Убийцы Пиратов

Глава 1. Ророноа Зоро

Арес СТАРХ

Убийцы Пиратов

(Пираты Соломенной Шляпы — 1)

Небольшое примечание. Когда я начинал писать «Пиратов» ни о каком официальном переводе манги One Piece и речи не шло. Однако теперь он появился, от Азбуки, и, на мой взгляд, очень хорошего качества. Сначала я даже хотел, при редакции текста, полностью перейти на официальные названия и имена, но потом понял, что слишком сильно привык к определённым названиям.

Манки Д. Луффи – Монки Д. Луффи.

Тасиги – Ташиги.

Семь Великих Корсаров – Шичибукаи.

Алабаста – Арабаста.

В итоге, решил, что некоторые названия так и буду оставлять «неправильными» или использовать оба варианта, вроде Великих Корсаров и Шичибукаев, которые ничуть не мешают друг другу.

В общем, теперь вы предупреждены.

Глава 1

Ророноа Зоро

Мир знавал немало грандиозных историй, которые начинались с совершенно обыденных вещей. Кто-то проспал, кто-то опоздал, кто-то что-то забыл, и понеслось. Тот самый маленький, покатившийся с горы камешек, вскоре превращающийся в смертоносную лавину, способную стереть с лица земли целый город, и навсегда оставить свой след в истории. С людьми этот процесс выглядел куда менее грандиозно, но, зачастую, предвещал куда более масштабные последствия, чем гибель одного-единственного города под потоком каменной смерти. Когда за дело брались люди, стёртые с лица земли города вполне могли исчисляться целыми десятками, иногда сотнями, а порой и тысячами.

Встреча двух малоизвестных или вообще никому неизвестных людей: что может быть в этом грандиозного? Ответ: ничего. Встретились, да и встретились. Жизнь практически любого человека состоит из подобных встреч. Но в своё время именно с подобной встречи началось партнёрство Гол Ди Роджера и Силверса Рейли, в народе более известных как Король Пиратов и его Правая Рука — Тёмный Король. И хотя подобных встреч можно припомнить великое множество, пожалуй, именно встреча будущего Короля Пиратов с человеком, которого потом назвали его Правой Рукой, больше всего подходила под сложившуюся ситуацию. Почему? Хотя бы..

— Да кто… Ха-а, ха-а… Да кто ты такой?!! — буквально прорычал изрядно потрёпанный, и вымотанный до предела, зелёноволосый мечник.

— Я — Монки Д. Луффи! — гордо выпятив грудь, представился черноволосый паренёк в соломенной шляпе. — Человек, который станет Королём Пиратов!

..вот почему.

Но, как уже говорилось, все началось вполне обыденно.

Дело происходило на одном из многочисленных островов Ист Блю. Остров, на который Зоро, — уже упомянутый выше зелёноволосый мечник, — попал так, как он попадал на большинство других островов, то есть по чистой случайности. В мире, состоящем на 95% из воды, где существовал всего один континент, к тому же слабо пригодный для жизни, и великое множество островов, в роли основного транспортного средства выступал корабль или, как в случае с Зоро, лодка. При этом мечник не только не разбирался в навигации, но и плохо, — невероятно, чертовски, просто неимоверно ужасно!!! — ориентировался на местности. Это не говоря уже о море, где для большинства людей вообще не существовало никаких ориентиров, кроме солнца. Собственно, учитывая такие нюансы, в случае с Зоро, даже нельзя было говорить о том, что он потерялся… Ведь он никогда не знал, где именно находится и куда ему нужно плыть или идти дальше. Как уж тут можно потеряться?

Вот и в этот раз, зелёноволосый мечник, приплыв с одного неизвестного для себя острова на другой неизвестный для себя остров, вытаскивая лодку на берег, наткнулся на рыбачащего в стороне паренька в соломенной шляпе. Ничего удивительного. Место для рыбалки довольно удачное — скрытая бухта, окружённая высоким лесом, защищающим от ветра, к тому же, судя по всему, весьма отдалённая от людей. И, как вскоре Зоро прочувствовал на собственной шкуре, именно последним фактором руководствовался паренёк в шляпе при выборе места для своей рыбалки. Всё, что хотел мечник, так это узнать о ближайшем городе, и как туда добраться. Не сказать, чтобы в этом был какой-то смысл, — всё равно бы заблудился по дороге, — но он всегда так делал. Однако, в этот раз, не успел он даже рта раскрыть, как чудовищный по силе удар отправил его кувыркаться по песчаному берегу бухты.

Зоро потребовалось долгих десять секунд, прежде чем он сумел понять несколько неимоверно простых вещей. Во-первых, его ударили. Во-вторых, его ударили с такой силой, с какой его ещё никогда в жизни не ударяли. В-третьих, он не увидел удара. И, наконец, в-четвёртых, какого хрена?! За что его ударили?!!

— Какого чёрта ты меня ударил?!! — вскакивая на ноги и доставая два из своих трёх мечей, взревел Зоро.

Рыбачащий парень, казалось, только и ждал этого вопроса. Откинув удочку в сторону, он поднялся на ноги и, сдвинув на лоб свои стильные солнцезащитные очки, злобно посмотрел на принявшего защитную стойку мечника:

— Закрой пасть, ублюдок! Ты своей лодкой спугнул весь мой ужин! Так что ты лучше меня больше не зли, — выставил он перед собой сжатую в кулак руку, — иначе дальше одними синяками не отделаешься!

За последние полгода Зоро уже успел привыкнуть к тому, что народ, при виде его трёх мечей, — пусть сейчас он достал только два, но ведь третий всё равно отчётливо виднелся на поясе! — сразу узнаёт его. Узнаёт и старается не связываться. А тут ноль реакции. Ноль. И Зоро так на этом зациклился, что до него далеко не сразу дошёл точный смысл услышанной им фразы.

— Дальше одними синяками… — несколько озадачено повторил он, смотря на медленно приближающегося к нему парня. — Дальше одними синяками… Стой! Значит, ты уже так и так решил меня избить?!!

— Точно! — широко улыбнулся парень в шляпе, а в следующее мгновение Зоро сложился пополам от удара ноги в живот.

Удар был такой силы, что он не сумел удержать мечи в руках. Пальцы дрогнули, хватка ослабла и выскользнувшие из его рук мечи упали на песок, а сам он, вновь прокувыркавшись по песчаному берегу, влетел в растущие неподалеку заросли и впечатался в дерево с такой силой, что оно не выдержало. Надсадно хрустя, высокая раскидистая пальма рухнула в противоположную от кашляющего кровью Зоро сторону.

В этот раз ему потребовалось куда больше времени, чтобы прийти в себя. Долгих секунд двадцать-тридцать, — по меркам сражения, целая вечность, — его сознание опасно плавало на самой грани. Перед глазами летали чёрные мошки, а во рту стояла кровь. Однако, секунда за секундой, но ему становилось всё лучше и лучше. Кровь во рту так никуда и не делась, зато зрение приобрело чёткость и пропали чёрные мошки. Постепенно вернулась способность связно мыслить. И едва это произошло, как он опять сумел понять несколько немаловажных вещей.

Во-первых, он пропустил второй удар. Если первый ещё можно было списать на неожиданность атаки и его расслабленность, то второй он ждал, но на конечный результат это никак не повлияло. Во-вторых, если первый удар был чрезвычайно сильным, то второй едва не отправил его к праотцам навстречу. До сего дня Зоро вообще не подозревал, что на свете есть человек, способный бить с такой чудовищной силой — после таких ударов остаются не синяки, а трупы! Окажись на его месте кто-нибудь другой, хоть немного послабей, и одним трупом в мире стало бы больше, тут без вариантов! В-третьих, несмотря на свою готовность, он снова не увидел удара… Да и самого движения парня в соломенной шляпе. Одно мгновение тот стоит от него на расстоянии нескольких метров, а уже в следующее мгновение он сам отлетает от чудовищного по силе удара. И, наконец, в-четвёртых, какого хрена?! Он что, мальчик для битья?!! А вот нифига подобного!!!

За последние десять лет, с тех пор как умерла Куина — подруга детства и соперница в искусстве фехтования, — он уже как-то успел отвыкнуть от чувства поражения, как и от ощущения собственной слабости. И сейчас Зоро совсем не понравилось, что кто-то взялся напомнить ему о уже давно забытых чувствах и ощущениях.

Буквально рыча от душившей его злости, — при этом он и сам точно не знал, на кого больше злится, то ли на себя, то ли на парня в шляпе, — он поднялся на ноги. Достав из ножен свой третий и самый ценный меч, когда-то принадлежавший Куине, Зоро, проломившись через кусты, выбрался на песчаный берег бухты… Выбрался и сразу понял на кого конкретно он злится. На парня! На парня в соломенной шляпе! На парня, что вновь сидел с удочкой в руках, на торчащем из воды камне. Словно сам Зоро тут вообще никогда не появлялся! Вдобавок, что ещё больше его взбесило, так это два меча оставленные валяться на песке. Парень в шляпе даже не стал их подбирать! Где они упали, там они и лежали, словно какой-то никому не нужный мусор.

Зоро почувствовал, как пелена бешенства застилает его взгляд. Не теряя времени, он сунул рукоять меча Куины в рот, и бросился в сторону сидящего на камне парня в шляпе. Подхватив по пути свои лежащие на песке мечи, он в мгновение ока оказался прямо над Соломенной Шляпой, — как он уже мысленно успел окрестить свою жертву, — который, казалось, его даже не заметил. Возможно, в другой раз Зоро и дал бы ему поблажку, но только не сегодня. Сейчас он собирался просто разрезать ублюдка на пополам!

— Tora Gari (Тигриная Охота)! — рубанул всеми тремя мечами Зоро, применив одну из самых своих сильных техник.

Атака получилась что надо. Пополам разрезало не только камень, но и воду перед ним… И даже дно бухты… Другими словами, было разрезано буквально всё, кроме самого важного.

— Ва-а-а… — раздалось позади Зоро. — Ты разрезал мой камень! И где я теперь буду рыбачить?

Невольно сжав рукояти мечей в руках, зелёноволосый мечник медленно повернулся к стоящему позади него парню в шляпе, что сейчас с интересом изучал две половинки, некогда большого цельного валуна, торчащие из воды. На правом плече у Соломенной Шляпы лежала удочка, а в левой руке он держал раскладной стул и весьма вместительное ведро, наполовину заполненное водой, в котором виднелась одна единственная небольшая рыба. В момент атаки, ведро стояло рядом, а он, в свою очередь, сидел с удочкой в руках, на том самом раскладном стульчике, что сейчас держал в одной руке с ведром. И это охренеть как о многом говорило.

Зоро крепче прикусил рукоять меча во рту.

— Эй, да у тебя три меча! — снова заговорил Соломенная Шляпа. — Извини, не сразу сообразил кто ты такой.

Едва услышав эти слова, Зоро стало понятно, что стоящий перед ним парень, наконец, его узнал. Да это и неудивительно. Как уже говорилось, в Ист Блю он был довольно известным мечником. «Три Меча» Зоро или «Охотник на пиратов» Ророноа Зоро. И если с первым прозвищем парень был вполне согласен, — всё-таки он, во время сражений, действительно использовал сразу три меча, — то вот со вторым не очень. На пиратов он охотился только тогда, когда ему требовались деньги на еду и выпивку, а на самом деле ему было на них наплевать. Он просто следовал своей цели, и ничего больше. Однако, самое главное, что парень в шляпе, все-таки, наконец..

— Ты ведь приехал устраиваться в местный цирк, да? Учитывая, как ты ловко обращаешься с тремя мечами сразу, думаю, тебя ждёт немалый успех. Кстати, не пробовал брать ещё больше? Я как-то раз читал историю про мужика, который таскал с собой сразу восемь мечей, а в другой книге вообще описывалась Техника Бесконечных Мечей. Круто, да?

..узнал... его…

Зоро сжал зубами рукоять меча до такой степени, что они едва не потрескались. Он честно пытался сдерживаться. Он ведь мечник. Только спокойствие, гармония с природой и самим собой. Спокойствие и гармония — все как учил учитель!

— …Или ты всё-таки мечник?

…Спокойствие… Гармония….

— А разве вам гордость не запрещает нападать со спины?

…С-спокойствие… Г-гармония…

— Да ещё на безоружного?

…С-с-суу… Гар-гар-гр-р…

— Хотя если ты всё же в цирк собираешься устраиваться, значит мечником тебя считать нельзя, а потому тебе вполне можно бить в спину и нападать на безоружного.

…

— TORA GARI (ТИГРИНАЯ ОХОТА)!!! ONI GIRI (РЕЗАК ДЕМОНА)!!! TATSU MAKI (ВИХРЬ ДРАКОНА)!!! SANTORYU: TORO NAGASHI (СТИЛЬ ТРЁХ МЕЧЕЙ: РАНЕНИЕ ВОЛКА)!!! TORA GARI (ТИГРИНАЯ ОХОТА)!!! ONI GIRI (РЕЗАК ДЕМОНА)!!!

…

— … TATSUMAKI (ВИХРЬ ДРАКОНА)!!!

— Ты там ещё не устал? Пятнадцать минут уже прошло. Честно слово, я в жизни не видел настолько сильного циркача. Ты никогда не думал о карьере мечника? А то мне так кажется, что работа в цирке не особо тебе подходит. Ты ведь своей рожей всех детей перепугаешь… Да и взрослых тоже.

— SANTORYU OGI: SANZEN SEKAI (СЕКРЕТНАЯ ТЕХНИКА СТИЛЯ ТРЁХ МЕЧЕЙ: ТРИ ТЫСЯЧИ МИРОВ)!!!

— А вот это сейчас было реально мощно, признаю! — посмотрев на оставленную просеку среди деревьев, одобрительно покивал парень в шляпе. – Такое и в цирке не стыдно показать! Главное не забудь предварительно надеть какую-нибудь весёлую маску, иначе все твои зрители разбегутся ещё до того, как ты успеешь им что-нибудь продемонстрировать.

— Да кто… Ха-а, ха-а… Да кто ты такой?!! — буквально прорычал изрядно потрёпанный и уставший Зоро.

— Я — Монки Д. Луффи! — гордо выпятив грудь, наконец, официально представился черноволосый паренёк в соломенной шляпе. — Человек, который станет Королём Пиратов!

После такого представления у мечника окончательно пропало всякое желание к дальнейшему сражению… Если всё, что происходило на протяжении последних тридцати минут, вообще можно было назвать сражением.

Глубоко вздохнув, Зоро убрал мечи в ножны, а потом без сил растянулся на песке, прямо там же где стоял. Паренёк в шляпе, Луффи, сделал немного по-другому. Подойдя к разрезанному валуну, две половинки которого так и продолжали торчать из воды, он смачно пнул по одной из половинок. Камень сложился вместе, — осталась лишь небольшая дырка на месте разреза — после чего Луффи забрался на валун, поставил ведро на одну половину и, разложив свой стульчик на другой, вновь уселся рыбачить. Словно и не было буквально перепаханной бухты, срубленных и переломанных деревьев, и тяжело дышащего мечника, что без сил валялся на песке.

Минут через десять, когда, наконец, унялось бешено колотящееся где-то в районе горла сердце и перестали гореть огнём лёгкие, Зоро принял сидячее положение. Оглядевшись по сторонам, он сосредоточил своё внимание на рыбачащем парне.

Выглядел Луффи совершенно безобидно. Лет пятнадцати на вид, — фактически мальчишка! — чуть выше среднего роста и спортивного телосложения, чёрные растрёпанные волосы, тёмно-карие глаза и самое обычное лицо, запоминающееся разве что небольшим шрамом под левым глазом. Расстёгнутая цветастая рубашка с обрезанными рукавами, джинсы чёрного цвета подвёрнутые до колен, открытые шлепанцы на ногах, соломенная шляпа на голове, стильные солнцезащитные очки на носу, какая-то подвеска на шее и браслет на правой руке. Из всего перечисленного, больше всего привлекала к себе внимание соломенная шляпа. Она была довольно-таки старой, немного потрёпанной и с многочисленными следами ремонта, пусть и едва заметными. Особенной шляпа не выглядела, — шляпа как шляпа, на любом рынке, за сущие копейки, можно купить точно такую же, если не лучше, — но, судя по тому, как тщательно её восстанавливали, с ней была связана какая-то своя история.

В итоге, Луффи выглядел как самый обычный пацан, почти мальчишка. В толпе на такого даже внимания не обратишь. Однако «кое-кто» уже на собственном опыте успел убедиться, насколько обманчиво это самое «нормальное» впечатление.

— Эй! — позвал его Зоро.

— Чё тебе?

— Если ты хочешь стать Королём Пиратов, значит ты пират?

— Допустим.

— Сколько дают за твою голову?

Последний вопрос мечника волновал особенно сильно. За прошедший год он повидал немало пиратов с наградами, — приличными наградами! — но не один из них и близко не был так силён, как Луффи. Пираты с наградой в десять миллионов — почти максимум для Ист Блю! — и рядом с ним не стояли.

— Пиратствовать я начну только через два года, — помахал рукой Луффи, — поэтому награды за меня нет.

Выслушав ответ, Зоро испытал двоякое ощущение. С одной стороны он всухую проиграл человеку без награды, а с другой этот самый человек ещё просто не заявил о себе миру. Зато когда он заявит… Пятьдесят миллионов… Нет, даже сто миллионов! Или больше? Зоро искренне надеялся что больше! Намного-намного больше! Возможно, тогда он перестанет чувствовать себя настолько слабым, насколько чувствовал себя сейчас. Ему снова вспомнилась Куина и его постоянные поражения ей.

— Ну а ты? — спросил Луффи, продолжая неотрывно смотреть на совершенно неподвижный, на водной глади, поплавок. — Для циркача ты довольно неплох. Я в здешних местах ещё никогда не встречал кого-нибудь настолько сильного.

Удивительно, но в этот раз Зоро ничуть не расстроило очередное сравнение с циркачом.

— Ты... ты действительно никогда не слышал обо мне? — вместо прямого ответа, задал он встречный вопрос... и тут же понял, насколько жалко тот прозвучал.

Голос и тон, каким он его озвучил, напомнили ему самому о маленьком ребёнке, ищущем признания у строгого родителя, из-за чего он невольно начал краснеть от смущения и у него появилось дикое желание незамедлительно провалиться сквозь землю.

— Нет, не слышал, — радостно отозвался Луффи, резко прервав самокопания Зоро. — А что, должен был?

— Да нет наверное, — совсем уж «сдулся» мечник. — Меня называют «Три Меча» Зоро или «Охотник на пиратов» Ророноа Зоро… Точно не слышал? — с плохо скрываемой надеждой в голосе, снова спросил он.

— М-м-м… Нет, не слышал, — беспечно отозвался Луффи, этим самым «убив» последнюю надежду зелёноволосого парня. — Значит, тебя зовут Зоро? И ты охотишься на пиратов? Охотник за вознаграждениями? Значит, всё-таки, не циркач?

— Я не охотник, просто, когда мне нужны деньги, я ловлю пиратов и сдаю их дозорным, поэтому меня так прозвали. И я не циркач! Говоришь, хочешь стать Королём Пиратов?

— Не хочу, а стану, — всё тем же беспечным тоном, поправил его Луффи.

— Да? Ну а я собираюсь стать Величайшим Мечником В Мире.

— Величайшим мечником? — явно заинтересовался парень, ради чего даже перестал глазеть на поплавок и перевёл свой взгляд непосредственно на мечника. — Ты?

— Да, — кивнул Зоро.

В любом другом случае, он бы ни за что не стал упоминать свою мечту, но Луффи настолько спокойно говорил о своей, что сейчас это показалось уместным.

— Сам решил или надоумил кто?

— Я дал обещание одному человеку, что когда-нибудь обязательно стану Величайшим Мечником В Мире, и ради исполнения этой мечты, год назад, отправился в море.

Поплавок окончательно оказался забыт, а широко улыбающийся Луффи полностью развернулся в сторону Зоро.

— Знаешь, а мы с тобой ужасно похожи! Я тоже дал обещание одному человеку, что когда-нибудь соберу лучшую в мире команду пиратов, а сам стану Королём Пиратов. Шанкс дал мне эту шляпу, — он слегка приподнял пальцем соломенную шляпу на своей голове, — с обещанием вернуть её тогда, когда стану Великим Пиратом. Конечно, фиг ему, а не шляпа, но я однозначно стану Королём Пиратов. Тут уже без вариантов.

— К сожалению, человека, которому я дал своё обещание, уже нет в живых, — в ответ, покачал головой Зоро. — Всё что у меня от неё осталось, это наши мечты и её меч, — с этими словами он вытянул из петли на поясе искусный меч с белой рукоятью, вложенный в белоснежные ножны.

— Хм… Это отличный меч, — после нескольких секунд пристального разглядывания, вынес свой вердикт Луффи. — А вот два других самые обычные.

— Так и есть, — согласился Зоро. — Я их взял в качестве трофеев с одного пиратского корабля. Ничего особенного.

— Если ты действительно хочешь стать самым сильным мечником в мире, все твои мечи должны быть превосходными. Иначе, в самый ответственный момент, они просто сломаются. Да и самому тебе не мешает подкачаться. Пока ты едва дотягиваешь до троечки среди слабых мечников.

Несколько секунд Зоро молча переваривал услышанное. Он понял, что его назвали слабым… Пусть даже парой минут ранее Луффи называл его сильным… Нет… Не сильным. Вернее сильным, но только в сравнении с другими… Другими слабаками. Причем, как было очевидно из его слов, у него имелась какая-то своя собственная шкала измерения силы мечников… А возможно и не только их.

— До троечки среди слабых мечников? — наконец, так и не поняв насколько слабым его обозвали, Зоро вопросительно повторил слова самого Луффи.

— Судя по твоей силе, ты ещё не умеешь резать сталь, так?

Зоро резко помрачнел. Когда-то он уже слышал от своего учителя о людях, способных мечом резать сталь, но сам ещё никогда таких не встречал. Откровенно говоря, он уже начал сомневаться в правдивости всех этих слухов.

— Я... я не могу резать сталь, — буквально выталкивая слова из горла и крепко сжимая кулаки, признался мечник. — И я никогда не видел того, кто бы мог, — после секундной паузы, почти обиженно, добавил он, чтобы хоть как-то себя оправдать.

— Так мы живём в Ист Блю, — беспечно пожал плечами Луффи. — Это море считается слабейшим из всех существующих морей в мире. Если ты хочешь увидеть настоящих монстров, тогда тебе нужно плыть на Гранд Лайн.

Зоро, конечно же, слышал о Гранд Лайн. Да и кто не слышал? Самое загадочное море в мире. И самое опасное. На свете существовал всего один континент — Рэд Лайн. Представлял он собой идеальное кольцо, опоясывающее планету с северо-востока на юго-запад, таким образом разделяя её пополам. В свою очередь, Гранд Лайн, также как и Рэд Лайн, опоясывал планету, только уже с северо-запада и на юго-восток, чем ещё раз делил её пополам, из-за чего образовалось четыре моря — Ист Блю, Вест Блю, Норт Блю и Саус Блю. И именно в Ист Блю родился и жил Зоро.

— Значит, по-твоему, я недотягиваю даже до среднего уровня? — мрачно спросил мечник.

Он давно был уверен, что титул сильнейшего у него почти в руках, но теперь…

— Хм-м-м… — протянул Луффи, складывая руки на груди и склоняя голову набок. — Не стану утверждать, что моя классификация самая правильная классификация в мире, но всех мечников я делю на три категории: слабые, средние и сильные, а затем разделяю каждого из них ещё на три уровня. Вот ты, по этой шкале, в районе третьего уровня слабого мечника. Когда сможешь разрезать сталь, перейдёшь на первый уровень среднего мечника. Освоишь дальнобойные атаки, получишь второй уровень среднего мечника, а когда наберешься опыта в использовании этих техник, получишь третий уровень. Затем, после того как сможешь, хотя бы в зачатке, овладеть либо Волей Вооружения, либо Волей Наблюдения, перейдёшь на уровень сильного мечника. Дальше, естественно, тебе придётся развить обе Воли. Только с одной тебе никогда не достигнуть третьего уровня сильного мечника. И лишь когда ты в совершенстве овладеешь Волей Вооружения и Волей Наблюдения, а также отточишь свои техники меча, только тогда ты будешь готов бросить вызов Дракулю Михоку — человеку с Глазами Сокола. Если я правильно помню, именно ему на данный момент принадлежит титул Сильнейшего Мечника В Мире.

Если честно… Если честно, Зоро мало что понял из всего вышесказанного. Воля Вооружения? Воля Наблюдения? Уровни мечников? Впрочем, главное он точно понял. И этим главным было то, что, по мнению Луффи, он невероятно слаб. Слаб настолько, что, фактически, не имел права бросить вызов сильнейшему. Теперь ему только оставалось понять, что со всем этим делать? Верить или нет? Учитывая личную силу говорившего, причин для недоверия нет. Если какой-то слабак начинает рассуждать о чужой силе, такое вполне можно пропустить мимо ушей. Однако совсем другое дело, когда об этом самом же говорит набивший тебе морду человек. Спрашивается, как теперь дальше быть? Зоро затруднялся ответить на этот вопрос.

Зато Луффи, как стало совершенно очевидно, не испытывал никаких затруднений:

— Эй, а как насчёт того, чтобы присоединиться к моей семье, а? — с широкой улыбкой на лице предложил он мечнику.

— К семье? — не понял тот.

— Обычно предлагают стать накама, но слово «семья» мне нравится намного больше, — задумчиво потерев подбородок, ответил Луффи. — К тому же, вместе веселее! — вновь широко улыбнувшись, продемонстрировал он большой палец. — А ещё у нас есть печеньки!

— Причем тут печеньки? — опять не понял Зоро.

— Я смотрю, ты совсем тундра, — тяжело вздохнул парень. — Пираты — это тёмная сторона, то есть я зову тебя на тёмную сторону силы, а печеньки это особая привилегия тёмной стороны. На белой стороне всё должно быть по-честному, поэтому заманивать людей с помощью печенек там нельзя. И даже более того, — он приподнял указательный палец, как бы подчеркивая важность следующих своих слов, — там обязательно полагается нагружать какой-нибудь неблагодарной работой. Мир там спасти или ещё какую ненужную фигню сделать. Чувствуешь разницу? Халявные печеньки или неблагодарная работа, что лучше?

— Э-э-э…

— Я знал, что ты меня поймешь!

Нет, не понял. Зоро вообще ничего не понял, но зато у него появилось какое-то чисто подсознательное ощущение, что «уже поздно». Он понятия не имел, «почему поздно» или «куда поздно», но в том, что «уже поздно» ничуть не сомневался.

— Ладно, — вздохнул Луффи, — пошли ко мне домой.

— Зачем?! — к удивлению самого мечника, его вопрос прозвучал едва ли не испуганно или даже без всяких «едва ли».

Вот только он оказался полностью проигнорирован.

— …Конечно, это не совсем мой дом, — поднявшись со стула и шустро собрав все свои принадлежности для рыбалки, парень бодрым шагом направился в сторону леса. — Там вместе со мной живут бывшие горные бандиты.

— Бандиты? — эхом повторил Зоро, невольно делая шаг вслед за говорившим парнем.

Нельзя сказать что ему хотелось послушать про каких-то там горных бандитов или где живёт Луффи, но зато его очень сильно заинтересовала упомянутая ранее Воля. Ведь, если верить всему услышанному, — а веских причин для недоверия у него пока не было, — без этой самой Воли нельзя стать по-настоящему сильным мечником. В свою очередь, Зоро собирался стать не просто сильным мечником, а Сильнейшим Мечником В Мире! Это означало, — опять же, если верить всему услышанному, — Волей он должен будет овладеть в совершенстве. Проблема заключалась в том, что сам он не имел и малейшего понятия о какой-либо Воле, кроме самой обычной силы воли. Так что, пусть его ничуть не интересовало где и с кем живёт его новый знакомый, он просто не мог не последовать за ним.

— …Хотя, если говорить честно, бандиты из них совсем плохенькие, особенно из Дадан, — тем временем продолжал болтать Луффи.

— Дадан? — ускорил шаг Зоро, чтобы не отстать.

Мечник никуда не торопился, поэтому не видел ничего плохого в том, чтобы прогуляться к упомянутому месту жительства, после чего он собирался разузнать всё о Воле и её видах… Будь у Зоро нормальное детство и тогда бы он прекрасно знал, что ему нужно держаться подальше от незнакомых людей, обещающих поделиться с ним вкусными конфетами. Хотя, если говорить начистоту, никаких шансов у него не было изначально, пусть об этом ему и предстояло узнать только годами позже. Кроличья нора, в которую он угодил, не имела дна, что означало бесконечное падение без возможности вернуться обратно.

— …Она хоть и главарь, но больше похожа на чересчур заботливую мамашу. Знал бы ты, как она ревела, когда мой братишка, Эйс, ушёл в плаванье, — Луффи всё тем же бодрым шагом продолжал углубляться в лес. — Да и остальные от неё не отставали.

— Эйс? — мечник так и продолжил послушно следовать за голосом парня, не придав значения тому, что за его спиной сначала сомкнулись ветки кустов, а затем и деревьев.

После этого дня, никто не слышал о знаменитом охотнике на пиратов на протяжении долгих полгода... долгих для Зоро.

Глава 2. Джонни и Йосаку

На окраине небольшой деревни остановился высокий зелёноволосый парень. Лёгкая жёлтая куртка с укороченными рукавами была расстёгнута, открывая вид на тренированное тело. Мешковатые штаны тёмного цвета, чёрные ботинки с толстой подошвой и закругленными носками. На левом ухе покачивалось три серёжки-подвески в виде золотых капель, а закрытый левый глаз пересекал белесый шрам. Однако, что сразу привлекало внимание, так это три меча, закреплённые на широком зелёном поясе — харамаки. Причём, один из мечей заметно отличался от двух своих, надо заметить, довольно простых собратьев. С белой рукоятью, вложенный в искусно сделанные и, опять же, белые ножны. И именно на белой рукояти лежала ладонь парня, а растопыренными пальцами он придерживал два других своих меча.

— Наконец-то город, — облегченно вздохнул Зоро.

Не теряя времени, он устремился к ближайшему зданию с многообещающей для него вывеской. На деревянной табличке, слегка покачивающейся на ветру, неизвестный мастер изобразил полную пенящегося пива кружку и исходящую паром горку жареного мяса на тарелке. Желудок парня громогласно заурчал, из-за чего он невольно прибавил шагу.

Двухстворчатые двери бара раскрылись с лёгким скрипом, впуская Зоро внутрь.

За барной стойкой пожилой мужчина, лицом похожий на гориллу, расставлял на полке бутылки с выпивкой. За той же стойкой, только по другую сторону, сидели два молодых парня, а на их поясах красовались внушительного вида мечи. Один из них, которого мечник про себя тут же окрестил «панком», носил длинный светлый плащ с оборванными рукавами и поражал мир красным могавком на голове, сидел вполоборота к входной двери. И хотя, из-за стильных чёрных очков, не было видно его глаз, Зоро не сомневался, что тот косится в сторону столика, оккупированного небольшой компанией. И вполне понятно почему: там сидел индивид, сразу привлекающий к себе внимание. Высокий, с непропорционально длинными ногами и руками, невероятно худой талией и столь же невероятно раскачанными грудными мышцами и плечами. На свете живёт много людей, которые за что-то взявшись не могут вовремя остановиться и «Франкенштейн» явно принадлежал их числу. Он настолько сильно раскачал свои мышцы, что теперь его плечи находились выше головы, придавая ему откровенно идиотский вид. К тому же, не считая весьма мерзкой рожи, его лоб перечёркивал шрам, словно кто-то когда-то вскрывал ему череп, а под расстёгнутой курткой виднелась бело-полосатая футболка, создающая иллюзию бинтов. Отсюда и «Франкенштейн».

На осмотр внутреннего помещения бара и оценку ситуации Зоро хватило нескольких секунд.

За стойкой сидели явные охотники за вознаграждениями. Соответственно, учитывая их интерес, за голову «Франкенштейна», почти наверняка, была назначена награда. И, исходя из того, что парни до сих пор только сидели и косились, не пытаясь предпринять каких-либо действий, они не имели твёрдой уверенности в своей способности получить назначенную за него награду. Оценив их силу, мечник тут же пришёл к выводу, что они привыкли охотиться за «тысячниками», а «Франкенштейн», опять же, судя по его силе, вполне вероятно входил в разряд «миллионщиков». Иными словами, ребята привыкли получать вознаграждения в тысячах, а за голову «Франкенштейна» давали, как минимум, миллион белли. Вот охотники и не могли решиться: то ли рискнуть, то ли «пропустить»?

Впрочем, в планы Зоро не входило давать им дополнительное время на раздумья.

— За твою голову назначена награда? — без всяких предисловий спросил он, подойдя к столу с веселящейся компанией.

Прежде чем ответить, раскрасневшийся от выпивки «Франкенштейн», в один присест осушил приличных размеров кружку, после чего разразился громоподобной отрыжкой.

— Не знаю, кто ты такой, — грохнув кружкой об стол, начал он, — но советую тебе убраться куда подальше. За меня дают пять миллионов, поэтому если хочешь жить, лучше не зли меня.

— Пять миллионов? — с лёгким сомнением в голосе, переспросил у него Зоро.

Он бы не дал за него и двух, а тут целых пять? Верилось с трудом.

— Что удивлён, да?! — расхохотался пьяный бандит, оглядывая своих людей, предлагая им присоединиться к его веселью.

Однако никто его не поддержал. Более трезвые подчинённые «Франкенштейна» уже давно тряслись от страха и обливались холодным потом. Потому как, в отличие от своего сильно поддатого босса, они практически сразу заметили три меча на поясе подошедшего к ним мечника, а затем ещё его зелёные волосы и шрам через глаз. Все эти характерные черты не сулили им ничего хорошего. Слухами, как говорится, земля полнится. И самые жуткие из них ходили об одноглазом зелёноволосом охотнике на пиратов с тремя мечами.

— Б-босс… — дрожащим голосом начал один из подчиненных бандита, но Зоро не дал ему закончить.

Мечник узнал для себя самое главное: остальные мелочи его не волновали. Он слегка сместил свою ладонь, положив её на рукоять одного из простых мечей. В следующее мгновение, казалось без всякой видимой на то причины, «Франкенштейн» опрокинулся на спину, рухнув на пол вместе со стулом. Несколько секунд ничего не происходило, а затем из груди упавшего мужчины ударил целый фонтан крови. Ни у кого не возникло ни малейших сомнений в его смерти.

— Здесь ни за кого ещё награду не дают? — спокойным голосом осведомился Зоро у полумёртвых от ужаса бандитов; его ладонь вновь покоилась на рукояти белого меча.

Вместо ответа, уже абсолютно трезвые прихлебатели мёртвого «Франкенштейна», разом ломанулись к выходу, едва не снеся дверь с петель.

Проводив их взглядом, мечник повернулся к хозяину бара и охотникам. На поверку они оказались ещё более бледными, чем убежавшие бандиты. И, судя по напряженным позам, в любой момент были готовы последовать их примеру... в смысле, как и бандиты, убежать куда подальше.

— Прошу прощения, — слегка склонил голову Зоро. — Я тут немного наследил, — повинился он, обращаясь к хозяину бара, после чего перевёл взгляд на сидящих охотников и добавил: — А у вас, по-видимому, увёл добычу.

— Д-да ничего, п-приберу, — выдавил хозяин.

— М-мы т-тоже не в-в об-биде, — дружно сглотнули охотники.

— Нет, так не пойдёт, — покачал головой мечник. — Предлагаю сделать всё по справедливости. Вы сейчас берёте тело и сдаёте его дозорным. Если он не соврал, то за него дают пять миллионов. За мёртвого дадут на тридцать процентов меньше, но даже так получится неплохая сумма. И если вы заплатите хозяину за доставленные неудобства и еду, что я сейчас съем, мы будем в расчёте. Идёт?

Охотники молча переглянулись.

— Идёт! — ответил второй, что походил на хиппи со своими длинными, слегка вьющимися, светлыми волосами и джинсовой, несколько потрёпанной, куртке.

— Тогда договорились, — довольно кивнул Зоро, направившись к стойке.

Он был рад избавиться от необходимости возиться с получением награды.

— Пошли, партнёр! — хлопнул по плечу своего товарища «хиппи».

— Конечно, партнёр! — кивнул «панк». — Спасибо за награду, — неожиданно для мечника, обратился он к нему. — Честно говоря, мы не были уверены, что сможем с ним справиться.

И хотя Зоро знал об этом изначально, его всё равно слегка удивило, что парень признался в их слабости.

— Ничего страшного, — усмехнулся он. — Даже если и так, по крайней мере мне не придётся иметь дело с дозорными. Большинство из них меня раздражают не меньше пиратов с бандитами, а иногда и больше.

— Ты... ты ведь Ророноа Зоро, да? «Убийца Пиратов» Зоро? «Три Меча» Зоро?

Охотники и принесший еду хозяин, замерли на месте, пристально глядя на парня.

— Так меня люди прозвали, — равнодушно пожал плечами тот. — Я не специально начал охотиться на пиратов. Просто много путешествую и мне нужны деньги, и когда попадаются пираты с наградой за их голову… — не закончив, он взял ложку и принялся ударными темпами уничтожать поставленный перед ним плов.

Мечник благоразумно решил не упоминать, по каким ещё причинам он охотился на пиратов в последние полгода.

Парни, немного постояв, переваривая услышанное, затем подхватили мёртвого «Франкенштейна» под руки и, оставляя за собой кровавый след, потащили его сдавать в местное представительство Морского Дозора. К тому моменту, когда они вернулись обратно в бар, — вернее, правильнее будет сказать, ворвались обратно в бар, — Зоро, съев пять порций плова, допивал уже четвёртую бутылку вина.

— ЗОРО-САН!!! — влетев внутрь, словно ненормальный заорал «панк», отчего делающий очередной глоток мечник невольно закашлялся.

— БЕДА, ЗОРО-САН!! — не менее громогласно вторил ему влетевший следом «хиппи».

— Чего вы так разорались? — сиплым голосом спросил у них Зоро.

Он принялся слегка постукивать себя по груди, пытаясь откашляться.

— У бандита, которого вы недавно убили, есть брат! — эмоциональной начал «панк».

— За него дают десять миллионов! — перебил его «хиппи».

— И прямо сейчас он грабит склады деревни…

— Этой деревни!

— Бандиты, которые убежали раньше, всё ему рассказали…

— И теперь он знает, что вы убили его брата…

— Как только он и его банда закончат грабить склады, они тут же направятся сюда! И если они вас не найдут, то выместят свой гнев на местных жителях!

Зоро снова присосался к бутылке, и не отрывался от неё, пока не иссякло всё её содержимое.

— Так в чём проблема-то? — поставив пустую тару на стойку, поднялся он со стула. — Пять миллионов мне, а всё остальное вам, если сдадите за меня его труп дозорным.

Глаза охотников заметно увеличились в размерах, а челюсти, явно повинуясь законам гравитации, изо всех сил устремились к земле.

— Не забудьте оплатить мой счёт, — проходя мимо замерших в ступоре парней, Зоро дружелюбно похлопал по плечу «панка».

Однако стоило ему выйти из бара и сделать несколько шагов, как его внимание привлёк звук отдаленного взрыва, а, повернув голову, он увидел столп чёрного дыма, поднимающегося неподалёку от деревни. Не нужно быть гением, чтобы понять, в какую сторону необходимо идти. И парень пошел. Спокойной походкой, никуда особо не торопясь, по давно уже сложившейся привычке. После еды он вообще предпочитал спать, поэтому совершать какие-либо резкие телодвижения ему было откровенно лень. Учитывая подобное отношение и тот факт, что пару раз он умудрился сбиться с пути, совсем неудивительно, что до складов он добрался тогда, когда бандиты уже успели вытащить на улицу все запасы деревни. Здесь же он увидел стоящих прямо перед грабителями «хиппи» и «панка». На счастье охотников, бандиты хоть и собрались ими заняться, но всё-таки ещё не успели ничего сделать. Правда, неподалеку сидел на земле изрядно побитый пацан лет восьми, одетый в какую-то самодельную броню. Мечнику сразу стало понятным, почему «партнёры» полезли на человека, чья награда в два раза превосходила награду «Франкенштейна», которого они откровенно побаивались трогать. Эти ребята нравились ему всё больше и больше.

— Я смотрю, вы никак решили сделать всю работу за меня? — полувопросительно произнёс Зоро, неспешной походкой направляясь в сторону кучки бандитов во главе со здоровым мужиком, что держал на плече ещё более здоровую пушку, судя по всему, стреляющую самыми настоящими ядрами.

Мечнику было не в первой видеть подобное убожество.

— ЗОРО-САН!!! — дружно и с явным облегчением воскликнули охотники.

А вот реакция бандитов оказалась предсказуемо противоположной. До этого они все стояли в расслабленных позах, даже не удосуживаясь взяться за свои мечи, но стоило им услышать имя парня и увидеть его самого, как они мгновенно схватились за оружие.

— Так ты и есть тот ублюдок, что убил моего братишку?!! — взревел моментально покрасневший от ярости здоровяк и, вскинув свою «мега-пушку», без всяких предисловий нажал на курок.

За мгновение до выстрела ладонь Зоро привычно сместилась с белой рукояти на чёрную. Грянул выстрел, из пушки вылетело ядро, а затем по окрестности разнесся звонкий звук удара железа по железу. Словно по волшебству, летящее в парня ядро отрикошетило обратно в дуло пушки. Раздался взрыв, громкий крик боли, после чего, в клубах чёрного дыма, изрядно покарябанный осколками, на землю рухнул главарь бандитов и его развороченная взрывом пушка. Однако, здоровяк, на поверку, оказался довольно крепким орешком — вскочил он практически сразу.

— ПАРНИ!!! — схватившись за висящий на его бедре меч, проревел он. — ПОРЕЖЕМ НА КУСКИ ЭТУ СВОЛОЧЬ!!!

И вся братия, подстегнутая примером своего главаря, издавая яростные крики, бросилась на Зоро... что до сих пор так и не убрал руку с меча с чёрной рукоятью. Всё закончилось в одно единственное мгновение... как это всегда, в последнее время, и бывало со всеми его битвами. Вот он стоит прямо перед бегущей толпой, что уже дружно замахнулась для единовременного удара, а в следующее мгновение уже неторопливой походкой идет за их спинами. И его ладонь привычно лежит на белой рукояти.

— Куда он делся? — принялись оглядываться бандиты.

— Смотрите, вот он! — заметил один из них Зоро, что неспешной походкой шёл к сидящему на земле пареньку.

— Держите... гха! — начав говорить, один из бандитов, словно подкошенный, рухнул на землю.

— Эй, что с... аргх! — схватившись за окрасившуюся кровью грудь, рухнул другой.

Словно только этого и дожидаясь, бандиты начали падать один за другим. Последним, лицом в землю, рухнул сам главарь. Собравшийся народ в шоке застыл на месте, настолько сильное впечатление на них произвела быстрая и беспощадная расправа над бандитами. Ещё минуту назад местные жители считали их непобедимыми.

— Пацан, ты как, целый? — подойдя к сидящему мальчику, спросил его Зоро.

— А? — только и ответил тот.

— Я говорю ты как, в порядке? — опять поинтересовался у него мечник. — Ничего не сломано?

— Н-нет... вроде.

Зоро оглядел побитого мальчика, его самодельную броню, а ещё валяющиеся неподалёку молоток и пилу, которые пацан явно хотел использовать в качестве оружия.

— Ты пытался защитить склады? — наконец, спросил его мечник, прекрасно зная ответ на свой вопрос.

— Д-да… — ответил мальчик, но тут же опустил голову: — Только я ничего не смог сделать.

— Это нормально, — слегка улыбнулся Зоро. — Сильными не рождаются, сильными становятся. Ты храбрый и у тебя есть желание защищать дорогие твоему сердцу вещи. Если действительно захочешь, со временем обязательно сможешь стать по-настоящему сильным, но до тех пор постарайся быть осторожнее. Мёртвым ты уже никого, ничто и никогда не сможешь защитить.

— Д-да... я обязательно стану сильным! — и, посмотрев в сторону тел бандитов, он добавил чуть тише, но ещё более решительно: — Обязательно!

С улыбкой кивнув, мечник направился к шепчущимся охотникам.

— Ророноа Зоро! — резко развернулись они к нему.

Каждый из них, поставив локоть одной своей руки на кисть другой, подпёр кулаком свой подбородок. Как предположил мечник, так в их представлении выглядела «крутая поза».

— Мы хотели бы посвятить свои жизни тебе! — произнёс «панк».

— Плачущие дети затихают, слыша наши имена, — подхватил «хиппи».

— Охотники, ходящие по самому лезвию ножа! — добавил «панк».

— Йосаку и Джонни! — хором закончили они.

Так, из их идиотского представления, Зоро выяснил, что «хиппи» зовут Йосаку, а «панк» отзывался на имя Джонни. А ещё получалось, что он совершенно неожиданно приобрёл двух последователей. Вот только эти ребята... они ведь совершенно точно кое-что недопонимали!

— Прежде чем мы продолжим разговор, давайте сначала закончим здесь, — кивнул он головой в сторону мёртвого тела, стоимостью в семь миллионов белли.

— Конечно, Зоро-аники! — выдали парни, тут же устремившись к... к какому-то трупу.

Откровенно говоря, мечник понятия не имел, кого он сейчас убил. Не то чтобы это было чем-то таким уж совсем новым и необычным, — скорее наоборот, — но, в большинстве случаев, он знал имена тех «наградных» пиратов или бандитов которых убивал. Он об этом специально позаботился. Правда, совсем не из-за их имён. Он не мог позволить упустить потенциальные деньги только потому, что сам Зоро, при встрече, не признал эти самые «деньги» в лицо.

Дотащить тело до местного отделения Морского Дозора, что располагалось совсем неподалёку — отделение из которого не прислали ни одного солдата на подмогу местным жителям! — получить там чек, затем обналичить полученный чек в банке и вуаля! Перед разбуженным, сонно трущим глаз Зоро, — он нашёл длинную широкую скамью, очень подходящую для послеобеденного сна, стоявшую в тени раскидистого дерева, — предстала небольшая сумка.

— Здесь твои пять миллионов белли, Зоро-аники! — радостно произнёс Джонни, протягивая лежащему на лавке парню деньги за убитого бандита.

Как уже говорилось, мечник терпеть не мог после плотного обеда совершать какие-либо телодвижения. Именно поэтому, едва он разобрался с бандитами, а затем вернулся обратно в город, как тут же завалился спать на ближайшей, удобной, широкой лавке, повесив все заботы, связанные с получением награды, на его новоявленных последователей.

— О! Неплохо, неплохо, — раздался голос, от которого всю сонливость Зоро как ветром сдуло, а Джонни, ещё мгновение назад державший сумку с деньгами, недоумённо уставился на эту самую руку, только теперь пустую. — Судя по купюрам номиналом в тысячу белли, и весу сумки, я бы сказал, что сейчас держу в руках... порядка пяти миллионов белли! Неплохо, неплохо, совсем неплохо!

Перед недоумевающими взглядами Джонни и Йосаку предстал Луффи, ничуть не изменившийся с момента встречи с Зоро, хотя уже успел минуть целый год. Усевшись на спинку лавки, он бесцеремонно копался в сумке с деньгами принадлежащими мечнику.

— Эй! Это не твои деньги! — справедливо возмутился Джонни.

— Точно! Если хочешь жить, лучше верни их немедленно! — добавил Йосаку.

Однако, вместо сумки с деньгами от Луффи, они оба получили кулаками по головам от Зоро, в один момент появившийся прямо за их спинами. Его удары оказались достаточно сильными, чтобы незадачливые охотники на пиратов отправились пахать носами землю.

— З-зоро-аники? — держась за голову, первым поднялся на ноги Йосаку.

— З-зоро-аники, ты знаешь этого парня? — так же держась за голову, поднялся следом Джонни.

— Это мой капитан, идиоты! И если хотите жить, никогда в жизни не требуйте с него деньги!

— Капитан?! — дружно удивились охотники на пиратов.

Удивление Джонни и Йосаку было вполне оправданным. Несмотря на множество слухов о Ророноа Зоро, которого, в последнее время, всё чаще и чаще называли просто «Убийцей Пиратов», чем «Три меча» или «Охотником на пиратов», никто никогда не упоминал, что он состоит в чьей-то команде.

— Зоро, ты не рассказывал обо мне своим старым друзьям?! — Луффи, схватившись за грудь, шокировано уставился на мечника.

— Значит так… — начал тот, но тут же был перебит.

— Неужели я настолько плохой человек, что ты отказываешься упоминать моё имя, в присутствии своих друзей?

— Да мы только…

— Моя правая рука, мой самый верный человек, мой первый член семьи! И при всём при этом он стыдится знакомству со мной!

— Нет, серьёзно, может уже…

— У меня нет выбора, такой позор может искупить только смерть! — вскочив на ноги и воздев руку к небесам, патетично воскликнул парень, после чего, опустив руку и переведя взгляд на Зоро, буднично добавил: — Твоя смерть.

— Что?!! — закономерно отвисла челюсть у мечника, а затем отвисли челюсти и у Джонни с Йосаку, когда их Зоро-аники оказался глубоко впечатан лицом в землю.

Охотники на пиратов даже не поняли, что конкретно произошло. С их точки зрения, всего мгновением назад Луффи притворно стенал, стоя на лавке, а уже в следующее угрожающе замер над распластанным на земле Зоро.

— Я тебя почти две недели искал, кретин ты топографический! — Под ошарашенными взглядами Джонни и Йосаку, их Аники был поднят с земли за шкирку, перевернут и обхвачен за шею, после чего его усиленно принялись трясти за сдавленную пальцами шею. — Сколько раз тебе можно говорить о том, чтобы ты просто усаживался на задницу и сидел на месте, когда заблудишься?! Какого дьявола ты опять пытался вернуться самостоятельно?! Мне из-за тебя половину Ист Блю пришлось пересечь!!! Если не можешь сидеть на заднице, хотя бы не садись на чужие корабли, иначе в следующий раз я тебя придушу собственными руками!!!

Под теперь уже испуганными взглядами Джонни и Йосаку, Луффи оставил их Аники в покое. Основательно придушенный Зоро, успевший приобрести неестественно синий оттенок лица, рухнул на землю, тут же принявшись жадно глотать воздух ртом и массировать рукой своё передавленное горло.

— Итак, кто же вы у нас такие? — слегка хлопнув в ладоши, широко улыбнулся Луффи, посмотрев на стоящих перед ним Джонни и Йосаку так, словно всё только что здесь произошедшее было не более чем плодом их чересчур разыгравшегося воображения.

Парни дружно сглотнули и невольно придвинулись поближе друг к другу, словно это могло спасти их от стоявшего перед ними монстра. В том, что Луффи был замаскированным под человека монстром, они ничуть не сомневались — для подтверждения им достаточно было взглянуть на всё ещё откашливающегося Зоро.

— М-мы... мы охотники! — неуверенно выдал Джонни.

— На пиратов! — словно болванчик закивав головой, добавил Йосаку.

— Охотники на пиратов? Зоро, я всегда верил, что когда-нибудь ты всё-таки сможешь понять, что такое настоящая ирония! Я так горжусь тобой!

— Причем тут ирония?! — раздражёно отозвался мечник, наконец, окончательно придя в норму. — Они просто увязались за мной, даже не спросив, кто я такой и чем занимаюсь!

Парочка невезучих охотников уставились на Зоро так, словно у того неожиданно выросла вторая голова.

— В смысле, не спросив? — склонил голову на бок Джонни.

— Ты ведь охотник на пиратов, что тут ещё спрашивать? — повторил его жест Йосаку.

— Это меня люди так называют, а на самом деле я пират… Или по крайней мере должен им быть, — после небольшой паузы, добавил заметно поникший мечник.

— Пират?! — вытаращился на него Йосаку.

— Зоро-аники, ты пират?! — вторил ему Джонни.

— Да... наверное... и это мой капитан! — парень ткнул пальцем в широко улыбающегося Луффи.

— Монки Д. Луффи, приятно познакомиться и добро пожаловать на борт, господа новобранцы! — жизнерадостно представился тот, когда невезучая парочка посмотрела на него.

— На борт? — тупо переспросил Джонни.

— Естественно! — легко кивнул в ответ Луффи. — Раз вы решили следовать за Зоро, значит теперь тоже становитесь пиратами.

Железобетонная логика.

— Но... но мы не хотим становиться пиратами? — вместо твердой уверенности в голосе, какой ей полагалось там быть, Йосаку неожиданно понял, что его ответ прозвучал больше как вопрос.

— Получается, вы хотите продолжать оставаться охотниками на пиратов? — уточнил Луффи.

— Да! — теперь уже на самом деле твердо ответил Йосаку.

Конечно же, он не собирался становиться пиратом! И Джонни его целиком и полностью поддерживал! Они гордые охотники за головами, которые никогда не будут пиратами! Никогда в жизни! И точка.

— Что ж... похоже ничего не поделаешь... придётся вас убить.

— ЧТО?!!

— А что вас не устраивает? — снова принялся широко улыбаться Луффи. — Мы — пираты, вы — охотники на пиратов! Две эти категории людей постоянно убивают друг друга, так что и мы не будем отходить от общепринятых норм. Верно же говорю?

— Я вот тут подумал... стать пиратом, собственно, не так уж и плохо, — основательно потея, произнёс Джонни.

Как говорится: «Никогда не говори никогда».

— Согласен! — с энтузиазмом закивал головой Йосаку. — Море, свобода, романтика, что может быть лучше?

— Разве ещё секунду назад вы не хотели продолжать оставаться охотниками? — всё с той же широкой улыбкой на лице, уточнил Луффи. — Вы же не собираетесь меня обмануть? Обманывать нехорошо, и этим полагается заниматься только пиратам.

— С ч-чего бы нам вас обманывать, Луффи-сан? — ещё обильнее стал потеть Джонни.

— И в м-мыслях не было! — с ещё большим энтузиазмом принялся кивать Йосаку.

— Ох, тогда всё нормально и добро пожаловать на борт.

— С-спасибо, Луффи-сан!

— М-мы вас не подведем, Луффи-сан... нет! Луффи-аники!

— Точно, Луффи-аники! Мы не подведём!

— Тогда рассчитываю на вас! — удовлетворённо кивнул новоявленный Луффи-аники. — А теперь шевелите ногами, нас ждут дела!

Стоящий в стороне Зоро, не сумев сдержаться, со смачным шлепком закрыл своё лицо ладонью.

— Зоро-аники, почему ты пират? Как тебя вообще угораздило? — чуть не плача, спросил несчастный Джонни, когда «монстр в шляпе» отошёл от них на некоторое расстояние.

— Просто я сделал то же самое, что и вы, — тяжело вздохнул мечник, двинувшись вслед за своим капитаном.

— То же самое, что и мы? — эхом повторил поникший Йосаку.

— Да, — кивнул зелёноволосый парень. — Связался с человеком, от которого мне следовало держаться как можно дальше.

Невезучие друзья понятливо вздохнули, даже не став спрашивать, с каким таким человеком он связался — тут и так всё было предельно ясно.

— Кстати, бежать не советую, — как бы между делом заметил Зоро. — Теперь он уже знает ваши голоса, поэтому найдёт где угодно и всё станет только хуже. Уж поверьте моему опыту.

— Голоса? — не понял Джонни.

— Как наши голоса помогут ему нас найти? — добавил Йосаку.

— Я говорил не про звук вашего голоса, — помахал рукой мечник. — Скоро и сами всё узнаете. Пусть вы теперь пираты, но, по крайней мере, можете быть уверены, что очень скоро станете неимоверно сильнее. Станете настолько сильнее себя нынешних, что сейчас даже вообразить себе не сможете свою будущую силу… Вы пока просто не имеете представления, насколько вообще может быть силён один человек.

Джонни и Йосаку невольно переглянулись. Стать сильными — это было их целью с самого детства. Конечно, они хотели стать сильными, чтобы ловить плохих людей, но Сила есть Сила. Такое обещание звучало более чем привлекательно.

— И всё-таки, Зоро-аники, если ты пират, почему все говорят о тебе, как об охотнике на пиратов? — спросил Джонни.

— Точно, — кивнул Йосаку, — никогда не слышал, что бы хоть кто-нибудь говорил о тебе, как о пирате… Собственно, как и о том, что у тебя есть капитан.

Раздался тяжёлый вздох.

— Зоро-аники? — дружно спросили парни, видя как поник их старший товарищ, стоило ему услышать их вопросы.

— Дело в том, что мы ещё как бы не пираты, — ответил тот.

— …

— …

— Ага, понимаю вас, — покивал головой мечник.

— В смысле, не пираты?

— Да, это как так?

— А вот так, — снова тяжело вздохнул Зоро. — Сейчас мы занимаемся тем, что ловим пиратов, сдаём их Морскому Дозору, и зарабатываем «лёгкие деньги», как любит говорить Луффи. По его задумке, пиратский флаг мы поднимем только через год... или что-то около того.

— Почему?! — в шоке спросили парни.

— Луффи говорил про обещание своим братьям отправиться в море на своё семнадцатилетие, поэтому раньше поднимать флаг он отказывается… На самом деле, думаю, это только одна из причин, и вряд ли самая важная… Если он вообще считает такое обещание за причину.

— А какие другие? — спросил Джонни.

— Деньги! — не раздумывая, сразу отозвался мечник. — На будущее знайте. Что бы и как бы не говорил вам Луффи, первым делом он думает о том, как бы урвать побольше денег. Впрочем, вторым, третьим, четвёртым, и даже пятым делом он тоже думает о деньгах.

— И зачем ему так сильно нужны деньги? — озадачился Йосаку.

— А они ему и не нужны, — вымученно улыбнулся Зоро.

— …

— …

— Не волнуйтесь, после полугода общения с Луффи вы научитесь игнорировать абсолютно всё. Однако должен сразу вас предупредить, чтобы вы никогда не пытались понять, что происходит в его голове — совершенно безнадёжное дело. Вы не только ничего не поймете, но ещё напрасно потеряете своё время и можете получить психологические травмы на всю оставшуюся жизнь.

Это он ещё не стал их дополнительно расстраивать и говорить, что психологические травмы им обеспечены в любом случае.

— …

— …

— Не волнуйтесь, — опять повторил Зоро и, подняв руки, успокаивающе похлопал по плечам парней, идущих по разные от него стороны, — как я уже сказал, со временем вы привыкните и станете сильнее. Уже хоть что-то, не так ли?

В ответ он услышал лишь не слишком уверенное бормотание.

Глава 3. "Кошка-Воровка" Нами

Внедриться к пиратам? Легко! Дождаться пока у них появится отличная добыча? Без проблем! Конечно, из-за её чрезмерной красоты, неспособной никого оставить равнодушной, ей постоянно приходилось мириться с различными пошлыми намёками и откровенными приставаниями. Однако тут уже ничего не поделать! Это тяжкое бремя она несла на протяжении всей своей жизни, поэтому уже давно успела смириться с этим. Что там дальше? Стащить добычу? Пфф! Тяжелее отобрать конфету у ребёнка! Все пираты тупые до невозможности! Совсем не чета ей, такой умной и красивой, что просто «ах»! Убежать с добычей? Здесь уже не всё так просто и на этом этапе порой возникали определённые трудности.

Для людей, которые сами у всех всё постоянно воруют и отнимают, пираты на удивление жадные сволочи. Вот прям капец! В конце концов, украденное у тебя золото ты и сам у кого-то недавно украл, так, спрашивается, откуда столько праведного возмущения? Почему бы не отдать всё краденое золото одной красивой, умной, очаровательной, миленькой и вообще во всех смыслах превосходной и идеальной девушке? Уж ей-то оно точно нужнее! Правда-правда! Вот честно, она девушка воспитанная — врать не будет. К сожалению, как уже говорилось, все пираты до обидного жадные сволочи, и ни в какую не хотят добровольно расставаться со всем своим золотом. Не то чтобы она хоть когда-нибудь учитывала их мнение, но ведь раздражает, раздражает.

— Стой, воровка! Как ты посмела обмануть нашего капитана?!

— Ты знаешь, что ты сделала?!

— Стой! Иначе только хуже будет!

Если бы Нами в этот момент не находилась в процессе удирания от кричащих ей вслед пиратов, она бы совершенно точно испустила тяжкий вздох, полный усталости. Она давно уже отчаялась понять, почему все пираты так похожи друг на друга. Уж скольких она ограбила, а реакции всегда одни и те же. Можно сказать ей надоело, и хотелось разнообразия. Впрочем, все эти мысли ничуть не мешали ей анализировать сложившуюся ситуацию, и искать пути к спасению... хотя бы условному.

На самом деле Нами продумала план побега, со своей добычей, ещё до начала кражи. Да не один план, а сразу несколько: иначе в её деле никак. Одна единственная ошибка может стоить слишком многого, где её собственная жизнь далеко не на первом месте. Опять-таки, даже если план побега тщательно продуман, это не означало, что его нельзя улучшить, так сказать, в процессе исполнения. Импровизация наше всё! В таком случае и проблем меньше. Особенно когда для улучшения плана не нужно прилагать каких-либо особых усилий.

Скорый и недобровольный помощник Нами, как обычно с ними и бывало, сам попался ей на глаза. Сильный и не особо законопослушный на вид, возможно очередной бандит или пират, то есть идеальный выбор для жертвы... в смысле, помощника! Она сказала жертвы? Конечно же, помощника!

Высокий рост, широкие плечи, примечательные зелёные волосы и белесый шрам, перечеркивающий левый закрытый глаз. На правом ухе покачивались три золотых подвески на клипсах, распахнутый на груди тёмно-зелёный халат, обвязанный вокруг талии красным поясом, на котором удерживались три меча сразу. Чёрная бандана, повязанная вокруг левого плеча, чёрные штаны, заправленные в чёрные сапоги, и зелёный харамаки виднеющийся из-под халата. Хотя, конечно, больше всего в парне привлекали внимание его три меча на поясе… Три меча…

На мгновение Нами испытала какое-то смутное чувство тревоги, но она тут же от него отмахнулась. Когда за тобой гонится толпа пиратов, было бы удивительно не испытывать ни малейшего беспокойства. В конце концов, в жизни могло случиться всякое, и даже тщательно продуманные планы имели все шансы полететь в тартарары из-за какой-нибудь одной, незначительной, мелочи… Собственно, в этот раз, именно так оно всё и получилось. Хотя называть мелочью заблудившегося и страдающего от скуки Зоро — верный путь на небеса.

Нами понятия не имела с кем именно решила связаться в этот раз. Она даже не подозревала, что в тот самый момент, когда увидела идущего ей навстречу мечника и приняла решение сделать его своим невольным помощником, её дальнейшая судьба сделала крутой поворот, устремившись в совершенно невероятном направлении. И хотя, в конечном счёте, судьба девушки всё равно бы сделала этот роковой поворот, своими действиями она значительно ускорила изначально предполагающиеся события. К её сожалению, она всё ещё пребывала в блаженном неведении относительно своего ближайшего будущего. Или к счастью. Здесь сложно так сразу сказать.

— Босс, Босс! — Нами радостно замахала рукой, не осознавая, что, конкретно сейчас, её жест равносилен ритуалу призыва самого Дьявола. — Как я рада, что вы здесь! — остановилась перед Зоро слегка запыхавшаяся девушка. — За мной гонятся, поэтому я рассчитываю на вас! — И убедившись, что её преследователи достаточно близко, добавила звонким голосом: — Босс, я оставляю их на вас! Задайте им жару!

И с этими словами Нами, одарив мечника своей сияющей улыбкой, проскользнула мимо него и устремилась… Никуда она не устремилась. Замерев с поднятой ногой, мгновенно побледневшая девушка застыла на месте, боясь лишний раз вздохнуть. Скосив глаза вбок и вверх, она увидела равнодушный взгляд карего глаза, направленный на её преследователей. Словно парень и не держал никого за горло своей лапищей, хватка которой, по её субъективным ощущениями, куда лучше подходила железным тискам, нежели человеческой руке.

И всё же, в любой другой раз Нами обязательно бы попробовала заболтать схватившего её Зоро или, на худой конец, попыталась бы вырваться, но только не в этот раз. Слишком знакомой показалась ей хватка, моментально пробудив чересчур много погребённых воспоминаний. Очень плохих воспоминаний. Всего на несколько секунд, но она вновь почувствовала себя десятилетней девочкой, что беспомощно дергается в руках ублюдка Арлонга. И этих секунд вполне хватило её преследователям. Когда она взяла себя в руки, все пути к спасению уже были отрезаны: она оказалась окружена. Или правильнее будет сказать, они оказались окружены? Потому что схвативший её Зоро не спешил ослаблять свою хватку.

— Эй, братишка, спасибо, что поймал её для нас, — обратился к мечнику самый здоровый из преследователей.

— Думаешь, нам действительно стоит его благодарить? — озадачился другой.

— Ага, она ведь назвала его своим Боссом, разве нет? — спросил третий.

— Тогда зачем он её поймал? — резонно возразил первый.

Пока десяток мужиков, взяв Зоро и Нами в кольцо, увлечённо перепирались между собой, мечник медленно осмотрелся по сторонам. Обветренные загорелые лица, мощные накачанные фигуры, сабли в руках, банданы на головах, и, самое главное, наколки пиратского флага, вытатуированные на оголенных плечах некоторых мужчин. Затем Зоро скосил глаз на Нами в своей руке, а потом и на небольшой мешок в который она вцепилась мёртвой хваткой. Чуть подумав, он, продолжая держать её за горло, слегка приподнял её над землёй и, немного покачав на весу, опустил обратно. Ситуация мгновенно прояснилась. В мешке, едва ли не равном весу самой девушки, за которой так упорно бежала толпа пиратов, могло быть только золото. Поправка. Украденное у пиратов золото. И учитывая, чем конкретно занимался Зоро весь последний год, после того как он снова отправился в море, ему даже не нужно было гадать, кого именно он сейчас поймал.

— «Кошка-Воровка», не так ли? — спросил он девушку.

Глаза Нами моментально приняли идеально круглую форму.

— Ч-чт-то?!!

— Ты ведь Нами, так? «Кошка-Воровка», которая грабит пиратов? — терпеливо переспросил мечник.

— Эмм… — невнятно промямлила она.

Нами принялась лихорадочно соображать, кто такой Зоро и откуда он мог знать её имя и прозвище, и чем всё это может ей грозить. Особенно её взволновало упомянутое прозвище! Под ним она была известна среди пиратов, которых она когда-то ограбила. Неужели нарвалась на свою бывшую жертву? Тем более Зоро казался ей знакомым! Или нет? Разве она вообще хоть когда-то пересекалась с ним? И если пересекалась, как умудрилась забыть встречу с настолько запоминающимся человеком?

Мысли Нами носились как сумасшедшие.

Она изо всех сил пыталась проанализировать все известные ей факты, чтобы суметь выдать однозначно верный ответ, который помог бы ей не только остаться в живых, но и при деньгах. Сбежать уже так и так не могла, а, признав свою личность, появлялись варианты. Первый, и самый маловероятный: ей могут помочь. А что? Вдруг она наткнулась на доброго самаритянина или ярого ненавистника пиратов, такого же как она сама? Правда, как честно признавалась себе девушка, подобный вариант звучал откровенным бредом даже в её собственной голове. Жизнь ещё ни разу не бывала к ней настолько щедрой, так с чего бы ей начинать сейчас? Второй вариант заключался в том, что её поймал наёмник, которому пообещали награду за её голову. Третий вариант мало чем отличался от второго. Суть его состояла в том, что схвативший её мечник был как-то связан с некогда ограбленными ею пиратами. Например, новый член команды. Уж всяко-разно не старый! Она бы точно никогда не смогла забыть кого-то настолько запоминающегося, если бы раньше встречалась с ним лично.

В итоге, так и не придя к какому-то одному однозначно верному выводу, девушка всё-таки решила рискнуть и сказать правду:

– Да, я воровка, которая грабит пиратов! — созналась она после несколько затянувшейся паузы, искренне надеясь, что никто не приказывал прирезать её на месте.

Теперь Нами могла надеяться только на удачу! Первый вариант развития событий стал бы идеальным для неё. Настолько идеальным, что она вообще не верила в такую возможность. Именно поэтому она готовилась к осуществлению либо второго, либо третьего варианта. И лихорадочно соображала, что будет делать, если выпадет четвёртый — тот самый, где её прирежут на месте. Девушка не без оснований полагала, что если Зоро начнёт качать права перед её преследователями, между ними, почти наверняка, начнётся заварушка, и тогда у неё мог появиться неплохой шанс на побег. В её представлении ни один мечник не способен сражаться, удерживая её за горло. А чтобы он начал именно сражаться, и не пытался прирезать её на месте, она решила подлить масла в огонь:

— У меня полный мешок золота и оно всё твоё, если ты мне поможешь! — выпалила Нами.

Естественно, в её представлении, кем бы в итоге не оказался Зоро, самаритянином, наёмником пиратов, членом пиратской команды или обычным убийцей, отдавать ему свои деньги — раз украла, значит её! — она не собиралась. Конечно, самому мечнику об этом факте знать не полагалось. Вот только, вместо какого-либо конкретного ответа на прозвучавшее обещание, он лишь громко и насмешливо хмыкнул. Зоро ничуть не сомневался, что обещание девушки поделиться золотом не стоило и жалкого белли. Пусть Нами никак не могла этого знать, но парень услышал в её голосе очень знакомые ему, жадные до денег, нотки. Он знал только одного человека, в голосе которого частенько проскальзывали похожие нотки, и этот человек никогда не упускал попавшие ему в руки деньги.

— Эй, это наше золото! — услышав столь наглое предложение девушки, возмутился самый здоровый из пиратов и, судя по всему, командир преследователей. — Братишка, предлагаю разойтись по-хорошему, — обратился он к Зоро. — Ты отдаёшь нам девчонку и идёшь, куда шёл. Мы друг друга не знаем, и у нас нет причин ссориться… Если ты, конечно, действительно не её Босс, тогда можешь считать, что мы уже в ссоре.

Мечник с удивлением понял, что, несмотря на свой внешний вид, — а выглядел пират самым тупым и здоровым из всех присутствующий, — заговоривший с ним мужик выгодно отличается от всех остальных своих товарищей явным наличием мозга. Тут нужно заметить, что наличие мозга у пиратов чрезвычайно редкое явление! Будучи охотником на этих самых пиратов с неплохим стажем, Зоро знал об этом не понаслышке.

— Вы пираты? — после непродолжительной паузы, ответил он вопросом на вопрос.

Парень решил, чисто на всякий случай, подтвердить свои ранее сделанные выводы о причинах преследования Нами. Хотя она уже, фактически, и так их подтвердила, озвучив своё предложение, но влияние Луффи есть влияние Луффи. И это влияние «говорило» ему о том, что никогда не следует упускать случая, перепроверить уже имеющуюся у него информацию, насколько бы достоверной он её не считал. В некоторых вещах Луффи был настоящим параноиком и старательно взращивал точно такую же паранойю у всей своей семьи. И, надо признать, не без причины. За прошедшее время вся их семья успела стать настоящей «костью в горле» у большого числа людей, и многие шли на довольно изощренные поступки, чтобы от них избавиться. Шансов, конечно, у таких людей не было никаких, но, тем не менее, паранойя Луффи не раз спасала всю их семью от различной головной боли. Или преждевременного объявления всему миру о такой незначительной мелочи, как тот факт, что никакие они не охотники на пиратов, а самые что ни наесть настоящие пираты.

— Да, — вслед за Нами, подтвердил здоровяк выводы Зоро. – Мы пираты «Бешеного» Вилли! Слышал о таком?

— За вашего капитана дают награду? — уже куда более заинтересованно уточнил мечник.

— Конечно! Капитан Вилли по прозвищу «Бешеный», с наградой за голову в девять миллионов! И если тебе дорога твоя жизнь, то лучше с ним не связывайся — он совершенно беспощадный!

— Понятно, — кивнул Зоро, после чего Нами обнаружила себя сидящей на земле. — Извините ребята, но девушку я вам не отдам, — добавил он, вытягивая две катаны из их чёрных ножен.

— Зря ты так с нами, братишка, — оскалился главарь. — Мы вполне могли разойтись по-хорошему.

— Вот это вряд ли, — покачал головой мечник, — вы ребята даже не представляете, какой у меня капитан. Любой хомяк от зависти удавится по сравнению с ним. Он не упустит случая добавить в свою копилку награду за голову вашего капитана… А также всю вашу провизию и всё, что ему приглянётся на вашем корабле… Да и сам корабль тоже. Его девиз: экспроприируй экспроприированное.

А в ответ тишина.... И совершенно «пустые» взгляды. Один только здоровяк заметно нахмурился, подтверждая выводы Зоро о том, что в голове его противника действительно есть мозги, а не только кость.

— Простите, — вздохнул он, решив сжалиться над остальными, ничего не понимающими, пиратами, — я имел в виду, что девиз моего капитана: грабь награбленное. И самое любимое его занятие грабить пиратов и получать за них вознаграждение. Он находит это ироничным… Надо признать, я тоже.

А в ответ опять тишина… Хотя, как, опять же, невольно отметил мечник, пират-здоровяк нахмурился ещё сильнее, и стал подозрительно оглядываться по сторонам… То ли подельников Зоро пытался найти, то ли прикидывал, куда ему бежать.

— Ладно, забыли, — снова вздохнул мечник и взмахнул одной из своих катан.

— Гья!

— Аргх!

Два бандита разом рухнули на землю, буквально перерубленные пополам.

— Ах ты су… — покатилась по земле отрубленная голова главаря.

Пусть он и обладал мозгами, но всё-таки оказался недостаточно умён, чтобы дать дёру сразу же, как только Зоро убил первых двух… Или чувство ответственности за своих людей сыграло свою роль?

— Ублюдок! — умерло ещё трое, включая того, кто решил привлечь внимание к себе столь нелестным высказыванием в адрес мечника.

И тут до остальных, наконец, дошло, в какую задницу они попали, а уже мгновение спустя оставшиеся пираты осознали и её поистине гигантские размеры, когда один из них сумел опознать их противника:

— «Убийца Пиратов» Зоро!

Сообразительный малый тут же поплатился жизнью за свои слова, зато оставшаяся троица, не сговариваясь, бросились наутёк — чтобы умереть буквально через несколько шагов. Вся бойня заняла что-то около десяти секунд. Десять жалких секунд и Нами обнаружила себя сидящей посреди совершенно пустынной улицы, в окружении десятка мёртвых пиратов и одного их совершенно спокойного и равнодушного убийцы. Многочисленные прохожие, что были здесь ещё буквально минуту назад, незамедлительно исчезли куда подальше, стоило им только «почуять запах» назревающего конфликта.

— Ты навигатор? — встав напротив сидящей Нами, спросил Зоро.

— А? — только и смогла ответить, всё ещё шокированная девушка.

— Я спрашиваю, ты навигатор?

— Д-да… — ответила Нами. — Одна из лучших! — тут же по привычке добавила она.

— Одна из лучших? Хм…

Мечник оглядел сидящую перед ним девушку. Лет семнадцати на вид, рыжеволосая, стрижка каре, светло-карие глаза, красивые черты лица и фигура в форме песочных часов. Полосатая футболка с коротким рукавом привлекательно облегала заметного размера грудь и плоский животик, а чуть загорелые бёдра кое-как прикрывала мини-юбка тёмно-оранжевая цвета. На ногах красовались открытые босоножки на высоком каблуке выбранные под цвет юбки. И если бы Зоро не видел всё произошедшее собственными глазами, он бы никогда не подумал, что с каблуками такого размера вообще возможно бегать, да ещё так быстро. После смерти Куины, — его лучшего друга детства и Самого Главного Соперника, — он никогда особо не обращал внимания на женщин, предпочитая проводить всё своё свободное время за тренировками или выпивкой, но, как и любой нормальный парень, вполне способен оценить женскую красоту. И сидящая перед ним девушка выглядела однозначно красивой.

— Знаешь... бежала бы ты с этого острова куда подальше, и как можно скорее, — после пристального осмотра, вынес он свой вердикт.

Зоро стало её по человечески жалко, ибо он отчётливо себе представлял, что ожидало Нами, если она не сумеет избежать встречи с Луффи.

— А? — опять только и смогла произнёсти девушка.

— Я говорю тебе, беги отсюда. Беги как можно скорее и как можно дальше, иначе он тебя найдёт и будет поздно. Лучше не рискуй и вообще уплывай из Ист Блю, так у тебя будет больше всего шансов избежать встречи с ним. В противном случае, он тебя обязательно найдёт.

От такой проникновенной речи, Нами почувствовала, как у неё забегали мурашки по коже. Она ничего толком не поняла, но зато вполне оценила настрой парня. Это ни фига не походило на какую-то шутку! К несчастью для неё, прозвучавшее предупреждение сильно запоздало.

— А нельзя ли и мне поучаствовать в вашем, безусловно, интересном разговоре? — раздался мужской голос из-за спины мечника, из-за чего тот мгновенно побледнел лицом, а его лоб покрылся заметной испариной. — И, Зоро, не соблаговолишь ли ты мне объяснить, кто этот твой некто «он»? Честное слово, мне очень интересно!

— Луффи, я нашёл твою «Кошку-Воровку»! — отступив в сторону, он тут же без всяких раздумий сдал девушку.

Доброта, как говорится, добротой, но своя шкура дороже!

Всё ещё сидящая на земле Нами оценила новое действующее лицо. Модные открытые шлепанцы на ногах, длинные, какого-то тёмно-зелёного, кислотного цвета шорты, тёмно-фиолетового, опять же, кислотного цвета футболка с коротким рукавом. Глаза скрыты под солнцезащитными модными очками, сквозь стекло которых виднелся небольшой шрам под левым глазом, и копна чёрных волос, прикрытая старой, заметно потрёпанной, соломенной шляпой. Другими словами, представший перед ней парень, на её непредвзятый взгляд, выглядел, если и не совсем безобидно, то где-то рядом… Особенно на фоне Зоро, стоящего в окружении валяющихся окровавленных трупов, которых он сам и понаделал. И при этом всём, как она поняла по реакции мечника, именно безобидно выглядящий парень был главным в их дуэте.

— Нашёл «Кошку-Воровку»? — переспросила она, когда до неё окончательно дошёл смысл сказанных слов. — Вы меня искали? Зачем?

Нами почувствовала, как её сердце стремительно уносится куда-то в район пяток. Она сразу вспомнила обо всех своих предположениях относительно замершего рядом с ней Зоро. И, учитывая, свидетельницей чему она стала минутой ранее, девушка совершенно отчётливо понимала, что сбежать у неё не получится. А если всё-таки и получится, то точно не сейчас. Только не тогда, когда рядом с ней находится подобная Машина Смерти. До сегодняшнего дня она и не подозревала, что на свете существуют люди, которые вполне могут сравниться по силе с ненавистными ею рыболюдьми. Однако знаменитый на всё Ист Блю мечник служил отличным тому доказательством.

В ответ на вопрос Нами, Луффи опустился перед ней на корточки:

— Как насчёт того, чтобы присоединиться к нашей семье? — с широкой улыбкой предложил он.

— Э-э-э... чего? — девушка много чего ожидала, но точно не такого, поэтому и её ответ оказался соответствующим.

— Луффи, а я ведь предупреждал, что тебе всё время придётся объяснять, — произнёс Зоро, за что удосужился обиженного взгляда парня.

— Эй, только настоящая семья способна сделать меня Королём Пиратов, обычная команда с этим не справится!

— Королём Пиратов? — невольно повторила вконец растерявшаяся Нами.

— Мы — пираты! — Луффи гордо ткнул себя пальцем в грудь. — И нам нужен отличный навигатор, чтобы он смог провести нас через любое море!

Вот теперь до девушки всё окончательно дошло, и ответ на сделанное предложение у неё мог быть только один:

— Я никогда не стану пиратом! — яростно выпалила она.

— Хм… — сидящий перед ней на корточках Луффи внимательно посмотрел в её глаза, поверх своих моднявых очков. В ответном взгляде Нами плескалось целое море презрения, ярости, злости, отвращения и ещё чёрт пойми чего. Сразу можно было сказать, что она очень-очень сильно не любит пиратов. Однако парня такой расклад ничуть не смутил, и он спокойным голосом задал ей один простой, но убойный для неё вопрос: — Тогда, как ты объяснишь свою татуировку на левом плече?

Девушка тут же невольно накрыла упомянутое плечо ладонью, хотя надетая на ней полосатая футболка, и так всё прекрасно закрывала.

— Откуда... откуда ты узнал? — с отчётливыми нотками страха в голосе, спросила она.

— Я, знаешь ли, не просто так выбрал тебя своим навигатором, — с лёгкой улыбкой на губах, пояснил Луффи. — Если бы мне был нужен просто отличный навигатор, я бы нашел такого уже давным-давно. Однако мне нужны люди, у которых за душой есть нечто большее, чем просто навыки. И, судя по тому, что я о тебе разузнал, ты нам полностью подходишь.

— Я... я же уже сказала…

— Что никогда не будешь пиратом? Тогда повторяю свой вопрос: как ты объяснишь татуировку на своём плече?

— …

— А хочешь, я поделюсь своей теорией?

— ?

— Судя по собранной мною информации, ты начала воровать очень рано. И пираты, в основном, брали тебя к себе в качестве непревзойдённого навигатора и картографа. Потом ты дожидалась, когда пираты возьмут крупную добычу, после чего обворовывала их и исчезала с корабля. Исчезала ты, когда по-тихому, а когда, как, например, сегодня, напоследок громко хлопнув дверью. Работаешь ты по всему Ист Блю, кроме одного-единственного района. Района, который, по моей информации, контролируется пиратской командой рыболюдей, приплывших в наше море около восьми лет назад из Гранд Лайна. Команда, где в роли капитана выступает некий Арлонг, чей пиратский флаг и вытатуирован на твоём плече.

— Откуда…

— Впрочем, это была самая лёгкая часть, — продолжил Луффи, не дав откровенно шокированной Нами закончить своё предложение. — Вот дальнейшую информацию получить оказалось куда сложнее. Например, информацию о том, что ты родом из деревни Кокояши, у тебя есть сестра и была мать, которую Арлонг убил лично, после чего ты вступила в его команду… Вроде как он заплатил тебе неплохие деньги, чтобы ты рисовала ему карты. Больше ничего собрать на тебя не сумел, больно уж хорошую блокаду устроили рыболюди вокруг контролируемого ими района. Однако это ничуть не мешает мне спекулировать на соответствующую тему. В частности, строить теории о том, почему тринадцатилетняя девочка, по слухам получающая большие деньги от Арлонга за рисование карт, занялась грабежом пиратов. И почему эта же самая девочка, столь охотно вступила в ряды пиратов убивших её мать? И, наконец, почему, одна знакомая нам девушка, столь люто ненавидящая всех пиратов, вот уже столько лет, не покладая рук, работает на одного из тех самых люто ненавидимых ею пиратов?

Красивое лицо девушки приобрело мёртвенно-бледный оттенок. Она сидела на земле и расширенными от ужаса глазами смотрела на Луффи. По её подбородку медленно стекала кровь из прокушенной губы, но она этого даже не замечала.

— А ты мне об этом ничего не говорил, — то ли пожаловался, то ли обвинил, то ли просто констатировал факт Зоро.

Знай он о таком раскладе раньше, и тогда бы не стал советовать Нами бежать с острова. Он мог часами напролёт перечислять все недостатки своего капитана, но неоспоримые достоинства у Луффи тоже имелись. Мечник отчётливо понимал, что стоит девушке вступить в их семью, и дни «Пиратов Арлонга», терроризирующих её родной остров, будут сочтены. Во всём Ист Блю, такую гарантию могла дать только их семья.

— Нами, что он тебе пообещал? — доброжелательно поинтересовался Луффи, проигнорировав недовольное бурчание своего первого помощника. — Зачем тебе деньги? И почему ты просто не сбежишь?

— Это... это... это не т-твоё дело! — несмотря на попытку казаться твёрдой, предательские слёзы невольно покатились по её щекам. — Т-тебя это вообще не касается! – заявила она.

— А вот здесь ты не права, — покачал головой парень. — Меня это касается и ещё как касается. Я уже давно решил сделать тебя своим навигатором, а значит и членом своей семьи. И я убью любого, кто решит угрожать моей семье, — всё тем же спокойным и доброжелательным голосом, пояснил он. При этом он продолжал смотреть в расширенные глаза девушки с лёгкой улыбкой на лице. Только теперь его улыбка была ласковой, словно у отца смотрящего на свою любимую дочь. Удивительно, но совершенно неподходящее для его возраста выражение лица, выглядело настолько естественным, словно ему было не шестнадцать лет, а все шестьдесят. — А теперь скажи мне, Нами, что пообещал тебе Арлонг за твои деньги?

— … — ничего не ответив, она низко опустила голову.

Предательские слёзы принялись обильно капать с её подбородка.

— Нами, я тебе не враг, слово даю! А даже если бы и был твоим врагом, то от знания твоих мотивов всё равно бы ничего не изменилось.

Аргумент.

— Если... если я принесу Арлонгу сто миллионов белли, он освободит мою деревню. И когда касается денег, Арлонг всегда держит слово.

Зоро и Луффи молча переглянулись, а потом последний недоверчиво спросил:

— Нами... ты что, действительно поверила в подобное обещание?

Девушку от этих слов передёрнуло с такой силой, словно её ударило током, и это всё сказало само за себя. Нет, она не верила в слова Арлонга… Вернее, верила, да не совсем так, как надо. Умом она явно понимала, что Арлонг врёт, но никакой другой надежды у неё не было, поэтому она, с отчаянием утопающего, хваталась за единственную имеющуюся у неё соломинку.

— Знаешь, по моей информации, Арлонг действительно держит своё слово, когда дело касается денег, — снова заговорил Луффи, отчего Нами резко вскинула голову, посмотрев на него с безумной надеждой во взгляде. Сейчас ей, как никогда прежде, хотелось услышать подтверждение тому, что все её усилия не были напрасными. — И, скорее всего, он действительно освободит твою деревню, — продолжил парень, и от его слов, на лице девушки расцвела настолько счастливая улыбка, словно здесь и сейчас исполнились все её мечты. — Вот только ты когда-нибудь задумывалась о будущем? Что случится после того, как ты отдашь Арлонгу деньги, и он освободит твою деревню?

Счастливая улыбка медленно сошла с лица Нами, а в заплаканных глазах появилось ясно читаемое недоумение.

— Так вот, я скажу тебе, что будет дальше. На твоём острове появится свободная деревня. Деревня, в которой, например, нельзя будет укрывать других жителей острова под страхом смерти или очередного захвата. А ещё жителям нельзя будет покидать пределов деревни, не заплатив определённую пошлину. Естественно, за торговлю с другими деревнями им тоже придётся платить. Фактически, ничего не изменится и Арлонг не нарушит данного им слова. Зато он сделает тебе ещё одно предложение от которого ты не сможешь отказаться, чтобы ты и дальше работала на него. Лично я вижу ситуацию именно так.

— …

— Нами?

— А если ты ошибаешься?

— В смысле?

— Если ты ошибаешься, и Арлонг сдержит своё слово так, как надо?! — вытерев ладонями свои мокрые от слёз щёки, девушка с вызовом посмотрела на Луффи.

— Хм.... — поднявшись на ноги, и сложив руки на груди, задумался парень. — Сколько тебе ещё осталось собрать денег? — несколькими секундами спустя, спросил он.

— …

— Нами, эти деньги всё равно не с тобой, — закатил глаза Луффи. — Более того, я уверен, что они спрятаны где-то на твоём родном острове. Поэтому, что бы ты мне ни сказала, получить их у меня не получится. По крайней мере получить, не посещая твоего острова… Острова, окрестные воды которого, напоминаю тебе, плотно контролируются Арлонгом и его шайкой.

Аргумент. Очередной.

— …Тридцать миллионов, — наконец, спустя целую минуту переглядывания с Луффи, неохотно созналась девушка.

— Всего? – удивился тот. — Тогда предлагаю сделку.

— Какую?

— Ты становишься нашим навигатором на следующие полгода, а взамен мы помогаем собрать тебе оставшиеся деньги. Как ты на это смотришь? Всего через полгода работы навигатором у тебя гарантированно будет необходимая сумма. Силу Зоро ты уже видела, — Луффи обвёл рукой валяющиеся вокруг них тела убитых пиратов. — С нами тебе будет намного безопаснее, чем в одиночку. В твоей сделке с Арлонгом не будет никакого смысла, если тебе свернут шею до того момента, как ты сможешь выполнить свою часть соглашения. Сегодняшний пример показателен. Будь Зоро твоим врагом, и ты бы уже была мертва… Или хочешь и дальше полагаться исключительно на удачу? Не слишком ли это опрометчиво? Я же предлагаю тебе безопасность и стабильный приток денег, в обмен на твой талант навигатора.

Нами оглядела подозрительным взглядом лица парней, затем тела убитых пиратов и, наконец, свой мешок с золотом, что она прижимала руками к своей груди.

— Я согласна… — произнёсла она, а затем, заметив, как лицо Луффи расплывается в широкой улыбке, поспешно добавила: — Только на полгода! Вы помогаете мне собрать оставшиеся деньги, а за это я буду вашим навигатором, но на этом всё. После того, как условия сделки будут выполнены, мы расстанемся. Идёт?

— Согласен! — с энтузиазмом кивнул парень и протянул ей руку.

Нами, осторожно взявшись за его руку, поднялась на ноги, так и не увидев сочувствующий взгляд Зоро направленный ей в спину. Учитывая его характер и внешний вид, сочувственное выражение на его лице смотрелось совершенно противоестественно. И это говорило о многом. Особенно много это говорило о человеке, которому девушка решилась пожать руку. Всё-таки иногда неведение действительно благо.

Смотря на Нами, сжимающую руку его капитана, мечник не мог не подумать о том, что ей было бы намного безопаснее продать свою душу Дьяволу, чем заключать сделку с Луффи. Тем более, на взгляд Зоро, Дьявол был существом намного более честным и менее жадным, чем его капитан. В отличие от Луффи, Дьявол сразу называл цену своим услугам, и не брал большего. А вот его капитан, как он уже успел понять за полтора прошедших года с момента их знакомства, не только редко когда называл цену, но зачастую даже не упоминал о ней. Однако, в итоге, все связавшиеся с ним оказывались у него в вечной кабале. И, что самое ужасное, люди, поняв с кем именно они связались, всё равно продолжали на него пахать — потому как души людей он забирал себе в самую первую очередь. А без души, куда ты от него денешься? Да никуда! И Зоро это отлично понял на собственном опыте... как вскоре предстояло понять и Нами.

А ещё мечник ничуть не сомневался, что девушка, несмотря на своё обещание, попытается их грабануть при первом же удачном случае. Слишком легко она согласилась на предложение о сотрудничестве, чтобы её словам можно было вот так вот безоговорочно верить. «Кошка-Воровка» есть «Кошка-Воровка», было бы глупо ожидать от неё чего-то иного. В то же время, она даже представить себе не могла с кем решила связать свою судьбу. Луффи не как-то там жалкий Арлонг. Когда первый берётся за дело, народ, в конечном счёте, добровольно и с большой благодарностью отдаёт ему всё, что у них есть и когда-либо появится, и потом ещё свято верит, что остались ему должны. Люди, попавшие в его сети, продолжали так думать, даже после того, как осознавали его истинную натуру. Подтверждение? Для этого самому Зоро достаточно было посмотреть в зеркало.

— Эй, Зоро, ты, прежде чем убить их всех, хоть спросил, кто они такие? — обратился Луффи к своему первому помощнику, вырвав того из раздумий.

— Девять миллионов, — сразу поняв, к чему конкретно клонит его капитан, ответил он.

— Девять? Неплохо, неплохо, а где их корабль знаешь?

— Нами спроси — это ведь она их ограбила.

Луффи вопросительно посмотрел на девушку.

— Я, конечно, знаю, где их корабль, но зачем он вам? — неподдельно озадачился новоиспечённый навигатор их семьи.

— Как зачем? Убьём капитана, сдадим дозорным и получим за него награду, а это больше шести миллионов.

— Ты же сказал, что вы пираты! — обвинительно наставив палец на парня, воскликнула откровенно потрясённая девушка. — Стоп! Ты же «Убийца Пиратов»! — её палец переместился на Зоро. — Ты же самый знаменитый на всё Ист Блю охотник на пиратов! Ты не можешь быть пиратом! Вы меня обманули!

— Блин, ещё одна тундра, — вздохнул Луффи, чем вызвал злорадную ухмылку у своего первого помощника. — Не волнуйся ты так, у нас всё схвачено и давно отработано. Ты нам, главное, покажи, где их корабль, а дальше мы сами разберёмся. Тем более, кроме головы капитана там ещё можно не только выгрести всю провизию, но и продать все запасы оружия, их вещи и сам корабль. Считай, помимо награды за капитана, ещё миллионов двадцать-тридцать сверху положим. А во-вторых, экспроприируй экспроприированное — я просто обожаю лутать своих противников! Нафига добру пропадать? Так ведь, Зоро?

Мечник согласно кивнул, одновременно пытаясь не рассмеяться, от вида вытянувшегося лица Нами.

— Тогда чего стоим? Нас рейд ждёт! Идём, идём! Так нам в какую сторону?

— А?

— Бэ! Где корабль, спрашиваю?

— А-а-а... там, — ткнула растерянная девушка пальцем за спину Луффи.

— Так пошли! Или тебе ещё куда-то надо?

— Э-э-э... нет?

— Ты ответила или спросила?

— Нет!

— Тогда ходу, ходу! — он принялся подталкивать её в спину. — Вдруг им кто-нибудь доложит, что Зоро на острове, и они свалят, так и не дождавшись возвращения мертвяков? Ты что, никогда не натыкалась на инст с ограничением по времени? Вот потому-то все и не любят нубов: вы вечно тормозите!

— Да всё, всё! Иду я, иду! — торопливо зашагала Нами по направлению к одной скрытой бухте, где пираты «Бешеного» Вилли бросили якорь, заодно пытаясь сообразить, что именно ей сейчас наговорили. Она в жизни не слышала ни о каких «тундрах», «инстах» и «нубах». Слово «лутить», впрочем, она тоже не слышала, но тут уже помогла её воровская натура, и перевела его как надо. И это откровенно пугало. Потому что её новоявленный капитан ощущался и звучал ещё более гнусным и жадным вором, чем была она сама. С кем она, спрашивается, связалась?

Глава 4. Пираты (?) Соломенной Шляпы

Два парня и девушка торопливо шли через пустынные улицы небольшого городка.

— Зоро, дай сигнал оболтусам, что пора отрабатывать свой кусок хлеба, — скомандовал Луффи.

Мечник молча достал из-за пазухи маленький ден-ден-муши — он же «Маленький Улиткофон», — и набрал необходимый номер. Небольшая улитка с циферблатом на ракушке могла телепатически связываться с другими улитками на расстоянии пары десятков километров, а затем воспроизводить слова вслух, в точности имитируя голос ответившего на вызов.

— Зоро-аники? — всего через один гудок, почтительно, мужским голосом, произнёсла вылезшая из ракушки улитка.

— Джонни, бери Йосаку и выдвигайтесь к южному концу города, — скомандовал Зоро.

— Вообще-то мы сейчас идём к северному, зачем им идти к южному? — тут же спросила озадаченная Нами.

— Зоро-аники, ты точно уверен, что нам нужно идти именно к южному? — с отчётливыми нотками сомнения в голосе, уточнил Джонни.

Его вопрос прозвучал одновременно с вопросом девушки.

— Вернее, к северному концу, — покрывшись испариной, быстро поправился мечник, из-за чего удостоился пристального взгляда от Нами, и презрительного фырканья от Луффи.

— Окей, через пару минут будем! — отозвался, судя по голосу, заметно повеселевший Джонни, из-за чего взгляд девушки, направленный на Зоро, стал ещё более пронизывающим.

У неё появились основательные такие подозрения, что знаменитый «Убийца Пиратов», сильно не в ладах с ориентированием на местности. И словно услышав её мысли, Луффи, идущий по правую от неё руку, слегка повернув голову, пояснил:

— Как ты уже могла догадаться, Зоро страдает топографическим кретинизмом в особо острой форме, — он с радостью сдал своего первого помощника, за что тут же удостоился его убийственного взгляда. — Он в состоянии заблудиться в прямом коридоре с двумя выходами, — продолжил парень, умело игнорируя как убийственный взгляд мечника, так и его отчётливо слышимое рычание. — Даже не думай отправлять его за чем-нибудь одного. Мало того, что он ничего не принесёт, так потом ещё придётся его самого искать, а если дать ему денег, обязательно их все пропьёт.

В следующую секунду, под ошарашенным взглядом Нами, Луффи удачно споткнулся… Удачным его спотыкание было потому, что если бы этого не произошло, он бы совершенно точно остался без головы. Меч окончательно доведённого до точки кипения Зоро, — сейчас ало-красного от смущения и ярости, — просвистел там, где ещё мгновением назад находилась шея Луффи. Следующий удар меча, направленный точно в лоб, он перехватил руками, зажав лезвие катаны между своих ладоней. И хотя сама Нами никогда не считала себя бойцом, она повидала достаточно, чтобы однозначно сказать — это не было игрой! Не споткнись Луффи или не поймай катану между своих ладоней, он бы однозначно умер. И как, спрашивается, на такое спокойно смотреть?

За свою карьеру воровки она повидала немало пиратских команд, поэтому, обычно, сходу могла понять динамику отношений внутри пиратской шайки… Правда, справедливости ради нужно заметить, что и понимать-то особо нечего. Кучка мерзавцев, во главе с главным мерзавцем, который отличался от остальных только большей силой и, зачастую, меньшим мозгом. Отношения в таких командах распределялись на два типа. Первый тип — это более-менее дружная команда во главе с капитаном. Второй тип — это команда, целиком состоящая из одних ублюдков, которые готовы всадить нож в спину любому человеку, включая своего капитана, если бы только не боялись его до полусмерти. Всё предельно просто.

И именно по этой причине Нами сейчас пребывала в недоумении.

Во-первых, Зоро, идущий по правую руку от Луффи, успокоившийся так же быстро, как и «вспыхнувший», был известен всему Ист Блю, как непревзойдённый охотник на пиратов. Говорить о нём начали ещё несколько лет назад, но тогда его больше называли «Три Меча» Зоро или «Охотник на пиратов» Ророноа Зоро. Так продолжалось около года, после чего зелёноволосый мечник куда-то пропал. Слухи о нём постепенно начали затихать, даже пошли разговоры о его смерти. Однако стоило с момента его исчезновения пройти чуть больше полугода, как о нём заговорили вновь. И если «Три Меча» его периодически называли и сейчас, прозвище «Охотник на пиратов» довольно быстро сменилось «Убийцей Пиратов». Всё из-за того, что он перестал брать пиратов живыми и стал убивать не только главаря, за которого была назначена награда, но и всех членов команды. Тут сразу возникал вопрос, как такой человек вообще может быть пиратом? И как он получает награды за убитых им пиратов? Или просто берёт и получает? Ведь все до сих пор считают его именно охотником за головами, а не пиратом.

Во-вторых, несмотря на присутствие Зоро, — личности чрезвычайно известной на всё Ист Блю, — рядом с ним шёл совершенно нормальный парень, на полголовы ниже самого мечника, выглядевший практически безобидно, но при этом занимающий должность капитана. Опять же, спрашивается, как так? Пусть, несмотря на весь его раздолбайский вид, под его старой соломенной шляпой скрывался незаурядным ум, — если судить по всему им ранее сказанному, — тем не менее, выглядел он в десятки раз слабее своего подчинённого. Так почему тогда именно он капитан? Только из-за своего ума? Неправдоподобно.

С другой стороны, когда Зоро атаковал, Луффи как-то слишком уж вовремя споткнулся. Да и катану он смог поймать, между своих ладоней, без всяких проблем. Хотя мечник атаковал его с такой скоростью, что сама Нами даже удара не заметила. Означало ли это, что Луффи силён? Вероятнее всего, да. Означало ли это, что он сильнее Зоро? Как-то сомнительно. Зелёноволосый мечник, в отличие от своего капитана, сразу производил впечатление сильного и опасного человека, — именно по этой причине она и пыталась выдать его за своего Босса, когда убегала от пиратов, — а вот Луффи казался простоватым и беспечным пацаном, ничего не воспринимающим всерьёз. И хотя она уже успела убедиться на собственном опыте, что он был далеко не таким уж беспечным и простоватым, каким казался на первый взгляд, он всё равно не выглядел сильным человеком. Во всяком случае, он точно не выглядел сильнее Зоро.

Получалась странная динамика отношений в странной команде странных людей.

И Нами только ещё сильнее в этом убедилась, когда на окраине города их поприветствовали очередные два парня из её новой команды. Ей стало понятно, что когда Зоро позвонил им по ден-ден-муши, они находились где-то неподалёку от места встречи. Хотя с момента звонка прошло не больше пятнадцати минут, парни, вольготно развалившиеся среди высокой травы на краю дороги, выглядели так, словно они здесь уже давно.

— Зоро-аники, Луффи-аники, вижу вы всё-таки нашли Нами? — именно такими словами встретил подошедшую группу один из поднявшихся парней, сейчас отряхивающий свою одежду от прилипшей к ней травы. Второй был занят тем, что пристраивал свои мечи в заплечные ножны. — Добро пожаловать в семью, Нами, — добавил парень, слегка склонив голову в сторону девушки. — Меня зовут Джонни, приятно познакомиться, — закончив отряхиваться, он приветственно протянул свою руку.

— Приятно познакомиться, — произнёсла она, с лёгким опасением пожимая протянутую ей руку.

С её точки зрения, осмотрительность тут была отнюдь нелишней. Джонни представлял собой сплошную гору мышц, из-за чего вполне мог сломать ей руку, лишь немного не рассчитав свои силы.

— Рад, что ты теперь одна из нас, — с улыбкой кивнул он.

Белые брюки, закатанные до середины голени, с передними накладными карманами, белая облегающая футболка с обрезанными рукавами и оранжевая жилетка без рукавов, стилизованная под спасательный жилет. На ногах Джонни носил белые открытые сандали, а на его носу красовались стильные солнцезащитные очки. На его левой щеке была набита татуировка, в виде кандзи «море», и ещё одна татуировка красовалась на правой стороне шеи, только уже с кандзи «огонь». Сам он выглядел заметно старше Зоро. Если зелёноволосому мечнику Нами готова дать лет двадцать пять максимум, Джонни выглядел на все тридцать. Немного растрёпанные чёрные волосы, высокий рост, широкоплечий, накачанный, сильно накачанный — он был заметно крупнее далеко не маленького Зоро. Хотя, как отметила девушка, мечей парень не носил. Зато он выглядел настолько внушительно, что, как она отлично понимала из своего личного опыта, большинство людей предпочитало с ним не связываться после одного-единственного взгляда в его сторону.

— Добро пожаловать в семью, Нами, — слегка склонил голову другой ожидавший их парень, когда Джонни отошёл в сторону. — Меня зовут Йосаку, — протянул он руку девушке. Как и в случае с Джонни, рукопожатие у него оказалось весьма внушительным, но в отличие от своего друга, Йосаку носил два меча, рукояти которых теперь выглядывали из-за его плеч, что сразу объясняло и размер его мышц, и специализацию. — Рад, что у нас наконец-то появился настоящий навигатор.

Телосложением Йосаку один в один повторял телосложение Джонни, — такой же высокий, такой же сильно накачанный и широкоплечий. Слегка растрёпанные светлые волосы, карие глаза, самые обычные черты лица. Чёрная облегающая футболка, жёлтые мешковатые штаны, тяжёлые чёрные ботинки и два уже упомянутых меча, широких и с тупыми концами, словно ножи мясника. Парень носил их в заплечных, открытых, кожаных ножнах. Помимо всего прочего, между его губ торчала незажжённая сигара. Подводя итог, можно было смело сказать, что Йосаку производил не меньшее впечатление, чем тот же Зоро или Джонни. Поэтому вопрос: «Почему именно Луффи, капитан?», стал волновать Нами ещё сильнее.

— Так кого мы убиваем на этот раз? — с нескрываемым энтузиазмом спросил Джонни.

— Девять миллионов за голову, — охотно поделился информацией Луффи.

— Луффи-аники, я не про деньги спрашивал, а про имя пирата, — немного вымученно улыбнулся парень.

— Вот никогда не понимал вашего пристрастия знать имена покойников, — покачал головой Луффи. — Главное знать ходячие деньги в лицо и их количество, а остальное неважно.

— «Бешеный» Вилли, — подал голос Зоро. — Так пираты называли своего капитана.

Под взглядом Нами, Джонни поднял с земли небольшую сумку, в которой, как оказалось, лежало несколько десятков пачек с розыскными листовками.

— Так, девять миллионов, девять миллионов, — принялся бормотать парень, перебирая пачки. — Ага, вот они… Так, теперь «Бешеный» Вилли, Вилли, Вилли… Где же ты наш Вилли… Ага, вот. Тю! Да он ещё, считай, совсем новичок! Всего четыре месяца как заявил о себе, а такую большую награду получил не столько из-за личной силы, сколько из-за любви к поджиганию всего вокруг, включая атакованные им города и деревни. Короче, типичный идиот.

— Всего четыре месяца в деле? — задумчиво потер подбородок Луффи. — Нами! — он настолько неожиданно обратился к девушке, что она невольно подпрыгнула на месте от испуга. — Разве тебе не говорили, что нехорошо обижать маленьких? Мальчики только-только начали постигать ремесло пиратов, а ты их уже ограбила. Позор тебе, позор!

— Луффи-аники, мы вообще собираемся их убить, — заметил Джонни. — Тогда кто мы?

— Пираты, маскирующиеся под охотников на пиратов, кто же ещё? — Луффи посмотрел на него, как на идиота. — Ноша у нас такая, и тут уже ничего не поделаешь. Мы будем терзаться душевными муками, но всё равно продолжим нашу благородную работу, и будем дальше нести наше тяжкое бремя во имя луны. Да и кто-то ведь должен собрать все эти назначенные за их головы награды? Дозорные всё-таки стараются, назначают, поэтому мы просто не можем разочаровать их ожидания. Кроме того, представляете, скольких людей мы обеспечиваем рабочими местами? Тысячи и тысячи людей могут работать только благодаря нам! Фотографы, журналисты, работники банков, дозорные, торговцы, и многие-многие другие! А слухи и новости? Благодаря нам жизнь десятков тысяч скучающих бабушек и дедушек наполняется смыслом! Им есть о чем поговорить на старости лет, есть что обсудить друг с другом! Поэтому вы должны понимать, что мы просто обязаны убивать и грабить всех встречающихся нам на пути пиратов! Ради мира во всём мире!

