Однако, судя по состоянию обнаруженных тел, они явно стремились познакомиться если не со всеми, то хотя бы с большинством творений моего сумрачного гения. Настолько плачевное зрелище представляли их трупы по словам немногих очевидцев.

Жаль, что эти твари не попали ко мне на стол. Мстящую нежить, конечно, не создал бы - не того я уровня некромант, однако сами тела могли сказать многое о своих обладателях. Хотя бы даже система пищеварения - по состоянию зубов и содержимому желудочно-кишечного тракта можно узнать рацион, а это уже не мало. Хотя бы потому, что встретить сахар и, соответственно, сладости на севере гораздо сложнее, чем в Финаритии, где растёт местный аналог сахарного тростника.

Однако момент упущен, увы. Следуя моим инструкциям убийц сожгли на кострах, опасаясь отложенных ударов. И хотя сделано всё было правильно, неприятный осадочек всё равно остался.

Впрочем, если пепел ничего о своих хозяевах рассказать уже не мог, то вот остальные участники тех событий - очень даже. Следовало помнить, что для большинства участников первой скрипкой того сражения стал вовсе не забег с препятствиями, окончившийся путешествием на тот свет. Поскольку туманных фигур на шахматной доске хватало.

Вот только походить многие из них так и не сумели.

Собственно, судя по словам очевидцев, атака начала буксовать с самого начала. Даже ворота напавшим удалось открыть с превеликим трудом, и только переполошив всю стражу в процессе. Предатели ввиду своей малочисленности нормально помочь так и не смогли, либо бездарно погибнув в начале, либо и вовсе струсив в решающий момент, не решившись раскрыть себя делом. А уж через какие круги Ада пришлось пройти непосредственно убийцам, чтобы хотя бы приблизиться к зоне проживания своей цели, вообще достойно занесения в отдельный эпос. Я на славу постарался с защитой жилой части донжона, поэтому тот факт, что до герцога в итого так никто и не добрался, погибнув в пути на ловушках, даже не удивил.

Изумила целеустремлённость людей, пошедших на смерть в тщетной попытке выполнить задачу, это да, но уж точно вовсе не сама их кончина. Не то чтобы таких кадров было так уж сложно подготовить - методы оболванивания не меняются, в какой эпохе не живи - однако сам факт наличия подобного расходного материала уже наводит на нехорошие подозрения. Ведь если на политической арене нам повстречался не просто талантливый одиночка, а целая организация убийц в духе незабвенных Ассасинов (точнее Хашашинов, то есть курителей гашиша), которым таких расходников готовят постоянно, то это полностью меняет карточные расклады.

Впрочем, волноваться о подобном я буду только после того, как смутные подозрения обретут хоть какую-то внятную основу. Тем более, как ясно показала практика, сами по себе такие бойцы не слишком-то эффективны.

Кинжал плохо подходит для прорубания доспехов.

Другое дело, если бы за парнем охотились не только пятеро головорезов, но и десятков пять-шесть бандитов, что тем временем пытались прорваться в замок. Очевидно, тогда исход мог бы быть совершенно иной. Однако не сложилось - стража вовремя заподозрила неладное, и незаметно просочиться через открытые ворота не удалось. Началось кровавое сражение, исход которого мне уже примерно известен - неприятеля всё же удалось оттеснить от донжона обратно к вратам, после чего занявшие надвратные башни стражники напомнили о всех "прелестях" осады со стороны атакующего, обрушив на головы беззащитных людей камни, копья и алхимию. Причём в числе последнего не поленились даже распечатать кувшины с горючей смесью, так что результат должен был выйти более чем впечатляющим.

До хрустящей корочки.

Собственно, учитывая, что немногие выжившие в том Аду потом даже сдаться нормально не смогли - получилось не только эффектно, но и эффективно. Причём немалую роль в этом сыграл тот факт, что обе решётки всё же сумели опустить, из-за чего напавшие оказались буквально в клетке. Или на гриле, учитывая наличие пламени, копий-шампуров и обилия стальных прутьев вокруг...

- Что-то я проголодался, - недоумённо моргнул, завершая всплытие из пучин собственных размышлений, и с удивлением осознал, что думы о чудовищно болезненной смерти кучи людей почему-то пробудили мой аппетит. Считать себя маньяком как-то не хотелось, поэтому винить во всём решил профессиональное отсутствие брезгливости и давний завтрак. Последнее решено было исправить. - Будешь? - скосил взгляд на своего гостя.

- Давай, - с тихим вздохом отозвался он, бросив на меня сложный взгляд.

На что я только улыбнулся и обернулся к двери.

- Валкош! Неси съестное! Его светлость потчевать желает!..

- Еда всегда поднимала тебе настроение, - с тихим смешком, отозвался герцог.

- Поголодай с моё, - фыркнув, я криво усмехнулся в ответ. - Если имеется что пожрать, и это даже вкусно - день явно прожит не зря. А уж если силы остались, чтобы кусок до рта донести - то вообще сказка.

- Неужели твой учитель... - юноша не пожелал договаривать фразу, но несказанное было и так понятно.

- Сперва я родился в бедной крестьянской семье, мелкий, - печальный вздох вырвался сам собой. - Выжить было непросто. И уж только потом - старый хрыч, просто обожавший такой метод воспитания, как морение голодом. Так что с тех пор, как обрёл свободу, с этим давним врагом, с пустым животом, у меня свои счёты.

- Да уж, - грустно улыбнулся герцог. - И тут я со своими проблемами...

- У каждого они будут, и у каждого - свои, поверь, - прервал я его приступ самобичевания. - Мне не понять, что ты чувствуешь от потери верных людей, а тебе - счастья богатого стола. Но для того и дан нам рот, чтобы мы могли рассказать друг другу о таких вещах, верно?

- Верно, - и впервые за вечер его губы посетила улыбка...

...Словом, нападение обошлось без действительно серьёзных последствий, что радовало. Впрочем, облегчение изрядно компенсировалось пониманием того простого факта, что нам не известны ни виновники, ни оставшиеся у них силы, ни, что даже важнее, их планы в принципе. Полная пустота. Такого не было, даже когда нас трясли сильные мира сего - послы не скрывались, довольно прозрачно намекая на толстые обстоятельства. Так сказать, прямо "идя на вы", если обратного не требовал прямой приказ сюзерена. И это изрядно помогало в борьбе, поскольку никакими гениями интриг ни я, ни уж тем более мелкий не были. Выручал только опыт: мой, как жителя куда более развитого в этом плане мира, и чужой, а точнее - отсутствие оного опыта в по-настоящему тонком шпионаже.

И тем страшнее было, когда среди довольно дремучего люда находились природные гении ремесла плаща и кинжала. Помниться, в Земной истории таких как только не именовали, чаще всего, впрочем, всё-таки награждая классическими прозвищами в духе пауков, змей и прочего подобного бестиария. Зато что не претерпевало изменений - так это ярчайший след, остающийся после таких личностей в истории на целые тысячелетия. Собственно, большинство стран и народов того, современного мира, обязаны своим существованием именно таким людям на престолах или в тени оных.

Впрочем, не стоило нагнетать - вышесказанное явно не относилось к нашему случаю. Показанное неизвестным было умнее и хитрее того уровня, что могла выдать основная масса аборигенов, это бесспорно, однако и на поистине гениальные комбинации Великих не претендовало. В ином случае, ни меня, ни мелкого уже не было бы в живых.

Конечно, если видимый провал не является частью какого-то более значительного плана. Но о подобном лучше просто не думать - ничем хорошим размышления всё равно не закончатся.

- Каковы потери? - молодой герцог сидел всё там же, но уже с чуть поднявшимся настроением, так что вопрос он понял сразу.

- Семнадцать, - голос юноши похолодел от сдерживаемого гнева, а взор слегка затуманился. - Семнадцать верных, проверенных человек. Шестеро стражей, сложивших свои головы в борьбе с отребьем, и одиннадцать слуг. В основном - новенькие, однако...

- Я понимаю, - прервал его попытку высказаться, лишая необходимости подбирать слова. Всё и так было ясно как божий день - смерть действительно верных людей, недостаток которых когда-то едва не свёл его в могилу, теперь была одной из больных тем юноши.

Правильная позиция, между прочим - личная лояльность в эту эпоху значит многое, особенно со стороны высшего аристократа. За таким человеком и на Земле пошли бы куда охотнее, а уж в этом мире - и подавно.

Хотя самому себе следовало признать, что всего семнадцать человек из трёх сотен проживающих в замке на постоянной основе - это очень, очень мало. Такой мизер, что в ином случае, в иных устах, даже не удостоился бы упоминания. И это подозрительно, учитывая известные мне сведения.

- Остальным помогли мои зелья? - предположил наиболее вероятную причину.

- Да. Твои запасы спасли многих, наставник. Особенно среди воинов. Об убийцах, шедших по мою душу, узнали не сразу...

- Понятно.

Что же, дело ясное, что дело тёмное. Будем искать, будем рыть, будем готовиться, поскольку ничего иного нам не остаётся. Но это в будущем. А пока - нужно успокаивать подопечного, после чего брать его в охапку и отвозить в замок, где начинать старательно отыгрывать уверенность, пренебрежение и прочее подобное лицедейство, призванное внушить нужное и не показывать ненужное.

И давить слухи, да. Плохо, что время на этом поприще было потеряно, ведь, как известно, первый сказавший получает преимущественно. Однако мы всё ещё можем взять качеством и количеством, замешав целый котёл полуправды с изрядной долей пустословых домыслов. Люди поверят. Они любят такое - чем безумнее, тем интереснее.

Глава 31 - Шёпот

Время шло, и взбудораженный произошедшим народ постепенно успокаивался, чему немало способствовали новые происшествия, что на этот раз, впрочем, происходили преимущественно за рубежом. Такое всегда помогает народным массам отвлечься, сделав собственные проблемы не столь значительными. Собственно, именно понимание этой простой истины подтолкнуло меня к довольно бесчеловечным в своей жестокости, но необходимым в текущей ситуации мерам.

На этот раз никаких оправданий не существовало - именно мне следовало вменить в вину не все, но многие ужасные события, пугающие слухи о которых теперь с беженцами распространялись по нашим городам. Злой рок в человеческой плоти и крови, что пал на невинных только лишь по причинам выгоды...

Стоило ли рефлексировать о том, что я окончательно оскотинился, в морали своей достигнув дна - уровня типичного здешнего владетельного аристократа? Едва ли. Едва ли люди, не желавшие испытывать сочувствие к двум детишкам на большой дороге, достойны хоть капли моих эмоций. Так что рефлексия была отброшена, словно ненужная тряпка, уступив место расчёту. И работа началась.

План был прост - сделать всем вокруг столько проблем, сколько получится, не привлекая излишнего внимания. И теперь мы могли пожинать результаты этих нечестивых трудов - покой и благодать в глазу шторма, да наблюдать за разрушениями в тенетах его гибельных порывов.

Ещё во время турне я с усердием сеял зёрна, что ныне прорастали многочисленными бедами в чужих землях. Причём старался не опускается до таких банальностей, как использование продуктов химерологических изысканий - подобные вещи всё же слишком приметны, особенно когда начинают во множестве возникать вскоре после того, как в окрестностях появляется монстродел.

Сложить дважды два несложно, а последствия могли быть... впечатляющи.

Лишний раз конфликтовать всё же не следовало, как и наглеть - большие братья продолжали следить за происходящим в песочнице и всегда имели возможность договориться о судьбе раздражающего элемента не в пользу оного. Это сейчас, пока кто-то из них способен получать выгоду из моих действий, мы остаёмся в безопасности. Пусть и довольно относительной. Но вот если пущусь во все тяжкие - даже не знаю, успею ли сбежать, не то что нажитое непосильным трудом сохранить.

Именно поэтому действовать пришлось аккуратно, с изрядной долей выдумки, что изрядно осложнялось отсутствием опыта в подобных делах. В смысле - вербовать не избалованных СМИ людей в агенты не так уж и трудно, особенно если прожил среди них уже полтора десятилетия. И ещё вдвое проще, если прежде, чем начинать заниматься подобным, хорошенько расспросить личностей более сведущих в теме подобных шпионских игрищ. Однако опосредованное взращивание смуты - это тема уже куда более сложная и многогранная, которая даже мне, человеку вроде бы и знакомому с такого рода интригами из книги, представлялась шитой белыми нитками головоломкой.

Бывало, отправишь гонца доставить письмо слугам одного барончика - так перехватят, и груз оружия достанется не пойми кому. Если вообще хоть кому-нибудь достанется, а не сгинет без следа, растворившись на просторах Вольницы. Что уж говорить о людях, которые, как известно, внезапно смертны, и о договорах с ними? Сегодня подбил троих на восстание, а уже завтра двое из них мертвы от кишечных колик, а последний убился об кабана во время охоты. Или утонул в болоте, выйдя во время пьянки подышать свежим воздухом...

Иногда доходило до такой смеси идиотии и абсурда, что просто опускались руки. Вроде двух заклятых соседей-феодалов, что двадцать лет точили друг на друга клинки, а встретившись на поле боя во главе армий умудрились помириться. Естественно, такой облом и неоправданные вложения я не простил, в итоге убив обоих, но сам прецедент угнетал до сих пор.

Припомнив ещё несколько подобных события, я поморщился и поспешил взять в руку писчее перо - лучше переключится на работу, благо её всегда хватало...

- Ваша милость, - заявил о своём присутствии, а после тихо приблизился мой уже ставший воистину незаменимым помощником. На этот раз он вновь позаботился о благополучии начальства, принеся поднос с плотным ужином, который и расположил вблизи меня на письменном столе.

- Благодарю, - не отвлекаясь от дела лёгким кивком обозначил благодарность, зная, что он заметит и поймёт правильно.

Мы хорошо сработались за прошедшие годы. Давнее предположение подтвердилось, мне действительно нужен был как раз именно такой помощник - тихий, но въедливо-исполнительный. Не заботливый, каким непременно стала бы какая-нибудь девушка, но тот, кто выполнят распоряжения до самой последней запятой оного.

Мне нужен был аналог электронного ассистента - бездушного программного механизма, не более и не менее того. Примерно такой, какой у меня был на Земле, только в местном, человеческом исполнении.

Впрочем, у живого существа оказалось не в пример больше достоинств и возможностей.

- Ездил сегодня в город? - неспешно насыщаясь, задал я вопрос в пустоту, по-прежнему не глядя на молодого мужчину.

- По личным вопросам, - сразу же уточнил Валкош.

Знаю я этот его вопрос - красивая девица, светлокожая и темноволосая. И фигурка очень даже, даром что дочь мелкого купчишки. Кому иному такой подарок и не отдали бы, уж бывшему крестьянину - даже несмотря ни на какие желания девушки, но мой помощник сумел сделать неплохую карьеру, поднявшись очень высоко в иерархии аборигенов. Деньги, власть, уважение и даже кое-какие земли - полным набором уже обладает, чертяка. Как и протекцией второго человека в герцогстве.

Фактически, если так подумать, Валкош может даже вполне претендовать на мелкое наследное дворянство. Не прямо сейчас, конечно, для подобного он ещё не наработал, но вот когда-нибудь потом... Всё равно остатки аристократии следует аккуратно разбавлять служилыми, так почему бы и нет?

Моргнув, чем сам для себя обозначил принятие обдуманной мысли к сведению, я нанизал на трёхзубую вилку кусочек какого-то корнеплода и задал новый вопрос:

- Что слышно на рынках?

В то, что побывав в городе, Валкош сумеет сдержать своё любопытство в узде, я не верил ни на гран. Это рядом со мной он - хладнокровный ветеран, совершенно не желающий знать покрытые мраком тайны, которые хранит его работодатель. И то только потому, что ему кажется, будто таким я хочу видеть своего помощника. А вот как он себя ведёт вне каменных стен башни, у меня скопилось уже целая папка отчётов.

Впрочем, его любознательность не удивительна - менее смышлёного человека я бы к себе приблизил. Так что, пока мои секреты действительно не начинают раскапывать, я полностью удовлетворен Валкошем и его тягой к знаниям.

Тем более, ещё один источник информации никогда не помешает. Я давно уже планировал использовать его ещё и в этой роли, однако всё никак не поворачивался удобный случай - юношу просто не отпускали в город по малолетству и из-за опасности дорог. Да и сам он в такую даль не слишком рвался, предпочитая мою башню и родную деревню. Это лишь в последнее время у него, хе-хе, появился достойный стимул...

- Многое, ваша милость... - замялся парень, судя по всему, не успев решить, что будет интересно услышать колдуну-советнику правителя окрестных земель.

- Не тушуйся - я выслушаю всё, кроме подробностей личной жизни лавочников. Ну, если, конечно, это не будут сведения об их излишне дружелюбных жёнушках, - на миг обернувшись, я улыбнулся и подмигнул чуть покрасневшему парню.

Шутка, конечно - за репутацией парень следил, особенно после начала ухаживаний за избранной девушкой. И правильно делал - это хождения к "весёлым вдовам" обществом не осуждалось, а за чьих-нибудь жён можно было и проблем горести. Или даже хуже того - принести оные мне, его патрону.

У нас в Междуречье, конечно, народ в целом свободолюбивый, что и не удивительно при обилии торговых республик и городов-полисов вокруг, однако разумение и чувство иерархии имеет. В здешних землях по-другому никак - либо кланяйся в ножки и плати деньги, либо подыхай во время очередного катаклизма без чьей-либо помощи. Поистине уникальное место, где аристократии действительно приходится заботиться о своих подданных, а не только говорить об этом, да.

Впрочем, понимали это не все и не всегда:

- Говорят, - начал юноша, рефлекторно понизив тон, - что на землях Содружества и малых графов, что лежат в Серебряном роге, сущий ужас приключился! Сперва небеса дождём разверзлись, да не утихали без малого три недели, а потом, не иначе как попутав чего, из моря к людям полезли твари. Да так полезли! Финаритские купцы баяли, что раньше только у них такое приключилось - чтоб столько, да так далеко забирались!..

Конечно, мне про эту истории было уже известно - агентурная сеть не зря ела свой хлеб на моё золото. Так что разум рефлекторно достраивал картину сказанного, доставая фрагменты из памяти. Хотя не то чтобы всё это было для чего-то нужно...

Серебряный рог - узкий полуостров, своеобразной косой разделяющий воды Утанкатеи, Моря павшей звезды, и моря Великого. Зачастую к этому куску земли также относили множество островов, расположенных поблизости. Так произошло и на этот раз - к Содружеству вольных городов, практически полностью занимавшего этот участок суши, людская молва приплела и весь паноптикум островных баронов - мелких царьков ещё более ничтожных участков суши, более всего известных своей пиратской деятельностью.

В общем и целом нам, то есть герцогству, до тех территорий никакого дела нет. По крайней мере в ближайшей перспективе. В дальней же, если говорить начистоту, нас полностью устраивал тамошний коктейль из безумных течений Утанкатеи под соусом из пиратской вольницы, и что-либо менять в сложившемся статусе кво не было никакого желания. И причина тому была более чем весома - опасность и относительная непроходимость кратчайшего водного маршрута между великими реками обеспечивала достаток более безопасных торговых путей, пролегающих в том числе и по нашим землям. В таком разрезе тот факт, что и без того опасные земли стали ещё злее к гостям, мог только порадовать.

Вот только всё моё хорошее настроение от столь приятной новости не продержалось и пары минут, стоило только в разуме сформироваться одной смутной мысли.

Монстры из глубин. В том числе рыболюды. Уже не в первый раз на моей памяти, причём однажды в прошлом мне уже приходилось сталкиваться с этими тварями ближе, чем хотелось бы. И что самое настораживающее - нападения этих существ, столь редких по общим представлениям, с каждым годом случаются всё чаще и чаще. Кажется, уже и месяца не проходит, чтобы их где-нибудь не заметили.

Подозрительно. Паранойя так и шепчет, что всё это неспроста... Успокаивает лишь тот факт, что мы располагаемся очень далеко от моря.

Так что ничего нового в словах Валкоша я не услышал, однако, как и от всякого напоминания о чём-то тревожном, настроение себе чуть подпортил. Впрочем, незначительно, от чего во внешнем виде это никак не отразилось.

- Ещё что-то? - поинтересовался я у юноши, предварительно покивав на озвученные причитания южных купцов.

- Северяне тишком шепчутся, что в скором времени между западными королевствами может новая война начаться.

Ну, они о таком всё время шепчутся - с тех самых пор, как король одного выкрал невесту принца другого, в последствии взяв родовитую красавицу себе в жёны. Вот только произошла эта история, почитай, уже лет пять назад, а взаимные угрозы пока так ни во что и не вылились. Хотя причин для перехода к горячей фазе конфликта хватает с обеих сторон.

Понимают, наверное, что победителем в схватке выйдет кто угодно, кроме них самих. Однако необходимости войны это осознание не отменяет. Вот и тянут, готовясь по мере сил, заодно подбивая клинья ко всё ещё остающимися нейтральными силам.

Наверное, когда мечи наконец покинут ножны, мы тоже кого-нибудь туда отправим. Повоевать, пограбить да остальными средневековыми весёлостями позаниматься, ага. Заодно для меня образцов флоры и фауны наберут, а то запасы совсем оскудели.

- А ещё по тавернам слух ходит, - продолжил юноша, дождавшись от меня благосклонного кивка, - что на юге псов войны злой рок настиг - то дикие звери задерут, то отравятся чем, то в лесах с концами пропадут.

- Люди - смертны, Валкош, - я постарался сохранить внешнее безразличие, хотя чувствовал, как настроение начинает вновь подниматься до былых значений.

- Конечно, - на мгновение стушевался парень, однако уже в следующее сумел взять себя в руки и возразить: - Но и люди ведь не дураки, просто так не стали бы судачить, верно, милорд? Особенно столь уважаемые!

"Плохо ты эту публику знаешь, мой дорогой помощник, ой плохо! А уж о какой ерунде, бывало, приходилось трепаться на совещании совета - даже вспоминать не хочется," - подумал я, внутренне поморщившись. И чтобы побыстрее перевести проскочить неприятный этап темы, взглядом попросил юношу прекратить убеждения и продолжить, наконец, рассказ.

- В общем, - выдохнув, продолжил юноша, - люди то и дело шепчутся, что Пламя небесное, что лес до тла спалило, оно не одной из катастроф было, а гневом божьим! Правда, о том, чьей воле принадлежал гнев - до сих пор спорят, да кулаками свою веру утверждают, но то не столь важно.

- Не столь важно, как что? - заинтересовался я деталью, о которой мне ещё не докладывали.

- Как то, - перешёл на шёпот парень, - что целью его стала какая-то ужасная гнусь, которую в тех проклятых лесах решили сотворить богохульники. И эти самые неизвестные то ли колдуны, то ли демонопоклонники, то ли и вовсе нелюди какие, дабы им не помешали, наняли псов войны, чтобы рядом ошивались да стерегли действо от всяческих путников. Однако ж с небес-то всё видно, вот и не выдержал кто-то...

Мне такая сказку оставалось лишь уважительно цикнуть и прокачать головой - народная молва иногда идёт столь запутанными, но при этом удивительно логичными путями, что диву даёшься. И ведь главное, сам к этой версии руку не прикладывал - и получилась она как-то удачнее, чем моя любимая мешанина из правды и лжи. Удачнее, правда, не в плане достоверности, а в искреннем желании в неё поверить. Крестьянам точно понравится.

- И поэтому теперь мрут наёмники? - губы искривились в насмешливой ухмылке. - Боги прокляли? Или неизвестные богохульники, когда поняли, что уплаченная гора золота не помогла, а возвращать её никто не собирается?

- Да! - с довольной улыбкой кивнул парень.

- Что "да"?

- Всё, что вы сказали!

- Понятно...

Ну да, рыночные россказни ведь - там каких только версий не встретишь. Тем более, что распространяются новости только через людскую молву, а она, как известно, искажается всё больше с каждым пересказом. Принцип испорченного телефона, помноженный на религиозно-мистическое мировоззрение аборигенов.

- Ладно, - выдохнув, я махнул ладонью юноше, круговым движением изобразив в воздухе своё желание продолжить. - Рассказывай давай, что там ещё стряслось.

И пока он Валкош повествовал о прекрасно известных мне слухах, циркулирующих в купеческой среде, я вспоминал о том деле, что стало им причиной и истоком.

О мести. Мести, что, к сожалению или к счастью, так и не свершилась в полной мере.

Собственно, как и обещал, я не забыл об участии лидеров наёмничьей братии в охоте на меня, и принялся готовить ответный удар, насколько это было вообще возможно. И не так давно он свершился. С очень спорными результатами.

Радоваться, в общем-то, было нечему - успех можно назвать в лучшем случае относительным, если не хуже. Но то, что он, успех этот, в принципе имелся, уже служило поводом для радости. Пусть мне так и не удалось загнать в гробы всех повинных наймитов, однако вот напугать - уже вполне получилось. А двое так и вовсе сгорели заживо в запертой харчевне, так что хотя бы частично, но вернуть должок всё же удалось.

Если бы не одно "но".

Был в произошедшем ироничный момент - дело в том, что для самих компаний места капитанов зачастую являлись избираемыми. То есть лидером становился самый популярный, самый авторитетный и, конечно же, самый хитрый мерзавец. Однако конкуренты, как водится, никуда не исчезали, продолжая интимно дышать в затылок. И вот в связи со всем этим получалось, что убийством верхушки я не решал ровным счётом ничего. Более того - поскольку об охоте скорее всего знали только убитые, то о причинах смерти предшественников новые лидеры компании могли только догадываться. Из-за чего получалось, что совершая месть таким образом я фактически только зачищал следы, никоим образом никому ничего не сообщая. А ведь ясное и чёткое послание передать было необходимо хотя бы затем, чтобы прецедент не повторился в будущем.

Конечно, можно было и прямо указывать на толстые обстоятельства, однако, вместе с должным опасением передо мной, это могло бы также вызвать больший интерес ко всему, что произошло в герцогстве в целом. Ведь если кто-то таким образом, используя целую кучу нанятых компаний, сумел напасть и на государство в целом, и на одного мага в частности, то он - явно богатый и сильный наниматель, с которым можно работать!

Мне не нужны были такие мысли в головах наёмников. Нам не нужны были такие мысли! Их следовало давить в зародыше, вместе со слухами и людьми, оные распространяющими. Нельзя было показывать свою слабость, свою уязвимость - только бескомпромиссную жестокость. Сталь, яд, огонь и мор - лишь их, лишь оружие, что неизбежно поразит перешедших нам дорогу.

И в этом месте возникал парадокс. Убивая лидеров наёмников, мне нельзя было прямо указывать на причины возмездия. Более того - нельзя было давать понять, сколь много на самом деле в этом дерьме оказалось замешано компаний. Потому что любому, способному хотя бы примерно подсчитать общую численность людей в них, сразу же станет понятно, что в охоте неизвестный не поскупился, наняв втрое больше солдат, чем ныне служит в регулярных частях армии герцогства. И такой армаде бояться просто нечего.

То есть следовало намекать, а не говорить прямо. Убивать так, чтобы посыл поняли правопреемники, но для внешних наблюдателей всё выглядело стечениям обстоятельств.

Это было сложно. Очень сложно. И дорого. Просто ужас как дорого! И даже так, даже со всеми моим возможностями в числе артефактов, алхимии, химер и прочего подобного непотребства, убить виновных удалось всего-ничего. К сожалению, в основном жертвами становились рядовые псы войны, в лучшем случае - младшие офицеры, которые, вероятно, об охоте что-то знать всё-таки могли.

И не то чтобы мне было жаль людей, связавших себя со столь неоднозначной профессией. Какая разница, сколь рано они уйдут на тот свет, право слово? Однако всё же пожив с подобными им бок о бок не один месяц, было неприятно забирать жизни тех, кто в этой истории сыграл роль безмолвных пешек на шахматной доске.

Тихо смеясь с очередной нелепой истории Валкоша, я в то же время размышлял о том, сколь много на самом деле крови на моих руках. Несмотря на весь приобретённый цинизм, несмотря на оправданность кровопролития в большинстве случаев, испытывать удовольствие от него я так и не научился. Убивать было неприятно. Даже так, не видя погибших, не занося клинок или не выпуская струю пламени лично.

Были люди. А остались от них лишь сухие строчки отчётов да слова в коротких рассказах, что забудутся уже спустя пару лет. Их не было жаль. Но я сожалел о том, что вместо всего того хорошего, что мог бы привнести в этот мир выходец из более развитого, мне приходится всё вновь и вновь пачкать руки. Пожалуй, это было самым печальным.

Отвернувшись от собеседника якобы для поиска чего-то в шкафу, тем самым спрятал ядовитую усмешку, появившуюся в тот момент, когда я понял, что жалею не других людей, а только лишь себя. Иронично. Палач плачется о том, как заляпан в крови его кожаный фартук.

Смешно.

Глава 32 - Приготовления

- Герцогство, герцогство... - бурчал, чёркая одному мне понятные пометки на эскизе карты Междуречья. - Как будто в мире имеется лишь одно герцогство!

- Но на землях меж великих рек ведь действительно одно, - с толикой возмущения, пробившегося через всю накопленную усталость, возразил полноправный хозяин этого участка суши.

- Так что же, теперь на всех картах только так его и обозначать, по-твоему? Как безымянное "герцогство"?

- Почему нет? Я не против... - тихо пробурчали в ответ, судя по наклону головы, неотвратимо засыпая прямо на рабочем месте.

Несколько мгновений понаблюдав за продолжающимся креном вихрастого кораблика, я тихо вздохнул и встал из-за стола, тут же потянувшись.

- Ладно уж, спи, - и подойдя к своему сюзерену, подложил ему под голову подушку. Получившаяся поза не отличалась ни удобством, ни устойчивостью, но попытками перенести парня в более подходящее для сна место я бы его непременно разбудил. Что уж поделать - чутко человек спит после всего произошедшего с ним в прошлом.

Уже покинув помещение, указал гвардейцам вести себя потише и аккуратно прикрыл дверь. После чего, задумавшись на несколько мгновений, всё же отправился на кухню - судя по ощущениям, с последнего приёма пищи прошло порядочно времени, а там всегда были запасы. По пути же размышлял о всяком.

В числе прочего - о том, что свадьба мелкого уже давно не просто маячила на горизонте, робко напоминая о себе лишь в случайно подслушанных разговорах, да в донесениях агентов. Нет, ныне она встала пред нами в полный рост, явив на белый свет своё поистине выдающиеся объёмы... Боли. Боли головной, боли сердечной и, в последнее время всё чаще, боли ягодичной. Причём, что печально, последнюю с недавних пор начал ощущать и я, вынужденный решать все возникающие дипломатические неурядицы, число которых стало возрастать с каждым днём.

И не то чтобы нашим соседям не понравился брачный выбор герцога... Однако - да, он им совсем не понравился. И чувствуя приближение момента, после которого что-либо изменить станет практически невозможно, они принялись мутить воду. Пусть чаще всего скорее из чисто спортивного интереса.

К сожалению, несмотря на определённую перспективность, семья невесты всё же не обладала ни репутацией, ни силами, достаточными для отстаивания своих интересов в центральных регионах Междуречья. Да и в других, впрочем, тоже - слишком уж малочисленен этот клан магов, слишком уж слаб и беден. Что говорить, если главная их проблема - племена горных дикарей и беглецов - могла быть решена герцогством банальной тотальной облавой, имей мы вообще возможность вести войну в столь отдалённых землях. Однако наши будущие союзники, увы, подобных сил не имели и близко. И поэтому не рассматривались окружающими в качестве достойных конкурентов.

Впрочем, накал недовольства остужался тем простым фактом, что насколько бы громко и показательно не возмущались недовольные, альтернативу, действительно стоящую пересмотра уже принятого решения, никто предоставить оказался не способен. Ну не было на просторах Вольницы ни одного рода, обладающего столь крупными объёмами ресурсов и мощными силами, подобным дому моего подопечного, с кем непременно стоило бы породниться. Даже в крупных, мощных государствах верховодила непременно целая куча различного народу, не скованного единой властью. Пусть даже и столь сомнительной, какая имелась у северных корольков.

Республики, разного рода содружества, города-полисы с полуавтономными колониями и прочая анархистская дребедень - словом, что угодно, кроме нормальных централизованных государств. Безусловно, виной тому была и специфика жизни на этих землях, и влияние "больших братьев" из-за водных просторов, которым появление новых точек кристаллизации цивилизации было совершенно не нужно, и подобное же влияние уже местных мани-царьков, не желавших расставаться с феодально-бандитской вседозволенностью... В общем, причин хватало, так что текущая ситуация меня ничуть не удивляла. Более того, именно по выше означенным мотивам я когда-то не стал дорезать феодалов герцогства в ноль, хотя имел все шансы на успех подобной авантюры. Просто прекрасно понимал, что появление нового ростка абсолютной монархии или, чего не хватало, имперской диктатуры, непременно задавят всем миром - судя по сохранившимся историческим источникам, в последний раз от такой радости чуть ли не целое столетие к ряду избавлялись, так что от нового непременно постараются избавиться в состоянии пресловутого чайника.

При этом герцогство даже в текущем состоянии побитого, изрезанного и ограбленного молодого государства всё ещё являло собой одно большое, разительное исключение из исторически сложившихся устоев Вольницы. И это исключение лишь подтверждало правило, ведь было лишь недавно основано буквально чужаком-авантюристом на костях целой кучи более мелких политических образований. Что, к слову, нам аукалось до сих пор - мало того, что не успело и поколения минуть, как феодалы едва не разорвали государство на независимые куски, так ещё и поныне живущее население то и дело устраивало свары по старым, нежно лелеемым обидам.

Хуже того, решать регулярно возникающие конфликты приходилось именно мне. За что с каждым месяцем этих непрекращающихся игр в дипломатию всё больше хотелось сжечь виновных заживо. С пагубными порывами пока удавалось бороться, но ей богу, бездонным терпением я никогда не отличался.

Поморщившись, я остановился и на несколько блаженных мгновений припал лбом к гладкому холодному камню стен. Почти сразу же стало легче. Гнев не улетучился, но изрядно потерял остроты, став просто очередной из плеяды ноющих тем на границе сознания.

Мне всегда было о чём переживать и над чем не спать ночами. Как и любому человек, наверное.

К счастью, ещё одному переживанию не суждено будет занять место в стройных рядах среди подобных. Не было в Междуречье такой альтернативы, чтобы мне пришлось с грустной миной объяснять малышу, почему ему нужно со смирением забыть о своей рыжеволосой бестии с огромными голубыми глазами. Не то чтобы он мог согласиться, - я мелкого знаю, - но вот чтобы хотя бы даже просто задуматься о конкурентке - не было достойных партий.

Все понимали ситуацию, - и мы, и соседи, и родственники невесты, - но попробовать переиграть карты в последнее мгновение кое-кто всё равно пробовал. Очень уж любят в этом мире, как и во времена Средневековья Земли, такие вещи. Похитить, отравить, перебить цену или женить насильно, а после заделать наследничка посаженной на цепь женщине - почему нет, в конце концов, если амбиции в заднице играют?

Так что к свадьбе приходилось готовиться. Причём не просто потихоньку налаживать праздник, ведь устроить великосветскую пьянку нам нынче несложно - все будут бархатными, но и вновь танцевать политику перед дорогими (действительно дорогими - взятки сжирают золото в каких-то конских масштабных) заграничными коллегами по жированию за чужой счёт, услаждая их взоры и слух... чем-нибудь, в общем. Впрочем, в последнее время всё чаще хватает намёков на толстые, словно ряды наших пехотных коробочек, обстоятельства.

Армия - это хорошо. А большая армия, которую составляет не феодальное ополчение с горсткой дружинников, а преимущественно обученные наёмниками контрактные пехотинцы и всадники - ещё лучше. Ради скромного, но внушительного ударного кулака в две тысячи воинов пришлось изрядно постараться и затянуть пояса, но хотя бы один лишь производимый ими визуальный эффект того, безусловно, того стоял. А уж если прибавить к ним ещё и гарнизоны фортов, крепостей и освобождённых от бывших хозяев замков... Не королевские армии во многие десятки тысяч, конечно, и не земные в сотни и целые миллионы, но тоже очень даже неплохо.

Но без магов, да. И без нормальной тяжёлой конницы, осадных специалистов, арбалетчиков, егерей, медиков... Дерьмо в общем, а не армия победы, но по местным меркам всё равно более чем достойный образчик воинского искусства.

Сладкие грёзы, сопряжённые с глубоким удовлетворением от воспоминаний о видах чётких пехотных коробочек и потайным недовольством от их же неказистости, прервали весёлые детские крики с улицы за распахнутым настежь окном. В пространстве у внутренней части крепостных стен мелькнули прекрасно знакомые фигурки совсем уж мелкой ребятни, что под возмущённые крики немногим, всего лет на шесть, более старшего товарища скрылись где-то в тенях меж построек.

Отпрыски замковой прислуги, воинов гарнизона и гостей. На самом деле, если посчитать, получалась целая толпа детворы, нередко по малолетству игнорирующая внушительную часть сословных заморочек. Да и чего бы им этого не делать, если даже коренные северяне, прибывшие ещё с отцом мелкого, успели растерять внушительную часть предубеждений? Всё-таки другой социум, разительно отличные условия жизни и безвременная кончина многих, кому сохранение статуса кво было действительно выгодно, не могли не обтесать людей от лишней шелухи.

К тому же, мы с мелким тоже относились к людям довольно либерально, при этом, впрочем, не выходя за определённые рамки. Доброта и лояльность ведь тоже хороши лишь в меру, пока ими не начинают злоупотреблять. Да и думы от такого в голове начинают возникать нехорошие, а нам тут ни республик, ни тем более каких-нибудь народных диктатур абсолютно не нужно. Вот у обожаемых соседей - там да, было бы неплохо новую бучу поднять... А здесь и сейчас людям приходится напоминать о том, кто и почему ими правит. Напоминать регулярно, демонстративно и показательно, подкрепляя то, что когда-то один французский прохиндей назвал легитимностью.

Получалось пока вроде бы неплохо. По крайней мере люди не поносили, уважали и детей в страхе не прятали. Но это по отношению к герцогу, конечно, тогда как ко мне нередко выказывали опаску, что совершенно не удивляло. Впрочем, не дети - те меня почему-то чаще всего любили.

Загадка, ответ на которую пока так и не был найден.

Кстати о детях...

Свадьба герцога - это ведь на самом деле наименьшая из проблем. Имелись ещё и те, что неизбежны после консумации брака. А именно - карапузы и забота о них. По предварительным прикидкам до достижения наследником хотя бы пятилетнего возраста мне придётся буквально безвылазно проживать в замке. Чтобы не оставлять без помощи в час нужды ни мать, ни самого ребёнка, способного не пережить первые годы по самым банальным причинам.

Вон, в замке хватает кошек, сторожащих амбары и погреба от прочей хвостатой угрозы. Однако эти звери, жаждущие тепла в здешние холодные ночи, могут избрать источником оного крошечное тельце новорожденного и улечься на него, из-за чего ребёнок, придавленный массивной тушей мурлыки, банально не сможет дышать и, закономерно, задохнётся заживо. Помню, читал о таких случаях ещё на Земле, и ничуть не удивился тому, что в этом мире о такой опасности от этих пугливых животных люди в массе своей не догадывались.

Собственно, у нас тоже не догадывались до поры до времени. Однако поверье придумали, дескать, кошка приход смерти чувствует. Что в какой-то мере даже соответствовало действительности...

Снова люди перепутали причину и следствие. Никогда такого не было, и вот опять.

Словом, возвращаясь к теме, угрозу для маленькой жизни могли представлять самые обыденные вещи. И только я мог не только догадываться об этой опасности, но и имел возможности если не уберечь дитя, то хотя бы нивелировать нанесённый ущерб, в крайнем случае буквально реанимировав погибшего. Мои нынешние возможности уже позволяли подобное чудо. Хотя ради этого и пришлось тренироваться на животных, чему я, очевидно, совсем не был счастлив.

Однако возможность уберечь жизнь действительно важного для меня разумного стоила много большего, чем прибавление ещё одной капли ненависти к себе, не правда ли?

Впрочем, моему нахождению подле будущего отпрыска правящей четы была и иная причина. Уже куда менее благозвучная, хотя и всё ещё преследующая своей целью спасение жизни.

Я собирался вмешаться в растущий организм малыша и модифицировать его.

Звучит ужасно, хотя ни масштабы, ни сама суть моих планов тому ореолу кошмарной чудовищности, что так и витала над этой темой, не соответствовали. Никакого смешения организмов, сиречь - истинная химерология, не предвиделась - лишь незначительные изменения, не выходящие за рамки того, чего малыш мог добиться самостоятельно простыми нагрузками при обильном питании и хорошей генетике. Просто крепкие мышцы, кости, связки, кое-какие внутренние органы - ничего инородного, ничего неестественного, ничего лишнего. Банальная оптимизация, не более.

Конечно, я мог бы пойти и дальше, добавив ребёнку действительно полезные примочки, вроде тех, что постепенно вживляю в своё тело. Однако просто боялся пойти на это. Более того - боялся даже начинать эксперименты, используя в качестве подопытных кроликов, к примеру, крестьянских детей, хотя подобную возможность имел. Однако не только не был уверен в своих навыках, но и просто опасался того, как такая работа может сказаться на моей психике. Пусть и понимал всё её важность для науки в целом и будущих моих проектов в частности.

Эксперименты не просто на людях, когда можно использовать преступников, осуждённых на виселицу, но на маленьких детях, вины за которыми просто не может набраться на смертный приговор... Это слишком. Просто слишком.

Поэтому кит был урезан до осетра, и пришлось ограничиться минимальными, но, на мой взгляд, совершенно необходимыми вещами, в числе которых была профилактика множества разного рода заболеваний. Например, рака - странно было ожидать от химеролога, способного объединять несовместимое, невозможность что-нибудь из получившегося винегрета убирать.

Хотя, конечно, рак, как и множество иных заболеваний, редко бывает врождённым, а не приобретённым. И в таком случае возможностей у меня остаётся сильно меньше - лишь лёгкая шлифовка иммунной системы, но не более - слишком уж опасно оказалось залезать глубже в эту тему. Организм, в частности - человеческий, слишком легко соглашался пожрать сам себя, поддавшись волнам аутоиммунного саморазрушения. Причём нередко даже моя магия становилась бессильна - тотальная цепная реакция буквально выжигала организм изнутри, одновременно уничтожая ткани и целые органы по всему организму. Я банально не успевал удержать разваливающееся папье-маше.

Причём, что самое обидное - на моём уровне познания магии такой эффект не получалось воспроизвести в качестве оружия. Требовалась длительная подготовка целевого организма, что превращало потенциальное средство убиения в метод изощрённой, болезненной казни. Что мне было без надобности - огонь и сталь справлялись с подобной работой ничуть не хуже, а усилий потребляли на пару порядков меньше.

На фоне таких неудач о более глубоких генных модификациях, в теории способных обеспечить новорожденного защитой от подобных раку заболеваний, речь не шла вовсе. Во-первых, я, в отличие от признанных мастеров, не умел редактировать геном. Модифицировать сами организмы не сложно, однако, судя по тестам, каким бы образом не работала магия химеролога с точки зрения органической химии, на первоначальный геном существа она никак не влияла. А для борьбы с заболеваниями вроде рака, требовалась именно работа с репликацией клеток.

С другой стороны, монстроделы не просто так назывались - мои коллеги действительно каким-то чудесным образом создавали устойчивые виды. И я даже в теории не догадывался, каким образом это удавалось - явно не понимая, что это в принципе невозможно на присущем им уровне знаний, они творили, не видя перед собой никаких препятствий. Но до такого уровня мне было ещё очень далеко.

Второй же, но не менее важной преградой стал тот простой факт, что я банально не знал, какие местные животные и от чего защищены. Естественно, также мне не были известны и конкретные гены оных, что могли бы отвечать за такие возможности... Даже не учитывая тот факт, что эти самые гены - не конструктор, из которых состоит живое существо, а всего лишь горсть неподписанных ползунков, от перемещения которых в организме могло измениться чуть ли не всё что угодно и в любых масштабах.

К сожалению, по мнению моих коллег с Земли Мать-природа могла считаться настоящим "говнокодером" - переменные, сиречь - гены, не подписывала, а что ещё хуже - назначала и использовала как случай ляжет и без всякой системы. Одни могли быть мусорными, вовсе не используясь организмом, пока другие определяли сразу множество разных вещей, причём считываться в каждом конкретном случае очень по-разному.

В общем, как известно, самое сложное в программе - это понять, как именно она работает. В случае генетики, кодирующей развитие живого организма, у меня не было ни методички по языку программирования, ни заметок создателя, ни даже самой возможности заглянуть в исходный код. Только лишь условная чёрная коробочка, воздействовать на которую можно было большим количеством способов, чем было возможно на Земле, благодаря магии. И я бы с радостью занялся изучением столь многообещающей теме, если бы наиболее перспективным видом пресловутых чёрных коробочек не были человеческие дети.

И я даже не хочу думать, какие гекатомбы сложили на этом поприще маги этого мира, чтобы научится модифицировать местных людей. А они их модифицировали - даже если не вспоминать клановых воинов финаритов, с которыми я имел довольно тесное знакомство, у тех же северян в землях, граничащих с бескрайним северным лесом, рыцарями-защитниками сидели натуральные ведьмаки из одной памятной книжно-игровой серии. Причём делали оных из маленьких детей, и чаще всего это считалось очень почётной участью. Однако размножаться такие поделки не могли...

Но о подозрительно закономерном совпадении таких, конечно же, совершенно необходимых побочных эффектов превращения обычного человека в уберсолдата я подумаю как-нибудь в другой раз. Желательно - карпея над трудами, описывающими означенный процесс трансформации во всевозможных деталях.

Словом, планов и взятых на себя обязательств в связи с рождением ещё даже не зачатого малыша или малышки и так хватало. И из них следовало, что ни времени, ни возможности продолжать текущие эксперименты у меня не останется, а значит - их необходимо либо срочно завершать, либо как-то консервировать буквально на коленке по смутным записям Учителя, понимая используемые при этом технологии хорошо если хотя бы чисто теоретически. А ведь бывало, приходилось и откровенным бредом заниматься, в духе плясок с шампанским бубном, в тщетной надежде на то, что вычитанная в какой-нибудь сомнительной книге бессмысленная на первый взгляд абракадабра всё-таки сработает.

Зато как мои крестьяне радовались! А то ведь, с одной стороны, человек я вроде бы уважаемый и в целом добрый, даже очень - лесопилку и мельницу за свои деньги поставил, поистине святой феодал. Но с другой - поделки нередко приходилось тестировать вне стен подземелий, так что необразованные дремучие людишки, в том числе нанятые мною на роли самых разнообразных слуг, имели достаточно возможностей для ознакомления с профилем моей работы.

Страху натерпелись, не дай боже! Визжать, конечно, вскоре перестали, но отношения не изменили.

Хотя действительно опасные объекты я никогда не выпускал, так что если с какой угрозой мои подданные и сталкивались, то это с угрозой их рассудку. Поскольку, как ни иронично это было признавать, но чем более гармоничными и в целом красивыми я делал химер, тем более они устрашали людей одним своим видом. По всей видимости, вина в том лежала на местной специфике - выпотрошенные трупы, даже будучи анимированными магией, куда проще воспринимались знакомыми с такими видима с детства жителями Вольницы, чем незнакомые звери. Потому что новое - это всегда опасно, а старая добрая нежить уже давным-давно всем привычна.

Хотя детям мои творения всегда нравились. Бывало, даже катал ребятню тишком, пока родители не оттаскивали мелочь от безропотных созданий.

Хорошее время... хорошее время подкрепиться, да.

Кухня встретила меня жаром, суетой и аппетитными запахами.

- Хэй, хозяюшки! - дружелюбно улыбнувшись, обратил я на себя внимание кашеварящих женщин. - Накормите страшного колдуна, али голодом сгубите?

Привычные к такому девушки заулыбались, а главная повариха, дородная женщина внушительных громкости голоса и размеров, лишь осуждающе покачала головой, не забыв уточнить:

- А милорд?

- А милорд спать изволит! Притомился, бедняга.

- Весь в делах, - она тихо вздохнула и печально улыбнулась, возможно, вспоминая родителей герцога. Одна из немногих среди нынешних жителей замка, кто вообще мог это сделать, поскольку долгое время верой и правдой служила родителям мальчика. Поэтому и выжила - будучи дамой строгой, но справедливой, своей принципиальностью сильно мешала заговорщикам, так что при первом же удобно подвернувшемся случае её быстро спровадили... А после мора и резни, учинённых над обитателями замка, она сама пожелала вернуться.

Мы не раз проверяли и перепроверяли эту даму, так и не обнаружив ровным счётом ничего предосудительного. Но всё равно взяли её подросших детей на роли слуг или хотя бы переселили поближе, чтобы следить и контролировать - перестраховок никогда не бывает слишком много. Так что теперь, после всех принятых мер, в безопасности пищи можно было быть уверенным... чуть больше.

Вскоре мне предоставили миску с наваристой похлебкой, от которой мощно тянуло ароматом знакомых пряностей. Сгодится.

- Вот спасибо, ещё поживу! - и признательно кивнул в ответ на задумчивый взгляд главной поварихи.

- Здоровьица, - протянула она моргнув. - Уж прощения просим, сготовили - что успели.

- У вас всё вкусно получается, - улыбнувшись, подмигнул женскому коллективу. И поспешил удалиться.

Слуги не очень понимали моё желание есть в середине дня обыкновенный суп. Не господская ведь еда - тем подавай что-нибудь поинтереснее да посытнее. Если здоровье позволяет, конечно. Не объяснишь же людям, что такие, казалось бы, мелочи напоминают, кто я такой и откуда родом. Даже если служит этой цели обыкновенный супчик с местными овощами, мясом и специями.

Никогда особо не любил, но теперь временами так хочется простой картошечки...

Дальнейший мой путь пролегал в Красную башню донжона - то была одна из самых ранних пристроек, сложенная из блоков какого-то рыжеватого минерала, за что вся конструкция и получила своё название. Не знаю, для чего она использовалась раньше, поскольку застал только последнюю роль - склада для всякого хлама. Поэтому совершенно не стесняясь, забрал постройку в своё единоличное пользование.

Никаких лабораторий и прочего подобного там не размещал - пока, во всяком случае. Только суровый, голый функционал из вещей, совершенно необходимых каждому уважающему себя волшебнику. В том числе и птичник под крышей, например - было глупо не воспользоваться идеей голубиной почты, имея под рукой послушных крылатых химер. Правда, для такого дела пришлось вырастить новую породу трёхглазок... при этом вернув им предусмотренное природой количество органов зрения, да. Однако схожие окрасы с очертаниями новых и старых химер позволили скрывать моих пернатых агентов чуть лучше, что не могло не радовать.

Ну и связь, безусловно. Связь - это критически важно. Что становится особенно ярко заметно, когда у тебя она имеется быстрая, а у оппонентов - в лучшем случае просто медленная.

И не то чтобы я придумал нечто новое - летающих посланников в этом мире хватало. Однако они не только стоили очень внушительных сумм, но также требовали специфических связей, обзавестись которыми во время бегства я не имел никакой возможности. А сейчас не способен тем более - серьёзные люди с человеком из Междуречья даже разговаривать не станут.

И на то есть причины.

Вольница не зря считалась этаким криминальным районом ойкумены, на просторах которой имели свойство растворяться бес следа вещи, люди, а иногда и целые государства. Не удивительно, что торговать действительно дорогими товарами здесь просто не рисковали. Да и не то чтобы было в достатке покупателей - несмотря на более чем достойные доходы от пошлин и торговли, деньги в здешних пенатах утекали куда быстрее, чем пребывали.

Поэтому, не имея ни возможности, ни, честно говоря, какого-либо желания приобретать чрезвычайно дорогие поделки конкурентов, я углубился в изучение темы, пытаясь создать удобоваримый аналог. Так сказать, попытался импортозаместить то, что в герцогство ни разу даже проездом не попадало.

И тут следовало углубиться в некоторые детали.

Дело в том, что в среднем по нашей больнице, простые пташки перестали котироваться уже давным-давно, уступив нишу разной степени убойности поделкам моих коллег по искусству. И совершенно естественно, что если даже на Земле пернатых почтальонов перехватывали надрессированными хищными птицами, то уж здесь, с возможностями монстроделов, в воздухе развернулась настоящая бойня. И не прекращалась вот уже какое столетие.

Отбор по параметрам, как у истребителей: максимальная высота полёта, скорость, манёвренность, чувствительность "датчиков" и вооружённость. Цены, впрочем, по местным меркам тоже более чем истребительские. Так что пользуясь превосходством в методах криптографии я просто послал всех на юг, к нелюдям, настругав небольшую кучку самых обыкновенных на вид птичек. Не очень быстрых, не очень манёвренных и кроме когтей да клюва, совсем беззащитных. Мелких, слабых, но выносливых. Наверное, за такие поделки меня бы подняли на смех что в Финаритии, что на севере, но нам и такого было более чем достаточно.

Тем более, что с моими методами шифровки желающие могут сколько угодно сообщения перехватывать - разве что мозги себе сломают, ничего в итоге так и не добившись.

Задумавшись, я не заметил пролетевшее вмиг расстояние, внезапно для самого себя обнаружив за поворотом вход в искомое место.

- Всё было спокойно, мэтр, - тихо прошелестел в ответ на мой взгляд один из двух стражников, охранявших единственную оставшуюся официально дверь в башню.

- Благодарю за службу, - кивнув, прошёл внутрь и дождался щелчка закрытия двери.

Что же, пора поработать.

Глава 33 - Мгновение до празднества

Раскатистый звон колокола наконец сник, и с высоты башни показалось, что на землю опустилась мёртвая тишина. Однако впечатление было обманчиво - крошечные человеческие фигурки в замке лишь ещё больше засуетились, а далёкий город наверняка наполнился человеческим гомоном и ржанием множества коней. Ведь на мощёные улочки ступило множество конных и пеших воинов, сопровождавших немалый караван под уже знакомыми многим гербами.

Невеста прибыла к своему будущему мужу. С родичами, слугами, невеликим приданным и под охранением двух сотен регуляров герцогства. Целая толпа уставшего люду, встречаемая ещё более внушительным сборищем горожан, заранее сбежавшихся на редкое зрелище. Правда, не понятно, чего они желали увидеть больше - девушку благородных кровей, что станет "матерью державы" на несколько ближайших десятилетий, или новых воинов, слухов о которых ходило много больше, чем самих солдат существовало в природе. Наверное, истина была где-то посередине - зрелищ вокруг и так немного, чтобы пренебрегать любым из оных.

Жаль, однако мне в этом поучаствовать не доведётся - слишком много неотложных дел навалилось. Причём часть из них как раз проистекала из события, ныне происходящего в городе - толпу ведь тоже следовало контролировать и направлять, чтобы тем же самым не смел заняться кто-нибудь другой. Да и за гостями столицы стоило присмотреть, не упуская из внимания всяческих поклонников незабвенных Ассасинов... Точнее, игровой их вариации. А то ведь с магами-огнемётами и алхимическими бомбами можно многое наворотить, да так, что не исправишь.

Те ещё игры разума получались - представлять, как мог бы поступить сам, после чего пресекать на корню. Шахматная партия с самим собой как яркое проявление параноидальной шизофрении.

Теперь, впрочем, когда процесс запущен, вносить корректировки уже поздно, и разум может немного отдохнуть. Перевести дух в ожидании тех, кто мог поведать о пути каравана и событиях, что сопровождали те дни.

Ради минимизации рисков с этой поездкой пришлось сильно изворачиваться, перестраховываясь даже в мелочах. И если отправка внушительного отряда воинов не предвещала проблем, как и намеренное путание сведений об истинном маршруте движения кортежа, то вот почти полное отсутствие связи, по причине вынужденного ограничения коммуникации через пернатую почту, истрепало немало нервов. В первую очередь - герцогу, который, в свою очередь, следуя доброй традиции многих начальников, выплёскивал эмоции на окружающих. Пусть, к его чести, происходило это невольно. Но легче от того не становилось.

Причём более всех прочих пережить пришлось именно мне - согласно мнению самого источника всплесков, слова придворных и советников едва ли внушали доверие ему, ожидавшему провокаций настолько серьёзных, что впоследствии непременно привели бы к войне. Он ждал этого с нетерпением, в болезненном любопытстве перечисляя имена тех, кто имел мотивацию и возможность посягнуть на будущую герцогиню. Доверял моим решениям и отчаянно желал, чтобы всё закончилось мирно, но при этом смиренно ожидал худшего.

Малыш повзрослел. И для меня начался ад.

За прошедшие годы, отложившиеся в памяти практически непрерывным, хоть и слабым потоком льющейся крови, неважно - бандитов, недоброжелателей или очередных проявлений катаклизмов, страх беспомощности перед угрозами, до того свойственный мальчику, всё больше переплавлялся в жажду устранения оных. Как и бывает у подростков, парня стремительно унесло из одной крайности в другую, от чего окружающим приходилось очень несладко. И лишь мои уверения, слова наставника и человека, заменившего ребёнку отца, гасили пламя молодой души...

Вот только не полностью. Пришлось спускать его, словно бешеную псину, на парочку обосновавшихся на границах банд. Невесть какой сброс напряжения, конечно, да и бездарно растраченного ресурса жаль, но людей в Междуречье много, а чаша моего терпения уже начинала переполняться. Впрочем, надолго этого всё равно не хватило, и хлебнуть нам всем всё равно пришлось с лихвой.

И теперь я хотел знать, ради чего так страдал. Удалось ли избежать плохого развития событий? Или следует готовится к последствиям?

Не дай боги в пути умудрились ранить кого-нибудь важного - проблем не оберёшься. А уж если саму девушку в могилу свели...

Впрочем, не стоило быть столь пессимистичным - если караван всё же достиг нас и не выглядел потрёпанным, а ко мне не прилетела ни одна из резервных пташек, то, вероятнее всего, всё прошло как минимум неплохо.

Подтверждая эту мысль, на тропе, что петляя меж холмов вела от города прямиком ко вратам замка, в лучах солнца засверкала кавалькада несущихся всадников. Двигались они быстро, но коней не загоняли, так что ничего действительно важного сообщить не спешили - лишь исполняли приказ, желая поведать о деталях путешествия.

Что же, подождём. Только спущусь к гостям...

***

Первые годы малыш хранил отцовский кабинет в первозданном виде, совершенно не желая менять его убранства. Проблема была лишь в том, что внешний вид этого самого убранства уже никто не помнил - нынешние жители замка либо редко посещали рабочие апартаменты прошлого герцога, либо и вовсе в них никогда не были. Так что восстановить разгромленную комнату после завершения гражданской войны оказалось просто некому.

Нынешнего властителя родового гнезда, это, впрочем, особо не смущало - посещал пыльную комнату он редко, исключительно под настроение, когда хотелось побередить плохо заживающие душевные раны. При этом зачастую сопровождать парня в таких сеансах эмоционального мазохизма приходилось именно мне, играя роль благодарного слушателя, которому можно было излить воспоминания о прошлом и переживания относительно них. При этом работать, как и жить, он предпочитал в ином месте - подальше от той части строения, что некогда занимала его семья.

Не то чтобы это было возможно - замок, равно как и его донжон, имели довольно скромные размеры, от чего избегать какое-либо крыло оного было невозможно при всём желании. Архитектура просто не предполагала такого выверта что от хозяина, что от немногочисленных слуг. Однако юноша всё равно старался обходить неприятную зону, упорно следуя своему решению. Не помогали ни речи советников, ни мои увещевания, ни даже хитрые планы с заманиванием в запретную зону в духе преодоления страха. Ничего не помогало!

Однако грядущая женитьба разрешила проблему походя, расставив всё по своим местам.

Парню пришлось занимать апартаменты отца, заодно начав подготовку покоев матери - иных подобных в замке просто не было. Не жить же с молодой женой в гостевых комнатах, верно? Да и супруга такое решение не поняла бы, как и её родственники, которым молодая девушка непременно написала бы о странных решениях мужа. И хорошо, не сочти те это завуалированным пренебрежением.

Впрочем, была у него и другая достойная мотивация - нежелание ударить в грязь лицом перед дамой. Одно дело - я, человек, которому мелкий всегда мог поплакаться в жилетку, или наши аристократы, запуганные до состояния полупереваренных амёб. Но вот красивая девочка... Перед такой нужно распускать павлиний хвост, а не сопли, и никак иначе. По крайней мере по авторитетному мнению замковых мальчишек.

Конечно, про себя я над метаниями парня посмеивался, но в таких порывах и решениях неизменно поддерживал - пусть совместная жизнь вскоре раскроет все столь тщательно оберегаемые тайны, однако первое впечатление всё равно будет важно. В прошлый раз-то они всего несколько дней провели вместе, да и то - под присмотром, а потом только письмами обменивались и не более. Вполне обыденная ситуация для аристократии, у которой подобного рода прелюдии перед браком - норма, однако мелкому я всё же желал счастья в личной жизни, так что всеми силами настраивал его на необходимость взаимной притирки.

Он-то у меня уже стал довольно решительным парнем, что при должном обучении позволило получить более чем достойного по местным меркам правителя, пусть и на мой сугубо пристрастный взгляд. Однако с наречённой, по моему мнению, вести себя следовало всё-таки несколько тактичнее. Особенно с магичкой, коих социальные правила этого и без того не слишком патриархального мира касались ещё в меньшей степени. В том, что в результате молодые притрутся, я не сомневался - оба были достаточно умными людьми, чтобы прощать друг дружке слабости и не давить ростки уже возникшей симпатии. Но вот избежать ошибок на сим благородном пути я был помочь обязан.

Не надо доставать свои детские травмы и тыкать ими в лицо девушки, если она не хочет о них слышать. Или, как говорил один пернатый, по крайней мере следовало подождать, пока она не уснёт... Контекст там, правда, был немного иной, но теме подходило.

Так что теперь, руководствуясь всеми вышеозначенными мотивами, герцог нынешний занял комнаты герцога прошлого. И даже не только соизволил прибраться, но и обновил обстановку, следуя своим чувствам комфорта и красоты. К сожалению, если первое не вызывало возражений у двора, то вот второе я успел изрядным образом испохабить своим влиянием на неокрепшую психику...

- Я же говорил, что всё закончится хорошо, - сказал негромко, под очередной глоток какого-то ягодного чая продолжая разглядывать предметы на полках шкафов, коими был по периметру обставлен весь кабинет.

Книги, оружие, скелетики животных и небольшая коллекция очищенных человеческих черепов. Лично мне композиция очень нравилась, но дворня и слуги почему-то роптали. Хотя объективных причин тому не было - аборигены подобными безделушками совершенно не гнушались, разве что выставляя их на всеобщее обозрение не столь часто. А так - и кубки из вражьих черепушек, и шкурки любимых питомцев, и даже собрания из волос приглянувшихся леди. Даже пользованное бельё, бывало, дарили - вот уж без каких сходств с Землёй я обошёлся бы с превеликой радостью.

А ведь и мне, бывало, приходили такие подарочки...

- А закончилось ли всё действительно хорошо? - после минутного размышления ответил герцог, чем отвлёк от пугающих воспоминаний, о чём я был искренне признателен. Впрочем, стоило только вспомнить, кому именно безопасности ради приходилось вскрывать письма с подобным содержимым, что были отправлены уже его сиятельной персоне, как всякая благодарность мигом улетучилась. Причём настолько быстро, что сперва я даже не осознал смысл слов, что мне были сказаны.

- Что ты имеешь в виду?

- Нападение ведь всё равно случилось, и не одно, - пожал плечами он, отвернувшись к окну. - Пусть безуспешные, однако на них всё равно придётся реагировать. Нельзя оставлять подобное безнаказанным, нельзя создавать прецедент. Не такой!

- Конечно нельзя! - ухмыльнувшись, я сделал ещё один глоток отвара. - И при случае мы им как-нибудь отомстим... Но и только.

Юноша развернулся ко мне стремительно, эффектно взметнув полами нарядного кафтана, и немедля спросил:

- И всё? - в этих словах сквозило даже не возмущение, а просто непонимание. Ведь раньше мы действовали иначе.

- А что, ты так жаждешь новой войны? - мой тон имел обманчивую мягкость, не согласуясь со смыслом вопроса.

- Нет... - однако парень знал своего учителя и ответил верно.

- Вот и люди твои того же мнения, - для выразительности и лучшего запоминания я указал на дверь. - Там, на всех землях герцогства и в твоём замке в частности, живёт множество всякого народу. И для того, чтобы получить от них желаемого тобой, пусть даже войны, этих самых личностей придётся в необходимости оного убедить. Любыми способами.

- Раньше они не сильно возражали... - задумавшись и бросив сложный взгляд на мир за окном, возразил герцог.

- А раньше и война была другая, - пожал я плечами в ответ. - Все прекрасно понимали, что твой дядя с присными хотели сделать. Кто-то это одобрял, кто-то - сопротивлялся, большинству было всё равно, но ситуация была ясна. Отнюдь не ты начал смуту, и уж не тебя винить в нашествии бандитов, беглых магов-сектантов, монстров и прочего отребья. Однако именно ты... или как минимум под твоим именем время крови было окончено.

- Окончено? - склонил он голову на бок скопированным у меня жестом.

- Окончено, - подтвердил твёрдо и чётко, для выразительности даже кивнув. - Что потом поместья брали, да аристократов словно свиней резали - то простому люду без разницы, лишь бы к ним не лезли. Более того - народ любит, когда в навозе утопают бывшие хозяева жизни. То же касается и моих дальнейших компаний за границей - за исключением купцов, про пролившуюся на чужих землях кровь вообще мало кто знал, и ещё меньшее число имело желание переживать по такому поводу. Но вот большая война - это уже совсем другое. Пусть и по столь уважительному поводу, как попытка лишения тебя будущей жены.

- Но убедить-то в необходимости войны ты их всё равно сможешь? - уже исключительно из чувства противоречия продолжил упорствовать парень.

- Смогу. Однако любви это тебе не добавит. А герцогиню так и вовсе невзлюбят - она ещё не успела завоевать сердца твоего народа, чтобы люди искренне могли ей сочувствовать. А пройдёт время, и тень эта падёт и на ваших детей.

Конечно, можно было бы разыграть представление и сфабриковать повод, однако рассказывать о таком парню, во-первых, ещё слишком рано - столь подлые приёмы могут обесценить все усилия по его воспитанию, а во-вторых - бессмысленно, поскольку подобные методы не сработают с уставшим от войн населением. Жители герцогства могут согласиться стерпеть очень и очень многое, лишь бы не начинать новое кровопролитие. И ситуацию исправить сможет лишь время - хотя бы пол десятилетия мира, а лучше и все полтора-два, чтобы поколение сменилось.

- Тем более, я вообще не понимаю, в чём смысл этого нашего с тобой разговора! - хлопнув в ладоши и резко поднявшись, я нависнул над появившимся парням. - Твоя суженая приехала и у вас вскоре свадьба - так о чём мы здесь сейчас толкуем, скажи на милость? Почему ты сейчас маешься злобой здесь, передо мной, когда должен маяться дурью со столь привлекательной дамой?

- Дурью? - с предельно не понимающей рожицей выбрал для себя главное юноша.

- Романтика - залог крепких и здоровых отношений, мой неразумный ученик, - вернувшись в прошлое положение на стуле, я принял одухотворённый вид. - Поговори с ней - узнай о тягостях в пути, мнениях родичей, любимых служанках, лучших нарядах и о прочих волнениях девичьей души. Покажи ей замок и окрестности, познакомь с нашими дуболомами и прочими пеньками, подари подготовленное нами и, кстати, не забудь уточнить о предпочитаемом религиозном обряде - в их горах что-то может серьёзно отличаться. Словом, займись, наконец, своей будущей супругой и прекрати капать мне на мозг. Иначе организовывать свадьбу будешь сам.

Судя по ставшему вмиг загнанным взгляду - мальцу не хотелось. Причём не хотелось вообще ничего - ни свадьбы, ни девушки, ни уж тем более связанных со всем этим хлопот.

- Отставить панику, боец, - сказал рефлекторно и ухмыльнулся, отметив промелькнувшее на его лице секундное непонимание. - Тебе с ней не в бой ходить, а всего лишь детей растить. Экая беда - такая красавица и в постели.

Для землян мои слова могли звучать бредом, но это если не понимать одну простую вещь - воспитанием детей в среде аристократии занимаются в основном кормилицы, слуги и матери, и лишь крайне редко - отцы. Последних просто никогда нет при ребёнке - то войны, то феодальные сборы, то объезды владений, то обязательные охоты с пьянками, то ещё что подобное. В итоге мужчины, бывало, не видели потомков годами и десятилетиями, хотя не то чтобы кто-то действительно желал подобного. Однако таковы уж условия быта властителей при практически отсутствующей инфраструктуре.

Хотя относительно к мелкому мои слова были просто шуткой, не более - никуда отпускать из замка я его не собирался, да и сам он вряд ли покинул бы детей, решив повторив путь своего отца. Тот тоже всё воевал да порядок налаживал, пока не помер, подложив жирную свинью всему роду и в особенности - своим детям. Словом, слишком наглядный пример.

Поняв это, мой собеседник с шумом медленно выдохнул и, кажется, действительно начал успокаиваться.

- Да, ты прав, прости, - повинился он. - Просто...

- Просто страх перед будущим, - с улыбкой заключил, не сдерживая более светлой теплоты во взгляде. - Я понимаю, поверь. И не виню тебя. Все через это проходят, всё преодолевают прошлое, чтобы сделать шаг в будущее. Это нормально... и не должно стать преградой.

Ещё раз глубоко вздохнув, он склонил голову и прошептал:

- Спасибо... я обязательно справлюсь...

- А времени больше нет, мелкий, - прервал я его блеяние, желая переключить юношу на деловой лад. - Девушка тоже боится, причём похлеще тебя - на чужбине ведь остаётся, понимать надо. И как её суженый ты не имеешь права оставлять леди в беде - прояви свои родовые рыцарские качества, спаси красавицу из тенет кошмаров!

Встрепенувшись и чуть потупившись в ответ, парень недовольно заметил:

- Мы никогда не были рыцарским домом... да и не слышал я, чтобы эти варвары кого-то спасали...

- Значит, будь первым - подай пример! - отмахнувшись от жалких оправданий, я указал на дверь. - Чего же ты ждёшь? Вперёд!

***

Ухаживание моего ученика за рыжей голубоглазкой вызывало не только умиление и острые приступы стыда временами, но и какой-то в целом благостный ореол. Такой сказочный-сказочный, из тех редких историй, что в этом мире рассказывают детям без желания оставить психологическую травму на всю оставшуюся жизнь. То есть без людоедства, болезненного златолюбства, предательств, плохих концовок и всего прочего подобного, что с лёгкостью можно встретить у братьев Гримм.

Два красивых молодых создания, что искренне нравились друг другу, смущённо порхали по окрестностям, усердно создавая так необходимые им в будущем совместные воспоминания. За этим приятно было наблюдать, но совершенно не хотелось участвовать, портя идиллию своей постной рожей и неизменно отвратительным настроением.

И нет, я не завидовал - просто пока молодые уделяли время романтике, кто-то должен был работать. Причём положив хобби в долгий ящик и даже не надеясь поучаствовать в дорогих сердцу экспериментах в ближайшее время. И если бы на меня довило лишь это...

- Ох, вы тоже здесь! - невинно захлопав ресничками, невинно улыбнулась мне одна из сопровождавших невесту подруг. Имя её я запоминать не имел никакого желания, как, собственно, и прочих прибывших, рассчитывая сперва оценить их потенциальную полезность в принципе. Поскольку дармоедов нам хватало и в отцовском наследии герцога.

Только от одних избавились, как понаехали новые - хоть в химер перерабатывая, всё полезнее будет.

Мои молчание и пустой, безжизненный взгляд, никак не помешали девушке в наступлении:

- Ах, как мило они смотрятся вместе! - она указала на недалёкое крошечное озерцо, на берегу которого виднелась очевидная для меня пара. Чуть в отдалении от воркующих голубков замер цепочкой кордон из двух десятков гвардейцев, негласно прикрываемый изредка проглядывающими сквозь густую растительность егерями, замершими в густых ветвях древесных насаждений.

Собственно, за последними я и следил - оценивал эффективность работы спешно сформированного подразделения. О чём знать моя нежданная гостья, естественно, не могла.

- Да, очень мило, - ответил безразлично, внутри особенно умиляясь одному криворукому бегемоту, умудрившемуся сорваться с ветвей накренившегося над озером дерева прямо в воду. На внезапный всплеск всполошились что гвардейцы, что сама парочка, но продолжалась активность недолго - вскоре люди успокоились, судя по всему, списав шум на водных обитателей.

Одним из числа которых теперь рисковал стать идиот, додумавшийся занимать столь неустойчивую позицию. Потому что если он сам не задохнётся в прибрежной тине, то я его точно утоплю.

- А вам бы понравилась прогулка в таком месте, мэтр? - защебетала что-то девушка на самом краю сознанию. - Конечно, здешние озёра не столь прекрасны, как у нас, в Леварне, однако тоже имеют своё очарование! А вы как считаете?

- Да... - выдохнул я отрешённо, смиряясь с неизбежным.

Она не первая, не вторая и даже не третья в свите невесты, кто имеет наглость протягивать ко мне наглые изящные ручки. Причём некоторые из них, пусть и очень немногие, имеют даже какой-то минимальный магический дар, чтобы пытаться привлечь меня через него. Прочие же надеются на свои внешность, обоняние, богатый внутренний мир и прочее, прочее, прочее... То есть либо не знают слухов, что ходят об одном скромном химерологе по половине Вольницы, либо, что куда вероятнее, оные их совершенно не смущают. Как не смущает моя репутацию и множество благородных девиц с земель герцогства, собственно. И да помогут мне боги, даровав сил и смирения, чтобы пережить это посягательство на свою свободу от брачных уз.

Аминь.

Глава 34 - Тени торжества

Наконец, едва ползущее время доползло-таки к той знаменательной черте, к дате события, после которого пигалиц и их маман, свивших вокруг меня тенёта своих матримониальных чаяний, будет можно разогнать половой тряпкой ко всем чертям. Впрочем, я не собирался перегибать палку, продолжая придерживаться норм приличия высшего общества, чтобы не наживать себе врагов, от которых не смогу сразу же избавиться. Наоборот, старался блюсти внушающий трепет образ молодого дарования не от мира сего, чьё покрытое мраком, но, по мнению многих, крайне тяжёлое прошлое не оставляло женским сердцам и шанса на равнодушие. Благо это было не трудно, поскольку все факторы складывались сами собой, требуя лишь здоровой конспирации и банальной вежливости.

Не стоило забывать, что все эти благородные девушки - не кто иные, как будущие владетели и жены таковых, а также матери и бабушки новых поколений элиты государства. Не следовало недооценивать влияние даже тех из них, кому не суждено получить всей полноты власти на какой-либо земле - не мужья и отцы, так дети и внуки прислушаются к словам дорогих сердцу женщин. Расположение их, пусть и нежданно приобретённое, стоило осторожно пестовать, а не рушить резкими словами и отвратительным поведением.

Тем более, вскоре меня озарило - почему бы не превратить в инструмент то, что ранее воспринималось лишь помехой? В большинстве случаев подобный метаморфоз едва ли возможен, однако не в этот раз.

Первые мысли об этом плане появились внезапно, словно гром среди ясного неба. И с треском, подобным крошечной молнии в воздухе меж двух электродов, понимание пронзило меня, разделив жизнь на "до", полное непонимания и раздражения на вечно путающихся под ногами девиц, и на "после", когда из статуса помех девушки внезапно перенеслись в разряд ценных человеческих активов. И пусть прозрение не сделало меня дамским угодником или свахом всея герцогства, однако, кажется, мозги поставило на место в достаточной степени, чтобы вспомнит о том, что мне на просторах этих земель ещё жить да жить. И что страх - средство недолговечное, а аристократию я своими чистками пусть и напугал до усрачки, однако добить возможности не имел.

Конечно, нынешняя элита герцогства соответствует прежней лишь в малом - на места старых феодалов пришли поднявшиеся из низов по итогам войны лоялисты, а довольно обширные права знати оказались существенно урезаны в пользу государя и его верных слуг. Многие города получили возможность самоорганизации с юридическим верховенством герцога, покинутые усадьбы и форты перешли под руки наместников с ненаследуемым дворянством, и на границах в кои-то веке наступил долгожданный мир.

Однако в отличие от многих я прекрасно понимал, что все успехи централизации временны в рамках исторического процесса. Слишком многих сложившийся уклад вещей не устраивал в потенциале, хотя мог нравиться в моменте. Одна надежда - чтобы на наш с мелким век хватило, а там...

А для того, чтобы благодарность от полученных преференций продержалась в умах поднявшихся подольше, а потерявшие умерили свой гнев, после усеянного шипами стального кнута наступило время показывать крошечный чёрствый пряник. Иначе говоря - демонстрировать доброту и человечность в виде бархата поверх латных рукавиц.

Получалось, конечно, так себе. Но я старался. И нашёл тот наиболее эффективный путь воздействия - через молодых, впечатлительных девушек, коим я по иронии судьбы оказался не совсем безразличен. Не то чтобы мне удавалось получать удовольствие от подобных манипуляций, - ровно наоборот, - однако особого выбора не было.

Думаю, по меркам многих северных аристократов получалось очень даже неплохо - галантности и куртуазности, разумеется, не хватало, однако остальные достоинства эти недостатки компенсировали. Крепкая, поджарая фигура и довольно смазливое личико - дары магии и многих бессонных ночей, проведённых в объятиях боли и паров алхимических снадобий, зачастую действовали на девиц эффективнее тысяч слов. Это вложение усилий окупило себя даже раньше, чем я предполагал.

Впрочем, вторым блюдом не следовало заменять первое, так что мне всё же пришлось подучиться северным традициям и этикету - к удаче, и времени хватало, и учителя нашлись. Тем более, понимая, что никому иному доверить организацию свадьбы в принципе невозможно, осознать необходимость более детально изучения смежных вопросов было несложно. Так что в будущее я отправился уже полностью вооруженным, готовым ко всему, чего не уготовила бы для меня судьба...

...- Он такой таинственный! - колокольчиком зазвенел голос миловидной молодой девушки. Её длинные пшеничного цвета волосы пышной косой стекали по ткани свободного платья, золотой рекой петляя по левому плечу и шее улыбчивой кареглазой красавицы.

- Ага, - раздражённо буркнула её чуть более фигуристая подруга с распущенным водопадом тёмных волос. - Вот только не хотела бы я влезать в эти тайны - столько крови зверь пролил, кабы не захлебнуться.

- Можно подумать, без причины, - легко и непринужденно засмеялась её собеседница, рефлекторно теребя кончик косы руках. - Он же южанин, а там, говорят, и вовсе никого из проигравших в живых не оставляют - всех под чистую в землю закапывают, и детей в том числе.

Несмотря на страшные в своей сути слова, тон девушки так и не изменилась, оставшись всё столь же лёгким. Будто не о насильственных смертях говорила, а о смешной пташке на ветке за окном.

- Лина... - нерешительно покачала головой её подруга. - Ей боги, Лина, оставь этого человека - счастья с ним тебе не сыскать. Лучше уж Терель, Вагри, Дарз или тот барончик, за которого тебя сватают родители.

- Фи! - скривилось миловидное личико в отвращении. - Кобель, пьяница, трусливое ничтожество и толстяк - на кого не посмотри, красивый маг с жестоким взглядом будет во сто крат лучше любого из них.

- Лина...

А тем временем с отрешённым видом я продолжал слушать этот разговор, заедая стресс хлебом с чем-то вроде варенья. Заклинания воздуха исправно доносили всё сказанное, причём со всего замка разом, и в поисках крупиц ценной информации мне приходилось внимательно слушать. И в том числе становится невольным свидетелем подобных разговоров.

Сперва это смущало - всё же какой бы циничной мразью я не был, чувство такта растерять не успел. Тем более, когда тема касалась романтических переживаний очень, ну просто очень молодых девушек. Причём настолько, что на Земле в приличном обществе они не считались бы совершеннолетними.

Впрочем, желали от меня всякого не только молодые да ранние - вдов после войны осталось достаточно, и многие из них были бы не прочь обзавестись новым мужем. Или любовником, да...

- Спать с аристократкой - хуже, чем с продажной девкой. У последней хоть цена оговаривается заранее, - пробормотал себе под нос, запивая горечь неудовлетворённости крепким отваром трав. Потому что блюсти целибат в окружении такого количества активных и всё меньше чего-либо стесняющихся хищниц было откровенно непросто. Не мальчик ведь уже, причём во всех смыслах.

Так что вскоре, когда количество гостей в замке стало стремительно расти в преддверии торжества, всё увеличивающаяся частота подобных разговоров начала меня искренне раздражать. Но продержался запал недолго - во имя реализации планов контактировать с этим змеиным кублом приходилось всё чаще, от чего сил на какие-либо чувства уже не оставалось. Только и приходилось, что изворачиваться, улыбаться, да пить по вечерам отвары от нервов. А помогали последние, между прочим, не особо.

Поэтому ныне я просто слушал и говорил, говорил и слушал, не растрачиваясь на яркие эмоции. И с нетерпением ждал момента, когда всё это, наконец, закончится.

***

Перед началом речи я обвёл взглядом весь малый зал, где ныне присутствовал Большой совет герцогства - порядка трёх десятков человек разного достатка, веры и происхождения. А во главе здоровенного овального стола из какой-то ценной породы древесины восседал сам наш государь собственной важной персоной.

Немного вид мелкого, впрочем, портили чуть опухшие губы и шальной взгляд, застывший в точке пространства где-то над головой казначея, но на это верные слуги и я в их числе предпочитали не обращать внимание. И даже не от лизоблюдства, а потому, что следы-то относились к делу важному, ни много ни мало, для всей державы!

Благоденствие в правящей семье всегда хорошо сказывалось на стране в целом. А вот сумеют ли свой кусочек пирога урвать многие из ныне здесь присутствующих - это уже частности.

Впрочем, сейчас не об этом.

- И так, господа и дамы, - сказал я и медленно встал. Сидевший по левую руку герцог на это никак не отреагировал, тогда как остальные предпочли замолчать и внимать. Меня это устраивало. - Не считая ряда бытовых мелочей, которые мы, между тем, всё равно рассмотрим чуть позже, - кивком головы заставил замолчать вскинувшегося было казначея - одной из немногих профессионалов, что не боялись возражать нам с мелким в лицо, - у нас остаётся лишь один важный вопрос. Вопрос веры. И того, каким именно обрядом мы будем сочетать узами брака его светлость со своей невестой.

Сразу несколько человек одновременно шевельнулись было высказаться на поднятую тему, однако до воплощения желания в реальность не дошёл никто - все замерли на половине пути, всё же успев в полной мере осознать каверзность вопроса.

Среди северян, огнём и мечом сковавших нынешнее государство, наибольшей популярность пользовались культы Двоединого, Шести спиц Колеса и Хладных предков. Каждый - со своими заморочками, обрядами и, что немаловажно, собственным духовенством. И ряды последних, вот уж так совпало, на наших землях за несколько лет существенно поредели. Виной тому было то, что жрецы нередко сохраняли крепкие связи со своей родиной, в последствии становясь агентами влияния различных королевств. Что меня, естественно, совершенно не устраивало.

В итоге на текущий момент найти представителей этих культов в подходящем сане да заставить совершить свадебный обряд было хотя и возможно, но откровенно непросто. Не говоря уже о политическом аспекте такого решения - местному населению и успевшим с ними ассимилироваться представителям новой аристократии показательный выбор чужой веры вряд ли пришёлся бы по душе.

С другой стороны, у нас имелись религии Междуречья. Выбор богат - почти четыре десятка различных культов, пять из которых когда-то имели наибольшую поддержку на землях, ныне составляющих герцогство. Вот только до завоевания представители этих верований проживали достаточно компактно и практически не смешивались, в чём ныне и состояла проблема. Пусть с тех пор минуло поколение, и былая вражда утихла, оставив лишь тлеющие угли, с географической точки зрения всё же поменялось немногое. Выбирать одних из пяти в таких условиях - значит отдавать предпочтение одному из регионов, что совершенно не понравится всем остальным. От такого и угли могли вспыхнуть вновь, и окрепшее было государство зазмеиться сеткой новых трещин.

Куда ни глянь - всюду недовольные рожи. И не понятно как быть. Причём не видел выхода ни только лишь я, в принципе слабо знакомый с религией этого мира - местные тоже откровенно терялись, и, к сожалению, члены Большого совета не стали исключением.

В какой-то момент обсуждения, когда удалось выпасть из фокуса внимания спорщиков и их слушателей, я бросил взгляд на самого жениха. Быть может, глядя на то, какие сложности вызывает этот вопрос, он всё же передумает и отдаст предпочтение какому-либо культу? Однако меня постигло разочарование - взгляд юноши, как и прежде, выражал лишь скуку с глубоко запрятанными нотками презрения.

"На трон отца меня посадили магия, деньги и обагрённые кровью клинки, а отнюдь не боги" - сказал он когда-то давно, словно губка впитывая моё отношение к разного рода высшим сущностям. И пусть с того момента прошли годы, но мнение его осталось неизменным.

- Что же, - прошептал я на ухо парню, от чего он с любопытством скосил на меня взгляд, - в таком случае придётся мне вновь заняться своим любимым искусством.

- В смысле? - с любопытством уточнил он, подавшись чуть ближе.

- Буду изобретать новую химеру, на этот раз - от мира религиозных обрядов.

В ответ мой собеседник довольно улыбнулся, а в его глазах шевельнулось что-то большое, глубинное и очень опасное. Вероятно, легион чертей с демоном ямы в придачу.

Ну да, ему смешно, а мне - целая гора работы. Перечитать священные тексты, выловить сановников и проконсультироваться с ними, сшить ужа с ежом, приструнить недовольных, внушить правильное понимание ситуации всем остальным... А как бы было всё просто, имейся у местных одна нормальная религия.

Хоть пророком становись, честное слово.

***

Свадьба. Она наступила. И не было на ней человека счастливее меня, чтобы там не щебетали о мандражирующих виновниках торжества - пара испытывала что угодно, но уж точно не всепоглощающее счастье. Причём обоснованно - ведь для них наступил поворотный момент, после которого начнётся долгое и муторное построение "жили долго и счастливо" сперва на двоих, а после - с неизбежным расширением состава. Молодые, не будь дураками, прекрасно осознавали грядущие тяготы... К которым обоих так-то готовили всю сознательную жизнь.

Словом, ничего серьёзного - просто нервничающие подростки и только.

Однако что для одних - повод к волнению, то для других - повод к действиям. Ведь сняв ярмо празднества со своей шеи, я получу не только возможность вплотную заняться остальными задачами, работу над которыми пришлось ранее прервать, но и несколько козырных карт, коими смогу на корню срубать посягательства всяких нехороших личностей на самое ценное, что у меня осталось - невеликое числом, но от того лишь ещё более ценное свободное время.

Многочисленные придворные могли дёргать за усы феодала, первого советника и придворного мага, но целителя, занятого наблюдением за здоровьем молодой четы в ожидании наследника, трогать не посмеют. Ни дамы, с коими мне через силу приходилось налаживать добрые отношения, ни уж тем более просители мужского пола, иметь диалоги свыше необходимого минимума с которыми совершенно не хотелось.

Так что внутри я пел, словно Диснеевская принцесса, разве что без компании диких животных. Лишь в отдалении изредка мелькали птички, да и то - трёхглазые, ехидные и чуть ли не в тактических перекатах, чтобы не попадаться на глаза лишний раз.

От промелькнувших ассоциаций с шутками из прошлой жизни стало ещё веселее. Хорошо, что оперение мои пернатые слуги носили чёрное, а не синее, иначе получилась бы слишком уж жалкая пародия.

За такими мыслями я и коротал время, пока гости постепенно пребывали на площадь. В первые ряды, к вынесенным поближе к сцене сидячим местам, вели важных персон - старую и новую аристократию, офицеров армии и дружественных наёмных компаний, чиновников, советников, богатых купцов, представителей гильдий и городов... Словом, много кого - треть территории временно освобождённой рыночной площади была сплошь уставлена стульями и скамьями.

Не забыли мы и простом народе - мелкие деньги, простая сытная пища и слабый алкоголь уже захлёстывали улицы волной хорошего настроения, выплёскиваясь на ярмарку за городом, где ныне веселили людей приглашенные труппы скоморохов. Но не только бродячие артисты поспешили проникнуть на праздник жизни за звонкой монетой - то и дело над крышами мелькали пламенные всполохи ярких представлений факиров, а среди улиц разносились немудрёные песни, то и дело заглушаемые завываниями самых разнообразных животных. И подобное можно было увидеть не только здесь - остальные крупные поселения герцогства тоже гуляли, пусть и несколько поскромнее.

Впрочем, по мне так все развлечения были откровенно неказисты. Однако людям нравилось, и этого было достаточно. Тем более, что обошлось всё в куда меньшую сумму, чем можно было оценить на первый взгляд - богатые урожаи последних лет, наплыв беженцев из восточной Вольницы и политика протекционизма при контроле торговых путей позволили собирать баснословные денежные суммы, играя на разнице между спросом и предложением. В том не было ничего сложного - оплошать со всеми картами на руках мог только полный кретин - и на какое-то время герцогство стало своеобразным насосом, принявшимся выкачивать ресурсы едва ли не из половины государств в регионе. Брали всем - людьми, технологиями, золотом, товарами... А среди последних был в том числе и алкоголь.

Куча бочек спиртосодержащих напитков, обилие пищи и праздник, на котором можно было бы с пользой потратить все эти неуклонно портящиеся продукты. Решение оказалось очевидным, цена - небольшой, а эффект - судя по всему, уже превысил самые смелые ожидания. Впрочем, последнее не удивляло - это десятилетие выдалось крайне насыщенным для жителей наших земель, причём отнюдь не в хорошем смысле. А простолюдинов северяне баловать не привыкли, самим бы нажраться да на турнирах повеселиться. Так что по-простецки пышная свадьба на таком фоне воспринималась очень даже положительно.

Иногда даже слишком...

...- Ваше мажество, - на мгновение склонил голову покрасневший сотник, после чего затараторил, утирая потный лоб куском ткани: - Толпа по Кузнецкой пошла - поздравить, дескать, хотели. Были навеселе, однако разумение имели - как остановили да разъяснили, что нападений вражьих опасаемся, так людишки-то и далече идти не стали.

- Успокоились?

- Нет, - помотал он головой, а во взгляде мужчины читалось волнение с нотками обречённого смирения. - Ещё выпили, да инструмент кузнечный похватали - сказали, что ежели кто рискнёт на его светлость руку поднять, то тех в отвалах и утопят.

- Ну, пошли, - ухмыльнулся я вставая со стула. - Объясним, что мы уж как-нибудь сами справимся. Пусть за молодых веселятся да пьют, но не бузят - не стоит огорчать светлый день нашего благодетеля...

...Всякие ситуация бывали, в общем. Вроде бы к этому часу люд успел подуспокоиться, однако ухо всё ещё следовало держать востро - концентрация важных людей на квадратный метр уже превысила самые соблазнительные величины. И пусть я не слышал ни о каких профессиональных террористах или им подобных личностях, однако и утверждать об их отсутствии в этом мире было преждевременно.

Преждевременно хотя бы потому, что о похожих методах писали ещё в древнеримских трактатах. И после тоже неоднократно встречалось в истории. То есть это совсем не новодел, а овеянная славой и временем старина, до которой, очевидно, скорее всего додумались и здесь. Ведь в том, чтобы резать важных людей у всех на виду не было ничего сложного.

Однако время неспешно ползло вперёд, площадь неумолимо наполнялась, а инциденты хоть и продолжали случаться, но не те и не там, чтобы действительно начинать опасаться спланированного нападения. Было не тихо, отнюдь не тихо - шумели гости церемонии, гудел праздником сам город, но довольно спокойно - никто не смел устраивать сцен. То ли из уважения к тем, кто принёс на эти земли мир и благоденствие, то ли из страха перед моим обещанием пустить на фарш всех, кто только попробует помешать торжеству.

Наконец, из арендованной нами таверны прямо на площадь вышли виновники мероприятия - две куклы в пышных разноцветных нарядах, обвешанных драгоценными камнями и жемчугом. С моей точки зрения, оба выглядели крайне забавно, словно обряженные в шторы кочаны капусты - ярко, вызывающе и до нелепости глупо. Однако нынешняя мода и традиции утверждали, что подобное - лучший показатель статуса и благополучия, так что пришлось мириться с несовершенством этого безвкусного мира.

Зорко оглядев степенно шествующую пару, чьи застывшие взгляды явно показывали истинные эмоции от всего происходящего, я вернулся к осмотру гостей. Стоя за портьерами в тени сцены заниматься этим было очень удобно - мой силуэт в тёмных одеяниях в обрамлении теней становился едва различим даже для тех, кто точно знал о месте моего присутствия. В то время как я видел всех, отчётливо различия малейшие детали людской мимики в мягких утренних лучах.

- Мне кажется, или дом Ревенти не слишком довольны? - чуть склонившись ко мне, прошептал помощник - один из доверенных теней, что подражая патрону, напялил столь же тёмные одежды. Только в отличие от меня парень не имел множества телесных модификаций, от чего уже начинал обливаться потом вслед за стражами, охранявшими площадь и помост для проведения церемонии.

Переведя взгляд на представителей искомого дома, я внимательно осмотрел хмурых людей и легко ухмыльнулся.

- Действительно, - скосив взгляд, благодарно кивнул зоркому юноше.

Один из десятков малых домов, переживших восшествие герцога на престол и мои чистки. Не потому что были лояльны, отнюдь, но благодаря хитрости затаившегося зверя. Иначе говоря - объявили о собственном нейтралитете и следовали оному неукоснительно. А потом, стоило грозовым тучам миновать, крысы выползли из своих нор и попытались урвать своё...

Тщетно.

И вот теперь Ревенти, потерявшие последние крупицы своего влияния, но не капиталы, прибыли на свадьбу своего нового сюзерена. И теперь кончили недовольные рожи потому, что...

А почему, кстати? Не могли же они ожидать благодарности за свой выбор в войне, верно? Или же действительно верили, что кто-то им позволит сохранить позиции при дворе, таким образом взращивая у себя на груди очередную змею, преследующую лишь свои корыстные интересы? Тогда, если эти люди в самом деле столь непонятливы, то пора было напомнить им о том, что в приличном обществе отказ следованию пунктам феодального договора означает измену сюзерену. А за такое, как известно, казнят. Причём по-плебейски, с позором, через повешенье.

Поганая смерть. Быть может, пропахшие кровью и рвотой верёвки уже давным-давно ожидали именно этих гостей.

Или же причина их недовольства в чём-то ином?

Под ногами что-то гулко стукнулось об дощатый пол. Скосив взгляд вниз, ловлю тусклый белоснежный отблеск на тёплом дубовом фоне.

Игральная кость. Нет смысла спрашивать, какая именно - с определённого момента жизни рядом со мной может присутствовать лишь одна такая. Конкурентов артефакт совершенно не приемлет.

Покорно опустившись на корточки, подобрал мистический предмет и вгляделся в рисунок на пророчащей грани...

Знакомая пара у выносного алтаря. Мирная идиллия, пасторальный пейзаж на фоне - ни взрывов, ни пламенных лучей с неба, ни терактов с восстаниями. Только лишь мир, спокойствие и тёплый безопасный денёк.

Это обнадёживало. Но подозрения полностью не снимало, конечно - артефакт мог ошибаться, учитывая лишь общую канву моих действий без всяких нюансов. Однако, поскольку ничего экстраординарного сегодня совершать я не планировал, то предсказанному, вероятно, можно было верить.

Да будет так.

Поэтому, выкинув из головы произошедшее только что, я вернулся к прошлой теме - к недовольным.

Естественно, о таких было известно и ранее. Велась слежка, искался компромат, отслеживались денежные потоки. Не раз и не два такие дома давились при первых же признаках нелояльности, от чего казалось, что призрак моих чисток никогда по-настоящему не покидал пределов герцогства.

Впрочем, кое-кому мы всё же позволяли шалить - людям ведь нужно выпускать пар, иначе под давлением они имеют свойство портиться. Другое дело, что бузить разрешались лишь в чётко очерченных границах - слова никогда не должны были переходить в действия, иначе следовала неизбежная кара. Не всегда смерть, далеко не всегда, но нередко во имя успокоения приходилось вырывать зверям клыки и когти - отнимать земли и вассалов, конфисковывать инвестиции и капиталы, ловить и судить прикормленных представителей околокриминального мира. Вину последних, впрочем, не всегда можно было доказать наглядно, как и далеко не всегда она в принципе существовала, однако в текущую эпоху аборигены с этим особо не заморачивались. Не благородных ведь на эшафот отправляли, а значит - был бы человек, да статья найдётся.

Элита быстро училась. Умные и понятливые, а другие просто не выжили в чистке, постепенно теряли веру в то, что когда-нибудь герцогство сможет вернуться в эпоху феодального раздолья. Представители старых родов уже не кривили губы, а лишь глядели голодными шакалами, пока нувориши смело занимали новые вакансии административной и военной направленности. То и дело старые хищники нет-нет, да ступали на порочный путь служения, понимая, что жажда хорошей жизни всё же сильнее пустой гордости.

Котёл социума одного отдельно взятого государства продолжал бурлить, разбрызгивая вокруг то безобидную пену, то горячие капли недовольных. Причём последним на самом деле не были рады нигде - слишком уж чужды оказались захватчики-северяне для местных, даром что несколько десятилетий бок о бок прожили. И прошедшие события ситуацию отнюдь не улучшили - завоеватели и раньше не желали лишний раз контактировать с плебеями, а уж после войны и последовавшего за ней периода расплаты по счетам, когда на стороне молодого герцога оказалось удивительно большое количество местных, любого вольника и вовсе воспринимали в штыки.

И теперь все они, - вассалы и слуги, предатели и верные лоялисты, коренные вольники и пришлые северяне, породистые благородные и жадные до благ выскочки, маги и простецы, жители герцогства, соседи и гости из дальних краёв, недовольные молодые аристократки и взирающие на всё с доброй иронией матроны, - все эти люди здесь, пришли взглянуть на историческое событие, значение которого трудно переоценить. Пришли взглянуть на пополнение правящего дома, засвидетельствовать своё почтение, а может и запомниться влиятельным людям. А там, чем чёрт не шутит, можно и себе местечко при новой герцогине найти, и чадо своё к будущим княжичам приставить.

Ничего крамольного в таких планах не было. Но вот с какими целями оные реализовывались - это уже куда более грязная тема, из-за которой ныне я и вынужден в деталях рассматривать целую толпу всякого разного люда.

В какой-то момент помощник осторожно дотронулся до моей руки, что стало сигналом - мне пришлось выйти на сцену прямо к паре, по дороге подхватив внушительный фолиант. Книга была демонстративно большой и богато украшенной, чтобы сверкая под лучами утреннего солнца, создавать нужное впечатление у толпы. Впрочем, на предмет в моих руках обратили внимание далеко не сразу - по всей видимости, всех ввела в шоковое состояние личность того, кто будет сочетать браком благородную пару.

Нет, ну а кому это было доверять-то? Сановнику одного из восьми культов, из которых мы постарались надёргать как можно больше не противоречащих друг другу элементов? Или старшему родственнику жениха, всех из которых мы в гробах видали? То-то и оно, что иного выбора не было.

Да и чего тут прибедняться - мне тоже было приятно. Возможность выступать в роли одновременно и наставника, и старшего, и духовного учителя герцога - это великое доверие со стороны парня. Так что уговаривать меня не пришлось.

Вскоре я достиг положенного места, поднялся на небольшую ступеньку, заклинанием подключился к сети расставленных по всему городу артефактов и принялся зачитывать совершенно чудовищную по своему смыслу молитву, призванную обратится к высшим силам сразу всех культов.

За сей Опус Магнум наших многодневных страданий меня уже грозились удавить, зарезать, четвертовать и изнасиловать. Не знаю, правда, кто и в какой последовательности всё это собирался совершать. Однако в целом народ, на котором я тестировал этот образчик эпистолярного жанра говорил, что: "Текст, конечно, богохульный, но ты - маг, и тебе можно". Так что кому, как не мне, безопасно озвучивать это в прямом эфире?

Тем временем взгляды гостей, блуждающие меж виновниками торжества и моей скромной персоной, отнюдь не полнились безразличием. В них хватало эмоций, живости, выражений - чего угодно, кроме привычной многим пустоты. Впрочем, спектр испытываемых толпой чувств также отличался разнообразием, начиная лютой ненавистью и жаждой мести и заканчивая искренним довольством, жалостью и даже дурманом влюблённости.

Когда-то одна мысль о том, чтобы стать объектом концентрации стольких сильных эмоций, могла перевести в трепет. Однако теперь мой ответный взгляд, полный равнодушного холода, заставлял толпу ёжится и отводить взор. Все они чувствовали, что находятся в опасной близости от существа, способного во мгновение ока ополовинить их число.

Но в конце концов завершился и этот этап праздника, причём на привнесённом уже из родных для меня традиции дополнении:

- А теперь, - заговорщики протянул я, когда положенные клятвы отзвучали и были зафиксированы перед богами. - Вы, ваша светлость, можете, наконец, поцеловать невесту!

Коротко хохотнув на мой демарш, парень уверено развернул к себе личико залившийся краской дамы и проделал то, в чём, судя по моим сведениям, на пару с оной же он с удовольствием тренировался все последние недели.

Подсадные что среди гостей, что в толпе позади них прокричали должное "Поздравляем!", с небольшой задержкой подхваченное всеми остальными. А у меня, не иначе как от неудачно попавшего в глаза солнечного зайчика, отражённого от золотого плетения книги, внезапно увлажнились глаза.

Эх, как же быстро вырос этот пухлощёкий пацан...

Глава 35 - Кровь, что не пролилась

- С добрым, очень добрым утром, мои птички! - преувеличенно бодрым шагом я миновал массивную дверь, просочившись в прекрасно знакомые апартаменты. За день, что меня здесь не было, в них успело произойти лишь одно изменение. Зато какое!

- Наставник? - слабым голосом донеслось откуда-то из недр любовного гнёздышка, свитого из одеял и подушек. Несколькими мгновениями спустя юноше вторил тихий женский писк понятного происхождения.

- Можешь не продолжать - и так знаю, как ты меня любишь, - ухмыльнувшись, демонстративно отвернулся к прикрытому шторой окну. И поняв, что такой непорядок терпеть нельзя, отодвинул кусок ткани, пропуская в комнату чистый солнечный свет. - Честно, я человек понимающий и ждал долго. Очень долго! Но день уже близится к закату, а вы до сих пор не соизволили покинуть нагретое местечко.

- А-ы, - в этом звуке, что выдавил из себя герцог, смешалось столько многое, что даже мне стало совестно. Пусть и продлилось это состояние не дольше мгновения.

- Эх! - печально выдохнул, стараясь не обращать внимание на отчётливо недовольное девичье сопение. - Давай, вспоминай, о чём мы договаривались. О чём мне пришлось тебе неоднократно напоминать, однако, как видно, безрезультатно. Ну же! Вспоминай!

Ответом мне стало потерянное молчание, увы.

- Понятно. Что же, раз не получается тактично, скажу как есть - можете трахаться сколько угодно, но только после того, как я проверю здоровье невесты и вылечу все её болячки.

На этот раз от здоровенной кровати с балдахином не донеслось ни звука. Исчезли и старые подтверждения жизни, будто спрятавшиеся в норке грызуны окончательно замерли под взглядом матёрого хищника.

Хотя почему "как будто"?

Тем временем я продолжил:

- Потому что беременные женщины, напоминаю, это сущий кошмар из бушующих гормонов, перестраивающих организм для вынашивания, рождения и вскармливания ребёнка. Этот сложный, длительный и малоизученный процесс, что может сломаться в любой момент по какой угодно причине, очень желательно контролировать. Во избежание. А для того, чтобы я смог это делать, следует не только ознакомиться с организмом матери заранее, но и вывести его в оптимальное состояние, чтобы не рисковать её и малыша здоровьем на мелочах.

И заканчивая импровизированную лекцию, я поспешил сделать акцент на самом важном, чтобы даже двое практически не спавших эту ночь голубков спросонья смогли отложить что-нибудь в своих светлых головках:

- Подготовка важна всегда, а уж в таком деле - особенно! Так что ещё немного помилуйтесь, вставайте, кушайте и дружно дуйте ко мне в башню - будем работать. Всё, более не задерживаю, - с этими словами я и просочился обратно в коридор, плотно закрыв дверь.

Всё, дело сделано. А то слуги поднять не смели, понимаете ли. Вот забеременей герцогиня - посмотрим, как с задницей в мыле забегали бы все вокруг. Особенно, собственно, главный виновник такого состояния девушки. Это непременно было бы славным зрелищем... Однако не чувствую я в себе уверенности достаточной, чтобы влезать в организм незнакомого человека в столь специфическом состоянии своими культяпками. Так что лучше озаботиться проблемами заранее, чтобы потом лишний раз не рисковать.

Конечно, парочка всё равно встала бы рано или поздно. Но чем больше времени они проведут вместе сейчас, до лечения, тем больше будет вероятность развития неприятного сценария. Организмы ведь молодые, а значит - на максимуме фертильности.

Так что никакого продолжения банкета похоти, пока не появится уверенность в безопасности последствий сего мероприятия.

***

- Ну-ну, не надо так кукситься! Знаете ведь, что это для вашего же блага, - два воробушка, несмотря на приличный внешний вид создававших впечатление некой взъерошенной осоловелости, прибыли ко мне уже вскорости.

- Знаем, - подтвердил юноша в ответ на появившийся после моих слов сложный взгляд своей супруги.

Парень доверял мне - мы вместе прошли через слишком многое, став друг для друга практически семьёй. Однако девушки эта близость не касалась - чужой маг с пугающей репутацией, судя по невербальным реакциям, виделся ей существом закономерно подозрительным, даже если оный являлся другом и наставник мужа. На которого, между тем, она тоже сейчас едва ли могла полагаться, зная стоящего рядом парня от силы пару лет, большую часть из которых общение поддерживалось исключительно в письменной форме.

Словом, девушка нервничала. И было от чего - по-хорошему ни один нормальный человек не захочет лечь на операционный стол химеролога. Это словно заглядывать в пасть крокодила, надеясь, что этот конкретный хищник не сомкнёт челюсти. Со всех сторон сомнительное решение, даже если стоящий рядом малознакомый персонаж говорит что-то вроде: "Не бойся, Барсик тебя не укусит".

Я буквально видел по лицу красавицы, как в её разуме проносился поток матерных мыслей, в красках описывающих и нас, и наших родичей, и текущее положение вещей, и даже краем затрагивающий философскую тему смысла жизни. Однако она всё же стерпела гневные порывы, предпочтя сосредоточиться на каком-то дыхательном упражнении.

И правильно. А то ведь могла вспылить, и как боевой маг - сломать мне что-нибудь в лаборатории. Вряд ли смогла бы ранить, всё же несмотря на малую разницу в возрасте, опыта и изобретательности по части заклинаний у меня поболее будет. Но всё равно неприятно.

- А я ведь предлагал сделать всё перед свадьбой! - насмешливо проворчал, разворачиваясь к гостям спиной. - Могли бы сегодня и дальше в постельке лежать, однако теперь будете расплачиваться за стеснительность!

Ну, и здоровую долю паранойи, но это уже детали. Всё же девочка молодец, правильно поступила - если раньше я чисто теоретически мог сотворить с ней всё что угодно, причём практически без последствий, то не теперь, не с полноправной герцогиней. Защита правящего дома обязывала реагировать на любые подобные эксцессы, даже не будь на то желания самого герцога. Иначе бездействие ляжет таким пятном на потомков, что найти супруга за границей будет немалым достижением.

В общем, здоровая паранойя - это хорошо. Особенно для мага. И вдвойне особенно верно это для будущей матери кучи мелких колдунов, за жизни которых дадут хорошую цену просто по причине социального положения детишек.

- Так, пациентка, где вы там? - обернувшись на несколько мгновений, я обвёл пару недовольным взглядом. - Ложитесь, здесь нечего боятся - всего лишь злой страшный монстродел просит вас расположиться на этом мягком, удобном операционном столе. Так чего тут можно опасаться-то?

И девушка всё же послушалась меня, то ли поведясь на уловку, то ли понимая, что от неё всё равно не отстанут. Мне было всё равно - изучить, как работает эта очаровательная головка я ещё успею, тогда как результат был важен уже сейчас.

Так что, дождавшись занятия дамой своего места на перине, я приступил к делу...

...- Хорошо, - пробормотал, продолжая задумчиво глядеть на небеса, видневшиеся в приоткрытом окне.

С организмом герцогини все было действительно хорошо - крепкое, здоровое, закалённое магией и жизнью в горах гармонично развитое тело с упором на выносливость и малым числом болячек. Причём к последним относились в основном неудачно зажившие травмы, кое-какие паразиты, проблемы с кожей и то, что в терапевтической среде обозначается ёмким "вариант нормы". То есть когда проблема вроде бы существует, но влияет на жизнь столь незначительно, что, как и ко многому другому, человек просто привыкает к новой норме и перестаёт обращать на неё внимание.

Естественно, оставлять в организме девушки хоть какие-то подобные изъяны я не собирался. Так что, погрузив занервничавшую даму в сон алхимией и подкрепив эффект профильным заклинанием, принялся лечить.

- Будешь участвовать? - на мгновение обернувшись, я нашёл взглядом парня, нынче обретавшегося у моего письменного стола. На что он тут же развернулся и молча кивнул в ответ.

- Отлично, поскольку сейчас мне понадобиться твоя помощь - девушку нужно раздеть, чтобы воздействовать алхимией.

- Она спит? - помолчав несколько секунд, по-видимому, дожидаясь реакции пациентки и все же не получив оной, спросил юноша.

- Очевидно, - ухмыльнулся в ответ.

- Ладно, - пожал он плечами. - Но если будет спрашивать - этого не было.

- Как знаешь, - повторил реакцию собеседника.

Не хочет - как хочет. Хотя ничего предосудительного в этом я не вижу - даже в нынешние времена у северян благородные дамы могут оголяться перед целителями, пусть и в присутствии служанок, матерей или фрейлин.

Быть может, магичка просто очень стеснительна?

Выбросив лишние мысли из головы, я шагнул к аптекарскому шкафу, чтобы всего мгновением спустя загреметь крошечными керамическими баночками. К сожалению, стеклодувы, которых на землях Вольницы было не слишком много, любили задирать цену на нестандартные заказы. А учитывая закрытость их общества проникнуть в среду ремесленников мне удалось лишь недавно, так что обзавестись собственным производством пока не вышло. Но когда-нибудь обязательно получится - недовольные подмастерья рано или поздно найдутся, и их смачивание станет лишь вопросом времени и денег.

А пока приходится использовать керамические флакончики. Подписанные, тщательно упакованные и запасные воском. Кроме того, предварительно продезинфицированные мылом, алкоголем и горячим паром, как и сами ингредиенты.

Качество моих зелий неуклонно росло, в отличие от их разнообразия, к сожалению. Не имея доступа к уже существующим запасам информации по этой теме, приходилось экспериментировать буквально во всём - и в составе, и в рецептуре, и в методах с инструментарием. И пусть изымать частички ценных сведений из своей памяти с каждым годом становилось все тяжелее, однако у меня оставалось главное - общее понимание направления, в котором двигалась наука на Земле. Так что прогресс хотя и был временами небыстрым, однако никогда не останавливался.

И результаты оного нынче находились здесь, в шкафу у ложа со спящей девушкой. Оставалось лишь вынуть нужные составы, подготовить их к применению и использовать по назначению. Сдобрив при этом щепоткой особенной магии химерологов, что нередко величают себя скульпторами кости и плоти.

А дальше для меня всё слилось в привычный рабочий поток размышлений и действий, особенный лишь фактом того, что на этот раз с образцом на столе требовалось действовать предельно осторожно. Благо ошибиться я не боялся, поскольку успел отработать составы и методики гораздо раньше, ещё во времена использования материала криминального происхождения.

Ещё перед тем, как начал активно модифицировать самого себя.

Разве может изменение другого человека сравниться в своей сложности с тем, когда проводишь операцию на самом себе практически без обезболивающего? Отнюдь. За те недели, месяцы, годы, что длился и продолжает длиться этот процесс биологического самосовершенствования, я успел познать богатую палитру разнообразнейших неприятных ощущений, а в особенности - боли. Однако после всего пережитого, после войны и прочих опасных для жизни моментов в прошлом, такая преграда, как банальная боль, для меня уже слабо котировалась.

Я не полюбил страдания, не приобрёл и мазохистских наклонностей. Однако как-то так сложилось, что удовольствие от улучшения своего тела стало преобладать над любыми неудобствами на пути к достижению цели. Посему не удивительно, что не успел я оглянуться, как мимоходом приобрёл богатый букет всевозможных модификаций.

Началось всё, конечно, с волшебного инвентаря, потребовавшего обновления после роста организма и, в частности, костей оного. Продолжилось же - лечением старых болячек, армированием внешних костей и связок, несколькими новыми химеральными железами и органами восприятия, проращиванием участков подкожного хитинового панциря, а также лёгкой шлифовкой кожного покрова и подкожного слоя жировых тканей - манипуляции с волосяными луковицами, порами, железами секреции и лимфатической системой позволили буквально слепить себе тело мечты, что дало возможность забыть о ряде крайне неприятных для меня, как землянина, особенностях жизни в эпохе Средневековья.

На самом деле, ничего кардинально в своём теле я не менял - произведённые модификации в основе своей оставались довольно незначительны, пусть и могли затрагивать внушительную часть организма. При армировании, например, я не затрагивал участки костного роста и костный мозг, не рискуя вероятными последствиями. Та же логика касалась и остальных улучшений: новые железы либо производили полезные в определённых ситуациях вещества, либо позволяли влиять на гормональный баланс в некотором диапазоне, что полезно само по себе, но не более того; изменение органов восприятия коснулось в основном области оптимизации уже существующего набора, а не расширения границ - мне не нужны были перманентные галлюциногенные приключения с риском съезда и без того протекающей крыши; подкожная хитиновая броня и вовсе имела крайне ограниченную площадь, прикрывая в основном малоподвижные и уязвимые участки тела. С кожей и прочим связанными с ней, в свою очередь, вышло и того проще - сделать себя "красивым", а также убрать лишние складки и волосы - об этом хоть раз в жизни мечтал любой. Только вот если на Земле для большинства это оставалось лишь пусть и крайне заманчивой, но всё-таки блажью, то вот в мире без канализации, нормального отопления и врачей подобное становится уже просто насущной необходимостью.

Естественно, всё вышеперечисленное в одну маленькую девушку просто не поместится хотя бы по причине несогласия оной на курс модификаций в исполнении обонятельного химеролога. Так что из всего многообразия уже отработанных пунктов меню, в отношении неё будет применен лишь первый, то есть - лечение. Которое, между тем, тоже не выдастся лёгкой прогулкой по пляжу - проблем, пусть и не критичных для здоровья, у магини хватало, причём даже несмотря на текущую в её жилах магию. А работать я предпочитал на совесть - для мелкого же делаю, а для него ничего не жалко.

Впрочем, довести её тело до идеального состояния всё же не выйдет - мы уже обговаривали допустимый уровень вмешательства в организм девушки, и хирургия была признана нежелательной по крайней мере на данный момент. А без оной, одними только волшебством и алхимией, всё исправить просто невозможно. Те же кисты щитовидной железы, к примеру, без пункции не убрать никак - воздействовать на означенный орган чем-то, кроме инертных материалов, опасно ввиду непредсказуемости последствий. Так что придётся проявить чудеса изобретательности, сильно ограничивая себя при этом, чтобы после сегодняшних процедур дама заимела отменное здоровье, не потеряв и капли крови при этом.

Будет непросто...

...- Всё, - с облегчением выдохнув и разогнувшись, я потянулся, после чего кинул хитрый взгляд на парня. - Относи свою зазнобу в кроватку, успокаивай и отвлекай строганием детишек.

- Не уверен, что в ближайшие дни смогу посмотреть на неё... так, - отведя взгляд, виновато пробормотал юноша.

- Тю, какие мы чувствительные, однако, - улыбнулся, принявшись убирать инструменты и отработанный материал. - Как людей жгли - так привык, а теперь брезгливость проснулась?

В ответ герцог обиженно нахмурился и встал в позу, скрестив руки на груди.

- Не сравнивай! Там жгли, а после зверьё на костре жарили - привыкнуть было не сложно. А тут - сам видел и участвовал. Воспоминания...

- Какие? Как твоя жена была прекрасна, а стала ещё краше? - перебив парня, резким броском не глядя отправил испорченный кусок материи в мусорную корзину у стола. Её содержимое регулярно сжигается, а кровью всё же не следует разбрасываться где ни попадя. - Или ты в принципе её впервые при свете дня увидел?

Лёгкий румянец на его щеках стал мне наглядным ответом.

- Серьёзно? - насмешливо улыбнулся. - Так этому радоваться нужно, а не печалиться! Понимаю, воображение всегда краше, но поверь мне, твоя дорогая герцогиня поистине прекрасна. А у меня богатый опыт, есть с чем сравнивать.

Девочка была красива даже по меркам Земли, где хорошо накрашенные барышни в правильной обёртке нередко могли посоперничать с топ-моделями. А тут - спросонья после бурной ночи, без косметики и под немалым стрессом. И всё равно голубоглазая пламенноволосая красавица, одним лишь своим внешним видом пленившая сердца горожан на свадьбе, оставалась диво как хороша. Да так, что аристократия, судя по всему, наконец-то не только приняла выбор сюзерена, но и поняла причины оного. А кое-кто, вспоминая замеченные взгляды, даже соизволил мысленно поддержать герцога как мужчина мужчину.

Ни что так не объединяет средневековых мужиков, как пиры, войны и женщины. Причём, чтобы заслужить уважение большинства, необходимо показать свое превосходство по всем трём категориям, что у нынешнего правителя уже получилось, даже несмотря на малый возраст. Разве что бухать ещё в должных количествах физически не способен, ну так какие его годы. Поставим хорошую печень, зальём алхимией - и будет чистый спирт пить, словно воду.

А тут, понимаете ли, ножичком немного поработали - и смотреть не может, чучело огородное.

- Страшно представить, что будет после родов, - прекратив улыбаться, я со всей серьёзностью заглянул к нему в глаза. - Ты же видел, как это бывает. Что, не сможешь к ней и ребёнку своему притронуться?

- Смогу, - нахмурившись пуще прежнего бросил парень, после чего перевёл удивительно нежный взгляд на жену и добавил: - Дело не в брезгливости, отнюдь не в ней. Просто после всего этого... - повёл он рукой вдоль стола. - И того, что было в постели... Я следовал твоим советам, но ей всё равно было больно. И только сегодня увидел, сколь обширны следы крови на нашем ложе.

- Много? - уточнил с некоторым волнением, в замешательстве переведя взгляд на деву... женщину. Никаких проблем по этой теме у неё ранее не зафиксировал, но мало ли.

- Смотря с чем сравнивать, - невесело ухмыльнулся юноша в ответ. - Однако лицезреть это всё равно было неприятно. Я бы не хотел причинять ей боль, и не важно, каким именно образом - в постели ли, или простыми прикосновениями.

Взгляд его стал столь красноречивым, что завершать мысль не пришлось - и так было понятно, что припомнив собственные операции, парень теперь искренне опасался причинить неудобства супруге из-за временно возросшей чувствительности кожи оной. Не считая к тому же и прочих сопутствующих неудобств - фантомные боли и симптомы отравления алхимией могли преследовать человека ещё несколько дней к ряду, портя жизнь нестабильным стулом, упадком сил и скачками артериального давления. Для молодой девушки это действительно могло стать непростым испытанием.

- Каким заботливым ты можешь быть, оказывается, - улыбнувшись, я с удовольствием пару раз хлопнул его по плечу. - Только вот твоих благородных порывов она может не оценить.

И под конец фразы я загадочно ухмыльнулся. Да так, что уже собравшийся возразить парень тут же передумал, подозрительно обведя взглядом мою ехидную физиономию.

- Каких именно порывов? - с ноткой недоверия произнёс он, всё же решив уточнить.

- А вот это, мой дорогой ученик, действительно хороший вопрос, - моя улыбка наверняка приобрела меланхолические нотки. - Но ты в любом случае не зарекайся ни от чего, по чистоте душевной советую.

- Не понимаю, - нахмурился юноша.

- Поздравляю с женитьбой, - только и оставалось многозначительно ответить мне.

***

Проспала девушка недолго и, по всей видимости, спеша войти в роль герцогини, закатила новоприобретенному мужу настоящий скандал. Маленький и тихий, - благо получила должное воспитание, пусть и со спецификой клана чародеев, - однако тем не менее довольно опасный. Причём опасный буквально - девушка, а женщиной воспринимать её мне все ещё было трудно, оставалась не только тренированным бойцом, что при условиях жизни в горной глуши - условие обязательное, но и, собственно, боевой волшебницей. Так что её муж реально рисковал своей жизнью, оставаясь с разъярённой фурией один на один в постели.

Впрочем, после непродолжительных криков в сопровождении какого-то шума... крики продолжились, но сменили окрас и тональность.

- Предупреждал ведь - не зарекайся, - тихо хмыкнув себе под нос, я поспешил покинуть предавшихся пороку пташек. - А ведь секс, как известно, довольно хороший анестетик. Так что крепись, парень - ближайшие дни будешь отрабатывать нашу вину, мнимую и реальную, по полной.

Мой же путь лежал в тронный чертог - праздник продолжался и будет идти ещё как минимум неделю, а свору благородных алкашей кому-то нужно контролировать. И хотя по-хорошему этим следовало заняться именно молодожёнам, но за неимением прочих старших родичей, незавидная роль могла быть возложена и на меня. И я даже милостиво согласился принести эту жертву - всё равно собирался отслеживать настроения бомонда, так почему бы и не сыграть от более активной позиции?

А вскоре, погрузившись в водоворот, состоявший из тостов, разговоров и тонких обменов взглядами, я даже с некоторым удивлением осознал, что желаю умертвить окружающих несколько меньше обычного. По всей видимости, столь благостным образом сказывалась практика по специальности, произведённая немногим ранее - хорошие результаты работы, как и творчество, всегда успокаивало меня.

Впрочем, узнай люди вокруг, чем я занимался всего несколькими часами ранее... Это было бы забавно.

- Ах ты-ы!.. - чей-то изрядно хрипящий голос преодолел пелену гомона, царящую в помещении. - Да я тебя сейчас!..

Обратив внимание на дальние столы, я смог с улыбкой пронаблюдать, как начавшаяся было драка с элементами поножовщины оказалась практически мгновенно прекращена подоспевшими гвардейцами. Несколько мощных тычков ножнами, хук с правой - и под смешанный ропот окружающих возмутители спокойствия занимают места на полу.

- По какому праву?! - рявкает в лицо воину пиратский барон, тщетно ища рукой ныне отсутствующую оружейную перевязь.

Рядом стоящий олигарх, родом из торгового города далеко на юге, кривится в отвращении, одним лишь взглядом давая понять открывшему рот островитянину своё мнение об умственных способностях головореза. Однако вскоре из числа собравшихся выступают ещё несколько феодалов из местных и гостей, и вопрос поднимается в воздух с новой силой.

- Приказ Первого советника, - поняв, что отвечать всё же придётся, с тотальным безразличием произносит гвардеец. - Никакой крови на празднике в честь новой, грядущей жизни. Если же кто-то не согласен с сим решением, то мэтр согласен забрать недовольного до конца торжества в свою башню. Мне передать ваши пожелания?

- Нет, - упавший на несколько тонов голос пирата удалось услышать исключительно благодаря заклинанию. - Право, не стоит. Действительно, от веселья и яств я уж как-то запамятовал, зачем мы здесь сегодня собрались.

Кивнув людям на прощание, воин в компании коллег вернулись на свои места в нишах вдоль стен. И на этом вопрос оказался исчерпан. А ведь мог закончиться большой кровью, если судить по предсказанию артефактной игральной кости. Конечно, не то чтобы это в серьёз на что-то повлияло - несколько смертей на праздниках в нынешнюю эпоху в порядке вещей, и мало запомнились бы участникам. Однако я всё равно предпочёл избежать лишних проблем, что, безусловно, должны были неизбежно появится после гибели знатных особ там, где герцогство несло ответственность за жизнь и благополучие оных.

Понаблюдав за стремительно рассасывающийся толпой ещё несколько мгновений и удостоверившись, что ситуация окончательно исчерпала себя, я перевёл своё внимание на прочих посетителей огромного пиршественного зала. И лесным хищником устремился туда, где уловил нечто интересное...

Глава 36 - Огонь и сладость

Рано или поздно гости должны были покинуть нас, как бы части из них не хотелось обратного. А таких, злоупотреблявших нашей добротой, хватало, причём их мотивация могла заметно отличаться: одни стремились примелькаться перед правящей четой, рассчитывая благодаря лести и прочим словоблудиям подвинуть скороспелых придворных; другие пытались разузнать что-нибудь ценное среди того шлейфа из лжи и теней, что плотной стеной укутала нас моим стараниями, а после - продать лучшему покупателю; третьи же, по совместительству - единственные, кто невольно обрели толику моей симпатии, были просто и незатейливо рады столоваться за чужой счёт. В отличие от остальных, последние не особо скрывали своих желаний, не разнюхивали тайны и не мешали своими мелочными интригами, от чего на фоне прочих воспринимались практически святыми людьми. Хотя в иное время о подобных личностях я не смог бы сказать ничего хорошего.

Однако вместе с теми, кто медленно, но верно наполняли чашу моего терпения, замок полнился и новыми обитателями, что съезжать не собирались в принципе. И, к глубокому сожалению, имели на то не только возможности, но и права по причине присоединения к свите новой герцогини.

Как бы странно такой наплыв людей не выглядел в разрезе того, что девушка так-то являлась всего лишь четвертой дочерью правителя полунищего горного княжества. Ну, вот сколько с ней могло приехать народу? Кормилица, несколько слуг, немногочисленные подруги, почему-то предпочётшие младшую куда более перспективным сестрам, да пара верных воинов для охраны - хорошо если человек двадцать наберётся, что для многосотенного замка не более капли в море. Однако подобное было верно ранее, пока голубоглазая рыжуля оставалась никому особо не нужной магичкой. А вот герцогине, владычице двора, главной свахе и примирительнице крупнейшей державы Междуречья, нужно было куда большее число людей. Причём даже если девушка не желала ни расширения штата слуг, ни громких титулов с властью, ни даже выполнения новых для неё функций в принципе.

Как будто её мнение кого-то интересовало.

Конечно, со своей стороны мы с мелким сопереживали и поддерживали её, причём не только из-за очевидной симпатии - девушку, чьим жизненным потолком ещё недавно являлся брак со смотрящим за очередной крошечной горной долиной, никто и никогда не обучал управлять такими людскими массами, чем она крайне напоминала своего мужа в начале пути. Впрочем, реальность обстояла ещё хуже - не зная даже местный этикет, не говоря уже о северном, принятом в высшем свете герцогства, волшебница, половину своего детства оттачивавшая магическое мастерство, нынче с трудом могла поддерживать общение с прочими благородными дамами. И то, значительную роль в этом успехе, как выяснилось, сыграли родичи девицы - осознавая грядущие сложности в жизни дочери, семейство сумело в кратчайшие сроки натаскать её на вполне пристойный по меркам северян уровень. Одна беда - то, чего было достаточно для простой леди, уже не хватало для жены независимого правителя.

Особенно ввиду той роли, которую новоявленная герцогиня поневоле и без всякого на то желания взвалила на свои хрупкие плечи.

Так что не удивительно, что младшая дочь обширного семейства, шебутная рыжеволосая волшебница, беспрестанно нервничающая даже просто находясь в компании незнакомых людей, вливалась в жизнь замка с ясно слышимым скрипом. И причин тому была масса: она слабо понимала концепцию дисциплины, особенно применительно к слугам, была излишне прямолинейна и честна, а также с трудом замечала немудрёные интриги окружающих. Озорная и вспыльчивая, причём смертельно опасная в гневе для окружающих, она оказалась практически беззащитна в словесных баталиях, зато страшна в их последствиях. И это было плохо - красавица едва ли подходила для занятой в рамках северных традиций роли, однако обязана была оной соответствовать, поскольку этого ожидали буквально все вокруг.

Даже герцог, уж как не симпатизировал жене, и будучи подверженным влиянию совершенно иной культуры через своего наставника, всё же являлся продуктом своей эпохи и окружения, ожидая от голубоглазой валькирии менее агрессивного настроя. Ну, по крайней мере без пламенного рукоприкладства к особо наглым личностям. Впрочем, не без моего вмешательства, малыш быстро смирился с реальностью, не став пытаться менять характер супруги.

Дело это всё равно бесполезное, а отношения может испортить. Уж лучше действовать помягче, поддерживая и сглаживая накал эмоций, чтобы действительно не довести волшебницу до нервного срыва. Для затронутых магией это чревато - никогда не знаешь, как может перемкнуть наше нездоровое сознание.

Это понимание я постарался вложить герцогу, и смею надеяться, что получилось вполне неплохо:

- Кажется, - усмехался я, - за время вашего флирта на расстоянии ты так и не понял деву, что собирался назвать своей женой. А теперь уже поздно - птичка попалась в сети и капкан захлопнулся!

Помещение наполнилось моим тихим смехом, прерываемым лишь треском огня в камине.

- Ты учил, что человека создаёт окружение - традиции, культура, вера и семья, - после недолгого молчания задумчиво возразил герцог. - И всё это буквально кричало о том, что жена моя будет хоть и яркой, но послушной. В конце концов женщины гор далеко не столь своевольны, сколь наши девы Междуречья.

- Ага, я помню, ведь сам тебе и давал те выкладки, - фыркнул с лёгкой иронией в ответ. - И скажу больше - жизнь прекрасной половины предельцев даже более сложна, чем ты можешь себе представить. Многое осталось за закрытыми дверьми их домов-башенок, сокрытое от наших лазутчиков.

Что, кстати, было прекрасно видно по служанкам новоявленной герцогини - по первой девочки едва тянули лямку возросшего объема работ, причём в немалой степени по причине откровенной робости перед старшими, особенно мужчинами. Не помогал даже крайне высокий статус их госпожи - воспитание не так-то легко вытравить. Однако ничего, втянулись, благо к хорошему привыкаешь действительно быстро.

Их любимая благодетельница, увы, столь же быстро подстроиться не смогла.

- Однако кое-что ты всё-таки упустил, парень, - с лёгким налётом светлой иронии продолжил повествование. - То, о чём я не раз тебя предупреждал, но кое-кто, по всей видимости, так и не пожелал слышать мудрость старших!

Вопросительно приподнятая бровь и внимательный взгляд стали мне ответом.

- Она - маг, дурья твоя башка! - хлопок ладони по столешнице припечатал озвученную истину в сознании собеседника. - А у мага, как известно, нет ни пола, ни традиций - лишь сила и её шёпот из глубин естества, толкающий на самые разнообразные безумства.

- Я уже знаю об этом, - нахмурившись, возразил юноша.

- Но не понимаешь, - раздосадованно покачал головой. - Дело не в самом безумии как таковом, ведь юродивых по земле бродят настоящие толпы, а именно в силе. В магии и возможностях, что она даёт.

Прервавшись на глоток отвара, я внутренне устало вздохнул, настроившись на непрошенный сеанс обучения. К сожалению, этот раз не доставит мне удовольствия, как бывало - слишком уж сложно учить тому, что и сам до конца не понимаешь. Тем более, едва ли простой человек способен понять мироощущение мага - это как рассказывать слепому с рождения о цветах и эмоциях, что они в тебе вызывают. Сложно.

- Понимаешь, мелкий, - на такое обращение герцог лишь тепло улыбнулся и откинулся в кресле. - Пусть выяснил за прошедшие года я немногое, поскольку особенно этой темой не интересовался, но главное всё же осознал - главнейшее влияние магии на личность мага состоит в... добавлении изрядной доли уверенности, скажем так. Это - основа, на которую накладываются прочие отпечатки, что, судя по всему, возникают и зависят от множества различных факторов. Или же нет, не уверен, поскольку на данный момент чётких корреляций я не обнаружил - слишком мала была выборка, да...

Новый глоток разорвал наступившую тишину.

- И как ты наверняка понимаешь, - продолжил я после короткой паузы, - проистекающая из магии в наших жилах уверенность в себе - это палка о двух концах. Осознавая и контролируя этот эффект, не забывая при этом про осторожность, можно добиться действительно много.

- На твоём примере видно, учитель, - серьёзно кивнул парень, на что я внутренне поморщился - большинству своих достижений я обязан артефакту неизвестного происхождения, а вовсе не собственному разуму, что было откровенно печально. Но не признаваться же в этом!

- Да... Однако свои пороки на самом деле мало кто способен контролировать, особенно мы, у кого они подкрепляются неявным шёпотом изнутри. И вот тогда излишняя самоуверенность, перетекающая в гордыню и откровенное высокомерие, нередко приводит к очень печальным последствиям. Одни мнят себя мудрецами в мире глупцов, другие - непогрешимыми идеалами, третьи - новой ступенью человеческой расы, которой все остальные обязаны раболепно прислуживать, тогда как четвёртые и вовсе рискуют перестать воспринимать людей как сородичей, ударяясь в откровенно мерзостные практики...

Тревожно осознавать, что долгое время я двигался именно по последнему пути. Сойти с него было непросто, но крайне важно для того, чтобы не потерять себя в пучине похожих на мании страстей.

...- В общем, дорожек перед чародеем открывается много, и лишь сильная воля, подкреплённая правильным воспитанием или осознанным принятием определённых ограничений, позволяет не выродиться в монстра, а остаться нормальным человеческим существом. Пусть и нормальность эта будет относительна, да.

Мой хмурый взгляд переместился от чашки отвара в руках на парня, показывая, что урок близится к завершению.

- В том, что я говорил до этого, и сокрыт корень нынешних проблем, твоя светлость. Воля. Она нужна магу как воздух. Она растёт с возрастом, в процессе прохождения испытаний, чтения трактатов и повторения бесчисленных тренировок, а также каждое мгновение, когда мы зачерпываем Ветра, что желают изменить всё вокруг согласно своей переменчивой истине. Воля - это наша основа, отделяющая безумных животных от разумных существ. И чем сильнее чародей, тем большей волей обладает по определению, ведь слабый не смог бы добиться схожих высот.

- Воля... - юноша задумчиво покатал на языке это слово, словно пробуя его на вкус. В глазах забрезжил огонёк понимания.

- Она - маг из семьи магов, - добавил я спустя несколько мгновений. - Точнее, из главной семьи целого клана магов. Пусть и довольно слабых, но всё же. Её должны были натаскивать не хуже, чем твоих старших братьев в воинской стезе - бесконечные тренировки, совершенство через боль, пот и слёзы, первые убийства лет в одиннадцать-двенадцать и охота за зверьми ли, или за горными налётчиками. Боевой маг всё-таки, их по-другому и не выращивают.

- Она так импульсивна... - протянул собеседник, явно намекая на то, что я сам стараюсь контролировать эмоции и не показывать их окружающим.

- Ну, так ты и не сравнивай своего старого наставника и воительницу, у которой юность в заднице играет на фоне бегства из отчего дома, - со смешком отвечал я. - Она умная девочка, честное слово, поэтому скоро поймёт, что прогнуть мир под себя у неё не получится и начнёт приспосабливаться. И осознает, что так презираемый ею этикет - очень удобный инструмент, особенно когда находишь на высших, самых выгодных ступеньках нашей лестницы власти. Но дай уж девушке время привыкнуть и чуток успокоиться...

"Тем более, учитывая, каким взглядом она нынче смотрит на тебя, много времени притирка не займёт. Ради любви люди идут на многое, а уж по уши влюблённые девчонки - и подавно",- осталось невысказанным.

- Говоришь, будто жена моя - сказочный зверь, для приручения которого нужны ласка и покой, - с изрядной иронией молвил герцог, выразительно подняв глаза к раскрашенному потолку. Однако я, против его ожидания, не поддержал шутку, лишь загадочно улыбнувшись и ответив:

- Быстро схватываешь.

***

Предсказания оказались пророческими - вскоре девушка и сама поняла, что жить как раньше уже не получится - её крошечный мирок лопнул, не выдержав потока новых впечатлений, и диковатой деве гор не осталось ничего иного, кроме как принять своё новое положение и смириться с реальностью. Реальностью, в которой любое неосторожное слово, жест или взгляд могли привести к очень серьёзным последствиям, поскольку власть, которую обрела эта кроха, ей даровала не магическая сила, а люди. Люди очень разные как своим статусом, так и моральными качествами, но всё как один принявшие во внимание появление новой фигуры на политической доске.

А став таковой, она неизбежно оказалось одной из целей внимания очень, очень многих. Появились и те, кто даровав ей власть над собой, возжелали так или иначе использовать девушку к своей выгоде. Для чего в ход могло пойти всё что угодно - угрозы и шантаж, похоть и жалость, вера и кровное родство.

Однако в этом процессе, неизбежном по своей природе, под взглядом публики и выявился изъян девушки - некоторая неотёсанность, гневливость, импульсивность и совершенно излишняя эмоциональность. Вместе с довольно острым умом, получившийся коктейль не пришёлся по вкусу слишком многим, чтобы это не стало угрозой жизни герцогини.

Собственно, в ином случае девушку уже давно убрали бы с глаз долой тем или иным способом, умертвив если не буквально, то как политическую фигуру - точно. Однако, поскольку за худенькой спинкой неловкой в интригах голубоглазки возвышались оба грозных столпа власти державы, одними лишь холодными взглядами обещая все кары земные и небесные за неправильно подобранное слово в её отношении, всем приходилось мириться с действительностью. А лоялисты так и вовсе старались помочь леди - красавица и сама по себе вызывала внутренний отклик у многих, а уж симпатия герцога, искренне заботящегося о своей жене, стоила и того дороже.

Так что время научится и приспособиться у девушки было. Как и защита, наставники и все прочие мыслимые блага, что мы только могли ей предоставить. В том числе и то, из-за чего я теперь оказался вынужден снова страдать.

А ведь была надежда...

- Ох! - залившаяся лёгким румянцем блондинка откусила крошечный кусочек пирожного, после чего нарочито эротично, пусть и с невинной мордашкой, облизала губки. - Мастер, как вам выпечка, понравилась ли? Я лишь недавно наткнулась на эту пекарню, но сразу же оказалась сражена их сладостями! Удивительно, как чего-то настолько вкусного можно достичь совершенно без южных специй...

Проговорив это, девушка культурно промокнула ротик маленьким полотенцем и мечтательно улыбнулась, как бы наслаждаясь пищей. И лишь внимательный взгляд из полуопущенных ресниц кричал, что хищница продолжает свою охоту.

Потому что я узнал это пирожное - трудно не узнать то, что сам фактически и создал. Будучи землянином, в какой-то период своей жизни при дворе я окончательно пресытился пресностью местной пищи, возжелав явить на свет этого мира хотя бы некоторые десерты. Что для химеролога оказалось удивительно сложной работой, благо хоть пасеку с особыми пчёлами и огород с ещё более особенными корнеплодами организовать оказалось не настолько трудно, как представлялось вначале. А там - мёд, сахар, патока, карамель и прочее, прочее, прочее, что при правильной рецептуре позволили организовать очень, очень особенные, а потому - по-элитному дорогостоящие блюда. По крайней мере официально, для справки наших не менее дорогих гостей.

А что снабжали двор ими наши же повара, которым ингредиенты уже в переработанном виде поставлялись прямиком из моей Башни, то эта деталь не слишком скрывалась. Для всего остального мира результаты алхимико-химерологических изысканий, которыми я и оправдал новые пищевые продукты, никоим образом не намекали на возможность массового производства. Исключительно небольшие, но очень вкусные партии, не более того.

Как известно, темнее всего под пламенем свечи, так что значительная часть конспирации и состояла в том, что конечные продукты действительно происходили из моей Башни. Ни новые пасеки, ни выращиваемые по приказу мага травы с овощами никакого интереса у людей не вызывали - экая невидаль, алхимик делянку организовал, да крестьян подрядил за ней ухаживать.

Никто даже вообразить себе не мог, на что способны безобидные пчёлки и сладковатые корнеплоды. Какие экономические последствия их появление может обрушить на нашу ойкумену. Собственно, правду знали только два человека, тогда как остальные довольствовались одной из красочных обёрток тайны.

Так что блондиночка, даже не догадываясь о скрытых от глаз деталях, на этот раз все же смогла задеть мои чувства. Вот только совсем не те, на которые, вероятно, рассчитывала. Впрочем, раздражение не сказалось на мне внешне, так что о своей сомнительной победе она так и не узнала.

В ответ на актёрскую игру девушки я просто вежливо улыбнулся, чуть прикрыл веки и аккуратно подцепил другое пирожное.

Тем временем прямо напротив разыгрывалась иная драма:

- Ох, о каком только ужасе не рассказывают, говоря про Нашествие! - завладев вниманием публики и полностью довольная этим фактом, повествовала баронесса - сероглазая женщина с ранней сединой, лишь недавно вернувшаяся из длительной поездки по городам-полисам южной оконечности Междуречья. - Будто бы неисчислимые полчища нелюдей, покинув свои проклятые степи, сами только и выжидали новой катастрофы, чтобы хлынуть на пострадавшие земли! И столько скорби они принесли, что...

"Несмотря на относительно невысокий титул, ныне эта женщина - одна из влиятельнейших в государстве. Причём как по причине правильного выбора её мужем стороны в войне за трон, так и благодаря личным качествам и более чем уважаемому возрасту с опытом - мать восьми детей и бабушка уже как минимум десятка внуков, она действительно многое знала и умела, пережив на своём веку достаточно испытаний", - в разуме мелькнул текст рецензии, написанной на досье этой дамы. Учитывая специфику моего восприятия людей, дама была более чем достойной, чтобы я хотя бы попытался запомнить детали её биографии. Что говорило о многом.

- Врут, - с капризной уверенностью, присущей только глупцам и фанатикам, постановила её соседка, куда более молодая пышка с хитроватым выражением лица. - Нелюди - они же что звери, просты и глупы! Наверняка при катастрофе просто сброд принялся разбегаться, и кто-то из его числа разозлил этих тварей, да привёл под стены ни в чём не повинных людей.

- Может быть, - вежливо улыбнулась ей заслуженная мать и бабушка. - Не думаю, что в таком случае виновники могли выжить, так что рассказать о том уже некому... А кому есть что рассказать, говорят здесь моими устами.

Дамы, до того внимательно слушавшие историю и короткую перепалку, одними лишь взглядами и прочей невербальной мимикой тут же принялись стремительно разбиваться на небольшие группки, поддерживая кто кого. А после эти странные социальные образования принялись, что называется, накидывать дерьма на вентилятор, вбрасывая в закипевшее обсуждение всё новую и новую информацию. Причём едва ли факты составляли большую часть оной - откровенные домыслы и фантазии нередко перемежались со слухами, создавая совсем уж откровенно смехотворные аберрации. Впрочем, вскоре коллектив переключился на одну тему, вторую, третью... И спустя всего несколько десятков минут как само собой так оказалось, что общение ведётся сразу на множество практически не связанных между собой тем, от далёких войн и до курьёзных случаев в жизни деревенских крестьян.

А судя по взглядам, бросаемым на меня украдкой практически всеми участницами сегодняшнего великосветского дамского раута, только присутствие мужчины останавливало дам от перехода не темы ещё более... специфические. Уж не знаю, то ли меня стеснялись, то ли просто жалели.

Впрочем, находился я здесь не за этим.

Единственной, кто не участвовал в общении, оказалось герцогиня. Ожидаемо. Причём не то чтобы с ней не желали говорить - было видно, что новенькая крайне интересна что уважаемым матронам, что молоденьким девушкам.

"Экая ведь экзотика! Чужестранка, чародейка и жена самого молодого властителя - такая смесь, да ещё и в столь привлекательном флаконе... Завидно, конечно, но слишком уж интересно, чтобы сдержаться", - именно это ныне без труда читалась во взглядах, движениях и речах прекрасной половины элиты герцогства. И замечал это не только я. Однако...

Во взгляде герцогини читались лишь раздражение, приправленное ведёрком холода.

- Ты же этого желала? - неслышимый прочим, сквозь воздушное заклинание донёсся до неё мой шёпот.

В ответ меня одарили взглядом, полным скуки, презрения и всё того же раздражения. Направлены эти эмоции были явно не на меня, так что я насмешливо ухмыльнулся.

- Может, чтобы тебе было интереснее здесь, более не допускать тебя до разведки? - на такое предложение мою фигуру перечертили линией взора голубых гневных глаз. - Ну а что? Ребёнок, съевший сладкого, не желает кушать полезную пищу. А ты, наслушавшись правды и чужих тайн, теперь скучаешь, отказываясь от перемывания пресных косточек на этих посиделках. Похоже ведь, правда?

Не рискуя более явными посылками, дабы не вызвать подозрений публики, девушка на меня более не смотрела. И даже не демонстративно - такого рода намёки тоже легко читаются. Однако всколыхнувшиеся Ветра и ставшее на несколько мгновений напряжённым личико красавицы, не оставили у меня сомнений, что ответ я всё же получу. И ждать себя он не заставил:

- Сволочь! - столь же тихо, прерывисто, но крайне проникновенно впечаталось мне в уши. На что я улыбнулся ещё ехиднее.

Ладно, посмеялись над бедняжкой - и хватит. Надо бы действительно помочь да подсказать, а то так и будет неприкаянной сидеть.

- Слушай, - тихо вздохнув, начал я инструктирование. - Мы тебе не просто так столько всего на советах рассказываем. Большая часть из этого, конечно, разглашению не подлежит, однако кое-чем с людьми поделиться можно... Если экивоками и осторожно, да. Например...

***

- Как прошло? - именно таким вопросом встретил меня герцог, стоило только претворить за собой дверь кабинета его мелкой светлости.

- Если волнуешься, сам у неё и спроси, - фыркнув, я с иронией во взгляде указал рукой в направлении, откуда только что пришёл. - Потому что мне всё также абсолютно всё равно, насколько много яда капает на нашу огневласку, пока не приходится выносить трупы.

- То есть, всё нормально? - со взращенным, причём явно в подражании мне, нахальством уточнил молодой мужчина, даже не удосужившись изобразить хотя бы толику смущения.

Испортил я его, да...

- Она старается, и этого пока достаточно, - ответил, уже усаживаясь за соседний рабочий стол, по удивительному совпадению пребывавший в моей полной собственности. Причём даже несмотря на то, что все до сих пор именовали кабинет "герцогским". Но наставнику и практически приёмному отцу нынешнего хозяина помещения разрешались и не такие вольности.

Кстати, о вольностях.

Облокотившись о столешницу и сложив руки домиком, я прекратил изображать какие бы то ни было эмоции, устремив похолодевший взгляд на собеседника. А тот же, не будь дураком, мигом уловил изменившуюся атмосферу, ответ аналогичными действиями.

Совсем испортил...

- Одна пёстрая птичка, - начал спустя нескольких мгновений тишины. - Только что поведала мне об одном примечательном месте. О некой пекарне в Знамённом районе, если быть точным. Ничего не хочешь мне рассказать об этом?

Естественно, стремясь к наибольшей конспирации, никаких официальных заведений для продажи новой выпечки я не открывал. Никакие деньги не стоили такой бреши. Однако и врать блондиночка мне не стала бы - слишком недальновидно. Сложить дважды два оказалось не трудно, особенно прекрасно осознавая, кто ещё кроме меня имел доступ и к информации, и к ресурсам для использования оной.

Ну не повара же кинуть господ решили, верно? Даже столь высоко забравшихся, они всё ещё оставались простолюдинами в мире обширных родословных и зубастых капиталов. И прекрасно осознавали, что их жизнь стоила ровно столько, сколько готовы были заплатить за неё мы - их благодетели и хозяева.

Так что виновник был очевиден.

- Прикрытие, - чуть извиняющимся тоном протянул юноша, опустив руки на стол и потупив взгляд. - Гости задавали всё больше вопросов, а вскоре начали пытаться перекупить моих поваров. И ладно бы на этом остановились - даже напали!

- Кто?

- Неизвестно, - герцог отвёл взор в сторону двери. - Через кого-то наняли обычных отбросов, да ещё и напоили в честь дела, так что никто ничего не помнит. Передать человека должны были за городом, однако, судя по всему, за исполнителями кто-то наблюдал, поскольку в назначенный час на место встречи никто не явился.

- С годами они стали осторожнее, - с лёгким равнодушием заметил я, наконец оторвав пронзительный взгляд от широкоплечей фигуры вихрастого красавца и посмотрев в окно.

Оставалось лишь удивляться, на что способны люди в погоне за чужими секретами, что способны принести деньги. И не только их. Сведения обо мне, а точнее - о конкретном месте моего происхождения, на которое в теории могла бы указать незнакомая местным пища, уже с давних пор ищут многие, и с течением времени это любопытство лишь разгоралось, даже не думая угасать. Оно и понятно - всё же родичей герцога ещё те зубры, как, собственно, и герцогини, а вот непонятный маг мог где-нибудь кого-нибудь и оставить. Возможно.

Самая же ирония скрывалась в том, что оные родственники у меня действительно имелись, причём, если память не подводит, в немалом количестве. Однако так уж сложилась жизнь, что встреться я с ними теперь воочию, то, вероятно, сам бы и прикончил. Поскольку никакой эмпатии к далёким нынче крестьянам, что так недолюбливали полукровку, у меня не сохранилось.

Они продали пятилетнюю кроху, недоразвитую из-за постоянного голода, злобному магу-химерологу, чем хоть вероятно и спасли жизни, но обрекли на немалые страдания. Так что в ответ я просто забыл о распускавших кулаки тварях, даже не стремясь отомстить. Но если это сделают мои враги - против не буду, даже расщедрюсь для них на малый цикл пыток перед смертью, вместо большого.

Другое дело, что таким образом можно будет попытаться подмочить репутацию - всё же кровная связь в нынешнем обществе этого мира очень сильна и важна, особенно у северян, поскольку является чуть ли не главным фактором оправдания претензий на власть. Конечно, магам по понятным причинам делают скидку в этом отношении, однако мало кто даже в двадцать первом веке Земли способен смотреть на ситуации беспристрастно, не руководствуясь собственными убеждениями и культурой, а мы говорим о средневековом социуме другого мира.

Хотя в последнее время в истинности эпохи, властвующей на землях за окном, я начинаю всё больше сомневаться...

- Так, - выбросив из головы лишние мысли, я вернулся к теме разговора. - Нужны детали - кто интересовался, что конкретно случилось и почему я об этом узнаю только сейчас. Ну и, конечно же, об этом твоём прикрытии поведай, да.

- Эх... - в смирении печально выдохнул герцог, начиная рассказ...

...- Понятно, - сказал и задумчиво вгляделся в ополовиненную чашку с травяным сбором, ради приготовления которого даже пришлось отлучаться в соседнее помещение. Однако без тонизирующего напитка, после произошедшего раннее сеанса помощи герцогине в непростом деле построения социальных связей, голова отчего-то упорно отказывалась работать.

Итак. Ситуация, безусловно, стала яснее, но, увы, не прозрачнее, поскольку замешанных в этой маленькой грызне, ставшей продолжением уже большой в политики, оказалось, с одной стороны, на диво много, а с другой - совершенно непонятно сколько. Интересовались темой многие, это да. Мог ли кто-то из наших вассалов или соседей пойти выступить против нас даже таким образом, когда виселицы, на которых вешали предателей во время чисток, до сих пор стоят в крупных городах? Едва ли. Это нужно совсем уж чувства самосохранения не иметь, а такие либо уже давно мертвы, либо принадлежат нам со всеми потрохами. Теоретически.

Но что, если кого-то всё же упустили?

А если всё же не упускали, то кто и по каким причинам мог заинтересоваться пусть и необычными, но, блин, простыми пирожными, чтобы пойти на похищение поваров у законного правителя немаленького куска суши? Или это была лишь уловка, прикрытие для чего-то иного, куда более опасного? Ведь столь уважаемые слуги могли знать много секретов хозяев, и что даже важнее - были вхожи за старательно мною проложенные линии безопасности.

Словом, вопросов много, а результатов - шиш. Снова. Опять кто-то игрался в нашей песочнице, а лопаточкой по морде и не съездить - обидно до посинения, в общем.

На фоне таких выводов решение герцога об организации прикрытия в виде небольшой пекарни в городе, где продавали бы некоторые излишки нашего сладкого производства, смотрелось вполне закономерным шагом. Уж если кто-то начал охоту во дворе герцога, то пусть хоть явно свои желания показывают - либо за секретами выпечки охотятся, либо конкретно за нашими слугами.

Диверсификация активов со средневековым колоритом, вот так-то.

Впрочем, кое-какое предположение произошедшая неприятность всё же подтвердила - выпускать свои новаторские наработки в мир чревато. И, по всей видимости, это никогда не измениться, поскольку любое изобретение, способное привнести значительные изменения в глобальную экономику нашей ойкумены, неизбежно затронет чьи-нибудь высокие интересы. А в мире, полном магов и охотников на них, такие последствия слишком опасны для одного и без того высоко забравшегося химеролога. Конечно, если не пойти под руку Финаритии или крупных северных королевств... Ранее я отбрасывал подобные варианты, но, может быть, стоит рассмотреть их ещё раз?

Или поискать какие-то иные, нестандартные возможности?

Глава 37 - Приобретения

Новый этап жизни, начавшийся чередой непростых событий, продолжился, напротив, на удивление спокойно. Хотя первое время подозрения не отпускали - разыгравшаяся после охоты на наших поваров паранойя всё никак не желала успокаиваться, принуждая всюду искать признаки подготовки нового удара, что, однако, никаких серьёзных результатов, за исключением потери некоторого объёма нервной ткани у всех причастных, так и не принесло. Будто неведомые боги дождей и грома, разразив яростную бурю над городом ничтожных смертных, в какой-то момент сжалились, прекратив бедствие столь же внезапно, сколь его и напустили. И лишь порушенные дома да вынесенные на берег лоханки теперь напоминали о том, какая участь ожидала ничтожных от гнева существ иного порядка.

В похожем состоянии замерли и мы, уподобившись вызвавшим кару стихий. Впрочем, ненадолго - время не стояло на месте, и жизнь текла вместе с ним неостановимым потоком, в конечном итоге просто вымыв из нас затаившуюся настороженность. В конце концов, кто бы не был виновен в случившемся и какие бы цели не преследовал, дальнейших шагов от него в нашем отношении так и не последовало.

Что невольно напомнило о схожих событиях в прошлом: чудом сбежавших и укрывшихся неизвестно где мятежниках, нескольких внезапных покушениях на меня и герцога, масштабной предсвадебной облаве на нас всех скопом и, конечно же, о последнем нападении на поваров, что на фоне прочих происшествий выглядело уже довольно никчёмно. Хотелось верить, что причиной измельчания интриг стали наши достижения на ниве разведки и внутренней безопасности, однако надежд на это было не так уж и много - слишком уж впечатляющий уровень показали неизвестные ранее.

Так что же, нас просто оставили в покое? Возможно. Собственно, даже о целях и деталях составленных недругами планов мы могли лишь гадать, так что судить об успехе оных начинаний было совершенно бесполезно. Ведь нас могли как действительно пытаться убить, так и желать банально напугать, что, между прочим, прекрасно получилось. Так что, не занимаясь бессмысленными теоретизированиями, следовало просто признать, что:

- Нас оставили в покое, - задумчиво смотря в плотно закрытое окно, произнёс я перед Малым советом. Говорил тихо и не вставая, так что неспешно общающиеся люди не сразу поняли, от чего в помещении внезапно изменилась атмосфера.

- Ты уверен? - столь же тихо спросил герцог, подавшись ближе.

- А насколько в этом вообще можно быть уверенным? - не отводя взгляда от прекрасного вида леса, залитого алыми лучами закатного солнца, ответил в задумчивости. - Все признаки на лицо, да, но не водят ли нас за нос ради чего-то иного?

Советники предпочли молча следить за нашим разговором, тогда как мой ученик, участвовавший в нём, не стеснялся высказывать свои предположения. И в конце концов одно из них меня зацепило достаточно, чтобы вынырнуть из пучины мыслей.

- Отвлекли, говоришь... - многозначительно протянул, переводя взгляд на нахмуренного в размышлениях юношу. - Вообще-то, мысль дельная. Это может быть правдой.

- Королевства? - намекнул герцог на факт близящейся войны на далёком западе, в которой свои интересы продвигают уже, казалось, все кому не лень. И мы были в их числе, поскольку перекрытие и без того неудобного западного торгового пути обещало ещё большее оживление наших дорог, а вместе с тем - и ожесточение неутихающих соседей.

- Возможно, - протянул в задумчивости.

Вообще, наша ойкумена - место довольно взаимосвязанное, словно страны Средиземного моря в Античную эпоху. Теоретически, отдельные крупные государства ещё могли закуклиться в кокон, изолировавшись от остального мира, однако это повлекло бы неизбежное падение уровня жизни знати, на что эти люди пойти никак не могли. Наверняка там были и другие, даже более важные причины, и не обходилось в них без упоминаний истинных артефактов, однако такие детали мне не были известны. Главное - от торговли, за исключением Гегемонии, никто отказываться не собирался. Да и у этих замшелых традиционалистов слова слишком расходились с делом, поскольку несмотря на официальную политику, товарооборот по северной великой реке между царством озёр и остальным миром всегда процветала.

Не удивительно, что при подобных условиях, когда большая война могла изменить не только границы государств, но и русла золотых рек, для кого-то мы могли стать фактором, потерявшим изрядную долю своей актуальности. Всё же, как стало понятно, нахрапом нас взять уже не получится, а бодаться с моими сетями информаторов можно долго, нудно и по большей части бессмысленно. То ли дело гигантские королевства, нынче с жадностью ищущие деньги, рычаги давления и хорошие наёмничьи контракты.

У нас, вон, даже Лэнс подумывал уехать, оставив большую часть компании на попечение герцогства. На силу отговорил, угробив при этом уйму времени и нервов.

- А многое ли изменит причина, когда важно следствие? - внезапно подал голос упомянутый наёмник, временно сменивший захворавшего маршала в составе совета. - Отстали - и слава богам, моментом нужно пользоваться.

Мы с герцогом быстро переглянулись, придя к одной мысли на двоих, но выражать её не стали. Не понадобилось, поскольку за нас это сделал казначей, недовольно скривившийся и бросивший на барона взгляд столь нелестный, что на месте капитана сегодня вечером я непременно напился бы, чтобы заглушить чувство собственной никчёмности. Бывалый пёс войны, впрочем, оказался куда как крепче, лишь выразив лицом досадное недоумение. Однако объяснять ему, насколько важно найти хоть какие-то зацепки о личности неизвестного недруга, попортившего столько крови, мы не стали - привыкшему сбегать от проблем наймиту всё равно не понять.

Впрочем, кое в чём он всё же был прав - затишьем следовало воспользоваться. Причём особенно хорошо это могло выйти теперь, когда подле герцога постоянно присутствует хоть и не слишком сильная, но всё же боевая чародейка.

Взгляд, блуждающий по помещению вслед за бегущими мыслями, вновь вернулся к грозной фигуре покрытого шрамами наёмника. После чего губы невольно прошептали то, что настигло меня в конце короткого размышления.

- Это может сработать...

***

- Вы оба - глупцы и безумцы! - прошипела пламенноволосая красавица, разъярённой фурией замершая за спинкой кресла собственного мужа. Глаза её сверкали холодной небесной синевой, Ветра едва заметно дрожали вокруг хрупкой женской фигурки, а роскошное лёгкое платье послушно трепетало, повинуясь невольным желаниям хозяйки.

Скосив на мгновение взгляд на плотно закрытые окна кабинета, вынужден был констатировать, что трепетание одежды указывало на высокое сродство девушки с ветрами. Что, впрочем, не удивительно для волшебников, поколениями живущих в горной местности.

Следующей деталью интерьера, привлекший моё внимание, стал герцог собственной персоной, покорно восседающий на том самом стуле, в спинку которого, словно в источник всех бед, изволила вцепиться гневливая голубоглазая валькирия. Взгляд юноши выдавал усталость и флегматичное смирение с неизбежным, и лишь в глубине потемневших с возрастом глаз угадывались едва тлевшие нотки мстительной радости.

- А ты и рад, да? Устроили балаган, понимаешь, - игнорируя ярость девушки, бросил я парню, усаживаясь за свой рабочий стол. Чем успешно сбил настрой уже готовившейся устроить сцену парочки - неудобно скандалить, когда оппонент мало того, что не обращает внимание, так ещё и позицию жертвы не занимает, располагаясь на стуле для гостей. Для людей постарше и поопытнее это мало что изменило бы, однако для молодых, пусть и облечённых властью, нежелание собеседника следовать намеченному сценарию всё ещё могло выбить из колеи.

- Что? - утратив некоторую долю спокойствия, уточнил герцог, пока его жена сложным взглядом продолжала пылиться на закрывшуюся входную дверь.

Бедная девочка, нелегко ей в нашей компании - один любит, второй умиляется - ни поскандалить, ни посуды в расстройстве побить. А пар ведь выпустить хочется! Но на слуг нельзя - ей до такого опускаться просто противно, на аристократов - тоже по понятным причинам, а приближенные к ней мужчины к заскокам дамы уже настолько привыкли, что практически не обращают внимание. Ничего, вот станет её беременность ещё более заметной окружающим, и можно будет приспустить гарпию с поводка - там и причина уважительная, и защита в глазах народа тотальная. Потому что если простую девчонку, пусть и жену правителя, ещё можно послать в пешее эротическое, то вот хаять несущую под сердцем дитя династии... Мир их праху, в общем.

А пока я размышлял, улыбаясь в ответ на лёгкую обиду во взгляде герцога, девушка всё-таки вернулась к нам разумом, отмерла и тихонечко запыхтела, поочерёдно одаривая сложным взглядом каждого из мужчин в комнате. От вида такой картины моя улыбка стала только больше - невозможно было не умиляться этой злобненькой лисичке, ставшей за последнее время ещё более непостоянной.

- Кстати! Знай, ученик, что с недавних пор в красной башне для уготованы гостевые покои, - одарил я юношу смеющейся улыбкой.

Герцог благоразумно промолчал, ответив мне всё столь же флегматичным взором смертельно уставшего человека. А вот его жена сдерживаться не стала:

- Зачем это? - рыжеволосая бестия раздражённо нахмурились, предчувствуя очередную подколку.

- Ну как же! - поспешил оправдать опасения. - Если он уже сейчас на дохлую рыбу похож, то что будет, когда счёт чад приблизится к десятку?

Будущая многодетная мать дрогнула в рефлекторном испуге, выдав непонимающее:

- К-какому десятку?

- Десятку милых, но до ужаса энергичных рыжеволосых ангелочков. Помни - вам династию возрождать нужно, а уж куда потомков пристроить - найдём. Лишь бы были, - выдал и довольно откинулся на спинку стула, удовлетворённый незатейливой шуткой. Или не совсем шуткой...

В помещении снова повисла тишина.

- Ангелочки? - спустя недолгую паузу прозвучал вопрос герцога, чей взгляд по прошествии времени практически не изменился.

Ах да, ангелы ведь...

- Синоним прекрасной невинности - красота души и тела, скажем так.

- Понятно, - выдохнул юноша, а после, бросив короткий взгляд на замершую в попытке переварить открывшиеся перспективы супругу, продолжил:

- Но если с юмором покончено, то хотелось бы услышать твои слова об итоге встречи.

Безразлично пожав плечами, я ответил короткое, но ёмкое:

- Некромант, - от чего к разговору поспешила вернуться даже герцогиня:

- А я ведь говорила! - воскликнула девушка, уперев руки в бока. - Он в городе Анеллы такого натворил, что чуть было не повесили! Едва сумел сбежать, проклятый труполюб! С таким не разговаривать нужно, а в могилу отправлять при первой же возможности!

На отповедь со столь праведным возмущением, прорывавшимся сквозь взгляд сосредоточенного личика, невозможно было не улыбнуться.

- Ну, я так-то, вероятно, и похуже дела творил, чем этот сектант, - протянул в ответ с показным смущением. - Да и в искусстве мёртвых тоже кое-чего понимаю. Знаю, что у вас в пределах подобные ему стали причиной многих бед, однако мы относимся к таким несколько... снисходительнее.

И пока девушка изволила подражать рыбе в безмолвном открытии и закрытии рта, захлебнувшись последующими словами отповеди, я продолжил повествование:

- Так вот, он - некромант, сектант и просто чуть более сумасшедший индивид, чем нам встречаются обычно. Но ничего выдающегося - обыкновенный беглец, каковых на землях герцогства за последние годы видывали уже немало. Качать права не пытался, нападать - тоже, и если исключить его бесконечные бормотания, показал себя на удивление разумным человеком. Так что я решил поступить с ним соответственно - объяснил законы, заключил договор, поселил в глуши да оставил пригляд в соседних деревнях.

- Хорошо... - выслушав мою речь, начал было говорить герцог, однако оказался прерван злобным шипением супруги.

- Красавица, - обратился уже к ней. - Ты же умненькая девушка и понимаешь, что условия на твоей родине и здесь - разные. Это у вас там такой индивид мог прятаться по углам, договариваясь с племенами, да жуткие ритуалы устраивать. А у нас бежать некуда - либо в леса да болота, где даже сильного мага может сожрать оголодавшее после катастроф зверьё, либо в города, в каждом из которых обильно рассажены наши люди. И даже при самом плохом развитии событий, лично тебе и ребёнку в твоём чреве всё равно ничего не угрожает.

Чуток подуспокоившаяся будущая мать на все мои доводы лишь фыркнула и отвернулась к окну, продолжая всей позой и, в особенности, личиком выражать несогласие с нашим решением. Прикрывший глаза герцог, в свою очередь понимая переживания жены, завладел одной из её ручек и начал оную поглаживать, периодически прикладываясь губами к тыльной стороне ладони в жесте нежности и поддержки. А мне оставалось лишь с умилением за всем этим наблюдать.

И размышлять о не озвученных результатах того разговора.

Очередной беглец из колдовской секты на задворках мира, куда его ещё маленьким ребёнком забрали из какого-то города на севере. Или на западе. Но точно не на юге или востоке - диалект не тот, да и фенотип мужчины смуглокожих предков не предполагал. На этом, собственно, первую часть биографии некроманта можно было и завершать - как и у меня, большая часть приключений этого уставшего от жизни человека ждала уже после бегства.

С той лишь разницей, что я оказался куда лучше подготовлен к миру за прутьями клетки. Алхимику с навыками в боевой магии в принципе легче устроиться в жизни, чем человеку, способному в основном лишь проклинать живых и разговаривать с призраками умерших. Бесспорно, при правильно использовании таких способностей золото заработать несложно, но ни народной любви, ни простого покоя обрести не выйдет при всём желании. Особенно в Междуречье, где живых мертвецов видят гораздо чаще, чем хотелось бы.

Однако мужчина не сдался, продолжая барахтаться. Скрывался, шифровался, перебивался мелкой работой и продолжал постижение волшебных искусств в тех нишах, в которых хоть что-то знал и умел. Тем более, что зачастую таким образом можно было заработать немало денег - стоило лишь выкопать свежую могилу, да расспросить мертвеца о припрятанных за жизнь ценностях. Причём особенно хорошо это работало с нечистыми на руку дельцами и откровенными бандитами - такие любят прятать награбленное, предпочитая даже в случае неизбежной кончины уносить нечестно нажитое с собой на тот свет. Откуда оное богатство уже забирал один хитрый спиритуал - некромант, под внимательным взглядом которого у мёртвых не оставалось иного выбора, кроме как отдавать дорогие сердцу и кошельку побрякушки.

Впрочем, на этом проблемы колдуна только начинались, ведь потом эти вещи нужно было не только изъять, но и реализовать... Но каким-то образом он справлялся и с этим. Да и много с чем ещё.

Признаться, разговорить мужчину в принципе оказалось несложно - бедняга столь истосковался по нормальному человеческому общению, особенно с коллегами по чародейству, что не смог долго сопротивляться. А уж когда я предложил обменяться знаниями в различных школах волшебства, и он со слезами на глазах вцепился в тетрадь с наработками по азам боевой магии...

Одинокому изгою, верно, всегда хотелось обрести возможность хоть как-то постоять за себя в прямом столкновении. Конечно, нельзя было сказать, что спиритуал и малефикар был беспомощен - при длительной подготовке такой специалист становился крайне опасен практически для любого человека, даже чародея. Однако для этого нужно было время, расходники и покой - чего вечно гонимому перекати-полю никогда не хватало.

Я же предложил ему не только какую-никакую силу, но и уверенность в завтрашнем дне в виде найма и немаленького участка земли в придачу. Всё же пользу человека его возможностей в интригах сложно переоценить - и убитого допросить, и недруга извести, и с самих себя порчу снять.

Хотя, конечно, столь опасному инструменту требовался контроль. Стальные кандалы, смирительная рубашка и поводок - всё, чтобы удерживать в подчинении и лояльности, однако же без клетки, к которым у мужчины слишком уж плохое отношение. Иначе говоря - земли, деньги, слуги... служанки, да. Крепкие одинокие крестьянки из беженцев - повидали немало, брезгливость отсутствует, и по-простому практичные в жизни. Такие и хозяйство вести смогут, и общение обеспечат, и постель согреют при случае. А там, глядишь, и на постоянной основе в спальне пропишутся.

Что же до того происшествия, из-за которого некромант и был обнаружен... Право слово, имея я его возможности в магии, сам прошвырнулся бы по местам боевой славы. Всё-таки в той хаотичной мясорубке, что бушевала на землях герцогства всего несколько лет назад, было спрятано, перепрятано и благополучно утеряно столько добра, что организованная мною сыскная служба до сих пор приносит немалый доход. Тем более, что во времена последовавших в последствии чисток феодальная знать, не иначе как вспоминая основателей династии, нередко также предпочитала закапывать сундуки с ценностями по принципу "умрём, но подгадим". О чём, а в числе прочего - и о конкретных местах захоронения, зачастую оказывались осведомлены их выжившие слуги. Вот только нам о том, понятное дело, не сообщали.

Ждали, пока шумиха уляжется, чтобы выкопать господское добро. Вот только оно по закону уже нам принадлежит, как и всё прочее конфискованное, так что вместо честной четверти от клада таким умникам полагалась петля на шею. Если удавалось изловить очередного вора, конечно.

Ну, ничего - теперь, когда на нашей стороне появился нормальный некромант, дело пойдёт легче. Да и мне незазорно будет подучить это искусство, тем более что зачарование трупов, то есть - истинная некромантия, может очень помочь в прочих, ныне замороженных или ещё даже не начатых проектах.

Когда и где бы ещё только всем этим заниматься...

***

Спокойно протекавшей утро сменилось резким оживлением, переросшим в короткую суматоху, по итогу которой замок покинула конная кавалькада.

Я. Помощник. И три десятка гвардейцев. Силы откровенно скромные, но доверять им я мог безоговорочно, как самому себе, тогда как остальных во имя безопасности некоторых секретов пришлось бы прикончить в последствии. А так - воспользуемся услугами гарнизона города, когда придёт время, обойдясь при этом без лишних глаз и ушей, способных сложить разрозненные звенья одной цепи.

Скакали мы довольно быстро, хотя животных не загоняли. Собственно, на самом деле в спешке не было острой нужды - по здравому размышлению, сбежать от нас наши цели всё равно не сумеют. Однако сознание горело от тревоги и предвкушения, от чего успокоиться всё никак не получалось. Стоило только замедлиться, как всплывающие в мыслях опасения снова гнали вперёд, не давая и мгновения передышки.

Вскоре мы прибыли в город. Гвардейцы, верные и не единожды проверенные, получили приказы и начали поиск, поддерживая связь с координатором в лице моего помощника. Я же тем временем занялся попытками найти искомое в одиночку, следуя не то подсказкам интуиции, не то Ветрам магии, не то и вовсе - случаю, помноженному на мудрейшие веления левой пятки.

В конце концов, в жизни мага подобные события случаются не так уж и часто. Даже Учитель, имевший в этом плане более чем достойный счёт, едва ли обладал каким-либо особым опытом, выходящим за пределы использования результатов банальных стечений обстоятельств. Тогда как мне, обладателю истинного артефакта, судьба благоволила с куда большим радушием.

Не так уж много среди смердов рождается детей, наделённых талантом к магии. И ещё меньшее их число было обречено на становление учениками настоящих волшебников. Зачастую же судьба крох с такой особенностью складывалась печально - либо их просто не находили, и от ненормальных рано или поздно каким-либо образом избавлялись родичи, либо всё же находили, но не те, от чего дальнейший жизненный путь маленьких магов оканчивался на жертвенном столе, в придорожной канаве, в горшке на открытом огне или в одном из ещё сотни прочих, не менее ужасающих мест.

Нас, чародеев, в этом мире действительно не жаловали. И было от чего. Но ещё больше, чем страх перед нашей силой и нездоровой головой, зачастую оказывалась зависть. А уж то, каким именно образом очередной дегенерат собирался заполучить дар, не уготованный ему судьбой, менялось от случая к случаю. Неизменным оставалось лишь одно - крайне низкая выживаемость расходных волшебников при подобных "ритуалах".

Не удивительно, что помня обо всём этом ужасе, я нервничал и спешил. Что делу, вероятно, ничуть не помогало. Однако рано или поздно закономерный итог должен был наступить - зная о времени, месте и даже примерном составе группы, в которой появится мой будущий ученик, иного исхода наступить просто не могло.

И этот знаменательный момент настал.

Я понял, что на этот раз меня привели к нужным беженцам, когда почувствовал лёгкие, но отчётливые для любого чародея колебания Ветров. Словно тихое дребезжание струн, практически неслышимое, но пробивающее до костей.

Рядом был волшебник. Маленький, слабый и необученный, но ему было больно, и кроха щедро делился с миром яркими эмоциями недовольства, ведь сдерживать себя просто не умел. Причём судя по силе безмолвного плача, а так же обилию обрывков чужих сущностей, что уже практически успели превратиться в некую ветророждённую пакость, малыш уже обладал отнюдь не слабым даром.

Нашёлся.

- Тебе повезло, Зенниц, - шествуя в компании трёх гвардейцев, я обратился к одному из них, молодому мужчине, который и приметил эту группу людей. - Мы нашли, что искали. Награда твоя.

- Рад стараться, ваша мистичность, - с тихим смешком и яркой каплей сарказма ответил мне воин, намекая на то, что даже им я не соизволил назвать цель поисков. Справедливости ради, не то чтобы я сам был в деталях осведомлён, каким будет мой будущий ученик или ученица.

- А теперь - постройте их всех в шеренги, - обратился уже ко всем воителям. - Я выберу нескольких, кого нужно будет отвести на постоялый двор. Но только будьте аккуратны, особенно к женщинам и маленьким детям. Понятно?

- Так точно, - был мне ответ.

Естественно, я не стал прямо тыкать пальцем в кроху-мага, не желая подвергать лишней опасности, хотя обнаружил нужное дитя практически сразу. Крайне худая кареглазая малышка восьми лет со свалявшимися, грязными волосами цвета какого-то очень тёмного пепла. Потухший взгляд, искусанные до крови слегка посиневшие губы, обилие гематом и темнеющие под глазами мешки выдавали плачевное состояние ребёнка, равно как и отсутствие поблизости взрослого, на которого девочка могла бы смотреть, как на авторитет.

Последнее меня особенно напрягло - если родители ребёнка погибли, а полуголодные беженцы всё же притащили её с собой в город... Едва ли это могло быть проявлением милосердия. Скорее уж нахлебницу желали либо кому-нибудь подкинуть из жалости, либо, что также не являлось редкостью в эти времена, могли продать в какой-нибудь бордель. И пусть лет до четырнадцати-шестнадцати работать она там будет лишь в качестве служки, однако даже так приятного в этом оставалось мало.

Однако вскоре развеивая невесёлые думы в толпе мелькнула внешне схожая с ребёнком истощённая девушка в замызганном рваном тряпье, после чего малолетняя волшебница воссоединилась, очевидно, с родственницей и в шеренге они обе встали уже подле друг друга.

А дальше, громогласно объявив о наборе служанок в господские хозяйства, я отобрал два десятка девушек разного возраста, не обойдя стороной и примеченную парочку. Ничего сложного в последующих шагах также не было - выбранных разместили в постоялом доме, накормили, вымыли и переодели в нормальную одежду, после чего начали вызывать семейными группками в комнату, временно занятую мною под кабинет для собеседований. И пошла обыкновенная рутина, благо служанки были нам действительно нужны - в городах возводилось всё больше различных объектов инфраструктуры, где нищие беженки, не склонные к крупной коррупции по причине отсутствия родственников среди гильдейцев и чиновников, приходились как никогда кстати. Другое дело, что именно я подобной текучкой уже давненько не занимался, поскольку для подобного хватает помощников и работников рангом пониже. Сегодняшний случай - особенный, в определённом смысле даже уникальный.

- Привет, малютка, - не сдержав улыбки, я взглянул на долгожданную пару, наконец, попавшую к мне. - Тебя-то я и дожидался!

Обе девушки вмиг побледнели, а старшая даже как-то печально осунулась, одарив меня затравленным взглядом столь же карих, как и у волшебницы, глаз. Малышка, судя по судорожному всхлипу, тоже стремительно приближалась к грани тихой истерики.

Нехорошо получилось...

- Нет-нет, ничего плохого с вами не случится, не беспокойтесь, - покачал я головой, преувеличенно бодро замахав руками. - Уж будущей ученице я точно ничего подобного не желаю!

Замешательство - это уже куда лучше, безусловно.

Всё же я - взрослый человек с даже чрезмерно гуманным, по крайней мере по меркам этого мира, воспитанием. И ни неволить, ни разлучать с родичами, ни тем более насильничать девочку, что станет носителем моего чародейского наследия я не собирался. Зачем? Чтобы когда-нибудь со мной расстались также, как я поступил со своим Учителем? Нет уж, как-нибудь обойдусь без столь дегенеративных методик воспитания приемников.

Тем более, малышка и так хлебнула горя. Теперь только пряники, пряники и ничего кроме пряников!

- Как тебя зовут, маленькая леди? - откликнувшись на спинку захрустевшего стула, я продолжал смотреть на малютку с доброй улыбкой.

- Зиза, - прошептали мне в ответ.

Глава 38 часть 1 - Магия - это всё

- Теперь понятно, почему старый хрыч столь не жаловал подобные ритуалы... - пробормотал я себе под нос, рассматривая живой организм, лишь пару дней назад представлявший собой самую обыкновенную крысу. Таких зверьков в замке водилось предостаточно, поэтому нет ничего удивительного в том, что рано или поздно, когда снедаемый скукой и исследовательским зудом я, наконец, сорвался, возобновившиеся опыты решено было проводить на самом доступном материале - мелких вредителях, число которых никто никогда не отслеживал. Благо достать подходящие экземпляры оказалось несложно - достаточно было пообещать детворе денежную награду за каждую изловленную особь.

И пусть ничего действительно опасного не проверялось, да и обилию предосторожностей, что изолировали лаборатории от внешнего мира, могли позавидовать многие параноики, однако сам факт проведения опытов всё же терзал меня. Ведь я сорвался. Сорвался, хотя пообещал самому себе, что заморожу все проекты, продолжив лишь теоретические изыскания. Однако обстоятельства сложились таким образом, что у меня просто не осталось иного выбора. Что, впрочем, служило довольно жалким оправданием - проблему можно было предвидеть, поставь я себе такую задачу.

Всё мы сильны задним умом.

А началось всё с того, что беременная герцогиня с течением времени начала становиться всё несноснее, заставляя нервничать и своего супруга со спешно подтянувшимся двором. Что, безусловно, не могло не сказаться на главном распорядителе всего этого цирка на выезде - на мне, то есть. И хотя в целом поведение людей было логичным, поскольку вероятность смерти матери или дитя при родах в нынешнюю эпоху этого мира оставалась крайне значительна, причём даже при наличии дара к магии у обоих, однако, при вдумчивом разборе, логично оно было только для меня, как выходца из цивилизации с развитой медициной, где подобное - действительно редкое, ужасное событие. Местные же к детским смертям относились гораздо проще, нередко даже специально не давая младенцам имён в первые недели - опасались таким образом накликать беду, понапрасну привязавшись к крошечному комочку плоти.

Были, конечно, и свои исключения, впадавшие в длительную депрессию после смерти первого же дитя, однако такие цветочки обществом всецело порицались. Особенно в наших землях - катаклизмы с воинами нередко уносили жизни и вполне себе взрослых людей, так что постоянное соседство со смертью сделало людей несколько более... практичными. Причём даже на фоне жителей остальной ойкумены...

- Уныние - это грех, да-да, прекрасно помним, - в задумчивости пробормотал, сверяясь с записями в рабочем журнале. - Вот только что-то никто не рисковал напомнить об этой истине правящей чете. Зато мне на мозги капали с удовольствием, трусливые душонки!

...Впрочем, следовало помнить - что нормально для обычных людей, уже не столь терпимо для чародеев и лиц, к ним приближённым. Несмотря на жизненную закалку и здоровую долю прагматизма, будущие родители просто не желали допускать и мысли, что нечто столь страшное, как смерть на родильном ложе, может посетить их молодую семью. Это можно понять - я бы тоже не хотел даже слышать о подобном. И чёрт бы с ними, тем более что такое поведение действительно было оправдано в числе прочего и моим присутствием, однако нервные первые лица государства невольно (хотя в отношении девушки я в этом не столь уверен) выплёскивали свои эмоции на окружающих... Так сказать, делясь своим волнением с ближними.

Вот таким образом я и оказался меж молотом эмоций одних и наковальней непонимания других. И пришлось злобному чёрному магу снова выступать прокладкой, сглаживая углы и разрешая конфликты...

- Хоть бы один дал повод отвести душу, честное слово! - потерявшись в мыслях, я только постфактум осознал, что начал жаловаться на жизнь ещё одной крысе. Зверёк настороженно замер в стеклянной банке, расположившейся на рабочем столе чуть в стороне от письменного, и то и дело косился на действо, что ныне разворачивалось за моей спиной.

Более не теряя времени, поспешил присоединиться к невольному слушателю в созерцании чудного процесса метаморфозы... Продолжая, впрочем, размышлять.

...Собственно, очередной сеанс социальных плясок и стал причиной возобновления экспериментов - из всех увлечений, привычными для снятия стресс, хоть сколько-то доступной оставалась только наука. А поскольку объём теоретической работы, не нуждающейся в подкреплении практикой, был сильно ограничен и в один не слишком приятный момент просто закончился, дальнейшие мои шаги стали очевидны.

У меня просто не осталось выбора.

Раньше ещё можно было удариться во блуд, однако после всех модификаций организма, в числе прочего позволяющих манипулировать гормональным коктейлем в крови, даже секс с симпатичными служанками стал чем-то сродни мастурбации - никакими чувствами там даже не пахло, а физиологическую сторону вопроса я оказался способен контролировать с машинной чёткостью, превращая ранее волнительное мероприятие в аналог просмотра порнографического ролика с эффектом присутствия. Подобное приносило физиологическое удовольствие, но едва ли цепляло эмоционально, в чём и состояла проблема - избавившись от гнёта части инстинктов, я уже не видел особой необходимости в сексе ради самого секса. Более того - по инерции продолжая ночные развлечения, стал замечать, что всё чаще мысленно обращаюсь к размышлениям на более интересные темы.

Странно было думать о политике, экономике и магии, безразлично наблюдая за покорно извивающейся на кровати девицей. А уж учитывая, на каких именно школах волшебства я специализировался, впору было заподозрить у себя серьёзные проблемы с психикой. Что так-то даже не вызывало особого удивления - вечная проблема алчущих силу из Ветров рано или поздно должна была проявиться и во мне, пусть даже и таким образом.

И это я, можно считать, ещё легко отделался. Известны прецеденты и много, много хуже...

Собственно, насколько удалось узнать, из числа коллег в этом плане я нисколечко не выделялся - у химерологов проблем в личной жизни в принципе никогда не было. Потому что эта сторона существования либо просто обходилась изменением собственного тела, что с некоторых пор стало верно и в моём отношении, либо, что происходило чуть реже, они следовали принципу "лучший партнёр - тот, которого вырастил ты сам". Причём ещё повезёт, если имелась ввиду зоофилия с химерами, а не иная возможная трактовка.

Так-то вокруг суровый мир, населённый не менее суровыми людьми, причём зачастую с сомнительной, с моей точки зрения, моралью. Продать таким личностям маленькую девочку или мальчика в рабство, в том числе - сексуальное, - дело хоть и порицаемое, но рядовое. А там уже смотреть нужно на личные качества отдельных хозяев...

К счастью, в этом вопросе Учитель с гордостью причислял себя к консерваторам, не переваривая тем сексуального насилия ни в каком виде. И это стало одним из немногих его наследий, которым я мог гордиться и следовать без лишних размышлений.

Страшно подумать, что бы со мною могло приключиться в ином случае. Одинокий жестокий старик на краю известного мира, регулярно выкупающий и привозящий в свою башню маленьких детей...

- Раньше об этом как-то не задумывался, - уперевшись невидящим взглядом в частые прутья клетки, пробормотал себе под нос, - но в каком-то смысле мне ещё даже сильно повезло. И не только мне, кстати.

Очнувшись, сделал пару шагов и прислонился лицом к решётке, отделяющей небольшой стеклянный аквариум от остального помещения. Именно в его недрах сейчас происходил пугающий, но вместе с тем удивительно завораживающий процесс.

- Ты даже не представляешь, как тебе повезло, - прошептал я бывшей крысе, ныне представлявшей собой ком судорожно дрожащей, неспешно расползающейся плоти. Сквозь лопнувшую кожу виднелось перекрученное месиво костей и мышц, сквозь которое изредка проглядывали пульсирующие, неестественно крупные внутренние органы. - Конец в муках лучше, чем муки без конца, уж поверь мне.

Едва способный дышать из-за сдавленных лёгких и перекрученной трахеи, грызун продолжал молча взирать на меня семью чернеющими провалами глазниц. До того как изменчивая плоть раздавила органы зрения, во взоре животного можно было прочесть не только муки, но и толику некого разума... или какого-то его подобия.

- Как иронично, что Ветра даровали тебе просветление лишь только для того, чтобы ты смог осознать свою неизбежную мучительную гибель, - решил озвучить свои мысли. - Невольно закрадывается мысль: "А не ждёт ли нас, магов, столь же печальный исход? Что, если истина состоит в том, что мы - всего лишь ограниченные, не способные узреть Истину куколки, из плена плоти которых суждено вырваться куда более совершенным существам?".

Если моё предположение и было ложно, то осталось без критики - ни подопытный, чья бурлящая плоть продолжала свою неизвестную метаморфозу, ни остальные крысы в камере, в ужасе забившиеся по углам, не пожелали прокомментировать озвученную гипотезу. Зато поспешили опровергнуть её на практике - из недр окончательно потерявшего форму существа с трудом выбрались несколько малопонятных мясистых образований, однако, не прожив и пары минут, комки окончательно замерли, чем вызвали явное облегчение у выживших сородичей погибшего. Но внимания на последних я уже практически не обращал.

Меня занимал анализ результатов эксперимента.

- Мда, - саркастично ухмыльнулся я сам себе. - Если это и было совершенство, то быть мне портовой девкой ближайшие два десятилетия.

И проблема была даже не в смерти зверька и тщедушности появившихся из него аберраций - структурная простота при отсутствии разумности могут быть идеальны с точки зрения эволюции. В конце концов, за сотни миллионов лет существования жизни на Земле, только микроорганизмы ощущали себя достаточно комфортно всегда, тогда как все остальные регулярно массово вымирали чуть ли не от любого чиха. А уж сколько на планете беспрерывно существовали одноклеточные - вообще неизвестно. Вроде бы миллиарда полтора годочков, если не больше. Так что тот факт, что под воздействием ритуала, побуждающего "выжить любой ценой", жизнь решила, образно выражаясь, покинуть корабль на столь специфических спасательных шлюпках... он практически не вызывал удивления. В каком-то смысле это было даже логично.

Куда больше изумляла столь скорая смерть покинувших тело грызуна комочков плоти. Такого не должно было произойти - мало того, что ритуал получил немалый объём энергии, так ещё и условия внешней среды на статус агрессивных ну никак не тянули.

Несоответствие прогнозов с практическим результатом следовало изучить. Вероятно, мэтр Имельгаль, автор книги, из которой я почерпнул этот ритуал, либо не пожелал указать каких-то критически важных деталей, либо специально допустил ошибку. Что первое, что второе, увы, встречалось не так уж и редко, от чего самообучение превращалось в сущий кошмар, даже при наличии текстовых материалов. Причём настолько, что временами я начинал с теплотой вспоминать университет... Чем, помня о шизофренической бреде и тотальной анархии, коими полнилось то ныне далёкое учебное заведение, на моём месте не стал бы заниматься ни один адекватный человек.

Просто всё познаётся в сравнении - имея на руках лишь полубезумные бредни людей, что смешивали веру и домыслы в описание наркотического трипа с элементами детектива, начинаешь мечтать хотя бы о тощей методичке на учебный предмет, что неизменно находились в недрах родной альма-матер.

- Ну вот зачем нужно было писать этот талмуд, если ты не хотел ни с кем делиться открытием? - скривившись в негодовании с нотками отвращения, я бросил взгляд на книгу, в раскрытом состоянии зафиксированную на деревянной подставке. - Десять глав самовосхвалений и тридцать пустого трёпа на пару скупых абзацев, цена которым по итогу - погнутый медяк. Или кошель с серебром, если я всё же сумею понять, в чём заключалась ошибка. Но книга-то в золоте по весу стоила, а уж сколько чернил на авторский словарный понос извели - не счесть.

Цена, при моём-то финансовом положении, была вполне умерена, но вот потерянное время стоило уже куда дороже. Конечно, в процессе изучения нового душа интроверта отдыхала с полной самоотдачей, однако ничто так не радовало, как положительный результат. Или хоть какой-нибудь результат, не обещающий разгадывание очередного ребуса в духе "пахнет сильно, а где кучу навалили - непонятно".

А ведь искать "послание автора" придётся - за некоторым исключением, обещающим море мороки, заниматься-то было, собственно, больше и нечем.

За прошедшие годы вся учительская библиотека оказалась благополучно прочитана. Точнее, прочитано оказалось всё, что мне удалось отыскать - башня явно была не единственным местом его обитания, однако о прочих логовах старика было совершенно ничего неизвестно. Так что даже при том, что в своё время я вынес все тайники башни, попало ко мне в итоге далеко не полный перечень богатств древнего злобного тваретворца. Думаю, самое вкусное, а значит - опасное, в одном жилом пространстве с мстительными учениками он не держал. Даже при всей своей самоуверенности и некоторой оторванности от реальности.

Ну, или он был ещё более глупым и бедным, чем я себе представлял. Уж не знаю, что хуже.

Главное, однако, что в любом случае после Учителя осталось более чем предостаточно макулатуры, чтобы даже после её прочтения ещё несколько лет к ряду мучиться над анализом полученных сведений. Продолжая при этом искать источники и описание заклинаний, на которые ссылались авторы.

А ведь кроме химерологии были и прочие направления изучения - боевая, она же стихийная магия, артефакторика, алхимия и некромантия, доступ к знаниям которых в большом мире получить оказалось куда как проще. Закономерным следствием чего стал тот простой факт, что, сколько бы я не уделял времени любимым манипуляциям живой плотью, всё равно прогрессировал в основном в иных областях.

И едва ли в этом была хоть капля моей вины - сколько бы не перечитывались оставшиеся от Учителя тексты, качество их всё равно оставляла желать много лучшего, а практическая ценность зачастую не превышала моих собственных исследований. Те же трактаты монстроделов, к примеру, являлись больше философско-религиозной, чем научной литературой, от чего далеко не всегда содержали даже рецепты изготовления упомянутых химер, не говоря уже о заклинаниях и алхимических составах, применяемых при этом. Складывалось такое впечатление, будто мои коллеги писали эти труды исключительно в целях саморекламы, совершенно не собираясь делиться результатами изысканий. Что, в целом, от изоляционистов-социопатов было даже ожидаемо, но никак не упрощало мне жизнь.

На таком фоне дела с другими школами обстояли много проще. Крохи сведений по некромантии удавалось перехватывать у регулярно захаживающих к нам тёмных магов, чьи странствия хоть и напрягали народ, но в целом большого неприятия не вызывали. В то время как сведения по остальным направлениям получалось собирать по всей Вольнице: агенты искали и покупали книги, приглашали странников на обмен опытом, процеживали в поисках интересного слухи и сплетни, а также, через подкуп курьера аккуратно вклинившись в переписку двух алхимиков, отправляли мне старательно переписываемые копии их писем. Я в цепкости от своих людей также не отставал, не мытьём так катаньем вытягивая ценные крупицы знаний из любых сообществ чародеев, проживающих в пределах Междуречья. И это приносило свои плоды.

Много плодов.

Откровенно говоря, от обилия идей нередко кружилась голова и стучали зубы, так хотелось опробовать хотя бы некоторые из них. Останавливало в основном отсутствие времени и материалов, а также нежелание превращать замок в полигон для тестирования наиболее одиозных решений. Ввиду чего мало того, что приходилось сильно ужиматься в масштабах, так ещё и с болью в сердце выбирать наиболее выгодные в соотношении затрат к прибыли проекты.

На данный момент оных было ровно три - сельскохозяйственные системы, комплексные модификации организма и гибридные механизмы. Каждый из них - огромная, поистине масштабная тема на стыке всего известного мне пула знаний, включающего и магические, и земные, и даже попросту бредовые, но потенциально полезные решения. В основном я не заходил дальше теоретических изысканий, сопровождающихся проверкой определённых элементов на практике, однако изредка реализовывал и более крупные куски разработок - так, например, именно "неправильные" пчёлы и модифицированный вид корнеплодов, являвшиеся частью конструируемых мною сельхоз систем, позволили получать значительно больше сладостей, а правящая чета от месяца к месяцу становилась всё здоровее благодаря исследованиям на стыке артефакторики, химерологии, стихийной магии и ритуального друидизма...

- Хотя убедить беременную герцогиню станцевать тот танец у озера в неглиже было той ещё задачкой, - ухмыльнувшись воспоминаниям куда более забавным, чем вид в стеклянной камере, я на несколько мгновений застыл, творя заклинание. Когда аберрации зашевелились вновь, движимые наложенным на мёртвую плоть проклятием, моё внимание вновь оказалась приковано к записям в журнале.

Требовалось ещё кое-что проверить.

...Собственно, три большие темы исследований, конечно, занимали изрядную часть моего времени, однако, не следует забывать, всё же базировались на школах магии. Без изрядного прогресса в постижении которых, очевидно, никакие изыскания не имели бы и толики смысла.

Естественно, прогрызать себе путь к силе было непросто. Будь иначе, и каждый чародей достигал бы как минимум звания магистра. Но поскольку такого не происходило и близко, какие-то преграды должны были существовать. И они действительно существовали. Очевидно, что мне пришлось с ними столкнуться. И столь же очевидно, что раз уж прогресс в росте мастерства и силы имелся, по крайней мере часть испытаний на этом пути я вполне успешно преодолел. Интерес скрывался в деталях...

- Конфликт, - отрешённо констатировал наблюдая за тем, как ещё недавно оставшиеся аберрации начинают хаотично сокращаться, меняя при этом формы и оттенки. Вскоре над грудой мяса и костей появилось нечто - тусклое сияние непонятных цветов, сопровождавшееся едва заметной для человеческого взора рябью воздуха.

В магической чувствительности странный эффект проявлялся куда ярче и нагляднее - холодная сила смерти столкнулась с ещё совсем не выцветшей жизнью, закружившись в завораживающее танце Ветров и вторичных энергий. Я наблюдал подобное уже далеко не первый раз, однако кое-какие отличительные черты этот случай всё же проявил.

- Нужно зафиксировать, - пробормотал, перенося внимание на журнал.

...Собственно, первым моим шагом в качественном росте стало создание некой теории, описывающей магию и взаимосвязь оной с миром. Своеобразная Теория всего, священный Опус Магнум, но только в специфике чародеев, и совершенствующийся всю сознательную жизнь последних. Такая есть у каждого моего коллеги по искусству, перенятая у наставника или разработанная самостоятельно, но обойтись без подобного инструмента познания просто невозможно. А причина тому банальна - не представляя, каким образом магия влияет на материальный мир, невозможно вообразить и то, каким эффектом должно обладать сотворённое заклинание. Сколько не пыжься, нельзя убедить реальность в существовании навязываемых законов, если сам не способен в них поверить.

У меня, конечно, всё было не как у нормальных людей - атеист с техническим образованием на первый взгляд не мог быть способен на подобный самообман. Но тех, кто так будет считать и после вдумчивого анализа контекста, я хотел бы лично отправить прямиком к своему Учителю - у этого старикашки даже последний святоша веру сменил бы, не то что лазейки в собственной картине мера нашёл.

Я хотел жить, а не переваривается в желудке какой-нибудь химеры, так что решил эту проблему ещё в детстве. Собственно, достаточно было вспомнить один факт, временами забываемый учёными мужами родной Земли. Современная наука - это лишь то, как мы описываем объективную реальность вокруг нас. Не больше и не меньше. Естественно, это описание сильно зависит от контекста и доступных инструментов познания, от чего столь часто и меняется то в мелочах, то, казалось бы, в основоположных теориях. Так что на самом деле любой образованный землянин на моём месте в конце концов повторил бы сказанные мною однажды слова: "Что же, вокруг другой мир, и, очевидно, он имеет свои законы и правила. Уж не знаю, чем является магия на самом деле, но она объективно существует, так что мне остаётся лишь принять этот факт и начать изучение феномена".

Важно помнить, что главная цель современной земной науки - это не фанатичное отрицание неудобных фактов, а удаление лишних иллюзий. Так что мне не нужны были сказки и самовнушение для того, чтобы начать колдовать. Став свидетелем невозможного и не найдя достойного объяснения увиденному, я просто скорректировал картину мира, с тех пор смотря вперёд незашоренным взглядом.

В конце концов электричество - тоже ведь магия в каком-то роде, как и поистине страшная фигня, происходящая в Большом Адронном Коллайдере при различных опытах. На фоне последнего даже ходячие трупы и скрещивание видов смотрятся блекло, тем более что и то, и другое, собственно, вполне доступны и землянам. Пусть и со своей спецификой.

Другое дело, что сам-то старик полностью соответствовал эпохе, имея своё довольно безграмотное мнение относительно устройства окружающего мира. И что гораздо хуже, оную чепуху он очень старался привить мне, причём зачастую побоями. Первое время это сильно мешало, ограничивая и замедляя развитие, пока я просто не стал пропускать чужие бредни мимо ушей. С тех пор колдовать удавалось без существенных трудностей.

Впрочем, это не уберегло от пут уже собственных заблуждений... Был молод, глуп и высокомерен. Но время расставило всё по своим местам. К счастью, не убив меня в процессе.

- А ведь могло, - печально выдохнул, погружаясь в воспоминания. - Особенно когда экспериментировал с Молнией и Огнём - обе стихии разрушительны и своевольны, плюя на законы физики, которым подчиняются одноимённые неволшебные явления. В который раз, словно самый рядовой человек, перепутал причины и следствия, сделав неверные выводы. Выводы, что чуть не стоили мне жизни.

Однако всё же оказался достаточно аккуратен для того, чтобы выжить и осознать пагубное влияние стереотипов. Что впоследствии оказало огромное влияние как на всё моё развитие в качестве чародея, так и на понимание реальности вокруг.

А с последним тоже случались... казусы.

Гипотез, связывающих известную мне физику и Ветра за прошедшие годы набралось немало - и всякие тёмные энергии с материями, и кое-что про струны вспомнил, и даже на искусственность мира грешил. Дескать, если застрял в условной матрице, то мозгу в банке могут и не такой бред показывать. Собственно, он даже самостоятельно с этим справиться способен, дайте только достаточной дозы наркотиков - это тоже было вполне приемлемой версией.

Однако в конце концов пришлось просто принять реальность и плыть по течению, поскольку, за исключением накладывания на себя рук, иных способов проснуться или как-то покинуть матрицу я так и не нашёл.

Так что, если говорит откровенно, на данный момент я признавал Ветра просто некими типами неизвестной мне материи, а магов, соответственно, - мутантами, способными с оными взаимодействовать. Такая модель принципиально ничем не отличалась от каких-нибудь фантастических псиоников или, к примеру, от различий между слепыми и зрячими.

Одни - воспринимали, другие - нет. Объективной реальности это, впрочем, не меняло. Как и того простого факта, что на самом деле никаких Ветров могло просто не существовать, а то, что мы ими считали, было способно оказаться явлением совершенно иного рода. Ведь маги оставались просто людьми, способными своими органами чувств воспринимать нечто, что при определённых обстоятельствах имело некое влияние на реальность. Была ли это пресловутая магия, подобная мифическим божественным силам, или нечто иное - хороший вопрос.

Так или иначе, теория о существовании неких видов материи, способных через воздействие на более... весомые виды изменять физико-химические характеристики оных - ничем не хуже и не лучше прочих. К счастью, точные науки я знал всё же недостаточно глубоко, чтобы желать потратить десятилетия на построение непротиворечивой концепции реальности, так что подобное оправдание меня устроило. Есть неизвестные частицы, пронизывающие всё вокруг - ну и фиг с ними. Даже если Ветра воспринимаются скорее некими потоками, чем какой-нибудь условной пылью.

Или импульсами... Звуковыми волнами? Направленными кругами на воде, влекомыми взмахами крылышек тысяч насекомых? Или...

Прервавшись, я откинул журнал и зажал уши ладонями, тщетно пытаясь заглушить медленно нарастающий шум, вторивший стуку сердца в висках. Не больно само по себе, но очень неприятно и напряжённо.

Такое иногда происходило - слишком сильно вслушиваясь в Ветра, созерцая истинно хаотичные завихрения чрезмерно внимательно, разум мог начать улавливать закономерности. Закономерности, которых на самом деле не существовало. Самообман человеческого сознания, открывающий брешь, через которую в разум начинают просачиваться образы, не несущие никакого смысла, кроме странных, неестественных ассоциативных связей с содержимым памяти подверженного этому воздействию.

Чародеев ещё до первых заклинаний учат фильтровать этот поток бессмысленной информации, а в идеале - сводить созерцание "белого шума" к минимуму. Поскольку бесконтрольное поглощение способно не просто разрушить сознание, но исказить его самым причудливым образом, перемкнув в совершенно неожиданных местах. И причина тому всё та же - Ветра несут смысл в целом, а не в мелочах, что человеческий разум осознать просто не в силах. Он ищет значение там, где его нет, ради чего готов пойти на очень, очень многое. Например - попытаться приспособиться к пониманию тональностей хаоса. Что, впрочем, всё равно не приведёт к облегчению, поскольку невозможно понять то, что не несёт смысла.

Одна из моих теорий гласит, что на самом деле чародеи не одарены, а наоборот - ущербны. Возможно, разумы остальных людей с самой материнской утробы учатся не воспринимать Ветра, выступающие постоянным раздражителем, тогда как мы подобного блага лишены и вынуждены жить в поистине проклятой реальности, зависшей в шаге от бездны безумия.

Это как с шумом тока крови в ушах, чей звук младенцы перестают слышать, кажется, в первые несколько недель жизни. А что будет с теми, кто окажется на подобное способен?

...Главное, что насколько бы сложной не казались мне временами поднимаемые темы, я всё же владел магией. Владел силой, способной на очень многое. Глупо было не начать её освоение.

Но как использовать силу, в норме не способную влиять на мир вокруг? Очевидно, нужны обстоятельства, при которых воздействие станет возможно. Слова, жесты, эмоции, воля и представление - всё, что чародеи способны вложить в ограниченный общими рамками хаос Ветров, превращая аморфную материю в нечто более осязаемое. Словно песчинка, становящаяся началом жемчужины в моллюске, так и совокупность наших действий приводит к появлению чего-то, снежным комом вырастающего в реальность.

Мы - инициаторы, мы же и надзиратели, но отнюдь не творцы. Не создаём землю, но способны посадить в неё семена, чтобы получить урожай.

Вопрос не в том, сколько силы имеется в наличии - Ветра по сути своей бесконечны, пусть на отдельной местности и могут временно истощаться, так что в теории оказать возможно воздействие совершенно любого масштаба. Но вот как долго при этом проживёт чародей, через тело и разум которого проходит поток чего-то, в определённом смысле сравнимой с жесточайшим радиоактивным излучением - вот это уже настоящая загадка.

Причём основная нагрузка ведь ложиться именно на разум, который с опытом начинает привыкать к ней всё больше. Лучше фильтрует частицы, которые оказываются подвержены воле мага, от лишней шелухи, что уменьшает потери энергии и ускоряет построение привычных заклинаний. Меньше обращает внимания на совсем уж выбивающиеся из нормы флуктуации белого шума. Эффективнее сопротивляется навязанным образам, концентрируясь на определенных задачах...

- Теоретически, это позволяет даже натаскать условного чародея на единственное избранное заклинание, которые он сможет воспроизводить с невероятной точностью... - протянул задумчиво, потирая ноющие виски. - Только вот кому это нужно? Да и как сделать, если у слабых нет контроля, а сильным опыт помешает?

...Словом, всё исполнение магических фокусов этого мира до боли напоминало работу сортировщиков на конвейерной линии в цеху по производству цветных леденцов. Только вокруг чудовищный шум и свистопляска, разум холодит от осознания близкой смерти, а оператор линии давным-давно сдох на пульте управления, невольно выставив скорость работы комплекса на уровень "Армагеддон". Сломанная аппаратура выплёвывает конфеты пулемётными очередями, кажется, специально метя в незадачливого работника, а из огромной цистерны для патоки под дикий вой кто-то яростно пробивает путь наружу...

- Даже как-то инфернальненько выходит, - прошептал с кривой улыбкой, обессиленно роняя голову на стопку бумаги.

...А ведь ладно бы лишь это - вот только магия ещё и разная бывает! При том что Ветра - одни, они как бы не совсем одинаковы... но при этом совершенно идентичны. Это сложно объяснить - более всего напоминает дисперсию света, когда одно можно разделить на множество разного, которые в свою очередь уже даже способны конфликтовать друг с другом. Как Жизнь и Смерть, к примеру - почему вдруг химерология и некромантия, в иных обстоятельствах прекрасно уживающаяся друг с другом, может вдруг начинать яростное противостояние, мне просто неведомо.

Для того, собственно, и изучаю, собирая статистику. Тоже по-своему глупое занятие - искать закономерности в том, что может оные не иметь в виду своей природы. Ведь, как уже упоминалось, Ветра и их составные части должны соответствовать логике в целом, но не в частности. То есть, например, горячий и разрушительный Жар (огонь) вовсе не обязан является проявлением окислительного процесса со всеми вытекающими, а Мощь (электричество) способна с вызывающим пренебрежением игнорировать электродинамику. Осознать такое непросто, принять - ещё сложнее, но с преодолением этих преград открываются возможности, захватывающие дух.

Впрочем, до твёрдого огня и жидкой молнии я всё ещё не дошёл. Понимаю, что теоретически магия способна и на такое насилие над законами физики, но определённая инертность мышления свойственна и мне. Успокаивало лишь то, что несмотря на несколько более размытые границы мировосприятия прочих чародеев, дела у них обстояли ещё хуже. Традиции, религии и личная дремучесть, свойственные даже королям, не обходили стороной и моих коллег, серьёзно урезая их потенциал и вариативность способностей. В итоге при прочих равных я всё равно оставался значительно более могущественным, чем среднестатистический волшебник. В конце концов, сколь бы ни было ограничено земным образованием моё воображение, я всё же мог представить гораздо больше и количественно, и качественно, чем любой местный человек.

Конечно, исключая разного рода безумцев, сектантов и обратившихся монстрами павших, чьи способности зачастую не поддавались какой-либо внятной логике. Потому, собственно, столько трижды проклятых сект и развелось - запудрить ребёнку мозги и вырастить идеальный инструмент - идея слишком выгодная и удобная, чтобы не донимать умы людей во всех концах нашей ойкумены. А уж если ещё и как-нибудь убедить жертву в том, что через ритуал дар к волшебству можно передать...

- Впрочем, люди как-то и без подобного обходятся, - невидящим взглядом обвёл пространство лаборатории, пребывая в глубокой задумчивости. - Уж не знаю эффективность жертвоприношений в условиях этого мира, поскольку не пробовал, однако... Ну, немаги вроде бы способны активировать примитивные ритуалы, если уверуют в их действенность. Потери, конечно, страшные, да и стабильность сомнительна, но ведь работает же! Однако способна ли воля десятков и сотен, индивидуальная и разнородная, заменить куда более чёткую волю одного?

Ещё одна тема для исследований, мда.

...В любом случае, вера, как и мировосприятие, штука слишком индивидуальная, чтобы даже сотни тысяч людей оказались способны совокупностью оной не то что горы сдвигать, а хотя бы ранку кому-нибудь залечить. Ведь, хотя Ветра не несут смысла в деталях, его привносит воля мага, творящего чары. Без обоих компонентов реальность не изменить, а хор слабых голосов способен создать лишь общую канву, что по большей части бессмысленно...

- Интересно, а возможно ли таким образом создать божественную магию? Новая школа волшебства... - шёпотом, будто испугавшись собственных слов, я разрезал тишину помещения. После чего опасливо оглянулся по сторонам, остановив напряжённый взгляд на крысах в камере. - Надо бы от вас избавиться. А то слышал я об умельцах, способных со зверями разговаривать.

...Собственно, за прошедшие годы мои возможности на ниве колдовства действительно возросли. Я узнал много нового как из книг, так и самостоятельно, активно изучая границы, отделяющие общие направления значения Ветров от пресловутых деталей. Что в заклинаниях можно изменить, а что должно соблюдаться неукоснительно? И в каких границах? Почему школы разделены именно так, а не иначе, и каковы изначальные свойства отдельных энергии Ветров? Ну и самое важное - как будет заклинание воздействовать на реальность при всех принятых магом изменениях, когда установленные волей правила сталкиваются с неукоснительными законами физического мира?

А ведь именно последнее и станет эффектом чар. Столкновением корабля с сушей, итог которого зависит от характеристик судна, его скорости и содержания трюмов. Форму стальной оболочки всё равно определяют Ветра - продолжая аналогии, Твердь просто не способна развить высокую скорость, хотя будучи этаким сухогрузом в сравнении с прочими школами, покажет впечатляющие последствия при обрушении на берег. В то время как стремительные катера Воздуха быстры и мобильны, однако едва ли оставят на суше след, заметный с большого расстояния.

- Ну, а если обобщать всю картину... - откинулся я на спинку стула. - Оболочка и наполнение, вот в чём суть всей магии этого мира. Наполнение задают волшебники, оболочку - используемая традиция, школа, выделяемая из единого хаотичного Ветра. Сложение этих двух составляющих и задаёт сумму, которая при наложении на реальный мир вызывает некие последствия. Взрыв, мгновенное свёртывание крови, некроз тканей - что только душенька пожелает, стоит лишь применить нужный ключик. То есть одну из подходящих формул заклинания. А вот как оную определить - либо ищи методом подбора в бесконечном количестве комбинаций волевых компонент, либо внимай чужим знаниям, обретая готовые решения. Только помни - пока ты будешь создавать идеальные инструменты, кто-то может натренировать применение куда более ущербных аналогов, став в конечном счёте куда более эффективным на поле боя.

И вот в таком мире я живу, да. Одно хорошо - нет бессмертных, а то боюсь даже представить, сколь могущественными они могли бы стать за тысячи лет оттачивания искусства. А с другой стороны - мозг-то для таких сроков не предназначен, так что неумолимо закостеневающее сознание, старческий маразм и дырявая память рано или поздно превратили бы всё их могущество в дутый шарик, сколь большой, столь же и пустой внутри. Обойти эти ограничения будет непросто, поскольку, хотя магия и предоставляет обширные возможности, жить-то мы продолжаем в суровом мире физики и биологии. Даже у самых качественных химер есть свой срок службы, после которого ещё совершенно не старое животное начинает буквально разваливаться на куски. Если ритуалами не преобразовано на более глубинном, генетическом уровне, конечно. Да и то...

- Хватит на сегодня.

Уже идя в направлении единственной двери в лаборатории, я мимоходом прикоснулся к небольшому рычажку, переключив его в нижнее положение. Насколько мгновений ничего не происходило, а потом в основании камеры с грызунами открылись отверстия, ведущие к нехитрым механизмам с горючим газом.

Дубовая дверь мягко закрылась, отсекая панический писк заживо сжигаемых животных.

Глава 38 часть 2 - Магия - это мы

Ученица... Будучи волшебником, я прекрасно осознавал, что рано или поздно возьму на себя подобную ношу. Это священное право и обязанность любого человека, смеющего причислять себя к числу чародеев, невозможно избежать, не став изгоем всего нашего общества. Отдельная личность может быть хоть сколь угодно эгоцентричной, ленивой и всей из себя уникальной, однако обнаружив одарённого магией малыша, она обязана позаботиться о будущем поколении. Так или иначе.

Не можешь или не хочешь сам - сообщи другому. Грозит опасность - забери, сохрани, сбереги любым способом. Или хотя бы убей, чтобы бесконтрольный маг не превратился в искажённое Ветрами чудовище.

Последние - особенная тема. Наша общая проблема, укор и физическое воплощение бездны, зияющей под ненадежным мостом опасного пути к силе. Твари редкие, не слишком сильные, но зачастую довольно опасные ввиду изначальной разумности и странных, порою просто абсурдных способностей. Так уж получается, что монстр из человека получается куда более хитрым, чем разумный из монстра. Благо на них охотятся буквально все, а в особенности, сами волшебники. В первую очередь, конечно, из-за угрозы, однако бывают и ценители крайне специфических ингредиентов...

Помня обо всём этом, я не мог, просто не имел морального права бросать одаренную малышку на произвол судьбы. Даже понимая, какие последствия настигнут, стоит только принять её в ученицы. Однако никакие интриги, политические разногласия и мнимые обиды не стоили того, чтобы подвергать риску такое количество жизней. И уж тем более они не заставили бы меня убить ни в чём не повинного ребёнка тогда, когда имеется приемлемая альтернатива.

На моих руках достаточно крови. И лично, и по моему приказу уже убили и ещё убьют столько, что впору уходить до конца жизни в монастырь, лелея тщетную надежду замолить море обретённых грехов. Сперва война, а потом чистки с реформами увенчали дорогу горами тел, что, впрочем, как казалось, поистине волновало лишь одного по неволе занесённого в этот мир землянина... Но вместе с тем, пролившаяся кровь позволила пустить корни лучшему будущему - потенциально более сытному, гуманному, благополучному. Причём в кои-то веке не только для узкого круга лиц при власти, но и для простых людей, над которыми мы взяли шефство. Так что я продолжал путь - причинённая боль была малой платой, несравнимой с тем, что отдают во всех уголках здешней цивилизации чуть ли не каждый год. Причём отдают фактически не за что.

В конце концов, моей волей даже не было разграблено ни одного города, что для аборигенов вообще нонсенс. Никаких геноцидов, повальных войн и масштабных ужасных экспериментов - совсем неправильный аристократ, маг и химеролог. Практически святой, по авторитетному мнению завсегдатаев таверн.

Я даже посмеялся было на такую оценку, пока не вспомнил, что порой творили разного рода святые на Земле. И как-то сама собой увяла улыбка, когда разум провёл кое-какие параллели.

Теперь, вот, ещё и ребёнка подобрал. Нищенку. И мать её, единственного оставшегося родича, что ради пропитания вынуждена была продавать своё тело, определил в замковые старшие служанки, назначив кормилицей новой представительницы аристократии герцогства, по совместительству - своей родной дочери.

Обе, конечно, оказались ошарашены такими новостями, но традиции были неумолимы - волшебница, пусть хоть трижды ученица, простолюдинкой быть не может по определению, а вот родители её - могут. Возвести в благородные обеих - не поймёт даже служилая аристократия, оставить как есть - собственноручно нарушить негласный закон о волшебниках и тем самым унизить вообще всех коллег. Так что пришлось ситуацию как-то разруливать, попутно укорачивая языки слишком непонятливым - мать моей ученицы не может считаться "солдатской подстилкой", даже если когда-то в прошлом подобный вынужденный опыт и имел место в её несчастной жизни. Думать люди могут то, что хотят, но вот уже за сказанное я имел право спрашивать по всей строгости.

Впрочем, на самом деле всё было не так страшно, как выглядело со стороны:

- Я ничем не смогу отблагодарить вас, ваша милость, кроме своих молитв, - глубоко кланяясь произнесла женщина, назвавшаяся Лиерной. Выглядела мать моей ученицы уже куда лучше, чем в первую нашу встречу, да и взгляд женщины больше не пугал отчаянной решимостью спасти своё дитя любой ценой.

Я расспросил её попутчиков и уже примерно представлял, что довелось пережить этой даме. И на что она оказалась способна в желании спасти единственного выжившего ребёнка. Так что внешней безобидностью не обманывался - эта поистине страшная женщина как-то раз сумела перегрызть горло насильнику, позарившемуся на миловидную малолетнюю соплюшку. Вряд ли, конечно, она смогла бы повторить этот трюк со мной, но стоило отдать должное характеру - при необходимости постаралась бы.

Пожалуй, это стало одной из причин, почему я нарушил традицию, не став разрывать связи ученицы с единственным родичем. Плевать на опасность, но вот воля матери, пережившей столь многое во имя своей дочери, действительно достойна как минимум уважения. А как максимум - подражания. Учитывая, что обучение я планирую проводить куда мягче, чем действовал мой старик, такой пример может оказаться достаточно важным. Всё же существуют вещи, которые можно осознать лишь с опытом, и я бы предпочел, чтобы моя ученица приобрела необходимое через познание чужой жизни.

К тому же, боюсь, забрав у женщины то единственное, что продолжало удерживать её на плаву, возникал риск лишить девочку родительницы во всех возможных смыслах. Уж не знаю, наложила бы Лиерна на себя руки, но вот что имела все шансы морально сломаться - это точно. И на месте ученицы лично я подобного поступка наставника, приведшего к такому итогу, не простил бы.

Как-то не хотелось повторять судьбу своего старика, так что сделал всё красиво, благородно... но в отличие от тех, кто видел происходящее со стороны, прекрасно помня о своих сомнениях, приправленных рациональными, бессердечными размышлениями о пользе и вреде. И теперь, глядя в благодарные глаза матери, едва не потерявшей своего последнего ребёнка, на меня напало то, от чего, казалось, удалось избавиться уже давным-давно.

Меня посетил Стыд.

- Лучше молись о малышке, - улыбнувшись, я поспешил спрятать наверняка изменившийся взгляд, устремив оный в окно. - Боги благоволят ей, и не будет зазорно поблагодарить их за это.

- Конечно, - женщина слабо улыбнулась в ответ, и лишь в глубине её глаз улавливала сложная палитра эмоций, всё ещё довлеющая над ныне обеспеченной дамой.

Сомнения, переживания, расчёт и страх - всё смешалось в материнском сердце, радеющем о благополучии родного ребёнка. Она не спешила верить мне, как не спешила и просто надеяться на то, что судьба перестанет мучить их семью. А потому справедливо опасалась что меня, что правящую чету, что прочих жителей замка.

Я уже не раз видел подобных людей среди беженцев, неудачливых крестьян, увечных ветеранов и многих прочих из числа тех, кого бурное течение времени выносило на обочину жизни. Потому мог представить, о чём она размышляла теперь.

- Что бы ты не думала - я не причиню вреда твоей крохе, - глядя ей в глаза, начал произносить, прекращая источать вежливое радушие и принимая более привычный облик - холодный, отрешённый, пугающий безразличием к жизни собеседника. - Если выдержит обучение, то она, вероятно, когда-нибудь сменит меня на посту первого советника правителя этой страны. Едва ли я желаю воспитать себе такого врага.

Неожиданно, но хотя женщина поспешила опустить взгляд и чуть сгорбиться, однако внимательному взгляду было прекрасно видно, что то был скорее вбитый в неё жизнью рефлекс, чем страх. Кажется, за себя она действительно волновалась куда меньше, чем за будущее последнего ребёнка.

И конечно, женщина не собиралась верить мне ни на йоту. Печально. И едва ли я мог что-то поделать с этим в ближайшее время - в таких случаях громче всяких слов говорят дела, и лишь годы благополучия способны вернуть несчастной хоть какую-то уверенность в будущем.

- Не веришь... - спустя пару мгновений обдумываний, продолжил я. - Что же, твоя воля. Но прошу тебя, хотя бы не пытайся сбежать с дочерью - мало того, что не получится, так ещё и свою жизнь ни за что сложишь. И вот тогда, погибнув якобы по моей вине, ты взрастишь в Зизе ненависть... А я не имею глупой привычки оставлять врагов за спиной. Понятно?

Мрачно глянувшая из-под чёлки дама молча кивнула, после чего снова опустила голову.

Может показаться, что запугивать и буквально шантажировать жизнью дочери эту женщину - глупая затея, однако иного способа уберечь их обоих на данный момент я не видел. Не бережет себя - так пусть не совершает глупостей хотя бы ради той, о ком так радеет. А там, годы пройдут, и станет легче.

Надеюсь.

***

- Учитель-я-здесь! - протараторив фразу, девочка стремительным росчерком просочилась за парту и прерывисто выдохнула, после чего робко улыбнулась под моим взглядом.

Уже хотя бы не такая тощая - обильное питание и забота целителя способны творить чудеса. Впрочем, не то чтобы магия самой малышки не могла совершить того же, начни она хотя бы вдоволь кушать и спать. Однако лишь мои силы были способны сделать её тело более совершенным. В меру, разумеется.

- Молодец, - улыбнувшись, я рефлекторно потрепал малютку по волосам, как, бывало, до сих пор поступал с герцогом. Эсизель, впрочем, реагировала на мои прикосновения иначе - первое время лишь панически дёргалась и замирала, а теперь, когда пообвыклась, временами начинала пугливо ластиться. Последнее происходило редко, и действовать приходилось аккуратно - стоило только звуком или резким движением вывести дитя из состояния своеобразного транса, как от меня буквально отпрыгивали, нередко влетая прямиком в какую-нибудь мебель или случайно подвернувшегося человека.

Пару раз жертвами такой реакции становились не только слуги, но и благородные жители замка. Парочка из них даже попытались использовать сцену, свидетелями которой стали, к своей выгоде... Один внял доводам разума и намёкам, второй же познакомился с холодом моих рук и полов лабораторной камеры. И это они ещё легко отделались - не знаю, каким образом в моих действиях можно было углядеть "излишнюю любовь к детям", но сдержался от немедленной расправы над злословами я лишь по личной просьбе беременной герцогини. Оба придурка были родичами её фрейлин, а потому заслуживали некоторую долю снисхождения к умственным способностям.

Однократную. Третьего шанса я, как понятно, не давал.

В любом случае, на этот раз мы находились в недрах красной башни, так что лишних людей... как, собственно, и вообще каких-либо людей, за нашим исключением, поблизости не было. Так что несчастное дитя, потерявшее отца ещё во младенчестве, а год назад утратившее ещё и троих старших братьев, смогло беспрепятственно насладиться моими нехитрыми ласками. Впрочем, стоило отметить, что положительные эмоции от них испытывала не только она.

Это было странное чувство, отличающееся от ранее знакомого мне по воспитанию тогда ещё только принца, не взошедшего на престол. Однако на этот раз эмоции были несколько иными - меньше гордости и удовлетворения, больше нежности и сопереживания.

Из потерянного вихрастого мальчугана хотелось сваять хищника, достойного своих кровных родичей и прочих благородных, но с примесью моей личной морали, чтобы доказать, что для успеха в феодальном мире не обязательно становится самым гнусным мудаком на все окрестные земли. Пусть не остаться чистым, но и не замараться по самую макушку - поистине достойное достижение по меркам обеих реальностей.

Это же дитя, лишённое столь много и ввиду происхождения, и по причине слепого рока, хотелось просто защитить, уберегая от новых ударов судьбы.

Наверное, в ней я видел себя... или того, каким мог бы стать, пойди моя жизнь в этом мире по иному пути. Схожие катастрофы, войны, монстры - но нет ни сил, ни средств, ни чьей-либо защиты, чтобы чувствовать себя в безопасности хотя бы на мгновение. И ведь есть магия в крови, любой рождённый с даром с самого малолетства подспудно ощущает это, но обратится к мощи, таящейся внутри, практически невозможно, от чего особенно обидно.

Хотя некоторым удается дозваться... И чаще всего люди потом ловят таких в виде очередного искажённого чудища.

Впрочем, моей ученице такая судьба не грозила - старательная девочка, в кои-то веке вытянувшая счастливый билет в жизни, вцепилась в учёбу мёртвой хваткой, с непреклонностью восставшего мертвеца удушая жалкие потуги прошлого ей помешать. Я не смел приписывать себе её достижения - прекрасно помнил, как тяжело временами было наставлять герцога, и насколько же быстро прогрессировала ученица на его фоне. А ведь в отличие от рождённого высшим аристократом, крестьянская дочь не умела ни читать, ни писать, ни даже толком считать...

Собственно, Эсизель, как по крайней мере именовали легендарного персонажа, в честь которого малютка и была названа, на самом деле обладала недюжими навыками, направленными, однако, ровно на одну цель - выживание. Многому научилась ещё в родной деревне, ещё большему - за время скитаний с семьёй, а когда осталась вдвоем с матерью, и вовсе пустилась во все тяжкие.

К этому моменту она уже рассказала о многом, что успела совершить, пока не попала ко мне. К счастью, наиболее печальная участь волею судьбы и матери миновала малютку, однако в воровстве, шантаже и даже убийстве замараться пришлось. В восемь лет... Но осуждать её не получалось - люди просто выживали, в то время как окружающие, пользуюсь их бедственным положением, зачастую поступали куда хуже.

Теперь же, когда однажды разговор задел эту тему, на искренний вопрос малютки:

- Учитель, мне же больше не придётся это делать, правда?

Её глаза горели такой наивной, детской надеждой, припорошённой пеплом неверия, что я не смог ни солгать, ни сказать всю правду:

- Если станешь достаточно сильной, то тогда - наверняка.

И действительно, вряд ли обученной чародейке вновь понадобиться побираться в грязи, вымаливать или воровать еду, сносить домогательства и резать глотки спящим. Едва ли это может понадобиться аристократке, обеспеченной не только деньгами и властью, но и личной силой. Однако нельзя было утверждать и того, что однажды навыки юности не пригодятся вновь.

Во мне боролись иррациональное желание подарить ребенку веру в чудо и понимание, что для её же благополучия лучше помнить, насколько жестока может быть жизнь. Не побеждала ни одна из крайностей, так что приходилось балансировать - утешать, отвлекать и напирать на пользу учёбы.

Ведь только сила позволяет обрести хоть какую-то уверенность после стольких потерь.

Не удивительно, что с такой мотивацией девочка прогрессировала, и делала это стремительно. Конечно, не так, как я в её годы - критически не хватало ни базы, ни понимания мира, ни даже банальной усидчивости, которая хоть и превышала таковую у прочих местных детей восьми лет, но не дотягивала даже до школьников. И это при том, что кроме сна и матери, своё время она отдавала лишь учёбе.

Я старался не давить на неё, и, судя по всему, получалось вполне неплохо... Или по крайней мере так виделось со стороны. Сперва девочка не подавала виду о назревающих в душе проблемах, а потом, когда тьма начала выплёскиваться через край, явили себя уже такие симптомы, что в какой-то момент я совершенно перестал понимать, что творилось в её голове. Натренировавшись в своё время с подопечным мужского пола, переоценил свои силы, вследствие чего закономерно потерял контроль над психологическим состоянием ученицы. Что в итоге и привело к нынешней ситуации - стоило только жизни войти в спокойную колею, как девочка с головой нырнула в пучину тревог и страхов, попутно уверено катясь куда-то в сторону чернейшей меланхолии, сопряженной с депрессией. Что, впрочем, не было удивительно при том количестве совершенно отвратительных воспоминаний, что содержала её маленькая пепельноволосая головка.

Естественно, ни меня, ни прочих затронутых обитателей замка такие её намерения не устроили. Пришлось подключать посторонних - служанок, замковую ребятню и даже саму герцогиню. Да и самого это участь не миновала. В довесок же шли упрёки и недовольные взгляды окружающих, но на этот раз следовало признать - заслужено...

...В то утро меня подстерегли у покоев ученицы, которые я покинул, оставив девочку на попечение матери и парочки служанок. Всё необходимые слова уже были сказаны, мотивы объяснены, а ситуация разрешена, так что свершивший своё дело наставник должен был покинуть леди, дабы не смущать её своей наглой, бесчувственной рожей. Так меня попросили сделать люди более сведущие в женских чувствах, и я согласился - никогда не был хорош в утешении. Особенно, когда сам частично виновен в сложившейся ситуации.

А судя по всему, та, кто давала мне советы, интригой решила достигнуть сразу несколько целей, заманив меня в ловушку. И стоило достигнуть поворота коридора, как капкан оказался захлопнут обступившей меня семейной четой.

- Ну ты и... - прошипела на ухо беременная государыня.

- Да вы, женщины, просто слушать ничего не хотите! - ответил я в том же стиле. - Ещё в самом начале сказал ей, что не брошу ни при каких обстоятельствах. Но зачем же помнить об этом, когда можно просто надумать себе чёрте что!

- Она - ребёнок! - недовольно засверкали голубые глаза. - Бояться взрослых в её возрасте - естественно! Особенно после такой жизни...

- А я - чародей, а не нянька! И так к ней мягок, возможно даже излишне - ни тебя, ни меня так не учили. Быть может, действуй я строже, и умственных сил на подобную глупость у неё не осталось бы.

- Возможно, - на свою беду решил вставить слово герцог, мгновением позже пожалев о своём решении - взгляд супруги не обещал моему воспитаннику ничего хорошего. Впрочем, уже немного закалённый браком юноша не боялся выедания мозга чайной ложечкой, воспринимая подобное неизбежным злом, так что от продолжения не воздержался: - Я имею в виду, что с испугом дочери должна справляться её мать, а не наставник. Собственно, ради того эту женщину и оставляли. Но если теперь она лишь мешает, паникуя и нагнетая...

- Ты не заберёшь дочь у матери, - непреклонно постановила девушка. Взгляд герцогини изменился, и то, что читалось в нём теперь, несло опасность для здоровья окружающих.

- Безусловно, - как ни в чём не бывало продолжил парень, - но время, проводимое ими вместе, можно ведь и сократить. Подобрать воспитательницу из твоих фрейлин, подарить милое животное или ещё каким-либо иным образом отвлечь - вариантов масса, а страх перестанет литься в уши ребёнка столь... полноводным потоком.

- Этого не требуется, - благодарно кивнув, я тем не менее отверг предложение. - Проблема не в её матери - девочка умеет разделять слова родительницы со своими мыслями. Дело скорее во мне... в моих ожиданиях. Ожиданиях, что слишком превысили возможности. Но я исправлюсь.

Неприятным открытием стала моя одержимость магией, пусть и проявляемая сугубо в лёгкой форме. Но не потому, что я считал это чем-то плохим - в конце концов, на фоне прочих возможных зависимостей эта едва ли стоила упоминания в диагнозе. Однако тот факт, что Ветра всё же не обделили мой разум своим влиянием, хотя я робко надеялся на обратное, печалило и внушало лёгкое опасение.

На этом фоне то, что лица собеседников приняли странные выражения, объединив сомнение, непонимание и некоторую долю скепсиса, едва ли заботило меня. Впрочем, как и весь разговор в целом.

- Не замечал от тебя такой уж сильной... требовательности, - начал было герцог, однако я его прервал:

- Так ты и магом не был. Одарённым мальчиком с неплохим образованием - безусловно, но с той, кто станет первой наследницей моего пути, спрос не сравниться.

- Чего ты вообще хочешь от вчерашней голодной крестьянки? - нахмурившись, вновь завелась герцогиня. - Едва ли пара недель минула, как умирающее дитя обрело новый дом! Ты излишне спешишь!

- Ей уже восемь лет, - пожал плечами в лёгком недоумении относительно слов женщины. - Естественно, я хотел взять темп повыше - чтобы успеть вырастить достойную сподвижницу к ее совершеннолетию, времени может и не хватить.

А в ответ на полный скепсиса взгляд женщины, что так и выражал изрядные сомнения в оправданности названых сроков, добавил:

- Ты не видела и толики моих достижений. Но уверяю, даже в стихийной магии, столь любимой тобой и твоим родом, я уже сейчас значительно превосхожу любого из вас. Не по силе, так по изощрённости - точно.

- Сомневаюсь! - оскорбившись, с усмешкой бросила герцогиня в ответ.

- Тогда расспроси гвардейцев, - пожал плечами, после чего проскользнул меж молодыми и более не оборачиваясь направился дальше по коридору. - Пусть расскажут, как мы брали форты и усадьбы. И подумай, как сложилась бы судьба ваших горных дикарей, сражайся с ними я.

Конечно, наивно считать, что по разнообразию и хитрости приёмов боевой магии в ближайшее время я смогу хотя бы приблизится к целому клану волшебников. Но их основное преимущество - громадный опыт - вполне компенсируется моей куда большей информационной базой.

Я знаю, как должны вести себя те или иные сотворяемые явление в природе, благодаря чему реальность куда меньше сопротивляется их проявлению. Я могу вообразить их редкие, но совершенно естественные виды, от чего трачу значительно меньше сил и времени на хитрые чары. А в ряде случаев для достижения схожего с комплексными заклинаниями эффекта мне достаточно сделать настолько малое, что ранее крайне требовательные воздействия становятся чуть ли не простейшими по сложности.

Иными словами - я банально оптимизировал чудеса под физико-химических законы реальности, от чего последняя к моим потугам относится несколько благосклоннее, чем к аналогичным от лица аборигенов. Вроде бы ничего принципиально нового, поскольку таким занимаются буквально все маги, однако хорошее земное образование даёт изрядную фору в этом нелёгком деле хотя бы благодаря пониманию правил, которым необходимо соответствовать.

Как говорится, незнание закона не освобождает от ответственности. А вот знание - вполне.

Срезать один угол, другой, третий - и вот суммарный эффект накапливается достаточный, чтобы со стороны я виделся этаким спидранером в сравнении с обычными игроками. Только целью моей являлось не сокращение времени забега, а уменьшение затрачиваемых на заклинания усилий.

Потому, собственно, и мог утверждать, что сильнее любого из клана боевых магов - едва ли кто-то из них сможет посоперничать со мной в скорости сотворения чар и выносливости разума.

***

Чему я мог научить ученицу? Ну, поводов гордиться хватало. Лишь бы был благодарный слушатель, а рассказ приложится.

- Химерология, стихийная магия, артефакторика, некромантия, друидизм и мистицизм - шесть стабильных школ, двадцать четыре направления магии, - вещал, вышагивая у деревянного щита с угольком в руке. - Или двадцать три, если не раскладывать алхимию на зельеварение и трансмутацию, которые различаются лишь методиками. Каждому из почти двух с половиной десятков путей соответствует особенный тип Ветра, значительно отличающийся даже в рамках школы, и кардинально - между ними. Переключаться непросто даже психологически, так что не удивительно разделение волшебников на специализации.

Эсизель слушала внимательно, но ничего не записывала - все ещё не могла. Так что мысленно я уже смирился с тем, что всю сказанное, вероятно, ещё не раз придётся повторять по прошествии месяцев, лет или даже десятилетий. Лишь бы девочка от простейших ошибок не убилась в процессе...

- Сменить ярость на печаль, а после развеселиться - сложно, особенно в течении краткого промежутка времени. И пусть эта аналогия не соответствует реальности, поскольку на самом деле эмоции в построении заклинаний играют довольно незначительную роль, однако неплохо отображает, насколько трудно переключаться между нужными состояниями сознания. Это действительно тяжело, особенно где-нибудь посреди боя, от чего, думаю, и сформировалась специфика школ - стихийная магия была просто наиболее универсальной, разнообразной и лёгкой в применении, чтобы что-то иное могло с ней серьёзно конкурировать. Поэтому именно её быть будем изучать первой.

- Угу! - глазки ребёнка загорелись в предвкушении.

- Жар, холод, воздух, вода, земля, эфир и мощь, также известная тебе под названием молнии или грозы, - полный набор на все случаи жизни. Ничего действительно примечательного, способного нарушить фундаментальные законы природы, но роли свои выполняют качественно, с толком и расстановкой, так что стихийные волшебники по праву заслуживают статус костяка нашего чародейского сообщества. Именно они в основе своей воюют, строят, меняют погоду и лечат. Мастера на все руки со всеми вытекающими последствиями и соответствующей репутацией самых истинных магов.

Задумавшись, позволил тишине окутать нас на несколько мгновений.

- К их стезе я приобщился с давних пор, о чём ничуть не жалею. С течением времени мои умения в Мощи, Жаре и Хладе достигли немалых высот, хотя особое предпочтение я с некоторых пор стал отдавать холоду. Им мы и займёмся в первую очередь - его Ветра требуют покоя и сосредоточенности, так что совершить действительно опасную ошибку будет тяжелее.

Заметив пробежавшую по личику девочки тень недовольства, я едва сдержал улыбку.

- Надо, маленькая. Надо! Холод не только научит тебя контролю, но и станет полезным подспорьем в жизни, поверь мне.

Шоковая заморозка позволяла сохранять продукты и образцы, лёгкий мороз не хуже репеллента отпугивал назойливых дамочек и прочих насекомых, а в ночных нападениях бандиты с факелами ничего не могли противопоставить неестественной стуже, что гасила любой огонь. Словом, очень полезное направление даже несмотря на то, что холод я не жалую ещё со времён долгих студёных ночей, проведённых в каменном мешке башни Учителя.

Впрочем, огонь и молнию я также не забрасывал, развивая в меру возможностей. Однако если электричество постепенно раскрывалось на ниве физико-химических опытов, то вот пламя... Не скажу, что по ночам я в ужасе просыпался от воспоминаний о заживо сжигаемых людях, но какой-то осадочек всё же остался, так что к заклинаниям подобного толка я немного охладел. Да и отрабатывать их в условиях замка было особо негде - это только кажется, что в каменной крепости нечему гореть. У волшебного огня на сей счёт совершенно иное мнение.

Но обо всём этом ученице знать совсем не обязательно. Собственно, как и рановато прикасаться к столь опасным направлениям. Обе эти стихии слишком уж эмоциональны и своевольны, чтобы рисковать передачей в руки неопытного ребёнка.

- Иначе дела обстоят с Твердью, Водой и Ветром. Их я изучал крайне активно, однако совсем не для боевого применения. Хотя и не спорю - эти стихии обладают аргументами на любой случай, однако при этом оказались слишком уж полезны в строительстве, быту и шпионаже, чтобы всерьёз концентрироваться на боевом аспекте. Однако, думаю, ты понимаешь, насколько важно иметь возможность построить укрытие, спрятаться, вылечить рану или вовремя обнаружить неприятности. Так что моими разработками не побрезгуешь.

Судя по жадно засверкавшим глазкам ученицы - схватить да добавку попросит. Приятно преподавать человеку, разделяющем у твои предпочтения, да.

Сделав краткую паузу в повествовании, остановился и повернулся к слушателю, чтобы сделать акцент на следующих словах:

- Между тем, на фоне прочих стихий наиболее всего выделяется Эфир...

- И чем же? - поведясь на уловку, подала голос ученица. И поёрзала на стульчике в лёгком нетерпении.

- Увы, пока лишь практически полным отсутствием упоминаний о себе в литературе, - её ошарашенный взгляд вызвал лёгкую улыбку. - Да-да, не удивляйся - такое бывает. Вероятнее всего, сделано это было специально, поскольку та информация, что всё же мне встречалась, утверждала о выдающейся силе этой стихии.

Вид недовольно запыхтевшей мелочи, перед носом которой поманили вкусной конфетой и тут же жестоко оную сгрызли, бальзамом пролился на мою душу. Живые эмоции, так отличающиеся от печали, апатии и безразличия, что столь часто демонстрировались ею ранее, позволяли понадеяться, что кризисный период действительно остался в прошлом. И что однажды я не найду мёртвое тело малютки с петлёй на шее.

Выбросив из головы навеянный воображением образ, продолжил:

- Артефакторика, включающая в том числе и алхимиков - это школа совершенно иного рода. Скорее даже целая наука, чем совокупность ритуалов и чар, она всегда оставалась крайне размыта и поистине вездесуща, как и её приверженцы. Практически каждый волшебник является приверженцем этой школы в том или ином роде, если не как активный ремесленник, то в качестве пользователя результатов чужих трудов. И как, смею надеяться, довольно продвинутый артефактор, я со временем передам тебе свои наработки.

Энтузиазма малютке, конечно, пока не хватало, но этого от того, что распробовать не успела. Потом ещё донимать будет, как я когда-то Учителя... Только в отличие от того маленького крестьянского мальчика, она желаемое получит. Без оскорблений, избиений, страха, цепи на шее и жадных до мяса химер в подвале.

Что же до самой науки создания волшебных штук - в этом плане у меня сложилась довольно странная ситуация. С одной стороны, ингредиентов и рецептов для алхимии хватало, заговоры и зачарования совершенствовались, а игральная кость скрупулёзно анализировалась - то есть всего и везде хватало. С другой - количество не перерастало в качество. Вероятно, причина крылась в том, что я предпочитал решать поставленные задачи поэтапно, а не создавая какие-нибудь мегадевайсы для решения всех проблем за один щелчок. Были инструменты, модули, компоненты - но ни одного "ожерелья подчинения сознания", "камня трансмутации" или ещё какой-нибудь дребедени, что делали ли бы всю работу в один этап методом чёрного ящика.

Я вообще подобной идиотии не приветствовал - мало того, что побочки неизвестны, так ещё и с воспроизведением проблемы. Никакого контроля, высокая требовательность к практическим изысканиям, огромная конфликтность между собой - словом, великолепный пример пагубного желания создать фигню сферическую в вакууме, чтобы сделала всем хорошо и за один раз. Этакие шедевры, скрещенные с Magnum opus - деяниями всей жизни одного или нескольких поколений чародеев. Периодически такое работает верно, чаще - не так, как задумывалось изначально, но в любом случае я, дитя технического прогресса, такое производство считал неприемлемым. Вероятно, оставался и остаюсь слишком механистичным, чтобы сотню раз на свой лад придумывать велосипед, как это делают аборигены.

Безусловно, таким отношением я добровольно ограничиваю себя своим собственным воображением, выстраивая границы личного пути. Всё чародеи так делают. Наша с ними разница лишь в том, что моя дистанция планирования куда дальше, поскольку, кроме линейного роста мощи, всегда остаётся возможность перейти от классического фэнтези к фантастике. Быть может, новые горизонты станут столь же ограничены, однако они хотя бы будут существовать, чего нельзя сказать об абсурдных потугах аборигенов...

Впрочем, кто-то же создал летающую фигню, что обрушила луч пламени с небес на ни в чём не повинный лес к югу от нас, верно? Уж не знаю, в какой концепции была сделана эта штука, однако само ее существование провоцировало продолжать охоту за артефактами, ломающими привычные мне устои.

Ведь раздвигать стены сознания никогда не поздно. Главное, делать это постепенно, иначе может ненароком обвалиться крыша.

- О некромантии тебе знать пока слишком рано... - протянул с ясно слышимым сомнением, уловив неуверенный, чуть испуганный взгляд ученицы. - Однако, скажем так - когда придёт время, мне будет, что рассказать.

В этом искусстве я продвинулся гораздо серьезнее, чем можно было ожидать, чему изрядно поспособствовал обмен знаниями с немногочисленными гостями наших земель. Не сказать, чтобы достигнуто было что-то действительно выдающееся, однако сами возможности поднять какую-никакую нежить, проклясть оппонента или разговорить дух мертвеца - они дорого стоят. Тем более, что достались дёшево, что и не удивительно - магов смерти мало кто любит и терпит, так что на лояльность они отвечают сторицей. Впрочем, у нас они тоже, за редким исключением, не задерживались надолго, хотя тихой гавани были благодарны.

- Про химерологию я тоже пока рассказывать не буду. И не корчи такое лицо - когда-то я сильно пострадал от решений собственного учителя, так что знаю, что говорю - ребёнку к такому притрагиваться рано. Вот станешь хотя бы годика на четыре постарше, тогда и вернёмся к этому вопросу вновь.

Её желание прикоснуться к силе, способной исправить многие проблемы внешности, логично и закономерно. Вот только, как и многие из поступавших в медучилище, она ещё просто не понимала, через что придётся пройти на пути к красоте и здоровью.

Хотя, вероятно, сложись жизнь малютки иначе, и я бы решил окунуть её в этот омут пораньше. Но поскольку последние годы она и так варилась в откровенном дерьме, необходимо было предоставить девочке передышку, поскольку иначе существовал немалый шанс окончательно испоганить ей психику. Чего не желал никто.

Вон, мне Учитель когда-то уже испортил, и куда это его привело? Помниться, прямиком в желудки химер. Не хочу такой судьбы - уж лучше учесть чужие ошибки.

Что же до моих достижений на пути изменения живого - о них судить трудно. Магов этого направления вообще сложно сравнивать, поскольку даже возможные критерии суждения не очень ясны и понятны. К примеру, последнее время я забросил тему боевых химер и телесных модификаций, сосредоточившись на выведении новых сельскохозяйственных пород растений и животных. Они едва ли способны кому-то навредить сами, однако потенциально их появление в большом мире приведёт к глобальным экономическим сдвигам, коренным социо-политическим изменениям и, соответственно, войнам совершенно чудовищных масштабов. Так кто же из нас тогда опаснее - Учитель со своими агрессивными гигантскими тараканобогомолами или всего лишь садовод с ворохом безобидных овечек, паучков да прочих ползучих гадов?

А ведь не так давно появилось ещё и то, чему я с сумасшедшей дал название - "живые машины". Навеянные фантастикой формы были ничем иным, как специализированными биоконструктами, что одним своим существованием открывали новые пути применения магии, и в частности - артефакторики. Живые одежда, инструменты, оружие и всё то, что в них можно внедрить... От перспектив захватывало дух и побаливало сердце.

К реальности вернул голос ученицы:

- А остальное? - чуть подавшись вперёд с любопытством спросила Эсизель.

Стряхнув не вовремя настигшие мысли, продолжил:

- Смогу научить парочке ритуалов друидизма, но не более того, - виновато пожал плечами. - К сожалению, практики этого направления довольно редки, особенно в Междуречье. Что же до мистицизма - любителей этого пути изводят всюду, куда только смогли добраться мои люди. Вероятно, места их обитания всё ещё существуют и просто неизвестны широкой общественности - та же Гегемония, по слухам, таких специалистов привечает. Но это уже не по наши с тобой шапки, малютка.

- Ну и ладно... - пробурчала ученица с лёгкими нотками обиды в голосе. Однако во взгляде её в это мгновение сверкнула что-то такое, от чего я взял себе на заметку - на эту тему с ней придётся ещё раз поговорить позже. И уже более предметно.

Улыбнувшись, сделал пометку в рабочей тетради, и вернулся к повествованию, что продолжалось ещё добрый час времени. Уже завершая урок, общими чертами идентичный привычным для меня по школе и университету, напоследок произнёс следующее:

- Возможно, ты что-нибудь слышала о ранговой системе волшебников? Вижу-вижу, можешь не тянуть руку - просто уточнял. Так вот. Сейчас, когда твоё постижение магии уже началось, можешь смело называться чародейкой второго ранга - то есть ученицей, а не неофитом.

- Ученица? - округлила глазки девочка. - Но я думала...

- Ну, уж поверь, я не просто так продолжаю и раз в раз повторять, что ты моя ученица, - прервал её сарказмом, внутренне сетуя, что стал повторять её титул даже в мыслях. - Многократно повторённое в чужих умах постепенно превращается в истину. Это и защита для тебя, и важный титул, и предупреждение для прочих волшебников.

И не только, но время рассказать об этом ещё наступит.

Глава 39 - Маленькое зло большого замка

- Оставь ребёнка матери, - первые мои слова за последние часы прозвучали столь неожиданно для повитухи и трёх помогавших ей служанок, что женщины рефлекторно вздрогнули. А единственная седовласая из них, принимавшая роды герцогини приглашенная мастерица из города, даже отступила на шаг, с неким напряжением взглянув на меня, вставшего со своего стула подле ложа роженицы.

- Но как же, - пробормотала она под недовольное хныканье малыша, - дитятко ведь нужно отцу показать, да и миледи вся притомилась...

- Разве я спрашивал твоего мнения? - неподдельно удивился я наглости протестующий, однако видя лишь заботу в её глазах, всё же решаю пояснить: - Герцог подойдёт сам - не переломится, а ребёнка положи на его законное место. И не тяни - кроха у тебя на руках уже чувствует Ветра магии, и уж поверь, никто не хочет его пробуждения в столь раннем возрасте.

Вздрогнувшая от последних моих слов престарелая тётка взглянула на немного утихшего малыша, озадаченно моргнула в ответ на гневный взгляд младенца и покорно передала свёрток мне в руки. Благо правильно держать его я был научен. После чего, сделав ладонью некий смазанный жест, напомнивший обведённый в круг символ бесконечности, поспешила направиться к выходу и покинуть покои герцогини.

- Ну, приветствую тебя... - начал было, глядя во всё ещё подслеповатые глаза младенца, однако внезапно осознал, что один нюанс в бардаке последних месяцев умудрился упустить. Так что не мудрствуя лукаво, чуть развернул ткань и ознакомился... - Приветствую тебя, маленькая принцесса. Твой путь был долог и тернист, но будет вознаграждён по достоинству.

И завершив этими словами как своеобразный ритуал рождения, так и кое-какие волшебные манипуляции с крохой, на которую старался лишний раз не воздействовать в чреве матери, я аккуратно передал свёрток родившей. Уставшей, всё ещё прерывисто дышащей, от чего особенно молчаливой, но неимоверно довольной. А уж какими взглядами она одарила сперва меня, не давшего унести младенца, а после и саму причину сегодняшней нервотрёпки...

- Красавица, - не спросил, а постановил молодой отец, тихо приблизившийся и вставший подле меня.

Ответа эта фраза не предполагала, да и не был уверен я в эстетичности этого сморщенного, маленького комочка с редкими прядками светлых волосков... Однако всё же произнёс:

- Верно. Мамины глаза и нос, зато твои высокие скулы. И ко всему - одарённая, причём с очень хорошей чувствительностью. Ещё и в столь малом возрасте...

- Это опасно? - прошептал герцог, продолжая со мною наблюдать за тем, как отрешившаяся от всего остального мира, кроме собственного ребёнка, счастливо улыбающаяся герцогиня кормит малышку самым что ни на есть естественным способом.

- Жить вообще опасно, - философски ответил, пожав плечами. - Но мы постараемся, чтобы этот риск свёлся к минимуму. Впрочем, уже могу обещать, что сложностей с этой крохой всему замку хватит с головой.

- Почему? - впервые за весь разговор мужчина скосил на меня взгляд. Настороженный, но с ясно различимыми тёплыми нотками, как бы говоря: "Верю, но ни о чём не жалею".

- Она чувствует мать, - кивком вновь перевожу фокус внимания собеседника на дочь. - Да и магию в принципе, как я понял, тоже. Впервые такое вижу - нужно будет расспросить твою благоверную, может что-то подобноеу них в роду и встречалось. Пока не могу сказать, чем это грозит, но если навскидку - едва ли крошка будет довольна, покинув мать хоть на мгновение. И в ближайшее время это вряд ли измениться.

- Ага... - с удивлением выдохнул мой собеседник.

Что же, я был с ним полностью согласен - это самый полный "ага" из всех встречавшихся за последние годы. Конечно, способы обезопасить всех членов семьи я найду, даже если придётся иссушать Ветра во всём замке на постоянной основе. Однако сам феномен врождённой гиперчувствительности был как минимум интересен, а как максимум - перспективен. Впрочем, я отдавал себе отчёт, что изучать его следовало аккуратно - младенец хоть и родилась довольно крепенькой, всё ещё оставалась беспомощной и очень хрупкой. Причинять ей вред, причём даже из благих побуждений, представлялось затеей откровенно кощунственной.

Хотя полное обследование всё же было необходимо. Возможно, оно позволит выяснить, не привели ли к образованию подобного феномена мои манипуляции с женщиной, уже беременной к тому моменту. Ну и само состояние малышки, конечно, отслеживать необходимо - к сожалению, даже при всех достижениях медицины Земли детская смертность там никогда не исчезала полностью, а уж в этом мире, да при столь варварской культуре ухода за малышами... Буду следить, проверять и карать, как и всегда, что уж тут. И провал в этом деле недопустим.

***

Ни в одной традиции на просторах ойкумены не было принято праздновать само появление ребёнка на свет, и причины тому более чем весомы - роды нередко заканчивались трагедиями, и никто не мог знать, когда ослабленные организмы матери и/или ребёнка решат прекратить сопротивление старухе с косой. Одни отходят в мир иной прямо на родильном ложе, другие борются за жизнь ещё несколько часов, третьи засыпают, чтобы уже никогда не проснуться, а четвёртым удаётся покоптить небо ещё несколько дней, а то и недель, прежде чем неизбежное всё же догоняет уставших беглецов. В любом из подобных случаев, празднование - едва ли подходящая реакция на смерть или мучительное сопротивление родных людей оной. Вот потом, спустя хотя бы первый месяц выживания, уже можно начинать надеяться на благополучный исход для выживших - риск, конечно, все ещё остаётся, но куда меньший. Всё же будь проблемы действительно серьёзны, столько ослабленный организм просто не прожил бы.

Именно поэтому о столь счастливом событии, как рождение долгожданного ребёнка династии, мы какое-то время не сообщали никому ни во дворце, ни тем более за его пределами. Что, впрочем, совершенно не помешало информации распространится буквально в тот же день, чтобы неделю спустя привести к организации нескольких молебнов в городских храмах. Естественно, молились богам о здоровье герцогини и новорожденной принцессы - в женских фигурах при власти традиционно видели милостивых защитниц простого люда, а голубоглазая всё же рыжуля успела это реноме не раз подтвердить, пусть и не без моей подачи. Хотя живущие в замки благородные, также проявлявшие рвение на почве воззваний к высшим силам, думаю, делали это по несколько иным причинам.

Как уже не раз бывало до этого, когда супруге становилось плохо, начинал печалиться и герцог. А вслед за молодым энергичным мужчиной хандрой накрывало и всех остальных. Он совершенно не умел, да и не желал переживать в одиночку, предпочитая щедро делиться горестями со слушателями, вольными они были или нет.

Конечно, этот раз существенно выбивался из нормы - мало того, что ничего плохого не произошло, так под моим надзором произойти и не могло в принципе. Я внимательно следил за здоровьем что матери, что ребёнка, практически круглосуточно дежуря за рабочим столом в смежном с ними помещении. Любой чих, стон или громкий писк становился причиной немедленного посещения апартаментов молодой материи... Что так ей осточертело уже на третий день, и так перепугало служанок вечером пятого, что нам с моим воспитанником даже закатили гневный, пламенный и крайне эмоциональный, однако при этом предельно тихий скандал, где-то под конец перешедший в поток практически бессвязного шипения. За чем молча наблюдали служанки, не словом, но мимикой поддерживая позицию господи. Сражённые совместной атакой, мы вняли яростным речам и вошли в положение женщин, покорно покаявшись... но не поменяв ровным счётом ничего. Потому что сколько бы неудобства такие меры не причиняли объектам охраны, их здоровье всё же превалировало над всем прочим. Причём понимали это все стороны небольшого конфликта, но молодой матери, кажется, просто хотелось выплеснуть скопившиеся за время родов эмоции, так что песочить нас периодически продолжали, что называется, из чистой любви к искусству.

Вот так и получалось, что, с одной стороны, ситуация была в сути своей преотличной, а с другой - нервы герцогу трепали регулярно и с чувством, что он не жалея переносил на любых случайно подворачивающихся личностей.

Впрочем, стоит отметить, что первые дни случайные люди к нему и не подходили - лишь советники и те, кто в наивности своей рассчитывал воспользоваться благодушным настроением правителя. К счастью, последние в то время ещё встречались, и именно на них властитель окрестных земель решил сбрасывать скапливающееся напряжение. Никакого мордобития, конечно же - в своём доме благородный ручается за сохранность гостей, пока оные соблюдают неписанные, но всеми прекрасно известные правила приличия. Однако учитывая, какими уходили от него жертвы въедливого, изощрённого разума, воспитанного в парадигме неестественного для местных принципов логического мышления, лучше бы их просто били - телесную боль пережить гораздо проще, чем грязно изнасилованное сознание и разрушенную картину мира.

Иногда, глядя на особенно убитых персон, потеряно бредущих куда-то в сторону не то ворот, не то открытых окон надвратных башен, я уважительно качал головой, гордый за навыки воспитанника. Пусть и не маг, но так кушать людям мозги - это несомненный талант, бережно взращенный и огранённый моими заботливыми руками.

Видеть плоды своих трудов всегда приятно.

Однако, рано или поздно корм для дракона должен был закончиться. К счастью, запал у супруги огнедышащей ящерицы, представлявшей собой змейку не менее опасную своим ядовитым укусом, всё же успел потухнуть раньше, от чего весь замок дружно выдохнул с облегчением.

Однако радовались мы недолго. Во-первых, на горизонте уже виднелось окончание первого месяца, что означало необходимость в организации государственного празднования. Пусть и не столь масштабного, каковой была свадьба, но успешное выживание первого ребёнка правящей четы мы пропустить не могли. Слишком важным и положительным символом стала эта малютка, чтобы не показать людям, что надежда на стабильное, светлое будущее, тесно связанное с непрерывностью царствования текущей династии, подтверждается не только словами, но и делом. Более того - для религиозно-мистического мышления аборигенов такие новости ясно указывали на то, что правители всё делают правильно и полностью угодны богам. Важность такой народной уверенности в принципе невозможно переоценить.

А что в благополучном разрешении от бремени супруги молодого правителя как-то поучаствовал маг сомнительной репутации с ещё более сомнительной специальностью, то это людей уже не волновало - уж против воли богов, дескать, никакая вошлба не поможет. С чем спорить даже тем из жрецов, с кем отношения у нас не сложились, как-то вот совершенно не получалось.

Естественно, сложись обстоятельства иначе, и часть клира не преминула бы воспользоваться горем к своей выгоде и нашим проблемам. Тем важнее было благополучие крохи не только ввиду связывающих нас почти родственных уз, но и по причине символической ценности её фигуры.

- Ты такая маленькая, - сказал я однажды, изучая здоровье малютки, - но уже настолько важная. Как удивительна жизнь - одни умирают, покинутые и никому не нужные, а от самочувствия других зависит благополучие множества людей...

- Агу! - веско заметила принцесса, с неимоверно серьёзным личиком пытаясь извиваться под моими руками. Воздействие магии в числе прочего проверяло состояние нервных волокон, от чего сопровождалось ощущением, схожим с чем-то средним между чувством мурашками и щекоткой. Интенсивность слабая, так что никакой боли это не причиняло, однако всё равно ей наверняка было довольно странно.

Впрочем, терпела ведь - и к магии моей привыкла, и мать уже так часто не зовёт. Не знаю уж, насколько стремительно такое развитие, но, думаю, своих сверстников крохотная волшебница уверенно перегоняет.

- Ты опять пытаешь с ней разговаривать? - с улыбкой спросил герцог, не покидая, впрочем, своего места за небольшим столиком с закусками.

- А почему нет? - ответил вопросом на вопрос, пожав плечами. - Хуже уж точно не станет, а рано или поздно понимать слова она всё-таки начнёт. Или хотя бы интонации разбирать. Тем более, раз уж ориентироваться в её воспитании на простых детей по понятным причинам не стоит, лучше начать раньше, чем пропустить нужное время.

- Ты только об этом Ей не говори, хорошо? - с какой-то призрачной надеждой прозвучало из-за спины.

- Так супруга твоя об этом уже всё знает - мы даже не так давно составили план, включающий развивающие игры, вечерние чтения и специальный массажный комплекс для оптимального развития тела малышки. Благо всё уже мною подготовлено, а твоя пассия быстро со всем согласилась...

- Кто бы сомневался... - послышался усталый вздох с тихим смешком. - Иногда мне кажется, что дочь родилась именно у тебя - так ты с ней носишься.

Обернувшись к собеседнику, я бросил на него сложный взгляд, неожиданный даже для самого себя. Как-то так внезапно оказалось, что мне нечего было ответить, кроме:

- Просто кажется, что лишь я один во всём этом мире знаю, сколько ухода на самом деле нужно ребёнку. А потому не смогу простить себе, если не дам этой крохе всё, что смогу. Понимаешь?

- Понимаю, - улыбнулся мне молодой мужчина, рукой растрепав свою кудрявую шевелюру. - Спасибо, Наставник. Правда, я... мы очень теперь благодарны.

Посчитав тему исчерпанной, я не стал отвечать и молча обернулся, желая вернуться к прерванному занятию. И встретился взглядом с недовольным личиком малышки - странная игра с магией, видимо, успела ей понравиться настолько, что прерывание занятия не вызвало положительных эмоций.

Появилась странная ассоциация с котиком, который недовольно урчит, если перестать его гладить. Однако при попытке сделать это, может и укусить, по-видимому, не иначе чем из любви к кармическому балансу вселенной...

Да, тогда одна тема исчерпала себя, а вот другая лишь назревала, явив себя миру лишь спустя время. Именно тогда, в тот роковой момент жители дворца начали осознавать, что все хлопоты по организации очередного мероприятий в условиях эпохи, в которой любое подобное начинание мгновенно превращалось в сущий балаган, это вовсе и не проблема в сравнении со скрытой до того момента угрозой. Причём скрытой буквально - целый месяц малютку видел лишь неполный десяток человек, однако в конце концов изрядно окрепшую кроху начали потихоньку показывать большему кругу лиц. И тогда для всех причастных начался сущий кошмар.

Катарина, как с моей подачи, пусть и переделав на свой манер, назвали принцессу, оказалась крохой не только капризной, но и внимательной, а вместе с тем - до нельзя шкодливой. Видимо, благодаря магии и моим улучшениям она стремительно развивалась не только физически, но и ментально, из-за чего испытывала в отношении окружающего мира одновременно и разумный страх, и неуёмное любопытство. Причём проявляла это по-разному, в зависимости от ситуации. И реакция на мои обследования стала лишь первым звоночком, этаким знаком, что просто не будет никому.

***

"Ничто не предвещало беды", - хотел бы я сказать, да только не мог врать самому себе. Так что робкий стук в дверь и раздавшийся следом чуть паникующий писк служанки были встречены мною спокойно, стоически и даже в каком-то смысле исключительно по-нордически. То есть - с изрядной долей флегматичной обречённости, но острым пониманием, что Долг необходимо исполнить до конца. Несмотря даже на столь действенные преграды, как удобное кресло с мягким пледом и тёплый чай в компании крошечных кексов под медовым соусом.

- А я ведь только присел... - проворчал с тихим вздохом, став выбираться из плена комфорта. - Но Зло не дремлет и нам не велит, ага.

К тому моменту, как я наконец добрался до двери, голос служанки успел взять ещё несколько уровней паники, обретя плаксивые нотки. Бедняжка наверняка уже начинала обдумывать, каким образом станет бороться со Злом в одиночку, от чего отчаянно трусила. Так что не удивительно, что первым увиденным мною стало радостное, полное облегчение лицо девушки по другую сторону дверного проёма.

Невольно почувствовал себя спасителем девы, от чего слегка смутился... а потом вспомнил, что так оно и было в действительности, благодаря чему мгновение непрошенного интима в тот же миг исчерпало себя, оставив лишь мимолётный привкус приторной сладости во рту.

Настроение, и так не пребывавшее в положительной зоне, сразу же упало ещё ниже. Так что далее я решил обойтись без игр на нервах бедной девушки, сразу поспешив перейти к более приятной части.

- Снова? - не успела она перевести дух и начать жалобы, спросил, избегая лишних словес.

- Снова! - кивнув столь резко, что аж покачнулась всем телом, на выдохе выпалила девушка.

- Пошли, - более не теряя времени, отодвинул хрупкую фигуру в сторону и сделал шаг вперёд, покидая кабинет и окончательно избавляясь от того чувства комфорта, что ещё пару мгновений назад обещало долгожданный отдых души и тела. Но Долг не терпел слабости. Зло должно было быть повержено, и я готов вознести на алтарь победы такие жертвы.

Путь был недолог - как истинный паладин, я всегда стремился к средоточию Зла. Настолько, что аж жил по соседству, ага.

- Что только в голову не лезет, честное слово... - тихо, на самой гране слышимости пробормотал сам себе, под конец насмешливо фыркнув. И затормозил у самой двери, за которой скрывалось "средоточие".

- Позову, - бросил девушке, и дождавшись её неуверенного кивка, более не медля вошёл в комнату. Где и был встречен Им.

Взглядом.

Тишина, полутьма с кроваво-красными переливами закатного солнца, обилие ткани бордового цвета и различных прочих тёмных оттенков - всё это было лишь окантовкой для небольшой детской кроватки с решёточками, что словно бы основным и наиважнейшим элементом композиции возвышалась практически ровно по центру помещения. А внутри своего тронного ложа, царственно возлежа на горочке из маленьких подушечек, весомо располагалась Катарина Великая, первая своего имени, Осенённая богами, Видящая истину, Повергательница служанок, Гордость мамы и Радость папы...

- Агу, - поприветствовала меня принцесса, веселея на глазах.

- И тебе привет, исчадие моих грёз, - улыбнувшись в ответ, не способный хмурится на серьёзно-весёлое выражение её моськи, я направился к детской кроватке. - В который это уже раз за сегодня, а? Ну сколько можно? А если ни меня, ни мамы рядом не окажется?

- Агу-гу! - аргументированно отбили словесный выпад, после чего трогательно протянули ручки в сторону моей приближающейся фигуры, чем нанесли сокрушающий удар по ментальному равновесию оппонента.

- С козырей заходишь, да? - хитро прищурился, с гордостью игнорируя жест... первые секунд пять, чтобы парой мгновений спустя уже расположить кроху в кольце рук. - Ну вот и что с тобой поделать? Мало того, что беспринципная манипуляторша, так ещё и чрезмерно разборчивая! Ну вот чем тебе Нилья не нравится - девушка милая, добрая и довольно опытная с пятью-то младшими братьями и сёстрами. Чего же ты на неё так смотришь, словно съесть хочешь?

- Агу! - прикрыв глазки и расплывшись в беззубой улыбке от ощущения моего магического воздействия, поведала собеседница.

- Да ты и к прошлым также относилась, так что едва ли в таком отношении виновата сама девушка. А она ведь правда старается - ты бы только знала, насколько сложно найти столь компетентных и вместе с тем верных работников. Для принцессы, конечно, ничего не жалко, но могла бы и проявить хоть каплю снисходительности.

На этот раз ответа не последовало - кроха благополучно заснула, даже не собираясь радовать внезапным приступом гиперактивности, как с ней регулярно бывало. Впрочем, бывало это в компании с кем угодно, кроме нас с герцогиней - на наших руках, в ареоле телесного тепла и потока чистой магии, малышка мгновенно расслаблялась, казалось, утрачивая вечно тянущий куда-то заводной моторчик. У меня даже было пару теорий на этот счёт, но поскольку ни одна из них не обещает опасности для принцессы, то эту тему решено было отложить до лучших времён.

А сейчас, думаю, пора отложить, а точнее - уложить, и кое-кого ещё.

Простенькие заклинания ветра превратили горочку подушек в удобное гнёздышко, в центре которого вскоре расположилась и заснувшая малютка. Следом с тихим щелчком повернулся рычажок на боку кроватки, и внутреннюю её часть накрыла тень, а возникшее едва видимое марево вокруг оповестило о начале работы заглушающего звуки комплекса.

- Входи, - не оборачиваясь, бросал в воздух, и всего пятью секундами спустя услышал шелест тихо приоткрываемой двери.

- Можно? - донеслись до меня робкие слова.

- Нужно, - постановил, продолжая рассматривать трогательно посапывающее во сне бедствие замка. - У тебя есть в лучше случае час, прежде чем принцесса проснётся. Так что зови остальных - едва ли успеешь прибраться здесь в одиночку, а на высокую влажность Катарина изволит гневаться...

- Поняла! - тихо выпалила девушка, чтобы в следующий миг уже оповещать о своей спешке коридоры дробным перестукам подбитых сапожек.

- Так и живём... - в чувствах бросил я в пустоту.

Глава 40 - Волшебницы - большие, маленькие и совсем крохотные

- Чем заняты? - прошептал тихо приблизившийся герцог, с неким подозрением взирая на наши напряжённые, но вместе с тем едва сдерживающиеся от смеха, лица. Вместо ответа, его супруга жестом подозвала мужа подойти ещё ближе и молча указала на лежащий на столе между нами небольшой кубик, из отверстий в котором сейчас доносились крайне интересные звуки.

Пыхтение, тяжёлые дыхание и шелест одежд. Ничего предосудительного для невольного свидетеля, однако прекрасно зная что свою жену, что наставника, судя по изменившемуся взгляду, мужчина стал смутно догадываться о сути происходящего по другую сторону артефактной связи.

- О боги, чем вы только занимаетесь... - старательно изображая голосом вселенскую тоску, но улыбаясь глазами, произнёс присоединившийся. Продолжать, впрочем, не стал - промелькнувший взгляд герцогини, выразивший раздражение и просьбу быть потише одновременно, показал, что шутки сейчас были не к месту.

И действительно - дело важное. Истинна должна вот-вот вскрыться, иначе мы, ведомые любопытством, за следующую неделю вскроем всех причастных сами. Сперва морально, а затем, если разочаруют, то и физически.

Интриганы, мать их...

И тут размышления, навеянные нетерпением и пошедшим от него раздражением, оказались прерваны долгожданным словами:

- Ох, мой жеребец... - протянул женский голос вместе со столом. - Быстрее, я вся горю...

- Ну же, назови имя! - на что гневно нахмурив бровки, прошипела моя рыжая соперница. - Или пусть хотя бы эта конина голос подаст!

- Ох, прошу вас, не измывайтесь надо мной - я уже вся готова... - вновь прозвучал голос прекрасно известной нам девицы. Однако на этот раз, обратив более пристальное внимание на звуки, доносящиеся из артефакта, узнал её и третий слушатель:

- Это... вторая дочь Керхайна, не так ли? - неподдельно удивился герцог. Впрочем, на мой взгляд куда внезапнее было то, что эту девицу он вообще смог вспомнить. - Но разве она не помолвлена?

На это замечание его голубоглазая красавица-жена отреагировала интересно - закатила глаза, цокнула языком и тряхнула своим рыжим богатством, вновь, как умела, распустив их огненными реками по плечам. Однако, несмотря на демонстрируемую пантомиму с понятным смыслом, в глубине её глаз можно было заметить неизменное тепло, направленное на мужа. Да и улыбка нет-нет, но прорывалась на её уста.

- А кому и когда это мешало? - ирония вырвалась на волю легко, однако цели своей не достигла - супруга всецело завладела вниманием моего воспитанника, и взгляд молодого мужчины, вынужденно все последние месяцы пребывать на голодном пайке в плане постельных утех, заметно поплыл. В ответ на что рыжая красотка, лишь пару дней как окончательно восстановившаяся после родов, завлекательно улыбнулась и слегка прокусила нижнюю губу, не скрывая промелькнувшего во взгляде счастья.

Понаблюдав за всей этой пантомимой невольным свидетелем, почувствовал себя лишним. От чего предпочёл спрятаться в размышлениях, слегка отрешившись от мира вокруг.

Вообще, это глубинное изменение в герцогине стало заметно уже давно, однако окончательно оформилось лишь после рождения дочери. Ранее фонтанирующая яркими эмоциями девушка, лишь с изрядным скрипом принимавшая необходимость сдерживать ещё больше, чем приходилось на родине, теперь стремительно преображалась в остепенившуюся женщину. Женщину, пусть и не изменяющую себе, но всё же, кажется, научившуюся оценивать людей глубже поверхностного слоя и, что даже важнее, правильно реагировать на замеченное. Относится снисходительно, но внимательно к чужим недостаткам и достоинствам, а также принимать добрые намерения, обращённые в её сторону, без лишних метаний и недовольств.

Раньше она непременно позубоскалила бы на правильное, но в чём-то такое идеалистическое недовольство своего мужа явной изменой другой женщины, хотя и будучи при этом до счастливого писка обрадованной такой его реакцией. Ведь он-то, не обращая внимания на принятые в среде благородных порядки, никогда не изменял и даже не помышлял о подобном в период беременности супруги, что маленькая рыжая собственница очень ценила. Вот только ни выразить, ни даже осознать желание сделать это она толком не могла.

Теперь же, после метаморфоз, пламенноволосая бестия предпочитала если и показывать свой острый язычок, то мягко и любя, оставляя жестокую язвительность для менее близких личностей. А из того, что я знал о личной жизни моего воспитанника и его дражайшей половинки, доходчиво выразить свою радость правильным поведением мужа она способ найдёт, причём запоминающийся.

Не зря же целую неделю портних донимала...

Но поразительно ли появление таких социальных навыков управления людьми у вчерашней девочки-подростка? Едва ли. Ищущий да найдёт, как говорится. Тем более, мотивации со временем у неё лишь прибавлялось.

Смелой и дерзкой волшебницей, способной с лёгкостью сжечь неугодного человека, быть приятно и легко ровно до той поры, пока при этом ставишь на кон лишь свою жизнью или не рискуешь вовсе. А вот когда приходит понимание, что от неправильных слов, сказанных не вовремя или не тем людям, угрозе подвергаются самые близкие... Любой захочет научиться избегать подобных ошибок, причём приложит в изучении этой науки все наличные силы.

Собственно, одному из плодов продвижения рыжей колдуньи по этому непростому пути и стал сведетелем мой воспитанник - я знакомил её с давным-давно проложенной сетью прослушки, а также передавал тонкости сложной науки о том, как оборачивать себе на пользу извечное человеческое желание прятаться по углам. Ведь шпионить за всеми помещениями замка даже с помощью артефактов - никакого штата слуг не хватит. А вот если предварительно подготовить некоторое количество закутков, крайне удобных для обсуждения всяческих тёмных делишек... не как мухи на дерьмо, конечно, но полетят не менее охотно.

Психология - она такая.

- О! - возглас единственной девушки в помещении вырвал меня из плена дум. - О, о! Я где-то уже точно слышала это кряхтение! Но где...

Однако не успела голубоглазая властительница завершить свою мысль, как необходимость в догадках отпала:

- Ты так прекрасна, Эрза... красивейший цветок герцогства... - хриплым голосом с лёгкими нотками сипа были сказаны эти хоть и приятные, но, безусловно, чрезмерно льстивые слова. Что, вторая моим мыслям, выразил и хозяин земель, как раз таки выбравший одну из красивейших девушек, что я только встречал в обоих мирах:

- Какая жалкая ложь, - раздвинув уста в презрительной усмешке, молодой мужчина печально покачал головой.

- Это... Хенрик-попрыгун? И с таким!.. - выглядя не просто потерянной, а буквально шокированный, будто бы не слыша слов супруга высказалась девушка. Хотя довольно сверкнувшие глазки выдали, что искреннее мнение любимого было принято к сведению и будет оценено по достоинству.

- Ну, лить мёд в уши он умеет, этого не отнять, - как бы защищая честь покалеченного на войне воина, за заслуги и навыки взятого в штаб при замке, добавил и свою лепту. - Довольно молодой и статный, к тому же с хорошо подвешенным языком... Понятно, почему выбор пал на него.

- Выбор? - не понял контекста третий, невольный участник нашего междусобойчика.

- Она не хотела замуж за наследника одного богатого южного купца, вот и... - намекающе подмигнул я воспитаннику.

- Ага, - скривившись, словно от лимона, добавила рыжая волшебница, - а теперь вообще какому-нибудь старичку отдадут, да благополучно забудут опозорившую род. Дура...

- Ой, как будто её судьба тебя заботит больше проигранного пари, - и судя по раздражению, сверкнувшему в глазах девушки, я попал точно в цель.

- Пари?.. - ещё больше удивился герцог.

- Долгая история... - отвёл я взгляд, не скрывая нотки смеха в голосе. - К тому же ныне имеет смысл лишь итог.

И эдак намекающе скосил взгляд на молодую мать. Сначала она поморщилась, больше демонстрируя, чем действительно испытывая негативные эмоции, после чего, обдумав что-то всего за несколько мгновений, в притворной печали вздохнула, покачала головой и светло улыбнулась нам. Причём с этаким лёгким оттенком иронии, направленным скорее на некоторую абсурдность самой награды спора, чем на что-либо ещё.

- Занятная пантомима, - также наблюдавший за изменчивым калейдоскопом эмоций на лице супруги, высказался мой воспитанник.

- Спорили на две недели круглосуточного дежурства у колыбели Катарины, - шепотом раскрыл подноготную ситуации.

- А-а-а, тогда понятно... - был мне ответ.

Огневласая красотка лишь ещё сильнее улыбнулась, бросив на нас короткий насмешливый взгляд с озорными искрами в голубых омутах.

Не то чтобы мы не хотели проводить больше времени с очень активной крохой, но ребёнок - это ребёнок. Она требовала внимания не просто регулярного, но чуть ли не постоянного, и нянечки в нашем случае делу помочь не могли никак. По прошествии трёх месяцев малютка всё также принимала лишь ограниченной круг лиц, куда кроме нас с её матерью сумел протиснуться разве что герцог, что уже можно было расценивать как чудо, пока остальные в глазах крохотной волшебницы продолжали довольствоваться ролью непонятных полуразумных животных, к которым проявлялись в равной мере и любопытство, и страх, и даже капля отвращения.

Чего несчастному отцу стоило изменить отношение дочери к себе - отдельная история, достойная экранизации. Однако мой воспитанник не растерял навыков - был упорен, нежен, чуток и всё время пах мамой, так что в конце концов маленькая разборчивая капризуля снизошла до немага, приняв в тесный круг отмеченных её милостью людей.

Впрочем, сильного облегчения такое расширение штата допущенных до персоны Её шикарности не принесло - герцог как был, так и оставался крайне занятым человеком, как бы не желал уделять больше времени любимой дочурке. Разъезды, проверки, переговоры и прочие акты озарения народных масс своим великолепием - все они требовали уйму подготовки и тратили иногда целые недели, хотя и оставались при этом злом совершенно необходимым. Так что большую часть жизни, как и ранее, Катарина проводила со мной или матерью, что не добавляло личного времени уже нам.

Причём если я ещё мог выкроить себе немного свободы, отделываясь государственной необходимостью и напоминаем об отсутствии кровного родства с крохой, то вот родная мать подобных преференций уже не имела. Не то чтобы, впрочем, нянченье с дочерью её когда-либо тяготило, благо опыт с младшими братьями и сёстрами имелся, но всё же периодическая и регулярная занятость подобным - вещи разные. Женщина, едва выросшая из статуса девочки-подростка, желала уделять чуть больше времени себе, мужу и укреплению своего положения в обществе. На тему чего между нами периодически и возникали споры, где герцогиня, несмотря на куда более уязвимую позицию, борясь с неистовством загнанного в угол зверя и нет-нет да отвоёвывала себе толику столь сладкой свободы.

Впрочем, даже обретая крупный кусочек времени на личные нужды, выдержки женщины редко хватало надолго - обычно не проходит и пары часов, как молодая мать неизбежно окажется в компании малышки. Другое дело, что утолив жажду няшности и позывы материнских инстинктов, она вновь улетит на волю... чтобы спустя ещё час-полтора неизбежно вернуться. Так будет снова и снова, раз за разом, полёт за полётом.

Наверное, в этом и состоял её идеал жизни с чадом - быть рядом не всё время, но регулярно. Может быть, так и будет когда-нибудь в недалёком будущем, но пока малышка упускать захваченное из цепких лапок не любила категорически. Собственно, она бы в принципе нас с герцогиней от себя никуда не отпускала, не выиграй мы с боем это право у слёзок в огромных голубых глазках.

И вот, теперь молодая мать проиграла пари, сутью которого являлся спор о личности новоявленного любовника второй дочери советника Керхайна - довольно обеспеченного негоцианта, капиталы и правильная политическая позиция которого позволили мужчине не только войти в совет одного из крупнейших городов нашего герцогства, но и даже выбиться в советники правителя государства. Очень высокое положение для простолюдина, особенно по меркам держав северных благородных, что привело к закономерным проблемам - место мало того, что многими желаемое и очень непрочное, так и задница, сейчас его занимающая, уселась скорее благодаря удачному стечению обстоятельств, чем в силу политических возможностей. Так что мужчине приходилось держаться за него всеми конечностями и едва ли не зубами, вырывая себе и своему роду право на выход в высшую лигу. И брак одной из дочерей на сыне богатого финаритийского торговца, кроме всего прочего входящего в состав крайне ограниченного круга землевладельцев этого олигархического государства, должен был обеспечить весомую поддержку при нашем дворе.

Теоретически.

На практике же, несмотря на всю видимую выгоду такого предложения, я едва ли допустил бы людей, аффилированных со столь могущественными внешними силами, к управлению герцогством. Особенно если речь шла о моей бывшей родине в этом мире. Мои отношения с Финаритией до сих пор напоминают скорее результат болезненного разрыва любовной связи, когда один партнёр пытается всеми силами забыть прошлое, пока второй то жаждет убить бывшего, то насильно вернуть и обласкать золотом. Поэтому допускать ещё ближе к себе щупальца этой силы, сколь аморфной, столь же могущественной, я не собирался даже в страшном сне. Просто планы не афишировал, из-за чего возникали такие казусы, как с этим советником.

- Ладно, я тогда пошла к дочери, - с этими словами герцогиня плавно встала, как бы ненароком покрасовавшись своим силуэтом в хорошо приталенном платьем перед мужем. - Не скучайте, мальчики... И не забудьте решить, что делать с дурочкой и её отцом - последний был верен династии, пусть не нарочно и оступился недавно.

И довольная собой, пожирающим взглядом супруга и скинутой на других ответственностью, женщина с весёлой песенкой на устах продефилировала на выход.

- Ага... - заторможено отозвался герцог, провожая ладную фигурку взглядом.

- Тогда уж потом не жалуйся, - ухмыльнувшись манёвру красавицы, насмешливо помахав вслед.

Дверь закрылась, и вернулись невесёлые думы.

Эх, Керхайн... Вот не бывает идеальных людей, как ни крути! Вроде бы всем хорош - верный, смышлёный, компетентный и просто отличные делец с крепкой деловой хваткой. Вот только отчего-то видит во мне соперника, причём без всякого смысла - то ли подозревает в желании узурпировать власть, как будто я не мог сделать этого раньше, то ли просто недолюбливает в силу личных причин. Не то чтобы это действительно мешало делу - управлять такими людьми лишь чуть сложнее, чем теми, кто воспринимает меня благодетелем. Однако в данном конкретном случае ситуация получилась патовой - какими бы путями я не старался отвадить советника от Финаритии, вероятнее всего будет ровно противоположный эффект. А если он вцепится в заморских "друзей" слишком уж сильно, то проблему придётся удалять полностью, чтобы зараза не успела пустить корни в едва очистившемся государстве.

Увы, политика не щадит никого. Даже я готов в любой момент пуститься в бегство, чтобы защитить людей, которые стали мне небезразличны. Что уж говорить о всего лишь неплохом человеке, совершившем одну единственную ошибку?

***

Прекратили колыхаться шторы, замерла на потолке случайно влетевшая муха, недвижим остался воздух в помещении, и утих ветер на улице вместе со всей остальной природой. На апартаменты молодой матери опустилась тишина.

Обстановка накалилась до такой степени, что даже мы с герцогской четой прекратили дышать. И это даже несмотря на то, что находились сейчас на приличном удалении - при желании и наличии определённых средств с крепостной стены можно было заглянуть в нужное окошко, чем мы сейчас беззастенчиво и пользовались.

Внимательно наблюдали. Контролировали. Переживали. Причём, вероятно, даже больше самих участников действа. И причин тому было множество - от чисто практического интереса, до буквально государственной необходимости.

Даже забавно, насколько многое может зависеть от взаимоотношений двух маленьких девочек.

Тем временем, пребывающая под сосредоточенным взором первых лиц державы, но абсолютно ни о чём не подозревающая Эсизель медленно приблизилась к детской кроватке, двигаясь плавно и осторожно. Не скрипели половицы, не стучали каблуки сапожек, почти не шуршало платье девочки. Однако в тот момент, когда балдахин личного уголка принцессы оказался отдёрнут в сторону, малютка-волшебница уже была готова.

А вот её гостья - нет.

Принцесса внимательно смотрела на девочку, потревожившую её послеобеденный покой. Расположившаяся на горе подушек маленькая леди, лёжа в окружении причудливо сложенных друг на друга игрушек, была внешне расслаблена, однако поджатые в раздражении губки и холодный взгляд выдавали явное недовольство. Недовольство, что не спешило развеиваться от волшебной ауры моей ученицы.

- Агла-га? Нлу? - бровки крохи ещё немного нахмурились, а правая ручка уверенно вцепилась в одну из игрушек и дрогнула в направлении нарушительница, как бы угрожая запуском предмета.

"Ага..." - глубокомысленно прошелестело в сознании, когда я отметил, что в качестве снаряда малютка собиралась использовать одну из моих старых поделок - светящийся шарик, имитировавший огненный шар одноимённого заклинания. Естественно, никакой реальной угрозы игрушка не несла даже в сломанном состоянии, однако принцесса, по-видимому, считала иначе. И понятно, почему - я не раз рассказывал ей сказки, в которых фигурировало боевое волшебство. А в ответ на интерес слушательницы демонстрировал эту и прочие имитации, показывая внешний вид и принципы работы магии... Ну, насколько это было возможно, естественно.

И вот, в момент опасности именно к помощи этих поделок прибегла малютка, готовясь защищать свою жизнь.

В груди что-то защемило, и сделать новый вдох оказалось неожиданно трудно. Минутная слабость, сколь внезапно наступившая, столь же стремительно и прошедшая, оставила лишь сбившиеся в кучу мысли и чувство тепла внутри.

Однако, пока я отвлекался, события продолжали развиваться.

- Принцесса, - чуть заторможено и с изрядной долей смущения пискнула девочка, неуверенно поклонившись.

- Ньму? - уже куда спокойнее выразила вопрос кроха, однако, не выпуская игрушечное орудие смертоубийства из ладошки.

- Ваша служанка не сможет выполнять свою работу несколько дней... и мне сказали... попросили заменить... - ещё более неуверенно залепетала ученица, явно эмоционально пребывая где-то между паникой и растерянностью. Ведь, с одной стороны, перед ней была особа голубых кровей и очень специфического статуса - фактически текущая наследница огромной страны, в которой волею моей персоны и ряда прочих личностей правила бал едва ли не абсолютная монархия. А с другой - несмотря на все регалии, в кроватке находился младенец. Причём буквально. Может быть несколько опережающий развитие по физическим и ментальным показателям, но, не считая ряда аномалий, ни в чём из этого не достигший уровня ребёнка даже годовалого возраста.

В общении с принцессой нужно было соблюдать этикет, которому я свою ученицу обучал со всем тщанием. Вот только малютка на подушечках едва ли могла оценить правильное поведение, так что наедине с ней соблюдение регламента вроде как и не требовалось.

Теоретически.

На практике же, служанок, начинавших переступать определённые границы в этом отношении, мы из числа обслуги убирали мгновенно. К сожалению, такие барышни вместе со всяким расшаркиванием, доставшимся герцогству в наследство от народов глобального севера, начинали игнорировать и прочее, что считали излишним в обращении с маленьким ребёнком. В частности - и мои рекомендации, что терпеть уже было нельзя никак.

Одну такую дуру, посчитавшую совмещение влажной уборки с проветриванием комнаты при спящей принцессе хорошей идеей, я едва самолично не сжёг на месте. Хотя для аборигенов ничего крамольного в том не было - всегда так делали, детей закаляя морозом. Так что ни один и ни два раза оказывалось, что кроху от смерти отделяли лишь мои настойчивые инструкции об уходе. Ну и личный магический дар, контроль здоровья с моей стороны и целый шкафчик алхимических препаратов на все случаи жизни, конечно же.

То есть в действительности малютке едва ли что-то угрожало, учитывая параноидальный уровень защиты как от попыток убийства, так и от обычных болезней. Но мы с герцогиней не считали допустимыми даже столь незначительные риски, особенно если причиной им становилась чья-то неспособность следовать простым инструкциям.

Поэтому с того случая, чтобы более не рисковать здоровьем наследницы, всех претендентов на зачисление в штат при ней мы тщательно тестировали. В частности - в одиночку, но под тщательным наблюдением оставляя рядом с принцессой, чтобы пронаблюдать за реакцией обеих сторон. Причём, эмоции крохи решали не меньше, чем компетентность вероятного слуги - излишний стресс маленькой волшебницы был никому не нужен.

В данном случае, впрочем, дела обстояли ещё серьёзнее, поскольку сейчас в одном помещении впервые встретились вероятные наследницы двух связанных властью титулов. Причём, так уж распорядилась судьба, что смену двум мужчинам грозились составить мало того, что девочки, так ещё и волшебницы. Опасное сочетание...

- Хоть бы подружились... - не издавая звуков, зашевелились мои губы. - Пожалуйста, я о многом не прошу - понимаю, что в будущем их отношения подвергнуться испытаниям много большим, чем наши с герцогом. Зависть, ревность, борьба за власть и красивых мальчиков... Но хотя бы сейчас, на самых первых этапах, пусть случится небольшое чудо! Оно нужно нам как никогда...

А тем временем общение в помещении продолжалось. Моя ученица сумела успокоиться, собраться с мыслями, и стала предельно аккуратно выполнять работы, ради которых, собственно, и пришла. Сперва с напряжённым личиком передвинула кроватку поближе к свету, льющемуся из окна. Следом - испросив разрешения у задумчивой крохи, перенесла принцессу в запасную кроватку, и принялась стремительно убирать игрушки и менять бельё в основной.

Иначе говоря - всеми силами готовила наследницу престола ко сну. За чем внимательно наблюдали как мы, так и сама означенная особа.

Уж не знаю, к каким выводам она могла прийти, однако когда широко известная в узких кругах своей капризностью малютка стойко и без лишнего внимания пережила переодевание, хотя во время подобных процедур со мной или герцогиней любила пошалить, превращая процесс в своеобразную игру, мы действительно поверили в лучший исход. А уж когда сонно хлопающая глазками кроха пару раз от души зевнула, причмокнула губками и принялась устраиваться на свежих подушечках, надежда почти успела перерасти в уверенность.

К счастью, не напрасно.

Завершилось всё более чем благополучно - успокоившаяся кроха ещё немного поёрзала, поугукала что-то о своей нелёгкой судьбинушке, и провалилась в сон, судя по всему, успев вымотаться за пятнадцать минут работы своей новой служанки. Или же причиной стал недавний сытный обед, нервы и отсутствие парочки интересных взрослых рядом.

К Эсизель же она отнеслась, по пока не полностью понятным причинам, с одной стороны, удивительно терпимо, а с другой - предельно индифферентно. В то время как со мной и матерью малютка обычно активничали, ища внимания и ласки, то со служанками - капризничала и немного пугалась, стремясь то ли контролировать, то ли спровадить непонятных личностей. Мою же ученицу, по итогу, после первоначального испуга она просто проигнорировала.

Было ли это хорошо? Безусловно!

- Наконец-то моё солнышко ещё кого-то приняла... помощница появилась... - в неимоверном облегчении вздохнула герцогиня, радостно улыбнувшись. Однако я поспешил прервать выстраивание дальнейших планов в её очаровательной головке:

- Нет, не появилась, - и в ответ на возмущённый взгляд женщины добавил: - Ей нужно учиться, а в перерывах плотного графика - качественно отдыхать. Я смогу организовать периодический контакт с принцессой, но на большее не рассчитывай.

Молодая мамочка обиженно нахмурились на такие слова, но возражать не стала - во время ученичества маг буквально принадлежит наставнику, так что убеждать в чём-то отдельно маленькую волшебницу совершенно бесполезно, а меня - опасно. Могу ведь и ещё больше ограничить, к примеру, чтобы девочки общались только при наличии взрослого поблизости. Свободного времени женщине это уж точно не добавит.

А тем временем, пока мы вели диалог, в апартаментах кое-что произошло. Кое-что, заставившее нас сконцентрироваться на девочках.

По-видимому, не удержавшись, моя ученица погладила принцессу по уже успевшим порыжеть волосикам. Однако умильная улыбка девочки продержалась недолго, стремительно сменившись печальной, когда взгляд затуманился поволокой воспоминаний.

Насколько я знал биографию их семьи, младшим ребёнком Эсизель пробыла всего несколько лет. Вот только никто из её младших братьев и сестёр до настоящего момента не дожил. Причём если до бегства на запад детишки ещё были относительно запланированы, насколько это вообще возможно у людей в эту эпоху, то вот уже во время бродяжничества... Женщине, продающей своё тело, выбирать не приходилось. Ни методы, ни решения.

От детей нередко избавлялись. Чаще старались куда-нибудь подкинуть, благо храмы и монастыри некоторых религий исполняли роль детских домов. Однако бывали и ситуации, когда передать заботу над малюткой было абсолютно некому... как не было возможности и заботиться, а также содержать дитя. Тогда таких, конечно, не выкидывали на помойку, как это периодически происходило на Земле. Нет, такие дети просто умирали от голода, холода и болезней.

Раз за разом, один за другим. Умирали, умирали, умирали...

Страшная действительность эпохи. Как она отразилась на моей ученице - ещё предстояло выяснить. Благо негатива к детям Эсизель никогда не демонстрировала, иначе к принцессе её, безусловно, никогда не допустили бы.

И даже более того...

Продолжавшая гладить миниатюрную волшебницу девочка, спустя некоторое время печального взгляда в никуда, просто заплакала. Слёзы прочертили дорожки на её лице тихо, без рыданий. А сама девочка, будто бы совершенно не замечая их, просунула в кроватку и вторую руку, принявшись оглаживать младенца вдвое интенсивнее. Однако, когда кроха недовольно дёрнулась и проплямкала что-то сонное, но предельно недовольное, судорожно дрогнула и прекратила ласки, заполошно отпрянув.

Вскоре вытершая слёзы девочка покинула помещение, напоследок бросив тоскливый взгляд на маленькую кроватку. И в ответ на сложные взгляды родителей принцессы, мне пришлось выдать сакраментальное:

- Разберёмся.

Глава 41 - Важные разговоры

- Разобрался с проблемой?

Я не смотрел на вошедшего, не делал голос намерено холодным или требовательным - простой вопрос, без лишней мишуры. Однако то ли контекст, то ли нечто иное в сцене того, как я играл с Катариной, заставило собеседника громко сглотнуть слюну. А вот кроху присутствие наблюдателя нисколечко не смутило - весело попискивающая принцесса продолжала играться с игрушками и моими руками, едва ли обратив внимание на сказанное. Только подняла взгляд больших голубых глазок и на мгновение вопросительно склонила головку в жесте, скопированном у меня. Но поняв по моей улыбке, что обращались не к ней и повторять я не стану, беззаботно выбросила лишнее из головы и продолжила развлечение.

Хотя пару фигурок хитрая малютка предупредительно переложила подальше от входа и, соответственно, замершего чуть в отдалении от него гостя - наверняка опасалась, что вздорные взрослые снова внезапно решат уложить её спать и отберут дорогие сердцу игрушки. Так что совершив задуманное, принцесса даже этак мимолётно, из-под бровей бросила взгляд на меня, как бы проверяя незаметность проведённой операции.

Не умилиться этому воплощению коварства было просто невозможно.

Я бы и дальше наслаждался обществом маленькой ведьмы, безраздельно покорившей моё сердце на долгие и долгие годы, однако ответа на заданный вопрос так и не последовало, из-за чего пришлось переводить взгляд на гостя. Хотя, сказать честно, гораздо приятнее было разглядывать задорную возню малышки.

Но зачастую приходится делать необходимое вместо желанного.

- Я жду, - мой голос, закономерно охладевший вместе со взглядом, вызвал странные, практически судорожные реакции прибывшего мужчины. И без того напряжённая фигура в плаще из волчьего меха, отдававшего мокрой псиной даже на расстоянии пяти метров, чуть сгорбилась и в неуверенности переступила с ноги на ногу. А следом нападкам подверглась широкая чёрная борода человека, нарочито неухоженная и спутанная.

- Фофа? - обратив, наконец, внимание на слона в комнате, обратилась заинтересовавшаяся малютка к посетителю. После чего, также не получив ответа, забавно нахмурила бровки и указала на чужака ладошкой с очередной якобы опасной игрушкой.

Вот только разница с прошлым случаем, когда она пыталась защититься подобным муляжом, была в том, что на этот раз с виду безобидная вещица имела связь со встроенными в мебель боевыми артефактами. Этаким дистанционно управляемыми самострелами. И хотя сейчас, пока я находился в помещении, скрытые орудия не могли выстрелить, без сдерживающих факторов смертоубийство при помощи них было вполне возможно.

За свои слова всегда нужно отвечать. Рассказал, что игрушки-имитаторы опасны - обеспечил. И никак иначе.

- Феть! - разозлившись пуще прежнего, потрясла девочка маленьким муляжом сосульки в сторону непонятного мужчины. Он закономерно не впечатлился, но знал бы, что от мучительных ранений его отделяет лишь моё присутствие...

- Ты смеешь игнорировать вопросы принцессы крови? - сдерживая улыбку, суровым тоном обратился к нему.

- Нет-нет, я прошу прощения... - наконец отмерев, гость поспешно поклонился. А разогнувшись, одарил композицию из занятого нами дивана и столика с закусками каким-то потерянным взглядом. - Задание выполнено, мэтр.

- И насколько успешно?

- Полностью, - с лёгкой хрипотцой ответили мне.

Растянув губы в довольной, немного сумасшедшей улыбке, я полуприкрыв глаза произнёс: - Хорошо...

Ещё одна длительная интрига подошла к своему концу. Множество погибших, немало потраченного золота и длительные усилия кучи людей - и всё это только для того, чтобы не допустить союза двух городов-государств юга Вольницы. Два крупных порта, в числе прочего поставляющих нам хорошую соль и рыбу, из которой в числе прочего готовилось неплохое удобрение, имели все шансы заработать много денег через сговор и установление банальной монополии. Но - не судьба.

А ценой успеху стало множество чужих смертей. Поссорившиеся до кровной мести рода, сгоревшие с жильцами особняки и разорённые деревни...

- Можешь быть свободен, - отвернувшись, вновь перевёл взгляд на девочку. - Получи причитающееся, отдохни, проведай мать и сестёр с племянниками... Ты хорошо поработал, друг мой, так что в ближайшие три месяца трогать тебя не станут.

- Благодарю, - судя по шелесту одежды, вновь поклонился гость.

- Не стоит. Хорошая работа должна хорошо вознаграждаться.

И лишь сказав это внезапно вспомнил, что своя доля радости полагается не только куратору, но и мне. Поэтому, более не медля, осторожно подхватил тихо пискнувшую малютку, после чего перенёс к себе на колени и принялся играться.

- Ньяну! - девочка, первые мгновения сбитая с толку внезапной сменой обстановки, задорно улыбнулась. А следом, почувствовав на себе неодолимую силу щекотки, весело расхохоталась, да так, что на прекрасные голубые глазки даже навернулись бусинки слёз.

Играясь с крохой, я краем глаза следил за мужчиной. И успел отметить его откровенную растерянность ещё до того, как укрытая плащом фигура скрылась за дверью.

- Можно подумать, что я кровожадный монстр какой-то, - мягко улыбаясь смеющейся принцессе, что пыталась удержать мои пальцы своими уже не столь крохотными, как когда-то, ручками, произнёс я с лёгким неудовольствием в голосе. - Нормальный человек, много лучше большинства между прочим. Тут иногда даёшь власть с виду адекватным разумным, а они вскоре начинают творить такое, что только диву даёшься да за голову хватаешься. Ну, сперва за голову, а потом за нож с магическим паяльником, конечно. Да, прелесть моя?

- Ненья! - ответила отдыхающая кроха, поняв, что внезапно изменившимся тембром голоса, полным ласки и нежности, я обратился именно к ней. После чего сжала ладошки в кулачки и победно подняла ручки вверх, как бы показывая, что с гордостью победила в этом матче нашей с ней игры.

Не рассмеяться на такое было просто невозможно.

***

Проблема. Вся эта ситуация была одной большой проблемой, дамокловым мечом, что завис над нашим будущим. Или петлёй, медленно удушающей в болезненном хвате. И так далее, и тому подобное...

Так или иначе, это требовалось остановить.

- Эсизель, нам нужно поговорить, - поэтому меланхоличная девочка, посетя новое учебное занятие, была встречена не очередными безрезультатными попытками поднять настроение, а фразой, произнесённой спокойным голосом с ясно различимой доброжелательностью. Однако меры не помогли - вместо ответа, вмиг испугавшаяся ученица снова что-то себе надумала и практически сразу же тихо расплакалась.

Я видел уже много слёз, и подавляющее число тех, кто лил их передо мною, не вызывали ни жалости, ни сочувствия. Совершая то, что приходилось и до сих пор приходится делать мне, человек быстро перестаёт тратить эмоции на незнакомцев, чтобы сохранить ясность и трезвость рассудка. Поскольку иной вариант - сойти с ума ещё больше, чем обычные маги, утратив всякую эмпатию. Что, конечно, довольно удобно, но едва ли допустимо для адекватных личностей.

Однако сейчас, по тому как спёрло моё дыхание, а руки дрогнули в желании обнять и успокоить пепельноволосое чудо, стало совершенно понятно, что малышка Зиза чужой моим разумом уже не воспринимается. И это, признаться, добавляло ещё больше проблем - за последние месяцы стало понятно, что в её маленькой головке содержится столь большое количество страхов и маний, что гораздо проще было бы от девочки просто избавиться, чем лечить. Тем более, беды душевные мне, тому ещё образцу на тему психологических расстройств, в принципе едва ли подвластны. Впрочем, что раньше я бы так не поступил - поклялся ведь не уподобляться своему учителю, что уж точно теперь, когда девочка стала мне небезразлична.

Так что, обдумав ситуацию ещё несколько мгновений, я с тихим вздохом отпустил эмоции. И стремительным шагом приблизившись к едва видящей из-за слёз Зизе, подхватил её на руки, расположив на сгибе локтя - благо модифицированное тело позволяло удерживать сколь угодно долго и втрое больший вес.

- Ну-ну, не надо плакать, - зашептал в маленькое ушко, вытирая слёзы. - Говорил же, что никогда тебя не брошу. Поздно уже - назвал ведь личной ученицей, а для хорошего мага это что приёмный ребёнок - воспитанник и наследник знаний. Так что выбрось из головы эти страхи. Лучше уж, хех, опасайся того, что я действительно тебя никогда не отпущу - запру в своей башне, и будешь мне серенады перед сном петь.

Малышка, и вправду обладающая довольно музыкальным голосом, улыбнулась сквозь слёзы, а её заполошно бьющееся сердечко начало замедлять свой бег.

- Я хотел поговорить об ином, - продолжил, отвлекая и выводя к нужной теме. - О твоих отношениях с маленькой принцессой. Как она, понравилась тебе? А ты ей? Это ведь важно, понимаешь - в будущем вы много времени проведёте рядом друг с другом, и мне бы хотелось, чтобы делали это вместе подружки, а не порознь враги.

- Я... да... - шмыгая носом и сопя, маленькая кареглазая красавица уже самостоятельно принялась вытирать влагу со своего лица, отчаянно краснея при этом. А на неловко бросаемые взгляды получала лишь тёплую улыбку, от чего багровела ещё больше.

Собственно, осознать масштаб психологических проблем Эсизель мне позволил тот факт, что живя в замке с течением времени она всё больше отпускала себя, становясь вместо маленькой взрослой, повидавшей всякое дерьмо, просто ребёнком. Конечно, я был рад этому - постоянное напряжение никогда не помогало и простому человеку, а уж волшебнику грозило совсем уж печальными последствиями. Однако глубина той пропасти, куда успела завести малютку судьба, воображение всё же поражало. Причём отнюдь не в положительном ключе.

Вопрос был только в одном - каким образом лечить её психологические недуги. На данный момент для решения этой задачи была собрана целая система из людей и материальных атрибутов, призванных стабилизировать и облегчить состояние девочки.

Обилие сытной нелимитированной пищи, личное пространство в виде комнаты, деньги и прочее имущество - первый, самый базовый уровень комфорта. Здоровая, вернувшая толику успокоения мать, частично заменивший ей отца наставник, доброжелательные люди кругом и даже выказывающие уважение детишки слуг - второй, социальный. Понимание того, что никто не посмеет отобрать ничего из вышеизложенного без совсем уж странных действий с её стороны - третий. К сожалению, с ним всё ещё возникали определённые накладки, однако имелись и подвижки. Четвёртым же должна была стать власть над людьми, которой моя ученица пока ещё не желала пользоваться, пусть и могла в любой момент. Собственно, ради этого о её статусе и было сообщено широкой публике.

Прогресс примерно в два с половиной пункта из четырёх за полгода - это неплохо, пока не понимаешь, что чем дальше, тем всё медленнее и медленнее он продвигается. Такими темпами, пусть и излечив в итоге многие детские травмы, вырастить политического хищника мне либо не получится, либо случится это годам к тридцати моей подопечной. Что, конечно, неприемлемо даже в нашем болоте.

Нужно было как-то стимулировать девочку обрести уверенность в себе и своих силах, в новой семье и, что наиболее важно, в будущем. Логично, что на помощь в этом непростом деле могла прийти принцесса - символ этого самого будущего, такая же волшебница, красавица и просто всеми любимая хитрая кроха. Тем более, помня о судьбах младших братьев и сестёр Эсизель, позволить обрести ей ещё одного родича, близкого пусть не по крови, но по духу, могло быть действительно хорошей идеей.

А могло и не быть, впрочем. Кто знает, как сложится судьба. Со своей стороны мы могли лишь подталкивать и сглаживать углы, тогда как совершать выборы предстояло уже самим девочкам. У нас не было возможности решать всё за детей - выросшие в таких условиях ведомые личности могли бы неплохо жить в какой угодно среде, кроме аристократической банки с пауками. Здесь таких используют и жрут, жрут и используют, оставляя под конец лишь пустую сломленную оболочку. Такой судьбы не пожелаешь никому, особенно собственным детям.

Обе девочки должны вырасти и выжить, иное не допустимо.

В какой-то момент ученица всё же успокоилась достаточно, чтобы она смогла поучаствовать в диалоге:

- Принцесса... - тихо сопя, девочка предпочла вести разговор из-за ладошек, прикрывших лицо. - Она такая... такая любопытная...

Видя невзначай оставленные в преграде щёлочки, я ни на миг не убирал мягкой улыбки и благоразумно молчал. Хотя так и подмывало задать вопрос, в какой момент контакта двух волшебниц, каждый миг которого я отслеживал, мелкая манипуляторша успела выразить это самое любопытство. Были неприязнь, агрессия, безразличие и принятие - но ничего иного. Вроде бы.

Хотя после первого сеанса общения, в последующих Эсизель нередко заводила односторонний разговор с Катариной, рассказывая... всякое. Быть может, две магически сильные мелочи дополняли банальный звук ещё и воздействием на Ветра? Или это уже говорит моя паранойя? Нет, нужно будет проверить - детское воображение порой способно на то, что взрослым и в голову не придёт.

А тем временем моя информаторша продолжала:

- Она наглая, капризная... - несмотря на не слишком приятные слова, ученица улыбалась. - Такая... живая! Большая и быстрая - как будто вдвое старше, чем есть на самом деле.

- Я тебе уже рассказывал о влиянии дара к магии на организм... - многозначительно обронил, не желая прямо врать о том, что обошлось без химиерологических модификаций. Собственно, я об этом в принципе старался не упоминать, причём особенно перед теми, кто стал жертвой этих манипуляций без своего ведома. Это относилось и к девочке, расположившейся на моих руках.

Недоговаривать ведь лучше, чем прямо врать. Тем более, это для её же блага - вот подрастёт, обучиться и всё узнает, сумев в дальнейшем сберечь секреты, нежелательные к распространению. А то слишком уж щепетильно к результатам наших, тваретворцев, трудов относятся в народе.

- Конечно, Учитель, я помню... - рефлекторно отняв ладошки от лица, она примерно сложила на коленках, как примерная школьница. - Просто знать и видеть - это так по-разному! Она же крошечная, вот совсем-совсем маленькая, а уже такая умненькая и резвая! Кажется, говорить не может, но всё-всё понимает - только рассказывай!

Ну, у меня, пожалуй, тоже периодически возникает такое впечатление...

- А ещё так слушает!.. - продолжила ученица. - Голос - то ладно, всякий человек может, но чувства, переживания... Тепло, словно звёздочка малая, любопытно мигает мне, но не в вышине, как те холодные, а вот руку протяни - и она будет!

Не сумев подобрать слова, Эсизель сбилась на простейший говор и эмоционально замахала руками, судя по всему, стараясь что-то изобразить. Однако я, остолоп и невежда, всё равно ничего не понял, а давить на неё не стал - незачем. Лучше уж сам во всём разберусь попозже, понаблюдав за актом их с принцессой общения.

- Всё ей интересно, всё так странно и необычно... как меньшим моим бывало... - под конец прошлое всё же вновь настигло несчастную, и в большие карие глаза под волосами цвета светлого пепла вернулась печаль.

Так что более я ничего не спрашивал - лишь обнял посильнее, принявшись гладить по довольно короткой причёске. Старое богатство на голове, к сожалению, пришлось сбривать - за время бродяжничества шевелюра успела превратиться в паклю, а вернуть её первозданную не помогла даже алхимия. Ребёнок, впрочем, против не был - и так регулярно отрезала лишнее, чтобы больше быть похожим на мальчика. Ведь к ним меньше приставали нехорошие взрослые...

Вспомнив эту часть истории её жизни, я недовольно поморщился и едва сдержал оскал. В очередной раз. Ведь это была ещё одна большая проблема, что грозилась ростом и усугублением по мере взросления девочки.

А ведь есть ещё и принцесса... Предчувствую много боли и слёз.

О боги, да где же мы вам будем нормальных мужиков здесь искать?!

***

Отчётливый стук в окно ненадолго заглушил тихий треск поленьев в камине, однако не принёс никого результата. От чего и повторился спустя всего несколько мгновений. Гадать об источнике не приходилось - небесный курьер, родом прямиком из моих лабораторий, принёс что-то новенькое и теперь ждёт реакции хозяина.

Выбираться из-под пледа, согревавшего меня этим долгим холодным вечером, не хотелось совершенно. За спиной остался суматошный день, наполненный принятием очередного посольства, разбором допущенных подчинёнными ошибок и прочим умственным трудом, включавшим пару уроков с ученицей. К сожалению, улучшенная физиология была способна компенсировать лишь физическую усталость, но никак не моральную, так что заниматься чем-то ещё теперь не было никакого желания.

Как и все последние дни, недели, месяцы. Или я начал стареть не достигнув и двадцати лет, или же потерял духовный покой, вынужденный заниматься психотерапией окружающих чаще, чем отдыхать в плену лабораторий. Причём съезжают по фазе в моём окружении почему-то лишь представительницы слабого пола, тогда как мужчины либо справляются со своими тараканами самостоятельно, либо подчиняются насекомым в голове, в скором времени неизбежно оказываясь в некрологах. Просто, понятно и без лишней нервной трёпки - либо проблемы нет в принципе, либо исчезает человек, проблему создававший.

Жаль, что с женщинами такой номер не выходит. А иногда ведь так хочется... Не понимаю, от чего в последнее время среди них вновь поднялся ажиотаж относительно моей скромной персоны. Ну нянчусь с ребёнком или даже двумя, ну забочусь и милуюсь - так не с вашими же. Однако, судя по всему, либо мужчина заботящийся о детях обладает некой магнетической притягательностью для девичьих сердец по-умолчанию, либо одна из последних телесных модификаций дала сбой, и теперь мой пот обладает эффектом тех самых мифических феромонов. Не представляю, правда, как в последнем случае должен пахнуть, чтобы привлекать столько разных женщин - это в принципе невозможно чисто биологически, однако аромат там, по-видимому, поистине сногсшибательный. Хорошо ещё, что не в прямом смысле.

Слава химерам, сожравшим Учителя, что новая волна этого любовного угара, щедро сдобренного матримониальными планами родичей прекрасной половины герцогства, задела далеко не всех и по-настоящему скрываться от жительниц замка мне не приходится. Не тот уровень, каков был в преддверии женитьбы правителя страны.

Малодушно даровав себе ещё пару мгновений отдыха, сдобренного отстранёнными мыслями о тягостях прошлого, настоящего и будущего, я дождался нового напоминания со стороны окна. И собравшись с силами, всё же покинул тенета комфорта для того, чтобы впустить химеру. А после, потрепав по спинке довольного монстрика, достал из шкафа химическую защиту, состоявшую из кожаного комплекта перчаток и маски с очками, надел всё на себя и только после этого осторожно открыл письмо.

Вчитался.

- Та-а-ак... - в моём шёпоте слышалось предвкушение. - А вот это уже интересно!

В тексте сообщалось... ну, для человека стороннего, совсем не знающего принятых в моей разведке терминов и шифров, получалось пространное описание ссоры детей некой знакомой мне купеческой дамы. Самое забавное, что подкопаться к реальной сути написанного практически невозможно - я действительно имел наглость следить за целой кучей самого разнообразного народу, так что ещё одна купчиха из общей массы совершенно не выбивалась. Однако для меня всё выглядело иначе.

На самом деле в письме было написано о результатах одной из операций, нацеленных на внедрение лояльных нам людей в различные иерархические структуры организаций, занимающихся добычей и скупкой реликтов древних цивилизаций. Все эти лиги исследователей, псевдо-археологические экспедиции, города стервятников и прочие подобные объединения людей, пирующих на останках Первой республики и более поздних её наследниц - во всех этих обществах неправомерно расхищения собственности почивших я уже имел осведомителей, логично предполагая, что о нахождении нового супероружия или какой-нибудь иной подобной финтифлюшки желательно узнавать пораньше. Однако на том и ограничивался, совершенно не собираясь конкурировать с сильными мира сего за результаты грабежей и раскопок.

Ограничивался ровно до того момента, как с небес на нас не обрушился залп какого-то неопознанного летающего аппарата. Для многих столб света стал погибелью, а для меня - озарением, показавшим, что кроме непонятно как работающих истинных артефактов, в древних руинах могут содержаться и образцы технологий, совершенно непознаваемых для аборигенов. Ввиду чего они могут просто коллекционировать или выкидывать, к примеру, носители информации или части сложных механизмов.

Вот только то, что для местных не несёт особого смысла, может быть вполне понятно для меня, как гостя из куда более технически развитого мира. Конечно, без инструментов и единомышленников разобраться в образчиках чужих технологий может быть очень непросто, если вообще возможно, однако даже самый мизерный шанс стоил свеч. И усилий по внедрению людей всюду, куда только возможно, чтобы не упустить столь желанных предметов.

Снова отправляю кучу людей на поиски неизвестного, описанного лишь в общих чертах. Снова тратятся деньги, время, человеческие усилия и прочие ресурсы. Снова из-за бзика одного страдают тысячи, а десятки и сотни лишаются жизней и будущего. Однако что поделать - мирно мне никто ничего не отдаст, а надеяться на благоразумие аборигенов... Что-то не видел я в обиходе высоких технологий, хоть ты тресни! А значит, либо их только для себя-любимых лелеют и хранят элиты, либо не сумели разобраться в оных в принципе, ища лишь фигуральные дубинки покрупнее. В любом случае - моральное право на владение такими подарочки у нас абсолютно одинаковое, так что пусть подавятся своими мечтами. Буду сам всё себе забирать.

А там, глядишь, когда-нибудь и до простых людей дойдет. Так-то делиться разработками без преференций я не намерен, слишком умён и эгоистичен для подобной глупости, но вот если случай представиться... Только, боюсь, для развития человечества понадобиться несколько больше времени, чем я смогу прожить даже с модификациями. Так что на данный момент моя основная цель оставалась неизменной.

Бессмертие. Первым делом я достигну его, изучая магию и мир вокруг. Химерологи ли, некромантия или что-то иное - не суть важно, если плата не будет чрезмерной. Потом - близкие, которых тоже нужно будет возвысить и облагородить. И только в конце подойдёт черёд всего остального человечества.

- Сколько пафоса, а? - саркастично улыбнулся своим мыслям, вновь почесывая спинку млеющей птички. Химера тихонько шипела, выражая полное довольство действительностью, наверняка ещё и предвкушая сытную кормёжку с отдыхом. - Вот хорошо вам жить - никаких экзистенциальных проблем, борьбы между эгоизмом и альтруизмом, волнений о будущем. Всё так просто, легко и понятно... Даже завидно как-то.

Взгляд, плавно оторвавшись от зверя, проскользил по раскрытому письму, ярко пылающему камину и устремился в темноту за окном. За размышлениями мрак успел окутать замок, гоня одних в постели, а других - на ночной караул. В ярком свете луны нечеловеческое зрение позволяло разбирать силуэты и их тепло не хуже, чем днём, и лишь цвета оставались неизвестны.

Мир выцвел, померк и стал будто бы двухмерным, словно нарисованный на листе бумаги. Тепло гасло, улетучиваясь в холодеющий воздух, и лишь немногочисленные люди продолжали гореть пусть и немного потухшим, но всё ещё ярким огнём жизни.