Выслушав маленькую речь Луффи, — в процессе которой её челюсть отвисала всё ниже и ниже, — Нами начала понемногу осознавать, почему именно он был капитаном, а не Зоро, Джонни или Йосаку. И это просто не могло её не обеспокоить: психов просчитать нельзя. Психи и сами не знают, что будут делать в следующее мгновение. Однако больше всего её встревожила реакция остальной команды, а вернее полное отсутствие какой-либо реакции. Вообще. Зоро, Джонни и Йосаку выслушали весь сказанный Луффи бред, не поведя и бровью. Это, в свою очередь, сказало ей о том, что нечто подобное происходило достаточно часто, чтобы они уже успели привыкнуть.

Нами начала всерьёз переживать о своём скором будущем. Как там есть выражение? Если долго всматриваться в бездну, тогда бездна начинает всматриваться в тебя? А если с психами так же или ещё хуже? Какой она станет сама, если достаточно долго пообщается с этим ненормальным? В первый раз за последние десять лет она подумала о том, чтобы незамедлительно свалить куда подальше, и плевать на все потерянные деньги. Плевать на деньги! Ещё ни разу в жизни ей не приходила в голову настолько радикальная мысль. И это был очень показательный «звоночек».

— Кто убивает Вилли? — выждав пару секунд, после того как Луффи замолчал, поинтересовался Зоро, словно он вообще не услышал прочувственной речи своего капитана.

— Зоро-аники, скольких ты уже сегодня убил? — вместо ответа, задал встречный вопрос Джонни.

— С чего ты взял, что я уже кого-то сегодня убил?! — совершенно искренне возмутился мечник. — Почему вы всегда так обо мне говорите, будто я какой-то кровожадный маньяк, который только и делает, что убивает всех вокруг?!

Два друга уставились на него совершенно «пустыми» глазами.

— Зоро-аники, ты с Луффи-аники уже больше полутора лет, — первым ответил Джонни.

— С Луффи-аники! — многозначительно добавил Йосаку.

— И за прошедшие полгода, я не помню ни одного острова, города или деревни, где бы ты не убил хоть кого-нибудь, — добавил первый.

Нами, посмотрев на Зоро расширенными от ужаса глазами, сделала несколько шагов назад, невольно спрятавшись за спиной Луффи. Общество психа, как-то неожиданно, стало более предпочтительным, чем общество хронического убийцы. Мысленно она снова подняла вопрос о причине капитанства парня в соломенной шляпе. Почему именно он, когда рядом есть намного более жуткие личности? Как так? Сосредоточившись на одном, она совершенно упустила из виду тот факт, что первая озвученная Джонни причина стала вовсе не патологическая неспособность Зоро никого не убивать, а его факт продолжительного знакомства с Луффи.

— Не надо говорить обо мне так, словно я только и делаю, что ищу кого-нибудь убить! — покраснел мечник, то ли от злости, то ли от смущения, но вероятнее всего и от того, и от другого.

— Тогда, ты хочешь сказать, что все ещё никого не убил? — недоверчиво спросил Джонни.

Его голос и вправду был переполнен недоверием.

— …

— Десятерых! Он убил десятерых! — поняв, что Зоро не собирается «колоться» охотно сдал его Луффи. — Поотрубал половине из них головы, и даже добил в спину тех, кто пытался от него убежать. Абсолютно беспощадный монстр. Сразу понятно, что убийства для него такая же жизненная необходимость, как еда и вода.

— Ты последний человек на планете, от которого я хочу слышать подобные слова! — не остался в долгу мечник.

— Мы отвлеклись от первоначальной темы, — напомнил всем Йосаку. — Если Зоро-аники убил десятерых, то с Вилли он уже в пролёте. Учитывая средний размер пиратских команд в здешних водах, десять человек, почти наверняка, составляет треть команды, если не половину.

— Значит, остались только ты и я, — кивнул Джонни.

— Это уже будет седьмой капитан подряд, которого вы убьете, — нахмурился мечник. — Я тоже хочу сражаться с сильными противниками.

— Зоро-аники ты с ними не сражаешься, ты их просто убиваешь, — вздохнул Йосаку.

— Они даже понять ничего не успевают, как уже мертвы, — согласно кивнул Джонни.

— А ещё, — раздался довольный голос Луффи, — если и в самом деле собираешься хоть кого-нибудь убедить в том, что ты не кровожадный маньяк, тогда лучше не возмущайся из-за того, что тебе не дают убивать ещё больше. Поверь, так твои слова будут звучать намного правдоподобнее и более убедительно.

Если всего пару минут назад Нами испытывала только лёгкое беспокойство по поводу своего ближайшего будущего, теперь она уже начала волноваться всерьёз. Зоро, Джонни и Йосаку сильно походили на группу маленьких детей, неспособных поделить одну единственную игрушку. Вот только в роли игрушки выступал живой человек, будущее убийство которого они и делили. На их фоне даже Арлонг смотрелся не таким уж кровожадным.

В конце концов, Зоро выбыл из обсуждения, а Джонни и Йосаку поделили тушку пока ещё неубитого ими пирата с помощью игры в Камень-Ножницы-Бумага. Выиграл Джонни, что неимоверно его обрадовало, и столь же сильно огорчило Йосаку. Мысли Нами о побеге, с каждой последующей минутой, проведённой в обществе парней, становились всё более и более настойчивыми. Однако привычная жажда денег пока всё ещё успешно перебарывала инстинкт самосохранения, — с которым, надо признать, у неё и без того имелись громаднейшие проблемы, — поэтому она не могла вот так вот взять, и всё бросить. С другой стороны, ей начало казаться, что члены её новой команды прямо-таки задались целью убедить её в том, насколько плохой идеей будет остаться вместе с ними.

Нами грабила пиратов с тринадцати лет, то есть уже больше пяти лет. И за это время успела насмотреться на смерть едва ли не во всех её проявлениях. Пираты никогда не отличались гуманностью, и она об этом знала отнюдь не понаслышке. Она вступала в десятки самых разных пиратских команд, а видела их и того больше. За пять лет она вдоволь насмотрелась на пиратов убивающих друг друга, дозорных и обычных горожан, поэтому смертью её было не удивить и не испугать. Она с самого начала знала на что шла, когда решилась выйти в море — Арлонг в этом плане стал отличным учителем. И, тем не менее, несмотря на весь свой предыдущий опыт, она почувствовала сильный дискомфорт, когда их группа достигла корабля «Бешеного» Вилли и взошла на борт.

Это была резня.

Три первых пирата, повстречавшихся на их пути, умерли не успев раскрыть и рта. Удар кулака Джонни начисто снес голову одному, а чудовищной силы пинок Зоро, переломав все ребра, отправил далеко за борт другого. Йосаку же оказался реальным мясником. Вогнав свои топоры-мечи в основание шеи третьего пирата, он разрубил его на четыре части. Без всяких заметных усилий, одним резким движением, разрезав рёбра своей жертвы. Вид отдельно лежавшей головы, рук и остатков тела, заставил Нами заметно позеленеть. Тем более всех остальных пиратов постигла схожая участь.

— Хочешь мороженку, — невинно осведомился Луффи, едва заметив состояние девушки. — Ванильное! — протянул он ей непонятно откуда у него взявшееся запечатанное мороженое на палочке.

Вот только «Монстр В Шляпе» обломался. Вместо ожидаемых им тошнотиков, девушка молча взяла мороженое и, распечатав, сунула в рот. Попутно она не забыла одарить парня холодным взглядом. В ответ он только радостно улыбнулся.

— Я смотрю, смерть тебе хоть и неприятна, но она тебя не пугает, — отметил парень.

— Все пираты одинаковые, — презрительно отозвалась Нами. — Вы всегда всех убиваете и всё разрушаете.

— Неужели тебе их жалко? — Луффи с неприкрытым любопытством посмотрел на неё поверх своих модных очков. — Мы ведь сейчас убиваем пиратов, а не дозорных или горожан.

— С вашей силой вы вполне можете их просто оглушать и сдавать дозорным.

Ответить парень не успел, воздух прорезал разъярённый рёв:

— УБЛЮДКИ!!! КАК ВЫ СМЕЕТЕ НАПАДАТЬ НА МЕНЯ?!! МЕНЯ?!! «БЕШЕНОГО» ВИЛЛИ?!!

По крайне мере, сразу стало понятно, почему он получил такое прозвище.

— Джонни, его крики меня раздражают, — произнёс Зоро. — Либо ты его сейчас сам убьешь, либо это сделаю я.

— Зоро-аники, да тебя практически всё раздражает, — закатил глаза Джонни, тем не менее, направившись в сторону показавшегося им на глаза капитана корабля.

«Бешеный» Вилли, как и ожидалось от человека с подобным прозвищем, оказался большим, страшным и настолько накачанным монстром, что рядом с ним даже Джонни с Йосаку смотрелись карликами, ставшими жертвой дистрофии. Кто-нибудь вроде Луффи, на фоне Вилли, и вовсе мог сойти за маленького ребёнка, чуть ли не грудного возраста. Вот только одет этот Вилли почему-то был лишь в одни штаны… Как и большинство остальных пиратов, выскочивших вслед за ним на верхнюю палубу корабля.

— Матерь божья! — произнёс Йосаку, немигающим взглядом уставившись на капитана пиратского корабля. — И откуда такие берутся? Это что же нужно жрать, чтобы вырасти настолько здоровым?

— Капитан, они уже убили пятнадцать наших, — из-за спины Вилли, подал голос один из пиратов.

— ГДЕ ГРУППА ГЭБА?!! — снова взревел Вилли. — И ГДЕ САМ ГЭБ?!!

— Они отправились за Нами, но если она вернулась обратно с этими ребятами, вероятнее всего, Гэб-сан уже мёртв, — на удивление разумно ответил один из немногих полностью одетых пиратов.

Он был единственным оставшимся в живых из тех пиратов, которые находились на верхней палубе, когда Зоро, Джонни и Йосаку начали свой кровавый марш по кораблю. Всей семье Соломенной Шляпы сразу стало понятно, что синеволосый мужик, сейчас прячущийся за спиной своего капитана, остался в живых далеко не просто так. Зоро так и вовсе удостоил его слова громкого хмыка. Второй пират с мозгами и оба из одной команды? Мир действительно полон неожиданностей. Однако сам «Бешеный» не обратил ни малейшего внимания на предположение о смерти некого Гэба и его группы. Зато Вилли заинтересовало упоминание присутствующей здесь и сейчас девушки:

— НАМИ!!! — в третий раз взревел здоровяк... а может и не взревел? Зоро, например, всерьёз начал подозревать, что тот всегда говорит подобным образом. — КАК ТЫ МОГЛА МЕНЯ ПРЕДАТЬ?!!

— Действительно, Нами, у тебя вообще присутствует чувство самосохранения или как? — присоединился к вопросу Луффи. — Я бы на твоём месте поостерёгся связываться с кем-то вроде него. Представляешь, что бы с тобой стало, если бы они тебя поймали?

— Ничего такого, к чему бы я не была готова, — равнодушно ответила девушка. — Волков бояться — в лес не ходить.

Фраза вызвала довольные улыбки у всех остальных Соломенных Шляп. Пусть Нами сама ещё об этом и не подозревала, но всё-таки она действительно отлично вписывалась в их семью. Она была самым прекрасным отморозком, когда-либо встречавшимся им в жизни.

— Рю! — рявкнул Луффи. — Гаси его Shoryuken-ом (Кулаком Воспаряющего Дракона)!

— Я не Рю! Я Джонни! И я не собираюсь делать твой дебильный Шорюкен или как его там!

— Мой... дебильный... Шорюкен? — вроде бы тихо повторил парень, но почему-то услышали его все на корабле.

Джонни мгновенно сделался прозрачным — настолько сильно он побледнел.

— Из-извините, ка-капитан, се-сейчас всё будет!

Перепуганный Джонни — это сила. Перепуганный своимкапитаном Джонни — это неостановимая сила. У «Бешеного» Вилли не было ни шанса… Не то что бы у него изначально были какие-то шансы, но, сложись все по-другому, и он бы вполне смог пожить подольше. На две-три минуты.

Вилли даже глазом моргнуть не успел, как его убийца оказался прямо под ним:

— Shoryuken (Кулак Воспаряющего Дракона)!

Мощный прыжок вверх, с одновременным вскидыванием окутанного огнём кулака и поворотом всего тела. Голова пирата улетела далеко в море, а его тело, немного постояв, громоподобно рухнуло на палубу корабля, став обильно заливать доски кровью. Приземлившийся неподалеку Джонни, будучи изрядно перепачканный кровью Вилли и других убитых им ранее пиратов, походил на самого настоящего демона. Оставшийся в живых народ, до этого стоящий за спиной своего капитана, в шоке уставился на обезглавленное тело своего Босса. И только один из них, тот самый синеволосый пират, что недавно объяснял ситуацию Вилли, резко сорвавшись с места, рыбкой перепрыгнул через борт корабля и практически без всплеска ушёл в воду.

— Он реально умный, — снова хмыкнул Зоро.

От звука его голоса в себя пришли и остальные пираты, после чего дружно попытались повторить подвиг своего товарища, но не судьба. С одной стороны от борта корабля их отрезал Джонни, с другой встал Йосаку, перед ними замер Зоро, а позади только стена и дверь, ведущая на нижние палубы корабля.

— Мы... мы сдаёмся! — бросив саблю на пол, поднял руки над головой один из пиратов.

— Д-да! Сдаёмся! — последовал его примеру другой, а затем и оставшиеся пираты побросали всё своё оружие на палубу.

— Капитан? — мечник равнодушно посмотрел на Луффи.

— Зоро, ну в самом-то деле, что за глупые вопросы? — вынув мороженое изо рта, вздохнул парень. — Ты и сам должен прекрасно понимать, кого и в каком состоянии мы найдём на нижней палубе, и ты ещё спрашиваешь? Убейте их всех.

Учитывая, что ни Джонни, ни Йосаку, ни сам Зоро ничуть не сомневались, какой именно приказ отдаст Луффи, повторять ему не пришлось. Нами не успела и глазом моргнуть, как три кровожадных демона буквально разорвали на части оставшихся пиратов. Парочка из них, успев подобрать своё оружие, попыталась защититься, но с тем же успехом они могли просто покорно дождаться своей участи: Зоро разрубил пиратов напополам, вместе с их выставленными в защите мечами.

Замершая в стороне Нами невольно сглотнула. Сколько прошло времени с того момента, как одна группа пиратов поднялась на борт корабля, принадлежащего другой группе пиратов? Минут пять? И это вместе со всеми разговорами? Пять минут, а просторная палуба, далеко немаленького корабля, оказалась буквально залита кровью и завалена трупами.

— Зачем... зачем вы их всех убили? — невольно спросила она, переведя взгляд на Луффи, который всё так же беззаботно лизал своё мороженое.

Девушка уже успела забыть, что и сама держит мороженое в руке, сейчас выглядевшее настолько неуместным, что она едва сдержала порыв немедленно выбросить его за борт.

— Кто берёт в руки оружие, тот ставит на кон собственную жизнь, — ответил парень. — Ты сама сказала, что все пираты грабят и убивают. Раз ты на протяжении многих лет занималась грабежом пиратов, должна сама понимать, что в этом есть некая высшая справедливость.

— Это? — обвела она рукой заваленную трупами палубу. — Это, по-твоему, и есть высшая справедливость?! — изумлённо вытаращилась она на Луффи.

— А разве нет? — спросил он в ответ, и вся бравада Нами мгновенно улетучилась. Стоящий перед ней парень не сделал ничего, ни единого угрожающего слова или жеста, даже интонации в его голосе остались прежними. Однако, она всё равно почувствовала, как сначала взмокла её спина, затем предательски задрожали ноги, а окружающий воздух, казалось, превратился в кисель, настолько трудно им стало дышать. — Хочешь сказать, что ты ни разу не желала смерти Арлонгу и его банде? Ни разу не планировала его смерть? Ни единого раза не задумывалась, как его убить?

Слова Луффи оказались для Нами словно удар молнии, потому что он был абсолютно прав! За восемь лет она далеко ни один раз пыталась убить Арлонга, но согласиться, значит признать поражение:

— Это... это совсем другое! — облизав в раз пересохшие губы, ответила девушка.

— Абсолютно то же самое! — отрицательно покачал мороженым парень. — Разница заключается только в том, что вот эти пираты, — как и Нами минутой ранее, он обвел рукой заваленную трупами палубу, — не сделали лично тебе ничего плохого. Ключевое слово «тебе». Позови сюда родных и близких тех, кого они убили и ограбили, и ты вряд ли найдешь среди них понимание, если начнешь взывать к их гуманности. Впрочем, если хочешь убедить меня в том, что я не прав, — вернулся Луффи к поеданию мороженого, — тогда спустись на нижние палубы и убеди находящихся там женщин, что с ними не случилось ничего плохого, и они должны простить схвативших их пиратов.

— Женщин? — не поняла Нами. — Каких ещё женщин?

Луффи оторвался от своего мороженого и бросил на неё удивлённый взгляд поверх своих очков. Затем, видимо что-то поняв по её реакции, он недовольно наморщил нос. Учитывая, что вслед за ним натуральным образом застонали Джонни и Йосаку, правильные выводы сделал не он один. И даже на лице Зоро проступило какое-то странное выражение, но Нами понятия не имела, что оно означало.

— Терпеть не могу, когда такое случается, — вздохнул Джонни.

— Особенно если мы с ног до головы залиты кровью, — осмотрел себя Йосаку.

— Зато теперь понятно, почему они все полуголые, несмотря на середину дня, — добавил Зоро.

— Я что-то не поняла, — произнёсла порядком сконфуженная Нами. — О чём вы вообще говорите?

— Сходи и посмотри сама, — Зоро ткнул большим пальцем себе через плечо, в сторону двери, ведущей на нижние палубы корабля. — Их там семь штук, распиханных по разным каютам, поэтому точно не пропустишь.

Поколебавшись несколько секунд, девушка всё же не смогла совладать с собственным любопытством, поэтому направилась к указанной двери.

— Луффи-аники, на противоположном конце острова есть небольшая база дозорных. Может, просто угоним их туда вместе с кораблём? — предложил Джонни, проводив взглядом Нами.

— Всё равно нам плыть туда, чтобы показать трупы, — согласно кивнул Йосаку.

— Я с ними возиться точно не буду, — сложив руки на груди, непреклонным тоном заявил Зоро.

Он делал подобное заявление каждый раз, когда возникала похожая ситуация. Что, опять же, каждый раз, ничуть не мешало ему нарушать своё слово несколькими минутами позже.

— Заткнись уже, чёртов тсундере! — тут же припечатал его Луффи.

Щеки Джонни и Йосаку моментально надулись до невероятных размеров, а глаза полезли на лоб: в открытую смеяться над Зоро мог только Луффи, в противном случае можно было и умереть. Сам мечник, судя по тому как тряслась катана в его руках, уже наполовину извлеченная из ножен, с трудом сдерживал себя, чтобы не наброситься на своего довольного капитана.

— Так что, на базу дозорных? — спросил Джонни немного погодя, когда всё-таки сумел сдержаться, и не рассмеяться в голос.

— На базу, — чуть подумав, уверенно кивнул Луффи. — Зоро, поднимай якорь, а вы, — обратился он к Джонни и Йосаку, — займитесь парусами. Я за штурвал… Ох чувствую, скоро будет весело! — растянул он рот в широкой улыбке.

К тому моменту, когда мрачная Нами поднялась обратно на верхнюю палубу, корабль успел пройти половину пути до базы Морского Дозора. Когда она вновь окинула взглядом заваленную трупами палубу, в её взгляде можно было увидеть... удовлетворение? Парни не были уверены наверняка, но они совершенно точно не увидели никаких признаков жалости или какого-либо сочувствия к убитым. Ничего удивительного, если знать о том, что она должна была увидеть на нижних палубах. Вернее, кого она должна была увидеть на нижних палубах. Поэтому Зоро, Джонни и Йосаку вполне понимали, почему у неё столь резко переменилось настроение. Луффи... а что Луффи? Когда все присутствующие посмотрели в его сторону, он всё также беззаботно лизал мороженое, — уже чёрт знает какое по счёту и непонятно откуда берущееся! — и выглядел так, словно у них никогда не было никакой перебранки с рыжеволосой красавицей.

— Мы… — начала Нами, по-видимому, чтобы хоть как-то разрушить гнетущую для себя тишину, но голос её подвёл. Сглотнув и сделав несколько вздохов, она попробовала ещё раз: — Мы куда сейчас плывём? Девушкам.... Им нужна помощь.

— Не волнуйся! — беззаботно ответил Луффи. — Ещё полчаса, максимум часик, и мы будем на местной базе дозорных. Там им обязательно помогут.

Нами молча кивнула, говорить ей больше не хотелось. Да и не знала она о чём говорить. Зато, после всего произошедшего за последние часы, у неё появилась необходимость крепко подумать. И окончательно принять решение: «Оставаться с этой мутной компашкой пиратов-охотников или нет?». Она пока не склонялась ни к одному из вариантов.

Смешно.

По своей неразумности, девушка всё ещё наивно полагала, что у неё есть выбор. Нет, решись она уйти, конечно же, никто бы и пальцем её не тронул. И совершенно точно не стал бы ни к чему принуждать. Зачем? Как абсолютно точно знали Зоро, Джонни и Йосаку, — неоднократно испытавшие лично на себе и видевшие в действии на окружающих! — их капитан знал прямо-таки неимоверное количество самых разнообразных трюков. Если провести аналогию с картами, получалось жульничество чистой воды! Колода в пятьдесят две карты? Вытащить любую карту кроме бубнового туза? Легко! Шанс неудачи 1 к 52. Тут надо быть совсем уж невезучим, чтобы такое произошло… Проблема только в том, что если говорить о Луффи, в протянутой им колоде не будет никаких других карт, кроме тех самых бубновых тузов. При таком раскладе, шанс вытягивания «невезучей карты» сразу же становится стопроцентным.

К несчастью для себя, всё ещё будучи в чём-то наивной девочкой, Нами не понимала в какие неприятности она угодила. И совершенно не знала чьё внимание привлекла и насколько давно, поэтому со всей своей оставшейся наивностью полагала, что у неё действительно есть выбор. Из-за чего следующие несколько часов плаванья провела в абсолютно бесполезных раздумьях, которые были прерваны отдалённым выстрелом из пушки. И почти сразу раздался ещё десяток новых выстрелов, после чего многочисленные ядра устремились прямиком к их кораблю.

База Морского Дозора встретила их чрезвычайно недружелюбным образом.

Зоро, Джонни и Йосаку запоздало сообразили, что вот так вот взять, и заявиться к дозорным на корабле идущем под пиратским флагом… В общем, вся троица сразу поняла, чему так радовался их капитан, когда согласился плыть на базу, и к чему именно относились его слова про «скорое веселье». Естественно, ему и в голову не пришло никакого предупредить заранее. Хотя, куда более вероятно, мысль-то пришла, но он не посчитал нужным её озвучивать. Почему? Потому что так веселее! Когда ещё выпадет шанс попасть под обстрел целой Базы Морского Дозора? Определенно, нельзя упускать такой случай! В этом и был весь Луффи. Большую часть времени его хотелось просто убить.

Следующие десять минут, для Зоро, Джонни и Йосаку, оказались довольно напряжёнными. База хоть и выглядела совсем небольшой, но ядра сыпались на корабль в таком количестве, что можно было подумать, будто пошёл дождь из них. Не стал облегчать их задачу и Луффи, не пошевелив и пальцем ради защиты судна, но зато пообещавший поотрывать головы всей троице, если они пропустят хоть одну атаку. За повреждённый корабль полагалось меньше денег, что было абсолютно для него неприёмлемо. На счастье парней, когда корабль подошёл достаточно близко к пирсу, обстрел прекратился, поэтому они смогли пришвартоваться без всяких проблем. И едва им стоило это сделать, как на пирс устремилось порядка сотни солдат сразу. Возглавляемые бравым лейтенантом, морячки, — как их время от времени называл Луффи, — воинственно потрясая извлечёнными из ножен катанами, взбежали на борт корабля, по предусмотрительно спущенному для них трапу.

Однако, едва дозорные оказались на борту, как всю их воинственность словно ветром сдуло. Что поделаешь? Залитая кровью и заваленная трупами палуба производит подобный эффект на людей, особенно если они до этого никогда в жизни не видели ничего подобного. Ист Блю — самое безопасное море из всех существующих. Большинство дозорных здесь никогда толком пороху не нюхали. Разве можно называть сражение сражением, если на один пиратский корабль приходится не меньше трёх кораблей Морского Дозора, а на одного пирата, как минимум, тридцать дозорных? И ладно бы пираты были сильнее, так ведь нет же! Подавляющее число пиратских команд, бороздящие водные просторы Ист Блю, заметно проигрывали в силе, умениях и выучке систематически тренирующимся дозорным.

Кто бы и что бы не говорил, а Ист Блю действительно самое «слабое» море из всех. Так что даже Нами не удивилась, когда добрая половина взбежавшей на корабль толпы дружно свесилась за борт, и совершенно синхронно опустошила свои желудки. Некоторые из оставшихся явно желали присоединиться к своим братьям по оружию, но всё-таки сумели собраться с силами и пересилить себя. Были и такие, кто и бровью не повёл от вида трупов и крови. Особенно среди таких невозмутимых выделялся лейтенант, что незамедлительно отметили все члены семьи. Несмотря на его ничем не примечательный вид, — абсолютно среднестатистическая внешность, хоть сразу записывай в шпионы, — мужчина держался так, как и полагалось держаться любому настоящему дозорному. Цепкий взгляд лейтенанта, практически не задержавшись на трупах, сразу переключился на живых, как единственных, кто способен причинить вред ему и его людям.

Нами, нога на ногу, сидела на своём мешке с деньгами и, подперев подбородок кулаком, презрительно наблюдала за дозорными. Она, после всего произошедшего в её жизни, уже давным-давно потеряла уважение к Морскому Дозору, поэтому и сейчас не пыталась скрыть своё отношение к солдатам, особенно таким солдатам. Неподалёку от неё, Джонни, облокотившись на борт корабля, снисходительным взглядом наблюдал за перепуганными дозорными. Хотя его снисходительный взгляд весьма успешно скрывали носимые им солнцезащитные очки. Сидевший рядом с ним Йосаку потягивал дорогущую сигару, опершись спиной на борт и прикрыв глаза от удовольствия, полностью проигнорировал солдат. Зоро, усевшись на ступеньках лестницы, ведущей к носу корабля, пил вино прямо из бутылки, но, в отличие от Йосаку, с интересом наблюдал за дозорными.

— Йо! — поприветствовал лейтенанта Луффи, прежде чем тот успел вынести окончательный вердикт по поводу того, что он видит. — Не слишком-то дружелюбно ты нас встретил, лейтенант. Морской Дозор вообще никогда не слышал о гостеприимстве или как? Между прочим, из-за ваших ядер, Зоро чуть свою бутылку вина не разбил, представляешь, что бы случилось, если бы он её всё-таки разбил? По твоему лицу вижу, что ни фига-то ты не представляешь, а меж тем, нам бы пришлось искать другую базу Морского Дозора. Хочешь спросить почему? Так на этой он бы всех убил! Прикинь, как вам повезло?

Всё это парень выдал на одном дыхании.

— Э-э-э... Зоро? — по-видимому, вычленил для себя самое главное лейтенант. — Вы сказали Зоро?! — сразу же растеряв всю свою собранность, нервно воскликнул заметно занервничавший мужчина.

Он уже совсем другим взглядом окинул заваленную трупами палубу, Джонни, Йосаку и, в особенности, самого зелёноволосого мечника.

— Имя Зоро единственное, что ты услышал из того, что я тебе сказал, не так ли? — вопросом на вопрос ответил тяжело вздохнувший Луффи. — Ладно, раз так, предлагаю для начала познакомиться. Меня зовут Ктулху Ньярлатхотеп Шашпанчикийский! — с нескрываемым энтузиазмом представился парень. — Для друзей можно просто Ктулху.

— Эм... К-ктулху? — на пробу произнёс лейтенант, глаза которого, в момент представления парня, панически заметались по сторонам.

— Я сказал, что только друзья меня могут называть Ктулху! — грозно нахмурился Луффи. — Хочешь сказать, ты уже успел стать моим другом? Да? Что-то я о таком ни фига не слышал! Может, ты уже успел стать и другом Зоро? Почему бы тебе не назвать его Зоро-чан и посмотреть, что будет? А? Что скажешь?

— П-простите, я неправильно вас понял! — разом взмок лейтенант.

— Да ладно, прощаю! — тут же великодушно произнёс парень. — Со всеми бывает, главное больше не обращайся ко мне столь фамильярно, и все будет тип-топ. Зови меня просто: Ньярлатхотеп Шашпанчикийский. Будешь так меня звать, и у нас не возникнет никаких проблем. Замётано?

— Д-да.

— Что да?

— Э-э-э... я буду называть вас... так как вы сказали.

— А как я сказал?

— …

Лейтенант ничего не ответил, только взмок ещё сильнее, холодный пот буквально заструился по его лицу.

— Что? Ты меня игнорируешь? Зоро, — обернулся Луффи к мечнику, сейчас внимательно наблюдающему за устроенным концертом, — ты представляешь? Он стоит прямо передо мной и смеет меня игнорировать! Не правда ли он офигел? Смерть ему!

— Я не игнорирую вас! — чуть ли не истерично воскликнул мужчина, нервно поглядывая на зелёноволосого парня.

Также он не забыл посматривать на невозмутимые рожи Джонни и Йосаку. Неразлучная парочка, конечно, ещё не успела достигнуть известности своего Аники, но определенную славу заработать они уже успели.

В свою очередь, понаблюдав, какое впечатление произвело всего лишь мимолетно упомянутое имя Зоро, Нами совсем другими глазами взглянула на всю эту ситуацию с убийствами пиратов и слухами о мечнике. Репутация штука серьёзная, и она отлично об этом знала. Арлонг, будучи пиратом приплывшим с Гранд Лайна, имел такую репутацию, что ни один пиратский корабль не рисковал заплывать в подконтрольные ему воды. Да и дозорные не особо спешили спасать людей от гнёта кровожадных пиратов расы рыболюдей.

Понаблюдав за реакцией лейтенанта, девушка поняла, что сейчас наблюдает нечто похожее. В смысле, насколько полезным инструментом становится определённого рода репутация. С известным всему Ист Блю кровожадным маньяком не хотел связываться даже лейтенант Морского Дозора. И это несмотря на многократное превосходство в численности и наличие полноценной базы неподалеку. Есть о чём подумать.

— Хочешь сказать, ты не игнорируешь меня?! — тем временем, продолжал свой концерт Луффи. — Тогда почему ты отказываешься обращаться ко мне по имени?! Или ты хочешь сказать, что я не заслуживаю обращения по имени?! Зоро, ты слышишь? Он считает, что я не заслуживаю обращения по имени! Прикинь, да? Смерть ему!

— Ни-никак нет!!!

— Не заслуживаю?!! — взревел парень, и Нами тут же испытала знакомое ощущение, словно воздух вокруг превратился в кисель, в котором едва можно двигаться и дышать. — Зоро, смерть ему!!!

— Заслуживаете!!! — буквально взвыл лейтенант. — Заслуживаете!!! Я имел в виду, что заслуживаете!!!

— Так обращайся ко мне по имени! — сдернув с носа свои очки, Луффи деланно-зло уставился прямо в глаза мужчины.

Обильно потеющий лейтенант громко сглотнул, после чего попытался объяснить свою дилемму:

— Просто ваше имя, сэр… — неуверенно начал он, но «Монстр В Шляпе» его тут же оборвал.

— Ты хочешь сказать, что с моим именем что-то не так?! — глаза парня налились кровью. — Ты имеешь что-то против данного мне с рождения имени?! Может, ты ещё имеешь что-то против моей мамы?! Нет, Зоро, ты слышал?! Ему не нравится моя мама! Смерть ему!!!

— Никак нет, нравится, нравится!!! — снова раненным носорогом взвыл схваченный за грудки лейтенант. — Просто ваше имя... просто ваше имя слишком сложное!!! Я его не выговорю!!! Простите!!!

— Не... не выговоришь... не выговоришь моего имени? — медленно разжав пальцы, шокировано произнёс Луффи. — Имя... моё прекрасное имя... имя данное мне моей любимой мамой... и ты не можешь его выговорить? — он выглядел так, словно прямо сейчас рушился весь привычный ему мир. — Не можешь выговорить моё прекрасное имя, данное мне с рождения моей любимой матерью? Да ты... да ты... да ты меня совсем не уважаешь!!! — снова взревел он. — Зоро, убей его! Убей их всех!! Чтобы только кровь и трупы повсюду!!!

— Похоже, ничего не поделаешь, — медленно поднялся на ноги мечник. — Раз ты его не уважаешь, вас действительно придётся всех убить, — огорчённо произнёс он.

Судя по виду лейтенанта и окружающих его солдат, они и без всякой помощи со стороны вот-вот были готовы преставиться. Неизвестно, чем бы в итоге закончился устроенный Луффи цирк, — они ведь не стали бы на самом деле убивать дозорных? Правда? Нами искренне хотела верить, что правда, — но на счастье морских солдатиков, на борт корабля взошёл полноценный капитан. В отличие от ничем непримечательного лейтенанта, высокий, седой и с лицом покрытым шрамами, мужчина внушал. Однако трость, зажатая в его правой обезображенной руке и на которую он опирался при ходьбе, наглядно объясняла, почему, при всей своей внушительности, атаку на пиратский корабль возглавлял его подчиненный, а не лично он сам. Обежав глазами всех присутствующих, он остановил свой цепкий взгляд на деланно-злом Луффи.

— Отставить балаган, — негромко произнёс капитан, сходу дав самое точное определение всему происходившему вокруг. Едва прозвучала его команда, как все дозорные тут же подобрались, а лейтенант практически мгновенно вернул себе былую невозмутимость. — А ты, — ткнул он своей тростью в сторону Луффи, — ещё раз устроишь нечто подобное, и пятнадцать дней в одиночной камере тебе обеспечены.

— Да вы что, капитан, как можно? — тут же подобострастно заулыбался парень. — Я просто чутка пошутил в ожидании настоящих представителей местной власти. А так Ктулху хороший, Ктулху совсем не собирался «зохавать фсех». Ктулху вообще никого не обижает, — водрузив очки обратно на нос и сделав пару шагов назад от лейтенанта, он приподнял руки в универсальном жесте мира. — Ктулху делает всё, что говорит ему делать Зоро-сама. Если Ктулху не будет делать, что ему говорит делать Зоро-сама, Ктулху может умереть. У бедного Ктулху просто нет выбора. Зоро-сама вечно всех убивает.

И вот так, после всего пары предложений, упомянутый «Зоро-сама» резко стал единственным идиотом в устроенном Луффи концерте. Нами не знала, то ли ей следовало бояться, то ли восхищаться, но вероятнее всего просто бежать. Бежать куда подальше от такого капитана. К несчастью для неё, в тот самый момент, когда она решилась начать грабить пиратов, её инстинкт самосохранения впал в глубокую кому. С того самого дня, её действия не всегда отличались адекватностью и разумностью. Будь всё иначе, и она бы уже сидела на своём острове, прямо возле доброго, тихого, мирного и хорошо ей знакомого «дяди Арлонга».

— Итак, — хлопнул в ладоши Луффи, вновь привлекая к себе внимание, после того как все вдоволь налюбовались Зоро, — предлагаю перейти к делу. Думаю, вы уже и сами всё поняли, но, чисто на всякий случай, поясню. Вот это вот тело, — подойдя к обезглавленному Вилли, он слегка попинал его тушу, — стоит девять миллионов в живом виде, и на тридцать процентов меньше в мёртвом. Хотелось бы получить расчёт.

— Это вообще кто? — нахмурив брови, спросил капитан.

Посмотрев на Йосаку, Луффи слегка качнул головой в сторону дозорного. Зажав дымящуюся сигару между зубов, он запустил руку в лежащую рядом с ним сумку. Достав отдельно отложенную листовку с изображением «Бешеного» Вилли, он поднялся на ноги и, подойдя к капитану, отдал ему.

— «Бешеный» Вилли, — вслух прочитал дозорный, затем перевёл взгляд на обезглавленное тело, а потом и на расслабленного Джонни. — Так понимаю, твоя работа, «Отрыватель Голов».

Как уже упоминалось, пусть парочка друзей не была известна в Ист Блю до такой же степени как Зоро, но свою долю славы они заработать уже успели, а вместе с ней и прозвища.

— Виноват! — Джонни отдал ленивый салют двумя пальцами. — Слегка переборщил с ударом, вот голова и отлетела в море, а искать её нам было лень, — он послал капитану обезоруживающую улыбку, словно не голову убитого им человека потерял, а, скажем, кошелёк дома забыл или что-то в том же духе.

— Наслышан я о вашей группе, наслышан, — внимательно всмотревшись в Джонни, слегка покивал головой мужчина. — Судя по рассказам моих знакомых капитанов, которые уже неоднократно имели с вами дела, вы шайка законченных отморозков. На вашем фоне даже пираты смотрятся добряками и гуманистами.

— Не знал, что мы такие популярные среди дозорных, — усмехнулся Йосаку, усаживаясь обратно на своё место возле Джонни. — И спасибо за комплимент! — добавил он, сделав затяжку. — Нам редко когда говорят что-то настолько приятное.

— «Мясник» Йосаку, — произнёс капитан. — Ваша группа охотников за вознаграждениями действительно знаменита… «Отрыватель Голов» Джонни, «Мясник» Йосаку и, самый опасный из всех, «Убийца Пиратов» Зоро. Про этого парня я тоже слышал, — он вновь ткнул концом трости в сторону Луффи.

— Правда?! — по виду, совершенно неподдельно обрадовался тот. — Надеюсь только хорошее?!

— Всех раздражающий идиот, который прячется в тени своего Босса, «Убийцы Пиратов».

— Блин, — разочарованно щёлкнул пальцами парень, — народ реально быстро просёк мою фишку!

— Мне вообще-то всё равно, но можешь дальше не стараться.

— Э-э-э... а? — похоже, действительно озадачился Луффи.

— Овечью шкуру вполне можно натянуть на волка, хоть и не без огрехов, — посмотрев прямо ему в глаза, пояснил капитан. — Но как ни старайся, совершенно точно никто и никогда не сможет натянуть овечью шкуру на Морского Короля. Любой дозорный, если он хоть немного провёл времени в водах Нового Мира, ни за что не пропустит кого-то вроде тебя.

— Вот поэтому я не люблю старых пердунов вроде тебя, — вздохнул Луффи. — Вы вечно портите мне всё веселье. Так что давай, оформляй этого жмурика, — он ткнул пальцем в сторону обезглавленной туши «Бешеного» Вилли, — и мы отсюда сваливаем… Ах да, ещё на нижних палубах сейчас находится семь женщин. Мертвяки похитили их совсем недавно, прямо из маленького городка, что находится на противоположном конце вашего острова. Когда мы поднялись на борт корабля, они как раз развлекались с ними на нижних палубах. Собственно, потому половина из них и подохла полуголыми.

Словно тень набежала на лицо капитана — настолько он посмурнел. По-видимому, подобные ситуации он не любил не меньше, чем сами охотники-пираты. Отвернувшись от Луффи, он отдал несколько команд своим людям, после чего все солдаты мгновенно подорвались и развили бурную деятельность. Не прошло и двадцати минут, как вся палуба корабля оказалась отчищена от трупов и отшкрябана от уже давно успевшей засохнуть крови. Правда, все действия солдатиков нет-нет да сопровождались весьма малоприятными звуками, отчего старый капитан стал совсем смурым. На фоне совершенно спокойной Нами, — которой, как на неё не посмотри, невозможно дать больше восемнадцати лет, — реакция двадцати, а то и тридцатилетних солдат, выглядела особенно жалко. Можно было смело сделать вывод, что ближайшее будущее морячков будет далеко не радужным.

Едва дозорные закончили с уборкой, как на борт корабля поднялась небольшая делегация женщин, облаченных во всё белое с вышитыми на их одеждах красными крестами, характерными для врачей. Спустившись на нижние палубы, они вскоре показались с жертвами пиратов, двоих из которых женщинам пришлось нести на предусмотрительно захваченных ими носилках. Капитан в этой ситуации вновь доказал свою опытность. Все солдатики, после уборки палубы, испарились в неизвестном направлении, а он сам ушёл на нос корабля, где уже успела собраться вся семья Соломенной Шляпы. И только когда пострадавших от рук пиратов девушек благополучно увели и унесли куда-то внутрь базы, на корабле вновь показался лейтенант. Подойдя к капитану, он, отдав честь, протянул ему официального вида бумагу. Пожилой дозорный, изучив протянутую ему бумагу, молча передал её Луффи.

— Порядок, дедуля! — кивнул тот, когда убедился, что все нужные печати на месте, и сумма вознаграждения именно такая, какая и должна быть. — Теперь можешь валить нахрен с корабля, чтобы мы могли отправиться дальше.

— Скажи, мы раньше не встречались? — вместо того, чтобы просто взять и уйти, спросил капитан. — Я не могу отделаться от ощущения, что мы уже с тобой пересекались. Или я пересекался с тем, кто сильно похож на тебя. Возможно, с твоим родственником?

Судя по его нахмуренным бровям, он действительно пытался что-то или кого-то вспомнить.

— Дедуля, — закатил глаза Луффи, — тебе реально жизнь не мила или как? Если реально не мила, ты только скажи и Рю сделает так, чтобы закрытый гроб тебе был обеспечен. После того, как он с тобой закончит, остальные морячки с твоей базы, будут ещё десятилетиями пугать всех своих новобранцев, подробностями твоей жуткой смерти.

— Кровожадность явно твоя собственная, — пробормотал задумавшийся капитан, словно вообще не услышав сказанных слов, — но всё остальное точно кого-то мне напоминает. Как твоё имя, пацан?

— Точно, я же тебе ещё не представился! — радостно кивнул Луффи. — Приятно познакомиться, меня зовут Ктулху Ньярлатхотеп Шашпанчикийский!

— Спрашиваю ещё раз, как твое имя?

— Ты совсем глухой или совсем тупой? Я ведь сказал, что меня зовут Ктулху Ньярлатхотеп Шашпанчикийский! Для друзей можно просто Ньяша.

— Ньяша? Рад за тебя. А теперь, может, уже скажешь своё настоящее имя? Или струсил? Испугался старого капитана? Что ж, бывает. Молодёжь нынче совсем не такая, что раньше. Ничего не умеет, ничего не знает и всего боится. Измельчала молодёжь.

Луффи явно пытались «взять на слабо». И в этом нет ничего удивительного, неожиданного или глупого. Вроде старый как мир приём, но можно только диву даваться, насколько часто он срабатывает. Естественно, срабатывает далеко не на всех.

— …

Парень молча уставился на стоящего перед ним капитана.

— Что такое? – улыбнулся тот. — Если боишься назвать мне своё настоящее имя, так и скажи, осуждать не буду.

— Старик, — медленно заговорил Луффи, — я вижу, ты упрямо отказываешься понимать мои супер тонкие намеки, поэтому говорю тебе прямо. Если ты действительно хочешь услышать ответ на свой вопрос, лучше тебе сразу определиться, в каком гробу ты хочешь лежать? Да и ты тоже, — добавил он, бросив взгляд на замершего рядом лейтенанта.

— Хм… — слегка пожевал губы капитан, не сводя взгляда с парня. — Теперь понимаю, почему вашу группу считают опаснее любой шайки пиратов или бандитов. Вы хоть и охотитесь на людей с наградами, но, если понадобится, так же легко убьёте и дозорных, и обычных людей. Для вас нет разницы, кого именно убивать.

— Естественно для нас нет разницы, кого убивать, — вместо Луффи, в первый раз за всё время, подал голос Зоро. — За последний год мы побывали практически во всех уголках Ист Блю, и успели повидать немало дозорных, которые вели себя хуже всяких пиратов, и, наоборот, пиратов, помогающих людям. А теперь попробуй угадать, кто из них пережил встречу с нами? Вроде как хорошенькие дозорные или пираты с наградами за голову, но которые действительно помогали людям?

— Вот об этом я и говорю, — кивнул капитан. — Для вас нет разницы, вы не делите мир на чёрное и белое, а, учитывая вашу силу, в будущем вы… — не закончив старый дозорный слегка покачал головой, после чего, развернувшись, негромко постукивая тростью, зашагал к трапу. — Когда вы всё-таки пересечете чёрту, можете быть уверены, я позабочусь о том, чтобы награды за ваши головы назначали незамедлительно. Из людей с вашими взглядами на жизнь, обычно получаются либо самые опасные революционеры, либо люди вроде Белоуса, «Рыжеволосого» Шанкса или, что совсем плохо, Короля Пиратов. Худшие из худших.

— Как я уже сказал: терпеть не могу старых пердунов! — кинул ему на прощание вновь засветившийся довольством Луффи.

— Ха-ха, сочту это за комплимент! — не поворачиваясь, засмеялся капитан, так до конца и оставшийся безымянным для всей семьи.

— Для вас действительно нет разницы, кого убивать? — спросила Нами немного погодя.

К этому моменту корабль уже отошёл от пирса и теперь направлялся к месту расположения самого большого города на отнюдь не маленьком острове.

— Не надо говорить о нас так, словно мы, не моргнув глазом, способны резать маленьких детей… По крайней мере я, Джонни и Йосаку точно нет, а вот насчёт Зоро не уверен, — ухмыльнулся Луффи. — В жизни не встречал более натурального убийцу, чем он.

— Эй! — незамедлительно возмутился упомянутый мечник, ради чего даже оторвался от своей бутылки с вином.

— Я, например, не считаю себя героем, — продолжил парень, не обратив ни малейшего внимания на возмущенное восклицание своего первого помощника. — Соответственно, просто вот так вот взять, и куда-то побежать только для того, чтобы кого-нибудь спасти? Нет, такая фигня точно не про меня. В мире каждую секунду происходит какая-нибудь трагедия, и что? Круглосуточно изображать из себя героя? Так можно всю свою жизнь растратить и, по сути, ничего не добиться и не изменить. С другой стороны, если я увижу, например, пирата, дозорного или бандита, который просто так решит, скажем, поубивать всех в округе, мимо подобной ситуации точно не пройду. Нами, ты хоть понимаешь, что на самом деле означает слово «пират»? Это не тот, кто грабит, убивает и насилует, а тот, кто живет так, как ему хочется… Или хотя бы пытается жить так, как ему хочется. Как сказал Зоро старому пердуну, мы встречали дозорных, которые вели себя ничем не лучше самых гнусных пиратов. И мы встречали пиратов, которых вполне можно было ставить в пример дозорным, чтобы наглядно показать, к чему они должны стремиться изо всех сил.

— Капитан дело говорит, — обратившись к Нами, произнёс прислушивающийся к разговору Зоро. — Мир нельзя делить только на чёрное, и белое. В нём полным-полно других оттенков, игнорируя которые ты можешь упустить по-настоящему важные в жизни вещи. Если не изменишь свою точку зрения, могу гарантировать, что в будущем сильно об этом пожалеешь.

Луффи негромко засмеялся, из-за чего мечник моментально покраснел от смущения:

— Что?! — рявкнул он. — Хочешь сказать я не прав?!

— Нет, конечно же, ты прав, — с лёгкой улыбкой на лице, покачал головой парень. — Просто вспомнил о том, каким ребёнком ты был всего полтора года назад, вот и не сдержался, — эти слова он произнёс таким тоном, что стоящая рядом Нами, пусть и только на секунду, но вновь почувствовала себя маленькой глупой девочкой. — Пожалуй, ещё год назад ты бы даже не стал задумываться о чём-то подобном, а теперь посмотри на себя, уже начал учить других… Ты действительно вырос, Зоро.

Вот теперь зелёноволосый мечник смутился уже по-настоящему сильно. И, чтобы хоть как-то скрыть своё смущение, он поспешил присосаться к горлышку бутылки с вином. Он одновременно любил и ненавидел моменты, когда в голосе Луффи появлялись подобные нотки. С одной стороны, Зоро сразу вспоминал о своём учителе, отце Куины, по сути, заменившем ему родителей. Ставшим для него отцом. И это были воспоминания, которые он только приветствовал. С другой стороны, когда в голосе Луффи появлялись соответствующие нотки, он начинал ощущать сильный дискомфорт. Да и вряд ли могло быть как-то по-другому. Слишком уж сильно его капитан становился похож на его учителя, на его отца. И это парень, который был на два года младше его самого! Есть от чего ощущать дискомфорт, неправда ли? Пусть даже, в глубине души, Зоро и был рад подобным ассоциациям… Естественно, сам зелёноволосый парень, и под страхом смерти был не готов признать, что Луффи стал для него вторым человеком, которого он безмерно уважал! Пусть не как отца, но как новоиспеченного старшего брата точно! К счастью, — наверное, счастью, — подобные моменты случались не слишком часто. Большую часть времени старший брат вполне успешно изображал из себя непослушного маленького ребёнка, сильно переевшего сладкого, вследствие чего неспособного долго усидеть на одном месте.

— Луффи-аники, мы всё сделали, — несколькими минутами спустя, отрапортовал показавшийся на палубе Джонни. — Мы собрали всё самое ценное, и всю еду, — добавил он, опуская на пол два больших мешка.

— Еды полно, а вот ценностей не очень, — добавил Йосаку, опуская на пол ещё два мешка.

— Ещё бы вы нашли много ценностей, — хмыкнул Луффи. — Все ценности у Нами.

— Не отдам! — тут же среагировала она. — Всё моё!

— Да никто и не спорит, — беспечно отмахнулся от неё парень. — Мы один фиг ещё корабль продадим.

— Кстати, а как вы делите между собой добычу? — поинтересовалась девушка.

— Семьдесят процентов мне, и по десять процентов всем остальным. Учитывая, что с сегодняшнего дня в нашей команде будешь ещё и ты, теперь я буду получать только шестьдесят процентов от всей добычи.

— Шестьдесят процентов?!! — Нами аж задохнулась от возмущения. Но всего секундой спустя её возмущение сменилось потрясением, когда она осознала один немаловажный факт: — И вы с этим согласны?!! — вытаращилась она на сидевших рядом Зоро, Джонни и Йосаку.

— Он капитан, — равнодушно пожал плечами мечник.

— Деньги Луффи-аники — это деньги Луффи-аники, — кивнул Йосаку.

— К тому же, мы обычно не знаем, что нам делать и с десятью процентами, поэтому не вижу никаких проблем, — поделился своими мыслями Джонни.

На самом деле, правда была куда сложнее, и все эти проценты, по большому счёту, не имели никакого значения, — они одна семья, какое ещё распределение добычи?! — но всё это Нами предстояло узнать самой, в будущем. Вот только сейчас подобные ответы парней её явно не устроили. Более того, она выглядела так, словно не знала, за что ей хвататься: за сердце, — разорвётся, оно сейчас разорвётся! — или голову, — так на самом деле бывает?! Озвученные ответы шли вразрез буквально со всеми принципами, по которым она жила на протяжении последних восьми лет.

— Сколько... сколько вы обычно зарабатываете? — спросила девушка таким голосом, словно вот-вот собиралась хлопнуться в обморок.

Да и выглядела она соответствующим образом – бледная и дрожащая.

— По разному, — беспечно ответил Луффи.

— Прошлую команду сдали за жалкие десять миллионов, а позапрошлую почти за пятьдесят, — пояснил Джонни.

— Пя-пятьдесят ми-миллионов… Пятьдесят миллионов… Хе-хе… Пятьдесят миллионов… Хе-хе…

— Зря ты ей вот так вот, прямо в лоб, об этом сказал, — покачал головой Луффи. — Деньги для неё больная тема.

— Стоп, стоп, стоп! — резко замотав головой, вскинула руку Нами, словно действительно кого-то пыталась остановить. — Какие ещё пятьдесят миллионов?! Ни один пират в Ист Блю не стоит таких денег!

— Мы сейчас не только о награде говорим, — потягивая сигару, пояснил Йосаку. — Мы говорим об общей сумме, — он слегка похлопал рукой по одному из больших мешков, лежащих рядом с ним. — Обо всех ценных вещах на корабле, деньгах команды, награде за голову капитана и цене за сам корабль.

— Сама подумай, сколько стоит такой вот корабль, если его продать, — Джонни повёл рукой перед собой, словно предлагая девушке самой оглядеться по сторонам.

— Хорошо хоть в этот раз нам не нужно самим убирать трупы и оттирать кровь, — облегчённо вздохнул Йосаку.

— Скажи спасибо старому капитану и его морячкам, — хмыкнул Зоро. — Если бы он не решил позаботиться о душевном равновесии женщин, нам бы опять пришлось всё самим убирать.

— А вам когда-нибудь приходило в голову, что можно просто не убивать пиратов на корабле в таких количествах? — прикрыла глаза ладонью Нами.

— Хочешь, чтобы мы выводили их с корабля, и резали на суше?! — состроил удивлённое лицо Луффи. – Не слишком ли это будет жестоко?!

Он, несомненно, издевался.

— Нет, я говорю о том, чтобы просто не убивать пиратов, — не повелась девушка на его провокацию. — Брать их в плен и потом сдавать дозорным.

— Нами, мы ведь говорили об этом совсем недавно.

— Я в том смысле, что если вам так не хочется убирать за собой, почему бы тогда просто... не мусорить?

— Во-первых, живые пираты почти всегда означают проблемы, а также лишнюю и никому ненужную возню. Во-вторых, мёртвый пират уже гарантированно никогда не сможет нам отомстить. В-третьих, Зоро патологически не способен никого не убивать.

— Эй! — опять возмутился мечник.

— В-четвёртых, репутация, Нами, репутация. Ты сама видела, в кого превратился уверенный в себе лейтенант Морского Дозора, стоило мне упомянуть имя Зоро. И это дозорный. Ты хоть представляешь, как на него реагируют пираты?

Джонни и Йосаку издали дружный весёлый фырк, а на лице мечника расползлась немного жутковатая улыбка. Вернее, «немного жутковатой» она могла показаться только хорошо знающим его людям, для всех остальных улыбка выглядела «нереально-запредельно жуткой». Он вообще обладал той ещё физиономией, поэтому его точно нельзя было подпускать к маленьким детям. Одной лишь своей попыткой дружелюбно улыбнуться, он вполне мог обеспечить им психологическую травму на всю жизнь.

— На прошлой неделе был пятнадцатый пират, грохнувшийся в обморок, — охотно поделился воспоминаниями Джонни. – Едва ему стоило понять, против кого он будет сражаться, как у него сразу выключился свет. В последнее время такое происходит всё чаще и чаще.

За первым воспоминанием последовали остальные. В основном говорили Джонни и Йосаку, но изредка вставляли свои реплики и Луффи с Зоро. Нами сама не заметила, как увлеклась историями парней. Большинство их рассказов прямо-таки пестрили чёрным юмором, и почти все их истории были о Зоро или о разнообразных чудачествах Луффи.

За рассказами время пролетело совершенно незаметно.

Почти пять часов пролетели как один миг, но за это время девушка успела намного лучше узнать свою новую команду, которую сами парни упорно продолжали называть семьёй. Заодно она, наконец, узнала её название: Пираты Соломенной Шляпы. Несмотря на практически безобидное название, — особенно на фоне большинства других пиратов, — она посчитала, что подобное название очень подходит команде под предводительством Луффи. Такое название вводило в заблуждение ничуть не хуже, чем совершенно безобидный внешний вид её нового капитана.

Швартовались уже в потёмках. Попутно опять случился конфуз с морячками. Либо никто не посчитал нужным, либо все забыли или никто просто не подумал предупредить местный гарнизон дозорных о том, что корабль «Бешеного» Вилли теперь принадлежит вовсе не ему, а сам Вилли уже давно остыл. Короче, когда солдаты, в тусклом свете фонарей, бросились на Зоро, только поспешное вмешательство Джонни спасло их от немедленной смерти. Буквально за мгновение до того, как мечник извлёк свою катану из ножен, парень выскочил прямо перед ним, и, воспользовавшись одним из мешков в своих руках, одним взмахом снес большую часть дозорных в воду. Затем вмешался Луффи, после чего недоразумение быстро разрешилось без лишней крови. Однако местный лейтенант, наверное, если ему кто-нибудь даст выбор в будущем, предпочтёт смерть от меча Зоро, чем повторное общение с «безобидным» пареньком в соломенной шляпе. Ктулху Ньярлатхотеп Шашпанчикийский вышел на бис.

Затем Нами получила очередной шок.

— Это... это... это что? — слабым голосом спросила она.

Дрожащей рукой она указывала на... на... на какую-то немыслимую хрень!

— Наш нынешний дом, — состроив непонимающую рожу, ответил Луффи. — Тебе что-то не нравится?

Нами честно пыталась понять, что она сейчас видит перед собой. Корабль, — это вообще можно называть кораблём?!! — знаменитых на всё Ист Блю охотников на пиратов оказался... оказался... блин, да что это вообще за хрень такая?!! Три небольших лодки, поверх которых набросали брусьев, воткнули мачту и закрепили большой штурвал. За первыми тремя, на небольшом расстоянии, были ещё три маленькие лодки, так же покрытые брусьями и с воткнутой мачтой. Между мачтами были натянуты большие гамаки, в которых, судя по всему, и спали все члены команды.

Однако это было только начало! Полная конструкция этого Нечто, походила на крест. И если смотреть сверху, правое ответвление, — все те же лодки, накрытые брусьями, только их размер был намного больше, — по-видимому, служило одновременно и кухней, и столовой. Крыша у кухни выглядела словно большой гриб, с соломенной шляпкой, проросший прямо сквозь круглый стол. В свою очередь, левое ответвление, представляло собой большую деревянную коробку с дверью и парой окон, на крыше которой торчали два разноцветных пляжных зонта и виднелись четыре пляжных лежака. Последней частью конструкции этого Нечто, был Железный Ящик, длиной метров шесть, и шириной метра четыре. Железный Ящик, опять же, был установлен на лодках, покрытых брусьями, и располагался в противоположном конце от штурвала, этим самым окончательно делая конструкцию Нечто похожим на большой крест. На двери, ведущей в Железный Ящик, красовалась большая деревянная табличка, с коряво выведенной надписью выполненной разноцветной краской: «Вход в су-у-упер секретное хранилище сокровищ и прочих денег». Дверь, в свою очередь, как узнала Нами уже следующим утром, закрывалась на маленький железный крючочек.

Естественно, ей стало интересно, что же скрывает за собой дверь с подобной надписью. И, наверное, после всего того, чему она уже успела стать свидетелем, она не должна была удивляться, но, когда она увидела содержимое Железного Ящика, её отпавшая челюсть едва не пробила брусья под её же ногами. Как оказалось, за дверью с надписью, сообщавшей о супер секретном хранилище денег и золота, находилось... хранилище денег и золота. Хранилище, заполненное более чем на половину. И всё это добро закрывалось на один-единственный маленький крючочек. Полное сумасшествие.

Хуже всего девушке стало тогда, когда она поняла, что прошлым днём, пока вся команда занималась её поисками и разборками с Вилли, все эти сокровища пролежали здесь совершенно беззащитными. В этот поистине страшный для неё момент осознания, она чуть не лишилась рассудка! Железный Ящик, даже по самым скромным её прикидкам, скрывал в себе миллионов четыреста. Ей честно захотелось заплакать. Ещё больше ей захотелось заплакать, когда Луффи, продав пиратский корабль почти за тридцать миллионов белли и получив в банке награду за голову Вилли, притащил все эти деньги на Нечто, и, открыв дверь в Железный Ящик, просто закинул кейсы с деньгами внутрь. Все тридцать пять с лишним миллионов. А затем опять закрыл дверь. На крючочек.

В этот самый момент разум Нами всё-таки не выдержал, и она грохнулась в спасительный для себя обморок.

Глава 5. Коби и «Королева Монстров»

Негромко всхлипывая, едва соображающий от ужаса, Коби, изо всех сил дергаясь на веревке, обильно мочился в свои штанишки. Срезав несколько волосков с его головы, очередной кинжал вонзился в деревянный щит, установленный сразу за его спиной. Это уже был тридцатый по счёту кинжал, из-за чего щит уже давно стал походить на подушечку для иголок.

Всё в этой жизни познаётся в сравнении.

Ещё сегодня утром Коби, до дрожи в коленях, боялся Альвиду «Железную Палицу», за чью голову давали целых пять (!) миллионов белли. Он и представить себе не мог, что на свете может существовать кто-то сильнее неё, и более пугающий. До сегодняшнего дня. Теперь ему и представлять ничего не нужно было. Он просто встретил людей, которые ВСТОПЯТЬСОТТЫСЯЧМИЛЛИОНОВРАЗ превосходили Альвиду во всём. После встречи с ними, он даже не мог понять, что вообще раньше так пугало его в Альвиде? Необычайно толстая, — практически поперёк себя шире, — прыщавая, вся в веснушках и неуклюжая. Вдобавок, она изо всех сил старалась поверить в собственную ложь о том, что она «Самая Красивая Женщина В Мире». Такую нужно было не бояться, а жалеть. Особенно сейчас, когда она мертва. И пусть само тело он не видел, но в её участи ничуть не сомневался. Это только в детских сказках, люди, повстречав кровожадных чудовищ, уходят от них живыми, а в реальности не выживает никто.

Всё произошло в один момент. Можно даже использовать распространённый шаблон, и сказать: «Ничто не предвещало беды». Самый обычный день на небольшом острове, который Альвида и её команда использовала в качестве своей базы. Ничего подозрительного, всё как всегда. День похожий на сотни других дней, но таким он был только ровно до того момента, пока на горизонте не показался… Не показалось Нечто. Ни сам Коби, ни окружающие его пираты, ещё никогда в жизни не видели более странного корабля... если это вообще заслуживало называться кораблём. Хотя паруса у Нечто были, да. Однако, как и в случае со всем остальным, паруса красовались собственной «изюминкой».

Вместо пиратского флага, эмблемы Морского Дозора или знака какой-либо гражданской компании, на парусах были изображены различные существа. На первом парусе, неизвестный художник нарисовал карикатурное существо, отдалённо похожее на человека, но с крыльями на спине и осьминожьими щупальцами вместо подбородка. Разноцветные надписи на парусе, — выполненные так, словно их делали маленькие дети, — гласили о том, что: «Ктулху фхтагн! — Воистину фхтагн!», «Ктулху зохавает фсех!» и «Ктулху проснулсо!». Картина на втором парусе и вовсе изображало нечто аморфное, но, опять же, с множеством осьминожьих щупальцев, а также рук, ног и глаз. «У Ньярлатхотепа есть самые лучшие и вкусные в мире печеньки!» — гласила надпись под изображением.

К тому моменту, когда Нечто подплыло на расстояние сотни метров, — или всё-таки придрейфовало? Несмотря на наличие парусов, Коби сильно сомневался, что подобное Нечто вообще способно самостоятельно плавать, — на берегу собралась вся команда Альвиды и она в том числе. Народ к этому времени уже давно успел разглядеть в подзорные трубы и бинокли, что на борту, — никаких бортов, правда, у Нечто не имелось в принципе, — находилось пять человек. Возможно, кто-то ещё скрывался в двух постройках-коробках, одной железной, другой деревянной, но именно на палубе, — правда, опять же, палубы, как таковой, у Нечто тоже не существовало, — виднелось пять человек. Три взрослых мужчины, парень и девушка. Причём последняя, даже с расстояния, выглядела абсолютно умопомрачительно-сногсшибательной красоткой, с длинными волосами цвета зрелого мандарина и такими формами тела, за которые совсем не грех было кого-нибудь убить. В общем, никто на берегу не удивился, когда Альвида, едва заметив красотку, моментально взбеленилась. О подобной внешности сама пиратка не могла и мечтать.

Когда Нечто подошло к берегу ещё ближе, к изумлению всех, Рабаст, — один из лучших людей Альвиды, присоединившийся к её команде около полугода назад, — резко развернувшись, припустил вдоль берега с такой скоростью, словно за ним разом погнались все демоны Ада. Некоторые закричали ему вслед, пытаясь выяснить, что нашло на обычно всегда собранного и сдержанного мужчину, но он, казалось, от их криков, побежал только ещё быстрее. Примерно в это же самое время от Нечто отделилась небольшая лодка, в которую забрались все пять человек, и направилась к берегу, поэтому странное поведение Рабаста оказалось временно забытым. И напрасно.

Уже гораздо позже, вспоминая о том страшном дне, Коби мог точно сказать, что если бы на носу лодки не села ранее всеми замеченная девушка, вполне так возможно, кто-нибудь и сумел бы избежать того ужаса, который им всем пришлось испытать. В смысле, кто-нибудь ещё кроме Рабаста. Синеволосый мужчина, который с каким-то параноидальным упорством брил свою голову чуть ли не каждое утро, в очередной раз доказал наличие у себя работающего мозга. Но не судьба. Красотка, усевшаяся на носу лодки, мгновенно привлекла взгляды всех присутствующих на берегу, легко и просто заставив позабыть обо всём остальном. Даже буквально прожигающий взгляд Альвиды, и тот оказался направлен на девушку. Именно поэтому на её сопровождающих, народ обратил внимание только тогда, когда они все вышли из воды на берег. Надо заметить, обратил совсем неохотно.

Сногсшибательная красотка, вблизи, оказалась ещё более сногсшибательной и умопомрачительной, чем выглядела издалека. Как выяснилось, она обладала ещё более выдающимися формами, чем пиратам показалось изначально, а её яркое бикини только усугубляло ситуацию. Создавалось очень сильное впечатление, что ещё буквально один-два вздоха и ткань, до предела натянутая на груди, просто не выдержит, после чего явит миру скрывающееся под ней сокровище. Неудивительно, что все присутствующие почувствовали сильное раздражение, когда один из сопровождающих красотку парней звонко хлопнул в ладоши и поприветствовал собравшихся на берегу пиратов. Тут такой вид, а какой-то идиот их отвлекает! И только пышущая злобой Альвида была иного мнения, но и она не отрывала своего взгляда от красотки. В общем, как уже говорилось, на сопровождающих девушку людей, пираты обратили своё внимание с большой неохотой и огромным раздражением. Коби, надо признать, тоже. А что? Ему почти тринадцать, и он всё-таки парень!

— Ой, мамочки! — выдохнул стремительно побелевший Свей, успевший самым первым сообразить, кто именно почтил их своим присутствием, наряду с красоткой в бикини.

Вскоре побледнели и все остальные, включая саму Альвиду. И Коби вполне мог их понять. Даже он, будучи, по сути, пленником на пиратской базе, и то слышал о совершенно ненормальной, невероятно жестокой и абсолютно беспощадной группе охотников за вознаграждениями. Согласно слухам, на их счёту было в несколько раз больше убитых пиратов, чем на всех солдатах Морского Дозора в Ист Блю вместе взятых. И достаточно было взглянуть на их команду, чтобы сразу понять, кто есть кто.

«Отрыватель Голов» Джонни в сандалях, шортах и красных перчатках с обрезанными пальцами. «Мясник» Йосаку, так же как и Джонни, в сандалях, шортах и с двумя мечами, больше похожими на сильно увеличенные версии ножей, используемых для разделки мяса. И, конечно же, особенно известный из всей их группы «Убийца Пиратов» Ророноа Зоро, он же «Три Меча» Зоро, одетый в плотный зелёный халат и чёрные штаны, заправленные в сапоги. Несмотря на тот факт, что Джонни с Йосаку заметно возвышались над другими охотниками, и их буквально распирало от бугрящихся мышц, больше всего ужаса всё равно нагонял именно Зоро. Объективно говоря, зелёноволосый мечник выглядел менее страшным из всей троицы, но, субъективно, Коби едва сдерживался, чтобы не хлопнуться в обморок от одного его вида.

И тут сразу новый шок!

Мальчик неожиданно понял, как именно звали сногсшибательную красотку, стоявшую среди троицы демонов в человеческом обличии. «Королева Монстров» Нами или «Милосердная Королева» Нами. Из слухов он знал, что она присоединились к остальным охотникам около полугода назад, но и до этого успела немало прославиться, как «Кошка-Воровка» Нами, что, на протяжении многих лет, успешно грабила пиратов. Вот только, после присоединения к такой команде, её старое прозвище, «Кошка-Воровка», быстро сменилось сначала на «Королеву Монстров», — и, посмотрев на группу охотников вблизи, Коби вполне понимал, почему она получила подобное прозвище, — а затем и на «Милосердную Королеву». Опять же, если верить слухам, она, в отличие от других охотников, не убивала своих жертв, а только вырубала своим шестом, со свинцовым сердечником… Кстати о шестах и сердечниках. Помимо цветастого бикини, девушка носила немного странный пояс, который был соединен с набедренной повязкой. И вот на этом поясе и повязке, на манер мечей Зоро, были закреплены три толстых стальных стержня. Мальчик, мысленно прикинув их толщину, сделал вывод, что слухи о залитом внутрь свинце, по всей видимости, были полностью правдивыми.

— Итак, думаю, к этой секунде вы все окончательно поняли, в каком чрезвычайно интересном положении оказались, — вновь заговорил тот, кто изначально всех и поприветствовал.

Коби понятия не имел, кем был заговоривший парень. Несмотря на два пистолета, рукояти которых виднелись между его подмышек, выглядел он совершенно безобидно. Особенно в этих его цветастых шортах, маской для подводного плаванья сдвинутой на лоб, и зелёном надувном круге вокруг живота. Надувной круг с нарисованными на нём жёлтыми утятами, куда уместнее смотрелся бы на талии маленькой девочки. Рядом с массивными фигурами остальных охотников, если не считать «Королеву», парень выглядел особенно неуместно.

И тем необычнее казался тот факт, что именно вокруг него стояла остальная команда, словно... словно именно он был главным в их группе. Девушка так и вовсе стояла, обняв его со спины и положив подбородок на его плечо. Спрашивается, и кто это такой? Среди пересказанных пиратами слухов, мальчик никогда не слышал слуха о том, что в команде знаменитых охотников есть кто-то ещё… Или всё-таки слышал? После недолгих раздумий, он начал припоминать кое-какие детали. Вроде как вместе с охотниками постоянно таскается какой-то шут, который никогда не принимает участия в сражениях. На взгляд Коби, парень на шута не походил совсем. Особенно сейчас, когда он выглядел самым главным на всём пляже. И это с надувным кругом для маленьких девочек вокруг талии!

— Просто так вас убивать нам неинтересно, слишком уж вы для нас мелкие сошки, поэтому предлагаю вам сделку…

— Эй! Почему это… — начал говорить Кави, чтобы тут же рухнуть в песок с простреленной головой.

В команде Альвиды он всегда считался полным идиотом, что успешно доказал в очередной раз и однозначно последний в своей жизни.

— Суть сделки заключается в том, — как ни в чем не бывало, продолжил говорить парень в шляпе, словно это не он только что пристрелил человека, — чтобы вы победили нашу прекрасную «Королеву», — подняв руку, он погладил обнимающую его девушку по голове. — Мы вас отпустим, если сможете её победить, а если нет… В общем, сами догадайтесь.

— Сражения один на один?! — с явно слышимым энтузиазмом в голосе, спросила Альвида.

Коби сразу понял, что уродливая толстуха прямо-таки жаждала заполучить возможность прибить девушку, так взбесившую её своей красотой.

— Один на один? — приподнял бровь парень в шляпе. — Прикольный анекдот, но не смешно. Нет, дорогие вы мои, вся ваша команда, против нашей «Королевы». Иначе это будет совсем неинтересно.

На песок разом упало три десятка челюстей, включая челюсти Коби и Альвиды.

— Вам лучше не недооценивать нашего очаровательного навигатора, — усмехнулся парень. — Ваш шанс на победу не превышает и одного процента.

Успокоил так успокоил.

— Один процент? — глаза Альвиды налились кровью. — Это мы ещё посмотрим!

— Тогда дайте нам пять минут, чтобы всё подготовить, а потом можете начинать, — радостно улыбнулся парень. — Парни, вытаскивайте все наши причиндалы! — посмотрев на остальную мужскую часть команды охотников, воодушевлённо добавил он.

Как оказалось, под словом «причиндалы», он подразумевал пляжные лежаки, зонты и переносные холодильники со льдом, полные запотевших бутылок пива. Через пять минут запрошенных Шляпой, — как мысленно окрестил его Коби, — всё было готово. Охотники, разобрав пиво и пакеты, кажется, с солёными орешками, довольные развалились на лежаках, в тени цветастых пляжных зонтов. Неподалёку от них «Королева» делала самую обычную разминку. Словно она не сражаться собиралась, а плавать. И вот эта легкомысленность группы охотников пугала лучше любых угроз. Всё в их действиях буквально кричало о том, что они не считают Альвиду и её команду за хоть сколько-нибудь значимых противников. Мальчик невольно припомнил, сколько самых разнообразных слухов слышал об этих печально известных охотников за пиратами. И хотя он понятия не имел, какие из услышанных слухов правдивы, а какие нет, но даже если лишь пятая их часть была правдой… Тогда он вполне мог понять, почему они не воспринимали Альвиду и её команду всерьёз.

— Нами, ты готова? — громко спросил Шляпа.

Девушка, вместо ответа, один за другим, вытащила все три стальных стержня и чётко выверенными движениями, говорящими о большой практике, быстро собрала из них единый шест.

— А вы готовы? — опять спросил Шляпа, только теперь повернувшись к Альвиде и её команде, а значит и к самому Коби.

— Готовы! — рявкнула толстуха, ударив своей огромной палицей по песку.

— Тогда... начинайте! — махнул рукой радостный парень, словно объявлял не о начале поединка, ставкой в котором были жизни более тридцати человек, а о весёлых пляжных играх.

«Королева» ждать не стала. Едва рука «Шляпы» пошла вниз, как она тут же сорвалась с места. Коби стоял немного в стороне от всех, — он совершенно точно не собирался принимать никакого участия в сражении, — поэтому отлично увидел всё, что произошло в последующие несколько секунд. Несмотря на песок под ногами и около десяти метров расстояния между «Королевой» и стоящей впереди всех Альвидой, первой потребовалось не более одного мгновения, чтобы оказаться прямо перед «Железной Палицей». И хотя скорость девушки не застала толстуху врасплох, это никак ей не помогло:

— Урья-а-а-а! — мощно атаковала она.

Чудовищный удар здоровенной железной палицы, которой так сильно боялись все члены её команды, обрушился на песок, совершенно не зацепив легко увернувшуюся «Королеву». Зато она сама не упустила предоставленную ей возможность. Сместившись в сторону и крутанув свой шест, она нанесла удар снизу вверх, по полностью открытому животу Альвиды. Да ещё как нанесла! Огромное тело оказалось в буквальном смысле подброшено в воздух, а хлопок от удара стального шеста, наверное, можно было услышать с любого конца острова.

Однако, как показали дальнейшие события, «Королева» вовсе не собиралась останавливаться, нанеся один-единственный удар. Едва тело Альвиды оторвалось от земли, как девушка сама взмыла в воздух. Снова крутанув шест в руках, она резко опустила его на спину своей противницы, вкладывая в удар всю свою силу и вес. Тело пиратки, взметнув в воздух тучи песка, рухнуло обратно на землю с силой полноценного метеорита.

Когда взметнувшийся вверх песок осел, взгляду Коби предстала «Королева», стоящая рядом с телом бессознательной Альвиды. Он был уверен, что ещё чуть-чуть и его глаза присоединятся к его же челюсти, уже давно лежащей на земле. Реакция остальных пиратов вполне соответствовала его собственной реакции. В свою очередь, охотники вели себя так, как, вероятнее всего, и полагалось вести себя кучке кровожадных психопатов: они громко свистели и радостно улюлюкали. Кроме «Убийцы Пиратов» Зоро. Этот просто довольно скалился и, в отличие от остальных, пил не пиво, а саке.

— Прыгай почаще, Нами, это делает потрясающие вещи с твоей фигурой! — прокричал довольный Шляпа.

— Подтверждаем! — отсалютовав девушке бутылками, дружно поддержали парняДжонни и Йосаку.

«Королева», кинув в их сторону смеющийся взгляд, оглядела стоящих перед ней пиратов. Несколько секунд и шест в её руках снова завращался, а она сама сделала шаг вперед. Пираты дружно сглотнули.

— С-с-стреляйте!!! — раздался несколько истеричный выкрик одного из них.

Второй раз кричать не потребовалось. Большая часть пиратов бросилась в рассыпную, предоставляя место для маневра тем, кто имел при себе огнестрельное оружие. «Королева» не моргнула и глазом, когда в её сторону оказалось направленно порядка десяти стволов. Не моргнула она и тогда, когда все десять пиратов, направляющих на неё дула своих ружей и пистолетов, почти синхронно нажали на спусковые крючки. Грянули выстрелы. Глаза Коби опять предприняли попытку упасть на песок. Промазали. В смысле, все пираты промазали, а не глаза мимо песка! Вернее, пираты стреляли куда надо, но пули просто не попали в «Королеву». Хотя, так тоже неверно. Пули попали в девушку, но они соскользнули с неё. Не отрикошетили, а именно соскользнули. Не оставив после себя ни единой царапины. Если раньше пираты просто боялись, теперь некоторые из них стали выглядеть так, словно они вот-вот собирались наложить в штаны. Или грохнуться в обморок. Или сразу всё вместе.

— У-убейте её! — снова раздался крик, но теперь Коби увидел, что кричал Барджи, первый помощник Альвиды. — Стреляйте, стреляйте же! Стреляйте, до тех пор пока не убьёте её!

И пираты снова открыли огонь. И это снова не возымело никакого эффекта. Пули как соскальзывали с девушки, так и продолжались соскальзывать.

— Стреляйте! – отчаянно продолжал надрываться Барджи. – Стреляйте!

Постояв немного на месте, словно давая возможность стреляющим в неё пиратам придумать какую-нибудь другую тактику, кроме бесполезной пальбы по ней, «Королева» двинулась вперед. Через несколько шагов, она, с помощью одной лишь кисти, вновь закрутила свой шест. Нервы пиратов не выдержали. Они уже успели посмотреть на неё в действии, и теперь знали, что вращение шеста не сулит им ничего хорошего. Выстрелы мигом прекратились, а сами стрелки, побросав бесполезные в нынешнем случае ружья и пистолеты, схватились за шпаги. Как прекрасно понимал Коби, все они сейчас бы предпочли сбежать куда подальше, но им было достаточно всего один раз взглянуть в сторону пьющих охотников, чтобы отбросить подобные мысли. Единственных их шанс на выживание заключался в том, чтобы победить неторопливо наступающую на них «Королеву». Хотя фраза Шляпы, про их однопроцентный шанс на победу, теперь, в свете всего уже произошедшего, выглядела не обычной шуткой или преувеличением, а самой настоящей констатацией факта.

Не зная, что им делать, пираты поступили так, как привыкли поступать каждый раз, когда им попадался более-менее сильный противник. Они взяли «Королеву» в кольцо и напали все разом. К сожалению, для самих себя, команда Альвиды недооценила девушку. Оч-чень сильно недооценила. Удар способный подкинуть их капитана в воздух, несмотря на её несколько сотен килограмм веса, начисто сносил всех остальных. «Королеве» достаточно было один раз взмахнуть своим шестом, чтобы отправить на землю сразу трёх-четырёх человек. Пираты непосредственно попавшие под её удар, либо уже совсем не вставали, либо заходились в крике и корчились от боли в переломанных костях. «Милосердная»? Смотря на некоторых пиратов, валяющихся на земле сломанными куклами, Коби начал невольно думать о том, что смерть была бы для них лучшим выходом. После таких травм, без серьёзного и дорогостоящего лечения, им была гарантирована инвалидность на всю оставшуюся жизнь.

Пираты Альвиды «Железной Палицы» без этой самой Альвиды не представляли собой ничего. Ничего. Они привыкли драться либо с совершенно беспомощными безоружными людьми, либо нападать целой группой на одного. Средний по силе и умениям офицер Морского Дозора в Ист Блю, доведись ему сразиться с ними в поединке один на один, легко бы справился с любым из них. Что тогда говорить о Нами, которая, уже более полугода, как ежедневно тренировалась с самым сильным и известным мечником в Ист Блю? После абсолютно непобедимого монстра, такие противники воспринимались ею не более чем легкой разминкой.

Скажи кто-нибудь ещё год назад, что вскоре она будет способна в одиночку справиться с целой пиратской командой, она бы только покрутила пальцем у виска. В лучшем случае. Да и с чего бы воровке драться с целой командой? Если тебя обнаружили, нужно сразу бежать, а не драться! Однако её капитан придерживался другого мнения и он отлично умел — мягко сказано! — навязывать его людям. Ты — вор? Тогда будь добр стать настолько сильным, чтобы быть способным в одиночку справиться с целой пиратской командой. Побеждаешь, после чего обшариваешь корабль неудачников и забираешь всё самое ценное, а то и вовсе угоняешь весь корабль и продаёшь его. Другими словами, Луффи предпочитал воров, который не взламывали двери, а выламывали их. Все доводы по поводу того, что таких людей и ворами-то считать нельзя, он мастерски игнорировал… Как он, зачастую, и поступал с любыми разумными и логически обоснованными доводами. Самое страшное? Всего через пару месяцев общения с ним, «логичные и обоснованные доводы» стали напрочь игнорироваться уже и самой Нами. Точно так же, как они давно игнорировались Джонни, Йосаку и Зоро. И именно тогда она поняла, что окончательно, как сказал Зоро, «Луффицировалась».

Луффицирование — процесс, с точки зрения девушки, жутко пугающий и буквально сводящий с ума на первой своей стадии, и приносящий только радость и покой на душе, когда изменения начинали подходить к концу. Внешне Луффицированные выглядели вполне обычными людьми, но их внутренних мир мог привести в ужас любого разумного человека, что неоднократно проверялось на практике всеми членами семьи Соломенной Шляпы. В свою очередь, Луффи, как источник распространения неизлечимой психологической болезни, имел ещё более значительные отклонения от нормы, чем любой им зараженный человек, поэтому, своим внутренним миром, мог привести в ужас даже других Луффицированных. Нельзя передать обычными словами, насколько сильно любила и уважала своего капитана вся семья Соломенной Шляпы, но некоторые его решения казались совершенно сумасшедшими и пугающими даже им. И это людям, слабейшая из которых, вполне могла в одиночку сражаться с целой пиратской командой. И побеждать.

Кстати о сражении.

— Нами действительно прекрасна, — вздохнул Джонни, не отрывая взгляда от дерущейся девушки.

— На мой взгляд, все сильные женщины прекрасны, — сделав несколько глотков из бутылки, озвучил свою точку зрения Йосаку.

— Смотря, что ты подразумеваешь под словосочетанием «сильные женщины», — хмыкнул Луффи. — Если говорить только о голой физической силе, то в перекачанных женщинах, которых порой невозможно отличить от мужиков, и близко нет ничего прекрасного.

— Я имел в виду несколько более... более абстрактное значение силы… Хотя и физическая сила тоже важна.

— Дух, сила, ум, красота — женщина не будет по-настоящему прекрасной, если хоть одна из этих составляющих окажется за бортом, — поделился своим мнением Зоро.

— Я смотрю солнце и саке полностью растопили твою «тсун» составляющую оставив только «дере», — весело произнёс Луффи, а вместе с ним заулыбались и Джонни с Йосаку. — Иначе бы ты и под страхом смерти не произнёс ничего подобного,

И только один Зоро остался недовольным. Ничего нового. Всё как обычно.

— Пошёл ты!

— Однако тут я с тобой полностью согласен, — Луффи сделал вид, что ничего не услышал. — Так что, Йосаку, дело не в сильных женщинах, а в Нами. Наша Нами прекрасна. Она обладает всем, чем должна обладать любая по-настоящему великолепная женщина.

— В итоге, как я и сказал, Нами действительно прекрасна, — снова вздохнул Джонни.

— Кстати, о прекрасном, — заговорил Зоро, смотря за тем, как девушка, в буквальном смысле, раскидывает по сторонам пытающихся атаковать её пиратов. — Я считаю нам больше нет смысла оставаться в Ист Блю.

— Хм-м-м… — слегка задумчиво протянул Луффи.

— Я, пожалуй, соглашусь с Зоро-аники, — кивнул Джонни.

— За последний месяц мы даже ни разу не сражались, всегда хватало одной Нами, — поддержал его Йосаку. — Бессмысленно дальше оставаться в море, считающимся слабейшим из всех.

— Словно взрослые дяди на школьной скамье, — снова кивнул Джонни.

— Я хочу встретить сильных противников, — прикончив остатки саке в бутылке, чуть вздохнул Зоро. — Хочу знать, чего я действительно стою. К тому же, не пора ли нам поднять свой флаг? По-моему, время для этого уже пришло давным-давно.

— Ши-ши-ши! Какие вы сегодня разговорчивые, особенно Зоро! Однако можете не волноваться. Я полностью разделяю ваше мнение. В Ист Блю практически не осталось ничего интересного.

— Практически? — сразу же уловил ключевое слово мечник. — И что же интересного здесь осталось?

— Тц-тц! — слегка поцокал языком Луффи. — Будет совсем неинтересно, если я сразу всё вам расскажу.

— А если намекнуть? — с надеждой спросил Джонни.

В последние несколько месяцев его «сила любопытства» росла прямо-таки в геометрической прогрессии, из-за чего любые секреты и недомолвки начали становиться для него сущим кошмаром. Пока он ещё мог себя контролировать, но нездоровая тенденция была «на лицо».

— Намекнуть? Хорошо, намекну. Дело в том, что если уж уходить с Ист Блю, то напоследок обязательно нужно громко хлопнуть дверью, иначе мы словим пичальку… Или, что ещё хуже, только я словлю пичальку, что совершенно недопустимо. Если я ловлю пичальку, вся семья обязана разделять моё горе!

— Хлопнуть дверью? — нахмурил лоб Зоро, опять же, сразу вычленив самое главное, и умело проигнорировав весь остальной словесный мусор, который Луффи так любил вываливать на своих собеседников. — И как же ты собираешься хлопнуть дверью?

— Просили намёка, я и дал вам намёк, а всё остальное супер секретный секрет! Ши-ши-ши…

— А что насчёт Нами? — продолжил любопытничать Джонни. — Помнится первые пару недель, она упорно твердила, что с нами только на полгода, после чего тут же уйдёт из семьи.

— Мы пообещали ей помочь с деньгами, и мы ей помогли, — ответил ему Зоро. — Если бы она действительно собиралась уйти из семьи, она бы ушла ещё несколько месяцев назад. Нами собрала уже раз в двадцать больше денег, чем ей требовалось изначально.

— Не говоря уже о том, насколько давно она не пыталась нас ограбить, — открыто засмеялся Йосаку.

Все четверо невольно вспомнили первые два месяца, — упорства Нами было не занимать, — во время которых она изо всех сил старалась удрать со всеми их деньгами. И это тогда, когда в роли её «временного» капитана выступал Луффи? Такая наивность, тогда и сейчас, вызвала у парней одно лишь умиление. У неё самой теперь тоже.

— А эти её постоянные крики насчёт того, что она навигатор и поэтому не должна драться? — весело фыркнул Джонни. — Сейчас уже и говорить ничего не надо, без всяких приказов сама всех раскидает и при этом глазом не моргнёт.

— Давно ли сами такие были? — усмехнулся Зоро. — Я тоже помню много ваших криков, и по поводу сражений, и по поводу тренировок.

— Не надо говорить так, будто ты сам от них чем-то отличаешься! — растянул рот в широкой улыбке Луффи. — Ты, на мой взгляд, вообще был самым забавным из всех. Особенно первый месяц, когда был настолько беспомощным, что даже себе нормальной еды отвоевать не мог.

Зоро заметно покраснел, чем только сильнее разжёг огонёк любопытства в Джонни и Йосаку. Особенно в первом. Только речь уже шла не об огоньке, а о полноценном лесном пожаре.

— Луффи-аники, что ты имеешь в виду? – казалось ещё чуть-чуть и Джонни начнёт подпрыгивать на своём лежаке от возбуждения. — В каком смысле, Зоро-аники не мог отвоевать себе еду? Зачем еду вообще отвоевывать?

— Потому что мне пришлось жить с чёртовыми дикарями, — пробурчал Зоро, но особого недовольства в его голосе не слышалось, только всем привычное ворчание.

— Там где я жил, никакая еда не доставалась просто так, — пояснил Луффи для Джонни и Йосаку. – И нужно было сильно постараться, чтобы получить вкусной еды, вместо отходов.

— Зоро-аники не был в состоянии заполучить себе нормальной еды? — недоверчиво спросил Йосаку.

— Наш Зоро-аники? — ещё более недоверчиво уточнил Джонни.

— Ши-ши-ши! Ребята, я жил с Горными Бандитами с семи лет, а с Зоро я познакомился почти в пятнадцать лет. Как несложно подсчитать, к моменту нашего с ним знакомства, Горные Бандиты прожили со мной бок о бок немногим меньше восьми лет. Дальше пояснять?

Почти восемь лет с Луффи-аники… Джонни и Йосаку в этот момент не знали, кому им нужно больше сочувствовать, — в том, что сочувствовать нужно было всем вовлечённым, они знали точно. Зоро, неожиданно оказавшийся прямо в центре стаи кровожадных монстров, — где Луффи, там всегда есть кровь и «монстры», — или Горным Бандитам, которым пришлось жить с Луффи-аники, — самым главным и самым кровожадным монстром из всех существующих! — на протяжении стольких лет.

— И всё-таки, что насчёт Нами? — вернулся к первоначальной теме Джонни. — Деньги у неё есть, но возвращаться в свою деревню она как-то не спешит. И если мы действительно скоро отправимся на Гранд Лайн, нужно окончательно закрыть этот вопрос.

— Ты действительно думаешь, что Луффи не понимает такую очевидную вещь? — усмехнулся Зоро, беря в руки новую бутылку саке

— Не волнуйтесь, всё будет нормально, — беспечно отмахнулся упомянутый парень, продолжая наблюдать за тем, как Нами неторопливо добивает пиратов. — Ситуация с ней станет последним аккордом к нашей славе… Вернее вашей славе, — повернувшись к ним, добавил он с довольной улыбкой, сделав ударение на соответствующем слове.

— Никогда не мог понять, почему ты так упорно прячешь свою силу, — произнёс Джонни. — В чём смысл?

Йосаку молча покосился на своего друга, после чего так же молча отпил пива из своей бутылки. В последние время он просто не знал, что ему делать с Джонни, а точнее с его чрезмерным любопытством. Раньше он не был настолько любопытным.

— Как в чём? — слегка возмутился Луффи. — Конечно же, так интересней! Зачем бы я ещё заморачивался?

— В том-то и дело, что-то я как-то не улавливаю, в каком месте всё это может быть интересно.

— Рю, ты меня разочаровываешь…

— Я Джонни, — устало возразил парень, уже практически смирившийся с тем, что он теперь Рю.

— … Вот ты только представь, — продолжил говорить Луффи, как и всегда, начисто проигнорировав прозвучавшее возражение, — когда у вас всех будут уже свои высокие награды, ещё более зловещая репутация, а Зоро все будут считать сильным, жестоким и совершенно беспощадным капитаном Пиратов Соломенной Шляпы, на сцену выйду я. И тогда ужасный капитан окажется всего лишь первым помощником! Как вам сюжет? Словно истории, где жестоким психопатом-убийцей оказывается не главный подозреваемый, а самый безобидный и трусливо выглядевший персонаж. Такие истории всегда популярны! Ши-ши-ши…

— …

— …

— Наконец-то ты сам себя признал жестоким психопатом-убийцей, — в отличие от Джонни и Йосаку, Зоро было что сказать, после всего услышанного.

— Ничего я не признавал! — делано обиделся Луффи. — Это был самый обычный пример! Ничего общего со мной!

— Я жил с тобой, жил вокруг людей знавших тебя с самого детства, был в твоей родной деревне и видел твой дом. Видел из чего сделан твой дом, и видел твоё личное кладбище за ним, за которым ты так любовно ухаживал. Не пытайся убедить меня в свой нормальности или безобидности, всё равно не получится.

— Эй, хватит тут пугать Джонни и Йосаку своими выдуманными историями, а то они ещё подумают, что ты говоришь правду. Личное кладбище? Серьёзно? Ну ты и шутник, Зоро! — несколько натянуто рассмеялся Луффи, чем тут же и подтвердил всё сказанное мечником. — Да и вообще, — он тут же поспешил сменить тему, — помимо классного сюжета, когда самый опасный персонаж скрывается в тени других, казалось бы, и так невероятно опасных персонажей, есть ещё одна причина, почему я это делаю. И дело в том, что пока все вокруг считают вас главными злодеями, я могу… Хм-м-м… Как бы это сказать… Короче, я могу страдать самой разнообразной фигнёй. И это круто.

Вот такую мотивацию парни уже понимали очень хорошо. Страдать фигнёй и «приключаться» — по выражению самого Луффи, — он любил больше всего на свете. И деньги. Правда, деньги он любил не из-за самих денег, а из-за того, что они позволяли ему свободнее страдать всякой фигнёй и «приключаться» в усиленном режиме. Не говоря уже о том, что сам процесс набивания карманов деньгами, — или Железный Ящик, если говорить конкретно об их случае, —Луффи так же умудрился хорошенько разбавить страданием различной фигнёй и возможностью лишний раз «поприключаться» или просто повеселиться.

Разговор прервался сам собой, когда после десяти минут сражения, из всей команды Альвиды на ногах остался стоять только один-единственный «боец». Этот самый «Боец» не хлопнулся в обморок лишь благодаря чуду. Или проклятью, учитывая все обстоятельства. И было ещё большим чудом, что он не перепачкал штаны, когда девушка, закончив с пиратами, направилась прямо к нему.

— И кто же это у нас здесь такой? — растянув губы в довольной улыбке, буквально промурлыкала Нами. — Пират в таком юном возрасте? Ай-яй-яй, как нехорошо, как нехорошо. И как же зовут нашего плохого мальчика? — она остановилась прямо перед онемевшим от страха мальчиком.

— К-коби! — выдал тот дрожащим голосом.

— Капитан, и что мне с ним делать? — повернувшись в сторону лежаков, громко спросила девушка.

— Убей его! — пришел радостный ответ от Луффи.

Коби невольно всхлипнул от ужаса.

— Просто так? — в голосе Нами легко угадывалось неприкрытое удивление. — Мне так кажется, будет намного лучше, если мы сделаем из него наглядное пособие. Сделаем с ним что-нибудь невероятно ужасное и бесчеловечное. Нечто настолько страшное, чтобы после истории о его жуткой участи, ни одному ребёнку и в голову не приходило становиться пиратом.

— Тогда Йосаку сейчас разрежет его на части и развесит по деревьям!

— Нет-нет! — резко замотал головой упомянутый парень. — Мне уже надоело простое разрубание людей на части, поэтому недавно задумался о том, как можно улучшить мой стандартный метод убийства. И тогда меня осенило, что первым делом нужно отрубать человеку голову! В этом случае смерть не приходить к нему мгновенно, и он остается в сознании достаточно долго, чтобы увидеть, как я разрубаю на много частей всё его остальное тело. Представляете, какое выражение лица будет у отрубленной головы, после такой картины? Думаю, будет круто и очень наглядно!

Коби почувствовал, как его зрение начало расплываться.

— Нет-нет! — теперь замотал головой Джонни. — Так он умрёт слишком быстро! Может лучше сначала на костерок его? Прикинь, тогда он увидит не просто своё разрубаемое на части тело, а своё горящее разрубаемое на части тело!

— А что? Отличная идея! — слегка потерев пальчиком подбородок, расцвела радостной улыбкой Нами. — Но можно мне сначала его немного попытать?

— Можно, — великодушно разрешил Луффи, — но только немного, чтобы он не умер раньше времени от болевого шока! А мы пока соберём дрова.

— Спасибо, капитан!

«Милосердная? В каком месте она милосердная?» — ужас стал настолько всепоглощающим, что Коби всё-таки потерял сознание. Вот только его счастье оказалось недолгим. Когда он очнулся, то обнаружил себя подвешенным за руки. И едва он это понял, как тут же принялся истерично озираться по сторонам. Позади себя он обнаружил большой деревянный щит, прибитый прямо к дереву. На щите, жёлтым мелом, был нарисован контур человеческого тела. Под собой мальчик увидел сложенные пирамидкой поленья, а напротив себя лежащих в лежаках охотников, возле каждого из которых были обильно понатыканы кинжалы. Мальчик не сомневался, что последует дальше, поэтому тихонько заскулил от ужаса.

— О! Никак наш плохой мальчик очнулся? — раздался мелодичный голос Нами.

Она оказалась единственной, рядом с которой не было ни одного кинжала. Да и вместо пива или саке, держала в руках высокий бокал, содержимое которого потягивала через трубочку-зонтик.

— Эй, пацан! — радостно помахал ему рукой Луффи. — Пока ты валялся в обмороке, я придумал новую игру с тобой в главной роли! Тебе обязательно понравится, обещаю! Суть игры заключается в том, что кто-нибудь из нас произносит название определенной части тела, куда ровно через две секунды говоривший кинет свой кинжал. Кидать мы будем в щит за тобой, поэтому, если не увернёшься, станешь трупом или будет очень больно. Как? Всё понятно? Тогда давай проверим, и, чтобы не убить тебя с первого броска, облегчу тебе задачу и скажу... левая голень! Поджимай ноги, пацан!

Помертвевший от ужаса Коби, послушно поджал ноги, а спустя две обещанных секунды, Луффи взмахнул рукой с кинжалом. Мальчик услышал легкий свист воздуха, когда кинжал пролетел под его ногами, а затем раздался деревянный стук, когда кинжал вонзился в щит. Испуганно вывернув голову, он увидел, что кинжал вонзился туда, куда и было сказано, то есть прямо в голень человеческого силуэта, нарисованного на щите.

Так оно и пошло.

Кто-нибудь, не чаще чем раз в пару минут, называл какую-нибудь часть тела, после чего Коби старательно пытался убраться с траектории броска. А в промежутках между бросками, он висел и думал. Например, думал о том, что всё действительно познаётся в сравнении. И почему он вообще боялся Альвиду? Сейчас она казалась ему чуть ли не воплощением добра и справедливости, а два года, проведённых в её плену, не такими уж и плохими. Если бы ему кто-нибудь сейчас дал право выбора, он бы без малейших колебаний предпочел ещё два года пиратского плена, чем уже два прошедших часа в обществе охотников.

В конце концов, в определённый момент, он просто устал сопротивляться. Смысл? Его всё равно убьют. Так зачем продлевать агонию? Не лучше ли будет просто словить кинжал, и больше не мучаться? Приняв решение, он, когда прозвучало слово «голова», остался безвольно висеть на месте в ожидании своей скорой смерти… Которая так и не пришла.

— Готов! — радостно сообщил всем Луффи.

В следующую секунду Коби понял, что он падает. Рухнув ногами прямо на сложенные пирамидкой поленья, он затем повалился на песок, где так и остался неподвижно лежать. После всего произошедшего он совершенно обессилил. Однако затем его перевернули на спину, и Коби увидел над собой улыбающееся лицо Нами.

— Теперь ты знаешь, что бывает с нехорошими маленькими мальчиками, решившими стать пиратами, — произнёсла она, разрезая кинжалом веревки на его руках. — И если в будущем мы снова найдем тебя среди пиратов, на повторное милосердие можешь не рассчитывать.

Коби почувствовал, как в его груди зарождается совершенно несвойственный ему гнев. Пират? Они думали, что он пират?! Он никогда не будет пиратом!!!

— Я... я не... я не пират! — несмотря на весь свой гнев, он чувствовал себя настолько истощенным, что только под конец фразы смог придать сил своему голосу.

— Не пират? — скептически приподняла бровь девушка. — Тогда что же ты делал среди пиратов? — насмешливо спросила она.

Где-то неподалёку от себя Коби услышал, как Луффи произносит тост:

— За интенсивную психотерапию! Да будет она прославленна в веках! Кампай!

— Кампай! — дружно ответили ему ещё три довольных голоса, после чего послышался характерный звук, издаваемый при чоканье стеклянных бутылок.

Проведя два года с пиратами, которые, большую часть своего свободного времени, только и делали, что беспробудно пили, мальчик слышал этот звук десятки тысяч раз. И теперь он мог узнать его где угодно, и в каких угодно обстоятельствах.

— Я... я два года был в плену у пиратов... я не пират... я ненавижу пиратов.

Стоящие неподалеку парни дружно выплюнули на землю всё, что успели набрать в рот, после чего ошеломлённо вытаращились на Коби. В свою очередь, Нами, стоящая на коленях возле него, в шоке прикрыла рот рукой.

— Эй-эй, пацан! — обратился к нему Луффи. — В каком это смысле, ты не пират? Ненавидишь пиратов? В плену? О чем это ты вообще говоришь?

— Два года назад я отправился рыбачить, но не успел залезть в лодку, как появились пираты Альвиды. Они отобрали мою лодку и пленили меня самого. С тех самых пор я никогда не покидал этого острова, проводя дни напролет в уборке, готовке и стирке для пиратов Альвиды.

Коби ответил. И откуда только силы взялись? Однако, сама мысль о том, что его приравнивают к так ненавидимым им пиратам, казалось ему невыносимой. Вероятнее всего, именно это и придало ему сил.

— Пацан, а ты не думал, что стоило бы нам об этом рассказать до того, как мы начали кидаться в тебя кинжалами?

— И обещали расчленить на части, — добавил Йосаку.

— И сжечь заживо, — напомнил Джонни.

— И заговорили о пытках, — хмыкнул Зоро, посмотрев в сторону Нами.

— Да, — кивнул Луффи, — обещали расчленить на части, сжечь заживо, заговорили о пытках, и до того, как мы начали кидаться в тебя кинжалами.

— Заткнитесь, идиоты! — наконец, взяла себя в руки девушка. — Когда бы он нам что рассказал, если вы сразу же напугали его до полусмерти?

— Если я всё правильно помню, а я помню всё правильно, именно ты напугала его самой первой, — ожидаемо не признал свою вину Луффи.

— Ты, кажется, говорил, что тебя зовут Коби? — начисто проигнорировав парня, чему научилась у него же самого, она ласковым голосом обратилась к мальчику. — Давай я тебе помогу встать, а затем мы пойдём, помоем тебя и переоденем, после чего решим, что с тобой делать дальше.

Нами помогла Коби подняться с земли и, поддерживая его за руку, повела в сторону построек, где, как она предполагала, можно найти ванную и чистую одежду. Так оно и получилось. Она без труда нашла большую ванную комнату чуть ли не с целым бассейном по середине, а также несколькими большими тазами. Набрав воды в один из таких тазов, она вытряхнула едва шевелящегося мальчика из его одежды и затолкала его в воду.

Минут десять, чтобы дойти до построек и найти ванную, минут пятнадцать на помывку, минут десять на поиск вещей и переодевание, и минут пять на обратную дорогу. И вот, сорок минут спустя, уже практически очухавшийся, но всё ещё сильно усталый Коби, вновь оказался перед ужасными монстрами. Монстрами, которые, как он абсолютно точно был уверен, ещё очень долго будут сниться ему в кошмарах.

— Эй, пацан! — Джонни, как наименее занятой, первым поприветствовал вернувшегося мальчика, которого привела за руку Нами. — Э-э-э... хорошо выглядишь! — добавил он, чем тут же вызвал весёлые смешки у всех остальных парней, и убийственный взгляд девушки.

За сорок минут, что отсутствовали Коби и Нами, парни успели откуда-то притащить большой круглый стол, а также кучу раскладных стульев, различной еды и много-много-очень-обалдеть-как-много мяса, которое сейчас жарил над раскаленными углями Луффи. Сидевшие рядом с ним Зоро и Йосаку, нанизывали на шампуры мясо и лук. Джонни, отвечавший за приготовление различных салатов, успел закончить с ними незадолго до возвращения мальчика и девушки. Вот он и оказался единственным бездельником.

— А теперь, когда мы вернулись, вы не хотите ничего ему сказать? — встав за спиной Коби и положив руки ему на плечи, Нами обвела грозным взглядом парней. — За себя я уже попросила прощение, теперь ваша очередь.

— Э-э-э… — неуверенно протянул Джонни. — Коби, да? Так вот, Коби, прости, что предлагал сжечь тебя заживо!

— И меня прости, что придумал игру с метанием кинжалов в щит, прибитый прямо за тобой! — повинился сидящий возле огня Луффи.

— Тоже прошу прощения, что говорил о том, как отрублю тебе голову, а затем разрублю тебя на части, прямо на глазах твоей отрубленной головы, пока твой мозг окончательно не умер, — попытался выдавить из себя виноватую улыбку Йосаку.

— …

— …

— …

— БВАХА-ХА-ХА-ХА!!! — разразились неудержимым хохотом все присутствующие парни.

И хотя Нами прекрасно понимала, что не должна была ожидать от них ничего другого, она всё равно не удержалась от того, чтобы не прикрыть лицо рукой. Зато до Коби, наконец, дошло, почему её не только называли «Королевой Монстров», но и «Королевой Милосердия». Просто, как он теперь отчётливо понимал, она была единственной среди всех этих монстров, кому вообще знакомо слово «милосердие».

Глава 6. Коби, Шляпы и Дозор

Проведя целых две недели в компании печально известных на всё Ист Блю охотников за пиратами, Коби мог с уверенностью сказать, что они, на самом деле, если разобраться, довольно неплохие ребята. И даже в чём-то добрые. Нет, правда! Просто их доброта была погребена под таким толстым слоем безумия, кровожадности и любви к мрачным шуткам, — или тупым и идиотским, если повторять за Нами, — что разглядеть её становилось делом крайне затруднительным. Однако у мальчика имелись неопровержимые доказательства — он сам! В смысле, он всё ещё жив, хотя его вполне могли убить. Кроме того, «Королева Монстров» Нами действительно оказалась «Королевой Милосердия».

Вопреки всему, что успел себе надумать Коби, Альвида и её команда, за исключением нескольких человек, оказалась живой. Соломенные Шляпы даже позволили некоторым её более-менее дееспособным представителям подлечить тех, кто нуждался в этом особенно сильно. И своими жизнями Альвида и её люди были обязаны только Нами. Если бы с ними сражался кто-нибудь кроме неё, их всех бы однозначно убили, тогда как она сама не старалась кого-то целенаправленного убивать. И не позволяла добивать поверженных ею противников.