- Или же я не прав? Быть может, страх, преследующий этих людей, успел сковать и меня? Чего я в действительности боюсь, кроме смерти и боли близких? И чего боялись предшественники, те кто создал древние чудеса, раз вынуждены были творить оружие, а не инструменты мира?

Взгляд выхватил маленькую фигурку, спешащую в донжон, и я не сразу осознал, что именно в ней привлекло внимание. Только спустя несколько мгновений понял, что вижу ученицу, едва ли не вприпрыжку бегущую откуда-то из конюшен.

- Она любит животных?.. Не знал. Нужно будет расспросить, но помягче - если сразу не рассказала, то история, должно быть, деликатна.

Или, быть может, она там просто с кем-то играла - тогда поговорить стоит тем более, чтобы девочка могла поделиться счастьем или печалью. Не стоит замыкать в себе ребёнка, они от этого становятся совершенно несносными взрослыми.

- А уж если кто-то решил переступить черту в отношении моей ученицы...

На тёмном силуэте в оконном отражении, обрамленном трепещущими отсветами огня, на миг вспыхнули две мерцающие точки. Несколько секунд я с интересом рассматривал свои горящие глаза, пока наконец не прервался закрытием век.

- Магия... чем больше я узнаю о тебе, тем громче Ветра шепчут о своих грёзах, своих мечтах. Но известно всё ещё столь мало... Успею ли распознать угрозу до того, как попаду в ловушку и станет слишком поздно? Сила и бессмертие - сладкая награда, но какова будет цена? Сколь многое, оказывается, меня на самом деле страшит. И сколь трудно делать шаг вперёд, постоянно оглядываясь и боясь увидеть пустоту на месте пройденного пути.

У меня уже были проекты по дальнейшему, уже куда более рискованному улучшению себя. И их много: от расширения восприятия цветов, да тотальной химеризации или даже попыток переноса души в иные объекты, вроде живых тел или вещей-филактерий. Трудно выразить, насколько страшно даже думать о том, чтобы сделать с собой нечто подобное... И ведь проверить подводные камни на практике невозможно - у меня нет подопытных магов, согласных выступить добровольцами в экспериментах. А иначе все нюансы не изучить.

Я в одиночестве стою на краю бездны, совершенно не представляя, какой из шагов будет безопасен, какой покалечит, а какой станет последним. За другими не подсмотреть - пути индивидуальны и намерено сокрыты теми, кто когда-то двинулся дальше.

Остаётся лишь риск...

Но и выбора нет. Если я желаю воплотить в реальность хотя бы часть своих планов и мечтаний, идти всё равно придётся. Идти и надеяться, что все предпринятые меры позволят либо сохранить рассудок, либо победить чудовище, что займёт моё место.

И да поможет мне Кость - она ещё ни разу не подводила.

Глава 42 - Новые грани

Хорошая погода и конная прогулка по лесу в приятной компании, что может быть лучше? Да многое на самом-то деле. Особенно когда отправился в путь по работе и забираться пришлось в сущую глушь.

- Что сказали селяне? - скосив взгляд на подъехавшего гвардейца, поинтересовался о результатах его опроса.

Как и прочие воины из личной дружины герцога, это человек знал, как нужно отвечать - коротко и предельно информативно.

- Две недели назад прибыл чужак, судя по описанию - именно тот, кого мы ищем. Прижился неплохо и перебивался работой у местных, но был чем-то напуган и от того ночевал поближе к центру поселения. Три дня назад, на утро после странных ночных шумов, вместо человека нашли лишь засохшую лужу крови да следы волочения в лес. Вот и всё.

- Похоже, отмучался-таки последний из расхитителей! - ухмыльнувшись в усы, прокомментировал рассказ сержант, находившийся по другую сторону от меня. Естественно, также на коне - мы вообще изначально останавливаться здесь не планировали. Хотя теперь придётся, после таких-то новостей.

- Что же, - со вздохом прикрыл я глаза, понимая, что со смертью последнего фигуранта дела часть истории так и останется для меня загадкой. А я не очень их люблю - и так в жизни предостаточно. - В таком случае давайте ставить лагерь - судя по всему, в этой глуши всё и решиться.

- Слушай мою команду!.. - коротко крякнув и набрав побольше воздуха в грудь, мгновением спустя мощным, трубным басом заорал офицер...

...Обнаружить искомого монстра, словно мифическая Немезида, выследившего и убившего уже как минимум полтора десятка человек, оказалось на удивление просто. Несмотря на свои выдающиеся охотничьи навыки, скрывалась тварь просто отвратительно, то ли не умея этого делать, что говорило бы в пользу слабой разумности особи, то ли не находя этому достойных причин, что также не являлось доводом в пользу высокого интеллекта.

К сожалению, оценить исходящую от существа угрозу как-то иначе было просто невозможно - ни внешний вид, ни привычки обустройства логова, ни даже замеченные повадки не могли сообщить о своём хозяине ровным счётом ничего путного. И причина тому была предельно проста - искажённые магией монстры никогда не являлись сколь-либо адекватными живыми организмами, в природе подчинёнными выработанным эволюцией инстинктам. Даже в самых контролируемых условиях воздействие Ветров всегда несло в себе элемент случайности, что уж говорить о стихийных явлениях или провальных экспериментах? Соответственно, знать, каким образом могло вывернуть сознание данной конкретной особи не мог никто. Даже она сама.

Поэтому брать тварь решено было не хитростью или загонной охотой, которые она могла внезапно для всех нас раскусить, но грубой силой и безальтернативностью. Чтобы уж точно не сбежала.

По этой причине в ход пошли мои химеры.

Трёхглазые птички заполнили верхний ярус леса, рассевшись по тонким веточкам деревьев, тогда в нижнем заскользили тени чудовищ, основой которым послужили обыкновенные собаки. Я всегда имел некоторый запас этих постоянно модернизируемых и пополняемых химер, отрабатывая методики их создания и поддержания сохранности в течении длительного времени. Однако в том числе нужны они были и ради таких вот случаев - когда приходилось участвовать в охоте лично.

Ну, среди аристократов загонная охота с собаками в принципе довольно популярна. А учитывая специфику мира, нет ничего удивительного в том, что на наличие у меня такого рода химер многие смотрели очень даже благосклонно - вообще, значительная часть породистых четвероногих друзей человека продолжали называться собаками скорее ввиду традиции, чем по причине реальной схожести со своими далёкими предками. Так что на фоне каких-нибудь восьмилапых шипастых кентавридов мои "пёсики", выглядевшие как здоровенные чёрные кошки в чешуйчато-костяной внешней броне, ещё смотрелись довольно консервативно. Ну а то, что ядовитые везде где только можно и нельзя, что одобрялось уже не очень, так это визуально незаметно.

Так что когда искомый монстр, более всего напоминавший четырёхметрового богомола в рыбьей чешуе, впервые встретился с моими творениями, то оказался обречён, хотя и вышел из первых нескольких стычек уверенным победителем. Поистине чудовищная скорость реакции и огромная сила позволяли ему ловить охотников прямо в воздухе, после чего разрывать крепкие тела невзирая на наносимые царапины. И даже когда атака происходила группами сразу с нескольких сторон, крутящийся волчком громила был способен обороняться, мощными ударами кос то откидывая нападающих под звучный хруст их костей, то разрубая противников зазубренными лезвиями.

Однако постепенно нейротоксины, содержавшиеся в слюне, клыках, небольших крючках на внешнем экзоскелете и иглах на хвосте моих монстриков, начали сказываться на богомоле-переростке. Чудище стало замедляться, слабеть и даже изредка отступаться, что в результате и привело к его окончательному поражению - запнувшись о ствол дерева, монстр не успел среагировать на новую атаку, и оказался сначала лишён нескольких конечностей, а после - погребён под телами охотников и прижат к земле.

- Закончилось, - обернувшись, сказал я терпеливо ожидающим гвардейцам. - Пойдём.

Нужно будет исследовать, каким образом этот не блещущий умом жук сумел выследить и убить столько людей, разбежавшихся по всем закоулкам нашей немаленькой страны. Едва ли существо с интеллектом животного способно на такой подвиг, так что дело было явно в чём-то ином.

***

- Если ты говоришь с богом - то это молитва, а если наоборот - шизофрения.

Именно такими словами я начал ознакомление с изменениями, ставшими следствием новой модификации моего организма. Снова расширил возможности органов восприятия, на этот раз зайдя на территорию довольно опасных улучшений.

Всё безопасное и так уже установлено, отшлифовано и притёрто между собой, так что ради дальнейшего усиления приходится идти на риски определённого толка.

- Но оправданы ли они? - спрашиваю самого себя, продолжая в прострации наблюдать за... за чем?

Боги, куда я по незнанию влез?!

Капля непонятного цвета, зависящая в воздухе в дальнем углу помещения, вывернулась сама из себя, дёрнувшись в процессе куда-то в сторону зарешёченного окна. От чего голова, и без того пульсирующая болью, заныла пуще прежнего, будто в виски вонзили спицы раскаленного металла.

- Что ты такое?! Зачем ты это делаешь?! - из глаза потекли слёзы и, кажется, кровь, что я отметил лишь мимоходом - конечности дрожали, вторя мышечным спазмам всего организма, из-за чего даже стоять, оперевшись руками о стол, было очень непросто.

Капля вновь дрогнула, ещё раз невозможным образом выгнулась, и внезапно на её пересекающую поверхность откуда-то из глубин выплыл огромный глаз, не помедливший открыться. Большой, нечеловечески круглый, с ромбовидным зрачком белого цвета на чёрном фоне белка - он взглянул, казалось, в саму душу, затопив сознание бурей образов, голосов и боли.

И это стало последним, что я запомнил перед потерей сознания.

...

Пробуждение выдалось преотвратным.

- Прекрасно, - вырвавшийся из горла хрип едва ли походил на мой голос. - На холодном каменном полу, в луже из рвоты, крови и слизи. Но хотя бы живой, уже неплохо.

Запах, кислый привкус во рту и корка на закрытых веках были столь характерны, что их происхождение не вызывало никаких вопросов. Кроме, разве что, причин своего появления.

Конечно, я опасался этого эксперимента, как и всякого другого, призванного изменить границы восприятия. Поэтому и было принято решение использовать алхимию, артефактные импланты, гормональную химерологию и простейшую механику, чтобы составить и дважды дублировать систему отключения новой модификации. Пусть даже простейшим из возможных способов - разрушением нейронной связи между третьим глазом на лбу и зрительной корой головного мозга.

Собственно, именно это подстраховка, вероятно, меня и спасла. Потому что судя по состоянию лужи, в которой лежу, времени до возвращения сознания прошло немного - минут десять-пятнадцать, то есть именно столь, сколько должно было пройти до активации экстренных систем.

Тем более, новый глаз явно ослеп - закрыться он почему-то так и не сумел, хотя физиологически был вполне способен ввиду наличия двойных век, однако даже так теперь не передавал никакой зрительной информации.

- Я такими темпами совсем крышей поеду, - пробормотал, чувствуя сильную усталость.

Печально, что всё закончилось именно так - монстр, у которого я позаимствовал орган зрения, являлся выдающимся охотником именно из-за наличия странной способности видеть нечто, недоступное всем остальным. Удивительно упорное, кровожадное и мстительное существо, даже не обладая разумом способное гнаться за добычей многие, многие километры, неизменно находя её несмотря на все трюки. При этом идя не по следу, запаху или чему-то ещё, вполне доступному остальным живым существам, а будто бы по эху самой жизни жертвы.

Естественно, я возжелал заполучить такую способность - не для охоты ради, а всего лишь в надежде на расширение понимания мира. Мне до сих пор критически не хватало инструментов познания, и едва ли их станет достаточно хоть когда-нибудь.

Однако результат, как понятно, оказался удручающ. Пусть я не потерял ни имплантированный орган зрения, ни родные его аналоги, ни даже толики собственного рассудка, но эксперимент всё же показал очень неутешительные результаты.

Во-первых, человеческий разум явно не предназначен для такого рода восприятия. Вина ли в этом мозга, привычки или чего-либо ещё - вопрос открытый, но едва ли важный. Всё равно ничего сделать с этим не выйдет - сильно вмешиваться в работу главного органа тела я не желал, как и стирать сознание ради крайне мутных перспектив.

Во-вторых, кроме физического мира и Ветров, по-видимому, в реальности всё же имеются и другие слои. О гипотезах и теориях на это счёт прискорбно мало книг и ещё меньше фактических данных, отличных от досужих домыслов, однако само существование возможности призыва неких существ магами доказывало, что всё с окружающим нас миром не так-то просто. Теперь же это предложение можно считать подтверждённым - замеченное мной существо невозможно было почувствовать ни обычным образом, ни при помощи Ветров. Однако оно, словно тот суслик, хоть и скрывалось, но всё же было. И смотрело.

Это-то и было третьей проблемой совершенно непонятного масштаба - пребывая на каком-то ином слое реальности, в моей лаборатории находилась непонятная мистическая хрень. И наблюдала в реальном времени. Если, конечно, к ней можно было применить такие концепции, как пространственное месторасположение, временная фиксация в настоящем, восприятие уже нашего слоя реальности и само существование в принципе.

Грубо говоря, я вообще не представлял, являлось увиденное неким существом или, например, представлением моей мыслительной деятельности на протяжении последнего получаса. Может быть, открытие того глаза вообще было лишь отражением моего собственного эксперимента? Дескать, взглянув в бездну, получил точно такой же взгляд в ответ. Или же всё куда проще, и за мной кто-то действительно следит?

Да, эти предположения в равной мере и пугали, и воодушевляли, но ровно до момента понимания того обстоятельства, что изучить феномен вряд ли удастся. Сколько секунд мне вообще удалось продержаться? Пять? Десять? С последствиями в виде нервного перенапряжения и сильной усталости - это совершенно неприемлемый обмен моего времени и затраченных усилий. Так что проект оказался пусть и многообещающим, но слишком затратным на данный момент. Отложу в долгий ящик к другим таким же.

Хотя от разыгравшейся паранойи это не спасёт - подозрение на подглядывание в единственном месте, которое я считал полностью защищённым от подобного, серьёзно ударило по рассудку. И каковы будут последствия лишения меня места для расслабления - тот ещё вопрос.

Помниться, люди ещё на Земле с ума сходили со всеми этими камерами, микрофонами и тотальным сбором данных пользователей, которые потом по совершенно загадочным причинам где только не оказывались. Да что там - я и сам у ноутбука заклеивал встроенный объектив, поскольку прекрасно знал, что и вирусы, и сами разработчики различного ПО (прим. программное обеспечение) могли злоупотреблять доступом к нему ради сбора информации. И встретить теперь что-то подобное в этом мире, да ещё и, вероятно, потустороннее...

Ещё пара-тройка подобных открытий, и, честно говоря, я снова уверую в опасность темноты под кроватью, бабайку и прочее. Причём бояться буду даже больше, чем в детстве, поскольку одно дело - переживать о творениях собственного воображения, а совсем другое - о существующих в действительности.

***

Ещё один суматошный день завершал свой бег, и уже я шёл по коридору замка под последними лучами багрового заката и тихий шелест леса вдали за открытыми окнами. Шёл, предвкушая долгожданное отдохновение души в наиприятнейшей компании. Сегодня это было особенно нужно моему разуму.

Впрочем, с памятного эксперимента, позволившего узреть нечто в лаборатории и тем самым потерять всякий покой, полноценно отпустить себя удавалось нечасто. В основном лишь рядом с маленькой Катариной - она хорошо отвлекала и убирала стресс своей милотой, пухлостью и непосредственностью. С ученицей так не получалось - девочке самой требовалась помощь и лечение нервов, так что проявить слабость и тем самым потерять авторитет было совершенно недопустимо.

О том, что видел, я не рассказал более никому - едва ли это знание способно принести что-то хорошее хоть кому-нибудь. Да и проблема всё же не в самом лицезрения непонятного, поскольку никакой конкретики узнать не удалось и, боюсь, не удастся, а в моей паранойе. Это психологическое расстройство, столь полезное при жизни в банке с ядовитыми пауками, что местные почему-то называли высшим обществом, не требовало фактически никаких доказательств для своей активации. Достаточно было лишь подозрения - и увиденное дало его с лихвой.

Так что последние недели получились действительно отвратными - концентрироваться на работе не получалось, как и нормально спать, что было чревато. Даже со всеми модификациями, значительно уменьшавшими необходимость отдыха, полноценное расслабление мне всё же требовалось. Требовалось, но, увы, не достигалось, от чего закономерно портился уже мой характер. Что в свою очередь замечали окружающие, задаваясь логичными вопросами о причинах подобного. А не получая ответов, тоже начинали невольно нервничать. И держаться от меня ещё дальше, чем обычно.

Конечно, понимая возникшую проблему, я уже занимался её решением. Однако, поскольку дело это было небыстрым, пока приходилось обходиться иными способами сброса стресса. Почему, собственно, я сейчас и шёл в апартаменты герцогини - именно там меня ждала малютка.

Кстати, о ней...

- А?

Уже поворачивая за угол коридора, чтобы попасть в зону, принадлежащую правящей чете и их близким, я замер, заметив одно чудное несоответствие.

Тихонько шлёпая по каменным плитам, когда-то отшлифованным моей магией, одетая в крошечное нежно-голубое платьице, обагрённое рассеянным светом заходящего солнца, мне навстречу ползла маленькая принцесса. Ползла молча, целеустремлённо и сосредоточено, умильно нахмурив бровки и высунув кончик языка от прилагаемых усилий.

Шлёп-шлёп, шлёп-шлёп - звук ударов маленьких ладошек практически тонул в далёком шелесте леса. И больше ничего, кроме редкого ржания из конюшен, не наполняло прохладный воздух.

- Где стражники? Служанки? Няньки? - с каждым вопросом, задаваемым шёпотом самому себе, мои глаза всё больше расширялись в удивлении. В удивлении, что стремительно переплавлялось в чистую ярость. - Спущу со всех заживо шкуры, залью оголённую плоть патокой и солью, а после - утоплю в болоте.

И это была не фигура речи. Всё перечисленное я мог, и более того - уже имел честь делать. Средневековье как-никак, понимать нужно.

В данной же ситуации больше всего бесило отнюдь не потеря ребёнка из виду - такое, пусть и было крайне нежелательно, но всё же могло случаться. Однако то, что отсутствие малютки, уже настойчиво преодолевшей, судя по нахождению здесь, добрую треть немаленького этажа донжона, до сих пор не вызвало паники...

Чёрт, да как её вообще могли потерять на столь долгий срок? Какого чёрта? А если бы малютку добралась до лестниц, окна или банально околела на холодном полу?!

- Панья? - внезапно замерев и быстро заморгав большими голубыми глазками, пискнула принцесса, судя по всему, заметив моё присутствие. - Уньки! Стье!

Отдав столь своеобразный приказ, малышка радостно улыбнулась, расслабилась и призывно вытянула ручки, продолжая смотреть мне прямо в глаза. Естественно, сопротивляется превосходящей воле я даже не помышлял и, быстро подойдя, подхватил кроху.

- Как же ты здесь оказалась? - ускорившись и поспешив дальше по коридору под весёлый смех ребёнка, спросил я не глядя.

Ничего, скоро огонь истины прольётся на головы согрешивших...

...Зайдя в комнату, я осторожно прикрыл дверь и поспешил усесться на кресло у столика с закусками. Оголодал, пока вызнавал обстоятельства произошедшего. И даже суровый взгляд герцогини, прибежавшей к дочери сразу же, стоило ей узнать о случившемся, не мешал с удовольствием вкушать дары богатой жизни.

А то стоит только вспомнить, чем приходилось питаться в пути, как желудок в тугой узел сворачивался.

- Ну? - всё же не выдержав вида моего довольного жизнью лица, как и всякая настоящая женщина, поспешила испортить отдых мужчине рыжая красавица.

Как же хорошо, что женат на ней не я...

- Абсурдное стечение обстоятельств, - на силу проглотив кусок сочного яблочка из оранжереи, передал свои ощущения от узнанного.

- Детали, - глаза собеседницы, и ранее тлевшие огнями Ада, казалось, на мгновение вспыхнули, недовольные перспективой не утолить своей жажды мук виновных. Уже получившая сегодня порцию переживаний женщина хотела утопить в страданиях тех, кто посмел поставить под угрозу самое ценное её сокровище - жизнь дочери, о чём успела неоднократно высказаться как мне, так и буквально всем причастным. Благодаря чему, кстати, со мной столь охотно и делились всеми возможными сведениями.

- Если вкратце, - ухмыльнулся в ответ, - узнав, что планы на вечер изменились и сидеть с малышкой буду именно я, а не ты, как рассчитывалось изначально, слуги осознали, что купать сеанс твоего купания дочери также отменяется. А поскольку этого не будет делать и мужчина, которому принцессу в неглиже видеть невместно, спохватились и быстро организовали помывку. Потом, искупав малютку, вспомнили, что так-то и бельё в её кроватке перед сном поменять нужно, конечно. И игрушки убрать, и саму кроху высушить... Судя по всему, именно где-то в это время принцесса, окончательно замученная всё куда-то спешащими взрослыми, и покинула общество оных, отправившись на поиски нас с тобой. А поскольку до этого малютку всё время перекладывали с места на место для разных дел, то и её пропажу заметили далеко не сразу - каждый считал, что принцесса просто находится у кого-то другого из числа прислуги.

- А стража? - голос женщины всё ещё отдавал холодом, но сквозь ледяную стужу уже проглядывала усталость от пережитого страха.

- Ну, в первую очередь они охраняли твои апартаменты от непрошеных гостей, а не следили за маленьким ребёнком. Так что немудрено, что пропустили тихонько прошмыгнувшую крохотульку - кругом и так бегали служанки с няньками и ворохами тряпок наперевес, так что под ноги если и смотрели, то не сильно, - пожав плечами, перевёл взгляд на стоящую в отдалении детскую кроватку. Сейчас в ней сладко спала виновница сегодняшнего переполоха, утомившаяся от самого большого за свою короткую жизнь приключения.

- То есть они ещё и могли наступить на мою девочку... - мертвенным голосом постановила герцогиня, сжав подлокотники своего кресла до отчаянного треска древесины. Ветра магии зашелестели вокруг её изящной фигуры, и в воздухе пахнуло дымом тлеющей ткани.

- Ну-ну, - пригрозил я пальцем на такую потерю контроля. - Катарина - девочка умная и совершенно нестеснительная, так что появись такая опасность - непременно оповестила бы о своём присутствии половину замка. Да и если бы, не дай бог, что-то такое действительно случилось... Ты же помнишь, что вылечить телесную рану это не проблема для меня?

- Вылечить, но не убрать воспоминания о боли, - от озвученных доводов моя собеседница немного расслабилась, однако имела что сказать. - Однако ты прав - мы защитили её от всего... даже те вставки в одежду... они могли помочь?

- Смотря от чего. От людей - вряд ли, но выпади она из окна или покатилась по ступенькам - спасли бы.

- Но боль...

- Что уж тут поделать? - стерев всякое выражение с лица и оставив на нём лишь усталость с каплей печали, я снова пожал плечами. - Боль - лучший учитель для людей, и дети тут ничуть не исключение. Ты бы видела, как малышка была рада меня увидеть - так подмерзла и устала ползти по холодному камню, что даже хныкать не стала. Только вцепилась в камзол да покрасневшие ладошки показала, чтобы вылечил.

- Моя Ати... - вздохнув, женщина со сложной смесью эмоций посмотрела на кроватку, после чего украдкой смахнула выступившие слёзы.

- Твоя Ати - очень упорная и умная девочка, - сказал с настойчивостью, стараясь успокоить и вложить правильные мысли. - Думаю, не маловажную роль в произошедшем сыграло и банальное любопытство. Теперь она будет мудрее и скорее всего больше не станет сбегать, но и нам в ответ стоит пресечь такое в зародыше прогулками.

- Прогулки... - в голосе герцогини звучало сомнение.

- Сперва по самому замку, потом - недалеко на природу. Естественно, каждая такая поездка будет тщательно контролироваться людьми и химерами...

- Я всё равно опасаюсь, - нервозность заняло место сомнения, - что этого будет недостаточно. Слишком внезапно, слишком рано...

Женщина окончательно потеряла уверенность в разговоре, начав нервно заламывать руки и кусать губы. Вероятно, с одной стороны, понимала необходимость предоставления активизировавшемуся ребёнку чуть большей свободы, а с другой, продолжала сравнивать дочь с детьми своего рода, которые, между тем, даже будучи магами не развивались столь стремительно. Что и не удивительно - сильный дар и мои улучшения уже привели к тому, что потребляя пищу в три-четыре раза чаще нормы девочка росла как на дрожжах, показывая абсолютно феноменальные результаты как в росте физиологическом, так и в умственном. Да настолько, что даже няньки со слугами, прекрасно осведомлённые о причинах подобного, всё равно предпочитали списывать всё на вмешательство каких-то там богов. Что было, конечно, немного обидно, но в целом - неважно.

Впрочем, поскольку я не стал пытаться нарушить природный порядок взросления маленького организма, основное развитие Катарины происходило не качественно, а количественно. То есть несмотря на в целом более крупный, нежели чем обычно для детей её возраста, размер, а также значительно более крепкие кости и связки, ходить малютка всё ещё не научилась. Хотя, вероятно, принципиально уже и могли. Точно также и с речью - научившись понимать значение большинства слов и даже осознавая их контекст, полноценно говорить малютка тоже ещё способна не была. Хотя и пыталась - её лепет имел смысл, однако из-за искажений ещё до конца не сформированного речевого аппарата разобрать слова отдельные было довольно проблематично.

В результате получался занимательный феномен - запертая в детском теле гениальнейшая малютка. Хитрая, изворотливая, любопытная, а в отдельных вопросах упорная и даже упёртая. Такую нужно было учить и направлять, а не ограничивать, что я и пытался объяснить матери столь необычной крохи.

- Ты же знаешь, что твоя дочь лишь кажется маленькой, - мягко улыбнувшись, я передал собеседнице бережно хранимый до этого мига бокал с вином. - Знаешь, что когда остаётся одна, с недавних пор она нередко выбираться из кровати ради того, чтобы посмотреть на мир за окном. Вспомни себя в детстве - едва ли младшей дочери князя кто-то мог запретить играть на улице, бегать с дворовой ребятнёй и постигать окружающий мир.

Судя по вильнувшему взгляду чуть захмелевшей женщины - я попал в точку. Не зря ведь собирал информацию на тогда ещё потенциальную невесту воспитанника.

- Что же безопасности... - продолжил спустя несколько мгновений. - Я разделяю твою тревогу. Поэтому и передам Кате кое-кого, кто будет способен её защитить.

- Этот твой новый проект? - слегка нахмурившись, с некоторой долей тревоги спросила голубоглазая красавица.

- Верно, - расплылся я в предвкушающей улыбке. Хотя, судя по вздрогнувшей и немного побелевшей коже герцогини, несмотря на старания вышел всё же оскал. - Не беспокойся, они замечательно защитят принцессу от любой угрозы. Не предадут, не сбегут и не отступят, пока способны сражаться, согреет в холод и добудут пищу в глуши. Между прочим, список уж куда более впечатляющий, чем перечень достоинств любого из рыцарей, которых твой муж предлагал приставить к малышке.

- Они хотя бы люди...

- И в этом их главная слабость, - продолжил как ни в чём не бывало. - Разум слишком часто совершает ошибки, недопустимые для того, кто должен любой ценой защитить объект охраны. Эгоизм, любовь к близким, алчность, сострадательность, излишнее милосердие, влюбчивость, желание жить и прочее - всё это лишь уязвимые точки, которые можно использовать. Или, которые могут сработать даже сами собой, подвергнув принцессу опасности с источником оной в лице самого защитника. Именно поэтому мой подарок будет столь ценен.

Нам нужен не человек и даже не столько живое существо, сколько бездушный механизм в визуально приемлемой оболочке. Не животное, а лишь его имитация, достаточно качественная с виду, но не по сути. Не идеальный, но куда более совершенный охранник, чем иные доступные варианты.

Изначально я делал их только для себя, однако раз уж появилась необходимость... Хорошо, что готовил с запасом.

Глава 43 - Переполненная чаша

- Здравствуй, малышка! - с улыбкой подходя к уже ставшей тесноватой детской кроватке, от которой мы собирались вскоре отказаться, я не вынимал рук из-за спины, крепко удерживая подарки имениннице. Сами объекты дарения, впрочем, были этому положению не очень довольны, тщетно слюнявя ладони беззубыми мордочками.

- Дядя! Пливет! - отразила улыбку принцесса, довольно сверкая голубыми глазками. Накормленная, умытая и обряженная в праздничные одежды, кроха была диво как хороша, выглядя маленьким ангелочком воплоти. Хотя что по цвету волос, что в душе являлась скорее хитрым демонёнком. Но настоящие леди и должны быть такими, как бы об ином не трещали матроны преклонного возраста.

- Утром я уже поздравлял тебя с праздником, кроха, но подарок ещё не передал. Думаю, пришла пора исправить эту несправедливость, - присев на стул у обиталища Катарины, я загадочно улыбнулся мигом заинтересовавшийся слушальнице. Девочка отложила какую-то фигурку, с которой играла до моего прихода, и подалась навстречу любимому и единственному дядюшке. Однако допытываться не стала, покорно ожидая продолжения - хитрюшка будто бы шестым чувством ощущала, когда можно показывать свою капризную сторону, а когда следует поддаться воле момента, благодаря чему столь легко и крутила всем штатом приставленных слуг.

"Талант, несомненный талант!" - отметил невольно, вглядываясь в чистые голубые глазки, робко сложенные на коленках ручки и абсолютно невинное выражение милого личика.

Спасите боги её будущего мужа...

Преодолев мгновение слабости и решительно вытряхнув лишние мысли из головы, я наконец показал принесенные подарки - двух непонятного вида детёнышей, маленьких и беззубых, тихонько пыхтящих в моих ладонях. Плотная ткань скрывала верхнюю часть их мордочек, не давая возможности увидеть окружающий мир.

Вскоре преграда исчезнет, и они смогут прозреть, однако первым живым существом, что запечатлеется в памяти, при этом должна стать именно их будущая хозяйка. Эти узы - изначальные и основные, обеспечат абсолютную верность и покорность. Остальные не столь существенны.

- Кто это? - засверкав зубками в восторженной улыбке, спросила малютка. После чего, не дожидаясь ответа и, лишь бросив на меня вопросительный взгляд, не получивший возражений, осторожно потянулась к маленьким комочкам жизни.

Забирать из моих рук она их не пыталась - знала, что так делать не следует. Несмотря на своё положение и ворох прислужников, девочка знала о вежливости и старалась её блюсти - мы учили её на совесть.

- Это твои будущие охранники, принцесса. Пока они ещё малы и беспомощны, но вскоре вырастут и станут стеной на пути врагов. Только сперва нужно совершить один маленький ритуал...

Повернув мордочки ворчащих детёнышей в сторону девочки, я ссадил их на простынь и принялся аккуратно снимать шоры с глаз. И каждый раз, когда барьер спадал, а один из малышей впервые за свою короткую жизнь получал возможность увидеть мир вокруг, он разражался радостным писком, неимоверно веселившим именинницу. От чего она радостно пищала в ответ, мгновенно привлекая внимание зверьков. Первые несколько минут их зрение ещё оставалось слабым, наверняка позволяя уловить лишь мутные тёмные пятна в окружении света, однако изменённая природа моих творений стремительно приспосабливалась к новым ощущениям, уже вскоре позволив определить источник шума. Итог оказался закономерен.

- Ой! - настороженно и с капелькой испуга воскликнула малютка, впрочем, не отдёргивая рук. - Ползут!

- Верно, они ползут к тому, кого считают матерью, - не выдержав вида состроенного принцессой личика, я погладил её по голове.

- Мама? - от такого известия девочка была и шокирована, и испуганна, и обрадована одновременно. Эмоции сменяли друг друга, не способные победить в появившейся мешанине чувств, полыхая в маленьком сердечке настоящим вулканом. Однако для меня, знающего принцессу с самого её рождения, победитель был известен заранее - стоило двум жалобно пищащим комочкам доползти до ног именинницы, как она, более не испытывая сомнений, с умилением подхватила их на руки.

Зверьки тут же начали затихать - достигшие цели и греющиеся в тепле той, кого инстинкты называли самым важным существом в жизни, детёныши ощутили комфорт и, судя по всему, настроились проникнуть в царство Морфея.

- Кто это?! - продолжая обнимать детёнышей с радостной улыбкой на лице, тихонько пропищала Катарина.

Теперь, однако, она явно подразумевала нечто иное. Что именно - догадаться было нетрудно, учитывая любовь крохи к животным в целом и моим рассказам о них в частности. Будучи человеком, близким к биологии ещё на Земле, в этом мире мне пришлось погрузиться в эту тему ещё глубже, благодаря чему я имел возможность рассказывать принцессе много интересного.

И в иной ситуации я бы с радостью развлёк малышку справкой о её новых питомцах. Однако проблема была в том, что для этого следовало описать созданных мною химер, что было... не так-то просто.

Пожалуй, начать стоило с того, что идеей ручных монстров, способных устроить форменную резню во имя защиты хозяина, я загорелся уже очень давно. Ещё во время бегства из Финаритии о подобном думал, а в войне эти мысли переплавились в цельное устремление. Не раз и не два мне и моим близким угрожала опасность, и дополнительный эшелон обороны мог бы очень сильно пригодиться. Так что тянуть с реализацией идей я не стал, пусть по многим причинам и вынужденный ограничиваться в тратах ресурсов.

Основу первым образцам составила смесь волков и лис - получились полутора-двух метровые изящные млекопитающие, достаточно умные для действия стаей и осознания своей роли в защите хозяина. Гибкие, проворные и быстрые, они между тем обладали рядом серьёзных недостатков, хотя при этом и являлись достойными инструментами для решения поставленной задачи. Однако ввиду необходимости обучения и закрепления лояльности, работать над ними столь же быстро, как над теми же шахемами, не получалось - пришлось организовывать псарни близ лабораторий башни, а потом, когда место жительства сместилось в замок, строить пристройку и здесь.

Где-то с седьмого поколения монстрики рождались уже более естественным путём - никаких сращиваний органов разных видов, манипуляций с живыми тканями и прочего подобного, что ранее приходилось делать внутри беременных особей на хирургических столах лабораторий. Точнее, по крайней мере ничего из этого не требовалось на эмбриональном этапе, благодаря чему выживаемость образцов существенно возросла. Конечно, истинно новый вид я при этом не создал - биологически организмы продолжали оставаться скорее волками, чем чем-либо ещё, хотя и существенно отличались строением. Изменения начинались чуть ли не в момент зачатия благодаря магии и алхимии, продолжались в течении всего периода развития эмбриона и отнюдь не заканчивались с рождением. Тех малюток, которых сейчас счастливо тискала принцесса, ожидает ещё много операций - и внедрение симбиотической внешней хитиновой брони, и имплантация множества желез, в том числе и с секрецией нейротоксина, и закрепление костяных накладок с руслами для ядов на когтях и хвостовых шипах, и много всего прочего, призванного превратить просто сильных животных в настоящих чудовищ.

Получающаяся по итогу таких метаморфоз образина едва ли напоминала нечто собакообразное - чёрное изящное тело в броне и шипах выглядело снизошедшим до смертных кошмаром, слугой демонов из подземного мира, но никак не другом человека. Достигая практически двух с половиной метров в длину, эти химеры оказывались даже слишком массивны для регулярного использования, из-за чего с какого-то момента куда чаще я стал применять их младших собратьев, на которых привык отрабатывать технологии и методики - создаваемых по-старинке из собак тварей, при куда более слабых характеристиках ещё и довольно тупых. Их хотя бы было не так жаль терять, как кого-нибудь из полутора десятков старших шедевров ручного труда.

В результате всего вышеперечисленного кошмаров, как я назвал старшую линейку чудовищ, за пределами моих покоев прежде никто и никогда не видел. Их старые, куда более тщедушный версии или дешёвые копии в лице охотников - имели честь лицезреть, пусть и достаточно редко. Но уж точно не последние результаты проекта. И их бы ещё долго не увидели, если бы не некоторые события, заставившие изменить свои планы.

Слишком много передовых по моим меркам идей и технологий были реализованы в этих созданиях. И значительно больше могло быть воплотиться в явь в будущем, позволив получить в колоду карт ещё и такого рода козырь.

Однако человек предполагает, а судьба - располагает. И контакт с неизвестным существом в собственном доме - лаборатории, а после и необходимость в защите увлёкшейся окружающим миром принцессы вынудили меня раскрыть тайну этого своего начиная раньше намеченного срока. Впрочем, я о том не жалел - практические испытания все равно давно напрашивались, а закрытие одних дорожек в сфере интриг всегда открывало путь ко множеству новых. Даже сейчас, с улыбкой наблюдая за тихонько воркующей Катариной, продолжал обдумывать несколько занимательных возможностей по использованию факта появления у нас питомцев.

Не то чтобы подобного рода сюрпризов от меня не ожидали - естественно, что у мага моего направления всегда будет целый сонм всяких тварей на подхвате. Однако даже так люди едва ли способны всерьёз подготовиться к тому, о чём не имеют практически никакого представления. А между тем, интересных возможностей, ранее не демонстрируемых широкой публике, у кошмариков хватало...

- Я расскажу тебе о них побольше, лапочка, но позже - когда ты научишься хотя бы основам наук и сможешь понять мои объяснения, - как всегда, говорил с ней неспешно и мягко, чтобы умничка имела возможность понять каждое слово. - Пока тебе достаточно знать, что зовут этих малышей кошмарами, кошмариками или дурными снами в ином значении. Поэтому я желаю тебе сегодня, малютка, чтобы именно мои подарки твои недруги видели перед тем, как заснуть навсегда.

- А... - озадаченно выдохнула принцесса, после чего перевела сияющий взгляд с меня на оба комочка, посапывающих у неё на руках. Удивление ребёнка было понятно - уже видевшая некоторые из моих поделок, девочка не могла впечатлиться мощью крохотных детёнышей. Розовокожие, нескладные, беззубые и сморщенные - они никак не напоминали тех чрезвычайно опасных хищников, что сочетая в себе броню насекомых, подвижность и разум млекопитающих, токсичность моллюсков и некоторые регенеративные возможности беспозвоночных, могли с лёгкостью убить даже хорошо вооружённого опытного охотника на чудовищ. Или пятерых-шестерых обученных солдат, если оным не посчастливится пересечься с чрезвычайно ядовитой тварью на узкой улочке.

Впрочем, кроме выдающихся физических характеристик свою лепту вносили и сопутствующие атрибуты - внешний вид, издаваемые звуки и поведенческих рефлексы. Всё это позволяло не только эффективно убивать врагов, но и сильно пугать, деморализуя противников. Едва ли найдётся человек, способный без трепета сражаться против практически бесшумной или тихо шелестящей твари, стремительной до смазывания в движении тенью, предпочитающей не грызть, а травить противника уколами и рвать ему сухожилия внушительными когтями.

Единственный их недостаток - специализация. Всё же, несмотря на все старания сделать кошмаров настоящими машинами для войны, получившиеся монстрики не так уж и хорошо подходили на роль телохранителей. Ведь главное в данной профессии - не ликвидация угроз, а именно защита объекта охраны любой ценой. Для наилучшего исполнения этой задачи больше подошёл бы какой-нибудь живой симбиотический костюм, мощная летающая тварь или здоровенная бронированная дылда, но никак не шустрый разбойник с тактикой коротких наскоков.

Впрочем, девочку я сумею защитить иначе - артефактами, эскортом и тотальной слежкой за окрестностями. А вот действительно сильных существ, способных стремительно разобраться с угрозой заранее, всегда не хватает. Ведь, как известно, лучшая защита это нападение, а лучший способ уберечь - убийство всех, кто может покуситься.

- Милые... - прошептала малютка, возвращая меня из пучины дум. А после, чуть задумавшись, подняла на меня глубокие голубые глазки, полные невысказанных растерянности и тревоги.

Я знал, что это означало. Так всегда происходит - ответственная, умная девочка, она была слишком мудра, чтобы, подобно обыкновенному ребёнку, не волноваться о скрытых от глаз деталях быта окружающих её существ.

- Не бойся, я научу тебя заботится о них, - она выглядела так мило в своём волнении, что я против воли растёкся по стулу довольно лужицей. - И служанок твоих научу, и проверять всё буду. Главное - подарок-то тебе понравился, или желаешь поменять на кого-нибудь другого?

С облегчением улыбнувшаяся малютка, на несколько мгновений поставленная в тупик моим вопросом, думала над ответом недолго:

- Приноси всех! - сверкнув глазками, довольно заявила она. После чего, мигом осознав свою оплошность, бросила тревожный взгляд на мирно спящих детёнышей, убедилась в том, что не потревожила их покой своим криком, расслаблено выдохнула и вернула свой сияющий взгляд на меня.

Очень выразительная, трогательная мимика. От эмоций, наполнивших сердце от лицезрения этой пантомимы, у меня даже появилось желания действительно принести ей всех своих монстриков... Но как возникло, так и исчезло - на самом деле никаких достойных альтернатив кошмарам у не было, а прочие химеры едва ли прошли бы проверку взыскательного вкуса аристократов. Иные боевые конструкты выглядели, как персонажи различных боди-хорроров, и даже у ко многому привычных местных вызывали лишь желание уничтожить мерзость на месте или как можно быстрее сбежать. Собственно, ради чего такими и делались. Показывать такое ребёнку - прямо скажем, далеко не самая лучшая идея.

Впрочем, если Катарина будет расти такой же любопытной зайкой, то когда-нибудь, по мере учёбы, я покажу ей самые тёмные закрома лабораторий. Или Эсизель покажет, посмотрим...

...Ступив на камни красной башни, против обыкновения, я направился не вниз, а вверх, в спальню. Путь был недолог, и уже вскоре двери открылись, явив детально знакомое помещение, лишь несколькими днями ранее обзаведшееся новым элементом интерьера.

Внушительным вольером.

Тишину, стоявшую в комнате до моего прихода, разрезали тонкие попискивания, столь похожие на голоса новых охранников принцессы. Что и неудивительно, ведь зверьки из одного помёта и, за исключением одной детали, не имели существенных различий.

- Вот я и вернулся, малыши, - холодный взгляд потеплел, стоило подойти поближе к заборчику. Меня встретили приветливо, маленькие глазки лучились радостью и облегчением, пока пушистые комочки весело ворочались в гнезде из вороха тряпья.

Однако они были не единственными, кто с недавних пор стал жить подле меня.

- Ко мне, - бросил в воздух, скосив взгляд на постель со стоявшими неподалёку прочими предметами меблировки.

Ожидаемо в углу зашевелилась огромная тень, неестественно плавно потёкшая через все преграды, пока наконец не превратилась в поистине внушительное создание с молодого бычка размером. Грациозные, будто бы невесомые движения монстра заставляли доски пола отчаянно хрустеть, с превеликим трудом выдерживая вес бронированной туши. Внушительные кинжалоподобные когти с каждым шагом высекали стружку, безжалостно портя покрытие, пока тянущийся позади хвост весело перешёлкивал множеством шипов.

- Нокси, - с весёлым прищуром я протянул руку вперёд, чтобы потрепать замершее рядом животное по холке, - неужели ты снова пыталась меня напугать? Плохая девочка! Надеюсь, своих детишек этому учить не будешь?

В ответ химера издала странный звук, напоминавший писклявое рычание. После чего, приветственно боднув ладонь закованным в экзоскелет лбом, расслаблено улеглась подле вольера прямо на пол. От чего двое возившихся в гнезде детёнышей моментально притихли, успокоившись на ближайший десяток минут.

- Грозная мамочка, - хмыкнув, прошептал себе под нос. - Какая-то ты сонная, подруга. От чего же?

Взгляд плавно перетёк на полупустые тазы для пищи и питья. Учитывая размеры обоих, объем трапезы кормящей матери представлялся величиной, способной испугать небольшое селение - столько мяса там могут не съесть и за месяц.

- Понятно... - и более ничего не говоря, я развернулся и двинулся на нижние этажи.

Готовить.

Нужно было разморозить запасы, очистить от крупных костей, магией перекрутить на фарш, сдобрить алхимией и внушительным количеством пищевых добавок. То есть работы предстояло немало, но слуг до её выполнения я пока не допускал - сейчас слишком важный этап, чтобы рисковать ошибками в соблюдении диеты. Нокси, итак, довольно молода, от чего не все её импланты успели окончательно прижиться, да ещё и кормление детёнышей приплюсовать - суммарно очень немалая нагрузка на организм. Однако, поскольку именно эта самочка обладала наилучшими селекционными показателями, использовать пришлось именно её. Благо ничего большего, чем особая диета, зверю не грозило.

Чего не скажешь о детенышах.

Основная причина, по которой три химеры внезапно перебрались жить в мои апартаменты состояла в том, что те захваченные глаза дикого монстра, благодаря которым я в прошлом уже столкнулся с неизведанной стороной реальности, были пересажены обоим щенка в вольере. По одному на лобик каждого. Исследование сохранённого тела той твари, которой ранее принадлежали органы зрения, а также несколько серий экспериментов хотя и не выявили конкретных причин столь необычного восприятия, всё же принесли пользу, позволив оценить возможности использования открытия. В частности - уточнили, что успешная имплантация этих органов всё же возможна, но только с крайне молодыми особями животных с достаточно развитым мозгом.

Очевидно, что будь на моём месте кто-нибудь менее скованный моралью, и уже вскоре эти глазки были бы привиты крестьянским детишкам или городским сиротам. Ценою всего лишь нескольких жизней перед исследователем открылся бы целый новый мир знаний... И кто знает, куда его могла привести эта дорожка. Мне же, очевидно, пришлось ограничиться наиболее подходящими своими творениями - кошмарами, обладающими не только достаточно развитым разумом, но и выдающейся преданностью.

Пусть они не смогут рассказать о том, что увидят, но зато уж точно не попытаются сознательно подставить. По мне, так последнее - большой плюс на фоне прочих вариантов. И в немалой степени именно ради усугубления этой нашей связи малыши с матерью и были перенесены в спальню.

А ещё для того, чтобы контролировать состояние их здоровья. Я не собирался рисковать рассудком щенков, установив не только биологические системы отключения дополнительных глазок, но и различные сигнализации в самом вольере. Пригодились разработки для кроватки принцессы.

В остальном же я добился главного - рядом с такой охраной могу спать спокойно, ограничив пагубное влияние паранойи на свой организм.

- Насколько больным меня посчитают, если узнают о том, что я сплю в одной комнате с бодрствующими боевыми химерами? - заданный самому себе вопрос вызвал насмешливую улыбку и чувство лёгкого веселья где-то глубоко в груди.

Конечно, вся комната полнилась артефактами и механическими системами разного назначения, однако по-настоящему крепкой стены защиты между мной и Нокси не существовало. Она была вольна в любой момент забраться под балдахин, навалиться на меня и даже попытаться убить... Но именно попытаться, поскольку после всех изменений тела убить меня очень непросто. Подкожная броня и массив укреплённых, частично слитых костей задержит когти, шипы и зубы, а нейротоксин просто не подействует - очевидно, что участвуя в теневом противостоянии с сильными мира сего, я обзавелся иммунитетом ко многим ядам различного происхождения. Так что едва ли Нокси, в том маловероятном случае, если у животины что-то перемкнёт в мозгу, удастся нанести существенный урон в первые несколько минут покушения. А потом в дело вступят уже мои рефлексы, и химера либо заснёт благодаря химикатам, либо умрёт от заклинаний.

То есть в действительности я особо ничем не рисковал - животное просто не сможет мне серьёзно навредить. Однако со стороны в душевном здоровье одного одинокого волшебника всё же можно было усомниться.

Поехала крыша у юноши, взял себе собачек в питомцы. Да не простых, а смертельно опасных - жди да молись, чтобы, чуть что, кроме безумца никого в замке больше не подрали.

- Забавно, - ухмылка всё ещё блуждала на моих губах, пока вытащенный из ледника контейнер с мясом неспешно размораживался на открытом воздухе. - А ведь это тоже можно использовать! Только аккуратно нужно, чтобы люди из замка валом не побежали...

***

- Егеря, гвардия, твои разведчики, а теперь ещё и химеры. Не многовато ли? - судя по голосу, даже сам герцог сомневался в сказанном. Однако задать вопрос всё же был должен как минимум ввиду грядущих репутационных издержек.

Всё же он - дитя северного рода. Аристократы родины его предков обладали и продолжают обладать множеством крайне сомнительных привычек и традиций, однако уж чем они точно никогда не славились, так это трусостью. Так сложилось исторически - неготовые сражаться рядом со своими воинами, просто не смогли бы отвоевать эти земли у разумных жителей хладных лесов, волшебных чудовищ и простого хищного зверья. И пусть время и относительное благополучие расслабило этих людей, однако кардинально ничего не изменило - что на охоту, что на войну они шли с мечом наголо. И возвращались в крови - своей или чужой.

Может быть со стороны это смотрелось глупо, о чём любили повторять южане, однако не могло не вызывать уважение.

- Ну так не тебе же собачек подарили, - ответил, не оборачиваясь к следующему за мной мужчине. - Да и какая нам разница, право слово? Те, кто лил помои - лить их продолжат, а кто превозносил - мнения своего не изменят.

- Слухи о моей трусости могут помешать отношениям с северянами... - задумчиво протянул собеседник.

- Мы защищаем драгоценность державы! - преувеличенно воодушевлённо возразил я, решительно устремив указательный палец к потолку. - А что такими методами - так по городам вскоре загуляют шепотки о попытке отравления крохи. Нет, даже трёх о попытках! И пусть только попробуют после этого заявить, что наш ответ на такую грязь претит их чести и благородной крови!

В ступоре от сказанного мой воспитанник ненадолго затих, оправившись лишь минутой спустя.

- Какие отравления? Чем?! - с тихим хрипом и промелькнувшим в тоне голоса бешенством культурно уточнил он.

- Кашкой, - всё также не оборачиваясь, пояснил спокойно. - Два дня назад молоко для каши плохо прокипятили, из-за чего принцесса изволила мучиться коликами живота целых двадцать минут к ряду. Неслыханно! Считаю, что это явно были происки кого-то из наших врагов - лишь такого рода бессердечные ублюдки способны навредить нашей милой малышке.

На этот раз молчание со стороны собеседника продлилось втрое больший срок.

- Я сам виноват, - донёсся его усталый голос. - Должен был помнить, что под вашим присмотром ей никакой яд не страшен.

Мне искренне хотелось бы закончить эту шутку на благостной ноте, однако истина требовала уточнения:

- Ну, не скажи. Мне известно довольно большое количество токсинов, от которых организм маленькой девочки успеть спасти просто если и возможно, то не моими навыками. Другое дело, что большинство из них нашим недругам получить не удастся...

Например, ввиду того, что нужны или животные и растения с Земли, или развития химическая промышленность.

- ...или же будет крайне сложно применить. Так что вероятность их использования остаётся исчезающе малой, однако всё же не равной нулю. Поэтому меры безопасности необходимо продолжать совершенствовать.

Сказав это, я резко остановился, развернулся и нависнув над едва успевшим затормозить герцогом, пронзил его холодным взглядом звериных зрачков.

- И совершенствовать эти меры необходимо что для неё, что для её матери... что для тебя, мой друг. Надеюсь, хотя бы ты это понимаешь и разделяешь?

Ответом мне проследил решительный кивок. И это было хорошо - к сожалению, герцогиня, за свою жизнь практически не встречавшаяся с настоящей опасностью, пусть в целом и разделяла моё мнение, но в очень ограниченной мере. А о принцессе не стоило даже говорить - едва ли годовалый ребёнок мог осознать такую угрозу. К счастью, взрослых слушалась, и пока этого было достаточно.

Так что несколькими мгновениями спустя мы уже продолжали свой путь в Красную башню. В повисшем между нами молчании...

...Кроме положительных сторон, присущая северянам смелость обладала и серьёзными отрицательными последствиями. Привычка к резне и копированию поведения старших родичей в итоге нередко выливалась в браваду, общую агрессивность и несдержанность. И что самое для нас печальное - необходимость регулярного подтверждения собственной крутости в глазах подданных. Причём как простого люда, так и благородных.

Что было вдвойне плохо ввиду того, что культура жителей Вольницы также предполагала такое поведение властителя. А поскольку многие вассальные домены мы благополучно упразднили, заменив владетелей с дружинами наместниками с регулярной армией... Не сказать, чтобы благодаря этому леса кишмя закишели монстрами, поскольку чистили их регулярно, однако выдающиеся экземпляры всё же изредка появлялись. Причём выдающиеся в том плане, что тихо помирать в канаве совершенно не собирались - лишь демонстративно обращали на себя внимание. И если с более-менее обыкновенными тварями простые солдаты ещё могли справиться, то со столь нестандартными - уже нет. А скинуть проблему на вассалов не представлялось возможным по понятным причинам.

Как результат - охотится на очередное порождение Черных ям, или любого иного наименования Ада в местных религиях, приходилось кому-то из верхушки государства. Зачастую - мне, поскольку маг в компании химер и гвардейцев-телохранителей, да при наличии предсказывающего будущее истинного артефакта, был способен выследить и ликвидировать даже самую странную, непонятную и мозговыносящую хрень. Пусть и со всеми сопутствующими проблемами, рисками и потерями времени. Однако также по вышеозначенным причинам изредка бегать по лесам приходилось и герцогу, что являлось уже разговором совершенно иного рода - слишком многое было на него завязано, слишком многое зависело и интересы слишком многих спутывались вокруг его фигуры. Процессы, толчком к началу которых могла послужить его смерть, имели все шансы привести к поистине глобальным изменениям...

Хотя бы потому, что я абсолютно не был уверен в своей реакции на его смерть. Особенно, если оная не станет следствием простого стечения обстоятельств.

А ведь случаи уже бывали - и по-настоящему опасные твари, и неудачно начинавшиеся катаклизмы, и небольшие эпидемии, и даже всё те же банальные покушения. Пока мои люди справлялись - гвардейцы защищали тело герцога, пока егеря устраняли угрозы, а разведка шерстила близ расположенные города. Однако тенденции складывались таким образом, что рано или поздно удача грозилась всё же улыбнуться нашим недругам. И поделать с этим ничего не выходило - качество охраны дальше повышать уже некуда, а количество не сыграет существенной роли при хорошем плане. Да даже алхимия с артефактами не могли помочь, поскольку их эффективность всегда оставалась крайне ограниченной, если, конечно, не выкладывать на стол некоторые наработки, после появления которых нас непременно задавили бы не считаясь с потерями.

Что же делать в таких случаях, когда партия неумолимо движется к поражению? Переворачивать стол, конечно!

С этой мыслью и кривой улыбкой на лице я решительно распахнул двери, вошёл и медленно развернулся к ошарашенному воспитаннику.

- Добро пожаловать, - улыбка переросла в оскал, - в лабораторию модификаций!

Громкое название для небольшой каменной комнатки с парочкой шкафов и операционных столов, конечно, но её описания в летопись не добавят.

- Я помню его... - наткнувшись взглядом на одного из трёх лежащих на столе мужчин, пробормотал герцог. - Это же...

- Добровольцы, - надавил голосом, показывая, что место их прошлой службы уже не имеет значения. - Раньше агенты, воины, наёмники, но теперь - воители нового поколения. Сильные, быстрые, выносливые и обладающие рядом особых способностей.

- Откуда? - ошарашенный взгляд переместился на меня.

- Что-то исследовал на себе, что-то - на смертниках, а основу удалось почерпнуть у украденного из Финаритии кланового воина, - пожал плечами в ответ. - Целый год операцию готовили, раз двадцать всё весело на волоске... да и то получить удалось лишь молодого, то есть ту ещё недоделку. Однако, как видишь, хватило и этого.

- И... зачем?

На мгновение обернувшись, чтобы бросить взгляд короткий на укрытых простынями мужчин, даже по одним лишь очертаниям скрытых тканью фигур выделявшихся выдающимся мышечным каркасом, я ответил:

- Понимаю, что решение спорное. Даже очень спорное! Уж поверь, я осознаю это даже лучше, чем сами южане. Поэтому мер, способствующих лояльности этих людей, придумал множество, и ещё большее число планирую задействовать после завершения фазы первичного тестирования. Однако, кроме их использования, иного варианта не вижу - нам нужны существа, способные потягаться с тварями, появляющимися из глубин здешних лесов. Сразиться в отрыве от снабжения и укреплений, посреди катаклизма и царящего кругом хаоса, невзирая на погоду и болезни. Нам нужны...

Из глубин души на поверхность поднялось какое-то странно приятное чувство, сродни весёлой бесшабашности. Я прекрасно понимал, что несмотря на некоторую необходимость, этот проект в значительной степени являлся следствием именно моих планов и надежд. И помня об этом, помня о прошлой жизни, когда мечты обрели свою форму, не мог поступить иначе.

- ... нам нужны ведьмаки!

Брови герцога удивлённо поднялись, пока его взгляд выражал в равной доле и непонимание, и некий скепсис, сопряженный, кажется, с искренним сомнением в трезвости моего ума.

Но я не мог, совершенно не мог поступить иначе! Как вообще можно было создать суперсолдат-химер в средневековье, да ещё и для борьбы с монстрами, и не назвать их таким образом?! Это было бы почти противоестественно! А что способности не те, сражаться будут не только с чудовищами, и процедуры для становления совершенно иные - так это детали, не стоящие внимания.

Впрочем, на самом деле, как бы я не мечтал о личной армии беловолосых мутантов с кошачьими глазами, проблем с этим проектом было столько, что продолжался он не иначе как чудом и по личной воле конклава местных божеств. Мало того, что каждый из трёх тогда ещё претендентов был тщательно отобран по совокупности ментальных характеристик и физических показателей, мало нескольких серий проверок на совместимость с препаратами и имплантами длинною во многие месяцы, мало чрезвычайно дорогой алхимии и чуть ли не по молекулам разобранного южанина... Самое ужасная сторона это работы состояла в том, что я имел дело с обычными людьми.

Обычными. Подготовленными, относительно молодыми воинами на пике физической формы, это верно, но всё же от среднестатистического человека они отличались гораздо меньше, чем мне бы того хотелось. Как бы ни был живуч человеческий организм, сколь бы не был велик его запас прочности, но вкупе с хорошим магическим даром он всё же обладал куда более впечатляющими возможностями, чем без него. Сам по себе он просто не мог выдержать даже долю того, что я творил сам с собой в отражении зеркала над операционным столом.

Истина состояла в том, что в какой-то момент исследований я попал в ментальную ловушку, прекратив воспринимать подопытных смертников своими сородичами. Это отнюдь не означало, что когда-либо к кому-то применялись немотивированные пытки или что-то в подобном роде - просто хрупкость их организмов, в целом мало отличная от средних человеческих показателей, стала нормой. Эталоном. Стандартом, никогда не относившимся ко мне и моим близким.

А ведь на самом деле людские тела в изначальном виде удивительно хрупки, если смотреть на них с точки зрения опытного химеролога. Гармоничная биологическая структура со внушительным запасом прочности, это верно, однако легко при этом разрушающаяся под тяжестью собственного веса от малейших изменений базовых свойств. И это, на минуточку, даже без многих рудиментов, которых, в отличие от жителей Земли, у аборигенов просто не было.

И вот, позабыв о простых вещах и с воодушевлением от открывшихся перспектив, я начал преобразование добровольцев и... Осетра пришлось урезать. Причём сильно, едва ли не на порядки. Люди просто не выдерживали изменений - отказывали органы, включалась аутоиммунная реакция, сбоили сознания и рефлексы. Сколько раз трое этих "идеальных кандидатов" умирали у меня на столе - не знаю, поскольку сбился со счёта на втором десятке. Сколько раз пришлось менять импланты, пересматривать программу и откатывать изменения вспять - не представляю тем более.

Откровенно говоря, выживание всех троих - это настоящее чудо, сотворённое моими руками напополам с местными боженьками. А получившиеся образины, соответственно, есть не что иное, как буквально вручную собранные, уникальные в своём роде сверхлюди. Точнее, химеры на человеческой основе. И боюсь, за то, чем они теперь являются в своей сути, меня вполне могли прикончить. Хотя ничего революционного на самом-то деле я не сделал - просто добавил то, что можно было, и убрав то, что было не нужно.

Однако следовало трезво оценивать ситуацию - результаты этого проекта пусть и не поражали воображение, однако оставались достаточно серьёзными, чтобы представлять угрозу существующему балансу сил. И раньше я бы не рискнул выпускать их в свет, однако с недавних пор моё мнение несколько изменилось...

...Это были тяжёлые полгода. Участившиеся атаки со стороны крупных игроков, в связи с продолжающейся эскалацией конфликта на далёком западе внезапно для себя обнаруживших больший, нежели чем бы им хотелось, контроль герцогства над торговыми потоками Вольницы. Творческий кризис в ряде проектов, на фоне которого встала в полный рост проблема истощения запасов материалов для алхимии и артефакторики по причине необъявленного эмбарго в моём отношении. Да ещё и непонятное происшествие в лаборатории во время тестирования новых органов зрения. Всё это как-то разом наложилось, сковавшись с волнением о близких в настоящую цепь из переживаний, надежд и отчаяния, и, казалось, мощным ударом разрушила что-то у меня в душе.

- Видимо, я просто устал бояться, - дождь за окном прекрасно аккомпанировал настроению.

Однажды поднявшись с постели, осознал, что после завершения войны на западе, иной такой возможности, другого подобного мига ослабления надзора над Междуречьем может на моём веку и не произойти. Там, на другой стороне Великого моря, ныне сражались настоящие титаны нашей ойкумены, и участвовали в этом противостоянии так или иначе абсолютно все. Да настолько, что попытки вернуть контроль над центром Вольницы, чьи денежные ниточки мы умудрились перехватить, разбивались о критический недостаток ресурсов больших игроков.

Особенное время, которое рано или поздно пройдёт. Уникальный шанс, который может больше не наступить. Огромный риск...

Риск...

- На который я, к удивлению, оказался готов пойти, - чашка в руках превратилась в крошево, посыпавшееся на пол сквозь пальцы.

Ведь альтернатива ему - покорное ожидание неминуемой смерти. Я понял эту простую истину лишь недавно - гамбит отца моего воспитанника был, очевидно, лишь разменной фигурой на доске их родного королевства. Поэтому нас не желали оставлять в покое, поэтому убили его родичей, и поэтому же меня не сильно трогали финариты, даже несмотря на все свои возможности. Всё просто ждали ходов друг друга, не обращая особого внимания на одну из фигур. И по тому же столь агрессивно отреагировали на наши самостоятельные поползновения.

Песочница Вольницы - это не что-то обусловленное непреодолимыми обстоятельствами, а лишь договор сторон, до поры до времени копивших силы для нового передела земель и власти. И герцогство с этой точки зрения - лишь часть пирога, не более того.

- Кусочек, официальные хозяева которого, на самом-то деле, уже мало кому нужны, - в моём взгляде сейчас, наверное, без труда можно было найти столь нехарактерное отчаяние.

Даже без боевых магов и могущественных артефактов, которых в Междуречье никто не пошлёт ввиду заметности, у всех вокруг оставались пресловутые суперсолдаты. Модификанты. Клановые бойцы южан, рыцари и религиозные ордена северян, кольца гегемонов - все они превосходные убийцы, в своей сути превосходно приспособленные для хорошо защищённых целей. Магов, аристократов, монстров, химер - не суть важно. И для меня было совершенно очевидно, что рано или поздно кого-то из этой братии пошлют и за нами.

Поэтому мы тоже должны обладать убийцами подобного уровня. Показать таких, пережить первый натиск и доказать эффективность ответного воздействия - и нас, вероятно, оставят в покое как цель, слишком зубастую для безболезненного устранения.

Единственный способ выжить, будучи выброшенной на произвол судьбы фигурой - это выйти за пределы установившегося баланса сил. Как далёкие северные колонии вдоль океана, как города-крепости по верхнему течению Жёлтой жемчужины, как горные княжества восточной Вольницы, как кочевники южных степей... Иначе говоря, нам просто нужно было стать теми, с кем не получится разобраться без урона, критичного для противостояния с другими титанами ойкумены. Причём это ещё нужно донести до всех причастных таким образом, чтобы не спровоцировать тотальную облаву. И кустарно собираемые модификанты, по моему мнению - лучшая возможность для этого. Инструмент простой, понятный и доходчивый, в отличие от всех прочих, о которых я размышлял до этого.

- А ведь я просто хотел помочь людям, реши ослабив проблему чудовищ, - губки искривились в кривой, печальной улыбке. - Ну и себя не обделил бы, конечно, но всё же. А теперь вынужден готовиться к противостоянию со всем миром, причём даже не зная, насколько мои выводы о ситуации в нём вообще верны. Сколько раз я уже пересматривал суждения о степенях влияния и возможностей тех или иных групп? Сколько скакал от глобальных теорий заговора до пренебрежения к варварам? И что же в итоге?

Отражение в стекле не ответило мне, лишь продолжая сверкать отблесками огня в вытянутых звериных зрачках.

- Впрочем, о чём это я? Как такового, выбора на самом деле нет. Либо кругом настоящие пауки, для выживания в одной банке с которыми придётся реализовать этот план, либо кто-то сильно пожиже, кто впоследствии навредить не сможет при всём желании. Ведь обзаведясь инструментами подобного уровня, мы сами встанем в один ряд с ними.

И лишь один вопрос продолжал мучить меня в ту ночь, не претерпев никакого изменения с тех самых пор. Насколько угроза, которой я объявил войну, была реальна, а насколько являлась плодом моих искажённых Ветрами фантазий? Сколь сильно безумие уже пожрало меня, окутав пеленой паранойи беспокойный разум?..

Глава 44 - Форс-мажоры

Ведьмаки были далеко не первыми из наших людей, кто оказался одарён улучшениями организма. Не считая подопытный материал, первенство на этом поприще получили именно мои ласточки - те, кого по меркам этого мира, можно было с гордостью именовать разведчиками.

Или кураторами, если уточнять конкретную сферу их деятельности.

Это разные люди из совершенно различных слоёв общества - дворяне и крестьяне, наёмники и городские ремесленники, купцы и жрецы. Объединяло их зачастую немногое, однако именно в общих чертах и скрывалась загвоздка ситуации.

Всё они были молоды, энергичны, оторваны от каких-либо серьёзных сообществ и преданны лично мне. Практика показала, что, к сожалению, обеспечить абсолютную лояльность людей, не соответствующих этим критериям, оказалось многократно сложнее, причём вплоть до полной невозможности. Причём даже примерно представляя общую канву методик обработки людей спецслужбами родного мира и имея за плечами опыт работы в сфере корпоративной безопасности, не то что спецом, а даже любителем такого рода вещей я никогда не был. Так что приходилось разбираться самому, причём в крайне сжатые сроки и в совершенно ненормальных условиях магического средневековья, обладая при этом в лучшем случае лишь примерным представлением о возможностях противников на ниве магии.

Едва ли агентам КГБ, ФСБ, ЦРУ и МИ-6 даже во снах снилось разнообразие методов, которыми на поприще шпионажа обладали местные, временами об это даже не задумываясь. Чего стоит хотя бы возможность поговорить с мертвецом! Что уж тогда упоминать о подслушивании разговоров сразу в трёх различных исполнениях, непонятных способностях призываемых мистиками демонов и столь абсурдной в своей сути штуке, как проклятье на крови в исполнении хорошего некроманта.

Вот только пока одни не смели даже мечтать, другие буквально поколениями жили в подобных условиях. И если бы не обучение Учителя, который несмотря ни на что являлся человеком в этой сфере подкованным и воспоминаниями щедро делящимся, то, боюсь, едва ли мне удалось бы даже сбежать из Финаритии. Не то что местным на родном для них поле противостоять.

Однако так уж получилось, что я и сам в некотором смысле стал аборигеном. Что-то узнал от старика, чем-то поделились случайные встречные и мой воспитанник, что-то почерпнулось у гостей моих казематов и нанятых специалистов, о чём-то удалось догадаться по косвенным признакам... Ну и Игральная кость, конечно! Помощь этого артефакта была и остаётся неоценимой - вероятно, большую часть времени мы выживали вопреки обстоятельствам исключительно благодаря ей. Сколько покушений и прочих злоумышлений оказалось сорвано, сколько операций успешно завершено и агентов спасено, сколько врагов удалось перессорить таким образом - это громадное число, выражающее собой лишь толику величия настоящего чуда в невзрачной материальной оболочке.

При этом главное, что удавалось сохранять каждый раз - это люди. Люди, число которых и так никогда не превышало двузначных цифр, а молодость едва ли способствовала серьёзному жизненному опыту. Однако, вопреки откровенно жалким исходным параметрам, они раз за разом выживали, набираясь наиценнейшей в новых для них условиях мудрости. Так что штат постепенно рос и количественно, и качественно, радуя моё сердце и временами выбешивая до сердечных приступов наших врагов. Впрочем, даже несмотря на постепенный рост, численность всё равно оставалась стабильно низкой - изменить это было не в моих силах.

Находить потенциальных агентов всегда было очень сложно, хотя после открытия сиротских домов и стало несколько проще. Благо сеть осведомителей, которую с течением времени так или иначе пополнила чуть ли не десятая часть жителей страны, исправно снижала нагрузку на моих доверенных лиц, давая им достаточно времени не только для работы, но и для учёбы. А на последнюю приходилось упирать особенно - я с самого начала старался давать своим людям максимум методической информации, и по мере борьбы с разными противниками совершенно не стеснялся перенимать чужие наработки. Пусть ради этого временами и приходилось рисковать, к примеру, похищая осведомлённых магов, иностранных аристократов и могущественных магнатов.

Всё ради эффективности. Импланты, артефакты, дорогая алхимия - любые средства, способные помочь мои людям в их непростой борьбе. А также обеспечить лояльность, конечно же.

И это приносило свои плоды, пусть и не всегда ожидаемые...

...- Всё сложно, - именно такими словами мне доложил о произошедшем во вверенной ему зоне ответственности куратор Юго-Западного сектора. Молодой темноволосый мужчина в богатом одеянии выглядел типичным мелким аристократом - уверенным, расслабленным и в меру наглым. То есть являл собой яркий образ этакого хорошо вооружённого пройдохи, ещё не успевшего потерять берега и совесть от рек пролитой крови, но уже не раз вкусившего чужой требухи. Такое реноме очень подходило смазливому лицу и чуть раскосым глазам горца. Собственно, будь иначе, и мы бы выбрал и иную личину для прикрытия.

- Так что же, ты проделал весь этот путь лишь ради того, чтобы сказать мне пару слов? - мы сидели в креслах друг напротив друга, разделённые лишь столиком с парой чашек травяного сбора, так что откинуться и сложить руки домиком выглядело действием не только естественным, но ещё и выразительным. - И уж тем более ради этого не стоило тащить с собою нескольких агентов. Так что изволь высказаться полнее, пока я по старой памяти не достал розги.

Нагловатая улыбка на лице моего собеседника чуть дрогнула, но ничем иным своей реакции на угрозу он не выдал.

- Вижу, помнишь руку наставника? Это хорошо. А то переживал я, что в дали от родного дома ветра перемен вскружили голову одному из моих отпрысков...

- Никогда! - реакция на намёк последовала незамедлительно, и, судя по всем признакам, была искренней.

- Что же, призрачные порывы нашёптывают ложь всем нам - и я отнюдь не исключение, - сказал и улыбнулся мягкой, чуть виноватой улыбкой человека, уличённого во лжи ребёнком. В ответ мужчина понимающе смежил веки - он, как и многие прочие, знал или как минимум догадывался о проверках, регулярно проводимых звеньям организации, однако старался относиться к ним с пониманием и смирением. Я же своей стороны никогда и никому не рассказывал о методах, не упоминал о результатах и просто делал вид, что доверял им достаточно, чтобы закрывать глаза на некоторое использование служебного положения. В меру, конечно - разнузданный глупец на такой должности хуже врага, поскольку от своего подлянки как раз таки ожидаешь меньше всего.

Лояльность - главная проблема для любого времени существования цивилизации. Понимая это, в способах её завоевания и поддержания я использовал любые методы, не претившие жалким остаткам моей морали и не обещавшие катастрофических последствий в случае провала. Ввиду чего с удовольствием пользовался проблемами людей, решая их к своей вящей пользе, однако старался не провоцировать оные самостоятельно, чтобы в дальнейшем не сталкиваться с последствиями раскрытия неприглядных тайн. На начальных этапах этого вполне хватало, а уже потом, когда попавшие в мои сети оплетались достаточным количеством пут, вместе с прочими имплантами они получали и те, что были способны помочь в нелёгком деле укрепления верности.

К сожалению, никаких промывателей мозгов, психоиндоктринации или чего-либо иного в том же духе придумать так и не удалось. Всё же сколь бы ни было легко влезть в биохимию мозга, а вернуть разум пускающему слюни овощу фактически невозможно. Так что обходиться приходилось куда более вульгарными методами - наркотическими и гормональными системами, ненадёжными и довольно косвенными сыворотками правды, галлюциногенами и комплексами экстренной самоликвидации. И хотя эффективность всего вышеперечисленного оставалась достаточно низкой, совокупный результат, как мне мнилось, был уже достаточен для работы.

Как минимум верхние звенья, не будь дураками, наверняка догадывались о назначении части встроенных в их тела имплантов. Однако необходимость контроля понимали - что уж говорить, если даже я сам обладал несколькими возможностями экспресс-отправки прямиком на тот свет.

Уж во что я верил безоговорочно, так это в умения местных мастеров заплечных дел. Не знал, правда, насколько их навыки будут хороши при работе с магами моего направления, однако проверять как-то не горел желанием.

А вот чего я сейчас действительно хотел, так это сделать глоток чудесного напитка на столе.

Жидкость в поднятой чашке поймала солнечный зайчик и засветилась мягким теплом цвета багрянца двенадцати трав. Прикоснувшись к своей порции мужчина, личина которого с каждым мигом всё больше трещала по швам, вглядеться в недра напитка с лёгким сомнением, что заставило меня улыбнуться.

- Не думаешь же ты, что я опущусь до чего-то настолько банального, как отравление в собственном доме? - скепсиса в словах и во взгляде было столь много, что гость невольно отвёл взор в сторону, а в его глазах сверкнули нотки поднявшегося стыда.

- Нет-нет, что вы, мастер... - он прервался, чтобы сделать глубокий вдох. А следом, выдохнув резко и гневно, продолжил: - И хватит уже играть со мной, наставник! Я был и остаюсь верен, а причин для ваших нападок просто не вижу, не понимаю и понимать не хочу!

- Ну, прости, что задел, - протянул миролюбиво, сделав глоток из чашки. - Ты же знаешь, действуя я не со зла - врагов у нас много, они могущественны и хитры, так что наше маленькое сообщество приходится держать в неизменном тонусе...

Улыбка на моих устах и речевой поток прекрасно скрывали истину - проявление реакции одного из имплантов моего гостя на совокупность биохимических маркеров, полученных им в процессе разговора. Что-то было на чашке, что-то - на подлокотниках кресла, а последний фрагмент попал к нему по воздуху вместе с приятным цветочным ароматом самого помещения. Иными словами, использованы были практически все пути передачи, кроме, как это не забавно, самого чая.

Обожаю использовать инерцию человеческого мышления к своей выгоде.

Что же до цели воздействия, то состояла она в банальном повышении нервного возбуждения моего собеседника. Делалось это постепенно и преимущественно незаметно - одна из новых желёз, будучи подключённой к кровотоку, активировалась присутствием в крови определённых белков, являвшихся теми самыми маркерами или их производными. В результате биохимической реакции имплант начинал выделять свой секрет, схожий с определённым веществом, содержавшимся в соке одного примечательного растения. А точнее, с кожной секрецией небольшого белкоподобного зверька, употреблявшего этот сок в пищу.

То что животное использовало для самозащиты и брачных игр, люди стали применять в качестве наркотика. А уже мои коллеги по ремеслу, изучив тему поподробнее, написали на оную парочку трудов, в свою очередь ставших причиной уже моего интереса.

Интереса, в итоге вылившегося в довольно полезную в своей сути модификацию, позволяющую выводить истинные чувства на чистую воду. Не первое и далеко не последнее средство в моих руках.

Впрочем, главным своим достижением я мог назвать именно незаметность воздействия - очень трудно обмануть организм и сознание таким образом, чтобы ни то, ни другое не заподозрило подвох. При поглощении дозы через желудок это в принципе невозможно - слишком резкий эффект, да ещё и с некоторым количеством побочных. Это не шло ни в какое сравнение с аккуратным, постепенным вводом прямо в кровоток, что обеспечивало неспешное, практически нежное затуманивание сознания.

По неизвестным для меня причинам. Теоретически, реакция организма должна была быть прямо противоположной - быстро и резко через кровоток, долго и постепенно через желудок. Однако на практике дело почему-то обстояло с точности до наоборот, и за неимением нормальных биохимиков в штате, с реальностью приходилось мириться без лишних вопросов.

Поэтому ещё добрые две трети часа я потратил на выстраивание диалога, постепенно становящегося всё более свободным и откровенным. Расслабившийся собеседник, благодаря ещё нескольким имплантами проникшись ко мне определённой долей симпатии, обусловленной в том числе и связывающими нас воспоминаниями и оказанными его семье услугами, в конце концов погрузился в совершенно добродушное состояние. Этакое, более характерное для изрядно принявших за воротник.

- Так что же у вас всё-таки случилось, не расскажешь? - моя улыбка стала насмешливой, однако сохранила толику заинтересованной загадочности.

- Кхм, - отзеркалил выражение моего лица мужчина, не сдержав при этом взволнованного блеска глаз. - Там такая история, наставник... И смех, и грех, как вы, помниться, о жёнушке того купчишки говорили.

- Если ты так говоришь... Боюсь представить, что такого могло произойти, сравнимого с блудом уважаемой дамы в компании труппы скоморохов.

Та ситуация вообще изобиловала удивительно абсурдными моментами, причём даже не учитывая самого факта оргии с карликами. Зачастую жизнь создаёт комедии куда лучше, чем самые именитые режиссеры.

- Ну, уровень абсурда, конечно, не тот... - взгляд собеседника вильнул в сторону. - Однако свой шарм есть и у моей истории...

И вот, после столь интригующего пролога мне поведали о приключениях одного из молодых, причём даже в сравнении с остальными, агентов. О том, как одаренный мозгами и моими имплантами юноша умудрился не только сыграть благородного бедного северянина перед ликами заморских купцов, но и соблазнить жену гостившего в тот момент в городе барона. Причём связь эта оказалась не на один раз и прилично затянулась, пока неудачным стечением обстоятельств не выплыла наружу, приведя к довольно занимательным событиям в духе классической бондианы.

...- Весь город стал свидетелем этой погони! - сверкал глазами довольно улыбающийся рассказчик. - Умный малец успел выучить улочки, так что пятнал по ним словно заяц, то сверкая перед охотниками филейной частью, то стремительно ускользая по узким переходам. А отрываясь, непременно устраивал засады, разя преследователей стрелами и честной сталью. И так было ровно до тех пор, пока барон не остался лишь в компании четверых дружинников - тогда он ранил воинов, вышел с вольником один на один и прикончил того, насадив голову на пику.

- И что дальше? - загоревшись историей в духе приключенческих романов, я невольно подался вперёд.

- Он вернулся на площадь с трофеем,- хохотнул собеседник. - И бросил его на землю у порога постоялого двора, прокричав, что забирает всё имущество почившего по праву силы и законам рыцарства. А после пояснил, что кроме титула и земель, также желает заполучить молодую жену барона. Девица, вот совпадение, и слова против не сказала.

- И что же, неужели получилось?

- Как ни удивительно - да! - гость развёл руками. - Прямых наследников у почившего не оказалось, а сам феод оставался суверенен, и родичам баронессы нужен был этот династический союз. Тем более, ни воины, впечатлённые удалью и благодарные за сохранение жизней, ни слуги, подкупленные деньгами и красноречием, не возражали. Как и обе оставшиеся у покойного дочери - ведь жить как-то нужно было продолжать, а без власти отца будущее девушек представлялось туманным. Впрочем... - замялся рассказчик на пару мгновений. - Поговаривали, что отношение со старым бароном у девушек было не очень хорошим, а красивый юноша сумел соблазнить не только лишь их мачеху.

- Что, всех троих? - несказанно удивился.

- Пока не знаю, - ухмыльнулись мне в ответ, - однако если всё же правда - то жить мальцу отныне с тремя жёнами так-то. Даже и не знаю, завидовать ему или сочувствовать.

Рассмеявшись немудрёной шутке, я скрыл истинные эмоции, вызванные озвученной историей. Впрочем, даже самому мне оказалось трудно в них разобраться, так что едва ли гость смог бы что-нибудь прочитать по моему лицу.

Гнев, обида, зависть, апатия - причудливый коктейль, столь же слабый, сколь и испытываемые мною его составляющие. Эмоции не бурлили, а слабо шелестели где-то в глубине, питая извечный, казалось, вопрос: "Почему кому-то везёт, а кто-то - я?". Ведь, чтобы обрести текущее положение, мне приходилось и приходится грызть глотки едва ли не буквально, да к тому же пройти через войну, надломившую что-то внутри. А тут один везунчик получил статус, престиж, любовь - и всё практически мгновенно по моим меркам.

Впрочем, стоило признать, главной удачей в его жизни выступил я сам. Сила, знания и прочие средства - что бы ждало вчерашнего беспризорника без такой поддержки? Уж точно не баронский феод. А так, теперь, пусть и поймав фортуну за хвост, на самом деле он изменил немногое - лишь превратился из виртуального в реального аристократа, попутно обретя землю и огромный ворох проблем на свою голову. Такому не завидовать нужно, а сочувствовать - прав был мой собеседник, как есть прав!

На мгновение стерев улыбку с лица я медленно выдохнул, отпуская остатки негативных эмоций. Конечно, мне было неприятно от того, что кто-то своевольно нарушил мои планы, воспользовавшись ими к собственной эгоистичной выгоде. И вдвойне противно, что совершил это человек, буквально выросший на моих глазах. Поэтому, пусть и с изрядной скидкой на вероятное стечение обстоятельств, я собирался разобраться в случившимся со всем тщанием.

- Прошу прощения, наставник, - уловив изменения в моей мимике, покаянно склонился гость. - Это действительно помешало планам... Однако, возможно, вы придумаете, как использовать ситуацию к нашей выгоде?

- Придумаю. Вопрос лишь в том, остался ли агент верен нам, ведь пошел наперекор приказам он по своей воле, - я задумчиво уставился в окно.

- Но относительно барона и его семьи не было никаких приказов... - озадачился собеседник.

- Вот именно, - щёлкнул пальцами в подтверждении. - вот именно...

...Стоило только гостю захлопнуть за собой дверь, как из ниши в стене за диваном раздалось писклявое шипение на два схожих голоса.

- Ну что же вы, малыши? - отодвинув тонкую, практически бумажную заслонку, я присел перед небольшой корзинкой с двумя весёлыми концентратами милоты. - Неужели так утомились ничего не делать?

Ответом мне стали тонкие порыкивания, закончившиеся тихим писком. На который, в свою очередь, отреагировала до того покорно скрывавшаяся мать детёнышей - страшненькая чёрная голова мелькнула где-то поблизости, мимолётно задев самый краешек области зрения. Впрочем, ждать себя она не заставила, уже вскоре словно по волшебству появившись прямо у меня под боком.

- Ну и чего ты так смотришь? - улыбнулся в ответ на просящий взгляд зверя. - Выводи уж деток на прогулку, если так того желаете.

Получив разрешение, здоровенный чёрный монстр, сплошь усеянный бронёй и шипами, благодарно боднул мою руку и, нежно подцепив измочаленную ручку переносного гнёздышка зубастой пастью, слитным движением отправился на улицу через предварительно распахнутые магией оконные ставни. Короткий полёт сопровождался лишь одним звуком - довольным писком малышей.

Снова улыбнувшись этому забавному явлению, я насмешливо покачал головой и, чуть подумав, вернулся за столик для комфортного продолжения размышлений. Взгляд сам собой упал на стену у двери, где ныне висело огромное полотно, изображавшее примерную карту Междуречья и прилегающих владений.

- Север и Юг - гигантские реки, Запад - море, Восток - горы, - заговорил сам с собой, как порою бывало. - Ну и куда нам двигаться? В степях на Юго-Востоке не скрыться от нелюдей, а даже если получится - не защититься от Финаритии. На Северо-Востоке же вассалы Гегемонии, больших королевств и парочки морских торговых республик - там нас просто сожрут и глазом не моргнут. А между тем, перебираться куда-то всё же придётся, поскольку жизнь меж гигантов и среди катастроф - это выживании, не более. Риск, убытки и куча стресса, что терпеть до старости я не намерен.

Ну да, здесь богато живётся и хорошо учиться магия - земля торговли как-никак. Контроль низкий, так или иначе можно найти экзотику со всего света, да ещё и древние руины под боком. Вот только ощущения такие, будто после бегства от Учителя я как сел на измену, так с неё и не слезал. Отвратительные чувства, прямо скажем. Мне их ещё на Земле хватило, чтобы желать и вторую жизнь на это дерьмо угробить. Именно поэтому я не прекращал готовить пути для отступления, размышляя о приемлемых вариантах.

И с недавних пор оных стало чуть больше.

- Слухи, говоришь... - припомнил я о записке, сгоревшей в пламени камина несколько часов назад. - Ну что же, Лэнс, как говорил один неизвестный тебе мудрец - инициатива имеет инициатора. Засиделся в теплоте да уюте? Значит, отправишься к чёрту на куличики в поисках... чего-то. Так уж и быть, выделим денег бравым конкистадорам.

Насколько я верил в возможность нахождения новых земель, полнящихся ресурсами и плодородными полями? На удивление - достаточно сильно. Многим известны степные колонии вдоль южной великой реки и давным-давно покинутые города-государства, когда-то гордо возвышавшиеся над северными лесами далёкого океанического побережья. Другое дело, что также я осознавал и простой факт - по-настоящему дикая природа этого мира на пару порядков опаснее всего, с чем сталкивались люди на Земле. Да что уж там, даже поныне бывает - выходят из северных лесов твари, вырезающие целые города в сорок-пятьдесят тысяч жителей. Потому и сторожащие границы рыцари-модификанты такие долбанутые на всю голову психи, потому же и не лезут люди дальше в чащу - борьба с природой здесь играет куда более серьёзную роль.

О какой колонизации в такой перспективе вообще может идти речь? Но ведь случается же! Тем более, уж где, как не в такой дали, мне не смогут помешать в осуществлении революционных проектов! Расстояние станет преградой, а монстры - непреодолимым заслоном пред всеми, кто пожелает убрать возмутителя спокойствия с игровой доски. Смертельно опасные яды испортятся в пути, убийцы не смогут подобраться незамеченными, а сильные чародеи просто не станут подвергать себя опасности путешествия по диким землям. А уж когда чайник станет броненосцем, когда воплотится в реальность хотя бы часть моих задумок, что-то делать станет уже слишком поздно.

Неплохой план! Далеко не худший из более чем полусотни прочих идей. Ещё одна мечта, вероятнее всего - несбыточная. Но ведь иногда можно и отдохнуть в плену фантазий, верно?

А там...

***

Да вы что, издеваетесь?..

- Согласно плану, агент играл роль художника, - вещал уже другой гость моих покоев на следующий день. - Умением и низкой ценой он сумел обратить на себя внимание старого главы династии, благодаря чему сумел занять место придворного мастера и начать рисовать портрет леди Ингрем - жены второго наследника. К сожалению, в определённый момент между молодыми людьми вспыхнула страсть, раскрывшаяся во время недавнего празднества...

Опять? Не понимаю. Неужели какая-то ошибка с гормональной совместимостью имплантов, приводящая к усилению либидо?

...- убил на дуэли сначала мужа любовницы, а потом и старшего наследника, вступившегося за попранную честь рода. Последний оставшийся из братьев в свою очередь прилюдно обругал агента и наказал плетьми, однако в дальнейшем сумел передать записку о намерениях продолжить сложившееся сотрудничество. И пообещал отдать вдову второго брата после того, как сыграет свадьбу с вдовой первого.

- Ага... - только и смог выдавить я в ответ.

А ведь стоило помнить, где теперь живу! И среди кого. Здесь по любви никто не жениться, а интриги и заговоры бушуют даже в самой распоследней деревеньке. Гуманизм же - и вовсе выдумка куда более поздних эпох, ныне неизвестная. Так что не удивительно, что периодически приходится слушать и вот такие вот истории. И соответственно реагировать.

- Значит, продолжите обработку нового наследника, - вынес закономерное решение. - Что же до агента... Узнайте всё о его потенциальной супруге и пристройте мальчишку с наиболее выгодными для нас условиями. И передайте, что отныне выбор его прост: либо уходит из полевой работы, остепеняется и играет новую роль, либо маска умирает. Вместе с женщиной или без неё - его выбор. Так что пусть решает, но не тянет.

- Понял, - почтительно поклонился мой собеседник. Однако продолжить не успел, прерванный внезапно вошедшим слугой - одним из немногих, кто имел право входить ко мне в рабочие часы без разрешения.

Лысый мужчина с бородкой и мертвенно-холодным взглядом ничего не сказал, никуда не посмотрел и даже, казалось, не дышал. Словно работ, он лишь стремительно прошествовал через всё помещение, положил на мой рабочий стол некий конверт и столь же поспешно вышел, оставив неуютную тишину.

Судя по тому, в какой зоне стола теперь покоилось письмо, написана корреспонденция была рукой давнишней знакомой - ещё одной хитрой девушкой в моей и без того переполненной аристократками жизни. Волшебницей, которую я продолжаю помнить ещё маленькой девочкой, что спустя прошедшие года, конечно, уже никак не соответствовало истине.

Общение с ней - одно из немногих, осуществляемых не из рабочей необходимости. Кусочек чего-то личного, много большего, чем простые разговоры с другими магами. В ней я видел такую же страсть к магии и был благодарен за огромную помощь в получении знаний, видел гнев и жажду мести, помнил данное однажды обещание. Девочка выросла, но не забыла о том детском разговоре, продолжая изредка намекать мне на свою хорошую память.

Мелкая наглая пигалица, злиться на которую решительно не получалось. И она вновь написала мне, причём вне обычного графика, что было откровенно странно. И даже вызывало смутное беспокойство где-то глубоко внутри.

- Свободен на ближайший час, - бросил агенту, и лишь дождавшись его ухода, встал и поспешил к рабочему столу.

Бумага покорно раскрылась в моей руке, пока вторая расслаблено замерла на спинке стула. Ненадолго, впрочем - резкое движение раскрошило дерево в щепки под жалобный хруст, на несколько мгновений заполнивший помещение.

Написанное в письме мне совсем не понравилось.

Глава 45 - Возгорание

- Валкош, - мой голос звучал обманчиво тихо, при этом умудряясь настигать адресата в другой части замка благодаря магии. - Срочно иди ко мне.

Мой помощник, секретарь, заместитель по государственным вопросам и просто надёжный счастливо женатый мужчина не заставил себя ждать, уже вскоре оказавшись в апартаментах патрона. За прошедшие годы и он сам, и его положение при дворе успели претерпеть множество метаморфоз, возведя ранее стеснительного, но старательного мальчика на недосягаемую высоту. И такой результат был закономерен - острый ум, хорошая память, трудолюбие и всё та же пресловутая лояльность присутствовали вместе достаточно редко, чтобы оставлять такого человека внизу социальной иерархии.

Естественно, кроме титулов, земель и протекции, бывший крестьянский сын обрёл и другие награды за верную службу. В частности - взаимно любимую девушку, дочь купеческой семьи, родители которой не посмели воротить нос от воспитанника самого "Творца чудовищ". А вскоре и в полной мере осознали, что одно из моих прозвищ, ходящих в народе до сих пор, отражало действительность несколько глубже, чем привыкли думать - ведь "сотворить" монстра можно не только буквально собрав своими руками, но и вырастив зубастика из подающего надежды ребёнка. И герцог в списке подобных стал лишь первой, самой любимой ласточкой.

Валкош никого не убивал, не пытал и даже не оскорблял. Он просто хорошо делал свою работу, недрогнувшей рукой выписывая приговоры знатным родам, верша судьбы сотен и тысяч людей. С каждым написанным документом реальность менялась согласно воле бывшего простолюдина - перекраивались границы, меняли хозяев города и замки, рушились вековые монополии, уходили в забвение культы и прославленные банды. Власть этого человека, пусть и сильно ограниченная мною, как истинным волеизъявителем, по-факту была столь велика, что перед ним не стеснялись лебезить и немногие выжившие потомки северных благородных. Что особенно забавно ввиду того, что Валкош, несмотря на внешний вид, даже сражаться толком не умел - а таких феодалов, как известно, традиционно склонны презирать.

Впрочем, выросший мальчик всё также сохранял свою способность чувствовать границы, пересекать которые не стоило. Поэтому служил верно, старательно и не борзел, от чего и сохранял положение с привилегиями.

- Друг мой, - взглянув на сурового с виду мужчину впечатляющей комплекции, я тихо вздохнул и прикрыл глаза на несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями. - Друг мой, мне придётся ненадолго покинуть столицу. Прости, что так получилось - ситуация срочная, и моё присутствие необходимо немедленно.

- Бывает, ваша милость, - молодой отец, закалённый работой и родами дорогой жены, пожал плечами, казалось, не испытывая никаких эмоций. А между тем, всего через два дня он должен был отправиться в моё имение, где мог встретиться с родными, превратившимися в обеспеченный род фермеров алхимических растений, а также заглянуть к старым друзьям и семье супруги. Словом, наверняка было целое громадьё планов, однако всё оказалось порушено новым приказом сюзерена.

И что же?

- Через какой срок вас ждать и чему прикажете уделить особое внимание? - мужчине было едва ли не всё равно, благо случались подобные ситуации и ранее.

- Оставил записку, - кивнул на бумажку, лежавшую точно по центру рабочего стола.

- После прочтения сжечь? - для проформы уточнил собеседник.

- Естественно.

- Понял, - в ответ он лишь кивнул, на мгновение замер и, поймав мой взгляд, произнёс: - Удачи, ваша милость. И пусть память о ваших врагах умрёт вместе с ними.

Несмотря на контроль гормонов, адреналин всё равно мимолётно плеснулся в груди, исказив лицо в предвкушающей оскале. Говорить что-либо ещё я уже не стал - письмо шло долго, и теперь каждая секунда могла стать решающей.

Ведь случилось то, чего я опасался, но подготовится возможности не имел.

На один из крупнейших портовых городов южной Вольницы напали нелюди глубин. Ниавэль, праправнучка главы магической гильдии, в панике просила о помощи, отправив лучшего своего курьера с родовой печатью - ранее этот человек доставлял дорогостоящие книги и алхимические ингредиенты, являясь особо доверенной личностью для нас обоих, а ныне он подтвердил истинность письма, выловив одного из моих связных и заставив его отправить мне письмо с шифром. Таким образом с небольшим разрывом во времени я получил сразу два сообщения: одно от девушки, а другое уведомляло о том, что вся эта история истинна и не является западнёй. А поскольку об этом методе экстренной связи могла знать лишь она, то и сомневаться в опасности ситуации не приходилось.

Нужно было спешить.

Но не в одиночку, конечно - требовалось собрать армию. Причём как свою дружину с химерами, так и пару сотен у герцогства одолжить. Большую часть и лучшие подразделения, безусловно, придётся оставить - врагов у нас достаточно, и они не преминут воспользоваться возникшей уязвимостью. Тем более, что никакой уверенности в их непричастности к этой атаке у меня не было. Однако даже так, государство успело запасти внушительные резервы вооружённых сил, так что отправить экспедиционный корпус мы вполне способны. Особенно, если после разрешения кризиса, местных силой и лестью удастся склонить ко вхождению в состав нашей фракции на условиях вассалитета или какого-нибудь протектората.

Впрочем, себе-то я мог не врать - для меня на первом месте в этой истории стоял вовсе не богатый город с удобными торговыми маршрутами. Не люди, не наши инвестиции, и уж тем более не сохранность небольшого флота, принадлежащего герцогству через третьих лиц. Нет, куда больше меня волновала судьба одной девочки, долги за помощь которой я так и не успел выплатить.

Маленькая красавица с волосами цвета платины и глазами прекрасного изумрудного оттенка - одна из немногих людей в этом мире, к кому я испытываю искреннюю симпатию. К кому вообще способен испытывать хоть что-то, отличное от безразличия. Кому хотел сделать приятно не только потому, что это объективно хорошо, но и по причине естественной выработки соответствующих гормонов.

Нравилась она мне, в общем. И как человек, и как деловой партнёр нравилась.

Кто же знал, что к такому может привести та давнишняя мимолётная встреча, однако, признаться честно, потерявшая в резне почти всю свою семью малолетняя волшебница просто оказалась единственной, кто мог понять мои устремления. Ведь, пусть и в общих чертах, но пережила схожий жизненный опыт. Не удивительно, что сойдясь на ниве силы и мести, мы стали если не друзьями по переписке, то уж точно коллегами по увлечению. Больше чем приятелями, если угодно.

Такое не сравнить с десятками моих воспитанников, с герцогом, которого я считаю скорее своим приёмным сыном, с подчинёнными и немногими добрыми знакомыми. Эта связь - настоящая отдушина, когда можно поговорить о своём хобби с разделяющим его человеком, доверие к которому не вызывает вопросов. Ведь вместе мы уже успели заполучить и обменяться такими знаниями, собрать столько компромата друг на друга, что в случае раскрытия четвертовать будут на соседних площадях.

И теперь единственного моего настоящего друга кто-то хочет отобрать?..

Не позволю.

***

Естественно, ни ждать всю армию, ни уж тем более собственноручно её собирать я не стал - для того существовали компетентные люди на хорошем довольствии. Как не стал заниматься и наймом псов войны, многие из компаний которых посчитали хорошим тоном расположить у нас если не свои представительства, то хотя бы указать людей для поддержания контакта - состояние и местоположение этих бригад и так отслеживались, так что отправить курьеров с типовым договором к ближайшим не составило большого труда.

Признаться, куда больше времени заняла подготовка химер, но это вложение всегда окупалось сторицей. Тем более, всё равно нужно было ждать подготовки кортежа - конного отряда гвардейцев, боевых слуг и восьми укреплённых повозок для монстров, алхимии, колдовских инструментов и прочих вещей, совершенно необходимых для участия в конфликте на чужой земле. Так что сорваться с места в карьер не получилось бы в любом случае, да и смысла в том не было - не настолько я был силён, чтобы противостоять целой армии в одиночку.

Особенно, если придётся с боем прорываться в осаждённый город.

А тем временем трёхглазые птички летели всё дальше на юг, неся с собою мой ответ - мешки, полные всевозможной амуниции. Они знали адресата и должны были искать именно её, так что, если ситуация позволит, припасы окажутся в руках девушки довольно скоро. А уж как она решит ими воспользоваться - её и только её воля, поскольку ни до кого другого по большому счёту мне дела не было.

И как на зло - помня о постоянном проживании магов в городе, агентов я предпочёл распределить по близлежащим деревням. Это было логично, поскольку снижало вероятность обнаружения модификантов членами гильдии чародеев, однако теперь сыграло против меня - даже если связь удастся сохранить, о ситуации внутри стен я не буду знать совершенно ничего. Тем более, изрядно смущал факт того, что сообщила о нападении только Ниавель - либо атака несла целью только и исключительно город, что автоматически означала большую спешку напавших, либо моих людей как-то изолировали от связи или устранили, что показывало внушительные возможности неприятеля. Ни то, ни другое, как понятно, не сулило ничего хорошего.

Так что совершенно не удивительно, что в путь я отправился весь на нервах, а в карете организовал чуть ли не штаб на колёсах, чтобы поддерживать связь со всеми, с кем только возможно. Движимое таким напором и мотивирующими угрозами трёхдневных непрерывных расстрелов, герцогство оживало, словно кошак от внезапно возникшего рядом огурца. Причём стадия осознания прошла соответственно скорости реакции усатых пушистиков - стремительно до мимолётности.

А следом наступила реакция.

Ожидая проблем, вполне возможных на фоне внезапного вторжения нелюдей, гарнизоны крепостей и городов поднимались по тревоге. Готовились к марш-броскам соединения регулярных войск, доставалось оружие из закромов привычными ко всякому дерьму крестьянами и горожанами, скакал ужаленным в задницу зайцем герцог с супругой, суетились слуги и дворяне. И только Катька наверняка как проснулась, так и продолжала с интересом следить за происходящим, временами хитро хихикая - любила малышка наблюдать за людьми со взглядом опытного энтомолога. Впрочем, внимание наследницы могла перехватить моя ученица, и тогда, вероятно, взирающих на чужие страдания гремлинов в замке стало бы ровно вдвое больше. Или даже вчетверо, учитывая ещё парочку мелких шерстяных жопок, слишком много взявших от наглых котов.

Словом, мой нервный путь скрашивали сообщения о замковом переполохе - хоть что-то отвлекало от неприятных мыслей. А последние заедали, поскольку ответа от девушки всё не было и не было.

В конце концов я даже начал опасаться худшего.

А ведь дорога неблизкая - сейчас, после обновления инфраструктуры, модификации коней и улучшения телег, если поторопимся да напрямик, вероятно, удастся уложиться в три-четыре дня. В рамках обычного Средневековья это крошечный срок - даже укреплённые остроги могли продержаться в осаде дольше, не говоря уже об огромном городе. Причём даже в случае масштабного прорыва уличные бои имели все шансы продолжаться неделями, если не целыми месяцами. Однако с учётом магии загадывать становилось гораздо труднее. Причём волшебство могло присутствовать сразу с обеих сторон, а народы глубин ко всему ещё и каких-нибудь тварей имели возможность с собой притащить - сообщения о подобном встречались, пусть и без конкретики.

Словом, причины для волнения имелись, а совершенно чудовищная по меркам Вольницы мобильность всё равно ощущалась преступно недостаточной.

- Нужно будет заняться этим, - пробормотал под нос, с пустым взглядом глубокого задумавшегося человека наблюдая за проносящиеся мимо лесом. Пережив несколько нападений на кареты, с тех пор я старался укреплять свои средства передвижения магией. Не исключением стали и стёкла, благо материала на эксперименты хватало - кустарное производство потихоньку росло, к текущему моменту превратившись уже в пару небольших артелей. Так что ехать с открытыми броневыми заслонками было не страшно - ни стрелой, ни арбалетным болтом моё окошко не пробить, а на магию среагирует облако сопровождающих нас птичек. Они-то уж куда быстрее всего остального кортежа.

Быстрее всего кортежа...

- Летающие химеры? - нахмурившись, я перевёл взгляд на столик, уместившийся в моих ногах. Сейчас он был сплошь завален макулатурой, однако записная книжка, как всегда, выделялась на общем фоне своим одиноким расположением - в своём углу она лежала одна, и ничто не смело претендовать на её место. Так что найти и открыть её труда не составило.

И мысли потекли.

- У финаритов и северян, если правильно помню, было что-то эдакое, - начал раскручивать мысль. - Хотя по словам старикашки, чтоб его на том свете шахемы вечно жрали, большие летающие химеры - удел мастеров и безумцев.

Понятно почему - никакой естественной основы, сиречь - крупного летающего животного, у нас и в помине не существовало, так что создавать придётся что-то совсем уж новое. А я, конечно, сколь ни высокого мнения о себе, всё же на роль боженьки или эволюции длинною в сотни миллионов лет ну никак не тяну. Да и если всё же каким-нибудь чудом получится... Прибьют ведь. Или иным каким образом контроль повесят - так-то крупных летал ныне только мои коллеги из когорты легендарных делают, а там такие господа и дамы, что вся ойкумена дружно ходит под себя при одном лишь упоминании. Благо, что затворники. От того и относятся к ним со всем уважением и почётом, заказывая авиацию за очень и очень большие суммы. Причём далеко не всегда в денежном эквиваленте.

То есть пегасы, грифоны, гиппогрифы, виверны и прочие драконы - это всё очень вкусно, но шапка всё же не по сеньке. Значит, нужны иные варианты.

- Ещё более быстрое наземное животное? - с некоторым сомнением, я невидяще уставился на ящик, лежащий напротив. - Быстрее улучшенной лошади? Нет, мои творения, конечно, далеки от идеала - оптимизировать ещё и оптимизировать. Да и варианты без всеядности желательно разработать, а то кормить конницу мясом - это никаких стад не напасёшься. Вот только более эффективных марафонских бегунов, чем лошади, я что-то и на Земле не припомню, а уж здесь... Куда ещё улучшать-то? Чем? Это человек - поле непаханое, потому что всё нужно, а специализированный инструмент оттачивать куда сложнее.

Так что же, получается, выхода нет? Под землёй не обгонишь, на воде - можно, да только выхода в море у нас нет, а телепортация в этом мире если и существует, то мне неизвестна. Что делать-то? Как не допустить повторения это истории?

Но вопрос так и остался без ответа, поскольку мыслительный процесс оказался грубо прерван:

- Письмо! - рыкнул кто-то из всадников, одним отточенным резким движением буквально закинув пернатого гонца в приоткрытое окошко с другой стороны кареты. Несчастная птичка как рухнула, так и замерла с ошарашенным видом, встопорщив пёрышки и продолжив цепко сжимать означенную бумагу в лапках.

И первое, на что упал её взгляд, была именно моя фигура.

Сидим. Молчим. Сбитый с мысли я и потерявшая ориентиры химера. Ступор. Впрочем, продолжался оный недолго - в конце концов пернатый очухался, нервно подёргался и, уловив вкусный запах мяса из лежащего подле меня мешка, неуверенно попрыгал прямиком к своему создателю.

Ко мне.

Прямо на рабочий стол. На бумаги.

Грязными лапами.

- Клянусь, если ты принёс плохие новости, - я не говорил - шипел, - то я поступлю с тобой также, как с гонцами в бронзовом веке - сниму голову с плеч.

Почувствовав явную угрозу, птичка поспешила скинуть письмо и, резко хватанув кусочек сушёного мяса, тут же забиться в дальний угол, спрятавшись за нагромождением сундуков.

И дёрнув бровью, я уже было начал разворачивать письмо... Как из всё того же угла раздалось тихое, но отчётливое чавканье. От такого сбился весь настрой, поскольку даже такие птицы, как эти химеры, не должны быть способны издавать подобные звуки - банально нечем. Зубастый клюв может стучать и скрежетать, но вот чавкать - едва ли.

- Оригинал, однако, - в смешанных чувствах протянул, мгновением спустя всё же переключаясь на послание.

Ага... Слава богам, хоть в них и не верю - писала Ниавэль.

Вновь подняв взгляд на дальний угол из которого всё ещё слышался какой-то шум, вынужден был постановить: - Что же, тебе сегодня очень повезло, наглец. Живи и радуйся.

И словно бы поняв сказанное, в следующий миг из-за верхнего сундука показалась чернёная пернатая головка с подозрительно блестящими глазками. Взгляд её метался между моей фигурой и вожделенным мешком, а сам птиц будто бы не мог решить, соответствует ли риск награде.

Сжалившись над неразумным созданием, всё же подкинул ему пару полосок мяса. Обещал ведь наказать по-античному, значит и награждать нужно соответственно. Только в птичьем эквиваленте.

А поездка тем временем всё продолжалась...

***

Помниться, раньше я переживал о причинах отсутствия вестей от агентов, расквартированных в этом регионе. Не было понятно, убили их, или же просто проигнорировали, не тронув. Что же, после выяснения обстоятельств стало совершенно понятно, что истина лежала где-то посередине между двумя этими крайностями.

Большая часть моих людей первое время оставалась в неведении относительно происходящих событий, что уже, впрочем, моими усилиями истине не соответствовало - успел проинформировать. В то время как меньшая, преимущественно располагавшаяся поблизости от города, подверглась внезапному нападению. И пусть выжить удалось далеко не всем, однако параноидальная подготовка путей отхода, что всегда являлась важным принципом функционирования моего ручного КГБ, позволила большинству всё же выжить. Благодаря чему к моменту пересечения условной границы боевых действий у меня уже было общее представление о произошедшем.

Вкратце - напал тандем из рыболюдов, монстров и людей. И если с первыми двумя слагаемыми этого уравнения всё было более-менее понятно, то вот последние представляли куда больший интерес.

Конечно, они скрывались. Одежда, артефакты, алхимия - использовалось всё возможное, чтобы связать напавших с кем-либо конкретным вне Вольницы оказалась крайне проблематично. Пленённые и убитые то взрывались фейерверком из горящего мяса и костей, то разлагались и плавили камень под собой за считанные минуты. Кто-то действительно хорошо подготовил исполнителей, пусть и выделил крайне ограниченное их количество.

Впрочем, от хитрости моих людей всё это не помогло - даже невозможность взять в плен не остановила тех, кто умудрялся выкрадывать магов и рыцарей из собственных постелей. Так что если не физические образцы, то хотя бы детальные словесные описания у меня появились.

И виновниками оказались некие северяне. Хотя, признаться, первоначально я склонялся к финаритам - столь наглые тайные операции всё-таки были больше присущи кланам олигархов-волшебников, что варились в котле интриг и магии без возможности нормального мордобоя, чем ханжам по другую сторону моря. У соотечественников моего первого воспитанника не было определенного кодекса чести, сколь бы громко они не утверждали об обратном, однако в их обществе присутствовало некая животная логика, заставляющая показывать свою силу ради подкрепления авторитета. Они не уважали деньги, магию, власть и родовитость самих по себе, но если что-то из вышеперечисленного позволяло накостылять окружающим - значит, оно стоило почитания.

Словом, северяне, говоря прямо, своим методом поддержания иерархии напоминали этакую шпану, заменившую кулаки на многотысячные армии. В то время как южане и жители Гегемонии больше походили на сложившуюся мафию, предпочитающую обкашливать вопросик без лишних светопреставлений. Хотя, безусловно, и они могли в настоящую войнушку. Вот от чего, исходя из подобных аналогий, скрытное участие во всём происходящем северян, даже несмотря на память о возможном наличии выдающихся интриганов-комбинаторов в тех землях, оставалось довольно неожиданным выводом. Впрочем, сто процентной уверенности в этом быть всё равно не могло - этнотип погибших агентов никоим образом не говорил об истинных личностях людей, стоявших за нападением.

Зато об этом могло говорить кое-что другое. Мотивы, например. Да и сама возможность договорится с рыболюдами, безусловно, не была доступной всем и каждому. Как не существовало и способа синхронизировать действия таких союзников без обширной шпионской сети на местах - люди, очевидно, не могли добраться до места действа методом морских обитателей. А передвижения кораблей или караванов, очевидно, в отличие от подводной фауны можно отследить.

Не говоря уже о том, что нападениям за пределами города подверглись конкретно мои агенты - то есть неприятель знал о них и бил целенаправленно, со знанием дела, от чего практически достигли успеха. Помешали их по большей части только два фактора, причём оба были связаны со мной - истинный артефакт, позволивший в ряде случаев предупредить моих людей об опасности, и параноидальный уровень подготовки, едва ли характерный для жителей этого мира. Ни о том, ни о другом противники знать не могли.

Однако ввиду масштабности атаки потери всё равно были, причём немалые.

- Что же, значит, придётся разбираться тщательнее, - пробормотал, из окна кареты наблюдая за столбами дыма, тянущимися оттуда, где, судя по картам, на нашем пути располагалась небольшая деревня. В ней меня должна была дожидаться пара агентов с ценной информацией о напавших, но, по всей видимости, в этой встрече кортеж кто-то опередил.

- Сменить маршрут? - не поворачивая головы, одной лишь ладонью при помощи языка жестов поинтересовался гвардеец, ехавший на коне подле моего места в карете. В ответ я простучал по стеклу короткую трель, означающую отказ от предложения.

Бежать от врага, если он появится, мы не будем - даже наоборот, поищем. Право слово, судя по полученной информации, противостоят нам обыкновенные модификанты - едва ли кто-то из их числа способен справиться с моим отрядом даже при значительном перевесе сил. И дело даже не столько в химерах или в том, что гвардейцы уже тоже успели принять некоторое количество имплантов, сколько в наличии боевого мага на поле сражения.

С последнего противостояния мои силы существенно возросли. Причём как физические, так и магические. Не упоминая уже о том, что даже хорошо тренированное человеческое тело далеко не всегда способно пережить те улучшения, что способен выдержать организм мага.

Замелькавшие в лесу тени, насторожившие моих сопровождающих, были стремительны, но только первые несколько мгновений. Сильный толчок в грудной клетке ознаменовал выброс гормонального боевого коктейля, от которого мир вокруг начал замедляться, пока силуэты врагов не стали более чем различимы.

Нечеловеческие зрачки сузились, улавливая более глубокие цвета мира, сопровождаемые невидимыми для людей спектрами излучений. А слух уловил яростный щебет птичьих химер, обнаруживших следы незнакомой магии среди деревьев.

Люди в тёмных одеждах, как банально.

- А вот и те, кто поведают мне о происходящем, - губы сами собой сложились в предвкушающую улыбку.

Глава 46 - Отсветы пожара

Крики разнеслись над лесом, прерывая тревожное ожидание, вызванное далёкими столбами дыма на фоне ясного неба. А вот живность, уже успевшая затаиться от мимолётных ноток гари, с недавних витающих в воздухе, напротив, затихла окончательно.

Природа Междуречья всегда тонко чувствовала приход беды. Иначе выжить в этих землях было просто невозможно.

Впрочем, вопреки опасениям заметивших неладное виновников, ловушка, составленная на скорую руку, всё же сработала, учинив не сражение, но настоящую бойню. Однако, как и следовало ожидать с планами подобного рода, некоторые детали происходящего всё-таки пошли в разрез со сценарием.

Бойня действительно воцарилась, это верно. Вот только роль режущего инструмента, по странной насмешке судьбы, досталась именно нам. Вскоре это стало очевидно любому - стоило лишь неизвестным сунуться к нам из лесной чащи, как их тела усеяли обочину дороги.

Что-то у них ловушка не задалась с самого начала. А ведь опытные убийцы - разбойники в первую очередь стрелами да камнями осыпали бы, пусть и с угрозой побега нескольких жертв. Лезть же к коням прямиком из кустов, чтобы лишить средств к бегству - это довольно предусмотрительно, как ни погляди.

Впрочем, так уж вышло, что я оказался ещё прозорливее - как напавшие моих химер изранили, так же быстро и накормили. Собою. Так что на первом этапе сражения вышла ничья.

Зато в дальнейшем я отыгрался вовсю:

- На что вы надеялись, идиоты? - трубным гласом разносился мой голос над полем брани в перерывах между построением заклинаний. - Чего ожидали?

Лесная сырость сыграла мне на руку, позволив собрать целое облако ледяных игл. И когда эта туча обрушилась на врага, спастись не удалось никому - сколь бы ни были быстры модификанты и сколь бы ни были прочны их тела, десятки метров всепроникающих осколков неестественно плотных сосулек не способны пережить даже они. Не спрятаться и не скрыться от мощи вала льда, превратившего участок леса в перемешанную с древесиной и грязью окровавленную просеку.

С другой стороны дороги тем временем происходили не менее занятные вещи - на глупцов, мнивших себя охотниками на разумную дичь, бросились те, кто имел на подобный титул много больше прав. Химеры против химер, животные против людей - для несведущего итог должен быть очевиден. Для меня, впрочем, тоже - в способностях своих творений я не сомневался.

И не зря.

Монстры, рассчитанные на противостояние с настоящими чудовищами, с лёгкостью рвали людей на куски, даже не прибегая к яду. Неизвестные, создавшие враждебных нам модификантов, явно не рассчитывали на такие испытания своих детищ - их замеченные мною сильные стороны, скорость и скрытность, едва ли помогали против куда более проворных соперников.

Нет, происходи дело не в лесу, и соберись люди в тесное построение со щитами - и чёрным призракам пришлось бы туго. По крайней мере, без моего непосредственного участия. Однако в своей стихии, да в собачьей схватке шансы уже складывались отнюдь не в пользу северян.

- Это вам не крестьян резать, - губы расплывались в улыбке всякий раз, когда из-за спины слышался очередной вопль разрываемого на части человека.

Прекрасное настроение слегка подпортил град стальных болтов, осыпавших меня несколькими мгновениями спустя. Свист рассекаемого воздуха, складывающегося в пронзительный гул для целого десятка летящих гостинцев, с моими рефлексами пропустить было решительно невозможно... однако я не стал уклоняться, положившись на проявившийся вокруг тела воздушный щит. И пока потоки воздуха успешно отклоняли или вовсе останавливали древесину и металл, своей волей я формировал новое облачко льда.

Не заметить после такой атаки группу неприятелей, засевших в густом кустарнике в стороне от дороги, с моими возможностями было бы странно. Обострённые чувства и магия ветра определили каждого из дюжины стрелявших, и продолжили следить за ними, пока огоньки их жизней все до единого не погасли от грозного порыва ледяной шрапнели.

Прерывисто выдохнув, я опустил руки и немного расслабился - творить столь мощную волшбу было непросто, а уж так быстро - и того тяжелее. На разум давили калейдоскоп причудливых образов, отвлекающих от действительности, а тело слегка дрожали от фантомного ощущения холода.

Хотя изморозь на стекле окна кареты галлюцинацией уж точно не выглядела...

- Ваша милость! - перекрикивая гул битвы и Ветров в моей голове, обратился ко мне гвардеец. - Спрячьтесь! Вас могут поразить!

Однако я не стал обращать внимания на, в общем-то, разумное предупреждение - даже пробейся болты, стрелы и какой иной отточенный кусок стали непосредственно к моей плоти, едва ли они смогли бы нанести хоть сколько-то существенный урон. Не через всю совокупную броню, как внешнюю, так и внутреннего экзоскелета. К тому же, пребывая в бою под действием гормонального коктейля из различных блокираторов, я не мог чувствовать ни боли, ни жара, ни холода - лишь бурлящие в сердце эмоции, гудящую голову и инертное спокойствие плоти, напоминающее собой нечто отдалённо похожее на комфорт. А текущие по венам химикаты не позволили бы навредить наркотикам и токсинам, появись у кого-нибудь желание навредить мне при помощи них.

Уж не химеролога пытаться взять ядом - идея не то чтобы совсем бесполезная, но не со мной. Такого параноика простыми составами не возьмёшь, а сложные крайне трудно переработать в пасту для нанесения на оружие. Специалистов, способных на подобное, в Междуречье практически не найти, а тащить с собою в наш опасный край никто бы не позволил. Поэтому я мог рискнуть с некоторой уверенностью, имея крайне малые шансы на обретение настоящих проблем.

Впрочем, вскоре жизнь показала, что излишняя самоуверенность до добра не доводит, когда недалеко впереди от остановившегося каравана дорога буквально вспыхнула столбами зеленоватого пламени. Ступор не настиг меня, однако мгновение на оценку ситуации всё же пришлось потратить.

Что же, в некотором смысле подобное развитие событий было закономерно - не зря же нам готовили засаду. Очевидно, что в случае проигрыша, цель можно забрать с собой и какой-нибудь самоубийственной атакой. Например, мощным пожаром.

В конце концов, когда вокруг лес, и простой огонь может стать страшным оружием. А уж если в качестве горючего на первых порах выступит какая-нибудь алхимическая дрянь - то и вовсе туши свет, сушите вёсла. Хорошо, если лишь повозками отделаться придётся...

Впрочем, и против такой напасти у меня присланы карты - в конце концов странно бы было ожидать иного, учитывая мою страсть к сжиганию врагов заживо.

Если бы ещё не пульсировала боль в висках...

- Прикройте! - выкрикнул я, и более не медля сосредоточился на сотворении стандартного заклинания. Модификации, более подходящие под текущую ситуацию, увы, наизусть не помнил, а на поиск в записях просто не было времени.

Тем временем шестеро гвардейцев, до получения приказа стоявших в свободном построении в трёх-четырёх шагах от меня, быстро переместились поближе, буквально закрывая своими телами и щитами. Они возвели живую стену без колебаний, поскольку прекрасно понимали важность прикрытия мага на поле боя. И сделали это не зря - вскоре после того, как под трепещущие в глазах мушки я начал выдавливать чары в реальность, по броне солдат застучали стрелы и болты.

В одного так и вовсе прилетел какой-то дротик, однако короткое копьё не смогло пробить зачарованные латы. А вот руку, судя по звуку, сломало. Впрочем, воин не подал виду, что его как-то озаботило случившееся - все они тоже практически не чувствовали боли, да и к ранениям привычны были ввиду богатого опыта.

Наконец, когда пламя начало уже было распространяться по кустарнику вокруг дороги, я сделал свой ход - и невысокая земляная стена возвысилась между нами, полукруглым препятствием отделив ставшую опасной территорию. К сожалению, это не могло предотвратить пожар, поскольку моих сил хватило лишь на то, чтобы закрыть от буйства стихии только нас, но никак не лес вокруг. Стоит вспыхнуть зелёному бурелому вдоль распутицы, как возгорание деревьев станет неминуемо.

А когда загорятся лиственные красавицы, нас уже ничего не спасёт.

- Возвращаемся к развилке! - при помощи магии проорал прямо в ухо главному хозяйственнику нашей процессии, что уже успел схорониться под одной из телег.

В ответ короткобородый мужчина что-то бледно проблеял, дёрнулся от воткнувшейся рядом стрелы и, характерно сплюнув, молча указал в сторону прячущихся в кустах вражеских стрелков.

И всё это на фоне панического ржания лошадей, разного рода воплей, криков и рычаний, да под яростный гул пламени. Наверное. Не знаю, поскольку теперь Ветра воют с такой силой, что ничего другого мне уже практически не слышно.

- Понимаю, не сладко, - я хрипло рассмеялся или по крайней мере попытался. Судя по испуганному взгляду мужчины, получилось так себе. - Но если мы все тут сгорим, будет куда хуже, правда? Так что работайте, а я, так уж и быть, после вас подлечу...

А следующее мгновение сорвавшееся с рук полутораметровая сосулька прошило насквозь крупное дерево, за которым пряталось двое арбалетчиков. Сперва они, вероятно, уверовали в свою удачу, но ровно до момента, пока застрявший кусок замёрзшей воды не брызнул бритвенно острыми осколками во все стороны. Мой острый взгляд ещё успел отметить тучу кровавых брызг, в которой потонул тот участок чащи, однако вскоре мне пришлось переключаться на другие цели.

К сожалению, сколько не тренируйся и сколь причудливые испытания себе не ставь, с настоящим боем это не сравниться хотя бы в психологическом плане. А ведь именно от воли и стабильности разума зависят возможности мага. И манипуляции с гормонами не могли серьёзно помочь, поскольку вместе с приглушением эмоций ухудшалась и возможность оперирования Ветрами. Вероятно, всё это было как-то связано с воображением, но конкретных механизмов я ещё не успел выделить.

Так что приходилось находится на грани, лишь ограничивая, но не отключая эмоции полностью. Что, безусловно, дополнительно давило на разум.

Причём даже больше, чем сама скорость происходящих событий - что наши, что вражеские модификанты были невероятно быстры, из-за чего мне тоже приходилось нагружать нервную систему. Думаю, для обычных людей весь бой вообще выглядел сплошным мельтешением непонятных силуэтов.

Внезапно один из гвардейцев, образовавших живую стену, молча указал мне на область под носом. По губам получилось прочитать его сообщение:

- Кровь.

Но я и так прекрасно чувствовал лопнувшие сосуды, и повреждение не ограничивались одной лишь носоглоткой.

Очевидно, что моему разуму нужна была передышка, иначе взбудораженная магия может сделать что-нибудь крайне неприятное. Но кто же мне даст?

Эх, а ведь имей я возможность приложить всех огнём - было бы куда проще. И даже воспоминаний о былом не вылезло бы, ведь убить подобных ликвидаторов - это дело сугубо положительное, без какой-либо иной трактовки. Однако швыряться пламенем в лесу... ну, до такого только наши враги додумались, да и то - от отчаяния.

Ну, ничего. Ещё расспросим, кто это у них там такой умный.

***

- Спокойный, уверенный... интересно, - я нежно улыбнулся в лицо пленнику, мешком картошки замершему на противоположном сидении кареты. Несмотря на путы и многочисленные травмы, в числе которых были и сломанные конечности, бледноватый лысый мужчина с шрамами по всему телу, казалось, совершенно не переживал, полностью приняв сложившуюся ситуацию. И лишь судорожно дёргающиеся зрачки выдавали, что боль он всё же испытывал. Причём немалую.

Поразительная стойкость. Сколь впечатляющая, столь же и бесполезная в своей сути - страдающий человек, сколь бы хорошо не скрывал свои истинные чувства, всё равно будет действовать с куда меньшей эффективностью. В частности, куда раньше пойдёт на сотрудничество ради прекращения мук.

К счастью или сожалению, но людей, способных выдержать пытки, в природе просто не существуют. Рано или поздно ломаются все, разница лишь во времени и приложенных усилиях. Именно поэтому что я, что мои соперники по интригам, все мы снаряжаем агентов различными приспособлениями для... экстренного ухода из жизни.

Собственно, это и было одной из причин, благодаря которым теперь я оказался вынужден общаться со столь внешне непрезентабельной персоной. Мало сломанных рук и ног, так он ещё и практически полностью голый, с грубо вычищенным от волос скальпом, без множества вырванных зубов и даже, вот уж перестраховщики, с подрезанными и кое-где сухожилиями.

Не человек, а его жалкое подобие - избитое, искалеченное и беспрестанно страдающее. Не будь этот модификант одним из врагов, что убили моих агентов и всего час назад устроили засаду непосредственно на меня, мог бы даже пожалеть. Немного. Но теперь...

Теперь я был намерен узнать все, попутно немного отыгравшись.

- Ничего, - от моего прикосновения мужчина резко вздрогнул, чем окончательно выдал своё истинное состояние. - Ничего-ничего, не бойся - ты непременно получишь избавление, обещаю. А вот то, насколько скоро наступит этот благословенный миг, зависит уже полностью от тебя. Понимаешь?

В ответ он несколько раз дёрнулся всем телом, то ли пытаясь прыгнуть на меня, то ли выскочить из транспортного средства. Естественно, ничего не вышло - он четвёртый по счёту на этом месте, весь перечень сюрпризов уже показан прошлыми пленниками.

Поэтому, глядя на то, как принялся судорожно извиваться этот человек, я лишь саркастично улыбался, взглядом подначивая к более решительным действиям. Однако, к сожалению моего гостя, показать ему оказалось нечего.

- Что же... - моё лицо быстро приняло печальное выражение. - Так уж получилось, что на сей раз не повезло именно тебе. Поразить меня ни в буквальном, ни в переносном смысле не получилось, так что будешь развлекать иначе. Рассказами. Ну а чтобы придать мотивации...

На отодвинутый столик лёг футляр из плотной кожи, внешним видом и функционалом напоминающий обыкновенный кейс. Совершенно простой - в нём невозможно было увидеть ничего примечательного, пока не оказывались развязаны тесёмки.

Судя по расширившимся в панике глазам пленника, вид этого набора инструментов его впечатлил.

Но это ещё что! Вот когда наркотики войдут в полную силу, и перевозбуждённая нервная система выведет тактильную чувствительность в пик возможного... О-о-о, тогда жанр нашей беседы сменится безвозвратно!..

...Что же, как и предполагалось - молчал он недолго.

- Уносите, - приоткрыв занавеску и отстучав охране короткое сообщение по стеклу, я принялся резюмировать полученную безобразным потоком информацию. Стараясь при этом не отвлекаться на вид измаранного кровью, мочой и слизью дорогого покрытия сидения.

Если бы нам не нужно было продолжать двигаться, то я бы, конечно, предпочёл разобраться с остатками напавших где-нибудь в лесочке. Однако нам всё же нужно было спешить, так что делать дела пришлось находу.

Пытать людей и так нелегко, между прочим. А уж в карете... Благо моя карета хотя бы обладает амортизированной подвеской и всеми прочими мыслимыми и немыслимыми удобствами, которые только можно было реализовать с моими возможностями. И всё равно - иногда для обработки требовалась точность, достигать которую было очень тяжело.

Как будто мне вообще этим нравилось заниматься...

Впрочем, информация получена - а это самое главное.

Итак. Поведали мне о многом, и всё, естественно, потребует перепроверки, благо пленных ещё предостаточно. В разном состоянии, правда, но не химерологу об этом жаловаться.

Что же до деталей... То, как ни прискорбно это признавать, несмотря на словоохотливость почившего, я, увы, так и не смог сложить хотя бы образ картины происходящего. В руках имелись детальки, большие и малые, но отсутствовало понимание конечного результата даже в отдалённой перспективе. И предположения сходящего с ума от боли человека, готового выплеснуть все свои мысли и догадки на благодарного слушателя, делу также никак не помогли.

Модификант видел многое, но зачастую просто не понимал, что именно.

В принципе, это и не удивительно - полевые агенты по-хорошему должны обладать как можно меньшим количеством деталек мозаики, чтобы не облегчать работу враждебным спецслужбам. Это лежит в основе одного из важнейших правил разведки - о минимально достаточном информировании. Причём разведки любой, что государственной, что корпоративной.

Особенно корпоративной, поскольку если государство ещё могло прикрыть человека в случае чего, то вот крупные компании... отбирающие последнее у семьи человека, потерявшего здоровье на службе господам в чёрных смокингах...

На моём лице, в деталях видимом в отражении стекла, судорожно дёрнулись брови, будто бы ведомые неким нервным тиком. Всего лишь миг слабости, допущения самому себе, не оставившего после себя и следа.

Прошлое уже неважно.

Главное, что, судя по всему, виновники причины, по которой я был вынужден сорваться к своей подруге, тоже понимали прописные истины агентурной работы. Конечно, в этом мире не существовало методичек на эту тему, с которыми я ознакамливался в бытность свою землянином. Однако, к тем же самым выводам всегда можно было проторить тропку самостоятельно, основываясь лишь на опыте, чужом или собственном, и банальной логике. Поэтому неосведомлённости пленника удивляться не приходилось.

Другое дело, что даже то, о чём он всё-таки смог поведать, едва ли укладывалось в рамки нормальности. И сводилось при этом всего к нескольким пунктам:

Во-первых, северяне, к моему искреннему шоку и против выводов агентов, оказались не связаны с рыболюдами какими-либо отношениями, кроме взаимной ненависти. То есть, если с обитателями глубин кто-то и договаривался, то не информировал об этом непосредственных исполнителей, что выглядело как минимум странно, если не сказать хуже.

Во-вторых, многие совпадения, списанные мною на наличие у напавших определённого рода соглашений, объяснялись тем, что и те, и другие охотились за одной и той же вещью, ныне скрытой где-то в недрах осаждённого города. Причём охотились столь рьяно и агрессивно, что не гнушались убивать любые ростки постороннего интереса, которые только могли обнаружить.

Именно поэтому напали на моих людей - несколько магов, участвовавших во всей этой операции, обнаружили возмущения Ветров от срабатывания артефактов, принадлежащих моим агентам. И решили, чтобы не рисковать, просто зачистить их всех.

Чем, по иронии судьбы, и привлекли к себе внимание моё пристальное внимание.

В остальном же, пусть и действуя столь грубыми методами, они сумели добиться определённого успеха, на время уменьшив количество участвующих сторон всего да пяти штук: самих северян, рыболюдов, меня, хозяев города и нынешних владельцев неизвестного объекта охоты, бежавших на просторы Вольницы от разного рода преследователей.

Винегрет какой-то, а не брутальная война, честно слово... Причём, что удивительно, в перспективе роль сильнейшего игрока в этой песочнице принадлежит именно мне - мало небольшой армии, уже спешащей сюда по нашим следам, так ещё вскоре и наёмники прибывать станут, внося свою щедрую лепту. Ни понёсшему потери города-государству, ни обитателям глубин на суше, ни тайно пробравшимся сюда чужестранцам противопоставить карликовому гегемону центральной региона Междуречья просто нечего.

Но это, как уже было сказано, в перспективе. А вот сейчас...

- Двигаемся по пятому маршруту, - отбил я костяшками пальцев сигнал по оконному стеклу.

Очевидно, что незваных гостей, - хотя меня вообще-то как раз таки позвали, - на главных трассах будут ждать. Тогда попробуем прорваться по одному из региональных маршрутов - времени уйдёт не сильно больше. Заодно переговорю с кем-нибудь из своих разведчиков, попутно пообщавшись с местными.

Да, хороший план.

***

- Дерьмовый план! - прохрипел себе под нос, стараясь не отвлекаться от сотворения заклинания.

Это было не слишком сложно, поскольку аккомпанементом гулу Ветров в моей голове стали привычные людские крики, бульканье нелюдей, звон стали и чавканье плоти. В общем, ничего особо нового, за исключением утробного карканья каких-то тварей, напоминавших помесь скорпиона, многоножки и пиявки, и обладавших при этом удивительно гигантскими размерами. Продолговатое десятиметровое тело на длинных сегментированных лапках заканчивалось россыпью извивающихся щупалец с жалами с одной стороны, и парой внушительных клешней с воронкообразным зубастым ртом между ними - с другой.

Откровенно страхолюдные чудища, ко всему ещё и довольно проворные на земле. И это несмотря на толстые тела, чем-то напоминающие сардельки. Казалось, что ловкими такие монстры могут быть только в воде, да и то - в спокойной, однако природа умеет удивлять. Даже если носителем её воли мог выступить кто-то из моих коллег по школе магии.

Собственно, именно эти сволочи и стали главной угрозой, когда уже вблизи от предпоследней деревни, отделявшей нас от города на текущем маршруте, каравану не посчастливилось повстречать враждебную боевую группу. Судя по кровавым разводам на шкурах и обилию грубых вьюков, ткань которых из некогда чёрной ныне окрасилась в бордовый, встреченными оказались фуражиры. Помня любовь нелюдей к человеческой плоти, догадаться об этом было несложно.

Впрочем, некоторое удивление вызвали и простые представили народа глубин - как оказалось, они слабо напоминали прекрасно знакомых мне по юности морских чертей. Пусть и обладатели столь же серой кожи с голубоватым отливом, однако со значительными участками практически чёрной чешуи, размером вдвое, а то и втрое больше своих младших собратьев, изредка достигая трёхметровой величины. Столь же хвостатые, но с сильными, увитыми мышцами конечностями, тупой зубастой мордой и странными отростками в произвольных местах на голове, принимающими вид то коротких рогов, то каких-то щупалец.

Словом, выглядели эти разумные существа подстать свои питомцам - теми ещё образинами. И были довольно сильны, не в пример мелководным сородичам. Яростные, выносливые, опасные твари...

Но всё же их раса не была предназначена для суши, что сказывалось очень сильно.

Они просто не умели сражаться на земле. Разрозненные, двигающиеся то слишком резко, то, наоборот, излишне плавно, зачастую теряющиеся на поле брани - очевидно, что условия непривычной среды крайне пагубно влияли на их способность к бою.

Доходило до комичного - несмотря на уже полученный опыт сражений, рыболюды то и дело падали, видимо, инстинктивной привыкшие к возможности в любой момент замереть в толще воды.

И подобное встречалось часто. Слишком часто, чтобы мои войны не пользовались промашками врага.

В результате, несмотря на первоначальной численное преимущество в соотношении три к одному, количество врагов стремительно уменьшалось, пока мы обходились без серьёзных потерь. Гвардейцы держали строй и отражали хаотичные выпады серо-голубой массы. Вокруг неё же увлечённо кружили стайки кошмаров, изредка выцепляя выпавших за пределы толпы. И всё это происходило, пока первые несколько минут боя мне приходилось уделять всё своё внимание огромным питомцам глубинников.

Однако в конце концов четверо чудовищ пало, не выдержав пламени, что подожгло покрывающую их тела слизь. А следом пришёл черёд самих детей глубин - хотя лёд, на удивление, не сильно ранил покрытые чешуёй тела, всё то же пламя, молнии и каменные шипы были уже гораздо эффективнее...

...Мы победили. Это было закономерно, иного исхода не предполагалось. Слишком неравны оказались силы.

Проблема была в ином.

- Плохо, - приблизившийся глава отряда гвардейцев выглядел хмуро, задумчиво и немного нервно.

И я понимал причину - несмотря на все свои навыки и имплантированные модификации, мои воины повстречали очень опасного врага, с которым не смогли бы справиться без моего участия.

- Они очень сильны, - говорил он едва ли не шёпотом, чтобы не задеть подчинённых. - Слабее нас, конечно, но при численном перевесе это не играет такой уж существенной роли. Кроме того, хотя твари не бились в строю, они, судя по всему, умели ему противостоять, предпочитая выдёргивать воинов из единой формации. Если бы не наше физическое превосходство и ваши уроки, милорд, многие из нас оказались бы убиты.

И это сулило нам очень крупные неприятности.

Понятно, что наша связка остаётся крайне эффективной даже несмотря на вскрывшиеся факты, однако это и не удивительно - с поддержкой боевого мага даже трущобные бедняки становятся грозной силой.

Но вот как противостоять рыболюдам без такого подспорья? Безусловно, гильдия магов Ванонии должны была изрядно помочь осаждённым, однако из обмолвок Ниавэль следовало, что их численность, как общие силы, всегда была крайне невелики. Этого с лихвой хватало при локальных стычках, однако при осаде тысячами нелюдей, превосходящих среднего человека в полтора-два раза по силе...

Сколько воинов этой страны вообще выжило к сегодняшнему дню? И как долго они ещё смогут продержаться, прежде чем волна глубоководных захлестнёт улочки города?

И что в таком разрезе делать мне, если собрать в единый кулак своих солдат и компании наёмников, не представится возможным?

- Ведите выживших, - отрешённо приказал я.

Глава 47 - Очаги

Захваченные амфибии не только не нашли в себе способность общаться по-человечески, но и оказались совершенно незнакомы с людскими диалектами в принципе. Однако прекрасно понимали язык боли, благодаря чему получить хоть какие-то полезные сведения всё же удалось. Пусть их было немного, да и без действительно важных, поскольку вожаков с шаманами среди пленных не оказалось - внешне они не слишком отличались от прочих соплеменников и активно лезли вперёд, а потому все в результате оказались среди погибших. Так что, к сожалению, многие детали происходящего остались скрыты от нас, как, собственно, и дальнейшие планы наших врагов.

Впрочем, свет всё же пролился на главные загадки. И я не знал, как реагировать на полученные ответы.

Для начала, подтвердилось то, что рыболюды действительно не были дружны с северянами. Более того, хотя на данный момент их отношения склонялись скорее к вооруженному нейтралитету, это грозилась измениться в миг, когда кто-то от из них всё же заполучит искомое - вещь, ради которой и лилась кровь в этой заварушке.

Охотились же что те, что эти на группу людей, ныне скрывающихся в недрах осаждённого города. Судя по смутному описанию - то были то ли южане, то ли коренные вольники, небольшие числом и одетые совершенно неброско. Иными словами - примерно один-два десятка невысоких загорелых крепышей с тёмными волосами, островатыми формами лиц и чуть приплюснутыми носами. Неизвестно, относился ли этот портрет действительно ко всем членам группы, однако по крайней мере рядовые обитатели глубин должны были высматривать именно такую внешность.

С другой стороны, наиболее заметной деталью искомых, способной обратить на себя пристальное внимание практически кого угодно, являлся всё же сам предмет охоты. А именно - ящик. Здоровенный, размером примерно метр на два, выполненный из непонятного чёрного металла, но удивительно лёгкий при этом.

Куда более детальное описание, чем могли дать северяне. Возможно, слова глубинных о том, что эту вещь люди у них украли, имела больше общего с реальностью, чем казалось на первый взгляд. Впрочем, даже если так - то что с того? Нелюди, промышляющие откровенным людоедством, едва ли могли найти хоть толику сочувствия в моей душе. А вот ненависти - сколько угодно. Так что, за чем бы они не прибыли в Междуречье, найдут лишь страх и смерть. И ничего более.

- Каковы приказы, ваша милость? - гвардейцы стали свидетелями как процесса, так и итогов допроса, так что ситуацию понимали. Возможно, теперь они знали даже слишком много, однако, будучи людьми исключительно верными и разумными, не выказывали ни сомнений, ни особых волнений в принципе. Просто делали свою работу.

- Посмотрим на Мелкоскалье, - с некоторым трудом перевёл я с древнего диалекта название ближайшей к городу деревеньки на нашем пути, - и разобьём так лагерь. А дальше - разведка. Что делать, решим по ситуации - либо будем пробиваться, либо подождём подкреплений да наведаемся к осаждающим.

- Понял, - кивнул воин, после чего отправился передавать распоряжения остальному каравану.

Мне же тем временем предстояло ещё пару раз всё обдумать, понять дислокацию остальных наших сил и попытаться всё же разгадать смысл изображения, показанного Игральной костью мне этим утром.

Последнее волновало особенно - столь непонятные с первого взгляда картины выпадали редко, но зачастую несли очень серьёзные последствия.

***

Нечеловеческие, глубоко модифицированные глаза внимательно глядели сквозь заросли кустарника, найдя несколько крошечных, однако вполне достаточных просветов в листве. То ещё насилие над зрением, бесспорно, зато риск обнаружения оставался практически несущественным. Особенно ввиду того, что противник, очевидно, не рассчитывал на серьёзную угрозу со стороны тылов, откуда и велось наблюдение. По крайней мере пока.

Впрочем, учитывая разгром боевой группы нелюдей, произошедший немногим ранее, фора обещала продлиться недолго. Несмотря на некоторую беспечность, характерную для этих жителей глубоких вод, страха за собственные жизни должно хватить для появления хоть какие-то тактических решений. Именно поэтому, пока этого не произошло, следовало воспользоваться моментом.

Следовало нанести удар.

Вот только...

- Много. Очень много тварей, - шёпотом поведал сопровождающим очевидную, но от того не менее печальную истину. - Несколько сотен как минимум. И это только один осадный лагерь, да без фуражиров.

Воины в ответ предпочли промолчать. Учитывая, что именно с ними я неоднократно путешествовал по землям герцогства в поисках очередных возмутителей спокойствия, оставалось только гадать, чем в действительности вызвано их хладнокровие - безразличием к смерти или уверенностью в моих силах. И того, и другого они могли к текущему моменту успеть запасти изрядно.

Конечно, их спокойствие приятно. Однако в отличие от простых воинов, привыкших рисковать жизнью на поле боя, меня мысль о ввязывании в крайне опасное сражение откровенно напрягала. Обычно я таким по доброй воле не занимался - либо бесспорно доминировал в сражении, либо подвергал здоровье опасности в противостоянии с неизвестными, и от того - слабопредсказуемыми монстрами. А здесь и сейчас, осознанно, да против нескольких сотен рыболюдов с их питомцами...

Но к чему такие риски?

- Нужна информация, - беззвучно прошептал самому себе, отвечая на невысказанный вопрос.

Под моим взором в низине меж двух холмов сейчас неспешно бурлило, словно в котле на малом огне, причудливое варево из нелюдей. С разными оттенками чешуи и немалым разбросом размеров, они суетились подобно безмозглым насекомым, постоянно толкаясь, рыча и булькая друг на друга. Пока одни кучковались и грызли что-то в своём тесном кругу, другие валили деревья и строили какие-то подобия не то гнёзд, не то кособоких простейших шалашей. Пока полуголые крупные особи били сородичей, противно визжа и громогласно ухая под тихие порыкивания подпевал, меньшие размером, но куда более богато одетые их соплеменники, обряженные в многочисленные ожерелья и ремешки, не то пытались творить некую магию, не то исполняли религиозные обряды, заключавшиеся в странных танцах под внимательными взглядами остальных рыболюдов. А некоторые, зачастую покрытые шрамами или даже вовсе увечные, занимались прикрученным зверьём, кормя и иным образом обхаживая омерзительных тварей. Причём среди последних были не только уже знакомые десятиметровые пиявко-скорпионы, но и прочая живность, даже более мерзкая и агрессивная...

- Даже иронично, что угрозой химерологу вновь станут монстры... - невольно вырвалось беззвучное восклицание, против контекста, сопровождавшееся лишь усталым выдохом и ложкой смирения с неизбежным.

Когда-то мне было очень интересно изучать биоразнообразие этого мира, но с тех пор болезненный опыт и многочисленные сведённые шрамы убедили в том, что земная флора и фауна, а также местные их безопасные для человека аналоги, нравятся мне всё же гораздо больше. К сожалению, мнение это никак не влияло на реальность - новые чудовища в нашей жизни появлялись регулярно, неизбежно и неотвратимо, так что их появление в стане рыбылюдов уже не вызывало особых эмоций.

То есть, образцы я, конечно, соберу. Даже более того - все туши на части разберу, будь такая возможность. Но без удовольствия, ага.

- Неохотно, через силу и вообще - под принуждением... Боги, и кого я обманываю?..

...Словом, враги занимались кто чем, и в лагере трудно было заметить хоть какой-то порядок. Вероятно, это было связано с отсутствием внятной иерархии нелюдей, живущих едва ли не понятиями родо-племенного строя. Так что понять, готовились ли они к чему-то, или просто ожидали в море погоды, было совершенно невозможно.

А нужно было. Имелась вероятность того, что новый приступ осаждённые могли и не выдержать, а значит, оный требовалось либо задержать до подхода моих подкреплений и отменить после, либо сорвать наличными силами.

Но как это сделать вслепую, не зная практически ничего?

Судя по сведениям, переданным моей подругой крылатой почтой, вокруг огромного портового города имелось никак не меньше десятка осадных отрядов по несколько сотен в каждом. Вероятно, их было всё-таки даже больше, поскольку исходя из наблюдений моих птичек, значительная часть рыболюдов предпочитала располагаться либо в приливно-отливной зоне побережья, либо и вовсе прямиком в воде. Очевидно, что подводная раса не слишком жаловала сушу, а значит, их боевые отряды на ней - малая, минимально необходимая толика сил напавших, достаточная для, собственно, продолжения осады.

Теоретически. А вот для того, чтобы узнать, соответствуют ли эти размышления реальности, нужно было захватить языка.

Но от кого в этом вертепе вообще можно было получить информацию? От вождей и шаманов, вероятно. Иерархия нелюдей была примитивна, а от того - предсказуема. При этом что одни, что другие были агрессивными, туповатыми, хоть, наверняка, временами и довольно смышлёными дикарями. Дикарями, которым по правилам родного социума требовалось доказывать право на власть на передней линии любого боя.

В прошлый раз, собственно, они потому и полегли всем скопом - рвались вперёд, да под копья с магией.

Таких лучше захватывать поодиночке, из засады, когда перевес в силе будет достаточен для быстрого обезвреживания. Будет непросто, но всё же вполне возможно.

Хороший план.

И всё бы ничего, если бы хоть кто-то из их числа покидал лагерь.

Вот только все главные нелюди постоянно находились среди своих сородичей, совершенно не стремясь знакомиться с нами за пределами толп сородичей. И это было проблемой. Ведь даже если предположить, что перебить многие сотни рыболюдов в прямом бою у нас получится, то вот сохранит жизнь одному из тех, кто бросится на моих воинов в первых рядах - уже нет. А как раз именно эти идиоты нам и нужны.

Сложная задача.

- Придётся импровизировать, - на мгновение прикрыв глаза, более не желая смотреть на хаотично снующих выкидышей Дагота, я устало вздохнул. - Импровизировать и рисковать. Снова.

Кому же, как не волшебнику, владетельному аристократу, учёному, промышленнику, олигарху, первому советнику и наставнику монарха целой державы в очередной раз лезть в самое пекло, верно? Не проверяй я себя регулярно, сказал бы, что неизвестное проклятие исказило мою судьбу таким образом, чтобы приходилось постоянно рисковать жизнью за довольно сомнительные награды. И несмотря на все приготовления, ситуация всё никак не желала меняться - чем сильнее я становился, тем сложнее вызовы приходится преодолевать, как бы сохраняя должный уровень угрозы.

Надоело. Вот только иного выбора нет, так что придётся действовать.

- Итак, слушайте меня внимательно... - начал шёпотом, обратившись ко вмиг насторожившимся сопровождающим.

Верная реакция - рисковать задницей в одиночку я уж точно был не намерен...

***

Как в условиях ограниченного времени, непонимания поведенческих паттернов врага и крайне малых запасов ресурсов выманить и схватить достаточно осведомлённого, а значит - как минимум неглупого нелюдя? Очевидно, без магии и химер, у нас не было и шансов осуществить задуманное. Но вот с ними - варианты уже существовали.

Воздух - очень полезная стихия. Не столь разрушителен как огонь, не столь прочен как земля, не столь универсален как вода... Зато в разного рода трюках ему нет равных. Подлые, практически невидимые атаки, нечестные, искажающие траекторию снарядов защиты, слабые, но едва ли не мгновенные дезориентирующие удары - всё это было бесспорно полезно, но едва ли могло потягаться с возможностями манипуляции ощущениями органов чувств.

Слышать, обонять и видеть на большом расстоянии - это отлично. Но ведь можно обеспечить подобный опыт и не только лишь себе, верно?

Можно ведь и обманывать других...

Старая мысль, давняя идея, воплотившаяся во множестве как найденных, так и составленных лично заклинаний, уже успевших принести много пользы в стезе интриг и шпионажа. На войне же, впрочем, применять их в полную силу мне ещё не доводилось - обычно враг либо ожидал меня, либо был как минимум насторожен, а потому редко вёлся на такого рода игру.

Отсутствие такого опыта стоило исправить. И я это сделал. С превеликим удовольствием.

Гомонящие нелюди смогли в полной мере насладиться старательно отыгранной постановкой! Крики неизвестных животных, шуршание листвы и странные запахи, доносившиеся из леса. Зов потерявшихся, зачастую - с летальным исходом, рыболюдов, чьи отчаянные крики подобно ручьям переливались под сводом трепещущих от ветра деревьев. Несуществующие, но для некоторых - предельно реальные фантомы, пугающие, толкающие и иным образом всячески измывающиеся над жителями глубин. И тускло тлеющие в недрах чаш звериные глаза на чёрных зубастых мордах.

Я устроил морским тварям театр ужаса, сколь неожиданный, столь же ими и непонятый. Причём, что занимательно, если первое время боялись лишь немногие, предпочитая реагировать скорее бестолковой агрессией или напряжённым ступором, то вот по окончанию первоначального шока, и в особенности - после криков некоторых тональностей, нелюди начинали ударяться в панику уже массово. Только выражалась оная необычным образом.

Если многие рыболюды принимались куда-то бежать, пусть зачастую не от источника страха, а, наоборот, к нему, что было ещё в целом приемлемо, то вот некоторые принимались натурально закапываться в землю. Причём удачно - с их силой да при довольно мягкой здешней почве, это было не слишком трудно. Впрочем, несмотря на моё удивление, следовало признать, что последний тип паникующих оказался наиболее удобным из всех - контролировать многие десятки шатающихся по лесному массиву глубинников было очень непросто даже магией, ведь приходилось контролировать едва ли не все звуки на громадной площади, в том числе и во время сражений потеряшек с химерами. А землекопы, прячущиеся в лагере, напротив, не только временно выводили самих себя из игры, но и очень просто контролировались - сидящий на дне ямы нелюдь внимательно слушал шум на поверхности, который, ввиду одной неподвижной точки доступа, было довольно просто корректировать.

Впрочем, продлился мюзикл одного актёра недолго - не прошло и десятка минут, как разодетые шаманы и внушительные вожаки принялись наводить какое-то подобие порядка, принуждая соплеменников к покорности. Тумаки наравне с начальственными рыками действовали безотказно, возвращая разум даже самым напуганным детям глубоких вод. А вырвавшиеся было из своих ям монстры, взбудораженные моим выступлением наравне с хозяевами, не успели нанести много вреда, усмирённые силой и успокоенные пищей.

- Фух... - глубоко выдохнул, отпуская потоки десятков небольших, но болезненно точных заклятий. В теле явственно ощущалась слабость, навеянная как измотанным сознанием, так и чередой резких скачков давления. А уж как болела голова после множества порванных и стремительно регенерированный сосудов - вообще отдельная история. Да и тошнотворный привкус алхимии, потребовавшейся для такого чуда, тоже не выбивался из общего отвратного потока. - Однако дело сделано, верно?

Глаза я не открывал во избежание, однако верные воины поняли посыл правильно, тут же подхватив моё нетвёрдо стоящее тело и уложив на небольшие носилки. После чего, слегка пошуршав листвой, подле импровизированного ложа присел и начал рассказ один из гвардейцев:

- Взяли двоих, но с трудом. Сперва ваши кошмарные питомцы погрызли, потом - уже мы всыпали болтами и дротиками, но под конец всё равно пришлось калечить. Тепереча они связаны, обезврежены и подлечены, всё как нужно. Единственное, пришлось оттаскивать подальше - очень уж горласты.

- Хорошо.

Пришло время пролить свет на детали текущего положения дел.

***

Оба вождя с трудом, но могли понимать человеческий - и на этом хорошие новости заканчивались. Остальные как минимум не воодушевляли и в общем укладывались в три простых тезиса:

Армия рыбылюдов действительно огромна.

Осада местами уже перетекла в городские бои.

А искомый чёрный ящик, возможно, обнаружили. Но ещё не добыли, поскольку здание, где он находился, охраняли люди с магическими силами.

Исходя из узнанного, картина вырисовывалась откровенно нехорошая. Так что после отправки очередного, куда более требовательного на ответы письма Ниавель, я, откровенно измученный последними испытаниями, принялся думать думы. И получалось это, должен отметить, с тем ещё скрипом.

Три-четыре тысячи нелюдей вокруг города? Против гарнизона в добрые две тысячи - откровенно смехотворное число! Но это пока не поймёшь, что в порту под водой, по самым оптимистичным прикидкам, сидят ещё добрый десяток тысяч рыболюдов с питомцами. Причём даже это число вилами по воде писано, поскольку высчитано косвенно, исходя из ротации контингента на земле. А ведь даже в регулярной унифицированной армии далеко не всем подразделениям доверят такую задачу, как ведение боевых действий в непривычных условиях! Что уж тогда говорить о дикарях, собранных общим призывом чуть ли не с половины Великого моря? Интриги за одну лишь возможность пограбить человеческие селения, судя по рассказам, стояли такие, что до сей поры мы имели возможность наблюдать лишь малую толику всего числа собравшихся у города нелюдей. А сколько их там, на дне, в действительности - узнать не удалось даже примерно ввиду объективных причин - пленники толком не умели считать.

Ясно лишь, что даже орды, нам уже повстречавшиеся - лишь капля в море из уродцев. Остальных же по каким-то непонятным причинам держали в резерве, чем в значительной степени и обеспечивали саму возможность сопротивления жителей города.

Вот только зачем? И что делать мне, если... когда толпа нелюдей хлынет на улочки Ванонии?

Ужас - вот что я испытывал теперь. Искренний, безнадёгой сжимающий сердце ужас. Шутки кончились, это была уже явно не моя лига - здесь нужны королевские армии или финаритийские легионы, а не собранное по сусекам разношёрстное небольшое воинство.

Даже откликнись на призыв все наёмники, да прибудь на битву, разрыв в количестве всё равно останется подавляюще огромным. А ведь на это даже времени не было - на фоне уже частично продавленной обороны, штурмов со стороны гораздо менее обороноспособного порта и нахождения предмета охоты всей этой армии чудовищ чуть ли не прямо под попкой Ниавель.

Чёрт, да о чём она только думает?!

Вряд ли содержимое ящика способно вызвать крушение цивилизации, а в ином случае для всех нас гораздо выгоднее было бы отдать искомое нелюдям. Даже если это может навредить человечеству, благополучие отдельных его представителей для меня, да и для неё тоже, гораздо важнее.

Хотя... А отступят ли глубинные, заполучи столь вожделенную награду, или запах раненой добычи заставит хищников сомкнуть челюсти?

И что всё-таки же такого может скрывать в себе контейнер из чёрного металла, если прагматичная, хитрая Ниви осознанно так рискует?

Чёрт... Остаётся лишь ждать ответов подруги. Потому что только от них зависит моя роль в этом представлении - либо рыцарь будет спасать только принцессу, либо святой король обретёт и леди, и артефакт, и королевство в придачу. Истории в целом похожие, но результат - разный.

***

- Ниви-Ниви, да что же ты такое творишь?..

Помятое письмо свернулось в трубочку, стоило рукам, ведомым откинувшимся на спинку сидения телом, отпустить края бумаги. Покрасневшие, уставшие глаза лениво перевели взгляд с внутренней обшивки кареты на лес за окном, в просветах листвы которого виднелось уже начавшее склоняться к горизонту солнце.

Она отказалась. Отказалась бежать, отказалась покидать здание гильдии и даже отказалась объяснять, что же в этом чёртовом ящике такого особенного. Ниавель назвала причины своих решений, однако истину, судя по обмолвкам, готова была поведать лишь в личном разговоре.

Причём никому более, даже остальным защитникам города, о контейнере из чёрного металла лучше вообще не знать.

Занятно конечно, однако...

Однако...

Эта платиновая зеленоглазая блондинка всегда умела меня бесить. Не переходя, впрочем, грань, после которой раздражение перерастало в настоящий гнев. И на этот раз ей снова удалось сыграть эту проклятую мелодию!

Теперь даже в мыслях я не был уверен в том, как следовало бы поступить правильно. И чтобы изменить моё мнение, этой девушке понадобилось лишь несколько коротких писем.

- Страшная женщина... - выдохнув слова и эмоции вместе с воздухом, прикрыл глаза. - Что же делать?..

Риторический вопрос на самом деле.

Сводной армии герцогства ещё минимум трое суток пути, а вероятнее даже больше - мой малый отряд был заточен на скорость, ведь предназначался для охоты за монстрами-одиночками. Наёмникам, впрочем, идти ещё дольше - недели полторы до ближайшей группы, и едва ли не месяц до большинства остальных. В рамках военного дела Средневековья это небольшие промежутки времени, ведь осады могли длиться буквально годами, если не десятилетиями. Но когда стена города уже пробита в нескольких местах, а численно превосходящие силы нелюдей уже завязли в боях на улицах...

Впрочем, борьба всё равно не имела большого смысла - не против столь громадной орды.

Именно поэтому вопрос и был риторическим. Очевидно, что я должен был сделать для выживания Ниавель. Совершить пару-тройку чудес и сунуть голову в пасть льва, не менее. Риск, на который раньше идти не приходилось и близко, ведь от такой орды врагов внутри периметра стен сбежать будет крайне проблематично.

И ради чего?

- Чёрт бы тебя побрал, хитрая дрянь! - глаза резко открылись, брови нахмурились, а губы изогнулись в гневном оскале. - Если бы не долг и обещания, то я бы никогда!..

А после всплеска эмоций лицо снова расслабилось, став выражать лишь усталость с толикой безнадёжного смирения.

И почему-то в этот короткий миг принятия несправедливости всего мироздания и своевольной глупости одной конкретной его представительницы, я почувствовал себя глубоко женатым мужчиной. Хотя ранее такого рода опыта никогда не имел.

Странные ощущения.

***

Субординация - штука полезная. Но не с теми, от кого как минимум пару дней в месяц зависела моя жизнь. Люди не станут с полной самоотдачей рисковать здоровьем ради начальника, а вот ради лидера, благодетеля и даже немного друга - вполне. Так что отношения с личными гвардейцами, несмотря на показной формализм, у меня были более чем тёплые. И обычно это было хорошо.