В результате, когда сражалась девушка, остальным членам семьи постоянно приходилось возиться с выжившими пиратами. Это, в свою очередь означало, что им, после каждой такой стычки с пиратами, нужно было некоторое время сидеть на одном месте, в ожидании прибытия дозорных. Например, прежде чем солдаты приплыли за Альвидой и её командой, прошло четыре полных дня. С другой стороны, было удивительно, что дозорные вообще отвечали на вызов «каких-то там жадных до денег охотников» — о взаимной нелюбви между охотниками и солдатами знали все. В итоге, из-за постоянных ожиданий, остальные хоть и немало ворчали на соответствующую тему, но, что примечательно, не предпринимали ни единой попытки добить оставшихся в живых пиратов.

Зато они в первый же день сожгли корабль Альвиды, да.

Как узнал Коби из своего личного общения с Соломенными Шляпами, спасшие его люди, — или лучше будет говорить, едва не убившие монстры? — когда устраняли пиратов, не ограничивались только одной лишь наградой, назначенной за голову убитого или пленённого ими капитана. Нет, они забирали всё. В смысле, реально всё. Абсолютно всё, что представляло хоть какую-нибудь ценность и могло быть продано. И, что особенно важно, не расстраивало эстетические чувства их капитана… Как их расстроил внешний вид корабля Альвиды. Розовый, весь покрытый нарисованными сердечками, начиная от корпуса корабля и заканчивая пиратским флагом на флагштоке. Радостный Луффи, едва увидев на каком конкретно корабле плавала Альвида с командой, мгновенно потерял весь свой весёлый настрой.

— Хадокеном эту ересь!!! — последовал его незамедлительный и крайне эмоциональный приказ.

— Hadoken (Кулак Бушующей Волны)! — последовала столь же незамедлительная реакция Джонни.

Собрав в своих руках небольшой, но крайне нестабильный огненный шар, парень запустил его в корабль. Шар, насквозь пробив корпус корабля, скрылся внутри, чтобы секундой позже взорваться с такой силой, что вся верхняя палуба просто испарилась, а сам корабль мгновенно оказался охвачен огнём.

— Молодец, Рю! — сложив руки на груди, удовлетворённо кивнул Луффи. — И помни: жги ересь, убивай пиратов, преследуй дозорных!

Рю, человек, которого сам Коби и всё остальное население Ист Блю знали под прозвищем «Отрыватель Голов» и именем Джонни. Вот только почему «Джонни», а не «Рю», мальчик так и не понял. Все обращались к Рю именно как к Рю. За все две недели своего пребывания в их компании, Коби ни разу не услышал, чтобы хоть кто-нибудь обратился к Рю по имени Джонни. Однако, когда мальчик, всё-таки не сумев обуздать своё любопытство, поинтересовался у парня, почему в его прозвище не упоминается его настоящее имя, а лишь значится какой-то «Джонни», тот моментально впал в депрессию и так ничего ему не ответил. Остальные лишь беспечно отмахивались, и только Луффи терпеливо объяснил, что это всего лишь досадная ошибка газетчиков и дозорных. Они получили неправильную информацию, из-за которой Рю стал Джонни, поэтому любое напоминание о его неправильном имени погружало его в глубокую депрессию.

Объяснения звучали вполне правдоподобно, проблема заключалась в том, что рассказал об этом конкретно Луффи, а он, как к тому моменту уже неоднократно успел убедиться Коби на личном опыте, при желании, мог заставить звучать правдоподобно любую сказанную им чушь. И, опять же, Нами, едва ли не самым первым делом предупредила его о том, чтобы он даже не думал верить Луффи на слово. Конечно, если дело не касалось каких-то по-настоящему серьёзных вещей… А также ни в коем случае не брать ничего из его рук, ни в коем случае не оставаться с ним наедине, ни в коем случае за ним никуда не ходить, ни в коем случае... короче, это был очень длинный список. Поэтому-то мальчик сильно сомневался в правдивости рассказа о Рю. И, учитывая, что никто больше ничего ему так и не рассказал, он, как уже говорилось, так и не понял, почему Рю известен большинству людей под именем Джонни.

А теперь обратно к теме доброты.

Корабль Альвиды сгорел, поэтому Нами было возмутилась, что его сожгли даже не заглянув внутрь в поисках сокровищ, но в этот раз Луффи был непоколебим:

— Никто не коснётся ереси, ибо это будет означать, что ересь коснулась вас! Сжечь ересь!

Больше девушка возражать не стала. Покачав головой, и махнув рукой, она вернулась обратно к лежакам, на один из которых и улеглась. Коби довольно быстро заметил, что с Луффи не спорят. Вообще. А спустя ещё несколько дней понял почему — дохлый номер! Если ему что-то приходило в голову, всем остальным оставалось только смириться. Да и, на взгляд мальчика, отношения в их команде — точнее в их семье, — были странными. Очень и очень странными. Вот прямо совсем.

После одностороннего уничтожения Пиратов Альвиды, а главное некоторых моментов этого самого уничтожения, Коби стало совершенно очевидно, что сила Дьявольских Фруктов существует на самом деле. Он никогда не слышал откуда конкретно берутся фрукты, но зато знал, что если съесть такой фрукт, можно получить какую-нибудь мистическую силу. Силу Дьявола, как ещё говорили люди про такие способности. И за последние два года, мальчик сотни раз слышал самые невероятные рассказы пиратов о фруктовиках, — так называли людей, обладающих силой одного из Дьявольских Фруктов, — но всё больше в качестве бредней полупьяных или совсем пьяных людей. Однако знакомство с Соломенным Шляпами стало отличным доказательством того, что услышанные им бредни, в действительности, являлись правдой.

После всего увиденного, Коби мог с уверенностью утверждать, что Рю (Джонни?) и Нами обладают силой Дьявольских Фруктов. Он понятия не имел, какими конкретно силами они владеют, но некоторые предположения у него имелись. Так, например, он предполагал, что фрукт Джонни (Рю?) как-то связан с огнём, а вот фрукт Нами… С ней всё выглядело уже не так однозначно. На неё просто не действовали атаки. Никакие. Вообще. Ни пули, ни мечи, ни кулаки, ничего. Если она сама того не желала, то с неё соскальзывало абсолютно всё. И это, в свою очередь, возвращало Коби к тем самым, «странным отношениям в команде». Фрукт не фрукт, но стрелять в девушку, только потому, что тебе лень кричать или оторвать задницу от стула, а надо привлечь её внимание?

— Но ведь так прикольнее! — буквально светясь от восторга, ответил Луффи, стоило ему задать соответствующий вопрос.

Мальчик понял, что с его стороны было глупо рассчитывать на какой-либо другой ответ. Хотя пальба из шестизарядных револьверов по Нами — лишь самое начало. Ни один день не обходился без попыток Зоро прирезать Луффи. Более того, зачастую такие попытки происходили по нескольку раз на дню. Справедливости ради нужно заметить, что парень заслуживал едва ли не каждое покушение на свою жизнь. Луффи вообще любил доставать Зоро. Он доставал его в несколько раз сильнее, чем остальных членов семьи вместе взятых. Возможно, всё дело было в реакции мечника? Несмотря на тот факт, что Луффи доставал всех подряд, только Зоро упорно пытался убить его в ответ. Чем, похоже, приводил своего капитана в полный восторг.

Лёгкий аромат безумия буквально витал вокруг Луффи. Коби даже готов был пойти дальше, и сказать, что вся их семья немного безумна. И так он думал ровно до тех пор, пока не узнал, что известные на всё Ист Блю охотники на пиратов, в реальности, сами были пиратами. Об этом он узнал примерно через неделю после их знакомства. И тут ему уже стало предельно ясно, что вся их семья не просто немного безумна, а напрочь сумасшедшая. Вдобавок, словно всего этого было мало, Луффи не только собирался стать Королём Пиратов, а, на взгляд самого мальчика, уже вполне себя таковым считал. Вроде как ему остались сущие мелочи — поплыть на Гранд Лайн, там доплыть до Рафтеля, он же последний остров Гранд Лайна, забрать оттуда One Piece, оно же легендарное сокровище Золотого Роджера, и получить титул Короля Пиратов. Всё. Какие мелочи, правда?

Остальная семья, по части амбиций, мало чем уступала своему капитану.

Зоро собирался стать Величайшим Мечником В Мире. Да, именно так, и всё с больших букв. И относился он к этому примерно так же, как и Луффи к титулу Короля Пиратов. С одной стороны, мечник понимал, что ещё не обладает заветным титулом, а с другой говорил и вёл себя так, словно получение заветного титула было не более чем делом времени. Вроде как вопрос уже решенный, осталось только немного подождать, пока уладят различные формальности. Нами едва ли не всё своё свободное время проводила за рисованием карт и, в будущем, по её словам, собиралась нарисовать карту всего мира. Собственно говоря, Ист Блю она зарисовала на 90% самостоятельно, а оставшиеся 10% и так всем были известны. Воспользовавшись чужими трудами, она заполнила все пробелы в своей карте. Коби видел эту нарисованную ею карту Ист Блю и не мог не признать, что она достойна восхищения. Вполне естественно, что следующим выбранным девушкой морем, после Ист Блю, которое она собиралась зарисовать до мельчайших деталей, стал Гранд Лайн.

На этом фоне, Рю (Джонни?) и Йосаку, на взгляд мальчика, выглядели едва ли не самыми адекватными. Они просто хотели стать настолько сильными, чтобы всегда иметь возможность защитить дорогие для себя вещи и людей, от любой угрозы… Йонко, Мировое Правительство, Шичибукаи, то есть реально любой угрозы. Именно из-за последнего добавления, Коби не мог позволить себе назвать стремления Джонни (Рю?) и Йосаку полностью адекватными.

Однако, как довольно быстро успел понять мальчик, ничего другого от такой семейки ожидать было нельзя. И учитывая их репутацию, он даже не мог сказать, что их мечты совершенно неосуществимы. В конце концов, если дать себе время подумать, — сначала он не дал, за что тут же схлопотал по голове от Луффи, — то с удивлением можно осознать, — лично он сам очень удивился! — что в отдельно взятом море, они, по сути, уже осуществили все свои мечты. Зоро стал сильнейшим мечником Ист Блю. Нами нарисовала всю карту Ист Блю. Рю (Джонни?) и Йосаку совершенно точно могли защитить дорогие им вещи и людей от любой угрозы исходящей непосредственно от вод Ист Блю. И, наконец, Луффи, будучи капитаном всех этих людей, совершенно точно мог считаться Королём Пиратов Ист Блю… Если бы хоть кто-нибудь знал, что он капитан, а его семья пираты. Но это, как он любил говорить, мелочи.

Вот и получалось, что, осуществив свои мечты в этаком компактном размере, теперь им предстояло повторить то же самое, но уже в полной мере. Преследуя настолько грандиозные мечты, можно и умереть, но... смерть? А что смерть? Никто из них не боялся сложить голову в погоне за своей мечтой.

— Сам подумай, что важнее: твоя жизнь или приключения? —невозмутимо заявил Луффи, стоило Коби задать ему соответствующий вопрос. Потом он, правда, всё-таки снизошел до более подробного объяснения, что, как мальчик знал из слов других членов семьи, случалось чрезвычайно редко: — Как верёвочке ни виться, а конец всё равно будет один, так не лучше ли жить на полную? Можно дожить до ста лет не вылезая из дома, а можно помереть к двадцати, но увидеть весь мир. И тут уже каждый человек решает сам, что ему ближе. Лично я совсем не против помереть в двадцать, если смогу вдоволь поприключаться, а погоня за титулом Короля Пиратов обещает мне больше всего приключений. Зоро, считай, такой же, как и я. Он поставил себе цель, и ему глубоко плевать на возможность умереть, главное мечта. Ни он, ни я, как-то по-другому жить не можем. Для Рю и Йосаку семья намного важнее их жизней. Нами так и вовсе яркий пример того, когда человеку становится глубоко плевать на собственную жизнь, если в обмен он сможет добиться желаемого. Но если тебе нужны подробности, то тут уже сам обращайся к нашей «Королеве». Это не моя история.

Выслушав ответ Луффи, Коби, в тот день, сразу же направился к Нами. Он не понял, почему ей было плевать на собственную жизнь. Неужели она настолько сильно хотела нарисовать карту всего мира? Почему? Как оказалось, дело было вовсе не в карте мира. Подходя к девушке он был практически уверен, что она не станет ему ничего рассказывать. Однако стоило ей понять его мотивы и услышать, что именно Луффи направил его к ней, как она сразу же согласилась рассказать свою историю. И что это была за история! Десятилетняя девочка, день и ночь рисовавшая карты для убийцы своей приёмной матери. А затем, эта же девочка, несколькими годами спустя, принявшая решение отправиться в море, чтобы суметь заработать сто миллионов белли, для выкупа своей деревни… После такой истории, Коби стало стыдно вспоминать свою собственную. Два года в плену пиратов? Ужасные два года? А восемь лет рядом с убийцей своей матери не хочешь! Особенно когда тебе нужно постоянно рисковать своей жизнью, а все жители твоей любимой деревне, которую ты всеми силами стремишься выкупить, считают тебя предателем?

— Но... но ты ведь всё равно выкупишь свою деревню? — спросил тогда Коби.

— Конечно, ведь там живёт моя сестра, и, как бы они ко мне не относились, я всё равно люблю их! — потягиваясь всем телом, мягко улыбнулась Нами, словно вспомнила что-то хорошее. — К тому же, это был мой выбор, и только мой.

— А ты и правда думаешь, что Арлонг сдержит своё обещание? — неуверенно спросил мальчик.

Ему как-то с трудом верилось, что описанный ему жестокий пират станет выполнять условия сделки.

— Честно говоря, сильно сомневаюсь, — немного беспечно ответила она. — Вероятнее всего, он просто придумает или уже придумал какой-нибудь дополнительный трюк, который обяжет меня работать на него дальше.

— Тогда... тогда, ты не будешь выкупать свою деревню? — не понял её Коби.

— Почему же? Ещё как буду! Обязательно выкуплю!

— Но если Арлонг не сдержит своего слова или придумает какой-нибудь трюк, тогда какой в этом смысл?

— Во-первых, я всё ещё не знаю, правда ли он не сдержит своё слово или придумает какой-нибудь трюк, — наставительно приподняв указательный палец, Нами начала объяснять свою позицию. — Во-вторых, даже если Арлонг покажет себя нечестным ублюдком, моя часть сделки будет выполнена. Репутация вещь серьёзная, Луффи меня этому хорошо научил. Пусть они ненавидимые мною пираты, но никто из них не сможет сказать, что я не держу своего слова… Как не сможет сказать и любой другой, узнавший об этом человек.

— И все-таки, я не понимаю, что ты будешь делать, если Арлонг тебя предаст?

— Разве не очевидно? – на её лице засияла счастливая улыбка. — Я просто пожалуюсь своему капитану! — подняв руку, она указала пальцем в сторону.

Посмотрев в указанную сторону, Коби увидел смеющегося Луффи, бегающего по тому, что на Нечто считалось кухней, и увертывающегося от мечей разъярённого Зоро. Мальчик, когда захотел поговорить, нашёл Нами на крыше «Деревянного Ящика», которая служила для команды зоной отдыха. На крыше была установлена небольшая барная стойка, и расставлены лежаки с пляжными зонтами. Со своего места Коби прекрасно видел бегающих по кухне Луффи и Зоро, а также он видел, что мечник сейчас походил на панду. Помимо обведенных черным маркером глаз, на его лице и лбу красовались различные надписи. Однако было слишком далеко, поэтому Коби не мог разобрать слова. В такие вот моменты он с трудом мог поверить, что этот Зоро и есть всем известный «Убийца Пиратов» Ророноа Зоро.

— Понимаю, о чём ты сейчас думаешь, — не переставая улыбаться, едва слышно фыркнула Нами. — Вот только можешь не сомневаться, даже если ты слышал все существующие о Зоро слухи, всё равно не сможешь осознать насколько он силён. А Луффи, несмотря на свой вид, ещё сильнее. Намного, намного сильнее.

— Силу Зоро-сана я чувствую и так, — кивнул Коби. И это действительно было так, хотя раньше он за собой подобных способностей не замечал. — Мне часто становится страшно, когда просто нахожусь рядом с ним, но я ещё ни разу не чувствовал чего-то подобного от Луффи-сана. И ни разу не видел его хоть сколько-нибудь серьёзным. Мне трудно поверить, что он может быть сильнее Зоро-сана.

— Серьёзный Луффи немного дезориентирует, — честно призналась девушка. — Обычно, если он показывает свою серьёзную натуру, значит ситуация действительно того требует. И в такие моменты, ты не можешь не признать, что он действительно способен быть невероятно крутым, если того хочет. Даже начинаешь его уважать, или твоё к нему уважение становится ещё сильнее… К сожалению, обычно такие моменты длятся совсем недолго. И после них он, практически всегда, делает что-нибудь настолько идиотское, что всё равно не сможешь удержать своё им восхищение на прежнем уровне. Слишком он для этого хорошо умеет строить из себя дебильного идиота.

Коби с большим трудом мог себе представить «Крутого Луффи». Парень, на его взгляд, выглядел порядочным идиотом даже тогда, когда угрожал Альвиде и её людям. И когда пристрелил Кави. И когда кидал кинжалы. И мальчик даже не хотел вспоминать о том, как Луффи разговаривал с капитаном дозорных, прибывшим за Альвидой и её командой. Что ещё за Ктулху? В команде о нём знал только сам парень, но на все вопросы он лишь многозначительно улыбался и смеялся каким-то особенно омерзительным смехом. В общем, валял обычного дурака.

Однако, из разговора с Нами, самое важное для себя Коби всё-таки уяснил. «Главное мечта, а не жизнь!» — именно по такому принципу жили Пираты Соломенной Шляпы. Сам мальчик никогда не думал в подобном ключе, но, после встречи с командой-семьёй охотников-пиратов, он вообще стал на многое смотреть по-другому… Особенно на лицемеров! Нет, серьёзно, его прямо-таки распирало от возмущения! Разве Шляпы не пытались напугать его до такой степени, чтобы он больше никогда не думал стать пиратом? И это тогда, когда они сами были пиратами? Это вообще нормально? Хотя, вероятно, для такой семьи, подобное поведение было нормальным. Хуже всего, что спустя каких-то две недели в их обществе, мальчик начал ловить себя на том, что и сам начинает считать подобные вещи совершенно нормальными. Жизнь или Мечта? Раньше для него Жизнь всегда была важнее Мечты, но после длительного общения с безумной семейкой, всё стало уже не так однозначно.

Постепенно, волей-неволей у него назрел новый вопрос: «Может ли быть чужое безумие заразным?». Ещё недавно, на подобный вопрос, он ответил бы категоричным «нет». Проблема в том, что после встречи с Луффи и его командой, — но особенно с первым! — мальчик начал сомневаться едва ли не во всём, во что верил раньше. Однако когда он поделился своими переживаниями с Нами, она лишь беспечно похлопала его по плечу. Сказала ни о чём не волноваться, и что от Луффицирования ещё никто не умирал. Также предупредила, что на первых стадиях инфицирования, больной частенько испытывает сильные перепады настроения, повышенный аппетит, внутренний дискомфорт и тошноту. Самое страшное? Коби так и не понял, пошутила она или нет.

А затем его путешествие с Пиратами Соломенной Шляпы подошло к концу.

Откровенно говоря, мальчик не понимал, зачем Луффи вообще вызвался доставить его до базы Морского Дозора, после того, как он признался им всем, что всегда мечтал поступить на службу и ловить плохих парней. Он вполне мог отчалить на одном из кораблей дозорных, приплывших по вызову охотников, за Альвидой и её командой. Сам Луффи, в ответ на соответствующий вопрос, сослался на своё чувство вины, поэтому хотел таким образом извиниться перед ним. И если сначала Коби ему поверил, после двух недель общения, он стал сильно сомневаться в правдивости сказанных ему слов. Он бы вообще перестал в них верить, если бы смог придумать хоть какое-нибудь другое объяснение мотивам парня, но других вариантов он придумать не мог. Мальчик совершенно не видел в этом ничего весёлого-интересного-приключенческого или шанса заработать, а никаких других мотиваторов у Луффи не существовало. Или о них не знал никто, включая других членов семьи.

В общем, невзирая на мотивы эксцентричного — это если мягко сказать, — капитана, спустя ровно две недели, с момента встречи с Пиратами Соломенной Шляпы, Нечто пришвартовалось к пирсу, в Шеллзтауне, где располагалось 153 отделениеМорского Дозора. Правда, Коби не понял, зачем им понадобилось делать такой большой крюк, — почти десять дней пути! — когда можно было просто поплыть напрямик и оказаться на месте всего через два-три дня. И да, несмотря на весь его скепсис, Нечто всё-таки могло самостоятельно плыть, а не просто дрейфовать. И плыть довольно шустро, чего никак нельзя было ожидать от подобной конструкции.

— Нами, деньги взяла?! — спросил Луффи, когда все швартовые были закреплены.

— Так точно, капитан!

— Тогда почему крючочек не опущен?! Или ты хочешь, чтобы нас ограбили?!

— Ах виновата, виновата, сейчас опущу.

Зоро, Джонни и Йосаку не моргнули и глазом — парни лениво оглядывались по сторонам. Зато сам Коби, от вида грозно нахмуренных бровей Луффи и прозвучавшего разговора, хотел упасть на колени и начать биться головой о бетон под ногами.

Нечто он облазил едва ему представилась возможность. Корабль, — правда, он всё ещё сомневался, что Нечто имело право называться кораблём, — выглядел настолько необычным, что он просто не удержался. Именно поэтому, едва только Луффи дал добро, он тут же ринулся исследовать Нечто. И вполне естественно начал он с «Железного Ящика», на двери которого висела табличка, информирующая всех заинтересовавшихся, что внутри хранятся различные сокровища. Учитывая, что дверь закрывалась только на маленький крючочек, в наличие каких-либо сокровищ мальчику не верилось совершенно... и зря!

«Железный Ящик» действительно оказался битком набит слитками золота, россыпями золотых монет, драгоценных камней, колец, ожерелий и различными золотыми поделками. Помимо золота, «Железный Ящик» хранил в себе десятки кейсов заполненных деньгами. Когда Коби в первый раз увидел все эти сокровища, он ещё долгих десять минут не мог сойти с места, не в силах поверить, что столько денег вообще может быть собранно в одном месте. Затем к нему пришло осознание того, в каком именно месте собраны деньги и как они охраняются, — никак они не охраняются, никак!!! — после чего он завис ещё минут на десять.

Именно поэтому, слушая как Луффи отчитывает Нами за не опущенный совершенно бесполезный крючочек, мальчик чувствовал себя так, словно он постепенно сходит с ума. Иногда ему было особенно трудно переваривать безумие Соломенных Шляп. Даже Нами, которая весьма успешно играла роль единственного вменяемого человека на корабле, не всегда вела себя адекватно. Как считал Коби, она сколько угодно могла играть роль, но такая игра не делала её саму нормальной. Вот у неё порой и случались осечки.

— Луффи, разве это не Шеллзтаун? — внезапно спросил хмурящийся Зоро.

— О-о-о! — наигранно-удивлённо протянул парень, после чего радостно захлопал в ладоши. — С трудом могу в это поверить, но ты на самом деле сумел запомнить название целого города! Возможно, ещё лет пять-десять и тебя можно будет отпускать куда-нибудь без сопровождения! И опасения, что мы больше никогда тебя не увидим.

Рука мечника привычно сжалась на рукояти его белого меча, но он всё-таки сумел перебороть себя, и не стал вынимать катану из ножен.

— Я просто не понимаю, почему ты выбрал именно эту базу Морского Дозора, — совладав со своими эмоциями, пояснил хмурый Зоро. — Здесь же за главного этот «Топорукий» Морган, разве нет?

— «Топорукий» Морган?! — резко вскинулся Коби, мгновенно позабыв о своём желании побиться головой о бетон под ногами. — Я слышал о нём! Он довольно знаменит! Говорят, он превосходный капитан! Три года назад он поймал знаменитого в Ист Блю пиратск…

Зоро, повернув голову в сторону радостного мальчика, посмотрел на него таким взглядом, и с таким выражением на лице, что тот невольно подавился на полуслове, и замолчал. Несколько секунд мечник молча смотрел на стоящего перед ним Коби, после чего перевёл взгляд на своего невинно улыбающегося капитана. Интересно, кого он вообще хотел здесь обмануть? Невинная улыбка на лице Луффи подтверждала его вину лучше, чем любое чистосердечное признание.

— Я всегда знал, что ты реальная сволочь, но сегодня ты переплюнул самого себя, — покачал головой Зоро.

— Что? — несмотря на трудность задачи, Луффи умудрился состроить ещё более невинное выражение лица. — Зоро, ты так говоришь, словно подозреваешь, что я сделал нечто плохое... или собираюсь сделать. Я всего лишь подумал, что Коби будет приятно повстречать знаменитого капитана Моргана. И я предположил, что он будет рад получить шанс служить под началом такого бравого офицера Морского Дозора! Как тебе, Коби? Хочешь служить под началом прославленного капитана Моргана?

— Э-э-э... да?

Если бы об этом его спросил кто-нибудь другой, мальчик незамедлительно бы согласился с таким утверждением. Вполне естественно, что он хочет служить под началом такого прославленного капитана! В конце концов, это ведь ТОТ САМЫЙ «Топорукий» Морган! Вот только вопрос Коби задал невинно улыбающийся Луффи, что никогда не сулило ничего хорошего. Двух недель оказалось вполне достаточно, чтобы мальчик уяснил такую не хитрую истину не только каждой клеточкой своего организма, но и всеми фибрами души.

— Вот видишь Зоро, Коби согласен! — радостно произнёс Луффи. — А тебе что не нравится?

— Даже не начинай, — указав на парня пальцем, покачал головой мечник. — И вообще, идём в город, я есть хочу, — уже разворачиваясь, добавил он.

Коби недоумённо посмотрел ему вслед, после чего оглядел всех остальных пиратов-охотников. Луффи всё так же продолжал строить из себя невинную овечку, — овец с такими острыми зубами, расположенными в три ряда, просто не бывает,— но на лицах Джонни, Йосаку и Нами застыли несколько вымученные улыбки.

— Что такое? — спросил мальчик. — О чём говорил Зоро-сан?

— Да не бери в голову, — Джонни ободряюще похлопал его по плечу. — Всё будет нормально... наверное.

Ещё раз хлопнув Коби по плечу, он направился вслед за Зоро, а уже за ним потянулся и Йосаку, который, проходя мимо мальчика, так же несколько раз ободряюще похлопал его по плечу. Поняв, что с этой компании ловить ему нечего, он вопросительно посмотрел на Нами. В отличие от остальных, она почти всегда удостаивала его ответа или давала объяснение.

— Рю все правильно сказал, не бери в голову, — доброжелательно улыбнулась ему девушка. — Просто Луффи опять нашёл чем себя развлечь, но всё будет нормально… А если не будет, тогда я лично позабочусь о том, чтобы нашему капитану сильно не поздоровилось! — последние слова она произнёсла, бросив на парня угрожающий взгляд.

— В меня совсем никто не верит, а ещё семья называется! — деланно обиделся тот.

— Луффи, я серьёзно!

— Я тоже.

Коби едва не подпрыгнул на месте: за две недели он ни разу не слышал, чтобы парень говорил подобным тоном.

— А... прости! — угрожающее выражение лица Нами моментально сменилось извиняющимся. — Просто тебя зачастую так сложно понять.

— Зато твои сомнения мне абсолютно понятны, но всё дело в том, что я действительно чувствую себя немного виноватым.

— Правда? — явно удивилась девушка. — Почему? На тебя это совсем непохоже!

— Нами, ты правда думаешь, что я хоть на секунду поверил, что Коби принадлежал к пиратам Альвиды? — вместо того чтобы растянуть губы в своей обычной придурковатой улыбке, Луффи лишь слегка улыбнулся. — Он с самого начала старательно держался в стороне от всех, а в его поведении проскальзывало слишком много такого, что характерно для забитых слуг или самых настоящих рабов. К тому же, посмотри на него, — он слегка взмахнул рукой, указывая на откровенно ошарашенного мальчика, — выбранная им цветовая гамма одежды, буквально кричит о его любви к Морскому Дозору. Синие очки, белая рубашка с синими полосками, тёмные штаны и ботинки. Он одет словно маленький морячок. Какой уж тут из него пират? Шанс ошибки был близок к нулю.

— Но я ведь помню, ты тогда и сам сильно удивился, что Коби совсем не пират, — нахмурилась Нами.

— Коби не пират?!! — удивлённо вытаращился на неё Луффи, и главное совершенно правдоподобно.

— …Я ненавижу тебя, — после непродолжительного молчания, совершенно искренне произнёсла девушка.

— Враньё! — вполне себе нормально улыбнулся парень. — Ты меня любишь, и ты это знаешь.

— Тогда... тогда зачем ты в тот день устроил цирк с метанием кинжалов?

— Вот потому и говорю, что чувствую себя немного виноватым, — слегка почесал затылок Луффи. — Просто я подумал, что будет забавно, если мы запугаем его до полусмерти.

— …Именно в такие моменты, мне всегда хочется сделать вид, что мы с тобой незнакомы, — Нами устало прикрыла глаза ладонью. — И зачем ты тогда приволок его на этот остров, если действительно чувствуешь себя виноватым?

— Уж не думаешь ли ты, что я стану перед ним извиняться обычным образом?

— Ты? Извиняться? Ты хоть раз в жизни за что-нибудь извинялся?

— Конечно, извинялся! Просто не словами, а делами.

— И как служба Коби в подчинении Моргана может считаться извинениями? По-моему, больше похоже на не особо замаскированную попытку убийства.

— А кто говорил, что он окажется в подчинении Моргана? Я лишь спрашивал, хочет он служить под началом такого прославленного капитана или нет.

— …Ты что-то задумал, — произнёсла Нами таким тоном, словно обвиняла парня в чём-то аморальном.

А может и действительно обвиняла.

— Капитан Морган... почему оказаться в подчинении капитана Моргана будет так плохо? — спросил, наконец, пришедший в себя Коби.

Ему было сложно в это поверить, но Луффи действительно мог быть серьёзным. Он только что сам стал тому свидетелем. Шок — отличное слово, идеально описывающее его состояние. Сейчас, знакомый ему «Безумный Шляпник», выглядел не только совершенно серьёзным, но и абсолютно нормальным. Постоянные, буквально излучаемые им волны весёлого безумия исчезли без следа. Увидеть капитана в таком Луффи не составляло ни малейшего труда. Да и вокруг него появилось хорошо знакомое Коби ощущение опасности. Точно такое же, какое он всегда чувствовал вокруг Зоро. Хотя нет, совсем не такое — оно было сильнее! Чудовищно-чудовищно сильнее! В этот момент он понял, что Нами ничуть не преувеличивала, когда говорила, что Луффи намного сильнее Зоро.

— Почему быть в подчинении капитана Моргана плохо? — Луффи эхом повторил вопрос Коби. — Скоро сам узнаешь ответ, ведь именно поэтому я и выбрал Шеллзтаун.

— …

Мальчик не нашёл, что ему сказать на такое странное заявление.

— Слушай, — спустя мгновение, парень подозрительно прищурил глаз, — мне кажется, или ты как-то побледнел? С тобой всё нормально?

— Не-нет, всё н-нормально, — помотал головой Коби. — Просто я сейчас в первый раз почувствовал вашу силу, Луффи-сан, — сделав несколько глубоких вдохов, он заговорил без запинок. — К ощущению силы Зоро-сана я уже успел немного привыкнуть, но его сила не идёт ни в какое сравнение с вашей. Мне нужно время, чтобы приспособиться.

Луффи уставился на мальчика совершенно немигающим взглядом, из-за чего у того мурашки по спине забегали.

— Ты чувствуешь мою силу? — спросил парень с какими-то очень странными интонациями в голосе.

— А-ага.

После ответа Коби, выражение лица Луффи стало не менее странным, чем прозвучавшие интонации в его голосе.

— И силу Зоро?

— Да.

— А Рю, Йосаку, Нами?

— Нами-сан самая слабая, — кинув извиняющийся взгляд в сторону девушки, ответил мальчик. — Рю-сан и Йосаку-сан примерно на одном уровне, но они намного-намного слабее Зоро-сана, а Зоро-сан примерно настолько же слабее вас, Луффи-сан.

Опять повисло молчание. Однако теперь на Коби смотрел уже не только Луффи. Услышав объяснение мальчика, Нами сама уставилась на него таким взглядом, словно у него неожиданно выросла вторая голова... и дополнительная пара рук... и ещё крылья на спине. Луффи же, склонив голову на бок, выглядел так, словно он только что услышал какое-то новое для себя слово, и теперь пытался понять его смысл.

— Скажи, раз ты чувствуешь мою силу, — наконец, после продолжительного молчания, снова заговорил парень, — какие у тебя будут впечатления, если я сделаю вот так…

Коби недоуменно мигнул. Вся ощущаемая им чудовищная сила Луффи исчезла без всякого следа. Перед ним вновь стоял если и не совершенно безобидный парень, то кто-то намного слабее Нами… Нет не слабее, а просто его сила перестала... перестала существовать? Пожалуй, да. Нельзя оценить несуществующую силу… Однако, как уже спустя мгновение понял Коби, он чувствовал силу во всех людях, что проходили неподалёку от них… И чувствовал силу всех людей находящихся в городе. Такого с ним раньше точно никогда не происходило! До этого момента он думал, что всё дело в Соломенных Шляпах, но, как теперь осознал, дело было в нём самом.

— Что... что со мной произошло? — недоуменно спросил Коби вслух, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Сначала ответь на мой вопрос, — нехарактерно для него терпеливо, напомнил о своём вопросе Луффи. — Сейчас ты ощущаешь мою силу?

— Э-э-э... нет, не ощущаю. Словно ваша сила перестала существовать… Нет, словно вы убрали шкалу измерения, благодаря которой можно понять её величину.

— Луффи, это же то о чём я думаю, да? — в шоке смотря на мальчика, спросила Нами.

Вместо ответа парень оглушительно расхохотался.

— Чёрт! – весело ругнулся он. — Шустрее шевелите ногами, нам срочно нужно догнать Рю и Йосаку! Я хочу посмотреть на их рожи, когда они поймут, что какой-то пацан обставил их как стоячих!

— Так... что со мной произошло? — напомнил о себе Коби.

— Я тебе потом объясню! — пообещал радостный Луффи. — Но можешь считать, что ты выиграл джекпот. Никогда бы не подумал, что метание кинжалов в человека может дать столь впечатляющий результат… Надо будет попробовать на нашем следующем члене семьи. Да, определенно, я так и сделаю.

— Так, Луффи! — тут же вскинулась Нами. — Пообещай мне здесь и сейчас, что ты не будешь запугивать всех наших будущих членов семьи, в надежде повторить результат Коби!

— Ладно, идёмте, а то эти три придурка уже могли успеть найти себе неприятности на свою задницу... и всё без меня! — улыбнулся парень хорошо всем знакомой улыбкой счастливого идиота.

Вместе с улыбкой вернулось и ощущение весёлого безумия, расходящегося от него чуть ли не осязаемыми волнами.

— Луффи! — раздражённо топнула ногой Нами. — Ты меня вообще слышал? Пообещай…

— Коби, хочешь мороженку? А то вон, вижу лавку мороженщика.

— ЛУФФИ!!!

В общем, Коби ничуть не удивился, когда возмущённая Нами так ничего не смогла добиться от своего капитана. В конце концов, поняв бесперспективность своих попыток, она приобрела настолько несчастный вид, что при виде неё сердце кровью обливалось. И всё такой же несчастной она съела купленную для неё мороженку. Мальчик мог уверенно сказать, что когда несчастной выглядит кто-то с внешностью уровня Нами — это сила, с которой невозможно не считаться. Сам Коби ничего не сделал, но всё равно чувствовал себя виноватым. Даже посторонние люди обеспокоено вглядывались в лицо девушки, когда она проходила мимо них. И только Луффи было пофиг. Как и всегда.

К тому моменту, когда они дошли до ресторана, в котором расположились Зоро, Джонни и Йосаку, они, как и предсказывал Луффи, уже успели попасть в историю. Разрубленный пополам волк, снесённые с петель двустворчатые двери, и бессознательное тело какого-то голубоватого вида блондинчика, — фиолетовый костюм, буквально сшибающий с ног аромат духов, маникюр и подведённые глаза, чем не голубой? — что валялся прямо в грязной луже, точно по середине улицы. И, если дать себе время подумать, можно было легко понять, что именно его телом и были снесены двери с петель. А когда Луффи, Нами, и Коби зашли внутрь заведения, они увидели ещё и двух солдат Морского Дозора напротив сидящего Зоро. Бледных перепуганных морячков заметно потряхивало. Йосаку, забравшись с ногами на один из столов, точил свои мечи. В свою очередь, Джонни помогал какой-то женщине — хозяйке заведения? — и, если судить по внешности, её где-то десятилетней дочери накрывать на стол, за которым сидел Зоро.

— И что тут произошло? — с энтузиазмом спросил Луффи, чуть ли не в припрыжку заходя внутрь ресторана. — И почему вы меня не подождали?

— Мальчики, вас хоть когда-нибудь можно будет оставить одних и не переживать за последствия? Вы были одни не больше десяти минут, и уже успели сцепиться с дозорными?

— Это не мы первые начали! — тут же возмутился Джонни. — Сама подумай, каким нужно быть идиотом, чтобы тащить в город самого настоящего волка?

— Так понимаю, валяющийся в луже блондинчик и есть тот самый идиот, который потащил в город волка? — непонятно зачем уточнил и без того очевидную вещь Луффи. — И кто он такой? — этот вопрос он задал посмотрев на стоящих перед Зоро солдатиков.

— Это Хельмеппо! — довольно бодро отрапортовал один из них. — Сын капитана Моргана!

Все члены семьи дружно уставились на дозорного, отчего холодный пот потёк с него чуть ли не ручьём.

— Быстро сработали, парни! — уважительно кивнул Луффи. — Мне даже делать ничего не пришлось.

— Сын капитана Моргана? — оглянулся Коби на валяющегося на улице блондина.

— Тогда, уважаемые господа, вам надо поскорее оттащить его в лазарет, — посоветовал солдатам Луффи. — А то мало ли? Вдруг он сильно ушибся? Мы ведь не хотим разозлить всеми уважаемого капитана Моргана, не правда ли?

Моряки неуверенно посмотрели на Зоро, но, получив от него разрешающий кивок, в один момент оказались на улице. Подхватив валяющегося блондинчика под руки, солдатики припустили вверх по улице, в направлении базы Морского Дозора.

— Кстати, хотите увидеть нечто прикольное? — буквально засветившись от радости, спросил Луффи.

Реакция на его вопрос последовала незамедлительная — Зоро и Йосаку дружно схватились за мечи, а Джонни принял защитную стойку. И только Нами, точно зная, почему парень такой счастливый, молча прошла мимо него и устало опустилась на стул.

— Всё внимание на меня, — помахал рукой Луффи, доставая из кобуры один из своих револьверов, из-за чего все парни напряглись ещё сильнее. — Коби! — неожиданно обратился он к мальчику, заставив того слегка подпрыгнуть на месте. — Смотри сюда! — ткнул он пальцем в сторону двери, куда и направлял сейчас пистолет.

— Х-хорошо, — ответил он и послушно повернув голову в сторону двери.

Стоило ему отвернуться, как Луффи моментально навёл дуло пистолета на его затылок, чем заставил удивлённо расшириться глаза всех присутствующих, но, прежде чем кто-нибудь успел издать хоть звук, прозвучал выстрел. Это само по себе заставило упасть на пол челюсти всех членов семьи. Однако когда, буквально за мгновение до выстрела, Коби, издав испуганный вскрик, бросился на пол, из-за чего пуля лишь зацепила его волосы, челюсти Зоро, Йосаку, и Джонни, начали стремительно погружаться в деревянный пол ресторана.

— В-воля?!! — самый первым обрёл дар речи Джонни.

— Лу-луффи-сан!!! — ноги Коби так сильно дрожали, что он не мог найти в себе сил подняться с пола.

Однако уже через мгновение все звуки оказались заглушены сотрясшим заведение рёвом:

— ЛУФФИ!!! — Нами моментально оказалась на ногах, а сам парень столь же моментально оказался впечатан лицом в пол. — КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ТВОРИШЬ?!! ЧТО БЫ ТЫ ДЕЛАЛ, ЕСЛИ БЫ ОН НЕ УСПЕЛ ИЛИ НЕ СУМЕЛ УВЕРНУТЬСЯ?!!

На крик и выстрелы, из кухни показалась изрядно напуганная хозяйка заведения, но, убедившись, что все нормально и трупов нет, поспешила вернуться обратно.

— Ох, да расслабься ты, Нами, — поднялся на ноги ничуть не пострадавший Луффи, после чего, вернув револьвер обратно в кобуру, он послал разъярённой девушке широкую улыбку. — Ничего не случилось, он увернулся. Если ты постоянно будешь переживать о том, что могло случиться, но не случилось, даже сила твоего фрукта не спасёт тебя от ранних морщин.

— Луффи-аники, так это действительно была Воля? — снова спросил Джонни.

Зоро схватился за бутылку саке, как человек в пустыне, умирающий от жажды, хватался за кружку с водой. Йосаку вернулся к наточке своих мечей, но при этом он немигающим взглядом уставился на Коби, и вообще выглядел так, словно собирался испробовать свою заточку на беззащитной шее мальчика. Парней можно понять. Зоро убил тучу времени, прежде чем сумел овладеть Волей Наблюдения, а Йосаку и Джонни тренировались уже целый год, и всё равно ещё не открыли в себе соответствующей способности. Нами ничуть не сомневалась, что, в ближайшее время, Коби не следовало покидать её поле зрения, иначе он вполне мог стать без вести пропавшим. Зависть — страшная штука! Впрочем, один человек, вполне ожидаемо, радовался как ребёнок.

— Луффи-сан... Луффи-сан, что это было? — снова спросил с пола Коби. — На мгновение я увидел как вы меня... как вы меня убили!

— Это, мой юный падаван, способность называемая Волей Наблюдения, — Луффи помог мальчику подняться с пола, а затем усадил его на стул рядом с Нами, уже успевшей вернуться на своё место.

Присутствие девушки всегда успокаивало Коби… Учитывая поведение остальных членов семьи, вполне понятно понять почему. К тому же, она, в своё время, не кидала в него кинжалы, в отличие от парней.

— Что такое Воля Наблюдения? — спросил мальчик, едва ему стоило сесть на стул.

— Способность слышать голоса людей вокруг себя... не звуки издаваемые ртом, а голоса. Этакие невидимые волны, которые испускает любой человек, находящийся в сознании. Соответственно, слыша голоса людей, всегда знаешь не только, где они находятся и насколько сильны, но и что они собираются делать. Я намеревался тебя пристрелить, и ты увидел, как умираешь от моего выстрела. Волей Наблюдения, а также Волей Вооружения могут овладеть все люди на свете, но сделать это крайне сложно. Например, я тренировал Зоро больше года, прежде чем он смог овладеть двумя типами Воли. Заметь, только овладеть! Он до сих пор учится их правильно использовать… Чёрт, да я сам ещё учусь!

С последним утверждением некоторые люди могли всерьёз поспорить. Не в том плане, что Луффи уже всё давно знал и умел, а в плане учёбы. Вернее, в полном отсутствии каких-либо попыток учиться с его стороны. Однако такие подробности о нём знали лишь считанные единицы людей во всём мире, а среди членов семьи и вовсе один лишь Зоро.

— А Рю-сан, Йосаку-сан и Нами-сан, они тоже владеют Волей? — Коби оглядел упомянутых им Соломенных Шляп.

Услышав такой вопрос, взгляд Луффи сделался ещё более довольным.

— Нет, никто из них ещё не овладел даже одним типом Воли! – злорадно произнёс он. — При этом Рю и Йосаку тренируются со мной и Зоро уже больше года. Теперь понимаешь насколько тебе повезло? Ты умудрился выиграть мега-плюшку, всего лишь за какой-то жалкий никчёмный часик висения на дереве. Однако можешь меня не благодарить, я сегодня добрый.

— Серьёзно, так просто нечестно! — поставив последнюю тарелку на стол, вздохнул усевшийся на стул Джонни. — Мы тренируемся буквально сутками напролёт, а тут бац и готово!

— Если хочешь, могу попробовать устроить такое бац и тебе, — незамедлительно предложил Луффи. — Конечно, твои нервы намного крепче, поэтому мне придётся сильно постараться, чтобы напугать тебя до полусмерти, поэтому если я где-нибудь ошибусь, ты на самом деле можешь помереть. Однако если такое всё же произойдёт, обещаю, твоя смерть не станет напрасной! Благодаря твоей жертве, я смогу создать универсальный план тренировок для всех будущих членов семьи! Так как, хочешь попробовать?

— Спасибо, как-нибудь обойдусь! — Джонни ничуть не проникся озвученным ему предложением. — Тише едешь — дальше будешь. Сам всё время так говоришь, вот и я спешить не буду.

— Капец ты скучный! А как насчёт тебя, Йосаку? Хочешь попробовать? Правда с тобой, как ты понимаешь, всё будет ещё сложнее, но ради своей семьи я готов на любые ваши жертвы! — пафосно произнёс Луффи.

— Спасибо за предложение, но я лучше тоже как-нибудь по старинке, — ответил Йосаку, слезая со своего стола и усаживаясь за тот, за которым сидели все остальные.

После этого разговор завял сам собой, так как все взялись за понаставленную на столе еду. Учитывая, сколько всего могли съесть и выпить парни, хозяйке вскоре пришлось браться за готовку дополнительных порций, а её дочка замоталась бегать между кухней и столом. Хотя, когда Нами заметила обеспокоенный взгляд хозяйки, — парни жрали и пили как не в себя, но при этом не выглядели благонадёжными клиентами, — и бросила на стойку целую пачку десятитысячных купюр, женщина если и не успокоилась совсем, явно почувствовала себя намного лучше. Заплаченных денег с лихвой хватало на оплату как всей сожранной парнями еды, так и на починку выбитых дверей. И ещё должно было прилично остаться сверху, в качестве компенсации за все причиненные неудобства.

— Что-то они совсем не торопились, — ковыряясь в зубах зубочисткой, лениво протянул Луффи.

Едва вся еда оказалась съедена и всё спиртное выпито, как прибыла местная кавалерия. Вот только после плотного обеда, даже обычно гиперактивный парень не горел желанием отрывать задницу от стула. К счастью для него и к несчастью одной рыжеволосой красавицы, он всё ещё оставался капитаном, поэтому всегда мог воспользоваться своим «служебным положением» в личных целях.

— Нами, когда будешь драться, постарайся сильно никому не навредить, и тем более никого не прибить, — в прозвучавших словах не было и намёка на возможность отказаться. — Всё-таки нашему Коби ещё тут предстоит служить некоторое время.

— Я не хочу драться с дозорными, — нахмурилась девушка. — Особенно если нужно сдерживаться.

— Надо, девочка моя, надо.

Тяжело вздохнув, она неохотно выбралась из-за стола и вышла на улицу. Парни, затоварившись на кухне дополнительным пойлом, — или соком, если говорить конкретно о Луффи, — с куда большей охотой последовали вслед за ней. Может им и не хотелось ничего делать, но они были совсем не против посмотреть на бесплатное представление. На улице они увидели Нами, замершую напротив полусотни до зубов вооруженных дозорных, во главе со своим капитаном — «Топоруким» Морганом. Кстати, «Топоруким» его звали, вовсе не потому, что у него руки из задницы росли, и ему ничего нельзя было доверить, а из-за протеза в виде самого настоящего топора. Хотя, если докапываться до мелочей, правильнее будет сказать, что у мужчины вместо правой кисти был приделан наконечник от секиры. А ещё у него была железная квадратная челюсть, делающая его немного похожим на киборга.

— Гражданские! — рявкнул Морган, стоило показаться парням из дверей ресторана. — Вы нарушили покой в моём городе, за что полагается смертная казнь!

Джонни негромко присвистнул.

— Неслабые тут законы установил этот капитанчик, — прокомментировал он.

— Видать, компенсирует что-то, — поддакнул Йосаку.

— По-моему, обыкновенный идиот, — сонно пробормотал Зоро.

Он уже успел усесться на ступеньки и вот-вот готов был уснуть.

— Это он, это он меня ударил! — раздался противный голос на всю улицу.

Растолкав локтями стоящих солдат, вперёд вылез уже всем знакомый блондинчик, который принялся истерично верещать и тыкать пальцем в сторону мечника.

— Зоро его ударил, и он все ещё жив? — не поверил Луффи.

— Зоро его не ударял, — пояснил Йосаку, вместо уже уснувшего парня. — Он просто взял его за лицо и оттолкнул, а уже после тот ударился об двери и вылетел на улицу.

— Оскорбление офицеров Морского Дозора карается смертью! — тем временем, продолжал гнуть свою линию Морган. — Как и пособничество преступникам! — добавил капитан, переведя взгляд на испуганных хозяйку заведения и её дочку, осторожно выглядывающих из дверного проёма. — Вы приговариваетесь к смерти за нарушение закона!

— У вас тут хоть что-нибудь не карается смертью? — уперев правую руку в бок, немного устало спросила Нами. — Или тебе фантазии не хватает, придумать что-нибудь другое?

— Как ты смеешь, гражданская?! Я «Топорукий» Морган, и я Велик! Я заслуживаю уважения!

— Матерь божья! — выдохнул потрясенный Джонни. — Я не думал, что хоть когда-нибудь в жизни смогу встретить более эгоистичного и самовлюбленного человека, чем Луффи-аники.

— Ты прав, Рю! — серьёзно кивнул Луффи. — С этого дня больше не буду говорить о том, что обязательно стану Королем Пиратов, теперь сразу буду представляться таким титулом. Не могу же я проиграть какому-то идиоту-капитану? Кстати, Коби, — он повернулся в сторону притихшего мальчика, — как тебе твой кумир? Всё ещё хочешь служить под его командованием или уже появились первые сомнения?

Коби ничего не ответил — он стоял на месте, и не сводил глаз с Моргана.

— Убить эту женщину! — отдал приказ капитан, указав здоровой рукой на Нами. — А затем убить их всех! Все, кто не признаёт моего Величия, заслуживают смерти!

— Только я сейчас подумал о том, что этот парень неплохо бы вписался в нашу команду или нет? — спросил вслух Джонни. — Все эти его постоянные убить то, убить это, сильно напоминают мне Луффи-аники и Зоро-аники.

— Знаешь, а ты в чём-то прав! — согласно кивнул Йосаку. — Если выбить из него всю лишнюю дурь, он действительно мог бы…

— И-и-и стоп! — вмешался Луффи перекрестив руки перед собой. — Можете не продолжать. Я в жизни не приглашу в нашу семью кого-то настолько тупого, слабого и никчёмного. Да вы только посмотрите на него! Ему, наверное, лет сорок, если не все пятьдесят, а он все ещё полный идиот. Такого уже только могила исправит, и то не факт.

— СМЕРТЬ ИМ ВСЕМ!!! — буквально взревел Морган.

Было совершенно очевидно, что ему дико не понравилась данная Луффи оценка его личности. В то же время остальные морячки выглядели так, словно вот-вот готовы грохнуться в обморок. Морган уже успел настолько их замордовать, что любое оскорбление в его сторону приводило их в неописуемый ужас. Однако пальбу они открыли незамедлительно. И по кому? По Нами! Любой мужчина, без раздумий открывающий огонь по такой красоте, просто не имел права называться мужчиной. О чём Луффи и заявил в слух, когда шквал огня прекратился и повисла ошеломлённая тишина. Абсолютно невредимая Нами, так и оставшаяся стоять на одном месте, произвела на дозорных незабываемое впечатление.

— Может быть, он их тут всех насильно кастрирует? — предположил Йосаку, стоило Луффи озвучить своё мнение.

— Или они все тут не интересуются девушками? — вынес ещё одно предположение Джонни.

– Вполне возможно! — согласно кивнул Луффи. — Сами посудите, если сын капитана гомик, возможно и Морган гомик, а если Морган гомик, учитывая его замашки, он бы обязательно и всех своих солдат захотел бы сделать гомиками. Этакая поголовная гомиконизация... гомоконизация... гомикомонизация... твою мать! Короче, все они тут тащатся по мужикам! Вот они теперь и не обращают внимания на женскую красоту, логично?

— По-моему, логично, — кивнул Йосаку. – И ты хотел сказать слово гомонизация.

— Целая база гомиков... как страшно жить! — заметно поёжился Джонни, словно он неожиданно оказался на холодном ветру.

Все потуги парней пропали в туне. Солдатики, во главе с Морганом, могли лишь тупо пялиться на Нами, своими выкатившимися на лоб глазами. Фруктовики в Ист Блю встречались чрезвычайно редко, поэтому реакция на них, практически всегда, выглядела совершенно одинаковой. И надоедала уже после первой полсотни раз.

— Дьявольский Фрукт... ты обладаешь силой Дьявольского Фрукта, — констатировал очевидный факт Морган, вернув себе хоть какое-то подобие самообладания.

— Засчитано получение достижения «Капитан Очевидность» третьего уровня, — произнёс... Джонни!

Тесное общение с Луффи ещё ни для кого не проходило без тяжёлых последствий.

— Констатируйте ещё сто очевидных для всех вещей и получите достижение второго уровня, — тут же добавил Йосаку.

— А ещё за пятьсот вам не только дадут первый уровень, но и крутой магнитик на холодильник, — закончил Джонни.

— Ребята… я так горжусь вами!!! — громко разрыдался Луффи, уткнувшись лицом в сгиб своего локтя.

— Рю, Йосаку, две недели запрета на любые разговоры с Луффи, длящиеся больше десяти секунд! — повернувшись к парням и наставив на них свой уже собранных шест, строго произнёсла Нами. — У вас на лицо ярко выраженные осложнения, от чрезмерного злоупотребления общением с нашим капитаном.

— Предательница! — тут же прекратил рыдания Луффи. — Фиг тебе больше, а не мороженки! И вообще, долго ты ещё собираешься просто стоять и выглядеть красивой? Быстрее вали всех этих морячков! — ткнул он пальцем в сторону солдат Морского Дозора. — Мне нужно позвонить моему любимому Орку и нелюбимому дедушке, а они обязательно будут мешать!

— С-сэр! — вытянулся в струнку один из солдат. — Если она действительно обладает силой Дьявольского Фрукта…

— Девчонкой я займусь лично, а вы разберитесь с другими, — не став дослушивать, отдал приказ Морган.

— Это только мне так кажется, или этот парень действительно бредит? — спросил озадаченный Йосаку.

— Не знаю, какая у него трава, но это штука, по-видимому, реально вставляет не по-детски! — мудро кивнул Джонни.

— Эй, «Тупоголовый» Морган, мне интересно, ты хоть знаешь, кто мы такие? — спросил Йосаку.

— Оскорбление офицеров дозора карается смертью, никчёмный охотник!

— Хм... всё-таки знаешь, — поскреб подбородок порядком озадаченный парень. — И про оскорбления ты нам уже говорил, тупой никчёмный идиот-офицер Морского Дозора… Интересно, сколько смертных приговоров я сейчас заработал своей фразой?

— Ощущаю легкий дискомфорт, — неожиданно признался Джонни. — Я уже как-то успел привыкнуть, что дозорные стараются с нами не связываться, а про пиратов вообще молчу. И вот, когда от твоей репутации отмахиваются так, словно она ничего не стоит… Луффи-аники, мы точно не можем их всех убить? Или хотя бы только Моргана?

— Ничего-ничего, это вам всем хороший урок на будущее, — хмыкнул Луффи. — Теперь вы все знаете, что насколько бы страшной не стала ваша репутация в будущем, всегда найдётся какой-нибудь идиот-самоубийца, который решит проверить её подлинность на деле. Нами, серьёзно, вали их всех! — раздражённо закатив глаза, закончил он.

Судя по всему, несмотря на все свои слова, он тоже не был в восторге от такого наплевательского отношения к репутации семьи.

— Так точно, капитан!

— Ты думаешь, что какая-то гражданская девчонка, пусть и обладающая силой Дьявольского Фрукта, действительно справится с… — и это было всё, что успел сказать Морган, прежде чем удар шеста Нами, не свернул ему его железную челюсть, и не отправил в полёт.

Полёт оказался коротким. Улицы в городе не могли похвастаться особой просторностью, поэтому, уже через несколько метров, Морган смачно впечатался в каменную стену дома. От удара вся стена пошла большими трещинами, но всё-таки устояла, а вот капитану повезло куда меньше. Упав обратно на дорогу, он так и остался неподвижно лежать. Под его головой начало расплываться кровавое пятно.

— И это всё? — разочарованно протянул Джонни. — И это после всего того дерьма, что он тут нам наговорил?

Надо признать, Луффи и Йосаку тоже остались не слишком довольными. Чёрт, да даже Нами была совсем не против врезать Моргану ещё пару раз! Но реальность оказалась жестокой.

— Ненавижу таких самоуверенных слабаков, — вздохнул Джонни. — Их даже избить толком нельзя. Всего один смачный удар и они уже в отключке, а в пинании бессознательного тела нет никакого удовольствия… Хорошо хоть когда у такого слабака есть много подчинённых, всегда можно отвести душу на них.

Не успел он договорить, как все дозорные, до этого мгновения невероятно шокированные столь быстрой расправой над своим капитаном, разразились бурными криками восторга. Морячки принялись бросать в воздух не только свои форменные кепки, но и своё оружие! Правда, и ловили они его без каких-либо проблем.

— Ура-а-а-а!!!

— Конец тирании Моргана!!!

— Больше никакого Моргана!!!

И всё в том же духе. Более того, не прошло и минуты, как вся улица оказалась битком забита счастливыми горожанами. Ещё минут через пять, без всяких сомнений, ликовал весь город — восторженный рёв стоял такой, что проснулся даже Зоро, которого обычно и выстрелом из пушки не разбудить.

Бессознательный Морган, под радостный плач толпы, — без шуток, добрая половина собравшегося народа заливалась слезами счастья, — оказался заключён в кандалы, и несколько наручников сразу. Учитывая, что капитан человек большой, — метра два с половиной точно, — такая предосторожность не показалась солдатикам излишней. И вот, когда Моргана уже взялись тащить в тюрьму, случилось такое, чего точно никто не ожидал. Сначала раздался выстрел, а затем крик.

— В-в-сем ст-т-тоять!!! — голос у Хельмеппо дрожал подстать ему самому. Ноги его ходили ходуном, сам он был бледнее мела, всё его лицо покрывали крупные капли пота, а пистолет в его руке только каким-то лишь чудом оставался направлен на... Коби! — Не-немед-д-дленно освобо-бо-бодите м-моего от-т-тца!!! Или я его у-уб-бью!!!

— Вот так нежданчик! — хмыкнул Джонни.

— Три недели никакого тесного общения с Луффи, — прокомментировала его слова Нами.

Когда Морган оказался вырублен, Коби спустился с крыльца, чтобы посмотреть на его тело, поэтому Хельмеппо не составило никаких проблем обойти всех и выйти к мальчику. Надо отдать должное, блондин выбрал самую подходящую для себя цель. Судя по его поведению, угрожать кому-нибудь другому он бы просто не смог. Всё-таки Коби не только выглядел самым безобидным из группы, но и на самом деле был таковым.

— Луффи, почему ты не остановил его?! — повернувшись к своему капитану, подозрительно сощурила глаза Нами.

— Причем тут я-то?! — удивлённо вытаращился на неё парень. — Я тоже ничего такого не ожидал!

— Не играй словами! — девушка обвинительно наставила на него палец. — Ожидать ты, может, и не ожидал, но точно мог ему помешать!

— А раньше ты таких нюансов не улавливала, — разочарованно произнёс Луффи.

Сразу стало понятно, что его предыдущая удивлённая реакция была не более чем очередной игрой.

— Так почему ты ему не помешал?

— Нами, господи, разве не очевидно? — откупоривая бутылку с саке, неохотно поднялся на ноги Зоро.

— Угх... потому что так интереснее... ты прав, могла бы и не спрашивать.

— Ах, — смахнув несуществующую слезу с ресниц, грустно вздохнул Луффи. — Это непередаваемое чувство родителя, когда он осознаёт, что его любимые дети, которые, казалось бы, ещё только вчера, были милыми беспомощными карапузами, не просто выросли, но уже давно курят, пьют, матерятся и сами делают детей.

— …Только у меня сейчас мурашки по коже забегали? — обратился мечник к остальным членам семьи.

— Э-эй! В-вы…

— Нет у меня тоже, — обхватив себя руками, слегка потёр плечи Джонни.

— И у меня, — кивнул Йосаку.

— Как насчёт того, чтобы лишить его мяса на пару недель? — предложила Нами.

— Тц! Неблагодарная девчонка! Смотри у меня, такими темпами, ты всё-таки добьешься того, что я расскажу тебе историю о паровозике, который смог.

— НЕТ!!! — тут же в панике вскинулись Зоро, Йосаку и Джонни.

— Никаких паровозиков, которые смогли! — веско произнёс мечник. — Нами наш навигатор, поэтому ей совершенно точно не нужно об этом знать!

— Серьёзно, ребята, что ещё за паровозик, который смог? — обиженно прикусив губу, — первые ряды зрителей, среди местных жителей, оказались выкошены начисто, — спросила Нами.

— Не «паровозик, который смог», а «паровозик, который смог»! Чувствуй разницу, Нами! — немного раздражённо произнёс Зоро, словно девушка на самом деле совершила какую-то серьёзную ошибку.

— Да, Нами, — кивнул Джонни, — настолько важные вещи никак нельзя путать.

— Я-я с-серьёзно, ещё с-с-слово…

— Только не с паровозиком, только не с тем который смог! — во взгляде Йосаку появилось слегка загнанное выражение.

— Ну-ну, — мягко произнёс Джонни, успокаивающе похлопав Йосаку по плечу. — Будет тебе, будет. Все нормально, это уже давно в прошлом.

— Я УБЬЮ ЕГО!!! — в конечном итоге, нервы Хельмеппо просто не выдержали того, что его полностью игнорируют, и он окончательно сорвался. Зато перестал заикаться: — Я НА САМОМ ДЕЛЕ УБЬЮ ЕГО!!!

— Ты ещё здесь? — «искренне» удивился Луффи.

— ОСВОБОДИТЕ МОЕГО ОТЦА! ОСВОБОДИТЕ СЕЙЧАС ЖЕ, ИНАЧЕ Я ЕГО УБЬЮ!!!

— Что-то я сильно сомневаюсь.

— УБЬЮ!!! Я УБЬЮ ЕГО!!!

— А вот теперь всё действительно стало намного интереснее, — произнёс Зоро, отрываясь от бутылки. — Так понимаю, на что-то подобное ты и рассчитывал, да? — посмотрел он в сторону Луффи.

— Скорее надеялся... иначе бы всё было слишком скучно.

Прямо на их глазах с Коби происходили потрясающие изменения. Нет, на самом деле он изменился ещё в тот самый первый день своего «знакомства» с семьёй Соломенных Шляп, когда его подвесили на дереве и он выдержал целый час. В тот день он изменился. Внутри него что-то изменилось. И речь тут шла совсем не о пробудившейся Воле Наблюдения, — она стала не более чем следствием. Речь шла об изменениях, произошедших глубоко в подсознании мальчика. В том месте, где скрывались вещи, которые человек о себе и сам не знал, и зачастую даже не мог предположить об их существовании. Однако измениться подсознательно и принять изменения сознательно — две совершенно разные стадии. Подсознательно Коби давно уже стал совсем другим человеком, но его сознание упорно цеплялось за привычный образ. И неизвестно, сколько бы ещё времени понадобилось мальчику, чтобы окончательно осознать и принять нового себя, если бы не две недели, проведённые в семье безумных пиратов и не... Хельмеппо. Блондин понятия не имел, что он умудрился натворить своим отчаянным решением.

Сначала реакция Коби, на пистолет у его головы, оказалась самой что ни на есть нормальной — он перепугался до полусмерти, задрожав не хуже самого Хельмеппо. Но затем, секунда проходила за секундой, и, как-то совершенно неожиданно для себя, мальчик обнаружил, что он уже давно перестал дрожать. Дыхание выровнялось, окружающий мир снова вернул себе краски и звуки. Звуки, среди которых были голоса безумных пиратов, что вели себя так, словно Хельмеппо с пистолетом для них не существовало. И так, оно, отчасти и было. Для этих людей Хельмеппо действительно не существовал. И Коби вполне понимал почему. Нами, будучи слабейшей в семье, всё равно могла одним единственным ударом вырубить известного капитана Морского Дозора. Капитана. Одним. Ударом. Хельмеппо же и вовсе был никем. Для безумной семейки пиратов, блондин выглядел не грознее таракана, решившего предъявить свои права на кухню. Иными словами, немалым чудом был уже тот факт, что они вообще обратили своё внимание на Хельмеппо.

«А ведь я хочу быть дозорным» — мелькнула мысль в голове Коби.

Одна простая мысль, но каков результат! К этому времени он окончательно перестал бояться. Честно говоря, мальчик даже задался вопросом, чего он вообще боялся? Хельмеппо выглядел слабее самого слабого члена команды Альвиды, и в бесконечное число раз слабее любого члена семьи Соломенных Шляп. Пистолет в его руке выписывал в воздухе такие гигантские восьмёрки, что Коби начал сомневаться в способности блондина попасть в него, даже несмотря на расстояние между ними. И это при условии, что разодетый павлин вообще найдёт в себе смелость выстрелить. Самое главное... Коби хотел стать дозорным. Он хотел ловить плохих парней и помогать хорошим. Он хотел быть ОФИЦЕРОМ Морского Дозора. Не каким-то там безымянным солдатом, а тем, кто действительно мог что-то менять и самостоятельно принимать решения. Тогда как Хельмеппо был никем… Совершенно никем… Так кто ему тогда... нет, не так! КТО ЕМУ ДАЛ ПРАВО НАСТАВЛЯТЬ НА НЕГО ПИСТОЛЕТ?!!

Наверное, Хельмеппо что-то такое всё же почувствовал. Иначе никак не объяснить, почему его взгляд, до этого направленный на Соломенных Шляп, резко переместился на Коби. И едва он посмотрел в глаза своего «заложника», как он замер, совсем перестав дрожать… Хельмеппо почувствовал себя так, словно он оказался в тисках невидимой силы. В свою очередь, мальчик проблем с движением не испытывал. Подняв руки, он взялся за пистолет и, отвернув дуло в сторону от себя, одним резким движением вырвал его из руки блондина. Выстрела так и не последовало. Тогда, Коби, перехватив пистолет за рукоять, навел дуло на ногу Хельмеппо и без всяких колебаний спустил курок. Грянул выстрел, и блондинчик рухнул на мостовую, принявшись кататься по земле и громко верещать. Коби никогда в жизни не стрелял из какого-либо оружия, поэтому вместо того, чтобы прострелить ногу Хельмеппо, он лишь немного его оцарапал и не более. Однако разодетому павлину хватило и жалкой царапины.

— Монстр детектед, — невозмутимо прокомментировал Джонни все увиденное, после чего, вспомнив про бутылку с пивом в своей руке, сделал несколько мощных глотков.

— Нами, признай, методы Луффи-аники возможно абсолютно чокнутые, но вот, какими-какими, а неэффективными их точно назвать нельзя, — произнёс Йосаку, как и Джонни, присосавшись к своей бутылке.

— Будущий адмирал готов, — удовлетворённо кивнул Луффи, — а то и вовсе полноценный главнокомандующий.

— Это если он сможет свалить с этого острова достаточно быстро, иначе так и останется навсегда прозябать в младших чинах, — не согласился с ним Зоро.

— Опять меня недооценивают.

— Что ты ещё задумал?

— Ты действительно думаешь, что после того, как я угробил на Коби столько нашего времени, я вот так вот возьму, и брошу его на произвол судьбы? Не волнуйся, мне просто нужно сделать звонок.

После всего произошедшего, договориться о вступлении мальчика в дозор не составило никакого труда — достаточно было спросить. Затем, пока всё вокруг успокаивалось, Луффи отлучился сделать упомянутые им ранее звонки. Разговор с дедом прошёл вполне ожидаемо, — в ушах парня продолжало звенеть, даже спустя полчаса после разговора, — а вот его любимый Орк неожиданно порадовал, и ещё как порадовал!

— Та-дам! — Луффи смачно бухнул распечатку на середину стола, когда вернулся в ресторан.

По всему городу шли самые натуральные, народные гуляния, но в ресторане стояла тишина. Несмотря на помощь городу, репутация у семьи сложилась такая, что народ, счастливый или нет, соваться к ним не рисковал.

— Что за бумажки? – сразу полюбопытствовал Джонни.

— Наша будущая цель. И где Коби?

Вся группа незамедлительно придвинулась ближе к столу.

— Карта острова, — то ли спросил, то ли констатировал факт Зоро. — А Коби отправился с дозорными уладить разные формальности, скоро вернётся.

— Карта острова и схема какой-то базы на нём, — вынес свой вердикт Джонни, изучив содержимое нескольких листов. — Мы что, будем атаковать базу Морского Дозора? — в сомнении спросил он.

— Это не база дозора, — покачал головой Йосаку. — Все базы морячков строятся чуть ли не по одному шаблону, а тут всё сделано совершенно по-другому.

— Луффи, ты же говорил, что мы не будем их трогать, — произнёсла Нами.

Ей достаточно было бросить один-единственный взгляд на карту, чтобы моментально всё понять. Она сразу узнала, что за остров изображён на карте. И она прекрасно помнила, что располагается на этом острове, и кто там за главного. Непонятно ей было только одно — почему именно сейчас?

— Нет, я говорил, что пока не время их трогать, — возразил Луффи. — Теперь время пришло.

— И почему?

— Во-первых, потому что мы скоро оставим Ист Блю позади, а во-вторых, он начал собирать все силы в одном месте. Они собираются отправиться покорять Гранд Лайн, поэтому самое время вмешаемся и испортить им все планы!

Нами стремительно побледнела.

— Нет… — выдохнула она.

— Да, — не согласился с ней Луффи.

— Нет, нет!

— Да, да, и не спорь.

— Мы все умрём!

— Ты как всегда преувеличиваешь, — беспечно отмахнулся от неё парень.

— Может, вы уже объяснитесь? — немного раздраженно спросил Зоро.

— Дон Криг! — рявкнула Нами. — Он хочет, чтобы мы напали на дона Крига!

— И что в этом плохого? — не понял Зоро. — Я лично вообще не понимаю, почему мы до сих пор так старательно избегали с ним связываться.

— Ты не слышал, что сказал Луффи? Он собирает все силы в одном месте! Ты хоть понимаешь, о каких силах идёт речь?

— Кстати об этом, вот примерные сводки, — Луффи бухнул на стол ещё один лист, придержанный как раз для этого момента.

Все сидящие за столом вновь подались вперед.

— Я так и знал, что этим всё закончится, — тяжело вздохнул Джонни.

— Надо было сразу дать себя убить, — согласно кивнул Йосаку. — Тогда бы хоть столько мучаться не пришлось.

— Пя-пять... пять тысяч? — слабо произнёсла Нами. — И пятьдесят... пятьдесят кораблей?

— Эй! — возмутился Луффи. — Не нужно всё так сильно драматизировать! Пять тысяч и пятьдесят кораблей — это одно и тоже.

— Зоро, а ты почему молчишь?!! — рявкнула девушка на мечника, что спокойно попивал своё саке и в ус не дул.

— Нас четверо, поэтому две с половиной тысячи я беру на себя, ещё по тысяче возьмут Рю и Йосаку, а оставшиеся пятьсот на тебе, — спокойно произнёс Зоро.

— Я всегда знал, что не просто так назначил тебя своим первым помощником! Зоро, тебе зачёт! Заслужил.

— …В такие моменты я ненавижу вас. Я действительно ненавижу вас. И я не шучу.

— Зато я люблю тебя всё время! — в ответ на признание мрачной Нами, прозвучал довольный ответ ничуть не обидевшегося Луффи. — К тому же, в этот раз я буду сражаться вместе с вами.

— …Серьёзно? — недоверчиво спросила девушка.

Остальные члены семьи тоже удивлённо уставились на своего капитана.

— Ты совсем недавно говорил, что не хочешь выходить из тени, а теперь собираешься сражаться? — не понял Зоро.

— Не волнуйся, я планирую хорошенько замаскироваться, и уже даже придумал как именно. Могу гарантировать, что вам обязательно понравится, особенно тебе Зоро! Думаю, ты оценишь больше всех!

По тому, как поморщился мечник после таких слов, любой мог сказать, что услышанное его не обрадовало. Совсем не обрадовало. И остальные его вполне понимали. Неизвестно, каким образом собирался замаскироваться Луффи, но уже сейчас можно было смело говорить о том, что Зоро это не понравится. Без вариантов.

— И всё-таки, целых пять тысяч, — вздохнул Джонни, сделав несколько глотков из бутылки. — А что тогда будет дальше? Война с Мировым Правительством?

— Ты знаешь, а это неплохая идея!

— Рю, если ты ещё раз откроешь свой поганый рот, то завтра утром не проснёшься, гарантирую! — мрачно посмотрела на парня Нами. — Не смей подавать ему идеи!

— А если всё-таки проснёшься, тогда я прослежу за тем, чтобы далеко от кровати ты не ушёл, — добавил Йосаку.

— Можно подумать, Луффи-аники не додумался бы до этого самостоятельно, — недовольно пробурчал Джонни себе под нос, но громко возмущаться всё же не решился.

В этот момент вернулся Коби, и разговор увял сам собой. Долго оставаться в городе они не собирались, поэтому каждый из них хотел нормально попрощаться с мальчиком, к присутствию которого они уже успели привыкнуть. Жизнь штука непредсказуемая, — особенно с таким капитаном, — поэтому каждый из них допускал, что видит Коби в последний раз, — особенно если они вскоре собирались схлестнуться с пятью тысячами пиратов разом.

Прощальная гулянка, и одновременная обмывка вступления мальчика в дозор, затянулась до глубокой ночи, а на утро Соломенные Шляпы, ещё раз пожелав Коби всего самого хорошего, отчалили. Луффи, естественно, не счёл необходимым упомянуть всем о том, что, всего через две недели, за мальчиком приплывёт самый натуральный Демон и утащит его прямиком в Ад. Это означало, что они ещё встретятся, и встретятся не один раз. Если, конечно, Коби не умрёт раньше. Однако это уже мелочи. Да.

Глава 7. Багги и Зорри

— Не надо, капитан!

— Пожалуйста, капитан Багги!

— Давайте просто отдадим им всё и уплывём!

— Пожалуйста, капитан!

— ЗАТКНИТЕСЬ!!! Сегодня я отомщу им за все наши прошлые унижения! Сегодня я убью их всех!!!

— Ты это говоришь при каждой нашей встрече, — любезно заметил Луффи.

— ЗАТКНИСЬ!!! Сегодня я обязательно убью вас с помощью своей новой бом... своего нового секретного оружия!!!

— Нового секретного оружия? — эхом повторил парень. — Что это? Ты придумал новую версию своих идиотских Яиц Багги?

— Не называй их идиотскими!!! И не Яйца Багги, а Бомбы Багги!!! — как маленький ребёнок принялся бить пяткой в землю разъярённый Багги.

— И как ты тогда обозвал новую версию бомбы? Золотые Шары Багги?

— Не называй мои бомбы Золотыми Шарами!!! И это Специальная Магги Бомба!!! — ещё усиленнее застучал ногой по земле пират.

— Специальная Магги Бомба? Хочешь сказать, ты назвал своё новое секретное оружие Специальными Волшебными Золотыми Яйцами Багги? Серьёзно?

— Это Магги Бомба, Магги Бомба!!! Никаких Яиц Багги!!!

— И что же делает твоя Специальная Магги Бомба без всяких твоих яиц? Сияет ослепительным светом Золотых Шаров?

— Никаких Золотых Шаров!!! И она не сияет, а взрывается!!!

— Ты на самом деле сделал взрывающуюся бомбу? — состроил удивлённое лицо Луффи. — Невероятно! — тут же восхитился он. — Похоже, ты реально гений. Надо же, бомба, которая взрывается! Никогда о такой не слышал. Определённо, скоро весь мир будет знать твоё имя!

— *&^!!!

— Эй, чего ты ругаешься? — обиженно спросил парень, складывая руки на груди. — Это твоя вина, что я ничего не могу понять. Ты сам сказал, что сделал новую взрывающуюся бомбу, но не объяснил в чём её отличие от всех остальных бомб.

— Она сильно взрывается!!!

— Бомба, которая сильно взрывается… — повторил за ним Луффи. — Опять же, что в этом такого особенного? В мире есть целая куча бомб, которые сильно взрываются.

— Да, но они все большие, а я смог сделать бомбу размером с маленький шарик, и при этом более сильную, чем и без того сильная Бомба Багги.

— То есть, вместо пушки ты ей можешь стрелять из пистолета, что ли?

— Ха-ха, нет! Всё ещё лучше! Благодаря своему фрукту, Bara Bara no Mi (Фрукт Разделяй-Разделяй), я могу скрывать Бомбы Магги прямо в своём теле и затем выстреливать ими, когда мой противник находится возле меня и совсем этого не ожидает. Благодаря направленной волне взрыва, я не пострадаю, даже если кого-нибудь атакую с расстояния в один метр!

— Правда? Слушай, а ведь реально круто придумал!

— А то! — уперев руки в бока, гордо вздернул вверх свой огромный красный нос Багги.

— А сколько всего Бомб Магги ты можешь хранить в своём теле одновременно?

— Пока только три, — немного погрустнел пират, — но не из-за того, что не могу хранить их больше, а из-за сложности изготовления. Однако я обязательно скоро доведу их количество до десяти! — вновь засиял он.

— Спасибо, Багги, что рассказал мне всё о своём новом секретном оружии, — с искренней улыбкой и проникновенным голосом, поблагодарил его Луффи. Затем он повернулся к Зоро, Джонни и Йосаку, и произнёс: — Вы всё слышали? У него сейчас есть три бомбы в теле, и атаковать он ими может с очень близкого расстояния, поэтому будьте осторожны.

В этот момент до Багги, наконец, дошло, что он сейчас выболтал.

— *&^!!!

— Луффи-аники, серьёзно, даже мне его уже стало жалко, — вздохнул Джонни. — По-моему лучше было бы его просто убить, чем вот так вот каждый раз издеваться. Он ведь действительно старается нас победить, и постоянно придумывает для этого различные штуки. Будь человеком, сбавь обороты хоть немножко!

Багги — Капитан команды Пиратов Багги по прозвищу «Клоун». Прозвище своё он получил благодаря тому, что всегда одевался как клоун... не то что бы у него был какой-либо выбор. Багги умудрился родиться с большим круглым красным носом, один в один похожим на красные носы-насадки клоунов. Луффи, при первой с ним встрече, думая, что это обычный элемент грима, едва не оторвал Багги его большой нос.

Вообще, история отношений Пиратов Багги и Пиратов Соломенной Шляпы началась почти два года назад. Багги тогда стал едва ли не самым первым пиратом, на которого нарвались Зоро и Луффи, когда они вместе отправились в море. И Багги в тот раз сильно повезло, что, увидев соломенную шляпу на голове парня, он успел упомянуть свою прошлую дружбу с Шанксом. Иначе бы, фрукт разделения или нет, — Багги в буквальном смысле мог распадаться на части, — Зоро бы его прирезал. А так парни тогда ограничились лишь тем, что избили пирата вместе со всей его командой, после чего подчистили всё золото на их корабле и большую часть еды.

С тех пор так и пошло. С регулярностью в два-три месяца Шляпы обязательно заглядывали к Пиратам Багги на огонёк. Любимый Орк Луффи исправно поставлял ему всю необходимую информацию, поэтому у него никогда не возникало проблем с нахождением Большого Красного Носа. Визиты к Пиратам Багги всегда заканчивались одинаково — избитым Багги, его избитой командой, «конфискацией» всех их ценностей и, конечно же, изрядной доли провизии. Тем не менее, надо признать, упорство Багги было не занимать, поэтому он тщательно подготавливался к каждому новому визиту своих обидчиков. Его команда постепенно становилась всё сильнее и сильнее, а он сам старательно изыскивал всё более и более изощрённые способы убийства, которые бы помогли ему избавиться от «гнёта» Пиратов Соломенной Шляпы. И всё бы хорошо, но врождённый идиотизм Багги, и совершенно нереальная для Ист Блю сила Соломенных Шляп, сводили на нет все усилия красноносого пирата.

В конце концов, его собственная команда просто сдалась, из-за чего последние два раза, — если считать и этот, — стоило только Соломенным Шляпам появиться на горизонте, как они либо пытались убедить Багги попробовать убежать, — ключевое слово «попробовать», — либо отдать все деньги и еду. Однако, как уже говорилось, упорство Багги было не занимать, поэтому он продолжал выдумывать всё новые и новые способы убийства Соломенных Шляп. Никто в команде Луффи не хотел признавать этого вслух, но Багги им... не сказать, что бы так уж сильно нравился. Тем не менее, определённое уважение он всё-таки вызывал. И вполне понятно почему.

Багги, будучи сам обладателем «Силы Дьявола» ничуть не боялся других фруктовиков. Он прекрасно знал их слабости и различные особенности, чтобы без проблем придумывать различные способы противодействия. Нами обладала силой фрукта уже больше полугода, но за это время только Багги сумел сообразить, что она неуязвима для обычных физических атак, поэтому приказал членам своей команды атаковать её огнём. И для того, чтобы понять силу фрукта девушки и узнать её слабости, пирату оказалось достаточно сделать несколько выстрелов по ней, и посмотреть на результат.

Съеденный Нами Sube Sube no Mi (Фрукт Скользи-Скользи) позволял ей не обращать внимания на атаки твёрдой материей. Однако жар от огня соскользнуть с неё не мог, и Багги это моментально понял. Учитывая, что его даже отдалённо нельзя было назвать интеллектуалом, это говорило о большом, — откровенно говоря, очень большом, — практическом опыте. И это только подтверждалось тем, что Багги знал обо всех трёх типах Воли, которая, по большей части, встречалась только в Новом Мире — второй и самой опасной половине Гранд Лайна. Иными словами, Багги обладал знаниями и опытом пирата, некогда бороздившего воды Нового Мира.

В свою очередь, уважение к Большому Красному Носу изрядно подрывал факт того, что, несмотря на все свои знания, он, по сути, представлял собой «мелкую рыбёшку». Пусть по меркам Ист Блю его награда внушала, — а давали за него целых пятнадцать миллионов, что было в пять раз выше среднего показателя, — сам Багги был слабым. Даже слишком слабым, если понимать ценность всей известной ему информации.

С другой стороны, уважение или нет, но все в семье Соломенных Шляп прекрасно понимали, что Луффи слишком сильно любил издеваться над Багги, чтобы просто взять, и оставить его в покое. Возможно, как и в случае с Зоро, всё дело было в реакции красноносого пирата? Багги, как и Зоро, всегда бурно реагировал на слова и действия Луффи. Только если мечник постоянно пытался прирезать своего капитана, Багги обычно закатывал совершенно по-детски выглядящие истерики. Истерики, на которые было необычайно забавно смотреть — факт, признающийся в семье всеми членами без исключения. Это так же означало, что Луффи прямо-таки балдел с истерик Багги.

— Даже если ты и вытянул обманом из меня секрет моего нового оружия, тебе это всё равно не поможет! — прокричал Багги. — Любого, кто рискнёт подойти ко мне, я отправлю к праотцам своей Магги Бомбой!

— Эй, парни, разве я что-нибудь из него вытягивал? Да ещё обманом? — спросил Луффи. — По-моему мы просто разговаривали, и он мне сам всё выболтал, разве нет?

— Луффи-аники, кого конкретно ты здесь хочешь обмануть? — спросил Йосаку.

— Ладно, ладно... скучные вы стали, раньше были куда забавнее. Вот только это всё равно не отменяет главного вопроса.

— Вопроса?

— Кто с ним будет сражаться на этот раз?

Зоро, сидевший на ступеньках крыльца, молча поднялся на ноги и вытянул катану из ножен, чтобы тут же быть остановленным Луффи.

— Зоро сидеть! – наставив на мечника указательный палец, приказал он. – Красноносый..

— КОГО ТЫ НАЗВАЛ КРАСНОНОСЫМ?!!

— ..мне нравится, поэтому ты с ним сражаться точно не будешь… Вернее я не позволю тебе пойти и убить его.

— Луффи-аники, я пас, — вздохнул Джонни. — У меня нет ни настроения, ни желания с ним драться.

— У меня тоже, — кивнул Йосаку. — Мы столько раз его избивали, что мне уже становится стыдно перед самим собой. Может и правда, лучше просто его убьём и дело с концом, а?

— Никаких убийств! Большеносик..

— КОГО ТЫ НАЗВАЛ БОЛЬШЕНОСИКОМ?!!

— ..слишком забавен, чтобы его убивать.

— Тогда сам его и вырубай, — усевшись обратно на ступеньки, проворчал недовольный Зоро. — К тому же, смысл уже с ним драться?

И действительно, из-за угла показалась Нами с двумя большими мешками в руках.

— Луффи, представляешь, я нашла у них целых десять миллионов! — радостно произнёсла она. — Либо они недавно сорвали хороший куш, либо эти хитрецы научились прятать от нас деньги.

Действительно, нынешняя встреча не была запланированной, поэтому выбивалась из их привычного графика нападений. Луффи и Нами, в целях подготовки к скорому отплытию на Гранд Лайн, начали обменивать на деньги все накопленные ими драгоценности и золото. Орандж-Таун должен был стать уже третьим по счёту городом, в котором они собирались обменять очередную часть своих сокровищ. Вот только, как оказалось, город уже успел захватить Багги, из-за чего все местные жители скрылись в горах, расположенных неподалёку. Обменять сокровища на деньги им здесь не грозило. Более того, судя по мешкам в руках Нами и её словам, они умудрились получить ещё больше сокровищ на обмен.

— Мои... МОИ СОКРОВИЩА!!! — реакция Багги оказалась вполне ожидаемой. — КАК ОНА ИХ УКРАЛА?!! — резко развернулся он к своей команде, чтобы увидеть... совершенно пустую городскую площадь за своей спиной.

Стоило ему понять, что он остался один на один со всей семьей Соломенной Шляпы, как на его лице проступило совершенно непередаваемое выражение.

— Если тебе интересно, куда делись все твои люди, то они убежали ещё минут десять назад, — любезно объяснил ему Джонни.

— Сразу же, как только ты отказался их слушать, — добавил Йосаку.

— Я, кстати, встретила их, когда спускалась с корабля, — чарующе улыбнулась ему Нами. — Модзи и Кобадзи были так любезны, что даже помогли мне донести мешки с золотом и едой до самой площади, поэтому, если поспешишь, ещё можешь их догнать.

— Ка-ка... КАКОГО ХРЕНА?!! ЧЁРТОВЫ ПРЕДАТЕЛИ!!!

— Знаешь что, Багги? — произнёс Луффи. — Может и правда, сваливал бы ты отсюда, а? Мы уже получили ваши деньги и еду, твои люди сбежали, а мои не хотят с тобой драться. Да и свои секреты ты все уже выболтал, поэтому обсуждать нам с тобой больше нечего. Убивать я тебя не собираюсь, драться с тобой тоже. В общем, реально, может просто свалишь?

— Ты... ты... Я ЗАПОМНЮ ЭТО, СОЛОМЕННАЯ ШЛЯПА!!! И Я ОБЯЗАТЕЛЬНО КОГДА-НИБУДЬ ТЕБЕ ОТОМЩУ ЗА ВСЕ МОИ УНИЖЕНИЯ!!!

— Не волнуйся Багги, я запомнил эти твои слова ещё в самый первый раз, незачем повторять их при каждом нашем расставании.

— И не надейся, что и дальше сможешь меня безнаказанно грабить!

— Ты так сказал, словно я и моя семья какие-то бандиты, — «искренне» расстроился Луффи. — К тому же, эти слова ты тоже можешь не повторять, предыдущих трех раз вполне было достаточно.

— Я НЕ ОБ ЭТОМ, ИДИОТ!!!

— Э-э-э... в смысле?

— Я говорю, что ты больше не сможешь меня грабить!

— Не смогу? — с сомнением спросил парень. — И почему же?

— В следующем месяце, собрав все необходимые припасы, я и моя команда отправимся на Гранд Лайн! Так что счастливо оставаться, идиоты! — закончил Багги, подкрепив свои слова очень неприличным жестом, сделанным с помощью двух рук.

— Значит, решил отправиться на Гранд Лайн? — на всякий случай уточнил Луффи.

— Да! И там ваша долбанная кучка идиотов меня точно не достанет!

— Э-э-э... конечно, Багги, не достанем. И раз сегодня наша последняя встреча, хочу сказать тебе, что, несмотря на всё, был рад с тобой познакомиться. Ты был отличным парнем.

— НЕ ГОВОРИ ОБО МНЕ ТАК, БУДТО Я УЖЕ УМЕР, ЧЁРТОВ УБЛЮДОК!!!

— Виноват, Багги, виноват! — приподнял руки Луффи в мирном жесте. — Желаю тебе удачи, попутного ветра в корму и всё такое прочее.

Ещё раз сделав неприличный жест руками на прощание, Багги резко развернулся и зашагал в направлении пристани, где был пришвартован его корабль.

— …Он даже не попрощался с нами как следует, — печально вздохнул парень. — А мне казалось, что мы друзья.

— Какая может быть дружба, если один друг вечно избивает и грабит другого? — фыркнул Джонни.

— Нет, ну а что тут такого-то? — удивлённо посмотрел на него Луффи. — Лично я постоянно избивал и грабил своих двух братьев, но мы всё равно отлично ладили друг с другом! Как по мне, так подобные отношения хорошо закаляют характер!

Джонни и Йосаку молча уставились на него, а Нами, обхватив переносицу пальцами, закрыла глаза, словно у неё резко разболелась голова.

— Знаете, что самое страшное? — спросил Зоро в образовавшейся тишине. — Всё что он сейчас сказал — чистая правда.

— Хорошо Багги не знает, что мы тоже скоро отправимся на Гранд Лайн, — довольно произнёс Луффи, полностью проигнорировав реакцию своей семьи на своё признание. — Боюсь, иначе он может передумать, и тогда мы действительно рискуем с ним больше не встретиться. А так, глядишь, хоть ещё один разочек, но мы его ограбим.

— Это только у меня такое ощущение, словно единственные плохие парни здесь мы? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Джонни.

— Не волнуйся, я чувствую себя так постоянно, — произнёс Йосаку.

— Ты? — посмотрела на него Нами. — Ты чувствуешь себя так постоянно? Это я чувствую себя так постоянно! Арлонг убил мою мать, и уже восемь лет держит мой остров и всех живущих на нём людей в рабстве, но, после знакомства с вами, я перестала видеть в нём монстра. По сравнению с вами, ребята, он практически безобиден.

— Угх... это было жёстко, — немного обиженно произнёс Джонни.

— В натуре жёстко, — привычно поддержал своего друга Йосаку.

— Нами, мне кажется, ты не улавливаешь самого главного, — в свою очередь, растянул губы в широкой улыбке Луффи.

— И чего же это я не улавливаю? — подозрительно спросила она.

— Того факта, что ты сама одна из нас, ниши-ши-ши! И вообще, прозвище «Королева Монстров» вполне можно интерпретировать так, словно ты самый главный монстр в нашей семье.

— Тут он тебя уел, Нами, — мудро кивнул Джонни. — За последние полгода ты стала совершенно другим человеком. Или, точнее говоря, перестала быть человеком и превратилась в монстра.

— …

Было очевидно, что девушка хочет возразить, но не может найти нужных аргументов. Правда, какая бы неприятная, жестокая, страшная или горькая она не была, всегда остаётся правдой.

— Не волнуйся, все мы здесь в одной лодке, — успокаивающе похлопал её по плечу, поднявшийся на ноги Зоро. — К тому же, теперь у тебя всегда есть целая куча денег, — он на всякий случай напомнил ей один очень важный для неё факт. — И вообще, раз мы со всем закончили, может, уже свалим? Обменять деньги нам здесь точно не светит, поэтому не вижу смысла продолжать тут оставаться.

— Полностью с тобой согласен, — кивнул Луффи. — Время нас ещё не поджимает, но особо тормозить тоже не стоит. Если дон Криг свалит со своей базы раньше назначенного срока, тогда нам придётся его догонять, а потом ещё и сражаться посреди воды. Да и других проблем появится целая куча.

— Лично я очень надеюсь, что он отчалит пораньше, и мы его не догоним, — произнёсла поникшая Нами.

— Ты как всегда волнуешься по всяким пустякам, — беспечно отозвался Луффи. — Рю, Йосаку мешки на вас.

— Пять тысяч пиратов, собравшихся в одном месте, это вовсе не пустяки! — слегка топнув ногой, возразила девушка.

— Бери пример с Зоро — он совершенно спокоен и ничуть не волнуется! — зашагал в сторону причала парень.

— Зоро патологический убийца..

— Эй!

— ..естественно он не волнуется! — потянулась вслед за своим капитаном Нами. — Чем больше у него есть потенциальных жертв, тем он счастливее, но я-то нормальная!

— Нормальная? — Луффи даже остановился, чтобы оглядеть её скептическим взглядом. — Это в каком месте?

— Во всём, что не касается денег! — с вызовом ответила она.

— Во-первых, денег касается абсолютно всё! — приподняв указательный палец, веско произнёс парень. — Во-вторых, если ты считаешь ненормальным, когда дети и подростки обворовывать пиратов, тогда ты, наверное, моя духовная сестра-близнец. Я вот тоже с самого детства убивал и обворовывал пиратов, но все упорно мне твердили, что так делать нельзя. Прикинь, какие идиоты, да? К счастью, мы-то с тобой точно знаем, что так делать можно, и так делать нормально. Согласна?

— …Я ненавижу тебя.

— Но я-то тебя люблю, так что всё действительно нормально! — обхватив Нами рукой за плечи, Луффи широко улыбнулся и потянул её за собой. — К тому же, можешь больше не переживать по поводу пяти тысяч, — добавил он спустя несколько шагов.

— …И почему же это? — заглянув в улыбающееся лицо своего капитана из-под его руки, подозрительно спросила девушка.

— Я ещё в прошлом городе получил от Орка новую информацию. И по этой информации, на базе Крига, уже собралось больше шести тысяч пиратов и это ещё неокончательная цифра. Теперь понимаешь? Нет никакого смысла переживать о пяти тысячах, когда их там уже больше шести!

— Ше-шесть тысяч?! Приятно было с вами познакомиться, но мне пора домой!

— Нами, последние дни ты какая-то особенно эмоциональная. У тебя что, красные дни календаря? — беспечно спросил Луффи, а уже мгновение спустя оказался впечатан головой в стену ближайшего дома с такой силой, что в месте удара разошлась большая сеть трещин.

Невольно придвинувшись друг к другу поближе, словно ища защиты от представшего перед ними чудовища, Зоро, Джонни и Йосаку затаили дыхание. Вдруг иначе пробудившийся монстр обратит на них внимание? В итоге, они, с явно ощущаемым холодком в груди, наблюдали за тем, как Нами старательно пытается пробить каменную стену дома телом их капитана. Не получилось. Тогда она, для верности ещё раз пнув валяющееся возле её ног тело парня, развернулась и, буквально проецируя в мир осязаемую Ауру Смерти, зашагала в сторону причала. Зоро, Джонни и Йосаку облегченно вздохнули, после чего, настороженно поглядывая вслед удаляющейся девушки, подошли к неподвижно лежащему Луффи.

— Ты там как, ещё живой? — спросил Зоро.

Благодаря Воле Наблюдения, он и так знал ответ на свой вопрос, но ведь нужно было что-то сказать? Да и без всякой Воли он бы тоже его знал, как этот самый ответ знали Йосаку и Джонни.

— Она даже не пыталась сдерживаться! — распахнув глаза, пожаловался Луффи. — Нисколечко!

— Сам виноват, — ожидаемо не проявил сочувствия Зоро. — Нами и так последние несколько дней на взводе, а ты её ещё больше дразнишь.

— Так ведь так... — начал вскочивший на ноги парень.

— ..только интереснее! — закончил за него мечник, раздражённо поболтав рукой в воздухе. — Знаю, знаю, но мог бы хоть чуть-чуть сдерживаться.

— Нами становится страшной, когда злится, — кивнул Джонни.

— У неё точно нет Воли? — спросил Йосаку. — Готов поспорить, что почувствовал от неё нечто такое-этакое.

— Только если ты говоришь про четвёртый тип Воли, — поглаживая несуществующую бородку, загадочно произнёс Луффи.

— Какой ещё четвёртый тип? — дружно спросили парни.

— Воля Разъярённых Женщин! — воздел палец к верху их капитан. — Воля способная игнорировать не только все другие типы Воли, но и любые силы Фруктовиков. Самый сильный тип Воли на свете! Хотя, в свое время, от Кулаков Любви мне тоже неплохо доставалось.

— Ты ведь сейчас пошутил? — уточнил Зоро. — Лично я сам не уверен, что это была всего лишь шутка.

— Знаешь, как в народе говорят? В каждой шутке, есть доля шутки.... И вообще, давайте поспешим, а то с такой Нами станется уплыть одной, чтобы мы не успели к отплытию армады Крига.

Наверное, нет смысла удивляться, что едва Зоро услышал подобное предположение, как он немедленно устремился вслед за девушкой. Серьёзно, и кого он, спрашивается, вообще хочет обмануть? Чёртов маньяк! К счастью для парней, Нами не стала угонять их любимое Нечто. Зато она ещё целых два дня устраивала Луффи «холодный душ», усиленно делая вид, словно его не существует. Не то чтобы такое её поведение принесло хоть какие-нибудь положительные результаты. Довольный парень просто набирался новых впечатлений, явно наслаждаясь столь непривычной холодностью Нами. Да и злиться на его поведение было так же бессмысленно, как злится на погоду — она такая, какая есть. В связи с чем, было более удивительным, что девушка вообще продержалась целых два дня.

Всю последовавшую неделю, за посещением Орандж-Тауна, Пираты Соломенной Шляпы посвятили тому, что плавали от острова к острову и обменивали свои сокровища на деньги. Золота они успели награбить немерено, а большие города в округе отсутствовали, поэтому им приходилось заниматься вот таким вот идиотизмом. В банках мелких городов просто не водилось достаточно денег, чтобы выплатить их семье несколько миллиардов за раз. В свою очередь, Луффи и Нами обменяли большую часть уже имеющихся у них денег, на купюры самого высокого достоинства, чтобы максимально уменьшить количество кейсов.

Ещё через несколько дней Соломенные Шляпы бросили якорь на маленьком необитаемом острове, расположенном неподалёку от главной базы дона Крига. Там, вооружившись самыми лучшими биноклями, которые вообще возможно купить в Ист Блю, все члены семьи забрались в большую лодку и дружно поплыли на разведку. По последней информации переданной Орком, полученной чуть более суток назад, новые корабли до сих пор продолжали приплывать к базе Крига.

— Восемьдесят девять, девяносто, девяносто один, девяносто два... девяносто два корабля?!! Луффи забудь об этом! — в голосе Нами сквозила ничем не прикрытая паника. — Мы сейчас же уплываем отсюда! Девяносто два корабля — это почти в два раза больше того, на что ты рассчитывал изначально! Мы такое просто не потянем! Ты только посмотри на размеры некоторых кораблей. На таких махинах плавают сотни людей. Сейчас здесь собралось не пять тысяч пиратов, а все десять! Даже мы не справимся с таким количеством! По две тысячи на человека? Это чистое безумие!

В чём-то она, конечно, была права. Бухта, — или даже уместнее будет сказать залив, — изначально рассчитанная на тридцать-сорок свободно заякоренных кораблей, сейчас оказалась набита ими, как их кейсы деньгами. Корабли стояли буквально в притирку друг к другу. Достаточно было кинуть широкую шестиметровую палку, чтобы без всяких проблем перейти с корабля на корабль. Собственно говоря, так оно и делалось. Практически все заякоренные корабли были соединены в одну сеть, по которым сейчас шныряло несколько сотен носильщиков — подготовка к будущему походу на Гранд Лайн шла полным ходом.

— А ты знаешь, — произнёс Зоро, — в словах Нами есть резон. — После этой фразы, на целую секунду, девушка искренне поверила, что мечник собирается её поддержать, но затем он продолжил: — Десять тысяч человек под командой одного человека? Не слишком ли это круто для пирата, оцененного в жалкие семнадцать миллионов?

Первый помощник, как и следовало от него ожидать, был полностью подстать своему капитану — Зоро ничуть не заботило количество потенциальных противников, куда больше его интересовало, откуда их вообще могло столько понабраться.

— Сам подумать не пробовал? — спросил в ответ Луффи. — Серьёзно, тебе бы только всё убивать и убивать... и убивать, и убивать, и убивать, и убивать, и…

— Да понял я, понял!

— А в таком количестве народу, в самую первую очередь, виноваты... вам это точно понравится... так вот, в первую очередь, виноваты... мы сами! Та-дам! Здесь должны быть звуки фанфар, но и их нет. И это печально.

— В каком смысле, виноваты мы сами? — не понял Джонни.

По выражению лиц остальных Соломенных Шляп легко можно было понять, что они все задавались аналогичным вопросом.

— Представьте себе ситуацию, когда в море орудует абсолютно беспощадная банда жестоких убийц и воров, что убивает и грабит всех без исключения пиратов, кроме одного-единственного. Более того, они не только не трогают его самого, но и никого из его людей. И что тогда остаётся делать другим, бедным несчастным пиратам, которых совершенно безнаказанно терроризируют эти бесчеловечные убийцы и грабители? Ответ очевиден, не правда ли? Нужно встать под флаг того, кого они не трогают!

— Банда жестоких убийц и воров… бесчеловечные убийцы и грабители… — эхом повторил Йосаку слова Луффи.

— Мы убиваем и грабим пиратов, так почему тогда всё звучит так, словно мы реально самые плохие парни во всём Ист Блю? — с неприкрытой обидой в голосе, спросил Джонни.

— И что значит представьте себе? — раздражённо посмотрел Зоро на своего капитана. — Всё так и есть на самом деле!

— Мне кажется, я села не на тот корабль, — обхватив пальцами переносицу, прикрыла глаза Нами.

Подобный жест уже довольно давно успел войти у неё в привычку. Зачастую она просто не могла как-то иначе переварить творящийся вокруг идиотизм.

— Результат наших действий вы видите перед собой, — закончил Луффи, руками указав на столпотворение кораблей, как обычно, полностью проигнорировав всё сказанное его семьёй.

— Получается, здесь сейчас собралось порядка десяти тысяч слабаков, пять тысяч из которых ещё и трусы? — уточнил Зоро. — Я уже начинаю скучать.

— Скучно, не скучно, но нам надо возвращаться, — ответил парень. — Выступим часов через пять, поэтому мне нужно подготовиться.

— Через пять часов? — переспросил Джонни. — Это будет... три часа ночи? Хочешь атаковать их, когда они все будут спать?

— Да, — кивнул Луффи, — начнем с самых крайних кораблей, чтобы потом, проснувшийся народ, не смог разбежаться по всему Ист Блю. Ты и Йосаку пойдете через центр, я возьму на себя правую сторону, а Зоро левую.

— А я? — посмотрела на него Нами.

— А с тобой мы на острове поговорим... беритесь за весла, поплыли обратно.

— Так все-таки, что со мной? — первым делом спросила девушка, когда все они собирались на кухне Нечто, ради позднего ужина.

— С тобой ничего, — разом откусывая половину от своего далеко немаленького бутерброда, из колбасы с ветчиной и куска жареного мяса, ответил Луффи. — Ты останешься здесь. Можешь спать, можешь читать, а можешь просто фигнёй страдать.

— …Что? — спросила порядком шокированная Нами.

Все остальные члены семьи тоже посмотрели на Луффи с явным удивлением. Всё-таки они уже как-то успели привыкнуть к «суровой любви» своего капитана. Он всегда заставлял их сражаться самих, и никогда никому не позволял отлынивать.

— Нами, ты в самом деле думала, что я позволю тебе участвовать в чём-то подобном? — закатив глаза, произнёс Луффи. — Ты смерть не любишь, а там не будет ничего кроме смерти. Зоро натуральный маньяк, я не раз об этом говорил, и ещё не раз буду говорить… Да ты посмотри на него, он уже даже возражать перестал!

— Какой смысл продолжать возражать, если это всё равно ни на что не влияет, — недовольно пробурчал себе под нос мечник, вяло ковыряясь вилкой в своей тарелке.

— Рю и Йосаку хоть и не маньяки вроде Зоро, но смерть их не волнует. Они изначально выбрали профессию, где нужно убивать, и где могут убить в ответ. А уж после года, проведенного со мной и Зоро, смерть стала для них повседневной обыденностью.

— Вот уж что верно, то верно, — как и мечник, недовольно пробурчал себе под нос Джонни.

— Ты, Нами, отличаешься от нас. Ты даже в качестве своего оружия выбрала шест, а не меч, кинжал или пистолет. Шест — это не оружие убийства. Шест, прежде всего, используется для собственной защиты. И хотя им вполне можно убивать, что ты неоднократно делала сама, люди, использующие в качестве своего основного оружия шесты и посохи, имеют вполне определенный склад ума. Такие люди, прежде всего, стремятся защищать. Будь на кон поставлена жизнь твоей сестры и деревни, и тогда бы Зоро пришлось сильно постараться, чтобы ему достался хоть кто-то из пиратов Крига.

— Я бы на такое посмотрел, — усмехнулся Йосаку.

— Как Нами отбирает потенциальных жертв у Зоро? – зачем-то уточнил Джонни. — Согласен, я бы на такое тоже посмотрел.

— Смех смехом, но всё так и есть, — спокойно произнёс Луффи. — Однако одно дело убивать с целью защиты близких людей, и совсем другое ради какой-то репутации. Во втором случае я тебе сам не позволю никого убивать, — он посмотрел прямо в глаза девушке. — Несмотря на всё, что с тобой произошло, а, скорее всего, именно благодаря тому, что с тобой произошло, твоя душа и разум всё ещё чисты. И я хочу, чтобы они такими оставались как можно дольше. Если я сегодня возьму тебя с собой в битву, ты навсегда потеряешь чистоту, как своего разума, так и своей души. Бессмысленные убийства вообще не для женщин, и особенно не для таких женщин как ты. Так что, когда мы уплывем, просто ложись спать, а к тому времени когда проснёшься, всё уже закончится. Позже, часам к десяти утра, я тебе обязательно позвоню.

Повисло продолжительное молчание, но не тягостное, а какое-то умиротворённое. Прозвучавшие слова никого не оставили равнодушными, поэтому каждому нашлось о чём подумать.

— Ладно, перекусили, а теперь нужно приодеться! — спустя некоторое время, встал из-за стола Луффи. — Не волнуйтесь, я быстро! — направился он к Деревянному Ящику. — Я уже всё подготовил, осталось только надеть, сейчас зацените мою маскировку. Однако могу сразу гарантировать, что меня в ней никто не узнает! — бросил он напоследок, скрывшись за дверью в Ящик.

— …Он ведь сейчас снова сделает это, да? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Йосаку.

— Ты имеешь в виду, напрочь уничтожит всё, только что им заработанное уважение? — опять без всякой надобности уточнил Джонни.

— У меня от его слов комок в горле встал, ещё бы чуть-чуть и я бы просто расплакалась, — призналась Нами. — Он раньше никогда такого со мной не проделывал..

— ..поэтому сейчас он выкинет что-то по-настоящему ужасное, — закончил за неё поморщившийся Зоро.

Нами, Джонни и Йосаку сочувственно посмотрели на мечника.

— Если судить по его словам, больше всего достанется именно тебе, — констатировал очевидное Джонни.

— Может в этот раз постараешься как-нибудь сдержаться, а? — с надеждой спросил Йосаку. — Мы ведь говорим о Луффи-аники, злиться на него совершенно бессмысленно.

— Я попробую, — неуверенно пообещал Зоро. — Всё-таки я с ним дольше всех и он достаёт меня больше всех, поэтому кое-какую устойчивость я выработать уже успел.

Его слова прозвучали так, словно он, прежде всего, пытался убедить в их правдивости самого себя. И пытался он убедить себя ровно до того самого момента, пока Луффи не показался из Деревянного Ящика. Только теперь это уже был не Луффи, а Зорри! Проще говоря, здесь у Зоро изначально не было никаких шансов сдержаться.

В этот раз Луффи действительно превзошёл самого себя.

Стоило Нами увидеть его «маскировку», как она буквально ужалась в размере. Подобрав под себя ноги, она практически свернулась клубком на том самом стуле, на котором сидела. Плотно зажмурив глаза, она затем накрыла ладонями свои уши, чтобы ничего не видеть и ничего не слышать. Джонни и Йосаку замерли. Просто замерли. И они побелели до такой степени, что их можно было спутать с восковыми фигурами. Как ни странно, но спокойнее всех отреагировал Зоро. Сначала он за один присест допил оставшееся саке в бутылке, после чего начал неторопливо готовиться к сражению. Он ничуть не сомневался, что предстоящий бой станет последним в жизни либо его капитана, либо его самого.

— Оцените мою маскировку, народ! — раздался радостный голос Луффи. — Как вам она?! А?! А?! Эй, ну что вы все молчите?! Нравится или нет?! Я, между прочим, старался! И зацените сюда... Oni Giri (Резак Демона)!!! Я легендарный Зорри «Три Вантуза» и я непобедим!

Вся семья несколько дней гадала, зачем он, в последнем городе, накупил всякой откровенной фигни. И чем он занимался по ночам, когда закрывался в Железном Ящике, но теперь всё встало на свои места. Из зелённой мишуры он сделал себе парик. Из трёх тёмно-зелёных мешков он сшил себе непередаваемо ужасно выглядевший халат. Оранжевые рейтузы, подпоясанные обрывком какого-то провода, и зелёные болотники на ногах, доходящие до самых бёдер. Через грудь и живот проходил толстый шрам, как у Зоро, но нарисованный чёрным маркером. Вместо лица у Луффи красовался белый картонный лист, на котором, всё тем же чёрным маркером, была нарисована противная усмехающаяся морда, с легко узнаваемым шрамом на левом глазу. В зубах парень зажимал покрашенный в белый цвет вантуз, а ещё два чёрных вантуза он держал в руках. На шее у него болталась небольшая картонка, которая сообщала всем желающим, что он Зорри «Три Вантуза». И маска на лице, и табличка на шее, держались на легко узнаваемых белых полосках. Сразу стало понятно, зачем ему, пару дней назад, столь неожиданно потребовались резинки от трусов.

Пока Луффи откровенно идиотничал, старательно изображая все известные ему атаки Зоро, мечник закончил приготовления. Он развязал на своём плече чёрную бандану и завязал её на своей голове, что при Нами, Джонни и Йосаку делал впервые. Затянув потуже свой пояс, он вынул руки из рукавов своего халата, полностью оголив свой торс. И, наконец, вытянув одну из своих катан, он пристроил её на поясе с другой стороны, после чего, расставив ноги пошире, взялся за рукояти мечей.

— Sanvantuz Ogi: Sanzen Sekai (Секретная Техника Стиля Трех Вантузов: Три Тысячи Миров)!!! Муха-ха-ха! — расхохотался Луффи. — Это даже круче чем я думал, уверен, такая маскировка обязательно одура…

— Nitoryu Iai: Rashomon (Стиль Двух Мечей Искусство Убийства Мгновенно Выхваченным Мечом: Врата Вечной Жизни)! — раздался совершенно спокойный голос Зоро.

В его голосе не было ни злости, ни раздражения, но также не было ни покоя, ни усталости. В нем ничего не было. Ноль эмоций. Состояние между Жизнью и Смертью. Атака, в его исполнении, способная за один раз разрезать напополам небольшой остров, прошла через всё Нечто, как проходит раскалённый нож сквозь подтаявшее масло. Разрезав пополам мачту, доски, брусья, лодки, весь Деревянный Ящик, воду под Нечто, и дно. Атака оказалась настолько мощной, что на несколько секунд воды, на расстояние нескольких сотен метров, просто разошлись в стороны. Открылся вид на рассечённое дно и целую кучу различной, разрезанной напополам, водной живности. Затем воды сошлись обратно, мачты рухнули в разные стороны, а Деревянный Ящик, рассеченный напополам, начал медленно тонуть, постепенно заваливаясь к месту разреза.

— Вот блин.

Совершенно невредимый, но несколько озадаченный подобным поворотом событий Луффи, вдоволь насмотревшись на учинённые разрушения, перевёл взгляд на виновника этих самых разрушений. Хотя тут ещё можно было поспорить, кто на самом деле главный виновник.

— …

— И на чём мы теперь будем плавать? — озадаченно спросил парень у Зоро.

— …

Вот только в светящемся багровым светом глазе мечника, признаков разума не наблюдалось

— Вот не ценишь ты хороших шуток, — Луффи изобразил на лице обиженное выражение, но из-за надетой маски никто этого не увидел.

На такое заявление Зоро ответил самым предсказуемым образом.

— Sanbyakurokuju Pound Ho (360 Фунтовая Пушка)!

Всё, что не успело ещё утонуть, и не было разрублено первой атакой, мгновенно оказалось уничтожено. Если не считать Луффи. Уже через мгновение он стоял на песчаном берегу, а ещё через одно, довольно хохоча, скрылся в прибрежном лесу. Разъярённый мечник незамедлительно последовал вслед за ним. И только оставшиеся на остатках Нечто Джонни, Йосаку и Нами, принялись в панике спасать всё, что ещё можно было успеть спасти.

Глава 8. Демоны Ист Блю. Часть 1

— Дан-да-да-да-дан-да-да-да-дан-дан-дан-дан…

— Луффи-аники, зачем нападать в три часа ночи, если ты всё равно не стал устраивать внезапное нападение?!! — едва ли не в отчаянии воскликнул Джонни, когда, метров за пятьсот до ближайшего к ним корабля, парень достал рупор и начал... начал... в общем, начал во всё горло да-да-да-данкать в рупор. — И не ты ли говорил, что мы не должны дать им разбежаться?!!

Всё-таки жизнь штука действительно непредсказуемая. Всего полтора года назад, свободные и никому не подчиняющиеся, Джонни и Йосаку занимались охотой на разных мелких сошек, и редко когда получали в награду больше ста тысяч белли. Появление на горизонте пиратов или бандитов, чьи головы Морским Дозором были оценены больше, чем в миллион белли, заставляло их изрядно нервничать. Как заставляли нервничать и любые потенциальные схватки, превосходящие формат «два на одного» или «два против двух». Охотниками за вознаграждениями они хотели стать с самого детства, поэтому можно уверенно говорить, что вся их жизнь, до роковой встречи с Зоро, — или все же правильнее будет сказать роковой встречи с Луффи? — была размеренной и предсказуемой. А что теперь? Теперь оба парня следовали за своим однозначно безумным капитаном, могли использовать десятитысячные купюры в качестве носовых платков и считали вполне приёмлемой ситуацию, когда четыре человека нападают на десять тысяч пиратов.

— Дан-да-да-да-дан… — продолжал, как ни в чем не бывало, орать в рупор Луффи.

Два друга понятия не имели, что конкретно означал повторяемый их капитаном мотив, но его голос буквально звенел от восторга.

— Всегда хотел такое проделать! — перестав голосить, он обернулся к парням, усиленно работающих вёслами. — Хорошо, что Нами нашла рупор, а то я знать не знал, что он у нас есть! Всё-таки орать без рупора совсем не круто! Если бы не она, нам бы так и пришлось нападать тайком, словно каким-то идиотам!

Откровенно говоря, когда Джонни, Йосаку и Нами принялись спасать вещи из наполовину потонувшего-разрезанного-взорванного Нечто, они нашли не только рупор. Привычка тащить с пиратских кораблей всё, что им понравилось, имела вполне себе определенные последствия — никто из них знать не знал, сколько всякой всячины хранилось в Деревянном Ящике. И большая часть этой найденной «всячины», представляла собой такую невообразимую хрень, что по ходу спасения не раз вставал вопрос: кто вообще притащил на Нечто ту или иную вещь? Отобранный у Нами рупор, — через который, надо заметить, она и принялась орать на Луффи, когда он вернулся вместе с Зоро, — был хотя бы полезным. Если бы парень не решил использовать его для того, чтобы известить большую часть флотилии Крига об их прибытии.

— Вы главное знайте, — продолжил он, — невозможно проиграть нападая под Полёт Валькирий! Такие люди божественно круты и нереально пафосны! Это как чит-код на неуязвимость! Так что давайте, начинайте подпевать! Дан-да-да-да-дан…

Видя как по мере их приближения, на окружающих кораблях, появляется всё больше и больше светящихся огоньков, выражение лица Джонни делалось всё более и более несчастным.

— В такие моменты мне реально стыдно называть его своим капитаном, — тяжело вздохнув, признался он. — И вообще, как ему самому не стыдно? Он выглядит как полный идиот!

Сложно общаться шепотом, когда рядом орут в рупор, но Джонни старался.

— Потому что, как бы он не выглядел, Луффи-аники до абсурда сильный, — заметил Йосаку, который, в отличие от своего друга, относился ко всему происходящему с чувством легкого фатализма. — К тому же, я стараюсь думать об этом немного в другом ключе. Посуди сам, какой ещё капитан, нападая вчетвером на целый пиратский флот, может превратить это в сплошное для себя развлечение? В Ист Блю таких точно больше нет.

— Знаешь, если посмотреть на ситуацию под таким углом, тогда наш капитан, и мы сами… Слушай, да мы нереально крутые! В смысле, мы ведь собираемся сражаться с десятью тысячами пиратов, и не в безнадёжном сражении, а в схватке, которую изначально считаем выигранной!

— А я о чём тебе говорю? Так что давай, подпевай... дан-да-да-да-дан…

— Молодец Йосаку! — тут же последовала похвала от Луффи. — Рю, ты тоже не сачкуй!

— Угх! Мы правда будем это делать? Ох... ладно... чёрт с вами... дан-да-да-да-дан…

— Так держать парни! Зоро, а как насчёт тебя? — парень пару раз ударил пяткой по мечнику, на котором он и стоял всё это время. — Кляп или не кляп, тоже подпевай! Чем больше голосов, тем круче это выглядит и слушается! И вообще, отныне Полёт Валькирий считается боевой песней нашей семьи! Дан-да-да-да-дан…

Джонни и Йосаку, не переставая «даданкать» в такт Луффи, немного опасливо посмотрели на ещё одного их «Аники». Зоро лежал в носовой части лодки и походил на закуклившуюся гусеницу — настолько плотно он был укутан в цепи усиленные Волей Вооружения. Во рту импровизированный кляп, сделанный из банданы принадлежащей ему самому. Он лежал на животе, на его спине стоял восторженно «даданкающий» в рупор Луффи, а он сам, чуть повернув голову, не спускал своего немигающего взгляда с радостного парня. Прошло уже несколько часов, но жуткое, нечеловеческое, красное свечение из глаза мечника так никуда и не ушло. Луффи, что неудивительно, такая «мелочь» ничуть не волновала.

К тому моменту, когда до ближайшего корабля осталось плыть метров тридцать, на их маленькую лодку оказалось направленно целых три прожектора, а на самих кораблях столпилось несколько тысяч крайне недовольных ночной побудкой пиратов. Недовольный гул стоял до небес, как и призывы немедленно разобраться «с этими идиотами».

За двадцать метров до корабля, Луффи перестал «даданкать» в свой рупор, и дал знак рукой Джонни и Йосаку, чтобы они тоже замолчали и сушили весла.

— Здравствуйте, здравствуйте! — снова поднеся рупор ко рту, заговорил парень. — Говорит Луффи... ан, нет-нет! С вами говорит Зорри! Повторяю Зорри, не Луффи! Все запомнили? Итак, с вами говорит Зорри!

— Да убейте его уже кто-нибудь, я спать хочу!!!

— Итак, у меня есть к вам деловое предложение! Я предлагаю вам всем незамедлительно сдаться, а затем тихо-смирно дождаться уже давно вызванных кораблей дозора, и тогда я вам обещаю, что никто сегодня не умрёт и не пострадает! Зорри реально отвечает!

— …БВАХА-ХА-ХА-ХА!!! — раздался оглушительный хохот нескольких тысяч пиратов.

Если к этой минуте ещё хоть кто-нибудь спал, после такого он точно проснулся.

— Луффи-аники, ты ведь не думал, что они и в самом деле сдадутся? — с сомнением спросил Джонни.

С сомнением он спрашивал по той причине, что с Луффи никогда и ни в чём нельзя было быть уверенным на все сто процентов.

— Сдадутся? Конечно, нет! Но теперь ни дозорные, ни небесная канцелярия, не смогут обвинить нас в бессмысленном геноциде людей. В ответ на любые их обвинения мы всегда сможем сказать, что предлагали пиратам выбор… Кстати, маленькое изменение в планах. Йосаку, ты, как и раньше, нападаешь по центру и двигаешься в сторону базы Крига на берегу. Если окажешься там первым, тогда не останавливайся и на саму базу нападай.

— Понял.

— Рю, а вот ты поможешь мне утопить все крайние корабли. Я и Зоро пойдём влево, а ты вправо. Когда закончишь топить все крайние корабли, начинай топить и все остальные. Ни один корабль не должен остаться уцелевшим!

— И что, мы вот так вот просто упустим случай заработать? — не поверил своим ушам Джонни.

— Сегодня мы работаем не на деньги, а на репутацию, поэтому забудьте о деньгах… Угх... нет, о деньгах не забывайте! Просто... просто мы вернем все деньги потом… Когда-нибудь! С помощью репутации! Да, именно с помощью заработанной репутации! Думайте о сегодняшней битве, как об инвестициях в наше будущее! Нам обязательно как-нибудь компенсируется эта битва в будущем... золото найдём... много... целый город! О золотом городе слышали? Вот его обязательно и найдём! Или изумрудный... или бриллиантовый… Короче, какой-нибудь мы точно найдём! А если не найдём, тогда ограбим…

— Всё-всё! — примирительно поднял руки Джонни. — Я всё понял! — стал он делать успокаивающие жесты руками. — Сегодня мы не теряем деньги, а инвестируем! Потом мы обязательно получим ещё больше денег!

— Да, обязательно! — сжав руку в кулак, веско произнёс Луффи. — Обязательно!

Джонни и Йосаку дружно перевели дух. Они были уверены, что ещё чуть-чуть и вечная жажда денег их капитана победила бы его же здравый (?) смысл, из-за чего их жизни мгновенно бы усложнились на порядок, а то и на все два порядка.

— Ладно, все запомнили, что им делать? Отлично! Тогда я засылаю Зоро.

— Засылаешь Зоро? — хором переспросили два друга, искренне полагая, что им послышалось.

И хотя маска на Луффи скрывала его лицо, они были абсолютно точно уверены, что, в ответ на их вопрос, он послал им довольную улыбку. Затем он подхватил лежащего под его ногами Зоро за цепи, и, сделав резкий оборот, кинул мечника вверх, в сторону кораблей. Кинул с такой силой, что их лодка едва не ушла под воду. Зато Зоро улетел со скоростью пушечного ядра. Верхняя точка его полета оказалась метров на тридцать выше флагштоков, самых больших из всех собранных здесь кораблей.

Стоящие на палубах пираты, дружно задрав головы, ошеломленными взглядами уставились на «летающего» мечника.

— Так-с, пора и мне сваливать, — произнёс Луффи. — Вот чует моё капитанское сердечко, что на пиратов ему сейчас будет глубоко пофиг.

Джонни и Йосаку вновь пришлось хвататься за борта лодки, чтобы не упасть в воду, когда он, одним мощным прыжком, оказался на палубе ближайшего к ним пиратского корабля.

— Здравствуйте ещё раз! — он приподнял руку в приветственном жесте и несмотря на наличие маски, явно продолжал улыбаться. — Заранее извиняюсь, но вон тот вот монстр, — он указал пальцем в небо, — сейчас вас всех убьёт. Надо было вам сдаваться, ребята.

И действительно. Едва Зоро оказался в самой верхней точке своего полета, как сковывающие его цепи мгновенно разлетелись в разные стороны. Затем, уже начав падать, он вынул изо рта свою бандану, резко её встряхнул от собственных слюней, после чего быстро и умело повязал обратно на голову. Светящийся багровым светом глаз, стремительно оглядел корабль под собой. Безошибочно найдя Луффи, беспечно стоящего прямо посреди плотной группы пиратов, Зоро взялся за свои мечи. Предсказание «Зорри» тут же сбылось. Смертоносный вихрь рухнул на корабль с силой божественной кары. Все стоявшие на палубе пираты мгновенно оказались убиты, а ещё парой секунд спустя, техникой мечника в клочья разорвало и сам корабль. И только Луффи избежал смертоносной атаки, просто перепрыгнув на следующий корабль.

Зелёноволосый мечник и не думал останавливаться.

Главная мачта от уничтоженного им корабля, попавшая в этакое «око бури», осталась неповрежденной, но она была подброшена высоко вверх. Вот он её и использовал в качестве опоры для ног, чтобы усилить свою следующую технику. Однако в этот раз Луффи не стал её избегать. Схватив белый вантуз с пояса, он взялся за него двумя руками, на манер бейсбольной биты. Дождавшись, когда Зоро запустит очередную дальнобойную технику в его сторону, парень, напитав вантуз Волей Вооружения до предела, шарахнул вантузом по технике мечника, отправляя широкую светло-синюю полосу в сторону от себя.

— Обалдеть! — прокомментировал Луффи.

Отбитая им техника, прошлась по окружающим пиратам словно огромная коса Смерти. И не только по пиратам. Все мачты и надстройки оказались перерублены начисто. Одна единственная атака заставила навсегда замолчать пятьдесят четыре «голоса» разом, а самому Луффи вновь пришлось спешно перепрыгивать на другое судно. Третья по счёту техника Зоро не только начисто перерубила напополам корабль, но и утянула его за собой под воду. Средний по размерам галеон, казалось, был утянут на дно бухты каким-то огромным морским чудовищем, настолько быстро всё произошло.

Следующая атака последовала только после того, как Зоро приземлился на палубу, но последовала она незамедлительно. Очередная волна энергии, принявшая образ самого настоящего Дракона, пущенная с помощью атаки белым мечом, прошлась сразу по нескольким кораблям, поджигая, уничтожая и убивая все на своем пути. Пятая атака мечника потопила и тот корабль, на котором он сам стоял, и тот, на который перепрыгнул Луффи, уходя от запущенного Зоро дракона.

А вокруг стояла паника:

— Убейте их, убейте!!!

— Стреляйте, да стреляйте же по ним!!!

И пираты нападали, и пираты стреляли, но Зоро и Луффи не обращали на них никакого внимания. Зеленоволосый мечник был слишком сильно занят убийством своего капитана, а тот старательным перенаправлением атак своего первого помощника. Дистанционные атаки мечника, если не топили корабли, то за раз выкашивали десятки человек. Всего через пять минут с начала боя, Зоро, своими атаками, убил около полутысячи пиратов. Конечно, не без помощи Луффи, который умудрился перенаправить немало атак именно на людей. Также полностью были потоплены семь кораблей и ещё пять оказались сильно повреждены и подожжены.

— А вот это уже нехорошо.

После того как они дружно перебили всех находящихся на палубе пиратов, Луффи оказался прямо напротив Зоро и увидел, как тот расположил свои мечи весьма характерным образом. Характерным, а потому отлично ему знакомом. Да и как вообще можно забыть тот момент, когда у твоего первого помощника материализуется дополнительные две головы и четыре руки?

— Kiki Kyutoryu: Asura (Аура Демона: Стиль Девяти Мечей Асуры)!

— Пипец! — вынес свой вердикт Луффи.

Он понял, что последует дальше, а потому действительно приложил усилия, чтобы убраться с траектории будущей атаки. Из всех техник имеющихся в арсенале Зоро, он откровенно опасался только одной, и именно её мечник собирался использовать. Не прошло и мгновения, как Луффи исчез с того места, где он стоял, как весь мир вокруг затопило яркое сияние.

— Kyutoryu Ogi: Kyuzen Sekai (Секретная Техника Стиля Девяти Мечей: Девять Тысяч Миров)!!!

Результат техники создавал впечатление, словно кто-то выпустил огромное пушечное ядро небесного цвета, ещё и полыхающее серебряным огнём. Уничтожая на своём пути все препятствия, оно оставляло за собой вакуум, куда засасывалось и перемалывалось всё, что не было до конца уничтожено самим огненным шаром. Пробив насквозь десяток кораблей, попутно разнеся их в щепки, атака Зоро ещё дополнительно взорвалась с оглушительным грохотом, буквально испарив ещё целых три судна. От одной единственной техники, больше шести сотен голосов замолчали навсегда.

— Готов смотреть и смотреть на то, как ты применяешь эту атаку, — честно признался Луффи, подойдя к стоящему на одном колене мечнику. — Да и с прошлого раза она явно подросла в убойной мощи… Вернее, ты стал сильнее.

— Но она сильно затратная, — признался тяжело дышащий Зоро.

— Настоящий секретный приём и должен быть затратным, — наставительно произнёс парень в ответ. — Если у тебя начинает хватать сил, чтобы спамить врагов своим секретным приёмом, он автоматически перестаёт быть секретным и превращается в самую обычную атаку. Более того, способность спамить свой некогда секретный приём означает, что ты вышел на новый уровень и готов к освоению какого-нибудь другого секретного приёма. Это элементарные законы жанра.

— Луффи?

— Да?

— Больше никогда так не шути.

— Зорри отвечает!

— Я говорю серьёзно, Луффи

— …Кажется, я только что почувствовал укол вины.

— Прошу тебя больше так никогда не шутить, — повторил Зоро, и он действительно выглядел максимально серьёзным.

После непродолжительного молчания, все три вантуза упали на залитую кровью и заваленную трупами палубу, а затем, тяжело вздохнув, Луффи принялся раздеваться. Как оказалось, под свой ужасный типа-халат он надел небольшой рюкзак, куда и сложил свои обычные шлепанцы, шорты и красную рубашку с коротким рукавом.

— Маску не сниму, и не уговаривай, — переодевшись, произнёс он. — Всё равно это почти твой реальный портрет.

— Мне было бы вполне достаточно, если бы ты бросил белый вантуз и табличку.

— Ох, ладно... раз вантузы тебя не устраивают, придётся браться за меч… Рю, я смотрю, тоже неплохо веселится, вон как всё полыхает… А вот Йосаку что-то у нас как-то подзастрял… Кстати, вон тот корабль, по-моему, пытается сбежать... ушлые там типы, однако! Мы пока не потопили ещё и половины кораблей, а они уже пытаются удрать.

— Не удерут, — многообещающе произнёс поднявшийся на ноги Зоро.

— Так держать! Тогда ты иди направо, а я пойду налево.

— Понял! Но кто тогда потопит пытающийся уплыть корабль?

— …Зоро, это правая сторона.

— …Понял.

В свою очередь, Джонни и Йосаку действительно неплохо «веселились». На пиратский корабль они попали без всяких проблем. Разносящие всё вокруг Луффи и Зоро служили отличным прикрытием. Никто даже не обратил внимания на оставшихся в лодке парней. И они, пользуясь временной слепотой пиратов, спокойно подплыли к одному из кораблей, а после, понаделав дырок прямо в его корпусе, забрались на борт.

— Йосаку, начинай лучше вон с того судна, — Джонни ткнул пальцем в сторону. — На этом слишком много народу, поэтому я просто его подорву.

— Тогда я пошёл, — кивнул Йосаку.

Разбежавшись по борту, он, одним высоким прыжком, перепрыгнул на следующий корабль, приземлившись прямо в центре скопления пиратов. Ещё в полете выхватив из-за спины свои мечи, он сходу зарубил двух противников, а едва стоило его ногам коснуться досок палубы, как он тут же закрутил вокруг себя кровавый вихрь смерти. Настолько убойными техниками, какими уничтожал всё вокруг Зоро, он ещё не владел, но и без них вполне успешно мог сеять вокруг себя смерть и разрушения. Хотя, конечно, не так успешно, как это делали его соратники. И если с мечником всё понятно, то Джонни… С ним тоже всё было вполне понятно.

— Hadoken (Кулак Бушующей Волны)!

Огненный шар, пробив доски палубы прямо под ногами Джонни, скрылся внутри корабля. Скрылся, чтобы буквально через секунду взорваться с такой силой, что большую часть судна просто разорвало на куски, а оставшуюся поглотило огнём. Порядка двух сотен пиратов, собравшихся на палубе благодаря «даданканью» Луффи, подкинуло взрывной волной высоко вверх. И доброй половине из них не повезло упасть обратно, на охваченные огнём куски судна. Хотя и значительная часть людей, упавших в воду, будучи оглушенными взрывом, так и не всплыла. Однако Джонни к тому моменту уже перепрыгнул на палубу другого корабля.

— Hadoken (Кулак Бушующей Волны)!

Вторая атака и её последствия оказались едва ли не абсолютно идентичны первой, включая количество жертв, а затем последовала третья атака, четвёртая, пятая… Возможно у Джонни ещё не было техник, позволяющих ему уничтожать несколько кораблей за раз, но зато он мог, чуть ли не до бесконечности, кидаться своими огненными шарами. И он ими кидался ровно до тех пор, пока мир вокруг не залило ярким светом от мощной атаки Зоро, как всегда, показавшим настоящий мастер-класс.

Немного полюбовавшись на последствия устроенного мечником локального апокалипсиса, Джонни тут же принялся с ещё большим энтузиазмом расшвыривать по сторонам свои огненные шары. Конечно, окружающий народ пытался его достать и холодным оружием, и огнестрельным, но безуспешно. Ближайшим пиратам с мечами и топорами он, ударами рук, начисто сносил головы, в полной мере оправдывая своё прозвище. А огнестрельное оружие и вовсе не могли причинить ему никакого серьёзного вреда — пули на него просто не действовали. Малоприятно, словно укусы оводов, но, после целого года тренировок с настоящими монстрами, он на такие вещи даже внимания не обращал.

Корабли уничтожались, пираты лезли на своих противников словно одержимые, а Зоро, Луффи, Джонни и Йосаку всё продолжали их убивать, и убивать, и убивать. И заодно постигать одну простую истину. Дело в том, что когда количество потенциальных жертв превосходит десять тысяч, процесс их убийства начинал очень быстро приедаться. Парни узнали об этом факте на собственном опыте. Никакого толкового сопротивления пираты оказать не могли. Ни выучки, ни навыков, ни элементарных знаний по тактике и стратегии, ничего. Просто очень много слабых людей, собранных в одном месте. И, опять же, как показала практика, при отсутствии каких-либо трудностей, даже кровавое побоище превращалось не более чем в скучную рутину. Однако прежде чем парни успели окончательно «заскучать», пираты, наконец, поняли, кто же на самом деле на них напал.

Возможно, дело было в темноте и неожиданности нападения, но Соломенных Шляп узнали только минут через двадцать, с начала их атаки. К этому моменту больше половины кораблей оказались либо потоплены, либо приведены в полную негодность. Далеко ли можно уплыть на огненном шаре или двух кое-как держащихся друг с другом половинках? Из всей четвёрки, Йосаку стал единственным, кто не потопил ни одного корабля, но зато он вполне успешно поиграл с местными пиратами в Царя Горы. За двадцать минут он фактически не сдвинулся с места, зато пиратов перебил столько… В общем Царь Горы есть Царь Горы. Но вскоре он всё же смог начать продвигаться вперед, по направлению к берегу.

Пираты, прежде лезшие в бой словно неустрашимые берсерки, постепенно начали терять свой боевой запал, а некоторые и вовсе ударились в панику. И вполне понятно почему. Йосаку, в буквальном смысле, стоящий на горе трупов, никак не способствовал проявлению энтузиазма... как и вся обстановка вокруг. Темнота, освещаемая заревом от многочисленных пожаров, крики боли и паники, постоянные взрывы и стрельба, непрекращающийся треск и грохот, а ещё отчаянные призывы о помощи, раздающиеся едва ли не со всех сторон. Казалось, что вся собранная флотилия Дона Крига угодила прямиком в Ад. Вот тут-то и зазвучали первые испуганные голоса, истерично пытающиеся вызнать о том, кто на них всех напал.

Весь рисунок «боя» моментально изменился. Если сначала пираты просто хотели как можно быстрее избавиться от напавших на них людей, теперь они старались узнать, против кого вообще сражаются. И едва они задались такой целью, как результаты не заставили себя ждать. Учитывая его известность и весьма характерные особенности практикуемого им боевого стиля, можно было только удивляться, что его не опознали раньше.

— «Убийца Пиратов»!!! — раздался полный ужаса крик. — Это «Убийца Пиратов»!!!

Стоило одному из пиратов узнать Зоро, как остальные немедленно идентифицировали двух других своих противников.

— «Мясник»!!! Это «Мясник» Йосаку!!!

— Корабли взрывает Джонни!!! «Отрыватель Голов» Джонни!!!

— «УБИЙЦЫ ПИРАТОВ»!!! НА НАС НАПАЛИ «УБИЙЦЫ ПИРАТОВ»!!!

Учитывая, чем конкретно занимались Шляпы последние пару лет, совсем неудивительно, что они умудрились заработать прозвище для всей их семьи. Способ заработка денег и Зоро, который всем Ист Блю считался самым главным в команде охотников, предопределили прозвище Соломенных Шляп. И прозвище очень и очень известное. Уже говорилось про панику среди пиратов? Ха! Как говорится: «Познайте разницу!». После того, как прозвучало сокровенное «Убийцы Пиратов», вот тогда и только тогда началась реальная паника.

Если раньше люди усиленно прорывались к местам боя на кораблях, после заветных слов, начался самый натуральный массовый побег… Или попытался начаться. Палки, брошенные между кораблями, несмотря на свою толщину и длину, имели очень серьёзные ограничения на вес и пропускную способность. И все эти ограничения вмиг оказались нарушены, когда большая часть пиратов, в едином душевном порыве, решила незамедлительно сойти на берег. Народ начал десятками валиться в воду, чему сильно помогали Зоро, Джонни и Луффи, которые и не подумали прекращать свои атаки, тем самым только подогревая воцарившуюся вокруг панику.

Йосаку, наконец получивший возможность быстро продвигаться дальше, принялся с энтузиазмом преследовать убегающих от него пиратов — хоть какое-то разнообразие. Правда, находились и такие, кто, несмотря на панику остальных, пытался с ним сражаться. Однако такие идиоты умирали ещё быстрее тех, кто убегал... этих сначала ещё нужно было догнать. Вот он их догонял, и рубил, и опять догонял, и опять рубил. И так продолжалось ровно до тех пор, пока он, не зарубив очередного пирата, не обнаружил себя стоящим на широком деревянном пирсе, буквально в двух шагах от берега. Вполне понятно, что, в какой-то определённый момент, он сбежал с корабля вслед за группой пиратов, но даже не заметил этого. И теперь он стоял на пирсе, возле самого берега… Берега, на котором он умер.

— О!

Только и успел сказать Йосаку, когда обнаружил, что на него одновременно направленно несколько сотен стволов.

— ОГОНЬ!!! — раздался громогласный рев Дона Крига.

Парень мгновенно опознал его, из-за надетых на нём позолоченных доспехов, отлично отражающих свет, исходящий от объятых огнём кораблей. В тоже время Йосаку даже не успел подумать о побеге, — да и куда ему было бежать на полностью открытом пространстве? — когда в его тело, с силой огромного молота, ударило несколько сотен пуль разом. Удар оказался настолько силен, что его оторвало от земли и откинуло далеко назад. Упав спиной на доски, он ещё проскользил несколько метров, пока не уткнулся в тело пирата, убитого им немногим ранее. Одна его рука оказалась практически полностью оторвана, весь рот и горло превратились в кровавое месиво, ему снесли половину черепа, а единственный уцелевший глаз стеклянно уставился в ночное небо. Это была мгновенная смерть. Десятью секундами позже, на пирс рядом с телом своего друга, приземлился Джонни. За его спиной, с оглушительным грохотом и в огненной вспышке, исчез очередной уничтоженный им корабль.

Посмотрев на неподвижное, залитое кровью, изувеченное тело Йосаку, парень медленно перевел свой взгляд на берег, а главное на собравшуюся на этом берегу армию. И пусть она состояла из одних пиратов, армия есть армия. Благодаря тому, что песчаный берег почти сразу переходил в небольшую гору, на вершине которой и располагалась главная база Дона Крига, Джонни смог разом увидеть все собранные пиратом силы. Около пяти тысяч человек с мечами, а перед ними порядка пятисот стрелков, расположенных Доном в два ряда. Передний ряд стоял на одном колене, а второй ряд сразу за ними, в полный рост. Парень находился достаточно далеко, поэтому Криг не спешил отдавать команду «огонь». Тогда Джонни, бросив ещё один взгляд на мёртвое тело своего друга, медленно двинулся вперед, прямо на Дона Крига и несколько тысяч его людей.

— ОГОНЬ!!!

Ситуация повторилась один в один. Вот только, в отличие от Йосаку, он вовсе не умер. Одновременный удар сотен пуль лишь заставил его немного сбиться с шага и ничего более. Если бы на берегу было достаточно света, все собравшиеся пираты смогли бы увидеть, как кожа на его руках и лице начинает постепенно краснеть и изменяться, превращаясь в чешую. Зато все они вполне смогли оценить изменившийся взгляд парня — вокруг по-кошачьи вытянутого зрачка запылал самый натуральный огонь. В ночной темноте, на фоне зарева от охваченной огнём флотилии, его взгляд мгновенно заставил взмокнуть спины едва ли не всех присутствующих.

— ОГОНЬ!!! — раздался очередной приказ Дона Крига.

Пираты послушно выстрелили, но, будучи буквально заворожены взглядом Джонни, в этот раз их стрельба раздалась немного в разнобой, поэтому он даже не сбился со своего шага.

— Всем стрелкам назад! — прозвучал новый приказ Дона. — Всем мечникам вперёд! Убейте этого ублюдка!

Стрелки, шустро и с нескрываемым облегчением, отступили назад, за спины своих товарищей, а вот мечники, по большей части, наоборот вышли вперёд медленно и с явным опасением. Половина мечников-пиратов принадлежала к тем, кто сбежал на берег со своих кораблей, поэтому никто из этой половины не горел желанием сражаться с Джонни, несмотря ни на какое своё численное преимущество. Другая половина людей Крига состояла из пиратов, которых Дон вытащил со своей базы, поэтому они чувствовали себя немного увереннее. Но только немного. Полыхающий до небес флот и леденящие душу крики, раненных и сгорающих заживо людей, никак не способствовали проявлению отваги. Только тот факт, что они без особых трудностей смогли убить одного из известных на всё Ист Блю охотников, позволял пиратам чувствовать хоть какую-то уверенность в себе. Однако и она оказалась изрядно поколеблена нечеловеческим взглядом Джонни, а потом и вовсе разбита вдребезги его атакой.

— Karyu no Hoko (Рёв Огненного Дракона)!!!

Остановившись метров за пятнадцать до первой линии мечников, он набрал полную грудь воздуха, после чего резко и мощно выдохнул. В сторону пиратов покатилась ужасающая по силе огненная волна, которая мгновенно смела и сожгла несколько сотен из них. Ещё пара сотен получила сильнейшие ожоги — плотное построение сыграло с пиратами злую шутку.

— А-А-А!!!

Раздавшийся многоголосый людской вой заставил Джонни недовольно поморщиться, как и запах от обугленных тел — иногда обладание усиленными чувствами, оборачивалось против него. И хотя он давно уже успел привыкнуть к таким вещам, приятного во всем этом было... ничего не было в этом приятного. Именно поэтому он не очень любил использовать свои огненные техники во время сражений, предпочитал драться голыми руками и ногами. Однако, когда счёт противникам, в прямом смысле, шёл на тысячи, дело было не до щепетильности.

— !!!

Джонни пришлось резко отпрыгивать в сторону, избегая удара кулака в железной перчатке, покрытой алмазами.

— Сила Дьявольского Фрукта... неудивительно, что о вашей нечеловеческой силе говорят по всему Ист Блю.

Парень чуть склонил голову на бок, разглядывая замершего напротив него Дона Крига. Капитан крупнейшей пиратской шайки ничуть не пострадал от огненной атаки, хотя и находился едва ли не в её эпицентре. Лишь слегка дымящийся плащ говорил о том, что его вообще зацепило огнём, тогда как надетые на нём позолоченные доспехи, продолжали сиять в ночи как новенькие.

— Дело вовсе не в силе фрукта, — ответил ему Джонни. — Зачастую, сам по себе фрукт мало что значит, если только мы не говорим о Логии. Однако даже в таком случае многое будет зависеть от обладателя подобной силы.

Хотя время и место для разговоров было неподходящим, особенно когда рядом воют и кричат от боли десятки людей, он просто не смог промолчать. Возможно, все дело было в Луффи? Он практически никогда не затыкался сам, поэтому невольно приучал не молчать и других.

— Ха! Хорошая попытка оправдаться! — Криг растянул свою противную рожу в наглой улыбке. – Думаю, какие-нибудь дурачки тебе бы даже поверили.

— Никаких оправданий, всё так и есть. Я достаточно силён и без силы своего фрукта. Мой капитан и его первый помощник позаботились об этом лично. Фруктовики, ограничивающиеся лишь силой своего фрукта, успеха не добиваются и, зачастую, долго не живут. Так частенько любит говорить мой капитан.

— Вот только, в конечном итоге, жив ты сейчас лишь благодаря силе своего фрукта, а поэтому все твои слова ничего не стоят. И если бы твой друг так же владел силой фрукта, он бы не умер.

— Знаешь, я нахожу забавным, что ты сказал об этом именно сейчас, — слегка усмехнулся Джонни.

И это действительно было так. Почему? Потому что всего мгновением спустя, прямо рядом с Кригом, словно из воздуха, появился до нельзя раздражённый Йосаку. И о степени его раздражения можно было судить хотя бы исходя из того, что он не стал сходу пытаться разрубить Дона на части, а ограничился лишь чудовищным по силе ударом ноги в голову. Удар, который оказался заблокированным рукой Крига. И, тем не менее, силы удара оказалась вполне достаточно, чтобы отправить массивную фигуру Дона в полёт. Хоть и недолгий. Да и приземлился он без всяких проблем. Но сам факт! Весил Криг, если учесть все его «примочки», никак не меньше пары тонн.

— Чёртов ублюдок! — рявкнул раздраженный Йосаку, обращаясь к потрясенному Кригу, что смотрел на него с низко отвисшей челюстью. — Ты хоть знаешь, насколько это больно, когда тебя буквально разрывают на части?!!

— ТЫ... ТЫ ПОЧЕМУ ЕЩЁ ЖИВ?!! — буквально взревел Дон.

— Как любит говорить наш капитан, — уже более спокойным голосом, ответил парень, — если тебя убили, то это совсем не повод оставаться мёртвым.

Было заметно, что ему сильно понравилась реакция Крига на неожиданное воскрешение, поэтому его злость и раздражение начали испаряться буквально на глазах.

— Это невозможно!!! — раздалось со стороны других пиратов, когда они разглядели вполне себе живого Йосаку.

— Так значит это правда?! — буквально прохныкал ещё один голос. — Все эти слухи правда?! Их действительно нельзя убить?!

— Это правда!!! Это всё правда!!! — принялся надрываться третий голос. — Даже если кто-нибудь из них умрёт, он просто воскресает!!! Всё как говорили люди!!!

Тут уже настала очередь Джонни и Йосаку быть... ммм... пожалуй, если использовать слово «ошарашенными», будет сильным преувеличением. После продолжительного общения с Луффи, любой член Соломенных Шляп, волей-неволей, наращивал на себе толстый панцирь пофигизма — иначе с таким капитаном просто никак. Совершенно «непробиваемыми» они, конечно, не стали, — особенного, когда дело касалось самого Луффи, — но чтобы на самом деле ошарашить Нами, Зоро, Джонни или Йосаку, требовалось нечто действительно серьёзное. Именно поэтому, когда пираты вокруг парней начали испуганно лепетать о том, что все напавшие на них охотники бессмертны, Джонни и Йосаку... удивились. Да, слово «удивились» подходит очень хорошо. Не слишком сильно, но парни действительно удивились. И озадачились. Опять же, не слишком сильно, но определённую степень недоумения они всё-таки испытали.

— Откуда могли взяться слухи о нашем бессмертии, если я ещё ни разу не умирал при посторонних? — спросил вслух Йосаку.

— Умирал, и не раз, — не согласился с ним Джонни.

— Да, но все кто видел мою смерть, потом умирали сами, так что они не считаются.

— …Может, кто-нибудь всё-таки умудрился выжить и пустить соответствующий слух?

— Тогда почему о нашем бессмертии, если соответствующий фрукт сожрал только я один?

— Честно говоря, сам не знаю… Но, если хочешь, могу озвучить имя главного подозреваемого, — любезно предложил Джонни. — Уверен, чтобы всё это не означало, он как-то с этим связан.

— Можешь не утруждать себя, — вздохнул Йосаку.

Он и так прекрасно знал, какое имя хотел озвучить его друг, а потому достал из кармана своих штанов запечатанную сигару.

— Я думал ты пытаешься бросить? — с вопросительными нотками в голосе, прокомментировал его действия Джонни.

— Да хрен с ним! После смерти всегда хочется немного подымить.... вот козлы! Они мне сигару прострелили! Рю, сожги их всех! Убей их всех! Убей их настолько жестоко.... хотя нет, стоп, подожди! Половина сигары всё-таки уцелела, поэтому лучше дай мне прикурить… Класс… Вот теперь можешь сжечь их всех… А хотя, ладно, пусть живут.

Хватило всего пары затяжек, чтобы Йосаку окончательно подобрел. В тоже самое время, пираты, растеряв последние крохи своего мужества, в один голос стали умолять Крига бежать.

— Дон, надо бежать, бежать!

— Мы не можем их победить, если их нельзя убить!

— Их невозможно победить, невозможно!

— Пожалуйста, Дон Криг!

— ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ!!! — громогласно рявкнул в ответ Криг. — Идиоты! Хоть раз бы попытались подумать своей головой! Если их действительно нельзя убить, значит мы просто поймаем их и сбросим в воду. Их бессмертие не может быть ничем иным, кроме как очередным проявление силы Дьявольского Фрукта.

— Похоже, он стал здесь самым главным не только из-за своего самого ужасного чувства вкуса, — слегка удивлённо произнёс Джонни, выслушав слова Дона. — Позолоченные доспехи и алмазы в перчатках? Он это вообще серьёзно?

— Как сказал бы Луффи-аники, парень явно пытается что-то компенсировать, — выпустив облачко дыма в небо, ответил Йосаку. — Кстати, этот козёл мой. Именно по его приказу меня убили.

— Хм... а мне тогда с кем сражаться?

— Сила Дьявольских Фруктов или нет, но Дона Крига вам не победить, — словно только и дожидаясь соответствующего вопроса, вышел вперёд невысокий, худощавый парень.

— Это ведь тонфы? — неуверенно спросил Джонни у своего друга, разглядывая оружие новоявленного самоубийцы.

Две палки действительно походили на тонфы, только не деревянные, а железные и с двумя шарами на концах, каждый размером с пушечное ядро.

— Это Гин! «Дьявол» Гин! Неужели он действительно собирается сражаться с этими монстрами?!

— Мма, мма… Гин-сан, не спешите так, позвольте и мне присоединиться.

— Матерь Божья, это ещё что за херня? — оценил новое действующее лицо Йосаку.

Высокий, толстый, с каким-то стеклянным, словно гадальным, шаром на голове, отдалённо похожим на большую жемчужину, и обвешанный круглыми железными щитами. В буквально смысле обвешанный! Один огромный щит закрывал всё от шеи до бёдер спереди, а другой такой же щит всё закрыл со спины. Более того, ещё несколько небольших щитов защищали коленки, прикрывали локти и скрывали кисти. В центре каждого щита, опять же, были вставлены стеклянные шары, похожие на большие жемчужины. Первое впечатление от подобной «защиты»? Парень — полный идиот! И, как прекрасно понимали Джонни и Йосаку, ему очень сильно повезло, что Луффи сейчас не было рядом, иначе бы этот идиот уже был бы мёртв. Особенно из-за этих его клоунских ботинок, на носках которых так же «красовались» небольшие жемчужины. С другой стороны, они и сами почувствовали в себе острое желание поскорее убить этого клоуна. Очень показательно.

Луффицирование — это не просто неизлечимая болезнь, а неизлечимая и постоянно прогрессирующая болезнь. Нами была единственной, кто осознавал эту несложную истину, из-за чего она частенько устраивала парочке друзей запреты на общения с Луффи, — если вылечить нельзя, так хоть замедлить! Она бы и Зоро запрещала, но, осознав сколько времени он уже провёл рядом с их капитаном, мысленно махнула на него рукой — там спасать уже было нечего. Себя она, естественно, считала самой устойчивой, поэтому искренне полагала, что ещё сильнее изменить её уже невозможно, из-за чего своё общение с Луффи ограничивать даже не пыталась… Да, где-то внутри тщательно вскормленного монстра, всё ещё продолжала жить наивная девочка Нами, но жить ей оставалось недолго.

— Перл-сан! Если Перл-сан и Гин-сан будут сражаться вместе, даже если их противники бессмертные монстры, им всё равно сильно не поздоровится!

— Кажется, ты нашел, с кем тебе сражаться, — усмехнулся Йосаку.

— Тогда поспешим, — кивнул Джонни. — Зоро-аники и Луффи-аники уже добивают последние корабли, — он ткнул пальцем в сторону, где как раз только что было разрезано на части очередное пиратское судно. — Если не поспешим, они сойдут на берег и поубивают всех сами. Хотя, честно говоря, сражаться конкретно с этим идиотом, — качнул он головой в сторону того, кого пираты обозвали «Перлом», — мне не очень-то хочется. И ты слышал его голос? По-моему он гомик. А его имя? Перл? В смысле, Жемчужинка? Я с таким именем только проституток встречал!

— Зато второй вроде нормальный, — попытался ободрить своего друга Йосаку. — Да и прозвище у него неплохое.

— «Дьявол»? — фыркнул тот. — Настоящий Дьявол в этом мире есть только один, и мы оба знаем, что он носит соломенную шляпу.

— Это смотря с какой стороны посмотреть, — не согласился парень. — Тот, что с тремя мечами, тоже вполне подходит на роль Дьявола.

— С тремя мечами, всего лишь убийца плоти, а вот в соломенной шляпе, самый натуральный «Пожиратель Душ». Плоть смертна, а душа бессмертна, так кто из них больший Дьявол? Вернее, кто из них настоящий Дьявол? Тот, кто убивает смертную плоть или тот, кто пожирает бессмертную душу?

— Мда, против таких аргументов и не поспоришь.

Глава 8. Демоны Ист Блю. Часть 2

Дальнейший разговор парням пришлось прервать по чисто техническим причинам. Криг атаковал Йосаку огромным, утыканным шипами, железным шаром на цепи, а на Джонни напал ранее упомянутый Гин со своими тонфами, попытавшись снести ему голову. Обе атаки предсказуемо провалились, а вот ответные атаки оказались более… успешными? В случае с Джонни истинно так, но вот про Йосаку такое сказать было точно нельзя, скорее наоборот.

Атаковавший Крига парень нарвался на то, что сам Дон обозвал Dangan (Оружейный Набор). Йосаку атаковал с таким учётом, чтобы Криг не успел вернуть себе шар с шипами, оставшись с одними своими «бриллиантовыми кулаками». Другого оружия-то у него не было! И так он думал ровно до того момента, пока не оказался в трех метрах от своего противника. Стоило ему приблизиться, как Дон просто выпустил цепь из рук, а в следующее мгновение в его руках, словно по волшебству, оказались два двуствольных пистолета. Затем поднялись вверх большие круглые наплечники, открывая вид на ещё два двуствольных пистолета, а потом раскрылась и броня на боках, добавив ещё шесть дополнительных пистолетных дул — по три дула на бок.

Сказать, что Йосаку удивился такой подставе, значит ничего не сказать. Он уже находился буквально в полутора метрах от Крига, поэтому тот никак не мог промахнуться с такого расстояния, особенно если учесть общее количество стволов. Всего за две секунды Дон нафаршировал удивлённого парня свинцом, как утку яблоками. Да и калибр у стволов оказался такой, что Йосаку просто унесло спиной вперед, словно сбило поездом.

В отличие от его друга, атака Джонни прошла без проблем.

Увернувшись от железных тонф Гина, он первым делом бросился на клоуна, обвешанного щитами. Во-первых, «железный клоун» его реально раздражал, а во-вторых, парень справедливо предположил, что с таким количеством дополнительного груза, «щитовик» будет медленным. Так оно и получилось. Когда Джонни атаковал, Перл попытался отмахнуться от него своей рукой в щитах, но он просто перепрыгнул её и впечатал свою ладонь в лицо раздражающего его идиота.

— Какой смысл таскать на себе столько щитов, если они всё равно не могут тебя защитить? — спросил его Джонни.

Он в буквальном смысле завис над толстяком вниз головой, для чего ему пришлось сильно сжать пальцами лицо своего противника. — иначе бы он просто не удержался в таком положении.

— Поф-пофтой! — моментально побледнел идиот в щитах.

— Поздно!

Ладонь Джонни за одну секунду раскалилась докрасна, из-за чего толстяк тут же оглушительно завизжал, а затем раздался взрыв, начисто снесший ему голову. Слегка подброшенный взрывом, парень перекувырнулся через обезглавленное тело и, приземлившись на песок, неторопливо обернулся. Тело Перла, немного постояв, медленно завалилось вперёд, тяжело рухнув на песок.

Джонни перевёл взгляд на Гина.

— Пе-перл-сан!!! Перл-сана убили!!! — заголосили пираты вокруг.

— ТВОЮ МАТЬ!!! — голос разъярённого Йосаку мгновенно перекрыл все остальные. — ТЕБЕ КОНЕЦ, УБЛЮДОК!!!

Старательно давя ухмылку, так и норовившую наползти на лицо, Джонни посмотрел в сторону своего разозлённого друга. Быстро зарастающие раны на теле Йосаку сразу подсказали ему, что его приятеля опять «убили» и тому явно это не понравилось.

— Я тебя на кусочки порублю! — Йосаку взялся за свои мечи.

Если раньше он собирался как следует избить Крига, прежде чем убить, то теперь он просто хотел убить его и ничего более.

Сказано — сделано! Ага, как же…

В этот раз в руках парня были его мечи, поэтому он легко избежал очередного града пуль, обрушенного на него Кригом. Однако, в конечном итоге, результат не изменился. Едва Йосаку стоило добежать до Дона, как тот просто отбросил свои пистолеты в сторону и направил на него свои пустые ладони, словно просил его остановиться. Увидев, что Криг сдается, парень невольно сбился с шага, настолько озадачило его подобное развитие событий. Его противник никак не походил на человека, который бы просто вот так вот взял, и сдался. Не походил, а значит… а что это значит, Йосаку почувствовал на собственной шкуре секундой спустя.

— Kaen Hosha (Огнемёт)!

Как оказалось, под запястьями Крига скрывались самые настоящие огнемёты. И ещё какие огнемёты! Во время совместных спаррингов парень неоднократно попадал под огненные атаки своего друга, поэтому ему было с чем сравнивать. Температура огнемётов Дона не уступала сильнейшим атакам Джонни! Благодаря опыту сражения с самым натуральным огнедышащим человеком, несмотря на всю неожиданность атаки, Йосаку всё-таки успел среагировать. Едва только из-под запястий его противника вырвались первые огненные языки, как он тут же бросил свои мечи, — иначе бы рукояти могли спечься с кожей, такое уже случалось, — и перекрестил руки перед своим лицом. Но даже так, его руки мгновенно обгорели до самых костей, поэтому и лицо не осталось нетронутым.

Сила фрукта Йосаку сразу заработала на полную катушку. Чудовищные ожоги начали стремительно затягиваться, мясо и кожа нарастали прямо на глазах, как и отрастать сгоревшие на голове волосы. И, тем не менее, учитывая ситуацию, восстановление происходило слишком медленно. Во время боя важна не то, что каждая секунда, а каждое мгновение. Парень же умудрился потерять зрение на долгих десять секунд. Вдобавок, боль от ожогов сильно путала мысли. Пусть Дьявольский Фрукт наделил его невероятной по силе регенерацией, он всё равно продолжал чувствовать боль. Криг был бы полным идиотом, если бы упустил возможность расправиться с полностью беззащитным противником. Именно поэтому, едва к Йосаку вернулась его острота мышления и возможность видеть, ему лишь оставалось оценить приготовления Дона.

— Вот дерьмо! — озвучил он свой вердикт.

Пока он восстанавливал своё зрение, Криг успел снять свой левый наплечник и… Откровенно говоря, Йосаку понятия не имел, что конкретно его противник сделал со своим наплечником, и не видел необходимости разбираться. Самое главное он понял сразу, что и произнёс вслух.

— Это ты точно сказал! — нагло усмехнулся Криг, из-за чего его и без того омерзительная рожа стала ещё более омерзительной.

— Пошёл ты!

— Nidoru Mashingan (Игольчатый Пулемет)!

Своё название новое оружие Дона оправдывало только наполовину. Если часть про «пулемёт» была верной, то вот вместо «иголок» Йосаку оказался нашпигован полноценными кольями, — ладно, колышками, но уж точно не иглами! — сантиметров пятнадцати длиной и в два пальца толщиной. Увернуться было невозможно, а спрятаться негде, поэтому, прежде чем в его тело вонзился первый железный кол, он повернуться к Кригу своим правым боком и вновь закрыл голову руками. Парень хорошо научился минимизировать свои ранения, если не мог их избежать полностью. Или если ему требовалось пропустить атаку, чтобы получить возможность нанести контратаку.

Как и у всякого фрукта, фрукт Йосаку имел свои ограничения. Регенерация оставалось практически мгновенной ровно до тех пор, пока ему не повреждали сердце или мозг. Стоило пострадать одному из этих органов, как регенерация падала в два раза. Если же страдали и мозг, и сердце, тогда скорость восстановления и вовсе уменьшалась в шесть-десять раз — здесь уже всё зависело от обширности повреждений. Соответственно, в случае повреждения перечисленных органов, восстановление начиналось именно с них, и первым делом всегда регенерировалось сердце. Опять же, это означало, что если Йосаку кто-нибудь разбивал голову и вырывал сердце, он мог проваляться «мёртвым» минут десять-пятнадцать. Именно поэтому, когда Криг решил сделать из него человека-ёжика, он подставил свой правый бок и закрыл голову руками. Руки и бок он мог отрегенерировать секунд за пять-десять, в отличие от повреждений головы и сердца.

В этот раз Йосаку не откинуло назад. Он занял достаточно устойчивую позицию, чтобы выдержать атаку, не сдвинувшись с места. Не помогло. Не прекращая стрелять, Дон сам отошёл назад, вновь увеличив расстояние между ними. Затем, видимо посчитав такое расстояние недостаточным, перестал стрелять, и бросил под ноги парня несколько маленьких, стальных шариков. Маленькие-то они маленькие, но рвануло так, что Йосаку едва не оторвало ноги. От взрыва его подкинуло метров на пять вверх и откинуло ещё метров на пятнадцать назад.

Наблюдающий за всем этим Джонни всё-таки не смог удержать в узде свои чувства, поэтому его губы расползлись в широкой, довольной улыбке. Наблюдать за тем, как Криг раз за разом избивает Йосаку как маленькую суч… В общем, парень откровенно злорадствовал и больше даже не пытался этого скрыть. Почему он злорадствовал? Так тем, кто никогда не сражался с бессмертным, практически мгновенно восстанавливающимся противником, не понять. Особенно если по результатам боя ударенный на всю голову капитан принимался за того, кто, по его мнению, показал себя недостаточно хорошо. Учитывая, что вечно громко матерящийся Йосаку, — так он справлялся с болью, — вынужденный постоянно заживлять свои многочисленные ранения, приводил Луффи едва ли не в восторг, самым крайним почти всегда оставался Джонни.

— Всем надеть маски! — прозвучал несколько неожиданный приказ Дона.

Удивленный парень огляделся по сторонам и действительно увидел, как все окружающие его пираты достали из карманов маски. Стоящий неподалеку Гин тоже не стал исключением. Он, как и Джонни, не спешил продолжать их едва начавшиеся сражение и так же предпочтя наблюдать за боем Крига и Йосаку… Если одностороннее избиение второго можно было назвать боем. Джонни уже предвкушал тот момент, когда расскажет Луффи обо всём, что здесь произошло. Он был уверен, что за такое количество смертей, его друга ожидает если и не очередная история про «паровозик, который смог», то где-то близко.

Пока Джонни, руки в карманах, оглядывался по сторонам, все пираты надели маски.

— Посмотрим, как ваше бессмертие сочетается с ядовитым газом, — злорадно усмехнулся Дон, так же надевая маску.

Он направил свой игольчатый пулемёт на отчаянно матерящегося Йосаку, что безуспешно пытался подняться на ноги, но из-за сильных повреждений постоянно падал обратно на песок. На наплечнике Крига, который он превратил в свой игольчатый пулемет, был нарисован его пиратский флаг — череп, перекрещённые кости, все как полагается. Вот именно рот черепа и раскрылся. Челюсть опустилась вниз, верхняя часть поднялась вверх, а затем образовавшееся отверстие увеличилось ещё больше, когда раскрылось в стороны, словно оконные ставни.

— Modoku Gas Dan: MH5 (Смертельно Ядовитая Газовая Бомба: MH5)!

Из отверстия в наплечнике-пулемёте вылетела самая настоящая бомба, больше всего похожая на боксёрскую перчатку. Похожую и внешним видом, и своими размерами. Вдобавок, Дон явно не стал отказывать себе в дополнительном удовольствии, поэтому бомба-перчатка врезалась точно в лоб Йосаку. У него только-только восстановились ноги в достаточной мере, чтобы он сумел подняться на них и нормально стоять, когда врезавшаяся ему в лоб бомба вновь откинула его назад и опрокинула на спину. От удара, бомба мощно взорвалась, моментально затянув всё вокруг зелённым, ядовитым дымом. Выглядело устрашающе, но когда, несколькими минутами спустя, дым более-менее развеялся, пираты увидели спокойно стоящего Джонни, лениво ковыряющегося мизинцем в ухе. От такого зрелища у них всех глаза полезли на лоб.

— Если бы вы удосужились нас спросить, я бы вам сразу сказал, что яды на нас не действуют, — беззаботно пояснил парень, сдунув содержимое своего уха с пальца. — У меня лёгкие дракона, поэтому для меня безвредны абсолютно все ядовитые газы, а иммунная система дракона, при попадании яда в кровь, без всяких проблем справляется даже с гарантированно смертельным. Однако Йосаку тут вне конкуренции. Если я ещё могу свалиться минут на тридцать от какого-нибудь особо сильного яда, то ему достаточно десяти секунд, чтобы выработать полный иммунитет к любому яду, каким бы смертоносным он ни был. Другими словами, ты только что дал ему добрых пять минут на полное восстановление сил, — под конец добавил он, посмотрев прямо на Крига.

На счастье Дона, несмотря на его тупую рожу, сильно похожую на обезьянью, он был весьма смышлёным пиратом, поэтому сразу уловил отчётливо прозвучавшее предупреждение в словах Джонни. И только поэтому атака Йосаку, буквально вынырнувшего из остатков ядовитого дыма, оказалась блокирована… относительно блокирована. Буквально за мгновение до того, как кулак парня впечатался в закрытую маской морду Крига, тот успел прикрыться. И прикрыться он попытался своим плащом, обратная сторона которого оказалась состоящей из сплошных шипов.

Дон явно решил заделаться под ёжика, но ему сильно не повезло с противником. Увидев большие острые шипы, Йосаку и не подумал останавливаться. В результате чего, пусть через шипы и маску, но он всё-таки впечатал свой кулак в морду противника. В этот раз именно Крик отправился в полёт, а пронзенный шипами кулак парня… а что кулак? На такие раны он уже давно не обращал никакого внимания. Дон ещё не успел упасть на песок, а рука Йосаку уже успела наполовину зажить. К тому моменту, когда разозленный Криг поднялся на ноги, кулак парня и вовсе стал как новенький.

— Рю, какого хрена ты его предупредил?! — отправив Дона в полёт, едва не полыхающий от злобы Йосаку резко повернулся к своему другу.

— Прости, прости! — беззаботно помахал рукой в воздухе Джонни. — Я это случайно! – добавил он.

Было совершенно очевидно, что извинился он чисто для проформы.

— Случайно?! Да хрен там! Ты действительно думаешь, что я в это поверю?!

— Э-э-э… да?

— Ты сейчас под кого пытаешься косить? Под Луффи-аники? Так ты не настолько крут, чтобы у тебя такое прокатило! Когда мы здесь закончим, я надеру тебе задницу!!!

— Ха-а-а? — протянул Джонни, словно не поверив тому, что он услышал. — Это кто кому ещё надерёт задницу? Да я буду пинать тебя до тех пор, пока твоя регенерация не перестанет работать!

— Серьёзно? Тогда я буду пинать тебя до тех пор, пока ты не выплюнешь свой фрукт обратно!

Перепалка Джонни и Йосаку в считанные секунды скатилась до уровня малолетних детей, не сумевших поделить любимую игрушку, но зато знающих уйму плохих слов.

— Выплюну свой фрукт обратно? Ты идиот? Это невозможно, придурок!

— Я знаю, что невозможно! И сам ты идиот! Читай атмосферу, баран!

— Это ты мне говоришь читать атмосферу, идиот?! Да тебя самого сейчас снова убьют! Так что это ты читай атмосферу, кретин!

И действительно, Йосаку едва успел увернуться, когда Криг попытался снести ему голову огромным копьём. Как оказалось, оно ещё сильно взрывалось, если по чему-нибудь попадало. Своё копьё Дон сделал из двух наплечников, соединенных вместе. С одной стороны он выдвинул небольшой острый наконечник, в ладонь длиной и шириной, а с другой железную двухметровую рукоять. Походило копьё на… на леденец на палочке… на бомбу на палочке. Два старых друга тут же дружно подумали о Луффи, а точнее о его реакции на такое своеобразное оружие. Джонни был абсолютно уверен, что, как и в случае с Перлом, парень захотел бы немедленно убить Крига. В свою очередь, Йосаку подумал обо всех тупых и не очень шутках, которые бы обязательно обрушились на Дона. Впрочем, первое совсем не исключало второе, и наоборот.

На деле, вероятнее всего, сначала бы на Крига обрушились насмешки, а затем пришла бы безоговорочная Смерть. Всё-таки Луффи редко упускал возможность морально поиздеваться над своими противниками… и не над противниками тоже. С другой стороны, как уже не раз говорилось, с ним никогда и ни в чем нельзя было быть уверенным на все сто процентов. Он вполне мог пощадить Крига только из-за того, что тот, например, напомнил ему о «любимой обезьянке из дома» или ещё о чём-нибудь. В конце концов, даже Багги сначала не умер лишь потому, что у него был «большой, прикольный, красный нос». И хотя, в конечном итоге, только знакомство с Шанксом спасло ему жизнь, именно «большой, прикольный, красный нос» позволил ему прожить достаточно долго, чтобы его давняя дружба с «Красноволосым» вообще оказалась упомянута. Вот именно поэтому Луффи вполне мог отреагировать на Дона совсем не так, как от него ожидалось.

— Сдохни! – взревел Криг.

Ему явно не понравилось, что его неожиданная атака не увенчалась успехом.

— Серьёзно, мужик, сколько у тебя ещё этого оружия? — недовольно спросил Йосаку, когда увернулся от ещё одного выпада копья и увидел, как оно потом взрывается. — Я понимаю, что ты слабый просто звиздец, но всему же есть предел!

— СЛАБЫЙ?!! — глаза пирата налились кровью. — Я — СЛАБЫЙ?!! Ты смеешь МЕНЯ называть СЛАБЫМ?! Я человек, обладающий сильнейшим оружием и самыми прочными в мире доспехами! Я за всю свою жизнь не проиграл ни одного сражения! У меня есть собственная армия в более чем десять тысяч человек! Я совершенная личность, требующая обращения «Дон»! И ты смеешь называть меня слабым?! МЕНЯ?! ДОНА КРИГА?!!

— Чего это ты так завёлся? — насмешливо фыркнул Йосаку. — Мой капитан любит говорить, что если кто-то начинает ссать кипятком, когда его называют слабаком, то он, скорее всего, действительно слабак. И что ещё за самое сильное оружие и прочнейшие в мире доспехи? Тебе сколько лет, идиот? — он чуть ли не с отвращением посмотрел на своего противника. — Для любого нормального мечника, способного резать сталь, твои доспехи всё равно что консервная банка, а твоё оружие не страшнее консервного ножа. Если бы ты сейчас сражался с моим капитаном или его первым помощником, ты бы мог смело вооружиться водяными пистолетами вместо своих жалких пукалок. Они бы всё равно не заметили разницы.

С каждым новым предложением, лицо Крига и окружающих людей делалось всё забавнее и забавнее.... на взгляд присутствующих здесь Соломенных Шляп.

— И что значит «армия в более чем десять тысяч человек»? Неужели ты слепой, глухой и тормоз? Половина твоей армии уже мертва, а остальная половина умрёт в самое ближайшее время. Не веришь? На плаву осталось меньше десятка целых кораблей, поэтому скоро наш капитан и его первый помощник сойдут на берег, после чего вы все умрёте. Тут некоторые дебилы кричали, что мы монстры? Так могу официально вам сказать, что вы ещё никогда не видели настоящих монстров, но скоро у вас появится такая возможность… если, конечно, не умрёте раньше.

Сколько раз уже говорилось, что продолжительное общение с Луффи ещё ни для кого не проходило бесследно? Несмотря на уже достигнутый результат, Йосаку даже и не думал останавливаться.

— А насчёт того, что к тебе надо обращаться как к «Дону»… мужик, ты в каком мире вообще живешь? – риторически спросил он. — Сними уже свои розовенькие очочки! Или тут дело в таблетках? Если в них, тогда не знаю, чем ты там закидываешься, но плющит тебя явно не по-детски! Совершенная личность? Ты напоминаешь мне маленькую собачонку! Встречал, наверное, таких? Что всё время лают и пытаются укусить тебя за ноги, но стоит тебе к ним повернуться, как они тут же дают деру? Не правда ли вы похожи? В лучшем случае на что способны шавки вроде тебя, так это разозлить и обоссать штанину. Поздравляю, разозлил ты меня уже давно, вот только даже не надейся, что я дам тебе обоссать мою штанину.

— О-о-о! — захлопал в ладоши откровенно впечатлённый Джонни.

Йосаку удовлетворенно вздохнул — порой так приятно высказать всё, что думаешь. С воды доносились крики людей, взрывы и треск огня, но, если не обращать внимания на аплодирующего парня, здесь и сейчас можно было услышать звук упавшей на песок иголки. Луффи бы точно остался доволен. Обычно такую реакцию мог вызвать только он один… Хотя, Зоро, конечно, тоже мог, но немного другим способом. Пока Луффи всех забалтывал до полной невменяемости, мечник вызывал тишину одним своим присутствием или простым упоминанием своего имени.

За последние пару лет страшилки про «Убийцу Пиратов», в местных водах, стали более популярными, чем страшилки о легендарном пирате Белоусе, считающимся сильнейшим человеком в мире. И ничего удивительно в этом не было. Белоус жил «где-то там, далеко», на таинственном и неизведанном Гранд Лайне, а «Убийца Пиратов» обитал в Ист Блю, поэтому мог в любой момент постучаться в дверь. Наконец, в последнее время, страшилки стали не столько про «Убийцу Пиратов», сколько про «Убийц Пиратов». И большинству жителей было плевать, что умирали только пираты — этот факт ничуть не мешал им бояться.

— Убью… убью… УБЬЮ! ТЕБЕ КОНЕЦ!!!

Никакой другой реакции Йосаку и не ожидал — Криг набросился на него с яростью бешеной собаки. Красные глаза на выкате, слюни во все стороны и непрекращающийся рёв. Дон махал своей бомбой на палочке словно одержимый. В ходе этого махания, заблокировав один из ударов, парень неожиданно для себя узнал, что копьё весит больше тонны. Ему сразу же стало понятно, почему пират считал себя «совершенной личностью». Учитывая, что обычный взрослый мужчина едва мог ходить с пятидесятикилограммовым мешком цемента в руках, то Криг, способный одной рукой махать копьём весом больше тонны, действительно выглядел «сверхчеловеком». Сам Йосаку давно уже тренировался с двумя двухтонными гантелями или одной четырёхтонной, поэтому в силе Дона не видел ничего удивительного.

— Слабак.

— СДОХНИ, УБЛЮДОК!!!

Йосаку без всяких проблем избегал всех ударов буквально обезумевшего Крига. Взявшись за свою бомбу на палочке, он потерял своё единственное преимущество. В ближнем бою парень был в несколько раз быстрее и сильнее. Пока Дон атаковал огнём, пулями и кольями, ещё и совершенно неожиданно, он представлял реальную угрозу, поэтому вполне мог победить. С бомбой на палочке? Без шансов. В определенный момент Криг либо сам подсознательно это понял, — сознательно вряд ли, слишком гордой, — либо просто решил использовать ещё одно своё до поры скрытое оружие. Второй вариант выглядел наиболее вероятным. Вот только, когда он в очередной раз направил на Йосаку свою руку, тот был готов если и не ко всему, то почти ко всему. И результат оказался соответствующим.

— СТОЙ НА МЕСТЕ, ТРУСЛИВЫЙ УБЛЮДОК!!!

Как показала практика, Криг решил использовать железную сеть. Вполне понятно почему. Не можешь попасть по противнику? Так поймай его! Вот он и попытался поймать, но Йосаку просто увернулся без всяких проблем. Конкретно сейчас, он, будучи предельно собранным и полностью здоровым, смог бы увернуться от чего угодно. Включая пули и колья, поэтому гораздо более медленная сеть и вовсе не стала для него проблемой.

— Слишком медленно, — усмехнулся парень, а затем бросился в атаку.

После всего произошедшего, он опять поменял свои планы, отказавшись от быстрого убийства Дона, поэтому валяющиеся на песке мечи так и остались нетронутыми. Вместо своих мечей Йосаку решил воспользоваться маячащей перед ним «бомбой на палочке». Увернувшись от железной сети, он бросился вперёд, прямо на своего противника. Криг, чтобы выстрелить сетью, перехватил копьё одной рукой, из-за чего безнадежно опоздал со своей контратакой. Проскочив под копьём, парень впечатал свой кулак прямо в центр, так называемых, «самых прочных в мире доспехов». Луффи давно уже приучил двух друзей бить в самые слабые места, но конкретно сейчас Йосаку собирался уничтожить всё, что делало Крига всеми уважаемым Доном. Его пиратская армада уже была потоплена, армия больше чем на половину уничтожена, оружие оказалось бесполезным, поэтому настал идеальный момент для разрушения его брони, которой он так гордился. Опять же, Луффи бы точно остался доволен. Несмотря на свою кровожадность, вместо физического истребления он куда больше любил полное моральное уничтожение.

— Убить, значит избавить от всех мучений и переживаний, — как-то одним из вечеров, взялся объясняться довольный парень. — Да и кто может поручиться, что после смерти нас не ждут ещё более крутые приключения? Именно поэтому, если вы действительно хотите уничтожить человека, тогда разрушьте абсолютно всё, во что он когда-либо верил. Уничтожьте всё, что делает этого человека именно этим человеком, а затем оставьте его в живых… Или хотя бы, прежде чем убить, дайте ему достаточно времени, чтобы он целиком и полностью осознал своё ужасное положение. Вот тогда и только тогда вы его действительно уничтожите. Такое будет мучить его даже после смерти, гарантирую!

Вот Йосаку сейчас и решил действовать исходя именно из этих слов. После того, как ему пришлось пережить столько боли, он точно знал, что простое убийство его не удовлетворит. Нет, он собрался полностью уничтожить своего противника. Месть штука приятная, особенно если знать, как её правильно осуществлять. Йосаку знал. И не только он. И это одна из основных причин, почему Соломенные Шляпы представляли собой нешуточную опасность, помимо их индивидуальной силы. В мире было полным-полно людей обладающих монструозной силой, но редко кто из них знал, как правильно использовать свою силу за пределами примитивного «убить» и «разрушить». А вот Луффи знал. И в достатке поделился этим знанием со своей семьёй.

Именно поэтому, все без исключения Шляпы были уверены, что Мировому Правительству сильно повезло. Не находись у Луффи в приоритете желание «поприключаться» и получение звания «Короля Пиратов», им бы пришлось иметь дело со вторым Драконом. Самым разыскиваемым преступником в мире, главнокомандующим революционеров, и единственным человеком рискнувшим открыто бросить вызов всему Мировому Правительству. С другой стороны, почему только со вторым Драконом? Скорее уж с первым Луффи! Потому что ещё непонятно, кто бы в конечном итоге оказался хуже. Хотя, опять же, почему «непонятно»? Пусть никто из членов семьи никогда не видел Главного Революционера, они всё равно не могли себе представить, что мир может выдержать кого-нибудь потенциально ещё более опасного, чем их капитан. Так что да, безусловно, Мировому Правительству сильно повезло, что Луффи сосредоточил своё внимание не на создании собственного революционного движения, а на «приключениях».

Естественно, пройдёт ещё не так уж много времени, когда все Шляпы поймут, насколько наивными они были, рассуждая в подобном ключе. В конце концов, кто сказал, что нельзя совмещать одно с другим? И пусть речь шла не о новом революционном движении, конечный результат будет отличаться лишь незначительными деталями. Учитывая капитанство Луффи, все Шляпы, волей-неволей, — скорее неволей, чем волей, — окажутся замешаны в противостоянии с Мировым Правительством по самую макушку. И хотя подобный исход можно было предсказать заранее, люди всегда склонны закрывать глаза на очевидные факты. Особенно если это помогало им сохранить веру в счастливый конец. Наивность, такая наивность.

Луффи всегда был слишком свободолюбив, поэтому он никак не мог избежать противостояния с Мировым Правительством в целом, и Морским Дозором в частности… А также Семью Великими Корсарами, они же Шичибукаи, Йонко, Сайфер Пол, одним конкретным богом, и ещё целой кучей различных организаций. Учитывая характер Луффи и его стремления, никакого другого исхода и быть не могло. Однако, как уже говорилось, люди любят заниматься самообманом, в том числе и члены семьи, несмотря на все их особенности. Впрочем, жить их вере в «счастливый конец» оставалось считанные месяцы. Отплытие на Гранд Лайн было уже не за горами, а значит и встреча с упомянутыми организациями и людьми тоже. И с неупомянутыми. Тем не менее, пока они всё ещё пребывали в блаженном неведении, поэтому радостно продолжали заниматься всякой чепухой, включая месть различным слабакам.

И свою личную месть Йосаку начал с того, что отобрал у Крига его «бомбу на палочке». Зачастую, в своих битвах, если противник вообще каким-нибудь чудом добирался до Дона, ему даже не требовалось использовать какое-либо оружие. Он был достаточно быстр и силён, чтобы справиться с большинством своих врагов с помощью одних лишь кулаков. Если же против него сражался кто-нибудь покрепче, тогда он брался за своё оружие, чем опять гарантировал себе безоговорочную победу. Иными словами, схлестнувшись с Йосаку, Криг оказался в таком положении, в каком ещё никогда не оказывался за всю свою жизнь — в положении слабого.

Парень был намного сильнее и быстрее своего противника, а по части опыта рукопашного боя, — и, пожалуй, просто боя, — мог дать Дону добрую тысячу очков вперёд. Мало того, что «кое-кто», чуть ли не в обязательном порядке, находил раз в неделю какую-нибудь пиратскую-команду-флотилию-группу-бандитов-продажных-дозорных для сражения, так ещё был он сам и Зоро. Луффи придерживался мнения, что чем больше ученик проливает крови на тренировках — прообычный пот уже никто и не говорит, — тем меньше он умирает в реальных битвах. И точно такую же философию он привил мечнику. Подобный подход бесспорно работал, но из-за него чуть ли не каждая тренировка превращалась в битву за собственную жизнь. В случае с самим Йосаку, в битву за собственные жизни.

Поняв, что парня можно «безнаказанно» убивать, Зоро и Луффи стали сдерживаться с ним куда меньше, чем в битвах с Джонни. Как итог, несмотря на тот факт, что фрукт Йосаку, первоначально, не дал ему практически ничего в плане личной силы, он очень быстро догнал своего старого друга, и даже в чем-то перегнал. И это несмотря на тот факт, что фрукт Джонни сходу увеличил его силу на целый порядок. В смысле, не в два раза, а действительно на порядок, то есть, съев свой фрукт, он сразу стал в десять раз сильнее себя прежнего. Для примера, подавляющее большинство фруктов типа Зоан, увеличивали физические показатели человека не более чем на 50%. Конечно, тут существовали свои исключения, которые усиливали своего владельца и в два, и в три, и даже в пять раз. Но в этом плане парень действительно сорвал джекпот. И именно поэтому, когда два друга одновременно съели свои фрукты, они сразу оказались на разных уровнях силы.

Не передать словами, насколько сильно задело Йосаку, когда, буквально в один момент, он стал намного слабее своего давнего друга. Они всегда были равными, всегда! И тут вдруг такое. Парень даже почувствовал зависть. Почему из двух предоставленных им фруктов, сила которых была неизвестной, он выбрал первый, а не второй? К счастью для него, Луффи довольно быстро выбил все эти глупые мысли из его головы. В буквальном смысле выбил. И глупые мысли он выбил не только из головы Йосаку, но и из головы Джонни. Легко победив своего старого друга, неразумный идиот вдруг с чего-то решил, что теперь, благодаря силе фрукта, стал по настоящему сильным. Это было очень неосмотрительно с его стороны, поэтому результат оказался закономерным и заранее предсказуемым.

После того, как Луффи закончил раздавать им просвещающих звездюлин, Йосаку уже совсем другими глазами посмотрел на силу своего фрукта. После заданной им трёпки, Джонни только через пять дней смог снова начать есть твердую пищу, и лишь ещё через две недели сумел вернуться обратно к тренировкам. В свою очередь, трёпка или нет, Йосаку восстановился за считанные минуты, — в буквальном смысле! — поэтому никто и не подумал его освободить от вечерней тренировки с Зоро, а затем и утренней с Луффи.

Довольно быстро выяснилось, что чем больше парень «уничтожал» своё тело на тренировках, тем сильнее оно становилось после восстановления. Фактически, процесс занимающий у нормальных людей месяцы, недели или дни, занимал у Йосаку часы, минуты или секунды. Конечно, в качестве компенсации, ему приходилось есть за десятерых, но взамен, если откинуть в сторону другие параметры, по чистой силе и скорости, он стал заметно превосходить своего друга. Первоначальный, десятикратный перевес в силе, обеспеченный Джонни особенностями его фрукта, Йосаку смог сократить чуть больше, чем за месяц. Но самое главное всё-таки состояло в том, что, во время тренировок, Зоро и Луффи могли позволить себе чуть меньше контролировать свою силу. И им не было нужды бояться применять гарантировано смертельные приёмы. В итоге, за прошедшие месяцы, Йосаку успел привыкнуть к трём вещам: к смерти, к боли и к чудовищно сильным противникам. За какие бы свои пределы он ни выходил, двум патентованным монстрам было глубоко плевать на все его усилия.

Зато теперь парень сражался против Крига. Того самого Дона Крига, который был слабее него, медленнее него, и который уже продемонстрировал все свои фокусы. С того самого момента, когда пират решил сойтись с ним в ближнем бою, пусть и посредством своей «бомбы на палочке», сражение, как таковое, закончилось. Огнемёт, игольчатый пулемёт, бомбы и пистолеты ещё вполне могли повернуть ситуацию в сторону Крига, но он принял самое глупое решение из всех возможных. Он слишком сильно верил в собственную силу и был слишком гордый признать её недостаток. Такой подход не мог привести ни к чему другому, кроме поражения. Так оно и получилось.

Как уже говорилось, первым делом Йосаку отобрал у Дона его взрывающееся копьё. Это было несложно. Затем парень не стал сдерживаться и пару минут с удовольствием погонял пирата его же копьём. Однако чуть случайно не убив, тут же поспешил превратить копьё в кучку ни к чему непригодного металла. Дальше, сломав Кригу нос, Йосаку не стал останавливаться на достигнутом, и, две за раз, сломал ему руки в локтях. Это стало наказанием за попытку опять использовать огнемёты, закреплённые на запястьях. Затем парень, наконец, добрался до брони Дона, которой он так гордился. Вот только для «самых прочных в мире доспехов» они сломались как-то до обидного быстро.

Йосаку даже не успел толком отвести душу, раз за разом вгоняя свой кулак в закрытый бронёй живот Крига, как всё закончилось. Доспехи выдержали только три удара подряд, нанесенных в полную силу, а на четвёртом они просто разлетелись на части. Парень рассчитывал на большее. К тому же, доспехи возможно и смогли выдержать три удара, разлетевшись только на четвёртом, но вот сам Дон едва не скончался на первом. Так называемая, «самая прочная в мире броня», явно оказалась не рассчитана на удары подобной силы. Крига чуть не расплескало внутри его же собственных доспехов, а едва стоило им разлететься вдребезги, как он ничком упал в песок, и принялся блевать кровью.

— Вот видишь, — присев возле стонущего пирата, миролюбиво произнёс Йосаку, — всё как я и говорил. Тебе не помогло ни твоё оружие, ни твоя броня, ни твоя сила, ни твои люди. А знаешь почему? Потому что ты слаб! И всегда таким был. Просто до сегодняшнего дня тебе повезло не нарваться на людей вроде нас, но любое везенье когда-нибудь закачивается, и сегодня закончилось твоё.

И после этих слов он вырубил Дона одним не сильным ударом по голове.

— Ты его не убьёшь? — удивился подошедший Джонни. — После того, как он убил тебя столько раз подряд?

— Если я его убью, тогда для него сразу всё закончится, а я не хочу, чтобы он отделался так легко, — покачав головой, поднялся на ноги парень. — Пусть лучше его заберут дозорные, тогда у него будет время как следует проникнуться всем произошедшим. Независимо от того, казнят его или отправят в тюрьму.

— Какая жестокость!

И довольно усмехнулся, чем показал своё настоящее отношение.

— А я о чем? — не менее довольно улыбнулся в ответ Йосаку. — Думаю, Луффи оценит.

— Факт.

И тут в себя пришел тот, кого другие имели наглость называть «Дьяволом».

— Дон… Дон Криг!!!

Не отрывая взгляда от неподвижно лежащей фигуры своего капитана, Гин, на едва гнущихся ногах, медленно двинулся в его сторону. Мужик выглядел так, словно весь мир рухнул прямо на его глазах, что было недалеко от истины. Хотя, как бы странно это не прозвучало, но Джонни и Йосаку его вполне понимали. Да и не нужно было быть семь пядей во лбу, чтобы заметить очевидное. Криг для Гина был его собственным Луффи, и парни могли с уверенностью сказать, что, на полный разгром их капитана, они бы отреагировали точно так же, если не хуже. Сама мысль о гипотетическом проигрыше такого монстра казалась им настолько абсурдной, что не передать словами. И Гин, ещё считанные минуты назад, думал точно так же о своём капитане, поэтому и реакция у него оказалась соответствующая.

— Дон Криг…

Увидев, как из глаз того, кого остальные пираты называли «Дьяволом», катятся самые настоящие слёзы, Джонни сделал едва ли не самую милосердную вещь за весь последний год — он врезал Гину ребром ладони по шее, отправив его в длительное беспамятство.

— Тогда бы уж лучше сразу убил, — прокомментировал действия своего друга Йосаку. — Стоит ему только очнуться, как всё начнётся по новой.

— Эй, я может и пожалел его, но я не настолько добрый, — даже как-то слегка обиделся Джонни.

Правда, он бы и сам затруднился ответить на что именно. Вроде бы его друг намекнул (заподозрил?) его в излишней доброте… но с каких пор, что-то подобное стало причиной для обиды? Однако не став углубляться в свои мысли, он быстро нашёл себе оправдание. В общем, Луффи! Во всём всегда виноват Луффи!

— Да я как бы совсем не против, чтобы он помучался подольше.

— В смысле?!

— Этот парень пират, — пояснил очевидное Йосаку. — Причём из команды таких пиратов, которые обожают грабить и убивать обычных людей, поэтому лёгкой и быстрой смерти он точно не заслужил.

— В чём-то ты, конечно, прав, — потёр подбородок Джонни. — Вот только…

Что бы он там ни хотел сказать, оно так и осталось не озвученным, когда весь берег сотряс чудовищный по силе взрыв, произошедший прямо в центре практически уже развалившегося строя пиратов. Проигрыш Крига и Гина произвёл на них по-настоящему ошеломительное впечатление, в результате которого они явно не знали, что им делать дальше. Они пытались стоять, как им приказал Дон, но к моменту взрыва, их строй начал вплотную приближаться к слову «столпотворение». Как итог, количество жертв только от самого первого взрыва составило порядка сотни человек. А затем раздался ещё один взрыв, и ещё, и ещё, и ещё. Мощные взрывы следовали один за другим, будто по острову, из своих главных калибров, стреляли сразу пять-шесть линкоров Морского Дозора.

Пираты, словно напуганные светом тараканы, начали в ужасе разбегаться во все стороны. И надо заметить, разбегаться безуспешно — безопасного места в округе просто не существовало. Не считая первого десятка взрывов, все последующие стали сопровождаться отлично знакомыми Джонни и Йосаку светло-синими атаками. Как будто орудовала гигантская Коса Смерти, полностью невидимая за исключением самого лезвия. Так, среди остатков перепуганных до полусмерти пиратов Дона Крига, дальнобойные атаки Зоро собирали свою кровавую жатву.

Парни дружно повернулись в сторону воды, и сразу увидели своего капитана, стоящего на деревянном пирсе. Вокруг Луффи было понаставлено множество ящиков с ядрами, которыми он и кидался в бегающих по округе пиратов. Как это обычно с ним бывало, все свои действия он сопровождал соответствующими комментариями, едва слышимыми среди царившей вокруг какофонии звуков.

— Genkotsu Ryuseigun (Кулачный Метеор)! Вы все покойники! Это вам привет от моего дедушки! Я же сразу предлагал вам сдаваться, а вы отказались! Теперь сдохните! Сдохните! Сдохните! Сдохните! Зе-ха-ха-ха!!!

Каждое «сдохните» сопровождалось мощным броском ядра, сходу преодолевавшим звуковой барьер. Джонни и Йосаку дружно сглотнули. До сегодняшнего дня они не знали, что руки их капитана не слабее сильнейшей известной им пушки, а скорее всего и намного сильнее. Им сразу же стало понятно, почему Луффи до сегодняшнего дня ни разу не принимал участия в битвах с другими пиратами, если не считать случая с «Козырной Семьёй». Они, конечно, и раньше знали, что он чудовищно силён, но только теперь смогли оценить насколько именно.

Было совершенно очевидно, что парень вообще мог никого не брать в рейд на Крига и всё равно бы вышел победителем без всяких проблем. Нет, опять же, не то чтобы Джонни и Йосаку не догадывались об этом изначально, но одно дело догадываться и совсем другое увидеть собственными глазами. Им невольно вспомнились все оговорки мечника, касательного детства их капитана. В некоторые из намёков было очень трудно поверить, но после всего увиденного, их скептицизм ощутимо поубавился. А ещё они получили окончательное подтверждение тому, что Зоро в их семье – как бы дико это не звучало! — вовсе не самый кровожадный человек.

Хотя, надо признать, кровожадность Луффи выглядела сильнее не столько из-за его действий, сколько из-за его слов. В отличие от своего первого помощника, во время всех своих атак, он не затыкался ни на секунду. Он в буквальном смысле комментировал как все свои действия, так и ответные действия пиратов… Даже если эти самые «ответные действия» заключались лишь в паническом бегстве с берега и болезненных криках. И вот из-за этих своих комментариев, Луффи выглядел куда кровожаднее Зоро. Однако, если брать в расчёт только количество убитых пиратов, судя по тому, что видели Йосаку и Джонни, между двумя «монстрами» не было практически никакой разницы. Перекос в сторону Луффи обуславливался лишь тем, что он начал кидаться ядрами немного раньше, чем в дело вступил Зоро со своими дальнобойными атаками.

Откровенно говоря, когда окружающие пираты назвали двух друзей монстрами, а Йосаку им возражал, что они ещё не видели настоящих монстров, он всё же больше шутил. Однако, после того, как два человека, за считанные минуты, перебили несколько тысяч пиратов, шутка как-то неожиданно стала до пугающего правдивой. Зоро и Луффи сейчас действительно выглядели сущими монстрами. Монстрами беспощадными и непобедимыми.

— Sanbyakurokuju Pound Ho (360 Фунтовая Пушка)!

— Сдохните! Сдохните! Понравилось, да?! Ещё хотите, да?! Так держите! Сдохните! Сдохните! Зе-ха-ха-ха!!!

— Sanbyakurokuju Pound Ho (360 Фунтовая Пушка)!

Десятью минутами спустя, разрубив на части весь форт Крига несколькими взмахами своих катан, и погребя под его остатками укрывшихся там пиратов, Зоро, недоуменно огляделся по сторонам.

— Что такое? — недовольно произнёс он. – Неужели уже всё закончилось? Скукота.

— А вот лично я совсем не против, что всё уже закончилось, — облегчённо вздохнув, признался Джонни. — Физически чувствую себя прекрасно, но вот морально что-то как-то оказался не готов к виду того, как ты и Луффи…

Он даже не сумел подобрать соответствующих слов, поэтому ограничился тем, что слегка повел рукой перед собой, предлагая Зоро самому взглянуть на расстилающуюся перед ними картину. Они стояли рядом с фортом, благодаря чему им открывался отличный вид на бухту. Можно было увидеть, как продолжающие полыхать на воде остовы кораблей, так и перепаханное взрывами и заваленное трупами побережье. Сам склон, ведущим к разрушенному форту, по своему виду практически ничем не отличался от вида побережья.

— Согласен, я чувствую себя так же, — привычно поддержал своего друга Йосаку. — Пока сам сражаешься, то всё нормально, но вот когда смотришь со стороны, сразу становится как-то не по себе. Умом понимаешь, что умирают пираты, большинство из которых настоящие ублюдки, поэтому мир без них станет только лучше, а смотреть на их смерть всё равно неприятно. Словно мы на самом деле самые плохие парни в округе.

— Вот поэтому я и не стал брать Нами, — поделился Луффи, беспечно оглядываясь по сторонам. — Если уж вас проняло, она бы вообще в глубокую депрессию впала.

— Честно говоря, я не понимаю вашу реакцию, — произнёс порядком озадаченный Зоро. — Вы за последний год, наверное, перебили больше пиратов, чем сегодня их здесь вообще было.

Сняв бандану с головы, он принялся обматывал ей своё предплечье, под конец, с помощью правой руки и зубов, завязав узел, чтобы бандана не спала. На него, как и на Луффи, ничуть не повлиял геноцид пиратов Крига.

— Так-то оно, конечно, так, вот только… — неуверенно начал Йосаку.

— Вот только одно дело убить пару десятков пиратов за раз, и совсем другое увидеть, как на твоих глазах умирают целые тысячи, — продолжил за него Джонни.

— Да ты сегодня сам убил несколько тысяч, — все ещё не понимая сути их переживаний, Зоро ткнул большим пальцем в сторону продолжающих полыхать остовов кораблей. — Каждый устроенный тобой взрыв затыкал по сотне, а то и больше голосов за раз.

— Так одно дело взрывать, а другое…

В очередной раз не сумев подобрать слов, Джонни опять повёл рукой перед собой, как бы предлагая мечнику самому закончить его мысль, взглянув на окружающее их Царство Смерти.

— Не обращай внимания, Зоро! – произнёс Луффи, успокаивающе похлопав своего первого помощника по плечу. — Парни, в отличие от нас с тобой, больше защитники, чем хищники, поэтому и мышление у них немного другое. Будь сегодня на кону наши жизни, и они бы такими вопросами даже не задались. Конкретно в этом плане у них много общего с Нами.

Нахмурив брови, мечник, тем не менее, понятливо кивнул.

— И что теперь? – сменил он тему.

— А теперь мы будет ждать Морской Дозор.

— Это сколько же нам его ждать придётся?

Голос Зоро был полон недовольства.

— Недолго! — тут же опять успокоил его Луффи. — Сообщение о том, что мы разгромили Армаду Крига, я послал ещё вчера утром, поэтому где-то через восемь-десять часов они должны быть здесь.

— И зачем нам тогда их ждать, если они уже и так знают, что это наша работа? – мечник всё ещё был недоволен. — Может просто уплывём?

— Во-первых, нам нужно получить от них все необходимые бумаги, чтобы нам заплатили за голову Крига. А во-вторых, сейчас покажу зачем нам ещё нужно остаться, — усмехнулся Луффи отходя немного в сторону.

— Что он хочет сделать?! – моментально полюбопытствовал Джонни.

— Я-то откуда знаю?! – возмутился Йосаку.

— Кхм, кхм… Проверка, Проверка… Внимание всех выживших пиратов! — слегка откашлявшись, Луффи как-то причудливо изменил свой голос.

Он просто стоял и говорил, но ощущалось так, словно он стал передатчиком, а все люди поблизости превратились в приёмники. Стоя рядом с разрушенным фортом, едва ли не в самой высшей точке острова, его голос без всяких проблем начал достигать даже самых удалённых уголков далеко не маленького клочка окружающей их суши.

— Офигеть!

Никто не спрашивал его мнения, но Джонни просто не смог промолчать.

— Через несколько часов сюда прибудут корабли дозора. Всем, кто хочет сохранить свою жизнь, необходимо немедленно выйти на побережье, рядом с фортом. Все остальные, кто откажется сдаться, будут убиты. Я обладаю силой Дьявольского Фрукта, позволяющей мне чувствовать любых живых существ на многие километры вокруг, поэтому даже не надейтесь спрятаться и переждать. Я найду вас всех и затем убью! Даю вам полчаса, чтобы добраться до побережья, после чего мы выходим на охоту.

— Обладаешь силой Дьявольского Фрукта? — приподнял бровь Зоро.

— Эй, они знать не знают, что такое Воля Наблюдения, поэтому незачем всё усложнять. Проще сказать, что я съел Дьявольский Фрукт, чем упирать на обладание какими-то неизвестными им силами. Народ в Ист Блю и в Дьявольские Фрукты верит с большим трудом, а уж про Волю и говорить нечего. Воля — это удел Нового Мира, он же Новый Свет, он же вторая половина Гранд Лайна. Воля практически неизвестна и на первой половине Гранд Лайна, а уж про Ист Блю и вовсе говорить ничего.

— Значит, мы будем ждать дозорных ещё и для того, чтобы оставшиеся пираты не сбежали? — полюбопытствовал Джонни. — Или чтобы пираты не дали дозорным по зубам, когда они всё-таки приплывут? Думаю, несмотря на все наши усилия, ещё достаточно пиратов осталось в живых, чтобы доставить прибывшим на наш вызов дозорным огромную кучу проблем.

— Что, в свою очередь, сильно повредит нашему имиджу, — кивнул Луффи. — А имидж нам нужно поддерживать до самого конца, тогда и первая награда за ваши головы должна будет стать такой… такой… Короче такой, что при встрече с вами, кто не обделается сразу, словит сердечный приступ потом.

— Лично мне теперь больше интересно, нафига тебе вообще был нужен рупор? — в свою очередь спросил Йосаку. – Раз ты без всяких проблем можешь заставить свой голос распространяться словно сигнал ден-ден-муши!

— Точно! – обрадовался Джонни. – Я ещё подумал, что же это мне так сильно напоминает!

— Понятное дело, что с рупором я смотрелся намного круче, чем без него! — «искренне» обиделся Луффи, словно его мотив должен был быть понять без всяких уточнений.

Такой ответ остался без комментариев. Среди собравшихся не нашлось ни одного дурака, готового оспорить его слова. Зачем начинать заведомо проигранный спор? Однако, так и не дождавшись никакой реакции, он сам задал вопрос, только уже на совсем другую тему.

— И как вам наш сегодняшний рейд? — не скрывая своего интереса, спросил улыбающийся парень. — Сделали какие-нибудь выводы?

— Если забыть про моральную сторону вопроса, то всё оказалось… всё оказалось намного легче, чем я думал, — первым признался Йосаку.

— Согласен! — энергично кивнул Джонни. — Откровенно говоря, сейчас мне кажется, что я бы сумел и один здесь справиться, — поделился он своими впечатлениями. — Конечно, от меня, почти наверняка, кто-нибудь бы успел сбежать на кораблях, но если говорить в целом, я бы вполне смог всех разгромить в одиночку.

— А вот я, насчёт себя, не уверен, — покачал головой Йосаку. — Атак по площадям у меня в арсенале нет, а убивать больше десяти тысяч человек одного за другим… Да и корабли бы потопить не успел. Нет, я бы в одиночку тут не справился. В лучшем случае от меня бы просто все разбежались, тупо уплыв на кораблях. В худшем вообще бы смогли скинуть меня в воду и я бы проиграл.

— Зоро? — чуть склонил голову на бок Луффи. — А ты что скажешь?

— Как по мне, так ничего бы не изменилось, даже если бы я был сегодня один, а пиратов в пять раз больше. Ноль помноженный на сто, всё равно остаётся нулём. И сегодня я это понял особенно отчётливо.

— Зато теперь вы, по крайней мере, больше не будете у меня громко плакать и топать ногами, если речь опять зайдёт о сражении с тысячами или даже десятками тысяч, — произнёс довольный парень. — Кстати, о плаксах! Пойду, позвоню Нами.

Дальше всё прошло вполне ожидаемо. За полчаса, отведенных на сдачу разбежавшимся пиратам, на побережье вышло порядка двух тысяч человек. Однако не все оказались достаточно разумными — некоторые всё-таки решили испытать (попытать?) свою удачу, и спрятаться. Однако ядра с неба, пущенные Луффи, быстро всё расставили по своим местам, а Джонни и Йосаку с ужасом осознали, что подобный монстр на свете был, как минимум, не один. Там, на побережье, когда они в первый раз увидели своего капитана, кидающегося ядрами, они как-то совершенно упустили из виду, что он кричал о своем дедушке. После соответствующего вопроса, выяснилось, что именно у своего дедушки он и подсмотрел «сверхзвуковую атаку ядрами». И хотя о старшем родственнике своего капитана парни слышали и раньше, только в этот раз они узнали, что тот обладает силой, вполне сопоставимой с силой своего монструозного внука. Подобные откровения они поспешили залить большим количеством спиртного, которое перепуганные пираты откопали для них из завалов форта.

Луффи, не будь дурак, запряг всех сдавшихся пиратов собирать тела своих товарищей, а так же всё оружие, ценности и еду. Две тысячи человек, работающие сообща и подгоняемые страхом — это сила, с которой любая работа должна считаться. К моменту появления первого корабля Морского Дозора, — приплывшего ближе к обеду, даже быстрее, чем предполагалось, — сдавшиеся в плен пираты выполнили не только все поставленные перед ними задачи, но даже слегка перевыполнили. Всё оружие было собранно в одну кучу, ценности стащены в другую, — этого добра набралось не особенно много, — еда сложена в третью, а тела мёртвых пиратов уложены в длинные ряды, на более-менее уцелевших участках побережья. И хотя Луффи, когда отдавал приказ собрать тела, имел в виду только тела пиратов на побережье, склоне и форте, плененные пираты пошли ещё дальше, и повытаскивали своих мёртвых товарищей из воды. В результате, к тому моменту, когда на берег сошли солдаты Морского Дозора, им предстала по-настоящему незабываемая картина.

К сожалению для Луффи, когда он уже собирался хорошенько оттянуться на прибывших на остров дозорных, один хорошо знакомый всем Шляпам капитан обломал ему на корню весь кайф. Хромой дозорный, после их первой встречи, явно задался целью не выпускать охотников из своего поля зрения, поэтому пересекались они с ним намного чаще, чем бы того «кое-кому» хотелось. И вполне понятно почему. Капитан, мало того что каждый раз обламывал парня, не давая ему издеваться над другими дозорными, так ещё, судя по всему, вознамерился вывести его на «чистую воду».

— Угх… — скривился Луффи, под своей маской Зорри, стоило ему только почувствовать знакомую ауру на одном из кораблей дозора. — Какого хрена ты тут забыл, старик? — недовольно спросил он, спустя какое-то время, когда хромой капитан спустился на берег.

— Просто я подумал, что раз ты на самом деле постарался приложить усилия к тому, чтобы меня здесь не оказалось, я просто обязан сюда приплыть… Ты действительно думал, что я ничего не узнаю, если ты предупредишь только тех капитанов Морского Дозора, с которыми я не в ладах? И, наконец, прояви уважение к старшим. Ты уже давным-давно знаешь моё имя, так и обращайся ко мне соответствующим образом, чёртов шкет. И что за мазню ты нацепил себе вместо лица? Пытаешься выглядеть красивее, чем на самом деле? Не буду спорить, любая мазня красивее твоего настоящего лица, но, какую бы маску ты не нацепил, твоя омерзительная морда под ней так никуда и не денется.

Зоро, Джонни и Йосаку резко заинтересовались тем, что творится где-то в отдалении, старательно пряча выражение своих лиц от глаз Луффи — не дай бог увидит их ухмылки, тогда придёт писец. Полный.

— Старик, я всё понимаю, — подойдя к капитану, слегка похлопал его по плечу парень. — Ты старый больной козёл, и тебе давно уже всё равно, будешь ты жить или умрёшь, но раз тебе плевать на себя, хоть людей своих пожалей. Если я всё-таки однажды не сдержусь и забью тебя насмерть твоей ковырялкой, то и всех твоих людей мне тоже придётся убить.

— Ох, какие речи, — сокрушённо покачал головой капитан. — Кто-нибудь посторонний, услышавший таки слова и не знающий, что вы все тут охотники, мог бы вас принять… Ну даже и не знаю… Пожалуй, он мог бы вас принять за… за банду самых настоящих пиратов, я бы сказал. Вот ведь будет конфуз, да? Самых знаменитых охотников на пиратов самих примут за пиратов.

Хрусть!

— Ой, какая досада, — деланно сочувственно произнёс Луффи, смотря сверху вниз на упавшего капитана, когда его трость «совершенно неожиданно» переломилась пополам. — Видимо дерево было слишком старым! Нужно лучше следить за такими вещами! А то кто его знает? Вот так вот пойдёшь, трость твоя сломается, упадёшь и случайно сломаешь… Ну даже и не знаю… Пожалуй, ты вполне бы мог сломать себе… Сломать себе шею, я бы сказа-А-А-А-АЛ!!! ЧЁРТОВ УБЛЮДОК, КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТВОРИШЬ?!!

Заорав, он запрыгал на одной ноге, держась руками за другую, окровавленную.

— Ох, прости-прости, я такой неуклюжий, — довольно усмехаясь, поднялся на ноги капитан, держа в руке окровавленную половину своей трости, которую он и вогнал в ногу парня. — Я в последнее время стал так плохо видеть, вот и промахнулся. Ты уж прости старика, сам ведь сказал, что я старый и больной, а теперь ещё и слепой. Тут уже ничего не поделаешь, только простить и забыть.

И вот в таком вот духе и прошли следующие полчаса, пока лейтенант-помощник капитана выписывал все необходимые документы, благодаря которым Соломенные Шляпы могли получить награду за голову Крига. И не только за его голову. Как оказалось, среди мёртвых и живых пиратов набралось достаточное количество людей с наградами за их головы, чтобы общая сумма вознаграждения команды вплотную приблизилась к ста миллионам белли. К Дону действительно прибились чуть ли не все оставшиеся в живых пираты Ист Блю.

Когда лейтенант принёс все необходимые бумаги, и Луффи увидел окончательную сумму их вознаграждения, он взбодрился настолько, что если и не простил капитану свою покалеченную ногу, то, как минимум, готов был временно о ней забыть. И это уже само по себе достижение — парень был той ещё мстительной сволочью. Хотя, опять же, учитывая что Волю Наблюдения он «держал» даже во сне, ситуация с ногой выглядела до невозможности подозрительно.

Получив все необходимые бумаги, загрузив пару лодок различным добром и незаметно написав на капитанской накидке «Старый Козёл», пока раздражающий Луффи старик общался со своими подчиненными, Соломенные Шляпы отбыли с острова. Оставив за спиной горы трупов и, фактически, объявив всему миру, что в Ист Блю живых свободных пиратов больше не осталось. В свете этих фактов, ближайшие выпуски новостей определенно обещали быть интересными.