Но сейчас привело к проблемам.

- Я... Мы отказываемся бросать вас!

По плану, они вместе с химерами должны были продолжить весёлую нарезку суши за пределами стен, пока я в одиночку проник бы в сам город. Благо последнее не могло вызвать особых трудностей ввиду моих магических возможностей - бесшумно приблизиться, взлететь или забраться по выдвигаемым чарами камням на вершину сооружения, а потом спуститься уже внутри - всё это представлялось не слишком сложным испытанием.

Однако...

- Понимаю, - кивнул, напряжённо сощурив глаза.

Доводы гвардейцев действительно были совершенно очевидны, даже не прибегая к помощи эмоций. Я не умалял влияния их верности, привязанности и прочих подобных чувств, однако кроме возвышенного, в их возражении присутствовал ещё и совершенно прагматический интерес. Интерес, негромко вопрошающий: "А что правящая чета может сделать со стражами, потерявшими объект охраны?". И зная своего воспитанника, не согласиться со страхом, мелькавшим в глазах этих людей, я не мог.

Однако иного решения у нас просто не было, поскольку рыболюды плотно держали ворота и пробитые стены, роясь там подобно растревоженным пчёлам. Штурмовать эти места - бесполезное, крайне рискованное решение, ко всему прочему ещё и неизбежно раскрывающее моё присутствие в городе. В то время как логика говорила о том, что гораздо проще и быстрее будет действовать в одиночку. По крайней мере до той поры, пока не настанет пора уходить из ставшего ловушкой города.

Тем более, я не собирался отстаивать Ванонию - глупое решение по очевидным причинам. Нет, достаточно лишь забрать кое-кого да прихватить кое-что, чтобы уже за пределами стен посчитать свою миссию успешно выполненной.

Пусть и модифицированные, но обычные люди в разрезе этого плана - балласт, не более. Уж лучше в случае чего пусть помогут прорваться на свободу, чем замедляют темп на узких улочках.

Только как бы эти резоны до них помягче донести...

- Мне... мне нужна будет поддержка за пределами города, - несмотря на мягкость моего тона и попытку объяснить, я не прошу - информирую. И они это поняли, тут же нахмурившись и принявшись ловить каждое произнесённое слово. - В нужный час кто-то должен будет правильно сыграть свою роль, чтобы вызволить меня... и ещё несколько человек из тисков капкана, которым ныне стала Ванония. Это будет непросто...

- Армия?.. - раздался чей-то неуверенный, тусклый голос.

- Простые люди способны выдержать натиск нелюдей, но уж точно не смогут пробиться. Безусловно, они станут хорошим подспорьем, однако спасти меня всё же сможете лишь вы, парни.

Больше никто не решился на возражения. Не стали вспоминать ни наёмников, ни моих химер, ни даже запасы кое-каких ядов, поскольку понимали всю бессмысленность этой затеи. И дело было даже не в том, что решение с моей стороны уже было принято - просто если уж регулярные части герцогства едва ли способны сражаться с существами глубин, то остальные меры также вряд ли смогут помочь. Хотя, конечно, я планировал привлечь для успеха своего замысла все доступные силы.

- Письмо! - именно с таким криком прервал гнетущее молчание, повисшее меж людьми на поляне, продавшийся сквозь кустарник слуга.

- Давай, - не желая ждать, я сотворил простенькое заклятие, лёгким ветерком вырвавшее предмет из рук человека. - Хм, печать герцога? Интересно...

Уж лучше бы не читал.

Несколько терактов в пограничных городах севера державы, попытка поднять восстание там же - закономерно неудачная, а как итог - вторжение объединённой армии трёх наших графьёв-соседушек. Узнали о последнем заранее, поэтому успели перебросить резервы, однако их всё равно не хватило бы для остановки многотысячной армии, ради скорости оставившей для закрытия пограничного форта лишь небольшой осадный отряд...

Если бы не катаклизм.

На этот раз он произошёл на Северо-Востоке - немного в стороне от всех событий, что, однако, не помешало магической аномалии самым неожиданным образом сказаться на театре военных действий.

К спешно собранной, плохо слаженной армии недругов, со всей возможной скоростью прущей к ближайшему нашему городу, - с захватом которого, вероятно, вся компания и должна была подойти к концу, - вышли сперва немногочисленные беженцы, а потом - целая толпа горящих деревьев.

Толпа. Горящих. Деревьев. Вышла к орде вооружённых мужчин и, сколь бы странно это не звучало, провела бой с ними в ничью.

Ничью.

Толпа горящих деревьев.

- Я даже не знаю, как на этот сюр реагировать...

Видимо, в моём взгляде отразилось нечто такое, что даже гвардейцы переглянулись и поспешили покинуть моё общество. И я не мог их винить, ведь... ну... агрессивные горящие деревья, ага.

- На четыре дня оставил, а возвращаться уже страшновато.

В войне наступила пауза при тотальном недоумении с обеих сторон, да и мои агенты засветились, саботируя логистику. Судя по всему, значительную часть из них сумели раскрыть, благодаря чему весь этот гамбит и стал возможен - сперва сливали дезинформацию, а потом, в час икс, попытались прикончить. Вот только сколь бы неумелыми не были мои разведчики, да при всей их молодости и малоопытности, убить модификанта из настолько параноидальной организации - очень сложно. Так что даже без поддержки предсказывающего будущие истинного артефакта, все они выжили и благополучно растворились на просторах Вольницы.

И уже передали весточки.

Итогом всех событий, закончившихся буквально несколько часов назад, стала очередная возня в песочнице, не более. Да что там, наши земли даже пограбить толком не успели - пару деревень сгорело, однако почти без жителей, успевших свалить в леса. Этакая очередная стычка с дорогими соседями, даром что, судя по всему, готовилась ими уже пару месяцев как.

А виновные опять сбегут в неизвестном направлении, естественно - понимают ведь, что такое мы им не спустим. Тем более, что расследование проводить и так придётся, поскольку появление из неоткуда средств, армии и профессиональных контрагентов наводит на крайне неприятные мысли.

Особенно ввиду того, что только недавно схожую атаку претерпели мои люди здесь, под Ванонией.

Совпадение?

Так или иначе, также просто, как с людьми, катаклизм не разрешиться. Судя по косвенным признакам, что-то в северо-восточных продолжает плодить эти... неправильные деревья. И кто, как не главный волшебник всея герцогства, может разрешить проблему?

Чёрт! Тут думаешь, как бы в натуральной бойне не подохнуть, невольно с жизнью прощаешься, а оказывается, что помирать-то и нельзя - дома столько обязанностей, что из-под земли достанут. Начинаю скучать по временам ученичества - там хотя бы только один старый хрыч моей смерти желал, а ныне, такое чувство, чуть ли не половина ойкумены с радостью на закрытый деревянный гробик посмотрит. И даже на поминках станцует, нажрётся и переспит с чужой женой.

Будем надеяться, что я - то ещё злобное зло. Которое, как известно, везде найдёт дорогу...

Глава 48 - Пылающий город, часть 1 - Долгий путь

Багряное закатное небо медленно чернело от туч, принесённых ветром откуда-то с просторов бескрайней речной глади. На фоне тающих лучей светила явственно выделялись столбы дыма, вздымавшиеся ввысь почти со всех сторон - не было пожаров лишь на большой воде, хотя, судя по обилию обломков и выброшенных на берег остовов кораблей, что зияли пятнами подпалин, когда-то огонь бушевал и там. Впрочем, не по вине нелюдей. Жители глубин откровенно не любили пламя, чем, скорее всего, и пользовались матросы.

И продолжали пользоваться уже другие люди до сих пор, в борьбе сжигая городские дома и целые деревни за пределами стен.

Несмотря на сильный ветер, порывы не разгоняли смрад, застывший в воздухе. И если нотки гари, пота, кожи, пыли и гниения мне были прекрасно знакомы, как и характерные запахи близкого побережья, то вот странный аромат, присущий глубинникам и их питомцам, своей неправильностью всё ещё коробил что-то глубоко внутри.

Они пахли водорослями и рыбой... но не только. Очевидно, было в их телах что-то ещё, требующее определения в лабораторных условиях. Благо образцов набралось много, как эпопея закончится - изучу вопрос.

Против запахов, какофония звуков никаких сюрпризов не преподнесла - скрипы дерева, шорохи камня, крики со звонком металла неподалёку, да утробный клёкот, сип и бульканье, уже привычные по близкому знакомству с прямоходящими амфибиями. Ничего выделяющегося.

- Прекрасно, - шёпотом протянул я, открывая глаза.

Застыв в зарослях на опушке крохотного леса, чудом сохранившегося меж чьими-то полями и каменистыми склонами скалистого берега, снова огляделся, в последний раз обдумывая план.

А был он, как и всё гениальное, прост.

Гвардейцы со слугами и химерами остались вдали, спрятанные и готовые ожидать приказаний столько, сколько потребуется. Проникать же в город мне предстояло практически в одиночку - замершие в анабиозе пташки, что станут впоследствии моими посланниками, а ныне замотанные в ткань и уложенные штабелями в рюкзак, не в счёт.

Одинокая фигура в тёмном балахоне, миражом размывающаяся под невнимательным взглядом, была идеальна для выполнения возложенной роли. Неоднократно проверено ещё в родных пенатах. И даже широкая полоса полей, расположенная вдоль внешней части стен и ныне выжженная да вытоптанная воюющими, не могла серьёзно помочь бродящим поблизости патрулям рыболюдам. Как показала практика, морские жители, и так не отличающиеся умом и сообразительностью, на суше впридачу ещё и теряли в остроте чувств, что делало их просто отвратительными дозорными. Не говоря уже о том, что зрением они в принципе никогда не отличались в лучшую сторону.

А всё это было важно, поскольку добраться до своей цели я собирался со всей возможной скрытностью. Как для скорости, так и для того, чтобы не спровоцировать наступление финального аккорда этой баллады раньше времени.

Так что, ещё раз медленно выдохнув и мысленно попросив удачи у местных богов, рванул вперёд, стараясь строить маршрут предельно аккуратно. Короткими перебежками, от кочки к кочке, от деревянного ящика к низенькому каменному заборчику, от пепелища какого-то дома к отвратительному алтарю из острых кольев, сетей и окровавленных человеческих костей.

Заклинания ускоряли меня, убирали звуки и размывали силуэт, рассказывали о разумных неподалёку и препятствиях, преодоление которых могло стать непростой задачей. Разум, нагруженный множеством слабых чар, работал на пределе, вынужденный также ещё и на мелькавшие в поле зрения предметы реагировать - чудовищная скорость, достигнутая волшебством и модификациями организма, складываясь со сложной трассой порождала очень непростое испытание для нервов. Но я справлялся.

При алхимических взрывах нередко приходилось реагировать гораздо быстрее. Даже со всеми мыслимыми предосторожностями, магия оставалась явлением нестабильным, регулярно подбрасывая разнообразные, довольно опасные сюрпризы. Да и эпизодическая охота на монстров не прошла даром - приходилось тренироваться, поскольку очень хотелось жить.

Однако, несмотря на все старания, меня всё же несколько раз заметили. Точнее, ну как, меня? Некое чрезвычайно шустрое пятно, мелькавшее либо по краю зрения, либо где-то вдалеке. Под длинными закатным тенями, в багровом свете заходящего светила это мерцание пусть и привлекало внимание, но, должно быть, списывалось на усталость, погоду и мимолётные магические аномалии, ставшие следствием произошедших не так давно сражений.

А те, кто в подозрительности своей всё же отправлялся проверить вызвавшее тревогу место, не находил ровным счётом ничего необычного. Ведь к тому моменту, как неуклюжий рыболюд имел возможность приблизиться, я успевал убежать уже очень далеко.

Наконец, после длинного прыжка со всем набранным ускорением через ров, передо мной выросла каменная стена внушительной высоты. А моё тело тут же рухнуло наземь, всего за несколько мгновений скрывшись в небольшой яме. Заклинание для создания такого укрытия было подготовлено заранее и быстро воплотилось в реальность, пусть и с некоторым напряжением.

К счастью, обстоятельства позволили перевести дух. А короткий отдых, который я теперь мог себе позволить, не дал ощутить всю палитру негативных последствий умственного перенапряжения.

Не то чтобы я был так к нему близок, впрочем. Всё же пределы свои знал и на грани возможностей предпочитал не работать - хватило нескольких происшествий во время охоты, чтобы передумать заигрывать с рисками. Игральная кость - не панацея от них, как бы не хотелось верить в обратное.

Посему, даже чувствуя возможность продолжать исполнение плана, я предпочёл отдохнуть. День выдался тяжёлым. Некоторые чары приходилось поддерживать едва ли не постоянно, от чего Ветра пели свою музыку всё громче и... ярче.

Кажется, пару раз я даже ощущал возникновение каких-то лёгких аномалий - следствие чрезмерного использования магии. Большинство из них не несли угрозы, поскольку являлись слишком чуждыми материальному миру и существовали недолго, однако некоторые оставляли более вещественные следы. Зачастую - случайные. Изредка оные даже являлись чем-то полезным, хотя куда чаще приносили проблемы.

Например, после очередной стычки один из моих пальцев попытался превратиться в сосульку из живого льда. До сих пор с трудом представляю себе, как такое вообще возможно, но тогда смог с лёгкостью отменить метаморфозу. Пусть и не успокоив Ветра, как было бы предпочтительнее, а грубой мощью химеролога взяв под контроль собственную плоть.

Вспомнив о недавнем происшествии, лёжа в яме я прислушался к себе, пустив по телу волну сканирующих чар.

- Порядок, - проговорил тихо. - Видимо, смазал нагрузку в пространстве и времени. Или просто повезло?

Задумавшись, перевёл взгляд с темнеющего неба на сооружение, рядом с которым и устроился на отдых. Стена, сложенная из удивительно ровных каменных блоков неизвестного минерала с пятнами розовато-кремовых цветов, обладала высотой трёхэтажного дома, довольно ухоженным видом и внушительными выдающимися наружу зубцами на вершине.

Хорошее, крепкое строение, увы, провалившее свою главную миссию - защиту города от угроз извне. Судя по рассказам Ниавель, причиной тому стали и вражеские маги, и какие-то огромные кальмароподобные монстры, которых я пока не встречал, и даже самый обыкновенный оползень - рыболюды с большим умением и неизменным удовольствием применяли чары водной стихии, натурально подмывая отдельные участки города. В том числе не обошли стороной и столь удобную цель, как ров - поток, хлынувший вверх по течению небольшой речушки, составлявшей часть оборонительной системы, сильно расширил русло, кое-где повредив не слишком прочный фундамент. Итог предсказуем - повторив процедуру ещё несколько раз, амфибии просто обрушили несколько участков стен, получив практически беспрепятственный доступ внутрь Ванонии.

Не то чтобы, впрочем, этого самого доступа к них не было ранее - порт-то оказался захвачен ещё раньше...

Мысль прервалась от ощущения некой неправильности. Напряжённо замерев, несколько мгновений я пытался отыскать источник волнения, пока не осознал, что с парапета чуть в стороне от моей ямы показалась чья-то голова.

И она устремила взгляд прямо на меня.

Мгновенно расслабившись телом, разумом и шёпотом последовательно сотворил прекрасно изученную связку заклинаний стихии воздуха. И чары послушно донесли звуки, в ином случае недоступные моему слуху:

- Есть кто? - тихо спросил хриплый мужской голос у наблюдателя. Оный же, уделив моей фигуре ещё несколько секунд внимания, устремил свой свой взгляд на окрестности.

- Кажись, нет, - ответил этот, очевидно, представитель человеческого вида довольно неуверенным тоном, однако столь же тихо. - Вроде мертвяк чей-та на той стороне лежит, да только нихрена ж уже не видать.

- Дёргается? - уточнил посуровевший голос.

- Неа, - судя по сведениям чар, мотнули головой в ответ.

- Ну так и нехер трындеть, мать твою! - едва ли не прошипел теперь уже гневный голос. - Говорил же, бестолочь - делай работу да не бзди под руку! Привиделось ему, млять... сраные трущобные крысы...

В наступающих сумерках у меня было ещё большее преимущество в остроте органов чувств, и простой человек едва ли мог даже приблизиться к толике подобных возможностей. Так что, если наблюдатель мог видеть в лучшем случае довольно смазанную кляксу в форме лежащего человека, то вот я его лицо спустя некоторое время смог рассмотреть во всех деталях. И внешний вид этого юноши с подрезанным ухом, кривоватым, явно сломанным в прошлом носом и несколькими шрамами на лбу и правой щеке, вместе со словами его сопровождающего, поведали мне достаточно.

Трущобники - особый сорт мещан, причём в крупных портовых городах ещё и особенно многочисленный. Не удивительно, что такой человек мог заподозрить даже невинно лежащего в яме меня - развитая интуиция явно шептала о подвохе, даже если разум не мог сопоставить факты.

Простая мысль, что бесхозный источник мяса по ту сторону стен рыболюды просто не оставили бы в покое, не мелькала в тусклых, лишённых сияния интеллекта глазах.

Очевидно, юноша не мог, а возможно - даже не пытался связать все факты воедино, предпочитая плыть по течению происходящих вокруг него событий. В то время как нелестные слова второго человека, брошенные в адрес трущобников, заставили моего невольного знакомого лишь злобно ощериться частично беззубым ртом, бросить презрительный взгляд куда-то за спину и замолчать. Хотя и нельзя сказать, что на меня больше не обращали внимания - парень продолжал будить, просто более не сообщая о своих подозрениях начальнику.

С кем же мне вообще довелось встретиться? Как ни удивительно, с патрулём. С одним из той горстки выживших рисковых людей, кого могли отправить на разведку по остаткам стен, чтобы хотя бы в общих чертах прикинуть положение дел.

И насколько оно успело ухудшиться за прошедшие сутки.

Трудно сказать, насколько часто и на каких участках это происходило, поскольку ранее единая система обороны ныне представляла собой швейцарской сыр. Какие-то зоны продолжали удерживать частично или полностью изолированные гарнизоны, где-то уже безраздельно хозяйничали нелюди, а откуда-то их даже выбили, заложив проломы мусором и землёй.

Наверное, со стороны защитников всё виделось не в столь мрачном свете. В конце концов, хотя враг и оставался силён, всё же показал себя бедой вполне оборимой... Наверное, простым воинам и жителям города никто даже не рассказывал, насколько печальна ситуация в действительности. Ведь узнать о полчищах под водой могли лишь с воздуха, и никто кроме магов такой возможностью не обладал.

Разумное, практичное решение. Одобряю.

Собственно, одобрял я и патрульные вылазки, вроде той, что несколькими минутами ранее прошагала мимо. Даже несмотря на причинённые неудобства, обусловленные моим нежеланием лишний раз информировать кого бы то ни было о своём присутствии в городе, прагматичная логика утверждала, что подобные трепыхания защитников поспособствуют большему выигрышу времени в случае финального штурма. К тому же, такие отряды уже сейчас способны помочь, отвлекая внимание нелюдей от мерцающей тени, скользящей по землям поля брани.

Если потребуется - ценой своих жизней.

А тем временем, пока я размышлял, воины продолжали тихо передвигаться, отходя всё дальше и дальше от моей позиции. И, наконец, отошли достаточно, чтобы не стать свидетелями следующего моего шага.

Закатное небо ещё больше сковало тучами, окуная мир в беспросветную мглу. Потемнело столь сильно и стремительно, что прекратило справляться даже моё зрение, не говоря уже о людях и нелюдях - ни те, ни другие не были привычны к кромешной темноте.

Глубинники, несмотря на одно из именований, в настоящие глубины предпочитали не соваться. Мало того, что твари, там живущие, были чрезвычайно опасны сами по себе, так и сама среда, казалось, противилась присутствию слабых мелководников. Точнее, таково было мнение допрошенных рыболюдов, тогда же как лично я считал их просто слабо приспособленными к жизни в условиях высокого давления, холода и низкой видимости. И последнее означало, что темнота была для них для них столь же непреодолима, сколь и для большинства жителей суши.

Так что погодное явление, укрывшее город и его окрестности пеленой мрака, действительно стало препятствием обеим сторонам конфликта.

Повезло.

Пока тьма небес не успела разразиться ливнем, я поспешил начать действовать. Выбрался из ямы, отряхнулся, потянулся и, ненадолго замерев в концентрации вызова заклинания, прыгнул на каменный блок стены.

И оттолкнулся от него ввысь.

Прыжок за прыжком, чары за чарами, усилие разума за усилием тела... Не скажу, что испытание было простым - напряжение дня давало о себе знать даже после отдыха, однако восхождение всё же оказалось вполне посильным. Тем более, что в крайнем случае я мог переключиться на один из иных способов преодоления преграды. Просто этот являлся, пожалуй, наиболее незаметным, выгодно отличаясь как от медлительного и энергозатратного подкопа, так и от создания отверстия в толще самой стены. Хотя, не стань погода столь благоприятной, и выбрать всё равно пришлось бы другой вариант.

Впрочем, обошлось.

Уже находясь на высоте трёх этажей над уровнем земли, я ненадолго замер, чтобы окинуть взглядом уже смазанные сумерками виды. Даже нечеловеческое зрение едва справлялось, вылавливая крохи света, каким-то образом проскользнувшие в поглотившую город пучину мрака. Их было слишком мало для того, чтобы разобрать детали, однако недостаток информации компенсировал разум своими догадками.

Открывшаяся картина... не пришлась по душе.

Война - старая знакомая, пусть и минули года с последней нашей встречи. Тогда она была яркой - горела пламенем братоубийственной бойни, извивалась во тьме змеиным клубком интриг и сотен чужих интересов, капала горьким ядом предательств и утраченных надежд. Страшная в своей сути и отвратительная по виду, тогда война всё же продлилась недолго, не успев толком собрать свою жатву. И основной причиной тому, без ложной скромности, стал именно я собственной персоной - случайный, неучтённый фактор, с грацией пьяного носорога влетевший в заботливо возведённую многими руками систему из сдержек и противовесов. Скольким такое вмешательство поломало все планы - то известно одним лишь богам этого мира. Мне достаточно и того, что с недовольством затронутых приходится разбираться до сих пор, и вряд ли эта проблема вообще когда-нибудь исчерпает себя. Разве что со смертью всех участников...

На этот раз, впрочем, старая знакомая очень спешила, стараясь собрать урожай душ любыми, даже самыми нелицеприятными методами. Что было особенно заметно сейчас, на большой высоте в сумраке под чёрными небесами.

Присутствие живых и мёртвых угадывалось, казалось, повсюду, куда не кинь взор. И если в полях вокруг города фигур ещё было поменьше, хотя даже по меркам наиболее густонаселённых регионов герцогства было всё равно достаточно оживлённо, то вот уже внутри периметра стен...

Ванония превратилась в муравейник. Терпящий бедствие, активно дымящий и местами полыхающий, звенящий гомоном и металлом, истекающий ручьями крови по мостовой, захлебывающийся в криках и стонах, но всё же даже чрезмерно живой муравейник. И он отнюдь не спал, нет - наступившая темнота не мешали ни людским потокам, целеустремлённо движимым куда-то вглубь подконтрольных защитникам территорий, ни схваткам, тут и там вспыхивающим как между разными сторонами конфликта, так и с участием разного рода мародеров и прочих представителей криминала.

Такого... такого я ещё никогда не видел. Судьба улыбалась, не пришлось участвовать ни на Земле, ни уже здесь - те стычки, что были в мелких на фоне Ванонии городах герцогства, не в счёт.

Впечатляющее зрелище...

Впрочем, захватило оно меня ненадолго - уже спустя пару минут я взглядом нашёл конечную цель текущего этапа путешествия, благо знакомые здание выделялась необычной формой и немалыми размерами, и принялся прокладывать к ней маршрут, стараясь определить наиболее безопасные пути. К сожалению, в большинстве случаев ориентироваться приходилось на довольно косвенные признаки, что в реальности, вероятно, зачастую не соответствовали моим догадкам. Тем более, что из всего предстоящего пути я с некоторым трудом мог припомнить лишь последнюю четверть, да и то - в общих чертах, поскольку детали за прошедшие годы должны были неизбежно измениться.

Взгляд невольно прикипел к крышам, повинуясь смутной догадке, основанной на воспоминаниях ещё прошлой жизни...

- Смешно, - губы растянулись в саркастичной, пустой усмешке. - Жизнь, увы, это не компьютерная игра - здесь никто о втором уровне города забывать не собирался. А было бы неплохо...

Собственно, этажи и крыши зданий не остались в стороне, также став частью пространства боевых действий. И трудно даже сказать, у кого третье измерение получалось использовать лучше. Обе стороны активно перемещались по верхотуре, располагали там стрелков и наблюдателей, совершали манёвры и обрушивали части строений прямо на головы врагов. Вроде бы, людям делать всё это получалось несколько легче - сказывались сравнительно меньший вес и обилие инструментов. Нелюди, впрочем, брали своё большой силой и прочностью, позволявшими натурально проламывать деревянные стены и с лёгкостью карабкаться по ним, а также привычкой к сражениям в трёх мерностях. Как ни парадоксально, так уж получилось, что в таких условиях варвары из морских глубин представляли собой куда более тактически грамотный сброд, чем профессиональные солдаты и наёмники.

Хотя от глупых падений рыболюдов это и не спасало. Не привыкли они, видите ли, что сложенная из палок, нескольких досок и соломы крыша может банально обвалиться...

Забавному же моменту свидетелем я стал, конечно.

...Впрочем, трагичные виды не менее печальной действительности не меняли моих планов. Ни основных, ни побочных. Причём если первые описывали тех и то, что город должно непременно покинуть... то вторые, напротив, повествовали о том, что вскоре могло появиться. И вряд ли кому-то оно могло прийтись по душе.

Кое-какие методы не хотелось использовать до последнего, однако теперь, после окончательного понимания состояния Ванонии, населения и защитников города...

Силой спасти людей всё же не удастся, это факт. Слишком уж много врагов собралось, не говоря уж о нехватке времени. Однако, возможно, рыболюдов удастся... отпугнуть? Болезнями, например. В купе с какими-нибудь странными, аномально яркими и внезапными происшествиями, вызванными совершенно случайно оказавшейся в разных местах алхимией. Благо любой нелюдь скажет, что на их часть города никакой человеческий чародей точно не проникал - только какой-то призрачный силуэт наблюдали, да и тот следов не оставил.

Насколько эти твари вообще религиозны? Что же, вскоре я смогу это выяснить! И быть может, спасти не только лишь Ниавель с её приближёнными, но и ещё пару десятков тысяч невинных жизней?

Именно с такими мыслями и появившейся на лице улыбкой я сделал шаг со стены, отправляясь в стремительный полёт...

Глава 49 - Пылающий город, часть 2 - Прогулка с видами, прекрасными и не очень

Идти по городу, разрываемому войной, могло быть очень трудно... если бы не мои возможности. С ними же задача становилась не элементарной, конечно, но и не столь уж сложной. Знай только, рыщи ветром по узким улочкам, вслушивался в звуки из недр домов, да неуловимо скользи в темноте пасмурного вечера, почти уже превратившегося в столь же безлунную ночь.

Люди и нелюди, воины и простые жители - все вокруг жили своей тихой, тревожной жизнью, надеясь выкроить каплю отдыха перед ещё одним тяжёлым днём. Даже не догадываясь, что всего в нескольких метрах, дециметрах или сантиметрах от них двигался настоящий монстр. Как по сути, так и в мыслях, ведь он прекрасно осознавал опасность подарков, что пронёс в этот город, как для захватчиков, так и для коренных жителей.

И лишь одна девушка, вглядываясь в темноту за окном, обладало пониманием того, что сегодняшней ночью Ванонию посетила Смерть. Маг не самый могущественный и не слишком влиятельный, но безмерно опасный возможностями и багажом знаний, как иногда признавалась она в своих письмах.

Быть может, Ниавель вообще была единственной, кто мог хотя бы приблизиться к осознанию фундаментального ужас моего существования в этом мире. Пусть я умалчивал многое, но те крупинки сведений, что невольно проскальзывали в наших разговорах, уже давным-давно привели девушку к пряничному домику.

И к монстру, которому в нём жил.

Впрочем, внезапно мне открылась истина о двух гранях. И состояла она в том, что сердце у чудовища всё же было.

Этому нельзя было не порадоваться, особенно после всех предшествующих подозрений. Сострадание - роскошь, обычно доступная тем меньше, чем выше забирался человек. И пусть оно приносило боль, пусть создавало уязвимость, однако потеря человечности и превращение в тварь или шестерню механизма, было всё же горазда ужаснее.

Однако сейчас, в этот самый момент, когда я невольно замедлил шаг, а взгляд сам собой выхватил детали двух маленьких фигурок, замерших в крошечном тупичке меж домов...

Вид двух окровавленных, мёртвых детей, обнявшихся перед кончиной, не оставлял равнодушным сердце монстра. Особенно, когда вместо них чудились другие, куда более дорогие сердцу крохи...

Было трудно оторвать взгляд.

И такое происходило уже не единожды - по-видимому, за время мира я изрядно расслабился, а полученные уроки присыпало пеплом неприятных воспоминаний. Однако несмотря на все старания естественного механизма человеческой психики, не была забыта ни наука войны, ни выработанные рефлексы, позволившие продолжать путь даже по местам, превратившимся в натуральный кашу из грязи, мяса и костей.

Сострадание даровало боль как бесценный подарок, но не вводило в ступор, не отвлекало и не жгло изнутри. Зато обещало наведаться позже, в безопасности, когда приключение подойдёт к своему концу.

Ну или перед смертью. Не зря же твердят о том, что тогда вся жизнь проносится перед глазами?

Каюсь, несмотря на все принятые решения, несмотря на опасность подобных действий для исполнения планов, иногда я всё же вмешивался в ход замеченных трагедий, способствуя выживанию жертв. Падение случайных предметов, ложные крики в ночи, туманящий разум шепот за стенами и дуновения, увлекающие на верные пути - все эти явления пусть и были, бесспорно, загадочны, но не могли выдать моего присутствия. Они прекрасно списывались на стечения обстоятельств, случайные волшебные аномалии, которыми и без того полнился этот город, или даже духов, вера в которых жила почти в любом человеке этого мира.

Просто небольшие чудеса, спасшие пару десятков жизней. Капля облегчения в море слёз и крови, заполнившего мостовые страдающей Ванонии.

Впрочем, кое-где чудеса, оставленные мною, грозились обернуться кошмарами. Не сейчас, потом - через час, два, три или всего лишь спустя пару десятков минут, не суть важно. Главное, что рано или поздно тёмный миг настанет, и болезни начнут своё распространение. А алхимия вспыхнет яркими звёздочками, под крики мучений калеча и убивая поганых людоедов.

Раз уж они считают нас пищей, то мне не зазорно будет видеть в них подопытных животных. Как раз исследую распространение различных болячек в условиях нечеловеческого социума.

Однако, в конце концов, подарки закончились, и пришла пора двинуться к главной цели. И на пути к ней, в какой-то момент я покинул спорные земли, ступив на территорию, безраздельно принадлежащую защитникам города. И уже вскоре столкнулся с проблемой, о наличии которой догадывался и ранее.

Беженцы. Они были повсюду. Десятки и сотни глаз, беспокойно вглядывавшихся во тьму, что невольно стали лучшими дозорными и существенным препятствием на моём пути.

Пришлось импровизировать.

Раздобыть бедняцкие тряпки оказалось довольно просто, как и найти для этого одного из свежих бесхозных мертвецов. Нацепить их поверх своей одежды, преодолев при том стойкое отвращение к запахам и грязи, оказалось уже гораздо сложнее. Всё же успел отвыкнуть от такого, даже в пути предпочитая чистоту, удобство и презентабельность. Однако, не будь я создателем лучшей шпионской организации на просторах Вольницы, если бы не смог замаскироваться в столь благоприятных условиях.

Главное, не забыл сгорбиться и скрыть лицо - едва ли какому нищему беженцу хватило бы наглости и умения ходить с осанкой аристократа, не говоря уже об обладании столь смазливой мордашкой при совершенно нечеловеческих зрачках. А так - больной, страдающий, с покраснением на открытых участках кожи благодаря косметике, стонущий и ковыляющий куда-то в одном ему известном направлении - идеальный образчик человека, к которому лишний раз даже прикасаться нежелательно.

Тем более, как успел подметить, таких больных хватало уже и без меня. И пока их не пытались отделить от общей человеческой массы, что пусть и обещало огромные проблемы в недалёком будущем, но сейчас шло мне на пользу.

Ненадолго пришлось вынужденно замедлиться, поскольку при отыгрываемом состоянии здоровья даже бодро ковылять было бы уже подозрительно. И пусть потеря времени не радовала, зато позволила познакомиться с состоянием дел поближе.

И... ничего нового я не узнал. Пусть люди и пребывали в бедственном положении, однако, полгода руку на сердце, следовало отметить, что встречались мне и куда более плачевные ситуации, да ещё и с гораздо большим числом участников. И во время войны в герцогстве, и после восточных нашествий, и даже в перерывах между крупными катастрофами, когда отдельные участки Междуречья захлёстывали действительно серьёзные катаклизмы. При всех продолжающихся реформах, у нас действительно хватало места для всех потерявших пишу и кров, но готовых работать, от чего иметь дело с обнищавшими искателями лучшей доли мне приходилось частенько. Причём к нам они нередко доходили в совсем уж плачевном состоянии, тогда как здешние мещане даже полной недели в нужде не пожили, так что чувствовали себя сравнительно неплохо.

Понятно дело, это не касалось жителей трущоб - но их жизнь вообще изменилась не сильно. Наоборот, кто-то на фоне кадрового голода и огромных потерь среди воинов даже в люди выбиться сумел. Такие уж точно не роптали, однако приносили свои, в чём-то даже гораздо более серьёзные проблемы.

Впрочем, мне до забот всех этих людей дела было немного. Просто праздное любопытство, ничего более. Хотя кроме прочего и пришлось отслеживать реакцию на мой маскарад, чтобы уловить момент, когда роль необходимо будет сменить.

Уловил. Сменил. И из неплохого домика, пустовавшего в ожидании хозяев, на улицу вышел уже жрец одной из местных религий да при чистой, специально подготовленной для этого момента одежде. Спокойный, уверенный в себе и, эка невидаль, полностью слепой. Плотная повязка на глазах не даст соврать.

Естественно, кроме магии, шествовать по дороге мне помогали ещё и прорезанные в ткани щёлочки. На жестах и реакциях я тоже не прокололся - плотно изучал местные религии ещё с коронации воспитанника, да и священные тексты с молитвами предпочёл на всякий случай подучить. А что человек незнакомый и колоритный - так время такое, что никто особо проверять и не будет. Чай, не с людьми-то воюют, а глубинные твари в шпионаже замечены не были.

Впрочем, как подсказывает моя паранойя, последнее является слабым доводом. Недооценка врага нередко приводит к катастрофам.

В любом случае, негромко скандируя молитвы и осеняя благодатью всех встречных-поперечных, я уже спустя пятнадцать минут добрался до нужного места. И меня даже успели было остановить насторожившиеся охранники гильдии, когда вмешался красивый женский голосок:

- Пропустите святого человека, он прибыл по моему приглашению.

На мгновение в открывшихся дверях мелькнула воздушная фигурка высокой девушки, однако тут же исчезла, оставив напоследок отпечаток шлейфа платинового водопада волос в мыслях и на роговице. Несколько обернувшихся на звук голоса воинов замерли истуканами и, судя по виду, утратили связь с реальностью, что продлилось, впрочем, недолго.

- Проходите...

Так я и проник в место, хозяева которого должны были заметить гостя ещё на подходе. Всё же Ветра я дёргал так, что и без того не успевшие успокоиться, они начинали натурально реветь рассерженными зверьми. Это чувствовал любой сильный маг, которых в гильдии Ванонии, несмотря на малочисленность, хватало.

- С прибытием... святой ревнитель, хих! - теперь девичий голос зазвучал откуда-то из глубин здания, в то время как его обладательница почему-то продолжала скрывать себя. Однако, несмотря на странное поведение, подколоть меня ей это не помешало.

Знакомый тон, значит, я не ошибся в личности встречающей.

- Ты хотела бы, чтобы тебя этой ночью посетил не служитель богов, а кто-то иной? Например, нищий?.. - ответил в тон, шагая в сторону собеседницы и попутно снимая ткань, обмотанную вокруг тела на манер тоги. - Боюсь, твой дед будет очень недоволен таким знакомством, Ниавель.

- О-о, в этом я даже не сомневаюсь! - девушка, похоже, продолжала целенаправленно от меня ускользать. Зачем-то. - Причём узнай он об истинной твоей личности, боюсь, станет недоволен ещё больше!

- Неужели ему до сих пор не даёт покоя та маленькая история? Или дело в чём-то ином?

Кто-то умело блокировал мои воздушные заклинания, а более мощные применять было опасно по причине нестабильность Ветров в этом месте.

- Ну, не зна-аю... - голос становился все тише, но отчётливей - говорившая прекратила ускользать, и я уверенно приближался к ней. - Может, сам у него и спросишь? На мою долю оставляют лишь отговорки, за которыми скрывают множество опасений. А что до причин... Ты ведь так любишь факты, что тебе мои домыслы?

- Домыслы... - начал было отвечать, однако в этот момент открыл очередную дверь на своём пути и наконец-то достиг беглянки.

И мышление остановилось, повинуясь воле замершего в прострации мозга.

Прекрасная, совершенно обворожительная длинноволосая платиновая блондинка с плетением, берущим начало где на макушке, и этакой диадемой уходящим куда-то в сторону затылка. Впрочем, тонкий обруч из малахитов в обрамлении белёсого золота на её головке тоже присутствовал. И был подобран таким образом, чтобы не только составлять цельную композицию с причёской, но ещё и подчёркивать огромные пронзительно-зелёные глаза на милом, практически кукольном личике с тонкими, правильными чертами.

Честно говоря, выглядело это столь гармонично и восхитительно, что к остальной части образа переходить даже и не хотелось. Контроль гормонов позволял обходиться без похотливых позывов бренной плоти, от чего на первый план выходила именно красота эстетики, а не сексуальность форм.

Впрочем, хотя бы из любопытства, посмотреть вниз всё же стоило. Что я и сделал. И сразу же осознал, что без модификаций рисковал попасть в ловушку женских чар, из которых уже мог никогда и не выбраться. Хотя бы по причине отсутствия такого желания.

Общеизвестно, что волшебники красивы. Так устроена магия - каждое заклятие, каждый ритуал и даже самое простое обращение к Ветрам меняет не только мир, но и нас самих. По капле, но непрерывно и неизбежно. При этом, поскольку метаморфоза эта подвержена не разуму, а инстинктам и прочим подсознательным желаниям, то у психически здоровых людей чаще всего выливается в стандартный, но от того не менее полезный комплект из здоровья, красоты и физической силы.

У больных головой и сущих монстров, впрочем, всё на самом деле идёт примерно в том же направлении, однако, если можно так выразиться, неправильные запросы приводят к неправильным ответам. Но сейчас не об этом.

В общем, помня о силе, что виднелась в этой девушке даже множество лет назад, не удивительно, что я ожидал многого. Да и генетика у неё ещё тогда прослеживалась интересная - как бы не утверждали родители, далеко не каждый ребёнок выглядит сущим ангелочком в детстве. Не говоря уже о столь редких даже в этом мире сочетаниях платины шевелюры и малахитовой зелени глаз.

Однако видя эту нимфу теперь, еще и с такой фигурой... Сколько ей там сейчас, шестнадцать-семнадцать, кажется? Ну что же, годам к двадцати эта пигалица точно вырастет в натуральную топ-модель по версии всех модных журналов Земли. Песочные часы с чем-то между вторым и третьим размером спереди и, судя по охвату бёдер, соответствующим багажом сзади - это опасное, очень опасное для несчастных мужчин сочетание. Да что там, судя по реакции стражников - даже местные людишки, у которых в почёте так называемые пышки, иначе говоря - размеры пообширнее, и те отключались при виде такой красоты. Потому что гармония форм - это не что-то социально выверенное, но объективно приятное с точки зрения подсознания... Ну, или чего-то в подобном роде.

Золотое сечение, все дела - никогда не увлекался искусством, так что не знаю. Да и сейчас об этом задумался только под влиянием прекрасного вида перед глазами.

В общем, к длинному, нежно струящемуся платью цветов серебра, золота и летней зелени я перешёл лишь под конец затянувшейся паузы. И... ну, оно было красивым, да. И очень подходило красавице, что не подлежало сомнению. Однако это точно была та самая ситуация, когда именно человек красил одежду, а не наоборот, так что она наверняка была бы великолепна и в сущем рванье.

Сбросив наваждение рефлекторным морганием, я ещё раз оглядел эту кротко замершую фею прямиком из недетских сказок, которая, безусловно, совершенно случайно оперлась о какой-то каменный стол попкой и согнула правую ножку в коленке, чем ещё выгоднее очертила... пожалуй, вообще всё.

- Так... - мозги всё ещё ворочались с некоторым трудом, ошеломлённые полученным ударом. Кажется, крови им тоже не совсем хватало - красота девушка пробилась сквозь все установленные преграды, и этот факт шокировал не меньше всего остального. - Ниавель... И зачем?..

- А тебе не нравиться? - уточнила она нарочито невинно, после чего завела ручки назад и оперлась ещё и на них, демонстрируя себя во всей красе. Но это на меня уже подействовало слабо - я был сражён красотой, а не сексуальностью, хотя и последняя имела своё влияние. Причём наряд изначально подбирался явно именно для такого эффекта, поскольку ни плеч с руками, ни щиколоток, ни ключиц с тонкой шеей одежда на показ не выставляла. А ведь могла - насмотрелся на подобное даже на приёмах по северному этикету, в то время как у южан, по слухам, демонстрировать могли вообще практически всё тело. Даже грудь оголять - чего, на минуточку, и на Земле-то после сексуальной революции делать было не принято.

Так что девушка знала, куда бить. И сейчас, видимо, просто импровизировала, что получалось уже не столь эффективно.

Пожалуй, это понимание меня окончательно и отрезвило. Не люблю, когда мною пытаются манипулировать.

- Ну и зачем ты так... подготовилась? - прикрыв на мгновение глаза и обведя прекрасную фигурку движением ладони, снова на собеседницу взглянул уже полностью контролирующий себя мужчина. Вроде бы. - Я ведь всё равно пришёл сюда ради твоего спасения, Ниви. Пытаться поразить моё несчастное сердце было совершенно не обязательно.

- А... получилось? - не обидевшись и нарочитой паузой даже как-то просмаковав момент моей видимой слабости, спросила красавица и лукаво улыбнулась. После чего одним слитным, плавным, совершенно чарующим движением с опорой на поджатые ножки поднялась в полностью вертикальное положение.

Ладно, движение было обычным для тренированного человека - я так тоже мог, причём как плавно, так и в едином рывке. Просто красавица, как на взгляд мужского мозга, всё делала совершенно чарующе.

Кажется, отбросить это наваждение будет не так уж просто. На этот раз этот пусть и прекрасный, но всё же относительно привычный землянину вид чрезвычайно привлекательной девушки, явно что-то цеплял во мне, однако вычленить причину всё никак не удавалось... Поэтому отвечать решил честно, как привык с ней - всё же с тем количеством компромата, что у нас собралось друг на друга, вопрос доверия достаточно тривиален.

- Пожалуй, действительно, - ещё раз оглядев чарующее видение сверху донизу и получив тем самым ещё одну дозу удовольствия, признал я очевидное и кивнул. - У тебя действительно получилось, но вот что - вопрос хороший и пока, увы, безответный. Да и мои сомнения ты развеять что-то не торопишься...

Намёк не понял бы только идиот, а таких в помещении не было.

- Ох, ну, мой мотив очевиден! - улыбнулась она, смотря... с непонятными для меня эмоциями на лице. - Когда рыцарь приходит спасать даму в беде, леди положено быть ослепительно прекрасной, чтобы придать доблестному воителю решимости!

Под конец речи блондинка приподняла руки жестом духовного пастыря, вытянула их ко мне и добавила в голос изрядную долю пафоса.

Язва. Столько лет прошло, а как была хитрющей манипуляторшей и язвой, так ею и осталась. И таких в моём окружении уже как минимум две - спасает лишь то, что одна ещё настолько мала, что пока не умеет ходить. Впрочем, не то чтобы этот факт сильно мешал коварным планам мелочи...

Люблю её.

- Я бы мог поддержать эту шутку и сыграть удивление от того, что ты ждёшь здесь не только меня, злобного тёмного колдуна, но ещё и какого-то непонятного рыцаря... но, пожалуй, не стану, - протянул задумчиво.

- А зря! - с тихим смехом погрозила мне пальчиком Ниавель. - Твоя шутка - одно из немногих хороших вещей, что может произойти с этим городом!

И я не нашёл, что сказать в ответ на такое заявление. В смысле... Ну да? Ванония сейчас в настолько глубокой заднице, что юморески левого человека - это вот реально всё хорошее, на что местные могут надеяться. Или она имела в виду что-то иное?..

Кстати, говоря о заднице...

- Ты мне вот что скажи, дорогая моя... - протянул неспешно, но внушительно. - Сразу я, признаться, не заметил, но с каких это пор ты используешь белила? Помниться, кто-то очень сильно негодовал относительно этой косметики.

Не то чтобы ей вообще было нужно как-то подчёркивать красоту, - дополнил про себя. - Впрочем, мода - штука такая. Даже если ради навара на ней приходится терпеть, выступая ходячей рекламой товара.

Да, денег и услуг мы тогда получили немало, однако с тех пор девушка зареклась применять косметику, даже созданную моим руками. И что же в таком случае я вижу на её щёчках, спрашивается?

Улыбка на лице красавицы как-то сразу увяла, большие малахитовые глаза чуть потускнели и в тенях, заполнивших комнату всего с несколькими горящими свечами позади девушки, стало заметно то, от чего меня старательно отвлекали. Однако, судя по всему, всё же недооценили модифицированные органы чувств.

Пазл начал складываться:

- Белила, правильное освещение, плотно занавешенные шторами окна и довольно откровенный наряд... Что же с тобой случилось, Ниви? Насколько ты пострадала?

Полные губки, едва заметно подёрнутые нездоровой синевой, растянулись в напряжённую тонкую линию. А взгляд стал ещё более сложным.

Она долго молчала, прежде чем ответить:

- Эти дни были... непростыми. Все мы истощены и... заплатили свою цену за волшбу.

- Не беспокойся, - решительно приблизившись к ней, взял её маленькую, удивительно холодную ладошку. - Мастер плоти излечит проблемы даже быстрее, чем любая алхимия. И в помощи я не откажу ни тебе, ни твоим людям.

- Благодарю. Слава богам, что у меня есть такая... поддержка, - с бледной улыбкой ответила она, отводя взгляд.

- Впрочем, запасы снадобий у меня тоже имеются, - продолжил, проигнорировав слова девушки. - Знал, куда и к кому иду, так что запасся с лихвой.

- А?.. А! - неуверенно спросила было она, оглядев мою лишённую средств переноски багажа фигуру, и лишь после вспомнила, видимо, о волшебном инвентаре.

Через неё я заказывал некоторые специфические вещи для закрепления и улучшения этого моего преимущества, так что ради эффективности пришлось посвятить волшебницу в некоторые детали. Не то чтобы это искусство так уж скрывалось - как я уже говорил, у каждой школы магии были свои методы создания личной сокровищницы.

Сама же девушка до таких высот пока ещё не доросла, о чём стенала с тех самых пор, как узнала о моём живом артефакте.

- И ещё кое-что, - не успела было красавица повеселеть, явно облегчённая направлением развития разговора, как я с ехидной улыбкой поспешил разрушить её надежды. - От слов своих не отказываюсь - ты та ещё дура, готовая рисковать жизнью ради горстки людей и непонятного, хрен пойми зачем нужного артефакта.

Уже на этом моменте едва вернувшаяся на лицо Ниавель улыбка замёрзла, обратившись кристаллом льда. Что особенно хорошо смотрелось при её внешности - этакая ледяная королева с колдовским огнём в глазах, просто загляденье. Однако я, естественно, даже не думал прерывать речь:

- Но! - весомо поднял палец вверх, чтобы по прошествии нескольких мгновений мягко ткнуть им в аккуратный носик. - Раз уж я добрался сюда, поднял столько народу и отвалил целую гору золота наёмникам, рискуя при этом потерять ещё даже не захваченный город... Ну и ради твоей благодарности, конечно... В общем, постараемся действительно всё вывезти и всех, кого нужно, спасти.

Снова между нами повисло долгое молчание, во время которого менялся лишь взгляд моей собеседницы. И снова же я не мог его, да и эмоции на её личике, прочитать - нередко мой опыт, магия и модификации, позволяющие улавливать мельчайшие изменения мимики и прочие реакции тела на выработку определённых гормонов, спасовали как с представительницами слабого пола, так и с людьми достаточно широкого кругозора. К последним зачастую относились купцы и аристократы, а также некоторые охотники с воинами. В то время как крестьяне и мещане в большинстве своём оставались просты и понятны, хотя и среди них попадались уникумы.

Ну и духовенство - та ещё русская рулетка, конечно. Вообще раз на раз не приходится.

Однако в конце концов девушка сделала свой ход. И если я ожидал вполне привычных для нас уступок, так или иначе сводящихся к ценным ингредиентам и магическим знаниям, то вот она, видимо, выработала на мой счёт какое-то иное мнение. Приятное, безусловно, но совершенно неочевидное.

Потому что эта хитрая, мелкая, наглая врунишка, обманом вытянувшая из меня то проклятое обещание... Она меня поцеловала.

В губы.

Просто в губы, без, так сказать, продолжения. Но зато сперва вообще умудрилась потеряться под моим охреневшим взглядом, а потом просто прикрыла глазки, чтобы, значит, не видеть удивлённую рожу напротив.

Нет, ну такой наглости я уже не стерпел!..

***

Сцена красками: я, она и её дед.

Сидим.

Смотрим друг на друга.

Я - непроницаемый, каменный человек... но, видимо, что-то во взгляде всё-таки проскальзывало, поскольку взор старика чем дальше, тем всё больше наливался свинцом и пламенем инквизиции.

Оппонент напротив - лыс, морщинист, хмур и чувствует себя в целом не очень. Впрочем, не совсем понятно, что служит тому причиной - война и усталость, или родная внучка.

Праправнучка точнее, если я правильно помню... Или всё же три "пра"?

Ниавель же, что называется, "сделала гадость, и теперь на сердце радость"! Красная-то она - красная, но при этом ещё и слишком уж довольная на вид. И радостная. И бесы во взгляде хороводы водят. И вообще - словила шальной кураж и развалилась на стуле, будто только что всё золото Финаритии выкрала и теперь ожидает застолье по этому поводу.

Сидим.

Смотрим друг на друга.

А я-то ведь даже помять это чудо заморское не успел - только к французскому поцелую перешли, как в дом ворвались посыльные с сообщениями о ситуации на фронте, из-за чего старикан, спустившийся со второго этажа, обнаружил подозрительно лежащие на полу тряпки. Которые, при ближайшем рассмотрении, оказались церемониальным одеянием жреца одного из культов.

Словом, нас спалили. Учитывая нашу магию и остроту моего слуха, увидеть смогли лишь чинно беседующих молодых людей, однако красный цвет до того опечаленной дамы наводил на некоторые подозрения. И долбанутая улыбка на устах красавицы делу вот вообще не помогала.

Женщины... Насколько просто и понятно было с мелким, настолько же сложно с ними. И ведь главное, что их в моей жизни почему-то становится только больше!

Где, спрашивается, Ниви со своими людьми ещё сможет пожить, пока город хоть чуток не отстроят? Правильно, у нас! Не то чтобы герцогство было против новых магов - территории огромные, население - тоже, так что работа найдётся всем. Однако чуется мне, что никуда эта красотка не уедет. Не знаю, каким образом будет это дело оправдывать, но уж она-то слова найдёт. А учитывая наличие у Ниавель целого ассорти бизнес-контактов едва ли не во всех странах ойкумены, такой источник ингредиентов и образцов никуда от себя не отпущу уже я сам. К тому же, можно будет прикрыть себя зеленоглазым щитом от матримониальных планов некоторых родов...

Ладно, не будем забегать вперёд - сперва нужно договориться и спасти людей. Первого, впрочем, добиться будет нетрудно - не в том гильдия положении, чтобы артачиться.

Тихо выдохнув и прикрыв глаза на мгновение, я отбросил мысли о произошедшем недавно и преступил ко много более привычной, родной и прекрасно известной политике.

- Что же, - начал без лишних эмоций. - Несмотря на отсутствие верительных грамот, думаю, вы не подвергните сомнению мои права в заключении договоров от имени герцогства?

Оба, что девушка, что старик, уловили изменение тона беседы моментально, однако отреагировать соизволил только глава гильдии - он подобрался и нахмурился. Однако, судя по лукавой улыбке красавицы, и у неё в рукавах присутствовали козыри.

- Безусловно, мы верим вам, мэтр, - подобающе ответил старец, после чего скосил вопросительный взгляд на Ниавель. А когда реакции от витающей в облаках девушки не последовало, издал выразительный и очень осуждающий хмык. И вот он уже подействовал:

- А я-то тут причём? - наигранно удивилась она в глаза родственнику. - Впрочем... - улыбнувшись, блондинка повернулась ко мне. - Возможно, у меня найдётся кое-что в счёт будущего соглашения. Однако, думаю, стоит сперва определить ценность этого... предмета.

Спрашивать, о чём она говорила, не имело смысла - все за столом были в достаточной мере осведомлены о причине нападения нелюдей. Немного настораживала нарочитая обтекаемость формулировок, которая указывала на отсутствие доверия к членам своей же гильдии, однако, вполне вероятно, что ничего предосудительного за этой тайной не крылось - я тоже не спешил информировать подчинённых о многих своих проектах и ничего плохого в том не было.

С другой стороны, могло сложиться впечатление, что кроме загадочного ящика девушка предлагала в качестве товара и саму себя... Однако для самого себя я решил, что оно было ошибочно - пребывая даже в много более худших условиях, высшую северную аристократку и мощную волшебницу по совместительству никому не продали, не отдали и даже не сватали. Да и сама красавица на такое никогда бы не согласилась, поскольку гордость и чувство самоуважения имеет на зависть многим. Впрочем, и склонить к подобному силой её тоже никто особо не пытался, поскольку понимали всю опасность обиженной волшебницы, способной сравнять с землёй от половины до четверти замка во время супружеской ссоры.

Словом, чтобы добиваться такую, нужно иметь очень увесистые аргументы в штанах. И уж кому, как не представителю самой живучей школы магии, решаться на подобный риск, верно?

Мысли промелькнули стремительно, тогда как в реальности я просто согласно кивнул.

Что же, давайте посмотрим, ради чего весь этот сыр-бор.

- Без меня, молодые люди. Не хотел бы вновь встречаться с тем... предметом, - пока мы вставали, неожиданно выдал старик и увёл взгляд во тьму за окном.

Его внучка в ответ только согласно кивнула с серьёзной миной, однако даже не замедлила свой шаг, чем выдала ожидаемость подобных слов от её родича. Если и вовсе не срежиссированность.

Ладно, это уже интересно...

Глава 50 - Пылающий город, часть 3 - Красавица и Чудовище

Путь оказался неблизок, так что нам выдалась ещё одна возможность поговорить о чём-то ином наедине. И я, как человек целеустремлённый, читай - упёртый, и немного, самую малость тупенький, не преминул вновь задеть волнующую тему.

- Так что это был за перформанс, Ниви? - идя следом за спутницей и наслаждаясь каждым её шагом, всё же отвлёкся я от созерцания прекрасного. И получив в ответ спокойный взгляд повернувшегося ко мне личика, поспешил уточнить вопрос: - Знаю, до простого соблазнения ради выгоды ты бы не опустилась, так что просто хочу понять, чего теперь от меня ожидает такая красавица.

- Прямолинейно, - спокойно прокомментировала она, отвернувшись.

- Уж поверь, флирта я наелся вдоволь, - заверил, зябко передёрнув плечами от воспоминаний. - К тому же, я слишком ценю и уважаю тебя, чтобы заниматься подобными глупостями всерьёз. Так что... просто хочу понять, что происходит, и только.

- Понять... - понизила она тон практически до шёпота. - А на что это, по-твоему, похоже?

И замолчала.

Повисшая тишина, сопровождавшая наш путь, не приносила спокойствия - в последнем предложении, сказанном Ниавель, чувствовался налёт обиды, от чего теперь я терзался вопросами. Вопросами, на которые не в силах был найти ответов.

В смысле... Что с ней вообще произошло? Страсть? Так не у волшебницы же - маг есть личность либо достаточно волевая, либо безнадёжно мёртвая если не телом, то разумом. Любовь? А откуда? Конечно, мы долго и продуктивно общались, делились страшными тайнами, поддерживали друг друга, помогали и разделяли общее увлечение...

Дарили подарки...

Поздравляли в праздники и успокаивали в дни неудач...

Рассказывали о жизни...

Делились планами...

И я сорвался в пекло ради того, чтобы спасти жизни её и её близких...

...

Да ну нет.

Неужели я - идиот, который не предвидел вполне закономерный итог развития наших отношений?

Решив поделиться выводами с причиной самоуничижительных мыслей, искренне спросил:

- Ниви, скажи, я - дурак?

После моих слов девушка аж замерла на несколько секунд, превратившись в статую имени самой себя. После чего стремительно развернулась, зачем-то вгляделась в мои глаза, резко приблизилась практически вплотную и прошептала:

- Нет, - и улыбнулась. - Дурак не удостоился бы такой награды...

И мимолётно впилась в мои губы, чтобы спустя всего несколько преступно коротких мгновений уже снова вести меня куда-то в подземелья гильдии.

Ладно, её мнение на этот счёт я понял, осознал и даже записал на задней стенке черепа, чтобы не забыть. Теперь вопрос в ином - а оно мне вообще надо?

В смысле...

У меня были отношения на Земле. Короткие. И закончилось большинство из них, прямо скажем, отвратно. Не просто так образовались проблемы с доверием - многажды преданный дует на воду, не желая снова обжечься. Как можно меньше контактирует с людьми на личные темы, скрытничает, бежит от любых привязанностей...

И пусть здесь, в этом мире, я обрёл тех, кого могу назвать близкими и даже семьёй, однако спутница жизни - это всё же немного другой уровень рисков. И ладно бы землянка, но нет - местная высшая аристократка по рождению, мощная волшебница и, как и все мы, немножко чокнутая красотка. С такой не о предательстве доверия думать нужно - выжить бы после ссоры.

К тому же, имеется и другой момент - настолько бы лояльно благородное общество не относилось к экстравагантному поведению чародеев, однако разводы всё же таки не одобряет. Причина банальна - учитывая, что браки по любви в нынешние времена не приняты даже в низших сословиях общества, всеми супружество воспринимается этаким аналогом нотариально заверенного договора с неизбежным откупными в случае расторжения. Развод таким образом становится не иначе, как натуральным разрывом союза между семьями, если не предательством, от чего бьёт не только по репутации, но и ярко отражается в политической сфере разных уровней социума.

Иначе говоря, развод - это не только позор, но ещё и весомый повод для конфликта. Повод яркий, шумный, от чего не ответить на него зачастую становится просто невозможно. Иначе посчитают слабым и банально сожрут, не оставив даже костей.

А на меня что в герцогстве, что за его пределами облизываются очень, очень многие.

Так зачем он нужен, такой риск? Ради чего? Не лучше ли прекратить углубление отношений сейчас, постаравшись сохранить хорошую дружбу, чем жить потом с недовольной, обиженной женщиной? Особенно, с этой конкретной представительницей прекрасной половины человечества? Ниавель так-то боевая волшебница, а гореть или обращаться промороженной до костей котлетой - оно как минимум больно. Если не смертельно.

Да и характер у девушки... сложный. Манипулятивный такой, прямо скажем - опасный. Как говорили на Земле-матушке, девочка вся в красных флагах.

А с другой стороны, согласится ли она вообще вернуть всё так, как было раньше, если я решу сдать назад?

Ну...

...

А хрен там! Эта зеленоглазая блондинка - девочка не менее, а то и более упорная, чем я сам. До сих пор ведь месть убийцам родителей планирует. Да и зная её характер, меня просто планомерно загонят к стенке, лишат выхода и начнут штурм, потому что если эта дурында что-то втемяшила себе в голову - то отпустит идею только со смертью. В данном случае - своей или моей.

А мне не хотелось бы ни того, ни другого.

Плюс, не следует забывать, что сейчас эта красавица - подросток с бурлящими гормонами, которая, если мои подозрения окажутся верны, повстречала свою личную вариацию "принца на белом коне". На что способны девочки ради любви в таких случаях - история, воспетая в веках поэтами и описанная в некрологах патологоанатомами.

Резюмируя - я в тотальной заднице без права на освобождение. А охотница, что волей-неволей загнала в тиски капкана, выпустит добычу лишь в одном конкретном случае. Просто блеск.

Как же надо мною будет ржать мелкий...

...Как я представлял предмет, ставший причиной всего того, что ныне творилось с Ванонией за пределами здания гильдии? Как вообще мог выглядеть загадочные ящик размером метр на два, и что в нём должно было находиться, чтобы вызвать такой ажиотаж у всех, хоть сколь-нибудь информированных сторон?

Ради чего умирали, умирают и будут умирать сотни и тысячи?

- Ну... выглядит как минимум интересно, - с кривоватой улыбкой, попытался я скрыть свои истинные эмоции от впившейся в меня взглядом девушки. Видимо, получилось так себе, поскольку ответом стала широкая улыбка с нотками чего-то... опасного.

- Я знала, - шёпотом подтвердила она мои опасения, - что в отличие от прочих, ты поймёшь! Но с одного лишь взгляда... Это хорошо...

И после сказанных слов улыбка красавицы превратилась в откровенный оскал, а глаза и личико в целом принялись излучать довольство, причина которого осталась для меня неизвестна.

Рефлекторно не передёрнуть плечами оказалось непросто... Поэтому, во избежание рецидивов, я предпочёл рассматривать не милое личико, ставшее маской какого-то маньяка, а цель непродолжительного путешествия по подземельям здания - контейнер глубокого чёрного цвета.

И всё-то с ним было не слава богу.

Идеально ровный, глянцево-чёрный, блестящий характерным металлическим отливом - уже лишь это в реалиях мира вокруг тянуло на нечто невозможное. Впрочем, вспоминая летающие в небесах военные механизмы прошлых цивилизаций, под удар одного из которой я едва не попал относительно недавно, приходится уточнять, что невозможно произвести нечто подобное, вероятно, было лишь в нынешних реалиях. А вот в прошлом...

С другой стороны, имелись у ящика и менее очевидные, но куда более волнующие детали. Например, отсутствие замочных скважин, линий разделений материалов или каких-либо иных элементов, характерных, собственно, для контейнеров. На вид поверхность была идеально ровной, однородной, и гордо сверкала абсолютной чистотой, будто её совсем недавно тщательно помыли и высушили. И это при том, что историю злоключений этой вещицы мне вкратце успели поведать, и я ожидал увидеть на ней если не сколы с царапинами, то хотя бы вмятины от обломков обвалившихся зданий.

Не припомню настолько прочных металлов и сплавов, что были бы способны выдержать такие испытания без видимых повреждений.

Впрочем, этот факт мерк на фоне другого, гораздо более впечатляющего - полной инертности контейнера к магии.

Нечто размером с гробик полностью игнорировало заклинания и Ветра, не давая манипулировать ими внутри своего пространства. Хотя косвенные воздействия вполне работали - неизвестный материал грелся, охлаждался и поглощал электрические искры. Впрочем, ничто из этого не повреждало его, как и не оставляло каких-либо иных следов.

Признаться, заинтересовали меня неслабо - даже не зная сути содержимого, хотелось иметь в своём распоряжении хотя бы его чудесную упаковку. Сколько интереснейших применений можно найти этому металлу, столько проектов получат свои прорывы...

- Заинтригован, - сказал и обернулся, желая поделиться своим мнением, но в итоге получил лишь всю ту же широкую, маньячью улыбку. Ниавель, казалось, даже не моргала с последнего нашего обмена репликами, хотя было это, безусловно, лишь преувеличением - просто замершая в тусклом свете настенных светильников тонкая девичья фигура создавала слегка жуткое впечатление. К тому же, она так и осталась стоять позади меня, что также нервировало. Так что, дабы продвинуть её к продолжению повествования или хоть к какой-нибудь иной реакции, я так и остался стоять лицом к собеседнице, замерев подобно девушке.

Однако не реагировала она довольно долго.

Далеко не сразу мне удалось приблизиться к пониманию происходящего. Её застывшая фигура, лёгкая дрожь ладоней, опустевшие глаза, в которых изредка мелькали искры глубоких эмоций...

Неуверенность - вот что чувствовала сейчас Ниавель. Неуверенность и, быть может, страх. Не мог её винить - что бы не скрывалось в недрах чёрного ящика, ради него не постеснялись развязать воины и люди, и нелюди.

Однако... Если она не испытывала ко мне достаточного доверия, то почему мы спустились сюда лишь вдвоём? Рядом не чувствовалось ни магов, ни волшебных ловушек. Да и ниш, столь удобных для засады, в коридорах тоже построили маловато. Конечно, многие из них могли быть до поры скрыты различными механизмами, однако... Какова вероятность того, что в недрах гильдии Ванонии готовили ловушку специально против меня?

Чья паранойя серьёзней, моя или всё же хозяев этого места?

Вопросы, однако...

Наконец, девушка переборола свою тревогу и отмерла, впрочем, так и не дав подсказок относительно истинных причин своих волнений. На мой вопросительный взгляд она лишь улыбнулась и стремительно присела в коротком, кокетливом реверансе, как бы прося прощения за задержку.

И лишь внимательность и рефлексы позволили заметить на её личике выражение вины, что стремительно преобразилось в холодную маску расчётливой решимости. Какие-то тёплые чувства там тоже угадывались, но явно не в той пропорции, в которой красавица стремилась показать мне ранее.

Маска безжалостности.

Или по крайней мере так расшифровал полученные образы мой примитивный человеческий мозг, непрерывно стенающий от попыток осознания эмоций, кружащихся в Ветрах вокруг сильной волшебницы.

Так или иначе, кое-что стало понятно.

Снова ложь. Печально, но, к сожалению, закономерно. Значит, я всё же не был дураком - любовь не могла возникнуть на скудной почве рабочих отношений, а симпатии, даже существуй она в действительности, не хватило бы на столь решительные действия со стороны благородной дамы. Как и прежде, за этой историей тоже стоял расчёт. Осталось только понять, какой именно.

Но со стороны Ниавель я такого удара, безусловно, не ожидал...

Даже как-то больновато.

Однако это никак не отразилось на лице, и я продолжил наблюдать за ней с благосклонной улыбкой. И пока внутри моей души отпускались натянутые предшествовавшими событиями струны, а разум переключался на гораздо более привычный деловой режим, в рамках которого общение с демонстративно симпатизирующими девицами являлось уже более чем привычным делом, блондинка подошла к чёрному хранилищу и положила на объект ладони, принявшись хитрым образом ощупывать его.

Знаковый щелчок раздался далеко не сразу - добрый десяток минут понадобился девушке для того, чтобы раздался знаковый щелчок. Минут, что занимали лишь руки красавицы, скользившие по холодному металлу в причудливом танце надавливаний и неуверенных поглаживаний.

- Впервые такое вижу, - не мог не прокомментировать столь сложную систему безопасности. Впрочем, подразумевая не только сказанное.

И подруга разглядела второе дно:

- Контейнер принадлежал тем, кто выкрал и привёз артефакт в наш город, - не отрывая взгляда от горизонтальной линии, разделившей предмет на две неравные части, ответила девушка. - Они любезно поделились единственным верным способом открытия со мною, после чего погибли.

Поскольку на меня не смотрели, подтвердить успешное получение ответного намёка пришлось вербальным "ясно".

Однако, как оказалось, на этом список того, что она хотела сказать мне перед открытием громадной шкатулки, отнюдь не исчерпался.

- То, что ты сейчас увидишь, может шокировать, - повернув голову и посмотрев мне прямо в глаза, серьёзным тоном начала монолог девушка. - И даже быть... опасным.

- Были трагические прецеденты? - не мог не спросить, мигом насторожившись.

- Нет, - она бледно улыбнулась, отводя взгляд. - Многие уже видели, в том числе и я с дедушкой. Просто... Просто не расслабляйся, ладно? И тогда всё будет хорошо!

Какое-то время я не отвечал, продолжая рассматривать выражение лица Ниавель. Её неуверенность, волнение, надежду и ту самую расчётливую, холодную решимость. Не понимая, что означают все эти эмоции, какова их причина, я мог лишь спросить:

- Ты уверена, что всё настолько просто? Уверена, что риска нет?

Улыбка девушки дрогнула и в следующее мгновение пропала, а взгляд, вновь устремившийся на меня ранее, не заметался по помещению явно лишь из волевого усилия красавицы. Однако, несмотря на мимику, голос её не дрогнул:

- Уверена.

А зелёные глаза будто бы говорили обратное.

Однако, как бы глупо это не звучало, происходи такой бред с кем-нибудь другим, не с этой конкретной зеленоглазой блондинкой, и сейчас в этих подземельях стало бы на одно мёртвое тело больше. Но ей я доверял в достаточной мере, чтобы рискнуть.

"В крайнем случае, модификации помогут", - подумал тогда, решительно кивая и говоря: "Ладно, давай начнём".

И не успел я толком приблизиться, как изящные ручки стремительным жестом отбросили крышку. И в тот же момент, стоило взору зацепиться за самый краешек артефакта, как разум заполнили ведения, а чувства погрязли в галлюцинациях.

Но всё было столь реально...

Сначала передо мною пронеслись мимолётные картины Ванонии - большого, богатого торгового города на речном берегу. Его тесные улочки и огромный порт, пёстро одетые негоцианты по соседству с бедняками в грязном рванье, малые аристократы в тавернах с отъявленными пиратами - калейдоскоп ярких образов того, что я видел лишь несколько часов назад, и в далях давно минувших. Промелькнула и Ниавель - теперешняя, опасная и прекрасная, и та малютка, которая когда-то тронула моё зачерствевшее сердце.

Невольно, внутри свернулся тугой узел печали - крошечный, но чувствительный. Я не брался определить, что именно послужило ему причиной, да и не было на то времени - поток нёс всё дальше и дальше, ко всё более давним берегам.

Город сменился кораблём и запахом соли, раздражая нюх привкусом тухнущей рыбы. Кожа и дерево, пот и алкоголь, качка и крики трижды проклятых чаек - всё смешалось в тошнотворный водоворот, лишь чтобы закончится в Финаритии. В городе, где золото и яд текли по улицам то тихо, то бурно, подобно горным ручьям близ башни, где столь долго я прожил.

В башни, из которой когда вырвался подобно дикому зверю, посаженному на цепь горделивым охотником.

Там, под крылом злобного старика, рыбий дух становился ещё более гадким - без гнили к нам морепродукты не попадали.

К горлу подкатил комок, и от желания опорожнить желудок защипало в глазах. Однако водоворот красок вновь отвлёк, сметая картины и углубляясь в ещё более давней прошлое. Столь далёкое, полузабытое, что я думал - потеряю его однажды с концами.

Но артефакт, истинной формы которого я так и не успел увидеть, считал иначе.

Перед глазами замелькала Земля, вызвав прилив щемящей сердце нежности в душе. Отдых в отелях у песчаных пляжей бескрайних морей, полный запахов гниющих водорослей, йода и снеди, продаваемой бродящим среди отдыхающих торговцами. Обилие красок и пленительных форм практически обнаженных красавиц, суета в людском море, штиль и волнения, изредка перерастающие в шторма. Бассейны, экскурсии, парки развлечений, забавы на самом берегу...

Было... весело? Да не очень, на самом-то деле. Не будучи любителем праздного лежания на солнышке, душу мою не трогал ни основной лейтмотив отдыха, ни многочисленные, но столь же однообразные приключения. Скука - вот, что я испытывал. Наверное, именно по этому, несмотря на значительный по времени кусок жизни, проведённый на южных пляжах, выглядел он тускло и промелькнул стремительно, словно мельком, уступив место другим картинам.

Детство, родной дом, телевизор - именно тогда, глядя какие-то фильмы про бескрайние водные просторы, меня захватил этот вид. Банальный порыв юности, глупое увлечение на уровне любви к динозаврам, космосу и пиратским приключениям. Но в отличие от прочих, эта мечта сбылась, когда родители взяли меня в отпуск на море.

То море пахло совершенно особенным образом - теплом, специями и счастьем. Потому, уже будучи взрослым, я вновь приезжал на те берега, но так и не нашёл навеки потерянного чувства. Оно сгинуло навсегда немногим позже той поездки, вместе с браком отца и матери, а окончательно умерло уже после их смерти.

На глаза развернулись непрошенные слёзы. А видения продолжали свои метаморфозы.

Теперь они показывали то, что я уже давно позабыл - забавы на речке в компании таких же охламонов, купания в тазу одного гиперактивного малыша и, наконец, крещение младенца в церкви, внушительности которой позавидуют многие культы моего нового мира.

А после - темнота, тепло и комфорт вместе с равномерным стуком материнского сердца. Кажется, этого помнить я уж точно не должен был...

Но не успел додумать эту мысль, как образы вновь сменились. Вот только на этот раз совершенно особенным образом, словно бы углубляя прошлую картинку. Темнота потеряла сопровождавшую её благожелательность, став цепкой и холодной. Сердцебиение обратилось гулкими ударами где-то вдали, далеко за пределами маленькой сферы жизни, а уют заменил внимательный, давящий взгляд откуда-то извне.

На очередном ударе образ вновь усилился, получив новые грани - пусть и с трудом, я вновь смог ощутить тело, которое тут же пронзило болью. И снова. И снова. С каждым гулким ударом в Бездне холодных вод, словно волнами, по организму распространялись мучительные спазмы.

Которые усилились с новым тактом этой атаки.

Глубина звала, и казалось, что сама плоть отвечала на чужой голос.

Естественно, желая выжить, я начал бороться, от чего происходящее вскоре превратилось в какое-то подобие перетягивания каната, которым стала нить моей жизни. На одной стороне был стук, творивший с телом что-то совершенно противоестественное и неимоверно опасное. Ветра взбесились, натурально перековывая плоть во что-то иное, зачастую - сильно разное и плохо друг к другу подходящее, в то же время не стесняясь разрушать ткани органов чудовищным холодом.

С другой стороны, сражаясь сразу на нескольких фронтах, изо всех сил, да не стесняясь изобретать методы прямо на ходу, боролся за свою жизнь я сам. Боролся отчаянно, практически безнадёжно, стараясь и удержать отказывающий организм, и как-то уменьшить негативное воздействие, и, в идеале, вернуть себе чуть больше контроля, чтобы хотя бы просто отвести взгляд от артефакта.

Субъективно, это сражение растянулось на часы. Или даже на целые дни! Однако, к удивлению, в какой-то момент атака начала ослабевать, вновь сменившись бомбардировкой разума калейдоскопом разнообразных картин.

На этот раз оно, что бы это ни было, пожелало вытянуть мои воспоминания о морях и океанах. А особенно - о живности, что там проживала. Причём интересовала не только современная землянам, но и древняя, вроде каких-нибудь мозазавров, панцирных рыб и прочей фигни, о которой я уже мало что мог припомнить.

Впрочем, артефакт ни проблемы с памятью, ни мой скепсис совершенно не волновали - вытянув самые внушительные образы, их оживили, чтобы устроить одному самоуверенному химерологу сеанс животворящей талассофобии (прим. страх глубин).

Впечатлений - полные штаны! И хорошо, что тело практически не контролировалось, а то ведь мог и буквально оконфузиться. Однако даже так борьбу я не прекращал, в то время как воздействие всё продолжало слабеть, пока, наконец, не исчерпало себя достаточно, чтобы, неимоверным усилием выплыв из тенет навеянного, мне не удалось немного прийти в себя. И вспомнить, где нахожусь, ради чего и в каком виде.

И перед кем.

Однако, как выяснилось вскоре, Ниавель до моего состояния не было никакого дела - она сосредоточенно глядела в недра открытого контейнера, не реагируя на окружающую действительность. Для того чтобы это увидеть, мне пришлось перевести взгляд, однако рефлекторно возвращённый обратно на артефакт фокус внимания, к счастью, не привёл к новой атаке на разум. Присутствовало лишь старое, остаточное воздействие образов, взятых из моих воспоминаний. Хотя и создавалось иррациональное ощущение того, что стоит пройти некоторому времени, как Глубина вновь попытается утянуть в свои недра.

Впрочем, даже картины былого могли нанести некоторый урон, пусть без первоначального эффекта неожиданности шансов на это было немного. Так что я решил пойти до конца - вглядываться в нутро чёрного ящика, молча терпя боль и давление. Несмотря на рябящее зрение, словно бы несколько источников сигнала на одном радиоканале.

- Не вижу... - раздался рядом обиженный девичий голос. - Знаю форму и запах, но не облик...

Скошенный взгляд показал, что серьёзное личико Ниавель разразилось целым водопадом слёз. Глаза её покраснели от лопнувших капилляров, бровки выгнулись к верху и судорожно задрожали, а губки превратились в тонкую линию и побелели от напряжения, скрывая гневно стиснутые зубы.

А вот мне спустя некоторое время удалось-таки прорваться сквозь поток картин, чтобы сконцентрировать внимание непосредственно на артефакте. И представлял собой он...

Руку.

Отрезанную руку.

На первый взгляд вроде бы человеческую, однако это впечатление оказалось ошибочным - она постоянно изменялась, то обретая иные цвета и оттенки, то покрываясь хитином или чешуёй, то проращивая шипы и перепонки меж пальцами, то проступая надписями на неизвестных языках на коже.

- И что же... - хотел было задать вопрос, однако пришлось прерваться из-за внезапной хрипоты ради того, чтобы прокашляться. - И что же ты можешь сказать о форме и запахе этого... предмета?

Девушка молчала добрую минуту, прежде чем ответить:

- Продолговатое и с душком этого города, - её голос тоже охрип.

- Спасибо, - ответил, запнувшись, всё же не решившись раскрыть то, что увидел.

Может быть, я поступил бы иначе, не игрался она со мною во внезапно вспыхнувшую любовь. И не солги, мать вашу, о смертельной опасности всего этого предприятия! А теперь... теперь же мне пока просто не хватает моральных сил, чтобы послать такую "подругу" на три буквы.

О доверии и упоминать не стоит.

Спрошу с неё за всё, спасу - и пошла она... После таких предательств ни о каких личных отношениях не может идти и речи.

А я ведь прорвался сюда спасать эту неблагодарную дрянь...

Хотя, с другой стороны, Ниавель такая с детства - глупо винить льва в том, что он ест мясо, и столь же глупо обижаться на высшую аристократку павшего дома, что интриговала с самого малолетства. Чего ещё стоило от неё ожидать? Сам виноват - как был дураком, так им же и остался. Впрочем, как известно, не ошибается лишь тот, кто ничего не делает.

Зато относительно красавицы никаких сомнений не осталось. Уж не знаю, зачем ей всё это было нужно, но и плевать на самом-то деле - мне своя жизнь дороже чужих планов и желаний.

Что же до конечности в контейнере...

Трудно сказать что-то наверняка, однако понятно как минимум то, что воздействие артефакта на психику ограничивается выуживанием наружу и дальнейшим использованием любых достаточно сильных воспоминаний, связанных с водоёмами. Впрочем, границы этого эффекта довольно трудно определить. Одно дело - события, оставившие серьёзный след в моей памяти, однако последний фокус с водоплавающим монстрами явно работал по каким-то иным, отличным от прошлого механизмам. По другим методам.

Но так-то явление интересное, конечно. И пугающее. Когда чья-то отрубленная конечность одним своим обликом выворачивает наизнанку память случайно взглянувшего, невольно задашься вопросом, на что был способен первоначальный обладатель руки. И сколько таких, подобных ему, живёт и поныне, имея возможность вытянуть из меня все секреты в любой момент.

Ещё один страх в копилку моей паранойи.

К сожалению, мысленное отвлечение не прошло бесследно - я вновь потерялся в реке видений, с трудом разделяя реальность и вымысел. Картины сменяли одна другую с постоянной скоростью, методично и неотвратимо, исчезая лишь в моменты, когда отводился взгляд.

На самом деле, больше никакого давления на мозги не ощущалось. Наоборот, выглядело всё на диво органично и реалистично, совершенно не напоминая сон или неестественные приходы психоделиков. Так что запутаться меж истиной и вымыслом было действительно несложно. И лишь отрешившись от всего можно было осознать, что несмотря на всё пережитое в пучинах галлюцинации, на самом деле я ни разу не двинул и пальцем с того момента, как попал в ловушку. Так и продолжал стоять и молча взирать в недра контейнера из чёрного металла.

Впрочем, был и ещё один момент, вызывавший лютейший диссонанс - несоответствие между нынешними и прошлыми возможностями моих тел. Привыкнув к сверхчеловеческой остроте чувств, действительно поверить в повторное переживание минувших событий оказалось довольно трудно. Возможно, как раз именно это и помогало удерживаться на плаву в потоке навеянного, помня о сути происходящего.

Сложно внушить обычному человеку то, что он всегда был дальтоником, если воспоминания о разных цветах живы в нём...

Внезапно с громким щелчком всё закончилось - Ниавель захлопнула крышку. После чего всем телом вздрогнула, покачнулась и устояла на ногах лишь благодаря тому, что оперлась о само хранилище.

Вскоре, подхватив девушку под руку, поспешил помочь и я.

Нам стоило передохнуть. И продолжить разговор...

...Чтобы прийти в себя, Ниавель понадобилось минут пятнадцать. Со мной же ситуация обстояла довольно-таки сложным образом - ранения, нанесённые холодом, незаметно испарились сами собой, будто и не было, оставив на прощание лишь фантомные ощущения ноющих потрохов. Так что отдыха мне, к удивлению, так и не потребовалось - спустя минуту-другую лёгкая головная боль, незаметно возникшая за последним просмотром воспоминаний прошлого, окончательно исчезла, а никаких иных последствий не проявилось.

О причинах столь плачевного состояния Ниавель, в свою очередь, я мог только гадать. Вряд ли она выдержала бы даже нескольких мгновений атаки сравнимой с моей интенсивности, так что наши с ней испытания явно различались, причём существенно. Почему - гадать можно долго, однако, судя по симптомам, основное давление в её случае происходит на разум. И помня, в каком состоянии девушка пребывала ещё до начала просмотра, удивление вызывало скорее то, как она в обморок не грохнулась прямо на моих глазах. Поистине выдающаяся сила воли.

Однако пришло время разбирательств.

- Зачем показала? - таков был мой первый и, наверное, самый важный вопрос. Именно от ответа на него зависело, по какому пути пойдут наши дальнейшие взаимоотношения.

Да, я - дурак, который всё ещё надеялся на то, что поступок моей давней подруги будет оправдан обстоятельствами. Потому что дать возможность объясниться - это здравое, взвешенное поведение здорового взрослого человека. Пусть даже веры в лучший исход было действительно немного.

Ну, или как минимум хотелось узнать, ради чего она передала моё доверие, соврала и подставила под удар, о котором прекрасно знала? Явно ведь не ради чего-то столь банально, как захват в заложники - идеальный момент для подобного уже прошёл, а боевой группы на горизонте так и не появилось.

Так что я старался говорить непринужденно, однако то ли интуиция у красавицы оказалась настолько хорошей, то ли удержать эмоции не смог, а возможно - меня точно также читали по отражению эмоций в Ветрах, однако личико её вмиг исказилось в кривой улыбке.

- Проверяла, - раздался её тихий голос.

Естественно, мне такой ответ не пришёлся по нраву. Поэтому тяжёлый взгляд и колыхнувшийся гнев, на несколько мгновений выпущенный на свободу из тисков воли, заставили девушку продолжить. Но, не быть Ниавель самой собою, если бы она выложила детали так просто.

- Да, я проверяла! - кривая улыбка превратилась в холодную маску, призванную скрыть чувства. - Проверяла тебя. Себя. Нашу... связь... - на последних словах голос красавицы всё же дрогнул.

- Прелестно, - давление не снизилось ни на йоту. - Ложь и манипуляции... Ты ведь знаешь, как я их обожаю?

- Да-а, - теперь ее губы дрогнули в настоящей, искренней улыбке, что стала постепенно шириться, приобретая всё более пугающие нотки. - Поэтому не прошу прощения! Однако, думаю, мне будет, чем искупить вину...

- И чем же?

Попридержав ответ, девушка сперва подошла к контейнеру из неизвестного чёрного металла и возложила на него руки. После чего обернулась, вновь показав уже знакомую маньячью улыбку.

- Что бы ты знал, пережитое нами недавно - лишь побочный эффект этого артефакта. Его истинная сила в ином - в управлении Ветрами! Любой, кто сможет выдержать эту мощь, обретёт над водой и льдом власть, о которой не смели мечтать и величайшие чародеи!

Ага. Вот только будь всё так просто, и спасать тебя не пришлось бы.

- В чём подвох?

- Цена должна быть уплачена. И выдержать её... непросто, - немного капризно, но по большей части всё же устало искривились губки Ниавель, а на личико набежала тень. - Двумя днями ранее мне удалось явить чудо на поле брани, вморозив тварей в речную воду и тем самым остановив штурм, однако с тех пор мои разум и тело истощены... и не только...

Напомнив о последствиях, которые не пожелала демонстрировать ранее, она добилась того, чтобы внешне я стал более собран. И в дальнейшем продолжал говорить уже спокойно, собранно, учтиво...

Безразлично.

Видимо, она пока не замечала изменения моего отношения к своей персоне.

- Покажи.

Однако моя настойчивая просьба, фактически являвшаяся приказом, была проигнорирована с бледной, но неимоверно самодовольной ухмылочкой:

- Нет-нет, хитрец, такое - только после свадьбы! - девушка ожила и немного повеселела, засверкав довольными глазками и явно чего-то с нетерпением ожидая.

- Тебя нужно если не вылечить, то хотя бы стабилизировать, Ниавель. Ты же знаешь, чем чревато бесконтрольное воздействие Ветров.

- Ну... - красавица прикрыла глаза и состроила невинную рожицу, после чего начала трепетать ресничками. - Ладно, - посетила её лицо нежная улыбка. - Вот только я не шутила, говоря про свадьбу. Видишь ли... У меня есть к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

- Какое?

Я оставался нарочито безучастным, а душу постепенно заполнял холод, подобный навеянному Глубинами. С одной стороны, приближался апогей - конец всего предшествующего фарса, ради которого девушка в моих глазах опустилась... не на самое дно, конечно, но очень значительно. Настолько, насколько я сам от неё вот вообще не ожидал.

С другой стороны, мне совершенно не нравилось, куда она уводила разговор.

Тем временем мой вопрос, казалось, сорвал последние ограничители, и красавица зачастила, нервничая и благодаря этому оживая буквально на глазах.

- Изначально я планировала сделать всё немного иначе, но чего уж теперь... - ухмыльнулась она. - Что же, тогда к сути. И начну с того, что, к твоему сведению, этот артефакт обладает одним примечательным, очень говорящим названием. Более того, пусть и не владея нужными навыками, даже я смогла подтвердить в нём некоторую долю истины.

- И? - сложив руки перед собой, вопросительно выгнул бровь.

- Имя ему - Длань Смотрящего-в-глубь, божества бескрайних водных просторов.

"Бога?.." - впал я в некоторое замешательство и нахмурился. А вот волшебница от моей реакции просто расцвела, найдя откуда-то новые силы в своём усталом теле.

- Да-да, ты правильно понял! - её глаза вновь горели огнём. - Уж не знаю, кем был этот персонаж на самом деле, однако как минимум могущественным, а то и бессмертным чародеем - точно! А это означает...

- ...Что для исследований тебе понадобиться доверенный химеролог, понимаю, - понятливо киваю в ответ на речь.

- И тогда я решила... - она запнулась и прищурила свои прекрасные зелёные глазки, от чего, вместе с мерцанием огоньков неподдельного энтузиазма, они обрели поистине завораживающий отблеск лукавства. - Мне давно пора... и тебе - тоже... И так уж совпало, что наши нужды могли сплестись воедино в удивительно гармоничном тандеме. Соединение наших жизненных дорог позволило бы объединить усилия и достигнуть мечтаний каждого из нас, а также решить уже возникшие проблемы. Естественно, даже несмотря на мои... некоторые... симпатии, довериться тебе без проверки я не могла. Однако теперь...

- Я прошел какое-то испытание? - покладисто, как с душевнобольной, продолжил диалог.

- Да, да! - не удержав эмоции, взмахнула она руками. И покраснела. - Мы давно знакомы, давно достаточно близки... Столько вместе пережили... И пришёл спасти меня... И выдержал артефакт!

Её глаза заискрили, пожирая мою фигуру целиком, пока она продолжала:

- Я верила, что ты сможешь! Знала! И теперь... теперь... Теперь у нас будет всё, чтобы исполнить мечты друг друга! Мою месть и твоё бессмертие! Это... это был мой свадебный подарок, моё приданное, да!

Ниавель, уже ставшая было расхаживать передо мною, судя по всему, всё же заметила отсутствие какой бы то ни было реакции с моей стороны и внезапно замерла на половине шага. Несколько мгновений она разглядывала моё лицо, после чего как-то сразу вся собралась, осторожно подошла и положила ладони на мои все ещё скрещенные руки.

- Ты же согласен, правда? - и заглянула в глаза просящим, кротким взглядом.

- Зачем тебе нужно было... чтобы меня испытала Длань? - проигнорировав вопрос девушки, решил узнать куда более важный сейчас момент.

- Так... - она непонимающе моргнула. - А как бы иначе ты мог принять моё приданное?

- А если бы я погиб?

На это замечание она отреагировала ещё большим смятением.

- Но... Ты же не мог, правда? Я знаю, ты - сильный! Но слишком уж осторожный, так что пришлось скрыть некоторые детали...

- Какие? - не дал ей договорить.

- Смерти... Рыболюды приносили жертвы Длани. И ещё - две трети группы похитителей погибли, пока крали артефакт, - И поняв, что прозвучало сказанное не очень хорошо, волшебница поспешила добавить: - Но это всё были смертные! Не чародеи, как мы с тобой! Ведь я с дедушкой выдержали!

А я не знал, что можно было сказать в ответ на всё произошедшее. Хотя - нет, пожалуй, слова всё же нашлись:

- То есть, ты манипулировала мною, соблазняла, лгала и подвергла смертельной опасности ради... Ради чего, Ниавель? Объясни мне, зачем всё это было нужно, когда можно было просто сказать, прямо и не таясь?!

Я старался продолжать говорить спокойно, однако истинные эмоции, по-видимому, всё же прорывались вибрирующим тоном искреннего гнева. А девушка, поняв, что происходящее свернуло куда-то не туда, отступила на шаг и прижала руки к своей груди.

Мне мучительно захотелось пожать ей эту тонкую, изящную шейку со всей силы модифированных мышц. Сдержался, конечно, но звоночек - говорящий.

- Гарантии, чувства, выгода... Разве этого мало? - наконец, ответила она, прикусив нижнюю губу.

Задумавшись, понял, что, в принципе, девушка права - с точки зрения логики. Какой-то. В смысле, Дланью можно купить себе прекрасное место где угодно, особенно, на некоторое время завладев единоличной возможностью открытия контейнера. И даже более того, исходя из её стремлений, картина вырисовывалась ещё более прозаичная:

Либо блондинка свершает свою месть при помощи артефакта, вероятно превращаясь в монстра во время или сразу после завершения эпопеи.

Либо она объединяется со мною, получая немаленький шанс на счастливый конец в придачу с вероятным бессмертием, ведь исполнись моя мечта, и жену свою я обделять не стану.

А чтобы вариант номер два точно сработал, нужно, чтобы я, во-первых, мог работать с Дланью самолично, а во-вторых, был надёжен и не пытался предать девушку. И если первое проверить можно было лишь одним способом, то вот ради второго в ход пошли типичные женские приёмчики в купе с особенностями характера красавицы.

И всё бы ничего, вот только я, зараза такой, и без того человек сложный, параноидальный и малодоверчивый. А своими неосторожными выходками эта леди столь сильно напомнила обезьяну с гранатой, что более никакого доверия к ней у меня нет и не предвидится. Так что...

- Нет, всего, что ты обрела не мало, Ниавель... - печально вздохнул, отпуская напряжение. И опустил руки. - Вот только кое-что ты при этом утратила. Моё доверие. Так что - нет, я не стану сочетаться с тобой браком. И без Длани обойдусь, сколь бы не было соблазнительно её получить. Просто вылечу тебя, спасу со всеми, кого ты хотела вывести... Поживёшь у нас какое-то время, пока не встанешь на ноги... И наши пути разойдутся.

По мере моего монолога, девушка не двигалась, лишь покорно молчала и стремительно бледнела. В больших, ставших от удивления ещё более громадными глазах цвета малахита, горел шок пополам с испугом. Она явно не предполагала такого исхода.

- Почему? - только и смогли прошептать губы красавицы, хотя изо рта не вырвалось и звука.

- Потому что я ценю тебя в качестве делового партнёра... Но не желаю подобной супруги, - пожал плечами. - В погоне за собственными планами и стремлениями, ты совершенно забыла обо мне. Как теперь видно, даже возможный отказ не учитывала. Уж не знаю, каким видела этот гипотетический союз между нами, однако явно не таким, каковым представлял его себе я. А превращать свою жизнь в бесконечный поток страданий, скандалов и обид - увольте, мне такого совершенно не нужно.

И развернувшись, я отправился в обратный путь по подземелью гильдии, перед выходом из помещения бросив прощальное:

- Лучше найди себе на эту роль кого-нибудь другого, хорошо? А я с радостью помогу тебе во всех твоих планах... На основе наших обычных деловых отношений.

И вышел более не оглядываясь. На ближайший десяток минут видеть её больше не хотел.

Глава 51 - Пылающий город, часть 4 - Боль тела и духа

Тихо ступая по широким каменным плитам, шествовала по коридору девушка ослепительной красоты - словно неземное видение, потусторонний призрак чарующего, невозможного великолепия. На фоне её монотонного, неспешно шага терялись несовершенные детали, что имели наглость опорочить лик ангельского создания. Однако, несмотря ни на что, они, эти искусанные в кровь губы, темнеющие мешки под глазами, нездоровый румянец на бледном лице, покрасневшие глаза и местами обнажившиеся из-под белил участки фиолетово-голубой сосудистой сетки на скулах - все они имели место быть. И хотя в целом не бросались в глаза, оттенённые неоспоримой красотой восхитительного лика, однако всё же могли испортить впечатление возвышенного идеала в чужих глазах... Будь в подземелье ещё хоть кто-нибудь, кроме самой девушки.

Но никого больше не было. И даже будь иначе - единственный, чьё мнение важно для неё, ушёл давным-давно, оставив девушку одну.

В тишине.

В пустоте.

В смраде морозной затхлости, что, быть может, станет одним из самых ненавистных ей запахов.

Смраде, что так подходил чувству, поселившемуся в её сердце.

Погружённая в собственные думы, измождённая и бледная до синевы, она не замечала ни сжатых до белизны губ зубов, ни лихорадочно бегающего взгляда, ни дрожащих рук. Всё возможное внимание, все ресурсы истерзанного последними днями сознания были брошены на размышления лишь об одном.

О провале плана. Сколь неожиданном, столь же болезненном для её...

Для неё.

Этого не должно было произойти. Никак. Даже провал испытания артефактом был неприемлем и просто невозможен - не с этим человеком, способным, казалось, преодолеть любую преграду на своём жизненном пути. Едва ли давление на разум могло остановить того, кто беглецом, не имея за спиной практически ничего, сумел занять место одного из теневых королей Междуречья.

Она испытывала воздействие артефакта на других членах гильдии. Проверила и на себе с дедушкой, когда этот козырь понадобился для выживания. Статистика показала - чародеи выживали всегда, тогда как простые люди лишь в одном случае из трёх. В остальных же - либо обращались ледяными глыбами, либо теряли личность и волю, умирая от истощения спустя несколько дней.

Но маги выживали всегда. А с искусностью и силой воли единственного адекватного из известных ей химерологов, опасность, по всем расчётам, ему и вовсе не грозила.

В конце концов, раз уж выживали даже те ничтожества, кем она с радостью пожертвовала бы во имя знаний... Как мог проиграть он?

Даже мысль о таком звучала кощунственно.

Вот только для её... друга всё это не было аргументом. Она знала, как тот противоречив в своей осторожности - то избегая даже малой опасности, то, наоборот, ни с того ни с сего влезая в самое пекло. И не важно, эксперименты это были, охота на каких-нибудь жутких тварей или... спасение жизни не безразличного ему человека.

Поток мыслей девушки ненадолго прервался, а сердце болезненно сжалось. Она не заплакала, - давно уже отучилась, - но стала ещё бледнее. И губы её задрожали.

Однако миг слабости продлился недолго - вскоре размышления возобновились.

Отбросив лишние детали, стоило признать, что без сокрытия некоторых моментов, её... друг вероятнее всего просто не пошёл бы на риск. Что было недопустимо - договор между гильдией и герцогством требовалось заключить уже сейчас, чтобы кто-то смог прикрыть её верных слуг от гнева как тех, кто выкрал Длань у нелюдей, так и от прочих, успевших узнать о могущественном артефакте. Не говоря уже о том, что брачный союз со столь высокими ставками с обеих сторон стал бы не только гарантом поддержки для них обоих, не только предоставил её людям куда лучшее положение в чужой стране, но и открыл бы дорогу к исполнению маленького, но неимоверно важного желания девушки.

Желания, суть которого волшебница смогла осознать не столь давно. Но к исполнению которого двигалась решительно, целеустремлённо и невзирая на преграды.

Поэтому, пусть и не очень достойными методами, она вынуждена была склонить его к прохождению этого испытания - ведь только таким образом могла не только показать мощь приданного, но и склонить мужчину к тому, даже упоминания о возможности чего он, казалось, всегда предпочитал избегать.

К женитьбе.

Они не виделись с той встречи в далёком детстве. Общались, но не более того. И шансов на большее было немного - что первый советник герцога, что молодая наследница гильдмастера и теневая владычица Ванонии, просто не имели достаточного количества свободного времени, даже когда жили всего в неделе пути друг от друга. Хотя на самом деле эта проблема не стоила и выеденного яйца, существуй у обоих желание к встрече.

И оно было. Вот только не обоюдным.

Обладая собственной сетью осведомителей, она следила за ним. Сперва как за одним из полезнейших деловых контактов. Потом - как за одним из немногих приятелей. За другом. А последние годы, после переосмысления жизни и своих устремлений, после изменения некоторых взглядов и парочки серьёзных разговоров с дедушкой... С тех пор она начала следить за ним с иной целью. И начала замечать совершенно неприемлемые вещи - вещи, на которые ранее обращали преступно мало внимания как наблюдатели, так и она сама.

Слишком уж много девиц крутилось вокруг её... стоило признать, крайне привлекательного друга. И слишком многие из них были не замужем, строя недвусмысленные планы на человека, как-то незаметно ставшего очень важной частью её жизни.

Это было неприемлемо. Дочь древнего северного рода не могла стерпеть, когда низшие что по крови, что по дару, осмеливались даже думать о том, чтобы украсть что-то, должное принадлежащее ей. Хуже того - в отличие от увивающихся вокруг её... друга низкородных, она не могла продемонстрировать ему ни свою красоту, ни шарм с очарованием, ни даже выдающийся разум. Картину просто так не пошлёшь, длинными письмами - не обменяешься, а любой довод к подобному параноидальный химеролог обязательно воспримет в штыки, заподозрив девушку в матримониальных планах.

Ну, не то чтобы она таких планов не имела - очень даже наоборот! Однако, чем меньше дикий дракон будет подозревать свою леди в нехорошем, тем с большей готовностью подставит свою спину под седло.

Ей так дедушка говорил, а трижды женатый мужчина не станет врать любимой внучке!

И вот, пока она строила планы и медлила, стараясь сплести тонкое кружево интриг вокруг своей цели, судьба не постеснялась нанести ещё один удар.

Её... друг приблизил к себе девочку с даром к волшебству.

В какую ярость пришла Ниавель от этой новости - вспоминать теперь совершенно не хотелось. Но сколько бы она не гневалась, действительность не спешила меняться, повинуясь желаниям красавицы. И даже изначально низкий статус "ученицы", равно как и малые её годы, потомственную дворянку совершенно не обманывали - Ниавель прекрасно знала, зачем и для чего невесты в самом малом возрасте переезжали в дом будущего мужа. Особенно в ситуациях, подобных этой.

Ведь хорошую, послушную жену можно не только найти, но и вырастить. Причём последнее не только проще, но ещё и гораздо выгоднее, поскольку привязывает к новой семье полностью и безоговорочно.

Словом, для планов одной молодой волшебницы дела резко приняли совсем уж дурнопахнущий оборот. Медлить больше было нельзя.

И она совершила свой ход.

Ниавель ненавидела Ванонию. Этот грязный, смрадный город, сполна воспользовавшийся их с дедушкой бедственным положением. Бесчестно и нагло, словно обряженный в лохмотья кровопийца, выпивший их сбережения, надежды, немногих сохранивших верность слуг... Сколько понадобилось труда, крови и слёз, чтобы заслужить место в этой вонючей дыре? Сколько голов срубили, прежде чем изнеженные ничтожества, нагло зовущие себя аристократами, заткнули рты и захлопнули двери сокровищниц перед жадными взорами наёмных убийц? И всё равно, низшие во всём, кроме своего гонора, продолжали бороться с её семьёй.

Хотя уже давно должны были покорно склонить головы да начать вылизывать сапоги новых господ. Древний род дважды спас их жалкие, никчёмные жизни, а твари, лишённые всякого подобия чести, даже не удосужились принять за собой положенный долг.

Ничтожества.

Грязь, покрывшая столь же дурной городишко.

Пожертвовать всем этим оказалось несложно. Особенно, если в потенциале была возможность не только исполнить своё личное желание, но и перебраться в места получше.

По крайней мере, как бы не сложились события, её... друг никогда бы не поступил с ней или её людьми бесчестно. Настоящий, истинный сын севера и по крови, и в душе - даже не зная рода, не связанный клятвами и репутацией, он всегда старался поступать много более достойно, чем многие выходцы с её родных земель.

Росший в чужих краях, он был северянином больше, чем многие из тех, кто на пирах кричал о своей родословной во всю лужённую глотку.

Так что, когда одна из её паутинок подала сигнал, теневая владычица Ванонии не стала стесняться и воспользовалась чужими планами к своей вящей пользе. Её цели были тривиальны, но, тем не менее, неимоверно важны - с одной стороны, накопить себе приданное, а с другой - заставить одного глупца обратить больше внимания на тоскующую подругу. Рано или поздно, ему пришлось бы посетить её дом, чтобы решить накопившиеся неурядицы. А там, кто знает, чем мог продолжиться этот визит...

Конечно, она слишком воспитана, умна и высокородна, чтобы позволять мужчине наслаждаться собой, не венчай её голову диадемой новобрачной. Однако... если бы это был именно он...

"Как жаль, что ныне всё это - мечты, покрытые пеплом", - она прикрыла глаза на мгновение, отрешившись от мира вокруг. От обиды, от боли, от страха и от одинокой слезы, всё же прочертившей дорожку по бледной щеке.

Ещё одно проявление слабости, уязвимости, которой уже очень давно не давали волю. Чтобы выжить и возвыситься, она научилась реагировать на боль иначе - ударом и магией, сталью и огнём, силой оружия и властью заслуженного положения. Однако, сколь бы ярко не пылало пламя в груди, ненавидеть его, её больше-чем-друга, она не могла.

Просто не за что. Да и не хотелось, если честно.

А вот чего молодая девушка на самом деле желала... То, пожалуй, так и останется тайной, сокрытой в её болезненно трепещущем сердечке.

Так или иначе, а план, которым она стремилась приблизить исполнение своей маленькой мечты, покатился куда-то в пропасть практически сразу. Но кто мог знать, что проклятые фанатики, которых изящно заманили в Ванонию, окажутся мало того, что выходцами из культов Стылых берегов, так ещё и невольными слугами каких-то совсем уж влиятельных, вероятно - королевских, личностей? И уж тем более чего чародейка не могла представить и в страшном сне, так это того, что конкретно эти глупцы украли и чем это будет грозить.

Армия рыболюдов обрушилась внезапно, подобно удару кистеня из подворотни. И лишь стоило ей немного оправиться, как пришлось идти за ответами к виновникам катастрофы.

Однако судьба второй раз посмеялась над девушкой, вручив в её руки нечто такое... что могло привести как к её печальной, безвременной кончине, так и к исполнению желаний. Нужно было только правильно распорядиться даром.

Правильно распорядиться...

Правильно...

Но она не смогла, верно?.. Облажалась, облажалась, облажалась...

Покачнувшись, красавица вынырнула из пучин печали и размышлений, мутными, непонимающими глазами оглядев мир вокруг. За спиной осталось ведущая в подземелья лестница, а небольшой порожек, ставший причиной неустойчивости девушки, открывал блеклое убранство хозяйственной комнаты за собой.

Дошла и совершенно того не заметила, бывает же? Раньше, всего несколькими днями ранее, каждый шаг к Длани страшил, а обратно - радовал. Но сколь же незначительными те волнения кажутся ей теперь...

- Малышка? - вновь вытянул её разум в реальность родной голос.

Он уже стоял там, в дверях - взволнованный, нахмуренный, искрящийся готовыми сорваться с его рук заклинаниями. Боевой чародей мог кинуться в бой в любую секунду - только укажи цель и отойди, не мешая неизбежному.

Но что, если в этот раз беду не победить жарким пламенем? Сможет ли он помочь?..

- Дедушка, - улыбнулась Ниавель, а в руках не было сил, чтобы стереть хлынувшие слёзы. - Твоя маленькая глупенькая внучка, кажется, вновь наделала ошибок...

- Это ничего... - отпустив чары, престарелый мужчина решительно заключил хрупкую по сравнению с ним фигуру в объятия, принявшись гладить спину последней родственницы. - Главное, что все живы - пока сердца ещё бьются, всё можно исправить.

- Думаешь? - судорожно вздохнув, всхлипнула девушка.

- А ты давай, расскажи ка мне обо всём, а дедушка, как в старые добрые чего посоветует, - улыбнулся старик, сверкая наполненными силой глазами в сумраке пыльной комнаты.

Древнего мага уже давно мало что интересовало в жизни, однако вместе со старостью разума к нему пришёл опыт. Поистине громадный многовековой опыт, способный проложить дорожку к цели даже в самых топких трясинах жизни. И он не постесняется применить всю мощь этих знаний на благо любимой внучки...

Даже если кто-то на другой стороне окажется против. В конце концов, уж кому, как не боевому северному магу знать, что слово, чарами выжженное на теле глупца, весит куда больше сказанного вслух.

***

Камин тихо трещал, разрывая повисшую в помещении тишину. Столовые приборы уже отстучали по тарелкам оду чревоугодию, остатки трапезы унесли, а пить дорогое вино собравшиеся предпочли не спеша, отдавая дань вкусу хозяина поместья.

В тайне, впрочем, многие из гостей желали ему, этому везунчику, незавидной судьбы в лапах нелюдей. Однако благородные люди не высказывали таких мыслей вслух, предпочтя тактично сохранить их в глубинах собственных сердец.

Или, появись возможность, на остриях ножей, воткнутых в чужую спину.

Наконец, прерывая соблюдавшуюся по воле этикета паузу, раздался голос одного из аристократов. К сожалению же, нарушая все нормы, взять слово поспешил вовсе не старший по положению.

Он просто не успел.

- У нас не так много времени, чтобы тратить его на всю эту чушь, - заявил хмурый юноша, протягивая руку с кубком в сторону очага. После чего, выждав выразительную паузу, во время которой на перформанс обратили внимание даже прежде погружённые в думы личности, разжал ладонь, отпуская пустую тару для напитка в свободный полёт. Недолгий, но более чем знаковый.

Произведение искусства, выполненное в виде украшенного самоцветами изящного кубка, с гулким стуком упало на ворсистый ковёр. Мгновением позже стремительно подскочивший слуга с глубоким поклоном подобрал предмет посуды, уже спустя несколько мгновений исчезнув из поля зрения благородного общества.

- Спешка и наглость - удел молодых... - весомо постановил седовласый хозяин мероприятия, улыбнувшись в пышные усы. Общество тут же раскололось надвое, когда одни поспешили поддержать выпад мужчины улыбками и вежливыми смешками, пока другие избрали безучастное выражение лиц, чтобы выразить свою нейтральную позицию.

В иное время эта небольшая стычка могла бы многое сказать о политических течениях в среде богатейших родов Ванонии, однако ныне всё перевернулось с ног на голову.

Поэтому юноша, прежде опасавшийся выступать против Протектора восточных доков столь открыто, теперь взирал на старика со свитой с ясно читаемым пренебрежением. Он не считал нужным скрывать свои чувства от недруга или своры его прихлебателей. От чего улыбки, вежливые и не очень, искренние и искусственные, вскоре пропали с их лиц, сменившись каменными масками разных форм и ролей.

- Что же тогда свойственно старикам? - сыграв пытливость одним лишь голосом, но сохраняя бесстрастное выражение лица, поинтересовался молодой человек. - Медлительность и трусость? Или же просто слепое упрямство, когда жизнь расходится бортами с ожиданиями?

Ответом ему послужила тишина, которую продолжал нарушать лишь треск огня в камине.

И хотя выражением лица старик сказал многое, а пренебрежительный фырк и закатившиеся глаза доходчиво показали его мнение о своём оппоненте, однако пикировка всё же продолжена не была. Аристократ не стал дальше давить на юнца... Что тоже могло сказать о многом.

Или не могло. В зависимости от того, о чём и кому известно. А также, кто и какие цели решил преследовать в разрезе полученных сведений.

Политика...

Именно поэтому юноша предпочитал упрощать, ясно понимая главное - эти глупцы продолжали цепляться за прошлое, конец которому окончательно наступил три дня назад. Вроде бы и недавно, многие, считай, даже удивиться не успели, а стремительно изменившийся мир уже диктовал новые правила игры.

Игры, в которой многим из сидящих сегодня в этом зале уже не будет места.

Как бы не закончилась история Ванонии, в лапах нелюдей или руках соседей, старый город исчезнет вместе с властвовавшим в нём порядком. И лично юноше было необходимо, чтобы, когда древнему полису будет суждено возродиться вновь, как бывало уже не единожды, в новых стенах оного нашлось место и его роду.

Благо, устроить это будет вполне ему по силам - играла на руку ремесленная направленность клана. Из-за чего столь зависимые от чужаков в мирное время, час кризиса они могли переждать вдали от опасностей, в худшем случае потеряв сравнительно немногое. Да и договориться с новыми хозяевами конгломерату из трёх небольших гильдий будет всяко проще, чем потерявшим всё торгашам и землевладельцам. Ведь что на место первых, что вторых, охочих всегда хватало. А вот его клану с пришлыми посоперничать уже можно будет как минимум на равных.

Да и сам юноша не сомневался, что уже провернувшая парочку чудес Серебряная паучиха не оставит благосклонностью его род. В конце концов, большую часть оного она и так уже вывела из осаждённого города, о чём многим из ныне сидящих подле него, оставалось лишь мечтать.

Ликом прекрасная волшебница, а сердцем - ядовитая бестия, не стала бы прикладывать столько усилий ради тех, кем собиралась пожертвовать. Эту истину он успел осознать, пусть пробыл под крылом девушки сравнительно малый срок. Так что за родичей можно было оставаться спокойным - им найдётся и место, и свой кусок хлеба.

Чего не скажешь об остальных.

Вполне вероятно, что всех, кого сейчас видят его глаза, совсем скоро ждёт смерть в руках чудовищ. Как, собственно, и его самого. Вот только торговые магнаты и плантаторы, широко представленные среди сидящих напротив него людей, почему-то нависшего над своими головами злого рока, казалось, не замечали. И даже лишение особняков немалого числа из них не изменило ровным счётом ничего - все продолжали делать вид, будто всё в порядке, перебравшись на постой в чужие поместья.

Кто выжил, естественно. Ведь для нелюдей что благородный, что смерд - всё едино и должно умереть. Без исключений.

С таким врагом невозможно договориться, как и выкупить свою жизнь. Не выйдет отделаться козлом отпущения, не получится сменить сторону или хотя бы продаться кому-нибудь третьему - никто просто не успеет спасти город, уже осаждённый многотысячной армией тварей. Поэтому тем страннее на таком фоне выглядит уверенность поводыря и его цепных пёсиков.

Загадка. Глупость или расчёт? Вера или же знание? Увы, здесь, в этом проклятом всеми богами поместье, выяснить уж точно ничего не удастся - не у разбойников с глазами пропащих душегубов.

Тогда почему он сидит с ними до сих пор?..

А между тем, потраченное им на раздумья позволило людям не только отвлечься, но и допить первые порции вины. Естественно, вышколенные слуги обновляли питьё в кубках, от чего посуда никогда не пустела, однако старый обычай всё же можно было считать исполненным. А значит - пришёл черёд разговоров.

- Что же, пора, наконец, сказать и мне пару слов, - нарочито печальный тон хозяина мероприятия прорезал атмосферу, как нож масло. - Я безгранично рад тому, что все вы, мои дорогие гости, нашли возможным посетить этот небольшой праздник при столь трагичных обстоятельствах, каковые захватили наш славный древний город!

"Как поёт!" - с омерзением подумал юноша, не смея отразить эмоции на своём лице. - "Не зря, видать, говорят, что всю юность упражнял уста под крылышком прошлого Магистра-корабела. Может, старый содомит и был толст да паскуден, однако работать над юными дарованиями умел. И не только в постели".

- В бедствии, что настигло нас, уже было потеряно немало, - продолжил старик. - И боюсь, это только начало! Хотя наши бравые защитники, воители славной Ванонии, с честью и великой доблестью исполняют свой долг, потом и кровью не давая нелюдям отобрать у нас ещё большее, однако, к безмерному горю и сожалению всех истинных сынов Свободной республики... и как всем нам прекрасно известно из истории нашей великой родины, враг внутренний зачастую достигает того, на что оказался не способны внешние силы. Так случалось прежде, так случилось и сейчас - беда назревает в самом сердце оплота нашей борьбы, грозясь сгубить все надежды на нашу победу!

Никто не стал спрашивать - одни не посмели перебить из уважения, другие - из страха. Впрочем, многие уже догадывались, к чему ведёт свою речь мужчина.

Вопрос был лишь в том, кого конкретно объявят козлом отпущения. На кого падёт указующий перст? И будут ли в прошлом богатейшие люди города в состоянии заплатить цену за высказанное здесь и сейчас обвинение?

О практичности никто даже не думал - как и предполагал юноша, многие искреннее не осознавали масштаба постигшего их бедствия. Да и откуда, если маги не распространялись об истинном размере орды нелюдей?

Нет, в этот самый момент учуявшие кровь хищные звери, скрывающие телеса под дорогими одеждами, мысленно скалили клыки, готовясь вонзить их в глотку раненной жертве. Не так давно часть из них впервые за половину десятилетия ощутила ослабевание удавки, когда-то затянутой нежной бледной рукой прекрасной Паучихи, и теперь собирались повеселиться и наестся досыта. Причём вовсе не обычной пищей - хищникам голубой крови подавай земель и злата, а если уж мяса - так числом в сотни и тысячи человеческих душ. И в живом виде, естественно.

Поэтому затаив дыхание они ждали, кого же вожак определит на роль пищи. И не промахнётся ли он, чем окончательно утратит остатки авторитета и откроет дорогу кому-то другому.

Возможно даже, что молодому волчонку, десятью минутами ранее посмевшему лаять на старшего.

- Беда, что миазмами своими травит наш любимый дом... - почувствовав, как всё внимание общества сосредоточивается на его словах, старик заговор тише и медленней, будто бы смакуя момент. - И травит уже давно! Но лишь недавно мне удалось найти доказательства, способные пролить свет на деяния этой поистине проклятой женщины. Этого исчадия зла, скрывавшегося за обманчиво прекрасным ликом... Она!.. Это порочное создание не только накликала беду на наш великий город, но и продала его настоящему Проклятому! Воплощению всех мыслимых и немыслимых пороков, грабителю и поработителю!...

Мужчина продолжил распаляться, обличая неизвестную, имя которой не называл. Впрочем, всем уже было совершенно очевидно, против кого решил сделать свой ход один из трёх бывших властителей города.

И по той же самой причине его уже практически никто не слушал.

В помещении, незаметно покинутом всеми слугами, остались лишь мрачно молчащие благородные и будущий мертвец с лихорадочно горящими глазами. Он ещё на что-то надеялся, к чему-то призывал и даже имел некоторый успех у наиболее верных своих сторонников. Шокировал публику стопками бумаг, что повествовали о множестве преступлений одной волшебницы и при этом были получены совершенно неизвестным образом. Обвинял и мотивировал, приплетал и обобщал - словом, делал всё, лишь бы утянуть в пучину авантюры как можно больше родов.

Но далеко не все были хоть сколько-то удивлены якобы раскрытым деяниям Серебряной паучихи. Юноша, например, пусть и не знал о многом, всё же имел голову на плечах и догадывался, какими методами хрупкая с виду девушка могла забрать власть над Ванонией у веками правящих здесь родов.

И на помощь каких сил она могла надеяться.

Имел ли хотя бы частичное представление о последнем старик - неизвестно. Однако озвучены не были даже подозрения, что непременно существовали, а это уже показательно.

Или "Проклятый", о котором он не единожды упоминал, был кем-то конкретным? К своему стыду, юноша слишком плохо разбирался в хитросплетениях отношений между благородными домами и религиозными культами города, из-за чего теперь обречён был гадать о наличии ещё одного потаённого смысла в речах давнего недруга.

Впрочем, в любом случае всё это очень дурно пахло. И молодой человек, благодаря явному скепсису отделавшийся от и без того вялых приставаний новоявленного проповедника и, в будущем, наверняка ещё также великомученика "за свободу Ванонии", поспешил покинуть благородное общество, предпочтя ему компанию очага и вина.

Он бы вообще убежал подобру-поздорову, однако не имел такой возможности. И дело было уже даже не в традициях - никого из гостей этого вечера просто не выпустят из логова натурального заговора. Убить, конечно, не убьют - после такого перформанса мятежников свои же по деревьям развесят. Однако побыть гостем какое-то время, вероятно, вынудят.

Так оно и оказалось.

А ведь на постоялом дворе, где юноша проживал последние дни, его могли дожидаться письма от младшего брата. Благодетельница от щедрот своих даровала им пару чудесных пташек, крови явно волшебной, что могли поддерживать связь между родичами, даже разделёнными многими днями пути. Именно компанию безграмотных каракулей братца он бы искренне предпочёл всем людям, с которыми теперь был вынужден проводить время.

В конце концов, это могла быть их последняя возможность обменяться хоть парочкой слов. Его - передать немного мудрости как старший младшему, а брата - поворчать на это. Однако тварь, когда-то отнявшая жизни их родителей, пожелала отобрать и это.

Конечно, юноша ожидал чего-то подобного. Не та ситуация в городе, чтобы собирать Совет благородных внеочередным заседанием. Однако мятеж - признаться, последнее, что стоило делать в нынешней ситуации. Поэтому, собственно, он и попался в ловушку. Как и ещё две трети родов, приславших своих представителей на Совет к уважаемому дому.

Не понятно только, на что рассчитывают мятежники. Естественно, такое злоупотребление правами со стороны номинального Магистра-корабела не спустят и не простят. Даже победи они, даже изгони толпы монстров и прижми к ногтю остальных аристократов, то как собираются удержать власть в дальнейшем? Как наполнят казну без торговли, ремесленных товаров и кораблей? Как защитятся от недругов, когда свои же предпочтут видеть над собой чужаков?

Непонятно.

И это опаснее всего. Ведь может означать лишь одно - старику и вернейшим из его псов кто-то помогает. Кто-то неизвестный, влиятельный и чужой.

Плохие новости.

- Нужно сообщить Госпоже... - беззвучно прошептали губы юноши, сложным взглядом взиравшего на зелёные насаждения за окном.

***

Габурх спешил.

Старый шаман народа белых вод не мог бежать - на проклятой Морем суше ужасно болели ноги, однако это не мешало ковылять, причём довольно быстро. Настолько, что сгорбленная прожитыми годами, его тщедушная фигура изредка отрывалась от едва ли не бегущих учеников на весьма приличное расстояние.

Однако что-то подсказывало - всё равно не успеют. Время, подобно пескам, уносилось стремительным течением, не оставляя шанса зацепиться за редкие зубья скал.

И когда за очередным поворотом разрушенной улицы ему открылся вид понуро бредущих навстречу сородичей, он понял: "Началось".

- Стойте! - хрипло булькнул старец, поднимая посох. - Именем вод, стойте!

Четверо истощённых, непрерывно кашляющих рыболюдов даже не замедлились - казалось, им не было дела ни до чего иного, кроме попыток переставлять налившиеся свинцом ноги.

- Ясно, - устало постановил шаман и тут же обернулся к подоспевшим ученикам. - Не подходите и не пускайте дальше. Убейте, если понадобиться. Будем ждать...

Однако не успел он завершить мысль, как воздух прорезал громкий треск, и где-то в стороне небо озарилось непродолжительной яркой вспышкой. Тучи в ночной вышине всего на несколько мгновений стали чуть менее мрачными, когда крохотное солнышко расцвело посреди разрухи обезлюдевшей части большого города.

До замерших истуканами рыболюдов вскоре докатилась волна тёплого, сухого воздуха, ставшей для жителей моря малоприятным сюрпризом. Зато это явление сбило наземь шедших навстречу, чему старый шаман мог только порадоваться - убивать детей другого племени не хотелось. Пусть и по нужде, за такое всё равно могли воззвать к плате виры, что ничем хорошим для его древних костей закончиться не могло.

И только нелюдь было порадовался сложившимся обстоятельствам, как в противоположном конце улицы показалась некая чёрная масса. Масса, чей характерный облик, этот блеск хитиновых панцирей и волнообразное перекатывание лоснящихся тел, был прекрасно знаком любому дитя белых вод.

И она, эта масса, стремительно приближалась, перебирая множеством тонких ножек.

- Бегите... - прохрипел кто-то из рухнувших больных, вместе с остальными безрезультатно стараясь подняться на ноги.

- Они тронулись умом... - вторил ему другой голос.

- Разорвали мастеров, а потом принялись за остальных... - подхватил третий.

И только тогда, услышав слова и снова, на этот раз - внимательно, осмотрев больных сородичей, старый шаман осознал ошибку. За их спинами висели тюки, полные сочащегося соками мяса, стекавшая кровь с которых оставляла дорожки из капель на грязной дороге.

Эти больные не бежали из лагеря.

- Вы стали приманкой? - со стойким спокойствием спросил шаман, не обращая внимания на приближающийся вал из плотоядных тварей.

- Прости, мудрец, - стало ему ответом.

Множество мыслей проносилось в голове старого рыболюда, однако воплотиться в реальность словами им было не суждено. Хищники оказались быстрее всех - больные не успели встать, шаман - что-то сказать, а его ученики не пробежали и дюжины шагов, когда свора чёрных лоснящихся хитином тел накрыла рыболюдов, подобным которым ещё недавно верно служили эти донные хищники. Однако обезумевшие от жара, боли и поражения довольно примитивной нервной системы, эти похожие на многоножек монстры обернулись против бывших хозяев, отныне ведомые лишь голодом - последней потребностью затухающего сознания...

...- Пожалуй, это был самый примечательный результат из всех, полученных за это тестирование, - смежив веки, с удовлетворённой улыбкой прошептал химеролог. Заклинание исправно донесло до него общие детали произошедшего, впрочем, предсказуемо опустив множество важных нюансов. - Печально, конечно, что не удастся снять показания... Да и повторить эксперимент будет непросто - столь странная реакция на вид паразитов оказалась лишь у этого конкретного вида монстров. А поскольку никогда ранее подобных мне видеть не приходилось, можно сделать вывод - нигде поблизости они не водятся, даже под толщей вод. Иначе хоть куда-нибудь на берег, да выносило бы.

Замолчав и согласно кивнул самому себе спустя несколько мгновений раздумий, молодой человек достал записную книжку и принялся фиксировать в ней свои мысли. Тем не менее частью сознания продолжая отслеживать множество всё ещё не сработавших своих закладок.

А лагеря рыболюдов в то же самое время постепенно, с неумолимостью снежного кома со склона холма, скатывались в хаос и анархию. Внезапные дезориентирующие вспышки света и пожары, обрушения зданий и странные звуки, стремительно набирающие ход эпидемии и вылазки почуявших возможность защитников - несмотря на численное и физическое превосходство, нелюди начинали проигрывать, теряя инициативу. Местами, локально и зачастую не на слишком продолжительный срок - но всё же.

Разрывалась и без того слабая связь между отдельными их лагерями, сбегала утратившая хозяев живность, поднимались и нападали на живых свежие мертвецы. В одних местах массово травились, в других - сгорали в пламени, набирающем мощь за считанные мгновения. Следов не оставалось - никаких явных ловушек и прочих искусственных предметов. Просто множество мелких, неприятных диверсий, наносящих в целом не слишком много урона.

Зато такие мелкие укусы, неожиданные и непонятные, стремительно обрастали религиозным флёром. И как бы шаманы и вожди не трактовали посыпавшиеся, словно из рога изобилия, неприятности, неизменно оставалось одно - они снижали моральный дух и без того не слишком рвавшихся на убой детей глубин.

Конечно, они не отступят - священный поход за реликвией бога должен быть завершён успешно. Однако чем большие усилия рыболюды прикладывали к задабриванию явно разгневанного божества, тем меньше их оставалось для войны.

Небольшая передышка, после которой враги набросится на Ванонию с утроенным усердием. Но именно она, эта пауза, и могла позволить химерологу вырваться из осаждённого города.

Если его временные соратники поторопятся, конечно.

Глава 52 - Пылающий город, часть 5 - Что прошло без нас

"Стук в дверь?" - мысли шевелились лениво, слабо, практически через силу. Просыпаться не хотелось совершенно - всего пара часов сна, выделенные организму на восстановление, были явно недостаточны для полноценного отдыха.

Прагматик во мне говорил о том, что ситуация в городе может стать критической в любой момент. А значит - на отдых время появится лишь тогда, когда орды монстров останутся далеко позади. Однако здесь и сейчас мне просто хотелось спать. И даже модификации помогали слабо - разум просто слишком устал, истощённый магией и проблемами последних дней. Ещё и Ниви со своим чёртовым испытанием...

Однако звук повторился, похоронив все надежды на ещё несколько часов сладкого сна.

"Тяжело..." - подумалось под невольно вырвавшийся тяжёлый вздох.

- Что? - мой голос прозвучал слабо и хрипло, однако заставил потревожившего меня человека замереть на месте. И немудрено, ведь раздалось послание прямо у его уха. Такому кто угодно испугается.

...

От осознания произошедшего даже открыл глаза, но только для того, что с шипением сомкнуть веки в следующее мгновение. Однако боль не сумела переключить фокус внимания, направленный на нежданное достижение.

Только что сотворил чары столь просто и легко, практически без волевых усилий! И пусть передача звуков на расстоянии - одни из простейших заклинаний школы воздушной стихии, настолько доступны для меня они не были ещё никогда.

"Вот что аврал животворящий делает! - внутренне удивился. - Но повторять такие приключения я, пожалуй, по своей воле всё же не стану - уж лучше тихо и далеко, чем ярко и в гроб".

Тем временем, пока я размышлял, нежданный гость всё же сумел взять себя в руки и нервно поведать о желании Первого мастера гильдии увидеть уважаемого мэтра по делу, не терпящему отлагательств.

Пришлось с кряхтением подниматься, на скорую руку умываться и идти. Вряд ли меня могли поднять по пустячному поводу...

...Слов не было. Никаких. Так что я просто молча смотрел на старика, устало развалившегося напротив.

С улицы и нижних этажей до сих пор доносился шум, сложенный из гомона множества голосов, характерных звуков таскания чего-то тяжёлого по камню и дереву, а также чьих-то жалобных стонов. Так что тишина уже давненько покинула стены этого дома.

А вот молчание между нами осталось.

Ну, нужно отдать должное - на поверку старик оказался тем ещё кремнем. Далеко не каждый даже в преклонном возрасте способен столь стойко переносить удары судьбы, особенно когда они следуют безостановочной вереницей.

"Хотя я тоже проявил выдающуюся камнелобость, - подумалось отстранённо. - В здании целая битва была, звон стали и взрывы магии, а я даже проснуться не соизволил. А ведь если не громкие звуки, то хотя бы колебания Ветров должны были разбудить. Однако - нифига! То ли подрастерял навыки за время благоденствия, то ли успел привыкнуть к схожему шуму, слышимому в любой точке города..."

В общем, принять участие в сражении мне так и не довелось, огорчаться чему как-то не получалось. Да и не было в оном ничего серьёзного - маги, получившие от щедрот моих очень качественную алхимию, за несколько часов отдыха успели восстановить силы, благодаря чему встретили врага хоть и с удивлением, но во всеоружии. И пусть чародеев в гильдии немного, зато под прикрытием куда более многочисленного воинского крыла их более чем хватило, чтобы устроить самую настоящую бойню.

Говорят, первая волна напавших превратилась в ошмётки и облачка крови буквально за несколько ударов сердца. Вместе с провалом попыток поджога здания, это серьёзно охладило пыл незваных гостей, от чего следующие атаки прилично задержались и сами по себе проходили куда медленнее. А настолько неспешный темп в свою очередь, видимо, самым неприятным образом сказался на первоначальном плане, и истощить волшебников до прибытия подкрепления в лице лояльной гильдейцам стражи мятежники уже не успели.

Впрочем, это не помешало большинству выживших виновников переполоха благополучно затеряться на узких улочках, но детали уже не столь важны.

Итог сражения - куча мёртвых и раненых с обеих сторон, разрушенный первый этаж одного из трёх крыльев резиденции и посиневшие от истощения маги. Мягко говоря, крайне неприятный сюрприз, учитывая отсутствие у нас времени на восстановление сил и здоровья, однако могло быть и гораздо хуже...

Зато, вот так удача, сами собой нашлись козлы отпущения! В конце концов, если в желании покинуть злосчастный город верхушкой гильдии, что удивительным образом целиком и полностью состояла из представителей одного семейства, можно было не сомневаться, то вот рядовые её члены могли иметь совершенно иное мнение. И имели, собственно! К сожалению, в суматохе осады удалось подтянуть далеко не полный перечень их родичей и близких, так что кого-то, в числе остального населения города, придётся оставить в пасти врага практически на верную смерть. Едва ли у такого решения найдётся много официальных сторонников.

Винить потом стали бы, конечно, нас, даже несмотря на ранее полученное со стороны злословов согласие. Такова уж человеческая благодарность. Зато теперь, после произошедшего, можно будет перевести этот негатив на удачно подвернувшуюся мишень.

Впрочем, не то чтобы в будущем мы не смогли бы найти другого козла отпущения, не подверглись под руку эти мятежники...

- Это замедлит сборы? - решил я всё-таки нарушить тишину.

Смерив меня спокойным взглядом, старик промедлил несколько мгновений, прежде чем ответить.

- Нет, - голос его чуть скрипел. - Но за следующие шаги уже не ручаюсь. С каждым часом город погружается всё глубже в пучину беспорядков, причём по обе стороны баррикад.

Об этом я знал не понаслышке - привычка подслушивать сыграла свою роль, и ветер рассказал не только о нападении, но и о тех, кто его контролировал. Поймать их не удалось, а вот перехватить редкие диалоги - вполне. Да и потом, уже после завершения происшествия, люди вокруг не стеснялись болтать, потворствуя моему шпионажу.

Обожаю Средние века - любят аборигены поговорить и возможной прослушки совершенно не бояться, пусть и по вполне объективным причинам - просто не осведомлены о возможностях магов. А наша братия этим успешно пользуется, невольно создавая вокруг себя ореол этаких всезнающих мудрецов. Легко быть самым умным в таких условиях...

"Жаль, что хорошо это работает только с выходцами из низких сословий, - пронеслось в моих мыслях. - Те, чьи предки забрались на ступеньки повыше, куда более скрытны, предпочитая не болтать попусту. Впрочем, от длинного языка прислуги это всё равно не спасает".

Так что о том, какая анархия наступила после того, как несколько родов попытались перехватить бразды правления, я знал неплохо. Как и о том, что мятеж, мягко говоря, пошёл совсем не по плану, никого этим, однако, не удивив.

Такое вообще редко проходит без сучка и задоринки, а уж в нынешних условиях...

- Стража в большинстве своём не поддержала старую знать, - продолжил рассказ мастер гильдии, - однако многие старшие офицеры были ранены или убиты, от чего командование теперь парализовано. Далеко не все и не всегда подчиняются нам, зачастую начиная преследовать собственные цели... А что хуже всего - наш исход стало некому покрывать, так что уйти тихо уже не получится.

- Как будто раньше такая вероятность существовала... - в удивлении вскинул брови.

- Это дало бы хоть какую-то фору, - пожал плечами собеседник, - а теперь и её не будет.

- Без разницы. Всё равно прорываться с боем, свидетелей будет предостаточно.

Молчание снова посетило нас, однако ненадолго. На этот раз, впрочем, интерес проявил уже не я.

- Договор так и не составлен.

Не вопрос - утверждение, на которое мне пришлось отвечать, сдерживая желание закатить глаза или поморщится в раздражении:

- Помню. Разберёмся позже.

Смежив веки, старик согласно кивнул, даже не думая поднимать темы, в данный момент совершенно лишние. Лишь поднял уголки губ в намёке на улыбку - поблагодарил за доверие.

Ведь, как известно, оказанная услуга таковой уже не считается. Кто знает, что могут решить гильдейцы, когда перестанут ощущать дыхание смерти на загривке? Поэтому моё доверие в таком разрезе - благородно и великодушно, особенно по меркам аристократии.

Но это, как водится, если не знать некоторых деталей. Как то, например, что спасение Ниавель и так планировалось актом безвозмездной помощи. И судя по всему, девушка не потрудилась рассказать об этом родственнику...

Или же сказанные слова с намёком на улыбку имели иной посыл?

- Благородство тем ценнее, чем в более суровые времена проявляется, - уже полноценно ухмыльнувшись, но с какой-то теплотой, впрочем, так и не тронувшей его глаза, произнёс старый волшебник.

И к чему это?

Я старался не подавать виду, что как-то внезапно для самого себя потерял нить диалога, упустив некие дополнительные смыслы в прозвучавшем, поэтому просто промолчал. И дождался лишь вновь закаменевшего лица собеседника, отличавшегося от привычной для него маски лишь загадочным прищуром.

Кажется, после всего пережитого за последние дни и лишь нескольких часов сна вся моя проницательность улетучилась вместе с душевными силами. Тем более, старый чародей контролировал эмоции гораздо лучше моей подруги, не влияя ими на Ветра, так что прочитать его не получалось. Особенно в данный конкретный момент.

Впрочем, чёрт бы со всем этим семейством - вот выберемся из каменного капкана, тогда и буду гадать. Сейчас об ином голова болит.

- Других проблем не будет? Только гласность? - возвращаюсь к прошлой, куда более актуальной теме. Делая при этом вид, будто не прослушиваю округу воздушными заклинаниями.

Взяв небольшую паузу, чтобы с лёгкой иронией встретить мой взгляд, собеседник всё-таки решил соблюсти приличия, не указывая на мою вероятную осведомлённость. Не то чтобы я хорошо знал этикет северных чародеев, однако с некими универсальными правилами приличия, свойственными магам всей ойкумены, был знаком не понаслышке и не наглел. А раз так - имел право на некоторое попустительство со стороны хозяина дома.

- О, поверь, эта - наибольшая из преград на пути, но, к сожалению, далеко не единственная, - и он на несколько секунд прикрыл веки и наклонил голову, как бы отдавая почести грядущим трудностям.

По Ветрам прошло знакомое искажение, и дверцы низенького шкафчика, стоявшего подле рабочего стола мастера гильдии, раскрылись, выпустив из своих недр большой лист скрученного в трубку пергамента. Он стремительно пролевитировал на столешницу и послушно раскрылся, оказавшись схематичной картой города.

Видимо, пришло время поговорить о плане - до этого со стариком успели определить лишь общие черты оного, не надеясь на стабильность обстановки в черте Ванонии. Как оказалось - думали мы абсолютно верно. И теперь с этим требовалось что-то делать.

Тяжело...

***

Бурная ночь перетекла в не менее хаотичное утро. Кажется, никто во всём городе так и не ложился спать - слишком много важных событий пронеслись чередой по людским судьбам, подобно товарному составу по обледенелым путям.

Вот только не было у этого поезда машиниста - ни я, ни восставшие аристократы происходящим уже ни в коей мере не управляли, способные лишь наблюдать за последствиями своих действий и идти к намеченным целям. Вот только если меня результат приложенных усилий более чем устраивал, а особенно - несколько разбушевавшихся эпидемий среди трижды проклятых нелюдей, то вот уже бывших хозяев города итог порадовал не очень. Однако изменить что-либо они оказались уже не способны.

Но это так - незначительные детали. Уже вскоре мятежникам пришлось серьёзно затянуть пояса, когда часть стражи просто покинула расположившиеся ближе к порту кварталы знати. Жестокое решение, обернувшееся огромным количеством жертв среди мирного населения, впрочем, позволило не только сконцентрировать на более важных направлениях войска, но и фактически положило конец мятежу - с падением подавляющего большинства родов и их защитников, выжившие поспешили присоединиться к нам...

Кто успел сбежать, конечно. А оказалось таковых откровенно немного.

Иронично, что, поскольку брать с собой большинство из них никто не планировал, вскоре старая аристократия была обречена вновь обрести столь долгожданную власть, причём совершенно бескровно. Но будут ли они этим довольны, прежде чем падут от лап монстров - вот вопрос, на который мне хотелось бы получить ответ, пусть и любопытства ради.

В любом случае, мы не собирались мешать тем, кто попытается сбежать вслед за нами - ворота останутся открыты, а дороги - чисты. Вероятно, кому-то всё же удастся пройти тем же путём, тогда как остальные отвлекают на себя тех из врагов, кто в ином случае мог бы заняться погоней за нами. И хотя я попытаюсь помочь этим несчастным несколькими способами, обдуманными ещё на этапе проникновения в город, скорее всего, всё равно выживут немногие.

С другой стороны, мои текущие союзники изначально не собирались делать даже этого. Наоборот - хотели обрушить ворота, чтобы запереть жителей в качестве приманки для разъярённого зверя. Однако под моим напором план пришлось изменить - даже оскотинившись в этом мире, опускаться до подобных методов я не собирался. И предпочёл бы убить любого, кто рискнёт к оным прибегнуть.

Даже если в душе одной девушки всё население этого города вызывает лишь отвращение напополам с гневом.

А когда караван наконец оказался готов отбытию, вместе с людьми и лошадьми наружу двинулся и ещё один зверь. Не то пташка, не то трёхглазое исчадие ада, небесный посланник отправился к гвардии, что ждала по ту сторону стен.

Уж эта химера должна добраться до адресата - имея возможность видеть магию, скользящему в ветрах малютке будет несложно избегать внимания шаманов отродий глубин. А поскольку, как показала практика, лишь эти существа могли представлять угрозу нашим воздушным коммуникациям, о будущем прикрытии я уже не волновался - воины выполнят свой долг, поддержав нас во время прорыва. Может, ещё и путь расчистят, чтобы телеги со скарбом прошли.

Посмотрим...

...Прошло ещё несколько часов, прежде чем мы смогли отправиться в путь. Светило уже начало местами проглядывать через мрачные тучи, возвещая наступление нового дня, однако если светлее и стало, то ненамного. Что играло нам только в плюс - уставшие за бессонную ночь жители и гости города теряли остатки бдительности, погружаясь в чуткую дремоту.

Впрочем, не стоило обманываться - даже не спи люди с самого начала вторжения в принципе, всё равно нашлись бы любопытные глаза, заметившие наше шествие. Были они и сейчас - взгляды чувствовались без всякой магии. Из щелей, темнеющих проёмов, с крыш и даже со стен, откуда с недавних пор дозорные бдели не только за явными врагами в лице нелюдей.

Внимание сотен глаз обжигали не хуже солнечных лучей в знойную пору, а человеческие эмоции, даже направленные немагами, будоражили Ветра. Слишком много и сильно при всех тех факторах, что должны были помочь в сокрытии этого отрезка пути от лишних узоров. Я лишь недавно прибыл в город, а потому не знаю, с каких пор люди здесь стали столь чутки и подозрительны, однако предчувствовать проблемы теперь это нисколько не мешало.

Слишком, слишком много смотрящих на нас. Это не могло обойтись без неприятных инцидентов.

"Кстати о них... - печально отметил в мыслях, глядя на приближающуюся ко мне изящную фигурку.

Караван шёл медленно, стараясь не шуметь, однако стихийны заторы и общая нервозность не могли не сказаться на нём, хороня все людские потуги. Не стоило забывать и о малом сроке подготовки мероприятия - многие вещи делались впопыхах, мимоходом и не проверялось повторно, от чего поломки появились практически сразу. Не говоря уже о том, что людей набралось числом в сотни три или четыре, большинством из них были гражданские, да ещё и хватало детей разного возраста - то есть дисциплиной отличалась хорошо если пятая часть толпы, тогда как остальная всеми силами старалась утянуть побольше родного имущества. При том, что телег для этого зачастую просто не имела.

О малом количестве транспорта, коней, фуража и готовых к бою одоспешенных воинов можно было даже не упоминать - всё это являлось неотъемлемой частью обозов беженцев, бегущих от войны. И как подобает таковым, наша вереница также не имела возможности двигаться быстро даже при всём желании. Особенно среди кривых и тесных улочек стихийно возведённого города.

Словом, не удивительно, что Ниви смогла просто покинуть карету и подойти ко мне. Всё равно никто дальше не двинуться ещё добрый десяток минут, пока не разберут затор из двух сломавшихся и сцепившихся телег. Можно было, конечно, разломать его самому, однако ни я, ни прочие маги не желали тратить даже крупицы силы - вся она до последней капли понадобиться уже вскоре, причём от этого будут зависеть наши жизни.

Более чем уважительная причина поберечь выносливость. И именно поэтому я не стану выслушивать девушку, если она решить сейчас начать выяснять отношения.

- Что? - прохладно спросил, вместо красавицы наблюдая за светящимися на дороге людьми. Было это непросто - взгляд невольно перетекал на гораздо более привлекательное зрелище, однако воля и раздражение всё же удерживали инстинкты в узде.

А ведь половые гормоны все ещё сильно притушены. Теоретически, сейчас я не должен испытывать что-либо не только к ней, но и к любому другому представителю противоположного пола, однако, как и подобает настоящей волшебнице, магнетизм девушка имела также поистине чудодейственный. Если уж работать начинало даже то, что не должно было в принципе, да.

"А ведь на Земле она могла бы стать очень, просто очень богатой и влиятельной... да кем угодно - хоть актрисой, хоть певицей, хоть политиком каким. За лечение импотенции мужчины всего мира превозносили бы её, подобно прекрасной Афродите, собственноручно поставив на высоту, недоступную никому из прошлых секс-символов. Удивительно, на что только способна магия..." - подумалось с весёлыми нотками иронии, пока прекраснейшая из когда-либо виденных мною женщин мягко шагала по грязной мостовой.

Походка не модельная, но столь элегантная и по-кошачьи крадущаяся, что завораживала одним лишь плавным перетеканием изящного силуэта. Раньше она так не ходила - видимо, не могла из-за усталости и болезненных побочных эффектов применения Длани. Да и прочие движения выглядят энергичнее, а лицо с кожей рук - ярче и здоровее, что косвенно подтверждало гипотезу.

Однако, несмотря на улучшение внешнего вида, отвечать она не спешила, пока не приблизилась на очень близкую дистанцию. Фактически, между нами не было и пары десятков сантиметров - и хотя девушка встала со мной плечом к плечу, также повернувшись к разбираемому затору, было ясно как день, на что направленно её внимание на самом деле.

С момента расставания в подземельях, за несколько часов сборов каравана мы ни разу не пересеклись. И я уже было понадеялся на то, что меня стали избегать, однако, судя по всему, принял желаемое за действительное. Хотя и прекрасно понимал, что уж кто-кто, а такой человек бежать от кого бы то ни было точно не станет.

Впрочем, не мог сказать, что по-настоящему опечален её приходом. Симпатия к этой красавице продолжает тлеть в моём сердце - таково уж право прекрасных женщин, им позволено больше, чем прочим. Однако даже тёплые чувства не помешают мне убить её в случае необходимости - рука не дрогнет, как не дрожала во время чисток.

Окружающим следовало помнить, какое чудовище находится подле них.

Смерив меня сложным взглядом, в составе которого мною угадывалась лишь печаль, Ниавель едва слышно прошелестела:

- Я рада тебя видеть... и хотела извиниться... потом.

- Потом? - с некоторым удивлением переспросил я, всё же повернув голову к собеседнице.

А вот она в ответ, наоборот, отвернулась ещё чуть сильнее, стремительно заскользив взглядом по трёхэтажным домикам на улице.

- Потом... - повторила несколькими мгновениями спустя. - Пока не готова... и ты не готов... Не время и не место. Но знай, что я никогда не пожелала бы причинить тебе вреда.

Я недоуменно моргнул. Странное заявление...

...- даже будь это правдой, доверие это признание не вернёт.

- Понимаю, - кивнула она, так и не повернувшись. - Поэтому пришла предупредить, что вскоре к нам присоединяться ещё два обоза.

- Кто и откуда? - нахмурился в ответ. - И почему я о них не знал? Ничего подобного в плане не было.

- Мои люди - дедушка не знал, а сама я не была уверена в их выживании, - сказала Ниавель, всё же повернув ко мне голову. И взгляд её, сколь прекрасный, столь же и удивительно тяжёлый из-за переполняющих его эмоций, с неотвратимостью корабельного орудия навёлся прямо на меня. Честно признаться - когда это произошло, очень хотелось вздрогнуть, потому что на миг мне почудился в её глазах блеск, с которым голодный хищник смотрит на жертву.

- И как же так вышло? - пару секунд спустя всё же вспомнил о теме разговора.

- Одних взяли в плен мятежники, а другие... другие убирали преграды на нашем пути, - ответила она без лишних эмоций, с каменным выражением лица продолжив пожирать меня глазами. Странное чувство. - Что одни, что другие могли умереть... даже должны были, однако всё же выжили. И я не могу бросить их здесь - не после того, на что обрекла по незнанию.

- Судя по всему, хорошие бойцы? - спросил, более не желая встречать её взгляд, а потому отворачиваясь.

- Отчасти, - донёсся шелестящий голос. - Мастера деликатных дел и аристократы - сражаться умеют, но не в строю и отнюдь не с подобными тварями.

- Печально. Впрочем, если не будут замедлять - пусть. Как прорываться будем, либо быстро научатся, либо избавят нас от своего присутствия... Или хотя бы исчезнут с моих глаз.

- Да... - речь девушки практически перешла на шёпот. - Конечно...

Загадочная улыбка, а точнее - лишь намёк на неё, посетила уста девушки, и она замолчала. После этой демонстрации я окончательно уверился в их кровной связи со старым боевым чародеем - в такие моменты мимика родственников практически совпадала.

Так вдвоём и простояли, окутанные замершей между нами нотой чего-то непонятного, пока затор, наконец, не разобрали, возобновив движение колонны. И я отправился дальше вдоль дороги, продолжая ощущать переполненный чувствами взгляд меж лопаток.

***

Прошло немного времени, прежде чем чары донесли до меня благую весть.

Задрав голову кверху, с трудом, но всё же нашёл кружащую невысоко над городом тёмную точка. Не столь лёгкая задача на фоне пасмурного неба, однако вполне посильная модификанту моих возможностей.

Вскоре и цель моего взгляда пошла на снижение, обнаружив, наконец, своего суетливого хозяина. И с голосом, похожим на карканье и сухой треск древесины одновременно, немаленькая туша врезалась в меня, пусть и затормозив в падении.

- Ух, какой наглый! - не мог не улыбнуться я в ответ. - Смотри мне - не дай боги, принёс плохие вести!

Перехватив крылатого почтальона поудобнее, вытащил скрученный в трубочку кусок ткани из кармашка на кожаной шлейке животного и, коротким заклинанием мгновенно воспламенив и затушив специальный состав, вчитался в послание.

- Схватки? - в удивлении нахмурил брови. - Рейды? Да что у них там успело произойти за половину дня времени-то, а?! Ладно, главное - помочь сумеют, с остальным уже по ту сторону стен разбираться буду.

Конечно, всё не могло быть так просто - если уж даже здесь, посреди осаждённого города, проблемы нашли нас, то уж оставшиеся на свободе гвардейцы точно не скучали. Лишь бы это нам боком во время прорыва не вылезло...

Глава 53 - Пылающий город, часть 6 - Неприятие сторонних замыслов

Не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы сопоставить немаленький обоз со скарбом, едва затёртую гильдейскую символику на вещах и опустевшую резиденцию влиятельнейшей организации Ванонии. Поэтому нет ничего удивительного в том, что вскоре у людей появились вопросы, на которые они очень хотели услышать внятные ответы. Причём желательно - правильные.

Жаль, у нас таких не было.

- Бегут! Бегут! - истошно надрывались какая-то женщина потасканного вида, пока две товарам подле неё причитали и заламывали руки.

- Твари... - шипел мужик с налитыми кровью глазами, в грязи возле стеночки отдыхая после близкого знакомства с палками охранявших караван бойцов гильдии.

- Прошу вас! - рыдала истощённая девушка, пальцами цепляясь за борта телеги. - Что есть - отдам, только заберите с собою моего мальчика!..

Не успели мы преодолеть и трети пути, как начали происходить... инциденты. Не всегда разумом, но каким-то звериным чутьём люди понимали, что происходит на их глазах. И стремились этим воспользоваться.

Лиходеев пока останавливал размер охраны и наличие магов, тогда как отчаявшихся и мошенников не сдерживало уже ничего. Первых потому, что терять было просто нечего, а вторых - поскольку у нас, напротив, скарба вполне хватало. А по причине того, что в случае чего вернуться ради справедливого воздаяния у нас возможности не будет, излишне предприимчивые личности решили - можно вообще не стесняться, наглея по полной.

Иронично, но бедняки зачастую вели себя гораздо более прагматично и дальновидно, чем мелкое купечество и всякого рода уголовные элементы. Простые люди хотя бы пытались спасти свои или близких жизни, тогда как богатства, так желаемые прочими глупцами, едва ли могли уберечь от пастей рыболюдов.

Жаль только, что ничем и никому помочь мы не могли. По крайней мере сейчас. Вот если город продержится до подхода заказанных мною наёмников...

Но всё же...

- Берите малых детей, - приказал, не выдержав душераздирающих видов.

- Мэтр? - пожелал уточнений приставленный ко мне молодой сержант - один из личных благородных слуг семьи Ниавель.

- Они маленькие и едят немного, так что сильно на скорость не повлияют, - принялся оправдываться то ли перед воином, то ли перед самим собой. - Зато их спасение сможет хоть как-то сгладить ваше бегство в глазах прочего населения города... тех, кто переживёт весь тот ужас.

Мужчина, одетый в латные доспехи, хоть и на порядок легче и удобнее рыцарских, помедлил лишь несколько мгновений, прежде чем отвернул своего коня и отправился отдавать приказы. Так что следующий десяток минут свой неспешный верховой путь мне пришлось преодолевать в одиночку.

И именно в этот короткий временной зазор произошло то, что стало спусковым крючком ряда последующих событий.

***

Рождённое опытом предчувствие, поистине сверхчеловеческая острота органов восприятия, чары воздушной школы и кружащая в небесах маленькая химера - со всем этим богатством я столь же превосходил обычного человека, насколько кошка превосходит муравья. Такая власть, такие возможности...

Однако нас всё равно спас мелкий глазастый мальчуган, увлечённо наблюдавший за видневшимися невдалеке воротами. Оставалась ещё треть пути, когда в сгустившемся от напряжения воздухе, заполненного пылью и шумом, прозвучал его звонкий восторженный голос:

- Мама, смотри! - указал он пальчиком в сторону врат. - Полетели!

Рефлекторно проследив за жестом ребёнка, я посмотрел на надвратные башни. И сделал это как раз вовремя, чтобы заметить нового "летуна" - облачённого в цвета города воина, покинувшего одну из бойниц по направлению к бренной земле.

Тело летело совершенно безжизненно - то ли стражник был мёртв, то ли прибывал без сознания. В любом случае, участь его незавидна.

И всё это в абсолютной тишине - от ворот до нас не доносилось ни единого звука.

Стоило осознанию увиденного забрезжил в мыслях, как уже в следующий миг по всему каравану начали разлетаться мои извещения и приказы. Сам же я тотчас спрыгнул с коня и нырнул в зазор меж телег, чтобы прикрыться от возможной атаки. Ведь заметь неизвестные недруги изменения в нашем поведении, не могло быть сомнений, кого попытались бы устранить в первую очередь в числе приоритетных целей.

Впрочем, на этот раз укрытие не понадобилось - нас никто не атаковал. А бедняки и прочий люд, тихим сапом пристроившийся по бокам колонны, лишь чуть отпрянули в стороны, только чтобы сомкнуться обратно через пару напряжённых минут.

- Что же, резать прямо сейчас нас не будут - это радует, - осторожно выглянув из-за деревянного борта и совершенно игнорируя удивлённые взгляды возничих, прошептал себе под нос.

Взгляд зацепился за ратников, яростно с кем-то сражавшихся на примыкающей к одной из башен террасе. Кажется, кроме стремительно мелькавшего остро заточенного металла, воздух там разрезали и стрелы с болтами, правда, всё столь же беззвучно. Хотя звон со свистом должны были быть слышны на довольно большом расстоянии.

Дело явно не обошлось без магии. Вероятнее всего, какого-то артефакта. Вот только у кого в Ванонии могли быть такие игрушке, кроме самой магической гильдии?

Непонятно, но очень интересно. Новые чары, да ещё и с таким функционалом были бы очень полезны...

Размышления не заняли много времени, и уже вскоре вслед за тонким ручейком наших воинов к месту сражения направился и я сам. Двигался быстро, но осторожно, предпочитая петлять по дворам вдали от основных улиц. Естественно, без участия магии такое было бы просто невозможно, так что силы всё же пришлось потратить. Однако мнительность не позволяла поступать мне иначе - мысль о столь своеобразной ловушке, должной, к примеру, отвлечь меня от ларца с Дланью, не давала чувствовать себя вольготно вдали от охраняемого объекта.

Да и от защищаемых личностей, впрочем, тоже - подловить можно кого угодно, особенно неопытную молодую волшебницу, истощённую боями и переживаниями.

С другой стороны, даже кражи этого чёртового порождения неизвестных сил, воплощённого в форме чьей-то руки, я боялся не так сильно, как возможности того, что кто-нибудь особенно обделённый чувством самосохранения решит воспользоваться ультимативной мощью, очевидно, истинного артефакта. После рассказа Ниавель о первом и пока единственном применении оного на практике, я не поленился и нашёл двадцать свободных минут, чтобы хотя бы издали изучить на место столь необычного происшествия. И, мягко говоря, остался под впечатлением.

При большом желании, городской квартал заморозить - вполне выполнимая задача, пусть даже и с фатальными последствиями для здоровья. Так что чувствовал я себя подле чёрного ящика, будто рядом с боевой частью атомной бомбы - вроде и сила большая, да и отобрать так просто не смогут, но поблизости находится всё равно неприятно чисто психологически.

И тут внезапно кто-то начинает вырезать лояльную нам охрану городских ворот. Очевидно, что ничем хорошим закончиться это не могло.

Пахло бедой.

И конечно же, мы не успевали - что всадникам, что мне приходилось старательно маневрировать в узких улочках средневекового города, вынужденно поддерживая довольно низкую скорость. Причём, как на зло, на пути то и дело попадались остовы сгоревших или разобранных на баррикады домов - кучки камней да редких деревянных балок, временами присыпанные пеплом. А ведь будь иначе, и можно было хотя бы попытаться пройти по крышам.

Оставалось ещё примерно полсотни метров, когда звуки внезапно появились, будто кто-то дёрнул рубильник. Звон стали, крики, стоны и мат наполнили воздух, и уже вскоре ему вторил нечеловеческий рёв из-за стен.

А питомцы рыболюдов что здесь забыли? Рядом с воротами, которые прямо сейчас атакуют... Наводит на крайне неприятные размышления.

Последние метры воины преодолели стремительно, хотя в первые мгновения и попытавшись уклониться от вылетевших навстречу арбалетных болтов. Однако даже находясь на приличном расстоянии от места сражения, я всё же сумел сбить снаряды встречным порывом ветра, заодно даровав всадникам дополнительную скорость... пусть и против их воли.

Впрочем, главное - прибыло-таки подкрепление, и прибыло как раз вовремя, судя по снижению общего уровня шума в башнях.

Бой завершался, и едва ли нашей победой.

А вот гам за воротами только нарастал.

Достигнув, наконец, цели, я взглядом изучил окружающую обстановку, стараясь отрешиться от близкой битвы. Однако следов ловушки так и не обнаружил. Конечно, это не было гарантией, однако и медлить ещё больше было уже нельзя - не при всех возникших подозрениях. Так что вскоре, после короткой паузы, мне всё же пришлось пройти под низко нависающий монолит каменного потолка.

И первым, что бросилось в глаза, были мертвецы в цветах городской стражи. Промятые в местах удара доспехи, разбитые вдребезги кости, отброшенные к стенам тела - всё это было более чем характерно. А уж вместе с игрушками столь специфичного назначения, выводы напрашивались сами собой.

- Модификанты... - хотелось материться от досады, но времени не было.

Потолок, казалось, ходил ходуном - ударившие в спину воины, может, и не принесли врагам сумятицу, но уж проблемы - точно. Естественно, приближаться к месту сражения враждебных сверхлюдей, да ещё и в условиях такой тесноты, я совершенно не собирался. Пусть даже прямо сейчас там вырезались вроде как мои союзники. Однако отсутствие прямой видимости не мешало атаковать неприятелей, благо в память о захвате усадеб и замков я поднаторел в автономных заклинаниях.

Чары ветров показали примерное местоположение фигур. Логика и особенности одеяния позволили разделить своих и чужих. А магия привела план в действие, подчиняя камень башни. И пусть ни сил, ни умения для чего-то действительно стоящего мне не хватало, однако и обратившегося во врага окружения названным гостям оказалось вполне достаточно.

Одному упавший кусок стены отдавил ногу, второй - споткнулся о внезапно возникшую яму и подвернул стопу, третий - прижатый к стене в пылу сражения, оказался изранен шипами. Действовать приходилось с должным масштабом, иначе сверхчеловеческие возможности позволяли врагам избегать даже самых стремительных ударов. К тому же, сражаться пришлось с тремя группами, поскольку напавшие по каким-то своим причинам предпочли разделиться. Семеро модификантов! А учитывая, что ещё вдвое большее число предпочло отступить вглубь города...