Глава 9. Повстречались как-то раз врун, лжец и обманщик… Часть 1

«… поэтому сейчас можно уверенно сказать, что в Ист Блю не осталось пиратов как таковых. Их просто нет. Печально известная команда охотников, под предводительством ещё более печально известного Ророноа «Убийца Пиратов» Зоро, перебила или отдала в руки правосудия все мало-мальски известные команды. Исключение составила лишь команда Багги, по прозвищу «Клоун», награда за голову которого, в связи со всеми последними событиями, выросла с пятнадцати миллионов белли до тридцати, что является абсолютным рекордом для Ист Блю. Совершенно очевидно, что таким нехитрым образом власти пытаются привлечь внимание команды Ророноа Зоро к упомянутому выше пирату. Заинтересуются? Вряд ли.

К сожалению для властей и обычных граждан, полученная нами информация из семи (!) независимых источников, как один утверждают, что команда «Убийц Пиратов» уже неоднократно пересекалась с командой «Клоуна». И каждую такую встречу наблюдало, как минимум, несколько свидетелей, отчётливо видевших, как обе команды сражались друг с другом. Более того, команда «Клоуна» проигрывала «Убийцам Пиратов» в каждом случае известном нашей редакции! И тем не менее, не взирая на свои проигрыши, команда «Клоуна» всё так же продолжает наводить ужас на жителей Ист Блю. Именно по этой причине, автор данной статьи сильно сомневается, что ход властей, с увеличением награды за голову «Клоуна», даст желаемый результат.

Теперь, внимательный читатель, может задаться вопросом: а как же предводитель пиратов-рыболюдей Арлонг, по прозвищу «Пила»? Всё дело в том, что в нашей редакции никто не уверен в ответе. Листовки с наградой за голову Арлонга постоянно обновляются, но кто вообще слышал о нём? По имеющейся информации, пиратская команда рыболюдей приплыла в Ист Блю с Гранд Лайна и после… исчезла. Никто не знает, где сейчас находится Арлонг и его люди. Никто не видел их уже очень и очень много лет.

Некоторые наши информаторы заявляют о том, что Арлонг расположился на одном из островов архипелага Кономи, построив собственную базу. Однако капитан первого ранга Нэдзуми, глава шестнадцатого отделения Морского Дозора, в ответ на наш запрос, назвал озвученную информацию «гнусной ложью». Хотя, если верить слухам, Арлонг скрывается на острове, который как раз и входит в ответственность вышеупомянутого каперанга. Впрочем, слухи есть слухи. Именно из-за того, что по Арлонгу нет никакой достоверной информации, команда Багги «Клоуна», на данный момент, является единственной действующей пиратской командой во всём Ист Блю, за голову капитана которой назначена награда. Автор статьи готов пойти ещё дальше, и заявить, что команда «Клоуна» и вовсе осталась единственной, всё ещё действующей, командой пиратов во всём Ист Блю. Всё-таки быть пиратом нынче слишком вредно для здоровья. «Убийцы Пиратов» гарантируют.

Автор статьи: Риорд Драф»

Прим.авт.: «Нэдзуми» в официальном переводе от Азбуки зовут «Крыс», но я решил оставить фанатский вариант.

— Мальчики, вы что там вообще устроили?! — в некотором шоке спросила Нами, когда после прочтения статьи начала разглядывать многочисленные фотографии, прилагающиеся к ней.

У девушки сложилось впечатление, словно она смотрит не на последствия рейда на пиратскую базу группой охотников за вознаграждениями, а на фотографии откуда-то с военного фронта. Перепаханный берег и склон, сплошь покрытый огромными воронками. Торчащие из воды и всё ещё слегка дымящиеся чёрные остовы кораблей. Разрушенный форт и трупы. Тысячи и тысячи трупов уложенные в длинные ряды. Сколько бы она ни смотрела на фотографии, всё равно никак не могла поверить, что видит перед собой дело рук четырёх человек. Она, конечно, знала о чудовищной силе Луффи, Зоро, Джонни и Йосаку, но, как говорится, всему должен быть предел! Глядя на фотографии, вполне можно было подумать, будто на них запечатлены последствия столкновения двух армий. Первая из которых поддерживалась пушками из форта, а вторая — корабельной артиллерией.

— Это всё Зоро виноват! — сразу ответил Луффи, лежащий позади Нами. — Мы изо всех сил пытались его остановить, но всё оказалось напрасно. Если бы дозорные задержались ещё хотя бы на пару часов, там бы никого не осталось в живых. Серьёзно, Зоро, нельзя же быть настолько кровожадным! — он неодобрительно покачал головой. — Добрее надо быть к людям, добрее!

Бросив поверх газеты взгляд на мечника, работающего вёслами, девушка увидела его мрачный взгляд, направленный ей за спину, где, на мешках с вещами, вольготно развалился Луффи. И хотя парень не стал возражать против слов своего капитана, Нами и так всё прекрасно поняла.

— Откуда тогда воронки? — спросила она, вернувшись к разглядыванию фотографий.

— Одна из техник Зоро, — мгновенно ответил Луффи.

— А корабли тогда почему сгорели?

— Одна из техник Зоро, — опять прозвучал мгновенный ответ.

— Всё с вами ясно, — понятливо кивнула девушка. — Во всём виноват Зоро.

— А я о чём тебе говорил? — улыбнулся довольный собой парень.

И тут же удостоился очередного мрачного взгляда от своего первого помощника.

— Как понимаю, Зоро виноват и в том, что тебя нет ни на одной фотографии, да?

— Э-э-э… что?

— Тебя нет ни на одной фотографии! — подняв руку, Нами поболтала в воздухе газетой. — На фото есть все, кроме тебя. Причём, в большинстве случаев, Зоро, Рю и Йосаку выглядят так, словно они Всадники Апокалипсиса, и только тебя нет ни на одной фотографии.

— Наверное, фотограф был криворукий, — не слишком успешно попытался отбрехаться Луффи.

— А ещё он явно обладал невидимостью, — добавил Йосаку, разглядывая свою копию газеты. — Потому что большинство напечатанных в газете фотографий сделаны задолго до того, как приплыл первый корабль дозора.

— Тогда наш неизвестный фотограф не только обладал невидимостью, но ещё и способностью, позволяющей обманывать Волю Наблюдения, — поддержал своего друга Джонни.

— Чудеса! — впечатлился Луффи. — И чего только в мире не бывает, не правда ли? Нами, нам ещё долго плыть? — он нагло сменил тему. — Я хочу жаренного мяса! Уже два дня без жаренного мяса!

— Об этом надо было думать до того, как ты принял решение нарядиться Зорри.

— Кто ж знал, что Зоро шуток не понимает?

— Я даже отвечать на это не собираюсь… и плыть нам ещё около четырёх часов.

— Обедать, значит, будем уже на суше, — подведя итог, удовлетворенно кивнул Луффи.

Весь разговор происходил в пусть и очень большой лодке, но всё-таки лодке. Значительная часть Нечто благополучно ушла на дно морское, поэтому Соломенным Шляпам пришлось искать альтернативу. И этой самой альтернативой стали несколько больших лодок, привязанных одна за другой, на манер каравана. Одну лодку забили деньгами, другую едой, которая не слишком быстро портилась, третья и четвертая оказались под завязку набиты различными причиндалами и кухонной утварью. Пятая лодка была безнадёжно погребена под вещами Нами, а в шестой, и самой большой, расположились все члены семьи. И заодно все вещи парней, на которых и возлегал Луффи с видом уже давно состоявшегося Короля Пиратов. В носу лодки развалились Джонни и Йосаку, а на вёслах сидел Зоро, как «главный виновник» потопления Нечто. Естественно, если бы в их семье не была установлена тотальная диктатура имени Луффи, подобное утверждение вполне можно было оспорить, а так спорить просто не имело смысла. По установленным порядкам, его точка зрения всегда считалась единственно верной, даже если была в корне ошибочной. Как итог, именно мечник сидел на вёслах.

— Луффи, так что ты решил насчёт корабля? — спустя какое-то время спросила Нами. — Если мы скоро отправимся на Гранд Лайн, нам обязательно нужно достать себе крепкий корабль. Тут без вариантов. Нам бы пришлось его доставать даже если бы Зоро не потопил Нечто.

— Спорим, что мы легко сможем плавать по Гранд Лайну, даже если у нас вместо корабля будет один только плот из брёвен? — лениво зевнул Луффи.

— Никаких плотов из брёвен! — тут же возмутилась Нами. — Я – девушка! И я хочу нормальный корабль! С нормальной раковиной для мытья по утрам, ванной, душем и туалетом! А ещё отдельной каютой с большой мягкой кроватью, и нормальной кухней! Так что больше никаких подобий Нечто, или всё наше дальнейшее путешествие я вам буду ежедневно закатывать продолжительные истерики, пока мы не раздобудем себе нормальный корабль.

Лицо Луффи приняло такое выражение, словно он съел лимон. Все в семье уже знали, что он терпеть не мог, когда ему выдвигают ультиматум, а маленькая эмоциональная речь Нами как раз и была тем самым ультиматумом. Конечно, их узы уже приобрели неуничтожимую твёрдость, поэтому ей и в голову не пришло угрожать полным отказом от дальнейшего плавания. Однако она всё ещё могла серьёзно осложнить ему жизнь. Чудовищный монстр или нет, но даже Луффи был уязвим к некоторым вещам. Как показала практика, постоянное стояние над душой, рано или поздно, начинало влиять и на него, чем девушка однажды уже смогла воспользоваться. И хотя потом он тоже нашёл, чем ответить, только «овчинка выделки не стоит». Тем более, плот из брёвен или корабль – в любом случае нужно было что-то искать! Конечно, легче всего было купить корабль. Или у кого-нибудь угнать. Тут разница не принципиальна.

— Учитывая, что моё любимое Нечто пошло ко дну, я теперь ожидаю какой-нибудь судьбоносной встречи, — чуть подумав, в кои-то веки, откровенно признался Луффи.

— Какой ещё к чёрту судьбоносной встречи?! — Зоро даже перестал грести от удивления.

Остальные члены семьи тоже уставились на своего капитана с изрядной долей изумления. Все они сразу поняли, что он отнюдь не шутил, несмотря на всю странность сделанного заявления.

— Сколько мы уже плаваем по Ист Блю? – риторически спросил Луффи. — Больше двух лет? И наше Нечто мы собрали буквально в первые пару месяцев, и за это время нам не попалось ни одного корабля с душой. Или плотника, способного построить нечто большее, чем красивое корыто, плавающее по воде. И вот, когда мы уже собрались плыть на Гранд Лайн, наше Нечто тонет. По-моему, это отчётливый знак, что скоро мы найдём себе настоящий корабль. Что бы вы там себе не думали, но Судьба существует, и она частенько оставляет людям подсказки… Другое дело, что народ редко когда их видит, и ещё реже правильно понимает.

— …Хочешь сказать, мы найдём себе корабль на следующем же острове? — чуть подумав, недоумённо спросила Нами. — Ты же в курсе, что мы сейчас направляемся к небольшой деревушке, называемой Сироп? Я даже не уверена, что у них там вообще есть хоть один корабль. Нормальный город находится только на другой стороне острова, и нам туда плыть больше суток.

— Во-первых, ты меня неправильно поняла. Я не сказал, что мы найдём корабль именно на следующем острове, — наставительно приподнял палец парень. — У нас есть время до Логтауна. Если же я не прав, и мы так и не найдём себе корабль к тому времени, тогда просто купим себе какой-нибудь корабль в Логтауне. В крайнем случае, угоним корабль дозорных. К тому моменту мы однозначно будем уже известны всему миру, именно как пираты, а не как охотники, поэтому насчёт нашей репутации можно будет не волноваться. А во-вторых, Судьба есть Судьба. Если нам суждено найти свой корабль в маленькой деревушке, мы обязательно его там найдём. Так или иначе.

Логтаун, если что, считался «последним островом Ист Блю» — именно с него все корабли отправлялись на Гранд Лайн. Город фактически находился перед самым входом в море, неофициально именуемое «Кладбищем Пиратов». Входом, который располагался на Ред Лайн — единственном континенте в мире. И нет, никакой ошибки, на Гранд Лайна действительно можно было попасть преодолев Реверс-Маунтин или Обратную Гору, расположенную прямо на Ред Лайн.

— Что-то мне как-то с большим трудом верится, что мы вот так вот просто возьмём, и найдём себе корабль, который бы тебе понравился, — вполне обоснованно засомневалась девушка. — Столько лет, и ни одного понравившегося корабля, а тут раз, и готово?

— Жизнь покажет, — беспечно пожал плечами Луффи. — Найдём значит найдём, а если не найдём значит не найдём. Нами, сколько раз тебе повторять? Не заморачивайся ты по всяким пустякам!

Несколько придавленные его неожиданной серьёзностью, больше никто не решился задавать ему новые вопросы. Каждый раз становясь серьёзным, он изрядно всех дезориентировал, поэтому практически весь оставшийся путь до острова прошёл в полном молчании.

— Кажется, кто-то решил нас встретить, — усмехнулся Зоро одной из своих зловещих ухмылок, от которых непривычные к нему люди цепенели от ужаса.... Или падали в обморок, если сначала узнавали знаменитого на всё Ист Блю «Убийцу Пиратов».

Дремавший до этого мгновения Луффи, убрал шляпу с лица, которой прикрывал глаза от солнца. Приняв сидячее положение, он нахлобучил её на голову, после чего оглядел раскинувшийся перед ними берег острова.

— …Четверо ягнят, — предвкушающе произнёс он.

И он, и мечник, легко «услышали голоса» людей, прячущихся в прибрежных кустах. Три без всяких сомнений принадлежали подросткам, а ещё один молодому парню. Учитывая возраст встречающих, засада выглядела крайне сомнительным вариантом. Скорее всего, кто-то просто словил острый приступ любопытства, поэтому ответный вариант мог быть только один: Луффи вернул Зоро его зловещую ухмылку.

— Господи, мальчики, может уже хватит? — прикрыв лицо ладонью, невольно застонала Нами. — Почему вам вечно надо всех пугать?

— Эй, тебе напомнить про Коби? — тут же нашел веский довод Луффи. — И о том, кто первый начал его пугать?

— Это все адреналин, ошибка восприятия и желание спасти заблудшую душу, а сама я не виновата! — ожидаемо не согласилась девушка.

Учитывая, сколько времени она проводила рядом с парнем, какого-либо другого ответа от неё и ожидать не стоило.

— А как насчёт запуганных тобою пиратов?

— Так то пираты! — презрительно фыркнула она. — Преступники не заслуживают снисхождения, а вот вы пугаете всех подряд.

Поняв, что спорить с ней бесполезно, Луффи решил пойти с козырей.

— И чо?

Упрямо выпятив нижнюю губу, он выкатил свой самый убойный и абсолютно неопровержимый аргумент.

— …

На такое Нами ответить было нечего, поэтому судьба встречающей их группы оказалась предрешена. Или, как показало время, одного, вполне конкретного парня.

— СОВРАЛ!!! Я СОВРАЛ!!! Я ЧЕСТНО СОВРАЛ!!!

До полусмерти перепуганный длинноносый парень, глотая сопли и слюни, заливался слезами от ужаса. За прошедший час он уже миллион раз успел пожалеть, что вообще решил заговорить с непрошенными гостями. И ещё пару миллионов раз пожалел, что привычно наврал им с три короба.

— Соврал? Ха! Ты действительно думаешь, что я такой дурак? – голос Луффи был полон призрения. — Никто в мире не станет утверждать, что у него есть восемьдесят миллионов последователей, если у него их нет на самом деле! Надо быть полным идиотом, чтобы называть такие сумасшедшие цифры и ждать, что кто-нибудь тебе поверит на самом деле. Такие цифры стоит называть только тогда, когда они реальны. Вроде как любой здравомыслящий человек подумает, что ты всего лишь наврал, расслабится, а потом БАЦ! — он громко хлопнул в ладоши, отчего привязанный к дереву парень едва не отдал богу душу. — И против него восемьдесят миллионов твоих подчинённых!

— Я САМЫЙ ОБЫЧНЫЙ ВРУН!!! НЕТ У МЕНЯ НИКАКИХ ПОДЧИНЁННЫХ!!!

— Не спорю, умно придумано, но со мной такой трюк не пройдёт, даже не надейся! – словно ничего не услышав, самодовольно заявил парень. — Поэтому…. немедленно говори, где скрываются восемьдесят миллионов твоих подчинённых! Если прямо сейчас всё не расскажешь, Зоро, один за другим, начнёт отрубать тебе пальцы на руках. И не волнуйся, кровью ты не истечешь! А знаешь почему? Потому что вот он… ах, точно, где мои манеры! Итак, меня зовут Луффи, рядом о мной стоит уже упомянутый Зоро, дальше у нас Рю и Йосаку, и наша красавица Нами, приятно познакомиться! — указывая пальцем, он одного за другим представил всех членов семьи. — Не слышу ответа… я сказал, не слышу ответа!

— ПРИЯТНО ПОЗНАКОМИТЬСЯ!!!

— И как тебя зовут?

— УСОПП!!!

— Вот так, молодец! — похвалил его Луффи. — Значит, тебя зовут Усопп? Что ж, тогда ещё раз приятно познакомиться. И о чем я там хотел сказать? Отрубленные пальцы? Кровь? Ага, кровь! Так вот, Рю будет прижигать твои раны, поэтому, как уже сказал, мы не позволим тебе истечь кровью и умереть. Всё понял? Всё осознал? Итак, ты всё ещё будешь настаивать на том, что у тебя нет восьмидесяти миллионов последователей? И что ты на самом деле не капитан? Может, всё-таки уже скажешь нам правду? Поверь, никому из нас не хочется заниматься отрубанием твоих пальцев, но твоё упрямство не уставляет нам иного выбора.

Стоящая в стороне Нами, обхватив переносицу пальцами, закрыла глаза, чтобы не видеть устроенного парнями фарса. И пусть подобные развлечения они устраивали чуть не на каждом острове, их поведение всегда выглядело одинаково идиотским.

— Господи, дай мне терпения.

Высадка на остров прошла ожидаемо без происшествий, а вот дальше на сцену вышел длинноносый парень, в смысле, очень длинноносый парень! Сама девушка ещё никогда в жизни не видела настолько длинных носов. Откровенно говоря, она не понимала, чем он думал, — да и думал ли вообще? — рискнув показаться из-за кустов, когда Зоро, посмотрев в их сторону, приказал выйти на берег. В тот момент, она бы, на месте длинноносого, от вида её мальчиков, тут же бы дала дёру ровно в противоположную сторону от них. Именно так, как это сделали три мелких пацана, что прятались рядом с носатым парнем… О том факте, что когда-то и у неё самой хватило глупости связаться с Зоро, она, конечно же, благополучно «забыла».

Худощавый, среднего роста, длинноносый и смуглокожий, лет семнадцати на вид, с длинными чёрными кудрявыми волосами. Светло-коричневая, в клеточку, бандана, тёмно-коричневый комбинезон, чёрные ботинки и большая тёмно-жёлтого цвета сумка через плечо. Откровенно говоря, он с самого начала производил впечатление полного труса. И ужасно плохого вруна. Хотя, возможно, во всем был виноват дикий страх?

Когда Усопп всё-таки решил проявить здравый смысл и дать дёру, бежать уже было поздно. Монстры определили свою жертву, поэтому, в отличие от трёх мелких пацанов, сходу сделавших ноги, их старший товарищ конкретно попал в переплёт. Поймать его могли за пару секунд, но Монстры не были бы Монстрами, если бы они не воспользовались такой удачной возможностью. После получаса беготни по берегу, — беготни, сопровождающейся оч-чень красноречивыми угрозами, — Монстры таки загнали свою жертву до полной потери сил. И, безусловно, навели на длинноносого парня такого ужаса, что он, наверное, и сам не понимал, о чём лопочет его язык.

Нет, серьёзно, кто в здравом уме решит заявить охотникам на пиратов, что он капитан пиратов, и у него есть восемьдесят миллионов последователей? Типа, чем больше, тем страшнее? И пофиг на логику? Да во всём Ист Блю вряд ли наберётся больше пары сотен миллионов человек! Кроме того, Риорд Драф, автор утренней статьи в газете, дело говорил! Нынче действительно стало крайне опасно представляться «капитаном пиратов». Усоппу можно было только посочувствовать. С кармой ему точно не повезло. Впрочем, как сильно подозревала Нами, длинноносый уже и сам успел об этом догадаться.

— Признаю, ты реально крепкий орешек, — сложив руки на груди и закрыв глаза, мудро покивал головой Луффи. — Обычно пираты у нас начинают петь, стоит им только узнать в Зоро знаменитого «Убийцу Пиратов», но только не ты. Не могу не отдать тебе должное, я реально впечатлён! — напустив на себя тот самый впечатлённый вид, он снова покивал головой. — Я думал в Ист Блю, среди пиратов, таких крутых капитанов больше не осталось, но теперь вижу, что ошибался.

«Крутой капитан» дрожал так сильно, что с дерева, к которому он был привязан, беспрестанно падали листья. По его щекам обильно текли слезы, из носа капали сопли, а сам длинноносый был настолько нездорового синюшно-бледного цвета, что его без всяких проблем можно было принять за давно уже остывший труп.

— Луффи-аники абсолютно прав! — подражая этому самому Луффи-аники, сложив руки на груди, мудро покивал головой Джонни. — Нам редко когда удаётся встретить настолько достойного пирата, не желающего предавать своих людей даже перед лицом неминуемой смерти.

— Да и с пацанами ты ловко придумал, — Йосаку выдохнул струю дыма прямо в лицо Усоппа. — Вроде как ничего подозрительного, самая обычная группа детишек, играющаяся в пираты. Окажись на нашем месте кто-нибудь другой и они бы точно ни в чём вас не заподозрили, но сегодня тебе не повезло, наш капитан сразу вас просёк.

— Ещё бы! — гордо выпятил грудь Луффи. — Это ведь идеальная маскировка! Кто сможет заподозрить в каком-то пацане, таскающимся с кучкой подростков, самого настоящего пиратского капитана? Особенно если он представляется этим самым капитаном, и потом ещё говорит, что у него есть восемьдесят миллионов последователей? Да обычно в такое и последний дурак не поверит! Просто идеальная маскировка! Однако сегодня удача от тебя отвернулась, ведь я такие вещи секу на раз… И, кстати, раз уж мы заговорили обо мне, хочу спросить… мы случаем раньше с тобой не пересекались?

— НЕТ, НЕТ!!! МЫ НИКОГДА РАНЬШЕ НЕ ВСТРЕЧАЛИСЬ!!!

— Просто не могу отделаться от ощущения, что когда-то тебя уже видел, — парень в очередной раз полностью проигнорировал все возражения Усоппа. — Возможно ты занимал у меня денег, но потом сделал себе пластическую операцию, чтобы я тебя не узнал?

— НЕТ, НЕТ!!!

В дополнение к своим словам, он яростно замотал головой из стороны в сторону

— Нет, не занимал? – скептически переспросил Луффи. — Я бы и рад тебе поверить, но мы тут уже все поняли, насколько ты превосходный врун. По-видимому, ты всё-таки занимал у меня денег, иначе бы не начал так сильно волноваться. Как же, как же… теперь я вспомнил! Приходил ко мне как-то один парень, который взял у меня триста миллионов, а затем бесследно исчез, словно его никогда и не существовало. Значит, вот ты где всё это время прятался? Ловко, чёрт возьми! Неудивительно, что я так долго никак не мог тебя найти… Ладно, мы немного отвлеклись. О деньгах, что ты мне должен, можно будет поговорить и позже, а сейчас давай лучше ты нам расскажешь, где прячутся твои восемьдесят миллионов подчинённых. Зоро, начинай рубить ему пальцы.

— Йосаку, подержи ему руку, — попросил мечник, доставая из ножен свою катану. — Ага, вот так.

— С-С-СТОЙТЕ!!!! Я ВСЁ РАСКАЖУ!!! Я ВСЁ ВАМ РАСКАЖУ!!! ХА-ХА-ХА!!!

Ужас парня достиг такой величины, что он принялся смеяться, истерично и с нотками безумия.

— Так начинай, а мы внимательно послушаем, — любезно предложил ему Джонни. – И только попробуй опять нам в чём-нибудь соврать, последствия тебе явно не понравятся.

— П-признаю вы меня р-раскусили, я д-действительно к-капитан… ха-ха-ха… похоже вы не оставили мне выбора, — несмотря на вполне связную речь, он всё больше и больше походил на невменяемого. — Развяжите меня, и я покажу, где скрываются… ха-ха… мои люди!

— Вот видишь, а говорил, что всё наврал! — наставительно попенял его довольный Луффи. — Хотя снова должен отдать тебе должное: ещё никто и никогда настолько бесстрашно не смеялся нам в лицо! Ты реально крутой капитан. Однако, можешь не стараться, я и так знаю, что ты задумал. Попытка, конечно, хорошая, но я не дам тебе возможности завести нас в ловушку. Поверь, ты нам всё расскажешь и без необходимости тебя развязывать. Зоро, руби ему пальцы!

— НЕ-НЕ-НЕЕЕЕЕЕЕТ!!!

Мечник послушно занёс катану над головой, а затем резко опустил, слегка крутанув, чтобы удар по пальцам пришёлся не лезвием, а плашмя.

Тук!

— Аргх…

Несмотря на слабый удар, практически обычный шлепок, глаза Усоппа закатились назад, со рта закапала пена, а сам он безвольно повис на верёвках, которыми его привязали к дереву.

— Пациент готов! – моментально вынес свой вердикт Луффи. — Все молодцы, а Зоро в особенности! Ну-ка, дай пять! Да! Сотый по счёту, напуганный до обморока гражданский засчитан!

— Серьёзно, мальчики, одно дело пугать дозорных и пиратов, и совсем другое обычных людей, — тяжело вздохнув, Нами подошла поближе, чтобы взглянуть на бессознательное тело Усоппа. Выглядел он плохо. Поправка. Он выглядел очень плохо. — Он там ещё живой? —невольно спросила она.

— Между прочим, мы никогда не начинаем первыми! — слегка возмутился Луффи. — Во всех таких случаях, наши жертвы сами нарывались… Да ты и сама всё слышала! Кто в здравом уме будет заявлять охотникам на пиратов, что он капитан пиратов? И восемьдесят миллионов последователей? Серьёзно? Его стоило помучить хотя бы ради того, чтобы он больше никогда так плохо не врал!

— Если бы за тобой целых полчаса носилась банда головорезов, обещающих повесить тебя на собственных кишках, ты бы потом и не так врать начал, — справедливо возразила девушка. — Тем более, чья бы корова мычала! Ты большую часть времени только и делаешь, что врешь!

— Во-первых, если бы какая-нибудь банда головорезов сошла с ума настолько, что решила на меня наехать, я бы развесил этих идиотов по деревьям на их собственных кишках. А во-вторых, я не говорил, что наказал его за враньё! Я наказал его за плохое вранье. Это совсем другое! Если он хочет и дальше врать, так пусть сперва научится правильно это делать.

— Твоя мораль, как всегда, оставляет желать лучшего, — проведя ладонью по лицу, прокомментировала Нами. — И что вы теперь будете с ним делать?

— А зачем нам что-то с ним делать? — не понял Джонни.

— Действительно, зачем? — поддержал его Йосаку. — Отвяжем, и пусть он себе тут валяется, пока не очнётся. Бросим за камень, чтобы кому не попадя глаза не мозолил, и хватит с него. Да что с ним тут вообще может случиться?

— Знаменитые последние слова, — усмехнулся Зоро. — Учитывая, сколько времени ты уже плаваешь вместе с Луффи, мог бы запомнить, что их ни в коем случае нельзя произносить. Ничему-то тебя жизнь не учит.

— Действительно, Йосаку, мог бы уже запомнить, — неодобрительно посмотрел на него Джонни.

— Гм… — искренне смутился парень. — Может в этот раз всё-таки ничего не случится?

В отличие от своего друга, он очень редко попадал впросак.

— С тобой-то точно ничего не случится, но ты подумал о длинноносом? — махнула рукой в сторону бессознательного тела Нами. — Он ещё такой молодой, а ты его уже на смерть обрекаешь.

— Угх…

— Не знаю, как насчёт вас, а лично я помираю с голоду, — совершенно не в тему произнёс Луффи, держась одной рукой за живот. — Я хочу жаренного мяса. Много-много жареного мяса. Так что давайте-ка вернёмся к нашим лодкам, вытащим их на берег, а после пойдём искать место, где можно вкусно поесть.

— Если тут такое место вообще есть, — вставил Зоро. — Деревня-то маленькая.

— Не найдём ресторан, так запрёмся к кому-нибудь в дом, — беспечно отмахнулся парень. — С таким количеством денег, которое есть у нас, жратву мы себе найдём в любом случае.

— А что насчёт длинноносого? — на всякий случай решил уточнить Джонни. — Оставляем его здесь? Даже после слов Йосаку?

— Хочешь сказать, ты собрался тащить его с собой? — вопросительно приподнял бровь Луффи. — В таком случае, сам его и понесёшь.

— Оставляем здесь, — понятливо кивнул Джонни.

У них не заняло много времени, чтобы закинуть длинноносого за один из валунов побольше, чтобы он никому ненароком не попался на глаза, а затем вернуться обратно и затащить все свои лодки на берег.

— Теперь осталось найти, где бы нам пожрать.

Захватив из денежной лодки один из многочисленных серебряных кейсов, они дружно направились в деревню, где без проблем сумели найти местный ресторан. К слову, он был маленьким и одним-единственным на всю деревню. Заказав жаренного мяса и спиртного в таком количестве, что у владельца заведения, седовласого худощавого старичка с косичкой, едва не случился сердечный приступ, вся семья расположилась в дальнем от входа углу. Каждый стол в помещении был огорожен деревянными перегородками, поэтому, пусть забегаловка не отличалась размерами и в неё часто заходили люди, долгое время никто им не мешал. Позволив, чисто в семейном кругу, вдоволь насладиться их долгожданной трапезой. В лодках горячей едой себя не побалуешь, из-за чего даже Нами с удовольствием умяла свою порцию мяса. Хотя, обычно, в отличие от сидящих вокруг неё «мальчиков», она относилась к мясу совершенно равнодушно.

— !!!

И вот, пока вся семья наслаждалась своей трапезой, начали раздаваться первые звоночки грядущих событий.

— Вам не кажется, что на улице стало как-то чересчур шумно? — спросил Зоро, отрываясь от бутылки.

Он был совершенно прав — на улице, где-то в отдалении, действительно кричал какой-то человек. Спустя минуту крикун приблизился к ресторану настолько, что стал понятен и смысл его криков.

— ПИРАТЫ!!! ПИРАТЫ ИДУТ!!! ЛЮДИ БЕГИТЕ, ПИРАТЫ ИДУТ!!!

Неизвестный крикун явно орал во всю мощь своих лёгкий, не жалея собственного горла.

— Пираты? — приподняла бровь Нами. — Откуда им здесь взяться?

— Может быть, не все пираты успели вовремя добраться до базы Дона Крига? – предположил Йосаку.

— Могу гарантировать, что с самой базы сбежать точно никто не успел, — поддакнул ему Джонни.

— Это только мне кажется или голос крикуна нам действительно знаком? — в свою очередь спросил Луффи.

Учитывая его Волю Наблюдения, вопрос вполне можно было считать риторическим.

— Я думаю знаком, — тем не менее, ответил Зоро, после чего ткнул пальцем в сторону окна.

За стеклом была чётко видима их последняя жертва, отличающаяся от всех прочих особо длинным носом и полным неумением правдоподобно врать. И сейчас, за этой самой жертвой, с какой-то стати, бежала, наверное, добрая половина населения всей деревни. Бежала, грозно потрясая различным хозяйственным инструментом. Судя по крикам, он уже давным-давно достал их со своим враньём насчёт пиратов. Более того, сегодня он уже один раз кричал о пиратах, а теперь принялся кричать во второй раз, поэтому у людей лопнуло терпение.

— Как вы думаете, насчёт приближающихся пиратов… это он случаем не о нас? — спросил Джонни.

— Так мы охотники, и он об этом знает, — возразил Йосаку.

— Учитывая, насколько сильно вы его напугали, он вполне мог засомневаться в правдивости ваших слов, — поделилась своим мнением Нами. — Или еще, как вариант, вы его напугали до такой степени, что он тронулся умом.

— Готов поставить всё содержимое нашего кейса, что во всём виноват Йосаку, — беспечно произнёс Луффи, потягивая через трубочку свой молочный коктейль.

— Почему это я виноват? — возмутился упомянутый парень. — Если уж кто и виноват, так либо ты сам, либо Зоро! Вы пугали его больше всех!

— Кто сейчас говорил про запугивание? Да что с ним тут вообще может случиться? — передразнил Луффи голос Йосаку. — Разве это были не твои слова? Твои! Именно поэтому, как уже сказал, готов поставить всё содержимое кейса, что именно ты во всем виноват.

— Пожалуй, соглашусь с тем, что во всём действительно виноват Йосаку, — поддержал своего капитана Зоро.

— Я тоже согласен! — кивнул радостный Джонни. — Серьёзно, пусть это станет тебе ещё одним уроком! — он с самодовольной улыбкой посмотрел на своего друга. — В конце концов, сколько можно наступать на одни и те же грабли?

Обычно что-то подобное постоянно говорили ему самому, из-за чего он просто не мог упустить настолько удачный момент

— …

Йосаку благоразумно промолчал: пытаться спорить сразу со всеми, было бы чистой воды самоубийством. А где-то ещё почти через час, из разговоров зашедших в ресторан людей, они все узнали, что Усопп, — имя того самого длинноносого парня, которое большинство из них уже успели благополучно забыть, — попытался похитить девушку. После того, как никто не поверил его крикам о пиратах, он попытался выкрасть местную аристократу прямо из её собственного имения. Богатая, молодая, со слабым здоровьем и огромным особняком, расположенным на краю деревни, противоположном от моря. В общем, есть на что позариться. Естественно, Луффи тут же выдвинул свою собственную «гипотезу».

— У парня дикий спермотоксикоз, вот у него и сорвало крышу, — состроив серьёзное выражение лица, заявил он.

В его голосе и словах нельзя было услышать и намёка на раскаяние.

— Тогда виноват не только Йосаку, а вы все! — констатировала Нами.

— Кто тебе такое сказал?

— Вы его напугали, вот он и сорвался.

— Скорее там, на пляже, когда он очнулся, то увидел какую-нибудь уединившуюся парочку, вот у него от зависти и потекла крыша, — парировал Луффи. — Так что во всём всё равно виноват Йосаку. Гарантирую.

— Точно-точно, именно он виноват! – охотно поддакнул ему Джонни.

— …

Обвиняемый во всех грехах парень опять промолчал, но зарубку на памяти сделал.

— И что дальше? — спросил Зоро, прикончив последнюю бутылку вина на столе. — Отплываем сегодня или ночь проведём на земле?

Вполне предсказуемо, что его ничуть не волновала судьба Усоппа, жизнь которого, возможно, была загублена навсегда. Или тот факт, что он мог быть одной из главных причин, почему эта самая жизнь оказалась загублена. Всё-таки по некоторым меркам Зоро мог считаться чуть ли не идеальным пиратом.

— Сегодня спим на земле! — без раздумий ответил Луффи. — Лодка мне надоела ещё вчера, поэтому нужен перерыв. К тому же, я совсем не против хорошенько расслабиться, и посидеть на берегу с удочкой. Мы явно заслужили себе небольшой отдых.

Остальные поспешили незамедлительно согласиться со своим капитаном, — они сами устали от лодки, — поэтому, купив несколько ящиков, целиком забитых самой разнообразной выпивкой, вся семья дружно направилась обратно на пляж. И хотя подспудно каждый из них ожидал продолжения истории с длинноносым парнем, они всё равно оказались застигнуты врасплох. Даже вечно всё знающего и просчитывающего наперёд Луффи.

— Пожалуйста, защитите мою деревню! — уткнувшись лбом в землю, перед несколько ошарашенной семьёй Соломенных Шляп, умоляющим голосом выдал Усопп.

Одна его рука, что примечательно, сильно кровоточила, как будто ему её прострелили.

— Кажется, он реально поехал крышей, — мудро кивнул головой Луффи. — Иначе бы он к нам и подойти побоялся. Или, может, он был таким изначально? Всё-таки ни один человек в здравом уме не будет врать о том, что у него есть восемьдесят миллионов подчиненных. У всего Мирового Правительства нет стольких солдат в подчинении, не говоря уже о каком-то пирате из Ист Блю. По-моему, на лицо явные проблемы с головой.

Он просто не мог оставить просьбу Усоппа без своего комментария.

— В смысле, защитить твою деревню? — переспросила более серьёзная Нами.

Попутно она уже привычно отвесила подзатыльник своему капитану, слишком сильно любящему болтать всякую фигню.

— Сдаётся мне, что когда он кричал о пиратах, он всё-таки имел в виду не нас, — констатировал и без того всем очевидный факт Джонни, держащий в руках один из ящиков с куплённой выпивкой.

— Да ну? — деланно удивился Йосаку, держа в руках второй ящик. — И что же тебя натолкнуло на подобную мысль? — его слова буквально сочились сарказмом.

Не зря же он делал зарубку на памяти! Он отнюдь не собирался забывать о том, что в недавнем споре его друг встал на сторону Луффи и Зоро. Пусть даже они, судя по всем последним событиям, были абсолютно правы.

— А он оказался храбрее, чем я думал, — произнёс мечник с отчётливо слышимыми нотками одобрения в голосе. — …Или намного глупее, чем мы подумали о нём с самого начала, — слегка подумав, добавил он.

В отличие от Джонни и Йосаку, он нёс в руках сразу два ящика выпивки… содержимым которых ни с кем не собирался делиться.

— Почти на сто процентов уверен, что он одновременно и храбрее, и тупее, чем мы думали, — усмехнулся Луффи.

— Мальчики, заткнитесь, — не особо громко, и без каких либо отчётливо слышимых эмоций в голосе, «попросила» Нами, из-за чего все парни тут же благоразумно замолчали. — Поднимайся! — она чуть повысила голос, обратившись к Усоппу, что всё так же стоял перед ними на коленях, уткнувшись лбом в землю. — Ты идёшь с нами на пляж, после чего расскажешь нам, что произошло.

— К-конечно! — почти сразу подскочил на ноги парень. — Спасибо вам бо… — и на этом завис, заворожено уставившись на рыжеволосую красавицу.

Было совершенно очевидно, что до этого самого момента он к ней не присматривался. Там, на пляже, когда он встретил Соломенных Шляп в первый раз, всем его вниманием завладели Зоро, Джонни и Йосаку. Они и по одиночке выглядели крайне внушительно, — особенно мечник! — но когда стояли рядом друг с другом, эффект не утраивался, а скорее усиливался на порядок. И когда в поле твоего зрения есть люди, идеально подходящие под образ «Всадников Апокалипсиса», до всего остального становится нет дела. Именно поэтому Усопп с таким опозданием по-настоящему обратил внимание на Нами, и его ступор легко можно было понять и простить. Фрукт и тренировки превратили её из пусть и красивой, но всё равно вполне себе обычной девушки, в сошедшую на землю Богиню. С непривычки, — да и, в большинстве случаев, с привычкой тоже, — её красота, особенно так близко и так неожиданно, напрочь выносила мозги всем без исключения особям мужского пола. Усопп, конечно же, тоже не стал исключением.

— Потеряли пацана, — констатировал Луффи.

Глава 9. Повстречались как-то раз врун, лжец и обманщик… Часть 2

К тому моменту, когда длинноносый всё-таки сумел вернуть себе способность мыслить, вся компания давно уже успела добраться до пляжа, где принялась обустраивать своё будущее место ночёвки. Пусть солнце ещё стояло высоко и они только-только поели, время приближалось к вечеру, поэтому нужно было заранее позаботиться об ужине.

— Так что насчёт спасения твоей деревни? — первым делом спросила Нами, когда мозг Усоппа вновь стал подавать признаки жизни.

Дело происходило рядом с только-только разведённым костром, над которым был подвешен большой котёл с водой. Усадив длинноносого на один из раскладных стульев, в достатке расставленных вокруг, она сначала перевязала его и вправду простреленную руку, после чего уселась рядом и начала свой допрос. Вернее, попыталась начать.

— Подожди, пусть он сначала ответит на мой вопрос, — влез подошедший к ним Луффи, прежде чем Усопп успел сказать хоть слово. — Скажи, ты знаешь кого-нибудь по имени Ясопп?

— Ясопп?! — глаза парня сделали попытку упасть на песок. — Конечно, я знаю, кто такой Ясопп! Это мой отец!!! А почему ты спрашиваешь? Стоп! Ты знаешь моего отца?! Ты знаешь, что с ним?! Ты знаешь, где он?! Расскажи мне, пожалуйста!!!

— Не скажу, что я так уж хорошо его знаю, — явно заюлил Луффи, что тут же отметила вся его семья, но осталось незамеченным его собеседником. — Скорее правильнее будет сказать, что я знаю о нём. Всё-таки с того момента, когда видел его в последний раз, прошло уже больше десяти лет. Однако точно знаю, что с ним до сих пор всё в порядке. Он довольно известный пират, плавающий на корабле одного из Йонко, «Рыжеволосого» Шанкса.

— Не может быть! – от восторга у Усоппа перехватило дух. — Мой отец состоит в команде настолько известного пират?!

— Зачем мне тебе врать? – пожал плечами парень. — Я и тебя о нём спросил только потому, что твоя внешность показалась мне знакомой. Плюс, ваши имена, Усопп и Ясопп, довольно похожи. Вот мне и стало интересно, имеете ли вы друг к другу какое-то отношение или нет? Всё Нами, теперь он твой, можешь спрашивать его о чём хочешь.

Оборвав едва начавшийся разговор, он резко отвернулся от них и отошёл в сторону.

— Хорошо, — кивнула девушка, и тут же повторила свой первоначальный вопрос: — Так что насчёт спасения твоей деревни? Как я понимаю, ей на самом деле угрожает опасность от пиратов?

Усопп и Нами смотрели друг на друга, поэтому они не увидели, как побелели Джонни, Йосаку и Зоро, при виде выражения лица Луффи. Доведись увидеть подобное выражение постороннему человеку, и потом бы он никогда в жизни не поверил в безобидность парня. Если с Нами в любой момент можно писать картину «Прекрасная Богиня», то с Луффи, когда он отвернулся от Усоппа, однозначно можно было написать только «Воплощение Дьявола». Парни понятия не имели, из-за чего их капитан состроил настолько запредельно жуткую физиономию, но они с уверенностью могли сказать, что он задумал какую-то нереальную пакость. И им оставалось только надеяться, что задуманная пакость будет направлена не на них. На кого угодно, но только не на них! Никто из парней не горел желанием умирать.

К счастью, Усопп начал рассказывать свою историю и она моментально отвлекла всех присутствующих, в том числе и Луффи. Сама история может и не отличалась особенной оригинальностью, но точно всяко лучше, чем повседневная рутина Соломенных Шляп. В точке «А» найти пирата «B» с наградой за голову «С», после чего убить его, ограбить и отогнать захваченный корабль пиратов в точку «D», чтобы получить за него сумму «E». И затем всё повторить, и повторить, и повторить. Конечно, они как могли старались разбавлять ежедневную рутину, но даже Луффи не был настолько всесильным, чтобы избежать её совсем. И тут длинноносый, без всяких усилий с их стороны, сам пришёл к ним со своей историей. Как уже говорилось, не слишком оригинальной, но зато во всём действительно оказался виноват Йосаку.

— А теперь давай подобьём всё, что мы сейчас от тебя услышали, — когда закончил говорить Усопп, произнёс Луффи. — Мы оставили тебя валяться на берегу, а когда ты проснулся, то умудрился подслушать нереально супер секретный разговор между капитаном Куро по прозвищу «Стратег», считающимся давно мёртвым, и неким Танго, способным гипнотизировать людей?

— Не уверен, что разговор между ними можно назвать настолько уж секретным… скорее просто тайным, — пробормотал Усопп. — И его звали Джанго, а не Танго.

— Итак, если верить твоим словам, Куро сейчас спокойно работает самым обычным зомби-дворецким, в особняке, в котором живет зомби-красотка, по которой ты давно сохнешь.

— Кая не зомби! — вскочил на ноги парень.

— Разве не ты сам сказал, что она всё никак не сдохнет? Как по мне, так чуть ли не идеально подходящее описание для зомби, — произнёс «искренне» сконфуженный Луффи.

— Я сказал, что она давно уже болеет и всё никак не выздоровеет!

— И что не так? Зомби она и есть зомби. Зомби тоже болеют, и не могут выздороветь.

— Луффи, она не может быть зомби, потому что она ещё жива, а для того, чтобы человек стал зомби, он должен сначала умереть, — поделился своим опытом Джонни.

На первый взгляд его вмешательство выглядело так, словно он пришёл на помощь Усоппу, но это только на первый взгляд. На самом деле он решил заранее начать зарабатывать себе «очки благорасположения капитана», на тот случай, если Луффи уже начал выбирать себе жертву среди присутствующих. И пусть Джонни не знал наверняка, почему, немногим ранее, его капитан продемонстрировал настолько жуткое выражение лица, он всё равно, чисто на всякий случай, решил подстраховаться. По некоторым не зависящим от него причинам, ему и так доставалось чаще других, поэтому нельзя было сказать, что его опасения беспочвенны. Тем более, много от него и не требовалось. Вовремя вставленная реплика, чтобы Луффи мог и дальше развивать, по большей части, идиотский по смыслу разговор, точно принесёт пару «очков благорасположения». Парень всегда любил, когда его семья помогала ему над кем-нибудь издеваться.

— Понятно, — кивнул Луффи, — получается она пока ещё не зомби. Жаль. Значит, в роли зомби у нас выступает только Куро.

— Куро тоже не зомби! — опять возразил Усопп.

— Ты разве не слышал слова Рю? — скептически приподнял бровь Луффи. — Для того, чтобы стать зомби, нужно сначала умереть, а Куро умер ещё три года назад, поэтому он стопроцентный зомби!

— Ты сам-то слышал, что я вообще вам тут сейчас рассказывал?! – Усопп начал горячиться ещё сильнее, из-за чего невольно повысил голос и сжал руку в кулак. — Куро подставил одного из своих людей, которого и казнили вместо него, а он сам скрылся, и теперь работает обычным дворецким!

Он пока ещё не понимал, что любые его попытки воззвать к голосу разума своего собеседника изначально обречены на провал.

— Понятно, — снова кивнул Луффи, — значит, пока вообще никаких зомби. А жаль, от их появления твоя бы история только выиграла. На будущее, советую тебе обязательно подумать о добавлении зомби… Но тогда получается, что Куро, который не зомби, уже целых три года работает у твоей напрочь больной девушки, что всё никак не может стать зомби? И всё только для того, чтобы получить её деньги?

— Да! — облегченно вздохнул Усопп, после чего уселся обратно на стул.

Он даже не стал ничего комментировать по поводу зомби.

— Что за неудачник, — сокрушенно покачал головой Луффи. — Гоняется за какими-то жалкими копейками… Кстати, что-то ты ничего не сказал, почему твоя заражённая живёт одна?

— Она не заражённая! И её родители умерли год назад.

— Совсем умерли? Или…

— Совсем!

— То есть у них не сложилось стать зомби, но их дочка всё равно не отчаивается и полна уверенности в том, что уж у неё-то точно получится стать зомби, так?

— Не так! Её родители не хотели становиться зомби! И Кая тоже не хочет становиться зомби! Она просто заболела после смерти своих родителей!

— Заразилась от них зомби-вирусом?

— Нет! Самое обычное ослабление организма из-за пережитого стресса! Никакого зомби-вируса!

— Уверен? — с сомнением спросил Луффи.

— Да!

— Жаль, так было бы больше драматизма… или идиотизма, что тоже хорошо. Получается, план Фальшивого Зомби заключается в том, чтобы позволить его бывшей пиратской команде перебить целую кучу народу в деревне. Заодно пираты будут должны попытаться исполнить давнюю мечту твоей девушки, окончательно сделав её зомби, перед этим как следует её… э-э-э… загипнотизировав? Чтобы она настрочила завещание, в котором отвалит все деньги твоему Фальшивому Зомби?

— Да… что-то типа того, — не найдя в себе силы дальше спорить, убито согласился Усопп.

— Тогда проясни мне ещё один момент и объясни, нафига ты пытался похитить свою богатую недозомби? Если чо, мы об этом в деревне слышали, поэтому даже не пытайся отмазаться. Признай, решил напоследок оттянуться с ней в ближайших кустах?

— Нет! Я сделал это только для того, чтобы защитить Каю от Курахадора!

— Это ещё кто такой, мать твою?! – удивлённо вытаращился на него Луффи.

Выглядело очень правдоподобно.

— Это капитан Куро! – пояснил Усопп. — Под именем Курахадор его знает вся наша деревня!

— Получается ты решил похитить свою ненаглядную от её дворецкого?

— Да! Только для того, чтобы спасти!

— Всё с тобой ясно, — на лице Луффи появилась понимающая улыбка. — Хотел набиться на героический секс, но слишком переусердствовал. В итоге, ничего не вышло и тебя обломали. Бывает.

— Нет, ничего подобного! У меня и в мыслях такого не было! Я всего лишь хотел её спасти и ничего больше!

— Ладно, с этим мы вроде разобрались, — проигнорировав все протестующие выкрики Усоппа, произнёс парень. — Тогда на повестке дня стоит ещё один вопрос. Точнее мне тупо интересно, откуда взялась целая команда пиратов? Да ещё старая команда, которая промышляет больше трёх лет? Я как-то думал мы уже перебили всех пиратов в округе, тем более таких старых, — состроив недоумённое выражение лица, он принялся слегка натирать пальцем свой подбородок. — Хотя-я-я-а-а… может это зомби-команда? — его глаза буквально вспыхнули от такого «озарения». — Мы, типа, их уже убили, а они взяли и воскресли? И теперь полны жажды мести, поэтому собираются отомстить всем живым? Потрясающе!

— О! — неожиданно расширились глаза Усоппа. — Я совсем забыл сказать! Гипнотизер, о котором я вам говорил, этот Джанго, носил форму капитана Морского Дозора.

— Капитан Морского Дозора с зомби-командой по вызову? Надо же, эта история становится намного интереснее! — растянул рот в широкой улыбке Луффи.

— Пираты прикидывающиеся дозорным? — усмехнулся Зоро. — Что-то мне это сильно напоминает.

Сказал один из пиратов, настолько хорошо прикидывающихся охотниками за головами, что других пиратов в округе просто не осталось.

— А что? — усмехнулся следом Йосаку. — Как по мне, так довольно умно! Иначе бы мы их уже давным-давно убили.

— Эй! — возмутился недовольный Луффи. — Ты чем меня слушал? Вполне возможно, что мы их и убили, просто они стали зомби. Серьёзно, сколько уже вам можно повторять?

— Да что ты так вообще зациклился на этих своих зомби? — спросил его в ответ Йосаку.

— В смысле?! Без зомби это практически самая обычная история, а я не хочу обычную историю! Зато с зомби добавляется элемент мистики, сразу делая всё намного интереснее.

— Луффи, не имеет значения, что хочешь конкретно ты, — закатила глаза Нами. — Реальность есть реальность.

— Тц, скукота… и, кстати, я так и не понял, зачем тебе мы? — спросил он Усоппа. — Ты так нас умолял, словно жителей твоей деревни кто-то реально перебьёт. Нападение, как я понял, будет только завтра утром? Так в чём проблема? За это время народ успеет добраться до противоположного конца острова… Ты же их предупредил, да?

— В том-то и проблема! Мне никто не поверил! — в отчаянии воскликнул Усопп, в порыве чувств ударив себя рукой по коленке.

— Они что, идиоты? — не понял Луффи.

— Нет, это все моя вина! — убитым голосом признался длинноносый парень. — До этого я каждый день врал им о том, что идут пираты, и теперь мне больше никто не верит.

— Ага, вот оно что, — кивнул Луффи. — Мы сегодня слышали, как люди говорили о том, что они уже все давно успели устать от твоего постоянного вранья. Вот значит как оно всё… А ещё мне теперь понятно, что идиот здесь только ты.

— …

— Ты что, никогда не читал сказку, о мальчике и волках?

— ?

— В этой сказке один малолетний дебил носился по округе и орал о том, что из леса прутся волки. Народ, естественно, тут же подрывался, хватался за оружие, и бежал на защиту парня и своих стад, овец там, коров всяких. Так повторялось раз за разом, а потом пришли настоящие волки… Не правда ли между этой историей и твоей есть много общего?

— И… и чем закончилась сказка? — с явным опасением спросил Усопп.

— Волков убили, и все оказались спасены.

— Правда?! — искренне обрадовался он.

— Конечно нет! Ты идиот? Его сожрали, и косточек не оставили! Сколько бы он не надрывался, пока волки рвали его на куски, никто так и не пришёл к нему на помощь. Народ только спустя некоторое время нашел его окровавленную одежду и обглоданную ногу в ботинке.

Усопп побледнел как полотно.

— С другой стороны, теперь мне окончательно ясна твоя проблема. Тебе никто не поверил, поэтому мы остались твоей единственной надеждой на спасение деревни.

— Да… так вы мне поможете? — огляделся длинноносый парень по сторонам. — Пожалуйста! — добавил он.

Усопп смотрел на Луффи, из-за чего не увидел, как на лицах остальных проступили кровожадные ухмылки. И в этот раз самая кровожадная ухмылка красовалась на лице Нами, что неудивительно. Всё-таки «защита любимой деревни» наиболее близкая для неё тема. Кроме того, учитывая сколько времени Луффи издевался над длинноносым, со всеми этими его зомби, никто в семье не сомневался, каков будет ответ их капитана. К тому же, Усоппу действительно нужно было отдать должное. Сначала он попытался предупредить всех сам, а когда ему не поверили, попытался спасти хотя бы девушку, но за все свои старания получил лишь пулю в руку и дурную славу. И теперь, вместо того, чтобы плюнуть на всех, пришел просить помощи у тех, от кого он, по-хорошему, должен был бежать без оглядки. Иными словами, можно было смело говорить о том, что Усопп понравился всем членам семьи.

Может длинноносый парень и был изрядным трусом, и ужасно плохим вруном, — или таким он казался только в сравнении с Луффи? — но когда дела пошли реально плохо, он не сбежал. Более того, проявил качества о наличии которых, вероятнее всего, и сам не подозревал. И вся семья знала своего капитана достаточно хорошо, чтобы, в этом конкретном случае, со стопроцентной вероятностью, предсказать его ответ на просьбу Усоппа помочь ему спасти жителей деревни. Им всем было очевидно, что они обязательно помогут. Без вариантов.

— И какого хрена мы должны тебе помогать? — широко зевнув, спросил Луффи. — Нам что, по-твоему, делать больше нечего? Спасибо тебе за рассказанную историю, но теперь можешь идти. Будь твоя девушка настоящей зомби или будь Фальшивый Зомби обычным зомби, я бы может ещё и помог, а так… фигня она и есть фигня. Слишком скучно. Даже связываться не охота.

Ухмылки на лицах Джонни, Йосаку, Зоро и Нами так и застыли. Право слово, сколько раз они ещё будут наступать на одни и те же грабли, прежде чем окончательно усвоят свой урок? Нельзя со стопроцентной вероятностью предсказать Луффи. Вот нельзя и всё.

— Ч-чт-то? — с трудом выдавил из себя Усопп.

После всего случившегося и всех разговоров, он явно рассчитывал на другой ответ.

— Спрашиваю, нафига нам тебе помогать? – непредсказуемый парень был абсолютно беспощаден. — Какая нам с этого выгода? Фальшивый Зомби для всего мира мёртв, поэтому награду за его голову нам получить не светит. Интересного в твоей истории тоже ничего нет. Хоть бы одного завалявшегося зомби приплёл… Да и вообще, с чего бы нам браться за это дело? Ты газеты читал? Мы только-только разобрались с крупной рыбой, так что у нас выходной. Всё понял? Тогда можешь идти.

— Вы… вы мне не поможете? — в шоке огляделся по сторонам Усопп. — Ророноа-сан, — обратился он к мечнику, — вы ведь самый главный? Пожалуйста, помогите мне! — опять, как и немногим ранее, он опустился на колени, уткнувшись лбом в песок. — Даже если сейчас мне нечего вам предложить взамен, когда-нибудь я вам обязательно отплачу, даю слово!

Сказать, что в этот момент Зоро почувствовал себя неуютно, значит ничего не сказать. Подняв взгляд от склонившегося перед ним Усоппа на Луффи, он увидел… Он увидел выбор. Непонятно, правда, зачем ему вообще предоставленный. Помочь едва знакомому парню, пусть тот и производил довольно благоприятное впечатление, или встать на сторону своего капитана, который значил для него в миллион раз больше, чем слово «капитан» могло передать? Да это даже выбором нельзя было назвать! Ответ мог быть только один. Именно он и прозвучал.

— Прости Усопп, но мой капитан уже сказал своё слово, — покачал головой Зоро. — Раз он решил, что мы не будем тебе помогать, нам остаётся только подчиниться.

— Ка-капитан?! — резко вскинув голову, Усопп в шоке уставился на Луффи. — Разве это не вы капитан? — ему взгляд переместился обратно на мечника. — В газетах всегда говорилось, что вы самый главный!

— Мало ли, что пишут в газетах, — слегка пожал плечами Зоро. — Луффи наш капитан, и именно он отдаёт приказы. Так что извини, ничего личного, но наш капитан уже сказал своё слово. Думаю, самое время тебе уйти.

Подавленный Усопп, поднявшись на ноги, неуверенно огляделся по сторонам. Луффи беззаботно улыбался, лицо Зоро ничего не выражало, как и лица Йосаку с Джонни, и только Нами слегка хмурилась.

— Разве… разве вы не охотники на пиратов? – в дрожащем голосе длинноносого парня легко можно было услышать нотки отчаяния. — Разве вы не должны помогать людям?

— С чего бы это? — слегка фыркнул Луффи от такой наивности. — Практически все без исключения охотники, в самую первую очередь, думают только о деньгах. Мы в этом плане не исключение. Иногда деньги и вовсе единственная причина, почему тот или иной охотник стал именно охотником. Вот и получается, что если в конце их не ждёт достойная награда за все труды, они никогда не возьмутся за то или иное дело. Да и кто в здравом уме станет рисковать своей жизнью за просто так? Могу тебя заверить, что охотники-герои долго не живут! Наконец, с чего ты вообще взял, что мы охотники?

— Ч-что? — непонимающе уставился на него Усопп. — В смысле, с чего я взял? Вы перебили всех хоть сколько-нибудь известных пиратов Ист Блю! И в газетах вашу команду всегда называли охотниками за вознаграждениями! Кем вам тогда ещё быть?!

— Зоро тебе уже сказал, что не следует верить всему, что пишут в газетах, — наставительно произнёс Луффи. — А насчёт того, кем нам ещё быть… пиратами, конечно же!

— Что?!!

— Могу повторить, если ты не понял с первого раза.

— Вы — пираты?! Невозможно!!!

— Почему?

— Потому что вы убиваете пиратов!!!

— И что это доказывает? — приподнял бровь Луффи. — Если ты не в курсе, то пираты всегда убивают других пиратов, а не только дозорных и гражданских.

— Но вы получаете награды за головы пиратов, поэтому вы не можете быть пиратами! – воскликнул потрясённый Усопп. — Дозорные просто не стали бы вам платить!

Он всё ещё пытался придерживаться логики, что было его главной ошибкой.

— Если кто-то о чем-то не знает, то это вовсе не означает, что этого нет или не может быть, — опять наставительно произнёс Луффи. — Однако, если тебе так уж интересно, могу сказать, что всё это было частью моего небольшого плана. Плана, который практически завершился. Нам больше нет необходимости выдавать себя за охотников за вознаграждениями, поэтому скоро весь мир узнает, что на самом деле мы — пираты! Теперь понимаешь? У нас нет ни одной причины тебе помогать. Так что если хочешь жить, советую тебе сваливать из деревни. В конце концов, ты честно пытался их спасти, но они тебе не поверили, поэтому ты за них больше не в ответе. Теперь, даже если они умрут, в этом не будет твоей вины. Сам подумай, ты пытался спасти им жизни, а они отблагодарили тебя тем, что прострелили тебе руку. По-моему, настало самое время забыть о них, и подумать о себе.

Усоппа буквально заколотило, а из его глаз градом покатились слезы:

— Пусть… пусть они не поверили мне… пусть они прогнали меня… прострелили мне руку… это всё равно моя деревня… я здесь вырос… я похоронил здесь свою мать… и я люблю свою деревню! И я не стану спокойно смотреть на то, как пираты будут убивать жителей моей деревни! Если никто мне не верит, если вы отказываетесь мне помочь, тогда… тогда я всё сделаю сам! Сам остановлю пиратов! И тогда… и тогда это всё просто станет ещё одной моей ложью! И всё. Ничего больше.

Наблюдательный человек легко бы заметил, что маленькая речь Усоппа произвела ощутимое впечатление на собравшихся возле костра людей… кроме одного. Тут без сюрпризов. Луффи смотрел на длинноносого так, словно он полный идиот.

— Не могу не отдать должное твоей храбрости и преданности, но не нужно тешить себя иллюзиями, — насмешливо произнёс он. — Ты ни за что на свете не сможешь остановить пиратов от нападения на твою деревню. Максимум чего ты сумеешь добиться, так это убить нескольких из них. И только в том случае, если подготовишь хорошую засаду и проявишь полную безжалостность. Иначе ты вообще не сумеешь ничего им сделать.

— Ты… ты не можешь этого знать наверняка! — вытерев слезы рукой, Усопп посмотрел на Луффи яростным взглядом.

— Между нами двумя, я тут единственный, кто имеет дело с реальными пиратами на регулярной основе, а значит единственный из нас двоих, кто понимает реальное положение вещей, — абсолютно справедливо заметил он. — Если ты действительно собрался противостоять пиратам, то ты умрешь. Факт. Не веришь мне? Тогда спроси у них, — он слегка качнул головой в сторону Йосаку и Джонни. — Как я уже сказал, даже при самом благоприятном стечении обстоятельств у тебя нет никаких шансов. Максимум чего ты сумеешь добиться, так это того, что на твою деревню нападет чуть меньше пиратов, чем напало бы изначально. Конечно, есть небольшая вероятность, что этим ты спасёшь несколько жизней, но само нападение твоё самопожертвование не предотвратит. Так стоит ли игра свеч?

— Пусть так, — неожиданно спокойно произнёс Усопп. — Пусть мои усилия спасут только несколько человек… но я всё-таки спасу этих нескольких человек!

— Что ж, дело твоё, — равнодушно пожал плечами Луффи. — Тогда, позволь мне хотя бы дать тебе два совета. Помогать мы тебе не собираемся, но лично против тебя я ничего не имею. Считай, что тебе просто не повезло. Такое случается.

— Что… что за советы?

Судя по крепко сжатым кулакам, длинноносому парню сильно не понравилось, что ему сказал Луффи, — как и безразличный тон, каким он это всё сказал, — но Усопп всё равно был готов слушать, если это могло помочь спасти ему ещё больше жителей деревни. Серьёзно, он нравился членам семьи всё сильнее и сильнее. Жаль только, что ему вскоре предстояло умереть. Наверное.

— Во-первых, раз ты подслушал этого своего Фальшивого Зомби, валяясь за тем камнем, за которым мы тебя бросили, ты явно решил, что и нападать они будут по дороге, расположенной рядом. Так?

— А разве нет? — нахмурился Усопп.

— Вполне возможно, — не стал отрицать такой вариант Луффи. — Однако, на мой взгляд, дорога по которой мы вернулись на пляж, намного удобнее для нападения. Мало того, что она подходит к самой деревне, так ещё, в отличие от первой, практически на всём своём протяжении проходит через лес. Если пираты будут нападать по ней, тогда жители деревни не смогут их увидеть до самого последнего момента. По другой дороге, идущей через поля, их смогут заметить ещё издалека. Думаю, твой Фальшивый Зомби не просто так получил прозвище «Стратег», поэтому такие вещи он должен понимать не хуже меня. Конечно, я могу ошибаться, но тут уже решать тебе самому.

Усопп кивнул.

— Теперь, касательно моего второго совета… наклонись… давай, давай, наклоняйся! – поторопил Луффи, когда длинноносый парень недоумённо замер на месте. — …Вот так, молодец! – чуть погодя добавил он, поднимая руку. — А теперь прочувствуй как следует.

Раздался громкий щелчок и Усопп обнаружил, что земля с небом стали стремительно меняться местами друг с другом. Земля, небо, земля, небо, и так много-много раз! Пока его впечатляющий полёт не прервался ударом об землю, после чего он ещё прокувыркался по песку и только потом остановился. И, словно мёртвый, остался неподвижно лежать.

— Угх!

Усоппу потребовалось несколько минут, прежде чем он пришел в себя настолько, чтобы вновь начать хоть немного соображать. С трудом приподнявшись на руках, он уселся на задницу. У него шумело в голове, мир вокруг странно покачивался, а сам он вообще не понимал, что с ним произошло. И только лишь через пару минут он, наконец, осознал, что рядом с ним стоит улыбающийся Луффи.

— Ну как, пришёл в себя? – не переставая улыбаться, спросил он. — Понимаешь, что я тебе говорю?

Усопп несколько заторможено кивнул.

— Отлично! Значит, теперь ты знаешь, что с тобой случится, когда пираты доберутся до тебя. Ты только учти, что я поставил тебе лишь один-единственный щелбан. Однако, можешь быть уверен, пираты, против которых ты будешь завтра сражаться, не будут столь великодушны. И это мой тебе второй совет. По крайней мере, теперь ты немного представляешь, против какой силы тебе предстоит сражаться. А теперь удачи! И бывай.

С этими словами Луффи вернулся обратно к костру, вокруг которого остальные Соломенные Шляпы уже успели развить бурную деятельность. Пока Усопп рассказывал им свою историю, вода в котле нагрелась и закипела, поэтому пора было всерьёз браться за готовку их будущего ужина. Собственно говоря, именно этим они и занялись.

— …

Молча проводив Луффи взглядом, длинноносый парень, всё также немного заторможено, поднялся на ноги. Убедившись, что мир вокруг перестал раскачиваться из стороны в сторону, он медленно побрёл прочь от пляжа, а заодно расположившихся на нём знаменитых охотников, на деле оказавшихся самыми настоящими пиратами.

— И что это было? — первым делом спросила Нами, стоило Луффи вернуться обратно к костру, а Усоппу направиться прочь от них.

— Что «это»? — уточнил парень, усаживаясь на стул.

— Ты и сам прекрасно знаешь что.

— Если ты про то, как я отказался помочь Усоппу… хм… скажем, сегодня у меня плохое настроение. Возможно, встал не с той ноги, или слишком мало жареного мяса в организме. Всё-таки один обед, каким бы плотным он не был, не компенсирует мне несколько дней без мяса.

— Это не ответ!

— Хм… тебя не устраивает мой ответ?

— Ты прекрасно знаешь, что если ты прикажешь мне заткнуться, то я заткнусь, — хмурая Нами сложила руки на груди. — Но я не понимаю, зачем ты сделал всё, что сделал. Зачем говорил с Усоппом, если не собирался ему помогать. Зачем давал советы, если он всё равно завтра умрёт. Он не настолько сильный, чтобы справиться с целой пиратской командой, насколько бы успешную засаду он на них не устроил. У него просто не может быть ничего такого, что помогло бы ему справиться с несколькими десятками, а то и больше, вооруженных людей. И я не понимаю, зачем ты поставил Зоро перед выбором между собой и Усоппом. И даже не пытайся утверждать, что ты этого не делал! Ты прекрасно знаешь, как мы относимся к тебе самому и твоим приказам, поэтому во всём этом не было никакой необходимости. Так зачем? Зачем ты это всё устроил? Это не было похоже на твои обычные развлечения!

— Дело в Ясоппе? — предположил Зоро, так же заинтересовавшийся мотивом Луффи. — Когда Усопп спросил тебя о нём, ты явно о чём-то умолчал. Вы с ним враги?

— Не буду говорить, что он совсем не причём, но дело вовсе не в нём…. И нет, мы с ним больше друзья, чем враги.

— Это как так? — не понял Йосаку.

— Не заморачивайся, — посоветовал ему в ответ Луффи.

Можно было даже не сомневаться, что он умолчал о чём-то важном.

— Так в чём тогда дело? — не отставала Нами. — Тебе не понравился сам Усопп?

— С чего бы это? — озадаченно посмотрел на неё парень. — Скорее наоборот, очень даже понравился! Трус трусом, но в нём есть стержень, поэтому в будущем он сможет стать по-настоящему сильным. Вдобавок, Усопп явно восхищается своим отцом, а батя у него, я вам сразу скажу, довольно крут. И очень-очень талантлив! В связи с чем питаю сильную надежду, что, потенциально, наш нереально длинноносый друг, как минимум, не менее талантлив, чем его отец. Кроме того, он явно мечтает о том времени, когда сможет сам стать пиратом. По-моему, идеально.

И тут Зоро, наконец, понял, почему Луффи вёл себя так, как он себя вёл. Со смачным шлепком приложив ладонь к лицу, мечник громко застонал, чем мгновенно привлек к себе внимание, из-за чего на нём перекрестились взгляды всех присутствующих.

— Ты хочешь пригласить его в семью, — не спросил, а констатировал факт зелёноволосый парень.

Три взгляда, ставших ошарашенными, мгновенно переместились на Луффи.

— Я думал, что это было очевидным, — обиженно надул губы тот.

Ещё три смачных шлепка и протяжных стона стали ему ответом – это Джонни, Йосаку и Нами последовали примеру Зоро.

— Я вот только одного не пойму, — немногим погодя произнёс Джонни, когда вся их честная компания вернулась к готовке. — Если ты собрался пригласить Усоппа к нам в семью, тогда зачем так жёстко себя с ним повёл? После такого он может и отказаться отправиться в море вместе с нами.

Кто-то чистил картошку, кто-то резал лук, кто-то занимался салатом, кто-то делал что-то ещё. Они пробыли вместе уже достаточно долго, чтобы каждый из них, без всяких уточнений, знал свои обязанности.

— А как иначе? — слегка пожал плечами Луффи. — Я должен быть абсолютно точно уверен в том, что, когда настанет критический момент, Усопп будет способен поставить на кон собственную жизнь. Мы все знаем, что, каждый из нас, без всяких раздумий, отдаст жизнь за любого другого члена нашей семьи. И одна из моих главных обязанностей, как вашего капитана, состоит в том, чтобы любой новый член нашей семьи, потенциально был способен сделать то же самое. Я не собираюсь никого из вас терять, только из-за того, что был недостаточно пристрастен при отборе кандидатов в нашу семью. Усопп мне понравился, и я знаю, что вам тоже. Однако только завтрашний день покажет, способен ли он стать членом нашей семьи, или нет.

— Раньше ты не был таким дотошным, — прокомментировал его слова Йосаку.

— Ага, нас ты затащил в семью едва только увидев, — поддержал своего друга Джонни.

Луффи в ответ перестал резать лук и, подняв взгляд от доски, молча уставился на парней.

— …

— Что? — не понял Джонни. — Так всё и было! Или ты уже сам забыл? Ты потащил нас за собой буквально через две минуты после знакомства! Мы тогда даже не хотели быть пиратами!

Луффи молча продолжил смотреть, из-за чего уже сам парень неуверенно посмотрел на Йосаку, который, нахмурив брови, явно о чём-то задумался. К этому моменту разговором успели заинтересоваться и Нами с Зоро. Тем более, последний отлично помнил день вступления двух друзей в их семью, поэтому тоже мог подтвердить, что они не проходили никаких проверок. Вот только покровительственный взгляд Луффи прямо-таки кричал о том, что в тот день всё произошло несколько не так, как им всем всегда казалось. Или всё так, но помимо этого тогда произошло что-то ещё?

— Ты… ты нашёл нас раньше, да? — совсем неудивительно, что первым сообразил именно Зоро.

Во-первых, он пробыл со своим капитаном дольше всех, а во-вторых, они практически с первых дней знакомства оказались с ним если и не на «одной волне», то достаточно близко, чтобы «сигналы иногда пересекались».

— Конечно! — широко улыбнулся довольный Луффи.

— Насколько раньше ты нас нашёл? – неожиданно очнулся Йосаку.

— Ещё когда Зоро отдал вам труп первого идиота, того самого, которого он убил в баре, — любезно пояснил парень. — Он тогда ещё выставил условие, что вы заплатите за его будущий обед.

— Так ты в тот день наблюдал за нами с самого начала?! — удивленно воскликнул Джонни.

— Ты наблюдал за нами с самого начала? — в противоположность своему другу, севшим голосом спросил Йосаку, мгновенно покрывшись заметной испариной.

Остальные члены семьи недоуменно посмотрели на него, но затем дошло и до них, из-за чего Джонни и сам незамедлительно покрылся испариной, фрукт ящерицы-переростка или нет. Друзья с болезненной чёткостью осознали, что прими они в тот памятный день хоть одно неверное решение, и он вполне мог стать последним днём в их жизни.

— Всё правильно, я наблюдал за вами с самого-самого начала! — чуть ли не пропел довольный Луффи, когда вдоволь насладился выражением лиц Джонни и Йосаку. — Сперва хотел вас ограбить и затем посмотреть, что вы будете делать дальше, деньги-то не ваши, — продемонстрировал он всем желающим свои белоснежно белые зубы. — Но потом немного подумал и решил проверить, не захотите ли вы сделать вашу последнюю в жизни глупость самостоятельно? Однако представьте себе моё удивление, когда вы не только не сделали ни одной глупости, но ещё без раздумий рискнули своими жизнями, когда решили выступить вдвоём против бандитов, чтобы спасти совершенно незнакомого вам пацана. Зачёт сдан, как говорится.

— И всё? — с сомнением спросила Нами.

— Конечно нет! – не согласился парень. — Ещё оставался вопрос с их принадлежностью к охотникам, но тут они уже сами забили последний гвоздь в крышку своего общего гроба. Никто их в тот день не тянул за язык, и не заставлял набиваться в компанию к Зоро. Естественно, даже после такого я не мог так сходу взять, и пригласить их в семью. Именно поэтому я тогда решил взять их на испытательный срок.

— В смысле? — спросил Джонни, на лице которого, как и на лицах Зоро и Йосаку, проступило искреннее непонимание. — Ты же сходу нас тогда позвал в семью!

— Тогда и речи не шло ни о какой семье. Я просто пригласил вас на борт Нечто, пусть и без возможности отказаться. В саму семью я вас принял только в тот день, когда вы съели свои фрукты. Если помните, я сказал, что это мой вам подарок, в честь принятия в семью.

На лицах друзей сначала отразилась напряженная работа мысли, и только затем легкая задумчивость. Они явно сопоставили рассказ Луффи со своими воспоминаниями, и, судя по одолевшей их задумчивости, нашли подтверждения его словам.

— А как насчёт меня? — спросил хмурящийся Зоро, очевидно, в свою очередь, вспоминающий детали их первого знакомства. — Меня ты тогда сразу пригласил в свою семью, почему?

— Ты это сейчас серьёзно? — посмотрел на него Луффи.

Причём посмотрел таким взглядом, что мечник почувствовал непреодолимое желание провалиться сквозь землю. Однако провалиться у него не получилось, поэтому он ограничился лишь тем, что мучительно покраснел. И крепко сжал зубы, чтобы не ляпнуть ещё какую-нибудь глупость.

— …В чём прикол? – спросил недоумевающий Джонни.

Он явно ничего не понял, но был слишком любопытным, чтобы промолчать.

— Зоро, фактически, таскает с собой свою личную автобиографию, — Луффи указал пальцем на белую катану зелёноволосого парня. — Она за первые несколько секунд, после нашего знакомства, рассказала о нём больше, чем до этого вся собранная мною информация.

— Блин, я тоже хочу уметь слышать голоса вещей! – признался парень не скрывая своей зависти.

— …Собранная тобою информация? — после небольшой паузы, медленно произнёс Зоро, а затем его единственный видимый глаз моментально окрасился в красный цвет — настолько много сосудов в нем лопнуло за раз. — Хочешь сказать, в тот день, ты узнал меня с первого взгляда?! – с трудом сдерживая свою ярость, сквозь зубы, прошипел он.

В этот момент его голосу могла позавидовать любая змея на свете. Несмотря на два прошедших года, он отчётливо помнил момент своей первой встречи с Луффи. Всё-таки тогда навсегда закончилась его нормальная жизнь, и началось форменное сумасшествие, словно хвост кометы сопровождающее его капитана. Учитывая же, что за капитаном принято следовать… ощущение «нормальности» все новые члены семьи теряли в самую первую очередь.

— К тому моменту, когда мы встретились, народ тебя уже считал лучшим мечником Ист Блю, поэтому конечно я тебя сразу узнал! — Луффи опять наградил своего первого помощника таким взглядом, словно перед ним полный идиот. — У тебя зелёные волосы и ты носишь три меча, из-за чего тебя сходу способен узнать любой человек, хоть раз слышавший твоё описание! А у меня, к моменту нашей встречи, помимо описания, уже имелось несколько твоих фотографий и целая куча разнообразной информации… Хотя, не буду отрицать, когда ты буквально свалился мне на голову, я первые пару минут думал, что у меня поехала крыша от жары. К тому моменту я только-только начал подумывать о том, чтобы отправить людей на твои поиски, пока тебя не прибили или ты не присоединился к кому-нибудь другому. И тут на тебе вам! Вот он ты, весь из себя такой наивный и беззащитный, бей не хочу. Да ещё буквально горящий желанием не только присоединиться к моей семье, но и стать моим первым помощником. Честное слово, сам не ожидал!

Надо отдать Зоро должное, после истории с Зорри «Три Вантуза», его уровень толерантности взлетел на ранее совершенно недостижимую высоту. Ещё неделю назад он бы уже давно пытался порезать своего капитана на ломтики, а теперь ограничился лишь тем, что закрыл свой глаз, и принялся делать большие успокаивающие вдохи и выдохи. Луффи тут же скорчил недовольную физиономию. Вполне предсказуемо, что он стал единственным в семье, кого ничуть не обрадовала новоприобретённая способность мечника, выдерживать практически все сыплющиеся на его голову подколки. Зато остальные вздохнули с изрядным облегчением. Теперь находиться рядом с этой парочкой стало намного безопасней.

— А как насчёт меня? — спросила Нами, когда Зоро окончательно успокоился. — Меня ты тоже пригласил в семью с самого начала!

— Ещё один дятел… дятла… дятлуха… блин, я забыл как зовут самку дятла!

Луффи явно хотел саркастично закатить глаза, но, в итоге, расстроил сам себя, из-за чего скорчил недовольное выражение лица.

— Дятел здесь только ты!

— Уж кто-кто, а ты бы лучше вообще молчала. В отличие от остальных, о тебе я в первый раз узнал больше четырёх лет назад, и с тех пор практически никогда не выпускал из виду.

— Что?! — челюсть Нами попыталась упасть на песок.

— Ага, я тогда сам с трудом мог поверить, что какая-то соплячка стащила принадлежащие мне деньги, — понимающе покивал головой Луффи.

— ЧТО?!!

К отвисшей челюсти девушки присоединилось сразу ещё три дополнительных челюсти.

— Понимаю ваше удивление, — снова покивал головой парень. — Я тогда чуть не поубивал всех этих идиотов, когда они мне посмели заявить, что предназначавшиеся мне деньги стащила какая-то четырнадцатилетняя девчонка. Подумал, что придурки вздумали меня кинуть, но потом всё-таки решил проверить и, представьте себе моё удивление, когда всё подтвердилось… Между прочим, мои тупоголовые братишки, узнав о том, что меня ограбила девчонка, ржали как кони.

Он обвиняющим взглядом посмотрел на Нами.

— Я… я украла твои деньги? — кое-как найдя в себе силы, прошептала буквально помертвевшая от ужаса девушка.

— Она украла твои деньги?! — с едва ли не ещё большим ужасом и хором, воскликнули остальные парни, включая Зоро.

— Офигеть, неправда ли?! — широко улыбнулся Луффи. — Лучшего способа привлечь моё внимание и придумать сложно!

Нами всхлипнула от ужаса, а парни, вслед за ней, помертвели от этого самого ужаса. Стащить деньги у Луффи? Ещё более худшего способа привлечения его внимания никто из них и представить себе не мог. Да и существовал ли такой способ вообще?

— Я сначала сходу хотел идти и мочить тебя, причём в особо жестокой форме, — чуть смущенно признался парень. — Однако потом малость успокоился и словил прикол. Всё-таки я с самого детства был занят тем, что всех грабил и убивал, а тут в первый раз в жизни кто-то сумел ограбить меня. Вот я и взял тебя на карандаш, поэтому народ мне постоянно о тебе докладывал. Пару раз, когда ты была поблизости, даже сам наблюдал за тобой. И всё думал, когда же тебя прикончат? — прикрыв глаза, он издал лёгкий смешок, словно вспомнил что-то забавное и хорошее. — Мы даже с Эйсом, моим непутёвым братишкой, забивались по этой теме. Никто из нас, правда, так ни разу и не выиграл.

Прервавшись, он слегка покачал головой и снова издал лёгкий смешок.

— Ты, назло всем заключенным между нами пари, упорно продолжала воровать, и убегать. Вполне естественно, что со времен я заинтересовался твоими способностями навигатора и картографа. Заинтересовался настолько, что не поленился проверить их с помощью одной подставной пиратской команды, которая взяла тебя к себе на борт. И ты тогда показала высший класс, из-за чего мой интерес к тебе только усилился. Спустя ещё какое-то время, когда ко мне уже успел присоединиться Зоро, я начал всерьёз подумывать пригласить тебя в семью. Всё-таки нам нужен был свой первоклассный навигатор, а все другие кандидатуры меня не устраивали по тем или иным причинам. Потом я и Зоро вышли в море, где мы повстречали Рю и Йосаку, которые затем стали фруктовиками. Тут уже стало очевидно, что если мы, в самом скором времени, не найдём себе в семью толкового навигатора, рано или поздно, однозначно потонем. А я плавать не умею. Про Рю и Йосаку и вовсе говорить нечего, «топоры» они и есть «топоры». Вот тогда и принял окончательное решение пригласить тебя к нам в семью. И все мы знаем, что оно того стоило.

Закончив делиться своими воспоминаниями, Луффи ностальгически вздохнул и открыл глаза. И тут же понял, что большая часть его речи прошла мимо ушей слушателей. Все члены семьи всё ещё пыталась справиться с бомбой, сброшенной на них в самом начале монолога.

— Я украла у тебя деньги… Я украла у тебя деньги… Я украла у тебя деньги… — словно сломанная пластинка, раз за разом повторяла Нами одну и ту же фразу.

— Она украла у него деньги, — невидяще уставившись перед собой, произнёс Джонни.

— Она украла у него деньги, — невидяще уставившись перед собой, произнёс Йосаку.

— Она украла у него деньги, — невидяще уставившись перед собой, произнёс Зоро.

— Она украла у него деньги, — пошёл Джонни на уже чёрт знает какой по счёту круг.

С точки зрения большинства членов семьи Соломенной Шляпы, в мире существовало несколько незыблемых вещей. Восход солнца. Наличие гравитации. Звезды на небе. Невозможность украсть деньги у Луффи и остаться безнаказанным. В общем, незыблемые вещи они и есть незыблемые вещи. И, до сегодняшнего дня, всё это исправно работало. Солнце всходило, гравитация притягивала, звезды сияли, а деньги Луффи всегда оставались деньгами Луффи. Ключевое слово всегда. Крючочек на Нечто? Сокровища совсем не охраняются? Нами когда-то тоже была наивной, поэтому, на протяжении двух первых месяцев, с момента её принятия в семью, упорно продолжала совершать чуть ли не ежедневные попытки удрать если и не со всеми сокровищами, хранящимися на Нечто, то точно их значительной частью. Провал следовал за провалом, но она не сдавалась. И не сдавалась ровно до тех пор, пока собственными глазами не увидела, что случается с безумцами, решившими позариться на деньги Луффи.

Как и в случае с Нами, одна банда полных недоумков легко обчистила Нечто… Собственно говоря, с этим и у самой девушки никогда не возникало никаких проблем, тогда как главные трудности у недоумков начались потом. И под словом «трудности» подразумевалось, что на огонёк к ограбившим Нечто бандитам заскочил Луффи. Как он неизменно «заскакивал на огонёк» к Нами, несмотря на все используемые ею ухищрения при заметании своих следов. Вот только в отличие от неё, бандиты не состояли с парнем в одной семье, из-за чего она практически сразу смогла оценить разницу. И пусть к тому моменту она уже давно считала, что все деньги, на которые она может положить руку, принадлежат только лишь ей, после случая с бандитами, в правило было незамедлительно внесено одно-единственное исключение. И это исключение звучало следующим образом: «Деньги Луффи принадлежат Луффи». Точка. Тем более, всё новые и новые идиоты, раз за разом посягающие на деньги парня, постоянно освежали её воспоминания. Благодаря этому она ни на мгновение не забывала об одном единственном исключении, собственноручно внесённом в её же выработанное правило. Это уже потом она осознала ещё парочку важных истин.

Во-первых, Железный Ящик и крючочек на Нечто, символизировали вовсе не сейф и замок, как она считала изначально, а самую настоящую мышеловку. Сыром в которой выступали кейсы с деньгами и многочисленные сокровища, а запахом от сыра внешний вид и надпись на двери. И, как и в случае с мышеловкой, хозяину не было нужды сторожить саму мышеловку, отсюда и деланное отсутствие какой-либо охраны сокровищ. Зачем охранять, когда жертва, как и в случае с настоящей мышеловкой, мгновенно обрекала себя на смерть, едва стоило ей прикоснуться к заветному «сыру»? Воля Наблюдения Луффи с успехом заменяла прочнейшие в мире сейфы. А затем, когда «мышки» попадались, приходил наглый и довольный кот, в роли которого выступал сам парень, после чего «мышки» очень быстро подыхали. И зачастую ужасным образом.

В чрезвычайно редких случаях, некоторые «мышки» всё-таки сохраняли свои жизни, но зато, как минимум, очень-очень сильно беднели или оставались должны. Сильно должны. Ведь все в мире знают, что человеческая жизнь бесценна… по крайне мере, именно на этот факт всегда особенно сильно напирал Луффи, когда речь заходила о выкупе за чью-нибудь жизнь. И, в своё время, в качестве одного из таких выкупов, пойманные им «мышки» притащили ему в своих лапках фрукт для Нами. В общем, потребовалось время, но девушка поняла, что вся ситуация с Железным Ящиком и его содержимым, была не более чем очередным способом парня наполнить свою жизнь дополнительным весельем. Весельем в его понимании, конечно.

Во-вторых, спустя какое-то время Нами с удивлением осознала, что если кто-то является частью семьи Соломенной Шляпы, он смело может трясти с Луффи деньги, и ничего ему или ей за это не будет… Ладно, пусть не «трясти», но просить можно было точно! Однако даже с учетом такого откровения, «Деньги Луффи принадлежат Луффи». Это, опять же, означало, что, если ты не член семьи Соломенной Шляпы, то невозможно украсть деньги у Луффи и остаться безнаказанным. Нерушимый закон вселенной. Проблема заключалась в том, что четыре года назад Нами, совершенно точно, не являлась частью упомянутой семьи. Будучи девочкой крайне смышлёной, а также неоднократно наблюдавшей собственными глазами, что случается с людьми вздумавшими позариться на деньги Луффи, она очень живо себе представила, что с ней могло произойти четыре года, сложись история иначе. И окружающие её парни тоже отлично это представляли, поэтому и реакция у них была соответствующая.

— Она украла у него деньги, — невидяще уставившись перед собой, в который уже раз произнёс Зоро.

— Она украла у него… — пошел было на новый круг Джонни, но, наконец, был перебит своим капитаном.

— Ой, да ладно вам! — немного раздраженно воскликнул Луффи. — Не говорите об этом так, словно настал конец света! Всякое в жизни случается.

Эта фраза всё-таки сумела немного расшевелить Нами.

— Ага… конец света не настал… ха-ха… а вот мне мог… ха-ха… конец… ха-ха…

— Да забудь ты уже, — тяжело вздохнув, посоветовал ей Луффи. — Как говорится, это было давно и неправда… тем более, оно почти так и есть. Может, я тогда и разозлился настолько сильно, что засыпал каждый день с мыслью, как буду резать тебя на кусочки, но успокоился уже спустя всего пару месяцев.

На этом месте глаза Нами закатились, а она сама опрокинулась назад, в глубоком обмороке упав со стула на песок.

— …Наверное зря я сейчас вспомнил про разрезание на кусочки, да? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Луффи.

В итоге, заканчивать с готовкой ужина ему пришлось одному, что он и сделал. Однако сначала растормошил девушку и напоил её валерьянкой, а парням выдал ящик выпивки, попутно убрав подальше всё остальные, чтобы они не смогли упиться до полного беспамятства, в надежде забыть его откровения. Завтра с утра намечалось интересное представление, и он не собирался идти на него в одиночку только потому, что у всей его семьи оказались на удивление слабые нервишки. И это после всего ими пережитого? Позор! А ещё ему пришлось молча мириться с тем, что все парни старательно держались между ним и Нами на протяжении всего вечера. И смотрели на него такими глазами, словно он в любой момент мог наброситься на неё и оторвать ей голову. Даже Зоро, почти всегда и во всём его поддерживающий, не сводил с него взгляда и ни на мгновение не убирал руку с белой рукояти своей самой ценной катаны.

В ответ на «беспричинную травлю» со стороны своей семьи, Луффи принялся усиленно изображать из себя всеми обиженного, никем непонятого и вообще незаслуженно обвинённого человека. Получилось у него это с вполне ожидаемым успехом. Примерно с таким же успехом, как получилось бы прикинуться невиновным у застигнутого на месте преступления маньяка-убийцы, давно разыскиваемого правительством. Маньяка-убийцы с ног до головы забрызганного кровью, среди заваленной трупами улицы, и сотней свидетелей, в один голос утверждающих о его виновности. В общем, вечер удался. Да и запланированное на утро представление тоже прошло не без огонька… как в прямом, так и переносном смысле.

Глава 9. Повстречались как-то раз врун, лжец и обманщик… Часть 3

— А он неплохо подготовился, — первым делом произнёс Луффи, когда закончил оценивать в бинокль, все сделанные Усоппом приготовления. — Голова у него явно работает.

Дело происходило на толстой ветке одного очень высокого дерева, на котором, под мудрым руководством парня…

— Хочу наблюдательный пункт, во-о-он там!

— Луффи, никто из нас знать не знает…

— Пофиг! Хочу пункт!

— Луффи…

— Хочу!

…был сооружён импровизированный наблюдательный пункт, способный без особых проблем одновременно уместить всех Соломенных Шляп. Непонятно только зачем такой большой: Зоро и Йосаку забили на всё, сразу же после его постройки.

С дерева, как на ладони, открывался вид на дорогу, ведущую от самого берега к деревне. Перепад, между поверхностью воды и местность вокруг, составлял порядка тридцати метров. В результате, дорога ведущая к воде пролегала по довольно крутому склону, окруженному скалистыми утесами. Получился этакий компактный коридор естественного происхождения, метров семи шириной и одним концом сильно задранный к верху. Идеальное место для засады.

— Немного удивлён, что он решил прислушаться к тебе и устроить засаду именно здесь, — признал Джонни, так же как и Луффи, разглядывая местность внизу, только уже через свой бинокль. — Я, лично, был уверен, что после всего, он не станет прислушиваться к твоим советам. Хотя бы из чистого упрямства.

— Видимо, ему я показался более убедительным, чем тебе.

Приступ острой паранойи, вызванный ещё более сильным приступом паники, у парней и Нами благополучно закончился с наступлением утра, поэтому всё вернулось на круги своя. Зоро спал под деревом, рядом с ним развалился Йосаку, попыхивающий своей сигарой во рту, а рядом с самим Луффи, на дереве, сидели Джонни и Нами. Первый по натуре был чрезвычайно любопытным, а вторая больше волновалась за Усоппа, чем утоляла своё любопытство. Всё-таки переживания длинноносого парня, по поводу жителей деревни, действительно были близки её сердцу, как никому другому в семье.

— Надеюсь, они действительно пойдут по этому пути, — взволнованно произнесла девушка. — На другой дороге Усопп даже подготавливать ничего не стал.

— И это было вполне разумно с его стороны, — признал Джонни. — Во-первых, вряд ли бы он успел подготовить сразу две нормальные засады, а во-вторых, он обычный парень. Боевого опыта у него точно нет, а значит, и нет причин хранить в достатке всё то, что могло бы пригодиться ему для засады. Сама видишь, сколько бочек он сюда притащил. И я сильно сомневаюсь, что он сумел бы за ночь достать ещё столько же. Вот он и рискнул поставить всё на совет Луффи… Будем надеяться не прогадал.

— Получится совсем не интересно, если пираты пойдут по другому пути, — недовольно пробубнил упомянутый парень. — Тогда у Усоппа не будет ни единого шанса, и нам почти сразу придётся вмешаться. Мы даже не сможем посмотреть на него в деле… Скука смертная, а я терпеть не могу, когда бывает скучно, — чуть подумав, добавил он.

— А то мы раньше об этом не знали, — едва слышно пробормотали сидящие рядом с ним Нами и Джонни, но развивать тему благоразумно не стали.

— …Блин, и долго нам ещё ждать? – после пары минут молчания, спросил Луффи.

— Думаю, не больше получаса, — сказала Нами и не ошиблась.

Пираты появились ровно через полчаса, и появились там, где им и положено было появиться. Все «обитатели» дерева тут же вздохнули с заметным облегчением. Девушка может и переживала за длинноносого парня сильнее всех, но и другим он не был совсем уж безразличен. По крайней мере, Джонни точно… возможно ещё Йосаку… а вот насчёт Зоро что-либо сказать было сложно. Никакой особой драки не предвиделось, поэтому мечник довольно быстро потерял всякий интерес к происходящему. С другой стороны, было очевидно, что Луффи, на текущем этапе знакомства с Усоппом, больше волновало насколько интересное представление ему сможет продемонстрировать длинноносый парень, чем безопасность и благополучие последнего. Усопп всё ещё оставался только кандидатом на вступление в семью, из-за чего на него ещё не распространялась обычная опека Луффи… Которая тоже вполне могла если и не убить, то точно физически и психологически покалечить, но это уже совсем другая тема.

— Вот ведь наглые ублюдки! — произнёс Джонни с толикой восхищения, разглядывая как пираты спускаются на берег с самого обычного корабля дозорных. — Большую часть времени выдавать себя за дозорных, а, при нападении, одеваться пиратами. Умно, блин! Если это идея Фальшивого Зомби, то своё прозвище «Стратег» он, похоже, заслужил не зря.

— Не забывай, что есть ещё какой-то Данго, который умеет всех гипнотизировать, — напомнил ему Луффи. — Возможно, что тут именно он постарался.

— Не Данго, а Банго, — поправил его Джонни.

— Его зовут Джанго, идиоты! — незамедлительно расставила всё по своим местам Нами.

– Да какая нафиг разница? – презрительно фыркнул Луффи. — Данго или Банго, никогда не понимал это ваше желание знать имена будущих покойников. Главное, что я бы на месте этого Манго притащился куда надо, загипнотизировал кого надо, и обеспечил бы себя реальным титулом капитана… Кстати, хорошая идея, надо будет как-нибудь обязательно примерить на себе капитанскую накидку.

— В смысле? — оторвавшись от своих биноклей, синхронно повернулись в его сторону Джонни и Нами. — Ты хочешь, чтобы наша семья притворилась дозорными? — добавила девушка.

Дозорные? Сама мысль об этом казалась ей дикой! Из семьи, в которой состояла парочка напрочь отмороженных патологических убийц, и ещё одна парочка, старательно следующая по их пятам? И это в семье из пяти человек? Дозорный из Луффи? Бред! Там всегда надо кому-нибудь подчиняться, будь ты хоть самим Главнокомандующим. И насколько бы Луффи, при желании, не умел врать, его чудовищно гипертрофированное ЭГО (!!!) просто не позволит ему продержаться в системе и пары дней… Пары дней? Поправочка! Он не продержится и пары часов! Если, конечно, не выдаст себя за вице-адмирала, адмирала, Адмирала Флота или самого Главнокомандующего. Только перечисленные чины могут действовать более-менее свободно, поэтому некоторое время он сможет юлить, напрочь игнорируя сыплющиеся на него приказы.

Проблема заключалась в том, что в мире насчитывается всего три действующих адмирала, один Адмирал Флота и один Главнокомандующий, поэтому их знала в лицо чуть ли не каждая собака. Вот и получается, что Луффи, максимум, может прикинуться только одним из вице-адмиралов. На некоторое время. Однако, в конечном счете, невзирая на чин, можно с уверенностью сказать, что всё обязательно закончится многочисленными жертвами и разрушениями. Нами абсолютно точно могла сказать, что концепция подчинения знакома ему только с позиции подчиняющего, но никак не подчиненного. В общем, если какая идея и не должна воплотиться в жизнь, так это идея о Луффи-дозорном. Незачем лишний раз проверять вселенную на прочность, а то вдруг и вправду сломается?

— Причём тут наша семья? — отмахнулся парень. — Нет, я говорил только про себя! Просто подумал, что будет забавно напялить на себя форму дозорного, а затем устроить на вас тотальную охоту, когда весь мир будет уже знать, что вы пираты. Буду изображать из себя какого-нибудь важного перца, специально посланного разобраться с кровожадной бандой пиратов, наводящих ужас на весь Гранд Лайн… Или, по крайней мере, его первую половину. Хм… эта идея точно стоит того, чтобы её обдумать. Думаю, будет, как минимум, забавно.

Опека Луффи действительно может покалечить, как физически, так и психологически, или сразу всё вместе. Иногда эта самая опека казалась семье страшнее любого врага. Хотя, почему только казалась? Зачастую оно так и было на самом деле! И когда наступали подобные моменты, каждый без исключения член семьи начинал задаваться вопросом, почему он или она вообще беспрекословно следует за таким капитаном. Капитаном, смерть от руки которого, — в прямом или переносном смысле, — куда более вероятна, чем смерть от меча, пули или кулака врага? Конечно, потом Луффи всегда делал или говорил что-нибудь такое этакое вдохновляющее, после чего все подобные мысли начинали казаться кощунственными… ровно до тех пор, пока всё не повторялось вновь.

— Кажется, началось… — не отнимая бинокль от глаз, произнёс Луффи. — Вот блин! Они издеваются?!

Нами и Джонни, снова припав к своим биноклям, практически сразу же поняли, что так расстроило их капитана. Так называемых «Пиратов Чёрного Кота» не насчитывалось и тридцати человек. Против таких сил даже у Усоппа имелись неплохие шансы на победу. Неплохие? Скорее уж превосходные! Особенно если Нами и Джонни правильно поняли задумку длинноносого парня. Вот только у обоих имелись вполне обоснованные сомнения в том, что Усопп сможет довести до очевидного конца придуманный им самим же план. Несмотря на все уже проявленные качества, было совершенно очевидно, что сегодняшняя заварушка для него первая в жизни. Что ещё хуже, он практически всю жизнь прожил в прямо-таки тепличных условиях, где чей-нибудь ушибленный палец мог обсуждаться на протяжении целой недели, настолько вокруг всё было тихо и спокойно.

Усопп придумал хороший план и, принимая во внимание незначительное количество пиратов, мог принести ему чуть ли не мгновенную победу. Проблема заключалась в том, что он действительно не производил впечатления человека способного претворить в жизнь его же собственный план. Слишком жёстко выглядел этот план. Для его исполнения требовалась безжалостность, но откуда ей взяться у парня выросшего в тепличных условиях? Как бы там ни было, но начал он отлично.

Пираты, сойдя на берег, дружно рванули вверх, по дороге, и точно в приготовленную для них ловушку. Усопп заранее разлил по всей дороге масло, поэтому едва стоило первым пиратам пробежать по маслу несколько шагов, как они полетели на землю, под ноги тех, кто бежал следом. В одно мгновение, три десятка человек, все перепачканные в масле, смешались в одну большую кучу-малу. Парень на этом не остановился и столкнул на пиратов ещё две бочки, опять же, полных масла. Затем он, из всех возможных на свете вещей, достал рогатку из своей сумки, которая так и висела на лямке через его плечо. Сделав два быстрых выстрела камнями, он опрокинул вниз ещё две бочки, специально установленные на противоположном от него краю. Стоило только выбить из-под бочек небольшие стопора, как они сразу упали прямо на копошащихся внизу пиратов.

Идеальная засада, в результате которой все пираты «Чёрного Кота» оказались с ног до головы облиты маслом, способным мгновенно вспыхнуть от обычной спички. Вполне естественно, что Усопп не стал использовать спички, а с помощью предусмотрительно захваченной зажигалки, зажег кусок тряпки, пропитанной маслом и намотанной на палку. Поднявшись в полный рост из-за кустов, за которыми до этого прятался, он быстро подошёл к краю и взглянул на барахтающихся там пиратов. Из-за окружающего их масла, они не могли устоять на ногах, поэтому оказались полностью беззащитными перед длинноносым парнем, чем он и-и-и… и не воспользовался. Вмешался тот самый человеческий фактор. Иногда человеческий фактор становился проявлением настоящих чудес, а иногда самых ужасных катастроф. Тепличный мальчик по имени Усопп, несмотря на всё своё искреннее желание защитить жителей деревни, просто не смог взять и сжечь несколько десятков людей за раз. Пираты они или нет. Как уже говорилось, план был хорош. Не особо затратен материально, прост в исполнении, и был способен принести молниеносную победу. Проблема предсказуемо оказалась в исполнителе и тут Усопп мог винить только самого себя.

— Если… если вы немедленно не уберетесь с острова, то я… то я кину факел вниз!

Он явно изо всех сил старался говорить грозно и уверенно, но куда там! В его голосе прямо-таки слышалось жалостливое: «Уходите отсюда, пожалуйста!». И пусть среди Соломенных Шляп давно уже укоренилось мнение, — надо заметить, далеко не безосновательное! — что у подавляющего большинства пиратов напрочь отсутствовал мозг, хищники они и есть хищники. С чем с чем, а с инстинктами у пиратов зачастую всё в полном порядке. Жизнь на грани смерти либо ломает, либо убивает, либо закаляет. Даже если все противостоящие Усоппу пираты были поголовно полными дебилами, инстинкты хищников у них всё равно работали как надо, поэтому они мгновенно почувствовали слабину.

— Не слушайте вы этого сопляка! — рявкнул довольно странно выглядящий тип. -— Он явно блефует! У него духу не хватит кинуть факел! Просто поднимитесь наверх и убейте его!

Очки с красными стеклами в форме сердечек, бородка в стиле «Тутанхамон одобряет». Синяя шляпа с полами, синий плащ с позолоченными краями и какими-то позолоченными кольцами. Кольца были закреплены друг за другом, на правом рукаве и ещё с одной стороны плаща, где обычно располагались пуговицы. До этого момента странный тип оставался позади всех, из-за чего он сумел избежать общую кучу-малу.

— Но, капитан, он здесь разлил несколько бочек масла и теперь мы не можем подняться наверх!

Так стало понятно, что «странный тип» — это капитан «Чёрных Котов».

— Воспользуйтесь своими мечами, идиоты! – рявкнул он в ответ.

Все пираты озадаченно посмотрели на зажатые в руках клинки.

— Да в землю их воткните, в землю! – ещё громче взревел он. — Тогда сможете подняться!

Лица всех пиратов тут же просветлели.

— Мне вот интересно, этот странный мужик выглядит таким умным только на фоне этих дебилов, или он на самом деле умный? — спросил Джонни.

— А мне вот больше интересно, он и есть тот самый гипнотизер или нет? И если гипнотизер, то мне хочется узнать, влияет ли ум человека на шанс и силу его гипноза? — загрузился вопросами Луффи. – Рассуждая логически, ум должен влиять.

— Если влияет, тогда сразу становится понятно, почему он окружил себя такими идиотами, — произнесла Нами.

— Разве Фанго не получил команду по наследству от Фальшивого Зомби? — оторвавшись от бинокля, посмотрел на девушку Джонни.

— Ага, припоминаю-припоминаю! — прежде чем Нами успела ответить, слегка покивал головой Луффи. — Усопп, что-то такое говорил. Вроде как Санго был при Фальшивом Зомби его первым помощником, а когда тот решил уйти в закат, сменил его на посту капитана. Тогда, если именно Фальшивый Зомби изначально собирал нынешнюю команду Цанго, совсем неудивительно, что его прозвали «Стратег». Рядом с такими дебилами даже полный дурак легко сойдёт за гения.

— Не думаете, что нам уже пора вмешаться? — заметно занервничала девушка. — Пираты вот-вот доберутся до Усоппа, и тогда он покойник.

— Подожди, разве тебе не интересно, что он будет делать дальше? — не поддержал её Луффи. — Должен же он уметь делать что-то ещё, кроме как паршиво врать?

— Усопп уже доказал, что умеет думать, — чуть пожал плечами Джонни. — Его первоначальный план был хорош, ему просто не хватило жесткости его закончить. На мой взгляд, и это уже немало. Накачать мускулы можно за считанные месяцы, а вот чтобы научиться работать головой, может не хватить и всей жизни.

Учитывая, кем всё это было сказано, прозвучало нетипично глубокомысленно.

— Не знаю, не знаю, — скептически покачал головой Луффи, так и не переставая наблюдать за всем происходящим в свой бинокль. — Судя по вам всем, мне вполне хватает полгода, чтобы превратить квинтэссенцию глупой наивной беспомощности, в исправно работающую машину смерти. В случае с Нами так ещё и красивую до безобразия, — добавил он, полностью проигнорировав направленные на него чрезвычайно «колючие» взгляды. — Или тут всё дело в дрессировщике? Всё-таки я в этом мире один такой! — не преминуло заявить о себе его гипертрофированное ЭГО (!!!). — И всё равно мне интересно, что Усопп будет делать дальше, — без всякого перехода, он вернулся обратно к первоначальной теме.

— А мы точно успеем вмешаться в случае необходимости? — беспокойство за длинноносого парня перевесило желание девушки углубляться в поднятую Луффи тему их дрессировки. Тем более, как бы не хотелось ей этого признавать, едва ли не большая часть его действий действительно идеально подходили под всем известный метод тренировки «кнута и пряника». — Вдруг его убьют раньше, чем мы подоспеем?

— Жалко будет.

— Луффи!

— Женщина, да успокойся ты уже! Все у меня… опа! Ха-ха! Вот видишь? А ты ждать не хотела!

Пираты в ущелье вновь смешались в одну большую кучу-малу. И виной тому стали, насколько поняли сидящие на дереве Шляпы, то ли шипы, то ли какие-то колючки, то ли ещё нечто в том же духе. С такого расстояния им было просто не разглядеть, что конкретно рассыпал по земле Усопп. Однако стоило пиратам преодолеть залитый маслом участок, как они дружно заорали. Некоторым повезло рухнуть назад, на своих товарищей, а вот некоторые оказались менее удачливыми, и, наоборот, упали вперед, прямо на колючки или что там было раскидано по земле.

Дерево, облюбованное семьёй Соломенной Шляпы, росло довольно далеко от берега, но они всё равно отчетливо услышали болезненные вопли тех пиратов, которым не посчастливилось рухнуть прямо на колючки. А после ещё и Усопп открыл прямо-таки ураганный огонь по своему противнику, угодившему в очередную ловушку. Луффи бы безусловно одобрил подобный подход, если бы только не выбор оружия.

— Да он издевается! — воскликнул парень. — Рогатка?! Серьёзно?! Если он с самого начала просто хотел умереть, я бы сам мог ему это устроить! — несмотря на все слова, особого раздражения в его голосе как-то не слышалось.

Нами, например, тут же решила, что Луффи просто не может сделать выбор между «Круто, рогатка, такого я ещё не видел!» и «Пипец, рогатка, он что, полный идиот?!». Вечное желание повидать все интересное-забавное-невероятное привычно вошло в клинч с обычной логикой и здравым смыслом. В общем, ничего нового, всё как обычно.

— Хотел бы я сказать, что не все способны убивать, поэтому необходима альтернатива, но… мда… При таком раскладе, повеситься, утопиться или вскрыть себе вены действительно было бы намного проще, — Джонни был вынужден согласиться со своим капитаном. — А ещё не так болезненно, долго и уж точно без необходимости прилагать столько усилий.

— Я понял, — неожиданно заявил Луффи, — всё дело в этой его девке! Уверен, она хорошенько прополоскала ему мозги этим своим бредом о зомби, вот он теперь и уверен, что не умрёт окончательно, даже если его убьют…

Оторвавшись от бинокля, он посмотрел на стоящих рядом с ним Нами и Джонни с оч-чень нехорошим огоньком в глазах, из-за чего они сразу поняли, что сейчас последует.

— Даже не начинай! – тут же воскликнула девушка.

Однако несмотря на предостережение, Луффи уже было не остановить.

— С другой стороны, а вдруг правда?! – воодушевлённо заявил он. — Вдруг её родители вели какие-нибудь тайные исследования по продлению человеческой жизни?! Какой-нибудь эликсир воскрешения или что-нибудь типа него?! Но либо от них решило избавиться Мировое Правительство, либо расчеты оказались неверными, и какой-нибудь эксперимент закончился их смертью! И теперь, вероятно, эта Усопповская Недозомби нашла их записи и решила завершить начатый ими проект… а может всё ещё интереснее? — огонёк в его глазах разгорелся с удвоенной силой.

— Не может! – обломала его Нами.

— Если я правильно помню, Усопп сказал, что она заболела сразу после смерти родителей? – он привычно сделал вид, будто ничего не услышал. — А что если она на самом деле давно уже умерла, а родители её просто воскресили?! Однако теперь, без их поддержки, смерть начала брать своё, вот она и заболела… вполне естественно, что она будет болеть! Мёртвые выздороветь не могут — все это знают! Фу-фу-фу! Это потрясающе! Если она решила превратить в зомби ещё и Усоппа, нам обязательно надо дать ему умереть, и тогда у меня, наконец-то, будет собственный зомби!!! Ох, блин, не могу дождаться! Не зря Зоро разрубил наше Нечто. Так и знал, что это Судьба. Собственный зомби… фу-фу-фу… о таком я и мечтать не мог!

— И дальше можешь не мечтать! — девушка без всякой жалости огрела его по голове.

Это его обычное «ши-ши-ши» никогда не сулило ничего хорошего, а уж из-за «фу-фу-фу» и вовсе зачастую кто-нибудь умирал. Хуже было только откровенно злодейское «зе-ха-ха-ха», но такой Луффи остановке уже не подлежал.

— Ты не можешь запретить мне гнаться за моей мечтой! – пафосно заявил он.

— Мы не позволим умереть Усоппу только из-за того, что ты опять потерял всякую связь с реальностью! – отрезала Нами.

— Зомби существуют! — с маниакальным блеском в глазах, горячо заявил Луффи. — И когда-нибудь я обязательно найду себе такого в семью!

— Я не собираюсь жить бок о бок с разлагающимся трупом! — тут же побледнела девушка.

— Ты на самом деле веришь в зомби?! — вытаращился на неё Джонни.

— В смысле? — в свою очередь уставилась на него Нами. — Ты сам вчера рассуждал о зомби, и кто может ими быть, а кто нет!

— И что? Я всего лишь пересказал, что когда-то прочитал в книжке! На самом деле их не существует!

— Не существует?

— Конечно!

— Уверен?

— Да!

— Тогда позволь мне перефразировать свой вопрос: ты абсолютно точно уверен, что Луффи нигде в мире не сможет отыскать себе настоящего зомби?

— …

— Я так и думала, — удовлетворенно кивнула девушка, после чего повернулась обратно к Луффи, и, словно Джонни вообще ничего не говорил, повторила саму себя: — Я не собираюсь жить бок о бок с разлагающимся трупом!

— Нами, — с покровительственной улыбкой ответил ей парень, — разлагающиеся зомби это только первый уровень. Все знают, что из таких зомби, в конечном счете, получаются зомби-скелеты. Ходячие косточки, выбеленные добела, пахнуть разложением не могут, гарантирую! Правда, если косточки не будут обладать разумом, то, как бы мне не было больно этого признавать, выдрессировать их вряд ли получится даже у меня. Поэтому я планирую заключить безмозглые косточки в стеклянный гроб и поставить где-нибудь на видном месте. Будет здорово!

— Заключить в стеклянный гроб? — переспросил сконфуженный Джонни. — Тогда я не понял, зачем при таком раскладе искать именно скелета? Если зомби будет в стеклянном гробу, то не лучше ли будет посадить туда того, кто всё ещё разлагается? Запах так и так не просочится наружу, а всё ещё разлагающийся зомби, на мой взгляд, выглядит намного страшнее обычного скелета. Скелет он и есть скелет, пусть и зомби, чего там бояться?

Луффи замер, словно пронзенный внезапной идеей. Хотя, почему «словно»? Так оно и было!

— И как это я сам об этом не подумал?! — спрятав лицо в ладони, простонал он. — Я так сосредоточился на запахе и скелете в стеклянном гробу, что даже не подумал объединить две идеи в одну! И почему только или-или? Два гроба будут выглядеть ещё круче! Вдобавок, какое-никакое, а разнообразие!

— Рю… — совершенно безэмоционально произнесла Нами.

После чего повернулась к парню с выражением лица подстать её голосу.

— Э-э-э… да?

— НЕ ПОДАВАЙ ЕМУ ИДЕИ!!!

Кулак девушки отправил его прямиком к земле, где спокойно лежал Йосаку. Никого не трогая и не беспокоя, он лениво попыхивал сигарой в своё удовольствие. Сигарой, которую он проглотил целиком, когда сверху на него рухнул катапультированный с дерева Джонни. Проглоченная сигара сразу встала поперёк горла, из-за чего судорожно задёргавшийся парень вдарил ногой в челюсть спящего рядом Зоро, отправив того в полёт через ближайшие кусты.

— Серьёзно, почему вокруг меня одни идиоты? — прикрыв глаза и сжав переносицу двумя пальцами, устало спросила Нами окружающий её мир. Мир предсказуемо не ответил. — Есть несколько простых правил, так почему никто не в состоянии их запомнить и не нарушать?

— РЮУУУ!!! — взревел Йосаку, наконец, полностью проглотив свою сигару.

— Я не виноват! – тут же выставил перед собой руки Джонни. — Это всё Нами!

— КТО ЭТО СДЕЛАЛ?!! — раздался из-за кустов разъярённый голос окончательно проснувшегося Зоро.

— Я не виноват! – сразу открестился Йосаку. — Это всё Рю!

— Да ладно тебе, не нервничай ты так сильно, — полностью проигнорировав начавшую под ними суету, Луффи слегка помахал рукой на недовольную девушку, призывая её успокоиться. — Если найдём зомби в большом количестве, то никто нам не помешает сделать кучу стеклянных гробов и повесить их за бортами нашего будущего корабля. Представляешь, как всё будет выглядеть? Настоящая жуть! Плывёт такой себе с виду обычный корабль, а стоит к нему приглядеться, и можно увидеть кучу зомби, запертых в стеклянных гробах. Нет, ну скажи же круто, а?!

Уже говорилось, что Нами всегда была умной девочкой? Так вот, она не только всегда была умной, но ещё никогда не жаловалась на нехватку воображения. Что ещё хуже для неё…

— Стойте на месте, когда я вас убиваю!

— Нет, Зоро, нет! Я же ни в чём не виноват! Это всё Йосаку! Это он тебя пнул!

— Ах ты ублюдок! Зоро, не слушай его! Это все Рю! Это все он виноват!

— Заткнитесь нахрен! Я просто убью вас обоих!

…продолжительное общение с Луффи напрочь стёрло в её представлении границы возможного и невозможного. Раньше она точно знала, что никаких зомби не существует, но после полугода проведённых в обществе своей новой семьи, она уже не могла быть такой категоричной. Именно поэтому она быстро и во всех мельчайших деталях представила себе описанную парнем картинку, про корабль обвешанный стеклянными гробами, с живыми (?) зомби внутри. И от представленной картины ей захотелось расплакаться. Уж лучше ещё одно Нечто!

— Да я спать не смогу на таком корабле! – выпалили Нами. — И я не хочу корабль, обвешанный стеклянными гробами с дергающимися зомби внутри! Никаких зомби-скелетов или разлагающихся, но всё ещё живых трупов! Я хочу самый обычный корабль! Луффи, неужели я на самом деле так многого прошу? — последний свой вопрос она буквально прохныкала. — Всего лишь обычный корабль, и ничего больше, пожалуйста! — сложив руки на груди в молитвенном жесте, она, блестящими от слёз глазами, посмотрела на своего капитана.

На этом месте мужики обычно превращались в безмозглых баранов, согласных на любые капризы девушки, поэтому немного проняло даже толстобронетитанокожего Луффи.

— Ничего, ничего, — прижав несчастную красавицу к своей груди, парень принялся успокаивающе поглаживать её по голове, — когда-нибудь мы обязательно найдём себе отличный корабль, обещаю!

— Когда-нибудь? — Нами эхом повторила его слова.

— Скоро! — тут же поспешил заверить её Луффи. — Это будет скоро!

— Обещаешь? — чуть всхлипнула девушка.

— Конечно!

— Слово даёшь?

— Абсолютно!

— Ох, наконец-то! — с отчётливо слышимым облегчением вздохнула Нами. — Теперь тебе точно не отвертеться!

Отстранившись от груди парня, она продемонстрировала ему счастливую улыбку и ни малейших признаков слёз.

— Я… я не могу поверить, что повёлся на такой тупой развод, — поник Луффи, спрятав лицо в ладони.

— Откровенно говоря, я тоже не могу поверить, что ты так глупо попался, — призналась счастливая девушка. — Раньше слёзы на тебе никогда не срабатывали… Неужели наш ужасный капитан, наконец, дал слабину? — в этот момент её улыбка стала куда больше походить на оскал, чем на улыбку. — Значит, даже кровожадные монстры имеют слабости?

Для той, кто ещё всего пару минут назад заявлял, что «вокруг неё одни идиоты, неспособные запомнить несколько простых правил», она слишком легко нарушила одно из них. Никогда не подавать Луффи идеи — это одно правило. Никогда не пытаться «взять вверх» над Луффи — это другое правило. И именно его Нами столь легкомысленно нарушила. Правило родилось по двум простым причинам. Во-первых, «взять над Луффи вверх» было делом чрезвычайно сложным, поэтому, в абсолютно подавляющем большинстве случаев, все попытки почти всегда заканчивалось полной неудачей. А во-вторых, если кто-нибудь когда-нибудь всё-таки «брал над Луффи вверх», то такая «победа» ещё никогда и никому не сходила с рук. Никогда.

— Нами, ты знаешь, что самое главное в игре с огнём? — не отнимая ладонь от лица, спросил её Луффи.

От того тона, что он использовал, улыбка девушки исчезла сама собой. Она с болезненной четкостью осознала, что лучше ей не знать ответа на прозвучавший вопрос, но тут как с природной катастрофой разворачивающейся на твоих глазах. С одной стороны вроде бы опасно и страшно, а с другой стороны глаз невозможно оторвать.

— Что? — словно сами собой произнесли её губы.

— Нужно знать, когда вовремя остановиться, — Луффи отнял руку от лица, и теперь уже на его губах красовалась улыбка похожая на оскал. — Будет тебе корабль, будет! – совершенно «искренне» пообещал он. — Однако, помнится мне, что ты хотела большую кровать с мягким матрасом? Уверен, толстый матрас, брошенный поверх стеклянных гробов с зомби, удовлетворит все твои потребности! Такая кровать получится и широкой, и мягкой!

В этот раз в глазах Нами заблестели уже настоящие слезы, но произнести она ничего не успела. Разодравшиеся под деревом парни окончательно перестали себя сдерживать, из-за чего сначала окружающий лес потонул в море огня, затем синхронно начали заваливаться все деревья в округе, а под конец всё вокруг просто взлетело на воздух. Некоторые техники Зоро взаимодействовали с некоторыми техниками Джонни, примерно как детонатор взаимодействовал со взрывчаткой.

— Сдаётся мне, что мы были скомпрометированы, — нарочито серьёзно произнёс Луффи, стоя посреди всё ещё горящего пепелища и держа подмышкой слегка оглушённую взрывом девушку.

Чуть в стороне зашевелилась кучка спёкшейся земли, а потом она и вовсе начала материться голосом недовольного Йосаку. Немного дальше с грохотом разлетелись по сторонам несколько обугленных брёвен и на свет показался взъерошенный Джонни. Из дыма неподалеку неторопливо вышел Зоро, выглядевший так, словно он вообще не имел никакого отношения ко всему произошедшему. Просто мимо проходил. Застонала и зашевелилась Нами, из-за чего Луффи пришлось поставить её на ноги. Держась за голову, она немного заторможено огляделась по сторонам. Местность вокруг выглядела так, словно здесь разорвалась чудовищная по силе бомба.

— Что… что произошло? — спросила она. — На нас кто-то напал?

Подошедшие Зоро, Джонни и Йосаку, кинув на неё по взгляду, тут же переключились на любование окружающей местностью.

— Только если приступ идиотизма, — любезно ответил ей Луффи. — Сегодня он оказался особенно взрывоопасен.

Нами уже начала отходить от последствий взрыва, поэтому смогла уловить смысл ответа.

— Вы… вы чёртовы идиоты! — её яростный взгляд заметался между старательно на неё не смотрящих парней. — Вы меня чуть не убили! Я, в отличие от вас, нормальный человек! И я могу на самом деле умереть!

— Согласен, ты абсолютно нормальная! — охотно поддержал её Луффи. – Тебя абсолютно нормально не берут ни мечи, ни пули, ни осколки от разорвавшихся бомб!

— Это всего лишь сила Дьявольского Фрукта! Я не её имела в виду!

— Всего лишь сила Дьявольского Фрукта… всего лишь… — парень задумчиво пожевал губы. — Ох ладно, как бы там ни было, но мне кажется дальше скрываться нам смысла нет… И кстати, насчёт скрываться… — он чуть наклонился вперёд, пристально уставившись прямо на грудь девушки.

Она озадаченно опустила взгляд вниз и… Зоро, Джонни и Йосаку вовсе не просто так столь резко заинтересовались окружающим их пейзажем. Именно поэтому Луффи стал единственным из всех парней, кого кулак Нами, крайне болезненно на вид, впечатал мордой в землю. Её цветастое бикини и без всяких дополнительных нагрузок едва справлялось со своей задачей, поэтому взрыв и вовсе не оставил несчастному куску ткани ни единого шанса.

— Давай сюда свою рубашку!

Девушка тут же безжалостно вытряхнула Луффи из его цветастой рубашки, такой любимой им кислотной расцветки. Принимая во внимание, что от одежды порядком закопчённого Йосаку сохранились лишь одни прожжённые во множестве мест штаны, а Джонни выглядел практически точной его копией, особого выбора у неё не было. Зелёный, мешковатый и абсолютно безвкусный халат Зоро, она не собиралась надевать даже в том случае, если альтернативой станет необходимость ходить абсолютно голой. С другой стороны, кроме рубашки ей больше ничего и не нужно было — её джинсы ничуть не пострадали.

— Какого фига ты меня ударила? — спросил её Луффи.

Сидя на земле и держась за голову, он наблюдая как Нами надевает только что снятую с него рубашку.

— За просмотр! — одну за другой застегивая пуговицы, гордо ответила она.

— Какой ещё нафиг, просмотр?! – возмутился парень. — Да ты чуть ли не каждый день переодеваешься при нас! Это уже не говоря о совместных походах в бани, сауны и горячие источники!

— Это всё не считаются! — заведя руки за голову и расправив волосы, презрительно фыркнула девушка. — Здесь и сейчас, стоимость просмотра для тебя составляет двести миллионов белли… Кстати, мальчики, не думайте, что я не заметила, как вы скашивали глаза на мои сиськи. Однако за попытку показаться джентльменами, я возьму с вам только по сто миллионов… И это ещё что такое? — недоверчиво спросила она. — Записная книжка?

Стоило ей надеть рубашку, как она сразу же почувствовала, что в нагрудный карман засунут какой-то твёрдый предмет. И этим предметом оказалась упомянутая записная книжка, обернутая в искусно выполненный кожаный чехол.

— Это я недавно придумал! — тут же радостно подскочил на ноги Луффи, мгновенно позабыв и об ударе, и о деньгах… или только сделал вид. — Я понял, что иногда забываю о какой-нибудь потрясающей идее, пришедшей мне на ум, а когда вспоминаю, момент её воплощения в жизнь может быть уже упущен. Вот чтобы этого не повторялось, и я не забывал о своих идеях даже спустя несколько лет, решил начать их записывать в книжку, — не скрывая гордости за себя, довольно произнёс он.

Джонни и Йосаку разом окаменели, уставившись на записную книжку в руках Нами такими глазами, словно она держала в своих руках ключ к вратам самого Ада. И нельзя сказать, чтобы они так уж сильно ошибались. Люди недаром говорят, что у каждого человека свой Ад, поэтому подробному описанию их персонального Ада было самое место в записной книжке Луффи.

— Что написано в этой чёртовой книжке?! — буквально посерел лицом Зоро.

Однако Нами и без всяких напоминаний уже дрожащими от страха пальцами расстёгивала застёжку на чехле.

— Вам никогда не говорили о том, что копаться в чужих вещах нехорошо? — поинтересовался Луффи, но был предсказуемо проигнорирован.

Сейчас всю его семью заботило лишь содержимое его записной книжки. И, как очень быстро выяснилось, заботило совсем небезосновательно. Всего в книжке обнаружилось тридцать пунктов, большинство из которых оказались пустыми. «Большинство» вовсе не означало «все», поэтому от такого открытия никто не испытал какой-либо радости. Содержимое книжки начиналось с большого заголовка, после чего, один за другим, следовали пункты.

— Не забыть!!! — Нами, немного срывающимся голосом, принялась зачитывать содержимое книжки вслух. — Пункт первый: Испытать на новом члене семьи ускоренное пробуждение Воли… Пункт четвертый: Уничтожить какую-нибудь секретную организацию (можно Барок Воркс)… Пункт шестой: Объявить войну Мировому Правительству (Не забыть поблагодарить Рю за идею)… Пункт десятый: Ограбить Большой Банк (Всегда мечтал!)… Пункт одиннадцатый: Найти Золотой Город (можно Изумрудный или Бриллиантовый)… Пункт двадцать седьмой: Устроить войну с Морским Дозором (Я ещё покажу этому старому козлу, как маленьких обижать!)… Пункт двадцать восьмой: Раздолбать всех Шичибукаев, Адмиралов и Йонко (Только я в этом мире имею право называться «Великой Силой»!)… Пункт двадцать девятый: Перебить всю Мировую Знать (Чёртовы ублюдки, никто не смеет переходить мне дорогу, и потом остаться в живых!)… Пункт тридцатый: Стать Королём Пиратов (Чтоб, значит, скучно не было).

— Нам всем конец, — первым нарушил воцарившуюся тишину Зоро.

Если вначале он выглядел взволнованным, то к концу списка выражение его лица стало слегка меланхоличным. Как у человека, окончательно примирившегося со своей участью, поэтому обретший душевный покой.

— Я вот только не пойму, зачем пропуски? — полюбопытствовал Джонни.

— Чем быстрее можно осуществить, тем меньше пункт, — любезно пояснил парень. — Титул Короля Пиратов ждёт меня только в конце Гранд Лайна, поэтому и в списке он стоит самым последним.

— Нафига вообще было записывать такое? — недоуменно спросил Йосаку.

— Ага, как можно забыть о чём-то подобном? — поддержал его Джонни.

Парни, как и Зоро, предпочли смириться. Да и какой ещё у них был выбор? Если Луффи зашёл настолько далеко, что решил записать некоторые из своих идей, только ради того, чтобы не забыть о них, то переубедить его уже точно не получится. Переубедить невозможно. Убить невозможно. Бежать невозможно. Самоубийство? Тогда уж лучше уйти красиво… скажем, сражаясь сразу с тремя Адмиралами или Йонко. По крайней мере, такие события народ ещё долго не забудет. После длительного общения с Луффи, парни волей-неволей научились искать плюсы даже там, где их найти было практически нереально.

— А кто может гарантировать, что я никогда об этом не забуду? — вопросом на вопрос ответил Луффи. — Вдруг наткнёмся на какого-нибудь фруктовика, способного стереть все наши воспоминания? И что тогда будем делать? Однако теперь, если такое всё же случится, то хоп! И вот она, моя книжечка, со списком всех запланированных мероприятий! И главное всё так подробненько расписано, что ничего не забудешь и не перепутаешь! Нам, в случае чего, даже не будет нужды возвращать воспоминания. Кстати об этом… Нами, дай-ка мою книжку сюда, — он вытащил из ослабевших пальцев, совершенно неподвижной девушки, свою записную книжку. — Надо записать, пока ещё не забыл, — добавил он, доставая огрызок карандаша, из-за ленточки на своей соломенной шляпе. — Пункт пятый: Обрядиться дозорным и устроить охоту на собственную семью… Пункт пятнадцатый: Найти себе в семью разлагающегося зомби или зомби-скелета (Если тупые и не будут поддаваться дрессировке, можно будет распихать их по стеклянным гробам, и развесить вдоль бортов корабля)… Ага, вот так. Теперь не забуду. Потом ещё ручкой с несмываемыми чернилами обведу, чтобы не размыло от воды или ещё чего.

— Может мне кто-нибудь из вас двоих пояснить, откуда у него взялись подобные идеи? — спросил Зоро у Нами и Джонни. — Как простое сидение на дереве могло привести к чему-то подобному? Прежде чем сейчас ответить, советую вам очень хорошо подумать над своими словами, иначе следующая тренировка со мной запомнится вам надолго.

Говорил он не очень громко, но прозвучавшие в его голосе нотки явно не предвещали ничего хорошего, если ответ упомянутой парочки не устроит мечника. В такие моменты все живо вспоминали, что Зоро не только сильный мечник с топографическим кретинизмом в особо острой форме и сильной любовью к выпивке, но ещё и первый помощник Луффи. Нет, не так. Первый помощник Луффи!!! Да, вот так. Пусть Зоро и обладал невероятной силой, но Луффи назначил его своим помощником не только из-за силы или из-за того, что он стал самым первым человеком присоединившимся к семье Соломенной Шляпы. «Первый помощник» — это должность означающая, что, в отсутствие Луффи, Зоро обладал всеми правами и обязанностями капитана. Капитана «Пиратов Соломенной Шляпы». А это совсем не та должность, которую, пусть и временно, кто-нибудь мог занять на основе одной лишь силы. И иногда наступали такие моменты, когда Зоро, осмысленно или нет, напоминал об этом другим членам своей маленькой семьи. Вот, например, как сейчас.

— Это все Джанго, переодетый в дозорного! — первой принялась оправдываться Нами. — Вот Луффи и осенило!

— А бред про зомби он начал нести практически с самой высадки на остров! — согласно закивал головой Джонни. — Оказывается, он уже давно хотел найти нам в семью самого настоящего зомби, отсюда и стеклянные гробы!

— Все понятно, — кивнул Зоро. И он действительно все понял, включая то, что осталось за кадром. — Луффи, зачем нам зомби? — повернувшись к своему капитану, спросил он.

— Так круто же!

— Они воняют и безмозглые, что в них может быть крутого?

— Зоро… это же зомби!

Луффи посмотрел на своего первого помощника таким взглядом, словно тот какую-то полную чушь сказал.

— И?

— Зомби не могут не быть крутыми — это против их природы! Серьёзно, Зоро, такие вещи ты должен понимать если не умом, так сердцем! С помощью интуиции! Иначе, какой ты на фиг мечник?

Зоро понятия не имел, каким образом были связаны мечники, зомби, сердце и интуиция в голове Луффи, и не собирался уточнять хотя бы ради сохранения остатков своей психики.

— Ладно, зомби так зомби, — вздохнул он.

Это был вздох полный смирения и принятия неизбежного.

— ЗОРО! — воскликнула Нами. — Не вздумай соглашаться с ним!

— Тогда прошу, начинай его переубеждать — чуть махнув рукой в сторону Луффи, предложил ей мечник.

Девушка посмотрела на парня, а тот ей в ответ радостно улыбнулся, отчего она тут же заметно поникла — с некоторыми вещами действительно можно было только смириться.

— Это все конечно хорошо, — произнёс до этого момента самоустранившийся из разговора Йосаку, — но как там дела с Усоппом? Разве не в нём заключался весь смысл нашего прихода сюда? Да ещё и в такую рань?

Повисло недолгое молчание, которое было нарушено громким щелчком пальцев Луффи.

— Так и знал, что я о чём-то забыл! — слегка цыкнув языком, признался он. — Зато теперь мы точно узнаем, сможет он стать зомби или нет.

— Он что умер?! — воскликнула потрясенная Нами.

— Судя по «голосу» Усоппа и «голосам» окруживших его пиратов, жить ему осталось недолго, — любезно пояснил Луффи. — Всё-таки не везёт ему. Что ж, бывает. Зато в своей следующей зомби-жизни будет аккуратнее.

Нами, даже не став дослушивать, рванула в направлении длинноносого парня с такой скоростью, что у неё земля полетела из-под ног.

— Зачем ты ей соврал? — проводив девушку взглядом, Зоро снова уставился на своего капитана. — Как ты сам сказал, судя по «голосам», Усоппа убивать пока никто не собирается.

— Она врезала мне, выставила цену, отобрала рубашку, а затем ещё и все мои планы зачитала вслух! — возмущенно фыркнул Луффи. — За голые сиськи можно простить что-нибудь одно, но никак не всё.

Как и ожидалось, его злопамятность тут же дала о себе знать.

— Не знаю, не знаю… — слегка покачал головой Йосаку. — По-моему, за такие сиськи и на таком теле, вполне можно простить всё.

— Согласен! Такая красотища просто бесценна! — тут же поспешил поддержать своего друга Джонни. — Мы несколько раз оплыли всё Ист Блю, и Нами сто процентов самая красивая девушка в здешних водах.

— И чего стоит ваше мнение? – презрительно спросил их Луффи. — Вы же два заядлых бабника, в погоне за женщинами не так уж сильно уступающих Санджи, а тот, напоминаю, готов флиртовать с деревянным столбом, если он будет одет в юбку.

Слова Луффи были практически неприкрытым оскорблением, но лица друзей всё равно расплылись в довольных улыбках, Зоро и тот не удержался от лёгкого смешка. И дело не столько в словах, сколько в воспоминаниях об одном отлично знакомом им всем коке. Коке, над которым регулярно, уже на протяжении двух лет, издевался Луффи. Причём издевался весьма своеобразным образом… но эта тема другого дня.

— Нет, ну наш Санджи-аники это уже совсем клинический случай! — довольно заржал Джонни.

— Наконец, какими бы потрясающими не были у Нами сиськи, они точно не стоят полмиллиарда белли только за один лишь просмотр, — подвёл итог Луффи.

— За один лишь просмотр? — усмехнулся Йосаку, сразу уловив в ответе своего капитана самое «важное». — То есть, ты признаёшь, что если бы она дала тебе их как следует помять, то за такое вполне можно было бы отдать полмиллиарда белли? Капитан, я так пони…

Это всё, что он успел сказать, прежде чем его мозги вылетели через затылок.

— Ты тоже хочешь что-нибудь добавить? — держа в руке слегка дымящийся после выстрела револьвер, спросил Луффи у Джонни с выражением лица подстать самому закоренелому гопнику на свете.

Бросив сочувствующий взгляд на тело своего друга-полного-идиота, парень поспешил напустить на себя самый послушный вид, на который он только был способен, после чего изобразил пантомиму с замыканием рта на замок и выбрасыванием ключа в сторону. Глупо спорить с человеком, в руках которого есть оружие. И нужно быть совсем полным идиотом, что бы спорить, если человека с оружием в руках зовут Луффи. Однако Зоро, в отличие от парочки друзей, всегда был парнем покрепче, поэтому, в ответ на взгляд своего капитана, лишь слегка приподнял бровь. Что ещё удивительнее, Луффи, слегка заворчав, почти сразу же убрал револьвер обратно в кобуру. Джонни так и не понял смысла молчаливого разговора, хотя ни на мгновение не сомневался в том, что он состоялся. Капитан и его первый помощник — что ещё тут можно сказать? Зоро и Луффи частенько устраивали между собой вот такие вот «молчаливые беседы».

— Раз мы всё обсудили, предлагаю отправиться за Нами, — своим обычным голосом произнёс Луффи. — Интересно будет глянуть на этого Фальшивого Зомби.

— Тогда нам лучше поторопиться, — Зоро зашагал вслед за убежавшей вперёд девушкой. — Иначе всё может закончиться прежде, чем мы успеем дойти, — добавил он, переступая валяющийся на его пути труп Йосаку.

— Ты прав, — кивнул Луффи, — нам действительно лучше поторопиться. Судя по расположению «голосов», там у нас намечается нехилая такая драма, поэтому не хотелось бы всё пропустить.

Джонни открыл было рот, чтобы спросить о Йосаку, но почти сразу закрыл — итак всё было предельно ясно. Прикинув степень развороченности черепа и площадь разлёта мозгов, он пришёл к выводу, что Луффи не поленился накачать пулю Волей Вооружения. Это означало, что полное восстановление Йосаку должно будет занять не меньше пятнадцати минут.

— Всё-таки где-то мы с тобой ошиблись, — тихонько вздохнул Джонни, разглядывая труп своего друга. — В нормальном мире человек не прикидывает, по площади разлёта мозгов, сколько его друг пробудет мёртвым… И уж точно не оставляет валяться такого друга мёртвым только из-за того, что сидеть рядом с трупом будет скучно, — пробормотал он себе под нос, отворачиваясь от тела Йосаку. — Эй, подождите меня, я с вами! — крикнул он, заторопившись вслед за Зоро и Луффи.

Джонни тоже был совсем не против посмотреть на представление. Представление, на которое они все, принимая в расчет скорость Нами, уже сильно запаздывали.

Глава 9. Повстречались как-то раз врун, лжец и обманщик… Часть 4

— Вот же сволочь! – выругалась девушка.

Пройдясь по пиратам «Чёрного Кота» словно утюг по складкам на одежде, — от большинства не осталось и следа, но избавиться от всех с одного захода не получилось, — и, остановившись рядом с Усоппом, она оценила обстановку. И только после того, как огляделась вокруг, она, наконец, догадалась, что её элементарно обманули. Вот и не удержалась, чтобы не припомнить вслух своего любимого капитана.

— Офигеть! – с восхищением выдал один из пиратов. – Вот это красотка!

К моменту её появления, Усоппа успели порядочно избить, но было совершенно очевидно, что никто не собирался его добивать. Правда, девушка не совсем понимала по какой причине. Возможно, чтобы он собственными глазами смог увидеть разрушенную пиратами деревню? Или его оставили в живых, чтобы потом, по завершении всех дел на острове, основательно отомстить ему за все причиненные им проблемы? Пытать людей пираты любили почти так же сильно, как грабить и насиловать. В общем, чем бы они не руководствовались, до поры до времени, длинноносого парня явно решили оставить в живых. И это же означало, что Луффи соврал. Ничего удивительно или необычного, но Нами всё равно слегка недовольно поджала губы, когда осознала, что её нагло обманули, тем самым заставив напрасно поволноваться. К счастью, рядом с ней находились отличные куклы для битья.

— Заткнитесь нафиг, я и так злая!

Сказала девушка, после чего тут же выместила всё своё недовольство на оставшихся на ногах пиратах — утюг безжалостно загладил оставшиеся на одежде складки.

— Ты ещё кто такая? — спросил Джанго, когда все его люди оказались вновь спущенные вниз по склону… через все колючки и масло.

— Меня зовут Нами, — любезно представилась вновь успокоившаяся девушка, но затем, вспомнив, что говорил всей семье Луффи, добавила: — Пират, навигатор и член семьи Соломенной Шляпы.

— Нами? — сразу же заволновался Джанго. — Ты сказала Нами? В смысле, «Королева Монстров» Нами? Выглядишь в точности как она!

В последнее время имя девушки получило известность, вполне сопоставимую с известностью имени Зоро: в несколько газет и журналов просочились её фотографии. Вот только, в отличие от фотографий мечника, нагоняли они на людей отнюдь не ужас, совсем не ужас.

— Потому что я и есть «Королева».

— «Королева Монстров» одна из охотников на пиратов, а не пират! – заявил Джанго. — Так что ты не можешь быть ей, как бы сильно ты на неё не походила!

Рассуждал он вполне логично, проблема заключалась в его тоне. Голос пирата звучал так, словно, прежде всего, он хотел убедить во всём сказанном самого себя. Логика или нет, шанс существования двух столь красивых девушек, обладающих подобной силой и одинаковой манерой сражения, равнялся если и не нулю, то где-то рядом. И Джанго отлично это понимал, из-за чего его лоб уже успел покрыться испариной, а сам он заметно побледнел. Всё Ист Блю знало, что если где-то околачивался хотя бы один из «Убийц Пиратов», то поблизости всегда находились и все остальные. В том числе и самый главный «Убийца Пиратов». Не передать словами, насколько сильно Джанго не хотел встречаться с подобным человеком. Будучи пиратом, с официально назначенной за его голову наградой, он не слишком высоко оценивал свои шансы остаться в живых случись подобная встреча… если такие шансы существовали вообще.

— У тебя устаревшая информация, — проявив свойственную Луффи «доброжелательность», любезно ответила Нами на выставленные ей «претензии». — В Ист Блю не осталось интересных нам пиратов, поэтому мы сами стали пиратами. Пиратами Соломенной Шляпы.

Прежде чем Джанго нашёлся, что ответить на такое откровение, в их разговор вмешался Усопп, кое-как поднявшийся на ноги.

— Не… не могу поверить, что ты настолько сильная, — наконец, обретя голос, шокировано произнёс он.

Его губы были разбиты в кровь, из-за чего говорил он с явным трудом, и немного невнятно.

— Сильная? – улыбнулась Нами. – Это ты просто ещё не видел на что способны мои мальчики.

К моменту её появления, пираты успели неплохо «обработать» длинноносого парня. Множество мелких порезов по всему телу, лицо в кровоподтёках, один глаз полностью заплыл, длинный нос оказался свёрнут на бок, а левое ухо сильно опухло и приобрело насыщенный лиловый цвет. Ещё он держался за свои ребра, но было непонятно, сломаны они или только отбиты. Тем не менее, ничего особо страшного или непоправимого с ним не произошло. Самое главное он всё ещё был жив, поэтому девушка не видела смысла за него волноваться. За последние полгода она неоднократно имела возможность убедиться на собственном опыте в безграничном потенциале человеческого организма. И каждая новая тренировка с Зоро убеждала её в этом только ещё сильнее.

— Хочешь сказать, они ещё сильнее тебя? – с трудом произнёс Усопп.

— Конечно! – счастливо улыбнулась Нами. — В тысячу раз сильнее!

В этот момент Джанго таки нашёл, чем ему ответить на откровения девушки, и решил сразу зайти со своих козырей.

— Бучи! Шам! Немедленно идите сюда! — повернувшись в сторону воды, рявкнул он во всю мощь своих лёгких.

Почти сразу же с корабля дозорных на воду была сброшена шлюпка, а затем уже в неё спрыгнули два человека. Ещё минуту спустя, на чрезвычайно предвзятый взгляд Нами, на берег ступила парочка изрядных идиотов. Один был высокий, толстый, обряженный в меховую накидку и безразмерные рейтузы в полоску, а на шее у него висел большой кошачий колокольчик. Второй, отличающийся кислотно-зелёным цветом волос, носил шорты и синюю рубашку с красным галстуком-бабочкой. Никакого обычного холодного или огнестрельного оружия девушка у них не увидела, зато её внимание сразу привлекли их перчатки с большими, стальными когтями. Подобные перчатки могли стать довольно опасным оружием в умелых руках. Беда парочки разодетых идиотов заключалась в том, что этих самых «умелых рук» Нами перед собой как-то не видела. И, конечно же, они, как и все остальные пираты «Чёрного Кота», носили на макушке чёрные ободки кошачьи-ушки.... Луффи вполне мог убить всех этих пиратов только за один их вид. Это вполне было бы в его духе.

— Капитан Джанго, зачем вы нас позвали? — спросил зеленоволосый. — Наша задача охранять корабль.

— Ситуация изменилась, Шам, — ответил ему Джанго. — Вам надо разобраться с этой девчонкой, — указал он на Нами. — И разобраться нужно как можно быстрее! Иначе капитан Куро может разозлиться, и тогда нам всем не поздоровится.

— А что это был за взрыв? — спросил толстяк.

Девушка логично предположила, что его зовут Бучи, раз зеленоволосый отзывался на Шама.

— Это пока не важно, — покачал головой Джанго. — Сейчас нам главное расправиться с девчонкой. Со всем остальным мы можем разобраться позже.

Нами хоть и стояла далеко, но всё равно отчетливо слышала их разговор, поэтому её тут же одолели сомнения по поводу его содержимого. Джанго уже понял, кто она такая, кто может быть поблизости, и чем всё может закончиться, как для него лично, так и для всей его команды в целом. И, тем не менее, он всё равно планировал с ней разобраться. Обычно она бы списала подобную самоуверенность на недооценку противника, но в этот раз явно было что-то другое. Боязнь своего бывшего капитана? Вполне возможно, но как-то всё равно слишком натянуто.

— Бучи, Шам, эта девчонка сильный противник, поэтому никаких проволочек, действуем сразу в полную силу, — произнёс Джанго, доставая из-за пазухи стальное кольцо на веревочке.

Нами потребовалось несколько секунд, прежде чем она сумела опознать в стальном кольце так называемый «чакрам» — метательное кольцо с заостренными краями. Другими словами, он использовал метательное оружие. И как вскоре стало понятно, это же самое оружие он использовал в качестве инструмента для гипнотизирования людей.

— Итак, для начала все, кроме Бучи и Шама, смотрите на кольцо, — пройдя вперёд, он остановился возле вяло копошащейся и громко стонущей кучи пиратов, и продемонстрировал им свой чакрам, слегка покачивающийся на привязанной к нему веревочке. — После того, как я произнесу «Один, Два, Джанго!», вы все станете сильными! Теперь слушайте меня, слушайте мой голос… услышьте меня, услышьте мой голос… Все ваши раны заживают… заживают… от ваших ран не останется и следа… Вас медленно наполняет сила… наполняет… ещё наполняет… Вы чувствуете, как вы становитесь сильнее… сильнее… ещё сильнее… намного сильнее… Один… Два… ДЖАНГО!

Если Нами и сомневалась в эффективности действий пирата, то в следующее мгновение все её сомнения оказались развеяны без следа. Стоило прозвучать обещанному «Один, Два, Джанго!», как все пираты оказались на ногах, а округу сотряс их громогласный рёв. Они всё ещё были в масле, грязные и в потёках крови, но теперь никто из них не выглядел уставшим, побитым или полумёртвым. Более того, все пираты действительно стали намного сильнее! Это стало абсолютно очевидным, когда один из них, в порыве чувств, несколько раз ударил кулаками по земле, из-за чего, в месте ударов, образовались самые настоящие кратеры, пусть и небольшие. Всё ещё далеко не уровень Джонни или Йосаку, и уж тем более не уровень Луффи и Зоро, но всё равно впечатляло. Нами уже успела оценить силу пиратов «Чёрного Кота» и теперь могла с уверенностью сказать, что после гипноза Джанго, все они стали на порядок сильнее… Она тут же против воли задумалась о том, что случится, доведись Джанго загипнотизировать Луффи или Зоро. Парочка чудовищно сильных монстров, разом ставших ещё в десять раз сильнее себя прежних? Такая мысль откровенно пугала.

— Что за бред! — воскликнул сразу же запаниковавший Усопп, стоило ему увидеть «возрождённых» пиратов. — Такого просто не может быть!

— Это всего лишь гипноз, — чуть покосившись на него, спокойно произнесла Нами. — По сравнению с теми вещами, что мне уже довелось увидеть, плавая по Ист Блю, человек, способный гипнотизировать других людей, выглядит почти нормальным. Если бы я решила составить топ всех самых странных вещей и людей, что я уже успела повидать, он бы у меня не попал даже в первую полусотню.

— Серьёзно?! — вытаращился на неё Усопп.

Нами, будучи верной последовательницей своего капитана, не стала упускать подвернувшейся возможности немного промыть парню мозги. В конечном счёте, она тоже хотела, чтобы он принял самое ужасное решение в своей жизни — присоединился к семье Соломенной Шляпы. Нет, она честно, всем сердцем и душой, любила как всю свою новую семью в целом, так и своего капитана в частности. Однако, доведись ей вдруг говорить правду и только правду, она бы просто не смогла признать идею о вступлении в семью Соломенной Шляпы, как удачную. Или умную. Или хорошую. Вот только, она уже давно успела стать частью этой самой семьи, поэтому у неё и в мыслях не было предупредить или попытаться отговорить Усоппа. Скорее всё было с точностью да наоборот.

— Ты прожил всю свою жизнь в маленькой деревушке, а я с десяти лет в море, — проникновенно начала девушка. — По сравнению с разделяющимся человеком, бессмертным пиратом, человеком-драконом, рыболюдьми, человеком способным криком уничтожать целые корабли, дырой в море, на дне которой расположен большой город, и-и-и… В общем, лучше просто поверь мне на слово. По сравнению с тем, что и кого можно повстречать во время путешествий по Ист Блю, Джанго не представляет из себя ничего выдающегося.

— Не… не верю, — выдохнул Усопп, смотря круглыми от удивления глазами на Нами. — Такого… такого просто не может быть! Ты… ты это всё выдумала!

— Если ты хочешь увидеть действительно невероятные вещи, тогда советую тебе отправиться в море. Всё о чём я тебе только что рассказала, я видела здесь, в Ист Блю. Однако если хотя бы сотая часть слухов о Гранд Лайн окажется правдой, весь мой удивительный опыт окажется лишь каплей в море. Живя здесь, на отдалённом острове, в маленькой деревне, расположенной посреди слабейшего в мире моря, ты даже представить себе не можешь, насколько необъятен наш мир.

Тем временем Джанго переключился на Бучи и Шама, только в отличие от остальных пиратов, он выкинул из своего гипноза часть про раны, зато к части про силу добавил слова про скорость. Нами немного забеспокоилась. Одно дело, когда в десять раз сильнее стала всякая мелкая шушера, которую она изначально превосходила в силе раз в двадцать, и совсем другое, когда в десять раз сильнее станут более-менее умелые и сильные пираты. И хотя её фрукт практически гарантировал ей полную неприкосновенность, он не был способен сделать её абсолютно неуязвимой. «Клоун» Багги не даст соврать.

Посмотрев как Бучи, и без того здоровенный, становится едва ли не в два раза больше себя прежнего, только за счёт одного увеличения мускулов, девушка подумала о ещё одной проблеме — она вообще способна завалить такую тушу? Глядя на обновлённого Бучи, она начала переживать, что у неё элементарно может не хватить сил. Она с таким сталкивалась практически ежедневно, а порой и по два-три раза на дню. Ей не хватало сил, чтобы завалить кого-нибудь вроде Джонни или Йосаку. Парни практически полностью игнорировали её удары, даже если она по ним попадала, что не могло её не раздражать. Теперь она начала опасаться того, что с загипнотизированным Бучи может получиться точно так же. И хотя она абсолютно точно знала, что никакой смертельной опасности для неё нет и быть не может, она так же абсолютно точно знала, что Луффи не станет вмешиваться до самого последнего момента. И заодно не даст вмешаться никому другому. «Что нас не убивает, то делает нас сильнее!» — именно такой логики придерживался парень в отношении всех членов семьи. Пусть, в конечном счёте, Нами не грозило ничего смертельного, она всё равно не видела поводов для радости. Зато вскоре у неё появился хороший повод для раздражения, когда её мысли касательно Бучи подтвердились на все сто процентов.

Рядовой состав «Чёрного Кота», усиленный гипнозом Джанго, предсказуемо не стал для девушки проблемой. Загипнотизированные или нет, она раскидала их с той же самой легкостью, что и в первый раз. Нет, вероятнее всего, даже с ещё большей легкостью — в прошлый раз она сдерживалась, стараясь никого не убить. Во второй раз она уже не стала никакого щадить, поэтому сходу начала бить в полную силу. Результат оказался вполне закономерным. Луффи всегда говорил о том, что ноль остаётся нулём, на какое бы число его не умножали. И пусть противостоящие Нами пираты не были полноценными нулями, разница оказалась несущественной, в рамках статистической погрешности. Несмотря на их значительно возросшую силу, всё закончилось тем, что девушка вновь спустила всех пиратов вниз по склону, только теперь уже без всякого милосердия. В конце концов, не зря же Джанго их всех гипнотизировал, чтобы они стали сильнее? Выживут! А вот с Бучи и Шамом всё оказалось не так просто.

Для начала Бучи кардинально решил проблему масла разлитого по склону — он обрушил скалу, засыпав весь склон. Один мощный пинок и проблема оказалась решена. И этот же пинок позволил Нами оценить новоприобретённую силу Бучи. Джонни и Йосаку вполне могли устроить нечто подобное, но не она сама. Одно дело порушить небольшой участок скалы, и совсем другое сравнять её с землёй целиком. Ни о каком проходе между двух скал теперь и речи не шло, что ничуть не помешало Бучи и Шаму добраться до девушки. Не успела она и глазом моргнуть, как оба пирата оказались возле неё — гипноз на скорость оказался ничуть не менее действенным, чем на силу. К счастью для Усоппа, Нами давно уже привыкла сражаться с ещё более сильными и быстрыми противниками, поэтому она не только успела избежать атаки сама, но и про него не забыла. Прихватив его с собой, она затем откинула его далеко в сторону, чтобы он больше не мешался ей под ногами, после чего оценила атаки своих загипнотизированных противников.

Шам атаковал очень быстро, но, во-первых, атаковал он недостаточно быстро, чтобы застать врасплох Нами, а во-вторых, атаковал он стальными когтями, которые просто не могли причинить ей вред. Фрукт Sube Sube no Mi (Фрукт Скользи-Скользи) гарантировал её неприкосновенность. Зато Бучи, в буквальном смысле, раскалывал ногами землю, что при определенных обстоятельствах могло стать опасно, поэтому, первым делом, девушка сосредоточилась именно на здоровяке. В скорости он заметно уступал своему товарищу, который, в свою очередь, столь же заметно уступал в этом самой Нами, из-за чего она без проблем подобралась к нему на расстояние удара.

И ударила! Несколько раз подряд! Со всей силы!

Однако Бучи просто не обратил внимания на её удары, нанесенные по его торсу. Более того, он без какого-либо труда заблокировал все удары нацеленные в его пах, — один из немногих способов справиться с такими непробиваемыми монстрами, — а его голова находилась настолько высоко, что девушка просто не рискнула её атаковать. Для удара по голове пирата, ей бы пришлось прыгать, что давало отличный повод для контратаки — в воздухе, без опор, увернуться от атаки было в стократ сложнее, чем на земле. В некоторых ситуациях и вовсе невозможно. И тут ей даже фрукт не мог помочь. Нет, удар бы с неё так и так бы соскользнул, но, без опоры, её бы тоже отнесло в сторону.

После нескольких минут яростного обмена ударами, бой остановился сам собой. Атаки парочки пиратов не действовали на Нами, а её атаки не действовали на Бучи, чем нагло пользовался Шам, иначе бы она уже давно его вырубила. Ситуация сложилась патовая. Пираты не могли победить девушку, но и она сама не могла их победить. Потенциально она ещё могла расправиться с Шамом, но никак не с Бучи. Пусть здоровяк и был ощутимо медленнее неё, но, имея только два уязвимых места, он без труда мог блокировать все опасные для себя удары. Сражайся девушка тем же мечом вместо посоха, и всё бы закончилось в течении минуты её безоговорочной победой. Однако в отличие от её любимых «мальчиков», она не очень любила кровь и убийства. Наконец, если говорить начистоту, ей вообще не нужно было какое-либо оружие, включая посох. В её арсенале имелось кое-что в миллион раз страшнее, разрушительнее и действеннее.

— Мальчики, помогите мне, пожалуйста! — даже не крикнула, а просто громко произнесла Нами.

Результат не заставил себя ждать. Не успела она договорить последнее слово, как огромная туша Бучи оказалась впечатана глубоко в землю. Да ещё с такой силой, что вся местность вокруг в буквальном смысле заходила ходуном, словно при сильном землетрясении.

— Вы использовали заклинание «Помощь Семьи» первого уровня, — первым делом произнёс Джонни, стоило ему только приземлиться рядом с девушкой. — Заклинание будет действовать до полного уничтожения врагов… Серьёзно, Нами, могла бы приложить чуть больше сил, прежде чем звать на помощь! Ты не в курсе, но Йосаку сейчас валяется с простреленной головой, Зоро опять умудрился потеряться, а я только пришёл, и ты тут же позвала на помощь. Ты хоть представляешь, что бы случилось, если бы я хоть на чуть-чуть опоздал?

Йосаку и Джонни нет, Зоро потерялся, а значит…

— Хорошо, что ты успел… — издав немного нервный смешок, произнесла девушка.

Луффи на поле боя был сродни заклинанию Армагеддона в настольных играх. Равных ему по силе врагов никогда не находилось, а значит от его присутствия, как и от заклинания Армагеддона, страдали абсолютно все. Враги семьи, конечно, всегда кончали намного хуже, но и самой семье доставалось немало. Что поделать? Такова была цена помощи Луффи. К счастью, на памяти Нами, серьёзное вмешательство парня потребовалось только один-единственный раз. В тот раз Зоро, как и сейчас, потерялся, а Джонни и Йосаку ничего не могли поделать со своим противником, съевшим фрукт типа Логии. Тогда у Луффи просто не осталось другого выбора, кроме как вмешаться.

Откровенно говоря, столкновение с «Козырной Семьёй», во главе с «Медвежьим Королём», до заварушки с Кригом, было единственным разом, когда Луффи вмешался в бой, чтобы действительно помочь своей семье, а не усложнить им жизнь ещё сильнее. Итог вмешательства, правда, оказался закономерен. От «Козырной Семьи», как и от «Заводного Острова» ничего не осталось… Нет, что-то конечно всё равно осталось, но искать нужно было с лупой. Всё-таки Луффи не хотел, чтобы кто-нибудь из их противников остался в живых, и доложил кому не надо о его настоящей силе, поэтому, в убийстве и разрушении всего и вся, он тогда не сдерживался… Или, что будет вернее, перестал сдерживать отыскавшегося Зоро. Хотя, откровенно говоря, они там оба постарались, как никогда прежде. Вот и получалось, что звать Луффи на помощь, особенно против пиратов «Чёрного Кота», было сродни вызову линкора Морского Дозора, при драке двух малолетних детей за песочницу — пострадали бы все, включая саму песочницу. Собственно, потому и «Армагеддон».

— Джонни «Отрыватель Голов»! — невольно попятился назад Шам. — Что… что здесь делает один из «Убийц Пиратов»?!

В отличие от Нами, её «спаситель» оказался узнан практически мгновенно.

— Разве не очевидно? — чуть склонил голову на бок парень. — Я собираюсь убить немного пират… — не договорив, он резко отпрыгнул в сторону, поэтому предназначавшаяся ему атака досталась Нами… предсказуемо не причинив ей никакого вреда.

Новым противником оказался высокий мужчина в круглых очках и чёрном костюме, с зализанными назад тёмно-зелёными волосами, на руках которого красовались перчатки, этакие «Кошачьи Когти» на манер перчаток Шама. Разница заключалась в том, что у Шама действительно были когти, пусть и стальные, а у нового парня, вместо когтей, торчали лезвия катан. Что ещё необычнее, всё это дело выглядело по-настоящему опасным, и отнюдь не глупым или смешным. Оставался вопрос, кто он вообще такой, но у Нами и Джонни имелось одно весьма дельное предположение.

— Я полагаю, ты и есть так называемый капитан Куро по прозвищу «Стратег», — не столько спросил, сколько констатировал факт Джонни. — Должен заметить, что для мертвеца трёхлетней давности ты выглядишь как-то чересчур бодро. Рад познакомиться, кстати. Нет, правда, рад. Ты выглядишь довольно занятным парнем, а такие нам встречаются до обидного редко.

— Ты можешь не представляться, — произнёс в ответ Куро, — Шам вполне успешно сделал это за тебя… печально известный на всё Ист Блю «Отрыватель Голов» Джонни. Удивлён увидеть тебя здесь, как и с недавних пор весьма известную «Королеву Монстров». Вот только не буду врать и говорить, что рад нашей встрече. Вы грозите порушить мой тщательно продуманный план, а я потратил целых три года, чтобы претворить его в жизнь. И вот теперь, когда он достиг завершающей фазы, вмешались вы… Что вам вообще понадобилось на этом отдалённом острове? Зачем вы здесь? И почему мешаете мне и моим людям? Неужели только из-за того, что они пираты, а вы охотники?

— Да мы просто мимо проплывали, — усмехнулся Джонни. — И нам ничего не надо ни от тебя, ни от твоих людей, ни от этого острова. Почему мы мешаем тебе и твоим людям… а почему бы и нет? Убивать пиратов у нас уже давно вошло в привычку… И нет, мы больше не охотники, поэтому позволь мне всё же представиться самому. Меня зовут Джонни «Отрыватель Голов» и я пират, один из двух бойцов семьи Соломенной Шляпы. Рядом со мной стоит наш навигатор, можешь называть её «Королевой» Нами, — он чуть склонил голову в сторону девушки. — И ещё, ничего личного, но сегодня ты умрёшь. Как бы сказал мой капитан, тебе просто не повезло. Бывает.

— Значит, просто мимо проплывали? — усмехнулся Куро. — Три года усилий оказались под угрозой из-за какой-то случайности? А теперь ещё грозите меня убить? Что ж, мы ещё посмотрим, кто сегодня умрёт.

С этими словами он резко сорвался с места и устремился прямо к Джонни и Нами. Скорость у него оказалась приличная, вот только с противниками ему не повезло. Сильно не повезло. Хотя, точно таким же образом можно было сказать про любого пирата или пиратскую команду, которым не посчастливилось столкнуться с безумной семейкой Соломенной Шляпы. Джонни даже вмешиваться не пришлось. Вероятнее всего, Куро казался нереально быстрым для большинства своих противников, — молниеносно быстрым, — но, на деле, его скорость лишь немногим превосходила скорость Нами. Идеально. Девушка сражалась лучше всего именно тогда, когда противник был сильнее её, поэтому она легко заблокировала «молниеносную» атаку Куро своим шестом. Пирата такой итог не устроил, поэтому удары посыпались на Нами буквально со всех сторон.

Десять секунд, тридцать, минута…

Удары сыпались на девушку ровно до тех пор, пока она специально не пропустила один из них. Было очевидно, что Куро не придал значения тому, каким именно образом она осталась невредимой после его самой первой атаки. По-видимому, пират посчитал, что она просто успела увернуться в последний момент, поэтому, когда его атака безвредно соскользнула с её тела, Куро оказался полностью открыт для ответного удара. Нами момента не упустила.

Мужчина не обладал защитой сопоставимой с защитой Бучи, из-за чего атака девушки оказалась невероятно действенной. Если Куро немного превосходил её в скорости, то она сама намного превосходила его в силе. Одним мощным ударом она отправила своего противника в двадцатиметровый полёт, закончившийся болезненным столкновением с деревом. Шам и остальные пираты «Чёрного Кота», из тех что находились в сознании, тут же разразились потрясённо-удивлёнными возгласами. Куро для них всегда являлся эпитомией силы и неуязвимости, поэтому для них оказалось настоящим шоком увидеть его валяющимся на земле и кашляющим кровью.

— Ты… с тобой что-то не так? — вытерев окровавленные губы о рукав своего пиджака, поднялся на ноги слегка помятый мужчина. — Моя атака должна была гарантированно тебя убить.

Аккуратно, чтобы не порезаться собственным оружием, он ладонями загладил назад свои растрёпанные волосы, после чего, опять же, ладонью поправил свои очки.

— Если здесь с кем-то что-то не так, так только с тобой и твоей командой, — заявил ему Джонни. — Никогда не понимал идиотов вроде вас, которые способны так легко поднимать руку на девушку подобной красоты. Я её толком не могу ударить даже тогда, когда мы тренируемся, а уж о серьёзном намерении убить и вовсе молчу. Вы все импотенты, что ли? Или гомики? Других объяснений я найти не могу.

В ответ на свою защиту Нами послала парню благодарную улыбку, от которой его мгновенно бросило в жар, а сам он заметно смутился. Будучи одной большой горой перекачанных мускулов, смущенный Джонни выглядел почти сюрреалистично. Монстры смущаться не могут, потому что смущаться монстры не могут.

— КУРАХАДОР!!! – неожиданно разнёся по округе разозлённый женский голос.

Сложившуюся ситуацию в очередной раз нарушило появление нового действующего лица. Только в этот раз этим самым лицом оказался не очередной кровожадно настроенный мужик, а кровожадно настроенная юная девушка. Бледное лицо, длинные светлые волосы, карие глаза, среднего роста, одетая в светлое платьице поверх которого был накинут коричневый плащ, а на её ногах красовались красные женские сапожки. Ещё она держала в руке пистолет, который направляла на откровенно ошарашенного Куро.

— КАЯ!!! — вытаращился на неё Усопп. — Что ты здесь делаешь?!! Уходи отсюда немедленно!!!

Он попробовал подняться на ноги и пойти к ней. Вот только если подняться на ноги у него получилось, пусть и с изрядным трудом, то сил на ходьбу уже не осталось. Всего через три шага его ноги подкосились и он рухнул обратно на землю.

— Усопп-сан?! — девушка в шоке уставилась на окровавленного парня. — Усопп-сан!!! — бросилась она к длинноносому, мгновенно позабыв и про Куро, и про пистолет в своей руке.

Встав рядышком друг с другом, Нами и Джонни принялись молча наблюдать за разыгрывающейся перед ними драмой.

— Усопп-сан, как вы?! — буквально рухнув перед парнем на колени, девушка поспешила заключить его в свои объятья, несмотря на всю покрывающую его грязь и кровь. — Пожалуйста, не умирайте, Усопп-сан!

— Кая, что ты здесь делаешь?! Ты должна немедленно отсюда уходить! Курахадору и остальным пиратам нужна именно ты! Ты должна немедленно бежать!

— Я не могу, Усопп-сан! Я не могу вас бросить!

В этот момент, наконец, в себя пришел и сам Куро.

— Кая… Госпожа Кая? Что вы тут делаете? — спросил он недоумевающим голосом. — Вы больны, вы должны быть в своей постели!

После таких слов, и без того бледное лицо девушки стало ещё белее, только теперь уже от гнева.

— Замолчи… Замолчи, Курахадор! Мери мне всё рассказал! Я знаю кто ты, и что тебе нужно! Мои деньги?! Можешь забрать их все! Но не трогай Усопп-сана или жителей деревни!

— Мери? Вот значит как… Я думал он уже давно мёртв. Кажется, мирная жизнь притупила мои инстинкты даже сильнее, чем я думал… И вы правы, мне действительно нужны ваши деньги… Однако мне недостаточно одних лишь денег. Я потратил три года своей жизни работая вашим дворецким, поэтому теперь собираюсь забрать всё, что мне причитается. Ваши деньги, вашу жизнь и жизни жителей деревни.

— Так мы тебе и позволим! — раздался слаженный хор трёх голосов, и на сцену вышли новые лица… или старые, если вспомнить предыдущий день.

Три подростка, один из которых был вооружен битой, другой сковородкой, а третий лопатой. Именно эта троица сделала сутки назад умную вещь — они мгновенно сбежали при появлении «Убийц Пиратов»! Невозможно придумать что-то ещё более умное.

— Таманэги, Пииман, Ниндзин! — в панике произнёс Усопп. — Вы-то что тут делаете?!!

Прим.авт.: «Таманэги», «Пииман» и «Ниндзин»» в официальном переводе от Азбуки зовут «Лук», «Морковка» и «Перец», но я решил оставить их имена без перевода.

— Луффи-аники был прав, — произнёс Джонни, наблюдая за всем этим представлением, — драма она и есть драма. Любовь, дружба и предательство! Здесь есть всё.

— Луффи всегда прав! — согласно кивнули головами Нами и… Луффи.

— Ты решил перестать прятаться в кустах?! — после небольшого ступора, вытаращился на него Джонни.

— Не говори обо мне так, словно я чего-то боюсь, — слегка фыркнул тот в ответ. — Просто я решил, что наблюдать из первого ряда будет намного интереснее.

Однако девушку сейчас волновал совсем другой вопрос.

— Где… где ты взял мороженое? — недоумённо спросила она, разглядывая упомянутое мороженое в руке её капитана.

Они с самого утра были вместе, поэтому она точно могла сказать, что парень никуда не отлучался, а среди их запасов не было никакого мороженого. Не говоря уже о том, что он где-то успел достать себе очередную футболку кислотного цвета, взамен отобранной у него рубашки. И очередные модные очки, теперь красующиеся у него на носу.

— Разве не очевидно? — Луффи чуть повернул голову в сторону Нами. — Конечно же, я взял его у мороженщика! Серьёзно, Нами, не уподобляйся Зоро! Нечто настолько очевидное ты должна понимать сама.

Девушка собралась было спросить, где он умудрился найти этого самого мороженщика в шестом часу утра? Да ещё буквально за десять минут, что она его не видела? А также откуда он взял новую футболку? Однако затем её благоразумие взяло вверх над любопытством, и она сдержалась. Во-первых, некоторые вещи лучше не знать, тогда и сон крепче, а во-вторых, она ничуть не сомневалась, что, прежде чем ответить на вопрос, Луффи сначала хорошенько прополощет ей мозги. Оно того не стоило. Тем более развернувшаяся перед ними драма постепенно начала превращаться в отменную комедию.

— Берите Каю, и бегите отсюда немедленно! — надрывался Усопп.

— Мы не бросим вас, капитан! — звучал в ответ дружный и непреклонный хор троицы подростков.

Длинноносый парень, всеми правдами и неправдами, пытался уговорить Каю и пацанов бежать куда подальше, но они упорно стояли на своём, желая остаться и помочь в «защите деревни». И так по кругу, на протяжении нескольких минут. В итоге, Усопп сделал над собой усилие и даже немного реабилитировался в глазах Луффи, — он сам об этом сказал рядом с ним стоящим Нами и Джонни! — когда вывернул правду таким образом, чтобы у троицы пацанов просто не осталось другого выбора, кроме как взять Каю под руки, и свалить в деревню. Реши они поступить иначе, и тогда бы стали выглядеть не только полными идиотами, но ещё и «предателями своего капитана». В общем, всё почти срослось, когда к месту событий подоспела целая «кавалерия», до зубов вооружённая граблями, вилами и лопатами, а самые здоровые мужики и вовсе держали в руках безотказные ломы. Именно в этот момент драма окончательно превратилась в комедию. Или всё дело было в идиотских комментариях Луффи?

— Педро, как ты мог?! — писклявым голосом воскликнул он, когда жители деревни осознали, что Курахадор действительно тот ещё гад, и, заглушая друг друга, начали истошно надрывать об этом глотки. — Я тебе так верила, так верила, а ты всё это время спал с моим папой! Как ты мог?!

Понятное дело, что его «комментарии» имели очень мало общего со всем происходящим.

— Мва-ха-ха-ха! — изменив голос на «типа злодейский», когда жителям деревни стал отвечать Куро, мерзопакостно рассмеялся Луффи. — Это всё был мой коварный план по захвату булочной твоей правнучки! Кончита, как только я разберусь с тобой и этим старым дураком, твоим, отцом, больше никто не сможет помешать мне захватить власть над миром!

Как обычно, он радостно нёс полнейший бред.

— Но Педро, мой папа итак уже умер десять лет назад! — и снова тоненький голосок, когда жители деревни начали кричать о том, что они не позволят получить Курахадору наследство Каи, и уж тем более не позволят ему её убить. – А булочной у меня никогда и не было!

Надо отдать ему должное — он потрясающе умел менять свой голос!

— Мва-ха-ха-ха! — и снова «типа злодейски». — Значит мне работы меньше! — примерно так же Куро ответил жителям деревни, когда они заявили ему о том, что положат свои жизни, но не дадут ему обидеть Каю. – Власть над миром уже почти у меня в руках!

Всё-таки он по настоящему любил придуриваться подобным образом.

– Знаете, мужик, конечно, полный идиот и слабак, но всё равно довольно умный. — Неожиданно произнёс Луффи своим обычным голосом, после того как Куро объяснил всем собравшимся, почему именно с их прибытием у него стало «меньше работы». — Если бы мы не оказались на этом острове, он бы без всяких проблем смог претворить свой план в жизнь. Собственно говоря, поэтому он и умный… Однако всё можно было обстряпать намного быстрее и легче, из-за чего он полный идиот. К тому же, что за дурная привычка рассказывать о своих планах? Неужели так сильно охота поговорить со всеми о том, какой он гений?

— Да ты сам постоянно так делаешь! — воскликнул Джонни. — Не будь лицемером.

— Во-первых, со всей ответственностью заявляю, что так глубоко обожаемый тобой капитан, сейчас потрясён до глубины души тем фактом, что ты вообще знаешь значение слова «лицемер». Во-вторых, рассказанный злодейский план рассказанному злодейскому плану рознь. Ты можешь рассказать свой злодейский план только тогда, когда распространившееся знание о твоём злодейском плане не будет угрожать претворению этого самого злодейского плана в жизнь.

— Обязательно так часто повторять «злодейский план»? — спросила Нами.

— Нет, но слишком прикольно звучит.

— Я так и подумала.

Как уже говорилось, весь их разговор стал результатом того, что Куро выболтал всем собравшимся всю суть своего плана. И его план заключался не только в убийстве Каи, и присвоении всего имеющегося у неё имущества, но и убийстве собственной команды, чтобы, значит, ни одна живая душа не смогла опознать в нём известного пирата.

— Он бредит наяву и даже не понимает этого, — вынес свой окончательный вердикт Луффи, после чего вернулся к поеданию своего уже порядком подтаявшего мороженого.

— В этом он точно не отличается от подавляющего большинства всех остальных встречавшихся нам пиратов, — презрительно фыркнула Нами. — Мы здесь, а он до сих пор говорит о своём плане, вместо того чтобы бежать отсюда со всех ног.

— Да я не об этом! — слегка помахал свободной рукой Луффи. — Его план заключался в том, чтобы Панго загипнотизировал Усопповскую Недозомби. Она бы написала завещание, и тогда, после её смерти, всё бы досталось нашему Фальшивому Зомби.

— К чему ты клонишь? — не понял Джонни.

Нами тоже озадаченно посмотрела на своего капитана.

— Оглядитесь по сторонам, а после скажите кого здесь не хватает, — раздражённо закатив глаза, подсказал им парень.

Джонни и Нами послушно стали вертеть головами по сторонам. И если сначала они оглядывались, не понимая на что конкретно намекал им Луффи, то вскоре они уже стали осматриваться вполне осмысленно.

— …Джанго сбежал? — спросила удивлённая девушка, когда так и не смогла найти на берегу пирата-гипнотизёра.

— Он уже на полпути к противоположному концу острова, — снова усмехнулся Луффи, но почти сразу же его усмешка трансформировалась в гримасу отвращения. — Как и этот зелёноволосый даун с его топографическим кретинизмом! – буквально прорычал он. — Честное слово, когда-нибудь я не смогу сдержаться и просто убью его нахрен!

— …Зоро на полпути к противоположному концу острова? — склонив голову на бок, спросил Джонни.

— Как так?! — возмущённо воскликнула Нами. — У него же есть Воля! Как вообще можно заблудиться с Волей?! Разве с её помощью он не должен постоянно знать о том, где мы находимся?!

— Нами, этот идиот не в состоянии найти лестницу, стоя на этой самой лестнице! — лицо Луффи скривилось так, словно у него разболелись все зубы разом. — Признаюсь, я не знаю, что мне с ним делать, — с отчетливо слышимыми нотками отчаяния добавил он. — Как бы сильно я его не избивал, как бы не уговаривал, что бы не советовал, всё бесполезно! Всё! Если бы я не знал его настолько хорошо, насколько я его знаю, то давно бы уже был уверен, что он просто так надо мной издевается! Я бы даже это понял и простил! Но нет, он действительно настолько плох, насколько он плох!

— Может нам попробовать завести ему собаку, которая бы, беря след, могла возвращать его обратно на корабль? — предложил Джонни.

— Только если собака будет умнее Зоро, что, если подумать, вполне возможно, и если она будет уметь говорить, что уже менее вероятно. В других случаях ничего не получится… Да и, со временем, я сам её грохну, если она будет гадить где попало на моём корабле и валяться на моём диване.

Нами и Джонни невольно переглянулись. Им стало понятно, что Луффи и сам подумывал о собаке для Зоро, но тут ему мешали собственные предубеждения. Нет, в целом, животных он любил, как и собак в частности. Однако животных он любил только тогда, когда ему не было необходимости плавать вместе с ними.

— Луффи, у тебя больше нет дивана, — на всякий случай напомнила ему Нами. – Он теперь на дне моря.

— Да и корабля у нас тоже нет, — поддакнул Джонни.

— Это сейчас нет! — беспечно отмахнулся Луффи. — Да и воб… о! Йосаку очнулся.

— Кстати, а что с ним случилось? — спросила Нами.

— Луффи прострелил ему голову.

— Зачем?! — круглыми глазами посмотрела она на своего капитана. — В смысле, почему? — тут же поспешила исправиться она, едва только парень успел открыть рот.

Прежде чем ответить, он бросил многообещающий взгляд на Джонни, из-за чего тот вновь поспешил придать себе самый невинный вид, на какой он был только способен, после чего Луффи повернулся к Нами.

— Я просто споткнулся, — «честно» признался он.

— И у тебя в этот момент совершенно случайно оказался пистолет в руке? — ни на мгновение не поверила ему девушка.

— Почему случайно? Я сам его достал! Я уже побежал вслед за тобой, чтобы помочь тебе разобраться с пиратами, когда споткнулся. Маленькая ошибка. Это случается даже с лучшими из нас!

Нами уставилась на него так, словно у него неожиданно выросла вторая голова. Побежал, чтобы помочь разобраться с пиратами? Когда Усопп говорил про восемьдесят миллионов своих последователей, он и то выглядел более убедительным, чем Луффи со своим заявлением о помощи. Однако прежде чем девушка успела продолжить этот во всех смыслах бесперспективный разговор, ей помешал Джонни.

— Капитан, мы им помогать-то будем или как? – спросил он. — По-моему, наш Фальшивый Зомби собрался сделать что-то реально опасное.

Глава 9. Повстречались как-то раз врун, лжец и обманщик… Часть 5

Джонни дело говорил. Окончательно закрепив за собой статус «Главного Гада», Куро закончил разговаривать разговоры. Вместо этого он, чуть нагнувшись вперёд и расслабив руки, стал слегка раскачиваться из стороны в сторону. Жители деревни недоумевали, а вот пираты «Чёрного Кота» ударились в самую настоящую панику. И очень быстро из их криков стало понятно, почему именно они ударились в панику.

— Он вводит себя в транс, чтобы повысить свои физические возможности, но взамен атакует в буквальном смысле всё в округе, — подвёл итог Луффи, проанализировав выкрики перепуганных пиратов. — Да, Рю, ты прав, нам лучше вмешаться. Если сейчас он собирается увеличить свою скорость ещё больше, Усопп вполне может помереть.

Про жителей деревни и пиратов, что примечательно, он даже не упомянул и этот факт многое говорило о его приоритетах в жизни.

— Shakushi! (Гребёнка Смерти!) — перестав раскачиваться, громко и отчетливо произнёс Куро.

А затем он исчез, а вместе с ним исчез и Луффи. Не успел никто осознать случившегося, включая Нами и Джонни, как раздался железный скрежет — это Луффи, появившись прямо перед жителями деревни, столпившимися вокруг сидящих на земле Усоппа и Каи, заблокировал удар Куро… двумя напитанными Волей палочками от мороженого. И это тогда, когда ему вполне было по силам как заблокировать атаку голыми руками, так и вырубить своего противника одним ударом, — или вовсе без всякого удара. Естественно поступить столь логичным образом, было бы совсем не в его духе. Слишком скучно и неинтересно. Именно поэтому Луффи остался на месте, а Куро вновь исчез, после чего, спустя две-три секунды, издав громкий вопль, на землю упал пират с располосованной грудью. Добраться до пиратов «Чёрного Кота» Куро не помешал даже устроенный Бучи завал.

— Нами! Рю! Вы вообще собираетесь что-нибудь делать или как? — завертев в руках палочки от мороженого, поинтересовался у них Луффи, когда рухнул пятый исполосованный по счёту пират.

— А разве нужно? — с сомнением спросил Джонни. — Нам же работы меньше! Всё что он пока делает, так это убивает свою команду, и я не вижу причин ему препятствовать.

Он едва ли не один в один, повторил слова самого Куро.

— Кстати о нём и его команде… — произнесла Нами. — Я же правильно понимаю, что он использует какую-то кастрированную версию Soru (Скользящая Поступь)?

— Совершенно верно! — кивнул Луффи. – Он явно где-то её подсмотрел, но до конца разобраться не смог, из-за чего получилось, что получилось. Я уже не раз вам говорил, что для полноценного использования техник Рокушики (Шесть Воинских Стилей), сначала необходимо многократно повысить ваши физические показатели. Иначе, по итогу, получится такая же фигня, как у этого Фальшивого Зомби.

— Точно-точно! – тут же охотно поддакнул Джонни. — Его скорость, конечно, сначала застала меня врасплох, но если сравнить его хотя бы с тем же Санджи, не говоря уже про тебя или Зоро, он словно бегает на сломанных ногах.

— Так давай, доломай ему ноги окончательно! — Луффи ткнул одной из палочек в сторону, где Куро методично избавлялся от своей команды. — Если ты забыл, то позволь мне напомнить, что мы больше не охотники за вознаграждениями, поэтому нам больше не нужно убивать всех пиратов до единого.

— В смысле? — не поняла Нами. — Мы их просто отпустим, что ли?

— Нет, если тебе так хочется, мы, конечно, можем их всех убить, — «любезно» предложил Луффи. — Решать тебе.

— Я не хочу никого убивать! — быстро пошла на попятную девушка. — Просто как-то непривычно слышать от тебя такое.

— Не понимаю почему, — пожал плечами парень. — Разве нам есть сейчас хоть какая-то выгода от их смерти? А если нет, тогда зачем лишний раз напрягаться?

— Ага, под таким углом я на ситуацию не смотрела, — понимающе кивнула Нами.

Всё логично. Теперь, после уничтожения армады Крига, и после того как они окончательно стали пиратами, убийство других пиратов стало делом почти бессмысленным. Уничтожение ещё одной пиратской команды точно уже никак не повлияет на их репутацию. Вдобавок Луффи собирался поднять пиратский флаг, едва только у них появится корабль, а с намалёванным пиратским флагом на парусах и наградами за их головы, станет проблематично продавать захваченные корабли. Это уже не упоминая о том, что они планировали плыть на Гранд Лайн, поэтому им сейчас было не до продажи кораблей.

— А как же их сокровища? — задала девушка сам собой напрашивающийся вопрос. — Неужели они тебя тоже не интересует?

Луффи, которого не интересуют деньги? Мысль, с какой стороны на неё не посмотри, выглядела абсурдной. И абсолютно точно невозможной.

— С чего бы это? — неподдельно озадачился парень. — Одно дело не убивать их, но их жратва и деньги точно наши! Серьёзно, Нами, почему я должен объяснять тебе настолько очевидные вещи?

Смотри-ка ты, а вселенная всё ещё на месте и работает так, как ей и полагалось работать.

— Ах, прости-прости! — облегчённо вздохнув, тут же послушно извинилась девушка. — Тогда, может, пока вы тут с ними развлекаетесь, я схожу и ограблю их корабль?

Порой она тоже могла быть необычайно «любезной».

— Да, пожалуйста! — великодушно разрешил Луффи.

На фоне того, что воздух был наполнен криками раненных пиратов, и отчаянными воплями ещё целых пиратов, весь состоявшийся разговор выглядел чистым сюрреализмом… с точки зрения жителей деревни и Усоппа. Именно поэтому они наблюдали за всем происходящим с низко отвисшими челюстями, и выкатившимися на лоб глазами. Нужно отметить, что это была довольно стандартная реакция на членов семьи Соломенной Шляпы, вернее на большинство их действий. То, что они считали нормальным, другим казалось… в общем, сюрреализм какой он есть.

Стоило Нами получить разрешение Луффи, как она тут же направилась к шлюпкам, на которых пираты «Чёрного Кота» высадились с корабля на берег. Джонни, в свою очередь, не стал размениваться по мелочам, и, набрав полные легкие воздуха, буквально залил огнем местность перед собой. Несмотря на быстрое и хаотичное перемещение Куро, парень всё равно его видел, поэтому без особого труда смог поймать пирата своей огненной атакой.

На этот раз воздух вокруг сотряс болезненный вопль самого Куро, но он, полностью оправдывая своё прозвище «Стратег», не растерявшись, сразу же устремился к воде. Температура огня у некоторых атак Джонни достигала такой величины, что он мог в считанные секунды сжечь человека до костей. Тем не менее, в этот раз его противник умудрился отделаться лишь легкими ожогами, сожженными бровями, сильно попорченной причёской и изрядно пострадавшей одеждой. Конечно, не Криг, но тоже ничего. Хотя от самоуверенного в себе пижона, каким он выглядел и был в момент своего появления, не осталось и следа. Теперь он скорее походил на мокрую, облезшую, слегка подпаленную крысу.

— Пламя изо рта… ты съел дьявольский фрукт, — Куро не спрашивал, он утверждал. — Похоже слухи о ненормальности вашей команды не обычное преувеличение, — несмотря на своё состояние, он продолжал проявлять удивительное спокойствие.

— Ты себе даже не представляешь, — усмехнулся в ответ Джонни.

Пока Куро занимался водными процедурами, парень не только успел спуститься к самой воде, но и не забыл прихватить с собой Шама, бессознательную тушку которого он сейчас держал за шею. У худосочного пирата не хватило ума последовать примеру Джанго, и вовремя сделать ноги. Нами, к этому моменту, и вовсе уже была на полпути к кораблю пиратов «Чёрного Кота». На свете мало что стимулировало её сильнее, чем возможность заработать. И этого не изменил даже тот факт, что она уже давно потеряла счёт тому, сколько именно денег скопилось у их семьи. Они приходили сотнями миллионов и уходили примерно такими же суммами. Луффи умел зарабатывать баснословные деньги, но и тратил он их тоже в баснословных количествах. В общем, с точки зрения самого Луффи, и Нами, сколько бы у них не было денег, этих денег никогда не было достаточно, поэтому девушка не собиралась упускать возможности подзаработать ещё. Тем более мешать ей уже было некому. Лёгкие деньги.

Вся битва с Куро закончилась быстро и немного неожиданно для всех в неё вовлечённых… Хотя, какая ещё битва? Скорее так, затяжное избиение, которое закончилось весьма быстрым и жестоким образом. Но, как уже говорилось, малость неожиданно.

Куро вышел из воды, Джонни приготовился его добивать и вот в этот вот самый момент на сцене появился раздражённый Йосаку. Никто не успел и глазом моргнуть, как Куро, сначала, оказался впечатан глубоко в землю, а затем поднят за волосы и, оставляя за собой кровь, сопли и выбитые зубы, отправлен в длительный полет, чудовищным по силе ударом в лицо. Полет некогда грозного капитана, в своё время прозванного «Стратегом», завершился мощным столкновением со скалой. В буквальном смысле впечатанный в скалу Куро так и остался висеть на ней к верху ногами, демонстрируя всем желающим свою смятую ударом Йосаку физиономию. Красавчиком его больше уже точно никто не назовёт, разве что в качестве злобной шутки. С другой стороны, было своеобразным чудом, что он сумел пережить сначала атаку Джонни, а потом ещё и нападение раздражённого своей смертью Йосаку, поэтому ему было грех жаловаться. Ещё пару недель назад его бы гарантированного добили, как и всю его бывшую команду, но сейчас у семьи Соломенной Шляпы приоритеты несколько сменились. Например, наконец-то им больше не было нужды возиться с многочисленными трупами.

Под руководством Луффи, более-менее уцелевшие пираты «Чёрного Кота», подгоняемые пинками Джонни и Йосаку, собрали всех своих раненных товарищей, включая выковырянного из скалы Куро, после чего отчалили на свой корабль. Почти одновременно с ними от их корабля отчалила Нами, к этому времени уже успевшая обчистить неудачливых пиратов. Много добычи она, конечно, не нашла, — все пираты Ист Блю давно уже сидели на «голодном пайке», — но кое-что найти ей все же удалось.... Естественно, несколько миллионов белли, для большинства людей, вовсе не выглядели «кое-чем». Однако девушка, благодаря своей новой семье, давно уже привыкла оперировать несколько другими суммами. Хотя до Луффи с его мнением, что если у него нет «хотя бы» миллиарда белли под рукой, то он босяк, бедняк и вообще полный голодранец, ей, конечно, ещё было далеко. В то же время три с половиной миллиона, утащенные с корабля пиратов «Чёрного Кота», оценивались ею на уровне карманной мелочи. В прошлый свой поход по магазинам, только на одну лишь одежду, она потратила в три раза больше, чем унесла денег с корабля пиратов «Чёрного Кота». В общем, ещё полгода-год, — скорее «пол», чем «год», — и уровень Луффи будет достигнут.

После победы над Куро, дальнейшая ситуация развивалась предсказуемым образом… по крайней мере, для одного человека точно. И не удивительно. Луффи всегда умел управлять ситуацией, направляя её развитие в нужное ему русло.

Во-первых, Усопп таки стал «Героем Дня». Пусть с пиратами покончили члены семьи Соломенной Шляпы, но именно длинноносый парень, накануне, пытался предупредить всех жителей деревни о грозящей им опасности. Именно он рисковал своей жизнью, придя в дом Каи, в самое «логово» Курахадора, и пытался забрать её с собой. И, наконец, благодаря парочке вскользь брошенных Луффи фраз, всем жителям деревни стало понятно, что только из-за Усоппа члены семьи Соломенной Шляпы вообще взялись защищать их деревню. Не говоря уже о том, что именно длинноносый парень стал самым первым «защитником», а его состояние наглядно показывало и доказывало, насколько сильно он хотел защитить жителей деревни в целом, и Каю в частности.

Во-вторых, когда страсти малость поутихли, Луффи бросил ещё парочку фраз, на первый взгляд не особо значимых. Однако именно благодаря им, семье Соломенной Шляпы подарили полноценный корабль. Это уже само по себе было удивительным. По сути, семье отдали единственный корабль, который можно было найти в деревне, и принадлежал он Кае. Ещё более удивительным для Нами, Джонни и Йосаку стал тот факт, что Луффи пришёл в полный восторг, едва ему только стоило увидеть корабль вблизи. Нет, сам по себе корабль выглядел… мило. Небольшая каравелла с одной главной мачтой, двумя пушками и миролюбиво выглядевшей головой барана в качестве носовой фигуры. В общем, мило, миролюбиво и безобидно. И в этом заключалась основная проблема. Не таким они себе представляли корабль, который бы сумел понравиться их капитану. Хотя бы потому, что такому кораблю точно не подойдут стеклянные гробы с дергающимися полуразложившимися зомби внутри.

В свою очередь корабль, «Гоинг Мерри» если говорить точно, был построен не кем иным, как вторым дворецким Каи, — или первым, учитывая, что Курахадор появился позже. Звали дворецкого Мерри, и из-за своей пышной белой шевелюры, с вьющимися волоса, он походил на барана. Не в том смысле, что он выглядел тупым, а в том, что он выглядел словно реальный баран. Принимая во внимание эксцентричность Луффи, было весьма подозрительно, что он сходу не отправил дворецкого Каи на тот свет. Или, как минимум, не вырубил. Более того, парень, в буквальном смысле, принял с распростёртыми объятьями корабль, построенный, по сути, человеком-бараном. Ситуация выглядела настолько неправильной, что, в конце концов, Нами просто не выдержала.

— Я не понимаю, чем этот корабль лучше всех остальных? — спросила она у своего капитана. — Не хочу никого оскорбить, — тут же повернувшись в сторону Каи и Мерри, пояснила она, — но я видела, как он моментально, без всяких раздумий, отказывался от самых лучших кораблей, которые только можно найти во всём Ист Блю. И пусть мне лично ваш корабль нравится, я не могу понять, чем он мог понравиться Луффи.

Нами повернулась обратно к парню и уставилась на него выжидательным взглядом.

— По-моему, уж кто-кто, а ты точно должна понимать, что мусор обёрнутый в красивую обёртку, всё равно останется мусором, — опёршись руками на перила корабля, Луффи посмотрел на девушку, стоящую на берегу рядом с дворецким Мерри. — Если бы ты могла использовать Волю Наблюдения, тебе бы даже в голову не пришло задавать мне подобный вопрос.

— Почему? – искренне не поняла Нами.

— В отличие от тех дорогих плавающих деревяшек, у Мерри есть душа, и её можно почувствовать с помощью Воли Наблюдения. Она ещё маленькая и глупая, но самое главное, что она вообще есть, — Луффи нежно провёл ладонью по перилам, словно гладил любимого котёнка или щенка. — Такой корабль можно было построить только если создатель вложил в него частичку своей собственной души. — Он посмотрел на стоящего на берегу Мерри, и в его взгляде можно было увидеть самое настоящее уважение. — Корабли сделанные под копирку никогда не смогут сравниться с кораблями, сделанными с душой. Тем более, нужно быть великолепным мастером, и невероятно любить своё дело, чтобы наделить корабль душой.

— Спасибо за столь высокую оценку моей работы! – произнёс счастливый Мерри.

— Это тебе спасибо за такой превосходный корабль! – не остался в долгу Луффи.

Нами официально была в шоке — её раздолбайский капитан действительно решился выразить кому-то своё уважение! На её памяти такое произошло в первый раз, а, судя по отвисшим челюстям Джонни и Йосаку, в первый раз такое произошло не только на её памяти. Или событие было настолько редкое, что всё равно вызвало шок.

— А теперь давайте, поднимайтесь на борт! — Луффи призывно похлопал по перилам.

— Что? — не поняла Нами. — Ты собрался плыть к нашим лодкам? Не легче сделать наоборот? Там где мы высадились довольно мелко, нам будет легче пригнать лодки сюда, чем плыть на корабле туда.

— Просто поднимайся на борт и всё, — тяжело вздохнул парень. — Красивым девушкам вроде тебя много думать вредно.

Слегка фыркнув, Нами, тем не менее, послушно двинулась в сторону корабля, прямо к верёвочной лестнице, свисающей до самой земли.

— А вам что, нужно отдельное приглашение? — приподнял бровь Луффи, обратившись к Джонни и Йосаку.

Парни тут же дружно подобрали челюсти и заспешили вслед за девушкой. Привычка повиноваться своему капитану уже прочно въелась в их плоть и кровь, поэтому даже шоковое состояние не стало достаточной причиной для игнорирования его приказов.

— Так куда мы поплывём? — первым делом спросила Нами, стоило ей оказаться на борту «Гоинг Мерри».

— Вот всё бы тебе знать, любопытная ты наша.

— Любопытный у нас Рю…

— Но-но! – возмутился взбирающийся по лестнице парень.

— …а я навигатор, поэтому должна знать куда мы плывём.

— Сначала к нашим лодкам, там возьмём пару чемоданов с деньгами, а затем отправимся на противоположную сторону острова.

— Зачем? — тут же полюбопытствовал Джонни, как раз успевший взобраться на борт.

И тем самым только подтвердил слова, ранее сказанные девушкой.

— Затем, что если мы этого не сделаем, то потом ещё неделями или месяцами будем искать нашего зелёноголового дегенерата по всему Ист Блю… А когда найдём, я не сдержусь и убью его нахрен! Где я потом найду себе такого же сильного первого помощника?!

И не поспоришь. Даже с убийством. Вернее особенно с убийством. Уж если Нами, Джонни и Йосаку периодически хотели придушить Зоро голыми руками, когда им приходилось тратить часы и часы на его поиски, то про Луффи и говорить нечего. Постоянно искать своего первого помощника он задолбался ещё на родном острове. И «Чёрные Клоуны» тоже, но это уже совсем другая история.

— А деньги тогда зачем? — вновь проявил любопытство Джонни. — Да ещё так много?

— Эй, может этот кораблик и с душой, — Луффи слегка похлопал рукой по главной мачте, возле которой он сейчас стоял, — но вот кое-что тут явно надо поменять.

— Кстати, а сколько тут кают? — неожиданно озадачилась Нами.

Будучи сильно удивлённой фактом того, что парню в кои-то веки понравился корабль, она едва не забыла о самом главном — своей отдельной каюте и большой мягкой кровати в ней! Кроме того, в отличие от Луффи, который успел за первые пять минут облазить весь корабль сверху донизу, ни она сама, ни поднявшиеся вслед за ней парни, ещё не успели осмотреть корабль изнутри.

— Можно сказать две, — ответил довольный Луффи. — Одна моя, капитанская, а другая ваша, общая.

— Что?! — широко распахнулись глаза Нами. — Не буду я делить с ними одну каюту! — искренне возмутилась она. — Я хочу свою каюту!

— Что тут поделаешь? — беспечно пожал плечами парень. — Не повезло тебе в этот раз. В следующий, глядишь, повезёт больше. К тому же, что ты так возмущаешься? Ты больше полугода плавала с нами со всеми на Нечто, и у нас не было ничего кроме Деревянного Ящика, одного на всех.

— Забудь ты уже про Нечто! Всё, что было на Нечто, пусть там и останется! Раньше у меня не было выбора, но теперь, когда у нас, наконец-то, появился нормальный корабль, я хочу себе отдельную каюту!

— С чего это ты решила, что у тебя вдруг сейчас появился выбор? — скептически посмотрел на неё Луффи. — По-моему, в нашей семье ещё никто не отменял диктатуру имени меня, или я что-то успел пропустить? Никак у нас бунт на корабле?

Джонни и Йосаку благоразумно самоустранились. Воспользовавшись тем, что всё внимание Луффи и Нами сосредоточилось друг на друге, парни отправились исследовать их новоявленный дом.

— Я девушка, а у девушки обязана быть собственная каюта! — привела свой самый убойный аргумент Нами.

С кем другим такой довод мог и сработать, но, к несчастью для неё, спорила она с Луффи. Он если и интересовался чужим мнением, то, в большинстве случаев, только для того, чтобы гарантированно сделать всё наоборот.

— Раньше тебе этот факт никак не мешал жить вместе с нами.

— Мешал! Ещё как мешал! Но раньше, как я уже сказала, у меня не было выбора!

— Повторяю ещё раз: с чего это ты вдруг решила, что он есть у тебя сейчас?

— Потому что теперь есть две каюты, а не одна общая!

— Нет, теперь есть одна моя каюта и одна ваша, общая.

Ухватившись за руку Луффи, рыжеволосая красавица прижала её к своей груди, после чего, взглянув на него заблестевшими от слёз глазами, жалобно принялась его упрашивать.

— Пожалуйста, Луффи, я девушка, мне нужна своя каюта, — её дрожащий голос прозвучал тихо, почти интимно, и с отчетливо слышимыми нотками отчаяния.

Это был эталонный метафорический удар ниже пояса.

— Ой-ой, ты серьёзно думаешь, что один и тот же трюк сработает на мне дважды? — вот только бесчувственный капитан ничуть не проникся превосходной игрой своего навигатора. — Да ещё за один день? Раньше надо было думать, раньше! Глядишь, если бы уже один раз со мной такое не проделала, сейчас могло и сработать.

— Ты обещал! — тут же стремительно сменила тактику Нами, слёз, понятное дело, как не бывало. — Ты обещал мне каюту и большую кровать! Держи слово!

— Я обещал тебе отличный корабль, — ничуть не повёлся Луффи, — про каюту и большую кровать и речи не шло. Корабль ты получила, так что своё слово я сдержал.

Тогда девушка снова сменила тактику.

— Луффи, мы ведь можем договориться, неправда ли? — приперев парня своей грудью к мачте, она принялась томно нашептывать ему на ухо, не забывая слегка тереться об него всем телом. — Ты знаешь, я умею быть благодарной, когда я этого хочу.

— Вообще-то нет, не знаю, — снова ничуть не повёлся Луффи. — И убери уже от меня свои сиськи, такой подход со мной не прокатит. Думаешь, меня ещё никто и никогда не пробовал соблазнять? Это с моими-то деньгами и силой? Я знаю одного грамотного дедка, нереально крутого мозгоправа, так он научил меня различным фишкам, включая ментальные закладки, поэтому со мной такие уловки не прокатывают.

Он даже ни в чём не соврал, но дьявол, как обычно, крылся в деталях, про которые он привычно умолчал. Во всяком случае, под «крутым мозгоправом» точно не было принято подразумевать безумного деда с «Железными Кулаками Любви», как и психологические травмы вовсе не означали «ментальные закладки». И да, «медовые ловушки» на нём действительно не работали, но вовсе не из-за упомянутого «мозгоправа». Как бы опять ни в чём не соврал, только и какой-либо правды в его словах тоже не было.

— Ну серьёзно, Луффи, я хочу себе отдельную каюту, — поняв, что все её тактики потерпели поражения, Нами принялась банально канючить. — Я не хочу спать рядом с парнями! Они вечно воняют потом из-за своих бесконечных тренировок и постоянно ведут себя так, словно я тоже мужик, а не девушка.

Она, конечно, немного преувеличивала, но только немного.

— Хорошего понемножку, — взяв руку Нами в свою, парень сочувственно похлопал по ней ладонью. — Корабль ты уже получила, и вполне можешь затолкать в общую каюту свою большую мягкую кровать. Так что когда-нибудь, в будущем, у тебя непременно появится и собственная каюта. Надо только потерпеть.

Девушка поняла, что проиграла. Правда, она не поняла, почему именно проиграла. Несмотря на возражения Луффи, она до последнего была уверена, что он точно отдаст ей свою каюту. Не сказать, чтобы он особо ей потакал, но она прекрасно осознавала, что ей сходит с рук намного больше, чем тем же Джонни, Йосаку или Зоро. И она была уверена, что в этот раз всё произойдёт аналогичным образом, потому что каюта, как таковая, Луффи на фиг не была нужна. Вот только, она ошиблась, и он так и не уступил ей свою каюту. Почему? Непонятно. Однако, она отлично усвоила урок с Усоппом. Если Луффи вдруг неожиданно начал поступать наперекор своей привычной для себя логике, — или тому, что её заменяло, — значит, он определенно что-то задумал. Такой вывод мало что давал сам по себе, но Нами тут же, мысленно, дала себе зарок отныне внимательнее приглядывать за своим капитаном. Если он действительно что-то задумал, а также принимая во внимание произошедший между ними спор, всё однозначно было как-то связано с ней самой. И это не сулило ей ничего хорошего.

— Эй, Недозомби! — подойдя к борту, крикнул Луффи, привлекая к себе внимание стоящих на берегу Каи и Мерри, а заодно отвлекая Нами от её параноидальных мыслей. — Передай Усоппу, чтобы он никуда не вздумал сваливать с острова. Мы вернёмся сюда через пару дней, максимум неделю, и нам нужно будет с ним серьёзно поговорить. Всё поняла?

— Хорошо, Луффи-сан, я обязательно ему передам!

Кая не совсем понимала, почему вся семья Соломенной Шляпы называет её «Недозомби», но она не собиралась с ними спорить. Кая всегда была девушкой умной и сообразительной, поэтому заранее могла сказать, что ей бесполезно пытаться возражать против своего нового прозвища. Да и кто в здравом уме будет возражать знаменитым на всё Ист Блю охотникам на пиратов? Пусть даже на деле они оказались не такими уж страшными, какими их постоянно выставляли в газетах и различных историях. Хотя, пожалуй, в реальности они оказались даже ещё более сильными, чем в любой рассказанной или напечатанной про них истории.

— И присмотрите за нашими вещами, иначе я за себя не отвечаю! — напомнил ей Луффи.

— Обязательно присмотрим, можете не волноваться! — поспешила заверить его Кая.

— Тогда до встречи через несколько дней, — парень помахал ей рукой на прощание.

Точнее прошло пять дней, прежде чем они увиделись вновь. За это время они нашли Зоро, — едва успели его перехватить, зелёноголовая сволочь уже успела отчалить от острова на чужом корабле, — закупиться различными вещами, и сменить всё внутреннее убранство корабля. Кая, конечно, девочка богатая, но даже у неё никогда не было возможности без всяких раздумий выкидывать сотни миллионов белли на ветер. Однако именно это Луффи и проделал, когда взялся за обустройство корабля.

Сначала, так сказать, за борт полетело… откровенно говоря, полетело буквально всё. Нетронутыми осталась лишь ванная, и без того выполненная выше всяческих похвал, водокачка, и кухня. Всё остальное оказалась отправлено прямиком на помойку, — или в руки тех, кто вовремя сообразил и не упустил своего шанса. Диваны, кровати, гамаки, книжные шкафы, и даже всё вооружение, включая пушки. Особенно пушки! Практически любая дальнобойная атака Джонни или Зоро, по всем параметрам, в разы превосходила выстрел из пушки.

Когда всё старое оказалось выкинуто, началось обустройство корабля всем новым.

Первым делом Луффи взялся за кухню, гостиную и рулевую, располагающиеся в одной комнате. Или, что будет вернее, за всё взялись нанятые им рабочие, под его чутким руководством. На месте, где раньше стояли холодильник, обеденный стол и пивные стойки, был поставлен более длинный стол, вокруг которого были смонтированы удобные лавки, обитые поролоном и обтянутые кожей, и одно массивное кресло во главе стола. Два огромных новых холодильника переехали в правый, дальний от двери угол, а рядом с ними примостился дорогой раскладывающийся диван и низенький столик. Штурвал был переделан в более удобный и надежный руль.

Затем настал черёд общей комнаты.

Там, где раньше лежал ковёр, стоял диван и висели гамаки, были установлены три широкие двухъярусные кровати, из-за чего объём комнаты сразу же оказался заполнен наполовину. Затем была установлена кровать Нами, ещё больше урезавшая свободное пространство. Пусть кровать и была одноместной, но маленькой её назвать было сложно. Ещё один диван, ранее располагавшийся в комнате, был поменян на новый и более комфортный, как и круглый стол перед ним. Такой же участи подвергся и стоящий в углу шкаф — место старого занял новый и более просторный. Рядом со шкафом были закреплены широкие полки, чтобы можно было ставить бочки с водой, от пола и до самого потолка.

Бывший склад и оружейная особых изменений не претерпели. Вернее, после того, как с корабля оказалось выкинуто всё вооружение, от склада и оружейной остался один лишь склад, только теперь заметно более просторный. Впрочем, просторным он оставался ровно до того момента, пока не оказался заставлен различными припасами под самый потолок. Точно такой же участи подверглась ещё одна оружейная, расположенная вместе с якорной комнатой. Другими словами, якорная комната осталась, а место оружейной занял склад. Правда, этот склад был переделан для складирования всех имеющихся денег, а так же вещей, которые семье удалось спасти из потонувшего Нечто.

Последним делом Луффи взялся за обустройство своей каюты.

Четверть каюты с ходу заняла массивная кровать, не столько двуспальная, сколько четырёхспальная. На месте бара были установлены два больших, от пола до потолка, шкафа. Один под одежду, второй под книги. Небольшой стол был заменён на более внушительный, а стул на удобное и дорогое кресло. На пол был постелен ковер с глубоким ворсом.

Так же, помимо всего прочего, корабль был буквально вылизан сверху донизу. Любые помарки незамедлительно устранялись, а скопившаяся грязь нещадно уничтожалась. На всё про всё, учитывая скорость выполнения и неизменное желание владеть только самым-самым лучшим, ушло чуть больше сотни миллионов, тогда как сам корабль вряд ли можно было продать больше, чем за двадцать.

Завершающим штрихом стала покупка новых парусов, матово-чёрных, на которых парочка нанятых художников намалевали огромный пиратский флаг — череп с перекрещенными костями и в соломенной шляпе. На двух флагштоках так же был поднят пиратский флаг.

— Не могу поверить, что это наконец-то произошло! — первым делом произнёс Зоро, когда все работы на «Гоинг Мерри» оказались завершены, и обновлённый корабль предстал перед их семьёй во всём своём великолепии. — Я уже, откровенно говоря, начал сомневаться в том, что мы вообще хоть когда-нибудь поднимем пиратский флаг.

— Мы тебя отлично понимаем, — глубокомысленно кивнул Джонни, говоря одновременно и за себя, и за Йосаку. — Мы провели с Луффи меньше времени, чем ты, и всё равно у нас уже неоднократно проскальзывали похожие мысли.

— А я уже начала терять надежду, что у нас вообще когда-нибудь появится свой собственный нормальный корабль, — в свою очередь призналась Нами.

— Какие вы все у меня, однако, нетерпеливые и недоверчивые, — сложив руки на груди, усмехнулся Луффи. — Всему своё время! И наше время пришло… или почти пришло.

— Почти?! — тут же прозвучал хор голосов.

— Что значит почти?! — потребовал немедленных объяснений Зоро.

— Не волнуйтесь вы так, я в том смысле, что нам ещё нужно подобрать Усоппа и Санджи.

Остальная часть семьи дружно перевела дух.

— Насчёт Усоппа я понимаю, — чуть погодя, когда они уже все поднялись на борт «Мерри», заговорил Йосаку, — а вот что ты будешь делать с Санджи? Он уже два года отказывается от твоего предложения.

— Ага, как же, отказывается он, — презрительно фыркнул Луффи. — Как бы он не пытался отмахиваться, он уже два года, как член нашей семьи. Раньше я особо не настаивал из-за того, что он повар и ему лучше совершенствовать своё мастерство под руководством старика Зеффа, чем заниматься убийствами вместе с нами, но теперь его время вышло. Нам пора на Гранд Лайн, поэтому другого выбора, кроме как пойти с нами, у него нет. Да и где ещё он будет искать это своё Олл Блю, кроме как на Гранд Лайне?

— И всё-таки, что ты будешь делать, если он упрётся рогом? — поддержал своего друга Джонни. — Ты и сам знаешь, что Санджи может быть довольно упрямым, когда он этого хочет.

— Тц… куда он денется с корабля посреди моря? – голос Луффи был полон презрения. — Особенно если это море Гранд Лайн?

— Ты всерьёз собрался его похитить, если он откажется?! — удивлённо уставилась на него Нами.

— Если этот идиот сам не сможет осознать очевидную для всех нас вещь, тогда нам придётся силой заставить его осознать её.

— С помощью похищения?!

— Я точно знаю, что Санджи неоднократно тебе рассказал про свою мечту. Вот скажи мне честно, ты действительно веришь, что человеку, способному рассказывать о своей мечте с такой страстью, не хочется отправиться в путешествие?

Если поставить вопрос таким образом… Нами просто не могла не признать, что Луффи был прав. Опять. Санджи действительно всегда рассказывал о своей мечте с такой страстью, что у неё давно не было ни малейшего сомнения в том, что, где-то в глубине души, он отчаянно желает отправиться на Гранд Лайн. И отправиться он желает немедленно, а не «когда-то там». Вот только человек не всегда способен сознательно принять то, что подсознательно знает уже давно. Девушка испытала нечто подобное на собственном опыте, поэтому точно знала о бессмысленности переживаний Санджи и его многолетнем самообмане. В общем, в любом другом случае, наверное, похищение было бы глупой затеей, но в случае с блондином подобное решение могло стать абсолютно оправданным.

К счастью, с Усоппом всё было намного проще.

— Вы хотите, чтобы я отправился вместе с вами?!! — в шоке воскликнул он, едва только Луффи предложил ему присоединиться к их семье.

Дело происходило в доме длинноносого парня, за его кухонным столом. Вся честная компания заявилась к нему в гости сразу после того, как растолкала по кораблю большую часть своих вещей, спасённых с Нечто. Они бы вполне могли распихать и всё, но небольшую часть Луффи, по каким-то причинам, приказал не трогать.

— Конечно! — радостно подтвердил Луффи. — Мы все смогли убедиться в твоей храбрости и надежности, а только таких мы и берём к себе в семью!

— Семью? — недоуменно склонил голову на бок Усопп.

— Мы не считаем себя обычной командой, — вместо Луффи взялся объяснять Зоро. — Из команды можно уйти, а семья это уже навсегда. В этой жизни ты можешь сам решить всё что угодно, кроме того, кто именно твоя семья по крови. Здесь практически тот же принцип. Даже если когда-нибудь, в будущем, наши дороги разойдутся, семья навсегда останется семьей, поэтому хорошо подумай над сделанным тебе предложением. Если ты решишь вступить в нашу семью, то это на всю жизнь, и обратного пути у тебя уже не будет.