Что же, по крайней мере нам всем сегодня очень повезло. Ведь выглянув из узкой бойницы в сторону видневшегося за рекой редкого леска, я ознакомился со вполне ожидаемой картиной - очередным лагерем рыболюдов, большая часть из населения которого сейчас по изумительному совпадению предпочла крутиться примерно в сотне метров от наглухо заваленных ворот. Трудно было определить, что послужило тому причиной - сама схватка с гарнизоном, или же наличие у диверсантов помимо прочего ещё и возможности кого-то влияния на нелюдей. Зато ни в целях, ни в чаяниях обеих сторон сомневаться уж точно не приходилось.

Одни хотели открыть путь другим. И даже почти достигли успеха - трое из пяти стальных решёток оказались подняты. Что-то подсказывало мне, что и завал также не стал бы серьёзной проблемой.

Ладно, время подумать об этом ещё будет - пока нужно попытаться спасти тех, кто ещё не успел преставиться. А таких оказалось на удивление много - модификанты явно спешили, от чего предпочли выводить из строя, а не гарантированно убивать. Судя по всему, именно по этой причине мы и стали свидетелями летающих стражей - оттолкнуть всегда проще.

Косвенно эта гипотеза подтверждалась и состоянием бойцов гильдии, которых пострадало немало, причём даже несмотря на несколько более совершенное вооружение и хорошую выучку. И это при столь коротком бою.

Ну, ничего - разберусь со своими, а потом выясню откуда родом наши недруги. Ведь нескольких всё же удалось взять живьём...

А в следующие мгновение этаж поглотила вспышка.

***

- Кажется, они мне известны, - заявил собранию, не опуская взгляда с висевшего над дверью в противоположном конце комнаты небольшого деревянного треугольничка. Немного кривого, но зато разноцветного и с обилием украшений в виде привязанных на нити мелких косточек, бусин и колечек.

Не то чтобы знак одной из местных религий так уж интересовал, но глаз сам цеплялся за единственное яркое пятно в помещении.

- Сопоставил не сразу - слишком уж отличались одежда и проявленная сила, но полагаю, что именно с их собратьями мне не посчастливилось повстречаться на пути к городу.

- Уверен? - после короткой паузы негромко уточнил гильдмастер, за что тут же удостоился моего удивлённого взора.

- Нет, конечно! Потому и говорю, что мне так только кажется - схожесть манеры боя и внешности отнюдь не означают тождественности. К тому же, даже если я прав, нам это не даёт ровным счётом ничего - что тех, что этих не удалось ни расспросить, ни даже толком изучить. Полный ноль информации и одни лишь догадки.

Под конец речи я развёл руками в понятном жесте, на что старик предпочёл промолчать. Вероятно, он сам понимал всё ещё до моего объяснения, но по каким-то причинам всё же решил спросить. Может, надеялся на небольшое чудо? Оно бы нам сейчас сильно пригодилось.

- Это не всё, - подала голосок до того подозрительно притихшая Ниавель. - Есть сведения... м-м-м... в общем, мои люди встретили похожих личностей, пока работали в квартале знати.

- Это они по тем клочкам, что после взрыва остались, определили? - в моём тоне крылось некоторое недоверие.

- Да, - а вот ответ девушки был уверенным. - Точнее, недавно нашли верхнюю часть тела одного из них, что отлетела не столь далеко от врат. Сохранностью она, конечно, не отличалась, но хорошая одежда сыграла злую шутку с нашими врагами...

- Тогда почему этот фрагмент всё ещё не у меня?.. - задал, собственно, закономерный вопрос - ведь кто, как ни химеролог способен вычленить хоть какую-то информацию с части чужого тела? Лучше справится лишь некромант... но самый квалифицированный из сидящих в этой школе - снова же я.

- Это всё хорошо, вот только совершенно неважно, - с прохладцей в голосе прервал нас мастер гильдии. - Одни это люди или же нет - нам не сражаться с ними нужно, а из города бежать.

И снова чародей с многовековым опытом тянул разговор в правильном направлении, пока молодые занимались черти чем. И я даже близко не понимал, что ныне нашло на нас с девушкой - оба готовы были болтать о чём угодно, лишь старательно огибая действительно важные темы.

Иронично, что двое из числа влиятельнейших лиц Вольницы на деле оказались такими трусами. А стоило только ковырнуть не внешний панцирь, а уязвимое нутро.

- Не отпустят, - пожал плечами с печальной усмешкой, вызванной совсем не предметом разговора. - Особенно, если они всё же окажутся теми самыми северянами. Всем нам нужен ларец, однако учитывая произошедшее, судя по всему, наши оппоненты предпочли бы забрать искомое с наших растерзанных монстрами тел. Что на данный момент не так-то и сложно устроить.

И мы замолчали, погрузившись в размышления под тихие перешёптывания стоявших у стен слуг, офицеров и магов.

Невысказанным, но подразумеваемым оказалось многое. К примеру, та мысль, что даже со всеми вероятными ограничениями в численности живой силы, а также количестве артефактов и прочих ресурсов, противник, вероятнее всего, сможет повторить недавний перформанс ещё не раз. И даже если оные ни разу не добьются сколь-либо внушительных результатов, нас как минимум просто не выпустят за стены Ванонии. И это только первый, наиболее поверхностный слой проблем.

А ведь если они работали в связке с недавно восставшими и подавленными мятежниками... Насколько вероятно, что кто-то из бывших властителей города смог пережить разорение квартала со стороны рыболюдов? И с кем такие фигуры могли договориться в условиях разрушенной цепочки командования и попытки откровенного бегства гильдии магов - лидеров сопротивления Ванонии до недавнего времени?

А ведь ещё хотелось бы прояснить уровень взаимоотношений этой группы с нелюдями, а то что-то уж больно просто они друг с другом соседствовали. То одни преспокойно засады у всех на виду устраивают, то другие подозрительно вовремя силы подтягивают. А не может ли быть так, что северянам всё же удалось заключить какие-то договорённости с глубинными тварями? Насколько это вообще возможно?

Начинаю понимать господ из Святой инквизиции - как же бесят эти умники, заключающие сомнительные контракты с ксеносами, вместо того чтобы оных просто и незатейливо вырезать. Или жечь, замораживать, расщеплять - по вкусу. А теперь обычным парням и девчатам приходится ломать себе головы в поисках выхода из сложившейся ситуации.

От таких вопросов мозги пухли, неотвратимо превращаясь в желе.

Как же сбежать из этого трижды проклятого города?

Взгляд невольно скользнул на примостившийся в углу прекрасно всем нам знакомый чёрный ящик, но задержался на нём ненадолго. Из нас троих, кто теоретически мог выдержать применение Длани, двое оставались в строю лишь при поддержке алхимии, тогда как последний был вовсе не уверен в результате такого взаимодействия. В конце концов, как окольными путями удалось выяснить в праздных разговорах с прочими магами, никто из них и близко не подвергался таким испытаниям, что обрушились на мой разум. О причинах такой избирательности можно спорить и спорить, но никакие выводы не снизят степень опасности повторного контакта.

Очевидно, что для Длани я стал какой-то особенной целью. Что не добавляло мне лишнего желания взаимодействовать с этой штукой.

Да и какой в этом смысл, если, вероятнее всего, на пути к свободе нам придётся пройти через несколько сражений подряд? Стеклянная пушка с одним выстрелом, конечно, поможет преодолеть одно из них, но куда больше пользы принесёт в качестве одного из элитных чародеев. Пусть и растянута это польза будет во времени.

Вот только всему есть предел - и человеческой выносливости тоже. Не говоря уж о том, что рыболюды - не дураки, и вполне способны выпустить зубастый обоз из тесноты средневековых улочек, чтобы после подловить среди густых лесов. Со всех сторон навалятся и задавят растянувшуюся вереницу телег вместе со всей охраной, и даже мои гвардейцы не помогут.

Что же делать?..

Варианты были, но либо сомнительные, либо очень сомнительные. Однако нужно же было что-то решать!..

***

Мы хорошо обдумали варианты, прикинули доводы за и против, взвесили риски...

И решили прорываться здесь и сейчас.

Увы, время играло не на нашей стороне - люди уставали, съестные припасы портились, а средства передвижения изнашивались, в то время как нелюди могли Дамокловым мечом обрушиться на зависший в шаге от катастрофы город в совершенно любой момент.

Фора, обеспеченная моими сюрпризами, стремительно таяла, в то время как новые участники противостояния ещё только закладывали смертельно опасные подарки. Кто знает, насколько успешной могла оказаться их следующая авантюра - уже одних открытых перед толпой монстров ворот будет достаточно, чтобы вне зависимости от результатов боя лишить нас возможности бегства.

Логическая задачка проста, а результат решения не менее печален - у свободно действующего отряда сверхлюдей имеется всё необходимое, чтобы не дать нам покинуть пределы стен. А большего им, вероятно, и не нужно - у нелюдей забрать Длань будет гораздо проще. В то время как у нас широта манёвра совершенно ничтожна, и каждый последующий шаг лишь туже затягивает петлю вокруг шеи.

Эх, будь времени побольше...

В любом случае, как таковых вариантов у нас осталось немного. И мы решили не тратить силы на лишние телодвижения, что, вероятнее всего, привели бы к ещё более печальным результатам, а предпочли следовать изначально намеченному плану, пусть и в несколько изменившихся условиях.

Тем более, ещё больше гонять своих гвардейцев не хотелось - такая орава закованных в сталь воинов не способна скрывать себя по определению, от чего в любой момент рискует нарваться на неприятности. И хорошо, если после всего они останутся в состоянии поддержать наш прорыв.

Так что - да, мы будем уходить здесь и сейчас. Так сказать, ковать горячее железо не отходя от кассы...

- Или как там было? - нахмурившись, на несколько мгновений прекратил следить за передвижениями монстров, пытаясь найти ответ в тенетах собственной памяти.

Эх, разум человеческий - что решето. Сколько не залатай дыры, а всё равно всю бесценную влагу бурной реки времени до конца пути не донесёшь.

- Привет... - от девичьего голоса, разлившегося в самой близи, тело рефлекторно вздрогнуло. Видимо, слишком глубоко погрузился в себя, раз не заметил её приближения.

Скосив взгляд на светловолосую макушку, повёрнутую ко мне левым боком, я прикрыл глаза и выдохнул с отчётливым оттенком грусти.

Не хочется говорить, а нужно. Если уж дама желает...

- И снова здравствуй, красавица, - произнёс в ответ и хмыкнул в преддверии продолжения с её стороны.

По девушке было видно, что подошли ко мне не ради праздной болтовни. Эти стиснутые зубы, прищуренные глаза со складкой хитрости между бровями, спрятанные в рукавах мантии ладони - признаки на самом деле мимолётные и невыразительные, но вместе с дрожью эмоций в Ветрах - очевидные для знающего.

- Я бы хотела поговорить... признаться, чтобы не жалеть потом... - оправдались ожидания. Мои, но не её - слушать подобное сейчас совершенно не хотелось.

- Неплохой заход, - прервал речь красавицы, не дав развить мысль, - однако всё же несвоевременный. Нет, рискуй мы с тобой в скором будущем своими жизнями - могло бы и сработать, вот только если кто и может помереть в тех полях, так это простые люди.

- Нам тоже грозит опасность... - недовольно поджала губки волшебница.

- Что, правда? - с показным удивлением заглянул в изумрудные глаза. А после показал пальцем на видневшийся вдали лагерь рыболюдов. - Их там сотни три, может - четыре. Напомни, сколько примерно вы во время последнего приступа ворот перебили?

Победить такой аргумент оказалось проблематично - сильные маги, которых в нашем резерве набралось уже ровно три штуки, могли преспокойно косить десятки, если не сотни вражин. Так что как бы мелкая интриганка не пыталась нагнать драматичного пафоса, для нас с ней опасностей я не видел. Чего не скажешь о простых людях - вот кого придётся в мыле защищать, не щадя ни своих, ни чужих.

Но попытка всё же зачётная, да - если бы ещё по-настоящему хорошо играть умела, да пала в обморок от переизбытка чувств, то можно было бы и овациями наградить. Или каким добрым словом...

Однако отнюдь не прощением. И никакой долей оного. За свои ошибки, пусть даже не совсем нарочные, требовалось отвечать. И этот урок красавице пора бы уяснить - хватит прятаться за широкой дедовской спиной.

Да и обида до сих пор снедает, чего уж там - восстановить доверие будет не так-то просто, если вообще возможно. Впрочем, злись я на неё действительно сильно, и давно бы уже прибил.

Невольно вспомнилось вычитанные как-то в прошлой жизни правило о десяти шагах. Дескать, в отношениях между партнёрами изначально десять шагов и больше пяти со своей стороны делать не рекомендуется, иначе последствия не понравятся никому. Как минимум эмоциональное неравенство, а как максимум - вторичность одного из партнёров, что вероятнее всего рано или поздно разрушат отношения. Хотя и не стоит сбрасывать со счетов огромное количество тех, кого всё будет абсолютно устраивать.

Вот только и я не такой, и нынешний мир не позволит. Учитывая, какое социальное положение будет у моей супруги, слабую умом или силой девушку просто задавят и используют как уязвимость. Так что мне в любом случае понадобится та, кто сможет бороться - то есть леди из знати, желательно - высшей. Вот только, учитывая всё задуманное на будущее, чтобы такая не начала давить уже на меня самого хотя бы в постели, эмоциональная связь должна быть обоюдна.

Может быть, со стороны кажется, что я хочу слишком многого - но ведь и позволить себе могу! Да и зачем размениваться на меньшее, если, в отличие от классических феодалов, мне наследник не так-то и нужен? Ну, или по крайней мере не нужен в ближайшие пару десятилетий - у магов жизнь долгая, у химерологов - ещё дольше, так что спешить некуда и незачем. А всю мотивацию к поиску спутницы жизни успешно угробили не одни, так другие.

Да, угробили... Но с одним исключением.

- Мог бы и подыграть немного!.. - рассерженной кошкой прошипела красавица, сверкая гневным блеском глаз и ярким багрянцем смущения на щёчках. - Вот вечно ты так - циник чёртов, никакого пиетета к высоким чувствам...

- Человеческое нутро видел неоднократно и ничего возвышенного там нет, - поддавшись очарованию яростной милоты собеседницы, сказал я и насмешливо улыбнулся. - Да и не думала же ты всерьёз, что сможешь отделаться такой глупостью?

Ненадолго между нами повисло молчание, вскоре нарушенное её тихими словами:

- Но мы ведь действительно рискуем...

- Ни ты, ни я, ни твой старик - никто из нас сегодня не умрёт, - говорю спокойно, взвешенно и с абсолютной уверенностью. - Лучше волнуйся об остальных своих людях - вот среди них потери могут возникнуть, причём немаленькие.

Новая пауза продлилась уже куда дольше, окончившись лишь коротким: "Спасибо", - с её стороны. После чего меня наградили долгим, сложным взглядом, полным благодарности и печали, однако закончившимся в тот миг, когда дама решила покинуть невольного кавалера.

Я же в ответ мог лишь пожать плечами, ведь даже немного понимая терзающие девушку чувства, совершенно не собирался предпринимать в связи со сложившейся ситуацией каких-либо мер. В конце концов, Ниавель - далеко не первая влюблённая в меня представительница прекрасного пола. И ни свои, ни уж тем более чужие чувства не заставят меня пойти на опрометчивые шаги по отношению к своему партнёру по опасному волшебному бизнесу, выгоду от работы с которым я столь ценю. Для подобного нужны по-настоящему сильные доводы, которых, в связи со вскрывшимися неприятными подробностями личности девушки, найти теперь будет очень непросто.

Но кто может загадывать, что станет в будущем? Любят мужчины стервозных дам, что уж тут поделать...

Глава 54 - Пылающий город, часть 7 - Сказки и явь

Со стороны кажется, что полторы сотни пехотинцев, пусть даже облачённых в очень даже неплохую броню, - это не так уж и много, особенно в сравнение с вдвое, а то и втрое большим числом нелюдей. Когда каждый удар твоего врага едва ли не игнорирует броню, с лёгкостью проминая сталь и ломая кости, веры в человеческие возможности остаётся немного.

Но ведь мой вид никогда не отличался физическими возможностями. Это и не было нужно - в эволюционной борьбе всегда побеждал не самый мощный, а тот, кто не имел действительно слабых сторон.

Обитатели глубин были сильнее, выносливее и в некотором смысле даже сплочённее нас. Но что стоили все эти достоинства в отсутствии самого главного - разума достаточно развитого, чтобы с должной эффективностью применять всё это богатство?

Нет, они не были глупы - даже за столь малый срок изучения, что я смог себе позволить, любому стало бы понятно, что хитростью и житейской смекалкой этот народ наделён с лихвой. И принципиально вполне способен делать все то, что доступно людям - использовать инструменты, строить, разговаривать и писать на достаточно развитом языке, выстраивать четкие вертикали власти и всё прочее, что может понадобиться в условиях боевых действий.

Вот только для того, чтобы применять всё вышеперечисленное на практике, требовалась ещё одна маленькая деталь. Понимание. Понимание того, что не просто можно, но ещё и нужно сражаться как-то иначе, чем простейшим навалом толпой. И как раз таки это Понимание - оно в рядах рыболюдов было уделом отдельных избранных. Вождей и шаманов - и то далеко не всех, а лишь опытных, старых и, что самое важное, крайне, ну просто крайне немногочисленных.

Как же дела обстояли с остальными? Ну...

- Залп! - командует офицер, и вслед за его словами в воздух устремился рой болтов и стрел.

Возможно, как на мой вкус, вооружение гильдейской стражи и было излишне разномастным, но при величине залпа это уже не играло существенной роли. Какая разница, что именно запускает снаряд в полёт, если результат все равно будет одним и тем же - неизбежным попаданием по одной из особей в прущей на нас толпе, что, между тем, нанесёт таким тушам довольно мало урона.

Рой стрел против нескольких десятков крайне выносливых тел. Происходи дело в чистом поле, и победа стала бы нетривиальным достижением.

Вот только мы были не в чистом поле.

- Залп! - повторили со стены, вслед за чем облако снарядов вновь устремилось к спешащим. На этот раз результат оказался более впечатляющ - несколько нелюдей пали, впрочем, нисколько не смутив этим оставшихся сородичей. Неудивительно - троих из примерно шести десятков для устрашения будет как-то маловато.

- Остальные не напали... - хмуро заметила Ниавель, вместе со мною наблюдавшая за разворачивающимися событиями с самой верхушки одной из надвратных башен.

- И уже не нападут, вероятно, - я тоже не испытывал радости по этому поводу. - Чёрт! А ведь насколько проще бы было, перебей мы их всех с укреплений прямо здесь и сейчас... Не хочу в чистом поле сходится - слишком уж выносливые твари, дохнут долго и мучительно больно для окружающих.

Со стороны девушки раздался смешок, которому вторил новый залп двумя секундами спустя.

- Я с ними уже почти неделю воюю, - с милой улыбкой неприминула пожурить она меня, дескать получше всяких там успела изучить врага.

Но и я был не лыком шит:

- Ты будешь о монстрах с химерологом спорить? - задрал правую бровь в шутливом скепсисе. - Повторю тебе как человек, не единожды изучивший потроха этих тварей - они очень живучи, как для гуманоидного типа. Из известных мне, лучше будут только оборотни, высшие инсекты, нежить и ложные фантомы... Ну и те из многоформов, для кого человекообразное тело не первично, конечно.

- А-а-а... а? - с умилительной беспомощностью захлопала она ресницами, приложив пальчик к губкам.

Хитрая бестия. Но с ней хотя бы можно быть уверенным, что рассказ не только запомнят, но ещё и поймут. К тому же, притворная скромность не смогла скрыть заинтересованный блеск изумрудных глаз - чародейке была интересна любая магия, в том числе и столь малоприятная большинству.

К тому же, эти знания были редки и неочевидны - как получить копии книг, так и правильно расшифровать информацию в них было очень непросто, ко всему заняв приличное время. Однако даже по прошествии столь большого объёма проделанной работы я не был уверен в полученных выводах, поскольку опираться приходилось на не слишком надёжные источник.

Впрочем, возможная несостоятельность теории не могла помешать мне поделиться оной с другим энтузиастом. Ведь обученная мною рациональному подходу к исследованиям, Ниавель понимает, что даже сказанное мною про химерологию не следует возводить на пьедестал Абсолюта.

Нет истинного знания - все мы лишь пытаемся объяснить объективную реальность через призму ограниченного человеческого разума. Только и всего.

Где-то на заднем фоне раздался ещё один залп, а противник наконец-то добрался до размытого рва. Пологий склон и маленькая глубина не остановили амфибий, в то время как скрывавшийся под мутной гладью лес из каменных кольев - вполне. Кое-кто даже конкретно так насадили, когда толпа гасила инерцию о новую преграду.

Разговор продолжился - наша очередь ещё не пришла. И даже не факт, что наступит вообще.

- Каждый из перечисленных видов монстров решает проблему выживаемости по-своему, - продолжил повествование. - Оборотни, например, обладают несколькими телами, кои способны менять прямо во время боя. Очень неприятные противники, убить которых может быть куда сложнее, чем прочих, из-за фактора внезапности.

- Не слышала, чтобы они были настолько опасны... - пытливо возразила собеседница.

- Вопрос качества, - пожал плечами в ответ. - Примитивных делают много и не меньшее число быстро отправляют в могилы, тогда как о сильных особо не говорят, поскольку они нередко обладают как минимум одним не вызывающим подозрение человеческим телом. Так что кто его знает, что может скрываться за самой безобидной личиной - легенды о тварях, заманивающих путников на обед в образе бедной старушки, появились не на пустом месте.

- О боги... - поражённо прошептала красавица. - А ведь я знаю много таких сказок - в наших краях они популярны!

Всего несколько мгновений она легонько улыбалась, обрадованная своей догадкой, а потом вмиг утратила всякую радость, когда в Ветрах разлилась горькая печаль. И пусть вскоре чувства были взяты под контроль, показанного мне хватило, чтобы поспешить вернуть тему разговора в предпочтительное русло.

- Истинные инсекты же... - произнёс негромко, вновь завладевая девичьим вниманием. - Даже те, чьи труды я читал, никогда их не видели. То ли вымерли уже все, то ли ушли глубоко под землю - в любом случае, могу лишь возблагодарить богов, что нам не приходится воевать с этими тварями. Поскольку, судя по описаниям, они были не только довольно разумны, но и крайне трудноубиваемы из-за толстой брони, хорошей регенерации и отсутствия существенных слабых мест.

- А голова? - возразили мне с некоторым удивлением. - Глаза, руки с ногами, сердце с лёгкими?

- Многократное дублирование органов, пять-шесть пар конечностей и сразу несколько способов восприятия, позволяющих продолжать бой даже в непривычной среде.

Взгляд, которым после моего откровения волшебница одарила продвигающихся сквозь преграды рыболюдов, уже сплошь утыканных стрелами и копьями, оказался на удивление благодарным. А вот отчётливую нотку пренебрежения объяснить уже было гораздо проще.

А тем временем мутная вода окончательно окрасилась в красный, приняв в себя множество мертвецов. Возможно, нелюди уже и хотели бы отступить, но призывно маячившие в открытых вратах человеческие фигурки действовали на них не хуже, чем вид стоящего на краю стола стеклянного стакана на любого уважающего себя кота.

Власть над разумами брала неудержимая тяга к разрушению.

- Про нежить мне сказать особо нечего, увы, - повинился, отводя взгляд в некотором смущении. - Сам только недавно начал изучение этого направления нашего с тобой искусства. Впрочем, уже можно утверждать со всей уверенностью - уж чем-чем, а живучестью мертвецы обладают просто великолепной... как бы смешно это не звучало по отношению к ним.

Искренняя улыбка, озарившая прекрасное личико, стало хорошей наградой за не самую удачную шутку. Хотя учитывая, какой юмор нынче в почёте у аборигенов повсеместно, от таверн до королевских дворцов, мои потуги ещё очень даже неплохи.

Как же я скучаю по Интернету...

- Впрочем, - продолжил после короткой паузы, - этот тезис верен всё же не для любой нежити. Отпечатки в числе разного рода призраков и духов довольно просто развеиваются магией, а конструкты зачастую имеют множество слабых мест. Иными словами - только истинная нежить способна показать чудеса стойкости, однако результат всё равно будет целиком зависеть от изначального материала.

Девушка ненадолго задумалась, после чего выдала:

- А если инсекта обратить в нежить? Или оборотня?

- Если найдёшь мне хоть одного из них - с радостью проверю, что получится. Но твоя пытливость мне нравится! - улыбнулся, чтобы спустя несколько мгновений получить улыбку в ответ. - Однако не думаю, что из этого выйдет что-то интересное - инсекты, если они хоть сколько-то походят на насекомых, будут слишком плохой нежитью, а оборотни, вероятно, просто потеряют возможность смены тел из-за порушенной магии. Пытаться же совмещать... Быть может, это кто-то уже и сделал, но мне о том не ведомо.

- Ладно. А остальные - кто? - просто пожала она плечами, в то время как на земле под нами разбившиеся на небольшие отряды воины расстреливали выживших нелюдей с совсем уж близких дистанций, попутно закалывая самых упорных копьями и алебардами. Их страховали маги, за которыми с вышины приглядывали уже мы, заодно следя за передвижением мелких фигурок в разбитом близ леса лагере варваров.

- Многоформы... - или же метоморфы, как их хотелось бы назвать, вот только такого рода слов в местных языках не было. - Утрируя, они есть не что иное, как изменчивые куски чего-то сравнительно однородного. Их трудно классифицировать, понять и изучать. А в каждом регионе для них найдётся уйма своих названий. Но если говорить в общем и целом, многоформы - жизнь, облечённая в чуждый для нас облик, в котором отсутствует постоянство. Тому может быть множество причин, главная из которых - магия.

- Примеры?

- Слизни, студни, лешие, водяные и прочие подобного рода порождения природы, а также... м-м-м... существа, состоящие из множества однотипных крошечных организмов, что обрели некое подобие единого разума. Говорят, что чародеи, практикующие общение с иными реальностями, могут облекать таких в более стабильные оболочки, но, к сожалению, ни подтвердить, ни опровергнуть эти россказни я не могу.

- Как-то всё перечисленное тобой очень сильно различается, - здраво усомнилась Ниавель.

- Сказал же, трудно понять и классифицировать. Вот как изучить речную воду, принявшую облик, практически неотличимый от человеческого? Как осознать суть процессов, обеспечивающих жизнь такого тела?

От такого рода загадок я испытывал и воодушевление, и некоторую долю отчаяния одновременно. Ведь за всю свою жизнь не повстречался ни с одним из этих существ, да и прочитал о них что-то большее, чем досужие слухи и россказни, лишь недавно. И одна мысль о том, что могло бы мне дать изучение столь необычных созданий...

Впрочем, учитывая опыт моих коллег, ожидания следовало держать в узде - если уж настоящие чудотворцы лишь озадаченно чесали макушки от странностей многоформов, то что уж до меня, руководствующегося земной наукой? Магия - сама по себе фигня для человеческого разума не слишком удобная, а уж наиболее одиозные из её порождений, думаю, и вовсе способны рушить мировосприятие слишком любопытных. И как бы не с разумом в придачу.

Нет-нет, я уже однажды взглянул за одну завесу, так едва выжил. Повторять как-то не хочется.

- Мне кажется, что ты излишне погружаешься в детали, - пробормотала девушка, внимательно следя за происходящим далеко под нами. - У нас никто никогда не пытался понять Старших духов - мы просто старались не трогать друг друга, соблюдая древние договоры.

- Неужели тебя никогда не снедал интерес?

Собеседница отвлеклась от сражения и подняла взор к небу, задумавшись о чём-то на несколько долгих минут. Пока, наконец, не сказала:

- Знаешь - нет, не снедал. Сколько себя помню, мне всегда твердили, насколько опасны и непредсказуемы эти существа. Их добро и зло, правда и ложь, истина и вера едва ли понятны хоть кому-то, включая других Старших. Тем более, Север до сих пор лихорадит от самых старых из них, изредка возвращавшихся за местью на обиды ещё времён Нашествия. Все это видели и никто не хотел такой участи своим потомкам.

Задумавшись ещё на несколько мгновений, она продолжила:

- Хотя бывало всякое... и всякие. Иногда приходилось вешать своих за нарушение договоров. И сами Старшие нет-нет, да начинали буянить, творя всякое непотребство. Особенно часто такое случалось в землях рыцарских марок. Но со слов дедушки, по возможности подобные случаи предпочитали решать миром.

- То есть образцов мне не видать, понятно, - со вздохом резюмировал я сказанное.

Может, оно и к лучшему - даже обычные монстры могли преподнести крайне неприятные сюрпризы, а уж непонятные иномирные гости или косящие под них твари... Редкость магов, практикующих общение с этими существами, равно как и предельное неприятие их школы волшебства практически по всей ойкумене, как бы намекали как минимум на опасность такого рода поползновений.

На минуточку - сейчас нелюбовь к "демонологии" даже больше, чем к некромантам, которые периодически эпидемии с дохлыми рейвами устраивают. А как известно из песни, мёртвых анархистов победить смогло лишь Солнышко, а не старый маг в компании крестьян с топорами и вилами. Да и то - кто-то всё же продолжил орать из подвала... Словом, не просто так некрофилы объявлены персонами нулевой толерантности. Нормально к ним относятся разве что здесь, на просторах Междуречья, но это исключительно от суровости местных.

На фоне иных катастрофических событий, уничтожающих целые города за какие-то мгновения, вставший побродить погост уже не кажется проблемой, стоящей большого внимания. Тем более, далеко не всегда понятно, кто именно виновен в излишней активности мертвецов - некроманты или же очередная магическая аномалия.

И слава всемогущему К'тулху, что на просторах Вольницы ещё и мощных мистических созданий почти не встречалось - этого "счастья" нам только не хватало.

А с другой стороны, любопытство всё же гложило. И лишь усиливалось от того, что очень долгое время я считал их всех не более чем частью народного фольклора, сплетавшего вымысел с редкими магическими проявлениями. Даже других волшебников не винил за попытки исследования темы - всё же мир велик, и благодаря Ветрам в нём встречается всякое. Но кто бы мог подумать, что критикующий за узкомыслие сам окажется сражён подобной напастью, не допуская даже мысли о существовании каких-нибудь домовых?

Чёрт, да я даже сейчас в это поверить не мог!

- О, они закончили. Кажется, никто не ранен - повезло, - спокойный голос девушки прозвучал, по обыкновению, мелодично, заставляя обратить внимание на сказанное.

Окинув взглядом заваленные телами берега небольшой речушки на дне рва, что, казалось, стала вдвое полноводнее благодаря потоку сочащейся крови, отметил, что сработали гильдейцы действительно неплохо. Значит, не врали - действительно умели сражаться малыми группами в отрядах, составляемых из одного или нескольких магов с поддержкой.

Завидно. Хочу себе таких же. Почему в целом герцогстве в лучшем случае пара чародеев на целые города, тогда как здесь их под полтора десятка набралось?

- Хорошая выучка, - отметил невзначай, стараясь не показать долю жадности, поселившейся в моём сердце.

Некоторое время ответа не было, однако краем глаза я видел движения девушки, так что совершенно не удивился шёпоту, последовавшему прямо в ухо:

- Мы идём только комплектом...

Её голосок стал столь медовым, что зубы свело от фантомной боли.

- Ты так в этом уверена? - не мог не проявить скепсис.

- Уж я постаралась! - комплексное соблазнение продолжилось, дополнившись предупредительно осторожными касаниями руками и плечиком. - У моего рода есть способы добиться верности вассалов...

И внезапно для нас обоих разговор зашёл в тупик. Мы понимали, что расспрашивать о методах я не стану - о током не рассказывают чужакам. Но ровно также понимали и то, что оные достижения магической мысли на поверку были не так уж и действенны, учитывая, в каком положении оказался дом бывших высших аристократов. Даже короли не способны уничтожить семью графа так просто, что уж говорить о нескольких обладателях подобных титулов, состоявших в родстве, да ещё и магах - без предательств изнутри эта история обойтись не могла.

Без большо-ого предательства. И комплексного - ведь чтобы штурм провернули действительно внезапно, нужно купить очень и очень многих. У нас бывает, вон, мелкий в туалет ходит - так в городе о том уже спустя час узнают, а здесь целая армия хрен знает сколько по родному феоду гуляла.

В общем, тему-то Ниавель затронула неожиданно сложную, чему, судя по немного затравленному взгляду, уже сама не была рада. Ну и я, добрая душа, решил пытку не продолжать. Тем более, что...

- Нам пора, - кивнул на телеги, которые выезжали из ворот и уже начинали толпиться у разрушенного моста. Стихия не пощадила инженерное сооружение, но силами волшебников проблему можно будет решить походя. На что и расчёт.

- Пора... - вдохнула красавица побольше воздуха, прежде чем сделать тяжёлый, рваный выдох. После чего, казалось, полностью успокоилась, перейдя на деловой лад. - Да, точно, нам пора. Тогда... береги себя. И прости за то, что...

- Нет-нет-нет, - перебил, улыбаясь и качая головой, - мы же об этом уже говорили! Никаких драматических признаний на башне - во-первых, ты так просто не отделаешься, а во-вторых - сама всё скажешь в более благополучной обстановке.

- Снова?! - Ниавель переключила эмоции, мгновенно перейдя от рвущей душу печали и меланхолии к гневу с нотками веселья. - Да что же ты за человек такой - дай девушке воплотить в жизнь сказку, прочитанную в книгах! Неужели тебе так трудно просто промолчать?!

- Ага, как будто я не знаю, что обычно следует за такими сценами, - ухмыльнувшись, пригрозил волшебнице пальцем. - А поскольку ни ложа, ни алтаря рядом нет, ждёт нас по твоим книжкам лишь трагическая смерть и только! Что меня не устраивает абсолютно и полностью.

Тишина, наступившая после моей речи, продлилась лишь несколько мгновений - её сменил смех на два голоса. Изумрудные глаза заискрились лукавством и каким-то внутренним довольством, а сама веселящаяся чародейка почему-то стала похожа на довольную кошку. Разве что мурчать не стала.

Ну и что я такого сказал?

Ладно, к чертям всё это - вот выберемся, тогда и буду разбираться.

Глава 55 - Пылающий город, часть 8 - Яркий свет софит

Обозная колонна - это долго, утомительно и довольно опасно, поскольку её ценностей жаждут буквально все вокруг. А вот она же, да составленная из беженцев, да прямо посреди фронта в окружении враждебных отрядов...

Это уже просто полный атас!

Признаться честно, я смертельно устал разбираться со всеми проблемами, регулярно возникающими в нашем караване, ещё в городе. А ведь там почти не было врагов и деревьев, зато существовали в природе хоть какие-то дороги.

Поэтому, когда к нашему передовому отряду начало стягиваться всё оставшееся население лагеря рыболюдов - я обрадовался им, как родным. А вот от точно такого же процесса, но со стороны покидаемого города, наоборот, только изрядно насторожился. Но не удивился вообще.

Сразу было понятно, что среди горожан и рыболюдов мы вызовем большой ажиотаж. Причём в конечном итоге примерно по одним и тем же причинам - всем нужны от нас лишь припасы и безопасность, вот только добывать первое и обеспечивать второе планировалось немного разными методами.

Так что не мудрствуя лукаво, толпу позади я оставил на Ниавель, так до конца и не оправившуюся после истощения и применения Длани. Даже при поддержке химеролога с алхимией это было просто невозможно - человеческое тело, обретшее множество обширных участков мутировавшей плоти, требовало долгого, вдумчивого лечения. Лечения, провести которое за несколько часов было совершенно невозможно.

Обычно организм мага сам справлялся с такого рода проблемами - всё же при творении чар "отклонения" становились рядовой проблемой, неизбежным злом, сопровождающим любого моего коллегу всю сознательную жизнь. В крайних случаях помогала алхимия - подстёгивала регенерацию, выводила продукты клеточного обмена, усиливала иммунитет и даже обращала изменения вспять, если упоминать действительно качественные продукты.

Естественно, всё это, да ещё и эффективнее в плане скорости, способен был обеспечить и любой квалифицированный химеролог. Вот только мы не боги и не способны преодолеть ограничения бренной плоти своих пациентов... вроде бы. Так что хотя я и помог красавице, но с тем, что с ней сотворил истинный артефакт, работы предстояло ещё немало.

И не будь мы посреди войны, такое её состояние не грозило бы проблемами - всего-то на пару недель или месяцев ограничиться в применении маги, не более того. Однако, увы, сейчас нам важен каждый чародей. Особенно настолько сильный.

Вот только никто не может быть уверен в том, как отреагирует её ныне нестабильный организм на новые мутации. И если остальные могли лишь переживать и молится, то я... Я прекрасно представлял, что может произойти с девушкой.

Нет, она в любом случае выживет - это даже не обсуждается. И в конце концов будет здорова и столь же прекрасна, как в первую нашу встречу. Однако пройденный путь... вся та боль, которой может подарить ей собственное тело...

В общем, я предпочёл не выпускать красавицу на передний план сражения. Пусть уж лучше включается лишь в том случае, если станет действительно горячо. А до той поры справимся мы вдвоём.

Я и старик.

И мы действительно зажгли, став своеобразным тараном...

...- Собираются! - раздался крик гильдмастера, а спустя всего несколько мгновений к темнеющей в отдалении толпе нелюдей устремился луч ярко-жёлтого пламени. И стремительно достигнув некой точки над столпотворением, взорвался красочным фейерверком оранжевых брызг. Там, где они падали, загорались трава и плоть, а камень и земля тлели, скрываясь в завихрениях дыма.

Безусловно, эффектная атака. Но я сильно сомневался, что она причинила много вреда толстокожим тварям. Особенно гигантским крабам и каким-то носорого-черепахам, ведь в их панцирях гореть было просто нечему.

А вот уже знакомые десятиметровые многоножки-мутанты, покрытые неплохо горящей слизью, свою долю счастью отхватили сполна. Причём настолько, что принялись учинять сущий бедлам, надолго сковав часть войска неприятеля.

Очень уж проворные и мощные заразы - такие в неистовстве способны принести проблем не меньше, чем вышедшие из-под контроля боевые слоны. Вот только на этих монстрах, в отличие от элефантерии, погонщиков с колышками не сидело. Так что утихомирить питомцев будет непросто.

Эффектность прямо на глазах переросла в эффективность, виден богатый боевой опыт старого мага. Одной атакой окончательно смешать и без того нестройные порядки врага - это сильно. И даже если нашу осведомлённость об уязвимости этих конкретных чудовищ к огню можно было счесть оправданием, то оной ещё нужно было уметь воспользоваться.

Вот только...

Бросив взгляд на стоящего в десятке метров соратника, увидел ожидаемую картину - побледневшего, слегка зашатавшегося и тяжело дышащего - словом, явно снова перенапрягшегося чародея.

А ведь бой ещё даже не начался...

Насколько такое его единоличное решение было оправдано? Трудный вопрос. К сожалению, на поле брани часто приходится рисковать. Да и вся наша жизнь, в общем-то, тоже та ещё череда случайных разноцветных полос...

Вновь устремив взгляд на врагов, в очередной раз оправдал неприятные ожидания. Проблемы не помешали лидерам тварей сделать свой ход, послав часть лагеря в лобовую атаку то ли ради того, чтобы выиграть время на перегруппировку, то ли не посчитав нас целью, достойной большего внимания.

Рыболюды уже успели показать себя странными существами, чья гордость могла соперничать лишь с величиной их невежества. Так что право на существование имели оба варианта.

К счастью, брошенные в бой бронированные чудища мгновенно отстали - даже по сравнению с неуклюжими на суше порождениями глубин, черепахи и крабы едва тащились. Что при размере туш с не самые маленькие одноэтажные дома, выглядело закономерно и довольно комично.

И я бы даже уделил этому забавному обстоятельству больше внимания, вот только авангард всё равно набрался приличный - сотни полторы тварей под предводительством нескольких десятков вождей. И всё это против двух магов под защитой полусотни воинов гильдии - всего резерва, что мы смогли выделить без риска спровоцировать горожан на агрессивные действия в отношении каравана.

Могло показаться, что соотношение сил явно не в нашу пользу, однако реальность была иной.

Ведь я ещё не сделал свой ход.

Подготовка к нему шла напряжённо - в висках пульсировала кровь, току которой вторил привычный шум Ветров в сознании. На этот раз контролировать своенравную энергию было немного сложнее, поскольку находящийся неподалёку волшебник вносил в наш диалог некоторые помехи.

Необычный опыт, к которому мне ещё предстояло привыкнуть.

Усугублял положение также тот момент, что на этот раз я предпочёл сэкономить силы, отдав предпочтение подготовке и точности. Раз уж факторы сложились таким образом, что это стало возможно, удачей требовалось воспользоваться.

И ветер шумел в тиши под пасмурным небом, нагнетая облако белёсой пыли над нашими головами. Лишь в нескольких сотнях метров от нас рассерженным ульем гудели бегущие варвары, да шевелили листву нежные порывы.

Наконец, просмоленные мешки, ставшие источниками взвеси, показали дно, и уже вскоре густое облачко плавно поплыло навстречу врагу.

Метр за метром, десяток за десятком. Пока несущаяся толпа, пусть и попытавшаяся обогнуть опасный участок, но всё равно поглощённая оным из-за инерции и резко ускорившегося хода облачка, не попала в ловушку.

Простейший огонёк поставил точку в первом акте противостояния - объёмная детонация облака растёртой в пыль целлюлозы и паров огнеопасной алхимии, возгоревшихся практически мгновенно, не только обратила большую часть авангарда рыболюдов в мелкодисперсный туман, но и оглушила, казалось, треть города. Заблуждение, но впечатление такое создавалось не зря - очень уж силён оказался хлопок, силу которого я постарался направить в сторону неприятельского лагеря.

Не то чтобы это хорошо получилось, впрочем, поскольку воздушные чара под огромным давлением не продержались и пары мгновений. Из-за чего пострадали не только первоначальные цели, но и прикрывавшие нас бойцы - сраженных наземь людей шатало и мутило, рвало и даже отключало сознание, словно от контузии. И это даже несмотря на защиту магией от самого пагубного последствия взрыва - прямой ударной волны.

Видимо, им и отраженного эха хватило с лихвой. Та что вскоре стоять на поле брани остались лишь чародеи.

А ведь полная глухота - наименьшая из проблем, что грозили им в случае, если бы мы с гильдмастером не успели прикрыть солдат. Ценой тому стала немаленькая нагрузка, выпившая приличное количество ментальных сил... что поставило под вопрос целесообразность новых подобных атак.

Нужно будет потом подсчитать величину выигрыша в выносливости и примерные затраты на реагенты, после чего прикинуть пути оптимизации боевого приёма...

- Зато действенность вторичных эффектов очевидна, - пробормотал, наблюдая за полем, сокрытым за стремительно рассеивавшейся дымкой.

Вдавленная земля в форме неровной кляксы, перемолотые куски тел, сломанные фигурки более целых рыболюдов и звенящая тишина с редким треском тлеющих остовов растений.

Примечательная картина.

А за ней - чудовищные звери, не попавшие под атаку. От хлопка и последующего сконцентрированного акустического удара они перепугались настолько, что тут же рванули обратно, более не слушаясь сопровождавших их укротителей. Вероятно, сработал некий инстинкт - как-то ведь столь большие донные хищники выживали в бурных морях этого мира.

Хотя несколько тушь уже никуда не двинулись, оставшись лежать в высокой зелёной траве. Судя по судорогам пары из них, под ударом оказалась нервная система - страшная судьба, к которой мы со стариком поспешили проявить немного участия льдом и пламенем.

Не хватало ещё, чтобы чудища встали, когда мимо будет проходить караван. Да и остальных нелюдей требовалось добить - некоторые из живучих тварей пережила даже такое, отказываясь погибать от ран. Так что мы помогали как могли, привлекая боеспособных воинов для добивания раненных.

Пришлось изрядно постараться, чтобы и быстро удобрить почву, и продолжить следить за обстановкой, и попытаться отдохнуть при этом. А последнее требовалось особенно - после такого представления-то.

Уж больно ярко и звонко получилось.

Безусловно, громкий хлопок поведал о нас многим в округе, но будем честны - к этому моменту все заинтересованные лица и так уже знали о происходящем. Что вскоре подтвердилось сообщением от Ниавель - девушка предотвратила новую атаку от суперсолдат с далёкого севера, собрав дань в размере двух нечестивых душ. Что, безусловно, как радовало уменьшением числа сильных врагов, так и тревожило нагрузками на ещё неокрепший организм красавицы.

Но это было хотя бы относительно прогнозируемой проблемой, в отличие от рыболюдов, которых недавнее шоу могло привлечь в совершенно любом количестве. Прогнозировать масштабы не получалось - для этого их повадки были слишком плохо изучены.

Боги, да мы даже об их традициях ведения войны не знали, из-за чего с равной вероятностью могли ожидать как полное безразличие со стороны соседних лагерей, так и появление на горизонте многотысячной армии в ближайший десяток минут.

Естественно, в последнем случае умирать я не собирался - второй акт прорыва предусматривал мероприятия по отвлечению внимания как раз на такой случай...

О, а вот и новые действующие лица!

Если мы были хоть как-то защищены от звуковой атаки, то вот оставшиеся в лагере нелюди - нет. Хотя некоторым из них помогли рефлекторно возводимые окопы, они же стали и препятствием, когда из чащи за реденьким преддверием леса утробно рыча выскочили мои химеры.

Жуткое зрелище голодной своры тварей, вылепленных по образу и подобию демонических фантазий аборигенов. Людей от такого бросило в дрожь, однако у меня вызвало лишь радостную улыбку.

Вот и прискакала кавалерия!

Новый пламенный луч в исполнении старого мага успел накрыть лагерь до того, как мои создания устроили собачью свалку, так что ворвавшиеся в толпу кошмары принялись за кровавое дело с энтузиазмом пираний, почуявших в своём пруду кусок беззащитного мяса. И без того дезорганизованные и уже даже частично разбежавшиеся по округе дети глубин оказались довольно лёгкой мишенью. Особенно когда к феерии красок подключились ломанувшиеся к лесу крабы и черепахи.

Впрочем, вскоре кто-то из жителей вод начал наводить порядок - к сожалению, на это дело они были горазды, а перебить всех до момента появления точек кристаллизации невозможно ввиду живучести тварей. Так что, наблюдая за резнёй и потихоньку смещаясь к лагерю, мы со стариком готовили новую магическую атаку...

Когда запели стальные тетивы.

Знакомая мелодия - сам ведь мастерил, без магии такое при нынешних технологиях изготовить довольно сложно. Значит, вторая волна подкрепления всё же успела присоединиться к ранее покинутому мною отряду - именно в их обозе везли некоторые достижения кустарной промышленности, в числе которых находились и подобные игрушки.

И как же радостно оказалось услышать новые орудия войны в таких обстоятельствах!

- Свои!.. - лишь успел пояснить я мастеру гильдии, когда обрушившийся на рыболюдов град болтов начал буквально прошивать здоровенные тела, ломая кости и изредка даже отрывая конечности.

Гвардия сказала своё веское слово, и поражало оно язычников в самые сердца... а также в головы, внутренние органы и прочие уязвимые места.

Вскоре из-за деревьев показались и сами воины, продолжившие вести обстрел лидеров нелюдей, пытавшихся организовать хоть какое-то подобие сопротивления. И в то же время с противоположной стороны на мечущуюся толпу продолжали заходить мы - может не столь многочисленные, зато куда более опасные мощной магией.

Перекрестный обстрел давал свои плоды. Численность монстров стремительно сокращалась, и даже гиганты подводного мира отдавали жизни перед абсолютной мощью человеческого разума.

В определенный момент бойни группа из двух десятков гвардейцев пошла на прорыв, устремившись прямиком ко мне. Расчистив путь массивными осадными арбалетами, воины устремились в проделанную брешь целеустремлённо и неотвратимо, одним лишь видом закованных в сталь фигур, вооруженных гигантскими алебардами, распугивая немногих выживших нелюдей.

Да что уж там - сопровождавшие меня бойцы гильдии струхнули настолько, что даже стену щитов сколотить попытались... правда, при этом попутно готовясь дать дёру в случае чего, но смелость я всё-таки оценил, да.

И вот, когда отряд приблизился к нам, один из латников выступил вперёд:

- Милорд! - знакомый гулкий голос разошёлся над равниной, заставляя людей вокруг невольно вздрогнуть. - Наконец вы снова с нами! Боюсь, в следующий раз, когда вы отправитесь к опасности в одиночку, по возвращении меня уже не встретите - повесят за измену!

Слова офицера, поддержанные приглушённым ворчанием его воинов, вызвали на моём лице лишь улыбку. Тем более, что я знал - юмора в этой штуке на самом деле было немного, поскольку за мои рискованные действия им уже успел высказать неудовольствие как минимум герцог. И не спасало даже то, что виной всему было моё решение. Топор палача такое оправдание не отвадит.

- Я тоже рад вас видеть, верные воины, - сказал в ответ. - Однако, к сожалению, испытания дня сегодняшнего ещё не окончены. Предстоит пролить немало крови.

- Если чужой - то это мы с радостью! - прогудел уже другой голос из строя.

- Не сомневаюсь...

...- Хорошие рыцари, - негромко заметил старый маг, поглядывая на добивающие врагов сотня моих латников. Да при арбалетах, конях и химерах - страшная сила по меркам Вольницы. Да и в большом мире многие штаны испачкают, появись такая армия прямо под окнами.

Конечно, не все они были модификантами, но костяк - вполне. Собственно, ныне их можно было безошибочно опознать по здоровенным стальным дурам стрелковых механизмов, носимых за плечами - только сверхлюди были способны не только взводить и стрелять из толстых стальных тетив, но также ещё и резво бегать с таким дополнительным грузом по полю брани.

Всё же на то этот арбалет и звался осадными, чтобы поражать врагов с замковых стен, а не в чистом поле.

И видимо, внешний вид моих людей оказался достаточно внушительным, чтобы даже знатный северянин оценил его по достоинству.

- Бесспорно, - пожал плечами. - Но нет предела совершенству.

- Всего можно добиться миром, кроме опыта, - философски произнёс Первый мастер гильдии. - А в обретении его главное - не потерять жизнь.

Взгляд невольно переместился на сваленные в кучу тела моих химер - в этой атаке погибли многие из них, купив своими жизнями безопасность людей. И пусть в лабораторных записях они фигурировали по графе отработанного материала, сердце всё равно сжималось от столь печального зрелища.

Всё же кошмаров, даже столь примитивных подвидов, я растил сам. Лично. Холил, лелеял, заботился... Кого-то, конечно, выделял на фоне других. Однако всё же не бросал даже самого жалкого зверя - либо ухаживал, либо оканчивал жизнь.

И такие потери...

Печалили.

А ведь они не будут последними...

Так мы со стариком и продолжали отдыхать на просторах захваченной стоянки глубинников, предаваясь лени в преддверии новых вызовов. И ожидали сведений от разведчиков, что должны были передать о передвижениях крупных отрядов врага.

Птицы, люди, да даже наблюдатели на стенах - что угодно, лишь бы заметить людоедов раньше, чем они приблизиться к растянувшемуся от ворот до сюда каравану.

Пока последним занималась Ниавель, но неровен час, и в отсутствие нелюдей могут запрячь также и нас. Причём не иначе чем какой-то особой женской магией, потому что иными способами пару чародеев не смогло бы оторвать от пеньков даже пришествие всего пантеона местных божеств.

Однако время двигалось неумолимо, как и вереница повозок, а никто всё не приходил. Хотя некие телодвижения в других лагерях водников были заметны даже издали, однако к ожидаемому результату они всё никак не приводили. Ну, по крайней мере в должных масштабах - так-то небольшие банды тварей рванули к нам сразу, стоило только отгремели взрыву. Но угрозу они представляли сравнительно небольшую - неорганизованные и трусливые, эти группы загонялись и забивались хоть и при поддержке координатора в моём лице, однако всё же без необходимости отрыва собственного зада от нагретого места.

Такой себе отдых получился, конечно - сменил работу в поле на офисную техподдержку с телефоном, приклеенным к уху. Однако всё лучше пряток в грязи по лесам да полям. По крайней мере, не приходится маскироваться под куст или свежий труп.

"Хотя можно поспорить, какой из перерывов был безопаснее", - подумалось с изрядной порцией фатализма.

Подтверждая промелькнувшее размышление, рядом со мной приземлилась одна из новеньких химер - число их изрядно пополнилось подкреплением. Дисциплинированная птичка молча передала удерживаемую в лапке записку, после чего столь же безмолвно отправилась обратно - навстречу небесам.

- Какая деловая колбаса... - пробормотал с кривой улыбкой, предчувствуя проблемы.

И ожидания, к сожалению, вновь были обречены на подтверждение, описанное в ёмкой фразе: "Косовые ворота захвачены неизвестными - разбирают баррикады".

Учитывая, что писал это один из писцов гильдии, о чём свидетельствовал оттиск печати на крохотной восковой плашке, в правдивости слов можно было быть уверенным.

А значит - дерьмо продолжилось. И нам из него выплывать.

***

Случившееся далее было закономерным ходом событий... ну, из тех самых причинно-следственных цепочек, что сняться людям в кошмарах, а поутру описываются весомым: "Не дай боже!".

Отряд сверхчеловеков-диверсантов так и не пожелал оставить нас в покое, начав действовать местами даже чрезмерно активно.

Чувствовалось, что возомнившие себя хозяевами города в наше отсутствие, они действовали вольготно и даже нагло, ограниченные лишь собственной крайне небольшой численностью. Впрочем, судя по вскоре проявившимся шевелениям в разных кругах выжившей элиты Ванонии, притязания модификантов были вполне оправданы - кое-кто из бывшей верхушки действительно пересидел падение района аристократов, отряхнулся и вступил в сговор с иностранцами, перетягивая народ под пяту новых временных хозяев.

А последние сильно и не скрывали недолговечности своего статуса. Зато что они предпочитали не показывать, так это систематический подрыв обороноспособности города.

Судя по всему, Ванонию решили добить. Причём чужими лапами - перед рыболюдами открывались ворота, разбирались завалы и исчезали, уходя в тыл, отряды стражи, неспособные в полной мере осознать пагубность происходящих событий.

Впрочем, не следовало принижать людей - не разумом, так интуицией многие понимали, что происходит что-то не то. И к кому они тогда шли? Правильно.

К нам.

Стоило ли говорить, что эвакуация изрядно затянулась? Уйти пожелали тысячи! И хотя мы уж точно не могли принять абсолютно всех, но выведя сперва своих, согласились на присоединение тех, кто успеет.

С условием, что бросим беглецов в случае необходимости.

Естественно, даже так пошли многие. От чего не рады оказались уже сами гильдейцы. И далеко не только те, кто из-за спешки сборов потерял контакт с близкими:

- Ещё утром бранились, а таперича кровь за них лить?! - возмущался один из бойцов, то и дело поглядывая на моих закованных в сталь воинов, сохранявших тишину и хладнокровие. - Вона, пусть к этим идут! В такой-то сбруе им монстряки всяко непочём будут!

- Помело ты гнилошное, Ворш...

А вот Ниавель, напротив, встретила внезапное прибавление работы и суеты стойко, спокойно и даже почти благодушно. Чего я от неё, признаться честно, совершенно не ожидал - успело сложиться впечатление, что как минимум население Ванонии она не жалует.

Хотя когда оба локомотива нашего состава оказались принципиально не против потянуть за собой ещё некоторое количество вагонов, думаю, девушке не позволили возражать врождённая хитрость и умение читать атмосферу. Или что-то аналогичное.

В любом случае, мы продолжили отслеживать активность наших врагов, и уловили момент, предвещающие обострение ситуации, вовремя.

- Крупная группа нелюдей прорывается по Малой купеческой к зданию гильдии, - прочитал я очередное послание, присланное с ворот.

- Значит, время вышло, - кивнул старик.

- Думаешь, они сразу же поймут, что артефакт вывезли? - не мог не выказать некоторые сомнения в умственной состоятельности варваров.

- Не сразу, но очень быстро, - был мне ответ. - Знаешь ли, раньше мы ящик на всеобщее обозрение не выставляли, однако каким-то образом твари ведь о нём узнали.

Тоже верно. Каким бы образом эта информация не была получена, ничего не стоило повторить однажды пройденный путь. И тогда...

Тогда исполнится видение, обещанное Игральной костью.

Битва сотен против десятков тысяч.

А мне что-то совершенно не хочется сегодня умирать.

Глава 56 - Пылающий город, часть 9 - Спектакль окончен, гаснет свет...

Сражения бывают разными. Это истина, очевидная для любого, хоть сколько-то интересующегося миром вокруг. Не нужно быть любителем видеоигр, увлекающимся историком или заядлым киноманом - достаточно иметь голову на плечах и каплю логики в голове, чтобы признать этот факт.

Сражения бывают разными. Даже в рамках одной эпохи, одного цивилизационного уровня и на протяжении одной войны. Даже одни и те же люди в одних и тех же условиях могут пойти к достижению победы очень разными путями. Применяя при этом отличающиеся, а порой и просто странные методы.

Эта вариативность, это множественность возможностей, она, бесспорно, может быть очень обширна и весома в своём влиянии на окружающий мир. Даже в антураже копий, мечей и арбалетов можно было придумать множество тактик и их модификаций для решения конкретных задач на каждом отдельном поле боя. И пусть аборигены задействовали свою изобретательность не так часто, чтобы подтверждать этот тезис, однако его значимость от того ничуть не уменьшалась.

Полководческие таланты существовали. Самородки в навозе невежества, бриллианты среди смердящих болот, гениальные безумцы на вершинах гор из фекалий...

Я слышал о них. Читал труды. Переписывался со свидетелями. Покупал слова очевидцев. Внимал ученикам. Скрупулёзно собирал обрывки сведений, остававшихся цивилизации в наследство от таких людей - зачастую незаслуженно забытые, но всё же кем-то бережно хранимые.

Всё, лишь бы приобщиться к крупицам чужой мудрости. Чтобы поставить себе на службу то, что ценилось во все времена, а особенно - в нынешнюю эпоху человеческой ойкумены этого мира, когда людей поистине мало, а смертность среди них чрезвычайно высока.

Талант.

Очевидно, что я хотел заполучить себе такой, ведь сам ничем подобным не обладал и близко.

Поэтому безуспешно искал среди толп. Солдаты и наёмники, аристократы и бандиты из черни - абсолютно не важно, лишь бы найти хоть кого-нибудь способного на маленькие чудеса без всякой магии.

Я не говорю о настоящих богах во плоти, меняющих историю мира своими победами. Хотя среди люда здешних земель иногда и ходила молва о старых временах, когда по свету бродили такие титаны.

Не говорю и о чужаках - королям, гегемонам и прочим иерархам всегда, как и мне, всегда критически не хватало подобных личностей, от чего любого, показавшего себя хорошо на поле боя, ко мне бы никогда не отпустили.

Но вот среди здешних, вольных, или же приезжих гостей наших земель...

Если бы нашёлся хоть кто-нибудь...

То...

- Я сожгу эту тварь живьём! - прорычал в бешенстве, под пульсацию крови в висках наблюдая за тонким ручейком из людоедов, узкой улочкой пробиравшихся вдоль городской стены. И всё бы ничего, да только всего спустя пару десятков метров тропа вливалась в небольшую площадку посреди десятка крупных купеческих домов, где сейчас спешно собирался обоз на полудюжину телег.

То были люди, попросившие присоединиться к нам в бегстве из обречённого города. Мирные, небогатые, хотя когда-то в прошлом, быть может, и довольно респектабельные. Десяток мужчин со втрое большим числом стариков, женщин, детей...

- Ну что они тебе сделали?! - выдавил через плотно сжатые зубы.

Это всё, что мне оставалось - злиться и наблюдать. Гвардейцев, чтобы заткнуть очередную дыру там, где её не должно было быть в принципе, не было.

Точнее, они были, но... Я ведь прекрасно понимал подоплёку происходящего.

Знал ответы.

Видел правила игры.

Эта партия началась не сейчас, не день назад и даже не в тот момент, когда на земли Ванонии ступила первая лапа с перепонками.

Но именно сейчас решался её исход.

Даже если потом итоги захотят переиграть, сделать это будет очень сложно - слишком слабыми картами обе стороны смогут играть на чужбине. Так что всё решается в этот час. Пан или пропал. Ни отложить, ни доложить - изволь играть тем, что есть на руках в данный момент, или беги, чтобы остаться при своих.

Приз - божественен. Поражение грозит потерей крайне ценных активов - подготовленных, опытных, верных людей.

Никто не отступил. И мы играли жизнями на улочках раздираемого войной города.

Оба использовали некое подобие тактики малых групп. У обоих для этого были и модификанты, и обычные воины. Мой численный и качественный перевес компенсировался необходимостью защищать гражданских, в то время как соперника не останавливало ничего - ни мораль, ни совесть, ни человеколюбие.

Он спокойно жертвовал фигурами, чтобы нанести мне урон. Тогда как я поступать так не желал, ценя людские жизни, в особенности - своих гвардейцев, превыше сомнительных возможностей по устранению живой силы врага. Тем более, когда оные порой столь сильно напоминали изощрённые западни.

Так и воевали - один нападал, другой защищался. Но это в рамках стратегий. Тактически же как только не складывались обстоятельства...

Но за редким исключением общая канва происходящего оставалась неизменна - он, этот неизвестный умник в роли вражеского военноначальника, изучал мои возможности, пытался раздирать резервы, создавал ловушки или их ложные подобия, призванные отвлечь внимание от действительно важных направлений.

Сволочь целенаправленно лезла ко мне в голову. И что-то у неё получалось.

Впрочем, не всё было так просто. Ведь я мог заниматься тем же самым, только при куда лучшем материальном обеспечении.

Химеры выслеживали одиночных диверсантов северян, алхимия устраняла рыболюдов и прочих любителей обходов по флангам, магия выжигала целые здания, в которых смел укрываться противник.

В определённом смысле, несмотря на абсолютную безжалостность врага, в глазах стороннего наблюдателя сущим монстром мог бы выглядеть именно я. Ведь никакой талант в купе с изуверским прагматизмом не могли изменить объективной реальности, где, пользуясь куда большими материально-техническими возможностями, я просто методично давил эту мразь.

Загонял, как дикого зверя.

Рвал, словно пастуший пёс залётного волчонка.

Вцепившись в загривок грыз, отрывая куски мяса в виде всё новых и новых трупов суперсолдат с далёкого севера.

Удушающий смрад пропитал воздух, кровь заливала округу. На языке стоял терпкий привкус чужих потрохов.

Нас было больше. Мы были лучше.

Ну и магия, куда уж без неё.

Так что, хотя лично мне приходилось лишь смотреть на рыболюдов, стремительно приближающихся к маленькому обозу, однако хватало и тех, кто всё же мог предотвратить трагедию.

И речь шла вовсе не о гвардейцах.

Ещё несколько мгновений я хмуро наблюдал за тем, как уродливые туши неслись по грязной улочке навстречу визуально беззащитным людям, после чего вместе с первой вспышкой, сверкнувшей в тесноте меж домов, отвернулся.

Сперва там сработают ловушки, а потом к месту прибудут уже спешащие ополченцы в компании одного из гильдейских магов. Они либо добьют выживших, либо продержаться до подхода стражи.

Схема была уже отработана, потому что случай далеко не первый. Организовать людей в небольшие мобильные отряды поддержки, пока основные направления удерживаются модификантами с бочками огнеопасной алхимии - очевидное решение, которое пришло в голову даже далёкой от войны Ниавель.

Собственно, девушка их и реализовала ещё до того, как в городскую заварушку пришлось вливаться и мне.

Вот так с тех пор сражение и продолжается - монстры медленно захлёстывают город, пока две человеческие фракции рвут друг другу задницы посреди вопящих толп ничего не понимающих людей.

Выглядит как сущий идиотизм. Или кошмар посреди картины Ада от незабвенного Босха.

Впрочем, по моим предположениям, планы неизвестного соперника, не обделённого полководческими талантами и смекалкой к моему великому сожалению, изначально предполагали всё же несколько иное развитие событий. Не зря же рыболюдов информировали о местонахождении реликвии, а после - столь активно подталкивали к гильдии, едва ли не красную ковровую дорожку расстилая Очевидно, что недалёких варваров решили использовать в качестве живого тарана. На самом деле - неплохая идея...

Но ровно да того момента, пока инструмент остаётся безмолвным и безвольным наблюдателем. Однако рыболюды оказались себе на уме - и вместо того чтобы послушно рвануть вслед за покинувшими город людьми, они почему-то продолжили копаться в руинах внутри периметра стен.

Точнее, ну как, "почему"...

Не зря же я столько сил приложил, чтобы скрыть перемещение чёрного ларца Длани, верно? Не зря ведь таскался по катакомбам под зданием гильдии с открытым ящиком и старательно облучал каждый камешек, не зря потом минировал все эти проходы и уж точно не из любви к искусству намораживал столько льда.

А уж сколько веселья мы устраиваем копателям всего этого добра - вообще отдельная история. Чего к ним только не закидывали, лишь бы развеять любые сомнения относительно ценности сокрытого под землёй. Благо обман был предназначен для недалёкого ума верзил, чьи лидеры теряли способность управлять толпой соплеменников в тот же миг, когда перед глазами последних появлялась вызывающе яркая морковка.

И речь идёт не только о ледяных глыбах, возбуждающих надежды рядовых почитателей бога морей.

Муляжи искомого ларца оказалось не так-то сложно сделать - ящиков в городе хватало, а извалять их в угольной пыли никогда не представлялось большой проблемой. Потом только знай, да приманивай нелюдей в разные части города - подавляющее большинство из них-то настоящий ларчик никогда не видели, а словесное описание подробностями не блещет. Вот и идут дуболомы за любой фигнёй, хотя бы минимально напоминающей нужное.

Так что не только северяне научились манипулировать рыболюдами, далеко не только они. Другое дело, что мне это было особенно и не нужно - натравливать почитай что не на кого, а в ловушках десятки тысяч тварей резать - умрёшь от усталости. Но расстраивать всякие хитрые планы недругов - тоже неплохо.

Другое дело, что как бы я не хотел спасти ещё больше людей, скоро из Ванонии всё равно придётся валить. Исходя из слов наблюдателей, прибрежный контингент тварей уже начал беспокойно шевелиться, а от такой армады только бежать и придётся.

Но пока можно вызволить ещё хотя бы пару человек...

И ещё нескольких...

И ещё...

Никогда не думал, насколько тяжело оказаться в ситуации, когда можешь спасти от смерти - но время ограниченно. Мучительно и с прагматической, и с эмоциональной точки зрения. А ведь когда только освободился от гнёта старого мудака, чтобы черти его в Аду всем ковеном по кругу любили, такого человеколюбия не испытывал. И когда чистки проводил - тоже. Сперва безразличие, а потом необходимость глушили голос совести, казалось, оставшейся ещё в прошлом, куда более благополучном мире.

Но расслабился, видишь ли. Слишком поверил в себя, свою власть и силу. И вот, теперь страдаю.

Я зачем, собственно, наверх по социальной лестнице лез? Зачем под себя побольше грёб, да верными людьми обзаводился? Одних убивал, других в слуг обращал, а третьих - покупал? Уж точно не для того, чтобы теперь терзать самого себе столь бессмысленным образом.

Однако же, начав - остановиться невозможно.

Зараза...

***

В качестве временного пристанища штаба были выбраны опустевшие казармы гарнизона врат - крупное каменное здание, построенное, к удивлению, по всем правилам северной фортификации. От чего обладало не только толстыми стенами из монолитных блоков, объединённых в единый массив магией, но и обширными подземельями, стальными решётками на узких окнах-бойницах и даже тремя невысокими, но толстыми башенками, более всего напоминающими бастионы.

Иными словами - являло собой скорее бункер эры пороха, чем замок времён требушетов. Как раз то, что нужно, когда по полям сражений бегают люди с мощью различных видов артиллерии в карманах.

Или суперсолдаты, жаждущие некоторых из числа оных прикончить.

Причудливое место, как нельзя кстати подвернувшейся нам под руку. И при этом большую часть войны совершенно никому не нужное, поскольку нормальной осадой в привычном понимании ни одна из сторон не занималась. Те же рыболюды, дескать, после пары первых приступов, когда умылись кровью, предпочли проделать в стене свои бреши, вместо захвата уже существующих проходов. Или проникли через куда менее защищённый порт. От чего удержание фортификаций врат внезапно оказалось достаточно мало значимым занятием, на которое хватало уже не более полусотни воинов.

По крайней мере, так поняли предшествовавшие нашему приходу события остатки стражи, практически добитые нападением отряда сверхлюдей-диверсантов. Хотя кое-что в их мимике выдавало изрядные сомнения, испытываемые людьми в отношении этой версии. Однако спросить по существу всё равно было не у кого - офицеры убиты или пропали, как и соседствующие с казармами жители, а гильдия и присоединившиеся к нам аристократы до недавнего времени не проявляли большого внимания к этому месту и тем, кто оным управлял.

Собственно, яркий пример того, как происходит управление сколь-нибудь обширными землями без твёрдой руки и цепкого взгляда - все уже настолько привыкли не знать, что твориться даже в соседней деревеньке, не то что на краю державы, что даже не пытались приглядывать за важной стратегической позицией, расположившиеся на расстоянии всего нескольких кварталов от гильдии.

И проблему в произошедшем видел лишь я, тогда как остальные воспринимали это нормой. Быть может, неприятной, но где-то на уровне пасмурной погоды - явлением обыденным, являющимся частью порядка вещей.

Ну а что - для Ниавель и её деда, классических выходцев из феодальной знати, всё было в порядке. А больше никому оно и нужно-то не было - остальные о себе заботились, предпочитая не думать о лишнем.

Как и многие, очень многие люди... Мало кто желает нарушать статус-кво, пока окончательно не прижмёт.

Поэтому столь непривычным показалась мне весть, принесённая одним из наблюдателей:

- Они ушли.

Я не сразу понял значение услышанного, настолько оно расходилось с привычной реальностью последних дней. Да и когда всё же смог осознать, признаться, сперва просто не поверил:

- Шутишь? Или стимуляторами обпился? - несмотря на усталость, меня хватило на юмор и небольшую улыбку. Улыбку, что нашла отражения на лицах пары гвардейцев, замерших по обеим сторонам от массивной двери, - моих периодически сменяющихся телохранителей. И пусть они были в шлемах и быстро вернули в свои взгляды суровость, промелькнувшую искру смеха уловить я успел.

Всем нам нужно отдыхать не только телом, но и разумом. А то, вот, уже тупить начинаю.

- Я бы не посмел, милорд! - стоящий посреди помещения воин тоже улыбнулся. - А Гелро не стал бы - вкус зелий не нравится, а столько выпивки на башне не раздобыть.

Тем более, крепкий алкоголь ещё попробую найти - гонят его в основном алхимики, причём для совершенно иных целей. Простому люду если что и преподает, то уж точно не на просторах Междуречья.

- Предположим... - протянул, всё ещё испытывая некоторые сомнения. - И что же он в таком случае увидел?

Докладчик покорно потупился, вернул лицу протокольное выражение и принялся повторять уже ранее сказанное:

- Сперва заметил, что в том домище на Малой кузнечной, который змеюки подколодные заняли, людишки забегали, что блошки. Даже хлопнуло чегой-то этакого, пыхнуло да сверкнуло, апосля чего ринулись они кто куда. Гелро быстряков не сразу заприметил, но как только - так и глядел неотступно, пока мог. Так и увидал, что четверо или пятеро из этих-то того - недалече на стену взобрались, верёвку на другую сторону спустили да были таковы.

Ещё раз выслушав эту историю, и не имея каких-либо сомнений в остроте зрения модификанта, я не мог не признать - по всей видимости, начало происходить то, чего я одновременно и с нетерпением ожидал, и искренне опасался.

Дезертирство.

К сожалению или же счастью, изменённые магией люди, насколько совершенными не были бы их тела, всё ещё оставались людьми. Быть может, совсем необычными - хорошо подготовленными, морально стойкими воинами, привыкшими лить кровь другим и самим себе. Но все ещё людьми.

Всем нам свойственно чувство самосохранения. Не мудрено, что после всех потерь, нанесённых нами, они в конце концов дрогнули, более не желая складывать головы ради бессмысленной войны на чужбине. Тем более, своё брали эпоха и сословный менталитет, влияние которых неизвестный противник, вероятнее всего базирующийся где-то в северных королевствах, искоренить в своих людях так и не смог.

Терпеть наплевательское отношение такие не будут. Особенно, в землях, где руки хозяев оказываются удивительно коротки. И если раньше их ещё могла сдерживать цеховая солидарность, социальное давление и некоторый страх перед возмездием, то теперь, после первого бегства, боевой дух подразделения начнёт неизбежное падение прямиком в Бездну.

Они либо массово побегут, либо отступят, чтобы вернуть боеспособность в будущем. В любом случае тактическому дарованию, играющему сейчас со мной в партию на просторах горящего города, придётся поторопиться ещё больше, чем раньше.

Приятно знать, что время сквозь пальцы утекает не только у меня.

***

Вспышка озарила пепелища трущоб, на несколько коротких мгновений сделав внешний вид разорённых пригородов Ванонии не столь гнетущим. Следом с небольшим опозданием прокатился гулкий хлопок, возвестивший завершение любых наших попыток сопротивления захватчикам.

Мощная арка городских ворот, сжатая меж двух величественных башен, казалось, даже не шелохнулась от очередной проверки качества работы построивших её зодчих. Подумаешь, ещё один взрыв - сколько их она уже успела повидать за пусть и короткий, но крайне насыщенный срок своего существования?

И не такое выдерживали!

Однако это впечатление было ложным. Даже не обладая моей остротой зрения было понятно, что единственный проход через стены в обозримой близости оказался перекрыт. Ведь рыболюды перестали просачиваться через поднявшееся облако пыли.

Всё. Ворота обрушены взрывом - их специально подготовили магией земли таким образом, чтобы всё получилось аккуратно и надёжно. Чтобы, когда мы вернёмся в Ванонию в силах тяжких, не пришлось заново строить целую секцию стен.

Впрочем, отнюдь не эта забота стала причиной задержки вплоть до самого последнего момента. Нет, на самом деле мы просто старались спасти как можно больше людей. И небезрезультатно! Даже под напором всё усиливавшегося потока тварей, вблизи от нехороших свершений диверсантов, под пристальным взором взявших на местах власть в свои руки аристократов, олигархов или простых бандитов - несмотря на всё это мы продолжали суматошную эвакуацию населения, по итогу сумев вывести огромное количество жителей. Свыше шести сотен даже по самым пессимистичным оценкам!

Свыше шести сотен беззащитных, голодных ртов. Караван с критической нехваткой транспорта и лошадей, практически без запасов пищи и житейского скарба. Медленная, едва плетущаяся процессия, сродни похоронной, за которой в любой момент могли устремиться что недобрые люди, что недовольные глубинники.

Большая ноша... И в то же время столь малая!

Я смотрел на видневшийся сквозь оседающую пыль завал на месте ворот, но не чувствовал облегчения. Ведь вместе с врагом по ту сторону остались и простые горожане, отныне отрезанные от единственного пути к спасению в этой части города.

Жестокое решение, что должно было дать нам фору. И это как минимум, поскольку ещё неизвестно, окажутся ли способны не блещущие интеллектом варвары отправить за нами погоню сквозь леса и холмы - всё же суша им непривычна, добывать пищу следуя за обозом не получится, а снабжать их никто не станет.

Даже найдись у рыболюдов гениальный логист, обеспечивать крупный отряд вдали от берега он сможет едва ли. Так что нам остаётся лишь успеть отойти достаточно далеко, чтобы избавиться от одной из угроз.

Чтобы тут же попасть под удар другой. Северяне ведь никуда не исчезнут, и даже более того - вероятно пополнят численность за счёт отрядов, обеспечивавших кольцо "тишины" вокруг страдающего города.

Впрочем, с этим противником уже можно было бороться. Тем более, что большинство опытных воинов мы ему уже выбили, а оставшимся даже с поддержкой придётся поспешить, поскольку время теперь будет играть отнюдь не на их стороне.

Наши подкрепления идут. Ещё две сотни герцогской гвардии вместе с тысячей регулярной армии, множество компаний наёмников и отрядов городских ополчений. Да и кое-кто из наших ближайших к Ванонии союзников уже почти собрал армии и вполне мог успеть к завершающим этапам эпопеи.

Соответственно, по примерным подсчётам уже через неделю попытка отобрать артефакт станет идеей поистине самоубийственной. Хотя не то чтобы я планировал делиться этими выводами с кем бы то ни было - люблю делать сюрпризы, особенно неприятные и врагам.

Хотя тут ещё неизвестно, что случится раньше - наши силы укрупняются, или вражеские растворяться на зелёных просторах Вольницы свободными отрядами. За последние пару часов количество дезертиров среди северян стало стремительно нарастать...

- Мэтр? - отвлёк от размышления один из гвардейцев, сопровождавших меня в этой небольшой миссии.

Кому-то ведь нужно было подготовить ворота, прикрыть отступающих воинов и проконтролировать полноту результатов взрыва, довершив работу в случае недостаточности оного. Для такого дела не пожалели даже лошадок - мобильность нашего отряда была куда важнее удобства небольшой части обоза. Тем более, как это водится, плёлся он со скоростью самого медленной своей части - уставшего пешего человека, от чего лишения пары лошадиных сил практически не ощутил.

- Поехали, - кивнул в ответ и благодаря стремени вскочил на своего коня. Рядом встрепенулся ещё десяток лошадок, на которых восседали суровые модификанты.

Здесь мы работу закончили. Теперь осталось лишь забрать наблюдателей из нескольких точек на городских стенах, в последний раз взглянуть на взбудораженные осадные лагеря нелюдей, да отправиться восвояси. И сделать это всё желательно как можно быстрее - волны в порту уже пенятся от тысяч тел, выбирающихся на берег. Промедление равноценно смерти...

Прерывая мои мысли, над городом разнёсся глубокий, низкий, практически неслышный человеческому уху рокот. Этакое басовитое дребезжание, от которого, впрочем, в едином порыве вздрогнул весь отряд - что люди, что животные. Все мы услышали этот звук.

- Поспешим!..

...Взобраться на стены с внешней стороны большого труда не составило - проводником стал я, повторивший восшествие на каменную преграду на бис, а путём послужил заботливо прихваченный моток корабельного каната, для надёжности перекрученного вчетверо. Благо снастей в главном портовом городе региона хватало с излишеством, нужно было лишь иметь правильные знакомства.

Или просто спасти от неминуемой гибели пару знающих задниц.

И вот уже там, в вышине среди ветров и каменных зубцов, нам предстало поражающее своим масштабом зрелище.

Гигантская волна, уже почти достигшая порта.

Вопросов, кроме сакраментального "зачем?", ни у кого не возникло - кто, каким образом и в преддверии чего решил сделать нечто подобное было понятно и очевидно. Единственное, несколько смущала явная паника среди выбравшийся на берег рыболюдов, волей судьбы оказавшихся в зоне вероятного поражения... Но не мне печалится чужой глупости.

Может, кто чихнул неудачно во время ритуала, откуда мне знать?

Так что, за неимением непосредственной угрозы, пауза на оценку ситуации вышла небольшой, и уже вскоре мы отправились в путь.

От башни к башне, от крыш домов к куполам небольших храмов - всюду, где должны были ждать своего вызволения рабочие двойки наблюдателей. Не то чтобы все они не могли уйти сами, но раз уж половине в любом случае потребуется помочь, я решил не проверять способности остальных. А то мало ли - получить увечье или погибнуть даже модификанту несложно, особенно среди рассыпающихся руин.

Мы находили, обменивались условными знаками, помогали собрать вещи и брали с собой, пока не появлялась возможность выпустить по другую сторону стен целый отряд из восьми-десяти воителей. То есть группу достаточно малую, чтобы не обращать на себя много внимания, но и достаточно крупную, чтобы в случае чего отбиться от нападения.

И всё шло хорошо - мы собирали, считали, выпускали и временами наблюдали за творившимся в городе безобразием. Стали свидетелями яростного наката волны и явления из мутных брызг оной трёх гигантских тварей, напоминавших жирных каракатиц, лоснящихся чёрной чешуёй и бирюзовыми разводами слизи на ней. Странные создания, похоже, не очень хорошо чувствовали себя вне родной стихии, от чего раздражёнными взмахами щупалец, длинною во многие десятки метров, крушили дома и обращали случайно подвернувшихся неудачников в облака из крови и осколков костей.

Но несмотря на опасность, вслед за монстрами шли целые толпы нелюдей. Может быть, не столь же злых, но зато, судя по всему, очень голодных.

Видели мы и то, в какой ужас приходили выжившие жители Ванонии - яростные, но безнадёжные схватки с захватчиками вспыхивали то тут, то там, пока большая часть людей просто бежала кто куда. Одни собирались в группы и пытались пробиться наружу, другие - прятались в домах, третьи - находили выход в прыжке с большой высоты или в объятиях пламени...

Однако даже в этом Аду, разверзшемся в отдельно взятом городе, нашлись свои сатанисты.

- Стой! - поднял я руку, призывая замереть на месте. И гвардия, уже привыкшая к такого рода сигналам, послушно встала, тут же выхватывая ручные арбалеты.

Жаль, не осадные - даже модификантам с такими долго не побегать, особенно в том случае, если требуется сохранять высокий темп. Вот только, боюсь, обычные болты в этот раз могли нам не помочь...

- Милорд? - тихо позвал один из заслонивших меня воинов. - Смотрите, на третьем уровне сверху!

Но я уже и сам видел кого-то в доспехе гвардейца, руками выводящего верные сигналы. И всё бы было ничего, однако куда больше всяких проверок я доверял своей магии, в частности - Ветрам. А они здесь несли совершенно характерный отпечаток.

Будем честны, не то чтобы я был хорош в некромантии... скорее уж ровно наоборот. Однако знаю достаточно, чтобы понимать, при каких обстоятельствах в округе может внезапно стать легче отклик концепции смерти.

Несколько долгих, болезненных смертей - практически жертвоприношение. Маленький ритуал, в сути своей довольно бессмысленный, но в данном случае вызывающий закономерную тревогу. Ведь довести до того, чтобы по Ветрам эхом отдавалась чётко ощутимая боль, возможно лишь в одном случае - не просто длительной, а очень, практически невозможно протяжёнными для обычного человека пытками. Причём пытками очень малого числа персон, иначе боль неизбежно смешалась бы в одно большое, абстрактное облако.

Иными словами - либо здесь издевались над несколькими рыболюдами, либо...

- Вероятна ловушка, - сказал тихо, а ветер донёс шёпот уже до каждого моего сопровождающего.

Обдумав доводы ещё несколько мгновений, я всё же решил изучить место действа подробнее. Но заклинания не показали ничего необычного - в невысокой башне присутствовало лишь два человека, облачённых в прекрасно знакомую броню. Ни лишних тел, живых или мёртвых, ни явных ловушек вроде бы не было.

А вот если посмотреть дальше...

- Не оборачивайтесь, - начинаю инструктировать. - Под стеной у башни стоит склад, а напротив - большая крытая кузнечная мастерская. Там прячется десяток со взведёнными арбалетами. Ещё шестеро дожидаются внутри склада - там под крышей большие балки, а часть настила можно откинуть, чтобы быстро оказаться на верхнем ярусе. Считая двоих в нашей броне, всего восемнадцать в первой волне. Вторая, уже из двадцати двух изменённых, дожидается ниже по улице - у них имеются деревянные лестницы, ведущие на стены.

Пользуясь последними мгновениями перед неизбежной схваткой, я прикинул общую ситуацию.

Сорок человек - это, по примерным подсчётам, практически все оставшиеся силы северян. Таким образом атака становится ва-банком на все деньги, а проигрыш означает окончание партии для моего соперника.

Видимо, он тоже понял, что время играет не на его стороне. Вот только я надеялся, что развязка произойдёт в лесу, где со мною будут химеры, преимущество в восприятии и, быть может, отсутствие усталости.

Однако этот чёртов умник снова меня переиграл. В который уже раз бьёт козыри худшими картами - отпетый шулер, не иначе.

Кроме того, нас подловили в меньшинстве, после многих часов на ногах, без отдыха после сражений и в неплохо подготовленной местности. Не обладай я специфическим опытом некромантии, о котором враг если и знал, то вряд ли представлял его особенности, и нас бы зажали в огневом мешке, а после - окружили и добили.

Хороший план. Остаётся лишь одни вопрос - с чего они решили, что вместе с отрядом эвакуации на огонёк загляну и я? А ведь изначально предполагалось иное - моё возвращение в тыловой лагерь, однако ловушку всё равно расставляли именно на мага моих привычек. Никого лишнего непосредственно в ближней зоне, тишина и молчание личного состава, минимум движений и свободно болтающихся металлических элементов...

Предательство? Или оказалось достаточно лишь грамотного анализа моих привычек? Или где-то у нас под носом расположилась разветвлённая сеть наблюдателей? Или имело место банальная удача?

Снова эти игры разума...

А западню ведь составили грамотно, со знанием дела - прямо даже не разбойники, а самые что ни на есть ассасины! Только не настоящие, которые религиозные фанатики под наркотиками, а такие, какими их во всяческих медиа рисовали - этакие профессиональные убийцы средневекового разлива.

Что же, раз уж пошла такая пьянка, тогда сегодня побуду немного тамплиером. А как известно, лучше всего наша братия давит с наскока да всей массой!

И вот, пока напряжение в воздухе ещё не успело достигнуть предела, а стрелки, повинуясь взмаху руки крайнего балочного засадника, только начали свой путь из-за скрывавшего их навеса... Мне удалось сказать первое слово в этом сражении, не пожалев изрядной нагрузки на своё несчастное сознание.

Мысли заполнили гул и шёпот, а кузню - яркое пламя. Мы не могли видеть друг друга напрямую, поэтому атака расплескавшегося по округе огненного шара оказалась внезапной - ни уклониться, ни даже хотя бы просто отпрыгнуть никто уже не успел. А ведь досталось не только мастерской - стоявший напротив склад тоже словил немало искр, от чего, будучи деревянным, тут же занялся жадным пламенем.

Всплеск послужил спусковым крючком - на выбежавшего из дверей башенки воина накинулось трое моих гвардейцев, а в сторону отлетевшего в сторону куска крыши полетели наши болты и запасы занимательной алхимии. Кое-кто из словивших телом такой подарочек и подал первый за весь бой голос - изменённый приглушённо закричал, пока половина его лица пузырилась и отекала, разъедаемая кислотой. Ровно до того момента, пока вонзившийся в глазницу толстый болт не закончил его мучения.

Правда, я этого почти не слышал, поскольку в то же время пытался собрать в кучку всё уплывающие в неведомые дали мысли. Ветра вновь насылали свои видения, и лишь благодаря опыту и чистой жажде жизни мне удавалось продолжать действовать, не иначе как чудом выбирая в калейдоскопе картин верный образ реальности.

Порыв из ледяных игл прошил крышу склада ещё в одном месте, чтобы поразить двух притаившихся хитрецов или, может быть, трусов. После чего в забирающуюся на стену вторую волну врагов полетел ещё один напалмовый шарик - куда меньший и более медленный, чем прошлый, да и сотворился он за внушительные семь секунд, но необходимость прятаться на узкой дорожке из голого камня привела вражин в чувство - восхождение сильно замедлилось.

Порыв вырвал одного из гвардейцев из круговерти схватки у башни - пара врагов билась просто феноменально, слаженными усилиями едва не отрубив голову одному из четырёх соперников. Мне удалось спасти его жизнь, но не здоровье - две косые раны на груди разрезали мышцы и сломали рёбра, надёжно выведя воина из схватки.

Новый залп ледяных игл накрыл двух арбалетчиков, что, несмотря на страшные ожоги, всё же нашли в себе силы занять позицию для стрельбы. В результате одного изрешетило насмерть, а второй успел упасть за какую-то тележку, благодаря чему потерял лишь своё орудие убийства.

Вместо того чтобы спасать от смертельного удара ещё одного гвардейца, я просто выкинул со стены угрожавшего оному ряженого мощным прессом из сжатого воздуха. Его напарник, не ожидавший подобного и от того представивший бок, тут же получил несколько порезов, сломавший сустав удар по колену и, наконец, завершающий выпад в горло.

Сбоку зазвенела сталь - один из двух прикрывающих меня стражей принял на себя выстрел выжившего стрелка. Того же или другого - не успел понять, в отместку ударив по лицу супостата стремительной пламенной стрелой. Вопль, полный боли, никого не заставил отвлечься от сражения.

Уже приближались первые подкрепления второй волны, и время утекало вместе с кровью, окропляя пыльные камни.

Их было трое - немного дёрганные, но целеустремлённые движения метр за метром сокращали расстояние между нами. На сравнительно узкой стене они занимали практически всю четырёхметровую ширину прохода, скрывая за своими телами и большими щитами спешащих следом союзников. Полуприкрытые глаза и согнутые колени ясно говорили - атаку ожидали и были готовы стать барьером, пожертвовав своим здоровьем для общего дела.

И я поднял руку в ответ на молчаливое заявление, простёр её в сторону приближающихся врагов и отдал неслышный приказ, после чего начал готовить боевые чары.

Но целью нового шара из пламени стали вовсе не бежавшие первыми - на них спикировала птичья химера, своей жизнью сметя того, кто находился посередине, со стены. И уже вслед за этим в образовавшуюся брешь влетело заклинание, мгновением спустя обратившись фонтаном из огненных брызг.

Вопли стали музыкой, сливающейся с мелодией в моём разуме.

А бой продолжался. Снаряды летели в обе стороны, клинки пели кровавую песнь. Заклинания сплетались всё легче, и Ветра смеялись вместе со мной, забирая чьи-то жалкие жизни.

Вместе с чужой плотью плыла и пузырилась моя, а кости обращались в лёд, когда острые осколки проделывали бреши в телах врагов. Но многочисленные импланты убирали боль, закрывали кровотечения, временно заменяли разорванные мышцы, сосуды и сухожилия. Тело дрожало, продолжая свою борьбу, пока сражение стремительно подходило к концу.

Я давно преодолел границу истощения, за сутки испытав большие нагрузки, чем за иные месяцы. Сказалась и усталость разума, и тяжёлое испытание Дланью, и громадное количество стресса. А кровавая бойня, происходящая едва ли не на всей территории города, лишь усугубила ситуацию, взбудоражив Ветра - а уже их активность, замусоренность, приносила проблемы во время сотворения заклинаний. Ради скорости мне приходилось принимать на себя нагрузку лишних концепций, что неизбежно меняли реальность, вызывая мутации и прочие магические проявления.

Уже вскоре исполняющим роль телохранителей воинам пришлось отойти от меня - каменные изваяния непонятных форм и расцветок, что выросли прямо из камня стен, мешали находиться подле колдующего мага, стремясь насытится чужой кровью. Многочисленные огоньки и голоса застряли восприятие, а потусторонний вой, напоминающий одновременно порывы колючей вьюги и рокот грохочущего вулкана, стал стабильным фоном всему происходящему.

Однако понял я, что пора заканчивать, лишь когда прямо из воздуха над нами полился кровавый дождь, а из собравшихся в углублениях кладки лужиц стали подниматься какие-то мелкие червячки, чёрной чешуёй подозрительно напоминающие всё ещё бушующих в городе монструозных каракатиц.

Благо целых противников уже не осталось - полтора десятка точно были мертвы, а остальные обзавелись как минимум многочисленными ожогами.

- Отходим! - хотел сказать я, однако из горла вырвалось лишь какое-то клокочущее шипение.

Обернувшееся на этот звук, мои верные стражи невольно дрогнули и тут же поспешили увести взгляд обратно к битве. Тогда я донёс сообщение чарами воздуха, симулировав нужные колебания. На этот раз меня поняли - тут же подхватив за руки и ноги, передали поступивший приказ криком и поспешили унести страдающее тело господина.

Преследовать нас не стали.

Глава 57 - Песня в тишине

- Доброе утро, милый! - женский голос звучал нежно, пленяя оттенками и бархатными переливами. - Просыпайся, соня! Нас ждёт так много забот...

Под это прекрасное звучание хотелось лишь лежать в сонной неге, не возвращаясь в какую-то там действительность. Зачем, если здесь, в темноте сокрытых век, так комфортно и спокойно? Нет ни боли, ни сложностей, ни проблем грядущего дня...

- Милый, если не откроешь глаза, то я оставляю за собой право использовать любые методы... для твоего пробуждения... - источник голоса приблизился, но обратился шёпотом, став практически интимным. Переливы сменились игривыми нотками, а по груди мягко и едва заметно, явно сквозь плотную ткань, пробежались чьи-то озорные пальчики.

Спустя несколько мгновений приятный, знакомый аромат тронул обоняние, а лица коснулся теплый порыв ветерка.

"Дыхание... " - шевельнулось ленивая мысль, но практически тут же угасла, погребённая под толстым одеялом из сонной лени.

- Не искушай меня... - сквозь ватную пелену уплывающего сознания донеслось бормотание, сопровождавшееся новыми осторожными прикосновениями. Сначала к груди и боку, потом к шее и лицу, а следом...

"Так, а вот это нам не надо!" - с такой мыслью неимоверным усилием воли я всё же открыл глаза, однако не смог продержать их в таком состоянии дольше доли мгновения. Впрочем, этого вполне хватило, чтобы будто бы отпечатавшаяся на сетчатке картина постепенно прояснила мне разум.

Крошечное тёмное помещение со знакомым богатым интерьером - моя личная карета. С разложенными в кровать сиденьями, плотно занавешенными окнами и убранной в нижний ярус мебелью - то есть внутреннее убранство трансформировано в походную кровать.

С принадлежностью этого чуда инженерной мысли трудно ошибиться - вероятно, во всём этом грёбаном мире такой кусочек комфорта был только у меня, не выпускающего возможностей облегчить себе жизнь. И я тщательно следил, чтобы такие ноу-хау не утекали на сторону - даже столь невинные вещи могли быть использованы мне во зло в рамках тех же диверсий, так что сейчас мог быть более-менее уверен в месте своего нахождения.

Точнее, ну как, "уверен". Я-то в карете, это ясно как день. А вот где находится уже она - непонятно совершенно. Хотя бы не едет, и то хлеб - от качки не удалось избавиться полностью даже со всеми хитростями и технологическими новшествами, так что будь мы в движении, это бы почувствовалось сразу.

Впрочем, сейчас мне следовало волноваться об ином:

- Ниа... вель... - шёпот раздирал пересохшее горло, сопровождаясь подозрительно клокочущим звуками, - что... ты... дела... ешь?..

Признаться, этот склонённый надо мною едва различимый силуэт, соблазнительный и чуточку таинственный в сумрачном, рассеянном свете из-за плотных штор, не на шутку взволновал меня. Причём, стоит отдать должное, не только ввиду политических проблем, возможных в будущем.

Отнюдь не только в плане политики, да...

- Бужу тебя, - прошелестел её голос, вороша мои волосы. - Но ты так рад был меня увидеть, что я не удержалась...

- Что?.. - уже хотел было возмутиться наглым выдумкам со стороны женщины, как горячее бедро оной выразительно потёрлось о мое тело. А учитывая, что этим самым бедром она для пущей устойчивости упиралась аккурат меж моих ног...

"Ну и что на неё нашло? - не мог не задаться вопросом, ощущая какую-то неправильность всей ситуации. - Неужели это такой способ попросить у меня прощения? Или на фоне стресса потекла крыша? А может, действительно очередная манипуляция политического характера? Но девочка ведь знает, как я отреагирую на последнее - многие из тех, кто пошли до конца в такого рода играх со мною, ныне покоятся глубоко в земле. И далеко не по своей воле".

Да, несмотря на вновь прорастающие ростки человеколюбия, шантаж в своём отношении я просто ненавидел. И даже сейчас предпочёл бы решать такого рода дела по формуле "нет человека - нет проблемы".

Практически в любом ином случае, мда...

Естественно, с Ниавель всё обстояло не так просто. И не только потому, что она - мощная волшебница, второе лицо в гильдии магов и мой личный выход на чёрный рынок магического сообщества. Хотя и эти факторы играли немаловажную роль, бесспорно.

Однако...

- Пей! - маленькие нежные ручки с недюжей силой приподняли верхнюю часть моего бренного тела, вырывая из плена размышлений. После чего поднесли к губам чашу с жидкостью очень характерного, почти до тошноты привычного запаха. Не узнать собственноручно изготавливаемое зелье было сложно, особенно учитывая сколько его уже было выпито за этот день.

Этот день...

"Вот бл..." - воспоминания о произошедшем нахлынули, подобно лавине... Но девичьи ладошки оказались сильнее - грубовато схватив за нижнюю челюсть и открыв мне рот, они почти насильно влили содержимое чаши в глотку, лишь после как бы в извинении принявшись наглаживать сводимые судорогой скулы.

И вот последнее уже было странным. Нет, не нежность со стороны Ниавель, хотя с этим тоже требовалось разобраться, но болезненно сводимые мышцы черепа.

А ведь глаза всё никак не хотели открываться, да и тело продолжало ощущаться выброшенной не берег медузой даже несмотря на пробуждение.

Странно. Однако гадать о причине не приходилось.

- Насколько... плохо? - решив начать с главного, с некоторым трудом задал первостепенный вопрос.

В смысле, было ещё много тем, на которые хотелось бы услышать ответы - где мы, сколько времени прошло, что с моими людьми, как движется караван и так далее, и тому подобное. Но право слово, какая мне будет разница, если спустя пару часов нахватавшееся несовместимых с жизнью мутаций тело благополучно откажет, отправляя уставший разум в следующую жизнь или просто безбрежную темноту?

Вместо ответа, девушка аккуратно уложила свою голову мне на плечо, нежно обнимая за плечи. Чем вызвала ещё больше вопросов и сомнений.

- Уже лучше... - едва слышно прошептала она мне на ухо. - Когда принесли - был совсем плох, но алхимия и вправду творит чудеса. Особенно из тех запасов, что ты дал мне...

Далее шёпот перешёл в неразборчивые бормотания, а красавица принялась тереться о меня головой. Не скажу, что это было неприятно, однако ощущать себя беспомощной игрушкой в чужих руках всё же не хотелось.

Впрочем, я всегда мог воспользоваться магией - как стихийными чарами для разведки и перемещения, так и химерией ради самодиагностики. Просто не собирался рисковать, помня о состоянии своего организма. Всё же объективных причин для подвергать себя лишнему риску не было - пребывая в безопасности и комфорте, странное поведение Ниавель доставляло минимум неудобств.

Хотя я бы всё-таки предпочёл, чтобы сейчас меня оставили в покое. Но как видно - не судьба.

Помниться, с девушками всегда так...

- Я так испугалась... - в какой-то момент моего философского существования в качестве мягкой игрушки речь волшебницы вернула частичную чёткость. - Столько крови... Кашель, рвота... Нет-нет-нет, как же так... Не отпущу...

Невольно продолжая выслушивать эти причитания, в конце концов я просто смирился с неизбежным, едва слышно печально вздохнул и устремился к познанию бесконечно-вечного через смысловой анализ полубессознательной болтовни явно перенервничавшей женщины.

И как ни удивительно было признавать, это имело смысл, поскольку уж что-что, а свою речь она сейчас точно не контролировала. Благодаря чему изливала просто тонны информации, среди воды которой то и дело попадались ценные сведения.

Хотя, конечно, следовало быть осмотрительным - во-первых, запомнят и припомнят, а во-вторых - таланты к лицедейству красавицы давно известны, и даже отражаемые в Ветрах эмоции не являются панацеей. Накрутить можно себя и самостоятельно, стоит лишь задаться такой целью - вон, полиграф тоже постоянно обманывали, а ведь принципы работы аппарата не так уж сильно отличаются от чувствительности магов.

Так что я слушал, разбирал, запоминал, но до конца не верил. В конце концов, слова не стоят воздуха, на них затраченного, когда не подкрепляются делами.

Нормальными делами, а не фривольными попытками заботы...

...Долго иль коротко, день прошёл, а может лишь час, но в конце концов, изрядно помяв моё совершенно безвольное и от того податливое тело, а после немного всплакнув, девушка всё же вернулась в нормальное расположение духа. Наверное. По крайней мере, с ней можно было вести конструктивный диалог, и пока этого было достаточно.

И я принялся задавать те самый вопросы, на который хотел бы знать ответы лишь чуть меньше, чем о возможности своего дальнейшего существования. Ну, те, которые про текущую ситуацию в окружающем нас мире.

Ниавель на удивление быстро переключилась на новые темы:

- Ох, мы так удивились, когда узнали, что твои стражи вернулись в полном составе! - щебетала красавица, впрочем, совершенно не собираясь куда-то исчезать из-под моего бока. Хорошо, хоть ногу не закинула, чертовка.

- Почему же? - после того, как меня напоили ещё одним зельем и обыкновенной водой вдогонку, говорить стало гораздо легче.

- Ты бы видел, в каком был состоянии! - уже с некой претензией заявили в ответ. - Да и остальные выглядели не лучше - помятые, побитые, всё в крови и ужасных ранах. По внешности - вылитые трупы с непонятной тварью в руках, не иначе. Узнать в вас людей оказалось непросто...

Бывало и хуже - на войне всякое случалось, да и потом после операций иногда привозили натуральную человеческую мозаику. Всё же таки мои модификанты - твари живучие. Особенно опытные - те уже не только знают, чем в бою можно пожертвовать, но и привыкли к такому.

Впрочем, как бы я не верил в способности своих воинов, следовало оставаться реалистом и признать, что не ожидал выживания всего состава. Даже выведя из строя половину засады, оставались ещё как минимум два десятка свежих воинов.

Два десятка против неполной дюжины, половина из которой у тому моменту годилась лишь в качестве смазки для мечей. Каковы шансы не просто сбежать, но ещё и всем вместе?

Ничтожные.

Поэтому теперь мне хотелось узнать детали произошедшего. Крайне желательно - из первых рук. И совсем уж замечательно будет, если в оных не окажется упоминаний о каких-нибудь очень мутных договорах...

Но сперва, в качестве подготовки, общую информацию можно узнать и у того, кто намерено полез под руку:

- Не говорили, как так получилось? - произнёс, стараясь не показывать напряжение от очередного приступа паранойи.

- Ну, понимаешь... - голос волшебницы приобрёл лёгкий оттенок смущения. - Всем не до того было - лагерь снимался, от нелюдей отбивались, так ещё и вас всех нужно было срочно куда-то укладывать и лечить. А других лекарей, сравнимых с тобой, у нас, как ты понимаешь, нет. Так что... сперва никто ничего и не спрашивал, честно говоря - только порадоваться и успели, что никого больше ждать не придётся. А потом...

- Как "не придётся", если мы далеко не за всеми успели зайти? - прервал повествование.

- Не перебивай! - с мягким возмущением вскинулась красавица, аккуратно хлопнув меня ладошкой по плечу. - Говорю же, что вскоре после вас прибыла ещё целая толпа твоих воинов - с дюжину, если правильно помню. Как уж их всех собрали, то мне неведомо - когда поинтересовалась, всё ссылались на твои приказы о молчании.

- Хорошо... - невольно улыбнулся такой дисциплине и самоотверженности. А ведь после всего пережитого иные не содержались бы!

- Хорошо ему... - передразнили меня в ответ. - Как я тут - так ни единого доброго слова, а как толпа окровавленных мужиков...

И начался новый раунд истерики, на этот раз - подвида скандального.

Самым правильным решением мне показалось тактичное игнорирование наличия любых подтекстов в говоримых ею сейчас, так что я просто молчал, ожидая завершения монолога. Или подходящего момента, чтобы сменить тему.

...- Так и разводят тайну с тех пор - а уже два дня прошло, кто знает, где и когда могла бы пригодиться эта информация!

- Прошло уже два дня? - не сдержав удивления, я даже постарался повернуть голову к собеседнице.

- Почти, - согласно смежила она веки, видимо, уже готовая сменить тему. - На самом деле меньше - сейчас утро, а уезжали мы тогда после зенита.

- И... как дела каравана?

- О-о-о, - с неким предвкушением протянули в ответ. - Это будет долгий рассказ, полный глупости, смелости, бессмысленной храбрости, змеиной хитрости и большого, очень большого количества моих жалоб!..

- Ясно... тогда давай попозже, - беззастенчиво прервал уже готовую продолжить девушку.

- Эй! - воскликнула она грозно. - Нельзя же так! Я уже настроилась!

Однако продолжить диалог нам не дали - дверца кареты немного приоткрылась, резанув широким лучом утреннего светила. Он на миг ослепил мои едва привыкшие нагрузке полутьмы глаза, однако уже вскоре я проморгался и почти тут же уставился на полки, висевшие на противоположной стене.

- Милорд... Всё в порядке, милорд? - густой бас гвардейца заполнил крохотное помещение, грозясь разрушить интимную атмосферу.

- В полном, - ответ прозвучал спокойно, в какой-то мере даже апатично. Разум просто отказывался испытывать больший накал эмоций. - Прошу, прикрой дверь с другой стороны... Только сперва отодвинь шторку.

Воин молча подчинился и покинул нас, оставив лёгкий аромат жареного мяса в воздухе.

Еду готовят, наверное.

Мысли перетекали вяло, пока взгляд неотрывно следил за необычным явлением, случайно обнаруженном на самой верхней полке. И ясно видимом лишь при свете дня. Уже готовящаяся было продолжить общение Ниавель заметила, что моё внимание бесповоротно переключилось на что-то иное, и девушка принялась недовольно искать причину этого.

Вот она скользнула взглядом по книгам и каким-то безделушкам на полках, глазки поднялись чуть выше и...

Тишина.

Трое смотрели друг на друга в недрах кареты химеролога.

Хозяин транспортного средства и его подруга, занявшие крайне компрометирующую позицию на узкой кровати. И ощипанная, переломанная, но всё же прекрасно узнаваемая почтовая химера, тёмным пятном лежавшая как раз на той самой верхней полке. Причём лежавшая молча и недвижно, лишь внимательно следя за людьми своими чёрными глазками.

- Не знаю, чего мне сейчас хочется больше, - несколькими мгновениями спустя задумчиво произнесла Ниавель, - закричать как маленькой девочке или кинуть боевые чары.

- Сам задаюсь этим вопросом, - ответил ей в тон.

***

- Мы рады, что вы наконец очнулись, милорд, - принялся басить всё тот же гвардеец, зайдя по моего зову после того, как Ниавель покинула карету.

- Я-то уж как рад! - ухмыльнулся и устало прищурился. - И своему, и вашему выживанию. Жестокая получилась рубка, хотя не будь я так истощён...

- Вы сделали больше, чем смог бы любой иной на вашем месте, милорд, - последовал заразительно спокойный ответ с этаким налётом обстоятельности, уважения и гордости в голосе. - Обнаружили засаду. Убрали стрелков. Прикрывали нас до последнего... и даже после - в том состоянии, в каком не рискнул бы никто иной...

Из-за игры света и тени тёмные глаза мужчины с трудом угадывались в прорезях шлема, а густой бас отдавался слабым эхом в тесноте металла, от чего становился лишь насыщенней. На меня это, конечно, не производило никакого эффекта - видал и повнушительнее, и поопаснее, и похаризматичнее.

"Но вот если такому дать мегафона да перед войском поставить..." - пронеслась отвлечённая мысль.

...- И мы благодарны вам за это, милорд, - закончил свою явно подготовленную речь старший офицер моих гвардейцев, под конец сняв свой шлем. Видимо, для весомости слов, поскольку в иное время предпочитал из брони не вылезать.

Кажется, если память не изменяет, благодарит он меня от лица коллектива уже далеко не в первый раз. И часть причин тому, по моему мнению, несколько забавны.

Но это-то для меня...

Дело в том, что ещё со времён до славного мига восшествия моего воспитанника на престол, гулял слушок, что я планирую узурпировать власть в герцогстве. Причём не просто де-факто, что по большому счёту и так произошло на добровольных началах, но де-юре, то есть сменить правящую династию.

Опуская все политические, социальные и экономические последствия такого поступка, а также моральную сторону вопроса - да, это было и остаётся принципиально возможным исходом. Мне, правда, абсолютно не нужным, поскольку взваливать на свои плечи ещё больше дипломатии и административки не хотелось категорически, но стать герцогом-чародеем я вполне могу.

Ненадолго, правда, поскольку вскоре скоропостижно скончаюсь. Никто не станет терпеть не просто мага, но целого монстродела с такой ресурсной базой. История хранит слишком много примеров, когда ничем хорошим такого рода эксперименты не заканчивались.

Рыболюды, половина далёких южных пустынь, несколько дюжин колоний за пределами привычной ойкумены и бесчисленные острова Великого моря не дадут соврать - пусть причины были различны, и далеко не всегда виноваты становились властвующие на улочках суши чародеи, однако злой рок всегда неумолимо находил наглецов. Будто проклятье какое на всей нашей братии, честное слово - сколько хроники не читай, хорошего исхода не найдёшь.

Словом, будучи мальчиком взрослым и ответственным, я не стремился играть с огнём. Как, впрочем, и совать голову в пасть хищникам наших лесов - всем этим львам, тиграм, гарпиям, змеям, крокодилам, грифонам, мантикорам и прочему бестиарий, коим полнились родовые гербы.

Жить уж очень сильно хотелось.

Вот только эта грань допустимого, за которой любого мага ждала только смерть в безызвестности - она прекрасно ощущалась тактильно, но не была видна со стороны. Собственно, как и теплота моих отношений с правящей четой. От того, живя в парадигме вечно воюющих за крохи власти аристократов, люди и воображали всякое. А уж те, кто хоть немного знаком с размахом и сутью моих проектов - тем более.

Зачем магу может понадобиться политическая поддержка со стороны, собственная армия из сверхлюдей и всяческие реформы? Правильно - получить союзников, силу и деньги для захвата власти.

Что же в ответ могут сделать трижды верные лично ему модификанты, хотя бы частично осознавая положения вещей? Лишь раз за разом убеждать чародея в своей полной и безоговорочной лояльности.

Напоминать, что в нужное время люди не дрогнут, не мешкая при выборе правильной стороны.

Поэтому это меня и умиляло. Ведь никакого восстания устраивать я уж точно не планировал. Но им это объяснять бесполезно - любые слова воспринимаются лишь заверениями в обратном, хитро скрытыми за ширмой из показательно образцовой службы нынешнему режиму.

Та самая типичная обратная психология. Чем больше пытаешься убедить человека в глупости кого-то из его суждений, тем больше подтверждаешь оное в его глазах. Ведь не будь оно важно - кто бы о нём говорил, верно?

А Земля на самом деле плоская, да...

- Что же, я услышал твои слова, - подыгрывая, с серьёзной миной на лице заверил мужчину... в чём-то. - А теперь расскажи, кого мне следует благодарить за спасение наших жизней?

Внимательно следя за мимикой собеседника, я ожидал хоть чего-нибудь, способного подтвердить мои худшие предположения. К счастью, так и не дождался - ответ прозвучал спокойно и без заминки:

- Благодарите новый набор, милорд, - губы офицера тронул лёгкий намёк на улыбку. - Парни нарушили приказы, но тем самым спасли нас, когда заметив сражение на стенах поспешили прийти на подмогу.

То есть те самые наблюдатели...

- Кто?

- Вся последняя собранная группа и три двойки из тех, до кого мы не успели дойти. С первыми наше число сравнялось с врагом, а вторые несколько раз зашли к ним в тыл. Северяне не выдержали и побежали.

- Это... не очень хорошо, - задумчиво пробормотал самому себе. Однако мне решили ответить:

- Не думаю, что без лидера они станут угрозой, - ухмыльнулся мужчина.

- И когда?..

- Тот мудак, напяливший нашу броню, и которого вы со стены сдули, - пояснили мне. - Сломал ноги и спину, а как мы после схватки нашли - так сам себе глотку вскрыл.

- Какая бесславная смерть для столь талантливой личности, - и выразив чувства тихим вздохом, я ненадолго прикрыл глаза. - Ни расспросишь уже, калёным железом не отомстишь за павших... Тела их хотя бы нашли?

Я продолжал созерцать темноту и не видел лица собеседника, однако пауза, взятая им для поиска верных слов, говорила громче их самих:

- Мы... не были уверены...

- Понятно, - печально выдохнул, действительно испытывая эту эмоцию. Хорошо, верные воины - они не заслужили такой участи даже от рук врага. - И тем печальнее столь лёгкая участь виновника...

- Простите, милорд... - судя по тону - потупился офицер. Поднявшиеся веки дали прекрасный обзор на картину маслом - отведённый взгляд, хмурость и очерченные линии челюсти явно указывали на то, что об отсутствии справедливого воздаяния сожалел не только лишь я.

Нет-нет, у нас не было никаких законов ведения войны - враг был в своем праве. Однако даже в местном варварском обществе существовала грань, за которой необходимость превращалась в нечеловеческую жестокость. И судя по словам и реакциям гвардейца, увиденное явно эту черту перешло.

Тогда действительно жаль - будучи химерологом, я мог бы предоставить нерадивому пленнику прямо-таки незабываемое приключение. Пусть и в один конец, зато с какими эмоциями в процессе!

Эх...

- Ладно, - с некоторым трудом хлопнул по одеялу, которым был заботливо укрыт продолжающей шизеть девушкой. - Что уж мечтать о несбыточном - лучше уж о бытии нашем нелёгком словом обмолвимся. Как идём, куда путь держим? А главное - нет ли бед с чужим людом?

Услышав новые вопросы, мужчина подобрался, вскинулся и принялся отвечать чётко и по существу, как натаскали:

- Идём по третьему маршруту, рассылаем почтовых птах - собираем помощь по пути. Отошли уже на наш прежний дневной переход от Ванонии, но дальше уже, боюсь, в ближайшее время не сдюжим - не хватает телег, лошадей и еды. Пока лес да соседние деревни кормят, но это ненадолго. Главная же наша беда сейчас - разброд во мнениях меж людом.

Ничего неожиданного для себя не услышал. Лишь внутренне посокрушался, что отдыха мне никто не даст.

- Подробнее о последнем.

- Да дело понятное! - недовольно нахмурился мужчина. - Спорят, что делать надобно. То ли здесь сиднем сидеть да потом в город возвращаться, то ли поближе куда уходить, то ли к нам путь держать. Люд, что стая галок - кричат да бранятся, а мы так - по ободку стоим, слушаем, исхода ждём. Всё равно гильдейцы с нами пойдут, уговор ведь знают, а сколько уже за ними увяжется - бог весть.

- Понятно...

...Что ничего не понятно, мда. Ну, можем и ещё подождать - всё равно нужны припасы, которые быстро не добыть, а заодно можно и за окрестными землями понаблюдать. Северяне, разбойники, подходящие подкрепления из наших союзников и наёмников - интересного много, и всех найдётся куда применить. Главное, чтобы рыболюды к нам не попёрлись - пусть раньше их в такой дали не видели, однако же и на большие города их племя раньше не нападало. Кто знает, на что ещё способны людоеды в погоне за религиозной реликвией?

Значит, будем глядеть в оба.

Глава 58 - Сомнительные победы

Полог моего нового пристанища колыхнулся, впуская частую гостью. На этот раз, впрочем, против сложившейся традиции её приход состоялся по моей воле.

Иначе говоря, это был не один из её эмоциональных набегов на ослабшего друга, не одна из суровых летучек по вопросам существования каравана и не одна из столь дорогих сердцу девы праздных бесед о многом, а лишь обыкновенный разбор корреспонденции.

Но только на первый взгляд. Ведь будь все письма действительно настолько просты, как мы бы того хотели, и эта встреча не имела бы отличий от прочих. Однако - имеет, ведь я настоял, чтобы волшебница поспешила ко мне. Срочность, которая говорила о многом.

- В кои-то веки я прихожу сюда по приглашению! - птичкой пролепетала красавица, попытавшись привычно грациозно впорхнуть в тесноту походного шатра. Однако запнулась о неглубокую канавку от дождя на середине движения и едва не навернулась - только пластика боевого мага позволила девушке вовремя извернуться и органично закончить движение с правильным результатом.

Улыбка Ниавель при этом ни капельки не изменилась - как была приклеенной фикцией, так ею и осталась. И не удивительно, ведь усталость брала своё у всех нас.

- Не думаю, что ты сохранишь свой настрой, когда узнаешь, ради чего была приглашена, - ответил с кривоватой улыбкой на губах, что быстра нашла отражение и на лице девушки.

И зачем вообще надевала эту маску?

Мы не прообщались лицом к лицу ещё и недели времени суммарно, а наши взаимоотношения уже стали столь запутаны, что без пол литра не разберёшься. А уж её поведение имело свойство временами и вовсе вводить в ступор - страшная смесь из острого ума, непостоянства эмоций и довольно манипулятивного характера, который она с недавних пор старалась немного придерживать, превращала красавицу в натуральный кошмар любого здравомыслящего мужчины и беспроигрышный билет на нобелевку для хорошего психиатра.

Просто существовать рядом с ней - пытка, сродни засыпанию под шум соседского перфоратора. Не знаешь, когда загудит и произойдёт ли это вообще, но мучительно ждёшь, неспособный просто выбросить угрозу из головы. Так и с этой северной леди - несмотря на более чем выдающиеся положительные качества, жизнь вблизи от неё спокойствием не отличалась.

По крайней мере, в отличие от дам, с которыми я имел отношения в прошлой жизни, эта способна решать свои проблемы самостоятельно. Причём делает это постоянно. И даже более чем успешно! Проблема лишь в том, что методы у неё... Ну, в духе эпохи, суровой родины и социального положения. А также, как у любой уважающей себя крайне привлекательной девушки, её идеи обладали своим неповторимым шармом из безумия граничащего с гениальностью.

Ещё один прекрасный коктейль, заставляющий окружающих плакать кровавыми слезами.

В том числе и меня самого. Поскольку поведение девушки в последнее время... вся эта забота и внимание...

Несколько смущали.

А тем временем, пока я предавался размышлениям, взгляд волшебницы медленно прояснился, глаза засверкали бурей стремительно меняющихся эмоций, и наконец она ожила, временно отбросив усталость. И естественно, только лишь для того, чтобы подколоть меня - временами непростой характер прорывался сквозь любые личины:

- Ты действительно считаешь, что после всего пережитого что-то способно испортить мне настроение ещё больше? - полный ехидства сарказм так и хлестал из тона, мимики и даже принятой ею позы. Впрочем, на последнем из списка сказалась всё та же усталость - начавшая было менять положение ног и туловища, красавица передумала на половине пути и в результате только неловко покачнулась, взмахнув рукой, чтобы сохранить баланс. При этом последнее движение ей удалось превратить в тот самый грациозный взмах дамы, которому для полной аутентичности не хватило лишь сложенного веера. - Неужели ты правда так думаешь? О-о, тогда я вся в нетерпении и жду откровений! Быть может, боги так оскорбились кражей, что спустились к смертным вершить свой суд? Или вся ойкумена решила, что Вольница и проживающий в ней люд отныне слишком опасен и должен быть уничтожен? Или...

Ядовитая бестия, однако. Но красивым девушкам прощалось и не такое.

- Последнее твоё предположение... не так далеко от истины, - нарочито небрежным тоном вклинился в затянувшийся монолог.

...- море начало мелеть... Что? - несколько печальное, вымученное веселье, сквозившее в ней всего мгновением ранее, тут же испарилось, сменившись душевной пустотой. От чего последующие слова прозвучали столь тихо и надтреснуто: - Серьёзно? Каким образом кто-то вообще успел отреагировать - ещё даже недели не прошло! Короли втрое больший срок к охоте готовятся...

- Ну, я не уверен, насколько эти новости связаны с произошедшем у нас, - сказал и привстал из положения полулёжа, в котором работал, чтобы передать причину этого разговора в руки леди.

Несмотря на малый размер листа, текста удалось вместить много - настолько мелким и убористым он был. А если добавить к этому отвратительный почерк и некоторую безграмотность написавшего, чтение всего опуса обещало занять немалый срок. Однако усталая волшебница совершила маленькое чудо, умудрившись расправиться со всем всего за несколько минут.

А я ведь уже думал слугу отправлять за закусками, но затея стала бессмысленной - судя по нервному виду собеседницы, если она и была голодна, то теперь всё равно предпочтёт разговор любому угощению. А что предложу - не полезет в горло.

Именно таким образом у неё выражается стресс - либо кушает много сладкого, либо, когда волнения сильны, забывает о пище вовсе. И в данном случае сыграл именно второй вариант.

Нужно будет шепнуть слугам, чтобы следили за питанием госпожи. Запомню.

- Это... как?.. - несколько потеряно пробормотала волшебница. - Не понимаю... как это вообще возможно?

Как будто бы я понимал.

- Про то, каким образом война королевств закончилась подписанием личной унии, у меня не спрашивай - я и сам совершенно не понял, какие махинации позволили этого добиться, - начал ответ, отбив короткий ритм пальцами по столешнице стоявшего подле моего лежбища низенького столика. - Хотя могу с полной уверенностью утверждать, что что-то там было совсем нечисто - кровные связи между правящими династиями довольны отдалённые, а конфликт не успел толком разгореться для генеральных битв. Не то чтобы у меня в тех землях водилось много информаторов, но и без них понятно, что имела место некая хитрая интрига. А это значит...

- Феодалы такое не стерпят, - вернув присутствие духа, девушка прервала меня на полуслове. - И народ такого не допустит! Они же друг друга ненавидят, даром что соседи. К тому же Гегемония и Финарития тоже вмешаются - им новый центр силы, пусть и на далёком западном берегу, совершенно не нужен.

- Собственно, поэтому сам факт свершившегося меня не сильно взволновал, - кивнув, согласился я с доводами собеседницы. - Но вот этот слух...

- Всего лишь слова, - твёрдо произнесла она, как мечом рубанула. - Сотрясание воздуха и только. А даже если нет - моему роду не нужны ни прощение, ни потерянные земли. Всё, что необходимо, добудем сами. А мертвецов не вернёшь - их цену я заберу кровью.

Уверенный взгляд, отступившая перед гневом и твёрдостью усталость. Красивая... А уж с этими мерцающими от магии глаза - так и вообще просто очаровашка. Опасная, конечно, но я химеролог - мы с другими не работаем.

Мысли мои мысли, куда же вы летите...

- Но уверена ли ты? - постарался спросить как можно мягче, нежнее. - В последнее время на тебя обрушилось столько невзгод... Быть может, возьмёшь время на размышление? Можно ведь разузнать получше, и если болтовня окажется правдой хотя бы частично - воспользоваться шансом для удара изнутри.

И по наступившей после моего предложения тишине я уже почти было решил, что мои слова достигли цели. Однако взгляд девушки не дал обмануться. Слишком уж грозным он был.

Слишком многообещающим.

- Нет, - сказала, как отрезала. - За предательством платят кровью, а не золотом. Так заведено.

Что же, стоило признаться хотя бы самому себе - яростная Ниавель нравилась мне куда больше хитрой её ипостаси. Да и чего уж там, сказанные леди слова сильно обрадовали мою скромную персону. Возможно, даже несколько больше, чем я мог ожидать от самого себя.

И в повисшей между нами тишине, удивительно комфортной и спокойной, мысли невольно перескочили на причину моего облегчения. Причину, которая могла, но всё же не привела к гораздо менее... приятному сценарию развития событий.

Дело в том, что во времена активных дворцовых интриг на родине Ниавель, следствием которых и стало падение её дома, страна потеряла много знатных родов, причём немалую часть из них составляли династии волшебников. Тогда победителей такой исход устроил - с просевшей силой державы примерили отобранные земли и ценности, пусть часть последних впоследствии и пришлось потратить на наёмников для удержания границ. С течением времени всё более-менее успокоилось, голодные волки, в лице чужой знати, немного покушали и ушли обратно в лес, а освободившиеся земли стали выделять новой крови. Впрочем, было оной немного, такой же силой и влиянием она не обладала, да и делиться только что обретённым победители не спешили. Словом, до прогресса, достигнутых моими реформами в герцогстве, было очень далеко.

Но в принципе, всех всё устраивало. И устраивало ровно до того момента, пока на границе внезапно не обнаружили ту самую унию вместо привычного соседа.

В смысле, он-то никуда не делся - просто объединил силы с главным своим врагом. И так уж сыграла география, что единственное направление, куда теперь мог расширяться новообразованный гигант - это на восток, где лежали в том числе и земли родины чародейки.

Как отреагировала знать сопредельных государств на такой финт ушами - история умалчивает, но представить нетрудно. И судя по слухам, именно для наращивания военной мощи в рамках возможного противостояния уже готовился пакет обещаний, призванный вернуть хотя бы часть когда-то покинувших страну проигравших.

Моим информаторам удалось узнать лишь примерные, наиболее вероятные условия такой амнистии, но даже так - они внушали. И резко меняли кое-какие расклады в нашей с Ниавель официальной стороне отношений.

Амнистия для аристократа - это ведь не просто "прощение", - как будто в сословном обществе феодалам не плевать на общественное порицание, - но и возвращение части ранее отнятых земель вместе с восстановлением в титуле де-юре. И пусть даже отдадут в лучшем случае не более четверти отнятого, это всё равно означало присвоение чародейке суммарно как минимум графского титула по совокупности земель. А уж если разграбленные дворцы компенсируют, то из золота можно будет пару статуй девушки в полную величину отлить. Пусть даже частью этих богатства и придётся поделиться с остальными выжившими родственниками...

О которых, кстати, за исключением старика, я как-то ничего и не слышал. Уж не осталась ли Ниви единственной наследницей рода? Это, конечно, мало что меняло, но интереса ради стоило уточнить момент. А то мне одних только родичей мелкого по самые брови хватает - всё никак не передохнут, падлы...

Ладно, о чём это я? Ах да, разговор:

- Но ты всё равно подумай. Благо времени будет ещё много, - улыбнулся в ответ на яркие эмоции красавицы. - А пока, раз уж этот вопрос отложен, лучше нам что-то решить относительно последней трети послания.

И вот теперь уверенность Ниавель пропала, как не бывало - здесь она была в очень, очень плохой позиции, пусть ещё недавно и пребывала гораздо худшей. Однако, пусть и в свете новых известий, её сторона так и осталась едва ли не просящей, причём у меня - человека, отношения с которым хотя и оставались в целом неплохими, но не так давно были подпорчены.

Крайне неприятное положение для гордой высокородной северянки, сильной чародейки и ещё недавно - властной правительницы целого города-государства. Полежать рядом со спасшим её человеком, которому сил даже на объятия не хватало, это она допустить могла - пуританское целомудрие в местных религиях практически не встречалось, так что даже на людях знать могла позволить себе очень многое. Однако как гордость уверенного в своих силах человека позволяет выражать благодарность и приязнь даже постыдными в чужих глазах способами, так и не даст пойти на те жертвы, что будут недопустимы уже в собственных.

Ниавель не могла позволить себе просить. Купить, обменять, заслужить делом - как угодно, но не просить.

Вот только иного выхода уже как будто бы и не было.

- Я... Договор... - начала она, однако почти тут же умолкла. Больше сказать оказалось нечего - и всё, что смогла сделать девушка, это замереть в оцепенении и от расстройства закусить нижнюю губу.

Она явно оттягивала этот разговор как могла. До последнего, до самого конца - даже после прочтения текста сознательно игнорировала последнюю часть, продолжая откладывать неизбежное. Возможно, ранее надеялась исправить ситуацию, а может - просто не считала проблемой, требующей немедленного решения. Вот только теперь ситуация, для неё ранее стабильно плохая, теперь стала гораздо хуже.

Судя по всему, резкое объединение двух мощных держав спутало немало планов сильных мира сего, если в люди решили пустить информацию о якобы краже древнего родового артефакта одного очень знатного герцогского дома. И всё бы ничего - эка невидаль, пусть и насквозь лживая, если бы описания предмета и его футляра подозрительно не совпадали бы с нашей Дланью в чёрном ящике.

Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы сложить дважды два. То ли просто под шумок, то ли в связи со срочной подготовкой к новому этапу войны в регионе северных королевств, кому-то, кто знал о подноготной происходящего в Ванонии, понадобился легитимный повод для борьбы за наш с потом и кровью захваченный артефакт. Или просто для интервенции, чтобы захватить плацдарм под шумок. Как этот некто связан с герцогским домом и тот ли это человек, кому служили враждебные силы модификантов, история, к сожалению, умалчивает - сведений нет и любые предположения будут не лучше гадания на кофейной гуще.

Тут даже непонятно, какому именно королю этот знатный клан служит, поскольку имеет кровные связи сразу в трёх державах, а скакать между сюзеренами феодалы горазды даже во время войн. Чего тогда говорить о невидимом для широкой публики поле интриг и тайных договорённостей, в связи с которыми этими людьми вообще могли играть в тёмную, выставляя в качестве явной, но практически недосягаемой мишени.

Зато совершенно очевидно, что сделали этот шаг наши соперники неспроста. Об обидах во всеуслышание не говорят от добрых помыслов. Подобное - всегда подготовка почвы к некой атаке, политической или физической. И совершенно очевидно, против кого готовилась конкретно эта акция.

Я со своими силами в данном случае - лишь союзник магической гильдии павшего города. Более того - союзник нестабильный, поскольку официально нас не связывает ничего, и, соответственно, ничего же не удерживает меня от ухода в любой момент.

А своей армии у Ниавель всегда было мало, от чего ещё когда Ванония стояла крепко, ко мне не раз обращались за силовой поддержкой различных начинаний. Теперь же разрыв в возможностях с вероятными врагами и вовсе стал поистине чудовищным.

Да что там, даже мы с мелким могли соперничать с большими игроками исключительно благодаря лавированию между ними - пока наше существование приносило северянам, Гегемонии и Финарития больше пользы, чем вреда, мы могли жить относительно спокойно. Ведь следовало помнить, что даже договор о невмешательстве в дела Вольницы - всего лишь бумажка, которую соблюдают, пока это выгодно большинству.

Иными словами - даже наше сравнительно небольшое, но очень гордое государство вынужденно существовать на правах компромиссного решения. Какие же существовали варианты для выживания у Ниавель с сотоварищами, у которых нет даже такого прикрытия?

Ну, очевидно, что мы, в смысле - герцогство, могли поделиться с ними местом под зонтиком, вместе прикрывшись от дождя из фекалий. Вот только всё имело свою цену. И та, о которой мы говорили ещё в охваченной пламенем войны городе...

Она меня не устраивала тогда. Не устраивает и сейчас.

Проблема.

А уж в сколь затруднительном положении оказалась девушка - словами не описать. Даже вынося за скобки наши личные взаимоотношения, политическая сторона вопроса всё равно оставалась достаточно щекотливой. Ведь теперь, пусть и чисто в теории, она всегда могла рвануть за амнистией, укрывшись на Севере от любого моего гнева.

То есть даже её уверения в том, что на подобный шаг не пойдёт никогда в жизни, по факту ситуацию не меняли. И если раньше уверенность в крепости нашего союза требовалась в большей степени именно Ниавель, то теперь претензии сторон сравнялись.

Отныне я тоже должен быть уверен в том, что девушка не сбежит с моими наработками на свою родину.

Проблема, которую нужно как-то решать. Только вот как? Каким образом нас можно привязать действительно крепко, если шантажировать друг друга буквально нечем, поскольку у обоих рыльца в сметане?

Увы, я видел для этого лишь один приемлемый способ. Приемлемый, но, блин, совершенно безрадостный.

Но стоил ли он того?

- Скажи... - обоюдное молчание было долгим, и прервав его, я получил всё возможное внимание девушки. Кажется, она даже дыхание задержала. - Скажи мне, Ниавель... честно... чего ты желаешь на самом деле?

- Желаю? - тихий выдох и шёпот на грани слышимости.

- Да, - кивок вышел едва заметным, будто судорога. - Ты ведь знаешь, что к своим словам я отношусь серьёзно - и всё равно помогу тебе в мести, даже если плата окажется... недостаточной. И сейчас прискакал по первому зову, потому что ценю тебя, своего друга. И защищу в дальнейшем. Слышишь? Тебе не нужно идти на такую жертву, не нужно отдавать свободу и тело в обмен на гарантии. Мы можем остаться соратниками - без лжи и притворств, интриг и предательств, боли и злобы. Прекрасное разрешение ситуации, не правда ли?

По мере моей речи, Ветра в тесноте шатра волновались всё сильней, бурля эмоциями волшебницы. В то же время лицо её обратилось восковой маской, спокойной и недвижимой, по которой прочесть что-либо оказалось просто невозможно.

И тишина стала мне ответом.

Шторм в магии, штиль в реальности - занятное сочетание. Навевает мысли о кладбище - когда подсознательно ожидаешь активности, и покой кажется неестественным.

Но я не мог прервать это затянувшееся мгновение первым. Ведь моё предложение уже выдвинуто - все преференции без минусов. Не придётся поступаться ни свободой, ни Дланью - слишком сладкий мёд, что покажет, из чего моя собеседница исходила в своих действиях на самом деле.

Ведь слова... В слова её вера уже подорвана.

А что до моей выгоды - то её я получу в любом случае, при этом, вполне вероятно, расставшись с волшебницей на хорошей ноте. Это будет пусть и грустный, но положительный финал...

...И ожидание продлилось удивительно долгий срок, чего мною вообще не предполагалось. Причём накал эмоций девушки не спадал, как то было бы, приходи она постепенно к определённому решению, а ровно наоборот - нарастал. То медленно и неотвратимо, то резкими скачками, волнение чародейки копилось всё больше, грозясь неприятными последствиями.

И если сперва я опасался необдуманных действий Ниавель, то уже вскоре стал переживать о её здоровье и самочувствии. Всё же так и сердечный приступ словить можно - если человек упорно гробит себя стрессом, то никакая магия не поможет.

Однако в конце концов она дала ответ. И ответ этот, признаться, несколько обескуражил:

- Нет, - хриплое, монотонное, будто бы через силу выдавленное слово.

Второй раз за наш разговор я услышал этот тон - твёрдый и непреклонный, с неким трудноопределимым ароматом. Не то фантомный привкус железа на языке, не то припекающий жар огня в сердце.

Вот Ветра и начали действовать на сознание...

- Нет? - без всякой улыбки, но с немалым любопытством я постарался найти в её взгляде ответ на возникший вопрос. Но увидел в нём только уверенность.

Уверенность, которую, судя по эху в магии, на самом деле волшебница совершенно не испытывала.

- Нет, - повтор дался девушке проще - голос стал тише и мягче, исчез хрип. И на этот раз появилось продолжение: - Я не согласна на... такое.

- Почему же?

- Это... не то, чего я... желаю.

Признание, пусть и завуалированное, далось ей с некоторым трудом. Потому что это был уже отнюдь не флирт, а прямое заявление о намерениях. Неприкрытое потребностями дома, волей традиций или политической необходимостью.

Я предложил ей всё, кроме себя самого, практически в безвозмездный дар. И девушке оказалось мало.

Она могла получить ранее оговоренное без брака - знала, что если уж я предложил, то слово сдержу. Могла обрести и куда больше, поступись кое-какими принципами и вернись на родину, пусть и неизбежно подпортив со мной отношения в процессе. Чёрт, да имела возможность хотя бы банально затянуть переговоры, дождавшись более достоверных сведений! Однако...

Что же... Кажется, меня поймали. Убеждать, просить или угрожать не имело смысла - не такие у нас отношения. Уже. И не такова Ниавель, чтобы вестись на эмоции или словесные кружева. Если уж приняла решение - не передумает, сколько не дави.

Упёртая чертовка...

Значит, остаётся лишь один вопрос - идти теперь навстречу или посылать в пешее эротическое. И как бы я не шипел по этому поводу, сам для себя всё решил уже давным-давно. Иначе не продолжил бы шагать.

Да и ситуацию уже не спустить на тормозах - поймала так поймала!

- Хорошо, - я слабо улыбнулся, не отводя взгляда от прекрасных изумрудных глаз леди. Казалось, мы оба сейчас не смели моргать, ловя каждое слово и жест друг друга. - Хорошо! Твоя взяла, хищная бестия! Условия брака обсудим позже - уже на нашей земле.

И мгновенно стерев улыбку с лица, я слегка, насколько позволяла поза, наклонился по направлению к девушке и добавил:

- Не ведаю, что ведёт тебя по этому пути, Ниви... И не понимаю, чего ты желаешь на самом деле... Но терпеть новых предательств не стану.

На этом и закончил, откинувшись на подушки. Угрозы были не нужны - лишь чётко проведённая черта, за которой последует охота и... ну, хотелось бы претенциозно заявить о неизбежности мучительной смерти, вот только руки мои пока ещё слишком коротки. Однако если уж не загрызть, то хотя бы покусать мне точно под силу.

Жизнь испорчу капитально.

Химеры, зелья, артефакты и проклятия - вообще страшное сочетание, если вдуматься. Можно такие казни египетские устраивать, какие и Штази не снились. Жертва вмиг либо на тот свет отлетит, либо в психушку.

И аристократка, спортсменка и наконец просто красавица, восковым кроликом замершая передо мною, как жертва гипнотизёра с огнестрелом, сама должна прекрасно понимать, на что я сейчас согласился. Политический брак - это союз. И как любой подобный, он будет существовать до тех пор, пока остаётся обоюдовыгодным. Причём она сама как человек мне не особенно нужна - ни на тело девушки, ни на разум не претендую. Только на Длань и ресурсы гильдии.

По крайней мере пока.

Впрочем, это если она согласится, конечно - могла уже и передумать. А то мало ли, что на самом деле...

- Хорошо. Я согласна, - отмерев и захлопав ресничками, Ниавель чуть-чуть наклонила голову в кивке.

...Забудем. Ничегошеньки не изменилось.

- Тогда продолжим этот разговор позже - уже в моём имении. Через несколько дней прибудут новые обозы, с ними и отправимся в обратный путь.

Растеряв всю грацию, волшебница поднялась резкими, кукольными движениями, и более ни на что не глядя поспешила покинуть шатёр. Вместе с девичьей фигурой исчез и источник возмущения магия, от чего Ветра тут же начали успокаиваться, даря долгожданный покой.

Однако кое-зачем мне всё же придётся взбаламутить их ещё раз.

На столе всё ещё лежало послание, прочитанное леди. Лист плотной бумаги коричневого цвета обладал не только оттиском печати, но и дефектами, характерными для длительного скручивания в трубочку. Более того - даже края были погнуты и сбиты, а на внешней стороне кое-где виднелись неровные пятна грязи. Иными словами, всё говорило о том, что письмо, как и информация в нём - подлинны в том смысле, что получены непосредственно от информаторов или их кураторов. И проделала долгий, трудный путь, прежде чем получила место на моём рабочем столе. Однако это было не совсем правдой.

Или даже совсем не правдой, с какой стороны посмотреть.

То, что небрежно подняла в воздух моя рука, в юридическом поле именовалось ничем иным, как фальсификатом. Искусно сделанной обманкой, фикцией, должной выполнить свою роль и исчезнуть, когда придёт время.

И оно пришло.

Пламя вспыхнуло ярко и внезапно. Не обжигая кожу, оно жадно слизало бумагу, расплавило воск оттиска и испарило чернила, не оставив от предмета, вызвавшего столько волнений Ниавель, ни единого следа.

Послания не осталось, в отличие от заключённого договора.

Время сотрёт из памяти детали, сгладит акценты и острые углы. И текст, кропотливо записанный мною левой, не ведущей рукой, канет в Лету также безвозвратно, как многое иное в этой жизни. Ведь чтобы вспомнить его, памяти придётся зацепиться за что-нибудь яркое. Чем могла бы стать наглая ложь, решись я на нечто подобное. Но зачем она, когда можно просто сместить акценты и опустить детали?

Что уния уже распалась, павшая под пятой удивительно вовремя взбунтовавшихся наёмников, и родине северянки не настолько нужны маги, чтобы действительно возвращать бывшим мятежникам хоть какие-то земли - это ведь такие мелочи. Впрочем, если бы наш разговор закончился иначе, никакой опасности Ниавель всё равно не грозило бы - амнистия была вполне реальна, как и частичное возмещение потерянного имущества. Просто вместо графского титула, девушке грозил в лучшем случае баронский, вложись она деньгами и выкупи какой-нибудь феод. Что так-то тоже немало.

Однако меня такое послабление обещаний не устроило. Ниви нужно было испытать делом. Жадностью и гордыней. Вот и ошиблись информаторы в отчёте, с кем не бывает?

И то ли меня раскусили, то ли я недооценил силу намерений девушки, но вышло так, как вышло - она повысила ставки, перевернула игровую доску и вынудила пообещать то, что изначально не собирался ставить на кон. Ведь начни отыгрывать назад, стало бы очевидно, что я руководствовался отнюдь не написанным.

Если уж поставил вопрос ребром, то изволь закончить начатое. Полумеры недопустимы.

С другой стороны, раз уж ей зачем-то понадобилась именно моя персона, то... Ладно, политический брак - так политический брак. Из него можно извлечь много выгоды, причём даже не учитывая возможности ежедневного лицезрения такой красавицы. А там, чем чёрт не шутит...

Ну и маги, Длань, контакты девушки в различных частях мира и увлечённый магией соратник - достоинства много большие, чем любые возможные недостатки. Главное - сохранять бдительность и не допускать любопытный лисий носик платиновой блондинки в кладовые с по-настоящему опасными проектами. Теми, о которых не знает даже она.

В крайнем же случае, если ничто другое не поможет, проблему всегда можно будет разрешить иным приемлемым способом. Тем же разводом, к примеру - благо религиозных препонов не будет.

Прикрыв глаза и отрешившись от физических ощущений, я ещё раз обдумал итоги произошедшего только что. И почему-то, пусть и всего на долю мгновения, слабость взяла надо мною верх - захотелось нажраться.

Не так я думал жениться, совсем не так! И ведь не пожалуешься даже - сам согласился, никто за язык не тянул.

Эх...

Глава 59 - Большие думы и маленькие радости

Беженцы, разного рода бандиты, монстры, недобитые изменённые северяне, наёмники, буксующий караван с сотнями голодных, политические игры с соседями герцогства и молчаливое наблюдение за титанами вне Вольницы, переписка с многочисленными информаторами и знакомыми, зашевелившаяся тут и там недорезанная знать, религиозные фанатики, гуляющие по нашим землям маги и, в качестве вишенки на торте, Ниавель.

Подозрительно притихшая, будто бы всем довольная, но явно плетущая какие-то интриги Ниавель.

От всего этого паноптикума, а точнее - от всего творимого им, за полторы недели простоя я начал сходить с ума, стремительно теряя и душевные силы, и всякое терпение. Причём если с теми, кто находился поблизости, можно было хотя бы поговорить, а то и хорошенько припугнуть для включения здравого смысла, то вот с остальными такой роскоши у меня уже не было. Приходилось общаться авиасообщением небесной почты, которое... ну...

Это была не телефонная связь, не интернет, и даже не телеграф. Химеры - птички, конечно, быстрые, но не более того. На сверхзвуке летать не умеют, то есть. А в последние две недели единовременно стало происходить столь многое и на столь обширных территориях, что парочку реактивных истребителей к роли курьеров, появись такая возможность, привлёк бы не задумываясь. Но, увы, о таком подарке оставалось лишь мечтать.

Потому что реальность не радовала.

Ограниченность связи лишь усложняла работу, поскольку зачастую я не то что своевременно инструктировать, но даже просто приказывать не мог - между отправкой и получением ответного письма проходило слишком много времени, чтобы ожидание имело хоть какой-то смысл. Так что чаще всего приходилось рассчитывать лишь на способности исполнителей и разбираться уже с результатами произошедшего.

И если в своих людях я был уверен - сказывались магия и какой-никакой корпоративный опыт отсева, то вот остальной мир моих меритократических порывов совершенно не разделял. От чего и страдал сам, и заставлял страдать от чужой глупости уже меня.

И хорошо, если причины боли поддавались хоть какому-то логическому осмыслению, пусть и постфактум. Однако нередко, даже слишком часто на мой взгляд, смысла в событиях не было никакого - они просто происходили. То люди творили сущий бедлам, то магия вместе с силами природы наводили суеты, то господин Слепой случай брал своё - и мир плакал кровавыми слезами.

В небольшой деревеньке на самых границах герцогства ожили дома. Вот так просто - вернулись люди с пахоты, а некуда - избы встали и ушли в лес. Без какой-то особой причины, вроде яркой фантасмагории магической аномалии или заблудшего старого мага - просто так, потому что внезапно стали способны.

Череда нападений на караваны поставила под сомнение возможность регулярного снабжения лагеря беженцев. Причём виновниками стали отнюдь не прекрасно знакомые северяне, от которых подобная подрывная деятельность вполне ожидалась, а какие-то местные бандиты, вылезшие как будто из неоткуда.

Остатки горящих деревьев, вмешавшихся в короткую пограничную войну между герцогством и одним из его соседей, продолжают кошмарить округу и, кажется, неким загадочным образом наращивают численность. Хотя ранее считалось, что если кто-то из этих чудищ и пережил последнюю битву, то угрозы уже представлять не сможет.

Близ одного из крупных торговых городов нашей державы множество людей стали свидетелями появления косяка неизвестных полупрозрачных существ в небесах. Они резвились в отделении, избегали приближаться к людям, но активно плевались чем-то в сторону земли. И жрали птиц.

Плюс поднятие нескольких десятков кладбищ, плюс пара крошечных мятежей, плюс несколько заговоров, плюс катаклизмы, плюс стычки на границах, плюс появление нескольких шаек разбойников, плюс торговые тяжбы, плюс... Короче, много всего - и это только в пределах наших границ. Что же творилось за их пределами... Впрочем, жителей герцогства последнее интересовало мало - они очень хотели узнать, когда домой вернётся главный решатель всех возможных проблем - господин главный советник, мудрый наставник правителя и просто сильный маг собственной персоной.

Навалилось, в общем. И никому не было дела не то что до какой-то там Ванонии, но и хотя бы до моего самочувствия. И я их мнение разделял - в конце концов мавр сделал своё дело и мог благополучно вернуться домой. Вот и ожидал обещанного транспорта со всё возрастающим нетерпением.

И с искренним нетерпением встретил прибытие вереницы телег под охраной бравых воинов нашей державы.

Приметив краем взгляда кое-что занимательное, повернул голову правее, чтобы получше разглядеть схожие с моими эмоции на лице старого боевого мага. Видимо, подозрительно шебаршащая внучка успела достать даже этого поистине стального человека.

Женщины...

Впрочем, сейчас не до них.

- Помните? - чтобы не ломать шею, обернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с тремя гвардейцами, лишь недавно, по заслугам этой компании и по поручению самого старшего, повышенными в звании до офицеров. Как и все прочие модификанты, вышедшие из-под моей руки, это были люди мне прекрасно известные, хорошо изученные и тщательно проверенные. Соответственно, будь иначе, и никто их в личную дружину герцога не принял бы.

Мы всегда были разборчивы.

Вместо ответа, все трое лишь молча кивнули, мимикой передавая направленное на меня предельное внимание. Издержки крепко вбиваемой дисциплины - ведь воин должен следовать приказам быстро и чётко, без лишних обдумываний. Хорошая привычка для рядового, но способная подвести любого рангом повыше.

Что же, объясню:

- Я уточняю не от безделья, - говорю тихо, неспешно и предельно внятно. - Если у кого-нибудь из вас есть вопросы, предложения, возражения или что-то иное подобного рода - говорите сейчас, потому что вскоре я уеду и спрашивать станет не у кого. Итак?..

Сперва молчание снова воцарилось среди нас, субъективно отдаляя фоновый шум лагеря, суетливо живущего своими горестями и радостями. Ныне как раз настал черёд белой полосы на мольберте жизни, ведь прибывший обоз расщедрился на столь необходимый людям вещевой скарб. Да и пополнение тающих, словно восковая свеча, запасов пищи не могло не радовать.

Прекрасная пора для тех, кто лишь недавно потерял почти всё, кроме жизней.

И всё то время, пока мы невольно разделяли атмосферу, царящую среди старательно не замечающих нас людей, я продолжал безмолвно, одним лишь взглядом морально давить на новых офицеров. Чтобы они сказали хоть что-нибудь, даже самое глупое, и разорвали тем самым стальной барьер субординации.

- Узнать бы... - в конце концов не выдержал короткостриженый блондин с совершенно непримечательным лицом, смущённо прокашлявшись. - Ваша милость, от чего же приказано рыбных избегать? Сил хватает, можно ведь и колоть!

В ответ на высказанную мысль я поощрительно кивнул, улыбнулся уголками губ и пояснил ранее выданное распоряжение:

- Дело в рисках. Маги устали, химеры и алхимия почти закончились, а наиболее сильные из чародеев скоро вас покинут. Не спорю, вцепиться в горло этой богомерзкой заразе да хорошенько поистрепать - то дело благородное, но ваше здоровье для меня всё же важнее, - и пройдясь взглядом по всем троим, я слегка надавил тоном, чтобы слова лучше отпечатались в черепных коробках: - Ясно вам? Никаких лишних битв - давите разбойников, а на тварей не ходите! По крайней мере в ближайшие две недели, пока не прибудет подкрепление.

Очередной кивок стал мне ответом.

- Итак... Что-нибудь ещё?

- Кого считать разбойниками? - немногословно высказался чернявый крепыш с лицом, будто вылепленным скульптором-авангардистом - настолько резкие черты оно имело.

- Всех, кто не согласен подчиняться вашим, а значит - моим приказам, - ещё ничего не сказавший и по совместительству - последний из тройки слабо улыбнулся, по-видимому, посчитав мою фразу шуткой. Но серьёзность моего тона и холод взгляда вскоре переубедили его в этом. - Наёмники и союзники уже предупреждены о порядке вещей, а все остальные пусть пеняют на себя. Не далее чем тремя днями ранее Ванония официально стала нашим вассальным феодом, чему есть все бумаги, свидетели и отосланные послания. И если кто-либо из народа этих земель или, тем паче, гостей посчитает иначе... Что же, с мятежниками дело должно быть коротко. Понятно?

И ещё один кивок. На этот раз почти синхронный - приноровились уже, болванчики.

- Ещё?

- А те... кто признает нашу власть? - неуверенно произнёс недавний весельчак - скуластый шатен с узким лицом, ещё один из сотен людей, чьё имя и жизненные вехи я старательно заучивал.

Всегда полезное начинание, особенно в сословном обществе. Господин всегда зависит от слуг, и считать иначе может лишь законченный глупец.

Поэтому же я всегда был довольно лоялен к простым людям, что окупались сторицей:

- Как я уже говорил вам ранее, герцогство привечает беженцев. А верные подданные нашего вассала, потерявшие кров и хлеб в следствии катаклизма, на которые столь богата наша земля - однозначно беженцы и никак иначе.

- Но что с ними делать? Припасов на всех не хватит! - уже тише, будто бы боясь мне перечить, возразил он.

- По ситуации, - пожал плечами в ответ. - Будет возможность - организуйте, защищайте, кормите и переправляйте. Не будет - хоть как-то контролируйте, чтобы от отчаяния на большую дорогу не вышли. Всё равно эти земли заново заселять придётся, как чешуйчатые уйдут обратно в море.

Уловив сложный взгляд ещё молодого в общем-то мужчины, уже ставшего ветераном нескольких военных компаний в возрасте не более двадцати лет, был вынужден дополнить:

- Более чётких приказов не будет - ситуации ведь бывают разные, и все их исходы лягут именно на вашу совесть. Никто не даст гарантий, как сложатся нити судьбы, помощь кому приведёт лишь к худу, и насколько своевременно будут прибывать припасы. Поэтому я возлагаю эту ношу на вас троих - помогите, сочтёте нужным, сохраните боевое состояние остающегося гарнизона, проследите за действиями врагов и не помрите в процессе - это всё, что необходимо. Всё, что я от вас прошу.

Так и закончился разговор, призванный дать новым комендантам лагеря последнее напутствие. После него я отправился к погружавшему наши пожитки сопровождению, нашёл Ниви со стариком и, заняв мою карету, мы отправились в путь.

И уже вскоре мне осталось лишь беспрестанно хвалить себя за то, что не рискнул остаться в тесноте четырёх стен наедине с девушкой. Потому что даже присутствие родственника не всегда останавливало её эмоциональные порывы к... чему-то.

Судя по всему, преодолев первый этап, девушка решила не останавливаться на достигнутом и поставила новую цель - соблазнение будущего мужа. Наверное. По крайней мере, иначе трактовать оголение плеч, шеи и прочую лёгкую эротику в её исполнении не получалось.

И не сказать, чтобы это не вызывало никого эффекта - девушка всё же была очень красива, эмоциями в Ветрах фонила так, что мама не горюй, а шальной блеск её глаз и невольный свидетель всей этой пошлости добавляли представлению толику пикантности.

Впрочем, действия железы гормональной коррекции, собственной воли, боли и усталого взгляда старика более чем хватало, чтобы никак не реагировать на порой очень... интересные позы.

С другой стороны, выкрутасы резвящейся леди являли собой очень приятную отдушину, этакую клубничку на торте, от красоты которой я временами даже отвлекался от дум о том, из чего же нынче состояло это кондитерское изделие.

Мгновения, когда меня почти не терзала глубинная боль многочисленных, всё ещё до конца не заживших увечий. И когда я забывал о том, насколько близко к краю прошёлся в этот раз.

Но долгая дорога имела свойство вгонять в самокопания. Не стал исключением и этот раз.

Пришло время подведения промежуточных итогов.

Основная цель, а также внезапно появившиеся вторичные её товарки выполнены - и это, безусловно, самое важное. Ниавель с её стариком живы, относительно здоровы, и уже едут со мною безопасное место. Кроме того, практически в полном составе уцелела гильдия, а также наиболее лояльные части стражи и знати.

Ну и Длань, конечно - позабыть о наличии этого короба на крыше нашей повозки не получалось даже при всём желании. Его тихий скрип в пути, дребезг на кочках, треск по утрам и вечерам... Паранойя ржала и лягалась, словно дикий жеребец, от присутствия этой штуки поблизости. А разум помимо воли бесконечно прокручивал варианты, повествующие о способах вызволения чёрного содержимого из плена двух вложенных друг в друга деревянных ящиков, наполненных тканями и опилками. Как злое сознание, правящее этим артефактом, просто прожжёт три тонких слоя целлюлозы и свалит проклятый контейнер вниз, прямо нам на головы, после чего откроет и превратит всё в глыбу льда.

В общем, вроде бы сделана была работа по спасению просто замечательно, однако облегчения от этого я почему-то не испытывал. И это в отрыве от полученного ущерба. Но если считать ещё и его...

Можно вынести за скобки тот ворох политических, экономических и социальных проблем, что свалились или ещё только грозят свалиться на наши с герцогом головы в самом ближайшем будущем. Новый этап поясок меж сильными мира сего и перезаключения договоров со всеми суверенными пяточками Вольницы, потому что каждый второй - гордый до умопомрачения и спать не может, как уже жаждет наложить загребущие руки на активы ещё недавно такой грозной Ванонии. Эта эпопея будет мучить нас ещё долго и, что самое неприятное, вероятнее всего - очень дорого. Слишком уж жирный куш мы пытаемся проглотить в этот раз.

Все с нетерпением будут ждать первых признаков удушья, чтобы с искренней радостью, по-соседски помочь расстаться с явно излишними объёмами.

В таком разрезе резкое прибавление количества магов в наших рядах - великое благо уже само по себе, ведь охладит многие буйные головы. А уж если мы сумеем нанять часть родичей герцогини...

Впрочем, на всё воля владык мира сего - вложись они достаточным количеством средств, и большая война станет неизбежна, сколько людей не вешай.

А ведь её, войны этой, очень хотелось бы избежать. Или хотя бы отложить. Ванония вскрыла множество проблем, решению которых я планировал посвятить как можно больше времени по возвращении.

Дел было много.

К примеру, сейчас меня больше всего волновало собственное окончательное излечение, что, хвала предусмотрительности, было вполне возможно даже несмотря на ужасающие последствия того боя. За произошедшее тогда чудо воли и магии пришлось заплатить большую цену - множеством внутренних кровотечений, разной степени повреждениями практически всех органов, потерей целых кусков плоти и литров крови, мешающими даже просто спать психосоматическими болями, нередкими галлюцинациями и ещё целым букетом прочих болячек, за одно лишь перечисление которых на Земле меня бы уже давным-давно определили прямиком в морг. Однако, как ни парадоксально, иномирная магия немытого средневековья позволила не просто жить, но даже постепенно исцелять раны.

Хотя детонировавший прямо в животе кусок желудка сумел принести дополнительных проблем - на какое-то время пришлось перейти на питание зельями, а вкус у них, мягко скажем, не ахти. Но что куда хуже - запасы конкретно этих микстур оказались крайне ограниченны, что чуть было не сыграло последнюю злую шутку на моих похоронах. Однако кое-как, преодолевая боль и нестабильность плоти, удалось-таки залезть в практически неповреждённое личное хранилище. То самое, которое "инвентарь". Благо там с давних пор хватало всякого - набивал как мог, раз за разом всё больше расширяя ассортимент неприкосновенного запаса. Это-то меня и спасло, поскольку пусть и с некоторым трудом, найти нужное всё же удалось.

Забавно, насколько глупая смерть мне тогда грозила - выжить в засаде убийц со сверхчеловеческими силами, выбраться из осаждённого монстрами города, пройти сквозь борьбу меж смертельными ранами и алхимической интоксикацией, выдержать взрыв в собственных потрохах и... и всё это только ради того, чтобы едва не умереть от голода в окружении собственных воинов.

Ирония.

Это ли чувствовал Александр, великий завоеватель, так и непобежденный на поле брани, но отравленный в интриге?

"Нет, ну так-то нечто подобное переживали многие. Просто сравнивать себя хочется с античными титанами, а не с людьми своего роста", - мелькнула саркастичная мысль.

Если же отложить тему здоровья, то остальным в целом я остался скорее доволен, чем нет. Двое суток борьбы, пусть и не всегда состоящей из сражений с применением магии, прекрасно показали, чего нынче стоит бывший ученик химеролога. А держался я не сильно хуже деда Ниавель - многосотлетнего боевого мага, проведшего на полях сражений времени больше, чем в сумме мне и девушке лет. Конечно, тот к этому времени бился уже неделю и всё равно смог показать кратно превосходство в сражении, но...

Но ни ученик, ни подмастерье в той мясорубке просто не выжили бы. Так что сам себя я мог смело именовать боевым мастером. Каким-то. Точнее определить уже не получалось - нужно было, чтобы оценку провёл кто-нибудь более сведущий. Тот же самый старик, например. Не зря же их гильдию спасал, пусть теперь отрабатывают!

В свою очередь более мирные направления, а именно алхимия, артефакторика, химерология и некромантия также показали себя очень достойно.

Зелья спасли нам жизни и придали сил, а нашим недругам принесли такие хлопоты, что забудут о них ещё не скоро.