Было очевидно, что Усопп проникся. Собственно, именно поэтому Луффи зачастую предпочитал, чтобы такие вещи объяснял именно Зоро. Там, где самому Луффи нужно было прикладывать реальные усилия, — пусть и не слишком большие, — чтобы выглядеть внушительным, Зоро внушал одним своим видом. Вдобавок, принимая во внимания репутацию мечника, слова такого человека просто невозможно было пропустить мимо ушей… Если ты, конечно, не являешься одним из членов семьи Соломенной Шляпы. Пусть Зоро внушал даже среди своей семьи, но семья есть семья.

— И… и кем я буду, если соглашусь? — немного погодя, неуверенно спросил Усопп.

Зоро, чуть склонив голову, вопросительно посмотрел на Луффи.

— Как я понял, ты у нас стрелок? — прежде чем ответить, спросил тот.

— Самый лучший! — сделав грудь колесом, гордо ответил Усопп. — На острове нет никого, кто мог бы сравниться со мной в стрельбе из рогатки!

Все бы хорошо, но это его упоминание рогатки…

— Значит, будешь нашим канониром! — вынес свой вердикт Луффи.

При этом он умолчал о том, что на их обновлённом корабле не осталось ни одной пушки.

— Не капитаном? — невольно поник длинноносый парень.

— Если хочешь, можешь быть и капитаном, — великодушно разрешил Луффи.

— Правда?!

— Конечно! Зачем мне врать? Победишь Зоро в поединке и капитанский пост сразу твой, даю слово!

Усопп посмотрел на Зоро, а Зоро посмотрел на него в ответ.

— К-канонир значит, да? — натянуто улыбнулся длинноносый парень.

— Если только больше не хочешь быть капитаном, — Луффи был просто живым воплощением любезности.

— Н-нет, пожалуй, я пас.

— Дело твоё… Так что, принимаешь наше предложение?

— …Я всегда хотел быть пиратом, как мой отец.

— Именно им ты и будешь! — широко улыбнулся Луффи. — Мы как раз подняли наш пиратский флаг.

— Правда?

— Ага, чёрные паруса, череп с костями, всё как полагается. Так что, согласен?

— …Чёрт с вами, согласен!

— Тогда… добро пожаловать в семью Соломенной Шляпы! — радушно и совершенно искренне произнёс Луффи, что с ним бывало чрезвычайно редко.

Остальные члены семьи выразили своё одобрение дружественным похлопыванием по плечам и спине Усоппа, попутно едва не отправив его на тот свет.

— Семья Соломенной Шляпы? — спросил длинноносый парень, потирая руками свои отбитые плечи.

— Вот наш символ! — Луффи чуть приподнял свою соломенную шляпу над головой. — Эта шляпа дала название нашей семье, и её же изображение красуется на нашем пиратском флаге.

— Вот значит как.

— Я, кстати, смотрю, ты уже собрался, — перевел тему Луффи.

Он с улыбкой посмотрел в сторону нескольких больших сумок, по-видимому, под завязку набитых личными вещами Усоппа.

— Да! – энергично кивнул тот. — После пережитой заварушки, я твёрдо решил стать пиратом, поэтому, даже если бы вы меня не пригласили, я бы всё равно отправился в море. Собственно говоря, если бы Кая не передала мне от вас весточку, я бы уплыл ещё пару дней назад.

— Недозомби настоящий молодец! — сразу «похвалил» упомянутую девушку Луффи. — Кстати, она ждёт тебя неподалеку, хочет попрощаться. Я попросил её подождать, пока мы закончим с тобой говорить, но теперь больше незачем заставлять её ждать. Можешь идти прощаться, а затем подходи на берег, на место пристани «Гоинг Мерри». И не волнуйся насчёт своих сумок, Джонни и Йосаку позаботятся о них.

— Хорошо… тогда я быстро!

Усопп поднялся из-за стола, и вышел из дома.

— Ты сегодня какой-то на удивление покладистый, — едва за длинноносым парнем закрылась дверь, первым делом произнесла Нами.

— Ага, очень подозрительно! — поддержал её Джонни.

— Да ладно вам! — беспечно отозвался Луффи. — Не всё же время мне всех пугать?

Вполне естественно, что подобный ответ ничуть не убедил остальную часть семьи, но и поделать они с этим ничего не могли. Оставалось только ждать и наблюдать за ситуацией, и, в случае чего, спасать Усоппа. В отличие от них всех, он ещё не знал, какие опасности в себе таит членство в семье Соломенной Шляпы. Однако всего час спустя, на берегу, семью ждал самый настоящий шок.

— Что значит, ты не поплывешь с нами?!! — в голосе Нами слышались отчётливые нотки паники.

— То и значит, — в ответ обезоруживающе улыбнулся Луффи. — С этими твоими аквариумными рыбками вполне справятся Джонни и Йосаку, а про Зоро и говорить нечего. Я там просто не нужен.

— И чем ты тогда сам будешь заниматься? — нахмурился Зоро.

— Я и Усопп сначала посетим Гаймона с его зверушками, заодно попрощаюсь с ним за всех нас, а потом мы нагрянем в «Барати». Не волнуйтесь, я всё рассчитал. До деревни Нами вам плыть где-то около десяти дней, затем вы там можете поваляться на солнышке еще дней десять, и тогда, если учесть маршрут плавания «Барати», вы сможете доплыть до ресторана за сутки. Три недели и мы снова вместе.

Всё это Луффи произнёс со своим привычным, бьющим через край, энтузиазмом. Предстоящая разлука его явно не волновала… в отличие от остальной части семьи. Если не считать Усоппа, — будучи новичком, он пока ещё просто ничего не понимал, — остальные подобным развитием событий… Не то чтобы они оказались недовольными, скорее они испытали сильный внутренний дискомфорт. Они уже настолько привыкли к постоянному присутствию Луффи рядом с собой, что теперь, от мысли о необходимости расстаться с ним почти на месяц, им было чрезвычайно неуютно. Тем более разборки с рыболюдьми явно нельзя было назвать проходным моментом, — только не после всего, что произошло между ними и Нами, — и они ещё никогда не участвовали ни в чём подобном без присмотра своего капитана.

— Что ещё за Гаймон? — спросил Усопп.

— Это тип, который двадцать лет назад застрял в пустом сундуке, и с тех пор так в нём и живёт, — охотно пояснил Луффи. — Тебе он точно понравится!

— А «Барати» тогда что такое?

— Как я уже упоминал, это плавающий ресторан, или корабль-ресторан если хочешь.

— Не знал, что такие вообще бывают, — озадаченно покачал головой длинноносый парень.

— Поверь, тебе ещё предстоит узнать такое, что ты себе сейчас даже представить не сможешь! — довольно усмехнулся Луффи.

— Жду с нетерпением! – воодушевлённо ответил тот. – Я уже пообещал Кае, что по возвращению обязательно расскажу ей обо всех наших приключениях, ещё более невероятных, чем любые мои выдумки!

Если бы он только знал, что его ждёт...

— Кстати, парни, чтобы потом не было вопросов, смотрите сюда, — повернувшись к всё ещё хмурящимся Зоро, Джонни и Йосаку, произнёс Луффи, после чего снял со своей головы шляпу и надел её на голову Нами. — Пока на ней эта шляпа, можете считать её своим капитаном, и не дай бог я потом услышу, что вы её не слушались, тогда пеняйте на себя! Можешь ими командовать так, как тебе вздумается, — добавил он уже лично для девушки. — Но советую не забывать, что при следующей нашей встрече шляпу я у тебя заберу, поэтому совсем уж идиотские приказы им всё-таки не отдавай, иначе, сама понимаешь, они тебе потом обязательно всё припомнят. А теперь слушай сюда…

Особо много Луффи говорить не стал, скорее так, быстро накидал для Нами план будущего мероприятия. Может быть он и не собирался плыть вместе с ними, но «руку с пульса» убирать тоже не собирался. Убедившись, что девушка всё поняла правильно, и больше вопросов у неё нет, он тут же взялся за своего первого помощника. В отличие от Нами, никаких особых планов для Зоро у парня не было, но кое-какое задание мечник всё же получил. Как раз по его «специальности».

— Встретимся через три недели! — Луффи радостно помахал из лодки, стоящим вдоль борта «Мерри», Нами, Джонни, Йосаку и Зоро. — Слушайтесь Нами и ведите себя хорошо!

Все четверо издали дружный фырк, но уже в следующее мгновение парни заметно побледнели, когда услышали заветные слова.

— Кстати, Усопп, ты когда-нибудь слышал историю о паровозике, который смог? – спросил Луффи у ничего неподозревающего парня.

— Паровозик, который смог? Нет, что-то не припоминаю.

— Хорошо, тогда как доберёмся до Гаймона, я тебе обязательно её расскажу. Заодно самым подробным образом объясню разницу, между «паровозиком, который смог» и «паровозиком, который смог»! Это действительно важно. У нас не так много времени, поэтому сходу придётся идти ва-банк.

— … Хорошо?

Было совершенно очевидно, что Усопп оказался сильно озадачен всем сказанным.

— Да ты не волнуйся, если сейчас не понял, что я тебе сказал! – успокоил его улыбающийся Луффи. – Я ведь тебе уже говорил, что встречал твоего отца? Мне тогда было лет семь и он хорошо позаботился обо мне, многому меня научил. И он постоянно рассказывал мне о своей семье, поэтому в отместку… В смысле, в благодарность за все его наставления, я пообещал, что если мне представится такая возможность, я тоже хорошо позабочусь о его семье. — Он всё ещё продолжал улыбаться, но любой другой член семьи, окажись он на месте длинноносого парня, уже бы обливался холодным потом от ужаса. – Я никогда ничего не забываю, и всегда возвращаю все долги, как минимум, в десятикратном размере, и я очень много задолжал твоему отцу.

— … Спасибо?

Голос Усоппа прозвучал максимально неуверенно. Он, конечно, очень плохо знал Луффи, но тот вкладывал в свои слова столько подтекста и эмоций, что было сложно ничего не заметить.

— Не нужно меня благодарить, лучше потом, при личной встрече, как следуй отблагодари своего отца! – совершенно искренне посоветовал ему Луффи.

— …Так и сделаю.

— Молодец!

Нами, Джонни, Йосаку и Зоро скорбно уставились вслед лодке, быстро удаляющейся в противоположном от них направлении. Они услышали более чем достаточно, чтобы сделать правильные выводы. За грехи отца предстояло расплачиваться его сыну. А ведь Усопп на самом деле успел им понравиться. Однако, помолодевший Харон, как и всегда, проявил абсолютную беспощадность… И пофиг, что дело происходило в Ист Блю, а не на реке Стикс. Смысл-то всё равно один и тот же.

Глава 10. Кто заказывал суши? Часть 1

С небольшого холма, заканчивающегося крутым утёсом, открывался отличный вид на море, из-за чего он стал прекрасным местом для последнего пристанища той, которая когда-то провела немало времени, бороздя просторы этого самого моря. Несмотря на прошедшие десять лет с момента погребения, многочисленные дожди и постоянный солёный ветер с моря, могила и местность вокруг неё ничуть не пострадали. Было совершенно очевидно, что кто-то постоянно ухаживал как за самой могилой, так и за местностью вокруг. И этот «кто-то» и сегодня был здесь.

У большого деревянного креста лежал букет свежих цветов и несколько мандаринов, а прямо напротив креста, поджав под себя ноги, сидела красивая девушка, лет двадцати на вид. Высокая, загорелая, стройная, с фигурой в виде песочных часов, и со светло-синими волосами средней длины, подвязанными красным шёлковым ремешком. Тёмные бриджи, светлая майка, соблазнительно обтягивающая выдающуюся грудь, и светлые босоножки на ногах. Хотя всё же самым первым делом, — хорошо, вторым, всё-таки грудь у неё действительно выдавалась, — на что бы обратил внимание любой человек, так это на большую татуировку, покрывающую значительную часть её правой руки и верхнюю область груди. Татуировка не представляла собой ничего определенного. Ветвящиеся линии, точки и лёгкие закругления — словно руку девушки опутали ветви какого-то куста или дерева.

— Бель-Мер, за прошедшие пару месяцев, я уже, наверное, успела тебе надоесть, — чуть улыбаясь, произнесла девушка. — Но я ничего не могу с собой поделать, — тяжело вздохнув, добавила она. — Прошло уже больше года, с тех пор как я в последний раз видела Нами. Ты и сам знаешь, что она ещё никогда не пропадала на столь долгий срок. Самое большое, на шесть месяцев и то только один-единственный раз. С каждым днём я волнуюсь за неё всё сильнее и сильнее… и надеюсь всё больше и больше. Надеюсь, что моя маленькая сестрёнка, наконец, нашла своё счастье и больше никогда не вернётся на этот богом забытый остров. Нами не заслужила такой жизни. Моя маленькая сестрёнка заслуживает счастья… Ты же тоже так считаешь, Бель-Мер?

Нодзико — именно так звали загорелую красавицу, сейчас сидящую у могилы своей приёмной матери. Девушка владела небольшой мандариновой фермой, доставшейся ей в наследство от покойной матери. Собственно именно поэтому на могиле Бель-Мер и лежали свежие мандарины. Хотя непосвящённому человеку такое подношение могло показаться немного странным. Однако в округе не было никого, кто бы не знал историю жизни бывшей дозорной, оставившей свою службу ради воспитания своих приёмных дочерей. Нодзико была её старшей дочерью — серьёзным, спокойным, уравновешенным ребёнком, а Нами младшей. Та самая Нами, которую сейчас всё Ист Блю знало как «Королеву Монстров», «Милосердную Королеву» и уже почти всеми забытую «Кошку-Воровку». И, наверное, учитывая каким непоседливым и проблемным ребёнком росла Нами, не было ничего удивительного в том, кем в итоге она стала. Хотя люди с острова, включая Нодзико, ещё ничего об этом не знали. И на это существовало сразу несколько причин.

Во-первых, уже больше восьми лет на острове и в окрестных водах заправляла пиратская команда рыболюдей, под предводительством бессердечного Арлонга. Никто не мог покинуть или причалить к острову без их ведома, поэтому люди, живущие на острове, оказались фактически отрезанными от внешнего мира. Арлонг позаботился о том, чтобы даже газеты им не доставляли. Информация до жителей просто не доходила. Естественно, информация о Нами не стала исключением. В результате, ни Нодзико, ни кто-либо ещё на острове, просто не знали о существовании команды охотников за головами, давно уже наводящей ужас на всех пиратов Ист Блю. И не только пиратов. С другой стороны, даже если бы Нодзико услышала слухи о существовании некой Нами, по прозвищу «Королева Монстров», она бы всё равно не смогла поверить, что речь идёт о её младшей сестрёнке. Мало ли в мире живёт девушек, носящих имя Нами?

Во-вторых, Нодзико ничего не знала о внешнем мире по той простой причине, что Нами никогда и ничего ей не рассказывала, за вычетом каких-то общих деталей. Такая уж она была. Нодзико только и знала, что её младшая сестрёнка взялась грабить пиратов, чтобы насобирать сто миллионов белли для покупки Кокояси — их родной деревни, — а всё остальное Нами всегда оставляла за кадром. Даже тогда, когда она, поначалу, возвращалась на остров вся израненная, она всё равно отказывалась рассказывать какие-либо подробности, предпочитая отговариваться общими фразами. Затем, постепенно набираясь опыта, она стала возвращаться не только без ран, но и с каждым разом приносить всё больше и больше денег. И Нодзико просто перестала спрашивать. Пусть никогда и не переставала волноваться. И надеяться.

Каждый раз, когда Нами уходила в море, Нодзико искренне надеялась, что в этот раз она просто плюнет на неё саму, их деревню, весь их остров, Арлонга с его бандой, после чего больше никогда не вернётся. Видит бог, жители деревни сделали для этого более чем достаточно, тщательно демонстрируя рыжеволосой девушке своё презрение. Почему так получилось? Для ответа на этот вопрос нужно вернуться на восемь лет назад, когда Нами, ещё будучи маленькой девочкой, вступила в команду Арлонга. Она сделала это только для того, чтобы выкупить свою родную деревню, Кокояси, но о своих истинных мотивах рассказала только своей любимой старшей сестре. Так Нами в одночасье стала предательницей для всех жителей острова, а главное для всех жителей её родной деревни. Естественно, долго такая тайна оставаться тайной не могла.

Старейшина деревни, Гэндзи, приходящийся сёстрам кем-то вроде любимого дядюшки, довольно быстро вызнал у Нодзико всю настоящую подоплёку сделки. И вот с тех пор, все в деревне знали, что Нами изо всех сил старается спасти их всех. И именно поэтому, никто в деревне не показывал к ней своего настоящего отношения. Чтобы, если она когда-нибудь решит всё бросить и сбежать, она могла спокойно жить, не мучаясь мыслями об их судьбе. Отсюда и двоякие чувства Нодзико, по поводу долгого отсутствия Нами. С одной стороны она искренне волновалась за судьбу своей младшей сестрёнки, — неужели с ней что-то случилось? — а с другой, столь же искренне надеялась, что та, наконец, решилась их бросить. Однако чувство страха всё же было сильнее.

Нодзико не верила, что Нами действительно могла их бросить. Кому как не старшей сестре знать насколько упряма её младшая сестрёнка? К сожалению, такие мысли только добавляли беспокойства Нодзико. Раз Нами не могла их бросить, но при этом её не было уже больше года, тогда, вероятнее всего, с ней…. На этом месте Нодзико старательно отгоняла все плохие мысли прочь. И чтобы хоть как-то поддерживать свой душевный покой, она, в последние несколько месяцев, взяла в привычку чуть ли не ежедневно приходить на могилу своей приёмной матери. В конце концов, у кого ещё просить защиты для младшей сестрёнки, как не у их любящей матери? К счастью девушки, её волнениям сегодня должен был настать конец. И не только её. И не только волнениям.

— Солнце уже высоко, поэтому мне пора работать, — произнесла Нодзико, поднявшись с колен. — Ты ведь и сама знаешь насколько тяжело в одиночку ухаживать за целой мандариновой рощей — работы у меня непочатый край. И спасибо что снова выслушала меня, Бель-Мер, но, боюсь, через день-два я вернусь снова. Слишком сильно я переживаю за свою младшую сестрёнку… Ха-ха-ха… Ничего нового, правда? Нами с самого детства была у нас той ещё непоседой… Ты уж присмотри за ней… И до следующий встречи, Бель-Мер.

Последний раз бросив взгляд на могилу, Нодзико отвернулась и начала спускаться с пологого холма, на котором и располагалась могила её покойной приёмной матери. Настроение, несмотря на ярко светящее солнце и радостное щебетание птиц в лесу, было ни к чёрту. И оставалось оно таким ровно до того момента, пока в поле её зрения не показался родной дом, из трубы которого вилась тонкая струйка дыма. Сердце, на мгновение замерев, заколотилось с удвоенной силой. Она невольно прибавила шаг. Потом ещё прибавила. И ещё. В конце концов, не удержавшись, она перешла на бег. Почему? Потому что в мире был только один человек, который бы, без разрешения войдя в её дом, стал бы топить печь. И только одному человеку вообще могло понадобиться топить печь в её доме. Так оно и оказалось.

Едва не снеся дверь с петель, Нодзико ворвалась в дом и замерла. Самым первым делом она отметила длинную, пышную, роскошную гриву волос, столь знакомого ей с детства цвета спелого мандарина. Затем обладательница роскошных волос, занимающаяся готовкой обеда, повернулась в её сторону, и Нодзико замерла уже совсем по другой причине. Девушка представшая перед ней бесспорно являлась её младшей сестрой, но… И вот от этого самого «но» она невольно забыла о том, что ей нужно дышать.

Последний раз, когда Нодзико видела свою младшую сестрёнку, та балансировала на грани между угловатым подростком и юной девушкой. Однако рыжеволосая красавица, которую Нодзико сейчас видела перед собой… Тут скорее подходило словосочетание «молодая женщина», чем «взрослая девушка», настолько… настолько взрослой выглядела Нами. И дело было даже не столько в её внешности, — хотя и это тоже, — сколько в излучаемой ею ауре непоколебимой уверенности и спокойствия. Словно все проблемы в мире просто перестали для неё существовать. Или нет, не так! Словно она теперь могла справиться слюбой проблемой, в чем бы эта самая проблема ни заключалась. И что ещё важнее, так это радость Нами. Чистая, ничем не замутнённая, радость! Последний раз, когда Нодзико видела свою сестру настолько счастливой, Бель-Мер была ещё жива… Больше восьми лет назад.

В следующую секунду, впавшая в ступор девушка оказалась заключена в медвежьи объятья своей совершенно уже точно немаленькой сестры. Как так? Грудь Нами, на размер, а то и все два, оказалась больше её собственной! А ещё, как бы Нодзико не хотелось сказать по-другому, но объятья её сестры на самом деле походили на медвежьи. Первые несколько мгновений она на полном серьёзе опасалась, что Нами просто переломает ей кости, настолько сильно она сдавила её в своих объятьях. Настолько сильной стала её сестра за время своего неестественно долгого отсутствия. Нодзико оказалась приподнята над полом, словно большая плюшевая игрушка. И тут она поняла ещё один факт — Нами возвышалась над ней на добрых полголовы. И пусть отчасти дело было в белых босоножках с высоким каблуком, произошедшие с её сестрой изменения просто поражали. Словно прошел не год, а десять лет. Спрашивается, куда делась её маленькая сестрёнка, и кто эта уверенная в себе молодая женщина?

— Как же я рада тебя видеть, Нодзико! — радостно произнесла счастливо улыбающаяся Нами. Она, наконец, поставила свою старшую сестру обратно на пол и слегка отстранилась, при этом не убирая своих рук с её плеч. — Не могу поверить, что прошло уже больше года с тех пор, когда я видела тебя в последний раз! Ты даже представить себе не можешь, как же сильно я по тебе соскучилась! — на этом месте она снова заключила сестру в свои медвежьи объятья.

— Думаю, я вполне могу себе представить насколько ты скучала, — немного сдавленно ответила Нодзико, когда ей снова позволили дышать. — Однако я должна сказать тебе, что ты изменилась. Сильно изменилась.

Она потихоньку приходила в себя от испытанного ею шока.

— Правда? — чуть удивленно произнесла Нами, после чего, отступив от сестры на шаг назад, заинтересованно оглядела себя. — Мне кажется, какой была, такой и осталась… Разве что волосы немного отрастила и грудь себе малость наела.

— Малость? — эхом повторила Нодзико, невольно переведя взгляд на полноценное «оружие массового поражения».

Голубое бикини, казалось, вот-вот было готово капитулировать под натиском того, что изо всех сил пыталось скрыть под собой. Никакой «малостью» тут и не пахло. Она волей-неволей заинтересовалась, чем же именно питалась её сестрёнка весь последний год, что смогла наесть себе такое? Впрочем, надо признать, грудь Нами выглядела шикарной не столько из-за своих размеров, сколько из-за самой их обладательницы. Нодзико ничуть не лукавила, когда говорила о том, что её сестра сильно изменилась. Рост, волосы, грудь, аура — все изменения были заметны и по отдельности, но главное как они смотрелись вместе.

Нами и раньше никогда не жаловалась на внешность. Однако на фоне себя нынешней, она с тем же успехом могла быть гадким утенком, который только теперь вырос в прекрасного лебедя. И насколько бы Нодзико не хотелось признавать такой факт, но её сестра стала слишком красивой. Её красота казалась едва ли не противоестественной… Разве может кто-то быть настолько красивыми? И как вообще человек способен измениться настолько сильно, за столь малый срок? Да и всё ещё побаливающие ребра не давали Нодзико забыть о новоприобретённой силе сестры, большей похожей на нечеловеческую силу рыболюдей. Кстати о них… Раньше Нами предпочитала носить одежду, которая бы закрывала её руки, а заодно и вытатуированный на левом плече пиратский флаг команды рыболюдей. Сейчас же она сверкала своими оголенными плечами и, судя по всему, ничуть не переживала о так ненавидимой ею татуировке.

В итоге, едва улегшееся беспокойство Нодзико за судьбу Нами начало подниматься с новой силой, только теперь уже по совершенно другим причинам. Слишком уж неестественными выглядели произошедшие с её младшей сестрой изменения. Что же довелось ей пережить, за время её столь непривычно долгого отсутствия? Нодзико ничуть не сомневалась, что столь разительные изменения с Нами произошли по той же самой причине, по которой она пропала больше чем на год.

— Нами, где ты была? — прямо спросила Нодзико. — Пропадать на столь долгий срок… На тебя это совсем непохоже.

Уловив в голосе сестры неприкрытое беспокойство, счастливое выражение на лице Нами уступило место немного грустному, но в то же самое время необычайно нежному.

— Не волнуйся, всё нормально, — она снова подошла к сестре и успокаивающе потерла её плечи. — Со мной всё хорошо. Просто… просто я, наконец, нашла своё место в этом мире. Не скажу, что оно особенно спокойное или безопасное, но теперь, когда я его нашла, не променяю его ни на одно другое.

— Нашла своё место? — переспросила немного сбитая с толку Нодзико.

— Да, я нашла себе семью… Вернее, семья нашла меня, — чуть подумав, тут же поправила сама себя девушка. — А затем моя новая семья ещё долгие два месяца старательно объясняла мне, что теперь, когда я стала одной из них, никуда мне уже от них не деться.

Нашла себе семью? Стала одной из них? Никуда от них не деться? Нодзико с трудом понимала о чём шла речь, но с каждым произнёсённым словом происходящее нравилось ей всё меньше и меньше. Объяснения звучали так, словно Нами наткнулась на второго Арлонга, который, так же как и первый, заставил её вступить в свою команду. Самое забавное? Нодзико, по сути, была не так уж и неправа. Разве что после знакомства со своим капитаном, Нами, — на полном серьёзе и по весьма уважительным причинам, — стала считать Арлонга не более чем безобидной аквариумной рыбкой. По крайней мере, таковым она стала его считать в сравнении с Луффи и Зоро.

— Нами, тебя что… опять заставили вступить в какую-то пиратскую команду? — Нодзико и сама не знала, чего было больше в её голосе, удивления или страха.

Каков шанс наступить дважды на те же самые грабли? В смысле, такие грабли? Нами тоже хороша. Продолжительное общение с Луффи опять дало о себе знать, поэтому вместо нормального объяснения, она начала «болтать» не под делу. И ей показалась забавной реакция Нодзико.

— Я бы не сказала, что он заставил меня вступить, — задумчиво ответила Нами, после чего направилась к плите, чтобы вернуться к приготовлению обеда. — Скорее он сделал мне предложение от которого я не смогла отказаться… Изначально, всё это должно было стать лишь временным сотрудничеством. Только потом поняла, что никакого временного сотрудничества с ним быть не может в принципе, но к тому моменту уже было поздно. Теперь буду с ним до конца своей или его жизни. И не только я. Нас уже таких шестеро. Хотя пятый ещё даже не представляет с кем он связался, а шестой все ещё наивно полагает, что он сможет избежать рук Луффи… Откровенно говоря, такая наивность просто умиляет. Единственный шанс избежать рук Луффи — это вовремя пустить себе пулю в висок. Вот только, чтобы это понять, нужно сначала оказаться в его руках. Однако к тому моменту твоя жизнь уже будет принадлежать ему, поэтому и пулю в висок себе пустить ты не имеешь права, а он такой приказ никогда не отдаст. Так лёгко и просто отделаться от него нельзя.

— Луффи? — только и смогла произнести Нодзико, расширенными глазами наблюдая за Нами.

— Монки Д. Луффи, если говорить совсем точно, — пояснила девушка. — Капитан «Соломенных Шляп». Мой капитан.

— «Соломенных Шляп»? Значит, ты из-за этого носишь соломенную шляпу у себя на спине?

И действительно, поверх роскошных волос Нами болталась старая, сильно потрёпанная, соломенная шляпа. Шляпа держалась на чёрном шнурке, повязанным вокруг её шеи.

— Что? А, ты про неё… — Девушка, заведя руку себе за спину и взяв шляпу, сначала посмотрела на неё, после чего надела себе на голову. — Нет, это шляпа моего капитана. Он мне её дал в качестве талисмана, а также напоминания того, кому я теперь принадлежу. И ещё она выступает чем-то вроде наглядного подтверждения моего главенства. Пока у меня есть эта шляпа, я могу свободно отдавать приказы монстру такого калибра, которого ты даже представить себе не сможешь. И ещё двум его ученикам. Но ты сильно не заморачивайся об этом, скоро и сама всё поймёшь, — словно невинный ангел улыбнулась она, когда заметила на лице свой старшей сестры совершенно непередаваемое выражение.

Умение поставить мозги собеседника раком — одно из самых главных умений, тщательно взращиваемых Луффи в каждом члене своей семьи. И все они любили этим умением пользоваться. Если не считать Зоро. С другой стороны, он бы, наверное, тоже бы полюбил, но вот беда-печаль, чтобы использовать упомянутое умение требовался ещё один человек. Более того, второй человек не только должен хотя бы иногда вставлять собственные реплики, но ещё не пытаться постоянно грохнуться в обморок от страха, и не заниматься одним лишь вымаливанием собственной жизни. Ещё он обязательно должен быть живым, — что логично! — потому как мертвому мозги не запудришь — ему уже пофиг. К сожалению, у Зоро всегда возникали трудности со всеми перечисленными критериями. Зачастую, люди в его присутствии, — если не падали в обморок сразу или не умирали от одного из его мечей, — обычно вообще не соображали от ужаса, либо просто были готовы соглашаться со всем им сказанным. В таких условиях пудрить мозги весьма проблематично.

— …

В этот момент, Нодзико, окончательно дезориентированная всем услышанным, попыталась сесть на ближайший стул, и едва не загремела на пол, когда выяснилось, что на стуле лежал серебряный кейс.

— Что это? — невольно спросила она.

Девушка ещё никогда в жизни не видела подобного «чемодана».

— Ты про кейс? — обернувшись от плиты, спросила Нами. — Это всё Луффи. Ему чем-то не угодили чёрные чемоданы, поэтому он потратил почти тридцать миллионов, чтобы заказать вот такие вот кейсы под все наши деньги. Понятия не имею с чем это связано, но Луффи был совершенно непоколебим, когда говорил, что деньги в серебряных кейсах смотрятся намного круче, чем в чёрных чемоданах. Как по мне, так они и в чёрных чемоданах смотрятся вполне неплохо… Хотя не буду отрицать, что серебряные кейсы мне нравятся больше. Стильно выглядят, неправда ли?

Нодзико с трудом вычленила главное из всего сказанного — в серебряном кейсе лежали деньги.

— Это… ум… твоя последняя добыча? — неуверенно спросила она.

— Не совсем, — отложив деревянную лопаточку в сторону, которой секундой ранее помешивала поджаривающийся лук, и, убрав сковороду с плиты, Нами подошла к сестре. — Вспомнив сколько золота натаскала в свой тайник, решила не тащить к Арлонгу нечто столь тяжёлое и объемное, поэтому, с разрешения Луффи, взяла всю сумму сразу из запасов нашей семьи. — На этом месте она подняла кейс со стула и положила его на стол, после чего щелкнула замками и откинула крышку, продемонстрировав Нодзико содержимое кейса. — Ровно сто миллионов, ни на белли больше или меньше. Прямо из банка, и самыми большими купюрами. Здесь тридцать шесть пачек, в каждой пачке чуть меньше трех миллионов.

— !!!

Нодзико могла только молча стоять и смотреть, вытаращив глаза на такую огромную кучу денег.

— Согласна, завораживающее зрелище, — Нами понимающе усмехнулась. – Особенно когда видишь такое в первый раз в жизни.

— Откуда… откуда ты их взяла?! — очумелый взгляд Нодзико переместился с содержимого кейса на рядом стоящую сестру.

Нами получала от всего происходящего намного больше удовольствия, чем бы ей следовало. Хуже всего, что она сама прекрасно это осознавала, но ей и в голову не пришло остановиться. Она во всём винила Луффи. И небезосновательно. Он всегда был в чём-нибудь виноват, а уж в этом конкретном случае и подавно.

— Я же тебе уже объяснила, — деланно-терпеливо произнесла она, словно разговаривала с неразумным ребёнком, а не со своей старшей сестрой. — Я взяла эти деньги у Луффи.

— Да кто такой этот твой Луффи?!! — в конце концов, не выдержала Нодзико, сорвавшись на крик.

— Я же тебе уже говорила, — снова деланно-терпеливым тоном, ответила Нами. — Монки Д. Луффи. Капитан «Соломенных Шляп». Мой капитан. И он один из тех людей, которые считают себя едва-едва сводящими концы с концами бедняками, если у них под рукой нет хотя бы одного миллиарда белли.

Нодзико, наконец, обессилено опустилась на освобождённый от кейса стул. Буквально пятиминутный разговор с младшей сестрой оставил её ослабленной настолько, насколько не ослабляла полноценная дневная работа на ферме. Хуже всего, что день только начался.

— …Значит, теперь у тебя есть все сто миллионов, так? — после пары минут молчания, спросила она.

— Так! — уверенно кивнула от плиты Нами.

— …В смысле, ты теперь можешь выкупить нашу деревню, так?

— Так! — снова кивнула рыжеволосая девушка.

Нодзико точно знала, что в этот момент должна начать прыгать от счастья… Вот только почему-то прыгать ей совсем не хотелось. Более того, несмотря на тот факт, что деньги лежали буквально перед её носом, — кейс так никто и не закрыл, — она сильно сомневалась в их реальности. Откровенно говоря, она уже всерьёз начала сомневаться в реальности всего происходящего, а не только денег. Может, по дороге от Бель-Мер, она где-нибудь запнулась и хорошенько приложилась обо что-то головой? Бредовые видения — это бы сразу объяснило, почему она никак не может ничего понять.

— …Получается, ты сегодня заплатишь Арлонгу? — наконец, задала она самый главный вопрос.

— Возможно, — уклончиво ответила Нами.

— Возможно?

— Дело в том, что я уже была у Арлонга и пообещала ему принести все деньги к вечеру. Вот, теперь жду его хода.

— Его хода?

Нет, серьёзно, у Нодзико всё больше и больше складывалось впечатление, словно её младшая сестра, несмотря на знакомые слова, научилась говорить на каком-то совершенно непонятном языке. В конце концов, как ещё можно объяснить тот факт, что она сама только и могла глупо переспрашивать, хотя раньше понимала сестру с полуслова? Да какого там полуслова! Раньше Нами и говорить-то ничего не нужно было, а она уже прекрасно знала не только о том, что собирается сказать её младшая сестрёнка, но и о том, что предпочтёт оставить недосказанным. И вот теперь Нодзико не понимала свою сестру даже тогда, когда она говорила вслух.

— Дело в том, что я сильно сомневаюсь в данном Арлонге слове, — тем временем, совершенно беззаботно ответила Нами.

В мире было не так уж много вещей, которые смогли бы вернуть фокус Нодзико ещё быстрее, чем прозвучавшее откровение.

— Хочешь сказать, он не сдержит своё слово?! — невольно воскликнула она, приставая со стула. — Но ты же сама говорила о том, что Арлонг всегда держит своё слово, если дело касается денег! — с отчетливо слышимыми нотками отчаяния в голосе, произнесла она.

— И это действительно так, — согласно кивнула рыжеволосая красавица.

— Угх! — натуральным образом схватилась за голову Нодзико, рухнув обратно на стул.

Опять! Нами опять это сделала! Совершенно понятные слова, и совершенно непонятный смысл! Однако если бы Нодзико могла видеть лицо своей сестры, она бы сразу поняла, что чертовка просто над ней издевается. И не только издевается, но ещё и получает от этого массу удовольствия! Даже выбранная тема не могла испортить ей настроения. Да и с чего бы ему портиться? Всё уже произошедшее, происходящее сейчас и все будущие события, которым ещё только предстояло произойти, на самом деле, не более чем хорошо поставленный спектакль, лично написанный и срежиссированный Луффи.

Вот только спектакль, на его взгляд, был настолько примитивный и скучный, что он даже не соизволил «выйти на сцену», ограничившись лишь «работой из-за кулис». Нами ничуть не сомневалась, что если бы дела обстояли иначе, сейчас бы мозги её сестре выкручивала не она сама, а её капитан. И, вероятнее всего, он бы выкручивал не только мозги Нодзико, но и её собственные. Да и всем попавшимся под руку тоже. Однако Луффи, вместо участия в спектакле, по написанному им же самим сценарию, предпочёл тренировать Усоппа и Санджи. Хотя, опять же, Нами ничуть не сомневалась, что Луффи столь демонстративно устранился не только по уже упомянутым причинам. Для него такое было бы слишком просто и очевидно, а ещё скучно и чересчур нормально. Правда, о других причинах его решения можно было только догадываться.

— Если ты говоришь Арлонг всегда держит своё слово, когда дело касается денег, почему тогда решила, что он его нарушит? — спустя какое-то время, так и не отнимая рук от головы, Нодзико задала сам собой напрашивающийся вопрос.

Нами только этого и ждала, поэтому тут же охотно пустилась в объяснения.

— Дело в том, что мой капитан очень доходчиво растолковал мне логику людей вроде Арлонга… Или рыболюдей, если говорить про наш случай. И как он говорит, человек может следовать либо Духу данного им слова, либо его Букве. Знаешь в чём разница?

Естественно Нодзико не знала. Девушкой она была умной, и ей пришлось немало испытать в своей жизни, но мира, как такового, она не видела. Как в своё время и Нами, ещё до встречи с Луффи. И это несмотря на тот факт, что к тому моменту она успела побывать чуть ли не во всех уголках Ист Блю.

— Разница в том, что если следовать Духу данного слова, заплатив Арлонгу деньги, наша деревня действительно станет свободной. Без всяких дополнительных «но» и всего такого прочего. Однако Арлонг из тех людей, которые следуют не Духу данного ими слова, а его Букве. Это, в свою очередь, означает, что если я принесу ему деньги, он действительно продаст мне деревню Кокояси, но никто не помешает ему захватить её повторно. Или установить налог для любого жителя, решившего покинуть её пределы. Вариантов много.

Нодзико почувствовала, как её грудь сдавливают стальные тиски. Восемь лет… Они терпели долгих восемь лет и… и всё было напрасно? Все их страдания были напрасны? Получается, всё это время, Нами просто так рисковала своей жизнью? Годы и годы стараний, чтобы взамен получить очередные страдания? К счастью, прежде чем Нодзико успела окончательно погрузиться в омут отчаяния, она почувствовала теплую ладонь сестры на своей голове.

— Не волнуйся, всё будет нормально, — мягко улыбнулась Нами. — Вот в чём-чём, а в этом ты можешь не сомневаться. Я лично прослежу за этим.

И от того, каким тоном были сказаны последние слова, Нодзико почувствовала, как по её спине забегали мурашки. Она никогда в жизни не слышала подобного тона у своей сестры. И она готова была повторять это снова и снова, но… Намиизменилась.

— Если всё так, как ты говоришь, зачем тогда сказала Арлонгу о том, что ты собрала всю необходимую сумму? — задала очередной вопрос Нодзико, когда снова взяла под контроль свои эмоции, а рыжеволосая красавица вернулась к плите.

— Я задала практически аналогичный вопрос своему капитану, когда он сказал мне так сделать, — хмыкнула Нами. — Скажи, как бы ты поступила на месте Арлонга? Взяла деньги, и потом бы начала искать способ возобновить наш контракт на прежних условиях? Или ты бы предпочла отобрать у меня деньги заранее, используя третью сторону, сделав вид будто ты тут вообще не причём?

— Логичным было бы использовать третью сторону, — ответила Нодзико. — Хочешь сказать, Арлонг наймёт кого-нибудь отобрать у тебя деньги до того, как ты ему их отдашь? Но кого он наймёт? На острове нет людей, которые бы смогли справиться с подобной задачей… Да и людей, которые бы добровольно захотели взяться за нечто подобное тоже нет.

— Это подводит нас ко второй причине, почему я сказала Арлонгу про деньги, — Нами бросила через плечо довольную улыбку в сторону своей сестры. — Ты не находишь, что, учитывая, сколько времени Арлонг провёл на нашем острове, мы практически никогда не видели корабли дозорных? Даже если многие просто боятся приближаться к нашему острову, поведение дозорных всё равно вызывает серьёзные подозрения.

— Хочешь сказать, Арлонг платит кому-то из дозорных? — сразу же поняла Нодзико, куда клонит её сестра.

— Это очевидно.

— Думаешь, Арлонг заплатит дозорным, чтобы они отобрали твои деньги?

— Это Луффи так думает, но я с ним согласна, — ответила Нами. — Единственная проблема заключается в том, что дозорные могут просто не согласиться взяться за такую работу.

— Почему?

— Скажем так, — на лице рыжеволосой девушки вновь расцвела совершенно ангельская улыбка, — моя новая семья, за последние несколько лет, успела заработать себе весьма специфическую репутацию. Если дозорные, берущие взятки от Арлонга, обладают хотя бы зачатками мозга, они не просто откажутся от работы, а вообще порвут все отношения с ним и его бандой. Вот только Луффи уверен, что мозгов у этих дозорных нет, и за работу они возьмутся. И хотя мой капитан выглядит полным идиотом даже в свои самые лучшие дни, я ещё не помню случая, когда бы он ошибался.

— И что же за репутация у твоей новой семьи?

— Ммм… Если кратко, то с нами предпочитают не связываться. Ни дозорные, ни пираты… Да и мирные жители, в большинстве своём, тоже.

— Это что у вас за репутация такая? — нахмурилась Нодзико.

— Лучше не думай об этом! — от чистого сердца посоветовала ей Нами. — Лучше давай, иди, помой руки, у меня уже всё готово.

Нодзико только теперь обратила внимание, что её сестра всё это время готовила не просто обед на двоих, а полноценный пир на десятерых.

— Ты что, хочешь закормить пришедших за твоими деньгами дозорных до смерти? — пошутила она, рассматривая количество приготовленной еды.

Нами непонимающе посмотрела в ответ.

— Закормить до смерти? — она перевела взгляд обратно на кастрюли. — Да таким количеством одного Луффи не накормишь, не говоря уже про всю свору моих проглотов. По их меркам это не более чем лёгкий перекус.

— По их меркам? — непонимающе склонила голову на бок Нодзико.

— Сейчас познакомлю! — расцвела улыбкой Нами. После чего подошла к окну, выходящему на противоположную солнцу сторону дома и, открыв его, произнесла: — Мальчики, хватит валяться, пора кушать!

С удивлением поняв, что они вовсе не одни, Нодзико поднялась со стула и повернулась к двери. Затем, по мере того как в дом, один за другим, начали заходить приглашенные на обед «мальчики», она стала испуганно пятиться назад, пока не уткнулась спиной в противоположную от «мальчиков» стену. Двое из трёх вошедших, своими размерами, не так уж и сильно уступали размерам с детства знакомых ей рыболюдей. Вот только ни один известный ей рыбочеловек не обладал настолько развитой мускулатурой. У каждого из парней мускулы составляли едва ли не половину всего их размера. Третий из «мальчиков» так же обладал внушительной мускулатурой, но не такой как первые два, а ещё он заметно уступал им в росте. При этом именно он вызывал у Нодзико наибольший страх, практически ужас. Если первые два парня заставили её шумно сглотнуть, то от вида последнего у неё самым натуральным образом начали трястись ноги. Словно она опять маленькая девочка, а перед ней огромный монстр, Арлонг, только что убивший её мать.

— Нодзико, успокойся, — подойдя к своей сестре, и положив руку ей на плечо, произнесла Нами. — Возможно, они и выглядят посланниками Ада на земле…

— Эй! — раздался дружный, возмущённый возглас со стороны Джонни и Йосаку.

— … но на самом деле они довольно неплохие парни… Даже Зоро… Где-то глубоко-глубоко внутри… По крайней мере, так постоянно повторяет Луффи, а он, как я тебе уже говорила, всегда прав.

— Знаешь, по-моему, это тебе нужно завязывать так тесно общаться с нашим капитаном, — таков был ответ Зоро на слова Нами. — Это всё прозвучало подозрительно близко к тому, что сказал бы сам Луффи, — добавил он, усаживаясь за стол.

— Итак, знакомься, — произнесла Нами, обращаясь к Нодзико, полностью проигнорировав слова мечника. Таким своим поведением она только подтвердила всё им сказанное, потому что именно так бы и поступил Луффи. — Вот этого монстра в белом и красной повязкой на лбу зовут Рю, по прозвищу Джонни…

— Эту дурочку спасать уже поздно, — отозвался в ответ упомянутый Рю, так же как и Зоро усаживаясь за стол. — По пути Луффицирования она прошла дальше, чем кто-либо из нас. Хуже того, она ещё отказывается признавать этот очевидный факт. Для неё спасения уже нет.

— …Блондина-монстра в красном зовут Йосаку.

— Не волнуйся о ней, все там будем, — «успокоил» своего друга представленный Йосаку, усаживаясь за стол напротив мечника.

— …И, наконец, последним у нас идёт Зоро. Он первый помощник нашего капитана, и я тебе искренне советую держаться от него как можно дальше. Может быть, где-то глубоко внутри, он и хороший парень, но снаружи наш Зоро прирождённый убийца. Если он не убьёт в неделю хотя бы человек двадцать, такая неделя у него будет считаться прошедшей зря.

После подобного представления, Нодзико побледнела ещё сильнее, что ещё несколькими секундами ранее казалось невозможным: она и так уже была белее мела!

— Мальчики, а это Нодзико, моя старшая сестра, — встав за спину девушки и положив руки ей на плечи, представила её Нами. — И сразу же вас предупреждаю, что я очень сильно её люблю, поэтому лучше вам держаться от неё подальше. Она нормальная девушка и я хочу, чтобы она такой осталась даже после нашего ухода.

— Я не пойму, ты сейчас пыталась успокоить свою сестру или запугать её ещё сильнее? — спросил в ответ Джонни. — Если первое, то тебе явно нужно ограничить своё общение с Луффи-аники, а если второе, то тебе тем более нужно ограничить своё общение с Луффи-аники.

— Давайте лучше есть, — прежде чем Нами успела ответить, внёс своё предложение Йосаку. — А то мы ещё со вчерашнего дня ничего не ели, — добавил он, а его живот, в знак подтверждения, громко заурчал.

— Вам бы только жрать, — презрительно фыркнула рыжеволосая красавица, но, вопреки своим словам, тут же засуетилась, доставая глубокие тарелки и принялась разливать по ним суп.

По ходу дела она растормошила свою сестру, заставив её помогать. Накрыв на стол, Нами сама уселась есть, заодно усадив рядом с собой и Нодзико. Пока ели, никаких серьёзных тем старались не поднимать, поэтому застольный разговор в основном вёлся о том, что им может понадобиться на Гранд Лайне. И о том, что их вообще может ожидать в самом загадочном море в мире. Надо признать, принимая во внимание всё уже ими пережитое, планка ожиданий была установлена необычайно высоко.

— Нами, ты собралась на Гранд Лайн? — волнение или нет, но такую тему Нодзико никак не могла оставить без внимания.

— Не я, а мы все, — поправила девушка свою сестру. — Вся наша семья. Когда мы разберёмся с Арлонгом и его бандой, нам просто нечего будет делать в Ист Блю.

— Кстати об Арлонге, — Зоро чуть склонил голову на бок, словно к чему-то прислушиваясь. — Кажется, он проглотил наживку.

— Рыба она и есть рыба, что с неё взять? — выдал мысль Джонни.

— Ты что-то услышал? — уточнила у мечника Нами.

— Так точно, мой капитан! — усмехнулся тот в ответ, заставив её обиженно надуть губы.

Парни хоть и слушались Нами, — никто из них не хотел получить по шее от Луффи, — почти никогда не упускали возможности как-нибудь её «подколоть». Иными словами, они находили довольно забавным тот факт, что им нужно ей подчиняться, и даже не пытались этого скрыть.

— И что ты услышал? — спросила его девушка, требуя деталей.

— К пристани, возле твоей деревни, пришвартовался корабль. И судя по количеству голосов на нём, а также их перемещениям, я почти на сто процентов уверен, что к нам пожаловали дозорные.

— Кажется, Луффи-аники в очередной раз оказался прав, — озвучил и без того всем очевидную вещь Джонни. – А ещё мне интересно, насколько нужно быть отмороженным, чтобы решиться принять подобный заказ? — он протянул Нодзико свою пустую тарелку, и жестом попросил добавки.

— Мы никогда не трогали дозорных и все про это знают, поэтому, наверное, гниды посчитали, что им ничего не будет, — предположил Йосаку, заодно тоже протянув девушке свою пустую тарелку за добавкой.

– Дозорные ваши, а Арлонг мой! — сразу же попытался застолбить за собой самое многообещающее сражение Джонни.

— Это ещё почему?! — моментально возмутился Йосаку.

— Твой был Криг.

— А твоим стал Фальшивый Зомби!

— Фальшивого Зомби завалил ты!

— Не считается! Ты его уже побил к моему приходу, а я просто добил!

— В этот раз лучше сражайтесь вместе, — неожиданно произнёс Зоро. — Арлонг, может и не особо известен, если не считать его награды за голову, но, вероятнее всего, он всегда был и остаётся сильнейшим пиратом Ист Блю, поэтому у него вполне может найтись для вас несколько неприятных сюрпризов. К тому же, не стоит забывать, что он приплыл с Гранд Лайна, а это уже совсем другой уровень. Силой своих дьявольских фруктов вы его вряд ли удивите.

Нами, Джонни и Йосаку уставились на Зоро такими взглядами, словно не могли поверить в услышанное.

— …Ты не хочешь сразиться с Арлонгом? — вернув себе дар речи, недоверчиво спросила девушка.

— Почему же? Хочу!

— Но, тем не менее, собираешься вот так вот просто уступить его Рю и Йосаку?

— Луффи выдал мне другое задание, — наконец, пояснил Зоро.

— А-а-а… — понимающе протянул Джонни. — Кого он тебе сказал перебить? Дозорных?

— С чего ты взял, что он вообще приказал мне кого-то перебить? — немного раздраженно спросил мечник.

— Зоро-аники, — тяжело вздохнул Йосаку, — если ты так просто отказываешься от одного геноцида, совершенно очевидно, что ты просто собираешься устроить другой… Или ты хочешь сказать, что мы не правы?

— …

— Что и требовалось доказать, — развел руки в стороны парень. — Серьёзно, Зоро-аники, мог бы уже смириться и не спорить.

— Так что тебе сказал сделать Луффи? — не дав мечнику ответить, задала свой вопрос Нами. — Вряд ли просто перебить всех дозорных.

— На самом деле, фактически, именно это он мне и сказал сделать, — ответил хмурый Зоро. — Мне тоже налей, — тут же добавил он, когда Нодзико поставила перед Джонни и Йосаку их вновь наполненный тарелки.

— И через сколько дозорные будут здесь? — спросил Йосаку. — Мы поесть-то успеем или как?

— Думаю, полчаса у нас ещё есть.

— Зоро, что бы тебе не сказал Луффи, не вздумай устроить резню на ферме моей матери! — строго произнесла Нами. — Без шуток! Это приказ.

— На этот счёт можешь не волноваться, — успокоил её мечник. — Луффи сразу мне сказал, что перебить я их должен на их же корабле.

— Дай угадаю, — сухо произнесла девушка, — для антуража, так?

— Зачем спрашиваешь, если и сама знаешь, насколько Луффи любит показуху.

Когда-то, месяцев десять тому назад, Нами с трудом могла поверить, что кто-то может так беззаботно обсуждать будущие убийства других людей. Теперь она уже настолько привыкла слышать и участвовать в подобных разговорах, что и сама стала считать их не заслуживающими внимания. Поэтому только бледное лицо Нодзико напомнило ей о том, что сейчас среди них находится еще один человек. И сестра, как когда-то и она сама, вовсе не считала подобные разговоры не заслуживающими внимания.

— Не волнуйся, Нодзико, — улыбнулась ей Нами. — Всё будет в порядке. Мои мальчики годами работали охотниками на пиратов, поэтому, как бы дико это не звучало, но они уже давным-давно привыкли убивать различных мерзавцев.

— Вы охотники на пиратов?! — поставив вновь наполненную тарелку перед Зоро, девушка удивлённо оглядела сидящих парней.

— Бывшие охотники, — ответил мечник за всех. — Теперь мы сами пираты.

— Вы пираты?! — ещё более удивлённо воскликнула Нодзико. — Нами, и ты тоже?! — быстро сообразив, что к чему, она в шоке уставилась на свою сестру.

Принимая во внимание сколько несчастий пираты принесли в их дом, её шок был вполне оправдан и понятен.

— Лучше пока забудь, — опять посоветовала ей Нами. — Мы ещё поговорим на эту тему, но попозже, а сейчас давай есть. Иначе, после того как придут дозорные, нам станет не до еды, и мы останемся голодными.

Вполне естественно, что после всего услышанного Нодзико кусок в горло не лез, не говоря уже о том, что её буквально распирало от множества самых разных вопросов. Однако посмотрев с какой скоростью сметается еда со стола, она до поры до времени прикусила язык. И, тем не менее, парни едва-едва успели к приходу дозорных подчистить все приготовленные блюда.

Два десятка матросов, в своих фирменных одеждах, — бело-синие кепки с логотипом Морского Дозора, белые рубашки-безрукавки, синие платки на шеях, и тёмно-синие штаны, — сложив руки за спиной, усиленно демонстрировали миру непроницаемые лица. Впереди матросов, руки в карманах, стоял их капитан. Тощий, одетый во что-то среднее между плащом и кителем, он, со своими торчащими в разные стороны усиками и маленькой жиденькой бородкой, походил на мышь. Очевидно, он и сам об этом знал, иначе зачем бы ещё ему было надевать кепку с двумя маленькими ушами, один в один похожими на мышиные? Хотя опять же, оставался открытым вопрос, зачем кому-то вообще могло понадобиться косить под мышь? Или это было такое своеобразное проявление совести? Типа, раз я продажная крыса, значит, и выглядеть буду как крыса? Впрочем, о вкусах не спорят.

Помимо матросов и капитана, чуть позади и в стороне от всех, стоял староста деревни Кокояси, Гэндзи. В своей привычной тёмно-коричневой кепке с вертушкой, такого же цвета рубашке, шортах и сандалях. Неизменные чёрные усы и шрамы. Множество шрамов на всех открытых участках тела. В своё время он получил эти шрамы стараясь спасти Нами из лап Арлонга и его банды, о чём девушка никогда не забывала.

— Бывшая «Кошка-воровка», я так полагаю? — заговорил капитан вполне себе обычным голосом, тогда как девушка подспудно ожидала услышать мышиный писк, а не человеческую речь.

— А ты кем будешь? — опершись плечом о дверной косяк и сложив руки на груди, миролюбиво спросила Нами.

— Морской Дозор, капитан Нэдзуми, приятно познакомиться со знаменитой на всё Ист Блю «Королевой».

— И зачем же вы сюда пришли, уважаемый капитан Нэдзуми?

— Мы пришли за деньгами, которые ты украла, ещё будучи воровкой. В отличие от вознаграждений за головы пойманных или убитых пиратов, раньше ты получала деньги незаконным путём, поэтому они должны быть конфискованы.

— Интересно, и как же вы собираетесь узнать, какие деньги я получила законным путём, а какие нет? — с чарующей улыбкой на губах, из-за которой у всех присутствующих мужиков заметно покраснели лица, спросила девушка.

Ради забавы она решила поддержать устроенный дозорным фарс и, надо заметить, Луффи бы поступил точно так же.

— Действительно, мы не знаем какие деньги были получены законным путём, а какие нет, поэтому конфискованы будут все деньги и золото, какие нам удастся найти. Всё конфискованное, сверх ворованного, будет считаться своеобразным штрафом за твои прошлые прегрешения.

— Я смотрю, ты подготовился, прежде чем прийти сюда, — улыбка на лице Нами стала поощрительной. — Тогда ещё один важный вопрос, что ты и твои люди собираются делать с Арлонгом?

— Арлонг находится не в моей компетенции.

— А ты в курсе, что я состою в его команде и одна из его офицеров? — отстранившись от дверного косяка, она продемонстрировала Нэдзуми вытатуированный на своём левом плече флаг Арлонга. — Тронете меня или мои деньги, и вам несдобровать.

— Известная на всё Ист Блю охотница на пиратов сама состоит в команде пиратов? Какой позор! Вот будет скандал, когда все об этом узнают… Мне вот интересно, твои новые соратники знают о твоей пиратской жизни? Или ты удачно забыла упомянуть им про сей примечательный факт? Интересно, что они сделают, когда узнают? Чи-чи-чи…

Возможно голос у капитана и был нормальным, но вот смеялся он точно как самая настоящая мышь… Если допустить возможность того, что мыши на самом деле умеют смеяться. И всё-таки Нами не могла не отдать ему должное. Нэдзуми оказался намного умнее, чем она ожидала. Если первоначально она считала, что только полный отморозок рискнёт покуситься на её деньги, то теперь была вынуждена признать существование ещё одного варианта. Нэдзуми явно считал себя самым хитрожопым ублюдком в округе и, надо отметить, не без оснований. Окажись на её месте кто-нибудь другой, и всё происходящее вполне могло сойти ему с рук. Вот только на её месте была именно она сама и никто другой, что сразу всё меняло. Именно поэтому, для начала, она решила слегка опустить зарвавшегося дозорного с небес на землю.

— Как насчёт того, чтобы спросить моих соратников лично? Знают они про мою… ммм… пиратскую сторону жизни или нет?

Крыса крысой, но дураком Нэдзуми назвать было сложно. Он сразу сообразил к чему идёт дело, из-за чего заметно спал с лица, а стоило Нами отойти в сторону от дверного проёма, как его лоб и вовсе начал быстро покрываться холодным потом. Примерно так же отреагировали и стоявшие за ним матросы, когда из дома, на солнечный свет, один за другим вышли трое: Джонни, Йосаку и Зоро. От самоуверенности Нэдзуми и напускной непоколебимости морячков сразу же не осталось и следа. Легко скалить зубы, когда у тебя за спиной вооруженная толпа народу, а перед тобой стоит одна-единственная красивая куколка с большими сиськами. И совсем другое дело скалить эти же зубы на самых опасных людей Ист Блю. Более того, даже без учёта их репутации, каждый из них выглядел ходячей Машиной Смерти. И без того не шибко внушительно смотревшиеся морячки, на фоне таких монстров, и вовсе стали походить на стайку едва вылупившихся цыплят. Такие же мелкие и беззащитные, только цветом не жёлтые, а белые.

— Какие-то проблемы? — негромко спросил Зоро, взглянув на Нэдзуми.

— Я… я так понимаю, вы осведомлены о том факте, что ваша напарница состоит в пиратской команде? — с трудом, но всё-таки сумел выдавить из себя Капитан-мышь.

— У неё не было бы причин в ней состоять, если бы дозорные выполняли свою работу, а не брали взятки, — нехорошо оскалился мечник.

Нами, Джонни и Йосаку ни на мгновение не усомнились, что в этот самый момент он представил себе, как будет расправляться с Нэдзуми и его людьми. Слишком уж специфическим был продемонстрированный дозорным оскал. Предвкушающий и кровожадный. Такой оскал Зоро демонстрировал либо людям уже ставшими жертвами его меча, либо только собирающимися стать.

— К-как бы т-там ни было, мы сейчас пришли исполнить свой долг и в-вернуть ук-к-краденное, — пусть и запинаясь, обильно потеющий Нэдзуми всё-таки сумел выдавить из себя нужные слова.

Нами в этот момент стало понятным, что стоящий перед ней капитанчик, помимо чрезмерного самомнения, в какой-то момент своей жизни явно успел «потерять берега». По-видимому, он так давно якшался с различным отребьем, что успел прочно уверовать в свою полную неприкосновенность, из-за своей причастности к Морскому Дозору. Зоро, Джонни и Йосаку нагоняли на капитанчика жуть — это было очевидно! И тем не менее он всё равно продолжал искренне верить, что не только сможет выйти сухим из воды из сложившейся ситуации, но ещё и подзаработать, отобрав у Нами все её деньги. Похвальная самоуверенность, пусть и совершенно неоправданная.

— И что ты сделаешь, если мы начнём возражать? — оскал Зоро стал ещё более нехорошим, а его открытый глаз начал наливаться кровью.

Капитанчик шумно сглотнул.

— Если… если вы станете препятствовать исполнению нашего долга, тогда сами станете преступниками и больше не сможете заниматься охотой на пиратов… Вы ведь не хотите лишиться своего заработка?

— Не могу понять, то ли он умный, то ли просто самоуверенный идиот, — признался Джонни.

— Умный самоуверенный идиот, — Йосаку без труда решил дилемму своего друга. — Лучше дай мне огоньку, — добавил он, доставая из внутреннего кармана позолоченный портсигар и позолоченную гильотину.

— А кто сказал, что мы лишимся своего заработка? — проигнорировав парней, ответил Зоро. — Если вы сегодня все здесь умрёте, могу с уверенностью сказать, что никто ничего никогда не узнает.

От подобного заявления матросики и капитанчик заметно заволновались.

— З-здесь не в-все мои люди! На корабле осталось ещё достаточно матросов! Они заметят наше отсутствие и доложат куда надо!

Непонятно, умный он или идиот, но хитрожопый точно. Нэдзуми придумывал довольно грамотные ответы буквально на лету. Опять же, окажись на месте Соломенных Шляп кто-нибудь другой и подобные ответы вполне могли сыграть свою роль. Вот только, без всяких сомнений, капитанчик полностью растратил свою удачу за прошедшую жизнь: иначе бы он не стоял сейчас перед Зоро.

— Так в чём проблема? — ничуть не обескуражил мечника приведённый дозорным аргумент. — Сначала я убью всех вас, а потом схожу на корабль и убью всех оставшихся. Потом отведу корабль подальше от берега и пущу его на дно, после чего никто никогда ничего не узнает. Кроме того, Арлонг контролирует весь остров, поэтому даже если местные жители что-то увидят, они всё равно никому ничего не смогут рассказать. Тем более, вам, мёртвым, какое уже будет дело, понесу я наказание за ваше убийство или нет?

И не поспоришь. Пусть Зоро, по уже ранее упомянутым причинам, не научился толком ставить мозги своих собеседников раком, зато он в совершенстве освоил один из самых безотказных приёмов в арсенале Луффи. Назывался этот приём просто и незамысловато: «И чо?». Вы станете преступниками! И чо? Вы больше не сможете зарабатывать деньги! И чо? Вас объявят в розыск! И чо? По крайней мере, Нэдзуми сумел сообразить, что спор с Зоро выиграть невозможно. Тогда, — и всё же умный гад! — он быстро решил спустить всё дело на тормозах.

— Принимая во внимание ваши заслуги, пожалуй, Морской Дозор вполне может закрыть глаза на прошлые прегрешения «Королевы», — на полном серьёзе выдал он, словно сделав большое одолжение всем Соломенным Шляпам. —Мы не станем изымать её деньги, но взамен такое не должно больше повториться! Если она когда-нибудь снова вернётся к своему прошлому ремеслу, Морской Дозор будет вынужден объявить её в розыск, как преступницу! На этом у меня всё, поэтому теперь позвольте откланяться.

Резко развернувшись, Нэдзуми почти бегом припустил в сторону деревни, а, оттуда, без всякого сомнения, он собирался как можно быстрее попасть на свой корабль и отчалить.

— Всё-таки он умный, — удовлетворенно кивнул Джонни, наблюдая, как морячки дружной толпой рванули вслед за своим стремительно удаляющимся капитаном. — Обставил всё так, словно мы ему ещё в чём-то должны остались. Типа он нам одолжение сделал. Вдобавок, не стал пытаться давить дальше и не стал пытаться угрожать силой.

— Угрожать нам силой после того, как во всех газетах раструбили о том, что мы втроём перебили больше десяти тысяч пиратов? — выпустив в небо большое кольцо дыма, насмешливо произнёс Йосаку. — Будь он таким идиотом, его бы давно уже убили.

— Если учесть, что он всё-таки изначально решился рискнуть стрясти с меня деньги, особо умным его назвать всё же нельзя, — поделилась своей точкой зрения Нами.

— Перебили десять тысяч пиратов? — спросила показавшаяся из дома Нодзико. — Это в каком смысле?

— В самом прямом, но пока лучше об этом тоже не думай, — в очередной раз посоветовала ей Нами, после чего, уперев руки в бока, наехала на одного вполне себе конкретного мечника. — Зоро, что я тебе говорила по поводу убийств в саду моей матери? Что бы ты стал делать, если бы он решился атаковать?!

— Не волнуйся, всё было под контролем, — спокойно ответил парень. — Я уже говорил, что Луффи оставил мне чёткие инструкции, поэтому развязывать здесь драку я не собирался. Рискни он по-настоящему оскалить на меня зубы, как я бы сразу сдал назад… Потом, выполнять приказ Луффи стало бы ещё приятнее. Хотя не буду отрицать, я уже и так получу намного больше удовольствия, чем рассчитывал получить изначально.

— И что теперь будет дальше? — опять подала голос Нодзико. — Судя по тому, что я услышала, Арлонг действительно не собирается сдерживать данное Нами слово.

— ЧТО?!

Все присутствующие тут же повернулись к пришедшему вместе с дозорными старосте. После поспешного бегства морячков, он так и остался стоять на месте. По-видимому, мужчина не знал, как ему быть дальше. Однако он не мог проигнорировать слова, сказанные Нодзико.

— Арлонг не собирается продавать Нами нашу деревню, — пояснила синеволосая девушка старосте.

— Что?! Хочешь сказать… Хочешь сказать все эти восемь лет, что мы терпели… Всё это было напрасно?!

— Интересно, от кого же Гэн узнал, что я собираюсь выкупить у Арлонга нашу деревню? — не скрывая иронии в голосе, спросила Нами. — Сестрёнка, ты ничего не хочешь мне рассказать? — сложив руки на груди, добавила она.

Нодзико сразу же приобрела немного смущенный вид, однако ответить ничего не успела, вместо неё слово взял староста.

— Это я заставил её мне всё рассказать, — пояснил Гэндзи, натянув козырёк своей кепки на глаза, словно стараясь спрятаться от взгляда Нами. — Я не смог поверить, что ты на самом деле продалась Арлонгу, поэтому вызнал всю правду у Нодзико… И я рассказал об этом всем остальным… Мы всё знаем Нами, и всегда знали… Однако мы ничего тебе не говорили на тот случай, если бы ты…

— Решилась сбежать, меня не мучила совесть и всё такое прочее, — беспечно закончила за мужчину рыжеволосая красавица, слегка поболтав рукой в воздухе.

Нодзико и староста в шоке уставились на неё.

— Ты… ты знала? — спросила её сестра. — И давно?

— Не то чтобы я точно знала об этом… Просто Луффи, узнав всю историю, сразу же предположил, что ты обязательно должна была кому-нибудь разболтать мой секрет. Почему-то он не сумел поверить, что девочка-подросток сможет долго удерживать рот на замке, — Нами немного ехидно улыбнулась своей сестре. — И я тебе уже говорила, что Луффи никогда не ошибается. Следовательно, пусть я ничего не знала наверняка, но, на мой взгляд, особой разницы нет.

— А мне вот теперь стало интересно, что будет делать Арлонг, если ты ему сейчас принесёшь деньги? — ухмыльнулся Джонни, когда стало очевидным, что Нодзико и Гэндзи не могут найти слов для ответа.

— Возьмёт, а потом придумает что-нибудь ещё, раз с дозорными не получилось, — пожала плечами Нами. — Луффи тоже об этом говорил.

— Это-то как раз понятно, но мне любопытно, что именно он придумает.

— Хочешь проверить? — приподняла бровь девушка.

— Пас! — сразу же открестился парень. — Кто его знает, сколько он там будет думать? И что тогда? Ждать, пока его осенит новая идея?

— Ладно, ребята, я пошёл, — неожиданно двинулся с места Зоро. — Морячки так припустили, что если не потороплюсь, они на самом деле могут успеть свалить.

— А мы тогда что? — проводив взглядом мечника, Йосаку повернулся к Нами. — Пойдём разбираться с Арлонгом?

— Да, — кивнула она, — только сначала прихватим с собой пару вещей.

— А он у нас случаем не заблудится? — в отличие от остальных, Джонни продолжал смотреть подозрительным взглядом вслед Зоро, уже скрывшимся среди деревьев.

В отличие от дозорных, мечник направился к пристани напрямик, через лес, а не через деревню.

— Насколько я заметил, он обычно теряется, если страдает фигнёй, не использует Волю Наблюдения, если Луффи-аники не отдавал ему никаких приказов и ни о чём его не просил. Однако сейчас он как раз занят, не страдает фигнёй, использует Волю Наблюдения и выполняет задание Луффи-аники, поэтому вряд ли он потеряется, — успокоил своего друга Йосаку.

– Тогда нам лучше поторопиться, — предложил Джонни. — Не знаю, какие там конкретно Луффи-аники дал Зоро-аники указания, но сильно сомневаюсь, что их выполнение отнимет у него много времени. Не поспешим, и Арлонг может нам не достаться. Нами, какие ты там вещи хотела прихватить? — он повернулся к девушке. — Бери их быстрее, и пойдём!

— Не волнуйтесь, всего пара мелочей и можем выдвигаться, — ответила Нами.

И она уже сделала шаг в сторону двери дома, как её остановил обеспокоенный возглас старосты:

— Нами, вы что, на самом деле собираетесь сражаться с Арлонгом и его бандой?! Втроём?!

— Не волнуйся, Гэн, — улыбнулась ему девушка. — Всё будет в порядке, — произнесла она те же самые слова, что немногим раньше говорила своей сестре.

— Позволь… позволь мне хотя бы собрать людей! Если Арлонг на самом деле решил нарушить данное им слово, остальные жители деревни не останутся в стороне!

— Нами, Гэн прав, — поддержала его Нодзико. — Ни я, ни другие жители деревни просто не могут остаться в стороне, когда происходит что-то подобное. Мы все будем сражаться!

— По правде сказать, я даже не собираюсь сражаться, но, как бы сказал Луффи, какого чёрта? Можете собирать людей! Народ совершенно точно заслужил посмотреть на конец Арлонга ничуть не меньше меня, — усмехнулась Нами, после чего скрылась в доме, оставив Нодзико и Гэндзи молча переваривать её ответ.

Хотя, самое главное они поняли довольно быстро, поэтому на пару побежали в сторону деревни собирать местных жителей.

Глава 10. Кто заказывал суши? Часть 2

— Быстрее, быстрее!

Примерно в это же самое время, Нэдзуми и сопровождающие его моряки, окончательно наплевав на свою гордость, бежали в сторону своего корабля со всех ног. В конце концов, поговорка про бегущих крыс с тонущего корабля родилась не на пустом месте. Нэдзуми, будучи даже внешне похож на этих самых крыс, всеми фибрами души чувствовал надвигающуюся опасность. После разговоров с Зоро, самым главным «Убийцей Пиратов», перепуганный капитан отчётливо осознал, какой огромной ошибкой было польститься на обещанный Арлонгом куш. Однако его тоже можно было понять, всё-таки ему была обещана треть от ста миллионов белли! Практически тридцать четыре миллиона, которые нужно просто прийти и забрать! Нет, конечно, теперь-то он прекрасно понимал, что никаких «просто прийти и забрать» быть не могло. И самое главное, винить ему кроме себя было некого! Он неоднократно слышал, что «Убийцы Пиратов» чокнутые на всю голову головорезы, и их «Королева», красотка или нет, — ещё какая красотка! — всё равно невероятно опасная. Нужно было действовать осторожнее, а лучше не действовать вообще. Как говорится, все мы крепки задним умом.

Когда впереди замаячила пристань и его корабль, Нэдзуми почувствовал небольшое облегчение, а после того как поднялся на борт и матросы подняли паруса, он почувствовал ещё более сильное облегчение. Возможно, все его опасения оказались чересчур надуманными? Головорезы они, конечно, головорезы, но, возможно, все их угрозы были лишь пустой бравадой? В конце концов, на регулярных сборах, проходящих раз в квартал, он неоднократно слышал жалобы других капитанов на идиотские шутки «Убийц Пиратов». И об их любви к издевательству над Морским Дозором в целом, и обычными дозорными в частности, он тоже слышал. Может ли такое быть, что именно на подобную «шутку» нарвался и он сам?

Прошло ещё несколько минут и Нэдзуми окончательно убедил себя в том, что никакой опасности ему на самом деле не грозит и никогда не грозило… Человек вообще редко когда упускает возможность обмануть самого себя. Жизнь, в свою очередь, никогда не упускает возможности показать насколько ошибочен путь самообмана. В тот самый момент, когда Нэдзуми полностью расслабился, успокоенный своими мыслями и постепенно удаляющимся из вида берегом, пришёл Песец. Выглядел Песец точь-в-точь, как «Убийца Пиратов» и, что ещё хуже, он держал в руке чью-то отрубленную голову. Столь неожиданное и эффектное появление сильно выбило Нэдзуми из колеи, поэтому ему потребовалось добрых десять секунд, прежде чем он смог сообразить, что «Убийца Пиратов» держит в руке голову его первого помощника.

— Знаешь, в мире есть не так много вещей, которые бы я действительно не любил, — миролюбиво произнёс Зоро.

Он сидел на перилах, на своих перекрещенных ногах. В правой руке, лежащей на правом колене, он держал окровавленный меч с чёрной рукоятью, а в левой руке уже ранее упомянутую голову первого помощника Нэдзуми.

— Например, я не люблю, когда мне мешают спать. Ещё меня невероятно бесит, если кто-нибудь не уважает моего капитана, даже если он сам предпочитает, чтобы всё так и было. Однако, что я действительно ненавижу, так это предателей. Мне не особо важно, что именно предаёт человек, другого человека, какую-то идею или самого себя. Меня злит сам факт предательства. Если ты взял на себя какие-то обязательства, ты обязан их выполнять. Иначе ты просто ничтожество… Понимаешь к чему я клоню? — последнее предложение, в отличие от остальных, Зоро произнёс уже совсем другим тоном, никакого миролюбия в нём и близко не было.

Нэдзуми не ответил: лихорадочно соображая, он принялся озираться по сторонам. Его подчиненные уже заметили незваного гостя, и теперь усиленно вооружались, но нападать не спешили. Среди команды не было ни одного человека, который бы горел желанием схлестнуться с печально известным на всё Ист Блю охотником на пиратов… Говоря начистоту, известность «Убийцы Пиратов» распространялось далеко за границы Ист Блю. Конечно, некоторые газеты рассылались только в пределах определенного моря, — зачем жителям Ист Блю знать о различных мелочах, происходящих, например, в Вест Блю? — но кое-какие новости попадали в крупнейшие газеты мира, соответственно, распространяющиеся по всему миру. И, учитывая, сколько всего совершили «Убийцы Пиратов» в целом и сам «Убийца Пиратов» в частности, имя Ророноа Зоро уже довольно давно, в той или иной мере, было известно всему миру. Не говоря уже о том, что, неся службу в Морском Дозоре, Нэдзуми, а через него и его команда, знали о мечнике заметно больше, чем простой народ. Чего только стоил экстренный сбор капитанов, после недавнего, но до сих пор постоянно обсуждаемого в тавернах и упоминаемого в газетах, разгрома флота Дона Крига и пленения самого Дона.

Упомянутое событие настолько сильно склонило чашу весов в пользу Морского Дозора, что высшее командование дозора просто не могло упустить подобной возможности. В скором порядке были пересмотрены чуть ли не все маршруты патрулей, их количество, а также составы. Глупо посылать в один патруль по пять-шесть кораблей за раз, когда вероятность столкновения даже с одним пиратским кораблём приближалась к нулю. В случае такого столкновения легче было вызвать подкрепление и проследить.

Новые маршруты патрулирования составлялись с таким учётом, чтобы, во-первых, покрыть как можно больше водного пространства. Во-вторых, чтобы к каждому патрульному кораблю, в случае запроса о помощи, могли быстро подоспеть, как минимум, сразу два корабля подкрепления. Высшее командование дозора собиралось выжать из ситуации максимум возможного, и если не окончательно искоренить пиратов в Ист Блю, то на долгое время сохранить их текущий, почти несуществующий, уровень. В связи с этим в Ист Блю, вопреки обычным правилам, — «Всё внимание на Гранд Лайн!» — даже были направлены дополнительные силы.

И вот сейчас главный виновник изменений, непосредственно затронувших одну шестую часть мира, и тем или иным образом повлиявший на оставшиеся части, находился на корабле Нэдзуми и его команды. Разве можно было их обвинять, что они совсем не горели желанием отомстить Зоро за убитого первого помощника? Несмотря на уже пролитую кровь, все присутствующие матросы искренне надеялись, что ситуация может быть разрешена если и не мирно, то хотя бы без новых жертв. Нэдзуми, будучи более умным и чувствительным, таких надежд не питал. Выражение лица мечника говорило само за себя — смертям быть!

— Вы вступили в ряды Морского Дозора, — немного погодя продолжил говорить Зоро, когда никто ему так и не ответил. — Вы поклялись служить и защищать, поддерживать закон и порядок.... Взяли на себя обязательства, и не выполнили их. Не выполнили их не из-за того, что не смогли, а из-за жалких денег. Нарушили данную вами клятву ради собственного обогащения… Другими словами, вы кучка чёртовых предателей, и я уже сказал, как отношусь к предателям.

Отрубленная голова упала на доски палубы, прямо в лужу натёкшей с неё крови, а парень потянулся к рукояти своего второго меча.

— ОГОНЬ!!! — истошно заорал Нэдзуми, мгновенно поняв, что сейчас должно начаться. — Я СКАЗАЛ ОГОНЬ!!! ДА СТРЕЛЯЙТЕ ЖЕ В НЕГО!!!

На корабле находилось больше шестидесяти человек, и пока Зоро говорил, они успели взять его в полукольцо. Шестьдесят семь ружей оказались направлены на спокойно сидящего мечника. Логика уверенно говорила морякам, что с такого близкого расстояния и от такого количества стволов, увернуться невозможно. Однако пробирающий до печёнок страх ни в какую не хотел соглашаться с доводами разума, и, подстать Нэдзуми, истошно орал, призывая немедленно бежать. Пусть логика была на их стороне, но по другую сторону прицела сидел «Убийца Пиратов». И с точки зрения этой же логики, Соломенные Шляпы, состоящие всего из нескольких человек, никак не могли разом справиться с десятью тысячами пиратов… Но как-то они всё-таки справились, что невозможно было объяснить никакими разумными доводами. Именно по этим всем причинам, когда Нэдзуми отдал приказ открыть огонь, никто сразу не нажал на курок. И во второй раз не нажал. И только на третьей раз привычка подчиняться всё-таки возобладала над сковавшим их страхом и дозорные дружно спустили курки.

Оглушительно загрохотало, десятки пуль разом ударили по Зоро… И градом начали сыпаться на палубу, словно огонь вёлся не по живому человеку, а по стальной монолитной болванке. Спустя десяток секунд дозорные медленно опустили свои ружья, ошеломлённо уставившись на целого и невредимого мечника. Их худшие опасения не просто подтвердились, а превзошли все ожидания. Стреляя, они подспудно предполагали, что «Убийца Пиратов» сейчас сделает что-нибудь такое этакое, но подобного исхода они себе даже представить не могли.

Попав под полноценный ружейный залп, знаменитый Ророноа Зоро не сделал ничего… И это всё равно оказалось красноречивее любых его слов и действий. Одно дело слышать, и совсем другое видеть собственными глазами. Своим «ничегонеделаньем» мечник наглядно показал дозорным на кого они рискнули поднять руку. И речь не о нём самом, а обо всей их семье в целом и Нами в частности. Всё началось именно с того, что Нэдзуми оказался настолько жаден и самоуверен, — безумен? — что решил, будто ему на самом деле может сойти с рук наезд на одного из членов семьи Соломенной Шляпы. Не сделай он подобной глупости, и тогда, принимал он взятки от Арлонга или нет, никто бы не стал за ним гоняться специально.

Вопреки ожиданиям дозорных, Зоро вовсе не бросился тут же их убивать… Хотя, как они вскоре осознали, лучше бы именно так он и поступил. Быстрой расправе мечник предпочёл жестокость и садизм. Отрубил одному дозорному руку, дождался пока остановят кровотечение, а затем разрубил его пополам вместе со значительной частью палубы и еще несколькими другими дозорными. Парень действительно не любил предателей, но он не стал упоминать, что конкретно этих дозорных он не любил ещё больше. Если бы они не брали взятки от Арлонга, они вполне могли предотвратить значительную часть того, что пришлось испытать Нами, освободив её деревню задолго до их встречи. И именно поэтому Зоро испытывал особенно сильное отвращение к Нэдзуми и его подчинённым.

Луффи хорошо умел навязывать различные идеи и привычки, и в самую первую очередь он прививал всем членам семьи заботу друг о друге. В любой другой ситуации, Зоро бы просто перебил всех дозорных на корабле и этим бы ограничился, но это в любой другой ситуации. По их вине, пусть и косвенной, Нами пришлось пережить много крайне неприятных моментов, и он никак не собирался прощать нечто подобное. Кроме того, он ни на мгновение не забывал и о сегодняшнем случае: все посмевшие поднять руку на семью или одного из её членов будут обязательно уничтожены! Луффи что-то говорил о послании? Зоро именно его и собирался оставить! Такое послание, после которого никто не захочет с ними связываться! Уничтожение десяти тысяч пиратов оказалось недостаточным? Раз не пираты, так всё позволено? Значит, пора показать, что даже принадлежность к Морскому Дозору не может гарантировать безопасность! Особенно теперь, когда их семья, наконец, подняла пиратский флаг.

Нэдзуми истошно орал, раздавая приказы, безуспешно пытаясь остановить неубиваемого монстра в лице Зоро. Но что могли сделать обычные люди против такой силы? Пули мечника не брали. Использовать мечи? Против лучшего мечника Ист Блю? Несколько человек попробовали, и тут же превратились в наглядные пособия на тему: «Почему не стоит нападать с мечом на лучшего мечника в округе».

На корабле было в достатке пушек, и Нэдзуми даже сумел организовать несколько залпов по Зоро, но, опять же, толку-то? Все ядра оказались либо отбиты в сторону, — несколько новых трупов разом, — разрублены пополам или вовсе отражены обратно к пушкам — ещё больше трупов и разрушений.

Некоторые, окончательно поняв всю безнадежность их положения, попробовали сбежать с корабля, просто попрыгав за борт, но они всё ещё не понимали с кем имеют дело. В лучшем случае, выпрыгнувшие за борт матросы долетели до воды разрубленными на части, а в большинстве случаев оказывались разрублены ещё на корабле. В конце концов, немногие оставшиеся, в отчаянной попытке спасти свои жизни, разом набросились на Зоро с заранее предсказуемым и вполне закономерным результатом.

Десять минут спустя всё было кончено.

Из всех дозорных единственным в живых остался только Нэдзуми. Его дальнейшая жизнь, с отрубленными ногами и руками, обещала быть в высшей степени неприятной. И неудивительно, приказ капитана как никак. Если Зоро «всего лишь» ненавидел, когда кто-то посягал на его семью, то Луффи… Откровенно говоря, сложно было сказать наверняка, каким именно образом влияли на него подобные ситуации. Внешне он никак не реагировал, но Зоро как-то раз довелось увидеть его глаза, и они рассказали ему совсем другую историю. Мечник не сомневался, что однажды в будущем, когда какой-нибудь очередной идиот, облечённый властью, решится поднять руку на одного из них, весь мир узнает правду, сокрытую в глубине глаз его капитана. И мир вздрогнет.

Последнее, что сделал Зоро, прежде чем уплыть с порушенного и заваленного трупами корабля, — поставил ден-ден муши на грудь валяющегося в беспамятстве Нэдзуми, после чего снял микрофон и врубил сигнал SOS. Откровенно говоря, мечник и сам не понимал смысла своих действий. Нэдзуми не мог двигаться, ещё и прибывал в отключке, значит, сказать тоже ничего не мог. Без пояснений, даже если кто-нибудь примет сигнал бедствия, никто не сможет узнать о местоположении корабля. Однако приказ капитана есть приказ капитана, поэтому Зоро сделал всё, что от него требовалось.

Спустив на воду единственную уцелевшую шлюпку, — совсем не случайно, кстати, уцелевшую, — он в темпе погреб в сторону берега. Хотя он ничуть не сомневался в победе Джонни и Йосаку, всё равно не мог не переживать. Особенно после Багги. Вроде бы и слабый, и дурак дураком, но опасность от него исходила далеко нешуточная. Нет, серьёзно! Пару месяцев назад Багги умудрился скинуть в воду Джонни и Йосаку, к тому времени уже знавших о нём буквально всё. Парни его сильно недооценили. Конечно, самому Багги такое достижение ничем, в итоге, не помогло, но сам факт! Не будь рядом с парой друзей никого другого, и тогда «Клоун» остался бы победителем. Всё-таки сила силой, а опыт есть опыт.

Багги, мало того, что знал о мире в тысячу раз больше, чем полагалось знать такому слабому идиоту, так и пиратствовать он начал ещё до рождения тех же Джонни и Йосаку. Если бы не практически преступная слабость, он бы точно заслуживал немалого уважения… И именно этот факт беспокоил Зоро. В смысле, Арлонг приплыл с Гранд Лайна, пиратствовал по времени ничуть не меньше самого Багги и, по слухам, был в сто раз сильнее. Вот и получалось, что Арлонг, если верить слухам, представлял собой своеобразно улучшенную версию Багги. А тот, как уже говорилось, иногда мог быть действительно опасным. И пусть Зоро не собирался вмешиваться в сражение Джонни и Йосаку, — ещё один приказ Луффи, отданный ему втайне от остальной части семьи, — он не хотел оставлять их без присмотра. Именно поэтому, закончив разбираться с дозорными, он без промедления отправился в обратный путь, корректируя свой маршрут с помощью Воли Наблюдения.

Мечник не знал, что включенный им сигнал SOS был получен буквально через мгновение после начала передачи. И получен одним вполне определённым человеком, которому он изначально и предназначался. Всего через пятнадцать-двадцать минут, после отплытия Зоро на остров, к кораблю дозорных подплыло небольшое парусное судно с одним членом экипажа на борту. Хорошо сложенный, коротко стриженный мужчина лет тридцати на вид, одетый в белую облегающую футболку без рукавов, тёмно-зелёные шорты и самые обычные резиновые тапочки. На его груди болтался фотоаппарат, которым он, стоило ему оказаться на корабле дозорных, тут же начал щёлкать всё вокруг. И только закончив делать фотографии, он подошёл к большому улиткофону, всё также лежащей на бессознательном теле Нэдзуми, и набрал номер ближайшей к нему базы Морского Дозора.

— Дежурный по связи шестнадцатого отделения Морского Дозора слушает! — незамедлительно отозвался улиткофон бодрым мужским голосом.

— Говорит Риорд Драф, репортёр «Еженедельного Вестника», — представился мужчина спокойным, уравновешенным голосом. — Я только что стал свидетелем жестокой расправы над вашим капитаном и его людьми.

Судя по лёгкой улыбке на его губах, сложившуюся ситуацию он находил забавной.

— Ч-что?!

Улыбка Риорда стала ещё чуточку шире.

— Повторяю, капитан Нэдзуми находится при смерти, все его люди убиты, а корабль сильно повреждён.

— Э-эм, вас понял, сообщение принято! — По голосу, а заодно и по лицу улитки, было понятно, что дежурный всё ещё сильно сбит с толку, но, тем не менее, сумел взять себя в руки. — Прошу передать мне координаты вашего текущего местоположения! Я сейчас же свяжусь с ближайшими к вам патрульными кораблями, и в течение часа прибудет помощь!

Риорд послушно назвал свои координаты, а дежурный тут же продублировал их патрульным кораблям по другому улиткофону.

— Вы сказали, что стали свидетелем нападения? — чуть погодя, дежурный вернулся к разговору. — Вы можете назвать точное или примерное количество нападавших? Или, возможно, вам известны личности нападавших?

— Без проблем, — улыбка Риорда стала максимально широкой. — Нападающий был всего один и его зовут Ророноа Зоро по прозвищу «Убийца Пиратов».

— ЧТО?!!

Улитка, с помощью которой общался Риорд, послушно изображая эмоции дежурного, распахнула рот и вытаращила глаза.

— Вы слышали всё правильно, на капитана Нэдзуми и его людей напал «Убийца Пиратов». И я могу вам гарантированно сказать, что ваш капитан остался в живых совсем не случайно. Ророноа отрубил ему руки и ноги, но позаботился о том, чтобы его жертва не умерла от кровопотери. Более того, именно Ророноа подал сигнал SOS.

— Вы… вы понимаете, насколько серьёзно ваше заявление? — после небольшой паузы, уточнил дежурный.

— Прекрасно понимаю, — улыбка резко пропала с лица репортера. — Именно поэтому я не стану дожидаться патрульных. Я видел, куда направился Ророноа Зоро и теперь собираюсь за ним проследить.

— Подождите, вы не можете просто взять и оставить корабль! – сразу переполошился дежурный. — По крайней мере, дождитесь патрульных!

— У корабля сильно повреждены паруса, поэтому он практически стоит на месте, но, на всякий случай, зажгу для патрульных дымовую шашку, тогда они его точно не пропустят. Сейчас я больше ничем не могу помочь капитану Нэдзуми, из-за чего не вижу смысла напрасно тратить время. Конец связи.

Не став дожидаться ответа дежурного, Риорд вложил микрофон в держатель, прервав связь. Первый камешек был брошен — через неделю о поступке «Убийцы Пиратов» будет знать каждая собака в Ист Блю. Однако, без доказательств, всё это останется лишь слухами, и задача Риорда как раз и состояла в том, чтобы собрать и затем продемонстрировать миру эти самые доказательства. Откровенно говоря, он понятия не имел, что задумал его наниматель, — на первый взгляд безобидный парень, а на самом деле то ли просто чокнутый псих, то ли отмороженный на всю голову гений, — но уточнять не собирался. Пусть его нагло использовали и даже не пытались этого скрыть, всё, что от него требовалось, так это писать правду и только правду. Кроме того, принимая во внимание, что, зачастую, эта самая правда выглядела покруче любой лжи, против подобной сделки Риорд был совсем не против. Один из самых известных в мире охотников на пиратов сам стал пиратом… бонус к зарплате обещал быть умопомрачительным. Ради сенсаций подобного рода действительно стоило пожать руку Дьяволу.

Примерно в то же самое время, когда Риорд спустился обратно на свою лодку, а Зоро высадился на берег, Джонни, Йосаку и Нами подошли к Арлонг Парку. Обычная пиратская база не устроила рыболюдей, поэтому на деньги, собираемые с жителей острова, и из деталей их корабля, на котором они приплыли с Гранд Лайна, пираты отгрохали себе пятиэтажные хоромы. Они окружили их бетонным забором, а на внутренней территории разбили сад и несколько бассейнов, один из которых имел выход в открытое море. Расположились с размахом и даже, надо признать, со вкусом. Правда, из-за цветовой гаммы, — всё было сделано ярким и красочным, — и названия, сразу же возникала ассоциация с парком аттракционов или водным парком.

— Красиво жить не запретишь, — поделился своим мнением Джонни, едва их компания приблизилась к базе Арлонга. — Ничего так обустроились, со вкусом… и однозначно выглядит в сто раз внушительнее нашей базы!

— Разве у нас есть база? — покосился на своего друга Йосаку. — По-моему у нас есть небольшой уютный домик на берегу моря, но никак не база.

Как и у всех других пиратов или дозорных, у семьи Соломенной Шляпы была своя, так сказать, база, куда они частенько наведывались, чтобы отдохнуть от моря или просто отдохнуть. Хотя, Йосаку в чём-то был прав, полноценной базой, как таковой, их место стоянки назвать было сложно. Небольшой деревянный пирс, построенный в скрытой бухте, и двухэтажный дом неподалеку, за которым в их отсутствие присматривал Гаймон. Учитывая, что выбранный для базы остров, благодаря всё тому же Гаймону, считался проклятым, — он двадцать лет подряд пугал всех высадившихся на остров людей, — лучшего места для тайной базы… для тайного дома отдыха было не найти во всём Ист Блю. Собственно, именно по этой причине, в своё время, Луффи с Зоро и заявились на остров, где обнаружили целую кучу странно выглядевших зверей и их «защитника» Гаймона. Который, привычно начав пугать «новеньких», тут же чуть не распрощался со своей жизнью. Кроме того, остров располагался практически по центру Ист Блю, поэтому, если у Луффи вдруг появлялась какая-нибудь интересная информация, семья могла относительно быстро оказаться в любой точке моря.

— База или домик, какая разница? — не дал сбить себя с мысли Джонни. — Главное, что у Арлонга круче, чем у нас, а так быть не должно!

— Зато у нас уютнее, — внесла свою лепту в спор Нами.

— Не забывайте о количестве, — напомнил им Йосаку. — В нашей семье, до недавнего времени, было всего пять человек, плюс Гаймон на острове, а у Арлонга… гм… А сколько у Арлонга людей? — озадаченно спросил он, повернувшись к рядом стоящей девушке. — Ты нам говорила, а я забыл? Или ты нам вообще не говорила?

— Лично я ничего такого не помню! — сразу же признался Джонни.

— Пятьдесят шесть рыболюдей вместе с Арлонгом.

— Понятно… тогда что, начинаем? — неуверенно спросил Йосаку, махнув рукой в сторону больших, закрытых, каменных ворот.

— Мне их выбить или культурно зайдём? — сразу же уточнил Джонни.

— Подождите вы начинать, сначала я хочу поговорить с Арлонгом.... Мне стало интересно, что он мне ответит, когда расскажу ему о дозорных, укравших предназначавшиеся ему деньги.

— Так нам за дверью постоять? — снова неуверенно спросил Йосаку.

— Нет, зачем? Просто держитесь немного позади меня, представлю вас как своих помощников… Если они вас сами не признают. В отличие от обычных жителей острова, рыболюди газеты получают, поэтому ваши рожи должны быть им знакомы.

Вся троица вошла на территорию Арлонг Парка, сразу став центром внимания всех находящихся там рыболюдей. Специально Джонни и Йосаку считать не стали, но, на первый взгляд, все упомянутые Нами пятьдесят шесть рыболюдей были здесь. Вполне понятно, что парни тут же принялись мозолить о них глаза. Они неоднократно слышали о расе рыболюдей, однако ещё ни разу в жизни не видели их в живую, поэтому даже не пытались скрыть своего интереса.

— Нами, ты принесла мои деньги? — первым делом спросил рыбочеловек, комфортно развалившийся на деревянном пляжном шезлонге.

— Именно об этом я и пришла с тобой поговорить, Арлонг, — на лице Нами расцвела улыбка, которой могли позавидовать сами ангелы на небесах.

В свою очередь, Джонни и Йосаку тут же переключили всё своё внимание на Арлонга. Листовка листовкой, но, если бы не весьма характерно выглядевший нос, рядом с другими рыболюдьми, вот так вот сразу, его можно было и не признать. Он оказался синекожим рыбочеловеком — пилоносой акулой. О его принадлежности именно к этой породе, говорил длинный острый нос в виде двухсторонней пилы, а также внушительного вида зубы и акулий плавник на спине. Одет он был в цветастую расстегнутую рубашку, наподобие тех, что так любил носить Луффи, шлепанцы на ногах, тёмно-коричневого цвета шорты, сиреневого цвета пояс и самую настоящую шапку-ушанку, из-под которой до самых плеч опускалась густая грива его чёрных волос.

— Ты передумала мне платить? — спросил Арлонг.

— Нет, просто какие-то дозорные приплыли на твой остров и отобрали у меня твои деньги.

— Вот как? — Арлонг явно попытался изобразить на лице искреннее удивление, но, на чрезвычайно предвзятый взгляд Джонни и Йосаку, получилось у него откровенно хреново. — Что ж, очень жаль об этом слышать… Однако кое-что в чём ты не права. Пусть дозорные приплыли на мой остров, они всё же украли твои деньги.

— Я член твоей команды или нет? — в ответ спросила Нами. — Меня обокрали, так помоги мне.

— Прости, но в ближайшее время я не хочу связываться с дозорными. Пока тебя не было, нам пришлось потопить несколько их кораблей, поэтому сейчас мы стараемся не привлекать к себе ещё больше внимания, а то иначе нам покоя не будет. Ничего не поделаешь, тебе просто не повезло… Но ты не волнуйся, я верю в твои силы, поэтому ты наверняка без особых проблем сможешь собрать ещё сто миллионов. Тем более, до меня дошли слухи, что ты умудрилась связаться с довольно примечательной компанией… Хотя, учитывая кого я вижу позади тебя, по-видимому, слухи не врали.

Выслушав ответ Арлонга, Джонни и Йосаку тут же молча сошлись во мнении, что ему явно стоит поработать над своим голосом и мимикой. Врал он довольно складно, но вот выражение его морды и интонации голоса выдавали его с головой. А ещё, как и ожидалось, он сразу же узнал парней. Большинство других пиратов, окажись они на его месте, незамедлительно бы ударились в панику, или, как минимум, сильно забеспокоились, однако Арлонг и бровью не повёл. Друзья невольно почувствовали раздражение. Сколько ещё умопомрачительных поступков нужно совершить их семье, прежде чем все, без исключения, начнут принимать их всерьёз?

— Чисто для протокола, — приподняв указательный палец, произнесла Нами одну из любимых фраз Луффи. — Ты не собираешься мне помогать, так?

— Я бы с радостью тебе помог, но как уже сказал, ситуация такова, что сейчас я полностью бессилен, — ответил Арлонг.

Он попытался состроить сожалеющую физиономию, но, как и со всеми другими эмоциями, получилось у него так себе.

— Отлично! — лицо Нами вновь озарилось ангельской улыбкой. — Тогда, мальчики, — повернувшись к Джонни и Йосаку, произнесла она, — идите за мной.

На первый взгляд могло показаться, что она направилась к выходу, но на самом деле её целью стало место слева от входа, рядом с огораживающей Арлонг Парк стеной.

— И чо дальше? – спросил Джонни.

— Втыкай сюда! — посмотрев на него, девушка ткнула пальцем в бетон прямо у своих ног.

Парень секунду непонимающе на неё таращился и только потом сообразил, что конкретно она от него хочет. Всю дорогу от её дома он тащил под мышкой пляжный зонтик, который теперь, по её приказу, без лишних вопросов воткнул в указанное место. Бетон, понятное дело, помехой ему не стал.

— А ты поставь сумку сюда, — обратилась она к Йосаку, ткнув пальцем в сторону тени, образовавшейся под расправленным зонтом. — И принеси мне шезлонг! — её палец указал в самый центр скопления рыболюдей, сейчас чрезвычайно озадаченных всем происходящим.

Парни, несколько сбитые с толку хаотичными требованиями девушки, дружно посмотрели в указываемую сторону, после чего столь же дружно уставились обратно на неё. На другой от них стороне было полным полно свободных шезлонгов, но она указала на единственный занятый. И занятый не абы кем, а самим Арлонгом. Джонни и Йосаку ничуть бы не удивились подобным приказам, если бы их отдавал Луффи… Вот только его поблизости не было, а они всё равно продолжали получать пугающе похожие приказы.

— Этой дурочке конец, — подвёл итог Джонни.

Он смотрел на стоящую перед ним девушку таким взглядом, которым обычно люди наблюдают за атакой Морского Короля на невезучее судно — с одной стороны жутко и люди умирают, а с другой глаз отвести невозможно.

— По крайней мере, она никогда не станет такой же сильной, как Луффи-аники, — попытался найти хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации Йосаку.

Однако его слова оказались сильно подпорчены нотками неуверенности, отчётливо прозвучавшими в его голосе.

— Шезлонг мне, быстро! — для верности, Нами ещё раз ткнула пальцем в сторону Арлонга.

Парни, тяжело вздохнув, неохотно двинулись в сторону рыболюдей, толпящихся вокруг своего босса. После выходки девушки, от их боевого задора не осталось и следа. Пусть, они уже довольно давно осознали, что она встала на Тёмный Путь Силы, но увидеть этому неоспоримое подтверждение оказалось во сто крат хуже, чем любые домыслы. С другой стороны, ничего по-настоящему неожиданного не произошло. Принимая во внимание, что Нами проводила с Луффи даже больше времени чем Зоро, — а тот почти всегда и везде неотрывно следовал за своим капитаном, — результат был предсказуем с самого начала.

— Вот интересно, если их убить и зажарить, то какой будет вкус? — любопытство Джонни дало о себе знать. — Вкус рыбы или вкус мяса?

Или он так сильно хотел забыть последние несколько минут, что готов был говорить о какой угодно фигне.

— Ты что, никогда не пробовал рыбные котлеты с мясом? — Йосаку, как и в большинстве случаев, подобными вопросами не заморачивался. — Если нет, то попробуй и узнаешь, какие рыболюди на вкус, — несколько флегматично добавил он.

— А если мы их съедим, это будет считаться каннибализмом или нет? — получив ответ на один вопрос, Джонни незамедлительно озадачился другим.

— Посмотри в словаре точное определение слова «каннибализм» и узнаешь ответ.

Парням пришлось прервать свой разговор, когда, подойдя к рыболюдям, им преградили дорогу два представителя этой расы. Джонни и Йосаку, остановившись, дружно задрали головы. Они никогда не жаловались на свой рост, но большинство рыболюдей всё равно возвышались над ними на целую голову. Среднего роста люди, вроде Луффи, и вовсе бы дышали таким в пупок.

— Куда это вы так резво собрались? — положив свои перепончатые руки на плечи парней, спросил один из рыболюдей, преградивших дорогу. — Если у вас есть, что сказать Арлонг-сану, то сначала скажите об этом нам.

— Хочешь, я тебе лучше фокус покажу? — вместо ответа, спросил его Джонни.

— Фокус?

— Ага, тебе понравится, обещаю! Главное теперь внимательно следи за моей рукой…

И с этими словами он вырвал сердце стоящему перед ним рыбочеловеку… Или, по крайней мере, честно попытался вырвать. На деле, в его руке оказалось два вырванных ребра, кусок легкого и кусок сердца, а его самого с ног до головы залило кровью.

— Ты что, хотел вырвать ему сердце? — ухмыльнулся Йосаку. — Идиот! Сердце находится почти посередине груди, а не с левой стороны, как все говорят. Ты убил столько народу и так до сих пор этого не понял?

— Я их убиваю, а не вскрытием занимаюсь! — отозвался недовольный Джонни, стряхнув с руки свою «добычу», а секундой позже на бетон упал и убитый им рыбочеловек. — Тем более, Луффи-аники, по-моему, как раз и бил туда, куда ударил я… Может у этих рыболюдей сердца располагаются не так, как у обычных людей?

— Нет, просто ты идиот… и когда это ты успел увидеть, как Луффи-аники кому-то вырывает сердце?

— Помнишь разборки с «Козырной Семьёй»?

— Конечно!

— А бабу-дуру с фруктом логии, что тебя убила?

— Я, может, и не могу умереть, но, поверь мне на слово, сложно забыть о том, кто тебя убил… И как эта баба относится к нашей теме?

— Так Луффи-аники, когда она тебя убила, именно ей и вырвал сердце. Прикинь, она стоит, ещё вся такая живая, но с дырой в груди, и очумело смотрит на своё сердце, зажатое в его руке. Выглядело прикольно! Хоть и жутковато… С тех пор всегда хотел попробовать сделать то же самое. Однако раньше мне сил не хватало, потом забыл, а тут как-то резко вспомнилось, вот и решил попробовать.

Метод, конечно, не стопроцентный и требует выполнения немного специфических условий для получения достоверного результата, но есть отличный способ, как точно определить, есть ли у человека серьёзные проблемы с головой или нет. Просто нужно ему сказать, что ты вырвал сердце его обидчику, а затем наблюдать за его реакцией. Если, после такого откровения, человек станет довольно улыбаться и будет выглядеть польщёно или благодарно, можно утверждать без всяких сомнений, что у такого человека действительно есть проблемы с головой. И большие! Йосаку, после слов Джонни, и вовсе стал выглядеть так, словно у него настал праздник. Делайте, как говорится, выводы.

В этот момент, наконец, зашевелились рыболюди, шокированные всем произошедшим. Долгая жизнь в полной безопасности их явно расслабила. Более того, несмотря на своих заволновавшихся подчинённых, Арлонг даже не соизволил оторвать задницу от шезлонга. Сидя в окружении своей команды, которая надежно перекрывала ему обзор на всё происходящее, он даже не понял, что произошло.

Йосаку, заметно взбодрившийся после объяснений своего друга, решил проявить инициативу. Резко набрав скорость, он влетел в столпившихся рыболюдей словно огромный шар для боулинга, моментально раскидав по сторонам всех своих противников. И прежде чем Арлонг успел хоть что-нибудь сделать, Йосаку, со всей своей немалой силы, зарядил ему в челюсть окованным железом ботинком. Обычному человеку, таким ударом напрочь бы снесло челюсть, если не всю голову, но Арлонг лишь отправился в полёт. От его лежанки до бетонной стены, которая окружала весь Арлонг Парк, было больше двух десятков метров, но он всё равно пробил её насквозь, после чего улетел прямиков в лес. Послышался древесный хруст и громкий треск, в небо взметнулось несколько крупных стай птиц, а затем, на глазах у всех присутствующих, на землю стали медленно заваливаться сразу десятки пальм пальм.

— Хорошо полетел! — прокомментировал Джонни поступок своего друга.

— АРЛОНГ-САН!!! — раздался дружный вопль перепуганных рыболюдей, после чего первая половина из них бросилась к пролому в стене, а вторая, изрыгая проклятья и угрозы, атаковала парней.

Джонни и Йосаку понадобилось около пяти секунд, чтобы доходчиво объяснить своим противникам, насколько они не правы. В смысле, рыболюди не правы. Значительная часть Арлонг Парка, очень быстро оказалась усеяна бессознательными телами чересчур самоуверенных идиотов.

— Должен признать, что у него невероятно крепкая челюсть, — как ни в чём не бывало, поделился своими ощущениями Йосаку, словно никакой атаковавшей их толпы рыболюдей никогда и не было. Более того, он уже успел подхватить шезлонг Арлонга и поднять его над своей головой. — Такое чувство, будто по стальной болванке вдарил. Смотри, даже железо немного погнулось, — в доказательство своих слов, он чуть отставил свою правую ногу в сторону, продемонстрировав другу и вправду слегка помятый носок своего окованного железом ботинка.

— Надеюсь, он не помер после такого удара? — риторически спросил Джонни, посмотрев на продемонстрированный ему ботинок. — Это будет звиздец какое разочарование!