Артефакты тоже внесли свою лепту во всё перечисленное выше - спасали, принимали урон, стабилизировали состояние, отвлекали и разрушали. Незаметные со стороны, они были повсюду - и в контейнерах с бутыльками зелий, и в снаряжении воинов, и в транспорте гильдейцев, и рядом с наблюдателями, и в закладках на пути с рыболюдов, и за спинами прочих наших врагов. От простейших мин, до чего-то более сложного, вроде ящиков-холодильников или мерцающих плащей, мешающих восприятию врага в сражениях на скоростях модификантов.

Жаль только, что действительно мощные поделки показать не получилось - идеи, в них заложенные, не столь уж сложны, чтобы местные не смогли их скопировать. Тем более, в этой школе волшебства я всегда буду проигрывать старым родам артефакторов, и показывать им то, благодаря чему их сможет превзойти даже такой неуч, просто недальновидно.

Нет уж. Будь то комбинирование школ или знания, взятые прямиком из другого мира, всё это сможет подождать более подходящего времени. Даже под страхом моей смерти - неизбежной погибели всё же предпочту вероятную.

С химерами, впрочем, было гораздо проще - здесь в своих навыках я был более чем уверен, а вот в возможность перенять их аборигенами - не очень. Не гений, конечно, но прикурить большинству коллег дам, тем более, что понять многие из моих достижений они банально не смогут. Как и я некоторые из их, к слову. Таким образом как-то даже не удивительно, что мои модификанты сумели не просто бороться на равных с чужими, но и даже превосходили их практически по всем параметрам. Практически прорыв в изменяющей химерии, обусловленный не очередными органами ультраредких животных из какой-нибудь глухомани, а лишь гораздо более глубоким пониманием медицины и человеческой анатомии. И только неопытность воинов в сражениях с себе подобными позволила северянам хоть как-то держать удар один на один. А численность спасла от разгрома в групповых боях.

Ну а мои химеры... Когда то, что я искренне считал браком, с лёгкостью порвало почти два десятка человек, а после бодрой трусцой вернулось ко мне с головой какого-то бедолаги в зубах... Скажем так, я прозрел достаточно, чтобы осознать, что именно сотворил на свет.

Ужаснулся, конечно, но планов своих не изменил. В этом мире было полно тварей и пострашнее, и мои недокошмары, как и более совершенные их формы, на таком фоне откровенно не смотрелись. Ну а то, что могут в одиночку небольшие деревни вырезать - так что уж тут поделаешь, если порядок вещей такой.

В сказках о драконах, принцессах и спасающих их рыцарях никогда не упоминают, сколько крестьян съел чешуйчатый злодей за время истории.

Тем более, вон, стоит одну только некромантию взять - а ведь даже я, бездарь бездарем в этой школе, смог вполне пристойных мертвецов поднимать. Мертвецов, которые, на минуточку, ни усталости, ни боли не знали, жаждой и голодом не страдали, силу не сдерживали и жалости не ведали. На узких городских улочках даже при всей своей медлительности - те ещё твари, живых умертвляющие только так, с задором. И хорошо ещё получится, если найдётся профессионал с топором или пара-тройка мощных мужиков с вилами - а то ведь иначе хрен остановишь этих жертв колдовской некрофилии. Особенно, когда их много.

Кому какая разница, насколько долго существуют и как хорошо горят мёртвые тела, когда они с отсутствующим взглядом уже вытягивают руки в твою сторону?

Впрочем, даже бывшие товарищи, приходящие по душу живых, не смогли вызвать такого ужаса, как применение болезней. Биологическое оружие всегда вызывало куда больший страх, чем даже атомное или химическое, и неспроста, ведь тогда врагами становятся буквально все вокруг, даже союзники. Именно это и произошло в южной части города - пережив несколько вспышек эпидемий, и без того неохотно объединяющие усилия нелюди окончательно рассорились, на некоторое время парализовав значительный участок тыла. Что закономерно нарушило кривокосые цепочки логистики и остановило наступление фронта.

И если бы не проклятые северяне, ещё неизвестно, чем бы закончилась война за Ванонию.

А так... Город пал. Окончательно. Орды хлынули на берег, возглавляемые огромными монстрами. Люди же бежали как можно дальше, пока либо не покидали ставшие ловушкой стены, либо не оканчивали свои жизни в тщетном сопротивлении. Количество жертв невозможно подсчитать и очень трудно представить, однако целые потоки крови, окрасившие портовую заводь в красный в тот день, думаю, немногие выжившие свидетели не забудут до конца жизни.

Нелюди пришли грабить и поедать. Ради первого ценились лишь немногие каменные изделия и редкие металлы, а второе они не умели делать аккуратно.

Впрочем, уже когда мы уезжали из лагеря, пиршество на костях практически подошло к концу, а многие племена успели покинуть сушу. Думаю, не пройдёт много времени, как выжившие смогут вернуться на руины.

Другой вопрос - как бы всё это правильно организовать, чтобы самим разграбить ничейное, да при этом порядок поддержать. Но и это каким-нибудь организуем, благо юридических препон не будет. Уже все интересующиеся знают, кому с недавних пор принадлежат эти земли.

Что же до остальных важных вестей...

Моргнув, озадаченно посмотрел на письмо, сиротливо выглядывавшее из ящика с важной корреспонденцией. И не стал медлить, вызволив его на белый свет и вскрыв припрятанным в рукаве маленьким ножичком.

И на несколько мгновений впал в ступор, созерцая находившиеся на листе бумаги изображение. Абстрактная и неряшливая, но вполне узнаваемая картина - трое взрослых, двое мужчин и рыжеволосая женщина, в также две девочки, совсем малышка и одна постарше. Причём центральной фигурой, вокруг которой кто сидя на большом диване, а кто стоя за ним расположились все остальные, оказалась как раз самая младшая. А подпись внизу, кривая и немного неправильная, сообщала лаконичный призыв: "Скучаю, вернись!".

Не улыбнуться такому было решительно невозможно. А ведь что ученица, что возмужавший герцог о своих переживаниях не писали - стеснялись. И только наглая кроха, неосведомленная о масштабах опасности моей очередной отлучки, искренне выразила свои эмоции, написав, что соскучилась.

Ну как её можно после этого не любить?

Глава 60 - Новый этап

Планы пришлось поменять, и вместо долгожданного отдыха в комфортабельной башне, мне пришлось ехать в чуть менее удобный и гораздо более суетливый замок. Причина банальна - работа, которая никогда не переводилась. Только в последнее время её количество кратно возросло, а моё отсутствие эффективности работы управленческого аппарата отнюдь не прибавляло.

Но пока - встреча. И если началась она обыкновенным образом, то вот уже продолжение получила куда более интересное.

Дело происходило во внутреннем дворе замка, под взглядами немногочисленных по утру слуг и воинов, когда высокие гости покинули свои экипажи. Прохладный ветер лениво трепал флаги на высоких шпилях, но практически не задувал за стены, от чего, несмотря на ранний час, воздух был тёплым и немного влажным.

Но как хорошая погода подняла настроение участников встречи, так же быстро наступил момента начала... инцидента. Забавного с одной стороны и не сводящего ничего хорошего - с другой...

...Они смотрели друг на друга, и даже Ветра затихли в тот миг, отдавая запахом грозы в воздухе. Напряжение ощущалось столь отчётливо, что грозило лишить чувств менее стойких.

Изумруды встретились с небесной синевой, и никто не желал отступать.

Находясь под перекрёстным огнём двух красавиц, я одним лишь взглядом запросил поддержки со стороны воспитанника. И он, нервно сглотнув слюну, даже начал было поднимать руку, чтобы обратить на себя внимание леди. Однако прежде наткнулся на внимательный взгляд любимой супруги, от чего ненадолго замер.

А потом, отмерев, покорно опустил руку.

"Подкаблучник!" - произнёс беззвучно. В ответном же взгляде почудился возмущенный возглас: "А сам-то!".

И ведь не поспоришь!

Тем временем бой голубого и зелёного продолжался. Холодная война, битва взглядов и упорств, без всяких активных действий - обе соперницы замерли на своих местах, вцепившись в уже завоёванное.

Ниавель с силой, неестественной для столь хрупкого создания, сжимала моё предплечье, казалось, обещая отпечатать следы от изящных пальчиков прямо на моих костях. Подкожная броня пока ещё справлялась, но рука уже начинала неметь. Не хотелось бы проверять, насколько далеко в таком состоянии может зайти боевая волшебница.

Катька же, жадным волчонком взиравшая на наглую соперницу, покусившуюся на её любимого дядюшку, предпочла брать количеством, а не качеством. Так что вместо того, чтобы прилагать свою невеликую силу, она поудобнее расположилась у меня на сгибе локте, обняла шею тонкими ручками и облокотилась на грудь.

Издали посмотришь - милая семейная пара высокородных, мужчина с ребёнком на руках чинно вывел жену на прогулку. Вот только вблизи становится ясно, что и девочка на женщину не слишком похожа, и глядят они друг на друга явно не по-родственному зло.

Никакого дружелюбия в прекрасных омутах. И так с того самого мига, как счастливая кроха, вновь обретшая пропавшего родича, обнаружила неизвестную угрозу в опасной близости к моей персоне.

А ведь действительно - я на самом деле редко кому позволял себя касаться, особенно на постоянной основе. Список короток и не содержит даже десятка человек, причём половину из них принцесса никогда не видела. Так что её удивление закономерно.

Но откуда такое неприятие?..

Не успев это как следует обдумать, оказываюсь прерван необычным образом - рывком за штанину. А повернув голову и скосив взгляд за спину, встречаюсь им с трогательно огромными карими глазами, глядящими взором брошенного под ливень котёнка.

Ученица тихонько подошла сзади и ухватила свой кусочек меня, скромно выбрав штанину. Просто прекрасно. Теперь мы ещё больше похожи на семью...

И почему вокруг меня столько сильных чародеек разных возрастов? Хорошо, что мелкий взял часть удара на себя - по крайней мере старшая рыжеволосая уже занята, и даже несмотря на её хитро блестевшие глазки, моему душевному спокойствию ничего не угрожало.

Ну, не должно было. Вроде бы.

Хотя одну минутку... Это у неё что, животик подрос? С чего? Только не говорите, что...

Мой взгляд метнулся к герцогу, и судя по тому, как он вздрогнул и заалел, посыл оказался понят, а вопрос получил положительный ответ.

Чёрт бы тебя побрал, мелкий! Вместо борьбы со злом, ты решил примкнуть к нему, буквально плодя проблемы!

Нет, я, конечно, люблю принцессу - милее этой крохи не свете пока нет и не факт, что появится. Однако уже двух таких, боюсь, сам замок не выдержит! От концентрации милоты и проблем пространственно-временной континуум схлопнется сперва в чёрную дыру, а потом - в двадцатичетырехмерную козявку.

"Куда вам ещё одно чудо, горе-родители! Мы с прошлым едва совладать способны!" - горел мой взор, направленный на сладкую парочку безответственных взрослых. И судя по тому, как стремительно краснели их лица, всё-то они прекрасно понимали. Вот только делать детей это понимание нисколько не мешало.

Не могу винить герцога - рядом с такой красоткой законному супругу сдерживаться просто невозможно. Но она-то по рукам ему дать могла! Или головной болью отвадить - я знаю, женщины такое умеют!

Нет справедливости в мире - удовольствие получают одни, а расплачиваться будем всем скопом.

Внезапно для меня, хватка Ниавель на моей руке ослабла. И я тут же обернулся к волшебнице, чтобы разведать обстановку...

Только чтобы искренне ужаснуться.

Теперь она не смотрела ни на принцессу, ни на мою ученицу, что за прошедший весьма короткий срок также успела удостоиться капли внимания северянки. Нет, ныне всем её вниманием завладел животик герцогини.

А потом этот пугающе яркий, целеустремлённый и многообещающий взгляд медленно, но с неумолимостью главного калибра линкора перетёк на меня.

"Нет, нет, нет!" - внутренне кричал я, обмерев от мрачных предчувствий. - "Даже не думай - у нас фиктивный брак!"

Вот только всё, что я получил от неё в ответ - широкую, задорную улыбку, бросающую вызов всем препонам и невзгодам. А изумрудные глазки красавицы загадочно засверкали, выдавая охватившее её эмоциональное возбуждение.

Единственным звуком во всей произошедшей череде пантомим стал один лишь задорный хмык престарелого мага - сложив руки на груди, он стоял чуть в стороне от всех нас и с любопытством следил за разворачивающимся действом. Правда, его в целом положительное настроение то и дело падало, когда взгляд затуманивался в мареве неких воспоминаний. Представить, что могло послужить тому причиной, было нетрудно.

Так и прошла первая встреча коренных жителей замка с новоприбывшими - в тишине и переглядываниях, подобно игрокам за карточным столом.

***

- Милые детишки! Правда, внучка? - судя по тону, старый маг был весел и добродушен, хотя вкрадчивые нотки указывали, что за вопросом таилось не только праздное любопытство.

И как ни удивительно, ответ последовал далеко не сразу.

- Я не уверена... - тихо и задумчиво, будто бы обращаясь скорее к самой себе, пробормотала девушка. Однако уже со следующей фразой она вынырнула из омута дум. - Как ты считаешь, насколько их притязания... велики?

- У двух маленьких девочек? - ещё больше развеселился чародей. - Бывшей простолюдинки и совсем уж крохи? Ты правда видишь в них угрозу?

- Да, - после небольшой паузы ответила Ниавель. - Пусть опасность одной я переоценила, однако со второй получилось ровно наоборот.

- Внучка... - с тихим вздохом, полным усталости и сердечной теплоты, многозначительно произнёс старик.

После чего комната погрузилась в тишину. И подождав новых реплик ещё несколько минут, однако так ничего нового и не услышав, я отнял артефакт от уха и опустил его на положенное место - предельно утилитарную деревянную подставку.

Но не выключил - если разговор получит продолжение, то все звуки исправно передадутся.

Так-то в замке прослушивалось всё. Сперва одними лишь артефактами, а потом добавились и более незаметные даже для сильных магов способы, вроде слуховых трубок в стенах. И на удивление, они работали... или же мне хотелось в это верить.

По крайней мере нам не удалось обнаружить других подобных приспособлений на просторах Вольницы, а гости замка если что-то и замечали, то предпочитали о том тактично молчать.

- Тактичность... - просмаковал это слово и цокнул языком в недовольстве. - Пожалуй, мне тоже следовало бы его проявить, верно? - завершил мысль, задумчиво высказав ее в воздух.

Однако никто не ответил мне - да и не мог, поскольку в помещении, замаскированном под небольшой склад, я был совершенно один.

Наверное.

Кошмары остались в вольере, так что трудно было сказать наверняка, не следила ли сейчас за мной из иной мерности пространства очередная неизведанная фигня. Но к такому я уже успел немного привыкнуть - трудно, конечно, всё время чувствовать себя жертвой потусторонних вуайеристов, однако в конце концов привыкаешь. Тем более, вон, верующие в богов и разного рода духов так всё время живут, и ничего - здравствуют. А уж в магическом мире к такому следовало быть готовым изначально.

Минуточку.

Стоп. Это же получается, что...

- Я подслушиваю, пока за мной подсматривают, - покатал эту мысль на языке. - Круговорот вуайеризма в природе. Иронично.

А ведь как хотелось верить, что такая дрянь осталась лишь в памяти прошлой жизни! Не корпорации со спецслужбами следят, так ещё кто-то - никакого покоя несчастному параноику.

Ну, не всё же время мне по замку бродить в окружении химер, верно? Опасные существа всё-таки - и людей риску подвергаю, и репутацию порчу. Так что приходится сдерживаться...

- Вы уже обсудили брак? - голос старика разорвал тишину по ту сторону, вернув артефакт обратно к уху, а мысли - к происходящему в гостиной выделенных девушке апартаментов.

По-хорошему следовало бы проявить-таки тот самый такт, однако поднятая магом тема оказалась слишком уж заманчивой. Очень хотелось выслушать мнения сторон.

- Ты и сам знаешь условия, дедушка, - девушка говорила спокойно, без всяких намёков, будто просто констатируя факт.

И так оно и было на самом деле - общие условия утверждались ещё в пути, благо времени тогда было предостаточно. Всё же почти весь путь в одной карете провели, там хочешь - не хочешь, а все темы обсудишь.

Да и без самого старика всё равно обойтись не получилось бы, поскольку договор заключался с гильдией, главой которой всё ещё являлся древний маг. Все эти административно-организационные вопросы, вроде социальных статусов, уставов, ценовых политик и прочего подобного неимоверно важного, по-хорошему следовало определить в первую очередь. Вот и определяли. Долго, муторно, с торгами и матом - много нервов высосали те часы, да только горячая ковка все равно стоила того.

Пока воспоминания были свежи, а печаль ещё не сменилась в сердцах надеждами, люди принимали перемены гораздо легче. А было оных много - встраивание столь могущественной организации в общество герцогства представлялось непростой задачей даже теоретически, от чего по первому времени влияние новой структуры пришлось ограничить. Чему сами волшебники, естественно, совершенно не были рады.

Вроде бы тогда со всем справились.

- Не увиливай, - тон чуть повысился в лёгком нажиме.

Вот только старика интересовали детали, которые мы обговаривали позже - наедине с Ниавель, уже по приезду. И были они на диво различны - от чисто прагматичных жилищных вопросов и до порядка этой самой совместной жизни.

Я ведь не идиот, чтобы фактически чужого человека в свою башню впускать. Ни в какую из них - ни в замковую, ни в загородную. А значит, поселить девушку придётся в апартаментах поближе... Но не слишком.

И ещё сотня-другая подобного рода вопросов. Всё же будучи человеком, предпочитающим хорошую подготовку любой импровизации, я решил разобрать заранее все пришедшие на ум бытовые вопросы с будущей женой. Ну и Ниавель в процессе не растерялась - то сама что-то предлагала, то топила мои инициативы в словоблудии, а то и вовсе отстаивала некоторые мелочи с упорством ничего не видящего от ярости носорога.

И я бы ещё понял, будь последние чем-нибудь действительно важным, вроде выходов в свет или вопросов консумации брака. Однако совместные приёмы пищи? Вечерние прогулки? Присутствие на некоторых уроках с моей ученицей?..

Нет, я не был дураком - понимал, чего она добивалась. Однако... Зачем было всё это вносить в договор?

"И ведь видит, что такими условиями меня лишь ещё больше раздражает, - подумалось невольно. - Но всё равно продолжает давить с упорством, достойным лучшего применения. И так уже пришлось урезать личное время, а девушке всё мало. Сколько ещё от не столь уж длинных суток она пожелает откусить?"

Быть может, сейчас я и узнаю ответ на этот вопрос:

- Обсудили... Нет, ещё только обсуждаем, - её голос приобрёл какие-то странные интонации. Эмоции, стоящие за ними, не получалось расшифровать.

- И как мои советы? - а вот старик говорил с явным любопытством.

- Помогают, - последовал короткий ответ.

- И?

Наступила непродолжительная пауза, во время которой девушка будто бы решала, что и в каких словах стоит поведать родичу.

- Ты оказался во многом прав, дедушка, - теперь её голос звучал приглушённо.

- Хо-хо... - судя по тихому скрипу, маг откинулся на спинку. - Ох уж эта вечная спешка молодых волшебников... Всё летите куда-то, стремясь положить головы на алтарь желаний. А жизнь-то не в пучине Ветров, она здесь - среди таких же людей, и каждый со своим богом в голове. Научить их жить душа в душу очень непросто, для это нужны усилия с обеих сторон. А то так всю радость в жизни растеряешь, точно тебе говорю!

- Я видела подобное, но не понимала... - задумчиво пробормотали в ответ.

- Обычно такому учат леди, - голос чародея приобрёл печальные нотки. - И будь жива твоя матушка, начала бы наставлять ещё лет пять назад. Но что уж тут, пришлось самому... - под конец он совсем затих, погрузившись в печаль. Впрочем, ненадолго. - О, расскажу ка ещё кое-что! Послушай, внученька, мудрость старого вдовца, да запомни хорошенько - много не добавлю, да и с химерологом жить - дело неведомое, но могут мои советы и помочь.

По мере дальнейшего монолога, к мудрости которого, так уж получилось, скрытно приобщался и я, открывалось всё больше интересных подробностей. Причём касались они в основном сферы, о которой, как оказалось, в невежестве своём я ведал преступно мало. Хотя думал, что знаю вполне достаточно.

Чётче всего этот рассказ можно было охарактеризовать "вводной лекцией по бытовой жизнедеятельности магов". Причём относились озвучиваемые нюансы скорее к сильным чародеям, чем к слабым, что с некоторым допущением могло объяснить, почему о многом из сказанного не знали родственники нашей герцогини.

А может, дело было в молодости их рода - срок в несколько веков истории выглядит неплохо, лишь пока не вспоминаешь о практически тысячелетней высоте всего генеалогического древа предков Ниавель. Уж там-то люди должны были волей-неволей собрать богатый опыт для мемуаров.

Или целые своды правил, чего делать не надо, если не хочешь стать инвалидом. Или превратить в такового родича.

"Как, оказывается, опасна жизнь-то" - подумал с невольной дрожью.

Да что уж там - от некоторых методик, поведанных древним чародеем, я натурально выпадал в осадок! Никогда не слышал ни про какие эротические ритуалы, и даже не представляю, к каким школам они могут принадлежать. А уж календари зачатия и прочее подобное гадание по материнской крови и вовсе напоминают псевдонаучный бред даже в этом, полном магии и мистики, мире.

От иных же историй я чувствовал даже не мурашки на коже, а натурально колючую хватку льдистого страха - настолько реалистичны и пугающи они были. Хотя казалось бы - о чём могут волноваться могущественные чародеи в личной жизни?

Правильный ответ - о многом.

И это "многое" сильно вкратце и перечислил старик.

Как правильно выяснять отношения, чтобы дом не взлетел на воздух. Как существовать в одном месте, чтобы земля вокруг не превращалась в одну сплошную магическую аномалию. Как заниматься сексом, чтобы ненароком не поджечь дом. Как устраивать романтические обеды на природе без призывов потусторонних сущностей. Как рожать детей без объявления угрозы катастрофического уровня. Как хранить артефакты в недоступном для детей месте и как заставить малолетних оболтусов принимать невкусные алхимические препараты. И ещё много, очень много прочих "как".

Многие из этих угроз обошли нас с крохой-принцессой стороной, тогда как черёд других ещё просто не успел настать. Да и следовало признать, что силы в маленькой лисичке не настолько много, чтобы что-то подобное действительно могло угрожать её жизни.

Хотя это никоим образом не отменяло того факта, что впредь я буду ещё внимательнее к крохе. И непременно подготовлюсь ко всему тому ужасу, что хоть и маловероятно, но всё-таки мог с ней произойти.

Тем более, всё равно придётся набирать на ком-то опыт, поскольку, к примеру, у нашего с Ниавель гипотетического ребенка судьба могла сложиться куда сложнее. Силы в обоих родителях вполне достаточно, чтобы чадо просто сгорело в пламени дара, не пережив первых нескольких месяцев. Не говоря уже о прочих проблемах, что способно вызывать примитивное, но крайне эмоциональное детское сознание, обладая достаточной магической мощью.

На наше счастье, старый маг, вырастивший не одно поколение могущественных сорванцов, был цел, жив и полон сил, так что мог не только поведать о нелегкой науке ухода за детьми своей любимой внучке, но и показать при надобности на практике. Главное, с его слов, чтобы эта самая практика наконец всё-таки наступила.

И побыстрее.

Это был более чем прозрачный намёк.

И нет - хитрые планы по собственному совращению меня интересовали мало. Ничего нового в них всё равно не будет - не первый год при дворе живу да подслушиваю, от чего нынче могу хоть энциклопедию флирта написать. Правда, преимущественно с женской стороны - сам практически никогда инициатором не выступал за ненадобностью. Однако теперь привычный порядок вещей грозил претерпеть существенные изменения, и я не хотел знать о ходах девушки заранее хотя бы ради того, чтобы не обесценивать её усилия.

Да, это будут сюрпризы. А я их очень не люблю. Однако могу парочку и стерпеть, если для пользы дела. А налаживание хороших отношений с будущей женой, пусть и в рамках политического брака - это явная польза, как ни посмотри.

Надеюсь только, что на этот раз неожиданности будут приятными. Хочется верить, что потом мне не придётся жалеть о таком попустительстве.

Зато вот что меня действительно интересовало, так это те самые нюансы благополучного существования сильных магов. Это крайне полезная информация. Даже не сложись у нас с Ниавель с совместной дальнейшей жизнью - всё равно ведь польза, а ведь других источников такого рода сведений мне что-то не попадалось. Вот и слушал тихонечко, да на ус наматывал, попутно в тетрадь записывая. Потом ещё отдельно обдумаю и разберу - благо магу моей школы и человеку моих знаний в медицине многие вещи, выглядевшие сущей мистикой для местных, могли многое сказать о процессах, происходящих в телах чародеев разных возрастов.

Возможно, это даже пригодится при работе с Дланью. Всё же иным способом изучить своих сородичей по дару не выйдет - слишком маленькая выборка в наличии, а туда, где она побольше, меня и на пушечный выстрел не подпустят. Могу даже предположить, что не просто так - если уж даже северный род магов скрупулёзно собирал всю эту информацию, то уж в какой-нибудь Гегемонии архивы и подавно обширней. Причём сильно. Вот только что-то никто о них упоминать не спешит.

В целом - не удивительно, ведь знания всегда являлись оружием.

***

Время шло своим чередом. Часы сменялись днями, а те - неделями, однако столь незаметно на фоне нервной рутины, что отмечались прошедшие сроки лишь при сознательном усилии. Тем более, что из-за наплыва работы многие проекты пришлось либо замораживать, либо скидывать на доверенных лиц, от чего чувство времени, не подкрепляемое чёткими графиками экспериментов, окончательно растеклось в повседневности подобно желе на солнце.

Волей-неволей всё возможное внимание перетянуло на себя наше территориальное приобретение. Именно там развернулся основной театр политического противостояния.

И в ход пошло всё, кроме прямых военных интервенций и применения легендарных коронных сокровищ. Уже никого было не удивить разбойниками, настоящими и ряжеными, хотя то и дело мелькавшие с разных сторон модификанты добавляли процессу изрядной перчинки. Кровопролитие носило характер стычек и шло очагово, в большей степени завися от политической ситуации в соседних с Ванонией феодах, чем от сил и средств отдельных игроков. Всё же фактор логистики решал слишком многое, поскольку разорённые земли бывшего города-государства не могли никого прокормить и не смогут ещё как минимум несколько лет.

Так что сколь бы крупными соединения не пытались вершить свою волю все заинтересованные лица, в реальности работать приходилось крайне ограниченными контингентами, полностью зависящими от снабжения через лоскутное одеяло свободолюбивой Вольницы.

Естественно, находясь в своей стихии и являясь при этом самой толстой жабой на этом болоте, мы пользовались преимуществами расположения на полную катушку. И дело не только в коротком плече снабжения. Ещё дружили с одними, грозили пальчиком другим, нанимали третьих и грабили караваны четвёртых - словом, активно портили жизнь всем, кто решил потягаться с нами на землях нового территориального приобретения. Что самым пагубным образом сказывалось на боеспособности враждебных сил, ведь даже обладая некими запасами, ряженым разбойникам, феодальным дружинам и наёмникам приходилось сознательно ограничивать себя. И это в условиях агрессивного отношения местных, тотальной враждебности всех встречных и поистине огромного, пусть пока и разрозненного гарнизона герцогства.

Теперь переступая границу чужаки едва не мгновенно превращались в диверсантов глубокого тыла. Очень стрессовая и опасная роль, да и с прибылью довольно сомнительной. Особенно, если поймают хозяева - там вообще капут.

И ведь можем!

Наша совокупная армия в тех землях грозила стать действительно огромной - полтысячи профессиональных воинов в числе солдат регулярных частей и наёмников, а также неопределённое количество спешно вооружаемого ополчения. Внушительные силы, пусть и несравнимые с ванонийскими до вторжения. Однако им и воевать не грозило - только сохранить в целостности новый феод, да обломать клювы самых жадных стервятников. В случае же эскалации проблему должны были решить либо расквартированные в разорённом городе отряды гвардии, подкрепленные всеми моими средствами в виде алхимии и химер, либо основная армия герцогства, всегда готовая ударить по агрессорам с тыла.

Впрочем, когда это невозможность большой войны мешала малым? Самозахваты, грабежи, закабаление беженцев и крестьян - желающих поживиться такого рода халявой хватало. Собственно, ряженые в основном из таких любителей рыбалки в мутных водоёмах и состояли. То граф рыцарские копья на разбой отправит, то конкуренты погибшей торговой знати на бойцов не поскупятся, то пираты на огонёк заглянут да прошвырнуться по побережью...

Словом, словно тараканы на упавшее блюдо, на ненадолго потерявшую защиту землю уже успели слететься падальщики. Не так чтобы много даже при всей слегка анархичной специфике региона - всё же не столь уж и долго продлилась вся эпопея. Однако теперь успешно загаженные Авгиевы конюшни приходилось разгребать, буквально заново отстраивая поселения и логистическую взаимосвязь между ними.

С некоторым допущением, процесс можно было сравнить с игрой в экономический симулятор. Сломанный, полный багов и эксплойтов, тотально имбалансный и несколько примитивный, нервный и опасный, с крайне непритязательным геймплеем посредством писем... Словом, очень такой себе симулятор, на любителя. Но никого другого на роль игрока, увы, не было - остальные умели играть в подобное ещё хуже меня. Так что делал всё возможное, заодно набираясь ценного опыта.

И нервно следил за подозрительно притихшими большими игроками.

Впрочем, вскоре моё внимание привлекло кое-что иное. Странное, неожиданное, не до конца понятное, однако очень и очень важное. Иначе зачем бы Кости, моего дорогому истинному артефакта, давать такие намёки?..

...Начался инцидент просто и как-то буднично - обычное утро, положенный моцион и ранний завтрак с кошмарами (химерами), первый за день сеанс докладов прослушки, а также короткий отчёт распорядителей прочих служб.

Несмотря на то, что официально замком управляла герцогиня, а государством - герцог, множество ведомств так и продолжали отчитываться мне. Просто контроль, не более - чтобы люди не наделали грубых ошибок, и не смели вводить в заблуждение молодого правителя. В том числе, чтобы никто не мог присвоить себе деньги и земли, которые вошли в коронный феод. А то бывают особенно тупые наместники...

Но вот, когда время разговоров наконец прошло и наступило время корреспонденции, солнечный луч мимолётно скользнул по кувшину с чаем и...

По комнате разнёсся задорный перестук. Взгляд безошибочно уловил булок пятно на полу, а рука, уже протянутая к соседу с напитком, замерла в оцепенении.

Игральная кость сработала. Сегодня несколько позже обычного, но менее важным предсказание от этого не стало.

Мгновенно забыв всё лишнее, я плавно присел у лежащего на полу мистического артефакта, напряжённо вглядываясь в изображение на верхней его стороне.

- Стол, графин, чашка, письмо... - принялся бормотать себе под нос. - Письмо? Судя по положению солнца за окном - ранее утро, то есть почти прямо сейчас. Ладно, допустим.

Я всё ещё не понимал, как конкретно работает артефакт - ни магические принципы, ни даже правила самого предсказания. Оно произойдёт сегодня и будет важным - вот и всё, что можно было приплюсовать к увиденному.

Вот только каким образом может быть важно именно чтение письма, а не то что стояло за написанием оного? Почему следствие весомее причины? Что такого могу сделать именно я, прочтя послание?

Признаться честно, в тот момент интрига захватила меня с головой. Интерес разгорелся тут же, ярко осветив как надежды, так и клубок опасений. Причём чем дальше, тем всё больше мыслей занимали последние - один раз я уже повстречался с тем, что смогло нанести немалый вред одной лишь информацией о себе. Второй раз рисковать здоровьем совершенно не хотелось. Так что сперва, перед тем, как приступить к чтению посланий, я привёл в кабинет своих кошмаров.

В случае опасности, они могли предупредить. Дать хотя бы долю мгновения, рефлексам и того хватит.

И началось чтение. Первое письмо отправилось в мусорную корзину, второе, третье... Что-то я откладывал, на что-то тут же отвечал, тогда как некоторые предпочитал и вовсе не вскрывать - спам существовал даже в эти дремучие века. Однако в тот миг, когда предсказанное послание легло передо мною, важность момента почувствовалась мгновенно.

На скрученном пергаменте сургучный оттиск гордо демонстрировал прекрасно известный мне герб. Башня, меч и сокол над голубыми волнами - символ с далёкого востока.

Символ барона Лэнса.

В последнее время мы редко писали друг другу - оба были заняты. Поэтому такое сообщение, пухлое и вне установленного срока, сразу вызвало подозрения.

И не зря.

Уже вчитываясь в мелкий, убористый почерк аристократа, я не переставал волноваться. Каменное лицо и спокойные Ветра могли обмануть других, но гулко бьющееся сердце не вводило в заблуждение меня самого.

Картина на игральной кости стала ясна.

И лишь только прочитав и сразу же стремительно написав ответное письмо, всего несколькими мгновениями позже отправленное обратно летучей почтой, я смог отпустить туго взведённую пружину. Откинулся на спинку стула, налил полную чашку отвара и принялся размышлять о прошлом, настоящем и будущем.

Как и было оговорено, я финансировал приключения бывшего наёмного капитана. Вкладывал деньги, связи и подчас очень ценные ресурсы в его экспедиции без промедления и сожалений. Немаленькая статья расходов, безусловно, зато оплачивалась сторицей - прошло не так много времени со старта нашего предприятия, а материалы для исследований уже заняли треть обширного погреба. И это при том, что я старался разбирать их в самые кратчайшие сроки.

Без проблем, конечно, не обошлось - простые люди всё же слабо понимали ценность тех или иных образцов для магов моей школы, да и свежесть органики сохранить было очень непросто. Но дело все равно шло, пусть и с переменным успехом.

И тут - эта бомба.

Лэнс через друзей, у которых были друзья с должниками, а у тех - знакомые, разузнал об одной занимательной экспедиции северян. Иногда такие отправлялись в Лес, граничивший практически со всем севером ойкумены, ради поиска всяких ценностей. Изредка - руин, гораздо чаще - волшебных зверей, растений, руд и прочих реагентов. Впрочем, в основном никто прямиком в чашу всё же не лез - слишком уж это было опасно - предпочитая двигаться либо по западному берегу, либо вдоль протяжённого горного хребта на востоке. В нашем случае избрали как раз последний маршрут.

Пошли, как это обычно бывает, отчаянные смельчаки, жадные до славы и злата. Зачастую таких вели те самые рыцари-модификанты, привычные к условиям враждебной людям природы. И они же единственные имели возможность вернутся при самом худшем сценарии развития событий.

Однако на этот раз произошло странное. Трое рыцарей не вернулись в установленный срок, от чего экспедицию признали провальной. Однако позже, примерно через месяц, в одном из приграничных городов заметили нескольких наёмников, рискнувших сопровождать пропавших.

"Знать, сильнейшая и опытнейшая, пропала, а четверо плебеев выжило? Да не может такого быть!" - сказало светское общество севера и замяло эту тему. А вскоре по странному совпадению виновники переполоха сгорели в трактире.

Правда, как объяснил Лэнс, не все - один как понял, что дело пахнет керосином, сумел скрыться, попросив о помощи своих старых друзей. А уже эти люди через цепочку знакомств вышли на самого барона и по-свойски попросили уберечь парня от сословной несправедливости. И это удалось. Но не без моих агентов, конечно.

Словом, рядовая история - не первая и не последняя жизненная перипетия из тех, что обеспечивают нам кандидатов на вербовку. И никто бы её не заметил, никто бы не отсылал мне письмо, если бы не рассказ парня своему спасителю.

О том, что именно нашла экспедиция. От чего задержалась и погибла.

Горный перевал. Огромная плодородная долина, связавшая лес на нашей стороне непроходимого горного хребта и некие земли по ту сторону. Именно там северяне встали, прожили несколько недель, разведали окрестности и отправились обратно с шокирующими вестями.

Вот только не дошли. Лес вновь пожелал взять своё, забрав тайну вместе с жизнями наглецов.

Так сказал выживший.

На самом деле эта история - не первая из подобных, что я имел возможность услышать и прочесть. Местные цивилизации буквально живут на такого рода сказках, и каждый год находятся очередные первооткрыватели разного рода затерянных островов, перевалов, руин городов и даже целых континентов. Никто бы не обратил внимание на очередную небылицу из уст бедствующего наёмника.

Если бы не два "но".

Первое - Лэнс, который парню был склонен поверить. Большой опыт позволял мужчине неплохо разбираться в людях, давая возможность отличать правду от намеренной лжи. Впрочем, это не означало истинность утверждений - лишь то, что человек верил в свои слова.

И второе - игральная кость, давшая намёк. Тут уже возразить было нечего, кроме разве что неоднозначности подобного рода посланий.

Однако два довода "за"... Я начинал действовать исходя и из куда более слабых предпосылок.

Именно поэтому на этот раз не медлил, отправляя просьбу о том, чтобы барон придержал единственного живого информатора. И вскоре отправлю ещё несколько приказов о сокрытии следов погибших - тела, свидетели, материальные ценности и правдоискатели канут в Лету, похоронив историю.

До поры до времени.

Естественно, ещё не останутся без внимания и остальные письма - вдруг ошибся, и указывал артефакт на совершенно иную бумажку. Проверю и экспедицию, и наёмника, и подниму все известные сведения о тех землях - вдруг кто-то уже натыкался, и там не сквозной проход? В общем, изучу вопрос с непреклонной дотошностью.

Но если это правда...

Если проход в неизведанные, свободные земли существует...

Если там можно жить...

...

Быть может, моя маленькая мечта о свободе всё-таки могла исполниться? Другая жизнь без гнёта рокового меча над головой, без власти спесивых невежд и глупцов, без страха проснуться от волшебного клинка в глотке?

Возможно ли это?..

Глава 61 - Дела престоловы

Не успела старая причина тяжких дум отпустить меня, как уже на следующий день появилась новая. И как это зачастую бывает, была она продолжением одной из старых и, как мне казалось, уже полностью закрытых тем.

Только пока одни много думали, другие вершили историю.

Стопка писем пришла срочной корреспонденцией, для весомости сопровождаясь кратким посланием от самого координатора направления. Но это был лишь последний штрих картины серьёзного происшествия, этакой ягодкой на вершине теста, замешанного на опасениях, непониманиях и лёгкой панике.

Что же, для тех, чьи руки изложили свои страхи на этой бумаге, такое действительно могло стать неприятной неожиданностью. Для них - но никак не для меня.

Этот паук уже видел, как дрожали сети от поступи лесных гигантов.

Последний раз был пару лет назад, когда старуха с косой настигла одного из северных монархов. Тогда в немаленьком королевстве многое поменялось, и метла, что называется, замела совсем по-новому. Ненадолго, впрочем - абсолютистские мечты молодого сменщика приструнили быстро. Но некоторые всё же успели словить рыбку в мутной воде, обогатившись как материальным прибытком в виде земель, золота и волшебных предметов, так и должниками, пополнившими сеть информаторов.

И вот - снова. Что же, раз уж гадать всё равно бесполезно - ознакомимся.

...

- Чего? - глаза едва не выпучились, а пальцы конвульсивно сжались, оставив пару царапин на лаковом покрытии рабочего стола. Чтобы успокоиться, пришлось отвлечься - отложить бумагу и подняться за кувшином с фруктовым соком, призывно сверкающим стеклянными боками в лучах утреннего солнца.

Однако прочитанное не желало отпускать меня даже в миг кисло-сладкого наслаждения.

Литария.

- Какая, к чертям собачьим, Литария?! - прошипел под нос, хотя искренне хотелось кричать.

Я совершенно не понимал, как такое могло произойти. Каким образом те королевства, лишь недавно вновь разорванные на два противоборствующих государства, снова объединились, так ещё и вроде как сразу в единое целое? Унии так не работают! Чёрт, да даже вырежи всю знать - прежде всё равно придётся столько работы совершить, столько планомерно и кропотливо изменить, что и нескольких лет не хватит. Не даром рядовой срок такому - десятилетия! И это лишь при самом благоприятном развитии событий - то есть в том маловероятном случае, если весь остальной мир будет безразлично глядеть в другую сторону, тактично игнорируя творящееся по соседству безобразие.

Что, конечно же, невозможно в нашей суровой действительности.

К тому же, оставалась всё столь же сомнительной и законность этого предприятия с точки зрения феодального права. Ведь все эти графья, герцоги, маркизы, бароны и прочие владетельные аристократы давали клятвы верности конкретным людям, принадлежавшим конкретному роду, что владел конкретными землями. Изменение одного из условий - уже повод задуматься и немножечко побузить, в то время как двойная смена редко обходилась без разного рода смут. В данном же случае в мусорную корзину отправился жизненный уклад целого королевства, от чего парад суверенитетов был не просто вероятен, а практически неизбежен.

Чёрт, да он уже фактически состоялся, ведь судя по словам нескольких прикормленных слуг, на коронацию к новому королю объединённой державы не отправился ни один из владетелей Гевейла - самого северного из пары держав и младшего партнёра в унии по совместительству. Причём несмотря на обилие золота и гуляющие по улицам городов армии, несмотря на всю работу палачей и королевских глашатаев, города смену династии на троне в целом тоже не поддержали. А кое-где даже беспорядки разной интенсивности устроили - пока в одних по кабакам лица били, иные вывешивали по воротам старенькие, трепетно хранимые стяги.

Словом, королевство как-то стремительно и мимоходом рассыпалось на независимые анклавы, как будто бы вмиг позабыв о веках совместного проживания. Никто просто не подтвердил вассальные клятвы - да и не должен был, в общем-то - и прежде грозная клякса на карте мира уменьшилась как минимум вчетверо, сбросив лоскутное одеяло территорий, словно дерево осеннюю листву.

- Камерная пьеса превратилась в грандиозный цирк, и скоро хищные звери вырвутся на свободу! Знать бы ещё, что они станут делать... - бормотал в запале, уже стремительно шагая по коридорам к кабинету сюзерена.

Тем для разговора успело накопиться предостаточно, и некоторые, вроде нового политического образования на далёком Западе, более не терпели отлагательств. Вообще, по-хорошему кое-что следовало обговорить ещё вчера, но рассказ Лэнса так зацепил меня за живое, что целые сутки оказались потрачены на поднятие архивов - отдела личной библиотеки, в котором я хранил и систематизировал летописи разных регионов ойкумены. К сожалению, информации о Лесе в относительно свободном доступе всегда было прискорбно мало, особенно в такой дали от этого проклятого места. Однако я знал, где можно было добыть гораздо больше сведений. Нужны были лишь деньги, время и подходящие агенты...

Хотя, возможно, стоило обговорить этот вопрос с Ниавель - уж её роду с рыцарями-егерями контактировать всяко проще. И те, и другие в каком-то смысле вылеплены из одного теста, храня в сердцах одинаковые ключевые понятия: Север, аристократия, воинственность и волшебство. Разница состояла лишь в деталях, несущественных для леди из рода высшей знати. А там - глядишь, получится обойтись и без тайных операций в неприступных замках, пусть и расставшись с некоторой суммой в золоте или алхимическом эквиваленте.

Да, так и поступлю.

Решено.

- С одним вопросом разобрались, осталась ещё уйма. И сейчас на повестке дня будет...

От слуги, попробовавшего было преградить мне путь, просто отмахнулся - дела не терпели отлагательств. В конце концов, даже в том случае, если мелкий приказал никого не впускать по очень важным причинам, долг правителя всё равно требовал ненормированного рабочего графика.

Впрочем, сам факт отданного приказа не мог не навести на кое-какие мысли... Которые подтвердились, стоило мне войти и осознать открывшуюся картину.

- А ну-ка отставить продолжение рода! - нахмурившись, чтобы сдержать улыбку, рявкнул на замерших в крайне провокационной позе молодых людей. От чего они тут же отмерли и поспешили скрыть следы страсти - герцог встал со стула, пригладил одежду и попытался причесать окончательно растрепавшуюся шевелюру, пока его дама сердца, вскочив со стола, безуспешно пыталась оправить задравшееся платье.

Попытка вышла на троечку - лихорадочный блеск глаз, припухшие губы и засосы на тонкой шейке рыжей бестии выдавали виновных с головой.

- Нет, ну вы чем только думали, скажите мне на милость?! - сложив руки за спиной, я божественным судьёй принялся наступать на грешников. - Забыли о правилах беременности? Или не утерпели, раз я наконец вернулся? Так если уж столько ждали, могли сохранить благоразумие и ещё на несколько дней!

- Не серчай, оно как-то само собой вышло! - весело улыбнулся самодержец, в два шага сместившись, чтобы широкой спиной прикрыть всё ещё поправляющую предметы своего гардероба леди. - Спонтанная вспышка, моя вина...

- Благородно, - тоже улыбнулся, намекнув на скрытую за оправданием истину. А состояла она в том, что как бы мой воспитанник не хорохорился, у волшебницы воли всегда будет больше просто в силу особенностей жизни одарённых магией людей. Вот только к здравомыслию это, видимо, не относилось.

- Ничего бы от одного раза не было... - хрипловато отозвалась из-за спины мужа герцогиня. Немного заплетающийся язык и тяжёлое дыхание, заметное даже с расстояния в добрый десяток метров, явно указывали на состояние женщины.

Кажется, как я предполагал, инициатором непотребство выступила именно она. Нехороший признак.

- И сколько таких раз уже было? - одарив её осуждающим взглядом, спросил с отчётливой иронией в голосе.

На что леди предпочла промолчать, мудро не став свидетельствовать против самой же себя. Однако судя по виноватому пожатию плечами её супруга, ответ имел все шансы впечатлить даже меня.

Вот же кролики...

- Так, - отбросил лишнее, делая последние шаги навстречу герцогу. - Вот - это прочесть и хорошенько обдумать. - вручил ему прихваченную кипу бумаг. - А пока будешь занят, разберусь с твоей ненаглядной, раз уж вам так от похоти свербит.

Тем более, срок у неё уже должен был быть немаленький - начало второго триместра, судя по размеру живота. Вероятно, забеременела вскоре после последней проверки, что обычно проводились каждые два месяца. Потом ещё полтора месяца оказались потрачены на Ванонию, а значит...

- Это ведь треть срока без наблюдений! Ужас! - от моего резкого возгласа и недоброго тона дёрнулся даже гвардеец, застывший за дверью. Герцог так и вовсе рефлекторно присел в защитной стойке и завертел головой в поисках опасности. - Всё! Времени больше нет - торопись, мамочка, пока процедуры прямо здесь не начал.

- Да иду я, иду, о чистые духи...

***

Вновь в кабинете герцога мы встретились уже после обеда. Не знаю, сколько времени он потратил на письма, а моя работа заняла немалый срок. Всё же беременная волшебница, даже соблюдающая максимальную осторожность в отношении магии - это та ещё головоломка. Причём сложность состояла даже не столько в естественных метаморфозах женского тела в столь особенный для него период жизни, сколько в сопутствующей лавинообразной трансформации остального организма. Всего того многообразия органов, тканей и систем, что не должны были, но вопреки всякой логике изменялись, грозясь лишить чувств любого здравомыслящего медика.

Даже я, уже успевший повидать в этом мире всякое, изрядно понервничал, решив, что окончательно рехнулся после развесёлых приключений на тёплом морском берегу. И слава богам, что это оказалось не так - вернуть превращавшуюся в крокозябру женщину в приличный вид было бы гораздо проще, чем сшивать расползающийся на лоскуты рассудок.

Однако даже уверовав в собственную адекватность, саму проблему я не решил. Клубок пришлось распутывать по узелкам, и первым из них по методике "работает - не трогай" стали установленные мною модификации.

Мало ли, вдруг где-нибудь накосячил?

Однако нет - импланты, планово внедрённые в герцогиню после рождения дочери, на поверку стали как бы не самой стабильной частью её организма. Что, впрочем, и не удивительно, если учесть, что изначально они разрабатывались для меня самого - ресурс надёжности стал едва ли не важнейшей характеристикой новых органов.

А вот об остальном теле будущей дважды матери такого сказать уже было никак нельзя. Никакого постоянства там не наблюдалось и в помине. Причём изменения претерпевали даже самые устойчивые места, вроде зон повышенной нагрузки.

К примеру, после восьми измерений я был вынужден констатировать, что тазовый костный массив женщины... Действительно увеличился. И слегка перестроился. Немного изменилась геометрия, несколько укрупнились кости, чуть-чуть увеличилась общая прочность - и вот родовой канал уже прилично расширен, существенно облегчив появление новой жизни на свет. Причём причина моего удивления заключалась не столько в самом факте наличия изменений, поскольку, насколько я помнил, нечто подобное и так происходило со многими женщинами после первых родов, сколько в масштабе. Складывалось такое впечатление, будто магия подхватила естественные процессы, раскрутила их на полную катушку, шлифанула общей оптимизацией и заботливо вложила рыжеволосой с наилучшими пожеланиями.

И подобного рода "подарков" при обследовании нашлось предостаточно, пусть размеры и сила изменений остальных зачастую изрядно уступали уже описанному.

Казалось бы - чего тогда волноваться, если из нормы открытия не выбиваются? Вот только заняло всё это не более трёх месяцев времени. Было от чего насторожиться - обычно люди от пассивного воздействия магии так стремительно не мутируют.

Чудеса на чудесах, не иначе.

Хотя в целом меня, как химеролога, это мало удивило - давно уже понял, что для магии генетика - это не основа основ, от которой следует отталкиваться, а лишь убогая начальная точка. Тело будет претерпевать бесконечные изменения вслед за запросами клиента, пока не примет свою финальную форму в миг окончательной гибели.

Собственно, будь иначе, и я бы давно уже сыграл в ящик - с таким-то количеством инородных органов в теле. Однако химерологи знают, как использовать жажду любого живого существа к жизни в своих корыстных целях...

Другое дело, что несмотря на вроде как сугубо положительный характер телесных модификаций герцогини, всегда следовало помнить, что в первую очередь организм стремится к своему собственному выживанию. Своему удобству, комфорту и отсутствию боли. И если в обычных ситуациях это редко приводит к проблемам, поскольку собственную природу не обмануть при всём желании, то вот в совокупности с магией такие позывы могли, пусть и чисто теоретически, привести к страшным последствиям.

Ведь рождение - это стресс не только для малыша, но и для матери. Мало ли, как такие нагрузки может воспринять подсознание женщины... Помниться, даже на Земле у животных встречались различные механизмы избавление от бремени новой жизни. Что же в таком случае для подобных целей могла сотворить магия - страшно даже представить.

К счастью, для предотвращения ужасного, исправления сломанного и добавления недостающего у нас имелся профильный маг. А всё, что требовалось, от красавицы - лишь время от времени проверяться у профессионала и соблюдать его рекомендации.

Именно эту простую мысль я битый час вдалбливал взбалмошной девице, от чего-то решившей, что второй акт пьесы по сотворению жизни после оваций на первом она способна сыграть без чьих-либо подсказок. Гордая горная принцесса, ржавая крыша да затопленный подвал...

- Короче. Сам выбрал - сам мозги теперь и вправляй, - начал безо всяких предисловий, рухнув в кресло напротив пытливо взирающего парня. Напряжение покинуло его фигуру, стоило махнуть рукой в жесть, похожем на смахивание крошек со стола - дескать, дело сделано и выброшено, переживать не стоит.

Ну, расслабился-то он, конечно, немного рановато - головомойка ещё только начинается.

- А у неё нет ограничений? - нарочито невинно спросил венценосец в ответ, пару раз дрогнув уголками губ.

- Да хоть залюбитесь - лишь бы осторожность соблюдали, - отмахнулся в лёгком недовольстве. - И больше я ничего не скажу - утомила меня твоя супружница, как есть утомила. Пусть теперь сама всё объясняет, полоумная крольчиха в гоне, - а на улыбку, всё-таки прорвавшуюся на лицо герцога, добавил с ещё большим раздражением. - И ты молчи - длинноухий развратитель. Такая приличная девочка была, крутая нравом волшебница из большой семьи потомственных боевых магов, а теперь...

- Крольчиха в гоне? - улыбка на его лице стала совсем уж неприличной.

- Точно! - усмехнулся в ответ, прекращая дурачится. - Но а если серьёзно - присматривай за ней. На этот раз её организм сильно меняется, причём каскадно и одновременно во множестве мест, так что предсказать конечный результат довольно проблематично.

- Насколько велика опасность? - всякое благодушие пропало с его лица, как расслабленность покинула тренированную фигуру.

- Со мной поблизости? Ничтожна, - самодовольно фыркнул. - В ином случае - терпимо. Вредить самому себе тело не станет, а то, к каким угрозам метаморфозы действительно могут привести... Этого не допущу уже я. Впрочем, для тебя должно быть главным иное.

- Один раз уже пережили, выдержим и второй, - лёгкая улыбка вновь посетила лицо не мальчик, но мужчины, сгладив погрубевшие в силу возраста черты.

- Так-то, конечно, всё так... да немного не так! - погрозил пальцем за излишнюю уверенность. - И не только лишь от щедрот души я назвал твою сердечную половинку крольчихой во время известного периода. Боюсь, в скором времени тебе придётся познать на себе все прелести её вторичной гормональной перестройки... Конечно, если этого уже не произошло.

И судя по вновь посерьёзневшему внешнему виду, последнее предположение попала в яблочко.

- И... долго это ещё продлиться? - даже с некоторой тревогой спросил он.

- Ещё пару недель... - начал было я, но резко взял паузу, чтобы парень успел ощутить всю полноту облегчения. Однако только лишь ради того, чтобы разрушить это чувство следующими словами. - Ещё пару недель ты сможешь удовлетворять её нужды классическим образом. А потом этот способ окажется под запретом в силу беременности.

- Ага... - на первые несколько мгновений он впал в ступор, однако, стоит отдать должное разностороннему развитию молодого правителя, достаточно быстро осознал специфику будущего положения дел.

- Ага, - подтвердил правильность понимания собеседника.

И на этом мы оба замолчали, и помещение погрузилось в тишину.

Герцог недвижимым изваянием замер в своём кресле, рефлекторно приняв накрепко вбитую мной когда-то царственную позу. Прямая осанка, уверенно расставленные ноги и покоящиеся на подлокотниках руки, вскинувшая подбородок в горделивом жесте голова, играющие в перстнях на пальцах лучи полуденного светила...

И взгляд, столь стремительно менявший наполнение. Эмоции перетекали друг в друга, иногда зацикливаясь, но рано или поздно неизменно разрывая круг, чтобы достигнуть новый высоты размышлений. Я с интересом следил за этой эволюцией. А потому сразу же заметил, как в какой-то момент мой воспитанник окончательно утомился от размышлений, и его глаза стала отражать лишь философское смирение с неизбежным.

- Рад твоей стойкости перед вызовами. Лишь хочу напомнить, чтобы ты не медлил и сразу спешил ко мне, если в порыве страсти она сломает тебе что-нибудь... снова, - решил отметить момент улыбкой и дружеской подколкой.

Кажется, смирения в его взгляде стало только больше.

Что поделаешь - маги действительно сильны физически, пусть без целенаправленных тренировок и не достигают мощи настоящих бойцов. Однако, во-первых, потомственные боевые чародеи должное обучение как раз таки получают, а во-вторых - аловолосая, судя по всем признакам, отличается крутым темпераментом в постели. И если в обычной жизни сладкой парочке это не сильно мешало, то вот при уплывшей из-за гормонов крыше, уже имели место разные инциденты.

Было дело, однажды сломала она благоверному руку. Сильно выгнулась, понимаете ли. И хотя залечил я травму быстро, однако припоминать обещал ещё долго.

Ну, вот и приходится держать своё слово.

- Ладно, потом будешь о судьбинушке горевать, - легонько хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание. - Про одно будущее рассказал - пора бы и другое обсудить. Ну как, почитал, что в далёких землях творится?

- Большая война, - прекратив глядеть в бесконечно-вечное и обратив на меня вопросительный взгляд, после нескольких мгновений задумчивости собеседник высказал очевидное, в общем-то, умозаключение. В конце концов, что ещё могло ждать развалившуюся на кусочки державу, окружённую стольким количеством едоков.

- Это-то понятно, - и не думал спорить. - Но неужели это всё, к чему ты пришёл?

Тон, которым я задал вопрос, был прекрасно известен молодому мужчине, ведь именно с этим демонстративным благодушием учитель когда-то развивал мышление ученика. Через силу, головную боль, слёзы и неприятные обещания подростка, принуждал его думать, воспитывая то, что в простонародье называлось чуйкой.

Проницательность к людям в нём взрастило предательство и последовавший потом мятеж, но вот к анализу событий более глобальных приходилось приучать уже самому. Благо у параноика из мира тысяч глобальных заговоров хватило опыта для одного несчастного мальчика.

И вот теперь я вновь, как когда-то, ожидал верных слов от своего воспитанника. От ностальгии губы искали лист в невольной улыбке, нашедшей отражение и на лице собеседника.

- Ну что же, наставник, давайте подумаем... - нарочито протянул он чушь насмешливо. - Думаю, для начала стоит сказать, что вновь повторится и даже усилится всё то, что сопровождало войну в прошлый раз.

- Безусловно, - согласно кивнул. - Насыщенность торговых маршрутов, переезд наёмных компании, дефициты товаров, нашествие изгнанников, смена фокуса внимания крупных игроков и прочее, прочее, прочее - тут ты прав, стоит готовиться ко второму акту этой пьесы.

- Как будто первый уже завершился... - с лёгким раздражением проворчал правитель крупнейшего государства Междуречья.

- Нет, однако всегда может стать ещё хуже, - безразличный тон и пожатие плечами в моём исполнении вызвали на лице герцога мимолетную вспышку чего-то среднего между гневом и болью.

- Наступит ли когда-нибудь мир?..

- Никогда, - страшные слова сопровождались ещё одним пожатием плеч. - Всегда будет статус-кво и те, кому он будет неугоден. Кто бы не построил этот дом, шатателей найдётся с избытком.

Во взгляде суверена вновь начало проявляется то самое философское смирение с неизбежным, и чтобы подбодрить страдальца, я продолжил фразой:

- Но это отнюдь не означает, что мы не сможем этим воспользоваться...

Однако меня прервали - на этот раз ему было что ответить:

- У меня много золота, власти и солдат. Но сколько бы они не прирастали, спокойней жизнь от чего-то не становится. И ладно катаклизмы - такова судьба, идти против воли природы и случая невозможно. Но дела людские... -он тяжело вздохнул, после чего исказил губы в горькой усмешке. - Знаешь, лисичка ведь спрашивала о тебе. Она всегда так делает, когда ты уезжаешь, но на этот раз срок вышел слишком большим. И на третью неделю моя принцесса стала очень сильно переживать. Очень. Сказки и новые питомцы отвлекали её, но каждый приём пищи всё равно начинался с одного и того же вопроса. И знаешь, какая мысль посетила меня одним дождливым вечером?

Возникшая пауза не продлилась долго - вопрос был риторическим.

- Я подумал: "А что, если Наставник не вернётся? Сгинет где-то на чужой земле, и мне придётся объяснять моему солнышку, какая судьба приключилась с её любимым дядюшкой?". И, как можешь себе представить, мне эта идея совершенно не понравилась.

- Всё было не настолько опасно... - попробовал было оправдаться, однако вновь оказался прерван:

- Тогда скажи мне - действительно ли ты не подвергал свою жизнь опасности в этот раз?

И мне не нашлось, что ответить - два смертельно опасных случая, после последнего из которых я до сих пор не успел оправиться, явно говорили не в пользу любых заявлений о безопасности. Впрочем, в действительности это ничего не меняло, поскольку...

...- У нас всё равно нет выбора, - печальный взгляд встретился точно с таким же по другую сторону стола. - Так что давай просто рисковать самими собой, чтобы меньше пришлось нашим потомкам.

Герцог нахмурился, а в его глазах вспыхнул гнев - он явно был не согласен с такой постановкой вопроса, имея, что сказать по поводу излишних рисков. Думаю, даже не ошибусь, предположив о сути одного из доводов - в конце концов, сколь бы ни была полезна целая магическая гильдия, моей жизни в его глазах она не стоит. Да и кто ему та же Ниавель - опасная ведьма, наглая, психованная и самоуверенная, в придачу ещё и опасный манипулятор. Таких ядовитых убивать нужно, а не домой тащить.

Однако венценосный сдержался, не высказав мне ничего из того, что терзало его сердце. Понимал, что доля правды в моих словах имелась. Но вот принять...

- Ты так говоришь, будто я без веского повода смерти ищу, - сама ситуация что-то затронуло во мне, от чего настроение стремительно улучшилось и я улыбнулся. - Жить хочу не меньше твоего, между прочим! Вон, как в жены красавицу возьму - так даже ещё больше хотеть буду, честно слово!

- Ты всё время так говоришь, а потом... - оставив окончание фразы не озвученным, он в лёгком расстройстве просто отмахнулся от меня и отвёл взгляд. Однако уже спустя несколько мгновений вернул внимание обратно, продолжив речь с предельно серьёзным выражением лица. - По глазам вижу - привёз новую игрушку, и как бы не самую интересную из всех. И уж не знаю, насколько опасные вещи ты хочешь с ней проделать, но всё же прошу быть предельно осторожным. Вылечись сперва, отдохни с дороги, посиди с лисичкой... Не спеши, в общем, ладно?

Хорошее настроение улетучилось, оставив тепло чужих переживаний и лёгкую кислинку от понимания того, насколько читаемым для некоторых я стал. Впрочем, переживать об этом не стоило - мало того, что процесс неизбежный, так ещё и удивительно полезный для любого мага. Особенно химерологам. Нам, предрасположенным к одиночеству, замечать изменения психики тяжелее всего, и от того близкие люди становятся лишь значимей.

Однако всё хорошее в жизни требует своей платы, не избежал этого и я:

- Ладно уж, подожду, - улыбка вновь посетила моё лицо, хотя на этот раз образ вышел немного натянутым. - И с чего это ты решил, что радость моя не о прекрасной диве, спасённой из беды?

- Забыл, кто меня по борделям водил? - меня одарили насмешливым взором. - Думаешь, я не знаю, каким взглядом ты вожделеешь девиц? Нет, пока у вас не такие отношения - да и не знаю, будут ли когда-нибудь, учитывая все изменения твоего тела. В конце концов, с некоторых пор моего Наставника может увлечь лишь магия - единственная сердечная любовь, чистая и обоюдная!

- Хорошо сказано... - польщённо кивнул в ответ на сладкие речи. - Да и от неудобной темы ушел мастерски, чего уж тут. Однако эту... Литарию мы всё же обсудим.

Тяжёлый вздох и поднятые в бессилии к потолку глаза - таковой стала реакция собеседника. Но невзирая на недовольство самодержавного правителя сильнейшего государства региона, урок всё же обречён был состояться, поскольку оба понимали его необходимость.

Однако о чём он пока не догадывался, так это о том, что недавно я получил ещё несколько причин для скорейшей передачи сюзерену всей полноты власти. В том числе и хотя бы частично ведомства разведки. Вот только для столь специфического инструмента понадобится соответствующее обучение, чтобы видеть возможности там, где не видят остальные.

Обучение, которое я уже потихоньку начал реализовывать, с чем на первых порах может помочь эта самая Литария.

И пусть в этом мире сияют редкие самородки, ветеран корпоративного шпионажа сможет дать изрядную фору дорогому ученику. Ведь там, где они блуждают в потёмках, я шёл по давным-давно проторенной тропе, сплошь покрытой кровью, деньгами и пролитыми слезами.

Глава 62 - Борьба и зрители

Борьба - она в эти дни царила буквально повсюду. Будь то постоялые дворы города, название которого я все никак не мог запомнить, где с недавних пор начавшие прибывать гильдейцы вели ожесточённые схватки за любые свободные места, или родовой замок его мелкого сиятельства, царившие страсти в котором едва ли уступали брожению во иных королевских кулуарах. Вот только если во всём мире только и разговоров было, что о Литарии, то вот у нас...

Ну...

- Уйди, противная! Это не твоё место! - звонкий голосок принцессы, казалось, мелкой дрожью отдавался в самых костях.

- Какая грозная, - улыбалась Ниавель, с нарочито невинным превосходством во взгляде взирая в ответ, сидя за столом по правую руку от меня на правах невесты.

Совместная трапеза у высших эшелонов власти снова не задалась...

- Изыди, а не то пощады тебе не будет! - нахмурившись, разозлённая малышка применила свой самый убойный довод. Один аргумент изволил поддержать хозяйку грозным оскалом зубастой пасти, безбожно кося при этом на девочку в поисках одобрения, пока второй с глупой мордой продолжал озираться в поисках угощения. Причём оба чинно восседали в высоком вольере подле принцессы, поскольку... ну... Сила больших прелестных глазок вновь одержала сокрушительную победу, и её хитиновым охранникам сделали означенный предмет мебели, чтобы они могли наслаждаться трапезой вместе с хозяйкой.

Не то чтобы у нас был заведён какой-то дворцовый этикет, однако даже по меркам магов такое соседство выглядело несколько экзотичным. Впрочем, Учитель, помниться, мог прямо во время вскрытия образца пригубить чего-нибудь сырого, так что едим за столом приготовленное - и ладно.

Да и не настолько же я асоциален, чтобы игнорировать приём пищи в окружении близких, в конце-то концов.

Правда, раньше такого шума я не припомню, даже когда принцесса была совсем крохотной. Чувствовала момент, капризуля, и не вредничала лишний раз. А вот сейчас что-то совсем разошлась...

- Знаешь, какие они страшные в темноте? - взмахнула ручками малышка, продолжая запугивать мою невесту. - Подкрадутся ночью, запрыгнут на кровать и... и... Куснут, вот!

- Очень страшно, - с серьёзной миной, за которой скрывалось веселье, нарочита впечатлённо покачала головой Ниавель. - Но мы же с тобой леди, правда? Неужели мы не сможем договориться, избежав кровопролития?

- Ты заняла чужое место! - нахмурив светлые бровки, властно припечатала крошечная наследница сильнейшего государства региона.

От тона, прозвеневшего в писклявом голосе маленькой девочки, вздрогнули несущие новые блюда служанки, а герцог наконец изволил окончательно проснуться. А вот его супруга лишь тонко усмехнулась, бросив гордый взгляд на дочь.

"Ох, уже предчувствую проблемы, - подумалось на волне внезапно захлестнувшего фатализма. - Если в конце концов родиться мальчик... Впрочем, достаточно будет объявить о наследовании по чародейскому первородству - всех уважим, даже если правителем станет женщина. Главное - доходчиво объяснить, что всегда существуют куда менее адекватные альтернативы, вроде магических дуэлей за титулы или разнообразных конкурсов мастерства. Наш вариант будет хотя бы понятен знати и простому люду".

А тем временем, пока мысли носились у меня в голове, а служанки расставляли блюда на столе, изумруды снова встретились с сапфирами в молчаливом противостоянии. Обе участницы ожидали избавления от лишних ушей, и когда этот момент наконец наступил, продолжил словесную дуэль:

- Ох, и кому же это место принадлежало раньше? - голос урождённой графини звучал спокойно, с нотками ироничного елея, хотя в моменте мне почему-то захотелось передёрнуть плечами. Да и слово "раньше" явно было выделено тоном специально.

- Много более достойной леди и моей дорогой подруге! - принцесса гордо задрала милый носик, а прищуренные глазки посмотрели на соперницу уже совсем недобро. - Той, кто усердием и способностями заслужила сидеть по правую руку от дяди, когда тебя ещё... не было! Это место принадлежит Эсизель и никому больше!

О как. Пока правящая чета давила довольные улыбки, а сидящая подле меня красавица застыла в некотором смятении, я попытался обдумать прозвучавшее заявление.

В смысле... Как уже упоминалось ранее, никакого этикета во время трапез мы не придерживались - ели тогда и как хотели, садились где угодно и с лёгкостью учиняли балаган прямо во время еды. Чёрт, да прямо за этим столом, бывало, мы с герцогом бумагами занимались, попутно наблюдая за играющими девочками. А иногда мне даже приходилось уводить детишек спать, когда властвующие родители одной из них во внеочередной раз обнаруживали в себе желание провести немножечко времени наедине.

Иными словами - никогда никакое место за этим столом не принадлежало кому-либо конкретному. Вот только Ниавель об этом знать не могла. И то, каким образом эта наглая мелочь соврала гостье... Эти слова всегда можно будет вывернуть так, будто она подразумевала не какой-то конкретный стул, а просто позицию подле меня.

Когда принцесса успела стать настолько хитрой? Меня всего ничего не было, около полутора месяцев минуло, а вчерашний карапуз вместо куличиков из песка и нервов окружающих уже строит неплохие интриги.

Как же быстро растут чужие дети...

- Кстати, а где Эсизель? - решил вмешаться главный мужчина всея державы, чем разом сосредоточил на себе всё отнюдь не доброжелательное внимание. Даже я посмотрел на него с некоторым раздражением - всё же не раз учил ещё в отрочестве, что влезать в женские споры чревато. А ты ж посмотри - снова топчется по старым граблям. Впрочем, судя по беззаботному внешнему виду и нахальной улыбке уверенного в себе человека, единственный среди присутствующих немаг плевать хотел на чужое недовольство.

"С другой стороны, любой, пожив в такой компании, рано или поздно обзаведётся толстой шкурой из чистейшего пофигизма, - подумалось невольно. - Да и с такой женой... Когда каждый день может стать последним, как-то переоцениваешь значение чужого мнения".

- Отдыхает, - отозвался, всё ещё пребывая в некой задумчивости. - Вчера устроил проверку по теории и практике, а потом выдал кое-какие книжки - так она не смогла устоять, проведя половину ночи за их чтением. Вот теперь и отсыпается.

Пока говорил, я продолжал смотреть только на герцога, поэтому мог оценить реакцию невесты лишь краем зрение. И надо отдать ей должное - несмотря на всё сказанное и наличие возможности сложить факты несколько... компрометирующим меня образом, девушка та делать не стала. Вместо этого зелёные глаза прищурились и оценивающе прошлись сначала по самому столу, потом - по мебели у стен помещения, и закончили свой путь на подозрительно притихшей малышке.

Изумруды сверкнули - волшебница о чём-то догадалась.

Пока иные войны начинались и заканчивались, эта только набирала обороты...

***

Свадьба, войны, толпы беженцев, брожение среди соседей, творящаяся во всём мире суматоха - ну столько хлопот, столько хлопот, что не хватает времени даже на самое важное! На волшебство! А между тем, по условиям достигнутых с магической гильдией соглашений, в числе прочего мне досталась их библиотека - немаленькое собрание книг, свитков и чуть ли не глиняных табличек, ознакомиться с которыми в лагере беженцев я смог лишь мельком. Было не до того, да и нарушать упаковку лишний раз было нежелательно - испортиться ещё, а мне ведь после снятия копий возвращать оригиналы владельцам.

Ну не могла же кучка магов свой главный источник знаний чужаку насовсем отдать, верно? Пойти на такое они ну никак не могли. А вот поделиться доступом, раз уж все равно в ближайшие месяцы хранить библиотеку, кроме моей башни, негде - вот это уже деловое решение настоящего прагматика.

Поэтому, когда под вечер мне всё же удалось добраться до новых знаний, я обрёл счастье... Но, увы, ненадолго.

- Ну не-ет... - характерный стук в окно вызвал в душе не просто раздражение или гнев, а самое настоящее отчаяние. Желание списать всё на проделки уставшего за день разума было велико, однако вскоре звук повторился, похоронив любые надежды.

Утонув в фаталистичной печали, я даже не заметил, как забрал письмо - только за оперённой зарницей химеры и успел проследить, прежде чем она скрылась из виду.

- Ладно, что уж теперь, - тяжело вздохнув, отправился обратно к рабочему столу. - Что там ещё могло произойти?

И реальность поспешила оправдать мои пусть и не самые худшие, но всё же негативные ожидания.

На востоке Финаритии вышла из-под контроля эпидемия какой-то болячки. Пришедшая со степей зараза сожрала несколько мелких торговых городов, где её и локализовали в карантине. Однако, как видно, то ли недостаточно быстро, то ли не очень-то плотно, раз уж новые вспышки начались уже за граничной рекой.

Если поветрие поразит самый заселённый регион Юга, да ещё и в столице разгуляется... Как бы до нас тогда не добралось - не так уж здесь и далеко. Хорошо хоть, что Ванония пала, а то через них точно что-нибудь просочилось бы.

- Вот же не было печали...

Однако даже если этой беды удастся миновать тщательным пограничным контролем и карантинами, то косвенного влияния болезни избежать не получится. И переживать стоило даже не столько об очередном вале беженцев, к которому наши земли, казалось, уже успели привыкнуть, сколько о вновь подорванной торговле.

С падением Ванонии, одного из крупнейших портов и ближайших к герцогству "врат" региона по совместительству, наши дороги и так опустели, вместе с чем существенно упали и доходы казны. Однако теперь, после таких вестей из Финаритии, боюсь, что товаропоток по главным трактам может и вовсе практически прекратиться - купцам станет просто выгоднее плыть через воды пиратских баронов, переплачивая лишь за дополнительную охрану, чем рисковать движением по разорённой хаосом землям и ожиданием наших проверок. Очень печальная перспектива, грозящая державе большими бедами...

Если с этим не бороться, конечно.

Поэтому, с тихим вздохом выудив стопку красивой бумаги из недр стоявшего подле стола шкафа, я с тихими словами искренних извинений отодвинул чародейские талмуды, водрузив формы для писем в самый центр рабочей зоны.

- Итак, с кем можно обсудить назревающую проблему? Да ещё и с предварительными договорённостями, чтобы времени не терять? - очертил задачу вслух, помогая сбоящему под вечер разуму. А после устремил взгляд на стену напротив, где схематично изображала ойкумену развешанная подобно гобелену карта.

На самом деле изменение торговых маршрутов в восточном регионе мало кому понравится. Вот только ещё меньшее количество недовольных сможет хоть что-то с этим сделать, даже проспонсируй мы их активность. Одни находятся слишком далеко, другие разорены событиями последних лет, третьи будут опасаться ответной реакции более сильных соседей, четвёртые просто слишком не любят нас... Но кое-кого к благой борьбе за золотого тельца привлечь всё-таки будет можно.

Начну, пожалуй, с некоторых личностей в самой Финаритии. С ними нужно будет связаться хотя бы ради координации усилий - более чем уверен, что они тоже не пожелают сдавать конкурентам родные рынки, однако о предупреждении дальних партнёров могут и позабыть. Да и о контроле товара с некоторыми из них можно будет договориться, если эти проверенные и достойные люди пообещают обеспечить безопасность со своей стороны.

Всё же репутация в текущую эпоху значит гораздо больше, чем во времена земной современности. С чем мне в бытность корпоративным безопасником только не приходилось работать...

Далее - Мерлитар или Мер'итанир - ещё один крупный город-государство на Юго-Востоке Междуречья. Несколько пострадавший в ходе нашествия нелюдей годами ранее, и вынужденный с тех пор вкладывать немаленькие ресурсы в оборону со стороны одичавших степей, он так и не смог отправиться, уступив ведущую роль на Жёлтой жемчужине Ванонии. Однако теперь, когда старый соперник пал, у них появилась возможность вернуть утраченные позиции... И если нам удастся договориться - даже без особенных препон с нашей стороны.

Правда, какой результат возымеет моя затея, на данный момент невозможно предсказать даже в очень отдаленном приближении, поскольку политическая ситуация в городе не отличается однозначностью. Старый торгово-ремесленный олигархат потеснили землевладельцы-милитаристы, спонсируемые кем-то из Финаритии. Так что с равной вероятность мне могут как пойти навстречу, так и послать на три буквы, попробовав нагло и бесцеремонно забрать больший кусок.

Безусловно, в последнем случае мы сможем дать достойный отпор санкциями на сухопутных участках торговых путей... Вот только золотая война - последнее, что нам сейчас было нужно. И вскоре это станет достаточно очевидно для всех.

И кто-нибудь обязательно захочет этим воспользоваться.

А для того, чтобы нехороших мыслей у недоброжелателей возникало поменьше, можно воспользоваться самими пиратами. Я уже имею некоторые подвязки в среде морских волков, а уж сколько их должно быть у Ниавель - и вовсе подумать страшно! Так что за золото и некоторое попустительство в охране самых восточных окраин нашего земельного приобретения, чтобы наши временные союзники смогли создать там перевалочные базы, думаю, получится договориться с ними о совместной работе по разграблению крупных караванов. Особенно, если удастся выйти на каперов из северных королевств - эти уж точно сдерживаться не станут, гадя в чужой кормушке со всей широты матросской души.

Что же до остальных... Пока обойдутся без личных писем, а то чем больше людей узнает, тем выше вероятность слива информации. Впрочем, без внимания их все равно не оставлю - постараюсь вложить в головы верные мысли чужими устами.

Звучит, как хороший план...

...Ногти прощёлкали замысловатую мелодию по столешнице, пока замерший взгляд невидяще вглядывался в небрежные линии карты. Очевидно, мыслями я был совершенно не в кабинете, хотя продолжал рефлекторно контролировать окружающее пространство.

Я размышлял. И чем больше времени уделял этому, вне сомнений, наиполезнейшему делу, тем явственней приходил к очевидному в общем-то выводу.

Мы слишком зависим от торговли. И с этим нужно что-то делать.

Правильная мысль. Верная, но, к сожалению, бессмысленная.

Междуречью невозможно получать достойный доход иначе - любые ремесленные и сельскохозяйственные производства обречены на совершенно чудовищные издержки из-за периодических разорений катаклизмами. Из-за аномалий рискуют даже купцы, проводящие караваны по нашим землям, что также повышает затраты - и если бы не ещё большая опасность плаваний по Великому морю, Вольница давным-давно превратилась бы в мало кому интересный медвежий угол.

Стать менее зависимыми можно было бы за счёт ценных товаров... Вот только каких? Артефакты и реликты прошедших эпох, находимые в республиканских руинах, редки и нерегулярны. А для того, чтобы сохранить любое уникальное производство, что я мог бы позаимствовать с Земли, у нас нет и никогда не появится достаточных возможностей. Ничего же другого в Междеречье просто не приживается - любые плантации станут жертвой катаклизмов точно также, как и всё остальное на этих землях.

У нас просто нет выбора. Мы - не хозяева здешних земель, а скорее их заложники. Этот совершенно особенный порядок когда-то позволил мне подняться столь высоко, чтобы теперь сидеть в мягком кресле родового замка сильнейшего правителя региона в чине его первого советника. В итоге я сумел заполучить всё, что тогда возжелал - безопасность, богатства, знания и возможности. Однако время прошло, сменились года, и теперь ребёнок, бежавший от хозяев почившего мудака-учителя, превратился в сильного и могущественного мага, чья власть может посоперничать лишь с его амбициями.

Всего достигнутого мне стало просто мало. Мало даже бессмертия и красавицы-жены, что я могу обрести в будущем.

Пожалуй, теперь большего всего мне хотелось бы... стабильности и безопасности.

Звучит смешно и банально, пока не понимаешь, что в человеческом обществе практически невозможно обрести ни того, ни другого. И от того со всё большим вожделением я ищу информацию о землях, лежащих на далёком Севере. Потому всё сильнее склоняюсь к этому авантюрному и крайне рискованному, но предвещающему столь много выгод выбору.

Пусть неизведанных опасностей там будет гораздо больше, и никто из людей не сможет прийти на помощь, однако, как ни парадоксально, вероятнее всего при разумном подходе и по прошествии некоторого времени устроиться в диких краях удастся получше, чем у нас в Вольнице. Особенно, если идти большими силами, при хорошей подготовке, изобильном скарбе и тщательном планировании.

Или мне просто хотелось так думать.

Так или иначе, решусь я на авантюру или нет, а магические исследования стоит продолжать в любом случае. Получиться - использую себе на пользу, провалюсь - будет, за что купить помощь.

И снова всё свелось к магии...

***

Красная башня. Подземная лаборатория. Восьмая экспериментальная зона.

И я собственной персоной, заложив руки за спину соляным столбом замер напротив небольшого террариума закрытого цикла. Взгляд, которым наблюдаю картину за многослойным стеклом, наверняка не выражает совершенно ничего, как и застывшее восковым барельефом лицо, сокрытое за слоями плотной кожаной маски. Ладони в толстых перчатках обхватили одна другую и с тех пор остались недвижимы, даже несмотря на почти мучительно сильное желание сжать их в кулаки. Лишь полы мантии продолжали почти незаметно покачиваться, выдавая недавнее перемещение.

Всему виной был не страх или какая-то иная подобная чушь, а банальный ступор непонимания. Тем более странного, что против привычки, вместо любопытства я чувствовал лишь смутное чувство угрозы.

Мелочь для обычного человека, повод задуматься для ветерана и более чем чёткое указание интуиции для любого волшебника. Заводчики монстров же и вовсе склонны возводить это чувство в ранг наиважнейшего помощника. Не миновала эта участь и меня.

Угроза очевидна, а значит - судьба образца решена. Стерилизация уже активирована, и пока артефакты разогреваются, чтобы выжечь содержимое стеклянной клетки, у меня остаются ещё несколько минут для наблюдения.

Здесь тестировались самые ненормальные идеи на поприще сельского хозяйства. В основном это были либо попытки создания вкусных и питательных симбиотических организмов, либо разработка более эффективных аналогов уже существующих в природе систем. Причём если начиналось всё с уже привычного союза растений и грибов в виде лишайников, то в какой-то момент одной из конечных целей стала голубая мечта всех защитников животных - дерево, плодоносящее мясом.

Звучит безумно, знаю, но зачем ещё нужна магия, если не для воплощения мечты в реальность?

Хотя по большей части работа в этой зоне, как и во всех прочих, всё же велась преимущественно над более приземлёнными проектами. И состояли они не в создании чего-то принципиально нового, а лишь в попытках углубления уже существующих симбиотических отношений или переносе функций с одного вида-актора на другого.

Цели преследовались обычные для сельского хозяйства - либо увеличение производительности культур, либо их стойкости к внешним факторам, либо получение новых продуктов. Но вот методы... Они иногда поражали своей эксцентричностью.

Впрочем, оно и неудивительно, ведь главными источниками идей выступали дети. Причём как замковой челяди, так и постояльцы детских домов, в ближайшие из которых я изредка наведывался с проверками. Ну, и общался с малышами, конечно, пусть и не бесплатно - взятки в виде игрушек и сладостей исчезали с удивительной скоростью. Зато в ответ мне платили настоящим валом идей - чем младше были ребята и девчата, тем менее зашоренными разумами обладали, фантазируя с чистой незамутненностью только открывающего для себя мир человека.

И рассказывали, пока я тихонько записывал. Ведь даже самые бредовые с виду мысли могли указать если не цель, то путь.

И вот к чему одна из таких тропок меня привела...

Этот эксперимент преследовал одну обширную задачу - исследование последствий единовременного влияния химерологических чар на совокупность разнообразных живых организмов, являющихся частью относительно устойчивой экосистемы.

Иначе говоря, у меня был террариум с несколькими видами растений, насекомых и всем прочим, что можно обнаружить в обыкновенной почве, и я очень хотел увидеть, каковыми окажутся последствия воздействия заклинаний и ритуалов химерологии на всё это биологическое богатство. Причём не в моменте или краткой перспективе, а в течении более-менее длительного срока, ради чего живность за стеклом не только снабжалась дневным светом при помощи вмурованной в башню зеркально-оконной системы, но и была проверена в течении пары месяцев на совместную жизнепригодность - то есть на то, чтобы не сожрала друг дружку.

Причём ныне среди причин для проведения такой экзекуции было не только банальное любопытство, как предполагалось изначально. Теперь меня также вела необходимость - в преддверии начала работ с Дланью следовало изучить, каковы будут результаты воздействия привычного мне инструментария на комплексную цель. То есть не на орган или ткань, а сразу на весь человеческий организм, включая многочисленных симбионтов, проживающих хотя бы в том же желудночно-кишечном тракте.

Понятно, что в какой-то степени волшебник мог манипулировать эффектом магии на уровне одного лишь голого намерения, однако когда дело касалось одновременного зачарования множества существ - возникали вопросы. Ведь даже умозрительно совершенно очевидно, что условные чары роста костей для насекомых, животных и растений будут означать несколько разные вещи. Так не возникнет ли при близком нахождении столь разных организмов в момент сотворения магии каких-нибудь ошибок?

Сперва я считал, что ответ на этот вопрос отрицателен. Однако сегодняшний день внёс в эти представления существенные коррективы.

Это случилось ночью, когда все спали. Экосистема стойко пережила вчерашние тесты, и вечером выглядела хоть и растревоженной магическим воздействием, но в целом - стандартно. Ничего не предвещало беды...

А уже утром я обнаружил... Это.

Масса неизвестного происхождения, более всего напоминавшая слизня или чрезмерно громадную амёба, волнообразными движениями несло своё приплюснутое блинообразное тело в, казалось, совершенно случайное направление, попутно вытягивая в разные стороны что-то вроде отростков-ложножек. Именно последними она хватала комья земли и стебли растений, после чего притягивала схваченное и старательно перемалывала добычу трением ложножек о тело и друг о друга.

А потом наползала на полученную кашицу, оставляя за собой лишь слегка след из слизи и не до конца переваренных остатков.

На первый взгляд - интересный мутант, имеющий некоторые перспективы в рамках ряда иных проектов. Однако даже если опустить тот факт, что возник монстр после применения ритуала "Кровавой песни", который, как я ранее считал, использовался для борьбы с инфекциями и прочими болезнями методом стимуляции иммунитета, оставалось и ещё одно "но" - поведение твари. Вроде бы совершенно бессмысленное...

Вот только на самом деле оно таковым не являлось.

Я заметил это не сразу, но острое зрение и поистине нечеловеческая скорость реакции позволили рассмотреть главное - организм ел не только растения. Он охотился и на насекомых. Стремительно, целеустремлённо и удивительно хитро он перемещался по ограниченному пространству камеры, настигая жуков одного за другим. И не было беднягам спасения, поскольку тварь загоняла их в ловушки - в позиции, все пути из которых неизбежно приводили в лапы хищника.

Слишком разумное поведение для куска аморфной лепёшки. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы оценить опасность этого существа для всего мира. А после появления привычных покалываний в исполнении интуиции отпали и последние сомнения.

Пламя резко вспыхнуло... И монстр, до этого продолжавший пожирать жалкие остатки экосистемы, несколько раз дрогнув, резким движением взвился в прыжке, чтобы окончить свой путь на стекле внутренней перегородки. Откуда медленно заскользил обратно в пламя.

Тварь не желала сдаваться ещё добрые три минуты, лихорадочно молотя отростками по стенке своего узилища. Вновь и вновь масса прыгала на барьер, с каждым падением обратно в огонь становясь всё меньше. И так продолжалось, пока очередной попытки выбраться не последовало вовсе.

Погибла. Туда ей и дорога. Каждому химерологу следует чувствовать грань, за которую в своих экспериментах переходить не стоит.

Ещё несколько минут пламя жарило, оплавляя внутренние стенки камеры, пока нагрев не стал потихоньку спадать. Всё то время мой взгляд не двигался с места, продолжая упираться в точку последнего удара неизвестного организма по стеклу.

Пока...

Пока в затихающем треске огня я не разобрал тихий скулёж.

На какую-то долю мгновения страх сковал сердце, когда я было решил, что монстр пережил очищение... Однако следом пришло понимание, что голос источника звука был мне прекрасно известен.

Скулил трёхглазый кошмар. Ранее я посадил его на стул в углу помещения, чтобы зверь не бегал среди хрупкого оборудования.

И вот он скулил. Прямо сейчас. Этого звука он не исполнял с тех пор, как повзрослел достаточно, чтобы перестать питаться материнским молоком.

Стараясь двигаться как можно плавнее и аккуратнее, я медленно повернулся к источнику звука... И обнаружил тихо подвывающую химеру, чей остановившейся взгляд бал направлен в одну конкретную точку.

Куда-то мне за спину. В дальний угол лаборатории.

Чувствуя себя персонажем фильма ужасов, покорно развернулся ещё раз, чтобы обнаружить... звенящую пустоту и ничего более. В углу никого не было.

На первый взгляд.

Ведь то, что я чего-то не видел, не означало, что там действительно ничего не было, правда? Аномальный третий глаз зверя явно замечал нечто, недоступное даже мне и Ветрам.

Забыв как дышать, под завывания, треск огня и звук гулко бьющегося сердца мой взгляд искал нечто, за что можно было бы зацепиться. Странное искажение воздуха. Точка странного цвета. Рябь пространства...

Ничего.

Пустота.

И, пожалуй, именно это было страшнее всего.

Глава 63 - Теория

Уютный кабинет, темнота за окном, одиночество в компании чашки ароматного сбора из двенадцати трав и тихо потрескивающий камин. Никто не побеспокоит до завтра, никто не отвлечёт разговором от собственных мыслей...

Никто не спросит, почему мои глаза в это мгновение так мертвенно пусты.

Этот долгий час, когда сознание покинуло палаты размышлений, а разум столь тих и свободен от наносного, будто бескрайняя ледяная пустошь под холодным светом Луны. Но сладкая иллюзия не будет длиться вечно - рано или поздно белоснежная мгла, застлавшая внутренний взор, развеется, вновь открыв пугающую действительность.

Это неизбежно. Значит, мне нельзя быть таким слабым. Ещё ничего не кончено.

Нужно взглянуть ещё раз.

Но голова едва дрогнула, так и не повернувшись. Сколько же я просидел так, замерший в неподвижном оцепенении, бессмысленно глядя во тьму? Тело не ощущалось затёкшим... Оно вообще никак не ощущалось с тех самых пор, как я самовольно отстранился от внешних раздражителей.

Иногда такое происходило. Увлеченность, позволившая пережить множество невзгод на протяжении обеих жизней. Последние десятилетия она была направлена на магию, однако в этот раз... В этот раз не принесла ничего хорошего.

Снова открытие. Но лишь море стресса вместо какого-либо удовольствия.

Спустя несколько минут я всё-таки смог повернуть голову, моргнув пересохшим глазами. Всё тело, от носков и до самой макушки, начало покалывать, а веки рефлекторно сомкнулись от фантомного ощущения песка. Однако вскоре я снова заставил себя видеть, чтобы иметь возможность лицезреть тетрадь.

Она лежала там же, где была оставлена - небрежно развёрнутая, заляпанная кляксами чернил, в гордом одиночестве возвышаясь посреди стола, в круге из бумажных - и не только - завалов. Книги, письма, журналы, другие тетради, свитки и пергаменты, таблички и заполненные символами обрезки коры...

Не Опус Магнум, нет. Лишь необходимая работа, простая и невинная, что породила на свет настоящее чудовище. Зачатая от безумия моего разума гипотеза, слишком манящая и ужасная, чтобы делиться ею с кем бы то ни было.

Никто не узнает о ней. От меня. Ведь я - не первый, кто пришёл к этой достаточно очевидной идее. Однако всё, что удалось обнаружить от шедших впереди - лишь несколько потёртых книг в самых отдалённых регионах ойкумены.

Не хочу повторить их судьбу.

Однако гипотеза...

...

Быть может, когда-нибудь, случись такая необходимость, её содержанием придётся поделиться с близкими. Но не раньше - незачем людям жизнь портить.

Все мы ещё успеем умереть внутри и без этого знания.

...

Эта история началась довольно давно - ещё в бытность учеником одного старого мудака. Будучи запертым в башне, словно принцесса в темнице злобного дракона, я всё же старался расширять свои познаний об окружающем мире. Да и в силу профессиональной необходимости должен был знать многое о некоторых сферах оного, так что иногда детское любопытство действительно вознаграждалось и даже прощалось.

Одной из таких тем, важных и нужных любому магу моей школы, стала местная зоология. Иначе говоря - наука о том, какие животные вообще живут в нашем негостеприимном мире, чего от них можно ожидать и как все эти сведения использовать.

И уже в те стародавние времена я достаточно быстро узнал, что мир, в котором имел несчастье переродиться один измученный землянин... В общем, со странностями он, мир этот. Особенно по части животных.

Для человека науки, увлекающегося биологией в целом и темой эволюции в частности, было очень непросто объяснить самому себе, каким образом в другом мире с совершенно отличающейся историей могло возникнуть столько практически идентичных земным существ. Собаки, волки, медведи, олени, свиньи, лошади, коровы, белки, зайцы, мыши, муравьи, божьи коровки... Глупо отрицать возможности конвергентной эволюции, но, чёрт возьми, всему же должен быть предел!

Вот только предела не было. И пусть рядом с аборигенами ходили далеко не все виды земных животных, а поблизости то и дело попадались уже серьезно отличающиеся, совпадений было слишком много. Чрезмерно много. Настолько, что это вызывало уже даже не вопросы, а самые настоящие подозрения.

Однако время шло, учёба продолжалась и я узнавал всё больше.

Только лучше ситуация не становилась.

Химерология... Это довольно странная школа магии. Узкоспециализированная в своей широте, как бы парадоксально это не звучало для непосвящённого. Вроде бы не такое уж и малое количество всяческих заклинаний и ритуалов, однако все преследуют ровно одну и ту же цель - обмануть биологию, заставив тело поверить, что всё в порядке.

Вот только достигнуть этого состояния, этой равновесной нормы, для столь сложной системы, каковой является любой живой организм, не просто сложно - чудовищно. Нам ведь не разрушать что-то нужно, что стихийной магией делается проще простого, а буквально переписать реальность, перманентно скорректировав биологические законы.

Это как сделать огонь, который, к примеру, поглощал бы свет, вместо его испускания. У огневиков уже от одних только подобных идей волосы на заднице шевелиться начинают, а до реализации дело и вовсе не доходит никогда. У остальных же чародеев на подобных принципах существует целая школа магии. Даже четыре - химерология, артефакторика, алхимия и некромантия. Но из них только наша работает с непосредственно с живым.

Очевидно, что перебор двигателя стремительно мчащегося автомобиля - занятие несколько более сложное, чем размеренная работа в автомастерской. Для такого дела как минимум необходим особый инструментарий и не менее специфический склад ума... Или полное отсутствие оного вместе с чувством самосохранения, но это уже несколько иная история.

Так что же мы делаем и каким образом? В основном - убеждаем. Заклинаниями и ритуалами уговариваем кровь течь, органы - работать, нервы - проводить сигналы, мышцы - сокращаться, а клетки - жить и делиться. Это может показаться глупостью или банальность, однако, увы, на самом деле, кто бы и что не говорил на тему жизни как явления, любой химеролог знает, что в первую очередь всё живое в нашем мире искренне жаждет лишь одного - помереть.

И больше ничего.

Так что наша роль, как главных священнослужителей Жизни - поженить жениха и невесту в лице частей одного или нескольких организмов. И для этой величественной миссии у нас имеется богатый арсенал чар.

Вот только, как и любой иной инструмент, для правильного эффекта магия должна применяться в правильное время и правильной форме. Потому что "языки", на которых "говорят" различные живые ткани, могут отличаться очень сильно. Или лишь в мелочах, но столь важных, что неверное толкование может привести к ужасающим последствиям.

Магия ведь не знает, когда нужно остановиться. Чародей способен прикладывать разное количество усилий и ограничивать скорость, однако зачастую не получает от цели воздействия ровным счётом никакой информации. Установить хоть какую-то обратную связь очень трудно, что критично для нашей школы волшебства.

Из личной практики - стимуляция кровотока, случайно применённая на кость, привела к множественной перфорации плоти полужидкой смесью из костной и хрящевой ткани. Одно маленькое заклинание, предотвращающее образование тромбов, изрешетило тело на всём протяжении кровеносной системы, превратив пациента в неоднородную оплывшую массу.

Ужасная смерть, которую легко повторить, не понимая нюансов заклинаний и ритуалов химерии. Только вот в чём беда - их, этих нюансов, полноценно вообще никто не понимает. Речь ведь идёт не о стихийных проявлениях, которые можно достаточно просто исследовать даже с нынешней научной мыслью местной человеческой цивилизации, а о живых телах. Хуже того - зачастую даже не о людских. И если меня ещё хоть как-то спасали земные знания, то вот местных...

Их, такое ощущение, выручал только господин Случай да отточенная интуиция. Потому что едва ли кто-то из них даже приблизительно понимал, как на самом деле функционируют живые тела. Судя по всему, лишь богатый опыт, набранный целыми поколениями химерелогов, позволяет забираться всё дальше по нелёгкому пути познания...

Впрочем, настоящего положения вещей я не знаю, поскольку за работой коллег не наблюдал. Даже Учитель, чтобы в посмертии его вечно терзали так любимые им шахемы, не демонстрировал очередному ученику настоящей исследовательской работы, вызывая в лаборатории в лучшем случае на разного рода тестирования. Хотя куда чаще со мной не делились и такой малостью - лишь результатами, которые нужно было отмыть, накормить и спать уложить.

Но не быть мне мастером магии, не создай я за столько лет собственной методологии. Вот только именно в процессе разработки и начали вскрываться неприглядные нюансы.

Которые в последствии привели к не менее неприглядным выводам.

Дело в том, что одним из важнейших факторов, от которых выявилась зависимость результатов применения чар, оказалась... Генетическая совместимость! Кто бы мог подумать, что, органы собаки лучше приживаются в волке, чем в многоножке!

Как неожиданно и просто невероятно... Для аборигенов.

Насколько же трудно тогда должно быть моим коллегам? В защиту стоит заметить, что смутное понимание чего-то подобного у них присутствует! Вот только вместо общей теории существует более полусотни различных гипотез, объясняющих отдельные закономерности кто во что горазд. То им нужна особенная температура и влажность, то донорский орган следует изымать в определённую дату и время, то не обойтись без жертвоприношений каким-то там духам... Словом - бредятина, но иногда всё же содержащая крупицы истины.

Хотя куда больше этой поистине великой субстанции содержалось в заметках, многословно описывающих результаты определённых экспериментов. Пусть изрядно разбавленная досужими домыслами, но относительно чистая информация, повествовавшая об инструкциях, следуя которым у читателя появлялась возможность повторить живые достижения магов. Но даже такого в книгах всегда было мало - куда меньше сопроводительной философии и откровенных бредней, бессмысленных и беспощадных.

Отличить первую от вторых было той ещё задачкой. Трудной, но всё же необходимой, поскольку уже кто как не местные могли найти порою совершенно неочевидные уже для меня самого закономерности? Базы обоих миров прекрасно дополняли друг друга, выводя понимание магии школы химерологии на совершенно иной уровень. Уровень, виды которого поражали моё бедное сердце...

Там, где дикость восприятия мира волшебниками сталкивалась с наукой, могли возникнуть чудеса. Быть может, невозможные, но ведь именно магия способна воплощать подобное в реальность.

Казалось, протяни лишь рук, и всё станет настоящим... Стань не просто стариком, положившим жизнь на пару десятков монстров, а настоящим творцом! Богом во плоти! Твори много, твори лучше, твори совершеннее! Для этого нужно лишь...

Нужно лишь...

Нужно лишь обладать знаниями землян.

И я знал. А потому там, где другие довольствовались дорогостоящей и продолжительной практикой, я срезал путь на целые порядки. Годы работы в дни, десятилетия - в недели, а целые жизни иных волшебников нередко умещались в жалкие месяцы.

Или не стояли и бумаги, потраченной на запись всего вроде как ими достигнутого.

Стоило только серьёзно заняться систематизацией данных, как закономерности, совершенно невиданные и непонятные местным, будто бы выявлялись сами собой. Впрочем, на самом деле так оно казалось с высоты земного образования - для фактически изгоев глубоко раздробленной касты магов, нередко начинающих путь практически с чистого листа и с минимальным багажом знаний, та же связь между птицами и рептилиями совершенно неочевидна. Как и причина, почему внешне столь похожие на рыб дельфины реагируют на ряд чар схожим образом с какими-нибудь коровами.

Да что уж тут говорить, если я не раз натыкался на заметки о том, насколько же ненормальными рыбами являются бобры.

Бобры.

Рыбами.

Хорошо, что в этом мире нет утконосов и ехидн...

В общем, чтобы в полной мере воспользоваться своими знаниями относительно наследственности и её вероятного влияния на результат воздействия чар, я выделил восемь условных групп генетической совместимости "сращиваемых" частей тел:

Части одного организма - когда, например, нужно кого-то вылечить или просто что-то прирастить.

Части близкородственных организмов - когда имеем дело с существами с близким родством, хотя и не без нюансов в лице, например, тех же резус-факторов.

Части родственных организмов - когда имеем дело с животными в пределах генетически близких популяций. Ключевое условие - возможность получения плодовитого потомства. Типичные примеры - породы собак, лошадей и кошек.

Части близковидовых организмов - ещё более дальние родственники, пусть и имеющие схожую генетику, но всё же получающие стерильное потомство при скрещивании. Как пример, можно выделить мулов и лигров, хотя самки последние всё же способны обзаводится потомством, что переводит их в группу родственных.

Части одноотрядных организмов - не помня в деталях классификацию, сюда я определял существ очевидно близких по строению, но всё же не способных к скрещиванию, вроде куниц и кошек.

Части одноклассовых организмов - млекопитающие с млекопитающими, насекомые с насекомыми, рептилии с рептилиями (хотя не совсем) - то есть чтобы не сильно различался метаболизм и органические вещества, лежащие в его основе.

Память говорила о царствах, семействах, подсемействах и прочих уровнях классификации, вот только я мало что помнил в деталях. Тем более, оно было и не нужно - примерно на этом уровне заклинания и ритуалы начинали реагировать согласно каким-то своим соображениям, достаточно слабо коррелируясь с существующей на Земле дифференциацией там, где я её ещё более-менее помнил.

Части непротиворечивых организмов - труднодостижимые союзы, вроде растений и грибов, растений и животных, животных и грибов. Пока реализуются в виде симбиотических отношений, что немного не то, поскольку не подразумевает объединения биологии. Однако исследования продолжаются.

Части противоречивых организмов - гипотетический уровень, введённый из-за неоднократного контакта с фиг-пойми-чем в собственной лаборатории. Как внедрять что-то в дрянь, существующую на иной грани бытия, я не знал, но желание попробовать так и зудело где-то на подкорке.

Таким образом, разграничив чары относительно выделенных групп и исследуя их воздействие на разных уровнях, я мог творить самую настоящую магию - предсказывать будущее. Пусть и в некотором приближении, пусть не с абсолютной точностью, но всё же предполагать результаты определённых исследований, не проводя их.

А уж если в уравнении место неизвестных занимали определённые местными константы, если становилось прозрачно влияние подавляющего большинства факторов, то примерное предсказание и вовсе превращалось в точный расчёт с известным результатом.

Магия становилась математикой.

И это без всяких истинных артефактов, на минуточку! Только лишь мощь человеческого разума и научного подхода!

Стоит ли говорить, насколько важно было не тыкаться в слепую в поисках подходящих решений? Это словно стать зрячим в мире слепых - скорость, с которой начнёшь ходить, будет уже несравнима с таковой у окружающих.

Насколько важно достигать лучшего результата при значительно меньших количествах затраченных усилий, времени и средств? Для нас, химерологов, нередко спускающих многие десятилетия на разработку одной вшивой химеры - это эпохальный прорыв.

Прорыв, способный изменить мир. Что произойдет, если все остальные маги моей школы начнут клепать монстров как не в себя? Как скоро человечество совершит резкий разворот к биопанку?

- Техномагобиопанку... Б-р-р, даже звучит жутко, - ухмыльнулись сухие губы.

И это ведь не единственное моё достижение на почве методологии... Впору лавры светила науки примерять, пусть и не заслужены они будут ни в коей мере, да только сбили полёт моего энтузиазма внезапно появившиеся проблемы.

Не склонный к самоуничижению, я всегда считал свою память как минимум достойной. Помнить о стольком изученном на Земле после двух десятилетий насыщенной жизни в другом мире - немалое достижение, подразумевающее, что некоторые ошибки всё же оказывались прискорбно неизбежны.

Верно, случалось, и я ошибался в классификации животных. С похожей на земную фауной - редко, благо рядом с людьми жила в основном именно она.

Однако исключения всё же существовали.

Однажды через степных кочевников, а также контактирующих с ними вольников и финаритов мне удалось познакомиться с... пожалуй, этих животных можно было бы назвать мегафауной, хотя с существовавшей когда-то в древности на Земле она, судя по всему, имела мало общего. Гигантские и не очень звери обладали чертами разных видов, а порой даже одновременно нескольких непохожих семейств и отрядов, выглядя то выходцами из ледникового периода, то соседями динозавров, то даже жителями ещё более древних эпох.

И всё бы ничего - принять подобное возможно, хотя и непросто. Вот только чары при изучении новых образцов вели себя странно. Необычно.

Не так, как должны были по соображениям генетической совместимости.

После череды контрольных экспериментов оказалось, что никто из представителей этой самой "мегафауны", образовавшей собственный биоценоз в степях, не был близок к видам, проживающим подле аборигенов. Да что там, отнюдь не многие имели даже одноотрядных родичей! А те, что всё же имели, нередко довольно сильно отличались от родственников, наглядно демонстрируя отдалённость кровной связи.

Шестиногие, с ложными копытами из всё того же кератина, покрытые чем-то средним между перьями и чешуёй, с пилообразными и зубастыми клювами или чудовищно примитивными, а порой просто странными черепами... Часть явно относилась к млекопитающим, часть - к рептилиям, однако некоторые с точки зрения чар уже больше напоминали насекомых, хотя что внешне, что внутренне имели с ними мало общего. А кое-кто, настоящие уникумы среди уродов, не относились вообще ни к чему, выглядя натуральными чудищами даже по моим меркам.

А потом я узнал, а после - подтвердил, что похожие существа населяли ещё и Лес...

Тогда-то пазл и начал складываться. Стоило лишь припомнить, что согласно мифам, построившие Первую республику люди натурально отвоёвывали жизненное пространство, огнём и мечом вычищая местную живность. Тогда резкие различия в биологическом разнообразии отдельных территорий становятся понятны. Как и причины, из-за которых в глухих местах на Севере до сих пор водится чёрте что - тот регион захватывали последним, и более того - захватывают до сих пор, так что смешивание биоценозов неудивительно.

Значит, это была война не просто между двумя разумными расами. Люди замещали флору и фауну завоёванных земель привычными им инвазивными видами, устраивая натуральный ксеноцид. А учитывая нашу приспосабливаемость, что позволяет и сейчас спокойно сосуществовать с "мегафауной" в ряде регионов этого мира, появляется закономерный вопрос о причине столь радикальной политики.

Ну да, эти большие звери опасны, незнакомы с людьми и нередко используются главным врагом в лице разумного нечеловеческого вида. Но уничтожать одну экосистему ради другой - это всё-таки немного перебор, когда хочешь лишить противника природного преимущества. Наверное.

Хотя откуда мне знать, насколько критичным был этот вопрос в то время? Свидетельств ведь не осталось...

Ещё одним доводом в пользу неочевидности прошлого стали обмолвки о вражде, характерной для двух этих больших блоков живых существ. Привычные землянам хищники в лице волков и медведей с радостью драли степных гигантов, стоило лишь появится такой возможности. Причём нередко при этом впадая в натуральное неистовство, не считаясь с болью и ранами, и не останавливаясь до смерти одной из сторон. Равно то же самое проявлялось и с противоположной стороны баррикад, хотя и было выражено в гораздо меньшей степени - даже плотоядные великаны предпочитали обходить наших шерстяных берсерков стороной, испуганно кучкуясь от одного только запаха лесных потапычей.

Интересные сведения, наводящие на мысли об искусственном программировании, превратившим в оружие даже привычных нам жителей леса. Вот только когда именно животные получили такие изменения, и участвовали в этом предприятии химерологи или кто-то ещё, мне уже никто не расскажет.

На это ладно - главное, что ответ, объясняющий непонятное генетическое расхождение между животными близких ареалов обитания наконец-то найден! Стройная и красивая теория, правда?

Однако, увы, она разбилась на осколки, когда я смог добраться до самых... интересных из всех полученных образцов.

Но разбилась лишь для того, чтобы переродиться во что-то ещё более пугающее.

На этот раз проблема возникла с животными из трёх других зон - пустыни южнее Финаритии и близких к ней степей, не менее бесплодного архипелага Отчаяния, что практически недосягаемым столпом маячил в открытом море на приличном отдалении от материка, и том величественном горном хребте, что непреодолимой стеной возвышался с юга на север вдоль всего востока нашей ойкумены.

Три безлюдных, бесплодных, мёртвых региона на самых задворках известных земель. Смертельно опасные уже одним лишь своим климатом, будь то иссушающая жара песков или ледяная стужа голых скал. Места, в которых практически невозможна жизнь...

Но я знал, что даже в прошлом мире природа нашла путь в столь негостеприимные земли. И от того с нетерпением ожидал, чем полная магии реальность сможет удивить меня в этот раз...

Что же, она удивила. Даже сейчас, вспоминая недавнее прошлое, я невольно бледнел, пока руки охватывала нервная дрожь.

Потому что этого не должно было быть. Могло, очень даже могло, но именно что не должно было, поскольку противоречило даже не науке, а самому естественному порядку вещей.

Но оно существовало. И жители этого мира даже не подозревали, какой экзистенциальный ужас обитает поблизости от них.

Что же по существу... Ну, эти создания, упорно продолжавшие обитать на мёртвых землях, состояли из органики. Преимущественно. Ввиду нехватки знаний и несовершенства оборудования трудно было судить, насколько их базовая биология расходилась с нашей, однако уже сам факт того, что заклинания реагировали на эти образцы лишь непротиворечивым образом...

Эти многоклеточные существа не были ни животными, ни грибами, ни растениями, ни даже колониальными бактериями. Честно говоря, я вообще слабо себе представлял, к чему они могли относиться. И это пугало.

Не облегчали жизнь и описания, полученные в сопровождение к нескольким частям тел, доставленным транзитом через Предел прямиком из Чёрных крепостей - последних оплотов человечества, преграждавших путь спускающихся с гор монстров на не столь уж далёком Востоке. Ни из пустыни, ни из Отчаяния получить ничего, кроме крошечных образцов тканей, не удалось, так что судить о схожести видов, проживающих в столь различающихся климатических зонах, было сложно, однако по крайней мере о внешности горных чудищ представление я получил.

К сожалению.

Потому что уж чего мною не ожидалось на ранних этапах изучения этих монстров, так это семиногов с радиальной симметрией. Размером от двух до десятка человеческих ростов, с плавно выгибающимися обратной дугой щупальцеобразными ногами в костном экзоскелете, с вытянутым кверху каплеобразным туловищем, закованным в несимметричную рёброподобную внешнюю броню, и со множеством растущих на нём конечностей разных форм и размеров, а также с округлой пастью на самой макушке тела, обрамлённой сотнями крошечных глазок на длинных стебельках.

Натуральные инопланетяне воплоти. Причём, к сожалению, отнюдь не дружелюбные.

Эти быстрые, проворные и удивительно сильные твари, в зависимости от вида, сильно различались по своим возможностям. Зато в чём были поразительно единодушны, так это в своей ненависти ко всему живому и на них не похожему. Причём доставалось всем - и людям с простым зверьём, и "мегафауне", и даже деревьям с травой - хотя последних, судя по всему, поражали не сами чудовища, а какие-то сопровождавшие их более простые организмы. К сожалению, узнать большего не удалось - сохранность плоти после множества месяцев, проведённых в пути по горам, оставляла желать много лучшего, а немногие законсервированные образцы стремительно разрушались даже в самой стерильной среде, что только возможно было получить в моих условиях.

Складывалось впечатление, будто клетки непонятных существ просто не обладают должной защитой от большинства привычных нашим экосистемам бактерий и простейших. И от того их, словно пиршественный стол, убивало всё что только могло - от выделений некоторых бактерий, которые даже нельзя было назвать токсинами, и до обыкновенных сапротрофов, питающихся мёртвой органикой.

Будто бы ксеносы были настолько не приспособлены к нам на каком-то базовом уровне, что банально не умели сопротивляться. То есть не обладали ни иммунитетом, ни разного рода естественными барьерами от внешней среды. Вот только совершать регулярные нашествия им это почему-то совершенно не мешало.

Та ещё загадка.

Впрочем, куда больше бередила душу не она сама, а выводы, напрашивающиеся как следствие существования столь чуждых существ на самой границе обжитых земель.

А что, если мы не были первыми? Если люди-олени, в борьбе с которыми мои местные сородичи до сих пор льют целые реки крови, тоже когда-то прибыли в эти земли? Если они были первой волной ксеноцида?

Если мы окажемся не последними в этой череде?

Страшная, до глубины души пугающая мысль. Мрачное предсказание, обещающее апокалипсис под пятой более совершенного вида. Смерть, ожидающая за горизонтом...

Или просто ошибочная догадка, сформированная из неверно понятых предпосылок. Ведь мифы часто лживы, а историческая память удивительно пластична. Быть может, на самом деле всё было с точностью наоборот, и это именно на нас кто-то нехороший натравил натуральных ксеносов? Потеря территорий, тяжёлая война, крах цивилизации и как итог - магический постапокалипсис в проклятом Ветрами мире. Такая трактовка имела даже большую вероятность быть истинной ввиду своей большей логичности.

Но что... если всё же верна самая страшная?

Если все мы обречены?

А самое болезненное во всём этом то, что уже сейчас я обладаю возможностями, чтобы начать подготовку к такому Концу света. Укрытия, оружие для борьбы, пути отхода - всё станет реальностью, стоит лишь поставить себе такую цель.

Вот только стоит ли?

Делать - потратить уйму времени, сил и средств на то, что может оказаться пшиком даже по меркам моей паранойи. Не делать - рисковать ужасной участью для себя и своих близких.

- Ненавижу такие выборы, - на лицо вылез злобный оскал, полный гнева и подспудной усталости. Однако не продержавшись и нескольких мгновений, он уступил место печальной усмешке.

- Очередная бессмысленная борьба с тенью... Только на этот раз враг ещё более мимолётен, - прикрыв глаза, я откинулся на мягкую спинку кресла, с грустью поставив опустевшую кружку на стол. - Ненавижу, ненавижу.... ненавижу! Будто бы мне других поводов для волнений не хватало! Чёрт бы всех их побрал...

А ведь задач действительно хватало, даже несмотря на страшную догадку, с какого-то этапа перетянувшую всё внимание на себя. Причём они, эти новые источники головной боли, также стали следствием исследований последних недель.

Что же, тем для размышлений ещё много... Будет чем отвлечься.

А Теорию пока в топку. Я и без того готов схватить своих близких в охапку и удариться в бегство в любой момент, а жизни всех остальных... Своим попробую помочь, конечно, но без фанатизма. Готовить же оружие незнамо против кого заранее, рискуя потерей всего нажитого в неравной борьбе с аборигенами, просто глупо - не чужаку из другого мира заботиться о благополучии этих людей. И уж точно не в благодарность за то, что мне пришлось пережить во втором детстве.

Пусть станут куском мяса, который хищник будет грызть, пока охотник не зарядит ружьё. А я, так уж и быть, если этот час наступит, изготовлю оружие и совершу выстрел. Но до той поры, что может не наступить никогда, займусь, пожалуй, более полезными проектами.

Жаль только, что ни интуиция, ни истинный артефакт не предупредят о такой буре - слишком необъятна и растянута во времени она будет, если всё же случится.

- Поднимись на вершину мира, чтобы вновь ощутить беспомощность и собственную ничтожность, - прошептали губы, пока взгляд вновь открытых глаз снова утонул во тьме мира за окном.

Дам себе ещё полчасика на хандру - большое дело завершил, можно и наградить маленьким отпуском. А потом - снова в путь по буеракам волшебства и политики навстречу прекрасной заре.

Главное, чтобы это не было отсветом приближающихся пожарищ...

Глава 64 - Практика

Вернув себе расположение духа и не желая больше киснуть за осточертевшими бумажками, я направился обратно в прохладные объятия лабораторий. Впрочем, шагать приходилось помедленнее - мои бравые защитники, сопровождаемые бдительной матерью, ещё не очень хорошо поспевали за стремительным шагом изменённого человека.

А без хитиновых стражей я больше никуда выходить не собирался. Новая встреча с непонятной сущностью за гранью бытия после столь долгой, но при этом несвоевременно завершившейся разлуки, не добавила мне ни спокойствия, ни уверенности в своих силах. Ведь тварь снова как-то просочилась в святая святых, незаметно подкралась, и нагло, будто бы даже с каким-то презрением, покрасовалась передо мною.

Боюсь об заклад, имей возможность - ещё и рожицу скорчила бы.

Так что с тех пор только так - в приятной компании. А ведь лишь недавно полностью отошёл от прошлого раза...

Зато реакция Ниавель изрядно повеселила. Как и всякая северная аристократка, то есть - по определению ненавистница необычных животных, она, мягко говоря, опасалась жутковатых на вид кошаче-рептильных химер. Особенно с тех пор, как узнала об эффективности оных в деле умерщвления человеков. И тут в один прекрасный день я начинаю ходить в компании чернышей буквально повсюду, а любым попыткам разлучения истово сопротивляюсь.

Безусловно, девушка была отнюдь не в восторге!

Впрочем, куда больше её заинтересовала причина такого моего поведения. Вот только я отмалчивался, а остальные если что-то и знали, то делиться со всё ещё посторонним человеком совершенно не спешили... мог бы я сказать, если бы Эсизель не выдала то немногое, что знала, спустя всего пару дней словесной осады. Пусть и с моего разрешения. Уж не знаю, какой именно ключик успела подобрать волшебница взрослая к волшебнице юной, но некоторый авторитет в глазах девочки северянка завоевать сумела, через что и влияла.

Впрочем, трон главного и единственного бога в глазах малышки уже давным-давно занял её неповторимый учитель, так что такие вещи меня заботили не сильно. Я оккупировал места слишком многих важнейших фигур в её жизни и дал достаточно, чтобы не опасаться быть потеснённым слезливыми историями о печальной участи другой беженки.

Тем более, не думаю, что платиноволосая красавица будет рисковать вербовкой такого человека. Не сейчас и не в ближайшем будущем - в слишком уж зависимом она положении.

- А ведь когда-то хотел обойтись без таких проблем... - печально вздохнул, мерно шагая по, кажется, нескончаемой лестнице. - Ну вот зачем мне вся эта маета, а? Взял бы крестьянку какую - да жил спокойно без опасений. Тихая, глупая, бесправная... А эта даже хуже рыжей герцогини - плетёт свои сети, паучиха недоделанная, да самца ими окружает. Вот только как-то не хочется становиться обедом...

Утрирую, конечно, но ожидать от этой особы уход на вторые роли было действительно глупо. Слишком уж горда и себялюбива эта прекрасная девушка, слишком волевым взглядом смотрит в будущее. Пусть сейчас, получив желаемое, и подуспокоилась...

Да и подуспокоилась ли? Занятый делами, я как-то отпустил вожжи, и теперь слабо представлял, что творится за кулисами совместных обедов.

- Нужно будет вернуться в игру, - произнёс нахмурившись.

Благо это будет не трудно - сколько бы новенькая не вида свои сети, лишь ещё больше запутается в логове старого паука.

Ну, сравнительно старого - тело всего на несколько лет старше, это верно, но вот разум... Если сложить обе жизни - уже и на пенсию пора бы, огороды копать да петрушку растить.

...

Да когда эта лестница наконец-то закончится?..

...Окованная сталью дверь распахнулась легко, не скрипнув ни единой петлицей, и открыла долгожданный вид на крошечное сквозное помещение перед входом в лаборатории. Незнамо откуда взявшаяся радость немного вскружила голову, от чего остановить привычное, почти рефлекторное движение рукой, что должно было закрыть за мной массивные врата в мир науки и магии, получилось не сразу и с некоторым трудом. Однако оно того стоило - весело проскакавшие по ступенькам кошмарики не заставили себя долго ждать, стремительными тенями закружив вокруг моих ног под одобрительным взглядом матери.

Раньше я брал их сюда не так часто и просто приносил на руках, однако с тех пор малыши изрядно подросли, и копировать доктора Зло с его любимым питомцем уже не выходило. Та ещё морока...

Под такого рода мысли, сдобренные изрядной порцией ворчания, я в компании бдительной охраны и преодолел зону ловушек. И уже было собрался отправляться к рабочей зоне, где внушительно высилась густо усеянная бумагами доска для проектирования, занимавшая целую стену комнаты, как внезапно зацепился за что-то взглядом. На столике по пути, на котором обычно оставлялись лишние вещи, сейчас сиротливо лежала небрежно сложенная записка.

Преодолев расстояние в несколько длинных шагов, схватил заинтересовавшее и развернул...

- Так вот где она была! - возглас оказался тихим - шуметь здесь не позволяла, казалось, сама атмосфера подземелья.

Обидно - вчера как раз пришлось пересчитывать эти цифры из-за пропажи. Глупо получилось, но такое бывает - заработался, да и нервничал из-за Теории...

Но сейчас не о ней.

Бумага вспыхнула в ладони, пока ноги несли меня дальше, к цели. К идеям. К проектам. К по-настоящему любимой работе.

Раз уж отбросил гадость, занимавшую все мои думы в последние недели, можно на относительно свежую голову обдумать и ранее откладываемые вещи.

- Но сперва... - прошептал, замерев перед ближайшим к выходу участком доски. Обилие исписанных убористым почерком мелких клочков бумаги рябило, заставляя невольно прищуриваться, чтобы разобрать хоть что-то. И всё равно потерпеть поражение, поскольку первые, ещё разборчивые записи, уже давным-давно сменили сокращения, совершенно непонятные непосвящённому.

Впрочем, по иронии, в этих шифрах не было ровным счётом ничего секретного - лишь длительная работа по подтверждению и опровержению кое-какие гипотез, малополезных для аборигенов. Хотя изначально этот сегмент служил место для записок-напоминалок, однако заметки копились, в непонятном возникали закономерности, и в конце концов бумага покрыла дерево сплошным покрывалом.

Покрывалом, которое по-хорошему уже давно следовало перетащить в рабочий кабинет, да только руки всё никак не доходили. То одно, то другое, то просто лень... Зато теперь, раз уж этот проект по большей части завершён, можно будет заправить одну из печей под завязку.

- Удивительно, как много проблем может доставить обыкновенное разночтение терминологии, - ладонь легла на желтоватый бумажный ковёр и медленно заскользила вниз, ненадолго выпрямляя скрученные листки.

Всё это - продолжение классификации, ставшее следствием последних открытий. Терминология, важная и нужная, что ограничивала возможное и определяла вероятное.

Начать стоило, пожалуй, с такого ёмкого в устах местного жителя слова, как "монстр". Ничтоже сумняшеся я заразился им от учителя, послушно называя так всех сколь-либо необычных существ. Хотя ввиду новых данных, определение следовало бы конкретизировать.

Монстр - это искаженное магией живое существо, претерпевшее настолько сильные биологические изменения, что прекратило иметь даже близкородственную генетическую совместимость со своим же образцами, полученными до трансформации. Соответственно, с точки зрения биологии таких существ можно классифицировать как новые виды, пусть нередко и бесплодные.

Иначе, если генетика остаётся неизменной, то мы имеем дело с аберрациями или же "искажёнными" - аналогами химерических модификантов с изменённой физиологией. Они - самые простые и понятные из последствий магических возмущений, и именно к их числу чаще всего относятся сошедшие с ума чародеи и прочая, обычно нестабильная и от того недолго живущая, живность.

Однако что происходит, если монстры получают возможность обзавестись потомством? А ведь для этого не обязательно даже мучиться с созданием пары - достаточно появления плодовитых гибридов с первоначальным видом или даже клонов при самооплодотворении. Что же, в таком достаточно маловероятном случае монстры, способные поддерживать стабильную популяцию, постепенно встраиваются в биоценоз, становясь естественной частью фауны ареала обитания.

То есть монстры превращаются в обыкновенных зверей. Здоровенных иглошкурых волков, василисков, пернатых кокатриксов, рогатых кроликов и даже чешуйчатых собак, что стали прародителями кошмаров - то есть странными, иногда откровенно аномальными, а изредка даже мифическими на уровне каких-нибудь криптидов, но всё же животными. Не монстрами.

Именно так, по всей видимости, и пополняется "фэнтезийная" часть природного разнообразия по всей ойкумене, причём неважно, участвуют в этом мои коллеги или нет - всех, кто оказывается недостаточно приспособлен к жизни в дикой природе, убивают либо другие звери, либо люди, к которым начинают выходить оголодавшие особи.

Грань между нормой и чудовищем оказывается удивительно тонка, при этом фактически мало завися от мнения отдельных личностей. Рано или поздно люди всё равно прекращают удивляться новому виду, поселившемуся поблизости, если извести оный не удаётся или не хочется. Опаска сменяется привычкой, появляются поверья и сказки, повествующие о правилах при контакте с новичками, и всё возвращается на круги своя.

- Хотя всякое бывает, конечно, - улыбка посетила уста, стоило только вспомнить несколько изученных конфузов. - Что одни считают чудовищем из кошмаров, другие могут почитать божественным символом. И скольких же склок, ссор и даже войн это стало причиной...

Однако я - не они, и мириться с равнозначностью порождений магии и обычного зверья как минимум в рамках научной классификации так просто не намерен. Поэтому и прозвал их мификами или же неофауной. Сразу понятно, с чем имеешь дело.

Впрочем, как человек, не раз вскрывавший их туши, могу заверить - столь нейтральное именование не способно в полной мере отразить плачевность состояния некоторых организмов подобного рода. Особенно у молодых видов, не претерпевших века отсева, которым по обыкновению было характерно такое количество физиологических ошибок и естественных травм, что какие-нибудь мопсы с их затруднённым дыханием смотрелись вершиной эволюции.

- Всем были хороши те птички, да только какать не могли, - качаю головой, желая не то насмешливо, не то обвинительно прокачать головой. - Впрочем, те ещё ничего - хоть через другое отверстие опорожняться могли, пусть и без всякого удовольствия. А вот насекомо-мышь, первая часть которой питалась за счёт постоянного внутреннего кровотечения второй... Так и погибла после лечения - голодной смертью на целой горке корма.

Впрочем, лучше всего о слабостях неофауны могли поведать северные рыцари - эти охотники на монстров славились своими бестиариями, куда тщательно заносили сведения о любых найденных уязвимостях опасного зверья. Единственное, делиться информацией не любили, что понятно - всё же от неё зависели успех и репутация рода. Однако, как показала практика, договориться возможно даже с теми, у кого напрочь отсутствует всякое желание - в конце концов, таковое ведь можно и создать.

- Хотя лучше уж с ведроголовыми договариваться, - невольно кривлюсь от воспоминаний. - Их хотя бы есть за что уважать, да и дешевле выходит...

Но не успел закончить фразу, как тут же поморщился от воспоминаний, поднятых по ассоциации.

- Хорошо говорить о деньгах, когда тебе хоть что-то продают...

Гегемония - закрытая страна с сильным уклоном в изоляционизм. Если торговля - то только в специальных городах, если посольство - то извольте по реке в сопровождении целого флота, а если же простой люд - то проводят прямиком на плаху. Не удивительно, что даже несмотря на расположение этой страны вплотную к интересующим меня горам, о живности, регулярно оттуда спускающейся, мне так ничего узнать и не удалось даже через чёрный рынок. Судя по всему, мешала внутренняя кухня самого глубоко кланового государства, обрубавшая любую возможность передачи знаний за пределы узкого числа защитников от чужеродной угрозы.

А ведь именно эти сведения могли подсказать, чего стоило ожидать от фауны того примечательного ущелья...

- Ну да ладно - то, что от меня не зависит, не стоит волнения, - пробормотал, возвращаясь к ковру из жёлтых листков. Но по пути зацепился взглядом за особенно крупную записку с большой надписью, выполненной резким, стремительным почерком.

Ах да, та идея...

Ещё одно гипотетическое открытие, заполнившее пробел в знаниях, волновавший меня долгие годы. Догадка абсурдная с первого взгляда, но довольно логичная в своей закономерности со второго - как раз именно та смесь, что мне приходится хлебать почти с самого первого дня новой жизни.

Проклятый культурный шок - мало различий с другим миром и отсталостью эпохи, мало чуждости религий и народов, так ещё и магия такую лепту вносит, что иногда от понимания очередной особенности восприятия аборигенов накатывает что-то сродни эффекту Зловещей долины. На этот раз, впрочем, проблема, ставшая следствием такой разницы мировосприятий, надолго встала костью в горле моих амбиций. И лишь недавно она получила хоть какое-то решение, как раз таки кратко переданное запиской.

- Мутация, - тихо прочитал, нежно подцепив бумагу пальцами. Ближайшие листки тихо зашуршали, будто вторя сказанному.

Именно в этом, вероятно, и заключался ответ на старый вопрос о том, каким образом остальные химерологи были способны создавать виды с принципиально новыми возможностями. Они просто делали ровно то же самое, что в естественной среде происходило с живыми существами - всего лишь воздействовали мутагенами. А точнее, специфической их разновидностью - магией.

И уж не знаю, какие методики при этом использовались, но они работали. Впрочем, судя по производительности дорогих конкурентов - работали криво, косо, ужасающе медленно и с чрезвычайно малым шансом на хоть сколь-либо удовлетворительный результат.

Иначе - не понимаю, почему всё ещё не живу в прекрасной реальности кастового магобиопанка.

С другой стороны, всё же иногда порождённые таким образом монстры получали особенности, не встречавшиеся в дикой природе. В совсем уж исключительных случаях - вовсе не имевшие никаких вразумительных аналогов, вроде натурального огненного дыхания или выделения токсичной дымки.

Повторить такое до недавнего времени я бы не смог и при всём желании ввиду различия в самом подходе к созданию химер. Все мои создания - либо модификанты, либо гибриды, никогда не знавшие экзотики. Все органы, ткани, клетки - всё кому-то принадлежало и принципиально не изменялось, даже если претерпевало некоторые внешние изменения. Я никогда не позволял Ветрам свободно деформировать плоть, никогда не допускал излишних чар - а ведь именно такие эксперименты, судя по всему, любили практиковать многие мои коллеги.

Чистое "авось" с минимальным контролем над результатом - и это в лучшем случае. Абсолютнейший бред для меня, но стандартная практика для них. Вот только результатом этого "бреда" могло стать что-то принципиально новое или изменённое настолько, что становилось поистине уникальным.

- В конце концов раз в год и палка стреляет, верно? - задал философский вопрос в никуда. И не ожидая ответ сделал ещё один шаг, немного дрогнув, когда на середине движения услышал надсадное бульканье от одной из экспериментальных зон.

- Плохой чайный гриб! - повысив голос, крикнул в сторону источника звука. - Хорошие чайные грибы не пугают хозяев, не лезут по стенкам сосуда и, чёрт бы тебя побрал, не издают звуков! Сиди тихо, сволочь, пока руки мои до тебя не добрались!..

После отповеди лишние шумы наконец-то пропали и я смог вернуться к прерванным размышлениям.

...

В общем, моя методика состояла в ином - в поиске нужных черт и характеристик у уже существующих животных. А найдя нужное - либо в непосредственном внедрении, если это возможно, либо в постепенном объединении доноров и отборе подходящих результатов. Ни о какой случайности не могло идти и речи - всё нестандартное, странное или просто выбивающееся из установленной нормы беспощадно отбраковывалось, утилизируясь в процессе.

Впрочем, относилось последнее и к чистым модифиантам в лице, например, тех же клипли (трёхглазых маленьких птичек-наблюдателей) или кровожадных гончих. Даже для такого типа химер было желательно выводить породы, как можно более приспособленные к своей будущей роли. Что уж тогда говорить о менее стабильных порождениях межвидового скрещивания?

- Увы, жизнь - не мультик, чтобы у осла и дракона здоровое потомство само собою нарождалось, - выдал, задумчиво почёсывая подбородок. - К добру или к худу, но этот мир всё же не настолько пропитан волшебством. Впрочем, будь иначе, и, боюсь, многоклеточной жизни здесь уже не было бы - не нам соревноваться с вирусами и бактериями в адаптивности к нестандартным условиям.

Хотя ещё совершенно не ясно, каким влиянием на простейших обладают Ветра. Фиксировать такие вещи сложно, а гадать можно долго. Однако что-то подсказывало - масштаб и запас прочности не тот, чтобы имело место нечто действительно интересное.

Иначе, снова же, совершенно не понятно, почему всю ойкумену терзают относительно знакомые и понятные мне болезни, не обладающие к тому же никакими мистическими свойствами, вместо чего-нибудь по-настоящему магического.

- Не то чтобы кто-то против был, честное слово! - поспешно добавил, бросив немного нервный взгляд на прикорнувших у материнского бока щенков.

Всё, хватит об этом - а то ещё беду накликаю. Никогда не был суеверен, но после встречи с непознанным хочется поостеречься.

Вернёмся к гибридам.

В качестве примера таковых можно выделить почтовых химер, базовые организмы "кошмаров", их более ранние прототипы и новые сельскохозяйственные культуры. Все они получились из союза каких-то видов, достаточно различных между собой, чтобы не давать потомства без помощи магии. При этом уже сейчас являлись фертильными, плодовитыми существами с относительно стабильным наследием.

Не просто монстры, а практически неофауна с неофлорой, только без стабильной популяции за пределами стен моих лабораторий. И чтобы так оно и оставалось, а окрестные леса да луга не захватывали мои творения, пришлось изрядно помучаться с настройкой поведенческих инстинктов и метаболических реакций.

Если коротко - без определённых химикатов мои химеры просто не хотели плодиться. Простое и изящное решение, пусть и вынуждающее проверять каждую особь нового поколения на мутации, способствующие обходу искусственного ограничения. Но это для животных, в то время как семена растений гораздо проще делать стерильными, сохраняя плодовитую культуру исключительно в пределах личных посадок. Благо ломать - не строить, и нарушить процесс формирования новых семян гораздо легче, чем обрабатывать целые поля из ведёрка.

На такие жертвы ради сладкого я пойти не готов...

...- Хотя стоит только заткнуться о подобном, как вся женская половина замка пойдёт на меня войной, - губы дрогнули в невольной улыбке. - А штурмовать башню непременно станут под стягом принцессы - первая сладкоежка всей страны дядю, конечно, любит, но, думается мне, за мороженное переступит через любые тёплые чувства.

И да - иногда я готовил нашей баловнице мороженку. Сам. Из свежих продуктов, сдобренных стихийной магией. Просто потому что мог.

Но вернёмся, пожалуй, к гибридам.

Типичным и, пожалуй, наиболее трудным случаем в плане сложности разработки стали "кошмары", которых можно взять для примера. Основой им послужили несколько различных видов животных, довольно сильно различавшихся с точки зрения генетической совместимости. Путь объединения был долог, едва завершившись лишь на последних поколениях, тогда как прошлым пришлось пережить многое в процессе натуральной селекции. Однако она была лишь средством контроля, пока основным двигателем оставалась магия и банальное скрещивание.

Происходило это так:

Если виды близки - то я скрещивал их под ритуалами и алхимией, после чего отбирал подходящее к разведению потомство. А когда оно вырастало - отбраковывал стерильных и дефектных, после чего повторял размножение до появления стабильной линии крови с минимальным количеством генетических сюрпризов.

Такая методика - самая простая и эффективная из всех мне известных. Однако работала она ровно до тех пор, пока первоначальные виды были достаточно близки, чтобы иметь хоть какой-то шанс к порождению потомства.

- Была бы искра, а раздуть уж сумеем, - пробормотал вслух.

Несколько сложнее дела обстояли с чуть более дальними родственниками - там либо приходится искать средние звания, этакие буферы, через которых можно было передавать нужные черты (главное - не задумываться, как это должно работать с точки зрения генетики), либо изменять одну из сторон в сторону большей "пластичности" с дальнейшим использованием комплексных ритуалов "переноса шаблона".

И вот как раз последние вызывали наибольший интерес, а потому о них стоило поговорить поподробнее.

Перенос шаблона - это моё название, тогда как местные именуют эти чары кто во что горазд. Хотя примечательны они были не множеством имён, а, конечно же, возможностями.

По первой даже немного шокирующими, если честно.

В качестве примера сразу вспоминались необычные образы из фольклора земных народов, в которых фигурировали разного рода звери, высиживающие яйца других зверей. Жаба на змеином, змея на птичьем, человек на черепашьем и тому подобное - странные картины, транслирующие ограниченность фантазии наших древних предков. Вот только в этом мире у химерологов действительно существовали чары, способные... как бы копировать некий "дух", а скорее - образ одного существа на расположенные в непосредственной близости эмбрион другого. Результат, естественно, зависел от многих факторов, но в общем и целом был относительно предсказуем, из-за чего методика применялась мною с большим удовольствием.

Всё же до недавнего времени это было буквально единственным способом гибридизации сильно отличающихся друг от друга видов. Да и сейчас стало не сильно лучше, учитывая, что просто заливать привязанных друг к дружке животных Ветрами в надежде, что получившийся монстр окажется чем-то хотя бы полезным, мне представлялось не сильно разумной затеей.

Возможной, безусловно, но всё же... немного сумасшедшей. Пусть даже выигрыш от такого рода экспериментов мог оказаться существенным в некоторой перспективе.

В общем, возвращаясь к чарам, инструмент исправно работал, объединяя виды. Некоторые проблемы, закономерно возникающие с живородящими, удавалось обойти комплексным усилением "духа", сиречь - копируемого шаблона, при помощи магии, и иногда - вивисекцией материнского организма. Впрочем, последнее это, мягко говоря, малоприятная работа, особенно учитывая, что резать приходилось отнюдь не лягушек с пауками. Хотя иногда попадались всякие рептилии.

Хуже того - применять чары необходимо было в чётко очерченные сроки, на временной шкале нередко находившиеся ближе к зачатию, чем к родам. А на ранних и даже средних этапах развития эмбрионы многих млекопитающих выглядят очень похоже...

И я прекрасно помню, как когда-то магией наблюдал кроху-принцессу во чреве собственной матери...

- Очень неприятная ситуация, - медленно идя вдоль рабочей доски, я вёл пальцами по ковру из жёлтой бумаги, шелестом сопровождая свой путь. - А я ведь только разучился видеть в людях лишь кукол из мяса и костей... Очевидно, за неимением психиатров, придётся каким-то образом решать эту проблему самостоятельно. Иначе, боюсь, такие ассоциации доведут меня до ручки.

Благо применялся метод нечасто - птицы и растения вивисекции не требовали, а для кошмаров использовались достаточно близкие виды и крупные яйцекладущие ящерицы. Так что, за исключением внедрения имплантов, никого особо резать не приходилось.

Разве что посмертно - нужно же как-то узнавать, от чего помер очередной подопытный.

- Кстати, - дойдя до конца доски, я замер, устремив свой взор на последнюю, практически свободную от бумаг зону. Нахмурился, нерешительно покачал головой... И грустно вздохнул, признавая отсутствие прогресса по этой теме.

Всё же это было проблема иного рода. Слишком глобальная и коренная, можно сказать - одна из главных нерешённых задач всей нашей магической школы.

Уравнение, которое никто не смог даже составить.

Преграда, окрашенная в мертвенно-белый лишившей меня сна Теорией.

То, что должно было стать квинтэссенция химерологии, но стало лишь одним из главных провалов.

Что это?

Всего лишь факт того, что для сильно отличающихся существ, каковыми являлись многие представители "мегафауны", никакие из известных нам методов не работали. В принципе. Вообще. Не говоря уже об ксеносах и слиянии организмов разных царств - если на что я и мог надеяться в их отношении, так это на слепой случай волшебного чуда. Вот только шанс удачного объединения настолько разных биологии был столь ничтожен, что, если вообще существовал, то мог приниматься равным величине статистической погрешности.

То есть практически нулю.

Хотелось бы найти иное решение, конечно, да только его не обнаружили даже местные. Для меня же это оставалось тёмным лесом и подавно - исследовать гены, как это делали на Земле, в одиночку и с моим уровнем знаний бессмысленно без как минимум половины тысячелетия форы. И даже имей я всё необходимое, выдави из памяти все нюансы генетики, каковые только мог знать продвинутый обыватель, в также обзавелись командой гениев и подстать им столь же великолепным интеллектом... Всё равно не будет гарантий.

Вообще никаких.

- Следует трезво оценивать собственные способности, - спокойный голос вновь зазвучал в тишине подземелий. - Усердие хорошего корпоративного работника, конечно, несколько удивительна для неспешно живущего местного населения, а уровень образования и вовсе возводит меня в статус мифического оракула... Тем более, что последний, помниться, по большей части чем-то вроде информбюро у древних греков выступал, мда. Вот только, увы, далеко не всегда упорный труд способен преодолеть то, путь через что способны найти талант и гениальность. Всё же никакая статистика не заменит идею, а вот обратные ситуации имеют место быть.

К тому же, конкретно с этой проблемой мне никто помочь не способен - требуется во слишком многом разбираться, чтобы хотя бы осознать суть оной. Вот и остаётся по большому счету только ждать, надеяться и верить в чудо, продолжая работу по менее амбициозным проектам.

И их было у меня.

- Много, - оглянувшись, окинул взором длину рабочей доски. То тут, то там на не верхнем её боку виднелись деревянные плашки с названиями - пометки о том, информация о каких именно проектах представлена ниже. И многие тысячи зависших в неподвижности листков, безжалостно проколотых к дереву небольшими гвоздиками, прямо говорили о большом количестве параллельно движущихся исследований.

Даже если оставить за скобками непаханое поле новых экспериментов, проведением которых необходимо будет исследовать открывшиеся просторы стихийных магических мутаций, а также оружие и достижения в сельском хозяйстве, поскольку светить ничем из перечисленного не стоит даже в мнимой безопасности лабораторий, существовали ещё и другие направления, ставшие возможными благодарю наработанному опыту.

Первым по важности из которых стала трансплантология.

- Как там в песне было? Конструкторы из мяса и костей... - с ухмылкой на устах я отправился обратно к началу доски, вновь проводя пальцами по бумажному покрову.

Вообще, вопрос имплантов и аугментации (прим. замена с расширенными возможностями) для нас всегда стоял остро, что неудивительно - самая востребованная часть магической школы как-никак. С расходными химерами вопрос обстоял гораздо проще - прямым вживлением органа, что в скором времени неизбежно самым пагубным образом сказывалось на здоровье реципиента. Поэтому совершенно естественно, что с людьми и теми из моих поделок, чей жизненный срок нежелательно было сокращать, приходилось действовать иначе.

Детальки нужно было как-то склеить, притереть углы, правильно соединить неподходящие друг к другу пазы, поставить переходники на органические системы различных моделей и так далее, и тому подобное. Не сделаешь всего этого, обойдёшься одной лишь волшебной кувалдой - и вскоре организм пойдёт вразнос. Пара дней, неделя, месяц - дольше не протянут даже самые живучие поделки.

А для того, чтобы изделия прожили дольше и счастливее боевых собачек, которых я применял в войне за престол, обоих, имплант и реципиента, приходилось как-то подготавливать.

Аборигены решали этот вопрос всё теми же алхимией и магией, из-за чего либо сильно нагружали организм при низком качестве обеих составляющих, либо нагружали слабее при высококачественном, но дорогостоящем сопровождении. Первое - удел бедных северных рыцарей и клановых воинов финаритов, второе - аристократии и прочих обеспеченных личностей. Но в целом изначальная методика всё равно не претерпевала существенных изменений, предполагая имплантацию именно чужеродных органов. Ну, если речь шла не о человеческих, конечно - с оными всё всегда было гораздо проще, благо найти донора уважаемому человеку нетрудно.

Да что там, кое-где в этом мире людей натурально под это дело выращивали... Правда, про группы крови и резус-факторы имели весьма смутные представления, так что результат всё равно выходил спорным.

Однако для себя я изобрёл иной способ. Не знаю, догадывался ли кто-нибудь о подобном до меня, но даже в случае положительного ответа - широкого применения практика всё равно не получила.

В общем и целом - я начал использовать доноров-химер и выращивание в питательной среде.

Скажу честно - очень затратная технология. Причём и по времени, и по труду, и по ресурсам в целом. Фактически ради каждого нового органа приходится создавать новый вид гибридных химер со свиньями, после чего переносить выращивание в колбы сперва на основе обезьяньих, а потом и человеческих тканей, причём желательно - образцов лично конечного реципиента. Очень длительный процесс, требующий немалого размаха из-за большого процента брака на каждом этапе. Но что хуже всего - ввиду концептуального несовершенства человеческой биологии, чтобы при добавлении нового активного элемента не произошло разрушение всей системы, кроме всего прочего необходимы были тестирование и подгонка каждого добавляемого импланта к совокупности уже внедрённых.

То есть ради каждого нового органа нужно брать кучку смертников, долго и нудно растить им весь комплекс предшествующих имплантов, устанавливать, и только после - ещё более долго и нудно тестировать разные варианты новодела, истово молясь, чтобы в их числе нашёлся хоть один приемлемый. Иначе - ещё больше работы ради повторения экспериментов.

На себя-то столько потратить не жаль, тем более мелкие огрехи способен сгладить магический дар. Но вот обычные люди...

Именно поэтому весь комплекс модификаций для создания наших гвардейцев был не только досконально выверен в ходе длительных испытаний, но и взял своё начало от украденных когда-то клановых воинов финаритов. И даже так - возвышение каждого отдельного человека до сих пор требует длительной подготовки и больших трудозатрат, поскольку все импланты выращиваются под конкретный человеческий организм. И даже так, учитывая все возможные предосторожности, благополучный результат, к сожалению, гарантировать не получается. Из-за чего кандидатов приходится дополнительно отбирать.

Однако с последними поступлениями образцов со всей ойкумены, думаю, мне удастся несколько оптимизировать кое-какие этапы человеческой модификации. В частности, меня очень заинтересовали некоторые яды растительного происхождения, на поверку оказавшиеся способны угнетать иммунную систему жертвы. На практике это могли позволить ужать имплантацию всего комплекса органов во времени, уменьшив паузы, а значит и длительность стрессового состояния организма.

Меньше нагрузка - меньше побочек и больше выживаемость. Это тем более важно, что все кандидаты отбираются мною лично из самых преданных воинов. Их число ограниченно, полезность - высока, потеря - трагична, а в перспективе даже катастрофична.

Впрочем, существовали и другие идеи.

Пару раз в своих размышлениях я возвращался к созданию человеческих гибридов...

- Думал, думал, да передумал! - ухмыльнувшись, хлопнул в ладоши и развернулся, чтобы как бы ненароком бросить взгляд на мирно посапывающих охранников.

Интересная тема... но очень уж опасная. Так что оставим её.

Что там ещё было?

- Воздушный, наземный и водный транспорт... - деревянные плашки с надписями висели рядом. - Хотелось бы, мда. Даже раньше, когда особо не требовались, а уж теперь и подавно!

Борьба на данном фронте шла с переменным успехом. Причём основная нехватка приходилась на живых особей и яйца тех, кто мог бы стать первоисточником линейки новых видов - крупные представители неофауны и мегафауны, к сожалению, либо были чрезвычайно редки, либо совершенно необучаемы, либо непригодны к длительной перевозке, либо банально не попадали даже на чёрный рынок. Образцы через причастных лиц получить не составляло большого труда, но вот самих зверей...

И это не упоминая о том, что хищных летунов здешние человеческие цивилизации всегда истребляли на корню где только могли, в то время как охота на водных гигантов представляла собой изощрённый способ ухода из жизни. Это, безусловно, не означало, что воздушного и водного животного транспорта не существовало в принципе - ловчие и химерологи стабильно пополняли зверинцы разного рода правителей. Да только у меня не было никакой возможности припасть к такому источнику - слишком уж много народа окажется в курсе даже одного лишь запроса на покупку необычного зверя.

Вот и приходилось выращивать что-то эдакое самому. И выходило... не очень.

- Легко скрестить кошку и орла, да только не летит же них!.. - окончание фразы потонуло в надсадном животном вопле, прозвучавшем из операционной.

Ох! Видимо, барашек проснулся... Значит, нужно поторопиться - хочу узнать, от чего рога, покрывшие почти всё тело животного, не стали расти над одним из имплантов. Вместо этого в том месте образовалась студенистая припухлость, окрасившая кожу в красновато-синюшный оттенок. Необычный эффект.

- Нужно изучить... - и шёпоту вторил новый звериный рёв.

Глава 65 - Взгляды, часть 1 - Противоположности

Тепло ясного утра наполняло сердце какой-то радостной лёгкостью. Прекрасное время, наслаждаться которым с тех пор, как главные улицы города замостили камнем, и вездесущей пыли в воздухе стало поменьше, стало ещё приятнее.

Уже за одну лишь возможность не хрустеть песком на зубах, мещане были готовы простить потомку первого герцога, за доброту и сострадание прозванного Алым молотом, любые прегрешения. В конце концов, каким бы ни было отношение людей к кровавому завоевателю из рода ре Тремеск, его сын успел уже не единожды показать свою заботу о простых людях, сделав для них больше, чем иные властители окрестных земель удосужились за всю свою жизнь.

Почившего леогнасса боялись даже больше, чем зверя, в честь которого тихо именовали. Молодого же скорее любят и уважают, здраво опасаясь чудищ, притаившихся в тени трона.

И было от чего.

Так что ныне Акелон Векнер ре Тремеск твёрдо восседал на своём троне, гордо нося малую корону древнего Шендра. И всё население республиканской провинции, воссозданной в титуле герцогства, покорно склоняло головы пред достойным наследником прославленного северянина.

Хотя ещё недавно хватало несогласных. Только перевелись все как-то - кто сбежал, кто спрятался, кто мнение переменил, а иные и головы свои сложить успели. Вот так и осталась одна тишь да благодать.

Работать в таких условиях непросто.

- А вот и ваше! - вынырнув из-за дверей во внутренние хоромы, невысокий мужчина с аккуратно уложенной шевелюрой и лопатообразной бородой, протянул дородной богато одетой женщине небольшой деревянный коробок. Сама дама, впрочем, на такой жест от лица простого на вид мещанина не повела и бровью, и одним лишь взмахом руки приказала застывшему позади неё служке забрать заказ.

- Всё как уговаривались? - неспешно, с должным достоинством уточнила купчиха.

- Не извольте беспокоиться, сударыня! - поклонился в ответ мужчина, мимолётно мазнув взглядом по двум воинственного вида сопровождающим собеседницы.

- Смотри мне, - слегка прищурилась женщина, от чего по бокам от её глаз зазмеилась тонкая сетка возрастных морщин. - Не дай Колесо, помять чего успел - так тебе потом троекратно воздастся, клятву даю! А уж если несвежее подсунул...

- Да как можно, сударыня! - отбил новый поклон хозяин лавки. - Всё прямиком с пекарен властительских, только этим утром приготовлено да привезено! Чтоб мне брюшными коликами помереть, если соврал!

В ответ на полную экспрессии речь покупательница лишь медленно покачала головой в согласии, однако прищур не убрала, будто бы подозревая в мужчине отпетого мошенника да вора. Казалось, стоит провести в помещении ещё пару минут - и она начнёт проверять целостность своего кошеля, настолько не доверяя собеседнику.

Впрочем, так реагировала на продавца не только она, и основной причиной подобного отношения были вовсе не реальные прегрешения. Просто чужак, поселившейся в Итре, был никому не известен, но обладал внушительным капиталом, позволившим завладеть не только этой лавкой, но и связями с некоторыми особенными поставщиками. Вроде той самой знаменитой пекарни, готовящей сладкие чудеса для самого двора короны!

Но сколько же золота это стоило...

Зато потом сам признал, что цена была уплачена не зря - и товар ходовой получил, и предостережение. Хорошая мена вышла.

Ведь мало кто знал, кому на самом деле принадлежала та кухня сладостей. А ещё меньше ведали, откуда происходит столь редкий в здешних землях сладкий песок.

Зато эти сведения лучше всех прочих мотивов удерживали мужчину от любых попыток снять пробу, попортив очередной заказ.

А также то была одной из двух причин, почему его душу нисколько не трогало отношение местных - трудно злиться на невольных жертв чужого коварства. Впрочем, вторая всё равно была куда важнее каких-то там мелких обид. Да и не мелких, в общем-то, тоже.

Поэтому, когда гости покинули его, мужчина лишь легко улыбнулся, незаметно из-за густоты бороды.

А от чего же не радоваться, если день такой погожий? Тёплый, солнечный, без пыли - ну лепота! Вот как наступит полудень - обязательно к торговым рядам пройдётся, да у Мрика пирожков прихватить. Ох, и как же они вкусны без песка!..

...Наконец зной уступил место вечерней прохладе, и на порог ступил бот долгожданного работничка.

- Принёс? - вмиг нахмурив кустистые брови, грозным тоном спросил хозяин лавки у гостя.

В ответ худощавый нескладный юноша невысокого росту лишь согласно закивал и чуть приподнял перекинутый за спину мешок. Только при том весь как-то сжался, явно чувствуя за собой вину.

- Долго! - рыкнул мужчина, схватившись за бороду. - Опять шлялся где ни попадя, босяцкая твоя душонка?!

На вопрос парень лишь покорно прикрыл глаза и втянул голову в плечи, постаравшись поскорее прошмыгнуть мимо гневного лавочника. Однако расторопности ему всё же не хватило - хлопок ладони о затылок раздался в тиши помещения.

На тускловатые глаза было навернулись слёзы боли, но почти сразу же пропали - невелики страдания для уличного мальчишки. Хозяин хорошо разбирался в ценах такого рода.

Меж тем, пронаблюдав за принявшимся выкладывать содержимое мешка юношей, мужчина коротко кивнул самому себе и неразборчиво, этак ворчливо, выдал что-то наподобие "дальше сам знаешь". А после, не дожидаясь ответа от молчаливого работничка, отправился на второй этаж, в небольшую, но добротную спальню.

Отдыхать. Записывать. Работать.

От чего уже не увидел ни весёлой улыбки, посетившей уста молчаливого мальчишки, ни задорного блеска глаз, обращённых вслед ушедшему.

Не заметил чужак и силуэта, промелькнувшего в вечерних тенях мимо дворового окна. Зато юноша, ставший свидетелем миража, мигом переменил настрой, недовольно поджав губы.

Что же, он может подождать и ещё немного. Только не слишком долго - южанин, вздумавший играть с тенями на землях их повелителей, неимоверно его раздражал. Гонором, наглостью, глупостью, а более всего - рукоприкладством. Последнее было не столько больно, сколько обидно от того, что вытягивало на свет не самые лучшие воспоминания.

Впрочем, потерпит - такова его роль в этой поставке. Но когда маски будут сброшены...

...- Я хочу сломать руки ублюдку лично, - прошептал юноша.

- Тогда узнай, через кого он держит связь, - донёсся ответный шёпот из щёлки меж стеной и ставней.

Что же, у него были кое-какие подозрения - тот служка караванщика, невысокий темноволосый парень с крысиными глазками, временами подозрительно долго отирался у лавки. Слишком часто для того, кто всего лишь сбывает невеликие запасы украденных специй. Тем более, очень уж удобная это была отговорка для того, чтобы скрывать разные запахи от чуткого нюха псов стражи.

Подозрительные совпадения. Их всё равно придётся проверить до того, как раскрытый шпион покинет бренный мир.

Кому-то ведь нужно убирать тесные улочки Итры. Очень уж часто в последнее время на них стала скапливаться всякая грязь...

***

Тепло ясного утра наполняло сердце какой-то радостной лёгкостью. В такой час даже старые кости прекращали ныть, будто не желая нарушать редкое время покоя и тихого счастья.

Будто сам мир хотел дать ему ещё один маленький подарок. Краткий отдых на долгом пути, что, как он чувствовал, уже близился к своему завершению.

- Что же, не мне противиться воле богов, - в голосе слышался лёгкий хрип, а на небольшой скамейке удалось устроиться с некоторым трудом.

Совершенно лысая голова и ломкая, белоснежная борода, уже редкая, не скрывающая обилие морщин и возрастных пятен - всё выдавало преклонный возраст мужчины. А усохшая, сгорбленная фигура, блеклые, немного белёсые глаза и едва гнущиеся суставы говорили уже о нелёгкой жизни, выпавшей на долю этого человека.

Но он не жаловался. Не из-за гордости, нет - откуда же она у простого слуги? Но вот место, видом которого столь хотелось сейчас насладиться, портить слабостью уже не хотелось. Да и это мгновение, всё тянущуюся вдаль струну покоя, так не хотелось обрывать...

- Хорошо мальчики придумали, - тонкие губы изогнулись в улыбке. - А ведь я поначалу не признал, старый пень...

Озеро сияло в лучах утреннего светила, идя мелкой рябью от нежных игр ветров. Слабо шумела листва и едва слышно шелестела зелень полей, донося пряный запах луговых трав.

Покой...

И лишь приглушённый человеческий гомон напоминал, что пришёл он сюда, почитай, со всей ребятнёй замка.

Весело плескалась в по-утреннему студёной воде детвора под цепким материнским взором. Чуть в отдалении от них топили и вытягивали уже полные бочки замковые слуги, чтобы вскоре погрузить их на телеги. Те отправятся кто куда - пока дорога одних будет краткой, приведя обратно в замок, путь других окажется извилист и затейлив, оканчиваясь в самых неожиданных местах. Многочисленные сады, разбитые по обе стороны стен, диковинные теплицы и просто ухоженные участки леса - всему нужна была поливка. А тратить на то чистую водицу колодцев молодой господин запретил.

Так-то правильно - нечего запасы земные растрачивать, чай пригодятся потомкам, не дай Пресветлые боги. Да только никто обыкновенно столько влаги в землю и не лил! Всё мальчишки придумали - сами беду накликали, сами же и решили, дурни.

Правды ради, накликали-то не зря - для дела!

Много лет старик прожил на этом свете, а никогда не слыхал, чтобы лес так благородили. Чтобы пригоже, справно и чистенько - ходи да любуйся, будто не чаща дремучая, а игрушка какая. И тропинки камнем помостили, и овражки подкопали, и оградку от зверья дикого протянули да озерцо почистили, бережок песочком засыпав - всё, лишь бы средь сырых стен сиднем ни сидеть. И любо ведь как получилось!

Попервой для-ради супружницы милорда старались, а потом уж и детишки пошли. Даже магус - даром, что мальчишка бледный, аки моль подземная, и тот дитя под опеку взял. Да и нынче, как красавицу свою привёз, того и гляди - свои пойдут.

Дай то боги старому слуге дожить до тех времён...

Небольшая тучка наползала на светило, ненадолго погрузив озерцо в прохладную серость. Краски выцвели, детский смех поутих, а налетевший промозглый порыв вызвал многоголосый писк со стороны бережка.

Поёжился и старик, поплотнее укутавшись в свою накидку. А мысли, вслед за погодой, перетекли в более меланхоличное русло.

Ах, как бы он хотел вернуть времена давно ушедшие. Когда был жив отец братьев и прекрасная миледи освещала холодные стены замка своей улыбкой и любовью к детям. Когда ещё не свершилось Предательства, все были так молоды и полны надежд, а маленький наследник, прозванный Ландилом в честь прадеда, цепляясь за плащ отца делал свои первые шаги. Прекрасные времена...

С какого мига боги отвернулись от семьи его господ?

Быть может, со смерти матери братьев? Печальная и трагичная, она нанесла всем рану, что оказалась много хуже любой телесной. Весь замок, от самого милорда и до самого последнего камня, будто бы потускнел, лишившись чего-то важного. Светлого. Скрепляющего.

Что же было потом... О том старый слуга вспоминать не любил. Смерть наследника до сих пор терзает его бедное сердце - пусть это свершилось не при нём, но все верные слуги рода, способные держать меч в руках, когда-то поклялись почившей леди в том, что не пожалеют своих жизней, защищая её детей. Увы, никто из них не справился, нарушив клятву перед богами. И хуже того - далеко не все даже вспомнили о ней, следуя за золотом вместо долга.

За что потом и поплатились.

Не отец отомстил за погибшего сына, но брат - придя во главе войска в силах тяжких да с верными соратниками, повторив путь родителя. Кровь потомка рыцарей Чёрного круга сыграла и в священной ярости дитя даже не дюжины лет от роду не пощадило никого.

В Марево им и дорога, вероломным клятвопреступникам. Боги благи, да не ведают жалости.

После же... После были перемены. Много крови тогда пролилось, за что мальчишка-чаротворец заимел суровую репутацию. Да только старый слуга и перед ликами богов готов слова свои повторить - за дело воздалось предателям! Немногие ответили на зов мстящего сына, трусливо закрыв глаза на творимые бесчинства. Так что же потом было проклинать, коли спросили у них лишь за содеянное?

Не такого почивший милорд ждал от соратников, что братались с ним в пирах после каждой победы. Отнюдь не такого. Они, слуги, и то многа же благороднее оказались.

Правильно магус говорил: "Кровь не говорит за человека". За людей говорят деяния. И судить Благие будут только лишь за них. Да и людям так же потребна.

А что потом землицу другим не отдали - то правильно по мнению старика. Не заслужили. Коли уж самые славные да верные сгнили, а в Марево их отправили те, кто более всего прочего желали лишь злата, то поделом всё осталось молодому господину. Уж он-то ой как справно за людом смотрит, да и друг его в помощи, чай, не откажет.

Раз уж не оказалось других защитников у землицы, то и неча на неё очами голодными глядеть. Да и кому бы? Пережили то время немногие. Десятка два благородных родов, да многость возведённых внове. Всех нынче под пятой лежат, ладонью в латной рукавице по шёрстке гладимые. И другие не скоро появятся.

Ещё долго не забудет властитель земель о трусости ничтожных, да и забудет ли - то старик не ведал.

Хотя будь его воля, и тех по сукам развесил бы. Как встарь, да простят Благие - кишками наружу, дабы вороны отведали плоти предательской.

Туча проплыла дальше по небосводу, вернув власть над землёй утреннему светилу. Холодный ветер утих, краски обрели яркость, а дети с утроенными усилиями закружились в облаках водяных брызг.

Отлегла мгла и от сердца слуги. Времена крови и лжи остались в прошлом, в воспоминаниях живущих, и нынче о том думать не след. Кабы беду не накликать - боги миловал праведных и достойных, того да и достаточно.

Теперь в землях их нового дома царил мир и покой... Насколько то возможно для здешнего края.

Времена настали хорошие! Дворяне смирны и покорны - ни низкий люд тронуть не смеют, ни даже голос повысить. И заботятся о дворне властители очень, да так, что много становится. Благодаря верных, стало быть. Немного таких осталось...

Хотя старому слуге ничего такого и не потребно - лишь бы о новой крови заботиться, от того душа громче прочего поёт. Принцесса, кою красотой и умом осыпали все боги этого мира, радовала сердца всего люда под древнем родом, даром что егоза и лисичка-хитрованка. Кровь - не водица, и пусть многое в лике она взяла от матери, да только характером всё одно пошла в отца.

Миледи была бы счастлива от такой внучки...

Настроение старца вновь испортилось, стоило вспомнить о почившей. Душу до сих пор рвала вина, пусть разум и понимал, что ничего сделать ни до, ни после той череды событий он не был способен. И тем больше болело сердце его от того, насколько на неё оказалась похожа невеста чаровника.

И то не помутнение разума на склоне лет - заметили все старые слуги, пусть и немного их осталось. Не помнит того уже господин, мал тогда был да много с тех пор воды утекло. Но дух сей девы... очень уж схож.

Прекрасная и холодная ликом, пламенеющая упорством в сердце. Власть в крови высокого рода из сурового края, сила в устах и взоре древнего василиска из глухих чащоб.

Птица и змея, песнь и яд. Обратишься ты камнем или падёшь от сладкой отравы, встанешь на колени или отдашь сердце - но склонишься.

Этим госпожа Ниавель... очень уж напоминала миледи Феансину. Добрую и милую женщину, что сталью и словом держала молодой двор, пока её муж пропадал в череде войн. И вешала без толики сострадания, и карала без всякого промедления...

Очень похожа...

Хотя то - лишь ложный отблеск в глазах старика. Быть может, всем им, выжившим в Предательстве, на склоне лет просто хотелось обмануться. Поверить, что преступление клятв ещё можно исправить, послужив этой леди. От того, верно, и общались с молодой госпожой, даже понимая, чего та желала от этих разговоров.

Хотя ему было забавно наблюдать за переполошившемся двором. Пусть немного в нём осталось старых семей, да только всё одно помнили, как есть помнили о почившей! А ныне, страшно сказать, появилась леди подобная, да с волшбою к тому же! Да при таком муже! Страшное дело, опасное... как для кого, конечно. И супружница герцога, и дочь его - тоже ведь чародеи. О Благие, да, почитай, младший из братьев последним без дара богов в семье и остался. Новая кровь, стало быть, вся такой будет.

Не зря, ой не зря людишки распереживались! Глядишь, мальчишки и вовсе без надобности в вассалах останутся - как есть всех за порог выкинут.

А ему, старому, чего бояться? Он этих молодцев знает - одного в детстве подмывал, а второй слишком добр к верным. На чужаков страха сколько угодно наводит, а за простой люд, почитаемый своим, по всему, сердце болит. Не выкинет такой на мороз.

Мысли старца прервал силуэт, скользнувший по лесной тропке чуть в стороне, по направлению к дальнему берегу озера. Тонкая девичья фигурка, нескладная в силу малого возраста, хорошо смотрелась в плотном платьице постельных тонов, напоминая этакую весеннюю птичку. Да и двигалась дева подходяще - плавно, мягкими частыми шажками, но стремительно, будто бы летя над ровной мостовой.

На речку, стало быть, спешит - была такая чуть поодаль, небольшая, да с галечкой мелкой. Вырыли там пруды, облагородили с толком, и ныне туда кто только не бегает в любое время дня и ночи.

И эта побегла - видно, опять чего пахучего варила.

Старый слуга мягко улыбнулся, радостный от здорового вида этого дитя. Уверенная походка, лёгкая пухлость и бьющая через край энергия... А ведь ещё совсем недавно Эсизель выглядела совершенно иначе.

Выходца из края душегубов и чудищ не удивить смертью от голода - их зимы бывали суровы не реже, чем твари, портившие поля. Однако же даже ему, повидавшему на своём веку всякого, жизненный путь малышки Зизи казался излишне жестоким. И, видать, она со своей матушкой и впрямь заслужили благости божьей, раз уж Судьба столкнула их со старшим из мальчиков. Да ещё в такой мере.

Вскоре после того, как они поселились в замке, чаровник поведал слугам о том, кем ему стала эта девочка. Поняли они не всё, да только сравнить с названной дочерью ума хватило. И уж пусть только Богам известно, от чего такое благословение пало именно на Эсизель, да только всё едино - во мгновение ока встала вчерашняя неприкаянная нищенка выше всего двора.

Дело невиданное, право слово... Но только не для магусов. Так что кто если и роптал, то шёпотом и лишь из чёрной зависти. Другая маета, что легче от того ученице не становилось.

Но что кручиниться - те времена прошли, и нынче малютка, что была не толще веточки древесной, наладила здоровье и обрела силу духа. Даже выпросила себе землицы малой, дабы матушку свою благородной наречь. Да только какая мать ребёнка своего бросит? Осталась в замке, да ныне вокруг дитя квохчет. И за принцессой присматривает, а уж с этой егозой не соскучишься.

- Нече, нече, - расплылся в мягкой улыбке старик и перевёл взгляд на голубую гладь озера, счастливо прищурив глаза. - Вскорости и господарыня разродится, и у старшого уже дитяти нагрянут. Буде богата писком вся палата, кхе-хе-хе!..

Главное, чтобы мир был в доме - так он думал. Младший из братьев, вон, поговаривали, после смерти родичей совсем волю потерял, да ничего уже не желал. А как обрёл того, кого мог старшим называть, так и закрутились колёса тележные, так и разбили ворогов окаянных. И ныне подобно надобно, только средь дев благородных. И тогда всё добре будет.

Всё будет хорошо.

...

А в миг, когда последняя мысль посетила разум старого слуги, вторя ей мимо промелькнула пара стремительных силуэтов. Обряженные в одеяния, подобные кустам и траве, воины двигались тихо и быстро, почти не тревожа подлесок. Их почти не замечали - подобно мужчине преклонных лет, что в наблюдении за водными бликами не обратил никакого внимание на мельтешение на краю зрения. А если же кто их всё же замечал, то лишь приветливо улыбался, благодарно кивая вслед.

Все знали о тех, кто сторожил лес вокруг замка. Егеря хранили жизни людские от чудищ, какие бы обличия оные не принимали. Таковой была их служба.

У этих двоих, впрочем, роль была немного иная - они присматривали лишь за одной конкретной девой. Даже когда та, не иначе как вспоминая крестьянской прошлое, бежала на речку, вместо того, чтобы приказать слугам набрать ей ванну. Или набрать таковую самой в своих покоях - благо пусть и несколько примитивная, на всё же канализация в замке была.

Однако девочка то ли глупила, то ли просто упорствовала... И пара воинов тенями следовала за ней, чтобы отвадить беду.

Чтобы всё было хорошо.

Глава 66 - Взгляды, часть 2 - Путь

Светило уже клонилось к заказу, когда благодетель отпустил его восвояси. Всё ещё болели ноги и живот, временами покалывало сердце, а обоняние бередил стойкий запах каких-то зелий, которым пропиталось, казалось, всё его тело. Однако, несмотря на все телесные недуги, шаг мужчины оставался твёрд и стремителен.

- Вернулся? - бессмысленный вопрос настиг, стоило переступить порог казармы.

- Ну как? - раздался следом другой, ещё менее конкретный.

Пятеро воителей из копья (прим. боевой отряд, обычно возглавляемый рыцарем), в котором с недавних пор состоял и он сам, размеренно отдыхали после дневных тренировок, чему немало способствовала перестроенная на манер паба часть помещения.

Вкушать действительно вкусную пищу под мужские разговоры о главном было куда приятнее в цветастом окружении растений, приятных глазу иллюстраций и в компании немногочисленных запасов алкоголя. На последний, впрочем, не налегали - вняли предупреждению чародея. Никто не желал, чтобы пропавшая после телесного преображения тяга к девицам так и не вернулась по завершении выздоровления.

Хотя, с обратной стороны, та пара стаканов, что им всё же допускалась к употреблению, ныне едва ли пьянила. Потому пили неспешно, больше вкуса ради, да в память о недавнем прошлом, когда крепкое варево ещё могло горячей рекою смыть любые тревоги.

Потому хоть и встретили его соратники за столом да при бутылях, однако ни усталой сонливости, ни лихого задора в голосах не имели. Да и язык ни у кого даже не помышлял заплетаться. Наоборот - новая сила струилась в телах, дарую разумам покой и умиротворение, от чего с некоторых пор всё копьё общалось с необыкновенным спокойствием.

А, быть может, виной тому было что-то иное, чего простые воины знать не могли. На всё воля доброго волшебника.

Вернувшийся тем временем поспешил снять выходной кафтан, ослабить пояс да скинуть сапоги. И только после, предварительно промочив горло, решил ответить на последний из заданных вопросов:

- Знаешь же, Петрен, что во всей этой маете я ничегошеньки не разумею. Но со слов Ворона, задержусь ещё на этом свете, да подольше, назло завистникам!

- Да чего там понимать-то? Чай не великие тайны говорит, а для нас, по-простому... - пока большинство согласно кивали на озвученные слова, пряча за тем испытанное облегчение, Петрен, самый молодой из всех сидящих, негромко возразил и нахмурился.

- Только снова не начинай эту телегу тянуть! Всё одно не по наши умишки твои старания, - закатил глаза его сосед, будто бы в пику оказавшийся убелённым сединами, но всё ещё крепким головорезом.

На что мужчины дружно заухмылялись под петренов вздох, полный тяжести горя от чужой глупости. Да и прибывший воин под взглядом молодого лишь пожал плечами в не озвученной просьбе простить - пусть каждый признавал, что уроки Ворона могли однажды спасти чью-нибудь жизнь, однако наука упорно не желала задерживаться в памяти дольше нескольких дней. Да и то, что всё же находило свой уголок в чертогах разума... Поверить в такие чудеса могли единицы.

Петрену повезло - сын рода потомственных воинов, всего несколькими годами ранее служивших одному из высших сановников герцогства, чьи предки прибыли в эти земли с родителями нынешнего хозяина оных. Однако мятеж показал, кому принадлежала истинная верность семьи воителей, а новая власть с благодарностью отнеслась к поддержке, с избытком наградив за лояльность. Да что там, до сих пор награждала - иначе молодой мужчина не получил бы приглашения в гвардию столь рано. Ни заслуг, ни талантов, ни опыта - одно лишь упорство да тяга к знаниям, чего по общему мнению для такой чести всё же было маловато.

Хотя занявший место подле соратников воин и слышал, что отец парня как-то крепко послужил правителю во время Большого мятежа. Только что такого мог совершить комендант крошечной крепости на самой границе, чтобы войти в фавор? Загадка.

Впрочем, раз Петрен молчит - значит так и надо. Не им в господские дела лезть.

- Ладно, братцы, поем я - да на боковую. Устал, будто две луны отстоял - сил никаких нет, - сказал он и пододвинул к себе блюдо с мясом под понимающими взглядами остальных.

Никто не стал ни шутить, ни напоминать о последствиях приёма некоторых зелий. Не новички ведь - всё уже научены горьким опытом да мудростью предшественников. Раз кушает - значит можно, и мешать человеку не следует.

Зато и продолжать прерванный разговор им больше ничего не мешает.

- Так что же, ты говорил, там приключилось-то? - повернувшись к Тавиму, нынешнему лидеру учебного копья, спросил старший. На что невысокий воин из той породы людей, у кого в каждой деревне найдётся по знакомцу, а в городе - по целому ребячему выводку, с задором в глазах отвечал, лишь сделав малую паузу приличия ради:

- Из наших - молчат все, словно рыбы на кухне у всеми нами любимой тётушки Сенары, - лихо подмигнув слушателям, рассказчик приложился к кружке с пивом. Зная эту его манеру повествования, всё терпеливо ожидали продолжения. - А служки с беглецами только то и болтают, что о большом горе да чудищах, из морей повылезавших. Кого ни спроси - все всё своими глазами видели, вилами тягали да нашим болты арбалетные таскали.

- Врут? - с некоторой неуверенностью в голосе уточнил молодой.

- Конечно врут! - под насмешливое фырканье, смешки и улыбки остальных ответил рассказчик, тем не менее, сохранив некоторую серьёзность лица. - Да только врут так складно, что сомнения берут - а не наш ли Ворон то прокаркал?

- Многовато померло для хитрого трёпа, - возразил седовласый.

- И то верно, - будто и не сам сомневался чуть ранее, согласился их лидер. - Однако так я вам скажу, братцы - вот чтобы приключилось такое, а он не воспользовался... Ну не мог я в такое поверить! От того и попросился в город сходить...

- Ага, как же... - тихо фыркнул Петрен, однако остался нарочито не замечен коллективом.

...- А там такое! - как ни в чём не бывало продолжилось повествование. - Чужаков - не протолкнуться, а молва меж ними ходит такая, словно юродивые лепечут!

- Так может и лепечут? Али брешут? - возразил старший.

- Так что, послушать не захотите? - на губах мужчины появилась тонкая усмешка.

- Говори давай, пока я не уснул! - проглотив очередной кус мяса, в голос возмутилась задержке жертва внимания чародея-тваретворца. На что его соратники только по-доброму заухмылялись.

- Ничего, успею-успею! - отмахнулся рассказчик от выкрика из зала. - А ежели что - то и завтра повторить не в тягость. Ну, значит, слушайте...

Так и продолжал недавно прибывший кушать мясо вприкуску с овощами по заветам волшебника, погружаясь в грёзы последних сплетен и слухов сердца их небольшой, но грозной державы. И послушать там было что.

Начали, как водится, с чудовищ - так уж заведено. Где из них, кто, при каких обстоятельствах появился и нашёл ли свою кончину. Всё же, что ни говори, а старики не лгут - в здешних землях твари даже хуже тех, что остались на далёкой северной родине предков половины членов копья. В конце концов, там хотя бы было понятно, какой зверь где водится, как его не прогневать и кого в противном случае звать. В Вольнице же, увы, раз на раз вообще не приходился.

Клятые Катаклизмы. И Предел - эти полудикие горы, с которых что ни месяц, а какое-нибудь чудище да спустится.

Благо вторая половина копья, происходившая по большей части от местных народов, клялась, что ныне монстров по лесам да полям бродит на порядки меньше, чем когда-то. До прихода Алого молота, говорят, изредка аж целые города разорялись, а теперь такое и представить трудно - даже там, где не справится честная сталь, своё возьмут маги и они - гвардейцы. В это не нужно было верить - любой из копья выдел достаточно, чтобы просто знать.

- Только Ванонию это не уберегло... - протянул младший.

- От того, что пришло к ним, даже южане не отмахались бы, - усмехнулся старший.

- Купцы говорят, у них теперь всё побережье в ужасе, - с улыбкой заметил рассказчик. - Почитай - треть земель под угрозой, да все крупнейшие города спешно стены обновляют. Страх - хуже мора. От него хотя бы так не бегут...

Впрочем, куда больше застольных аналитиков интересовала реакция северных держав. Да только вестей оттуда в последнее время приходило мало - разгоревшийся пожар войны поглотил уже всё западнее Зубов, и потому торговать туда отправлялись либо авантюристы, либо уважаемые бонзы. И если первые зачастую просто не возвращались, то вот вторые, происходя из торговых республик, полисов и прочих золотоносных держав, умели не только прекрасно хранить секреты, но и заставлять это делать других.

Иными словами - даже если молва шла, веры ей было даже меньше, чем обычным портовым байкам. Матроса, если что, хотя бы свои кулаками поправят, а вот в сторону иных купцов даже смотреть не стоило...

- И что же, вообще ничего? - почти ровно спросил один из молчавших до сего момента слушателей, однако капля любопытства всё же сумела разбавить тон тихого голоса своими красками.

- А такого я не говорил! - поднял указательный палец лидер копья.

Как оказалось, державы на Чистой жемчужине решили поступить с выдумкой и организовали общий флот, должный предотвратить или хотя бы обнаружить прибытие потенциальной угрозы. Что именно два десятка судёнышек могли сделать с, судя по слухам, десятками тысяч чудищ, плывущих в глубинах водной бездны, не понимали, кажется, даже сами организаторы. Однако, вроде бы, людей немного успокоили.

Одной Гегемонии, казалось, не было дела до случившегося. Впрочем, такое впечатление существовало дольше иных соседей сей загадочной страны, так что все уже с давних пор просто игнорировали её существование. Только про товары и спрашивали.

- Снова их ткани в цене взлетят, - проворчал седовласый возведя очи в горе. - Хотели с жёнкой старшей нашей на выданье полотна их диковинного купить, да только куда там? Сколько золота не скопи - всё одно не хватит.

- Ну, так и попроси у Ворона совета, как завтра пойдёшь, - чуть подался к соратнику лидер.

- А чегой тогда сразу не к господину? - ответ полнился явственным сарказмом.

- А ты попробуй! - продолжал упорствовать мужчина. - Дело всё же немалое, а человека более знающего, поди, на тысячи лиг не сыщешь. Если прямо не скажет, то хоть намекнёт, до какой поры лучше злато придержать.

- Ну... ладно уж, чёрт языкастый. Но ежели что - скажу, кто надоумил, так и знай!

- Да я и не против, - усмешка вновь посетила тонкие губы.

Когда заморские новости подошли к концу, как и мясо, к вящему неудовольствию колющего носом самого уставшего из них, пришло время куда более животрепещущих тем.

В частности - гильдии магов.

- И как бабы ихние? - поиграв пальцами в воздухе, будто обхватив и сжав ладонью нечто сферическое, поинтересовался один из молчунов. Остальные тушеваться также не стали, со всем вниманием обратив взоры к источнику информации.

- Ох и непросто было увидать волшебниц, скажу я вам, братцы! - с чувством последовал им ответ. - Ох и замучился я! Немного их там, да и на свет белый носа не кажут - сиднем сидят по домам, чем-то заняты своим, значится. Однако... Все как одна - красавицы!

- Говорил же! - слова Петрена сопровождались мечтательной улыбкой, посетившей губы молодого мужчины. Да и прочие выразили своё одобрение, пусть некоторые и менее явно.

- А самую красу наш Ворон забрал! - добавил странник после короткой паузы. - Мы её приезд в замок пропустили, но когда дева в город выбирается... Неземное создание, точно вам говорю!

- Ну дык, - одобрительно кивнул старший, - губа-то у него не дура - то все знают. Вот и жёнку себе выбрал такую...

- Да разве бывают бабы такие, чтобы и красивая, и не стерва? - в голосе любителя дам скользнул неприкрытый скепсис.

- Так дело то молодое - справится! - нравоучительно успокоил товарища заслуженный семьянин. - Тем более, кто, как ни творец чудищ, с самым страшным из них совладать сумеет?

И стоило подняться смеху, как сразу стало понятно, что в полку заседателей убыло. Усталость всё же взяла своё над боевым братом, и свято блюдя товарищеские узы, его поспешили уложить в койку. И о новостях в тот вечер больше не говорили - некрасиво такое без соратника обсуждать...

...Спустя неделю всё копьё вызвали в Красную башню. Бывать в ней им приходилось лишь единожды, да и то по большей части в бессознательном состоянии, так что крутили головой воители активно. И не стеснялись делиться впечатлениями.

Никто из них не знал, какой облик внутри имело заброшенное строение до того, как было отдано чародею. Однако могли сравнить текущий с другими башнями замка, старыми и новыми, исполняющими различные функции.

И выглядела вотчина Ворона странно.

Обилие света, временами льющегося, казалось, прямиком с потолка сквозь отверстия, что должны были по логике упираться в следующий этаж. Комфортная температура и сухость, в полной мере недостижимые даже для господского крыла донжона. Огромное количество бумаг, развешанных по стенам, разложенных на мебели и втиснутых в ряды шкафов, сплошь заполняющих иные комнаты. А ещё какие-то разноцветные металлические ветви, то и дело выныривающие из стен под самым потолком, необычные запахи, непонятные взрыкивания и рокоты за стенами, а также редкие холодящий душу крики откуда-то снизу.

Безусловно, впечатление создавалось гнетущее. Однако Ворону верили в достаточной степени, чтобы оставаться спокойными даже в при таком сопровождении. Тем более, что-то подобное они и так представляли, когда речь заходила об этой башне.

Странное. Загадочное. Жуткое. Подстать химерологу, в общем.

Однако путь оказался недолог - их проводник, один из немногих личных слуг волшебника, внезапно остановился, указал на очередную ничем не примечательную дверь и отошёл в сторону, освобождая путь. И воители не стали медлить, заходя в помещение, оказавшееся необычной палатой с рабочим столом, десятком стульев и маленьким ложем у самого входа.

- Прибыли... - молодой мужчина встретил их скупой улыбкой. Бледный, причём местами аж до синевы, темноволосый и светлоглазый, да с правильными чертами лица и взглядом, иногда отдающим не то могильным холодом, не то жаждой хищной птицы до чужих потрохов. Он действительно напоминал ворона. Мудрого проводника смерти, вестника погибели, ценителя всяческой мертвечины. Вот только не воинам пугаться столь громких титулов - они с этими пташками бок о бок, почитай, всю историю существуют.

Однако, несмотря на всю браваду, приветствовать чародея мужчины не стали. Не то чтобы не хотели - просто не смогли, придавленные жутковатым ощущением чего-то потустороннего.

Сердца замерли на несколько мгновений, взгляды устремились на вольготно разлегшихся в дальнем углу зверей... Однако чувство исчезло столь же внезапно, сколь и появилось, а момент оказался уже безвозвратно утерян. Впрочем, Ворон, казалось, не обратил на происшествие ровным счётом никакого внимания.

- Хорошо, что вы прибыли, - продолжил он в некой задумчивости. - Испытательный срок подошёл к концу, организмы стабильны и готовы к нагрузкам... Не пиковым, конечно, но уже можно переходить к нормальным тренировкам.

Хозяин кабинета замолчал. Соблюдали тишину и гости, хотя при желании в глазах некоторых и можно было прочитать безмолвный вопрос: "Нормальным? А до этого мы чем занимались?".

- Итак, - маг откинулся на спинку стула и негромко застучал пальцами по столешнице. - Буду краток. Вы знаете, что получили... ну, более или менее. И осознаёте цену. Я тоже понимал, кому и что даю, так что не испытываю лишних иллюзий. Каждый из вас имел свои причины пойти на этот шаг, каждый заключал договор и, вероятно, ожидал продолжения службы в некоем новом ключе. К примеру, в гвардии, для которой нужны несколько иные, непривычные для вас навыки. Ведь достаточно очевидно, что модификанты, значительно превосходящие простых людей, малоэффективны в пехотном строю, верно?

Никто не пожелал озвучивать свой ответ на вопрос, более того - для многих высказанное Вороном было вовсе даже не очевидно. Однако лидер копья, хотя бы в силу занимаемого положения, должен был поддержать разговор, так что поспешил кивнуть.

- Однако, - продолжил маг свой монолог, - в течении периодов подготовки, реабилитации и наблюдения, пребывая в замке, вы, вероятно, не раз натыкались и на иных изменённых мною людей, что не носили знаков гвардии, верно?

А вот в ответ на это закивал уже все, пусть и с некоторой настороженностью. Всё же тайны - это тайны, все понимали щепетильность того, чему они стали невольными свидетелями. И если бы только непосредственными - усиленные чувства и неумение их контролировать играли злую шутку с людьми, вовсе не желающими проникать под покров чужих секретов.

Особенно, когда просыпаешь ночью от чьих-то стонов. И, увы, далеко не всегда их источники оказываются столь уж безобидны.

- Что же, - на мгновение прикрыл глаза маг, - в таком случае, думаю, мне стоит сказать лишь то, что люди ваших... возможностей нужны державе не только в качестве воинов, - открыв глаза, чародей обвел взглядом гостей. - Есть и другие... пути. И я дам вам выбор. Однако именно от того, каков он будет, зависят ближайшие годы ваших жизней. Так что настоятельно советую серьёзно подумать.

Ещё одна волна кивков подтвердила, что люди вняли предупреждению.

- Итак, - продолжил маг после короткой паузы, - вот список...

...Вскоре они покинули башню и разделись - пока большинство устремилось в казарму, чтобы там обстоятельно обсудить произошедшее и будущее, он и Петрен отправились за пределы замка.

Оба хотели просто подумать. Вспомнить свою прошлую жизнь, а также прикинуть перспективы и риски открывшихся возможностей. Потом, конечно, они тоже вернуться в казарму и обсудят принятое решение с остальными, однако до того момента своё мнение хорошо хотя бы сформулировать.

Кем он был? Потомком мещан-велидов из Верхней Астны - коренных жителей немаленького города, славного каменным, древесным и каретным ремёслами, а также обильными урожаями. Место, примечательное хотя бы тем, что во времена смуты горожане повесили потомка прошлых хозяев, возжелавшего возродить свой мелкопоместный феод. А потом и ополчение законному сюзерену отправили, чем заработали немалую благосклонность. Именно в составе этого войска он и попал в армию герцога, в боях познакомившись и с чародеем, и с чудищами, что он создавал.

Не лично, конечно - кто бы его к аристократам пустил. Но когда в одном отряде сражаешься, да усадьбы вместе берёшь, волей-неволей на глаза кому надо попадёшься. Особенно, если постараться и по глупости не помереть в процессе.

А мастерства ему хватало и на то, и на другое.

Отец - хороший охотник, научивший сына читать следы, тихо ходить, метко стрелять из лука и ловко обращаться с копьём. Мать - отошедшая от дел авантюристка из тех, что до сих пор бегали по руинам покинутых земель. Покалеченная в молодости, она вернулась на родину, где и встретила отца. Подорванное здоровье не помешало союзу, как и не стало серьёзным препятствиям, когда женщина пожелала научить своих детей, двух сыновей и трёх дочерей, премудрости искателей былых чудес.

Многие уловки авантюристов направлены на выживание. Причём если отец рассказывал, как можно совладать со зверем, то мать, с присущей ей лукавой усмешкой, пугала детишек сказками о самой страшной угрозе - другом человеке.

Просто с возрастом стало понятно, что сказки оказались куда ближе к реальности, чем хотелось бы малышам.

Слава Пантеону, наученные родительским опытом, его брат и сёстры не пожелали покидать безопасного города. Завели семьи, нашли свой кус хлеба, выкупили землицы - хорошо, в общем, устроились. Что же до него...

Ну...

Он всегда был самым глупым из поколения. Ещё в детстве стало понятно, что именно ему досталось худшее сочетание черт отца и матери - нелюдимость и авантюрность. Казалось бы, ну куда такой человек может пойти? Кому такой нужен? Помрёт ведь, как есть помрёт, и никто не пожелает ему помочь!

Вот только воину, умелому и лояльному нынешнему правителю и его главному советнику, место всё же нашлось. Его заметили. Запомнили. Изучили. И позвали, посулив щедрую награду.

И ни капли не обманули.

Естественно, всё было не столь просто, как виделось теперь с высоты прошедших лет. Ему пришлось пройти множество испытаний и не раз сражаться со смертью, причём далеко не всегда их сражения удавалось выйти без последствий. Личным агентам Ворона вообще никогда просто не было - такова уж их доля. Далеко не каждый сможет раз за разом лезть в глухие чащи в поисках спрятавшихся некромантов, проверять вымершие неизвестно от чего деревни и выкупать древние фолианты у преследуемых убийцами беглецов. Чтобы повторять такое регулярно, пусть и за более чем щедрую плату, требуется не просто смелость и уверенность в себе.

Требуется быть настоящим авантюристом. То есть - безумцем, согласным рисковать своей жизнью в ситуациях, когда иных людей инстинктивный ужас заставляет лишь бежать без оглядки.

Но ему нравилась эта работа. Награды были важны, безусловно, но всё же оставались вторичны. И даже на превращение в нечто иное, большее, нежели чем обычный человек, он согласился без промедлений именно потому, что это позволило бы стать ещё более...

Более эффективным.

Не испугали даже предостережения мага. К боли он привычен с давних пор, несмотря на внешнюю молодость. Смерть не страшила уже очень давно - столько часто доводилось видеть её лик. Родичи устроены и благополучны, а своей семьёй мужчина так и не обзавёлся.

Словом, достойных преград не нашлось.

А дальше было болезненно, долго и очень странно. Большую часть превращения он проспал или пребывал в бреду, от чего то время запомнилось слабо и лишь урывками. По пробуждении же тело ощущалось чужим и вело себя откровенно ненормально. Даже поветрие или лихорадку это напоминало слабо - по крайней мере он не слышал о болезнях, при которых кожа кровоточит из пор, а слюна обжигает рот.

Как оказалось, далеко не все изменения были правильны. Ворон регулярно осматривал и исправлял ненужное, доводя его тело до совершенства, словно скульптор ваял статую из глины и мрамора. И вот этот период запомнился отлично, поскольку ему не раз приходилось словом и делом участвовать в сеансах лечения, рассказывая магу о проблемах и демонстрируя их наглядно.

Но подошло к концу и этот этап его жизни. Теперь осталось лишь совершить выбор, от которого, вероятно, будет зависеть вся его оставшаяся жизнь. Быть может, даже очень и очень недолгая.

Выбор...

Резкий порыв ветра взметнул полу его накидки. А всего мгновение спустя мир начал темнеть - резко налетевшие тучи укрыли светило серой пеленой.

Напрягшийся было коренной житель Междуречья вскоре выдохнул, расслабляясь - эта перемена погоды, судя по всему, не имела никакого отношения к катаклизмам. Такие вещи они умели понимать неплохо... впрочем, увы, даже такие навыки нередко давали сбои.

Покачав головой, мужчина выбросил из головы произошедшее, мысленно возвращаясь к теме судьбоносного выбора.

Итак. Путей у человека его умений и нрава было немного:

Во-первых, он всегда мог остаться личным агентом Ворона. Прекрасно знакомая работёнка, интересная и в меру опасная. Хотя теперь после преображения, риск должен был существенно уменьшиться... конечно, если ему не придёт в голову проситься на по-настоящему опасные задания.

А ему придёт. Он себя знал достаточно, чтобы понимать - не боящийся ни смерти, ни богов, ни демонов в своём желании разгорячить кровь не остановится ни перед чем.

Стезя знатного воителя или путь интриг его также не прельщали - служил он не ради этого. Как и не ради просиживания штанов в пыльных кабинетах в поисках каких-то знаний. Как и не ради охоты на человеческую дичь в своих или чужих землях, хотя это предложение и заставило его ненадолго задуматься.

А вот уже пути ловца монстров, ищейки до редких трав, расхитителя руин и изыскателя привлекали уже гораздо больше. Дальние странствия, захватывающие дух приключения, сложность выполнения заданий и их неординарность - это было именно тем, чего он желал, ещё ребёнком засыпая под материнские сказки. То, что захватывало дух младшего из детей, пока его брат и сёстры пугливыми кроликами взирали на старую женскую кольчугу.

Он бы выбрал что-то из числа означенных путей, честно. Искать и добывать разного рода редкости как минимум интересно, если не сказать больше. Однако...

Однако ему и только ему Ворон предложил кое-что ещё. Как сказал маг: "Остальные для этой работы не подходят, а ты не проболтаешься, даже если откажешься". Кто бы мог возразить на такие лестные слова?

И он пошёл на поводу интригана, заведя себя в ловушку. Ловушку из собственных страстей.

Стать "пионером", чтобы это не значило. Пройти сквозь великий Лес, преодолев по пути все угрозы и невзгоды. Сражаться с нелюдями и невиданными чудищами, изучать древние покинутые руины, встречать по-настоящему чужеродные вещи. Идти по землям, о которых рыцари севера не помышляют даже в самых сладких своих снах. И в конце концов найти овеянный мифами и легендами проход через Чёрные горы. А после - закрепиться там, осмотреть нехоженые людьми земли по ту сторону, и вернуться обратно. Но вернуться только для того, чтобы вскоре отправиться снова.

И вновь.

И вновь.

И вновь.

...

Его не привлекала слава. Не привлекали деньги, женщины и вино, хотя, всё это и грело душу. Не желал он и играть чужими жизнями - просто не обнаружил вкуса ко власти.

Однако быть причастным к чему-то действительно важному... А чему-то, что грозились поколебать устои и перерисовать карты. Свершениями своими возвыситься над поколениями родовитых гордецов, стяжая славу древнейших предков...

Мужчины невесело усмехнулся и задрал голову к небу.

Кажется, выбор уже был сделан ещё в тот момент, когда он впервые осмыслил предложение. Вся внутренняя борьба - всего лишь попытка найти хоть один предлог для сомнений.

Не нашлось.

Глава 67 - Дела семейные

Время летело стремительно. Дни, недели, месяцы - всё утекало в пропасть задач, что совершенно не желали заканчиваться. Хотя утонуть в рутине не удавалось даже в моменты, когда такое желание всё же возникало, поскольку растущая принцесса, всё более округляющийся живот её матери и метафорическое ощущение затягивающийся на моей шее петли не давали забывать о существовании чего-то за пределами магии и политики.

Ещё на Земле мне однажды сказали: "Чужие дети растут быстро". Что же, тогда либо Катьку я инстинктивно считаю своей, либо весёлая и капельку предвкушающая улыбка Ниавель, замечаемая мною периодически, заставляет наслаждаться каждым мигом свободы.

Даже забавно, что рост и того, и другого обещает поистине незабываемые времена.

Причём если первую беду пока может удерживать в рамках мать, чьё внимание в скором времени неизбежно переключиться на нового члена семьи, вероятно, с крайне громогласным последствиями со стороны старшего ребёнка, то вот мою невесту ограничивать просто некому. Расположение малышни леди, едва вышедшая из того же возраста, уже успела завоевать, а никого достойного противника среди взрослых так и не обнаружилось.

Признаю, виноват, сам извёл - не осталось в державе мощных независимых родов. Да и будучи до конца честным, ещё неизвестно, решился ли бы кто-нибудь действительно отдать дочь за пусть и вроде бы адекватного, но всё же химеролога. Репутация у нашей братии... Да и у меня, впрочем, на самом деле не сильно лучше.

В общем...

Паучиха затягивала нити. Устраивала совместные прогулки, вытягивала обещания, налаживала отношения с моим окружением, организовывала различные подарки... Естественно, на всё это приходилось соразмерно отвечать - ухаживать, налаживать и дарить. Потому что насколько бы я не был скептично настроен к нашему браку, а мозги в голове имел и понимал, что жить с недолюбленной женщиной, особенно с такой, это верный способ устроить себе личный филиал Ада.

Потому что нет ничего страшнее и беспощаднее обиженной женщины. Тем более, Ниавель уже показала, насколько много места в её жизни занимает месть. И мне что-то совершенно не хотелось претендовать на такого рода эмоции в её сердце.

Да и просто по-человечески не хорошо игнорировать - старается ведь. В высшей степени привлекательная, умная, вроде как любящая и несколько бедовая - всё как нам, мужчинам, нравится. Сложно не проникнуться симпатией.

Возможно, даже очень сильной симпатией...

...Отложен карандаш и забыты бумаги - тишина ознаменовала прерывание рабочего процесса в кабинете, когда двое, человек и зверь, замерли друг напротив друга.

Непонимание сквозило с обеих сторон.

Он смотрел на меня. Глазки сверкали последними отблесками уходящего светила, нос едва трепетал от неприятных химических запахов, а ушки тихонько дрожали, улавливая далёкие звуки.

Я смотрел на него. На всего такого грозного чешуйчатого черныша, грациозного, красивого и смертельно опасного. Такого, какими я и задумывал Кошмаров.

Вот только...

Что на его голове делал этот аккуратно повязанный платочек?

Словно бы уловив причину моего ступора, зверь тихонько фыркнул, выпрямился и в следующий миг уже стремительно потрусил в направлении хозяина. Не прошло и пары мгновений, как ночной ужас приблизился, потёрся о мои руки и покорно подставил мордочку, чтобы я смог снять неизвестно откуда взявшийся кусок ткани.

Каким вообще образом кто-то смог повязать это на существо, выведенное для убийства людей? Даже если этот конкретный глазастик ещё не пробовал человеческой крови, всё равно никому, кроме хозяина, прикоснуться к себе никогда не давал.

Наверное.

Теперь я уже ни в чём не уверен...

На поверку ткань оказалась новой и качественной. Раскрасившие её узоры уже не марали пальцы, но ещё не начали выцветать, что с большинством местных красителей происходило быстро. Так что, судя по всему, возраст платка ограничивался парой недель, если, конечно, не использовались минеральные краски.

Откинувшись на спинку стула, я расстелил полотно поверх бумаг, продолжая анализ. Размер, кройка, толщина линий, состояние краёв и кончиков, налёт пыли... Вот только чем больше параметров обрабатывалось, тем явственней становилось чувство, будто я упускал что-то важное. Интуиция, подстёгнутая Ветрами, едва ли не шептала, что подсказка находилась прямо перед глазами, и только поистине слепой крот мог упускать её из виду.

Что же, родство с подземными грызунами я ощущал ещё минуты три, пока не догадался взглянуть на сам узор целиком. И только тогда обнаружил не просто какой-то абстрактный орнамент, как решил изначально, а самый настоящий графический шифр. Причём из тех, которые придумал и применял сам.

Это уже было интересно.

Зашифрованное сообщение приглашало на встречу за пределами замка. Учитывая крайне ограниченный список тех, кто мог его отправить, стоило ожидать ловушки - иного смысла вытаскивать меня за пределы стен замка просто не было.

Естественно, по заветам доброго котёнка по имени Гав, я не заставил ждать проблемы слишком уж долго - и наведался на встречу в компании химер, егерей и пары десятков гвардейцев. Ведь, как известно любому уважаемому дону, на дуэль меньше, чем с карманной армией, приходят лишь будущие трупы.

И я абсолютно не прогадал - западня действительно существовала. Однако, как водится, с нюансом.

- Доброго вечера, дорогой! - довольно мурлыкнула Ниавель, дефилирующей походкой покинув древесную тень. Каким образом она прятала в ней свои яркие очертания - так и осталось для меня загадкой.

- Ну конечно! - возведя очи в горе, устало выдохнул под задорный блеск цепко взирающих зелёных глаз. - Кто ещё мог додуматься наряжать моего Кошмара? Даже знать не хочу, как тебе удалось провернуть такое.

- Я хорошо умею приручать строптивцев, ты же знаешь, - её довольное мурчание посылало мурашки вдоль моего позвоночника, а смысл сказанного заставил против воли искривить губы в ухмылке. - Ласка, пища, знакомый запах... Зверю многого и не нужно, тебе ли того не ведать?

- Безусловно, - ещё раз глубоко вздохнув, я взмахом руки передал сопровождению сообщение общим смыслом в "отбой, парни, ложная тревога". И с некоторой грустью проследил за отбывающими восвояси воинами, при этом страшно им завидуя. Ведь мне свобода в ближайшее время уж точно не грозила.

О бегстве нечего было даже и думать - если уж девушка так заморочилась, то за пренебрежение может и чего-нибудь выступающего оторвать. А оно, где бы не находилось, мне всё ещё очень нужно.

- Итак... - дождавшись, пока лишние окончательно скроются из виду, я возобновил разговор. - Если прекрасная леди желала видеть своего кавалера именно здесь, в этот час и без достойной подготовки, то?..

- Закат, ручей и корзинка с едой, - её улыбка превратилась в полную иронии насмешку. - Понимаю, что тебе больше пришлась бы по душе охота за дичью, двуногой или совершенно чудовищной, однако твоя невеста - простая девушка, коей хочется красоты и покоя.

- А... - начал было я, но оказался прерван:

- Обыденной красоты и покоя, - теперь идеальное личико стало маской серьёзности. - Без пылающей мебели, ледяных скульптур, завывающих гостей твоих казематов и прочего подобного непотребства. Не спорю, поистине завораживающие чудеса ты умеешь творить как никто другой, но магией наша жизнь не ограничивается.

Ух, какая серьёзная! Нахмуренные бровки, слегка поджатые губки и этот тон отчитывающей мужа супруги... Только в эмоциях её сквозила скорее забота и волнение, чем какое-либо возмущение.

- Ладно, - я пожал плечами и улыбнулся. На этот раз, кажется, по-настоящему, поскольку уже спустя мгновение красавица улыбнулась мне в ответ. Чем тут же спровоцировала заключить её в объятия...

...Хотя в общем и целом, как бы печально это не было признавать, чем дальше, тем всё чаще я просто терялся во взаимоотношениях с этой девушкой. И причины тому были более чем серьёзны.

Начать стоило с того, что большого опыта не то что в построении семейных уз, но даже хотя бы в романтике, я не имел. Пример родителей перед глазами, конечно, присутствовал, однако самому на длительные отношения как-то не везло. А уж потом, когда не самый лёгкий характер окончательно испортился под давлением профессиональной деформации... Любая эмоциональная близость основана на доверии, которое очень сложно проявлять человеку, повсюду видящему заговоры и предательства. И даже новый мир если что-то и изменил во мне поначалу, то явно не в лучшую сторону. Это уже потом, обретя долгожданную выстраданную свободу, в поисках места, способного стать мне домом, пришлось самому идти на контакт, чтобы обзавестись новыми знакомствами. А там и до полноценных эмоциональных связей в конце концов доросло, что стало основой для обретения пусть и не кровной, но всё-таки родни.

И вроде бы вот она, положительная тенденция - у сумасшедшего параноика появились близкие люди, излечение уже виднеется на горизонте, осталось лишь окольцевать и детишек настругать для полного комплекта! Вот только это впечатление оказалось ложно. Стоило только вспомнить, сколько времени я в действительности привыкал к ребёнку, которому в определённый момент натурально заменил отца, и сразу становилось понятно - процесс если и шёл, то с изрядным скрипом. И то - не будь он добрым маленьким мальчиком, полностью зависимым от меня, и кто знает, к чему на самом деле могли привести наши совместные приключения.

Что закончилось всё именно хэппи-эндом, а не сценой из фильма ужасов, то, конечно, не могло не радовать. Только, если вдуматься, с тем же успехом можно было просто усыновить пару детишек - получилось бы не хуже. И совершенно очевидно, что со взрослыми людьми, имеющими свои интересы и не спешащими выкладывать подноготную перед всем таким славным парнем с повадками матёрого вивисектора, такого чуда уже случится не могло.

Ну не получается мне доверять чужому человеку. Даже после нескольких проверок, пройденных девушкой, запас веры к ней оставался строго лимитированным. К счастью, этого, а также здравого расчёта, лёгшего в основу нашего будущего союза, на первых порах уже было вполне достаточно. Если не наделаем грубых ошибок, то как минимум близкими друзьями мы точно станем - предпосылок тому существовало вполне достаточно.

Хотя учитывая, что леди уже не довольна форматом наших отношений, желая куда большей глубины... Кхм. Это будет непросто.

Ладно, буду разбираться с проблемами по мере их поступления.

Второй же момент, вызывавший немалые трудности - морально-этический нормы и культурные особенности представителей этого мира. Особенно женской части населения. Судя по всему, на меня до сих пор влияло некоторое отторжение ввиду культурного шока, поскольку понимать логику местных в полной мере упорно не удавалось. И хуже того - она могла очень сильно различаться даже у представителей одной народности, особенно когда речь заходила о разных сословиях.

Выражалось это во многих аспектах, а описать конкретику получалось с трудом, да и то - на уровне ощущений. Просто с некоторой, увы, довольно частой периодичностью во время или уже после разговоров меня посещало нечто на грани между чувством и осознанным подозрением, что несмотря на всю языковую практику, полный смысл сказанных слов упорно ускользал из моих рук. Как будто мы не просто по-разному думали, в чём и так не приходилось сомневаться, но даже в полной мере не разделяли понимания основных используемых терминов.

Правда, когда подозрения переросли в уверенность, легче отнюдь не стало.

Понимание брака, семьи, любви и прочих подобных вещей у местных разнилось от региона к региону, что было ожидаемо. А неожиданным было то, насколько же оно отличалось от привычного для меня, как невольного продукта множества раз пережёванной христианской морали. На эти детали было удобно не обращать внимания, меряя происходящее в жизни окружающих меня людей по привычным лекалам, пусть и скорректированным относительно эпохи. Однако теперь, когда на кону стояла собственная жизнь, приходилось быть внимательным. Приглядываться, прислушиваться...

Но стоило заняться этим всерьёз, как в ответ из всех щелей полезло такое...

К примеру, ну вот какой брак ждал нас с Ниавель? Религии предполагали различные, под час очень отличающиеся условия, зависящие от множества факторов вплоть до фазы лунного цикла и вулканической активности какой-то там горы по другую сторону цивилизации. Выбор, конечно, оставался, вот только когда политическая необходимость диктовала одно, прагматизм - другое, а амбиции - вообще что-то третье, останавливаться на чём-то одном было очень непросто. Особенно, когда по жизни на все эти верования класть хотелось с высокой колокольни иномирного происхождения.

Кроме того, мы с леди оставались магами, которым в рамках тех же религий были присущи собственные версии традиционных брачных договоров. Так сказать, опциональные дополнения. Только нормальных среди них, почитай, что и не было - в основном лишь вариации на тему либо зажравшихся мажоров, либо любителей по выведению человеческих пород.

В принципе, столь сомнительных примеров и среди доступных немагам вариантов хватало, просто люди-армии с протёкшими от Ветров мозгами, судя по всему, оказывались склонны к эпатажу в личной жизни несколько больше. Не удивительно, что в среде голубокровных нас, чародеев, негласно разграничивали на своих и фу-такими-быть - вторым родных дочерей и сыновей отдавать просто страшились, мало ли что с ними могли сделать могущественные сумасшедшие.

Вот так вот - вроде и те, и другие были аристократами, да только если и удавалось неадекватам закрепиться при власти, то с превеликим трудом. Ведь даже дети, рождённые от чародейских браков, котировались на брачном рынке гораздо меньше, чем их собратья из более традиционных семей, не упоминая уже о разнице в весомости наследственных титулярных претензий.

За полуублюдком шли куда менее охотно, чем за "достойным" ребёнком не менее "достойных" родителей. А учитывая, какую грязь эти самые "достойные" могли творить без существенных потерь в репутации - для непринятия таким обществом действительно требовалось постараться. Впрочем, история помнила о множестве личностей, добившихся-таки столь сомнительного достижения, причём нередко даже без помощи магического дара.

Да-да, кому-то для приговора в духе пять тысячелетий непрерывного расстрела хватало лишь собственных рук, ног, языка и больного разума. Сколько же мразей жило в этом мире...

Не удивительно, что во избежание скатывания общества в полный трэш, угар и содомию, пусть последняя мало где осуждалась, требовался некий механизм по компенсации активности могущественных мудаков. И такой существовал, судя по всему, сформировавшись естественным образом когда-то в далёком прошлом.

Плодов такой активности, а именно - детей, просто подвергали общественному остракизму. Причём не как бастардов, которые в разных регионах ойкумены могли вообще ничем не отличаться от законнорожденных детей с точки зрения религиозно-культурного права, а примерно на уровне проклятых богами отпрысков чего-то не в полной мере человеческого.

Словно плод насилия зверя и человека - вроде и жил, да в своём происхождении виноват быть не мог, но всё равно оставался противен. Да так, что невольно задумаешься - быть может, смерть станет ему более предпочтительной судьбой?

Жестоко? Невероятно! Зато держит в тонусе персон, обладающих выдающимся личным могуществом. Понимание того, что за реки беспричинно пролитой крови твой род проклянут разом всем человечеством - оно заставляло лишний раз задуматься и не пороть горячку.

С другой стороны, не всё в этой теме было столь уж однозначно.

К примеру, получившийся механизм, позволял плоду "любви" какой-нибудь принцессы, натурально украденной и изнасилованной развесёлым волшебником, оставаться пусть и слабым, но всё же возможным наследником короны. И даже сесть на престол в отсутствии других претендентов! Таким образом династия имела все шансы преодолеть даже самый разрушительный кризис, погибни у короля все остальные достойные родичи.

Не говоря уже о том, что даже в мирное время такой родственничек, ни на что кроме родового имени не претендующий, но при этом обладающий кровью могущественного безумца, с высокой вероятностью становился крайне полезным союзником.

А ведь история запомнила прецеденты и более вызывающие...

Другой момент - сословный аспект. Зеленоглазая леди сильно превосходила меня происхождением не только по отцу, но и по матери, обладая древней королевской кровью из ныне уже несуществующей династии. Причём, что интересно, эта кровь принадлежала "истинным королям", сиречь - древним модификантам-монстроборцам, что возвеличивало репутацию Ниавель среди северного рыцарства ещё выше.

Древний легендарный герой, отвоевавший себе вотчину у смертельно опасного Леса - это серьёзно. За таким наследием и в бой пойти престижно, и в зелёный Ад отправиться почётно, стоит только хорошо позвать. Подобные вещи не стоило недооценивать.

Но что это означало для меня? Увы, в ближайшей перспективе - ничего хорошего. В воздухе витал отчётливый запашок мезальянса, что грозило обретение статуса консорта для любого простого волшебника на моём месте. А консорт во многих северных магических, да и не только, традициях - это существо либо вовсе бесправное, либо просто по гроб жизни во всём ограниченное. Причём настолько, что иные умники использовали свои "вторые половинки" в качестве разменных монет, не допуская даже в собственную постель - история знала и такое. А уж гаремы, неважно мужские или женские, и вовсе являлись нормой для всей ойкумены - главная проблема таких браков состояла, закономерно, в вопросах наследования, и решалась очень разными способами. Причём зачастую - кровавыми.

Словом, не разбираясь в деталях, влететь можно было капитально, причём даже после серьёзного обсуждения грядущей семейной жизни с будущей супругой. Банально хотя бы от того, что непривычные или вовсе не допустимые для землянина с христианской моралью вещи, для местных могли являться нормальными или даже строго обязательными. Вроде измен со слугами и прочими левыми личностями, сношений родичей с зятьями и снохами, инцеста в различных конфигурациях, обязанностей "заботы" о вдовах и вдовцах почивших сиблингов, а также прочего подобного рода извращений, вплоть до натуральной евгеники вида "дети только от дяди мужа, потому что у него кровь сильная". Причём, как ни печально это было осознавать, но чем выше по социальной лестнице забирались аристократические кланы, тем ядрёней у них начинали процветать традиции. Пусть и далеко не всегда по доброй воле.

И судя по словам Ниавель, её родственники пусть и выделялись на общем фоне в положительную для меня сторону, но свои заскоки всё же имели. Правда, подробности выяснить не удалось - леди и сама знала не многое, а старик на все вопросы предпочитал хранить молчание с кривой, вымученной улыбкой.

Вот только мне-то на какой ляд такие ужасы были нужны? Уж точно не их искало моё измученное сердце на чужой земле. Да и терпеть подобное в своей семье, если даже не от любимой девушки, то у потомков - ну это же вообще дурость какая-то, которая стойкости перед лицом влияния Ветров никому не прибавит.

Фундамент моральных ценностей должен быть крепок и строг, иначе шажков до вседозволенности понадобиться немного. А там поддаться голосам в приступе ярости или безудержного кутежа - и хорошо, если просто мудак получится, а не очередная перекореженная тварь.

Ну, по крайней мере как-то так я предпочитал подходить к этому вопросу, уже сейчас ограничивая в том числе и самого себя.

Впрочем, возвращаясь к теме сравнения наших с девушкой мест на социальной лестнице, как выяснилось несколько позднее, моё положение не было столь уж неприглядным. Мало того, что в северных королевствах химерологи являлись хоть и пугающими, но всё же сакральными фигурами, так ещё и со стороны всё тех же рыцарей отношение сохранялось строго почтительным. Плюс то, что с момента начала модификации людей я перешёл в категорию "уважаемых" персон, плюс насильственный приход к власти, что также поощрялось суровыми воинами, плюс чуть ли не родственная поддержка со стороны древнего высшего рода в лице герцога - в сумме получалось, что формально мой социальный статус в аристократических кругах если и уступал невесте, то несильно. Что означало - союз равных и никаких консортов.

Вроде бы и хорошо, да только проблем от того наваливалось лишь ещё больше.

Ниавель - последняя в роду, не считая уже неспособного породить жизнь старика. Что по-хорошему предполагало исключительно матрилинейный брак, при котором родовая принадлежность детей будет определяться исключительно по женской линии. И чёрт бы с ней - мне не жалко, вот только единственным феодалом из нас двоих что сейчас, что в ближайшем будущем буду лишь я один. Поэтому и пойти на такой шаг просто не мог - этого не поняли бы ни у нас, ни за рубежом. А послать всех лесом, конечно, можно, но после пришлось бы в этот самый Лес и уходить, поскольку вместе с трудом заработанной репутацией мне угрожала потеря и всякого покоя. Точнее, оного меня непременно лишили бы всяческие мимоходы.

И это не вспоминая ещё о статусе фактически соклановца ре Тремест. Ведь это пока я не думал размножаться, набранные одним обонятельным химерологом титулы и соглашения никого не волновали. Однако теперь, как только прошёл слух, что статус-кво вскоре мог претерпеть изменения, у всех тут же появилось очень много животрепещущих вопросов. Начиная от, фактически, создания мною младшей династическое ветви всё того же ре Тремест, поскольку ранее мелкий успел признать меня названным родичем, и заканчивая вопросом наследования титула придворного чародея, который вроде как обещан моей ученице, но мало ли что.

И что самое печальное, отгородиться от народа не получалось. Что своим, что чужакам требовалось выработать мнение относительно этого изменения привычной реальности, и до той поры, пока этого не произойдет, многие переговоры и даже уже заключённые соглашения просто встали намертво. Так что, дабы смазать шестерни дипломатии, приходилось успокаивать, убеждать и доказывать, не жалея языка своего.

А попутно нервно коситься на северян, с трудом переваривающих известие о том, что кто-то с кровью их древнего короля в жилах может обрести своё небольшое королевства в землях Междуречья. Очень... неоднозначная ситуация, да.

Впрочем, не то чтобы чего-то подобного не значилось в немалом перечне наследия крови нашего герцога - пожалуй, вся высшая аристократия так или иначе наследовала каким-то древним властителям. Просто, в отличие от всех остальных, одну конкретную леди по жизни очень сильно обидели, и теперь она могла пожелать отомстить. Безусловно, причастных это несколько волновало. И ведь не сказать, чтобы беспочвенно - такого рода планы красавица действительно нежно лелеяла, истово желая возвести лес украшенных телами обидчиков кольев прямо перед собственным крылечком. Чтобы любоваться природой по утрам, попивая чай под довольное карканье обгладывающих трупы ворон.

Говорю же - чудо, а не женщина. Будто бы прямиком из сказки, ага. Братьев Гримм, вестимо.

В общем, мы готовились к свадьбе. И пока одна прелестная интриганка добивалась целей, о сути которых я уже совершенно перестал пытаться даже гадать, мне приходилось собственным телом проламывать всё растущее нагромождение проблем.

Так сказать - вроде бы оба при деле, но был один нюанс...

Оставалось лишь надеяться, что леди понимает всю серьёзность нашего союза. Поскольку, после всех открывшихся фактов и пережитого стресса, спрашивать я с неё буду по полной. И это не обсуждается.

Отрабатывать будет весь список, от и до. Если понадобится - натурой... Нет, даже в первую очередь ею - уж так она меня своим соблазнением изводит, так изводить, что последние месяцы даже гормональный контроль не справляется.

Чертовка...

Глава 68 - Новые заботы

Двадцать две пары глаз внимательно следили за каждым моим движением, не обращая внимание ни на картины на стенах зала, ни на багрянец вечернего неба за окном. Впрочем, не удивительно - что одно, что другое модификанты видели уже не раз, а вот на такого рода собрании присутствуют впервые.

"Главное, чтобы оно же не стало для них последним", - промелькнула неприятная мысль, немного поколебавшая рабочий настрой.

Впрочем, это всё равно не помешало мне занять небольшой деревянный трон, одиноко торчащий посреди пустого пространства на некотором отдалении от рядов гостевых стульев. А между тем, пользовался этим образчиком резного искусства я достаточно редко и со всем известной неохотой, так что место встречи должно было наводить на более чем серьезный лад.

Когда пусть и могущественный, но всё же близкий в плане контакта начальник этак ненароком выдаёт новое задание - то дело, конечно, стоящее всего возможного внимания, но в целом рядовое. Однако когда на подвиги с должным пафосом отправляет высший сановник державы, да в соответствующих декорациях... Как минимум это наглядно указывает на неординарность происходящего.

Хотя трон, конечно... Кхм... Я бы и рад перед народом выступить, так сказать, словом зажигая сердца людские с броневичка, да только не по чину. Вот если бы на коне, да перед войсками на поле боя - это ещё можно, а у отдельных цивилизаций очень даже желательно. Но вот в своём доме с людьми более низкого сословия фактически на равных говорить - это уже ни-ни. С глазу на глаз - пожалуйста, но даже столь тайное публичное выступление может трактоваться как намёк на чёрт знает что.

Хотя не то чтобы это самое "чёрт знает что" не ожидало этих людей в недалёком будущем, на самом-то деле. Поэтому, с одной стороны, чтобы показать своё невиданное по местным меркам расположение, я распорядился принести стулья для всех участников собрания - так что общаться мы будем сидя. Чародей-аристократ и его гвардия по особым поручениям, в приличном обществе воспринимаемая не более чем мещанами - то есть людьми свободными, но и только. А с другой - некоторой формальностью и помпезностью обозначил, что ничего против нынешнего сюзерена не замышляю.

Такая вот тонкая работа намёками в рамках эпохи - играю в психолога, чтобы никто там себе ничего нехорошего самостоятельно не додумал. Впрочем, не сказать чтобы для меня это было внове - в компании, помниться, между отделами тоже приходилось лавировать, да ещё как! Здесь хотя бы люди почестнее - в улыбках меньше фальши, а в словах - яда.

Но довольно об этом.

- Воины мои, - начал негромко, однако ввиду стоявшей в помещении тишины, слова оказались услышаны всеми. Ну и заход, конечно, тот ещё - слово "мои" более чем понятно определило, кому им предполагается отныне нести службу. Вот только здесь и сейчас собрались лишь проверенные и опытные агенты - такие от скользкой постановки вопроса даже не почесались, тем самым более чем наглядно показав, кому на самом деле принадлежала их верность.

Я знал обо всём этом, но от последней проверки удержаться оказался не в силах. Слишком уж важным было их будущее задание. Любое, даже малейшее сомнение, возникшее не в том месте и не то время, могло привести к крайне печальным последствиям. Причём в первую очередь именно для них, поскольку в мстительности характера я мало чем уступал невесте. Только и вся разница, что в моих руках люди мучаются несколько дольше.

- Мне вновь нужна ваша служба, - продолжаю спустя краткую паузу. - Вы уже знаете о цели. Знаете и об опасностях, что могут повстречаться на пути к ней. И всё равно согласились с риском и ценой, что была и будет уплачена. Однако даже сейчас, когда до начала похода остаются считанные дни, я оставляю вам шанс отказаться. Решите, ибо невольники станут обузой, цепями на ваших ногах. А потому спрошу каждого ещё раз: желает ли кто-нибудь из вас, достойных, представших сегодня пред моим ликом, отказаться от опасности, избрав иную судьбу?

Люди хмурились, улыбались, ухмылялись, поджимали губы или вовсе никак не реагировали, однако никто так и не произнёс ни слова. Молчание - вот каковым был ответ ветеранов моей небольшой организации. Впрочем, оно и правильно - учитывая, сколько сил пришлось потратить на каждого из них, доводя организмы модификантов до подобного моему уровня, передумай кто-нибудь сейчас - и я бы точно обиделся. Пусть, вероятно, и без действительно неприятных последствий для виновника, но отрабатывать вложения ему всё равно пришлось бы очень и очень долго.

- Что же, да будет так! - прождав добрую половину минуты и не получив возражений, постановил я с должной долей пафоса. И продолжил: - Не буду говорить, что испытания, которое вас ожидают, приведут к славе, ибо то будет ложью. Но вот богатство и почёт - обещаю. Чем бы не завершился ваш путь, награда найдёт героев и их родичей.

Намёк о том, что награда не обязательно могла быть положительной, так и остался невысказанным. Право слово - все и так всё прекрасно понимали, в напоминании не было никакой нужды. А вот подтвердить, что даже в случае полного провала миссии их вклад не останется забыт - это сделать следовало обязательно. Потому что, во-первых, правда, а во-вторых - кашу маслом не испортишь.

Ну да ладно. На столь воодушевляющий ноте, пожалуй, вступительную часть и закончим, перейдя к завершающим инструктажам. Опять же - хоть это и будет повторением уже не раз озвученного, однако сейчас, после такого выступления, быть может, повторенная информация лучше отложиться в памяти и поможет группе в будущем.

Всё же задача им предстоит... неординарная. И это ещё мягко сказано!

Почти две дюжины суперсолдат с агентурной подготовкой должны будут преодолеть как минимум полдесятка враждебно друг к другу настроенных государств, на всём протяжении пути связываясь с заботливо подготовленными резидентами. И таким образом, получая снабжение и наиболее актуальную информацию для последующих отрезков маршрута, прибыть в одну из удобных точек на просторах пограничных с Лесом земель. А дальше, получив ещё кое-какое усиление, проводников и всё, что дойдёт до них из ресурсов, отправленных мною несколькими партиями через разные цепочки доставки, отбыть прямиком в, пожалуй, одно из самых опасных мест в этом мире.

Бескрайние просторы чащ, в которых столь легко заблудиться. Невиданные чудовища и древние, ужасающие твари, когда-то в прошлом выдворенные за пределы освоенных земель ценой неимоверных усилий и рек людской крови. И враждебный разумный вид, истово ненавидящий человечество. Раса, каждый представитель которой будет исключительно счастлив растерзать и сожрать любого названного гостя родного леса.

Двадцать два воина против природы, у которой вся местная цивилизация шаг за шагом отвоёвывала кусочки плодородной земли целыми поколениями. Столетия и тысячелетия беспрестанной тотальной войны, в которую им суждено окунуться во имя чужих интересов.

Может ли стать эта затея ещё сомнительнее? Получим ли мы результат хоть немного лучший, чем полное поражение?

Не знаю.

Зато понимаю, что если миссию всё же постигнет успех, объём моих забот резко и безальтернативно возрастёт. Настолько, что пока не хочется даже мысленно касаться темы освоения тех, возможно, даже несуществующих земель - слишком уж чудовищно она выглядит даже по моим меркам.

Боюсь, ради такого всё же придётся доставать с антресолей некоторые идеи и старые наработки. Вот только как бы из-за них меня не убили раньше, чем удастся покинуть обжитые земли.

***

Очередная встреча в рабочем кабинете обещала привнести щепотку приятного разнообразия в привычную рутину. По крайней мере в письме обещали, что новость мне понравиться, и не верить причин пока не было - серьезный человек, поставленный на не менее серьезное направление, не был склонен шутить, преувеличивать или недоговаривать.

Даром что бывший купец - хваткость и сообразительность не спасли дело многих поколений его семьи, когда нелюди опустошительным серпом прошлись по Малой степи. Города, люди, страны - всё кануло в Лету, будто и не было. Бойко пульсирующая прежде линия жизни целого региона даже не замолчала, а просто оборвалась.

Однако, на счастье одной обездоленный семьи, там, где заканчивалась одна история, иногда могла начаться другая.

Мне всегда были нужны верные люди. И попавший в беду человек, славный своей порядочностью и презрением к вероломству, подходил просто прекрасно.

Хотя найти его было непросто. Слухи - слухами, но вряд ли в отощавшем голодранце из Ванонии можно было узнать прежде успешного торговца. Только по семье и опознали, благо трёх дочерей и четырёх сыновей он сумел сохранить даже сквозь все мытарства последних лет.

Неординарная личность со стальным стержнем в душе. Дважды потерявший всё, кроме семьи, он продолжал вставать вновь и вновь, ведомый уже не столько какими-либо амбициями, сколько долгом. И очень полезный кадр уже хотя бы тем, что благодарность за спасение в трудный час не забудет, как очень и очень многие на его месте.

Верно, полезное приобретение...

Резко открывшаяся дверь впустила стремительно ступающего гостя, облачённого в качественно сшитый и в целом богатый, но тем не менее поразительно блеклый костюм. Штаны, камзол, рубашка, обувь и даже повязанный вокруг воротника лёгкий шарф - всё было будто бы слегка потрёпанным, выцветшим, истёртым. Да и лицо подстать - тусклые сероватые глаза, короткие тёмные волосы в небрежной причёске, лёгкая небритость, общая скуластость и острота черт. Поджавшая тонкие губы хищная птица, не иначе.

Совершенно обыденный, невыразительный внешний облик. Поразительная социальная маскировка. И не скажешь, каким капиталом в действительности обладает этот человек.

- Милорд, - плотно прикрыв дверь и успев сделать всего несколько шагов по направлению к гостевому стулу, он начал разговор не дойдя ещё добрых трёх четвертей пути.

Кажется, я недооценил величину его спешки.

- Рад тебя видеть, друг мой, - улыбнулся гостю, рефлекторно расположив руку на артефакте, должном вытянуть меня из зоны поражения при активации. Нужен будет всего лишь короткий миг, не более, и стол станет щитом, а стул - транспортом в куда более безопасное помещение. А что придётся пролететь несколько метров вниз - так это для улучшенного организма не такое уж и большое испытание.

Реакции возможного неприятеля на такой перформанс не стоило опасаться - учитывая количество ловушек в мебели, стенах, под полом и на потолке, ему найдётся куда более актуальное занятие. Попытка сохранения собственной жизни, к примеру.

Но это всё так, страховка на всякий случай. Что тут поделаешь - не люблю я резких движений вблизи от своего тела.

- Милорд? - в то же время, видимо, что-то поняв по выражению моего лица, агент притормозил и поднял раскрытые ладони на уровень живота в знакомом каждому жесте мира. Вот только мой взгляд, до этого момента цепко отслеживавший движения его рук, тут же зацепился за ремешок, перекинутый через дальнее плечо гостя. Сейчас неизвестную ношу скрывало человеческое тело, что вызывало ещё больше закономерных подозрений.

Что и для какой цели он мог принести на эту встречу? Ни один из возможных ответов мне не нравился, и причина тому...

- Прошу прощения, милорд, - наконец полностью остановился агент, следом перехватив из-за плеча небольшую кожаную сумку, пухлую от выпирающих граней содержимого. - Вот то, о чём я писал. Решил сразу показать, раз уж вы заинтересовались.

...и причина тому - опасность. И временами складывалось такое ощущение, что, кроме меня, никто больше этого не понимает. Хотя не раз объяснял ведь, что всё найденное в руинах покинутых городов следует относить в отстойники. Потому что даже если вещь вызывает интерес, это отнюдь не означает, что неосторожное любопытство не будет вознаграждено тяжкими увечьями.

Большинство находок так или иначе относились либо ко временам Первой республики, либо Чародейских войн, в эпоху которых первое человеческое государство на этих землях и прекратило своё существование. Очевидно, что любой образчик того периода мог быть опасен если не ввиду прямого назначения, то хотя бы просто по причине порчи за давностью лет. В конце концов механизмы что с магией, что без магии - штуки такие, вроде бы и хрупкие, да только человеческое тело всё же обычно ещё хлипче будет.

Однако сколько не талдычишь об этом людям, а всё равно норовят что-нибудь лишний раз потрогать. Вот как сейчас.

- Ты что же, все правила уже благополучно позабыл? - ладонь под столом сместилась с активатора артефактного комплекса на заботливо припрятанную длинную палку с кожаной оплёткой. Прекрасное средство для вразумления нерадивых подчинённых, должен отметить - некоторые, неспособные внимать голосу разума, внимательно слушают слова боли и стыда.

Сословное общество так-то. Дремучее, потому что состоит преимущественно из людей небольшого ума и отсутствующего как класс образования. Вот и средства воспитания приходится использовать соответствующие.

Хотя бы не розги, замоченные в солёной воде - уже пусть спасибо скажут.

- Нет-нет, не беспокойтесь, милорд, - хмурое лицо гостя стало ещё более хмурым, что, как я прекрасно знал, означало его изрядное волнение. - Я всё проверил и обезопасил, пока добирался к вам - две недели наблюдений, проверка от присланного волшебника и тот ваш особый футляр. Поверьте, я понимаю опасность и не посмел бы принести сюда нечто неизученное.

- Ладно-ладно, верю, - на самом деле - нет, не будь я параноиком, - так что присаживайся и расскажи уже, наконец, с чем пожаловал?

И пока гость, отмерев, занимал своё место пред суровым начальственным взором, моя рука покинула обух палки-вразумлялки и переместилась на третий предмет, покоящийся в этом поистине загадочном подстольном пространстве. На предмет, являющийся не менее, а то и более важным средством сохранения моих нервных клеток.

На мягкую игрушку.

Зайчика.

Маленький, криво сшитый, несимметричная, с грубыми швами и чуть косым личиком - но это был подарок Катьки на моё возвращение. Подарок, раз за разом исправно напоминающий, что любые негативные эмоции, включая раздражение и гнев на нерасторопных подчинённых, являются не более чем платой за благополучие близких мне людей.

Лучше любой антистресс-поделки, поскольку даёт и механическую, и эмоциональную разрядку. Хотя, конечно, лучше сильно зайца не мять - лопнет ведь, а расстраивать малышку не хочется. Да и чем тогда себя успокаивать? Потому релаксировать приходилось исключительно осторожно. Благо, если нужда в насилии всё-таки переполняла чашу терпения, совсем рядом находилась одна очень удобная палочка...

Щупанье игрушки не отвлекло от наблюдения, зато позволило отреагировать на продемонстрировавшего мне содержимое шкатулки агента исключительно флегматично. То есть - никак. Хотя с некоторых пор нервы начали пошаливать, когда приходилось заглядывать во всякие подозрительные коробочки - не иначе как гляделки с Дланью крепко засели на самой подкорке.

Что, впрочем, не удивляло, ведь тогда я едва не погиб. К тому же, просмотр моей памяти чужеродной хтонической фиговиной явно не прошло бесследно, сказавшись на психическом здоровье самым пренеприятнейшим образом. И чем больше проходило времени, чем слабее становилась взводная пружина напряжения от событий в Ванонии, постепенно возвращая меня к относительному спокойствию мирной жизни, тем всё более ярко появлялись обретённые душевные недуги.

Вопрос только в том, какие именно это были болезни. Только ответов у меня по понятным причинам не было и быть не могло.

Вот и приходилось мириться с ситуацией, ожидать нападения из любой встреченной шкатулки и нервно гладить мягкую игрушку. И всё это - в искренней надежде на то, что время сумеет вылечить обострившийся психоз.

Ну да ладно - справлюсь. Пережил же когда-то киллера, косившего под бомжа с пакетом мусора - вот и это выдержу.

С другой стороны, тогда меня просто убить хотели, а не ментально изнасиловать...

- Милорд, вы в порядке? - гость снова сильно нахмурился и даже рефлекторно дёрнулся, будто бы пытаясь закрыть крышку ларца. Видимо, слишком долго и внимательно я смотрел во внутрь, не подавая признаков адекватной реакции.

Похвальное стремление. Мало как принесённое могло повлиять на начальника - закрыть и извиниться всяко проще, чем разбираться с последствиями его сумасшествия.

- Всё нормально, - я кивнул в ответ с намёком на благодарность, - просто задумался. Так... Имеются догадки, что же это такое? И о какой "хорошей новости" ты говорил?

Вопрос был не праздным, поскольку объектом, размещённым на плотной тканевой подушечке, оказалось нечто, чисто визуально более всего напоминающее украшенную позолотой трубку, плавно переходящую в полую сферу с одной из сторон. Словно экстравагантный графин, ваза или бокал, только трубка всё же была слишком велика, а сфера - слишком мала для исправного выполнения одной из перечисленных выше ролей.

"Быть может, колба? - продолжал анализировать предмет. - Только, опять же, большеватая для химических экспериментов. Наверное, либо действительно что-то декоративное, либо кулинарное..."

...Подумал бы я, не принеси эту штуку непосредственно ко мне. Не присуща мне репутация человека, согласного брать подарки такого рода. Даже несмотря на происхождение откуда-то с земель Финаритии.

- Прошу прощения, милорд - сообщить ранее не было никакой возможности, - он даже искренне кивнул в извинении, от чего я изрядно удивился. И обратился в слух. - Эти сведения... Я не стал доверять их ни бумаге, ни людям, поспешив к вам сразу, как подошёл к концу положенный срок проверки.

Внешне никак не изменившись, внутренне я весь подобрался в ожидании откровения. Потому что такие люди не нервничают по пустякам, и уж тем более не срываются со своего места ради простой, пусть и дорогой цацки.

В воздухе запахло кровью.

- В общем... - продолжил он после короткого вздоха. - В общем, эта история началась таким образом: Братья-висельники, сотрудничающая с нами группа авантюристов, с месяц назад нашли полуистлевшие рабочие журналы в одном из особняков верхнего города Ливен'ка'терны. Древних языков они не знали, разбираться ещё и с этим в процессе мародёрства не захотели, а нам доверяли достаточно, чтобы запросить справедливую цену...

- Не "нам", а тебе, - поморщившись, поправил бывшего купца ради торжества истины.

У прошлого руководителя археологической инфраструктурой на том направлении отношения со многими авантюристами как-то не сложились, причём вплоть до вооружённых конфликтов. Человека сначала пришлось поменять, а потом, когда вскрылись кое-какие денежные махинации, отправить прямиком на тот свет. Так что как бы рассказ не продолжился дальше, сама возможность выслушать оный у меня имеется благодаря сидящему впереди человеку. И я этого не забуду.

...- Благодарю, - со сложными эмоциями во взгляде кивнул агент на моё замечание. - Так вот, цена была уплачена, и журналы попали к нам. Толкованием занялись тоже наши, ничего на сторону не отдавалось - спешки не было. Потому, когда в заметках попалось упоминание одной из подпольных лавочек, продававших в те времена довольно опасные вещи, я решил действовать тихо и, равно точно также, своими силами.

- И-и-и? - заинтересованно подался вперёд, впиваясь во взявшего паузу гостя прищуренным взглядом.

- Нашли, милорд, - снова кивнул он. - В нижнем городе, в квартале ремесленников - земли давно изученные, хотя всё ещё и довольно опасные. Обычно туда никто не ходит, всё поближе к цитадели рвутся, так что, надеюсь, нас тогда никто не заметил. Хотя времени пришлось потратить изрядно, милорд - дня четыре, почитай, весь дом обстукивали, на силу тайный проход нашли. Да и тот пришлось силой ломать, потому что не работали уже механизмы за давностью лет.

- Итак, лавка контрабандистов? - отпрянув на прежнее место, откинулся я на спинку стула.

- Всё так, - очередной кивок. - затопленная, а потому почти всё уже давным-давно испорчено. Однако кое-что всё же уцелело. И вот это, - он аккуратно приподнял ларец, - самая великая ценность, нами найденная.

- Детали, - приказываю.

- Ни названия, ни каких-либо иных сведений мы не обнаружили, милорд, за что я прошу прощения, - и да - он снова изобразил кивок, хотя на этот раз тот больше напоминал поклон. - Но главное - способность этой вещи. А именно: любая жидкость, что попадет ей во внутрь, измениться.

- Каким образом?

- Почти всё обращается ядами, - чуть пожал он плечами, будто бы говоря, что едва ли понимает суть происходящего, - но ядами разными, милорд. Пахучими, разноцветными, а иногда даже текучим пламенем. Те, кто нашли это чудо, не рискнули пробовать больше пары капель - так один получил ожог рта, хотя лил будто бы желтоватую воду, а ещё трое слегли с животом сразу по возвращении. Чародею же гильдейскому на проверку не рискнул отдавать уже я сам - вещь ведь явно сильно волшебная, а ну как вероломство в чужаке взыграет?

- Правильно, так и надо было, - подтвердил я вслух, про себя уже начиная анализировать полученную информацию. И сразу же получаю целое множество вопросов:

Жидкости преобразуются в яды? Что-то добавляется или вещество изменяется химически? Или облучение? Но тогда как объяснить разнообразие последствий?

Чёрт...

Всякое радушие, интерес и радость пропали с моего лица, оставив лишь холод и безразличие. Метаморфоза произошла столь стремительно, что агент, следивший за мной со всем возможным вниманием, явственно вздрогнул. Но сейчас его эмоциональное состояние меня волновало мало.

- Сейчас мы вдвоём отправимся в башню, где ты скрупулёзно, со всеми памятными деталями и догадками опишешь эту историю ещё раз. Отдельно укажешь, что и как именно произошло со вкусившими яды этого артефакта, а также перечислишь всех, кто осведомлён о свойствах сей вещи, знает о ней или мог услышать о том хотя бы от кого-нибудь. Понятно?

- Конечно, милорд, - с всей возможной хмуростью кивнул мой гость, по-видимому, уловив важность происходящего. - Приложу всё старание.

А пока он будет писать, я проверю свои догадки. И если эта колба действительно окажется артефактом... вторым истинным, блин, то забот резко прибавиться. Причём забот срочных, поскольку для полного сокрытия информации действовать следовало начинать ещё вчера.

Зато теперь понятно, почему именно об этой встрече меня сегодня предупреждал кубик. Уж действительно судьбоносное событие, ни убавить ни прибавить.

Глава 69 - Обоснование

Ну вот и пробил самый тёмный час. Злой рок, преследовавший меня столь долгий срок, наконец настиг несчастную жертву. Быть может, это даже к лучшему - ведь, как известно, ужасный конец всё же лучше, чем ужас без всякого конца...

- А ты говорил, что стрелка не повернётся... - довольный тон герцога неимоверно раздражал, причём даже больше, чем нарочито наглое сёрбанье травяным взваром из чашки.

Его слова вновь оказались проигнорированы, как и ранее, когда пришедший скрасить моё ожидание юноша только начинал свои подтрунивания. Эффект от них, безусловно, был - отвлекал шутник от переживаний неплохо, однако по части моральной поддержки выходило не более чем на троечку. Вместо какого-нибудь терапевтически выверенного вздоха искреннего облегчения, единственным, что ощущалось в данный момент было лишь острое желание набить рот дорогого сюзерена лимонами. Желательно - неочищенными, чтобы благословенное молчание продолжалось как можно дольше.

А то сидит в гостях, кушает чужой пирог да запивает чужим же чаем, так ещё и насмехаться смеет! Паршивец...

- Слушай, - подался к собеседнику, расположившемуся в кресле напротив, - это ты мне сейчас так за что-то мстишь?

- Возможно, - улыбка на его лице приобрела ещё больше наглости.

- Но за что?! - в тоне проскользнул нотки праведного возмущения, хотя я всеми старался сдержать их.

В качестве ответа мне досталось лишь нарочито удивлённое пожатие плечами и пытливый взгляд, в котором так и плескалась ирония.

- Ты же помнишь, кого я поддерживал в той истории с твоей свадьбой? - поспешил напомнить, предупредительно прищурившись.

- Только шутить тебе это не мешало, - губы герцога исказились в саркастичной усмешке. - А уж сколько нотаций я вытерпел перед первой брачной ночью...

- О тебе ведь заботился, бестолочь! - не потерпев навета, праведно возмутился словам неблагодарности.

- Ну так я и не спорю, - пожал он плечами. - Не спорю, но и от мести не удержусь. Слишком долго ждал этого момента, чтобы упустить возможность.

- Вот же... - тихо выдохнул.

- Так что будь мужчиной, мой дорогой и многоуважаемый учитель, и прими расплату с честью и смирением! - высокопарно продолжил парень, одарив меня задорной улыбкой. - Тем более, что будь ты действительно против этого союза, то никого разговора не случилось бы, как и свадьбы в принципе. Так что дай уж насладиться поистине уникальным, можно даже сказать - историческим моментом победы чуда любви над непреклонной волей, опытом, ужасным характером и самим здравым смыслом.

Закончив последнюю фразу, не по годам мудрый и справедливый правитель, как его представляет нынешняя народная молва, с нарочито торжественной миной чокнулся чашкой с воздухом и поспешил пригубить напиток, довольно прищурив глаза.

- Паяц... - мой прищур приобрёл опасные нотки. - Я ведь запомню...

И угроза не осталась незамеченной, хотя ответ оказался неожиданным:

- Ой, учитель, хорошо, что вы напомнили! Чуть было не забыл спросить о самом главном! - вот только расплывается в наглой улыбке лицо показывало, что если заявление и имело некую связь с плохой памятью, то только с моей.

Однако не успел я хоть как-то среагировать, как удар оказался нанесён. Стремительно и совершенно безжалостно.

- Когда детишки будут?

Невинность что в голосе, что во взгляде он отыграл отменно. Однако и ежу было понятно, какую цель преследовал этот вопрос.

К сожалению, это понимание совершенно не помешало мне поперхнуться на вдохе.

- Вот же гад ползучий... - только и смог просипеть в ответ.

Впрочем, воспользоваться своей маленькой победой оппонент тоже не успел - вмешалась третья сторона.

- Ой! - тонкий девичий голосок заставил нас герцогом замереть на месте, словно шкодников, застигнутых на горячем. - У меня будет ещё один братик?! Хотя нет, лучше сестрёнку - мальчики слишком глупые...

Любопытное личико Катьки вынырнуло из-за рабочего дивана, возвышавшегося возле книжных шкафов в самой дальней от входной двери части помещения. Было совершено непонятно, каким образом малышка оказалась там, проскользнув мимо нас, расположенных гораздо ближе к выходу.

Впрочем, не в первый раз уже - с недавних пор у девочки наступила своя эпоха Великих географических открытий, ограниченных пределами замка. Умница понимала, что пределы последнего лучше не покидать, однако в них любопытная, упорная и удивительно скрытная малютка изучила уже практически всё, что только было возможно. Причём далеко не единожды.

Да-а, с той памятной встречи с увлечённо ползущей крохой в коридоре донжона её навыки существенно возросли.

- Опять просочилась... - прошептал несчастный отец, устало вздохнув.

- Пусть лазит, - ответил столь же тихо, невольно мягко улыбнувшись. - Не зря разрешал ведь...

Растянув губы в вымученной улыбке, герцог обернулся к выглядывающей из-за спинки мебели дочери, сверлившей нас одновременно любопытным и до писка восторженным взором.

- Катарина, - тон голоса молодого мужчины стал мягким, практически нежным. Уговаривающим, а не приказывающим, что, по мнению любого придворного, не состоявшего в тесном внутреннем круге правителя, для этого самодержавного средневекового владыки было совершено нехарактерно. - Милая моя, ты снова бросила нянек?

- Они скучные! - с вызовом бросила мелочь, лихорадочно сверкая глазками в свете утреннего светила. Впрочем, судя по вильнувшему в сторону взгляду и чуть порозовевшим щёчкам - девочке всё же стало стыдно. Просто признавать это она не планировала.

Упёртая, вся в отца.

- И вообще, - продолжила она мгновением спустя, - когда у меня наконец сестричка появится, а?! Не хочу братьев - они капризные, наглые грязнули, к тому же до невозможности глупые! Так что сделай мне сестричку, дядя! Маленькую и милую, чтобы наряжать можно было...

- Малышка... - неловко вклинился герцог в поток сознания своего ребёнка. - Мы просто шутили...

- То есть как?! - вот только чего бы не ожидал он добиться тем замечанием, а получил в ответ лишь искренне негодование. - Дядя! - испытующий взор переместился на меня, от чего мне не получилось сдержать улыбки. - Ты же женишься на тёте Ние, правда?!

- Ради этого торжества тебя няньки и наряжали, - заметил, хитростью попытавшись сбить настрой закусившей удила малявки.

- А это значит, - с поразительной лёгкостью проигнорировала она услышанное, - что малыш должен появиться уже скоро-скоро, оно так всегда бывает! А ещё дядя - особый волшебник, так что должен сделать так, чтобы родилась сестрёнка, а не братик. Вот!

Настолько железобетонной логике оказалось просто невозможно возразить. Особенно если учесть, что в общем и целом, а также опустив некоторые не слишком важные на общем фоне детали, Катька была полностью права.

Женюсь? Женюсь. Дети будут? Будут. Скоро? Ну, не прямо в ближайшее время, конечно, но так-то да, как бы жизнь не повернулась, а тянуть с этим делом бессмысленно. Если уж в бега не подадимся, то всяко лучше в спокойные годы растить, а то потом мало ли что приключиться может. А что до пола ребенка - тоже ведь повлиять могу, если поставлю себе такую цель. Другое дело, что...

- И что же, если у меня родиться мальчик, ты его и любить не будешь? - с хитрым прищуром бросил я важно вскинувшей носик малютке.

- Буду! - бескомпромиссно рубанула суровая мелочь. - Пусть и глупый будет, но всё равно! Долг принцессы - любить каждого поданного, даже если он без мозгов!

Задрав бровь в непритворном удивлении на выданную сентенцию, я повернулся к герцогу, после чего одним взглядом потребовал объяснений.

- Учили... - уклонившись от моего взора, его глаза застенчиво вильнули, пока сам мужчина отворачивал голову.

- Ах "учили"... - протянул многозначительно, от чего губы отца девочки дрогнули в чём-то похожем на сконфуженную улыбку. - Но ты же не считаешь нас, твоих любимых дядю и папу, глупыми, правда? - с ещё одной лукавой улыбкой повернулся я обратно к девочке.

- Ну, - серьёзно задумался ребенок, - иногда взрослые - такие дураки... Но не ты! - невинно улыбнулась она. - Столько сказок никто другой не знает!

Наши с герцогом взгляды встретились, и в обоих сквозило веселье. Как причиной, по которой меня не причислили к идиотам, так и тем, что про своего отца наглая мелочь так и не упомянула, косвенно признавая слабость его интеллекта.

Обожаю её...

- Но ведь я тоже когда-то был маленьким мальчиком, Катюша, - продолжил ласковым тоном, упомянув одно из данных мною прозвищ, искажающее имя принцессы на непонятный местным манер.

Впрочем, на этот раз она не отреагировала на это обращение привычным весельем, поскольку всерьёз загрузилась открывшейся истинной. Гордо задравшая хорошенький носик малютка так и замерла соляным столбом, озадаченно сведя глаза в кучку со взором, устремлённым куда-то над нашими головами.

А спустя несколько десятков секунд тишины, так и не вернувшись в реальность, девочка озадаченно запыхтела, поморщив носик.

- Но... а как... отъелся что ли?.. - донёсся тихое тонкоголосое бурчание следом.

Тут уже мы с герцогом выдержать не смогли, наполнив помещение звуками басовитого хохота, изредка прерываемого обиженным писком.

***

За окном кареты неспешно перетекали друг в друга виды, едва ли не досконально изученные за время жизни в замке. Путь в город, изрядно облагороженный за года новой власти, но в сути своей столь же неизменный, сколь многими десятилетиями ранее.

Последняя возможность обдумать событие, что вскоре разделит мою жизнь на "до" и "после". Не чтобы изменить уже принятое решение, отнюдь, но для поиска незамеченных ошибок, которые ещё можно исправить.

Их в любом случае будет много, и разбираться с последствиями придется ещё очень долго. Но, быть может, свежий взгляд укажет на то, что осталось сокрытым от замыленного взора ранее.

Или же на то, что затерялось за ворохом прочих трудностей.

- Трудности... - прошептал невольно, зажмурив глаза в порыве чего-то среднего между раздражением и усталостью.

Организация церемонии выдалась... сложной. Причём в кои-то веки невеста оказалась абсолютно ни при чём - даже наоборот, её усердие, вовлечённость и единодушие со мною в самых различных вопросах изрядно помогли. Однако, увы, не смогли исправить печальную реальность нашего несовершенного мира.

Проблем было много. Причём на каждом этапе. И далеко не всегда им находились хотя бы просто приемлемые решения. Из-за чего в ряде случаев, когда ситуация приобретала совсем уж неприятный оборот, достойные варианты приходилось... создавать собственноручно. А это требовало не только выдумки, но и немалых усилий.

Но обо всём по порядку.

Первые сложности возникли уже на моменте выбора подходящего места. А конкретно - населённого пункта. Среди вариантов присутствовала и Ванония, и моя Башня в феоде, и родовой замок ре Тремест, и городок неподалеку от него. Каждый вариант имел как свои политические достоинства, так и недостатки, причём в некоторых случаях послевкусие от последних обещало ощущаться ещё очень и очень долго. Ведь, несмотря на плачевное состояние благородного дома леди и отсутствие такового у меня, нам необходимо было продемонстрировать и достаток, и близость с правящей четой герцогства, и претензии на власть в ряде регионов, и даже должную долю независимости и самостоятельности.

Глаза лезли на лоб, а мозг кипел и посвистывал закипающим чайником, когда я решал эту логическую задачку. Одновременно с этим одной рукой запрашивая справочную информацию из самых различных источников, а другой - прямо или косвенно убеждая заинтересованные стороны в выгодном для нас восприятии происходящих событий.

Сколько ради этого было истрачено золота и нервных клеток - то пусть останется тайной истории, затерянной на страницах старых потрёпанных книг. Как и число раз, когда приходилось переносить время или место проведения церемонии. Главное, что в какой-то момент механизм страданий всё же остановился, указав на все более расцветающую столицу нашей небольшой, но гордой державы.

А что тем самым наша свадьба фактически стала отсылать к подобной, произошедшей несколькими годами ранее с герцогом, так то даже лучше - лишнее тонкое напоминание на толстые обстоятельства.

Таким образом первый этап подошёл к концу, однако следующий оказался не менее трудным.

Гости. Кто, сколько, в каком качестве, как встречать, где размещать и так далее, и тому подобное - единый, ужасающий в своей непрерывности страшный сон для любого высокородного человека. История знала случаи, когда именно из-за промахов на этом этапе начинались войны, складывали пирамидками груды голов палачи, стартовали многовековые противостояния, разорялись целые династии или происходили иные, пусть и более приземлённые, но не менее затейливые скандалы. Всё же любая большая свадьба в кругу аристократии - это в первую очередь политический акт, заявление о союзе между домами. Событие редкое, важное и достаточно уникальное. Не удивительно, что всегда находится масса личностей, желающих воспользоваться такой возможностью.

Естественно, чтобы лишний раз не рисковать, изначально мы хотели ограничиться предельно узким кругом приглашенных. В идеале количество оных не должно было превышать пары десятков личностей достойных как по роли, играемой в жизни новобрачных, так и по своему поведению.

Тихая, недолгая и насквозь мирная церемония для своих. Простому люду, конечно, поставили бы столы да выпивку на улицах и площадях - иное слишком плохо сказалось бы на репутации. Однако среди близких можно было и не пускать пыль в глаза, особенно когда ни одной свиньи, перед которой следовало бы метать бисер, на мероприятие приглашать не собирались.

Однако - не срослось. Как оказалось, мы недооценили свою значимость в глазах благородной общественности определённого толка.

С чем конкретно был связан такой ажиотаж, сказать не берусь - то ли история Ванонии разошлась достаточно широко, то ли некоторые личности почувствовали куда дует ветер и решили скорректировать угол своих парусов, то ли всему виной наша с Ниавель специфическая репутация... Так или иначе, факт в том, что по различным каналам нас просто завалили пожеланиями о присутствии на столь знаменательном событии. Причём речь шла не только о соседях по Междуречью, хотя даже среди этой братии хватало тех, кого на собственной свадьбе я ожидал увидеть разве что в виде отрезанных голов, преподносимых новобрачным в рамках некоторых церемоний. Чтобы, так сказать, семья жила дружно, долго и без лишних недругов - таков смысл подарка.

И как только тому пиратскому барону смелости хватило? Сам ведь не так давно плюнул в протянутую руку!

Однако даже такой эпатаж не котировался на фоне нескольких младших домов родного королевства Ниавель, что, будучи вероломными предателями и убийцами родичей девушки, судя по всему, решили воспользоваться случаем для примирения с наследницей бывших сюзеренов. Очевидно, ничего у них не получилось - девушка если и хотела видеть этих людей на своём празднике, то только и исключительно в качестве преподносимых богам даров. И чтобы сжигать оные, против традиций, жрецы доверили непосредственно благородной леди.

С другой стороны, представители нескольких финаритийских кланов, пожелавших поучаствовать в торжестве, создавали пусть и куда меньшие, но всё же в чём-то схожие трудности уже с моей стороны. Не то чтобы была какая-то вражда лично с ними - наоборот, нас связывали исключительно взаимовыгодные торговые отношения. Вот только с точки зрения их государства, я считался лицом довольно-таки нежелательным. Официально. О чём знали многие. И если у самих кланов от демонстрации связи между нами сложностей не предвидится, то вот всему герцогству, и так с трудом балансирующем между интересами действительно могущественных игроков ойкумены, может от таких демаршей мало не показаться.

В сравнении с такими проблемами, разного рода сомнительные личности, откровенные недруги, явные шпионы-диверсанты и прочие засланные казачки уже воспринимались понятным, банальным и даже, в некотором смысле, совершенно неизбежным злом. Конечно, мы фильтровали их со всем возможным усердием, в чём особенно отличилась моя невеста с ворохом годами любовно собираемого компромата в цепких пальчиках, однако совсем избежать всяческой грязи не смогли. Причём даже не столько ввиду скрытности персон с подобными недостатками, сколько по причине того, что приходилось избегать умножения обид с их стороны.

К тому же, так уж вышло, что знаменитое изречение "держи друзей близко, а врагов - ещё ближе" для нас, по здравому размышлению, оказалось ещё более актуально. Если кто-то из чужаков действительно замыслил устроить нам неприятностей, то пусть уж будет на расстоянии полёта огненной струи, чем за толстыми каменными стенами.

Итогом всего вышеперечисленного стало изрядное расширение состава приглашённых, что превратило маленький праздник в нечто уровня корпоратива компании средней руки. Только, исходя из менталитета гостей, компания эта либо в миру именовалась преступным картелем, либо на досуге осуществляла смену режимов в небольших государствах.

Колорит так и витал в воздухе, в общем.

Кроме того, так уж получилось, что в одном месте и в одно время по поводу, совершенно не предполагающему такого количества и разнообразия гостей, соберутся, а если точнее - уже собрались, южане, северяне из ближних и дальних королевств, предельцы и орденцы чёрных крепостей, торговцы и посланники родовитых аристократов, маги и потомственные рыцари-модификанты, пираты и даже несколько кочевников. Иными словами - слишком много предельно различного народа, чтобы мероприятие могло обойтись без лишних проблем. И разбираться с ними приходится, конечно же, именно нам. Кому ещё? Впрочем, ворчать - ворчим, но вот громко возмущаться даже не помышляем, ведь виноваты оба и примерно в равной степени. Поскольку первая половина лишних гостей, в основном - северяне, приехали ради Ниавель, а вторая - винегрет со всей Вольницы с десертом из финаритов, собрались уже по мою душу.

И пусть ассорти получилось пёстрым, зато очень в духе нашего региона - разнообразие со всех уголков цивилизации. Так сказать, возродили овеянные славой традиции дружбы народов... Зато теперь никто не сможет поставить нам в вину несоблюдение нейтралитета в вопросе глобальной расстановки сил.

Причём примерно исходя из тех же устремлений, дипломатичности и прагматичного удобства, был выбран и церемониал свадьбы. А именно - последний, но далеко не по значению, этап - традиция и конкретные формы, которые должен будет принять этот социальный ритуал.

Или не только лишь социальный? До сих пор не уверен в существовании и степени влияния здешних богов, так что предпочёл отстраниться от всего с ними связанного.

Но даже так, остановиться на одном из многих десятков, а то и сотен вариантов, было откровенно непросто. Однако, изучив нормы, привычные современной и более древней аристократии, в достаточной степени точно определив собственные социально-сословные статусы, а также детально обговорив, чего вообще хотим от будущей семейной жизни, мы, взрослые разумные люди, совершили взвешенный, досконально продуманный выбор.

Без юмора, иронии и сарказма - несмотря на всё присущее волшебникам сумасшествие и припадки энтузиазма, проявляемые отдельными личностями, дело было просто слишком серьёзно, чтобы отнестись к нему без должного здравомыслия. Ни я, ни девушка не могли допустить, чтобы ошибки на этом поприще впоследствии как-то сказались на наших потомках. Причём даже не то что отрицательно, а хоть каким-нибудь не просчитанным заранее образом, поскольку любой выверт подобного рода из-за странного положения обоих родителей мог привести к натуральному истреблению всех причастных.

Да что уж там говорить, если даже сделай мы всё правильно, осадочек всё равно должен будет остаться? Союз древней крови северного короля-воина и неизвестно откуда взявшегося на далёком юге светлокожего мага-химеролога, которого всегда можно назначить носителем каких угодно территориальных претензий, уже сейчас представлял некоторую угрозу для ряда западных королевств. И то, что в качестве наиболее нейтральной меры мы выбрали старый ритуал времён ещё Второй республики, ныне по большому счёту уже давно и благополучно забытый или переосмысленный на просторах ещё помнящих его территорий, можно было трактовать и не только лишь как желание отстраниться от влияния ряда религиозных культов. А уж в купе с тем, как активно я штампую себе суперсолдат...

Любой здравомыслящий человек скажет, что если кто-то имеет возможность относительно законно стать королём, берёт в жёны желающую открутить головы его потенциальным противникам даму, причём делает это подражая традициям королей прошлого, собирает армию, накапливает ресурсы и деньги, обзаводится союзниками и даже готовит флот, то на насквозь мирное желание жить в тишине, спокойствии и достатке со стороны это не походит.

Ну вот вообще ни разу не походит.

Так что, с одной стороны, свадебный ритуал мы выбирали аккуратно и взвешено, а с другой - не слишком-то стеснялись, вполне понимая, что не сумеем сгладить впечатление показной скромностью. Даже наоборот, продешевим сейчас - дадим ещё больше поводов для волнений. Ведь куда, спрашивается, тогда пойдёт золото богатейших и влиятельнейших людей всея Вольницы, коими мы с невестой имеем честь является, если не на собственное торжество? Что может быть важнее свадебных понтов, от которых буквально зависит имидж благородного дома?

Слишком опасные вопросы. Ведь даже если не сумеют узнать, то надумают такое, что хоть в горы уходи.

Именно поэтому, против наших желаний, пришлось устраивать шик и блеск, ради которых потребовалась уйма подготовки: скупка и ремонт украшений в числе картин, скульптур и ювелирного лома; поиск и найм огромного количества ремесленников, не исключая и тех их разновидностей, кого в Междуречье в лучшем случае можно было сыскать с превеликим трудом; скорая постройка натурального поместья в черте города, а также поиск и подготовка слуг для него; локальная модернизация инфраструктуры, чтобы не ударить в грязь лицом по меркам изысканных вкусов представителей несколько более развитых государств... И все эти огромные затраты ресурсов, времени и усилий были нужны лишь ради того, чтобы провести одну единственную церемонию.

Недолгую.

По-хорошему всего на пару часов, как заложено в обычаях. Хотя ради дорогих гостей и придётся затянуть всё на дни, если не недели, поскольку по местным понятиям хороший пир не мог длиться меньше.

К сожалению, без этого было не обойтись, как бы не мы того желали. Даже несмотря на то, что именно многодневные празднования станут самой опасной частью всего мероприятия. Обильные возлияния, стресс, одновременно нервная и расслабляющая обстановка, множество незнакомых лиц и провокаторы, без которых не обойдётся - в итоге выходит довольно взрывоопасная смесь, склонная к множественным детонациям в виде скандалов.

Такое вот своеобразное время рисков и возможностей. Причём в первую очередь не столько для нас, сколько для прочих участников.

Время интриг, шпионажа и мутных схем.

Время политики.

Словом, типичная свадьба аристократии.

Дискотека пауков в банке.

- Мне даже немного жаль этих глупцов, - заметив у проплывшего мимо постоялого двора карету, богато отделанную и с ярко выкрашенными фамильными гербами на дверях, улыбнулся с искренней иронией.

Это я тут ехал, рефлексировал и переживал за будущее. Параноик, что тут сказать? Для меня вся эта история, равно как и присмотр за дворянами герцогства - тот ещё поток беспрестанных волнений. Уйма стресса и крупица удовольствия, причём даже от завершения хорошей интриги.

Но вот Ниавель...

Должно ли мне волноваться, если мухи сами слетелись на сети? Или, наоборот, следует радоваться, что прекрасная паучиха сможет наесться досыта, не покусившись на здравость рассудка своего уже почти супруга?

Не уверен.

В конце концов, если леди умудриться войти во вкус такой светской жизни, то меня могут вынудить начать устраивать все эти... рауты. До чего не хотелось бы доводить.

...

Ладно, девушку всё равно придётся накормить - взбудораженная последними месяцами, без мести личностям, причинившим ей столько волнений, она уже не успокоится. Упёртая, злопамятная красавица с замашками садистки...

Моя будущая жена, мда.

Глава 70 - Обёртка и содержание

- Прибыл.

Именно такой констатацией факта встретила меня невеста. Красивая, нарядная...

И в довольно занимательном обличье.

Первое, что бросалось в глаза - сложное платье, разукрашенное золотистыми и насыщенно голубыми орнаментами по фону настолько тёмно-синему, что местами он доходил аж до чёрного. Обилие слоёв ткани создавало ощущение массивности, лишь подтверждаемое длинными рукавами с изящными металлическими наручами, что тонкими цепочками по плечам соединялись с крупным золотым ожерельем, украшенным множеством драгоценных камней. К счастью, за исключением многослойной юбки в пол и высокой, но довольно тонкой тиары с тремя рожками-зубцами из серебряной проволоки, от всего остального статусного лома девушку удалось уберечь. А то ведь по-хорошему, исходя из изначальной традиции, ей следовало облачиться в полный комплект брони с пуховым поддоспешником, кирасой, кольчужный юбкой и койфом с наплечниками - словом, в полный боевой комплект мага-стихийника из старого благородного дома.

Мага, готового учинить форменную резню в абсолютно любой момент, даже на собственном празднике. Таковы уж были обстоятельства эпохи, избранной нами для подражания.

Только времена, когда любая свадьба могла быть прервана очередным нашествием чудовищ, уже давно прошли. Больше не существовало необходимости в настолько серьёзной перестраховке, даже если моя зеленоглазая волшебница и была способна выдержать целый день в таком наряде. А она была. Теоретически, исходя из чисто физиологических показателей. Однако, поскольку даже в настоящем бою предпочитала скорость защите, к нормальной броне была совершенно непривычна - а оная, между тем, требовала не только физических кондиций тела, но и нарабатываемой годами привычки. И причина тому проста - даже в урезанном варианте эти примерно двенадцать килограмм лишнего груза не только тратили силы, но и создавали ту ещё инерцию, превращая худенькую девушку в неуклюжего детёныша носорога. Того самого, который, как известно, проблем от плохого зрения не испытывает, поскольку при такой массе сам становится одной сплошной бедой для окружающих.

К тому же облачать её в консервную банку как минимум на восемь часов стояний на солнышке и не менее душных пиров, мне было просто жаль. Чисто по-человечески. Даже ради красоты, почёта, политических очков и прочего профита, явного или не очень - жаль и точка. Страдания просто не стоили того.

Хорошо ещё, что в этом мире не пользовались спросом высокие каблуки...

Так что в конечном итоге броню свели к минимуму, оставив лишь действительно статусные элементы, да и то - по возможности заменив их изящными декоративными аналогами. Ну и тканевую основу поменяли, раз уж броня исчезла - место сюрко и плаща заняло платье. Пусть и несколько чрезмерно объёмное, как на мой вкус, но зато по родной и любимой для девушки моде - северо-западной.

Её глаза так сверкали, стоило лишь в обсуждении затронуть этот фасон... не удивительно, что выбор в конечном итоге сошёлся именно на нём. Да и я не возражал, даже наоборот - горячо поддерживал, имея на этот счёт свои мотивы.

Всё же она выглядела восхитительно в любой одежде, а образом моей невесты в чём-нибудь невесомо-изящном, вроде того, в чём меня встретили полгода назад в Ванонии, я бы предпочёл не делиться ни с кем. А то знаю эту публику - некоторым чужую жену украсть, что до ветру сходить, а мне потом всех причастных на шашлык пускать.

Хотя маленькая резня, конечно, добавит пикантности семейным воспоминаниям. Но всё же хотелось бы обойтись без такого рода развлечений. Тем более, что просто так оно не прекратится - я себя хорошо знаю, и взбешённый от ревности могу закусить удила. Гормоны-то ведь уже работают...

...Всё то время, пока мысли проносились у меня в голове, девушка взглядом узревшего бессмысленность бытия философа продолжая взирать на разложенные перед ней наряды. Одежда покрывала оба дивана, углом обрамляющих низкий столик, пока сама леди расположилась по другую сторону оного, восседая в кресле с царственной осанкой по меньшей мере полновластной царицы. Хотя слегка растянутые в лукавой усмешке губы и закинутые друг на друга изящные ножки, очерчиваемые плотной тканью платья, в купе с расслаблено лежащими на подлокотниках руками, придавали её прекрасному облику капельку эротичного доминирования.

Ледяная королева, не иначе. Холодная снаружи, но очень даже тёплая внутри...

"А вот и гормоны зашевелились, - подумалось со смирением. - Скучал, но замечательно прожил бы без вас ещё целое десятилетие. А то и не одно..."

Тем временем, совершенно не замечая моих эмоциональных метаний, леди продолжала восседать. Именно так - величественно, элегантно, уверенно. Изящная туфелька качнулась в воздухе, пальцы правой ладони перебрали в лёгком нетерпении...

Так и хотелось пошутить что-то на тему "госпожи, предвкушающей сеанс церебрального секса с нерадивым слугой". Вот только, познакомившись с чудищами в голове этой девушки чуть ближе за последние месяцы, я прекрасно понимал, что сейчас в её мыслях могло вертеться вообще что угодно. Недовольна ли она, зла, несчастна или радостна - определить невозможно, пока леди не вынырнет из своих грёзы. Поскольку всё, что её мимика демонстрирует в такие моменты, есть не более чем намертво забитая в рефлексы привычка - маска, призванная скрыть истину за образом неявной угрозы.

Она играла лицом гораздо лучше меня, что и не удивительно, учитывая разницу в происхождении и условиях жизни. А что периодически демонстрировала настоящие эмоции жениху - то вообще чудо и знак небывалого доверия, удостаивались которого лишь по-настоящему близкие люди. Причём в этом она даже не была уникальна, лишь следуя порядкам, прописанным в среде потомственной элиты.

Когда понимаешь, что жить в браке десятилетиями и делать в нём же детей могут натурально чужие друг другу люди, объединённые одной лишь политической необходимостью, начинаешь ещё больше ценить искренние чувства. Даже если возникли они между, мягко скажем, не самыми психически здоровыми людьми.

Нам непросто даже жить вместе. Строить семью - тем более. Но, возможно, оно того стоило.

"Даже страшно представить, какие дети у нас получатся", - прострелила навязчивая и донельзя будоражащая мысль.

Увы, красочные перспективы слабо помогали с проблемами, возникающими здесь и сейчас. Однако, к счастью, у меня на руках были козыри, позволявшие играть и с такой раздачей.

В конце концов, победить более сильного игрока, за исключением слепой удачи, могло помочь лишь шулерство. Вопрос лишь в эффективности приёмов.

И вот с ней было... неоднозначно.

Утрируя, человеческие лица могли принимать какие угодно выражения, однако люди в сути своей так и оставались немного развившимися приматами. Инстинкты невозможно отменить, базовые рефлексы - осознанно переписать, а влияние остаточных продуктов гормонального обмена - скрыть.

Я видел больше других. Чувствовал и понимал то, что давным-давно разучился делать человеческий нос. Взглядом улавливал микродвижения мускулатуры, когда по нервам текли импульсы так и не отданных мозгом приказов...

...Вот только все эти поистине сверхчеловеческие способности, по иронии судьбы, с данной конкретной девушкой скорее мешали, чем помогали, вероятно, ввиду специфического образа мышления оной...

Да, именно так - это не "долбанутая на всю голову девочка-подросток с гормональным штормом", а "леди со специфическим образом мышления". Главное - почаще себе об этом напоминать, чтобы случайно не перепутать.

...И если бы не Ветра, в которых против воли отражались любые сильные эмоции недостаточно контролирующих себя магов, то понять её временами становилось бы едва ли возможно.

К счастью, на этот раз о причине волнений красавицы гадать не приходилось. Свадьба, будь она неладна. Вопрос состоял лишь в сути проблемы, приключившейся на этот раз.

- Как сухо, - слабо улыбнувшись, я прошествовал за занятое дамой кресло и расположил руки на обивке за её плечами. - И что же такого приключилось, раз ты так мне не рада? - и наклонившись, закончил речь шёпотом прямо в покрасневшее ушко: - Что вызывало неудовольствие моей госпожи?

Стоило отдать ей должной, девушка зарумянилась и несколько раз едва заметно вздрогнула, но суровой монументальности так и не утратила.

И осталась совершенно безмолвна.

- М-м-м, уже настолько готова к роли супруги? Или к чему-то иному? - мой тон стал ещё тише, ещё интимнее. - Какая властность, какое величие! Быть может, леди желает, чтобы недостойный пал к её ногам? Ласки ведь можно начать и оттуда...

- Хватит... - хрипловатым и приглушённым, каким-то полузадушенным голосом, возразила окончательно поалевшая красавица.

- Ну, можно и подождать, - жарко выдохнул во всё то же ушко, после чего на пару секунд нежно прикусил его. - В конце концов, от дня осталось не так много времени, и когда светило скроется за пеленой звёздной тьмы...

От последовавшего в следующее мгновение удара затылком увернуться получилось с лёгкостью, благо подобной реакции я и ожидал. Слишком нетипично и нарочито нагло себя вёл, слишком внезапно для её тонкой душевной организации, а между тем, эта изящная леди пусть и была с виду хрупкой, при этом всё ещё оставалась боевым магом. Потомственным, пережившим некоторое дерьмо, могущественным и уверенным в своих силах боевым магом. Таким, у кого на стресс подобного рода, на смущение в смеси с искренним возмущением, мог возникнуть лишь один ответ.

Агрессия.

- Ты-ы!.. - обернулась ко мне уже взбешённая фурия, проклиная изумрудным блеском потемневших глаз. - Ты-ы! Где были... Где были эти речи раньше?! Все эти месяцы! Годы! Ты-ы-ы!

И она начала вставать, благополучно позабыв о былой печали под весом острого желания покарать глупого мужчину. Яростная, слегка дрожащая от наплыва эмоций и такая сияющая...

Стоп. Минуточку.

- Ты так прекрасна в гневе! - не желая эскалировать ситуацию, из-за которой под напором изливающейся в реальность магии уже начинала подрагивать мебель, я смело шагнул к тонкой девичьей фигуре и совершенно беспардонно стиснул её в объятиях.

И всё замерло.

Я.

Она.

Мебель.

Тихо заглянувшая служанка.

Муха, последние минуты бесплодно бившаяся о стекло, а ныне павшая на пол жертвой всплеска энергии стихий.

...

Страха не было. На самом деле моя невеста достаточно хорошо себя контролировала - сказывались воспитание и жизненный опыт. Даже когда её тормошил один из немногих, кто мог задеть красавицу за живое, нервного срыва и всего прочего, что сопутствовало таковому у обладающих даром к волшебству, можно было не опасаться. Даже поставив себе целью доведение леди до белого каления, глупец первее получит смертоносными чарами в лицо, чем добьётся чего-либо стоящего словом.

Однако. Однако! То, что она всё же допускала проявление такого накала чувств в моём присутствии, не могло не радовать, ведь означало немалое доверие. И это во-первых. Во-вторых же...

- Отпускать? - спросил всё тем же шёпотом, но теперь уже в другое ушко.

- Нет... - последовал ответ в том же тоне спустя добрый десяток ударов сердца, во время которых её гнев переправлялся во что-то иное. После чего до того замершая девушка ожила, обвив руками мою талию, сделав объятия обоюдными.

Ну вот и отвлеклась красавица от лишних переживаний. Может быть, получилось грубовато и излишне манипулятивно, однако, право слово, уж о чём бы леди не волновалась ранее, едва ли достойная её похоронного настроения проблема могла внезапно возникнуть теперь, после всех приготовлений.

Мы составили планы буквально на все случаи жизни, на любое развитие любой возникшей на мероприятии ситуации, на каждый чёртов пункт этой проклятого всеми богами свадьбы. Я предусмотрел всё - и в том числе для того, чтобы она не снедала себя почём зря. Чтобы смогла насладиться тем, чего так добивалась и столько ждала.

Праздником.

И я не позволю ей сегодня хандрить, даже если того потребует душа девушки. Ведь времени на грусть не осталось - вскоре наступит пора сиять, завоёвывая умы и сердца.

А я стану ее тенью, защищая от отравленных клыков, наглых рыл, загребущие рук и прочих частей тел, коими невместно будет прикасаться к звёздочке.

Моей звёздочке...

...Десяток минут спустя мы уже вместе восседали в том кресле, обозревая ворох тряпья, покрывавшего мебель напротив. Дева уже сообщила, что вопрос её терзаний состоял в выборе нового фасона свадебного платья в связи с изменившимся составом гостей. И в этом ей просто необходима была моя помощь. Исключительно экспертная, естественно - переодевать леди будут уже служанки.

Хотя я был не прочь выполнить их работу, о чём честно и высказался. Однако в ответ получил лишь показательное игнорирование, пусть и подслащенное лукавым блеском глаз.

Что было особенно иронично, если учесть, что ныне она восседала на массивном подлокотнике, положив ножки на мои колени и привалившись грудью к моему плечу. Мягко говоря, далеко не целомудренная поза, причём даже несмотря на скрадывающее детали обилие ткани - хотя бы просто потому, что скрыть абсолютно всё тёмно-синее одеяние не могло, будь оно хоть втрое толще.

И уж точно оно не могло спрятать налившуюся за последние месяцы фигуру волшебницы, судя по всему, пожелавшей повзрослеть чуточку побыстрее. И магия исправно выполнила желание хозяйки, да ещё как! Её теперь в занавеску укутай - и даже так мумия чудо насколько эротичной получится, хотя ничего кроме обводов видно не будет.

Так что, даже если её нынешняя поза по всем правилам считалась приличной, пусть и проходила по самой грани допустимого, мне от этого легче не становилось. Как и не помогал болезненно врезавшийся в плечо краешек ожерелья дамы - боль совершенно не отрезвляла, лишь придавая ситуацию нотку некой пикантности. А леди этим пользовалась, беззастенчиво истощая запасы моего терпения.

Запасы, которые, очевидно, были уже на исходе.

- Развратник... - мурлычущим тоном прокомментировала она лёгкое сжатие моей ладони, несколькими мгновениями ранее сползшей с талии на то, что располагалось у красавицы чуть ниже. Хотя, правды ради, моей вины в том было немного - обвитая вокруг леди конечность, которой я поддерживал изящную спинку, была сжата в нескольких местах, от чего немного онемела. Жаловаться, однако, я даже не думал. Хотел лишь восстановить кровообращение, потому и двигал, дёргал, сжимал...

Не мог же я знать, где рука окажется в момент последнего действия, верно?

"О боги, дайте мне сил вытерпеть это искушение, - прикрыв веки на несколько мгновений под внимательным взором практически полулежащей на мне красавицы. - Дайте мне их, потому что она ничего терпеть уж точно не собирается".

- Хм-м, нам придётся немного подождать, милый, - тем временем прошептали мне в ухо. - Сперва придётся расправиться с теми, кто может нам помешать...

Низкое мурчание, горячее глубокое дыхание и смесь интересных запахов в купе с провокационной улыбкой. Кажется, роли поменялись, и теперь мне будут мстить за провокацию в тройном размере.

И не то чтобы я был против...

- Платье... - хрипло напомнил о теме собрания.

- Платье... - кивнула она в ответ с насмешливой улыбкой, будто бы забавляясь моему сопротивлению. - Твои южные друзья не приехали... Не смогли... Но посланцы отдарились весьма щедро, так что надо бы их уважить.

- Насколько щедро? Называли причины? - с некоторым трудом, но мне все же удалось вернуть ясность мышления. Вопрос - надолго ли.

- Корабли, три отреза мерцающего шёлка и шесть мешочков кристалитовых руд, - теперь улыбка, посетившая уста аристократки, была хищной, поскольку даже для королевской свадьбы такие подарки могли считаться чрезмерными. А значит, из простого закрепления уже существующих деловых отношений они по определению становились взяткой ради чего-то большего. Вот только, какова бы не была цель и к чему бы не привёл в конечном итоге этот манёвр, прибыль всё равно останется в нашем распоряжении. Даже если обиженные за отказ, посланцы потребуют вернуть подаренное.

В кои-то веки неожиданность оказалась приятной.

Корабли нам нужны, особенно после захвата Ванонии - борьба на большой воде последние месяцы лишь набирала обороты. Прочее же - редкие материалы из восточных регионов Южного гегемона всея ойкумены, используемые в том числе для изготовления экипировки магов. Одежда, оружие, инструменты - причём всё высокого качества, то есть мощное, прочное и долговечное.

Поистине царские подарки. Даже если связанные с ними надежды торговых партнёров не оправдаются, отдать должное цене и размаху всё равно следует. К примеру, через добавление в фасон одеяния невесты орнаментов, характерных для культуры финаров - кочевых предков современных смуглокожих жителей глобального Юга.

Всё же о финаритийском искусстве сейчас знают многие, и его популярность сравнима лишь со столь же выдающимися ценами. А вот о неказистом творчестве предков помнят разве что кланы, да и то - далеко не все. В основном либо традиционалисты, либо древние, ведущие родословную от племенной знати самих захватчиков. А поскольку именно эти две категории являются наиболее достойными доверия, ведь, несмотря на присущую их культуре хитрость и некоторое презрение к чужакам, они всё же приучены выполнять взятые на себя обязательства, то и в деловых партнёрах у меня ходят в основном представители их круга. Люди, чтущие наследие своих предков, каким бы примитивным оно не выглядело теперь.

Люди, что будут польщены, когда должное финарам воздаст представительница куда более древней северной знати.

Главное, чтобы среди этого иероглифического письма случайно не попались чью-нибудь старые клановые знаки - на Имя мы не претендуем и войн из-за невольных оскорблений не хотим.

Ну да ладно, сперва требуется определить, смогут ли вообще гости понять наш посыл.

- Дарители носили родовые глифы? - вынырнув из размышлений, спросил твёрдым голосом и постарался абстрагироваться от обтянутого тканью экстерьера леди.

- Откуда же мне знать? Я в сортах этих златолюбцев не разбираюсь, - пожала девушка плечами, сохраняя нарочито беззаботный, практически незаинтересованный тон.

Но это была ловушка.

Стоило мне только открыть рот для того, чтобы продолжить расспросы, должные всё же пролить свет на происхождение уважаемых людей, как колыхнувшиеся Ветра заставили прикусить язык.

Кажется, мстительная красавица не захотела просто так отпускать ситуацию и уже спланировала сценарий скандала. Ни единого мускула не дрогнуло на её лице, таком наивном и совершенно бесхитростном. Чистые глаза глядели прямо, отражая лишь покой и умиротворение после недавнего всплеска эмоций. И если бы не магия...

...

Пусть опыта у меня немного, но что делать в таких случаях - знаю. Благо Ниавель не принадлежала к числу стерв, получающих удовольствие от трепания чужих нервов.

- Виноват, - покорно кивнул и уже в следующих миг наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй на вновь поалевшей щёчке. - Грешен - ты была права, стоило эту ночь провести здесь, и заняться приёмом гостей с самого утра вместе с тобой. В своё оправдание скажу, что об изменениях планов финариты не сообщали. Более того - делегации Ревхары и Аклиомы тремя неделями ранее уже видели в Междуречье, и тогда ничего не предвещало сюрпризов.

После чего последовал поцелуй уже в другую щёку и продолжение речи под прищуренный в этаком подозрении взор дамы:

- К тому же, мы же и такой поворот событий предусмотрели, не так ли? - тон спокойный, чуточку заискивающий, как при разговоре с опасным зверем. - Так и чего себя накручивать, волнуясь о таких пустяках? Подходящие платья есть, если понадобится - успеем чуть-чуть перешить, а с мелкими огрехами, останься они, этим идиотам придется смириться, запихав гордость друг дружке в задницы. Сами ведь виноваты, могли бы и предупредить заранее.

И в завершении свободная рука уже было дёрнулась, чтобы сжать хрупкое плечико невесты в жесте поддержки и утешения, как почти сразу же пришлось давать себе ментальную затрещину и возвращать конечность обратно - наряд девушки к таким ласкам из-за хрупкого декора просто не располагал. Однако порыв не остался незамеченным - взгляд леди мгновенно перетёк на руку, после чего, описав круг по тряпью на диванах, снова встретился с моим. Только уже без всякого подозрения в глазах.

- М-м, - зажмурилась она следом. - Может быть, ты и прав... - резко выдохнула через нос от переизбытка чувств. - Может быть, переживания были напрасны... - покачала головой, вновь посмотрев на меня. - Однако мне было грустно и одиноко - и за это тебе придётся заплатить.

Что же, чего-то подобного я и ожидал.

- Много? - вопрос сопровождался лёгкой улыбкой.

- Немало, - сузила Ниавель глазки, словно задумавшая хитрую пакость кошка. Впрочем, почему "словно"?

- И цену ты назовёшь потом, - она всегда так делала.

- Верно, - короткий кивок.

- Ладно... Только не забывай, что ещё не наступил даже полдень.

Наше небольшое соглашение предписывало платить уступками на невольно причинённые обиды - чтобы хорошим компенсировать неприятное. Причём речь шла отнюдь не о материальных ценностях, а в первую очередь о времени, проводимом совместно в занятии тем, что нравится одной из сторон. Логика кажется очевидной, как и личность той, кому эта идея пришлась особенно по душе. Однако на самом деле оба пункта не были столь уж однозначны.

Умение договариваться - черта, безусловно, очень важная в знатном обществе. Вот только между способностью и желанием всегда пролегала пропасть, преодолеть которую решался далеко не каждый. Особенно среди интриганов. А уж если учесть, как начались и развивались наши отношения, к равному партнёрству не только на словах, но и в действительности, могли прийти лишь люди, наученные горьким опытом. И к Ниавель это, как понятно, относилось едва ли. Так что пришлось брать дело в свои руки...

Впрочем, к её гордости, девушка своими навыками в манипуляциях если и пользовалась, то по минимуму. Сама ситуации не провоцировала, из мух слонов не раздувала, вспышками неадекватности не наслаждалась. И объяснять старалась понятно, чтобы глупый партнёр уж точно осознал, за что на него обиделись в очередной раз. Хотя ведь могла, умела и практиковала такое, что люди натурально вешались, морально уничтоженные этой злобной фурией в теле писаной красавицы.

Видимо, у нас действительно получалось что-то хорошее. По крайней мере, когда оба прикладывают столько усилий, построенное не рухнет от первых же бедственных порывов.

- Так что будем делать? - вернув взгляд на одежду, тихо попросила девушка, чем прервала мои мысли.

- Ты - наслаждаться последними свободными часами, - улыбнувшись, осторожно боднул её шевелюру лбом, чем немного растрепал хитро уложенные волосы. - А мне придётся сходить и посмотреть на южан воочию. Заодно и на остальных взгляну...

Да и новости кое-какие узнаю - всё же странники из дальних земель должны что-то знать о парочке регионов, заинтересовавших меня в последнее время.

Однако ещё добрый десяток минут мы так и просидели, не шелохнув даже пальцем ради дел. Расставаться как-то не хотелось, особенно ради чужаков, значительное число из которых мы не знали не то что воочию, но даже по переписке. В лучшем случае знакомые знакомых, не представленные ни кому из нас на каких-нибудь раутах в честь совершеннолетия по вполне очевидным причинам.

А ведь с ними придётся говорить.

Но я так не люблю этого делать. Да и самих людей не очень-то выношу. Даже магов, с которыми приходится регулярно контактировать, даром что личности не совсем уж дремучие. Но эта чванливая аристократия с менталитетом мелкопоместного бандита из страны третьего мира...

Но нужно.

Резкий стук в окно отвлёк от печальных размышлений, с которыми примиряло лишь тепло женского тела рядом.

- М-м-м? - непонимающе протянула сонная девушка, успевшая немного прикорнуть у меня на плече. Вероятно, её ночь выдалась бессонной, или отдыху мешали не столь уж редкие кошмары, разнообразие которых после Ванонии несколько увеличилось.

Мой же взгляд просто замер на почтовой химере, зацепившейся за узкую оконную раму. Сильные когтистые лапы легко удерживали слегка несуразное, крупное тело, пока клюв вновь примерялся к стеклу. Только всё это меня мало волновало, в отличие от раскраски оперения птицы.

Я узнал её.

Вестница самых экстренных новостей.

Умная, выносливая, опытная и неимоверно удачливая пташка, несущая на своих крыльях лишь несчастья и беды. Её прибытие не предвещало ничего хорошего.

А день ведь так хорошо начинался...

Глава 71 - Свадьба

Каблуки приглушённо стучали по камню, пока путь стелился под моими ногами. Прямой, просторный, залитый солнечным светом коридор с большими окнами в обрамлении гардин - не чета узким извилистым проходам замкового донжона. По такому даже просто гулять приятно.

На то, собственно, эти хоромы в черте города и возводили - работать и отдыхать, а не воевать. Хотя для последнего особняк тоже годился, не даром ведь лично большую его часть наколдовывал. И обойти тему обороны никак не мог - это ведь какие стыд и позор были бы, не имей моя недвижимость возможности отбить хотя бы средненький штурм? Да и от всяческих убийц заложиться необходимо, а то ведь только ляжешь на мягкие перины, как перед глазами сразу кадры из старой игрушки про убийц-фанатиков всплывают. Пусть то и была фантастика напополам с фэнтези, но о рисках напоминала и спать мешала изрядно.

С другой стороны, в первую очередь это место создавалось именно в качестве деловой резиденции, и, соответственно роли, предоставляло гостевые места для самых уважаемых клиентов. Ну, или для уже не столь уважаемых, но способных заплатить немалую цену и дать слово благородного человека. То есть выступало этакой элитной гостиницей для тех, кому спать на постоялых дворах уже было не совсем уместно, а получить койку в замке герцога по каким-то причинам не получалось. Но стоило только прикинуть, что это могли быть за личности, и кто таких обычно сопровождает в странствиях, как оказывалось, что опасаться постояльцам и охране особняка следовало в первую очередь вовсе не внешних штурмов.

Впрочем, я и для внутренних диверсантов сюрпризы оставил. Впечатлений обретут полные штаны.

"Жаль, что от некоторых опасностей никакие стены не помогут..." - пронеслась мимолётная мысль, от которой в мелодии настроения вновь зазвучали минорные нотки.

Вести, принесённые летучим посланцем прямиком из штаба в замке, совершенно не радовали.

Катаклизм.

Снова.

И сколь бы ожидаемы они ни были, всё равно упорно стремятся преподнести сюрпризы.

Так и хотелось добавить ремарку о совершенно неудачном выборе времени, да только какое время для них может быть удачным? Пусть даже на этот раз беда пришла ну совсем не вовремя.

А впрочем...

Подобно жителям этих поистине древних земель, я давным-давно перестал считать, сколько чертовщины происходило вокруг по воле неумолимого рока, а сколько становилось следствием человеческого фактора или естественных природных процессов. Фигня просто... случалась. Без системы. Без логики.

Без смысла.

И хотя годы моего управления благостно сказались на герцогстве, - не в последнюю очередь потому, что я обладал возможностью, хоть и ограничено, но всё же пересказывать такого рода события, - иногда обстоятельства складывались таким образом, что удар происходил внезапно. И бывало, даже не потому, что появлялись дела поважнее очередного локального кризиса, но по причине неочевидности веса происшествия даже с точки зрения сил, лежащих в основе функционала Игральной кости.

Иначе говоря - далеко не всегда катаклизм, что называется, бил по темечку с разворота. Нередки были и отложенные угрозы - когда изначально плёвая проблема активно набирала массу, чтобы однажды неостановимой громадой обрушится на ничего не подозревающих людей.

Что толку от предупреждений истинного артефакта в таких случаях, если момент, когда беду можно было пресечь в зародыше, безвозвратно утрачен? Не больше, чем в борьбе с неприятностями классического, более прямолинейного толка.

Зато там, где не помогала мистика, решала грубая сила в лице шпионов, чиновников и объездных патрулей. И зачастую этого хватало, чтобы обнаружить проблему раньше, чем она успеет превратиться в настоящий кошмар.

Так произошло и на этот раз. Кто же мог знать, что инвазивная паразитическая флора, незаметно для людей появившаяся в лесах севернее Ванонии, окажется способна заразить такую площадь за срок, не превышающий трёх недель, прошедших с последнего осмотра той чащобы? Никто не мог - но вероятность подобного я всё же предвидел. И только поэтому к текущему моменту пострадать успела всего лишь одна деревня, да и то - самым краешком.

Уж на что крестьяне - люд предприимчивый да до барского взора скрытный, а всё же имеют понимание, где и с каким риском живут. Как обнаружили непонятное - так вперёд собственного визга к моим людям и прискакали. И на всякий случай вещички собирать стали.

"Люблю вольников..." - не мог не умилиться столь рациональному подходу.

Благо, судя по всему, для людей и животных чужеродная дрянь была не опасна, что уже хорошо. Вот только корабельный лес жрала и поля выпивала, словно бедняк в трактирном погребе.

А что самое поганое - абсолютно не понятен механизм распространения. Увы, этого мои агенты определить были просто не способны, даром что лично в разных науках натаскивал. Судя по виду - гадость являлась чем-то вроде лишайника подозрительно сизого оттенка. Вот только не уверен я, что такого рода организм смог бы распространяться столь быстро.

Хотя... Кто знает. В этом мире возможны чудеса.

Собственно, пока эта новость не требовала немедленного личного вмешательства, хотя и обещало долгую напряжённую работу немногим позднее. Ведь самым лучшим средством для устранения очага заражения закономерно становился огнемёт, причём любого происхождения. Так что, если исследование не покажет опасности разнесения паразита на частицах пепла, самым логичным выходом окажется банальная зачистка участка силами некоторого контингента из числа магов нашей державы.

Просто много кропотливой работы, только и всего. Без лишних волнений и превозмоганий.

Скучно. И грустно, если учесть, чем я мог занять время, которое необходимо будет потратить на преодоление очередного локального кризиса.

"Эх, а у меня ведь вскоре появится жена... Да ещё какая!.. - сердце пронзила печаль, сродни той, что возникает у ребёнка при исчезновении долгожданных сладостей. Разочарование. Впрочем, продержалось оно недолго, вскоре сменившись здравым опасением. - Как бы моя суженая мне чего не оторвала, когда я прямиком из супружеского ложа на пару недель в другой конец державы отправлюсь. Выглядеть это будет... как минимум некрасиво".

Всё же, насколько бы Ниавель не была умной, любящей, чуткой и понимающей девушкой, становится целью её мстительной натуры мне совершенно не хотелось. Настолько, что невольно мыслительный процесс достигал той отметки, когда риск масштабного заражения местности уже не казался столь уж весомым.

От такого настроение упало ещё ниже. Хотя вскоре приободрилось, стоило из-за угла показаться знакомому бородатому лицу, чей хозяин стремительно направился ко мне.

- Милорд, - неглубоко поклонился слуга и протянул неказистый деревянный ларец, тут же перекочевавший ко мне в руки.

- Что-то срочное? - спросил без всякого выражения.

- Ничего, - выпрямился мужчина и скосил взгляд на коридор за моей спиной. Исходя из моих ощущений, там было пусто, но бдительность всё равно требовалось соблюдать.

- Прекрасно, - мимолётно кивнув, я направился дальше. Однако первоначальный маршрут претерпел некоторое изменение - вместо крыла, занятого гостями с Юга, путь привёл меня в одно из покамест пустующих помещений.

Стол, стул и камин - всё нужное есть в любом из "номеров", так что заняться просмотром записей можно будет и прямо здесь. Не зря ведь мои люди столько разговоры здешних постояльцев слушали да записывали - глядишь, получу часть ответов без всяких разговоров.

- Ну, приступим...

...- Ясно, - пересохшие губы едва шевелились, а голос был тих.

Что же, люди любят поговорить. В конце концов это в нашей природе. А что иные больше хвастаются да многозначительными намёками разбрасываются - то дело для шпиона непринципиальное. Если источников сведений достаточно, то рано или поздно из отдельных кусочков полуправды сложится образ цельной картины.

Не факт, что правильный, конечно, но и эту проблему можно решить. Дело вдумчивых разговоров недалёкого, возможно, в вариации перекрёстных допросов.

А пока... Новости из дальнего зарубежья.

Война западных королевств затягивалась и всё больше скатывалась в хаос. Державы трещали под натиском внешних угроз и внутренних противоречий, да настолько, что прибывшие оттуда аристократы уже не были уверены, какая судьба постигнет многострадальные родины во время их небольшого путешествия к нам. Очень уж стремительно всё катилось в раздробленность - то жрецы города с замками захватывали, то знать о независимости объявляла, то наемные компании себе феоды в личное пользование отхватывали. Что уж говорить, если даже рыцарские ордена, эти суровые защитники человечества от угрозы Леса, вместо сражения с нелюдями и чудовищами принялись устраивать развесёлые интервенции, пусть и прикрываясь благородными мотивами. И хотя ничего нового в полезших в политику вояках, конечно, не было и быть не могло, однако история Севера говорила ясно - когда такое случалось, следовало ожидать сильной перекройки границ.

Чудо будет, если кризис выдохнется в ближайшие пару лет. А то ведь может не на десятилетия даже - на столетия затянуться, по завершении заставив картографов учить написание названий совершенно новых королевств.

Впрочем, нам ли о том горевать? Свою выгоду получали, получаем и будем получать. Если, конечно, будет с чего...

И о последнем - подробнее.

В восточной Финаритии сумели взять под контроль мор - распространение болезни остановлено, смертность идёт на спад. Вот только уже понесённых потерь хватило, чтобы последствия не заставили себя долго ждать. Ранее замёрзшая в шатком равновесии политическая борьба нескольких фракций внутри государства сдвинулась с мёртвой точки, и кое-где холодная война уже вполне успела достигнуть горячей фазы. Не отошёл ещё народ от прошлого противостояния, как новое вспыхнуло подобно сухому труту под искрами, причём со всё тем же аккомпанементом из налётов кочевников, монстров и нелюдей на закономерно ослабевшие рубежи.

В такой ситуации решение деловых партнёров становится понятным - люди срочно вернулись домой, чтобы руководить борьбой или хотя бы держать руку на пульсе. А к нам отправили примазываться либо младших соклановцев, либо слуг из младших родов, чтобы иметь запасную гавань для побега в случае проигрыша. Причём, как водится, отправили не с пустыми руками, а с подарками, ради которых наверняка опустошили несколько заначек на чёрный день.

К сожалению, несмотря на некоторую полезность этого противостояния для нас, в глобальном плане оно несло лишь убытки. Даже возможность ещё большего перехвата торговых потоков, равно как и снятия самых сливок посредством очень "выгодного" обмена предметов роскоши на золото и товары первой необходимости, не грели сердце на фоне общего угасания торговли как таковой. Ведь вскоре финаритам резко станет не до неё - все ресурсы будут брошены на фронт, и для излишеств останется мало места. А для военного импорта, увы, Финарития слишком самодостаточна.

Нас ожидают трудные времена...

Но мало того, проблемами запахло ещё и там, откуда совсем не ждали - от Гегемонии. Снова закрыты границы. Снова заморских купцов погнали из городов, причём нередко без возможности забрать товары со складов, что изрядно подмочило репутацию воинственных изоляционистов. При этом, за возмущенными воплями несправедливо обиженных как-то скрылся факт боевых столкновений нескольких флотилий этого государства, достоверными свидетелями чего стало немало уважаемых людей.

Информации о деталях происходящего, увы, оказалось немного. Да и та, что была, характер носила в основном косвенный. Однако даже этого хватило, чтобы многие сделали закономерный вывод - более всего увиденное напоминало начало маленькой, камерной гражданской войны.

Причём размер я указал неспроста - будь иначе, и участники, наоборот, поспешили бы увеличить свои шансы на успех иностранными капиталами. Но пока все выглядит таким образом, будто явно более сильная сторона очень не хотела, чтобы соперники получили возможность усилиться или сбежать при помощи иностранцев.

Впрочем, что бы там не приключилось, главное - снова пострадает торговля. И не чья-нибудь чужая, а, чёрт побери, моя! То есть наша!

"Ну и что это за подарки на свадьбу? Ещё извержения вулкана с цунами не хватало, да масштабного вторжения чужеродной фауны с гор", - накрыл меня всплеск усталой язвительности.

...

А потом, чуть подумав, я повернул голову и трижды сплюнул через левое плечо. На всякий случай.

Вряд ли поможет, конечно, но пусть. Хуже уж точно не станет. Всё же с мистикой в этом мире лучше не шутить...

"Хотя, быть может, пошутить можно с нашими гостями? - посетившая мысль позволила немного воспрянуть духом, и подняться из кресла уже без прежней печали. - Тем более, всё равно собирался поговорить перед торжеством. Может, хоть развлекут, нахлебники..."

***

Одна из больших гостиных, отданная под рекреационную зону на срок до начала торжества, встретила меня оригинально.

Мордобоем.

- Милорд, - почтительно поклонился слуга, в компании двух гвардейцев дежуривший у главного из трёх проходов в помещение. Следом повернулись и повторили его приветствие и воины, но только для того, чтобы уже мгновением спустя вернуться к прежнему занятию - наблюдению за разворачивающейся баталией.

Впрочем, поглощённый открывшимся зрелищем в первые секунды я вообще не смог выдать ничего вразумительного в ответ, ограничившись лишь многозначительным мычанием.

Признаться, прожив в этом мире достаточно, я прекрасно понимал, что драка на свадьбе была не вопросом, а непреложной действительностью местного социума. Но чтобы так скоро, ещё до самой церемонии...

Повторюсь - это очень оригинально.

Причём, к чести присутствующих, никто за оружие не хватался, верша дискуссию лишь кулаками да тумаками. Исключением стали две дамы, ощетинившиеся, судя по виду, столовыми ножами. Но на обеих пташек, отгородившихся от основной массы бойцов дубовым столом, и так обращали самый минимум внимания. Да и его бы не было, не осыпай благородные леди бранью всех и каждого.

В остальном - обычная драка стенка на стенку в исполнении северян, численностью никак не меньше двух десятков человек. А дамы, кстати, в финаритских платьях, так что их состояние даже можно понять - не ожидали южанки таких пируэтов от знатных мужей. У них-то клановцев на полях брани нечасто встретишь, особенно с честной сталью в руках.

Ох уж эти суровые средневековые мужики...

- С чего началось-то хоть? - спросил так, чтобы услышали только мои люди.

Вопрос не был праздным - в зависимости от причины оценивалась не только степень наказания, которое мне придется назначать как принимающей стороне, но и необходимость вмешательства в принципе. Всё же, репутация в этом мире - штука крайне важная, и не хотелось бы наживать себе врагов из-за умаления чьей-нибудь чести.

- Оскорбление, милорд, - сделав ко мне боковой шаг, склонившись и понизив тон ещё больше, принялся отвечать мне слуга. Или же "слуга", если учесть, что простых разнорабочих в этом доме отродясь не бывало. - Господа не смогли решить, кто именно из королевств предал союзника в некоем сражении. К сожалению, словесно истину установить не вышло, от чего в ход пошли иные... аргументы.

- М-м, - протянул разочарованно, - а я уж было начал ожидать действительно интересных поворотов...

- Эти сведения не важны? - в голосе собеседника зазвучало удивление.

- Почему же, очень и очень важны! - поощрительно улыбнулся в ответ. - Просто о таком мы бы все равно узнали рано или поздно, а вот личные дрязги между знатью на всеобщее обозрение выносятся не так часто. Уж тем более, не со столь большой яростью, чтобы устраивать переполох на моей свадьбе.

- Нам вмешаться? - вновь развернулись воины, уловив в моём голосе раздражение.

И подумав для приличия десяток секунд, внутреннее взвешивая недостатки почти принятого решения, я всё же ответил:

- Знаете... Да, вмешайтесь. И хорошенько намните бока этим наглецам, чтобы впредь уважали хозяев дома.

Едва успев обозначить кивки, уже в следующее мгновение модификанты устремились в самую гущу битвы, и от скорости их силуэты смазались в воздухе. И началось избиение. Безусловно, болезненное, но предельно осторожное - чтобы случайно не покалечить.

Со всей любовью, так сказать...

...- Немытые варвары! Свиньи!.. - всё продолжала возмущаться одна из южанок, фигуристая миловидная женщина с чёрными волосами и кожей цвета топлёной карамели. Исходя из сведений шпионов, обычно она со своей спутницей предпочитали не привлекать внимание, однако, судя по всему, пережитый стресс в купе с волнениями последних недель всё-таки переполнили чашу психической выносливости дамы.

По крайней мере, именно на это я намекал другим гостям, кои то и дело недовольно посматривали на женщину, неспособную унять словарный поток уже добрых полчаса кряду. Впрочем, никто успокаивать её всё равно не собирался - пусть и специфическое, но развлечение, с которыми при текущем развития технологий было небогато даже при наличии магии. К тому же, хорошая тема для обсуждения, с которой можно было начинать разговор. А там, действуя плавно и осторожно, добраться и до сведений, из интереса к которым я и оказался вынужден созерцать все эти не обременённые интеллектом рожи.

Причём в последнем если и было преувеличение, то небольшое, поскольку в дальнюю дорогу по опасному краю решили отправить явно не самых ценных родственничков. Достаточно знатных, чтобы они могли засвидетельствовать своё почтение, но уж точно не наследников земельных наделов и прочих ценных кадров.

Однако даже такие личности знали много хотя бы в силу своего положения. Чего оказалось достаточно для подтверждения мировых новостей в процессе аккуратных расспросов.

Ранее я предполагал, что человеческая цивилизация в текущий временной отрезок этого мира пребывает далеко не в самом лучшем положении... Не в выгребной яме бултыхается, безусловно, но лежит где-то рядом с ней - точно. Однако теперь, судя по всему, люди сделали уверенный толчок и покатились с горки...

Куда приведёт этот путь, думаю, объяснять не нужно.

Более того - это даже не было "естественным историческим процессом" в полной мере, поскольку, как оказалось, в Финаритии поразившей страну болезни кто-то усердно помогал распространяться. Кто - мои гости не имели даже догадок, хотя в самых верхах, судя по всему, о виновниках если не знали, то подозрения имели.

Так и узнаёшь, насколько, оказывается, спокойно живёшь в зоне регулярных магических катаклизмов. Пожарам, блуждающим мертвякам и чудищам хотя бы никто из людей не помогает - уже огромное подспорье.

И вот на столь "положительной" ноте знать я и оставил, поспешив заняться организационной работой. И поспешил быстро, поскольку настроение от новостей пробило дно, а в таком состоянии да при гормонах раздражительность на медленно думающих и туго соображающий собеседников грозило привести печальной ноте с запахом горелой плоти.

***

Наконец, этот миг настал.

Почти.

Вот как старший родственник невесты прибудет - так сразу же. А пока...

Во внутреннем дворе особняка, площадке шестиугольной формы, на данный момент покрытой лишь травой да крохотными кустарниками, собрались все приглашенные гости. Ну, из тех, кто добрался-таки до самого празднества, не потерявшись на дороге жизни. Ради них же средь толпы сновали слуги, то обновляя закуски на расставленных у стен столах, то поднося выпивку и снедь прямиком разленившимся аристократам.

Ради наиболее ярких представителей из числа последних, кстати, на улицу пришлось всё же вынести лавки и стулья, хотя первоначальный план предполагал стоячую церемонию. Короткую, всего минут на сорок-пятьдесят, однако даже такое испытание преодолеть смогли далеко не все... Хотя дело было вовсе не в физической слабости - просто кто-то изволил накатить ещё до пира, от чего ныне пребывать в устойчивом вертикальном состоянии мог только сидя. Да и солнышко, говорят, припекало...

Впрочем, жаловаться на трудности они от чего-то предпочитали лишь между собой, даже не помышляя об обращении к хозяевам мероприятия. Возможно, причина заключалась в поистине добродушных улыбках, словно вырезанных на наших с Ниавель лицах суровым доисторическим скульптором. При убийственно холодных взглядах зрелище, наверное, создавалось ещё то.

А быть может, причина была в наших нарядах? Всё же моя невеста, облачённая пусть и в декоративную, но всё же броню, выглядела удивительно грозно, даже несмотря на невысокий рост и общую изящность телосложения. А уж я, по привычке закованный в стальные латы, да с совсем не церемониальным двуручным мечом...

Для полноты картины не хватало лишь груды горящих тел. Вот тогда, думаю, антураж стал бы практически идентичен декорациям некоторых церемоний в далёком прошлом этой земли. Но и так зрелище получилось внушительным, и безмерно надеюсь, что причастные запомнят его надолго.

С другой стороны, впрочем, удерживать их от жалоб мог не только страх, но и стыд. Особенно это касалось северян, страдающих больше прочих - побитые, принявшие на грудь и теперь несколько вспотевшие, мужчины и редкие женщины уже наверняка успели пожалеть, что решили прийти сюда при полном параде. Ну не по наш климат все эти шерстяные плащи, многослойные кафтаны, ворсистые штаны и прочие подобные изыски морозных широт. Но признать свой промах, а уж тем более пожаловаться, когда буквально перед глазами стоим все такие красивые мы - парочка "гениев мысли", превозмогающих дискомфорт в боевом облачении? Да никогда! Уж лучше от теплового удара в обморок рухнуть, чем признать поражение!

И насколько бы сильно они теперь не пахли... слабостью, но во имя сохранения остатков гордости, сыны и дочери самого холодного региона ойкумены не были намерены признавать собственную физическую немощь. При вольниках и южанах - уж точно.

Ну, их право. Им ведь страдать когда пир начнётся, не нам...

Хотя...

"Алкоголь и взопревшие от жары люди - плохое сочетание. Как бы потом не пришлось успокаивать да лечить инфаркты с инсультами", - от открывшейся перспективы в душе поднялась волна гнева и усталой обречённости, вылившаяся в ещё более тяжёлый взгляд, обращённый на кучку идиотов. Только лучше не стало - кажется, от проявленного недовольства они стали потеть ещё больше.

Вспышку ещё большей ярости предотвратила прекрасная невеста. Видимо, почувствовав колебания эмоций в Ветрах, в чём в последнее время изрядно поднаторела, она мягко коснулась моей ладони. После чего, переплетя пальцы, чуть сжала и невесомо погладила.

Это было, безусловно, приятно. Вот только не хотел бы я знать, что она почувствует, когда эти печальные предсказания воплотятся в реальность. Леди и от потасовки, о которой узнала уже постфактум, пришла едва ли не в бешенство, а уж от такого рода попыток испортить мероприятие, причём со стороны самих гостей...

Как бы кого-нибудь в сердцах не прикончила.

"Удержать её от поспешных решений будет непросто..." - мысль, против логики, повеселила. И даже немного воодушевила, к тому же заставив испытывать какое-то хищное предвкушение.

Всё же больше, чем чужаков, я не любил только дураков и наглецов. А люди, осознанно подвергавшие опасности свои жизни находясь в чужом доме, безусловно, относились сразу к обеим этим категориям. Смерть таких, пусть принесёт нам некоторые неприятности, в перспективе непременно станет благом для всего человечества.

Ну и Ниавель обрадует, надеюсь. Не всё же время пирогами да милыми питомцами ей настроение поднимать - злоупотребление ограниченным спектром стимулов может привести к привыканию, чего хотелось бы избежать.

"И минуты не прошло, как я уже оправдал убийство полутора десятков политических союзников, - наконец осознал, до чего додумался в приступе раздражения. - Нет, решительно - нам нужен медовый месяц. А то с таким настроем, боюсь, наделаем вместе таких делов, что хоть сразу в горы убегай".

И желая передать толику чувств, сопровождавших принятое решение, я сжал хрупкую ладонь леди чуть сильнее, чем она ранее. А на её едва повернувшийся в мою сторону взгляд, чье новое положение теперь позволяло периферийным зрением наблюдать за моим лицом, изобразил намёк на мягкую, обещающую успокоение улыбку.

Уж не знаю, что она поняла из разыгранной пантомимы, но в ответ одарила точно таким же намёком.

А далее мы продолжили ожидать, замерев перед толпой памятниками самим себе.

Вдвоём. Этакие боги войны, Арес и Афина - безусловно, красивые, но немного выбивающиеся в канве грядущего праздника жизни своим демонстративным, несвойственным в текущую эпоху милитаризмом.

Касалось это обоих - красавица в воинственности облика мне если и уступала, то ненамного. Причём благодаря не столько декоративной броне и украшениям, сколько немаленькому оружию, при взгляде на которое человек мог уловить не только закономерную окраску, но и некое иное, достаточно странное чувство на самом краю сознания.

С виду это был обыкновенный полуторный клинок. Причём, несмотря на отсутствие украшений и некоторую грубость, на деле данное внешне ухоженное оружие являлось какой-то родовой реликвией. И не простой, то есть исключительно исторической, а очень даже магической! Прозванный за безобидность кровопийцей наносил раны, которое кровоточили на порядки дольше нормы, практически не заживая обычным образом на протяжении многих часов. А любой, смотревший на лезвие свыше нескольких минут, начинал ощущать слабое, едва осознаваемое чувство голода. Неестественное настолько, что у некоторых в придачу вызывало ещё и тошноту.

Странное сочетание, более подходящее какой-нибудь фэнтезийной вампирской заточке, чем артефакту этого мира. Да и практичность оставляла желать лучшего - мало того, что сама форма инструмента насилия была нетипична для классических северных школ фехтования ввиду своей нетипичности, так ещё и мистический эффект мог помочь разве что против людей, но никак не монстров. И причина тому банальна - чудища, в борьбе с которыми мог пригодиться такой меч, зачастую обладали слишком большими размером и массой, чтобы им действительно угрожало кровотечение ран, нанесённых таким клинком. Ведь никакой особенной прочностью или остротой оружие не обладало. А более мелких тварей было проще заколоть, чем истощить кровопотерей.

В общем, эта реликвия просто являлась ещё одним маленьким, слегка бесполезным чудом, исследовать которое у меня всё никак не доходили руки. Тем более, ранее я и доступа к клинку не имел, поскольку его использовали в качестве ещё одной гирьки на весах торговли о нашем союзе.

Но теперь, как только время появится - так сразу, честное слово! А пока полуторник, упёртый в доски под нашими ногами, продолжал покорно лежать в нежной ладошке Ниавель. Причём держала его леди без всякого напряжения, ещё и периодически приподнимая, не то в желании воткнуть кусок заточенной стали в некоторых личностей перед нами, не то просто от нервного ожидания.

Волновалась, словом.

Я на её фоне являл собой настоящий идеал рыцарства - безмолвного, недвижимого и совершенно безучастного воина внушительных комплекций. Причём ещё более внушительных, чем ранее могла лицезреть Ванония - и без того немалый рост продолжал увеличиваться, потихоньку превращая меня на фоне местных в натурального великана. А уж при броне, да в ботфортах с подбивкой и каблуком, фигура получалась и вовсе титанической...

"Хотя до тех морских тварей, что порушили город, мне ещё расти и расти", - задорной искрой вспыхнула в мыслях ирония.

На самом деле такая физическая метаморфоза преследовала сразу несколько целей, главной из которых являлось банальное увеличение внутреннего пространства организма. Больше тело - больше в него можно будет имплантировать без существенной перестройки, логичная и сугубо практичная мотивация. Впрочем, смотреть на всех свысока, внушать страх одним своим видом и иметь превосходство в радиусе поражения оружия ближнего боя благодаря длине рук тоже было очень даже приятно, так что эмоции в расчёте также присутствовали. И на фоне такой смеси логики и желания немногочисленные минусы уже как-то не котировались.

Главным было с гормонами и мозгом не напортачить, а уж с большей заметностью и склонностью к чуть более стремительной деградации опорно-двигательного аппарата я как-нибудь совладаю.

"Кхм, кстати, а как с такими габаритами в постели?" - невольно возникшая мысль, проскакавшая извилистыми путями ассоциаций, захватила внимание, заставив вновь скосить взгляд на уверенно возвышавшуюся и сурово взирающую на гостей девушку.

"Подкожная броня, дополнительные органы, уплотнённые мышцы и укреплённые кости с металлическими вставками - суммарно я не просто сам по себе огромный, но ещё и очень тяжёлый. Прямо даже неестественно тяжёлый, как для человека сопоставимой комплекции. И если в сражениях это не создаёт проблем, а лошадиные химеры и усиленные шасси карет решают трудности с транспортировкой, то вот постельные баталии..."

От промелькнувших в разуме картин стало как-то боязно и, чего уж греха таить, даже немного страшно. Уж чего-чего, а навредить девушке я точно не желал.

"А ведь придётся. И дело вовсе не в физической совместимости..." - стала вновь накатывать печаль, о которой не хотелось лишний раз даже думать.

Однако терзаниям моим, пусть и лишь на некоторое время, положил конец всё-таки прибывший старик. Поистине долгожданный, особенно некоторыми из уже нетвёрдо сидящих участников мероприятия. Покинув особняк, с видом суровым и торжественным он гордо нёс на вытянутых руках расшитый в цвета своего дома плащ. А точнее - тонкую, короткую и практически невесомую накидку из дорогой шёлкоподобной ткани, на которой более грубой нитью был вышит родовой герб.

Серебряная башня с голубым оком на вершине, вокруг которой раскинулось залитое чем-то красным поле с двумя десятками воткнутых в землю мечей. И всё на фоне серого неба.

Это был не просто геральдический символизм, столь привычный относительно новым домам, родам и кланам. Нет, это была пусть и схематично изображённая, но самая настоящая картина, запечатлевшая некое знаковое, наверняка очень важное событие. Быть может, ради того, чтобы напоминать людям об оном. Однако, будто бы в насмешку, о сути изображённого я не смог найти ровным счётом никакой информации - ни ныне живущие, ни немногочисленные письменные источники того периода не помнили ни о какой битве, что могла бы стать прообразом этого герба. Точнее, гипотезы-то существовали, благо дом моей невесты издревле был достаточно знатен и силён для поддержания неутихающего ажиотажа, да только проверки ни одна теория не выдержала. То временные рамки не сходились, то персоналии, то вызывали слишком большие сомнения личности рассказчиков. Вот и осталось древнее изображение просто ещё одной загадкой давно минувших дней.

Ну, а ещё - вторым гербом новообразованного рода. Вкупе с фамилией "Веридинедект".

Верно, моей невестой являлась Ниавель ре Веридинедект. А точнее, если брать более старинное и правильное написание, то Ниа'ваэль Вэрииди'энэдэе'эктс. Причём ни в одном прочтении ни имя, ни фамилия не имели никакого смысла с точки зрения известных сейчас языков, что могло означать лишь иностранное происхождение этих слов. И я не желал даже думать, откуда в бурлящем котле нашей ойкумены могли обнаружиться потомки неизвестных чужаков.

Существуют - ну и ладно, бывает. Тем более, уж не мне тут рожи корчить, когда сам не иначе чем от глупости, хитрожопости, излишней сентиментальности и немалого стресса решил назваться "Амадеусом" (прим. читается "амадэус"). То есть словом вроде бы и красивым, и даже имеющим некоторый смысл на одном из южных наречий этого мира, однако в действительности подразумевающим владение одним из языков индоевропейской группы или хотя бы обладание некоторым багажом исторических знаний.

"Избранник бога", "любимец бога" или "любящий бога" - смысл в высшей степени достойный. Не пошлый, не высокомерный и не чрезмерно амбициозный, какими могли бы стать столь звучные фамилии, как Кайзер, Цезарь, Кесарь, Романов, Царёв или Князев. Наоборот, что-то относительно простое, создающее положительный образ благодарности высшим силам.

Именно то, что нужно, когда подозреваешь существование в этом мире если не полноценных богов (знать бы ещё, как таких определить), то по крайней мере существ, способных играть роль оных.

Кроме того, само слово, кроме благозвучия, могло похвастаться и другими достоинствами. С одной стороны - не вызывало вопросов от местных из-за схожести с лексикой южан, с другой - являлось знаком для выходцев из моего родного мира. Я не знал и едва ли мог даже предполагать, являлся ли единственным гостем из-за пределов этой реальности. Однако если где-то на просторах ойкумены всё же появится житель Земли, обладающий в чём-то схожими со мной культурным наследием, то такого намёка должно оказаться более чем достаточно.

Мне бы пригодились соотечественники. Но не все, далеко не все. Так что пути отступления я себе тоже оставил - к примеру, всегда можно будет заявить, что ни о каком ином значении этого слова, кроме названия прекрасного алого цветка из юго-западных болот, пышного, ароматного и смертельно ядовитого, никогда не знал и знать не мог.

Ну и герб из тех же соображений взял соответствующий - здоровенную чёрную тварь на фоне золотого солнечного диска, тремя алыми, в цвет поля вокруг, глазами взиравшую прямо на зрителя. Оскаленная пасть с иглоподобными зубами, здоровенные когти и золотистый отлив чешуи прилагается.

Солнышко, пёсик, поляна с цветочками - мило, скромно и со вкусом. А что светило больше на золотой нимб походит, питомец подозрительно напоминает Кошмара, а растения создают ощущение клякс крови - так это просто совпадение, не более того.

Всего лишь ещё один тонкий, размером с навершие моргенштерна, намёк. Так сказать - то, что приходит в голову первым...

Кого-то от лицезрения такой красоты покинут лишние мысли, а кого-то - содержимое черепной коробки. В любом случае, доходчивости хватит всем, и никто не уйдёт обделённым.

Возможно, кстати, что развёрнутый за помостом огромный стяг с этим моим новым символом, выполненным с любовной детализацией действительно талантливых портных, играл далеко не последнюю роль в том, что нас с невестой предпочитали избегать последние двадцать минут. Те самые "плюс десять к устрашению" из какой-нибудь компьютерной игрушки...

Ну да ладно, сейчас об ином.

Глава рода Веридинедект взял курс к помосту, и людское столпотворение не смогло и не пожелало мешать ему. Чувствую напряжение в воздухе, сферой обрамляющее этого человека, многие спешили уйти с его пути. А те же, кто не успевал или не в полной мере осознавал необходимость этого, убирались уже насильно, подхватываемые магией.

Не двое, не трое и даже не пятеро одновременно аккуратно отодвигаемых людей. И всё это без жестов и слов - удивительный контроль, за которым виден чудовищный жизненный опыт действительно древнего мага. Пусть мы уже сравнимы в чистой мощи, но такой филигранности я достигну ещё очень нескоро...

А тем временем старик, наконец, достиг своей цели - помоста, на который, спустя краткое мгновение сосредоточения, плавно взмыл. После чего, уже не мешкая, в несколько шагов приблизился к нашим с Ниавель всё ещё недвижимым фигурам. Однако уже расцепившим руки - в дальнейшем это помешало бы ритуалу.

Не было ни слов, ни лишних жестов. Отсутствовали жрецы, не поднимался к нам герцог, молчали гости и даже ветер, казалось, затих в почтении к моменту. Полная и абсолютная тишина.

Как и должно быть.

Древний чародей протянул мне свою ношу, чуть повернув свёрток, чтобы вышитый герб гордо сверкал под солнечными небесами.

Я в ответ, чуть помедлив для пущей торжественности, отпустил гарду замершего клинка, после чего плавно перенёс ладони на лезвие. А в следующее мгновение с силой надавил на острую кромку с обеих сторон и провёл ладонями вдоль полосы стали, оставляя длинный алый след.

Кровь хлынула, запачкав металл. Но ни капли не упало на землю - магии хватило, чтобы сохранить невеликие крохи жидкости, всё же пролившейся из сосудов изменённого тела.

И я отнял ладони от клинка, так и зависшего в вертикальном положении без всякой подпорки. И возложил окровавленные руки на протянутую ткань, окропив герб чужого дома собственной влагой жизни, тем самым заявляя о подтверждении союза и новом статусе невесты.

А после с некоторым трепетом, запрятанном в глубине души, пронаблюдал, как испачканная накидка не без помощи старшего родича заняла своё законное место на плечах Ниавель.

Сплошной символизм. Много сказано без слов, одними лишь ритуальными действиями и их многочисленными деталями. И, как бы это не было печально, произнесено и показано ещё далеко не всё. Нас ожидают возвышенные и не очень речи, брачные клятвы, а позже - ещё больше ритуалов.

Ритуалов, некоторые из которых мне пришлись не по душе особенно сильно.

К примеру...

Основные правила оставались неизменны для большинства традиций той эпохи - кровь за кровь, честь за честь. Так что как я пролил кровь на родовой знак девушки, так и она вскоре должна была пролить кровь на мой. Только произойдёт это на брачном ложе при вполне понятном контексте событий, для чего полотнище придётся натурально разложить на кровати.

Ага, а потом ещё и расположиться правильным образом, чтобы всё куда надо попало... Чувствую, предстоит та ещё эквилибристика.

И признаться честно, я бы предпочёл обойтись без такого рода неудобств. Ведь, не упоминая даже о всех сложностях, сопутствующих акту дефлорации, и многообразии причин, из-за которых ритуал может пойти наперекосяк в силу чисто физиологических обстоятельств, существовал ещё и гаденький элемент принуждения к причинению вреда.

Дело в том, что будучи химерологом я мог не просто избавить партнёршу от неприятных ощущений при её первом разе, но и очень быстро залечить повреждение. И, соответственно, остановить кровотечение. Вот только, несмотря на моё личное отношение к замшелым традициям, делать этого не следовало. Причём не просто по причине того, что кому-то там нужны были доказательства невинности Ниавель, на что в целом можно было бы наплевать, но потому, что вся церемония если не являлась своеобразным магическим воздействием, то уж элементом мистики обладала точно. А значит - рисковать её нарушением не следовало.

И даже хуже того - по прикидкам нашего небольшого, но довольно-таки просвещённого магического сообщества, мне даже лишних заклинаний в постели применять не следовало. В том числе это касалось и обезболивающих.

Пожалуй, как ни странно, сложнее всего это решение далось именно мне. Чисто психологически. Даже осознавая, что за свою жизнь боевая чародейка пережила немало случаев куда более сильной боли, становится ещё одним источником оной совершенно не хотелось. Однако, судя по всему, придётся... если в последний момент леди всё же не переменит своё решение, конечно.

Искренне надеюсь, что так оно и произойдет.

А пока я размышлял о недалёком будущем, мы закончили церемониальную часть на свежем воздухе, подпалив и дождавшись полного сгорания содержимого сиротливо стоявшей чуть в отдалении жаровни. Кое-какие травы, плоть сильных монстров, пряди волос поверженных врагов, небрежно вырезанные на дощечках гербы павших неприятельских домов и ещё превеликое множество прочих подобных безделушек, призванных "показать богам и духам всю серьёзность намерений"...

В общем, главным было то, что в конце концов спектакль окончился, и все поспешили в крупнейший зал особняка. Столы, ломящиеся от еды, бочки самого разнообразного алкоголя, смиренно ожидающие тяжёлого дня труппы нанятых артистов - словом, самый настоящий пир.

Так и хотелось воскликнуть: "Идите жрать, пожалуйста!".

Впрочем, даже интересно, станет ли это отдыхом хоть для кого-нибудь? Поскольку, думается мне, абсолютно все, начиная от хозяев мероприятия и до самых последних вассалов хозяина этих земель, будут внимательнейшим образом изучать как остальных присутствующих на празднике, так и то, кто, что и когда будет говорить. Расслабляться в такой час не стоит, излишне пить - тем более. Хотя, быть может, найдутся и те, кого нервное напряжение лишь подтолкнёт к возлияниям.

Кстати... А не могли ли северяне, так сказать, отрелаксировать всё предварительно, напившись в своём тесном кругу? Может быть, это была не глупость, а опыт и холодный расчёт?

Посмотрим.

Глава 72 - Жара

Меня взяли в плен, и такое случилось впервые.

За окном зрел рассвет, и остальной особняк уже познал суетливое оживление. Не в лице многоуважаемых участников пира, конечно - эти люди, несмотря на заявленный опыт в деле борьбы с Зелёным змием, ныне вряд ли имели шансы встать раньше полудня. Тем более, как показал вчерашний вечер, столь интенсивные... "боестолкновения" оказались привычны далеко не всем "воителям". Причём, к удивлению многих, наиболее достойно удалось выступить сынам и дочерям самого райского уголка ойкумены - видимо, для южан возлияния были всё же более привычны. Или в дело пошла некая алхимия, что исключать тоже не следовало.

Так или иначе, но чудес я не ждал - а они и не случились. Поэтому, будучи человеком разумным и помня о том, что нужда в героизме возникает лишь при просчётах командования, не стал требовать подвигов и просто освободил первую половину сегодняшнего дня. Даже продолжение церемонии, традиционно наступающее с рассветом, перенесли на вечер, попутно сильно сократив за счёт не слишком важных эпизодов.

В общем, всё для знатных гостей и их сопровождения. Вкусная пища и море алкоголя, канализация и купальни, затенённые ниши и глухие закоулки для свободного блуда в любой ипостаси, девочки и мальчики из борделей, игровые комнаты для самых разнообразных местных увеселений, а также услужливые музыканты и ристалища для самых взыскательных особ. Словом, любой сорт отдыха, что только могла пожелать жадная до утех человеческая душа.

Уйма приятных занятий, за которыми время пролетит незаметно. Чтобы в миг, когда наступит пора возвращаться, гости даже не вспомнили о своих хитромудрых интригах - заботливо спланированных родичами, но заброшенных и забытых в круговерти впечатлений.

Впрочем, планы не канут в забвение полностью - надеюсь, я узнаю об их сути гораздо раньше крайнего срока. Именно ради этого утренняя смена работников поместья, прямым приказом отправленная на боковую пораньше, сейчас готовила декорации к послеобеденному продолжению банкета, вместе с чем осторожно изучала личные вещи мертвецки спящих проспиртованных тел.

По здравому размышлению, это утро оказалось самым лучшим временем для шпионажа. Пока хозяева апартаментов в отключке, а их слуги разбрелись по своим делам в преддверии ещё одного непростого дня, ловят сновидения или просто истощены насыщенной ночью, проскользнуть и порыться в багаже - не столь уж сложная задача. Безусловно, если выполнена со всей возможной предосторожностью, да при поддержке парочки гильдейских магов-воздушников.

Тем более, к вящему удобству, моим людям помогали даже стены особняка - обилие тайных ходов и механизмов позволяло не только внезапно появляться и исчезать, но даже координировать действия отдельных групп. В идеале должно было получаться что-то вроде крутых операций во всяких фильмах про ограбления банков, хотя в реальности, конечно, добиться такого уровня сработанности нам практически невозможно. По многим причинам. Впрочем, того и не требовалось - достаточно было просто не попадаться, для чего годилось простое отвлечение внимание с методиками, безусловно, несколько грубоватыми, но неизменно эффективными.

Правда, насколько всё это будет результативно, я смогу узнать лишь через несколько часов, не раньше.

Едва различимый гул голосов временами накатывал, словно волны далёкого моря, однако разобрать всё равно ничего не получалось. Да и не очень-то я вслушивался, если честно...

Бесполезное занятие даже с усиленным слухом. Слишком уж далеко, особенно по меркам строения, чья внутренняя отделка подбиралась специально для глушения звуков.

Не бог весть какое лекарство от магии, однако и пренебрегать базовыми методами не стоило. В конце концов кому как не магу, шпионствующему самим воздухом знать, насколько неудобна плохая слышимость помещений?

Ну да ладно, плевать на волнения и неудобства - главное, чтобы девушку не разбудило. Благо сама она вряд ли сумеет услышать нечто, происходящее за пределами условной красной зоны хозяйского крыла особняка. А кроме нас двоих здесь сейчас не было ни единой души.

И это не было счастливым совпадением.

По понятным причинам, возле наших комнат люди предпочитали не шуметь и раньше. Ныне жи и приказ такой был, и здравый смысл подсказывал, что беспокоить парочку и без того взвинченных чародеев следовало лишь в самом крайнем случае. В идеале - исключительно по инициативе самих магов.

Ради последнего у нас даже был предусмотрен способ подать сигнал дежурным служанкам - одинокая цепочка, сиротливо висящая чуть в стороне от кровати прямиком с самого потолка. Она была напрямую связана с множеством меньших цепочек и верёвочек, целой системой блоков и переходов сквозь стены, чтобы в конце концов завершиться тремя небольшими, но звонкими колокольчиками в техническом малом зале. Так что захоти мы, и та же пища прибудет очень быстро.

Другое дело, что перечень всего, чего сейчас желала моя леди, был откровенно невелик, включая только сон. Исключительно сон. И ничего, кроме продолжительного, крепкого и здорового сна. А поскольку за остаток ночи, оставшийся нам на отдых после длительной постельной активности, девушка каким-то поистине фантастическим образом умудрилась переплестись со мной всеми своими конечностями... В общем, я стал заложником её истового желания выспаться.

И мешать тираническим планам не собирался. Слишком уж мил был мне этот деспот.

Туалет, работа, приём пищи и смесей для питания имплантов, ежедневное введение ряда алхимических препаратов и прочее техническое обслуживание здорового модифицированного организма - всё могло подождать. Тем более, что мне тоже требовалось отдохновение. Если не физическое, то хотя бы моральное.

Последние недели приготовлений выпили наши силы. Вчерашний день же высушил последние остатки. Не помогло даже деятельное участие правящей четы - на герцога и его супругу свалились не только проблемы державы и весь происходящий в остальном мире круговорот кровавых брызг, но и почуявшая ослабление контроля Катарина. Расшалившаяся мелочь, следуя посулам жаждущей приключений и волшебства задницы, принялась то лазить в гости к животным, то доставать вопросами воинов, то даже неким образом исчезать из-под надзора нянек, по итогу оказываясь в самых неожиданных местах огромного каменного замка. В том числе и на крыше, флюгеле, флагштоке или даже в колодце...

В общем, что оказалось по итогу проблемнее, политика с экономикой или маленькая милая девочка, бывший подопечный на пиру мне так и не ответил. Однако, помня тот загнанный взгляд и натянутую улыбку, ответ казался до крайности очевидным.

Так что самодержец с женой нам хоть и помогали в меру сил, да только мера эта оказалась очень уж малой. Хотя на праздник прибыли, не без этого - такое пропустить они просто не могли.

Тем более, Катька вошла в положение и пообещала быть хорошей девочкой целую неделю! Такое решили отметить.

Кстати...

"Не дай боги она на пару с мужем хлебала - выпорю, - пришедшая мысль даже заставила разлепить глаза и злобно уставиться в потолок. - Хотя нет, вроде бы компотами стресс запивала. И хорошо бы - не хватало в её положении ещё алкоголем травиться".

Пережив вспышку активности, тело вновь погрузилось в сонную негу. А мысли переключились на другую тему.

Пришла пора обдумать вчерашний день. И попутно перевести внимание на что-нибудь иное, кроме ощущения во всех смыслах горячего женского тела в непосредственной близости.

...

"Кхм... А это не так просто, как казалось ранее", - проскочила флегматичная мысль, стоило девушке немного пошевелиться во сне. Всего лишь маленькое движение, а с настроя сбило мгновенно.

...

Для начала, стоило определиться с нашим новым правовым статусом и тем, как на него отреагировали представители различных приглашённых сил.

Учитывая относительную равноправность союза, а также факт того, что дедушка Ниавель официально передал ей главенство над родом прямо в ходе церемонии, то никого не удивило, что свадьба завершилась появлением нового благородного дома Веридинедект-Амадеус. То есть произошло слияние родов. Событие пусть и не рядовое, но в наших условиях вполне закономерное, что собравшиеся вполне признали. Чем, собственно, и засвидетельствовали произошедшее.

Хотя удивление соотечественников северянки, признаться, граничило с искренним неверием в происходящее. Люди, чья культура акцентировала особенное внимание на заслугах предков, совершенно не пожелали принимать причины, по которым представительница древнейшей фамилии пошла на такие жертвы. Разумом, быть может, и понимали, но противились всей своей душой. Однако высказаться на эту тему, ставя под сомнение решение благородной дамы, им помешало ровно то же самое, что и вызывало такое бурление чувств - впитанное с молоком материи уважение к поистине знатным фамилиям. Так что как-либо мешать нам, и тем более срывать свадьбу, в конечном итоге не стали.

Хотя, судя по взглядам доброй дюжины рослых молодцев, по странному стечению обстоятельств официально совершенно свободных от любых спутниц жизни, желание таковое присутствовало. Равно как и планы по стратегическому перехвату невесты, причём возможно - с сопутствующей безобразной сценой.

Однако раздражённая и очень нервная Ниавель мешала планы таких умников с грязью, а гордость - с ещё более постыдной массой коричневого цвета. Взвешено, целенаправленно, поступательно и абсолютно безжалостно. Хотя и не без ярких эмоций, что изредка проглядывали сквозь пелену из раздражения, брезгливости и усталого смирения с неизбежным.

Впрочем, я не стал копаться в её чувствах. Не позволил такт. Пожелает - сама расскажет, почему тогда так вспылила.

И по какой причине едва не убила одного рослого молодца поперёк себя шире. Хотя те взгляды побитого щеночка, что он временами кидал на мою уже жену, я запомнил накрепко. И пообещал себе проследить, чтобы они не смогли получить никакого продолжения.

Никогда.

...

Словом, ребятушки обломали коготки, сполна вкусив горечи поражения. Причём поражения тем более унизительного, что сами они на моём месте могли рассчитывать в лучшем случае на статус консортов, и хорошо ещё если без дополнения в лице наложников. А тут перед глазами какой-то хлыщ, да к тому же ещё и вчерашний крестьянин, - а таковым меня подспудно считали все недотёпы с вереницей знатных предков за плечами, - совершил с почитаемым родом такое, что хоть порнографический фильм снимай.

"Правда, от чего-то никакое общественное уважение не помогло родичам Ниавель, когда их словно скот резали в собственных замках. И к престарелому магу с малюткой на руках что-то очереди женихов не выстраивались, пока ситуация в регионе не изменилась. А с дерьмом эти лицемеры за глаза мешают именно меня, мда..."

Желание спустить шкуры с наглецов, посмевших хотя бы в мыслях претендовать на мою жену, вспыхнуло с новой силой. По-видимому, организм окончательно проснулся, выбросив в кровь порцию гормонального коктейля, претерпевшего некоторые изменения после утомительной, но, право слово, чертовски приятной ночи.

"Я стал эмоциональнее..." - подметил с внезапно навалившейся грустью. Тем более глупой, что все последствия уже были просчитаны заранее, и никакого смысла горевать о случившемся не было. Однако печалится непонятно чему это понимание совершенно не мешало.

Просто скачки настроения, ничего особенного. За пару дней тело должно привыкнуть к активной половой жизни.

Нужно просто переключиться на работу.

...

Основная причина такого хода со слиянием родов, как ни странно, лежала в юридической плоскости. И состояла она в том, что таким образом мы с Ниавель вместе с двойной фамилией разделяли и прочий капитал друг друга, причём как материальный, так и, скажем, социально-духовно-нравственный.

Для сословного общества последнее означало больше, чем мог себе вообразить землянин двадцать первого века. Фактически, мы буквально становились близкими родственниками друг другу, одной семьёй примерно на уровне брата и сестры, и для местных это означало очень много.

Гораздо больше, чем для большинства выходцев из среды победившего индивидуализма.

Людям, мыслящим в парадигме общественных ценностей, было очень важно понимать, насколько сильно человек будет надеть за общее дело. К примеру, очевидно, что принятый в семью через брак будет работать в первую очередь на себя или свой родной дом, во вторую - на новую семью, и только в третью - на благо чужого дома. Да что говорить, если даже у одной фамилии могли существовать конфликтующие династии? Соответственно, действительно надёжными соратниками чаще всего могли стать, пусть и не всегда это происходило, лишь отпрыски одной семьи, желательно - одного же поколения. То есть братья и сёстры.

Те, благополучие кого завязано в крепкий, неразрывный узел.

И именно такими людьми стали мы с Ниавель. Хотя и не близкими по крови и воспитанию, но скованными друг с другом до такой степени, что обратно фарш провернуть уже не получится. Разрыв такого союза фамилий - штука едва ли возможная, поскольку сопутствующий репутационный урон вкупе с автоматическим расторжением многих договоров просто похоронит оба дома на задворках истории.

Наши прошлое и будущее стали единым целым. Наши дела совместны и неразделимы. Наши дети получат всё, чего мы достигли и ещё добьёмся, без всяких специальных порядков наследования и прочих подобных махинаций.

Титулы, феоды, притязания и слава предков, знания и секреты, верные люди и политические союзы, чужой страх и трепет, враги и недоброжелатели - всё это стало общим.

Совместным.

Компромисс, заключённый из необходимости обоюдного недоверия. Абсолютная гарантия верности. Лучшее решение из сонма худших.

Пожалуй, такое объединение было неизбежно. Мы хотели этого чувствами, а пошли из прагматизма. Нам необходим был способ, что позволил бы предотвратить внутренние трения. Скрепить семью таким образом, чтобы принятие недостатков друг друга стало выгоднее любых размолвок. Чтобы предательство в любой форме стало недопустимой роскошью со слишком большой ценой.

И мы нашли путь. Пусть сомнительный. Со множеством препон и ухабов. Даже пугающий двух столь ярых индивидуалистов, каковыми мы оба считали друг друга и самих себя. Однако иные варианты были и того хуже.

Жуткая смесь из выгоды и принуждения заставляет доверять почти невольно. Ощущение того, что вы в одной лодке, позволяет не беспокоится о действиях и мотивах второй половинки - оба в любом случае будут преследовать общую выгоду.

Это удобно.

Это чудовищно...

Впрочем, будь иначе, и, боюсь, я бы так никогда и не женился. Даже при всей выгоде Ниавель как партнёра и источника ряда уникальных возможностей, даже при всех более чем тёплых чувствах к её персоне, решиться на такое... и не разыграть одну из карт форс-мажора было...

Трудно.

Впрочем, девушке не легче. Как бы она не демонстрировала бодрость духа в купе с железобетонной решимостью, симпатия и, возможно, даже некоторая влюблённость не могли в полной мере сгладить страх перед таким поворотом в жизни. А вместо матери, способной успокоить дочь в такой ситуации, девушка в силу понятных причин обрела лишь мстительность и недоверчивость, что проблему лишь усугубляло.

Так что, думаю, не удивительно, что в конце концов мы пришли к такому выходу. Радикальному и, возможно, несколько поспешному, зато работающему безотказно.

Даже если в конце концов наши отношении станут настолько плохи, что видеть друг друга без тошноты не сможем, то всё равно не разойдёмся. Поселимся в разных городах, заведём любовников, да постараемся забыть о существовании другого супруга... Однако действовать будем всё также во благо всего рода и не упоминаемого вслух его члена в частности.

Ну да ладно, это изменение в привычной реальности мы ещё не успели как следует распробовать. Думаю, предстоит ещё не один месяц взаимной притирки, во время чего придётся, о ужас, учиться делиться своими планами со второй половинкой. И не только теми, что касаются совместных дел, но фактически всеми, поскольку именно что все дела с недавних пор стали для нас общими.

Ей придётся поведать о планах своей мести. И, возможно, о чём-то ещё, мне пока не ведомом. Мне же, в свою очередь, нужно аккуратно поведать о перечне своих наработок...

"Нужно будет заказать побольше сладкого. - отметил мысленно. - Иначе, боюсь, успокоить её не получится".

Остаётся лишь решить, насколько полным должен будет оказаться тот перечень. Потому что если показывать действительно всё, то, боюсь, придётся откачивать леди от инфаркта. И ни магия, ни молодость ей не помогут.

...

Ладно, решу, когда придёт время. Всё равно на повестке ближайших недель стоит адаптация общества к изменению нашего с Ниавель статуса. А ведь вместе с девушкой, ставшей полностью и безоговорочно своей на наших землях, равно точно такие же изменения ожидают и гильдейских магов, подчинённых леди. Которых, как чужаков, ещё недавно временами легонько притесняли местные элиты, но уже вскоре начнут всячески задабривать и родниться.

"Ох, что же нас ждёт..." - не желая видеть образы расшалившегося воображения, глаза вновь спрятались за темнотой век. А нос, влекомый, безусловно, одними лишь инстинктами, уткнулся в макушку рассыпного платинового водопада волос супруги.

- Мр-р, - тихо отозвалась она сквозь сон, навлекая уютную дремоту.

Тяжкие думы могли подождать ещё немного...

...Проснулись мы одновременно, и ни грана приторной романтики в этом не было - трудно не подскочить, когда за окнами ревёт натуральное пламя.

"Да что..." - мысль оказалась прервана тихим, но отчётливым жалобным всхлипом супруги. Только покинувший сонную негу разум, ошеломлённый и от того действующий по намертво вбитым привычкам, не сразу осознал, что при нашем с ней переплетении конечностей резкое движение могло привести к травмам...

А распутаться оказалось не так-то просто.

- Прости... - начал было говорить, сбитый с толку, однако оказался прерван ею же:

- Снова! - судя по тону, новая волна пламени, вспышкой озарившая интерьер спальни сквозь стекла, взволновала её куда больше боли.

Да и лихорадочный блеск глаз, судорожно мечущихся по помещению, выдавал подступающую истерику. Боюсь только, из тех самых, которые у простых женщин включают в себя битьё посуды. Моя же супруга будет чуть посильнее большинства... На пару порядков.

"Нужно добраться до виновников быстрее неё", - щекоткой вдоль позвоночника пронеслась внутренняя дрожь.

Очередная вспышка не успела разгореться, как окутанный воздушным щитом и полуодетый я уже ступал из окна третьего этажа на карниз, готовый прыгнуть прямо в гущу боя. И это не было глупой блажью зарвавшегося мальчишки - лишь прагматичный расчёт и понимание того, что источник пламени, служи он напавшим, едва ли сможет потягаться со мной в ближнем бою. Даже в компании телохранителей-модификантов. А вот в благородном состязании волшебников, особенно со стрелками на подхвате, уже имелись различные варианты исхода событий. На которые, возможно, как раз таки и рассчитывали враги.

Мне же нужны были гарантии.

Только веселой нарезки наглецов всё равно не получилось. Охрана раскидала раньше.

Стоило мне проморгаться от остаточных бликов огня на сетчатке, как взору предстала безжалостная, но закономерная картина побоища.

Почерневшие тела в пятнах копоти, текущие по дождевым канавкам ручейки крови и алые лужи средь дорожек небольшого сада. Красные бисерки, казалось, покрывали всё вокруг, задорно поблёскивая в лучах полуденного светила.

Это было безжалостно.

Вот только сколько взгляд не скользил по всему этому великолепию, тела своих людей я если и замечал, то в очень небольшом количестве. Да и раненых видно не было, что не удивило - судя по звукам, бой всё ещё продолжался где-то по другую сторону особняка, а также на улицах за высоким забором, что отделял зону сада от остального города.

И это было уже закономерно.

Крики, рыки, предсмертные вопли, звон металла и гулкие хлопки осадных арбалетов. Шум, гам, топот множества спешащих людей.

Смертоубийство...

Которое новобрачные просто проспали.

- Что случилось?! - едва выглянув на улицу, Ниавель тут же поспешила скрыться за стеной. И, судя по взгляду, очень хотела бы, чтобы я последовал её примеру.

Правильное решение, на которое уже просто не хватило моральных сил.

- Очень хорошая звукоизоляция... - пробормотал в некотором недоумении.

- Чего?! - зелёные глаза девушки заискрились подобно ледяным лезвиям, возникшим между её сведённых ладоней.

- Не с кем воевать, милая, - внезапно накатившая усталость выразилась лишь в тихом вздохе.

Откровенно говоря, к покушениям я уже успел привыкнуть. Даже такой масштаб не вызывал удивления - по сравнению с охотой натуральных армий наёмников, пара десятков или даже сотен головорезов смотрелась уже слабо. Печалила разве что несвоевременность - подпорченного праздника было искренне жаль. Впрочем, было бы ложью утверждать, что чего-то подобного не ожидалось.

Слишком уж много ног мы на пару успели отдавить...

- Да спрячься уже! - вскрик сбил с толку, а потому я не успел среагировать, когда две нежные девичьи ручки с недюжинной силой буквально втащили меня обратно в недра помещения.

А дальше последовала новая атака, только уже иным оружием:

- Глупец! - рассерженной змеёй прошипела леди. - Убийцам хватило бы всего одной стрелы! А излишне самоуверенных рыцарей лучшие из них упокоили столько, что не каждый палач на своём веку столько голов срубит! Сколько раз я уже говорила...

"Как же она красива, когда сердится", - проскочила тем временем отчётливая, но совершенно неуместная мысль. Вслед за чем я немного расслабился, предпочтя с мягкой улыбкой уделить внимание этому образу супруги.

Никуда бежать сейчас всё равно не собирался - если уж охрана справляется, то лучше действительно не испытывать судьбу. В конце концов Ниавель была полностью права - захлебнувшаяся едва ли не в самом начале атака могла служить лишь отвлекающим ходом. Самому же облегчать работу недругов было бы идиотизмом, даже если ценой бездействия станут жизни верных людей, не получивших должного лечения вовремя.

Неприятная доля командира, но такова уж она есть. При всём желании, спасти всех просто не выйдет. И личный риск не допустим, поскольку потеря руководителя зачастую приводит к гораздо большим жертвам, чем даже самый жестокий бой.

Так что дам ка я пока выговориться перенервничавшей девушке - всё одно полезнее будет, чем построение любых догадок. Вот закончится сражение, притащат мне материал для допроса, тогда и буду проливать свет на мрак чужих замыслов.

Однако в тот же момент, как решение оказалось окончательно принято, слегка подвинувшись ради большего удобства, ладонь нащупала знакомую форму. Маленький кубик с закруглёнными углами. Съехавший с бледного от переживаний лица леди взгляд подтвердил догадку - Игральная кость явила себя, неся уже абсолютно бесполезное предсказание. Интуиция твердила - мне уже известно, что увижу на грани артефакта.

И верно, заваленная телами улица не вызвала никого удивления.

А в следующий миг, сразу после появления на моем лице ироничной ухмылки, что совпало с небольшой паузой в гневном монологе девушки, к нам в окно что-то влетело.

И не единожды.

Первым в помещение проник здоровенный кусок некого розоватого кристалла, разбившийся мелким крошевом о противоположную стену. Прозрачные осколки весело застучали по плитке, то и дело проделывая что в напольном покрытии, что в окружающей мебели крошечные, но удивительно глубокие отверстия.

Такая острота едва ли могла быть чем-то естественным.

От превращения в парочку окровавленных дуршлагов нас спасли немаленькие размеры комнаты и всё ещё работавший воздушный щит, исправно отклонивший наиболее целеустремлённые частички.

Впрочем, на этом атака не прекратилась. И уже спустя всего несколько секунд, за которые мы не рискнули даже дёрнуться в сторону дверей, во всё то же окно влетела пятерка округлых глиняных горшков. Любопытство к снарядам умерло в момент понимания того, что именно могло находиться в хрупких сосудах, так что больше медлить я не стал и ещё до мига их соприкосновения со стеной провалился на этаж ниже, утягивая вместе с собой испуганную девушку.

Лететь было высоко - добрых четыре метра. И ни моя спина, поздоровавшаяся с каменным полом второго этажа, ни живот, послуживший подушкой безопасности для Ниавель, не поскупились на болевые ощущения. Только яркая вспышка, ударившая по глазам сквозь отверстие в потолке, и сопроводивший её хлопок, выбивший стёкла, казалось, во всём крыле здания, примирили с действительностью, заставив зашевелиться.

Вскоре хрупкая девичья фигура переброшена через плечо, вокруг закружились ещё несколько воздушных щитов, а судорожно мечущийся разум уже воскресил план всего строения, стараясь не отвлекаться на пульсирующие в висках шумы родом из-за пределов привычной реальности.

Тем временем где-то в коридорах этажом выше началась битва, судя по частоте звона стали - между модификантами. А на улице застучал дождь из болтов, по-видимому, выпущенных нашими группами прикрытия с крыш соседних зданий. Да и с укреплённых верхних позиций самого особняка, до поры скрытых под видом декоративных минибашенок и чердачных помещений, на головы врагов тоже посыпались оперённые подарочки. Только это не слишком помогло - с тихим присвистом к нам в спальню, оставшуюся этажом выше, вновь попало что-то очень недружелюбное.

Только я не пожелал знакомиться с результатом новой атаки, забравшись в крошечное кладовое помещение. Комнатка три на два, должная выполнять роль гардероба, имела ещё одну незадокументированную функцию. Благодаря которой, не успела моя дорогая ноша даже задаться вопросом о цели наших пяток в таком месте, как уже в следующий миг открывшийся проём со ступеньками, призывно увлекавшими куда-то во тьму подземелий, дал исчерпывающий ответ.

Учитывая наличие у противников чего-то вроде взрывчатки или её аналогов, пользоваться лифтами, вертикальными лестницами или желобами я не рискнул. Не с ещё одним пассажиром, слабо знакомым с моими методиками фортификации. Так что придётся по старинке - ножками. Благо на перила не поскупился, так что не навернёмся даже с минимальным освещением.

А ведь лучше теперь вообще не колдовать - если маги у врагов опытные, то могут чары и почувствовать. Вряд ли, конечно, однако рисковать всё равно не стоит. Так что идти придётся действительно при самом минимуме света.

Что я супруге и объяснил, поспешно закрывая проход уже с обратной стороны.

- И много таких ходов? - стоя уже самостоятельно спросила она с опустошённым спокойствием, замершим взглядом взирая куда-то в стену.

- Весь особняк пронизан ими, - мой голос звучал глухо, особенно на фоне всё новых и новых хлопков где-то над нами. - Хотел показать через пару дней, чтобы развлечь между пирами. Кто же знал, что они понадобятся так рано...

- И куда они ведут? - надтреснутым тоном поинтересовалась красавица, под конец перейдя на шёпот. - Куда мы теперь направимся?

- Ты - в подземное убежище, я - в штаб. Координировать, лечить и калечить.

Наконец, закончив с механизмом, я обернулся к собеседнице, только чтобы уловить какой-то пугающе пустой взгляд. Не понятно, что сейчас творилось в её голове, однако в силу очевидных причин не было и времени на разбирательства.

- Хорошо... - голос девушки стал совсем уж тихим, превратившись в шёпот. - Только вернись, ладно? Иначе я сама отправляюсь на поиски...

Я многое мог сказать в ответ. Мог заверить в том, что совершенно не намерен терять жизнь, лишь сравнительно недавно начавшую приносить настоящее удовольствие, ради глупых попыток самоутвердиться. Или напомнить, что не намерен избавлять этот мир от проклятья своей крови, а значит, не покину его до появления на свет их общего дитя. Или даже посетовать, насколько отвратительным с его стороны будет бросать близких людей в терновых лозах множества врагов и проблем.

Однако единственное, что мне удалось произнести в ответ, было сакраментальное:

- Конечно.

На что получил потеплевшую улыбку, полную благодарности.

Глава 73 - Энигма

- Ну и кто посмел испортить отделку в моей спальне?

Именно с таким вопросом я вошёл в небольшое, тесно забитое людьми помещение. Глухое, то есть без всяких окон, с воздухом душным и застоявшимся, в котором запах чернил, бумаги и пота стоял столь плотно, что до появления вязкой дымки, казалось, не хватало лишь самой малости.

Естественно, происходило это было уже не в особняке - согласно установленному протоколу, собираемый в одной из подготовленных точек штаб не мог находиться около зоны боевых действий, каковой стало место проведения свадебной церемонии. Более того, он ещё и переносился при нужде, причём в том числе по редким подземным ходам, что связывали различные районы города.

А нужда возникла, и не единожды за этот суматошный день. Так что поискать мне пришлось изрядно - найти свою цель получилось далеко не с первого раза. Минут тридцать точно угробил, и это при моих-то возможностях. Но то и не удивительно, учитывая, на противодействие каким угрозам я ориентировался, придумывая всю эту структуру. И не прогадал ведь, раз уж несмотря на два вынужденных переезда штаб продолжил функционировать.

С другой стороны, сам факт того, что пришлось идти на такие меры, немало настораживал. Сначала атака толпой наёмников, качественно замаскированных под бедняков, которая, однако, стала лишь прикрытием для профессиональных убийц. Теперь - несколько нападений на командование гарнизона, слабо вяжущиеся со стремительностью и некоторой неуклюжестью попыток нашего с Ниавель устранения. Всё же раздёргивать силы на несколько целей просто не имело смысла, особенно в условиях крайне ограниченной информированности - что, собственно, и привело в итоге к текущей ситуации, когда напавшие оказались по уши в дерьме, не добившись никаких сколь-нибудь значительных результатов.

Если, конечно, их целью не являлось отвлечение внимания. Вот только от чего?

Ну, надеюсь, сейчас мне смогут дать ответ на этот вопрос.

Чуть более двух десятков лиц, суровых и прекрасно знакомых, тут же повернулись, демонстрируя разные эмоции от нашей встречи. Впрочем, сильнее всех прочих читалась именно усталость - закономерное следствие всех пережитых событий.

- Пострадала не только ваша резиденция, милорд, - слово взял нынешний наместник столицы - флегматичный молодой человек непримечательной наружности, второй сын одного небогатого купеческого рода. Сейчас он временно исполнял обязанности выбывшего по политическим причинам предшественника, попутно проходя обучение под моим надзором. И то, что каким-то образом всё-таки смог оказаться здесь, не будучи проинформированным о нюансах работы штаба заранее, безусловно, показывало его недюжинные способности кризисного менеджера.

Всё же действовать по инструкции куда проще. Далеко не у всякого включатся мозги, когда вокруг льётся кровь. Так что нужно будет к нему присмотреться повнимательнее. А пока...

- Что ещё пострадало? - потребовал подробностей.

И мне тут же их выдали, впрочем, без с минимумом - на них не было времени.

- Свыше пяти десятков объектов в городе, включая постоялые дворы, резиденции, а также несколько складских помещений.

Вместе со словами мне передали и бумажный лист, содержавший список всех затронутых строений. Намётанный взгляд проскользил по нему стремительно, запнувшись лишь у пометок "резиденция младшего советника Валкоша Бетнеска" и "резиденция бывшего советника Литза Керхайна". Но не дольше, чем на мгновение, выпавшее на долю каждого из этих пунктов.

Первый выжил, а второй - нет. Такой расклад меня более чем устраивал.

- Результат?

- Смешанный, - поступил ответ от всё того же человека под молчаливое одобрение остальных. - Особняки и постоялые дворы удалось защитить, благо в свете торжеств ваших гостей усиленно охраняли. Однако большинству складов, торговых рядов и лавок досталось вплоть до полного сожжения. Большинство виновников схвачены или убиты на месте, однако некоторые сумели прорваться и сбежать.

Смысл атаки на купеческое имущество ускользал от моего взора, однако сейчас это не было стол же важно, как возникшее подозрение:

- Модификанты? - немного нахмурившись, спросил без всяких эмоций, словно о погоде. По-видимому, что-то внутри уже подсказывало мне, что судьба вновь столкнёт нас с этой угрозой.

- Судя по свидетельствам - далеко не все, господин, но всё же хватает и таких, - наконец показал намёк на эмоции мой собеседник, когда в его голосе промелькнула искра осознанного опасения, если не страха.

Всё же умный мальчик - неоднократно наблюдал за тренировками гвардейцев да расспрашивал свидетелей о событиях ванонийской компании, так что сейчас наверняка уже прекрасно понимал сложность сложившейся ситуации.

Сражение в самом сердце державы - это плохо. Но уж столкновение сверхлюдей, да ещё и с бегством большей части противников...

- Сколько?

- Не менее полутора десятков! - понизив голос до "страшного" шёпота поделился молодой человек под редкие напряжённые кивки наблюдавших коллег.

Я же в ответ лишь озадаченно моргнул, стараясь не подать виду, насколько сложные эмоции испытал в этот момент. Поскольку, пока разум говорил о настоящей опасности такой группы для нашей страны, сердце упорно убеждало, что победить этот диверсионный отряд можно едва ли не самому, в одиночку.

"Нет, ну а что? - проносились мысли. - Даже если это ветераны рыцарского ордена или чистильщики гегемонов, то мои ребята уже не сильно-то уступают. Что тогда говорить обо мне самом? А ведь ещё магия..."

В Ванонии мы столкнулись с элитой северного королевства и победили, причём со значительным перевесом в силе. Едва ли сейчас будет иначе. Даже наличие пары-тройки чародеев в стане противников если что-то и изменит, то лишь в малой степени, поскольку по-настоящему сильные мастера к нам бы не поехали. Такие уважаемые господа мало того, что всегда нужны на родине, так и во имя чужих хотелок через половину мира не отправятся. Уж точно не ради "крысиных" атак.

Невместно, понимаешь.

Вот и получается, что проблема на первый взгляд выглядит вполне решаемой... если бы не некоторые вопросики.

Ох уж эти вопросики...

- Известно, чем нас приложили? - мой взгляд перекочевал на рослого гвардейца, молчаливо возвышавшегося позади столпотворения. Именно он сейчас мог иметь связь с гильдейскими магами и моими аналитиками, способными найти ответы и не на такое дерьмо.

- "Хрустальная душа" и высококачественные алхимические зажигалки, ваша милость, - его гулкий бас заполнил помещение.

Второе было очевидно, а первое - неприятно. Редкая дрянь, производимая непонятно где и в каких количествах. Вещь не то чтобы запрещённая, однако достаточно опасная и неприглядная, чтобы не трубить об обладании такой на каждом шагу. Так что чисто теоретически владельцем кристаллического фугаса, чуть не превратившего нас с Ниавель в дуршлаги, мог оказаться кто угодно.

- А откуда массовка? - быть может, удастся зайти с другой стороны?

- Пока определили не всех, - пожал плечами воин. - Приехавшие совсем недавно, небольшие группы наёмников из дальних земель или бедняки, вероятно, промышлявшие разбоем в прошлом. По вербовке пока информации нет.

Нет, не удастся. Ну и ладно - решим проблему, потом будем разбираться.

- Где гости и герцог? - этот вопрос был адресован ещё одной умеренно примечательной личности, невысокой, тихой и почти профессионально невзрачной, что ныне занималась безопасностью важных людей.

Впрочем, как это водится, у защитников господ есть свои любимчики. В конце концов, кто-то же им платит.

- Чужестранцы и поныне держат отдых в вашей резиденции, милосердный господин, - смугловатый мужчина слабо улыбнулся. - Что же до великих господ... Не извольте беспокоиться - картеж его величества не пострадал, равно как и замок. Там царят безопасность и покой. О последней же персоне, достойной нашего пристального внимания, вам следовало бы спросить у себя самого, - закончил он с неглубоким поклоном.

Служба телохранителей была создана относительно недавно и дебютировала как раз сегодня. По всей видимости, достаточно успешно, что не могло не радовать. Впрочем, учитывая, кто в неё отбирается и какие тренировки они получали, было бы странно, не выполни воины свою главную и по большей части единственную функцию.

Они верны, сильны, выносливы и великолепно вооружены, а также прекрасно знают пути во все убежища, скрытые в городе или погребённые глубоко под землёй. А малое число, отличная выучка и некоторое количество живых рычагов давления в наших руках позволяет испытывать определённую уверенность относительно того, что вместо плена с последующим раскрытием тайных коммуникаций они предпочтут смерть.

Параноидально? Нет. Настоящая паранойя - это прекрасно знать вышеописанное, но всё равно проложить ещё более скрытые пути для бегства из убежищ, да с ловушками и односторонней закрывающиеся шлюзами.

И я это сделал. Потому что в этом мире верить нельзя никому, даже самому себе - безумие магов не даст соврать.

Ну да ладно, главное, что все действительно важные для меня фигуры в безопасности. Значит, можно вплотную заняться проблемой. И поторопиться при этом, поскольку даже Армагеддон не является уважительной причиной для бегства со своей собственной свадьбы.

- Тогда слушайте приказы...

***

"Пламя достигало небес, кровь лилась по улицам целыми ручьями, а болезненный крик, казалось, застыл в воздухе на одной протяжной ноте..." - именно так потом будут описывать это событие немногие настоящие очевидцы. Да что там, уже описывают - слухи распространяются быстрее лесного пожара, и уже к вечеру великолепные истории о сражениях чуть ли не на самом свадебном пиру знала даже замковая ребятня.

Даже жаль было разочаровывать Катьку правдой о том, что в реальности всё оказалось куда скучнее. Впрочем, горевала она недолго - уже вскоре наглая мелочь искренне наслаждалась моральным превосходством над "глупыми детьми, верящими в лживые сказки". Но в своём репертуаре - тихо, скромно, с видом столь невинным и довольным, что даже мне неимоверно хотелось угостить её долькой лимона.

Но да ладно, пусть развлекается.

Что же до сражений - подошли к концу они быстро. Полторы сотни человек сборной солянки из оборванцев, бандитов и немногочисленных наёмников, и без того обескровленные во время неудачных атак, прожили недолго, не сумев вырваться из города. Даже рассеяться по узким улочкам не получилось, поскольку на стороне гарнизона была не только большая численность и лучшее оснащение, но и выучка с полной лояльностью местных. Так что бесхвостых крыс ловили чуть ли не всем городом. А уж что сделали с пойманными, когда узнали о поджогах...

От самосуда незваных гостей спасла лишь моя суровая репутация. Причём не в плане того, что жители убоялись страшного наказания, всё как раз ровно наоборот - они знали, что в моих руках преступники обретут такие муки, по сравнению с которыми меркла любая ярость толпы.

Впрочем, это уже совсем другая история.

По итогу же, как ни странно это признавать в свете нескольких пожаров, сама столица пострадала несильно. Основная причина состояла в том, что большая часть сражений произошла на приличном отдалении от застроек средней и малой зажиточности, где проживала большая часть города, а также на приличном расстоянии от любых крупных площадей, где то самое население и изволило праздновать мою свадьбу. Да и время сыграло свою роль - всё же конец первой половины дня после ночи застолий это то самое время, когда люди все ещё находятся в своих домах, однако уже начинают просыпаться. Избежать опасностей в таком случае не так уж и сложно.

Однако потери всё равно были. И имущественные, и человеческие, и чисто моральные. Но ни фатальными, ни хотя бы сколь-либо значительными они не стали, как бы не противно это было признавать в отношении людских смертей.

В конце концов жизнь продолжалась, и праздник не будет прерван. Телу унесут с улиц, кровь ототрут или засыплют песком, подпалины закрасят свежей штукатуркой, а почивших помянут кружкой доброй выпивки - и всё вернётся на круги своя. Никто ничего не забудет, и у меня ещё не раз спросят о праведной мести, однако и горевать долго не станет - такова уж эпоха, таков уж менталитет Вольницы.

Здесь вся жизни - хождение по лезвию ножа. Смерть повсюду и прямо среди нас, дышит в затылки целым деревням и городам. А люди на фоне прочих ужасов - угроза столь обыкновенная, типичная, прекрасно знакомая и даже родная, что не вызывает такой остроты, как в прочих уголках ойкумены.

Просто ещё одна рана на сердце. Только за эту, в отличие от многих прочих, хотя бы можно отомстить.

***

- А вот и я, милый! - резная дверь открылась, пропуская старательно изображавшую оптимизм девушку в недра кабинета. Только усталость и некоторая нервозность, проявлявшаяся в забегавшем по помещению взгляде, выдавали, что события сегодняшнего дня не прошли для неё бесследно.

Впрочем, как то и должно быть у любого нормального человека. Это мне как с гуся вода, поскольку видал и похуже, да привык к регулярным покушениям. А вот моя супруга...

Кхм...

Ну, она знала, за кого выходила.

- Рад тебя видеть, - отодвинувшись вместе со стулом от заваленного бумагами стола, я протянул руки к красавице, предлагая расположиться на своём уже полностью законном месте.

И она не отказала, уже вскоре усевшись на мои колени. А потом последовали несколько минут уютной тишины, проведённые в объятиях друг друга.

Но закончилось и это приятное мгновение.

- Ну... как дела? - отстранившись, но всё же не покинув кольца моих рук, немного сконфуженно начала супруга.

- Сложно, - ответ сопровождала ухмылка. - Разрушения небольшие, только очень уж некрасивые - посреди торжеств ведь. Потери маленькие, да только навеки упокоилось пятеро очень полезных личностей. Из исполнителей почти никто не выжил, однако о заказчике мы так толком ничего и не узнали. Так что, как я и сказал ранее - всё сложно.

В целом я перенёс всё это с флегматичным стоицизмом, хотя в процессе разборок и запытал пару человек до смерти, выпуская гнев. Однако печальная ухмылка и лёгкая тоска во взгляде всё же всколыхнули что-то в душе красавицы, от чего она не медля попыталась приободрить меня:

- А гости в порядке! - голос обволакивал, пока миниатюрная ладошка принялась гладить моё плечо. - Перепугались, конечно, но их крыло бой практически не затронул. К тому же, я воспользовалась неоднозначностью ситуации, и теперь как минимум две трети из них гадает, чьи конкретно враги рискнули совершить это нападение.

- Опасаются нашего недовольства? - склонив голову набок, я словил её ладошку в мягкий капкан. - Но ведь целью была наша спальня, и её разнесли сильнее всего.

- Но кто об этом знает? - зелёные глазки хитро замерцали, скрывая в своих недрах смешинки.

- Действительно.

Моя улыбка из печальной превратилась в довольную, а интриганка вскоре была награждена благодарным поцелуем. Изначально планировалось в щёку, однако леди в последний миг подставила губы, посчитав иначе.

Но кто я такой, чтобы спорить?

- Ой, кстати! - внезапно встрепенулась пташка в моих руках. - Говорили, что зачинщиками бедлама были какие-то рыцари? Моим людям стоит их опасаться?

Как никогда актуальный вопрос, появившийся, казалось, без всякой подоплёки. Не знал бы о развитой интуиции магов, мог бы подумать что-то о легендарной женской её разновидности. Иронично, что ни в одной из них на самом деле нет ничего мистического.

Не медля, лишь на мгновение запнувшись, чтобы подобрать слова, я попытался донести всю причудливость задницы, в которой мы сейчас находились:

- Понимаешь... - начал, проговаривая слова с некоторой медлительностью. - Пожалуй, чтобы не вводить тебя в заблуждение, я начну немного издалека. Ты не против?

И получив крохотный кивок, больше напоминающий мгновение судороги, продолжил:

- Как ты знаешь, я довольно неплох в игре плаща и кинжала. Сети осведомителей, штаты изучающих их отчёты писцов, глубокие связи в среде различного криминалитета и негоциантных обществ, ручные пиратские шайки и наёмные компании, довольно могущественные покровители по всему Свету и тайные союзники в лице беглых волшебников... Возможно, тебе до сих пор не совсем понятны масштабы сетей, что я свил вокруг герцогства, однако могу заверить - они более чем впечатляющи. Понимаешь?

Новый кивок девушки выглядел уже несколько нетерпеливым.

- Так что, когда самый накал спал, и пришло время задуматься об источниках всех сегодняшних событий... о том, как они вообще стали возможны, ещё и в обход моих глаз и ушей... Признаться честно, я изрядно запутался.

- Я тоже, - леди грустно улыбнулась. - На мою долю пришлось много тревог, оставленной в четырёх стенах. Хватило времени подумать. Только витраж всё никак не складывался - цветные кусочки блестели ярко, однако слишком не подходили гранями.

- Вот именно, - коротким кивком подтвердил выводы, выраженные в метафоре. - У врагов было много денег и редкая алхимия, но почему-то не хватало по-настоящему могущественных воинов. Два десятка бойцов при поддержке двух магов - не в счёт. Они привезли и искусно провели мимо глаз наблюдателей множество простых бойцов, а кого-то даже завербовали прямо в нас под носом, однако так и не смогли выполнить ни одной из своих целей, провалив нападения. Они без промедления бросали союзников на поживу нашим силам, сбегая при любой настоящей угрозе, однако храбро сражались до самого конца, когда силам гарнизон всё же удалось прижать их к стенке. Всё это... оно просто не складывается в цельную картину. И не складывалось, пока я не нашёл ряд занятных совпадений.

- Ну ка, - подалась вперёд моя прекрасная собеседница, провокационно оттопырив пятую точку на моих ногах. И довольно прищурила глазки, заметив, как во мне начал пробуждаться голод определённого рода.

Однако пока не время для сладенького. Как пелось в одной песне, первым делом - самолёты.

- Во-первых, два десятка изменённых, о которых ты упоминала, после умывания и снятия косметической алхимии оказались типичными северянами в плане внешности.

- В королевствах полно межевых рыцарей, бретеров, арбитров, свободных клинков, клятвенников, вольных орденцев и прочего сброда, - насмешливо фыркнула дама в ответ, продолжая внимательно вглядываться в мои глаза.

- С такими навыками в диверсиях? - выгнул я бровь в притворном недоумении.

- Если во главе стада овец стоит лев, то все уподобляются хищникам.

- Как же они тогда провалились?

- А они провалились? - изобразила она те же эмоции, что до сих пор продолжали царить на моём лице.

И действительно, никакой уверенности в последнем не было и быть не могло. Особенно, если рассматривать подозрения, появившиеся у меня недавно.

- Туше, - прекратив пантомиму и улыбнувшись в умилении от рожицы супруги, снова наградил её поцелуем, в этот раз за победу в диспуте.

- Собственно, - продолжил после короткой паузы, - как раз именно это и было основной версией, даже несмотря на то, насколько же она удобна для наших врагов. В конце концов, и сам я уже не раз использовал эту схему, действую за границей, как и некоторые другие известные мне игроки - пусть и дорогостоящий, но совершенно безопасный способ пользуется немалой популярностью. Однако... что, если кто-то лишь попытался имитировать этот метод?

- Каким образом? И зачем? - а вот теперь её глазки действительно пылали любопытством.

- Деньги, - ответив сопровождался ухмылкой.

- Деньги? - обе изящные бровки девушки изогнулись, что при цвете её волос и оттенку кожи, впрочем, оказалось не очень заметно.

- В конечном счёте всё всегда упирается в них, - на мгновение прикрыл глаза, как бы говоря, насколько разочарован людьми этого мира. Вот только что-то подспудное тут же напомнило, что в прошлом-то было ещё хуже. - Собственно, закономерности нашлись в составе монет, что незваные гости привезли на наши земли, неважно, в свои карманах или наёмничьих.

- Неужели прокололись в самой основе? - усомнилась она.

- Нет, происхождение у них разное - финаритские соседствовали с северными, гегемонскими или даже совсем уж экзотикой, вроде болванок болотников и колониалов, - развеяв первое подозрение, уже в следующий миг лукаво прищурился ради пущей загадочности.

- Тогда что? - поднятые ранее бровки опустились, когда личико леди выразительно нахмурилось. Конечно, она безбожно переигрывала, но мне было приятно.

- Дело в количестве монет, моя дорогая, - по моим губам скользнула ядовитая усмешка, направленная на неизвестных пока умников. - Много финаритских, немного гегемонских, ровно вшестеро меньшее число каждого вида экзотиков, а также пять кошелей различных северных и мелкая горсть наших. В итоге сумма получается довольно небольшой, однако разнообразие впечатляет. Что это может означать по твоему мнению?

После вопроса супруга так и продолжила смотреть мне в глаза, хотя её собственные вскоре потеряли фокус, когда разум погрузился в размышления. Прошла минута, другая, третья, но уже на четвёртой я решил больше её не мучить. Тем более, что ещё неизвестно, насколько мои бредни, подстёгнутые воспалившимся от пережитого СПГС-ом, вообще соответствуют истине.

- Милая, - новый поцелуй вернул её в реальность. - Просто я подумал, что такое распределение денег в естественных условиях просто невозможно. Во-первых, экзотики - они на то и экзотики, чтобы иметь ход только около своих родных производств, которые, напомни, разместились по разным концам ойкумены. Одинакового количества не специально добиться просто невозможно. Во-вторых, мы расспросили пойманных наёмников - наняли их севернее за деньги Гегемонии, которых, если подсчитал хотя бы приблизительно, до всех операций должно было быть примерно столько же, сколько и финаритийского золота.

- И снова почти равное количество? - вот теперь в её прищурившихся глазках сверкало подозрение.

- Однако самое поразительное, оно же третье и последнее открытие настигло меня, когда я изучал монеты Севера.

- Кто?! - аккуратные губки леди сложились в кровожадный оскал, и чем-то подобным же повеяло в Ветрах

- О, количество там очень разное! - я прищурился от удовольствия. - Понятное дело, ведь путь людей по тем землям был долог. Чьих-то монет было больше, чьих-то - немногим меньше, однако кое-кто оказался представлен почти такой же суммой, какой и Финарития. Литария.

- Литария? - её бровки вновь поползли наверх. - И что же... Что это, по-твоему, означает?

В ответ я драматично отвернулся и устремил свой взгляд на картину, висевшую на дальней стене.

- Хм-м, - протянул в ложной задумчивости. - Что же может означать немаленькая сумма денег, недавно произведённых в воюющем на несколько фронтов королевстве, найденная у неких убийц северной наружности? Почему кошель с ними имел следы того, что его долго не открывали? И почему в таком случае эту сумму никак не использовали за всё время пути?

Мой взгляд вернулся к задумчивой супруге.

- Давай же, дорогая, ты активно общалась с людьми королевств. Платила им деньги, покупала сведения и услуги, причём в том числе и уже после рождения этого конкретного государства на свет. Ты найдёшь закономерности.

И действительно, ей не потребовалось и минуты:

- Эти новые монеты... Это те, которые с уменьшенной долей золота?

- Верно.

- Тогда... - она замялась на мгновение. - Тогда у них не могло оказаться такое их количество. Торговля встала, наёмники на Литарию не работают из-за обманов с оплатой, а отдавать это золото за пределами державы - и подозрительно, и цену запросят справедливую, а не как монетный двор указал. Значит... Существует только одна причина, из-за которой в руках убийц мог оказаться этот кошель. Особенно, в купе со всеми остальными фактами.

- Имитация, - мой довольный кивок сопровождался почти мурчанием.

От этого звука супруга вздрогнула, залилась краской и рефлекторно поёрзала... Чем заставила сжать зубы уже меня.

Однако рассказ требовалось доводить до конца, так что себя я всё же пересилил.

- Безусловно, это лишь предположение, основанное на косвенных уликах, однако... Очень уж стройная теория. Элитную группу ликвидаторов, верную и умелую, собирают, выдают бюрократически выверенные доли различных денег из казны ради маскировки и направляют в путешествие. По пути воины переживают не самые простые времена, осознают некоторую опасность родных монет, однако, будучи по-настоящему обеспеченными людьми и видя наёмников на протяжении всей своей жизни лишь на расстоянии длины лезвия меча, в полной мере не осознают неестественность своих валютных запасов. Равно как и бюрократы, их снабжавшие, я полагаю.

- Но всё это может быть лишь совпадением, верно? - леди обиженно скуксилась, снова принявшись ёрзать по моим коленям.

- Конечно, - дабы вернуть наше общение в рамки, мне пришлось зафиксировать её положение руками. А поскольку ранее двигала она именно бёдрами...

Мда, стало только хуже. Ну хоть замерла - и то хлеб.

- Но всё равно подозрительно, - сказала она, по-птичьи склонив голову к плечу подсмотренным у меня движением.

- Безусловно, - резковато кивнул.

- Тогда спор рассудит мотив, - она вновь улыбнулась, причём столь нарочито невинно, что не поверил бы и ребёнок. - Ты же нашёл подходящий, верно? Иначе бы ничего не говорил.

- Ну... возможно, - теперь притворяться пришлось уже мне. Хотя смущение - совсем не то, что я привык изображать.

К счастью, делать это пришлось недолго - уже в следующий миг на губы вылезла хитрая усмешка.

- Скажи-ка, дорогая, где ты хранишь личные вещи?

Её прищур мог бы стать обвинительным, если бы не был столь пытливым.

- В твоей башне. Хотя официально всё продолжает лежать на складах гильдии.

- На каких, говоришь, складах? - моя усмешка усилилась.

- На складах... - и тут её глазки начали расширяться уже в натуральном удивлении. - На тех самых складах, которые сегодня сожгли...

- Ну, правды ради, пострадали и другие, - заметил, не желая идти против правды, - однако таким образом они могли всего лишь заметать следы. Тем более, стояли-то здания рядышком - огонь и перекинуться мог.

- Ага... - протянула она во вновь обретённой задумчивости. - Мои вещи, покушение на нас, Литария... Единственное, на что они могли покуситься - бумаги. Там, конечно, много важного компромата, но из того, что о чём могут догадываться посторонние...

- А кроме него что-нибудь есть? - теперь пытливый прищур перешёл ко мне.

- Документы в основном, - бесхитростно пожала она плечами. - Геральдические знаки, грамоты, договоры и прочее наследство семьи.

- Наследство, говоришь... - протянул задумчиво в ответ. - И ведь отправили группу, судя по прикидкам, вскоре после объявления нашей свадьбы...

- Лиория... - сразу всё поняв и осознав после моих слов, леди тут же поджала губки, а Ветра вновь вспыхнули жаждой крови.

- Вот так вот, - вздохнул, выражая грусть. - Живи хоть на другом краю мира, всё равно найдутся те, кому ты будешь мешать самим фактом своего существования. Феодализм - опасный бизнес, моя дорогая. Особенно, когда кто-то пытается переписать карты особенно толстой кисточкой.

В свете открывшихся фактов вывод был очевиден - род Ниавель, ранее проживавший, а после - изгнанный из враждующего с Лиорией королевства, несмотря ни на что, сохранял более чем законные претензии на ряд очень немаленьких феодов. Причём настолько, что единым фронтом, да при сторонне поддержке, мог и короля с престола подвинуть. Только кому-то в новом полюсе силы всея ойкумены очень уж эти пока ещё вражеские земли приглянулись, от чего моя леди и стала планам излишне амбициозной личности резко мешать. Особенно, когда детишек собралась настругать.

Впрочем, всё ведь могло быть и ещё хуже - не стоило забывать и о древней крови в жилах девушки. Согласно которой, пусть и с изрядным скрипом, она претендовала на изрядный кусок уже всех Западных королевств. Какому королю-завоевателю такое понравится, особенно когда женщина с таким наследием выходит не за него-родимого?

В любому случае даму и её кавалера нужно пустить в расход или хотя бы сжечь подтверждающие родословную документы. Последнее - чтобы пусть далеко и не сразу, но претензии оспорить.

В таком свете напавшие и вправду достигли успеха... Почти. Кто же мог знать, что обломает победу им не хитрые схемы или моя паранойя, а банальное равнодушие в отношении сложившихся традиций? Леди просто хотела жить в привычной обстановке, мне было плевать на недопустимость переезда девушки в дом суженого до свадьбы, а все вокруг слишком уважали наше мнение и боялись нашей магии, чтобы возникать. Только бедняги-северяне не могли и помыслить, на какое кощунство их соотечественницу могли сподвигнуть любовь, усталость и банальная лень.

Ирония.

Впрочем, кто бы ни был виновником, его можно понять - каждый хочет обезопасить своих потомков от лишних проблем. Но понять - не значит простить. Ни я, ни моя супруга таким недостатком вовсе не страдаем, а значит, рано или поздно за всё далёким недругам воздастся по заслугам.

Просто возможностей для этого у нас пока маловато. Гадить же по-мелкому - эскалировать конфликт, в котором вес соперников совершенно не равен даже сейчас. Нет уж, лучше мы затаимся на некоторые срок, готовя почву и наращивая силы. В конце концов, как известно, месть - это блюдо, которое следует подавать холодным.

Глава 74 - Мотивация

И вот на следующий день, когда разбор полётов подошёл к концу, а торжества продолжились как ни в чём не бывало, во время очередного пира на меня снизошло озарение!

Ну ладно, не на меня - супруга, несмотря на величину испытанного стресса, отошла от произошедшего гораздо быстрее. Или просто пожелала отвлечься, к чему подошла со всем энтузиазмом, не знаю. В любом случае - пока я даже за праздничным столом продолжал бродить в дебрях размышлений, девушка принялась плести столь любимые ею узелки интриг. Да столь искусно, что в конце концов пришла к неожиданному выводу.

К выводу, что одна из давнишних идей, давным-давно признанная мною с герцогом неосуществимой, в нынешних реалиях внезапно оказалась не просто возможной, а уже практически выполненной. Словно спелый сладкий фрукт, готовый пасть в руки в любой момент - стоило лишь того пожелать, приложив небольшие усилия. Только если раньше деревце охраняла свора натуральных пещерных медведей, что человеку голову за удар когтистой лапы снести могли, то теперь зверьё приболело, сдохло или просто разбрелось кто куда - словом, внезапно им стало не до того.

Осталось лишь понять, не лишимся ли мы черепушек чуть погодя. Всё же дело громкое да провокационное, ног при реализации оттопчем немало, да и сильные мира сего могут такой фортель не понять. Впрочем, отмазку на случай любых вопросов нам столь любезно подарили... Если бы они, отмазки эти, в большой политике хоть что-то решали.

Так что выбор оказался непростой.

К счастью или сожалению, после всего, что нам пришлось пережить за последнее время, возможные неприятности от реализации плана... ну, они уже не выглядели столь яркими даже для меня. Наоборот - поблекли настолько, что теперь едва ли выделялись на фоне серых будней настоящего и прошлого.

Тем более, совершенно непонятно, сложатся ли обстоятельства столь удобно для нас ещё хоть единожды. Слишком уж много факторов должно совпасть, чтобы вся ойкумена полыхала настолько, дабы до нас не было дела ровным счётом никому за пределами Вольницы.

Сложись ситуация иначе в любом из трёх ключевых регионов, Гегемонии, Севере или Финаритии, и кто-нибудь из них обязательно попытался бы усилить свои позиции в Междуречье. Хотя бы на время, но попытался бы! Неважно, будь то наёмники, авантюристы-аристократы, клановые странники-эмиссары, чрезмерно обеспеченные торговцы или иные агенты воздействия - нашествие гостей любого из этих толков привело бы к немалым проблемам, в итоге затянувшись на многие годы противостояния с неизвестным финалом.

Однако сейчас нам ничего не угрожало.

Никто не мешал основать своё королевство.

К тому же, кроме вышеназванной угрозы непосредственного характера, все три центра цивилизации препятствовали появлению новых игроков в Междуречье и другими методами. Которые, как понятно, в нашем случае временно тоже стали неактуальны.

Торговля? По большей части встала. Конечно, это не коснулось элитных товаров - караваны с ними приносят столько золота, что всеми уже с давних пор воспринимаются стратегическим активом стран. Дескать, Солнце встаёт на востоке, заходит на западе, а прекрасный корабельный лес и снасти идут с Севера в Гегемонию. И идут по морю и реке вдоль наших, вольничьих берегов.

Только вот что объёмы, что ассортимент товарообмена существенно упали. Причём настолько, что затянуть пояса потуже оказался вынужден весь наш многострадальный регион. Однако если герцогству благодаря огромной территории, крепкой армии и наличию хоть как-то возрождённой Ванонии - стратегически расположенного торгового порта, ещё удаётся выходить в плюс с существенным прибытком, то вот более мелким соседям...

Купцы - народ, умеющий считать деньги. Они предпочтут заплатить нам один повышенный налог и путешествовать в безопасности, чем дюжину раз давать на лапу каждому мелкому лордику, что временами кроме навозного холма и десятка крестьян за спиной ничего не имеют, чтобы в результате в лучшем случае потерять две трети охраны от зверья, бандитов и магических аномалий. Для них выбор даже не стоит - он очевиден любому, имеющему хоть крупицу разума.

Результат очевиден - и так довольно бедное феодально-раздробленное пёстрое на краски полотно вновь, в очередной уже раз, стремительно обеднело. А дальше последовали закономерное события - разбежались ополченцы и наёмники, а кто посильнее да под предводительством аристократов - отправились грабить свой же народ. Сперва - соседей. Потом, как крестьяне без защиты начали на стену лезть да хозяев лесом посылать - так и до собственных дело дошло.

Словом, не мрак и безысходность, конечно, но туговато пришлось даже базам охотников за реликвиями. Им от частичного коллапса логистики тоже мало не показалось.

И только мы ярким маяком надежды засветились на этом фоне, явив столь желанный многими порядок. Тот самый, который на этих землях не видели многие сотни лет.

Причём, что особенно важно в нашей ситуации, впервые за всю историю существования герцогства дома ре Тремест этого самого порядка, то есть - протекции внешних региональных сил, захотела основная масса свободных аристократов. Что, безусловно, не очень стыковалось уже с моей репутации. Но вот если герцог соблаговолил бы попридержать своего "бешеного пса"...

Как-то быстро люди забыли, что именно стало спусковым крючком для первых чисток. А учитывая, чего от жизни в новом государстве могли бы желать означенные личности, то не нужно быть провидцем, чтобы понимать - рано или поздно мой воспитанник придёт по их души сам, даже без удобной прокладки в лице страшного колдуна. Просто потому что новых заговоров не потерпит. Особенно против Катьки.

Все мы любим эту милаху, а правильные отцы при устранении угроз дочерям зачастую бывают излишне... методичны. Но не мне их в этом осуждать.

Просто будет иронично, если новая волна знати повторит ошибку старой, напоровшись на те же грабли.

Впрочем, мы всегда могли пойти другим путём и не ждать никаких поводов, расширившись за серию локальных войн. Это было бы даже выгоднее экономически, но вот политически непременно принесло бы очень много проблем. Так что пока окончательный выбор метода повис в воздухе.

И, кстати, с политикой связан ещё один фактор, ранее не позволявший герцогству расти. Ванония, а вместе с ней и другие торговые города на берегах великих рек, совершенно не желали появления монополиста внутренних перевозок Междуречья. И мало того, что у них было достаточно денег для выражения такого своего желания, так ещё и любая ссора с ними могла нанести крайне болезненный удар по карману. Однако теперь, когда доходы от торговли сильно упали, а в наших руках оказался крупнейший город южной Вольницы, политическая конъюнктура кардинально изменилась.

Теперь это им не стоило ссориться с нами, а не наоборот. Ведь отныне основной товаропоток безраздельно принадлежал нам - повернём куда захотим, а остальным придётся сидеть на голодном пайке до полного просветления больных головушек.

И это не прошло мимо аристократии. Никто не хотел остаться за бортом жизни, когда всё вернётся в норму. Лучше уж лечь под явного победителя, чем стать пищей ему и остальной своре.

Третьим же моментом, и как бы не самым главным ко всему моему недоумению, стала репутация. А именно - те посылы, которые каким-то образом уловил весь прибывший к нам на свадьбу цвет Междуречья.

Не сразу, но все узнали о величине, составе и уровне подготовки нападения. Как и смогли в некоторой мере ознакомиться с последствиями оного. А потом, уловив запах возможностей своим чутким носиком, в уже получившийся коктейль капнула слухами Ниавель. И на этот раз, не иначе как с огромной улыбкой на устах, она поведала людям чистейшей воды правду о том, кого именно мы подозреваем в этом акте агрессии. Естественно, с должными доказательствами, мотивами и уликами.

Конечно, это не было официальным обвинением - для такого у нас не было ни военных, ни дипломатических возможностей. Однако знати того было и не нужно - стройной картины хватило за глаза. А уж когда леди мимоходом пояснила, что такое случается уже далеко не в первый раз, хотя такого масштаба достигало редко...

Гости испугались, безусловно! Кто бы на их месте остался равнодушен? Вот только вместе с тем, моя супруга ясно продемонстрировала этим откровением и ещё один чрезвычайно важный момент.

Мы оказались способны сопротивляться ведущим игрокам. Причём как в войне, так и в интригах.

Для умов и сердец аристократии Вольницы, привыкшей жить под сапогами чужеземцев, это изменило всё.

Безусловно, никто не хотел войны. Иностранных вторжений, торговых санкций, спецопераций модификантов, искусственных заболеваний или ударов стратегических истинных артефактов - ничего из этого мелкие правители древнейшего региона ойкумены совершенно не желали. Вот только не желали они быть и игрушками в руках Юга, Севера или Востока. Не мудрено, что за нас, как за пример успешного возвышения в столь сложных условиях, оказались не прочь ухватиться многие. И далеко не только те, кого мы так или иначе контролировали уже долгие и долгие годы.

Аромат возможностей повис в воздухе. Сладкий фрукт созрел. Вопрос лишь в том, стоило ли нам рисковать...

...и нужно ли приз был конкретно мне.

***

В общей сложности пир продлился шесть дней, при том что второй для всех вынужденно оказался, можно так сказать, разгрузочным. Хотя в действительности от прочих он отличился лишь отсутствием новобрачных - столы всё также трещали от обилия блюд, а гости поглощали их не менее истово, чем сутками ранее. По-видимому, спеша заесть полученный стресс. И эта затея увенчалась успехом, судя по тому, что в дальнейшем они в разговорах с нами предпочли делать вид, будто ничего экстраординарного не случилось.

Однако уже на третий-четвёртый день стало ясно, что тема произошедших событий нашла ярчайшее внимание со стороны якобы неинтересующихся. Исподволь они рыли носами землю, подкупая свидетелей и рядовых участников, в попытках вызнать хоть немного сверх общеизвестного. А уж какая битва за внимание Ниавель вскоре развернулась за столом...

Не то чтобы оной не было ранее, конечно - дочь древнего знатного рода, волшебница, умница и просто красавица имела неизменно огромную популярность, особенно со стороны противоположного пола. Просто теперь для неё появилась ещё одна причина, только и всего.

Впрочем, супруга не жаловалась. Наоборот - при поддержке многоопытного советника в лице прадеда увлекала, колола, настораживала, пугала, подстрекала и прочими образами манипулировала людьми, с удовольствием превращая уверенных в себе хозяев жизни в кормящихся с её рук амёб. Благо с совокупным компроматом новообразованной ячейки общества это было не так уж и трудно - в конце концов о немалом количестве гостей мы знали даже больше, чем они сами же о себе.

Возможно, даже слишком много. Поскольку иногда девушка нет-нет, да перегибала палку, и затронутые начинали обильно потеть ладошками. Ну и бежали к Акелону, само собой - по представлению многих, только всеми нами любимый герцог обладал не только властью приказывать моей супруге, но и сердцем достаточно добрым, чтобы войти в положение нуждающихся.

И хотя именно такого отношения мы и добивались, приложив немало усилий к закреплению образа достаточно благородного правителя в общественном сознании, самих нас это не могло не смешить. Право слово, нашли кому жаловаться...

...- А как он извивался, как извивался! - радостно воскликнул самодержец, под нашими с Ниавель весёлыми взглядами. Улыбки так и сверкали в малом зале городского особняка, и лишь мы трое были тому свидетелями - заглядывать сюда сейчас не смели даже доверенные слуги. Благо закуски уже стояли на столе, а подушки на диванах вокруг него были достаточно мягки, чтобы высшая знать государства не испытывала никакого дискомфорта.

Сибаритство, конечно, но аскетом я никогда не был, и плодами своих трудов собирался пользоваться по полной. Двое же моих собеседников, хотя могли довольствоваться малым при нужде, были рождены и воспитаны в роскоши, так что тем более не стеснялись.

- И что же, неужели так и не обмолвился, из-за чего прискакал? - улыбка супруги стала несколько хищной, а зелень глаза недобро сверкнула поистине инфернальными угольками.

- О, мне было очень интересно! - голос герцога наполнился неприкрытой иронией. - Однако собеседник столь истово сопротивлялся этому моему желанию, что бедолагу пришлось пожалеть и отпустить.

Мы дружно одарили друг друга улыбками, искренне наслаждаясь юмором описанной ситуации. Хотя моя супруга, возможно, находила удовольствие и в самом факте страданий неприятного лично ей человека.

- Но, быть может, это стало ошибкой, - продолжил молодой мужчина несколько мгновений спустя, и смеха в его голосе поубавилось, уступив место некоторому раздражению. - Весь оставшийся день меня донимали по поводу этого разговора. Разные лица, разное время и разные предлоги, но решительно всех в итоге интересовало лишь одно и то же - моё мнение относительно некого "предложения". Вот только не было его, предложения этого, равно как и понимания происходящего. Честное слово, будь эти люди более настырны, я бы непременно сорвался... А так хоть позубоскалить удалось, напустив проницательный и многозначительный вид.

Против недовольного рассказчика, пострадавшего по случайному стечению обстоятельств, мы с супругой успели ещё немного посмеяться... Пока не вспомнили о сути вопроса. На два грустных лица в помещении стало больше.

- Почему вы... - заметив перемену в нашем состоянии, начал было спрашивать герцог, однако быстро всё понял. - Тёмные боги, да что же там за вопрос такой? Мне нужно начинать волноваться?

- Нет-нет, ничего серьёзного, - поспешил ответить, видя задумчивость прекрасной девичьей мордашки поблизости. - Просто... история известная, старая и едва ли кем-то любимая. Сейчас, можно так сказать, она получила вторую жизнь, и грязь начала выплывать наружу особенно остервенело.

- И почему же я об этом ничего не слышал? - теперь он выглядел озадаченным.

- Слышал, просто без деталей, - усмешка исказила губы. - Ведь эта та самая, всем нам прекрасно известная история жизни графа Игреда ре Тревалира.

Первой реакцией собеседника на такое заявление стал сперва в удивлении открытый, а немного погодя - захлопнутый в беспомощности рот. Потому что, по-видимому, сказать ему было решительно нечего.

Названая личность действительно была известна на просторах Междуречья, причём настолько, что для составления хотя бы приблизительного списка его "достижений" требовалось выделять немалое количество времени на инспекцию памяти. Бесспорно, творил грязь граф со вкусом...

Можно даже сказать - с отменным смаком.

Клятвопреступник. Садист. Серийный насильник, в числе прочего - немалого количества знатных дам. Кровосмеситель. Дето-, отце- и братоубийца. Людолов и работорговец. Покровитель разбойников и пиратов. Сектант нечестивых богов. Заядлый поджигатель и, в следствии, массовый убийца. А также мстительная, двуличная, бессердечная, чрезвычайно лживая тварь, спровадившая в могилу как минимум трёх своих жён.

Монстр и чёртов ублюдок - скажет любой землянин, прочитав такую характеристику. Беспутный, но уважаемый член общества - ответят аристократы.

Впрочем, ни в целом терпимое отношение со стороны коллег по опасному феодальному бизнесу, ни более чем впечатляющий список отнюдь не положительных качеств в итоге не спасли его от ликвидации. Сделать это оказалось не так уж и трудно - модификанты зарезали возрастную свинью в собственной постели, заодно забрав кипу макулатуры и обчистив схроны.

Подходящий конец для такого человека... Разве что, может быть, я бы добавил ещё пыток по вкусу.

Однако, к сожалению, история сволочи на столь мажорной ноте не закончилась, продолжив отправлять человеческие жизни даже после смерти виновника. Ведь за очень даже немаленький феод, стоящий на торговых путях севернее нас, развернулась натуральная тайная война. Ну или "тайная", раз уж знают о ней все кому не лень, и в свете растущего напряжения она может вылиться в самые что ни на есть настоящие боевые действия.

Естественно, я знал, что так будет - слишком уж много бастардов наплодил этот человек и слишком уж большое число знатных родов обидел. Да и без этих факторов шестеро законнорождённых сыновей от пяти разных женщин, причём трёх натурально похищенных из отчего дома или в пути на собственную свадьбу с совершенно иными кавалерами, являли собой не только ярчайший пример безжалостного прагматизма захлебнувшейся кровью сволочи, но и крайнюю уязвимость, которой не могли не воспользоваться. И насколько бы ироничным не был поворот этих "стрелочек", когда обиженные рода применили созданные виновником самолично поводы к узурпации власти на его же землях, однако пускать всё на самотёк мне не позволял схожий же прагматизм.

Да и уж точно не людям, спустившим с рук кражу собственных сестёр и дочерей, стоило давать возможность разобраться со сложившейся ситуацией. Кто бы не победил в борьбе, им просто не хватит ни сил, ни влияния с уважением для того, чтобы удержать территорию в полной мере. А длительная междоусобица и неизбежно последующее дробление создаст угрозу уже нашим и без того обмелевшим торговым доходам.

Безусловно, последнее было совершено неприемлемо. Раз уж мы даже большим игрокам по рукам били и за меньшее, то уж толпе каких-то мелких окуньков локального политического болотца можно и вовсе хвосты динамитной шашкой подпалить.

Очевидно, что являясь наиболее могущественной силой в регионе, решать, кому достанется земля, в конечном итоге будем именно мы. Это понимают все. Поэтому же они прибыли на нашу свадьбу, поэтому же были паиньками, покорно позволяя супруге использовать их в своих махинациях против куда менее послушных чужаков. Разве что один не особенно умный персонаж перетрусил да додумался набиться в собеседники к герцогу, но даже такую наглость можно использовать к собственной выгоде. Главное, чтобы виновник лишнего придумывать не стал, иначе его, равно как и весь его род, не будет ожидать ничего хорошего. Только кровь испачкает красивую комбинацию.

Именно это я бывшему воспитаннику, которого несмотря ни на что до сих пор регулярно учил уму-разуму, популярно и объяснил. А следом добавил, что первопричина его втягивания в водоворот этого политического кризиса, представшая в виде обрюзгшего темноволосого мужчины среднего возраста, во всей этой истории числится дядей второго по старшинству законного отпрыска серийного насильника.

Парень пятнадцати лет от роду был силён, вспыльчив, уважаем в дружине почившего отца и довольно хитёр, как для столь юного дарования. А крайне испорченные отношения со старшим, самым любимым из детей, и популярность у значительного числа младших позволяли его родственнику иметь веру в успех узурпации власти. Причём без длительных кровопролитий, что истощили бы и без того не слишком благополучную землю. А такой куш, над которым при удаче даже регентство можно будет получить, стоил любых вложений.

Собственно, поэтому многие силы, стоявшие за частью претендентов, не слишком церемонились, тратя на усиление позиций ставленников немалые капиталы. В конце концов, каждый надеялся если не на победу, то хотя бы на то, что договариваться мы будем с фаворитом гонки. И пусть в последнем случае приз получится победнее, ради него всё равно стоило бороться.

Так думал и уже набивший оскомину недалёкий, жадный дядюшка.

Впрочем, если бы всё было столь просто, ему не пришлось бы бегать от моей супруги, словно от аватара Смерти в тварном мире.

Пресловутый нюанс, так сказать.

В дело вот в чём: благодаря бумагам и доверенным слугам почившего графа, вывернутым наизнанку в наших казематах, стало доподлинно известно, что мать дитя, приходившаяся старшим сиблингом нахального просителя герцога, попала в плен насильника отнюдь не по причине роковой случайности. Это был заговор. Заговор, в котором девушку, что по суверенным законам наследования должна была занять трон крохотного княжества, младший брат буквально продал, подстроив как похищение, так и дальнейшее длительное, крайне насыщенное на эмоции пребывание в "гостеприимных" палатах бессердечного аристократа.

Не хочется даже вспоминать, через что пришлось пройти обесчещенной девушке во время десяти лет Ада, завершившихся подозрительно своевременным для похитителя падением из окна башни. Главное, что детей, мальчика и двух дочерей, она родила, воспитала как могла и заботилась в меру возможностей, даже когда граф приводил в дом третью по счёту жену, а счёт числа любовниц перестал иметь хоть какое-то значение. Благо маленькая семья всегда держалась вместе, стойко отбивая нападки и не стесняясь бороться за пищу и кров. И важно это в том конкретном факте, что дети мать просто обожали, поклявшись отомстить за её несчастную судьбу.

Собственно, следует только припомнить, в списке чьих достижений значится убийство одного знаменитого на всю Вольницу мудака, как многое становится понятно. Получить лояльность подросших детей проще простого - стоит лишь намекнуть на личность благодетеля, попутно продемонстрировав кое-какие доказательства. Вроде забальзамированной головы покойного, например. И столь же просто будет похоронить любые начинания одного конкретного нашего гостя, равно как и спокойный сон всего его рода, стоит лишь передать некоторые бумаги и записи свидетельских показаний. Дальше нам не придётся шевелить даже пальцем - молодой граф походя сметёт силы ещё более карликового государства и учинит резню, кровью сторицей платя за боль любимой родительницы.

Об этом мальце мне известно достаточно - всё говорят, что прощать он просто не умеет, а жестокостью временами напоминает отца. Иметь такого врага в живых - всё равно, что танцевать на лезвии ножа.

Рано или поздно всё равно споткнёшься...

...

Если честно, использовать эти рычаги мне казалось немного излишним. Добиться желаемого можно было и методами более верными, чем обретение доверия готовящегося к междоусобной войне подростка. Однако Ниавель имела на этот счёт иное мнение. Она желала использовать первый факт для обретения союзника, а после надавить вторым номером ради контроля над княжеством. Но что-то пошло не так, и один великовозрастный идиот не захотел культурно уступить пальму первенства в отношениях с племянником, решив, видимо, обвинить мою супругу в наглом поклёпе и лжи. Наверное, рассчитывал на отсутствие серьёзных доказательств.

Что же, феодализм - бизнес опасный. Зачастую даже более, чем сапёрное дело. И этот конкретный любитель опрометчивых прыжков приземлился явно куда-то не туда, о чём скоро узнает на собственной шкуре. Ведь даже если малолетний мститель пожелает вновь выждать время для удара, я такой глупости совершать в любом случае не стану.

Вызвавший гнев - да падёт. Прощать попытку клеветы на Ниавель я не намерен.

Хотя, быть может, мой лучший ученик на ниве политических изысканий сможет найти более изящное решение...

- А тебе не нужен такой материал для опытов? - с изрядной долей холодной злобы поинтересовался герцог, подперев голову гневно стиснутым кулаком. - Всё же изрядная примесь волшебной крови, как я слышал. Пусть и разбавленная настолько, что одарённых уже не порождает.

...Хотя о чём это я? Не нужно быть гениальным аналитиком, чтобы заподозрить старшего Тревалира в одном из давнишних нападений на свадебный кортеж тогда ещё невесты молодого правителя. Такой вывод буквально напрашивался, стоило лишь узнать о столь специфическом хобби этого человека. И хотя о причине его убийства я умолчал, однако даже вскользь описанный, почерк был слишком схож, чтобы собеседник не смог теперь сложить дважды два.

Вот только в ответ на хмурый взгляд, требовавший подтвердить или опровергнуть догадку прямо здесь и сейчас, я лишь нагло ухмыльнулся. Хочет узнать истину - пускай сам капает. Будет полезно для развития.

- Ох, нет-нет, никакого убийства! - внезапно для нас обоих воскликнула леди, грозя тонким пальчиком, - Даже не думайте, увальни, а то все испортите! Только похищение, да и то - постарайтесь без пыток. Я всё ещё надеюсь заручиться верностью юноши, и такой подарок, бьюсь об заклад, порадует его больше тысяч мёртвых листков бумаги с самыми тестовыми речами!

По окончании гневной речи помещение ненадолго погрузилось в несколько удивлённое молчание. Впрочем, мой ступор не продлился и пары мгновений - прикрыв веки и откинувшись на подушки я глубоко вздохнул, пытаясь распутать возникший клубок противоречивых чувств.

"Ну, я же знал, кого брал в жёны, верно?" - подумалось невольно.

Впрочем, вспоминая её историю и очевидную для любого причину, по которой из всего рода оставить в живых планировали лишь одну малолетнюю девочку, отношение к пособнику проклятого графа понятно. Быть может, вовсе не был случаен и пресловутый перегиб, ведь таким образом моя супруга могла намерено подвести князя под монастырь. Но и винить её в чём-либо решительно не получалось, поскольку сам разделял эту неприязнь.

Только в сердце вновь расцвела буйным цветом госпожа Ирония. Ведь спасти губителя сестры сейчас мог бы разве что прагматизм - тот самый, принёсший столько страданий в эту историю. Однако, судя по всему, покоя в наших душах на него уже не хватило. А вот человечность, в иные времена помогавшая столь многим, этому конкретному человеку готовит крайне незавидную судьбу.

Лучше бы ему было погибнуть в моих руках, потому что будущий граф, могу поспорить, растянет удовольствие на долгие и долгие годы.

***

Не успели разъехаться гости, как пришлось возвращаться к столь привычной, сколь и нелюбимой, бумажной работе. Не сказал бы, что мускулатуры накопились целые завалы, да и о прибытии действительно важных писем мне сообщали своевременно, однако времени на разборы придётся потратить всё равно немало. Поскольку, как и всякому владельцу бизнеса, в чём бы не выражалась монетизируемая деятельность оного, я не имел возможности не вникать в получаемые новости. От этого буквально зависело наше благополучие. И жизни.

Вот и сидел теперь за письменным столом посреди ночи, читая под ровным магическим светом. Треск пламени камина на фоне, редкий стук чаши в руках и острое осознание того, какой же дребеденью приходится заниматься в свой медовый месяц. Только не было в этом мире такого, а даже если бы и был - пришлось бы проигнорировать из необходимости.

Впрочем, не то чтобы моё расписание как-то существенно изменилось в последнее время. Работал по ночам и раньше, да никогда не жаловался. Просто теперь сон оказался действительно желанен, поскольку в постели меня ждал кто-то, с кем хотелось проводить свободное время. И это было... необычайно приятное чувство.

Мотивирует спешить, знаете ли.

Вот и не медлил, работая без лишних раздумий. А чтобы стимулировать мышление, попутно проговаривал под нос самые важные детали.

- Свободное братство взяло Хейф'ифаген... А как? Ага, новый капитан - волшебник. Южанин? И происхождение непонятно... Ясно всё с вами, мои любезные друзья - чую, пора вам немного поиздержаться. Пожар в порту, восстание рабов или эпидемия, вот в чём вопрос...

Усиление пиратов всё ещё оставалось выгодным для нас, однако вместе с тем приносило и кое-какие сопутствующие потери. В основном - в регионе Ванонии. Группировки морских разбойников в принципе не отличались постоянством и надёжностью, а после наступления вакуума власти близ южных вод уже чуть ли не натуральные революционные разброд и шатания начались.

Иначе говоря - совершено непонятно кто и за кого, но что все грабят всех - это совершенно точно.

И, к превеликому сожалению, вооруженных сил на контроль всего побережья у нас просто не хватало. Причём в первую очередь - флота. А учитывая, что на территории протектората до сих пор хватает мятежников, реваншистов, иностранных военных формирований, наёмников и даже каких-то там матёрых сепаратистов, причём в том числе и в виде банально не желающих платить налоги небольших поселений, нет ничего удивительного в том, что боевые действия там достигли стадии вялотекущей партизанской войны. Хотя, бесспорно, очень ограниченной - всё же многие прекрасно понимали, кто в болоте самый большой и сильный жаб, так что стремились лишь награбить побольше наследства почившего великого города да свалить побыстрее.

Просто не все ещё поняли, что пешочком наши земли покинуть практически невозможно. Зона, понимаете ли, такая вот аномальная - попасть легко, а выйти даже вперёд ногами не получится. Хоть всё награбленное отдай - процентики набегают такие, что в счёт погашения платежа уходит всё тело должника целиком.

И только лишь по большой воде пролегали пути к спасению. Не очень вероятному, правда, учитывая личности и профессии проводников, но какие уж они есть - никто, кроме пиратов, рисковать с прятками от наших сил не желает. Да и те... плохо играют. Только значительный перевес в численности да мобильность и спасают.

Пока.

Впрочем, было бы глупо не воспользоваться сложившимся положением. Поэтому, наряду с откровенными чужаками, какое-какие бухты и острова с разрешения облюбовали лояльные нам приватиры, негласно получившие статус каперов. Полезные ребята - и чужой торговле мешают, и награбленное нам сбывают, и деньги в экономику региона вливают, и с прочими бандитами борются. Заодно занимаются относительно безопасным трансфером разного рода беглецов, но только при получении разрешения после проверки личностей оных.

Но ладно о них - об этих личностях, равно как и об их более "диких" собратьях, говорить можно долго. Отдельная, обширная и очень многогранная тема, разбираться в которой приходилось прямо по ходу формирования договорённостей. И, как сказано было выше, на данный момент сложившийся порядок меня вполне устраивал. Главное, не давать криминалу в реальную силу вырастать, и всё будет нормально. А будущее - в будущем.

Нужно будет, кстати, заняться созданием своего института каперства. Если прогонять через него кадры, то можно на регулярный флот сразу опытный контингент брать. Глядишь, и повыведутся пираты от сабель своих же бывших собратьев... Когда-нибудь в отдалённой перспективе, к сожалению.

Ладно, что там дальше?

- Вторжение... кого? - трижды перечитав неизвестное слово, я так и не смог припомнить его значения. - А где? Фронтир? Ну так пусть тогда сами и разбираются, ей-богу. Вот как сожрут - тогда пусть и пишут, да.

Из руин вечно лезет какая-то дрянь - это аксиома, прекрасно известная всей Вольнице. Масштабы, равно как и опасности, конечно, сильно разнятся от случая к случаю, однако действительно страшная гадость выбирается на свет крайне редко. Примерно раз в столетие, быть может - немного чаще. И хотя шанс попасть впросак никогда не равен нулю, я всё же предпочту изучить угрозу усилиями и жизнями искателей удачи, чем своими людьми.

Так что за обстановкой следить, но самим не лезть - так и запишем.

Дальше.

- О! О-о-о, наконец-то! - заметив долгожданный оттиск печати на восковой пломбе следующего послания в стопке, я довольно улыбнулся. Впрочем, за защитной маской этого все равно видно не было.

Уже в следующее мгновение руки в толстых перчатках вскрыли защитную оболочку стремительным росчерком бритвенно-острого лезвия, и, так и не дождавшись реакции артефактного комплекса, я погрузился в чтение.

- Нашли... очертили ареал... и не определили, ну кто бы сомневался! - сквозь респиратор послышался мой изрядно приглушённый, но всё же отчётливо усталый вздох. - Но разрастись не успело, это хорошо. Не хватало нам ещё экологическую катастрофу ко всему прочему получить.

Собственно, как оказалось, жрущий деревья то ли лишай, то ли плесень, в реальности был гораздо слабее, чем рисовали первые отчёты. И хотя это было просто чудесно, от необходимости переться на его уничтожение лично отнюдь не избавляло. Хотя бы потому, что сон мой будет крепче, если образцы этого потенциального биологического оружия сохраняться лишь в глубинах моих лабораторий.

Так что эту бумажку отложим на дорожку - в пути перечитать.

Дальше.

- Ух ты! - искренне удивился знакам на следующем письме. - И что же нам захотели сообщить родственники нашей уважаемой, а в свете второй беременности - даже многоуважаемой, герцогини?

Ответ порадовал - сообщали, что смогли восстановить две железные шахты, а также заложили третью. Что в ней будет - даже чёрт не знает, поскольку ритуалы показали лишь наличие металла. Но что бы там ни было, в любом случае внутренняя торговля в регионе возрастёт, и нам, как наиболее крупным посредникам в общении центрального Предела с остальным миром, жить станет ещё чуть приятнее.

В какой-то степени даже забавно, что с тех пор, как родина нашей правительницы получила всестороннюю поддержку герцогства, наибольший экономический выхлоп дали не новые посадки алхимически и косметологически ценных растений, а сколь банальное, столь же всем и всегда необходимое железо.

Благо конкретно в этих горах его всегда было ненормально много, а жилы если и истощались, то имели свойство неким совершенно неестественным образом наполняться снова. Собственно, это одна из причин, почему в этом поистине проклятом месте до сих пор живут люди. А благодаря тому, что с недавних пор на выкупленной нами земле в удобнейшей из долин развернулась мануфактура по очистке металлов, не обходящаяся без участия алхимического топлива и некоторых химикатов, жить в округе стало даже немного комфортно. Безусловно, долинным кузнецам далеко до столичных магических кузен под моим патронажем, однако качественную сталь не так-то легко испортить даже кривыми руками. А крепкий инструмент - он и в Африке хорош.

Впрочем, "магические кузни" - слишком уж громкое название для места, где используют лишь алхимию с артефактами. Даже если это выводит качество конечного продукта на недосягаемую без подобных примочек высоту, сами Ветра в изделия если и вкладываются, то уже мною и постфактум. Хотя чисто умозрительно возможно и постепенное зачарование... Может быть.

Возможно.

Я не уверен, что кто-то вообще умеет заниматься подобным. Слухи-то появляются регулярно, да только доказательств нет. Однако принятые мною под руку беглые артефакторы в количестве трёх человек, как и все из их братии, верят и мечтают, что когда-нибудь откроют этот секрет. И ещё пару-тройку десятков прочих в придачу.

Мне бы их уверенность...

Впрочем, главное - теперь внутренний рынок удастся ещё больше насытить металлом. И хотя это просто чудесно для экономики, лично мне работы обещает тоже немало. Придётся ужесточить контроль над городскими гильдиями кузнецов, каменщиков и свободных клинков, а также надавить на малое купечество, чтобы на перепродаже деревням сильно не наживались. Ну и экспорт ограничить, само собой - нам совершенно не нужно, чтобы политическая конъюнктура региона поменялась из-за труднопрогнозируемых социально-экономических сдвигов.

Морока... Но будет она уже завтра - нормальные люди уже спят, а по этой теме письменными инструкциями не отделаешься. Тут объяснять нужно.

Поэтому - на эту бумагу на край стола, а в руки - следующее.

- Так... - новое письмо выглядело... интересно. Так сказать, вызывающе непримечательно. Ни красивых оттисков, ни дорогой бумаги конверта - сплошь серость и невзрачность. Однако будь послание действительно столь же неважным, сколь выглядит, и на этом столе оно бы не появилось.

И я знаю лишь одну причину, по которой нечто подобное могло попасть ко мне в руки... таким образом.

- Так и думал, - от предвкушающего вздоха затрещала кожа плотно обтягивающего костюма. - Они прибыли к первой контрольной точке. Хорошо. Значит, постигший нас всех беспокойный бардак вновь оказался полезен - парочку таракашек дерущиеся коты пропустили.

Прелестно.

Теперь будет легче - ресурсов им отправлено столько, что можно небольшую страну захватить. Ненадолго, правда, но можно. А уж пушечное мясо для похода в Лес набрать, да через лояльные рыцарские марки пройти - это не так уж и сложно. Дальнейшее же их выживание будет зависеть только и исключительно от них самих, что очень даже неплохо в сравнении с возможностью облавы многотысячной королевской армии при магической поддержке.

- Повезёт ли?

Перчатка жалобно скрипнула, когда кулак свободной от бумаги руки в волнении сжался. Чем больше времени проходило, тем всё более привлекательными становились перспективы, сулимые успешным исходом этой экспедиции. Вот только я прекрасно понимал, что, несмотря ни на какие усилия, приложенные с моей стороны, всё вполне может закончиться пшиком.

Чистой воды авантюра, как и любые поиски хорошей земли в эпоху Великих географических открытий. Даже список опасностей схож, разве что с поправкой на пешее путешествие - агрессивные аборигены, голодная живность, непривычный климат и необычная растительность, да при полном отрыве от цивилизации. Однако преодолевали ведь как-то всё это, причём вполне успешно! Так что же, мои суперсолдаты не смогут что ли?!

- Хотя о планах Б, В и Г забывать не стоит, - от усмешки маска немного сместилась, болезненно впившись в скулы. Но я того почти не заметил, поглощённый размышлениями.

Не удержался-таки. Но да ладно - думать там не особенно долго, поскольку ещё практически не о чем, так что сильно за столом не задержусь.

В конце концов, чтобы лучше бороться за будущее, нужно ценить настоящее. А уж кто-кто, а искренне любящая красавица на мягкой перине мотивации прибавляет, как ничто иное. Особенно, когда истово поддерживает в намерении поскорее продолжить род.

Глава 75 - Кувшин

Насколько же приятно было после всего случившегося вновь оказаться за крепкими стенами своей обители. И пусть Красная башня встретила нас пылью и затхлым воздухом, то чувство безопасности, что я испытал с первым шагом по родным каменным плитам, стоило любых неудобств. Тем более столь незначительных.

Правда, отныне в моей холостяцкой берлоге поселился новый постоялец, принёсший в процессе своего обживания беспорядка больше, чем все Кошмары вместе взятые. Однако, во-первых, свободных площадей для любых пожеланий леди хватало с лихвой, нужно было лишь освободить их от всякого хлама. А во-вторых - видимо, научившись при жизни под боком у престарелого мага, она обладала прекрасным ощущением той грани в отношении жилища мужчины, преодоление которой сулило его неизменное недовольство.

Иначе говоря - она умела не раздражать, за что были простительны любые бытовые неудобства.

Поэтому отъезд на две крайне насыщенные недели прошёл спокойно, без всяческих волнений о доме, что, безусловно, сохранило немало нервных клеток. А уж возвращение, не приправленное лицезрением авралов любого рода, и вовсе окончательно примирило с действительностью.

Так что в конечном итоге в конечном итоге лишнего стресса я не заработал, вернулся с удовольствием и даже некоторым нетерпением, а в башне отныне с благодарностью наслаждался приятной домашней атмосферой. И это было прекрасно.

Впервые за две жизни, составившие значительно более полувека в сумме, у меня появилась жена. И возможно, только возможно... Это было не так уж и плохо?

...

Так или иначе, когда срочные дела подошли к концу, настал черёд основной моей деятельности. Магии. И первым, что понадобилось сделать после окончательного примирения с новой действительностью, сопряжённого с очередной проверкой супруги на вшивость, оказалось её ознакомление с некоторыми секретами. Прежде - только моими, но теперь - семейными.

Не то чтобы я этого уже не делал - в лабораториях Ниавель уже побывала, и не раз. Просто далеко не всюду. Да и находится там без присмотра не могла, во избежание. Однако теперь, после получения девушкой, скажем так, допуска второй категории, пришло время ознакомления с некоторыми более опасными тайнами.

Ещё более опасными, в смысле.

Ну, то есть за прошлые нас бы просто нашли и убили, а за эти уже объявят тотальную войну, уничтожая не считаясь с потерями. Причём все и сразу. Так что, думаю, даже с точки зрения не параноика не так уж и странно выглядит моё желание ещё раз проверить супругу на адекватность и лояльность прежде, чем допускать до такого.

И раз уж вняла настойчивому предупреждению и не полезла куда не надо, пользуясь отсутствием хозяина в берлоге, то по крайней мере должной осторожностью обладает. К некоторому удивлению, поскольку, после некоторых фортелей в её исполнении, в наличии у неё данного достоинства я начал несколько сомневаться.

Громогласные заявления о мести, довольно рискованные игры со знатью Ванонии, кража могущественного артефакта и его довольно легкомысленное использование - опять же, думаю, трудно винить меня в подозрениях к даме с таким послужным списком.

Однако...

Надёжность доказана, и час просветления настал. Именно поэтому, забрав девушку из библиотеки под аккомпанемент гневных писков с её стороны, я вновь потащил прекрасную даму в глубокие тёмные подземелья, полнящиеся настоящими ужасами. Иногда даже по-лавкрафтиански неописуемыми. И совершенно естественно, вёл я её туда с самыми злодейскими намерениями, как же иначе?

Это ведь так по-злодейски - хвалится своими жуткими достижениями. Или же это в характере всех мужчин?

Неважно.

Дождавшись преодоления дамой очередной линии обороны, за которой, благодаря искусственным помехам в Ветрах, я надеялся обеспечить неработоспособность разного рода мистических способов подслушивания и подглядывания, подхватил красавицу под руку и двинулся дальше. Двинулся, ожидая вполне закономерных вопросов.

Не прогадал.

- Ну, рассказывай! - нахмурившись в притворном гневе спросила супруга, уже осведомлённая об относительной безопасности маршрута с этого участка.

- Какая ты у меня злюка, - не мог не улыбнуться такому зрелищу. - Может, мне не стоит портить интригу? Дойдём - и увидишь собственными глазами, как тебе такая идея?

- Лучше уж тогда обратно пойду, - фыркнула она, глянув с ненаигранным недовольством. - Тем более, помня об опасностях этого места, твоя скрытность кажется ещё более... волнительной.

Тон, которым она выделила последнее слово, доходчиво пояснил - смысл у оного был отнюдь не положительным, а очень даже наоборот. Причём сильно наоборот.

Однако, против ожидания леди, это лишь ещё больше развеселило меня.

- А в прошлый раз тебе понравилось. Такая воодушевленная была, такая довольная, любопытная... С каких пор тебе перестали нравиться сюрпризы, душа моя? - мой голос обратился шёпотом, сквозь который то и дело прорывались ехидство и едва сдерживаемое веселье.

- С недавних, - напряжённо буркнули в ответ.

- Хм... - протянул многозначительно. - Быть может, я даже знаю причину...

Намёк повис в воздухе, заставив нас обоих невольно замедлить шаг. Её ладонь дрогнула и сжала мою руку, личико скорчило сложную гримасу чего-то среднего между злостью и застенчивостью, а губы разошлись в гневном полуоскале. Глядишь, ещё немного, и как набросится, как искусает! И уж я-то знаю, настолько страшна эта угроза - не проходит совместной ночи, чтобы определённые части моего тела не получали подобных отметин. Не сильно помогает даже подкожная броня...

Приятные воспоминания вызывали довольную улыбку, которую собеседница не преминула истрактовать совершенно превратно - в итоге, не выдержав, она прищурилась и мстительно приголубила мою ногу внушительным каблуком.

Естественно, никакой иной реакции, кроме задорного смеха, эта сцена вызвать не могла.

- Ох, растоптан и повержен, моя прелестная леди! - пришедшая на смену улыбке весёлая ухмылка мгновенно погасила пламя Ниавель, оставив лишь раздражение и робость остывающих углей. - Впрочем, - следом настал черёд серьезности, - можешь не переживать - ничего подобного той ситуации сегодня не случится, это я тебе обещаю.

Несколько мгновений её испытующий взгляд колебался между решимостью выпытать детали и недовольным принятием, однако в конце концов победило смирение. Всё же приятные сюрпризы леди действительно любила, и если бы не инцидент, произошедший при прошлом посещении лабораторий...

"Ну кто мог знать, что эта проклятая мозговая слизь решит что-то набулькать именно осматривающей экспонаты девушке? Да ещё и подражая человеческому голосу? - поднявшийся ворох мыслей вновь заставил внутренне поморщиться. - Годами себе тихо в колбе плавала да никого не трогала, но глядите ка - в самый интересный момент прорвало. Меня рядом не было, Ниви только отходила от обрушившегося немногим ранее вала откровений в тишине коридоров, а противоестественная пародия на нервную ткань как раз набрала критическую массу, извергнувшись на единственного случайно подвернувшегося слушателя потоком бессвязного, едва различимого словарного поноса. Настолько неудобное стечение обстоятельств, что нарочно не придумаешь".

Естественно, тогда моя супруга неслабо перепугалась, едва не начав пересматривать место религии в своей жизни. Не забыв предварительно проморозить всё вокруг, естественно. И кто бы мог её винить - не с каждым ведь пустота ни с того ни с сего начинает разговаривать невнятными ребусами. От такого любой жахнет и уверует, если насилие не поможет.

Что же до виновника переполоха... Естественно, долго он не прожил, окончательно завершив своё существование в пламени крематория. И впредь проводить длительные эксперименты с нервной тканью я зарёкся - если уж даже в такой форме она способна каким-то образом запоминать и копировать отдельные фрагменты человеческой речи, пусть, скорее всего, и повторяя их без какого-либо осознания, то продолжение разработки решений в сфере биопрограммирования становится слишком опасной затеей. Не то чтобы она и раньше не выглядела таковой, конечно, однако когда случаются столь подозрительные происшествия - это громкий звоночек и повод крепко задуматься.

Что в прошлой, что в этой жизни мои профессии не предрасполагали к вере в случайные стечения обстоятельств. И зачастую это оказывалось оправдано на практике. Поэтому и в этот раз я склонялся к тому, что неспроста прежде годами молчавший образец пожелал заговорить именно с Ниавель - единственным человеком, допущенным мною в глубины подземных лабораторий. Кто бы не стоял за этим решением, возникший вопреки теории разум или каким-то образом подключившийся к ничейным вычислительным мощностям хитрец - выдержки ему было не занимать.

Впрочем, нынче это не имело большого значения. Просто ещё один загадочный инцидент в долгой и богатой череде таковых.

Так оно должно остаться и в памяти девушки. Мелочью, а не чём-то большим.

Поэтому, когда она слабо улыбнулась и кивнула со сдержанным облегчением во взгляде, я предпочёл замять разговор, прибавив ходу к конечной точке нашего маршрута. Как-то не хотелось отвечать на неудобные вопросы, что могли возникнуть в её умненькой светловолосой голове - вроде того, почему немногим ранее я уточнил, что такого рода ситуации минуют нас именно сегодня.

Едва ли психическому здоровью супруги будет полезно узнать, чему она может стать невольной свидетельницей в другие дни. И чему обязательно станет в будущем.

Поэтому - поспешим.

...

Ещё одну серию охранных контуров спустя мы всё же оказались в новом крыле катакомб. Довольно далёком от остального комплекса месте, обустроенном прямиком в естественной пещере с протекающим поблизости подземным ключом. Тщательно укреплённая, а после - скрытая со всей возможной тщательностью, полость обладала скудным, даже минималистичным интерьером в стиле сурового каменного брутализма. То есть по уровню комфорта едва ли превосходила тюремный карцер. А учитывая искусственно высушенный воздух и отсутствие каких-либо ходов, ведущих наружу - уровню изоляции этого места могли позавидовать даже самые суровые места содержания преступников.

Словом, даже несмотря на мощную защиту, само строение камеры указывало на то, что она предназначена вовсе не для живых постояльцев. На это же намекало дальнее расположение и оборона, нацеленная скорее на сокрытие, чем на сдерживание.

Не удивительно, что путь проходил в тишине и занял не один десяток минут.

Впрочем, Ниавель, вот уж умная девушка, практически сразу же поняла, что такое расположение сюрприза не случайно. И поэтому вместо скуки, кажется, лишь всё сильнее накручивала себя в ожидании шокирующих новостей.

Что же, надеюсь, в итоге я её не разочаровал.

Нет, точно не разочаровал - это ошарашенное личико выглядело просто непередаваемо. А ведь изначально одна примечательная колба, или как впоследствии я её назвал - Кувшин метаморфоз, ей таковой вовсе не показалась... Ну, за исключением того, что находился сосуд в хитрой стеклянной камере со встроенными латексными перчатками.

То есть, что штука непростая - это было понятно с первого взгляда. Но вот сведения об истинной природе вещи...

Они шокировали.

- Истинный артефакт... - пробормотала она с почти религиозным трепетом. - Алхимический... - спустя несколько мгновений добавила едва ли не в тихом ужасе.

- Ну, я бы не назвал его алхимическим... - задумчиво возразил, тактично не замечая эмоционального состояния девушки. Хотя произносить такое было довольно забавно, учитывая, что как раз таки в земную алхимию эта вещица вписалась бы, словно родная. Однако уже для местной, напротив, годилась едва ли, поскольку пребывала где-то за гранью нормальности для этой магической науки.

И эксперименты лишь подтверждали это.

Фактически, кувшин оказался классическим чёрным ящиком - то есть неизвестной структурой, выполняющей обработку поступающих веществ по совершенно непонятным на взгляд стороннего наблюдателя принципам. Хуже того - пока не получалось выявить чётких закономерностей, поскольку далеко не всегда при преобразовании порций одной и той же жидкости, химические и физические свойства которых теоретически должны были быть практически полностью идентичны, получался одинаковый результат.

Доходило до нелепого - за один сеанс опытов чистая вода из стакана успела превратиться в несколько видов слизи, мгновенно застывший на воздухе белёсый полимер, некую стремительно испарившуюся ртутоподобную массу, парочку разноцветных мгновенно затвердевших псевдокристаллов, загоревшуюся голубым пламенем мутно-серую жижу и ещё целый ряд жидкостей химического и биохимического происхождения. И хотя в большинстве случаев на выходе получалось что-то хотя бы внешне похожее на воду, однако сам факт наличия столь большого разброса, включавшего в том числе и совершенно экзотичные вещества неизвестного типа, делал больно моему разуму.

Не так больно, как Длань или Игральная кость, конечно, однако прямое преобразование материи без явных затрат энергии - это, как я считаю, явление не менее впечатляющее, чем предсказание будущего или игры с человеческими восприятием и воспоминаниями. В какой-то мере даже более достойное, поскольку не использует ореол мистики для сокрытия неправомерных действий сексуального характера в отношении законов устройства нашей вселенной.

Кто, как и ради чего бы не создал эту вещь, его стоит уважать хотя бы за явную прагматичность. Только, к сожалению, больше никакой информации ни о нём, ни о последующих владельцах артефакта найти не удалось - особняк, ставший местом обнаружения, претерпел слишком много испытаний на своём веку, а в прочих архивах не упоминалось даже легенд о предметах с подобными способностями. Конечно, если не брать в расчёт мифов алхимиков о разного рода философских камнях местного разлива, однако это было, всё же, не совсем то...

Наверное.

А может быть ситуация обстояла как раз наоборот - и именно в записях волшебных ремесленников стоило искать истину о кувшине. Только вот кто же мне даст доступ к этим бумагам? Да и едва ли там будет указана инструкция по применению, а именно этот момент меня сейчас интересовал больше всего. Поскольку принципы работы чудесного сосуда оставались всё столь же непонятны.

Хотя кое-какие подозрения, из-за чего может происходить такая катавасия, естественно, были. И не одни - парочка теория существовала точно. Только вот проверить их на практике с текущими моими возможностями оказалось фактически невозможно. От того и приходилось терпеть.

Впрочем, по всем законам жанра, непонимание совершенно не мешало пусть ограниченному, но использованию. Безусловно, сопряжённому с огромными временными затратами, однако иногда в этой лотерее мне улыбалась удача, окупающая потери.

А иногда на барабане выпадал оскаленный черепок, и помещение приходилось очищать от копоти очередного взрыва. Только кувшину от таких испытаний на прочность не было ни горячо ни холодно - сколько бы внешне хрупкий сосуд не летал, сколько бы ударов не переживал, ничему не удавалось повредить ему хотя бы в самой малости. Ни трещин, ни сколов, ни даже лёгких потёртостей - такая стойкость к повреждениям ярче прочего выдавала мистическую природу артефакта.

И именно обо всём этом своей супруге я и рассказал, попутно выдав, где хранятся журналы испытаний и опытов. Судя по тому, как загорелись глаза девушки от этой информации, теперь ей ещё больше захотелось вернуться в уютные недра библиотеки.

И это было просто прекрасно. Осталось лишь добавить последний штришок.

- А теперь послушай внимательно, - голос мой стал предельно серьёзен, приобретя нотки некоторой отстранённости.

Встретившись взглядом, леди подобралась и нахмурились, верно поняв, что сказанное мною далее ей может не сильно понравится.

- Во-первых, твоё пребывание в этом месте всегда будет сильно ограниченно, - продолжили размеренный монолог. - Причина тому сколь банальна, столь же и серьёзна. Опасность. Даже я, несмотря на все меры предосторожности, периодически взрываюсь и травлюсь. Не скажу, что едва выживаю при этом, но и ты, душа моя, не похожа на матёрого химеролога. И уж тем более я не позволю тебе бывать здесь в период беременности.

От сказанного девушка задумалась на несколько долгих мгновений, однако в результате всё же медленно кивнула, подтверждая согласие.

- Далее, - улыбнулся кончиками губ. - В мемуарах Лимфеса Негорящего, а точнее - под слоем внутренней обложки книги, сокрыт конверт с планом побега из Красной башни через подземный ход, имеющий доступ в это помещение. Вернёмся - ознакомишься.

- Я... понимаю, - с этими словами красавица опустила голову, устремив взор изумрудных глаз куда-то в район моего солнечного сплетения.

Объяснения были излишни. Она уже успела изучить множество подобных планов и смириться с причиной, из-за которой я хочу такой её осведомленности. Как и, возможно, с несколько усугубившейся моей паранойей. Так что ни вопросов, ни возражений к очередному секретному лазу у девушки не возникло.

Как не возникло их, по крайней мере гласных, и к раскрытию ей тайны существования одного примечательного истинного артефакта. Красавица просто почтительно внимала, старательно удерживаясь от рвущейся на лицо довольной улыбки, искренне тронутая столь знаковым проявлением доверия. Вероятно, пока даже не догадываясь, что этот жест мог иметь не одну цель.

А он имел. И в некотором смысле, другой довод был даже серьёзнее, сподвигнув к некоторой, пусть и не слишком большой, но всё же спешке.

Собственно, быть может, я мог бы повременить с этим совместным путешествием во тьму катакомб ещё несколько недель, если бы недавно мы не приступили к первому этапу масштабной аугментации организма леди. Естественно, напрягаться в это время строго не рекомендовалось, как, в общем-то, и лишний раз показываться на публике. Почему и было решено занять её чем-нибудь интересным и полезным в перерывах между сеансами чтения.

Ну, чтобы от скуки одна слегка стервозная красавица не кушала мне мозги. И не чудила.

Будучи в хороших отношениях с тестем, я не преминул поинтересоваться у него о прошлых достижениях супруги. В особенности о тех, сведениях о которых сребровласая предпочитала замалчивать. И, скажем так, узнал много нового и интересного о её деятельной натуре. Причём настолько много и настолько интересного, что предпочёл не испытывать ни судьбу, ни её терпение.

Ждать-то она умеет, этого не отнять, да только бедного деда это отнюдь не спасало. Как, печёнкой чувствую, не спасёт и меня.

- Ладно, - тряхнув головой, решаю прервать затянувшуюся минорную нотку. - Как тебе сюрприз, милая?

Зелёные омуты вновь обратились ко мне, наполняясь сверкающими искрами... или же просто отбликами лучей светильников.

- Чудесно, - её губы сложились сперва в яркую улыбку, в после перетекли в хищную усмешку. - Даже боюсь представить, чего тебе стоило получить такое сокровище. Но вот алчную ненависть тех, кто остался в дураках, я увидеть не отказалась бы. Только не получится, верно?

- Увы, - кивнул с нарочито невинной физиономией. - Боюсь, ныне ты не сыщешь даже их тел.

- Печально, печально... - против слов, довольно кивнула леди.

- Впрочем, - продолжил спустя несколько мгновений, - на самом деле ничего захватывающего в той истории не было. Кувшин нашли в древних руинах, и он почти немедля перекочевал в мои руки, миновав чужое внимание. Тихо, чисто и надёжно.

- Бедняжки, - выражении лица девушки притворно смягчилось в сочувствии. - Так значит, они даже не знают, что потеряли.

- Надеюсь, никогда и не узнают, - на полтона тише ответил, одарив супругу серьезным взглядом.

- Конечно, - мигом поняла она намёк.

Собственно, на нас уже висела мишень из-за Длани - даже если нарисована она была лишь пустыми словами без всяких доказательств, уже одной её более чем хватало. Что уж говорить - мы до сих пор не были до конца уверены, что покушаясь на наши жизни Лиория в числе прочего не преследовала цель поиска и похищения этого артефакта. Если же станет известно о втором...

Не надо нам такого, в общем. Даже за тройную порцию политических преференции, предполагаемых за обнародование факта наличия у нас такой вещи.

- Только... - продолжила она спустя короткую паузу. - Только пока я не очень понимаю его пользы, если честно. Какое вообще применение можно найти результатам случайных метаморфоз?

Её взгляд был искренним - даже услышав о самых необычных образцах, она совершенно не признала их перспективности. Возможно, по причине не слишком хорошей осведомленности в алхимии и артефакторике, а возможно, всему виной была зашоренность мышления с перспективы местного жителя. В любом случае, разъяснять я стал с удовольствием, пусть и испытывая некоторые проблемы с адаптацией терминологии:

- Если даже не брать во внимание... ядовитый дух большинства жидкостей, многие из них также обладали совершенно уникальными свойствами или составами. Определить оные, конечно, временами бывало сложно, а подчас и вовсе невозможно, однако, когда удача улыбалась, это все же удавалось сделать. И тогда... Скажем так, выливал результаты я редко.

- О-о-о, как раз в твоей запасливости, муж мой, я нисколечко не сомневалась! - бледное личико вновь украсила задорная улыбка. - Бывало, заказывал столько, что у меня даже интересовались, не наёмничала ли гильдия тайно в чьих-нибудь войнах.

- Ну, не преувеличивай... - не сдержавшись, усмехнулся сам.

- И не думала! - сверкнула она хитрым взором. - До сих пор где-то хранится пачки писем с жалобами, угрозами и просьбами на эту тему. Помниться, как-то даже налог в пользу Ванонии потребовали... Никто не желал верить, что восемь десятков бочек серой смолы может понадобиться для чего-то иного, кроме кровопролитий.

Отведя взгляд в некотором смущении, я попытался припомнить, когда и для чего мог заказывать столько столь специфического реагента... И вспомнил, что делал из него какие-то строительные присадки. Чрезмерно дорогие и не самые лучшие, как оказалось впоследствии, однако не то чтобы у меня когда-либо были надёжные источники информации по магическому строительству. Зато денег, как и желания возвести твердыню покрепче, более чем хватало.

"Кстати, а когда я в последний раз посещал свой феод?" - новая мысль не вызвала ничего, кроме капли тоскливой усталости.

- В общем, - с очередным тяжким вздохом прервал словесные забавы супруги, желая вернуться к теме загадочных жидкостей Кувшина метаморфоз. - Просто поверь мне, что даже самые грязные смеси можно разложить на составляющие, которые подчас оказываются совершенно особенны. Чистые алхимические субстанции или их трансмут-формы, пропитки и прочие смольники для артефактных заготовок, живые и мёртвые соки для химер с нежитью... Даже, судя по признакам, ихоры и амброзии, которые, вероятно, пришлись бы по вкусу духам и чуждым этому миру существами.

- Неужели всё это?.. - подалась она ко мне, сияя воодушевлением. Может быть, леди пока на столь хорошо разбиралась в школах магического ремесла, однако, будучи столько лет торговым посредником, неплохо знала ценность ингредиентов и прекрасно считала деньги. Так что, даже не зная точной номенклатуры и объёмов, понимала, что уже описанное стоило очень немало. И подчас - вовсе не в банальном золоте.

К сожалению, ситуация была не столь чудесна, как грезилось со стороны.

- Действительно, всё, - несмотря на подтверждение, мой печальный внешний вид выдавал, что радоваться пока преждевременно. - Только вот даже при приличных объемах, обеспечивать которые, кстати, довольно непросто, остаётся проблемы опознания и фильтрации. Что очень и очень трудно. И это не упоминая те разы, когда вещества реагировали друг с другом, приводя подчас к самым необычным результатам.

- Например? - очевидно, не желая вновь портить себе настроение, с проказливой улыбкой потребовала у меня забавных историй супруга.

О, они у меня были!..

- Крошечное грозовое облако, - начал перечисление с каменным выражением лица. - Столб сиреневого пламени. Ледяной туман. Пучок стремительно выросших растений. Кусок подозрительного вида чёрного мяса. Ярко засветившийся зеленоватый порошок, вскоре загоревшийся на воздухе. В прямом смысле жидкое пламя. Столь же жидкое стекло. Ну и, конечно, как же без ожившей студенистой массы?..

В основном от описанных примеров супруга улыбалась, изредка одаряя кувшин в камере заинтересованным взглядом. Однако от последнего лота, как и следовало ожидать, девушку передёрнуло в тревоге и омерзении.

- Последнее я убил, естественно, - поспешил успокоить её, не упоминая о предшествовавшем длительном изучении. - Однако само разнообразие, как видишь, немало интригует. Что-то из этого я понимаю, как получить, что-то - представляю теоретически, но не в рамках подобных условий, а что-то мне совершенно неведомо. И даже если не всё вышеперечисленное в итоге станет полезно на практике, само изучение такого рода вещей, быть может, позволит понять суть этого мира чуть глубже.

- Или накличет беду на наши головы, - сурово постановила Ниавель.

- Или так, - кивнул покорно.

Вот же, кажется, всё-таки задел даму за живое. Видимо, знакомство с чайным грибом придется отложить ещё на месяц - слишком уж активна стала эта тварь, чтобы на красавицу не напал приступ ПТСР. А ремонтировать ещё одну лабораторию как-то не хочется. Равно как и терять образцы, пусть и столь беспокойные.

Ладно, чёрт со всем этим. Главное я сделал - доверие показал, девушку заинтересовал, об опасностях предупредил. Пусть развлекается и не думает о лишнем.

А я пока займусь несколько более важными делами.

Дланью, например.

Только сперва провожу красавицу обратно - в столь горячо любимую ею библиотеку. И, возможно, с ненадолго составлю ей компанию в уютном чтении с чашкой травяного сбора в руках. Потому что уж что-что, а присутствие духа, которое я получу от такого отдыха, в будущих исследованиях мне точно пригодится.

Глава 76 - Предстартовые приготовления

Для совершенно особенной вещи, на которую возложили столько надежд и мечтаний, хранилась, предположительно, отрезанная рука какого-то божества, довольно просто и бесхитростно. Обыкновенная небольшая комната, отстроенная чуть в стороне от основного массива лабораторных помещений — место пусть и сокрытое, но в целом нисколько не соответствующее важности содержимого. И сделано это было намерено — чтобы даже самые подготовленные воры, способные опознать силу истинных артефактов, в результате позарилась лишь на куда более явно защищённый кувшин.

Поскольку, если уж мне придётся выбирать, очевидно, что возможный источник бессмертия я предпочту любой выгоде в золоте, что способен предоставить второй артефакт.

Другой довод в пользу минимализма лежал в той же плоскости, что и у Кувшина метаморфоз — в рисках практических испытаний. Оба артефакта могли быть довольно разрушительны, из-за чего скудность и прочность обстановки были гораздо важнее всего остального, в том числе и удобства. Всё же хорошая мебель — удовольствие дорогое и муторно получаемое даже для меня, человека влиятельного и более чем обеспеченного. Столь хорошую меблировку не получится менять по несколько раз на дню. Да и тащить по подземелью каждый раз самому... было как-то лениво.

С Дланью, впрочем, всё было ещё хуже, поскольку полуразумное агрессивное оружие, сравнимое с тактической атомной артиллерией по масштабам разрушения, едва ли могло обещать хоть сколько-то стабильные опыты. Скорее уж наоборот — ещё больше истерзанных предметов обстановки, да в обрамлении промороженных в крошку стен узилища.

Хотя главное, конечно, чтобы подобная участь не постигла моё тело. Уж его заменить никак не получится, даже при всём желании.

А ведь ещё Ванония показала, что у нас с Дланью довольно особенные отношения.

Токсичные.

Причём обоюдно.

И в этом тоже требовалось разобраться. Иного выбора у меня всё равно не было.

Так-то, судя по словам супруги, другие маги переживали воздействие артефакта с куда большей лёгкостью, это правда. Однако какой в этом был смысл, если изучать его должен был именно полноценный химеролог? Который в штате, очевидно, имелся лишь в единственном экземпляре. А брать в простые ассистенты кого бы то ни было со стороны, пусть даже относительно лояльных гильдейцев — затея, от которой плевалась даже Ниавель. Уж не стоит упоминать о реакции на такое моей паранойи.

Допускать к вещи, ставшей нашей первой родовой реликвией, можно было лишь полностью лояльных личностей, связанных с нами кровными узами. То есть меня, супругу, тестя и, с изрядной натяжкой, герцога с родными. Вот только из всех вышеперечисленных серьёзно какой-никакой наукой занимался лишь я один, тогда как остальные маги, даже лысоватый боевой пенсионер, предпочитали не углубляться в суть вещей. То есть им едва хватало эрудиции даже по местным меркам, в то время как по моим... ну... не будем об этом.

Тем более, то, что в итоге я буду работать с этой радостью лично, было очевидно с самого начала. И не единожды уже этот факт обдумывался, осматривался, взвешивался и даже почти что оплакивался.

Рисковать не хотелось до безумия. После всего пережитого, после обретения семьи и даже, кажется, искренне любимой жены, ставить свою жизнь на кон в практически полнейшей неизвестности...

Но моя мечта... Она того стоила.

...

В крайнем случае, смерти как таковой я уже не боялся — не после перерождения в новом теле. Близкие тоже одни не останутся — пусть и в печали, но вместе, с хорошим наследством и крепким государством за спинами. Пропажа столь беспокойного элемента с политической доски лишь сыграет им в плюс, успокоив остальной мир, а мои многочисленные наработки позволят продолжить удерживать на расстоянии самых смелых игроков.

Ниавель же... Ну, она получит как минимум куда более надёжный тыл, чем тот, которым когда-либо была Ванония. И с ещё большим богатством, моими людьми под крылом и без всяких тормозов, я верю, что леди сумеет отомстить всем, кому только пожелает.

Да...

На мгновение замерев в дверном проёме, как-то рефлекторно оглянулся на оставленную позади библиотеку. Именно туда я проводил супругу часом ранее. Там же и покинул, невольно запечатлев в памяти ставший уже привычным образ изящной красавицы, читающей книгу возлежа на любимом диване. Плед, большая чаша отвара и столь редкое для неё умиротворённое выражение лица с полуприкрытыми веками.

"Одновременно надеюсь, что она опечалится от моей смерти, и остро этого не желаю. Странное чувство", — подумалось в этот миг.

Но уже в следующий я продолжил путь, целеустремлённо торя дорогу в направлении спальни. Именно там сейчас отдыхали мои питомцы, ещё не зная, что для самого глазастого из них уже появилась работа.

Потому что нужно будет кое-что проверить. Одну не то чтобы догадку... так, подозрительное наблюдение.

...

"Как будто у меня бывают наблюдения без догадок и гипотез", - лицо украсила усмешка, не затронувшая откровенно рыскающий взгляд. Несмотря на попытки отвлечься, беспокойство не утихало, цепко сжимая сердце стужей трижды проклятого артефакта.

Естественно, я всё ещё мандражировал. Шутка ли — добровольно совать голову в пасть льва, который однажды уже едва не сомкнул челюсти. От такого, пусть даже отдавая себе отчёт в проявляемой слабости, всё равно чем угодно займёшься, лишь бы отложить час испытания ещё хоть немного. Тем более, когда некоторые вещи действительно более не терпят отлагательств, раз уж существует шанс вообще ими никогда уже не заняться.

Но о них — позже. Всё равно первым делом станет проверка...

...— Явился-таки, не запылился, — проворчал себе под нос, продолжая шагать по коридорам катакомб. Зверь на моих руках же тем временем всё продолжал глядеть куда-то мне за спину и тихо рычать, напружинившись всем телом в настороженном ожидании неприятностей. Только не будет оных сейчас, как не было и раньше — активизировавшийся в последнее время гость с иных планов бытия всегда оставался раздражающе назойливым, но безобидным наблюдателем. В этом он никогда не менялся, и едва ли эта встреча могла стать исключением.

Однако...

Я внимательно наблюдал за Кошмаром, отслеживая малейшие его реакции. Благодаря чему не упустил момента, когда его прежде внимательный взгляд приобрёл нотки озадаченности и заметался в поисках пропажи.

А всего десятком шагов спустя мне пришлось остановиться перед закрытым и тщательно скрытым проходом в исследовательские помещения Длани.

Что же, предположение оказалось верным — сущность явно избегает этот артефакт. Один или два инцидента могли быть случайностями, однако, как удалось заметить в процессе постройки тайного крыла, неизвестный не появлялся близ этого места в принципе.

Это не могло быть совпадением. А вот закономерностью - вполне. Практически подтверждённым фактом, указывающим сразу на несколько интересных гипотез...

...О которых я обязательно подумаю, если выживу сегодня. А пока, вместо того чтобы открыть нишу и продолжить путь, я развернулся и отправился обратно в основные залы.

Ведь дела ещё не были закончены.

К тому же, повторно проверить поведение сущности, загляни она снова на огонёк, будет не вредно...

...Вот они, все здесь — мои достижения.

Мои проекты...

Высокие каменные шкафы с рядами забальзамированных тел, органов, тканей, культур - всего, что когда прошло через мои руки, дав в итоге хоть сколько-то приемлемый результат. Гигантский склад с тусклым, редким освещением. Уходящий вдаль памятник не столько жестокости, сколько любопытству человеческого разума. Преимущественно — одного единственного...

— И не самого худшего, смею надеяться, — улыбнулся кончиками губ собственной шутке.

В тягучей атмосфере этого ужасающего в своей сути зрелища, до печёнок пробравшего даже повидавшую некоторое дерьмо Ниавель, мне всегда становилось на диво комфортно. Словно какому-нибудь старому архивисту или библиотекарю, для которого бумаги на полках уже давным-давно стали близкими приятелями. Или историями, сродни детским сказкам, которые читаешь с щемящей ностальгией в сердце.

Также и я — знаю каждую нишу, каждую банку. Ведь заполнял их лично, неспешно, систематично...

Комната славы отпетого вивисектора. Но не простого, а с принципами — об этом моём нюансе всё же не стоит забывать. Именно поэтому здесь не найти человеческих тел...

...А вот органы и то, во что некоторые люди умудрялись обратиться при жизни, этого, наоборот, хватало.

Вот такие вот принципы, мда. Но сейчас не о них.

А о проектах, родимых!

— Первое творение, забравшее жизни, — взгляд проскользил по пыльным полкам, заполненным небольшими металлическими ящиками. — Собственноручно созданное оружие, маленькое и невзрачное... И не было от него спасения.

В этих контейнерах находились застывшие во времени комары, когда-то заражавшие людей смертельно опасными болезнями. В основном, правда, всё той же местной псевдомалярией — очень уж хорошо она себя показала, как выяснилось впоследствии. Проверенная, управляемая дрянь с высокой стабильностью, простая и понятная, без возможности передачи от человека к человеку. Одним словом — хороший инструмент без неприятных побочных эффектов. Только вот испытать ни её подвиды, ни образцы других зараз мне так и не довелось, поскольку для всех поставляемых преступников с клеймами смертников всегда находились более приоритетные направления. В конце концов биооружие всегда оставалось аргументом последней очереди, в то время как та же аугментика требовала непрерывного развития.

С другой стороны, не обладая возможностью должным образом проверить широкий ассортимент наличных болезней, я пошёл другим путём, улучшая не только сами штаммы, но и переносчиков. Грызуны, насекомые, птицы - всё эти сравнительно небольшие существа, нередко игнорируемые моими коллегами по магической школе, безусловно, не были опасны сами по себе. Но вот в совокупности с болезнями — уже более чем. Улучшая их, я нередко опирался на принцип противодействия известным методам борьбы, при этом нарочно оставляя иные, менее очевидные уязвимости.

— Меньшая заметность, большее сопротивление ядам и прочность... — в мёртвой тишине помещения, которую изредка прерывал лишь тихий монолог, мне временами чудились звуки жизни сотен маленьких существ. Скрежет, писк, шелест, смутное мельтешение... Сама манифестация Чумы, как явления, обретшая ещё большую опасность по воле одного глупого волшебника.

Мгновение тишины нарушил тяжёлый вздох.

— К счастью, я успел остановиться.

Трудно сказать, что конкретно получилось в итоге. Однако в любом случае испытывать результаты на практике я предпочёл бы где-нибудь в местах максимально отдалённых от Междуречья. А лучше — не открывать ящик Пандоры вовсе.

Тем более, никакой уверенности в возможностях других химерологов на этом поприще у меня на самом деле нет и никогда не было. То, что этим никто в открытую не занимался — так и на Земле биооружие вроде как запрещено было, а всё равно почему-то ведущие страны повсюду свои профильные лаборатории открывали. Да не простые, а с запасами очень интересных образцов, что имели свойство то теряться на ровном месте, то попадать во внешний мир, то загадочным образом испаряться в ходе диверсий. Одним словом — магия незаметной для обывателей, но довольно горячей конкуренции.

У нас, волшебников живой плоти, примерно также. Только, как ни парадоксально, всё же потише, поскольку нашего брата трогать — проблем не оберёшься. А в остальном и свои негласные договорённости есть, и тайные пакты, и даже некоторое соперничество. Только не между странами, а родами или даже отдельными личностями. Однако, насколько бы далеко не заходили подобные противостояния, каждый знал, что определённую грань переступать не следовало ни в коем случае.

Нельзя выпускать в мир эпидемии катастрофического уровня. Особенно, если они нацелены на людей.

Об этом даже меня предупреждали, причём несколько раз. И не только Учитель. А после того, как наши гвардейцы показали себя, вместе с купцами прибыло ещё несколько очерков интересного, грозного и, можно даже сказать — многообещающего содержания.

Многообещающего в плане кар телесных, естественно.

Причём, уж не знаю, какими тропами их передавали, однако чаще всего об адресе отправителя не удавалось узнать ровным счёт ничего.

Безусловно, иного от своих асоциальных коллег я и не ожидал. Однако отсутствие удивления не мешало цветению здравой опаски — явное проявление внимания со стороны своевольных мизантропов многовекового возраста пугало больше, чем любая враждебность от другой потомственной аристократии. Потому что последняя, даже обладая даром к магии, уже стала злом понятным и привычным, тогда как о том, что могли выкинуть давным-давно изолировавшиеся от социума личности, оставалось только гадать.

Словом, в какой-то момент стало совершенно очевидно, что к настоятельным просьбам о дружбе и мире в духе кота Леопольда стоит прислушаться и лишний раз не закусывать удила. Так что, даже если бы у меня были идеи по применению биооружия, о них следовало забыть до самого крайнего случая.

Переключиться было не так уж и сложно, благо хватало проектов увлекательней.

— Классика. Причина для гордости, зависти, ненависти, предательств... Банально до тошноты, - саркастичная улыбка не выразила и толики того запутанного клубка эмоций, что я испытывал к новой теме.

Шаги гулко отдавались под каменными сводами, пока мимо медленно плыла вереница самых разнообразных, порой - кардинально отличных друг от друга, боевых химер. Большие и маленькие, стремительные и массивные носители панцирей, ядовитые и шипастые — все предельно утилитарные, довольно уродливые, но в большинстве своём всё же довольно эффективные.

Только этого не достаточно. Никогда не было достаточно.

Кошмары — вот квинтэссенция сотен бесплодных попыток. Продукт длительного, поэтапного развития, когда каждый шаг, каждое продвижение из слепой воли случая становилось неотвратимой неизбежностью. Узкий инструмент, продолжающий совершенствоваться до сих пор, оставляя всё меньше изъянов с каждым новым поколением.

Остальное на их фоне — что детские каракули рядом с работой настоящего художника. И с течением времени эта разница становилась всё заметнее. По крайней мере для меня.

Хотя, не греша против истины, следовало отметить, что было у меня и ещё несколько достижений рангом попроще. Не превосходящих всё те же детские каракули, бесспорно, однако достаточно полезные в своих нишах. Причём нишах настолько узких, что иной раз угольное ушко выглядело бревном на фоне тонкости списка условий, потребных для истинной незаменимости столь специфических инструментов.

Яркий пример - живые бомбы. Старая, относительно развитая идея, получившая воплощение в виде трёх видов мелких грызунов неопределённой внешней принадлежности. Зверьки прекрасно себе жили и не тужили, но ровно до того момента, пока в их тела не попадал определённый алхимический реагент. Результат оказывался скор и неумолим - реакция с органическими отложениями в многочисленных внутренних полостях и звучный хлопок, превращающий несчастное животное в источник токсичного газа. Причём в случае существ с кодовым названием "зыбучая пляска" бомба оставалась вполне себе жива, прибавляя жертвам не только яда в крови, но и живости в ногах. Поскольку вошедший в раж шерстистый зверь, несмотря на малость размеров, в ярости от боли начинал преследование мнимых обидчиков, превращая побег в соревнование на подвижность...

Теоретически.

На практике же проблем было столько, что проще перечислить, где удалось добиться хотя бы приемлемых результатов.

Большой размер, обусловленный полостями с реагентом, делал зверьков медлительными, неповоротливыми и крайне прожорливыми. Из-за этого они часто получали травмы, даже самые мелкие и внешне безобидные из которых могли приводить к попаданию алхимии в кровоток и, соответственно, скоропостижной кончине. В отдельных же случаях, когда начинка живой бомбы оказывалась особенно интересной, пострадать могли и окружающие. Причём хорошо, если не последовав за животным на тот свет.

Впрочем, такого рода вещи я предпочитал не применять, храня за семью замками. Некоторые газы, попади образцы к кому не следовало, имели все шансы оказаться слишком легкоповторимыми для того, чтобы не вызвать катастрофических последствий для всей ойкумены.

Мне совершенно не нужна была репетиция Первой мировой в средневековом антураже. Даже если на виновника, выпустившего джина из бутылки, в итоге так никто и не укажет.

— Потому что некому уже будет... — мрачно выдавил, стараясь подавить охвативший меня нервный озноб. — Следует сменить тему...

...Не лучше ситуация обстояла и с разумом токсичных химер. Мало того, что направлять их вслепую из-за сравнительной глупости было фактически невозможно, так ещё и сама специфика изначального материала мешала. Собственно, грызуны — животные от природы трусливые, причём инстинктивно, так что добровольно к потенциальным жертвам они не стремились, пока существовал хоть один путь для бегства. При этом, по иронии судьбы, именно в нападении состоял весь смысл коротких жизней этих химер.

Решение крылось в угнетении разума и повышении агрессии, однако в таком случае начинала стремительно снижаться вероятность успешного достижения целей по сложному, подчас — чрезвычайно запутанному ландшафту. И золотой середины тут не существовало — зверь в любом случае не выполнял поставленной задачи, поскольку по тем или иным причинам до людей не добирался.

Бежал куда угодно, кроме нужного направления, то есть. А ведь из-за предварительной "активации" счёт зачастую шёл на секунды.

Итог оказался предсказуем. Раз уж скоротечность не позволяла применять такое оружие в долгую, а размер — создавать действительно мощные взрывы, единственным выходом оставалось использование в тех условиях, когда у химер просто не оставалось иного выбора, кроме как бежать на врага. Что-то вроде прямого коридора, желательно — без лишних дверных и оконных проёмов, чтобы концентрация газа понижалась не слишком быстро.

И такие арены даже действительно можно было найти! Узкие замковые коридоры, подземные ходы, корабли... да и всё, в общем-то. Вроде бы и немалый, полезный список, вот только таскать с собой клетки с хрупкими зверьками ради того, что может сделать любая площадная ручная алхимия? Ну...

Иногда — эффективно. Чаще всего — глупость.

— Так и живём, — усталый вздох вырвался сам собой. — Так и тратим время, корм и место в вольерах. Чтобы иногда, когда планеты становились в правильные позиции и над горами разносился свист членистоногого, неудержимый отряд маленьких "божественных ветров" приносил смерть в ряды глупых гайдзинов.

Остальные примеры боевых химер в этом плане были не лучше. Либо что-нибудь маленькое и ядовитое, но при этом хрупкое и едва контролируемое, либо относительно крупное и сильное, но производство и поддержание чего едва ли имело шансы стать выгодным хоть в какой-то перспективе. Может быть, для живущих в глуши химерологов, окружённых в лучшем случае горсткой слуг и домочадцев, те же модифицированные волки, медведи и быки могли видиться впечатляющей силой. Возможно. Но для человека, командующего гвардией и регулярной армией с боевым крылом гильдии волшебников, такие чудища выглядели уже бледновато. Причём даже не столько по силы, сколько в плане логистики — ведь таких монстров нужно было не только выращивать, но и доставлять, кормить и правильным образом направлять. И всё это только для того, чтобы потерять нанизанными на копья в первой же атаке.

Это, мягко скажем, не самое оптимальное использование ресурсов. В особенности — моих. Поэтому такого рода идеи, проверенные на практике в той или иной мере, по большей части выкидывались на свалку...

За редким, очень редким исключением.

— Воздушный транспорт, — на несколько мгновений слова повисли в воздухе терпкими нотами. — Драконы, — а от этого уже не удалось удержать улыбку. — Ну и в конце концов, кем я буду, если хотя бы не попробую создать медвежью кавалерию!

Громкий смех нарушил покой, затронув самые дальние уголки помещения. Мечта была глупой, если не откровенно безумной, поскольку не выдерживала ни какой, даже самой базовой критики. Но на то она и была мечтой, чтобы претворять невозможное в жизнь хотя бы в фантазиях.

На волне хороших эмоций уже не хотелось продолжать терзаться мыслями о неудачах. Благо окончание линии стеллажей вскоре встретило мой скорый шаг, дав возможность перейти к более приятным экспонатам. Пусть они и находились куда ближе к центральным рядам склада.

Там меня и встретило во всех смыслах дорогое и любимое сельское хозяйство. По очередной злой иронии судьбы — не менее бедное на громкие успехи, чем боевое направление, но уже по совершенно иным причинам. В первую очередь — личным.

...

— Насколько желание выжить может считаться личной причиной? — несмотря на задор в тоне, радости у меня вновь поубавилось. Всё же невозможность применить свои достижения на практике — она всегда печалила. Даже меня, столь привычного к этому человека.

— Сперва в корпоративной безопасности строил стены, которые никто не будет штурмовать, а теперь такое, — продолжил, печально вздохнув.

Впрочем, следовало признать, что большая часть вины лежала на моих плечах. Действуя осторожно, методично и открыто, думаю, я смог бы подарить местному человечеству большинство своих открытий в этой сфере. Пусть, возможно, и не в полной мере. Безусловно, недоброжелателей после такого изрядно пробивалось бы, однако по сравнению с пользой для всего человечества — право слово, это можно было бы и перетерпеть.

Однако...

Я не хотел дарить свои достижения. В принципе. Даже продать не согласился бы, прекрасно понимая, какие преференции могли принести более урожайные злаки, фрукты и овощи даже относительному монополисту. И в какой золотой поток могли превратиться сахара, специи, прежде не культивируемые алхимические реагенты и лекарства, а также косметика, ткани и красители. Да что там говорить, кое-что из этого я уже реализую, стараясь соблюдать максимальный уровень сокрытия. И доходы, получаемые таким образом, настолько велики, что позволяют нам продолжать обеспечение многих государственных программ даже в условиях существенного падения прочих торговых отчислений.

Это было не просто выгодно. Дело даже не в банальном золоте — само по себе оно имело не столь много влияния.

Лекарства и реагенты — это натурально стратегический ресурс, на уровне тех же месторождений металлов или площадей пахотных земель, поскольку позволяет уменьшить смертность населения. Причём даже в большей степени, чем в любом другом обжитом регионе, поскольку на нашей земле катаклизмов люди традиционно сталкивались с опасностями чаще, а значит — изобиловали ранами и их хроническими последствиями.

Источник естественной убыли населения, который наконец-то получилось хоть немного ослабить. Отказываться от такой возможности — грех как в моральном, так и экономическом плане. Не говоря уже о том, насколько это важно для военной сферы.

В то время как специи и красители — ресурсы уже политические, оказывающие немалое влияние на отношение к нам иностранной аристократии, поскольку давали комфорт и престиж. Естественно, ради более простого получения таких вещей с нами предпочитали дружить хотя бы на публике, предоставляя не только экономические преференции, но и дипломатическую протекцию. В том числе и в отстаивании наших прав на независимость. По крайней мере, пока неудобства от таких мер не начинали перевешивать репутационную прибыль.

Согласен ли я был бы передать эти чудеса местному человечеству? Да ещё и практически бесплатно? Конечно же нет! Вот только пришлось бы, реши мы нарастить производство до сколь-либо крупных величин. А иначе...

Я люблю жизнь. Люблю свою семью. А убить нас уже пытались, причём неоднократно и за гораздо меньшее.

...

Не сказать, что меня устраивал сложившийся порядок вещей, однако его наиболее вероятные изменения мне не нравились ещё больше. Даже если это означало, что большей части удачных проектов суждено до поры до времени быть погребёнными здесь, в недрах этого склада.

— Тем более, своей главной цели на этому пути я достиг, — улыбка, вернувшаяся на мои уста, была полна нежности. К счастью, её было незачем скрывать в одиночестве подземелий, поэтому сдерживать себя не пришлось.

Зачем в первую очередь мне нужна была вкусная пища, сахар, специи, реагенты, красители и ткани? Конечно, чтобы обеспечить себя и близких на уровне, хотя бы сравнимом с земным. Чтобы наслаждаться привычными блюдами, не отказывая себе в любимых изысках. Чтобы радовать маленьких и больших девочек мороженным, а парней, один из которых всё старательней строит из себя сурового самодержца с кремнем вместо сердца, остротой соусов и терпкой кислотой хорошего маринада.

И чтобы потом, когда телесные беды нагонят этих хороших людей, у меня была возможность прописать им обыкновенных таблеток и микстур вместо хирургических операций, токсичной алхимии или сомнительных народных средств.

— Впрочем, эта тема имеет необычное продолжение... — задумчиво произнёс, кинув взгляд на следующие ряды стеллажей, занятые человеческой аугментикой. Их было немало, поскольку значительную часть этой зоны занимал архив с образцами всех наших модификантов, аристократов и слуг.

Официально, насколько вообще таким образом можно было говорить о крайне узком круге осведомлённых, этот запас предназначался для медицинских целей. Например, чтобы я мог начать выращивание имплантов сразу по получении известий о чьём-либо ранении. Однако на самом деле существовала и другая, признаться, несколько менее адекватная причина.

Я хотел иметь возможность на регулярной основе проверять людей на замену дубликатами.

Просто на всякий случай.

И потому что в мире, где есть магия, монстры и целое направление волшебства по работе с живой плотью, существование каких-нибудь мимиков, перевёртышей, подменышей, допельгангеров или чего-либо иного в том же духе было не просто вполне возможно, а более чем вероятно. Особенно, когда в легендах нередко встречались упоминания о них, а существование химер с несколькими обликами прямо предполагало проведение работ в этом направлении.

Так что это я не параноик, а всего лишь прозорливый самаритянин. Так сказать, внимательный человек с активной гражданской позицией и ведром напалма на коленях. Всего лишь невинно занимаюсь мониторингом...

...Попутно тихо записывая, какие из конспирологических идей вполне возможно реализовать в этом мире.

— Совершенно ни к чему не привязанный факт номер тридцать восемь: некоторые химерологи — просто великолепные пластические хирурги, — произнёс с весёлой ухмылкой, шествуя обратно ко входу в помещение.

В остальном же никаких принципиальных подвижек ни в сельском хозяйстве, ни в медицине у меня не было. Единственное — для обоих направлений стараюсь привнести побольше инноваций механического толка, совершенствуя инструменты и различные механизмы по полузабытым земным лекалам. Но этот процесс существовал всегда, и за его границами ничего революционного в последнее время действительно не происходило.

Пока.

Сделав последнюю пару шагов, я встал у небольшого столика, на котором гордо возвышалась небольшая деревянная картотека с потрёпанным журналом на самой верхушке. Размышления последних нескольких минут кружились в разуме, подобно пчёлам в растревоженном улье. Однако выводы всё же медленно прорастали в богатой почве необходимости.

Кажется, я знал, какие последние указания стоит оставить семье.

Карандаш сам собой возник в ладони...

...— И вновь я здесь, на пороге смертельного испытания.

Голос от чего-то был хриплым и тихим. Видимо, какой-то частью сознания я уже понимал, что дальше откладывать этот момент уже не получится.

Просто некуда.

Ноги налились свинцом и почти не слушались. Или же мне хотелось убедить в этом самого себя.

Только миг слабости был недолог. И нервно встрепенувшись, я сделал шаг вперёд...

Глава 77 - Брызги

Длань Смотрящего-в-глубь, она же рука морского бога, реликвия рыболюдов, боевой истинный артефакт ледяного типа, полуразумный меметический объект неизвестной классификации, возможная подсказка к бессмертию и причина обильной головной боли.

А также то, чему нелюди приносили кровавые жертвы. И то, что не так давно едва не поглотило мой разум насланными видениями...

...Лежит прямо передо мной в своём чёрном футляре. Откровенно непростой контейнер для ещё более непростого экспоната. И обоим суждено послужить источниками сведений для научных открытий.

— Кажется, именно после таких мыслей по всем законам жанра должно начаться что-то очень нехорошее.

Мой шёпот был ужасно громок в этом немаленьком пустом помещении. Звук столь охотно отражался в тишине, что даже шаги мягких ботинок из плотной кожи, казалось, сопровождал гулкий стук каблуков. Хотя в этой обуви ничего подобного не было.

Мёртвая тишина, лишённая даже почти повсеместного тихого журчания грунтовых вод где-то за плотными стенами. Ни скрипа пород, ни трения песка и камней — тотальное отсутствие звуков.

И большой метроном на подставке у самого постамента с артефактом. Для будущих экспериментов.

Всё же я не был уверен, как фоновые шумы могут повлиять на наше с Дланью общение. Однако, учтя общую тематику взаимодействия, предпочёл исключить влияние звуков природного происхождения. Вместо них остался предельно искусственный ритмичный стук в роли якоря — может быть, тоже не столь уж идеальная замена, но всяко лучше всего схожего с текущей водой.

Хотя мысли о столь же ритмичном плеске волн теперь не желали покидать мой разум, предвещая проблемы. К счастью, будучи волшебником, я умел очищать эмоции и разум. К сожалению — полностью сделать это не получалось.

Пресловутая белая обезьяна упорно находила тропку в мои размышления.

Впрочем, этого не было достаточно, чтобы остановить подготовку.

Вскоре стальной столик на колёсиках занял своё место по правую руку. Внушительный арсенал колюще-режущих инструментов ярко сиял в ровном свете артефактных ламп, то и дело блестя от бликов языков пламени, укрытого за толстым стеклом смежного помещения.

Дополнительный, отличающийся источник освещения никогда не бывал лишним.

В колбах самых разных форм, размеров и содержаний, замерших подле ассорти из холодного оружия, отражения этого танцующего огня закручивались в красочные вихри и смерчи, будто бы наполняя газы и жидкости толикой мерцающего волшебства. Бальзамирующие, завораживающие, обезвоживающие и прочие подобные, зачастую довольно экзотичные для земной науки составы — все они, алхимического или обычного происхождения, были тщательно подготовлены к предстоящему. Каждый к своей роли.

Безусловно, в идеале очень хотелось бы добыть себе образцы на изучение. Для их лучшей сохранности и нужна была часть содержимого сосудов.

Однако, даже если надежда не оправдает себя, эксперименты всё равно состояться. Ради этого теперь дожидалось своего часа всё остальное многообразие веществ.

И час наступил, когда я замер прямо перед загадочной чёрной шкатулкой.

Инструменты и химикаты по правую руку. Мерно тикающий метроном — по левую. Ровный яркий свет сверху и рыжее мерцание за спиной. Тепло. Лёгкая духота. Нарочито строгие белые стены вокруг, ровные и пустые от лишнего.

Минимум плавных линий. Отсутствие природных шумов. Никакого холода, напоминавшего бы об океанских глубинах. И, конечно же, прискорбное, но столь необходимое лишение самого себя стула — в расчёте на то, что в случае негативного развития событий, для исчезновения артефакта из зоны прямой видимости достаточно будет просто рухнуть на спасительный пол.

— Кажется, готов, — произнёс задумчиво, на мгновение с силой зажмурившись, чтобы унять резь в глазах. — Начинаем!

И плавным движением я отбросил крышку металлической темницы...

...Очнулся я уже лёжа на полу в уютной компании боли. Боли тела — истощённого, замёрзшего, исходящего тонкими струйками пара. И боли разума, некоторое время едва отличавшего серую реальность потолка от тёмных глубин вымысла.

Прийти в себя оказалось непросто. Встать — ещё сложнее. Но воли всё же хватило...

Хотя прежде взяла своё осторожность — взгляд нашёл закрытый контейнер артефакта, а после прошёлся по лежавшим в стороне осколкам лабораторных колб. Последнее насторожило, но не слишком.

Я почти не помнил, что именно произошло. Какие-то тени, звуки, образы — мешанина непонятного, казалось, забивала все воспоминания, играя роль белого шума. Однако чего-то подобного я и ожидал, так что не сильно опечалился.

Просто встал. Потянулся. Отряхнулся.

И принялся за работу.

— Состоянии камеры удовлетворительное, — констатировал спустя десяток секунд осмотра. — Значит, всплески Ветров были минимальны. Изоляция работает, чудесно!

В тишине, прерываемой мерным тиканьем метронома, от чего-то так захотелось услышать свой голос, что сдержать пагубную привычку уже не хватило моральных сил.

— А результат... — протянул в следующее мгновение, бросая взгляд на стеклянные штабеля. — Ох, очень даже неплох! Даже удивительно.

Несмотря на потерю части оборудования по причине... неких эксцессов, в целом проделано оказалось большинство запланированного. Никаких нормальных лабораторных журналов к завалу из колб, конечно, не прилагалось, однако кое-какие записи всё же присутствовали.

Записи...

— Великолепно, — пробормотал, начав листать исписанный блокнот. — Ужасный почерк, да, но всё же вполне читаемый. Ух ты, даже какие-то зарисовки! Вот это я, конечно, моло...

Не успев договорить, прервался, наткнувшись на некий символ, нарисованный поверх очередного абзаца текста. Такое уже случалось на этих страницах — по-видимому, снедаемый артефактом, прежде я сильно спешил, от чего не следил за разборчивостью написанного. Буквы и строки наплывали друг на друга, чернила оставляли кляксы и отпечатки на соседних страницах. Однако в этот раз, в этом конкретном символе, скрывалась некая проблема.

Что-то с ним было не так.

Я даже протёр глаза, сперва возложив вину на усталость, однако это не помогло. Зрение расплывалось, будто бы линии гуляли сами по себе, а стоило перевести взгляд хоть немного — и участок текста начинал натуральной извиваться, искажаясь словно бы от оптической иллюзии.

Мозг упорно отказывался формировать изображение виновника целиком.

— Так, хватит, — постановил спустя минуту бесплодных попыток, решительно откладывая блокнот. Но только лишь для того, чтобы взять ещё один, прежде лежавший на нижней полке тележки с инструментами.

— Когнитивная защита, возможно — опасность, — вывел тут же новым карандашом.

Прошлый исчез, быть может, оставшись узником хранилища Длани.

Собственно, дальнейшие мои действия были очевидны — если удалось получить информацию, так сказать, с натуры, то теперь мне следовало повторить дешифровку, только уже с текста. А потом ещё раз, только уже с новой итерацией информации. И так раз за разом, слой за слоем, пока мой разум не начнём выдерживать нагрузку.

Хотя будет следующий шаг в этом цикле, конечно же, не сегодня. Для такого нужна чёткость сознания и предельная концентрация, чего можно было достичь только на свежую голову. Тем более, как по мне, "погружаться в пучину" дважды подряд, практически без перерыва, было как минимум опасно.

Единожды за раз — можно, сегодняшний день уже доказал это. Искушать судьбу ещё больше я не стану.

— Всё, пора на отдых! — новость вернула силы и присутствие духа, так что взялся за уборку рабочего пространства я с улыбкой. Пусть и усталой.

К тому же...

Спешить с такими вещами не стоило, это действительно так. Однако существовал и ещё один довод, причём гораздо более весомый.

Причиной, по которой я не запомнил многого из произошедшего, был ритуал. Крайне специфический и сомнительный сам по себе, так ещё и принадлежавший к направлению работы с духами и аномалиями невротической тематики. Можно сказать — запись эха, отголосков, порой столь информативных в деле контакта с последствиями событий давно минувших дней.

Старое приобретение.

И на редкость полезное, как оказалось.

Если судить по описанию продавца, всё ранее "зацензуренное" при вложении некоторых усилий, включавших поведение ещё парочки простеньких ритуалов, могло начать возвращаться ко мне во время снов.

Медленно.