— Если он действительно помер от такого удара, тогда ничего интересного он бы нам всё равно показать не смог.

— Не волнуйтесь, Арлонга таким ударом не убить, — успокоила парней Нами, стоило им к ней подойти. — Теперь ставь шезлонг сюда, — указала она на тень под зонтом, рядом с синей сумкой.

— Да уже и сам понял куда ставить, не дурак, — недовольно пробурчал Йосаку.

Бывший шезлонг Арлонга быстро оказался на своём новом месте.

— …Постарайтесь не слишком быстро всех убить, — чуть погодя попросила Нами, удобно устроившись в шезлонге. — Я ждала этого дня целых восемь лет, поэтому хочу как следует им насладиться.

Опустив руку, она открыла сумку, оказавшуюся вовсе не сумкой, а переносным холодильником, в котором лежало несколько бутылок холодного пива. Достав одну из бутылок и свернув крышку, она с наслаждением присосал к горлышку

— …

Джонни и Йосаку молча переглянулись.

— Ах, хорошо! – счастливо вздохнула Нами. — Теперь можете приступать, я готова смотреть представление, — повелительно махнула она рукой в сторону рыболюдей.

Она действительно выглядела так, словно пришла на пляж, чтобы отдохнуть и насладиться представлением. Однако прежде чем кто-нибудь из парней успел возмутиться её чрезмерной наглостью, — она до сих пор не предложила им выпить! — их всех привлёк к себе шум возле ворот. Повернув головы, троица увидела столпившихся жителей деревни, преимущественно вооруженных вилами, лопатами и самодельными копьями. С вилами и лопатами всё понятно, а вот самодельные копья представляли собой длинные деревянные черенки, к концам которых какой-то умелец приделал кухонные ножи.

Народ имел боевой настрой и вид, но у Джонни, Йосаку и Нами они вызвали лишь чувство умиления. Жители деревни выглядели словно кучка маленьких детишек, решивших поиграть в войнушку. Не зная реального мира, они на полном серьёзе считали, что притащенные ими «зубочистки» на самом деле могут им чем-то помочь. Нет, пожалуй, если бы против них выступала парочка, — в прямом смысле слова! — обычных рыболюдей, то кое-какие шансы на победу у них действительно имелись. Вот только пиратов Арлонга насчитывалось больше пяти десятков и они умели сражаться, из-за чего мог быть только один итог такого противостояния.

— Нодзико, иди сюда! — радостно улыбнулась Нами, призывно помахав рукой.

— Нами?! — глаза её сестры полезли на лоб. — Что… что ты делаешь?!

Джонни и Йосаку с трудом подавили стон отчаяния, когда Нами, чуть склонив голову на бок, изобразила на лице до боли знакомое сконфуженное выражение.

— Сижу в шезлонге, наслаждаюсь холодным пивом, готовлюсь смотреть шоу, — медленно произнесла она, словно сомневаясь, что в противном случае собеседник сможет её понять.

Сходство с «кое-кем» было почти стопроцентным, что не могло остаться незамеченным.

— Похоже, Нами решила самостоятельно наполнить нашу чашу Луффизма, изрядно опустевшую за последнее время, по вполне понятным причинам, — тяжело вздохнул Джонни.

— Луффизма?! — вытаращился на него Йосаку.

— Луффиного идиотизма, то есть Луффизма.

— ...Знаешь, а в этом сокращении что-то есть.

— Ага, только я уже малость переживаю, что будет дальше.

— Ты это сейчас о чём? — не уловил мысль своего друга Йосаку.

— Я в том смысле, что у нас уже давно есть Луффицирование, а теперь с моей подачи появился ещё и Луффизм. Спрашивается, что будет дальше? Как по мне, так на язык прямо-таки само собой напрашивается какое-нибудь Луффианство.

— Ха-ха! Типа, приключайтесь, дети мои, ибо в этом есть Жизнь, так что ли? — довольно загоготал Йосаку.

— Вот только с паствой точно будут проблемы — кто не сдохнет сразу, тот сдохнет потом! — тоже довольно загоготал Джонни.

Нами пыталась уболтать сестру выпить с ней пива, парни ржали над придуманной ими же религией, а жители деревни Кокояси дружно ощущали себя так, словно, пока они были заперты на острове, весь остальной мир успел сойти с ума. Однако прежде чем у кого-то из них успела появиться мысль: «А не пойти ли нам всем по домам, пока ещё не поздно?», о себе дал знать Арлонг. Окружённый своими подчинёнными, неторопливо переступая через поваленные деревья и куски бетона, он вернулся обратно. И несмотря на полученный мощный пинок, отправивший его в полёт, он выглядел совершенно нормальным.

В то же время, Йосаку готов был поклясться, что почувствовал, как от его удара сломались зубы Арлонга, но в зубастом рте не было видно ни одного выбитого зуба. Если говорить начистоту, главарь всей шайки рыболюдей даже не выглядел разозлённым, лишь чуть-чуть недовольным. Правда, его недовольство всё же переросло в ярость, когда он сначала увидел кучу бессознательных тел своих подчинённых, а затем и труп одного из них. Убитый Джонни рыбочеловек лежал на спине, поэтому любой желающий лёгко мог увидеть самую настоящую дыру в его груди, заполненную уже начавшейся сворачиваться кровью.

— Как… как ты посмел сделать это с моим сородичем?!! — взревел Арлонг, опустившись рядом с телом на колени и взяв его в руки.

Он уставился на Джонни своими налитыми кровью глазами, без труда определив главного виновника, по засохшим пятнам крови на одежде парня.

— Да, Рю-чан, как ты посмел! — осуждающе покачала головой Нами. — Я ведь сказала, чтобы вы не слишком торопились, а вы уже половину его людей вырубили!

— Эй, ты это сказала уже после того, как мы их вырубили! — справедливо возмутился Джонни.

— Могли бы и сами догадаться!

— Нами… что это значит?! — прежде чем парень успел что-нибудь ответить, взгляд налитых кровью глаз Арлонга сместился на сидящую за ним девушку. — Ты решила меня предать?!

— Сначала ты подсылаешь ко мне своих шестёрок-дозорных, чтобы они украли все мои деньги, а потом ещё смеешь обвинять меня в предательстве? — презрительно фыркнув, ответила ему девушка. — Кстати, чисто для справки, никто у меня деньги так и не украл, а купленные тобой дозорные уже если и не мертвы, то точно скоро сдохнут.

— Знаешь, а в этом есть что-то будоражащее, — шёпотом поделился Джонни со своим другом.

— В смысле?

— В том, что Нами ведёт себя как Луффи-аники! Пожалуй, ей бы подошла роль «Госпожи».

— …Давай-ка я лучше сейчас сделаю вид, что ничего не слышал, а в обмен, при первой же возможности, мы с тобой идём в бордель.

— Ой, да ладно тебе! Даже не пытайся убедить меня в том, что властно ведущая себя Нами тебя не заводит, всё равно не поверю!

— Мы точно идём в бордель! — чуть ли не испуганно произнёс Йосаку. — Пока ты не решил сделать что-нибудь настолько безрассудное, после чего ты, как минимум, останешься без члена, а, в худшем случае, без головы. На всякий случай хочу тебе напомнить, что между нами двумя, я единственный, кто умеет отращивать потерянные части тела.

— Мальчики, если вы закончили меня обсуждать, вас ждёт Арлонг, — любезно напомнила им девушка не только о своём присутствии, но и всех остальных. — И, Рю, у тебя денег не хватит даже на то, чтобы просто за мной приударить, не говоря уже о полноценных отношениях.

— Кто здесь говорил о том, что я собираюсь за тобой приударять, или, тем более, встречаться?! — тут же поспешил откреститься Джонни от «необоснованных» обвинений. — Я всего лишь сказал правду! К тому же, встречаться с тобой? Я разве похож на сумасшедшего? — Принимая во внимание, что добрая половина его белого кимоно с оборванными рукавами, была запачкана уже подсохшей кровью, выглядел он тем ещё психом. — Отношения с тобой означают не только вечную нищету, так ещё и почти верную смерть! Спрашивается, нафига мне такое счастье?!

— Хо-о-о… хочешь сказать, я не стою твоих денег и подобного риска?

Джонни несколько долгих секунд молча смотрел на ангельское выражение лица девушки, после чего резко повернулся в сторону Арлонга и его людей.

— Арлонг, давай драться! — преувеличенно бодро произнёс он, несколько раз ударив кулаком в раскрытую ладонь.

Йосаку не мог не отдать должное его старому другу — он выбрал отличный способ сменить опасную для своей жизни тему.

— Ты бросаешь мне вызов? — спросил Арлонг.

Отпустив мёртвое тело своего сородича обратно на бетон, он выпрямился в полный рост.

— Арлонг-сан, постойте, вам незачем утруждать себя убийством этих наглецов, — вышел вперёд рыбочеловек, одетый в тёмно-серое кимоно без рукавов. — Нас троих будет вполне достаточно, чтобы они, прежде чем умереть, в полной мере осознали, на кого они рискнули поднять руку. А потом мы возьмёмся за Нами и жителей деревни, — взгляд рыбочеловека сместился сначала на девушку, а затем и в сторону ворот, где толпились упомянутые жители деревни.

Волосы у него были собраны в два маленьких стоячих хвостика на макушке, и одну длинную косу на затылке, а от локтей отходили большие плавники. Ни Джонни, ни Йосаку толком не разбирались в рыбах, но, судя по плавникам на локтях, перед ними стоял ещё один представитель семейства акульих.

— Нами, а это чо за порода акулы? – не смог сдержать своего любопытства Джонни.

— Ты дурак? – закатила глаза Нами. — Причём тут акула? Его зовут Курооби и он рыбочеловек-скат!

— Скат?! Серьёзно?! Он больше похож на акулу!

В это же время вперёд вышел розовокожий, шестирукий рыбочеловек-осьминог с сильно вытянутым ртом, большими присосками на всех шести руках, и седыми волосами собранными в пять торчащих шипов. Одет он был в майку, с чередующимися полосами тёмно-коричневого и жёлтого цвета, и такой же расцветки шорты. Ещё из примечательного у него было самое настоящее клеймо в виде солнца, поставленное прямо на лбу. Собственно говоря, точно такое же клеймо можно было увидеть и у многих других рыболюдей, только уже не на лбах, а на самых разных частях их тел. И, конечно же, ещё у всех пиратов Арлонга имелись татуировки с флагом их шайки, опять же, вытатуированные на самых разных частях их тел.

— Ню! – выдал рыбочеловек-осьминог. — Курооби всё правильно сказал, Арлонг-сан! Мы им покажем, ню!

— Чу! Это точно, Хати! У них нет ни единого шанса против нас, чмок! — с самым высокомерным видом сложил на груди руки третий рыбочеловек.

Одет он был в тёмно-синюю рубашку, в тонкую чёрную полоску, без рукавов, чёрные шорты и сандали. Светлые волосы, широкий лоб и надутые губы… в смысле, очень надутые губы! Его губы были вытянуты сантиметров на пятнадцать вперёд, если не на все двадцать. И если Курооби можно было принять за какую-то разновидность акулы, Хати был стопроцентным осьминогом, — шесть рук и куча присосок на этих самых руках говорили сами за себя, — невозможно было понять, к какому конкретно виду принадлежал «длинногубый».

— А это ещё кто такой?! – тут же полюбопытствовал Джонни.

— Его зовут Чу, и он рыбочеловек-силлага, — пояснила Нами.

Несмотря на её предельно честный ответ, ясности он не добавил.

— …Силлага? – с сомнением протянул парень.

Было совершенно очевидно, что он не имел ни малейшего понятия о какой рыбе шла речь и даже не знал, действительно ли речь шла о рыбе или о каком-то другом морском существе. В результате, несмотря на полученный ответ, он так и не смог утолить своё любопытство.

— Арлонг-сан, лучше сядьте и отдохните, мы тут сами со всем разберёмся! — посоветовал своему капитану Курооби, ткнув большим пальцем в сторону нескольких пустых шезлонгов. — Не волнуйтесь, много времени это не займёт!

— Ню! Да нам даже самим ничего не придётся делать, за нас всё сделает Мому! — довольно загоготал Хати.

— Чмок! Это точно! — вставил свои пять белли Чу.

— Курооби, Хати, Чу! — произнёс Арлонг, повернувшись к вышедшей вперёд троице.

— Предлагаю первыми убить Осьминога и Губошлёпа, — поделился своими мыслями Джонни, после всего увиденного и услышанного. — Они меня бесят одним своим видом. Особенно этот Губошлёп.

Он явно был расстроен тем, что не знал, кто такая силлага.

— Сначала надо посмотреть на этого их «Мому», — ответил Йосаку. — Кстати, Нами, подержи до конца боя.

Повернувшись к девушке, он протянул ей портсигар и гильотину, которые достал из внутреннего кармана своего красного кимоно.

— Ну так что, приступим? – спросил Джонни.

— Пошли посмотрим, чего в реальности стоят так разрекламированные всеми рыболюди, — кивнул Йосаку, двинувшись в сторону бросившей им вызов троицы. — Мелкая шушера меня уже разочаровала, поэтому будем надеяться, что хоть бы эти окажутся не так плохи.

— Разрекламированные? — приподнял бровь Джонни, послушно двинувшись следом за своим другом. — Кем?

— Дозорными, кем же ещё? Если ты уже успел забыть, тогда хочу напомнить тебе, что награда за голову Арлонга была самой большой в Ист Блю, на протяжении целых восьми лет. И только награда Багги недавно стала больше, и то лишь за наш счёт.

— Вот ты в каком смысле, — понятливо кивнул Джонни. — Хотя, по сути, всё это полная глупость. Все пираты, рано или поздно, уплывают на Гранд Лайн, но если бы они не уплывали, в Ист Блю было бы до фига пиратов с куда большей наградой, чем двадцать миллионов белли. И, готов поспорить, они были бы куда сильнее кучки придурков перед нами.

— Тоже верно.

В этот момент, рыбочеловек-осьминог, вытянув губы до такой степени, что ему бы запросто мог позавидовать стоящий рядом с ним Губошлёп, продудел громкую, но короткую мелодию.

— Вытянутые губы в качестве трубы — в этом мире всегда можно найти что-нибудь новенькое, — пробормотал Джонни.

— Им бы всем в цирке выступать, — вставил Йосаку.

Отойдя от Нами метров на пятнадцать, парни замерли на месте, собираясь послушно дождаться появления этого неизвестного им «Мому». Напротив них точно так же замерли остальные рыболюди. Отличие заключалось в том, что парочка старых друзей искренне надеялись на хорошую драку, поэтому была совсем не против немного подождать, а вот рыболюди просто не считали их достойными себе противниками. Вроде как руки пачкать о них не хотели. По крайней мере, Арлонг и троица его офицеров точно придерживались такой точки зрения, тогда как остальные рыболюди лишь усиленно им подражали. Самомнение самомнением, но два десятка бессознательных тел, как бы прямо говорили, какие у них шансы на победу, без их капитана и его первых помощников.

— Можно подумать, что про нас нельзя сказать то же самое, — хмыкнул Джонни. — По-моему, фокус с распиливанием, в твоём исполнении, заиграл бы совершенно новыми красками. Подумай сам, сначала душераздирающие крики, когда тебя взаправду будут пилить, всюду кровища, затем распиленный ящик раздвигается и твои внутренние органы падают на пол, а потом ящик сдвигается и тут БАЦ! Ты опять как новенький…

— Тогда на тебе трюки с огнём.

— Значит решено! Теперь мы знаем, чем всегда сможем заняться, если пиратская жизнь нам когда-нибудь надоест.

— Да мы ещё даже не успели её прочувствовать, эту пиратскую жизнь, чтобы она уже успела нам надоесть.

— …Честно говоря, не могу дождаться, когда за меня назначат мою первую награду! — Глаза Джонни буквально засветились внутренним светом, словно у маленького ребёнка, которому родители пообещали подарить долгожданную игрушку. — Мы так долго охотились на людей с наградами, что мне жутко интересно, какого это будет, оказаться по другую сторону закона?

— Можно подумать, мы хоть когда-то придерживались законов, — хмыкнул Йосаку.

Ответ Джонни потонул в оглушительном всплеске — это, как выяснилось, приплыл ранее упомянутый «Мому», который на деле оказался морским быком и боевым чудовищем пиратов Арлонга. А если говорить ещё точнее, перед Джонни и Йосаку предстала гигантская морская корова. Большой круглый нос с золотым кольцом, коровье лицо, рога и тюленеподобное тело с зелёными пятнами, на манер коровьих.

Стоило показаться Морскому Чудовищу, как среди жителей деревни Кокояси началась если и не полноценная паника, то что-то где-то около того. Против такой туши их прихваченные с собой «зубочистки» и вправду могли сойти за эти самые зубочистки, без всяких кавычек. В свою очередь, уже в который раз за день, дало о себе знать любопытство Джонни.

— Так я не понял, Мому или Муму? — разглядывая гигантскую водоплавающую корову, спросил парень.

— Вроде бы Мому.

— На мой взгляд, Муму подошло бы больше… Кстати, интересно, на вкус она как говядина или как рыба?

— Я думал, мы уже закрыли эту тему? Пятьдесят на пятьдесят!

— Ню! Мому, убей этих двоих немедленно! — Осьминог требовательно ткнул пальцем в сторону стоящих рядышком парней.

— МОООООО!!! — послушно отреагировало Морское Чудище.

Распахнув свою пасть, в которой без труда мог уместить весь новый корабль Соломенных Шляп, «Гоинг Мерри», Мому попыталось одним укусом сожрать сразу и Джонни, и Йосаку. Стояли парни рядом друг с другом, поэтому подобное стремление было вполне понятным и обоснованным. Проблема в том, что смертельную опасность для Мому представлял любой из них даже по отдельности, а уж вдвоём… Это было просто нечестно по отношению к бедной наивной зверушке.

— Shoryuken (Кулак Воспаряющего Дракона)!

Окутанный огнем кулак Джонни с чудовищной силой впечатался в шею Морского Чудища. И, несмотря на свои размеры и сковывающую тело воду, Мому оказалась полностью выкинута из воды, где несчастную морскую корову уже поджидал Йосаку. В несколько прыжков достигнув верхнего этажа Арлонг Парка, он оказался сидящим прямо на стене. Изо всех сил сжав кулак, — из-за чего его рука увеличилась раза в полтора, от раздувшихся мышц и вен, — мощно оттолкнулся от стены, оставив после себя отчетливые отпечатки ног и трещины. Всю сосредоточенную в кулаке мощь он обрушил на беспомощное Морское Чудище, уже итак полумёртвое от одного-единственного удара Джонни.

— Thunder Smashing Strike (Сокрушающий Громовой Удар)!

Удар, пришедшийся прямо в огромный лоб Мому, оказался столь силён, что, на мгновение, морскую корову сложило практически пополам — её затылок коснулся её же хвоста. Затем, вращающаяся колесом Мому, снеся ворота, перекрывающие вход в Арлонг Парк с воды, отправилось прямиком на дно Ист Блю. От удара столь большого тела о водную гладь, в небо взметнулись огромные тучи воды, а на берег обрушились соответствующего размера волны.

— Потом можно будет достать и поджарить, заодно проверим, какая же она всё-таки на вкус, — в абсолютной тишине подвел итог всему произошедшему Джонни, когда рядом с ним приземлился его друг.

— Меня сейчас куда больше волнует умственная отсталость наших противников, — отозвался Йосаку и тут же обратился к стоящей перед парнями троице рыболюдей. — Ребята, вы это вообще серьёзно или просто так прикалываетесь? Если прикалываетесь, могу сразу сказать, что шутки у вас больно жестокие, так вот бессердечно подставлять прирученное вами животное. Однако если вы на полном серьёзе считали, что нас сможет убить долбанная корова, пусть и морская, вы, ребята, явные дебилы.

— Ха-ха! — рассмеялся Джонни. — Слушай, а ведь точно! Что-то я как-то сразу не догнал, но это же полный финиш! Бу-у-у! Трепещите в ужасе, жалкие людишки, ибо у нас есть к-корова! Гьяха-ха-ха!!!

Глядя на сложившегося пополам друга, буквально задыхающегося от хохота, невольно начал посмеиваться и сам Йосаку. Сначала у него вырвался лёгкий смешок, затем он начал негромко смеяться, но потом захрипевший Джонни, вытаращив глаза, принялся усиленно стучать себя по груди, при этом всё равно не переставая ржать. Именно эта картина стала последней каплей — Йосаку просто не выдержал и Арлонг Парк сотряс новый взрыв хохота. Вполне понятно, что подобная реакция парней, и их слова, никак не могли оставить равнодушными противостоящих им рыболюдей. И если рядовые бойцы принялись выражать своё возмущение одними лишь словами, бросившая им вызов троица не стала тратить время на различные угрозы и сразу перешла к рукоприкладству и мечемахательству.

Глава 10. Кто заказывал суши? Часть 3

— Hyaku Mai Gawara Sei Ken (Прямой Удар Ста Черепиц)!

Удар Курооби был остановлен раскрытой ладонью Джонни, что ещё мгновением назад едва мог стоять от смеха. Несмотря на быструю и жесткую расправу над Мому, реакция парня и его сила неприятно удивили рыбочеловека. Курооби так долго не встречал себе равных противников среди своих врагов, что подобный поворот для него оказался почти в новинку.

— Незачем так злиться, — доброжелательно произнёс Джонни. — Если вы не хотите, чтобы вас принимали за идиотов, тогда не надо настолько сильно тупить.

Сжав кулак Курооби одной рукой, он принялся вытирать заслезившиеся от смеха глаза другой.

— Takotsubo no Kamae: Taikai (Боевая Стойка Осьминога: Вскрывающий Таран)!

Как выяснилось на деле, Хати, рыбочеловек-осьминог, был мечником использующим сразу шесть мечей, — по числу рук, понятное дело, — и своей целью он выбрал Йосаку. Вытянув руки с мечами перед собой, и сведя остриё всех мечей в одной точке, осьминог сделал резкий выпад в сторону парня. Йосаку, мгновенно выхватив свои тесаки, заблокировал удар… или, вернее будет сказать, попытался заблокировать. Совершенно неожиданно выяснилось, что каждый меч Хати весил килограммов триста, а их общий вес достигал практически двух тонн. Йосаку просто не был готов противостоять подобному весу, поэтому два его тесака, одним движением Хати, были резко разведены широко в стороны, из-за чего он оказался полностью открыт. Осьминог-мечник, завершая свой приём, наклонил голову и резво прыгнул вперёд, метя лбом в грудь своего противника, но ничего не вышло. Колено Йосаку мощно впечаталось в подбородок Хати, подкинув того на несколько метров вверх и откинув на десяток метров назад.

— Не так резво многорукий ты наш, — произнёс парень, возвращая себе равновесие. — Вес твоих мечей стал для меня сюрпризом, но больше этого не повторится.

Джонни, воспользовавшись моментом пока его оппонент находится в замешательстве, а противник Йосаку отшкрябает себя от пола, поспешил поделиться с другом пришедшей ему в голову мыслью.

— Слушай, интересно, как ты думаешь, что будет, если этот осьминог выучит «Асуру» Зоро? – спросил он. — У него ведь и так уже есть шесть рук!

— Будет три головы и восемнадцать рук, — без малейшей запинки, на автомате, ответил Йосаку, уже давно смирившийся с подобными «озарениями» своего друга. Если говорить начистоту, то, в большинстве случаев, у Йосаку был готов ответ на вопрос Джонни, ещё до того, как тот его задаст. Они знали друг друга на протяжении всей жизни, и порой это сильно сказывалось.

— Не отвлекайся! — рявкнул Курооби и, вырвав свой кулак из хватки Джонни, обрушил на парня череду новых ударов и пинков. — Не думай, что раз остановил один мой удар, то сможешь остановить их все! Я покажу тебе, насколько ужасным может быть Gyojin Karate (Карате Рыболюдей)!

— Не хочу прозвучать банально, но, учитывая твои слова, я просто не могу этого не сказать, — без труда отбиваясь от всех атак Курооби, произнёс Джонни. — Если бы каждому члену нашей семьи давали по тысяче белли всякий раз, когда кому-нибудь из нас заявляли, что мы не сможем что-то остановить, сделать или кого-то победить, то мы бы уже давно стали миллиардерами… Не то чтобы мы и так уже давно ими не стали, но лишний миллиард, а то и два, ещё никому не помешал.

Курооби ничего не ответил, только ещё сильнее усилил свой натиск.

— Это ещё что за хрень? – удивился Йосаку, стоявший неподалёку. — Что делает этот идиот?

Джонни тут же скосил взгляд в сторону и сразу увидел, что так озадачило его друга. Последний рыбочеловек, из числа бросившей им вызов троицы, встав на колени рядом с бассейном и опустив свою голову под воду, начал раздуваться прямо на глазах словно рыба-шар. Пожалуй, действительно есть чем озадачиться.

— Йосаку, будь осторожнее, Чу умеет стрелять водой! — крикнула Нами.

Нет, она ничуть не волновалась за парня, — что с этим идиотом может случиться? — куда больше её взволновал тот факт, что позади него находилась она сама, её сестра и жители деревни. Стоило Чу немного неудачно в него стрельнуть, — или удачно, если смотреть на ситуацию с точки зрения самого рыбочеловека, — и могут пострадать близкие ей люди. Кроме того, пусть ей самой подобная атака не страшна, то вот её зонтику, шезлонгу и пиву очень даже.

В этот момент Чу перестал поглощать воду, выпрямился, развел руки в стороны и слегка запрокинул голову, явно изготовившись атаковать. И всё бы ничего, однако, Йосаку неправильно оценил ситуацию. Предупреждение Нами он, конечно же, услышал, но, увидев, как неестественно сильно раздулся Губошлёп от всего того количества выпитой им воды, парень посчитал, что сейчас на него обрушится череда мелких смертельных атак… Откуда ему было знать, что Чу может за один раз выпустить всю запасённую им воду? Да ещё под таким давлением?

Стремясь предотвратить атаку, резко Йосаку бросился вперёд. И хотя он прекрасно понимал, что уже не успевает, его это ничуть не волновало: несколько смертельных ранений точно не повод для беспокойства, только не с силой его фрукта. Тем неожиданнее для него оказался получить практически в упор огромный, во весь его рост, шар воды.

— Mizu Taiho (Водяная Пушка)!

От чудовищного по силе удара Йосаку едва не разорвало на части, а затем его унесло спиной вперёд, словно муху на лету попавшую под удар мухобойки. Нами, предполагающая подобный поворот событий, — в одной семье с Луффи всегда нужно быть готовым ко всему! — успела среагировать… Точнее, она начала было реагировать, уже готовясь вскочить на ноги, когда ей стало очевидным, что в этом нет нужды. Летящего спиной вперёд Йосаку, словно выпущенного из пушки, с омерзительным хрустом сложило пополам о выставленную ногу Зоро. С другой стороны, если бы не мечник, летящий парень угодил бы прямо в центр стоящих жителей деревни. Самому-то Йосаку было бы пофиг, переломанные кости зажили бы у него за считанные секунды, а вот кто-нибудь из жителей, после столкновения с его стремительно летающей тушей, мог и помереть.

— Похоже, вам всё ещё не хватает тренировок, — многообещающе произнёс Зоро, когда Йосаку рухнул замертво на бетон.

— Эй, я-то тут причём?! — тут же возмутился Джонни, повернув голову в сторону мечника. — У меня всё нормально и никаких проблем!

Он умудрялся блокировать и парировать все атаки Курооби даже тогда, когда через плечо смотрел себе за спину, поэтому он ничуть не преувеличивал говоря, что у него нет никаких проблем со своим противником.

— Тогда мог бы помочь Йосаку, — предложил Зоро.

— Да что ему сделается?! – совершенно искренне возмутился Джонни и было с чего. — Если кто из нас двоих и должен кому помогать, так только он мне!

— Видишь, если тебе нужна помощь, значит, тебе явно не хватает тренировок.

— Да… да я не в этом смысле! — едва ли не в отчаянии воскликнул парень.

— Поздно! Дополнительные тренировочные часы вы себе уже обеспечили.

Всё-таки не зря, не зря Зоро столько времени проводил рядом с Луффи.

— Ыыы!!!

Раздался двойной протяжный стон — один громкий, принадлежавший Джонни, и один слабый, принадлежавший уже очнувшемуся Йосаку. Сожранный им в своё время Дьявольский Фрукт, а точнее приобретенная сила едва ли не абсолютного бессмертия, наградила его, помимо всего прочего, практически полной неспособностью долгое время оставаться в бессознательном состоянии. Максимум пара минут, и он, если ему не снесли голову или не вырвали сердце, приходил в себя независимо от степени повреждения его тела. В результате, прежде чем он полностью восстанавливался, ему каждый раз приходилось в полной мере ощущать на себе все прелести полученных им ранений.

— Зачем ты сломал ему позвоночник? — первым делом спросила Нами, стоило только Зоро, оставившему позади себя всё ещё полудохлого Йосаку, подойти к ней. — Ты вполне мог остановить его менее жёстким способом… и не вздумай выпивать всё моё пиво!

Взяв упомянутое пиво из переносного холодильника, мечник уселся рядом с девушкой, прислонившись спиной к её шезлонгу.

— …В следующий раз будет думать головой, прежде чем так беспечно подставляться под неизвестную ему атаку, — спокойно ответил он, сделав глоток из бутылки.

Зоро не очень любил пиво, отдавая предпочтение вину или саке, но, когда у него под рукой не было альтернативы, не отказывался и от пива.

— Я бы не сказала, что он был таким уж беспечным.

— Йосаку легко мог увернуться от подобной атаки или заставить Губошлёпа пальнуть в другую сторону. Однако он посчитал, что атака для него не слишком опасная и даже не попытался увернуться. И тут же поплатился за свою глупость. За такие грубые ошибки надо сразу наказывать.

— Не понимаю, что тебе не нравится? – слегка приподняла бровь Нами. — Принимая во внимание силу его Дьявольского Фрукта, на мой взгляд, он действовал если и не оправданно, так вполне закономерно.

— Проблема в том, что он знать не знал, насколько опасной будет предполагаемая атака. Если бы поблизости не было тебя или меня, его летающей тушей гарантированно бы прибило парочку этих глазеющих олухов, — Зоро чуть качнул головой в сторону толпящихся возле ворот Арлонг Парка жителей деревни. — А окажись атака ещё сильнее, и его вполне бы могло разорвать пополам, после чего со всеми рыболюдьми пришлось бы справляться одному Рю. Конечно, он достаточно силён, чтобы не проиграть, даже если будет сражаться в одиночку, но проблема тут не в нём. Если Йосаку не научится правильно оценивать степень опасности, когда-нибудь это может плохо для него закончиться. Слишком сильно он привык получать ранения и умирать. Луффи, после разборок с армадой Крига, его уже предупреждал. Однако, по-видимому, Йосаку не внял его словам и за такое тоже надо наказывать.

Нами кивнула, принимая объяснения Зоро.

— Всё понимаю, и ты, и Луффи, вы оба правы, — произнесла она. – Вот только не могу не заметить, что именно вы главные виновники того, что Йосаку настолько привык получать ранения и умирать.

— Думаешь, я не знаю? В том и был весь план. Сила его фрукта позволяет ему сражаться так, как не может сражаться никто другой, включая обладателей Логии. Люди, сожравшие фрукт Логии неуязвимы для физических атак ровно до того момента, пока в качестве противника им не попадётся человек владеющий Волей Вооружения, и тогда они становятся практически такими же уязвимыми, как обычные люди. Однако ты сама видела, как я и Луффи неоднократно убивали Йосаку, используя Волю Вооружения, и, если не считать силы атаки, подобные удары для него ничем не отличаются от обычных атак.

— И что? — слегка наморщила лоб Нами.

— Всё ещё не понимаешь? Если он научится правильно оценивать ситуацию, и подставляться только в нужный момент, то он станет невероятно опасным противником даже для тех, кто будет намного сильнее него. Противники Йосаку, не зная силы его фрукта, просто не будут ожидать, что он может специально подставиться под гарантированно смертельный удар. Правильно подставляться — именно этому, помимо всего прочего, мы с Луффи и пытаемся его научить. К сожалению, как ты могла уже заметить, нам ещё есть над чем работать. Общую концепцию Йосаку усвоил давно, и уже неоднократно успешно применял её на деле, но иногда он совершает очень глупые ошибки.

— Побочный эффект от далеко не мнимого бессмертия, — понятливо кивнула девушка, слово в слово повторив однажды услышанную фразу Луффи, только тогда она как-то не придала ей должного значения.

— Так и есть, — кивнул в ответ Зоро, сделав очередной глоток из бутылки. — Ничего страшного, дай нам ещё немного времени, и мы выбьем из Йосаку эту дурь… Кстати, что пытаются сделать эти идиоты?

— Вроде бы оказать Йосаку первую помощь, — невольно засмеялась Нами.

Несколько жителей деревни, во главе с Гэндзи и деревенским доктором, обеспокоенно хлопотали над валяющимся на земле парнем. Однако он совсем не ценил их стараний и без остановки поливал собравшихся вокруг него людей отборными матами. Постепенно, с каждым новым предложением, его голос становился всё сильнее и сильнее, поэтому, вскоре, поток непрекращающихся матов можно было услышать в любой точке Арлонг Парка.

— Уже почти восстановился, — резюмировал Зоро.

— Нодзико, иди, скажи им, чтобы они оставили его в покое, — посоветовала Нами своей сестре, что всё это время так и простояла соляным столбом рядом с ними.

Принимая во внимание, что синеволосая девушка слышала о Дьявольских Фруктах только в качестве малоправдоподобных историй, весь прошедший разговор между Зоро и Нами показался ей тем ещё бредом.

— Вы… вы не хотите, чтобы мы ему помогали? — спросила сбитая с толку Нодзико. — Разве он не один из вас?

— Ты нас вообще сейчас слушала? — покосился на неё мечник.

— Йосаку обладает силой Дьявольского Фрукта, благодаря которой способен за считанные минуты излечить даже самые смертоносные ранения, — пояснила своей сестре Нами, тем не менее, не став особо вдаваться в подробности. — И да, Дьявольские Фрукты существуют на самом деле, как и съевшие их люди… А теперь иди, передай Гэндзи и доктору, чтобы они оставили Йосаку в покое. Слышишь, как громко он ругается? Это означает, что ему, во-первых, сильно больно, а во-вторых, он скоро полностью восстановится.

Нодзико, немного заторможено кивнув, столь же заторможено двинулась в сторону Йосаку и окруживших его жителей деревни.

— По-моему, она уже на пределе, — прокомментировал её поведение Зоро.

— Можешь не волноваться, она всё-таки моя сестра, — тепло улыбнулась Нами. — И мало того, что старшая, так и нервы у неё всегда были крепче моих… Во всяком случае, раньше точно… Да и рассудительности у неё тоже всегда было намного больше, чем у меня… Опять же, раньше точно… Знаешь, ей бы с Луффи пообщаться пару месяцев, и тогда бы он из неё… хотя нет, забудь! Я не позволю ей пообщаться с ним и пары дней: мне нравится моя сестра такая, какая она есть. Не хочу даже представлять, в кого он её может превратить.

Хмыкнув, Зоро вернулся обратно к наблюдению за Джонни, но у того всё осталось без изменений. Он всё также продолжал обмениваться ударами со своим противником, при этом не только совсем не используя силу своего фрукта, но и заметно сдерживаясь физически. В удары он вкладывал, дай бог, половину своей настоящей силы, а скорость старательно поддерживал на уровне скорости своего оппонента. Можно было с уверенность сказать, что Джонни куда больше заинтересован в продолжении боя, чем в победе над своим противником. Очевидно, Gyojin Karate (Карате Рыболюдей) показалось ему любопытным, иначе бы он не стал настолько всё затягивать.

Другая парочка, осьминог и длинногубый, разобравшись с Йосаку, стала, подстать своему капитану, высокомерно наблюдать за обменом ударами между Джонни и своим сородичем… идиоты, что с них взять? Им бы навалиться на парня всем вместе, пока Йосаку рядом нет, но, разобравшись с одним, они, очевидно, уверились, что легко справятся и со вторым. С другой стороны, откуда им было знать, что один из их противников практически бессмертен? На том свете им явно будет о чём подумать. Тем более жить им оставалось совсем чуть-чуть.

Уже неоднократно говорилось, что, несмотря на силу своего фрукта, Йосаку всегда в полной мере испытывал боль от полученных ранений. И чтобы хоть как-то заглушить эту боль, он, орать не орал, но зато всегда очень громко матерился — так он, по собственному признанию, заметно легче переносил буквально сводящую с ума боль. Кроме того, обычно довольно спокойный парень, можно даже сказать флегматичный, в такие моменты начинал буквально фонтанировать энергией. От его флегматизма не оставалось и следа, а сам он, мягко говоря, становился злым… Приходил в бешенство, если говорить прямо.

И на волне этого бешенства он обычно начинал кромсать своих противников в мелкий фарш. Собственно, первоначально, именно так Йосаку и получил своё прозвище «Мясник». Зная, что с ним не может случится что-то непоправимое, Зоро и Луффи, в своё время, специально заставляли его сражаться с противниками, к поединкам с которыми он был не готов. Вполне естественно, что, в таких поединках, его практически всегда убивали, после чего он восстанавливался, попутно приходя в самое настоящее неистовство. И в отличие от обычных людей, которых ослепляющая ярость наделяет лишь кратковременной силой, — после чего всегда наступал неизбежный «откат», как в физическом плане, так и психологическом, — Йосаку мог находиться в подобном состояние и десять, и двадцать, и тридцать минут.

Вполне вероятно, что он способен находиться в таком состоянии ещё дольше, но проверить это на практике пока не удалось. Он не мог по-настоящему сильно разозлиться на Зоро, Луффи, Санджи или Джонни, как бы сильно они его не калечили. И в Ист Блю просто не осталось настоящих врагов, которые бы могли не только причинить ему ощутимый вред и тем самым разозлить, но и затем пережить хотя бы несколько минут боя с ним же. Йосаку, если вынести за скобки семью Соломенной Шляпы, и без всякого бешенства был одним из самых опасных людей Ист Блю. Усиленный собственной яростью он и вовсе приобретал силу, позволяющую ему порвать практически любого своего противника. Особенно с недавних пор.

Конкретно в этот раз, помимо привычного припадка ярости от боли, Йосаку злился ещё и на самого себя. Сейчас, после того, как он получил подобную «плюху», он мог честно признать, что сильно сглупил… Да чего уж там? Безбожно протормозил! С какой стати он вообще решил, что спокойно сможет выдержать атаку Губошлёпа? Слишком много воды, поэтому Губошлёп не сможет выпустить её за один раз? Если не знать о реальных возможностях рыболюдей, спору нет, такой вывод выглядел вполне логично. Однако сам Йосаку не мог понять, почему он вообще решил, что если Губошлёп не может выстрелить всю выпитую воду за один раз, значит, и его атаку можно не бояться?

Теперь парень отчётливо осознавал, что даже если бы Губошлёп действительно не мог выстрелить всю воду за один раз, ему было достаточно выстрелить небольшим шаром воды, размером с ядро. И получился бы примерно тот же самый результат, если не ещё лучше. Меньший объём означает более высокое давление, и, принимая во внимание уже продемонстрированную силу, небольшой шар воды, вероятнее всего, вполне может пробить человека насквозь или напрочь снести ему голову. Опять же, сейчас всё это казалось Йосаку таким очевидным… и от этого он злился ещё сильнее! Если всё так очевидно, почему он тогда не понял всё сразу? Бесит!

Кто ещё больше злил Йосаку, так это Луффи. Точнее не он сам, а его предостерегающие слова, сказанные им буквально две недели назад. Он прямо предупреждал, что опасно подставляться под атаки неизвестного типа, даже если ты практически бессмертен. Речь, конечно, шла скорее о Дьявольских Фруктах, способных наделять своих носителей максимально странными способностями, но как показала практика, опасаться стоило не только их.

Йосаку искренне думал, что в тот день всё понял… ошибся! Ни фига-то он тогда не понял! Впрочем, нет худа без добра, сейчас он действительно понял всё, что тогда имел в виду Луффи. За это нужно было сказать спасибо Губошлёпу… прежде чем его убить. Осознание осознанием, благодарность благодарностью, но к тому моменту, когда Йосаку, наконец, полностью восстановился, весь мир для него был окутан в красную пелену ярости. Тем более в окончательное исступление его приводили сами рыболюди. Однако не из-за переломанных костей, добрую половину которых сломал конкретно Зоро, а фактом того, что они посмели тронуть Нами. Никто не смеет трогать Нами. Никто не смеет трогать семью Соломенной Шляпы. В таком состоянии Йосаку мало что соображал, из-за чего единственное милосердие, которое он мог проявить, так это милосердие быстрого убийства. Вернее, сдерживаться в таком состоянии он был не способен, поэтому никаких пыток, заигрываний, растягиваний и болтовни. Только быстрые и максимально жестокие убийства, чтобы отомстить за всю пережитую им боль. «Мясник» он и есть «Мясник».

— Кажется, наш обмен ударами подходит к концу, — произнёс кровожадно оскалившийся Джонни, глядя прямо в глаза Курооби. — Зря вы так сильно разозлили моего друга. Когда он в таком состоянии, то даже я его немного побаиваюсь, а вас всех он просто разорвёт в клочья. Я уже не раз видел, как он это проделывает.

— У твоего друга сломан позвоночник, он уже ничего нам не сделает, — напряженно ответил Курооби.

К этому моменту от его былой самоуверенности остались лишь жалкие ошмётки. Привыкнув за последние восемь лет побеждать своих врагов с одного-двух ударов, ему было явно не по себе встретить равного по силам и умениям противника. И встретить такого противника не среди своих сородичей, а так ненавидимых и презираемых им людей.

— Если вы ребята приплыли с Гранд Лайна, тогда вы точно должны знать о Дьявольских Фруктах, — улыбка Джонни стала ещё чуточку более кровожадной. — Йосаку — неубиваем! В смысле, его вообще невозможно убить никаким способом! Теперь понимаешь, что вы натворили? Вы, ребята, только что разозлили бессмертного!

Парень явно получал массу удовольствия от запугивания своего противника! И пусть реальные способности Йосаку были не такими впечатляющими, какими Джонни пытался их преподнести, по большей части, он ни в чём не соврал. И его слова, в глазах Курооби, приобрели ещё больший вес, когда, буквально десятью секундами спустя, пышущий яростью Йосаку поднялся на ноги. Рыболюди заметно удивились такой его живучести, а деревенский доктор, ещё парой минут ранее без труда подтвердивший у парня и так очевидный всем перелом позвоночника, и вовсе откровенно охренел.

— Разве ты не сказал, что он больше никогда не сможет ходить? – спросил у него Гэндзи.

Остальные жители деревни тоже с недоумением посмотрели на мужчину с седой козлиной бородкой, в чёрных шлёпанцах, чёрной бандане, круглых солнцезащитных очках и в белом докторским халате, надетом поверх шорт и футболки.

— Ходить?! – воскликнул доктор. — Да с его повреждениями настоящее чудо, что он вообще до сих пор живой! Я понятия не имею, как он умудрился подняться на ноги! Это совершенно ненормально! За десятки лет своей практики я даже близко не видел ничего подобного!

— …Я тоже не знаю, что тут происходит, но, сдаётся мне, лучше нам сейчас держаться подальше.

Красные, налитые кровью глаза Йосаку безошибочно нашли своего главного «обидчика», после чего лицо парня приобрёло настолько жутковатое выражение, что не по себе стало даже высокомерным рыболюдям. Жители деревни, благоразумно послушавшись Гэндзи, и вовсе предусмотрительно прыснули в разные стороны. Разъярённый Йосаку куда больше походил на плохого парня, чем вся банда Арлонга вместе взятая.

Когда Джонни заявил, что рыболюди умудрились разозлить бессмертного, он, конечно, в кое-чём преувеличил, но ещё больше недосказал. Например, он не упомянул, что по-настоящему взбешённый Йосаку становится как бы не на порядок сильнее, и может оставаться в таком состоянии на протяжении достаточно долгого времени. Помимо всего прочего, привыкший терпеть самую разнообразную и чудовищную боль, он приобретал полный иммунитет к этой самой боли. В подобном состоянии ему можно было согнуть локоть в обратную сторону, и он этого мог даже не заметить — проверено на деле!

Почти бессмертный, нечувствительный к боли, чудовищно сильный, фактически сошедший с ума от боли и жажды крови — такого Йосаку гарантированно могло остановить только отрубание головы или, как минимум, её же разрубание. Когда он находился в подобном состоянии, его регенерация работала не совсем обычно, ускоряясь в разы, из-за чего большинство ран на нём заживало за считанные секунды. Даже с уничтоженным сердцем он мог сражаться достаточно долго, чтобы успевать восстанавливаться до того, как это сказывалось на его боеспособности. И словно всего этого было мало, в таком состоянии у него появлялось ещё два дополнительных козыря.

Джонни отнюдь не шутил, когда говорил, что побаивается своего друга, когда того доводили до подобного состояния. Только Зоро и Луффи могли противостоять такому Йосаку. Если бы всё ограничивалось лишь тем, что он становился на порядок сильнее и полностью терял чувствительность к боли, Джонни бы особо не переживал. Всё-таки Мифический Зоан наделил его немалым количеством занятных способностей. Однако два последних козыря Йосаку, появляющихся у него только тогда, когда ему начисто отрубало мозги, полностью перекрывали все возможные преимущества силы редкого фрукта.

В итоге, если Джонни подходил для сражения с «массовкой», когда количество противников превосходило все разумные пределы, — вроде более десяти тысяч пиратов, состоящих в Армаде Крига, — то Йосаку идеально подходил для боёв в формате «один на один» против сильных противников. Именно с учётом их индивидуальных особенностей, Луффи с Зоро и тренировали парочку друзей. Джонни и Йосаку дружили с самого детства, поэтому идеально дополняли друг друга, как в обычной жизни, так и в сражениях. Правда, в последнее время и одного из них было более чем достаточно, чтобы справиться практически с любым дозорным Ист Блю, не говоря уже о пиратах. Всё-таки если сильных дозорных ещё можно было найти, то из сколько-нибудь более-менее сильных пиратов остался только Арлонг и его шайка. Все остальные слегка умерли по не совсем естественным причинам.

— Как насчёт того, чтобы попрощаться со своими друзьями?— довольным голосом предложил Джонни, обратившись к застывшему напротив него Курооби, слегка обеспокоенно смотрящего на поднявшегося на ноги Йосаку. – Им осталось жить считанные секунды, поэтому другого шанса у тебя не будет.

Не будь все рыболюди такими высокомерными идиотами, Курооби волновался бы куда сильнее, как и другие идиоты из шайки Арлонга, включая их капитана. Однако они упорно продолжали игнорировать все тревожные звоночки, так и не перестав недооценивать Джонни и Йосаку.

— Чу! Похоже, нужно повторить! — проведя большим пальцем по своим вытянутым губам, Губошлёп снова сунул голову под воду.

— Ню! Это если успеешь! — произнёс недовольный Хати. — Эй ты, бери свои мечи и сражайся! — он пнул валяющиеся тесаки в сторону Йосаку. — Я покажу тебе, насколько может быть ужасен мой Rokutoryu (Стиль Шести Мечей)! Ню!

— Серьёзно, ребята, признайтесь честно, вас всех где-то реально учат подобным фразам? — лицо Джонни скривилось так, словно он лимон проглотил. — Какая-то школа юных злодеев? Класс для особо отсталых?

Йосаку так ничего и не ответил, ни на слова осьминога, ни на слова своего друга. Зато он посмотрел на свои тесаки, после чего медленным, каким-то неестественно заторможенным движением, наклонился и взял их в руки. Любой, кто хоть раз испытывал чрезвычайно сильные эмоции, — отрицательные или положительные, тут разницы нет, — знает, что подобные эмоции начисто лишают способности адекватно воспринимать окружающий мир. Йосаку в этом плане не был исключением, поэтому он вообще не обратил никакого внимания на говорившего с ним Хати. Взгляд красных от крови глаз парня сразу сместился за спину осьминога, прямо на уже опять раздувшегося от воды Чу. Трудно поверить, но в этот момент и без того жутковатое выражение лица Йосаку стало ещё более жутким — ему явно пришла в голову какая-то идея! И, принимая во внимание его эмоциональное состояние, пришедшая ему в голову идея столь же явно не сулила для Чу ничего хорошего.

— Ню! Если ты не собираешься нападать, тогда нападу я сам! — не дождавшись от Йосаку немедленных действий, быстро потерял терпение Хати.

Воспользовавшись тем, что Курооби не стремится продолжить их сражение, Джонни, так же как и противостоящий ему рыбочеловек, сосредоточил своё внимание на чужой «битве». Однако, в отличие от своего противника, он примерно представлял, что скоро должно произойти. И именно поэтому он не хотел пропустить подобное представление.

— Takotsubo no.... — начал было говорить осьминог, вновь вытянув руки с мечами перед собой, и сведя остриё всех мечей в одной точке, но Йосаку не дал ему закончить.

Целью взбешённого парня изначально был Чу, — как раз вытащивший голову из воды, — поэтому осьминог оказался растоптан за одно биение сердца. Хати не успел и глазом моргнуть, как Йосаку резко появился прямо перед направленными в его сторону мечами. После чего, всего одним-единственным взмахом своего тесака, он будто спички разрубил сразу все сверхтяжёлые мечи Хати, а живот самого осьминога прочертила глубокая кроваво-красная черта. Не остановившись на достигнутом, своим вторым мечом Йосаку тут же прочертил ещё одну кроваво-красную черту на теле осьминога, только уже от левого бедра до правого плеча.

Использовав инерцию от второй атаки, парень быстро крутанулся на пятке, чтобы, мгновением спустя, сверху вниз, обрушить голень правой ноги прямо в основание шеи Хати. Это был жёсткий удар, способный сходу сломать шею оппонента. Однако для всех рыболюдей и жителей деревни оказалось полной неожиданностью, когда осьминог не просто рухнул на бетон, а оказался впечатан в него с такой чудовищной силой, что всё вокруг заходило ходуном. В месте падения тела Хати остался самый настоящий кратер.

— …

Вернув себе равновесие после атаки, Йосаку всё также молча нанёс ещё один удар. От чудовищного по силе пинка, рыбочеловек-осьминог, в вихре ало-красных капель кровь, пролетев по воздуху метров двадцать, врезался прямо в окружающую Арлонг Парк стену. Моментально пробив её насквозь, бессознательное тело Хати затем «блинчиком» пропрыгало по поверхности воды ещё несколько десятков метров. И только потом, подняв тучи брызг, окончательно рухнуло в воды Ист Блю.

— Х-хати! — привстал со своего кресла шокированный Арлонг.

Он явно был потрясён до глубины души столь быстрой расправой над одним из своих сильнейших подчинённых. Тем не менее, он всё-таки не зря занимал должность капитана, поэтому всего секундой спустя, резко повернулся в сторону другого своего подчиненного… Не то чтобы это как-то повлияло на окончательный результат, но нельзя было не отметить его старания.

— Чу! — предупреждающе крикнул пират.

Йосаку забыл об осьминоге сразу после своего второго удара ногой — у его ярости была совсем другая цель. Однако Чу, несмотря на неожиданность всего произошедшего, всё-таки успел среагировать. Не столько понимая, сколько действуя на одних инстинктах, он резко запрокинул голову назад, нагнетая в теле нужное давление, а затем столь же резко опустил её вперед, разом выстреливая всю им набранную воду.... И тут же умер, в буквальном смысле разорванный в клочья! Последним, что он увидел в своей жизни, стали налитые кровью глаза Йосаку, его же садистская улыбка и рука матово-чёрного цвета, пальцы которой стальными тисками сжали вытянутые губы, надёжно перекрыв выход всей накопленной воде. Однако давление было нагнетено, заряд выпущен и заряду требовался выход — Чу разорвало на куски так, словно он проглотил полноценную бомбу. Целым от его тела остались только оторванные ноги и руки.

С довольной улыбкой на лице Йосаку бросил себе под ноги оставшиеся в его руке губы рыбочеловека. Всё прошло именно так, как он и хотел, но для всех остальных присутствующих в Арлонг Парке, включая Джонни, Зоро и Нами, его действия, а главное их результат, оказались полной неожиданностью. Надо признать, весьма забавной неожиданностью, но таковой её посчитали только Зоро и Джонни. Всё-таки Нами всегда была наименее кровожадной в их семье. И пусть теперь смерть пришла за ненавистными ей рыболюдьми, она всё равно оставалась спокойной. Пожалуй, даже она сама не ожидала от себя такого равнодушия. Слишком многое успело измениться за прошедший год.

Откровенно говоря, Нами уже было практически плевать на судьбу Арлонга и его банды. Их смерти и страдания никогда не смогут вернуть ей мать, или потерянное детство, а вся питаемая к ним ненависть и страх как-то незаметно успели превратиться в серый пепел равнодушия. По сути, если бы Арлонг не держал в рабстве её родную сестру и жителей деревни, пожалуй, Нами вообще бы перестала испытывать какие-либо эмоции к нему и его банде. Их смерть практически перестала для неё что-нибудь значить. Арлонг перестал для неё что-нибудь значить. Серый пепел равнодушия. И даже не надо было гадать, кто виноват в таком её отношении. Луффи всегда виноват.

После убийства Губошлёпа, эмоции Йосаку изрядно сбавили накал, но это вовсе не означало, что он вдруг резко пришёл в норму. Скорее лишь стал чуть более адекватным, из-за чего тут же потерял возможность использовать два своих самых сильных козыря. К нему вернулась способность связно мыслить, — ну почти! — поэтому разум вновь потеснил инстинкты, но не до конца. Жертв Хати и Чу оказалось недостаточно, чтобы унять овладевшую Йосаку жажду крови.

Воспользовавшись удачным моментом, пока все рыболюди пребывали в ступоре от того, каким именно образом был убит Чу, парень тут же взялся за оставшихся противников. Срубить голову одному, разрубить на части другого, сломать ударом ноги хребет третьему, — чтоб, значит, хоть кто-нибудь прочувствовал, каково ему было! — вспороть живот и горло четвёртому. «Мясник» начал собирать свою кровавую жатву.

Арлонг успел вмешаться лишь на шестом рыбочеловеке, умудрившись остановить один тесак Йосаку рукой, а другой не чем иным, как своим длинным пилообразным носом… больше похожим на тонкую ёлочку. Кроваво-красные глаза уставились в кроваво-красные глаза, и ещё не ясно чей взгляд выглядел страшнее — взгляд жадного до крови рыболюдей Йосаку или взбешенного смертью своих подчинённых-сородичей Арлонга.

— Ублюдок, тебе всего лишь нужно было подождать своей очереди! — лицо парня исказила гримаса, лишь отдалённо напоминающая улыбку.

— За своих сородичей я разорву тебя на части! — буквально прорычал в ответ Арлонг.

— Идиот, ты уже давно мертвец! Просто ты слишком туп, чтобы это осознать!

На этом и закончился их маленький обмен любезностями, после чего она с большим энтузиазмом принялись убивать друг друга.

— И вот после всего этого, вы всё ещё имеете наглость говорить что-то про мою кровожадность? — недовольно пробурчал Зоро, наблюдая за всем происходящим.

Арлонг в полной мере оправдывая свой капитанский статус и славу сильнейшего пирата Ист Блю, принялся методично разносить собственную базу. Тогда как активно помогающий ему Йосаку дополнительно не забывал разрубать на части всех попадающихся ему на пути рыболюдей, как находящихся в сознании, так и валяющихся в беспамятстве. И делал он это только ради того, чтобы ещё сильнее разозлить своего синекожего противника и без того уже исступлённо ревущего от ярости.

— Йосаку таким становится только иногда, а ты хладнокровный убийца всегда… К тому же Йосаку всего лишь кровожадный монстрик, а ты у нас самый настоящий Монстр, — Нами с улыбкой потрепала хмурого Зоро по щеке, от чего тот насупился ещё сильнее. — К тому же, в отличие от него, ты так забавно злишься! Не даром Луффи так любит тебя доставать.

Она тут же невольно захихикала, когда парень бросил на неё обиженный взгляд… нет, конечно же, нет! Взгляд был вовсе не обиженный, а угрожающий! Определённо угрожающий! Ну или самому мечнику искренне хотелось так думать. Правда, заливистый смех Нами порождал в нём сильные сомнения.

— Чё-то хохочет там, довольная, — с любопытством глянув на смеющуюся девушку, произнёс Джонни. — …Ладно, пора с тобой заканчивать, а то так Йосаку себе всё самое интересное заберёт, — добавил он, переведя взгляд обратно на своего противника и для острастки слегка похрустев костяшками пальцев рук.

В выражении морды лица Курооби, впервые с момента появления парней в Арлонг Парке, появилось что-то очень сильно похожее на страх. И вполне понятно почему. Благодаря стараниям Йосаку, из всех рыболюдей, в живых осталось всего семнадцать перепончатых ублюдков, включая Арлонга и Курооби. В сознании и вовсе пребывали только два последних, второму из которых было суждено умереть в следующие десять секунд.

— Sen Mai Gawara Sei Ken (Прямой Удар Тысячи Черепиц)!

Среагировав на угрозу в голосе Джонни, Курооби моментально продемонстрировал свой самый сильный приём. Однако на взгляд парня, новая атака мало чем отличалась от уже хорошо знакомого ему Hyaku Mai Gawara Sei Ken (Прямого Удара Ста Черепиц). Пусть сила и скорость возросли на порядок, сам приём принципиально никак не изменился, поэтому его всё ещё оказалось недостаточно.

Сместившись в сторону, Джонни перехватил руку Курооби своей и, до хруста костей сжав его запястье, в первый раз с начала их боя воспользовался силой своего фрукта — его рука вспыхнула ярким золотистым пламенем. Арлонг Парк тут же сотряс громогласный рёв боли. Хотя, вероятнее всего, Курооби закричал не только и не столько из-за боли, сколько от удивления. Всё-таки рыболюди или обычные люди, боязнь огня заложена на инстинктивном уровне у обеих рас.

Выбив своего противника из колеи неожиданностью и своеобразностью своей атаки, Джонни со всей силы впечатал локоть правой руки прямо в солнечное сплетение Курооби. Рыбочеловек сразу рухнул на колени с широко раскрытым ртом и глазами. Обожженную, — сожженную? — до костей руку он невольно прижал к своему животу, а сверху накрыл её здоровой рукой. Тогда Джонни, ухватившись пальцами рук за нижнюю и верхнюю челюсти рыбочеловека, силой распахнул ему рот ещё шире. Запрокинув голову на манер уже покойного Чу, парень сделал глубокий вдох, чтобы затем, резко склонившись над Курооби, выдохнуть поток сплошного огня прямо в его на силу распахнутый рот. Едва было раздавшийся крик моментально оборвался — огонь практически за одно мгновение сжёг язык, горло и лёгкие рыбочеловека. По ходу дела языки пламени вырвались из его носа, глаз и даже ушей. Сложно было сказать сколько боли он испытал, прежде чем умереть, но его смерть однозначно выглядела просто ужасной.

В любой другой ситуации Джонни бы просто убил Курооби, и дело с концом. Однако, как в случае с Йосаку и Зоро, дали о себе знать привитые ему принципы Луффи. Принципы, которые Луффи старательно прививал каждому новому члену семьи Соломенной Шляпы, а затем ещё и тщательно их взращивал. И один из таких принципов звучал совершенно просто и без всякого двоякого толкования: «Любой член семьи Соломенной Шляпы неприкосновенен». Рыболюди посмели тронуть Нами. Значит, все рыболюди должны умереть и желательно самой ужасной смертью. Никаких поблажек.

— Ку-курооби!

Подняв взгляд от скрючившегося возле его ног мёртвого тела, Джонни увидел взгляд Арлонга, направленный на тело упомянутого Курооби. И долгих пару секунд предводитель местной банды рыболюдей выглядел так, словно по его лицу вот-вот потекут слёзы… но не случилось. Вместо слёз, его взгляд потерял последние остатки человечности. Если раньше, когда Йосаку расправился с Чу, Хати и принялся убивать остальных рыболюдей, Арлонг почти обезумел от ярости, то после смерти Курооби он обезумел уже без всяких «почти». Стоявший ближе всех Йосаку только и успел подставить свои перекрещенные тесаки, как на них тут же обрушился кулак разъярённого рыбочеловека. Однако сила удара оказалась настолько большой, что парня моментально унесло спиной вперёд. Прочертив ногами две глубокие борозды прямо в забетонированной площадке, он спиной пробил стену здания Арлонг Парка и скрылся внутри.

В свою очередь, Джонни не стал дожидаться пока разозлённый противник доберётся до него и привычно атаковал волной огня перед собой — он всегда так делал, когда хотел кого-нибудь задержать. Именно поэтому он не увидел, как Арлонг зачерпнул своей ладонью воду из бассейна и… бросил? Скорее выстрелил ею прямо по накатывающей на него волне пламени, из-за чего огонь мгновенно остановился, словно налетел на невидимую стену. Более того, ни о чём не подозревающий Джонни, неожиданно для себя, словил грудью несколько капель воды, вылетевших прямо из огня. И попадание каждой такой капли походила на удар огромной кувалды. Не готовый ни к чему подобному, он сразу улетел на встречу к своему другу, прямо через стену здания

Разъярённый Арлонг был слишком зол, чтобы спокойно дожидаться своих противников стоя на месте, поэтому он последовал за парнями через пролом в стене, оставленный летающей тушей Йосаку. Несколько секунд из здания не доносилось ни звука, а затем раздался мощный взрыв и все окна на первом этаже оказались выбиты вырвавшимися через них языками пламени. Затем тут же последовал новый взрыв, и новые волны огня, а потом ещё один взрыв, и ещё волны огня. Взрывы не прекращались, здание Арлонг Парка сотрясалось от фундамента до крыши, а дыма и огня становилось всё больше и больше.

В какой-то определённый момент одна из стен здания оказалась разрезана буквально пополам тем, в чём Зоро и Нами без труда опознали так называемое Кирибати — меч в форме пилы с огромными зубцами. Парень узнал оружие по виду, — за время охоты на пиратов ему чего только не довёлось повидать, — а вот девушка просто знала, что Кирибати — любимое оружие Арлонга. Оружие, которым он, тем не менее, не пользовался уже очень и очень давно. Да и зачем? Сильных противников, для капитана рыболюдей, в Ист Блю просто не находилось. Точнее раньше не находилось.

Спустя некоторое время разом вылетели окна второго и третьего этажа, а потом и окна четвёртого. Через ещё несколько минут, разнеся крышу Арлонг Парка вдребезги, в небо ударила огромная струя пламени, после которой весь пятый этаж оказался охвачен огнём. И именно в этот момент наблюдающим за сражением жителям деревни стало окончательно понятно, что для них уже ничего и никогда не будет так, как было прежде. Они осознали, что даже если Арлонг, в конце концов, всё-таки выиграет, большая часть его банды всё равно уже была перебита. Это означало, что он уже никак не сможет контролировать местные воды настолько плотно, насколько он их контролировал. Несмотря на всё уже произошедшее и происходящее, запуганный народ всё ещё продолжал сомневаться в том, кто окажется окончательным победителем.

Вполне понятно, что все жители деревни, после восьми лет рабства и тотального превосходства рыболюдей, никак не могли поверить, что Арлонга с его бандой действительно можно победить. И не когда-нибудь в далёком будущем, а конкретно сегодня, прямо на их глазах, буквально через несколько минут. Это не означало, что они не надеялись на подобный исход. Наоборот, сейчас их захлестнул целый океан надежды! Жители деревни смотрели на уже откровенно полыхающее здание со смесью страха, надежды и отчаяния. Они и представить себе не могли, что настолько невероятная битва может происходить в реальности, поэтому они боялись. Арлонг силён, но и противостоящие ему люди так же выглядели нечеловечески сильными, поэтому они надеялись. Однако им также стало очевидно, что если подобные монстры не смогут справиться с рыболюдьми, то у них самих и подавно не будет никаких шансов, поэтому они чувствовали отчаяние.

— Нами… — голос Нодзико в окружающем шуме был едва слышан.

В определённый момент она успела вернуться обратно к своей сестре, и сейчас стояла рядом с ней.

— Что?

— …Нами, господи, кого ты с собой привела? — с другой стороны, вероятно, дело было не в шуме, а в том, что Нодзико едва находила в себе силы говорить.

Прижав руки к груди, словно стараясь от чего-то защититься, она во все глаза смотрела на полыхающий Арлонг Парк. С точки зрения обычной деревенской девчонки, какой на самом деле она и являлась, всё происходящее выглядело так, словно она стала свидетельницей воплощения в жизнь какой-нибудь детской сказки или легенды. Надо заметить, весьма сомнительного воплощения. Если Арлонг и его банда отыгрывали плохих парней на все сто процентов, то парочка «героев» вполне бы смогла отыграть злодеев на все двести процентов. Иначе говоря, одни сказочные монстры убивали других сказочных монстров.

— Не волнуйся, Нодзико, — чуть улыбнулась Нами, не спуская взгляда с охваченного огнём здания. — Я и они часть одной семьи, а значит и ты им немножко близка. Пусть мои мальчики похожи на кровожадных демонов, но тебе не нужно их бояться, особенно сейчас, когда я рядом, — вдобавок к своим словам и к вящему неудовольствию Зоро, она слегка погладила по голове сидящего рядом с ней мечника. — Можешь не сомневаться, я обязательно прослежу, чтобы они вели себя хорошо.

Раздался очередной взрыв и, прямо через стену пятого этажа, в ворохе горящих листов бумаги и морских карт, вылетели Йосаку и Арлонг. Точнее Йосаку вылетел верхом на Арлонге. Упираясь ногами в спину своего противника — или уже жертвы? — и держась одной рукой за его волосы, парень впечатал окровавленную тушу рыбочеловека прямо мордой в бетон, неподалёку от лежащей на шезлонге Нами. И почти сразу Арлонг Парк начал рушиться с оглушительным грохотом, поднимая в воздух тучи дыма и пыли. Жители деревни дружно выбежали за ворота ещё тогда, когда здание только-только начало гореть, поэтому теперь наблюдали со стороны, как ненавидимый ими оплот рыболюдей складывается словно карточный домик. Если бы не Зоро, убегать пришлось бы и самой Нами, вместе с Нодзико. Однако мечник сидел рядом с ней, и ему хватило всего одного взмаха меча, чтобы от них сдуло весь дым и всю пыль с обломками.

— И где наш Рю-чан? — поднявшись на ноги, первым делом спросила Нами у Йосаку, едва только затихло эхо от грохота рушащегося здания. — Вопрос снимается, — тут же добавила она, когда добрую половину обломков Арлонг Парка просто испарило ударившим в небо столпом огня. — Тогда осталось только подбить итоги.

Глава 10. Кто заказывал суши? Часть 4

Без лишних слов поняв, что конкретно хочет девушка, Йосаку тут же слез со спины Арлонга, буквально впечатанного в бетон. Схватив его за остатки волос, не так давно бывших роскошной чёрной гривой, парень запрокинул ему голову, заставив его смотреть прямо на подошедшую к ним Нами. Затуманенные болью глаза рыбочеловека встретились с немного задумчивым взглядом девушки. Присев на корточки, она сложила руки на коленях и переплела пальцы рук. Продолжая всё также задумчиво разглядывать тяжело дышащего пирата, она слегка склонила голову к плечу.

Арлонг выглядел плохо. Кровоточащие глубокие порезы, без всякого сомнения нанесённые тесаками Йосаку, покрывали буквально всё тело рыбочеловека, а многочисленные ожоги, очевидно оставленные стараниями Джонни, выглядели чрезвычайно болезненными. Даже от былой густой шевелюры Арлонга остались лишь опаленные слипшиеся клочки. Из одежды на нём и вовсе сохранились только залитые кровью шорты: цветная рубашка, шапка-ушанка и сандали приказали долго жить.

Хотя нельзя было сказать, что Йосаку, держащий Арлонга за остатки его волос, в плане одежды, выглядел лучше своего противника. От привычного красного каратэги парня остались лишь сильно потрёпанные штаны, обильно испачканные кровью и грязью. И только выбравшийся из-под обломков Джонни сумел сохранить свою одежду почти целой и невредимой, но от её белого цвета не осталось и следа. Однако, в отличие от Йосаку, на котором, по понятным причинам, вообще не было никаких ран, правую руку и бок Джонни покрывало несколько довольно глубоких кровоточащих порезов. Ничего серьёзного, но всё равно весьма показательно. Всё-таки Арлонг по праву считался сильнейшим пиратом Ист Блю.

Состояние парней и их вид Нами отметила постольку-поскольку. Самое главное, что они не только находились в сознании, но и могли самостоятельно ходить, поэтому она не видела ни единого повода для переживаний. Если её «мальчики» могли самостоятельно ходить, то волноваться на их счёт не имело смысла. Она совершенно искренне верила, — и не без оснований! — что для гарантированного убийства любого представителя мужской части семьи Соломенной Шляпы, нужно, как минимум, оторвать им голову, а в одном конкретном случае даже этого будет недостаточно. Именно поэтому куда больше она была озабочена собственными эмоциями, чем состоянием её «мальчиков». Точнее её заботило практически полное отсутствие этих самых эмоций. Она столько лет мечтала увидеть уничтожение Арлонга и его шайки, но теперь, когда её мечта, наконец, сбылась, она практически ничего не почувствовала. Она чувствовала себя так, словно её «мальчики» разобрались не с ненавидимыми ею рыболюдьми, а с самыми обычными пиратами. Очередными по счёту. Типа, сколько их было и сколько ещё будет? Рутина.

— …Знаешь, я сейчас чувствую себя обманутой, — наконец, заговорила Нами, обращаясь к полумёртвому Арлонгу. — Я столько раз пыталась убить тебя за эти долгие восемь лет, что уже давно сбилась со счёту, но всё было бесполезно. Смертельные яды на тебя не действовали, натравить на тебя Морской Дозор не получалось, как и найти хоть кого-нибудь сильного, кто бы согласился убить тебя за деньги. Однако я старалась никогда не отчаиваться, не переставала собирать деньги и продолжала надеяться на чудо. И вот теперь, когда с тобой всё-таки покончено, я даже не могу толком порадоваться. Столько лет мечтаний и никакого удовлетворения в конце… разве это не похоже на обман?

— Нами… — прошептала потрясённая Нодзико.

Подошедшие жители деревни, услышав прозвучавшее признание, оказались шокированы ничуть не лучше.

— Нами-чан…

— Не может быть…

— Всё это время…

— Не могу поверить…

Нами никогда не говорила своей сестре о своих многочисленных попытках избавиться от Арлонга. Собственно, за восемь прошедших лет, она вообще о них никому не говорила кроме Луффи. И вот теперь для всех стало настоящим шоком узнать, что она не только изо всех сил старалась собрать необходимую для выкупа деревни сумму, но и пыталась решить их общую проблему другими способами, более радикальными. В своё время Луффи сильно позабавил сей факт. Почему? Просто, при первой встрече, она так яростно доказывала, что Арлонг обязательно сдержит своё слово, и продаст ей деревню! Однако параллельно сама неоднократно пыталась его убить, что точно не входило в условия сделки. Естественно, потом она ещё добрую тысячу раз успела пожалеть, что вообще рассказала об этом. С тех пор, как Луффи узнал такие подробности, он периодически стал с удовольствием напоминать ей о её откровенной глупости и столь явной двуличности. И как сильно подозревала девушка, собирался напоминать ещё очень и очень долго. Она честно могла признать, пусть и только мысленно, что любит Луффи до умопомрачения, но зачастую, до того же самого умопомрачения, ей постоянно хотелось придушить его собственными руками.

— Все твои так обожаемые рыболюди мертвы, вся твоя Империя разрушена, а сам ты попал в плен к людям, которых ты всегда так сильно ненавидел и презирал, — произнесла Нами. – Какая ирония, да? И самое главное ты до сих пор жив, чтобы всё осознать… Знаешь, мой капитан точно бы одобрил твой конец, ведь ты оказался побеждён в полном соответствии с его правилами. Однако я теперь никак не могу решить, что с тобой делать дальше? Добить тебя прямо здесь и сейчас или отправить в тюрьму, чтобы ты страдал до конца своей жизни? Оба варианта кажутся мне довольно привлекательными.

Повисло тягучее молчание, которое всё длилось и длилось. В определённый момент дошло до того, что собравшиеся вокруг жители деревни, казалось, перестали дышать. И только Джонни и Йосаку равнодушно ожидали окончательного вердикта.

— …

Нами долгое время, молча и почти не мигая, смотрела прямо в глаза Арлонга, но он тоже молчал, не пытаясь угрожать или вымаливать свою жизнь. Откровенно говоря, он вообще ничего не пытался сделать. Если бы не затуманенные болью глаза, можно было бы подумать, что он абсолютно равнодушен ко всему происходящему, словно посторонний зритель, а не непосредственный участник. Нет, он не пребывал в иллюзии, что всё происходит не по настоящему, а сам он бредит от боли или ему снится кошмар. Арлонг просто сломался. Как и сказала Нами, было уничтожено всё, во что он верил, а его драгоценные сородичи, которыми он столь сильно дорожил, оказались убиты.

Арлонг был всё ещё жив, но предпочёл бы умереть. Яркий пример эффективности методов Луффи. Однако, именно поэтому, Нами сейчас не могла решить, что с ним делать дальше. Убить его окончательно или оставить в живых, чтобы он мучился до конца своей жизни, сидя в тюрьме? С одной стороны ей хотелось просто взять и перевернуть эту страницу своей жизни, после чего начать двигаться дальше, но с другой она считала, что Арлонг не заслуживал быстрой смерти. После всей той боли, что он причинил ей самой и её близким людям, она просто не могла понять, какой выбор будет правильным. В конце концов, даже если лично она готова перевернуть эту страницу своей жизни, как насчёт всех остальных, включая её сестру? Какой вариант будет лучше для них? В этот самый момент, ей очень сильно хотелось, чтобы её сумасшедший капитан сейчас оказался рядом и сделал выбор за неё. Она прекрасно знала, что когда дела приобретали серьёзный оборот, он всегда знал, как нужно поступить.

К счастью для неё, Луффи действительно знал.

Зоро, немного постояв в стороне, тем самым дав Нами шанс самой принять правильное решение, уверенно двинулся к Арлонгу. Пока все вокруг ждали вердикта девушки, он вынул свою белую катану из ножен, после чего, по самую рукоять, вогнал клинок в приподнятую голову рыбочеловека. Лезвие катаны не просто пробило голову Арлонга насквозь, но ещё заметно ушло в бетон. Не ожидавший подобного исхода Йосаку, выпустив волосы рыбочеловека из руки, невольно отшатнулся в сторону. Затем, посмотрев на свеженький труп, ему и вовсе захотелось закурить, как и всякий раз после хорошей драки. Однако приняв во внимание серьёзность ситуации, он сделал над собой усиление и переборол желание подойти к Нами за своими сигарами.

— …

Молча постояв несколько секунд, Зоро наступил ногой на спину уже мёртвого Арлонга и выдернул свой меч из его головы, из-за чего она тут же упала на бетон с неприятным слуху шлепком.

— Луффи знал, что ты можешь начать колебаться, — посмотрев на девушку, сказал мечник. — Поэтому он отдал мне соответствующий приказ… К тому же, ты явно забыла одно из его самых главных правил.

Он резко взмахнул катаной в сторону, тем самым полностью отчистив её лезвие от крови, после чего вернул свой самый ценный меч обратно в ножны.

— Это какое? — чуть улыбнувшись, спросила Нами.

Она подняла взгляд от лежащего на бетоне трупа Арлонга на стоящего рядом Зоро.

— Никто не смеет поднимать руку на членов нашей семьи.

И хотя он улыбался, в его глазах промелькнула едва заметная искорка безумия. Очень знакомая искорка. Точно такие же искорки, порой, можно было увидеть мелькающими в глазах Луффи.

— …Да, он часто это повторяет.

Нами искренне любила своего капитана, но, вероятнее всего, именно поэтому она точно знала о Тьме скрывающейся в его душе. В этом не было ничего особенного или необычного: Тьма в душе есть почти у каждого человека, так уж устроен мир. Однако далеко не каждый человек может её контролировать, и не у каждого она достигала размеров целого моря. У Луффи достигала. И пусть его Тьма сдерживалась его же несокрушимой Волей, девушка точно знала, что, если будет нужно, он в любой момент может отпустить свою Тьму на свободу, и тогда мир… тогда мир содрогнется. Пусть она искренне любила Луффи и была безмерно ему благодарна, но это не помешало ей осознавать тот факт, что он самое настоящее Чудовище. Монстр, на фоне которого Арлонг и его банда смотрелись совершенно безобидными ребятами. И их кровавый конец лишь ещё отчётливее подтверждал этот факт.

— Луффи изначально не собирался оставлять Арлонга в живых, как и всю его банду, — спокойно пояснил Зоро. — Даже если бы они согласились взять деньги, и действительно бы освободили твою деревню без всяких дополнительных условий, мы бы всё равно всех их перебили. В тот момент, когда ты решила принять предложение Луффи, ты уже тогда подписала им всем смертный приговор. После всего того, что они тебе сделали, наш капитан ни за что бы на свете не позволил им остаться в живых.

Такие слова служили лишь очередным доказательством того, что Луффи — Чудовище, Монстр! Однако такая его сущность ничуть не пугала остальных членов семьи. Потому что он был их Монстром, он был их Чудовищем. Они прекрасно понимали, что когда-нибудь Луффи обязательно зальёт кровью весь мир, как залил кровью всё Ист Блю, а они все, его семья, ему ещё в этом помогут. Тем не менее, они точно знали, что им самим бояться нечего… Конечно, за исключением обычного повседневного Луффи. Это тоже тот ещё Монстр. Убить не убьёт, но на потолок может загнать в любой момент и без всяких причин.

На этой ноте всё и закончилось. Хотя жителям деревни понадобилось ещё несколько часов, прежде чем они окончательно смогли принять тот факт, что всё действительно закончилось. Зато когда они, наконец, смогли это сделать… столы были вытащены на улицу, и народ принялся заставлять их всем, что у них было. Ещё через несколько часов начали пребывать гости из других деревень. Самым первым делом они все шли к разрушенному Арлонг Парку, чтобы собственными глазами увидеть руины базы, а также трупы рыболюдей. После восьми лет рабства, народ с трудом мог вот так вот сразу поверить в неожиданно свалившуюся на них свободу. Однако после того, как люди всё-таки осознавали, что Арлонг и его банда правда мертвы, они тут же присоединялись к общей гулянке.

Тем не менее, без незваных гостей тоже не обошлось.

В какой-то момент, приблизительно спустя несколько часов после начала пирушки, на остров высадилось несколько сотен дозорных, под предводительством трёх капитанов. Солдаты почти сразу принялись собирать трупы рыболюдей и выяснять подробности произошедшего. Вполне понятно, что вскоре они добрались и до самих «Убийц Пиратов»… или, по крайней мере, честно попытались добраться.

К тому времени, когда дозорные заявились на стихийно образовавшийся праздник жизни, Джонни и Йосаку, помывшиеся и переодевшиеся, уже несколько часов как не вылезали из одного вполне себе определённого дома. У них и в обычной ситуации никогда не возникало проблем с женщинами, а в этот день и подавно не возникло. Сильные, знаменитые, богатые и недурно выглядевшие! Да ещё и «Герои Дня»! Это уже не говоря о целых бочках со спиртным и буквально сошедшем с ума народе! Как давно известно, великое счастье порой сводило с ума ничуть не хуже сильного горя. Замужние или не замужние, юные девушки или взрослые женщины, нормы приличия помахали ручкой и скрылись в неизвестном направлении, из-за чего парни в один момент оказались в мужской мечте. Попробуй дозорные добраться до Йосаку и Джонни… вернее, попробуй дозорные отвлечь их, и бедные солдаты оказались бы разорваны на части. И не факт, что самими парнями.

Выпивший чёртову уйму спиртного Зоро, теоретически оставшись никем не замеченным, свалил в дом Нодзико и Нами. Никто не знал, где он, поэтому дозорные просто-напросто не смогли его отыскать. Во всяком случае, именно на этом факте настаивали все солдаты, отправленные на поиск «пропавшего» мечника, а капитаны мудро сделали вид, что поверили их оправданиям. Приказы приказами, но никто из них не хотел бесполезно сложить голову. Три капитана и пара сотен обычных солдат были Зоро на один зуб, и дозорные это прекрасно осознавали. Знаменитый мечник с двумя своими подчинёнными смог разгромить целую пиратскую армаду, перебив тысячи пиратов и потопив десятки кораблей, что ему несколько сотен солдат? Так что никто из дозорных, включая капитанов, не горел желанием встречаться с таким человеком, особенно когда он был недружелюбно к ним настроен. Все они видели, что стало не только с Арлонгом и его бандой, но также с капитаном Нэдзуми и его командой. Никто из капитанов не хотел закончить таким же образом. Именно поэтому Зоро так и остался «не найден».

За всех пришлось отдуваться Нами… если так можно сказать.

Когда дозорные нашли счастливую рыжеволосую красавицу, она полностью оправдывая своё прозвище «Королева», сидела во главе длинного стола с видом этой самой королевы. И была буквально окружена влюблёно глядящими на неё мужчинами, но столь пристальное внимание ничуть её не смущало. Закинув ногу на ногу и держа бокал с вином в руке, она беззаботно общалась с рядом сидящей Нодзико. Самое главное, как отчётливо понимали капитаны и даже обычные солдаты, она уже давно их увидела, но предпочла проигнорировать. Точно так же, как их игнорировали большая часть собравшихся на празднике людей. Местные жители не особо жаловали представителей Морского Дозора, и ничуть этого не скрывали. Народ ждал помощи дозорных на протяжении долгих восьми лет, а появиться они соизволили только тогда, когда всё уже закончилось. Хотя, в действительности, некоторые капитаны пытались выступить против Пиратов Арлонга, но все они оказались на дне морском.

Самих дозорных, без всяких сомнений, заботило столь негативное к ним отношение, но у них «неожиданно» появились куда более серьёзные проблемы. Например, один из «Убийц Пиратов» оказался найден, в результате чего перед дозорными в полный рост встала проблема, наличие которой они до этого момента старательно игнорировали: «Что делать?». Они нашли себе одного «Убийцу Пиратов», но теперь просто не знали, что им, чёрт возьми, делать! Все факты говорили о том, что перед ними сидел преступник, — безумно красивый, но всё-таки преступник! — и им полагалось его поймать и посадить в тюрьму. В теории всё просто, но на деле, как это всегда и бывало, ничего простого здесь и близко не было.

Во-первых, никто из дозорных не питал уверенности в том, что их сил хватит схватить знаменитую «Королеву». Пусть за Нами не водилось жутковатой славы «Убийцы Пиратов», «Мясника» или «Отрывателя Голов», но в сводках достаточно часто мелькали новости о том, как она, в одиночку, разгромила ту или иную пиратскую команду. Зная такую информацию, совсем не сложно было прийти к выводу, что лёгким противником она не станет. И это ещё при условии, что никто не придёт к ней на помощь, а в подобный исход не мог поверить даже самый тупой солдат из всех присутствующих. В доказательно этого факта, прямо на их глазах, Нами вытянула руку с пустым бокалом в сторону, и собравшиеся вокруг неё парни, в буквальном смысле, разодрались за право наполнить его вновь. Победил самый хитрый. Пока все остальные дрались, он без всяких помех наполнил её бокал вином. После такого можно было с уверенностью сказать, что вся эта толпа не останется безучастной, вздумай «кто-то» попытаться схватить объект их обожания.

Во-вторых, всех приплывших на остров дозорных откровенно пугала мысль о том, что произойдёт, если им, не приведи господи, всё-таки удастся пленить знаменитую «Королеву». За «Убийцами Пиратов» всегда следили целые толпы репортёров, — рядом со столь знаменитой командой большая часть новостей превращались в местные сенсации, а иногда и мировые, — поэтому о некоторых их правилах знал весь мир. Например, при желании любой мой узнать, что «Убийцы Пиратов» не считали себя командой, а считали себя семьёй. И если тронуть хоть кого-то из их семьи, то оставшиеся положат жизни, но отомстят. Такие принципы очень сильно напоминали людям об одном из Четырёх Императоров Нового Мира, о Белоусе, Великом Пирате и Сильнейшем Человеке В Мире, и от таких сравнений не по себе становилось абсолютно всем дозорным. Особенно в свете последних событий.

В конечном итоге, после импровизированного совещания, капитаны, отправив своих подчинённых куда подальше, решились поговорить с Нами без всякой поддержки, дабы ненароком никого не спровоцировать. Просто поговорить. Никто из них не хотел понапрасну рисковать. К тому же, они надеялись, что командование войдёт в их положение, и разжалование за трусость им не грозит. Особенно если они смогут узнать обо всём произошедшем из первых рук.

К невероятному удивлению всех трёх капитанов, разговор прошёл куда лучше, чем они могли надеяться. Мужики не знали, что приёмная мать Нами когда-то и сама была солдатом, из-за чего девушка относилась к Морскому Дозору благосклоннее всех остальных её членов семьи вместе взятых. Но даже при столь благоприятных условиях, разговор оказался чрезвычайно коротким. Нами только подтвердила уже появившиеся у капитанов подозрения насчёт продажности Нэдзуми и его людей, и тот факт, что Соломенные Шляпы подняли пиратский флаг.

Не передать словами, насколько капитанам не понравилось всё услышанное, но особенно им, конечно, не понравилась часть про «подняли пиратский флаг». Продажный капитан Морского Дозора событие хоть и неприятное, порочащее честь их мундиров, но не такое редкое, как им бы хотелось. Куда хуже было узнать, что знаменитые на весь мир охотники на пиратов решили сами стать пиратами. Подобное событие сложно было переоценить и сулило множество самых разных проблем. Не говоря уже о том факте, что никто из капитанов и представить себе не мог, — и не хотел представлять! — каким образом им, в будущем, сражаться с «Убийцами Пиратов». Противостоять тем, кто зачистил от пиратов целое море? Это же верная смерть! И совершенно непосильная задача для солдат Ист Блю.

Не удивительно, что после всех услышанных новостей, «праздник жизни» дозорные покидали в чрезвычайно расстроенных чувствах. Однако сам праздник всё продолжался и продолжался. Благодаря «жертве» Мому, — Морской Коровы на службе покойного Арлонга, — которую таки достали со дна моря, недостатка в еде у народа не было, а бесперебойную выпивку обеспечивали несколько самогонных аппаратов.

На четвёртый день гуляний пить круглыми сутками устал даже Зоро, поэтому он практически перестал вылезать из дома Нами и Нодзико. Дом стоял в некотором отдалении от деревни, прямо рядом с мандариновой рощей, из-за чего вокруг было тихо и спокойно. Компанию мечнику главным образом составляла Нодзико, и изредка появляющаяся Нами. Последняя не столько праздновала, сколько навёрстывала упущенное время, днями и ночами напролёт общаясь с жителями деревни, знакомыми ей самого детства.

На пятый день к Нодзико и Зоро присоединился Джонни. Он, конечно, был парнем хоть куда, но даже у него существовал определённый предел выносливости. И он не обладал фруктом Йосаку. Счастливый ублюдок заявился только под конец шестого дня, когда народные гуляния, наконец, пошли на спад. Выглядел он настолько довольным собой, что Джонни без всяких предисловий съездил ему по морде, лишь бы только стереть с лица его довольную ухмылочку. Не помогло. Они оба знали, что на этом поприще, Джонни победы не видать. Никогда.

— Тронете мою сестру, и тут же окажитесь на дне моря! — на всякий случай, в очередной раз, предупредила их Нами.

Это произошло, когда они все вместе, в первый раз за семь дней, собрались под одной крышей.

— Я уже взрослая девушка, поэтому позволь мне самой решать с кем мне спать, — закатила глаза упомянутая Нодзико.

— Так я разве тебе что-то запрещаю? Это я своих мальчиков предупреждаю!

— Сделаю вид, что поверила.

— …Кстати, раз уж ты об этом сама заговорила, мне только кажется, или ты как-то слишком близко сидишь рядом с Зоро? — Нами подозрительным взглядом окинула сидящую парочку.

Нодзико и Зоро действительно сидели за столом, причём рядом друг с другом, хотя в этом не было никакой необходимости. Сама Нами стояла за плитой, Йосаку сидел на полу, прислонившись спиной к стене, а Джонни, закинув руки за голову, валялся на кровати, поэтому места за столом было предостаточно. Однако Нодзико уселась именно рядом с Зоро, буквально плечом к плечу. И это тогда, когда она резала овощи на салат, и ей требовалось больше пространства. Сказать, что её поведение выглядело подозрительным, значит ничего не сказать.

— Нами, ты верно шутишь. — Не спросил, а констатировал очевидный факт лениво потянувшийся Джонни. — Нашего Зоро-аники не интересует ничего кроме мечей и сражений.

— Ты хоть знаешь, сколько раз мы пытались вытащить его с собой хоть куда-нибудь? — снисходительно усмехнувшись, риторически спросил Йосаку.

Зоро молча уткнулся в кружку с чаем, а Нодзико, ничего не говоря, продолжила шинковать овощи. И это их молчание оказалось настолько красноречивым, что Джонни и Йосаку уже спустя несколько секунд уставились на них с вытаращенными глазами. Нами и вовсе исчезла возле плиты, чтобы мгновением спустя материализовалась за спиной мечника с кухонным ножом в руке. И едва увидев лезвие ножа, мечник тут же поспешно принялся вспоминать, было ли оно чёрным изначально, или Нами прямо сейчас умудрилась пробудить Волю Вооружения?

— Мне кажется, я предупреждала, — не хуже Джонни выдыхая языки пламени, буквально прорычала девушка. — Надеюсь, ты теперь готов к послед… ой! — не закончив, слегка вскрикнула она, одновременно отскакивая в сторону.

Это Нодзико, без всяких церемоний, ткнула ей вилкой в ногу. Благодаря своему фрукту Нами избежала непосредственной «атаки» своей сестры, но прикосновение холодного металла оказалось для неё слишком неожиданным.

— Серьёзно, Нами, хватит, — без тени улыбки сказала Нодзико. — Я девочка взрослая, и в опеке не нуждаюсь.

— Но, но… но он даже с тобой не останется! — воскликнула до глубины души возмущённая рыжеволосая красавица.

Зоро, всё это время не спускавший взгляда с лезвия её ножа, заметно расслабился.

— Можно подумать, я об этом не знала, — закатила глаза Нодзико, вернувшись к нарезке овощей.

— Надеюсь, мы хотя бы обойдёмся без племянников? — Нами бросила мрачный взгляд на мечника.

Парень не был дураком, поэтому молча уткнулся в свою кружку, постаравшись сделаться маленьким и незаметным. Конечно же, ничего у него не получилось, но он не мог не попытаться. В подобной ситуации он оказался первый раз в жизни, поэтому просто не знал, как ему нужно реагировать. Нодзико сильно опоздала, чтобы стать его первой женщиной, но, в отличие от всех предыдущих, она была почти семьёй. К тому же, он вообще не планировал с ней спать, всё получилось совершенно спонтанно. Они просто пили вместе вино, Нодзико выспрашивала о жизни Нами, и вроде бы ничего не предвещало, а потом они как-то совершенно неожиданно оказались в одной постели. И сейчас Зоро действительно чувствовал себя виноватым. Всё-таки одно дело едва знакомые женщины, и совсем другое сестра Нами.

— Не волнуйся, мамой я пока становиться не собираюсь, — улыбнулась Нодзико.

Сидящий рядом Зоро тут же облегчённо вздохнул, что оказалось удивительным даже для него самого. Услышав вопрос про племянников, он и сам не заметил, как испуганно задержал дыхание. Позор!

— Но почему именно он? — Нами мрачно посмотрела на ужавшегося в размерах мечника. — Я ведь предупреждала, чтобы ты держалась от него как можно дальше!

— Между прочим, Зоро сделал всё возможное, чтобы мой первый раз стал приятным опытом, — улыбнулась Нодзико. – Он показал себя настоящим джентльменом.

— Вот только давай без подробностей! – тут же перекрестила перед собой руки Нами. — Я даже не хочу об этом слышать!

— Или может, по-твоему, лучше бы я прыгнула в койку с одним из этих бабников? — Нодзико невольно бросила холодный взгляд на Джонни и Йосаку, что всё ещё пребывали в глубоком ступоре от столь неожиданного поворота событий. – Спасибо, но нет!

Нодзико прекрасно понимала, почему столько женщин оказались с парнями в одной постели. Они целиком и полностью заслужили подобное внимание, но девушка совсем не одобряла, какие формы приняло это самое заслуженное ими внимание. Всё-таки можно было соблюсти хотя бы какие-то нормы приличия. Совсем не дело, когда женщины выстраиваются в очередь, чтобы запрыгнуть в койку к понравившемуся им мужчине. Причём, в случае с Джонни и Йосаку, всем женщинам было без разницы к какому именно, главное к одному из них! Нодзико никогда не была ханжой, но какие-то рамки приличий всё равно должны соблюдаться! У неё было полное ощущение того, что от счастья у народа произошло временное помутнение рассудка, из-за чего потом им всем станет очень стыдно за своё поведение. Или уже стало.

В общем, принимая во внимание все обстоятельства, на фоне Джонни и Йосаку, Зоро выглядел чуть ли не идеальным кандидатом для отношений. Да и как уже говорилось, всё произошло совершенно спонтанно! Не только мечник не планировал ничего подобного, но и сама Нодзико никогда не собиралась с ним спать. У неё даже в мыслях не было ничего подобного! Однако Зоро оказался совсем не таким, каким он ей показался на первый взгляд. За маской брутального убийцы скрывался вполне себе обычный парень, добрый, нежный и немного неуклюжий в общении с женщинами. Он совершенно не умел делать комплименты и уж тем более соблазнять, но от этого выглядел только ещё более очаровательным. И на удивление невинным. Несмотря на неожиданность всего произошедшего, Нодзико ни о чём не жалела.

— Нет, к этим лучше даже не прикасайся, ещё подцепишь чего, — Нами бросила уничтожительный взгляд на Джонни и Йосаку.

Она, конечно, уже давно привыкла к их поведению, но в этот раз они умудрились превзойти самих себя. И до недавнего времени она даже не подозревала, что такое вообще возможно. Только не после нескольких весьма запоминающихся случаев с работницами борделей. Всеми работницами. Протрахать несколько десятков миллионов за раз — это фраза как раз про парочку друзей. Нами до того первого случая, никогда и не предполагала, что подобную фразу можно понимать в буквальном смысле.

— Эй, я протестую! — тут же встрепенулся Йосаку. — Ко мне болячки не пристают, никакие! Вот наш Рю уже совсем другой разговор…

— Пошёл на фиг! — тут же очнулся Джонни. — У меня иммунная система дракона, поэтому ко мне тоже никакие болячки не пристают… По крайней мере, дольше чем на пару минут.

В этот момент у Нами закипела вода в кастрюле, поэтому разговор прервался сам собой. Хотя немного погодя, когда с готовкой ужина было покончено и все расселись за столом, тема оказалась поднята вновь. Йосаку и Джонни не могли просто так вот взять и проигнорировать факт того, что Зоро, в первый раз на их памяти, умудрился затащить кого-то к себе в постель. О такой вероятности, что именно сам мечник мог быть затащен, а не наоборот, она даже не подумали. Собственно, тема отношений Зоро и Нодзико стала самой популярной на протяжении всех последующих дней. Вполне так возможно, тема заглохла бы сама собой, но постоянно исчезающая в неизвестном направлении парочка невольно подогревала интерес. Тем более, подобное поведение было настолько нетипичным для Зоро, что даже Нами периодически не могла сдержаться, высказываясь на соответствующую тему. Конечно, всё не ограничивалось только обсуждением новоявленной парочки. Иногда появлялись и другие любопытные темы.

— Куда вы всё время ходите по ночам? — как-то поинтересовалась Нодзико.

Дело происходило на улице, где она, пользуясь моментом, запрягла всех «Убийц Пиратов» помогать себе с мандариновой рощей. Нами изначально была совсем не против, — она всё своё детство провела среди этих деревьев, и они напоминали ей о покойной матери, — а парней никто и не спрашивал. Мало того, что она была назначена Луффи самой главной, так ещё и Зоро, на поверку, оказался если и не матёрым подкаблучником, то точно начинающим гением подкаблучества. Парень никогда в жизни не состоял в длительных отношениях, всегда ограничиваясь одной ночью, поэтому Нодзико, всего после пары совместных дней, принялась без труда вить из него верёвки. И пусть она тоже никогда не состояла в отношениях, но как любая красивая и уверенная в себе девушка, она и так прекрасно знала, как нужно вертеть мужиками. Базовые настройки, так сказать.

— В к-каком смысле, куда ходим? — с запинкой переспросила Нами.

Вопрос Нодзико оказался неожиданным для всех.

— В прямом! Или вы думали, что я не замечу? Хотя, если бы речь шла только об этой парочке, — девушка качнула головой в сторону Джонни и Йосаку, — я бы и спрашивать не стала. Однако ты и Зоро тоже всегда куда-то ходите по ночам, а учитывая, что он спит со мной, поверь мне, я точно знаю, когда остаюсь одна.

— Гм… не то чтобы это было какой-то такой уж тайной… мы просто уходим тренироваться.

— Тренироваться? — недоверчиво переспросила Нодзико.

— Конечно, или ты думаешь, что нам не нужны тренировки? — приподняла бровь Нами.

— А разве нужны? По-моему, вы и так уже самые сильные! И вы точно самые сильные в Ист Блю!

— В том-то и дело, что только в Ист Блю, но наш капитан собирается стать Королём Пиратов, поэтому быть сильнейшим в слабейшем море не такое уж и выдающееся достижение. Вот мы и тренируемся, чтобы стать ещё сильнее.

— И когда вы тогда спите? Откровенно говоря, я даже и не припомню, чтобы видела вас спящими.

— Не волнуйся, мы спим, только не слишком часто и долго.... во всяком случае, в последнее время, — было заметно, что девушке не особо хочется обсуждать данную тему.

Вполне понятно, что Нодзико, уловив явное нежелание сестры вдаваться в подробности, наоборот, заинтересовалась ещё сильнее.

— И почему же?

— Гм… причина, на самом деле, немного глупая, — заметно смутилась не только Нами, но и все парни, включая Зоро, что было особенно показательно. — Не буду углубляться в детали… Хотя нет, пусть лучше тебе всё Зоро объяснит, он об этом знает намного больше, чем я, — всем было очевидно, что она просто нагло спихнула с себя всю ответственность.

Мечник даже не стал уточнять, что конкретно от него требовалось объяснить. Пусть с Луффи он научился «общаться» вообще без всяких слов, — зачастую ещё и без жестов, ограничиваясь одними только взглядами, а порой и без них, — других членов их маленькой семьи он понимал лишь немногим хуже, чем своего капитана.

— Для начала тебе нужно знать, что каждое живое существо в мире является источником уникального «голоса», по которому его можно опознать, — без малейшего энтузиазма начал объяснять Зоро.

— В смысле, типа ауры, что ли? — нахмурилась Нодзико.

— Аура, «голос», присутствие или излучение, название не особо важно. Главное, что каждое живое существо является источником этого самого «голоса», и каждый человек способен его слышать… Животные, вероятно, тоже способны, но тут я уже ничего не скажу, моих знаний недостаточно.

— И как этот ваш «голос» относится к тому, что вы стали реже и меньше спать? — недоуменно спросила девушка. — Или вы слышите слишком много «голосов», и они мешают вам спать?

— Нет, на самом деле отчётливо слышать эти «голоса», среди сейчас присутствующих, могу только я один, — покачал головой Зоро. — Да и слышать я их могу не постоянно, а только если сосредоточусь… Нет, не так. Любой человек слышит их постоянно, но без определённых умений никто не может, так сказать, разобрать, о чём эти «голоса» ему говорят. В свою очередь, Рю, Йосаку и Нами тренируются уже достаточно долго, чтобы они успели вплотную приблизиться к барьеру, преодолев который, тоже научатся понимать «услышанное». Проблема заключается в том, что даже сейчас они слышат «голоса» намного лучше, чем большинство людей.

— Всё равно не понимаю… так каким образом всё это относится к вашей проблеме со сном?

— Как я уже сказал, каждое живое существо испускает свой уникальный «голос», но и громкость у всех «голосов» тоже совершенно разная. Если сравнить, допустим, тебя и меня, то мой «голос» рядом с твоим «голосом» будет сродни вою пожарной сирены рядом с детской свистулькой. Теперь представь себе ситуацию, когда ты на протяжении года-двух живёшь рядом с такой вот постоянно воющей пожарной сиреной, а затем её резко отключают.

Жизнь в деревне или нет, но Нодзико всё-таки сестра Нами, пусть и не родная, поэтому на недостаток мозгов и сообразительности ей жаловаться не приходилось, поэтому она сразу поняла, к чему клонит Зоро.

— Ваш капитан! — кивнула она. — Он оставил вас и теперь вы… пф!

— Нодзико! — воскликнула Нами, когда увидела, что её сестра резко согнулась пополам, всеми силами стараясь подавить рвущийся наружу смех. — Не смей смеяться!

Вполне естественно, что подобная просьба дала диаметрально противоположный результат.

— Ха-ха-ха! — тут же рухнула на колени громко рассмеявшаяся девушка.

— Вот поэтому я и не хотела тебе ничего говорить!

— Но, согласись, Нами, это и вправду смешно! — держась за живот, кое-как выдавала из себя уже буквально плачущая от смеха Нодзико. — Победители сильных и ужасных рыболюдей боятся спать без своего капитана! Ха-ха-ха!

— …Самое обидное, что даже не особо поспоришь, — поникла заметно смущённая Нами.

— Ха-ха-ха! — никак не могла прекратить смеяться девушка, чему в немалой степени способствовали смущённое лицо её сестры и лица окружающих парней.

— Успокоилась? — недовольно проворчала Нами, несколькими минутами спустя.

— Ой, да ладно тебе! — широко улыбнулась Нодзико, поднимаясь на ноги. — Будь ты на моём месте, то тоже бы не смогла сдержаться… Видели бы вы себя со стороны… пф! Ха-ха-ха!

— Да хватит уже ржать!

— …И всё-таки, значит у вас проблемы со сном, из-за того, что вы больше не слышите громкий «голос» вашего капитана? – опять отсмеявшись, уточнила Нодзико. — Я правильно поняла?

— В общих чертах, — так же как и Нами, недовольно буркнул Зоро, за что тут же был награждён лучезарной улыбкой. — Дело не только в отсутствии его «голоса», но и в том, что это означает.

В конце концов, когда их семья оказывалась на берегу, Луффи почти всегда «стирал» своё присутствие, превращая свой громоподобный «голос» в едва слышимый шёпот. Благодаря такой «профилактике», отчасти, они давно уже привыкли иногда не слышать его «голос». Однако, во-первых, с ними всегда оставался его «шёпот». Во-вторых, «профилактика» никогда не длилась дольше пары дней. И, наконец, в-третьих, даже не слыша «голоса» Луффи они всегда знали, что он где-то рядом. Значительные отличия от их текущей ситуации.

— И что означает отсутствие «голоса» вашего капитана? — не поняла Нодзико.

— Это означает, что Луффи нет рядом, — вместо Зоро, ответила тяжело вздохнувшая Нами. — Ты его не знаешь, ты не находилась рядом с ним долгое время, поэтому тебе не понять, как мы себя чувствуем. Пожалуй, самое близкое, с чем я могу сравнить наши ощущения, так это со смертью нашей матери… Вернее, не с самим фактом смерти Бель-Мер, а с исчезновением привычной защиты.... покоя… уюта.

Пожалуй, с её стороны было несколько жестоко приводить подобный пример, из-за чего желание смеяться у Нодзико как отрезало.

— Ты этого не осознаёшь, но всё произошедшее с Арлонгом и его бандой устроил Луффи, — опять заговорила Нами. — Пусть саму банду перебили Рю и Йосаку, но именно Луффи, в своё время, увидел в них потенциал, пригласил их в свою семью и начал тренировать. Тоже самое он сначала проделал с Зоро, а потом и со мной. Луффи изначально и чуть ли не поминутно знал, что должно произойти на нашем острове. Он предугадал всё, начиная от попытки Арлонга использовать продажных дозорных, чтобы отобрать мои деньги, и до того момента, когда я не могла решить, позволить Арлонгу сесть в тюрьму или приказать мальчикам убить его. Отчасти именно по этой причине его сейчас и нет на нашем острове. Арлонг и его банда для него были слишком скучными, поэтому он выбрал заняться более интересными делами с его точки зрения.

— Это только одна из причин, — вставил своё слово Зоро.

— Но точно есть и другие, — поддакнул ему Джонни.

Всё это время он, на пару с Йосаку, молча собирал мандарины в их корзины, предпочтя оставить серьёзные разговоры Нами и Зоро.

— У Луффи-аники всегда несколько причин, он иначе не может, — поддержал своего друга Йосаку. — Уверен, что если бы он вдруг решил начать заморачиваться долгосрочными планами, то даже у его планов появились бы свои планы.

— Хотя, в этот раз, думаю, основная причина его отсутствия связана с Усоппом, — высказал своё мнение Джонни. — Он точно хочет выполнить первый пункт своего идиотского списка.

— Бедный Усопп, — согласился с ним Йосаку.

— Скорее уж не бедный, а мёртвый Усопп.

— Кто такой Усопп?

Нодзико спрашивала об этом у Нами, но ответ пришёл от Джонни.

— Бывший член нашей маленькой семьи! — охотно пояснил он. — Усопп пробыл с нами недолго, но он был отличным парнем!

— Вы опять за своё? — тяжело вздохнула Нами.

— Не наша вина, что ты отказываешься признавать правду, — пожал плечами Йосаку.

— Какую ещё правду?!

— Ту самую, в которой Усопп бывший член нашей семьи. Луффи-аники сходу начал рассказывать ему историю про паровозик, который смог. Усопп не настолько силён, чтобы суметь пережить подобную историю.

Все три парня привычно побледнели лицом, как это всегда и происходило при упоминании паровозика, который смог.

— Усоппу кранты! — мудро кивнул Джонни, тем самым безоговорочно соглашаясь со словами своего друга. — Как я уже сказал, он был отличным парнем!

— Опять вы со своим паровозиком, — раздраженно произнесла Нами, принявшись пальцами натирать лоб, словно у неё резко разболелась голова.

— Эй, мы не виноваты, что у нас нет шикарной задницы и пары сисек, которые бы в своё время смогли защитить нас от этой истории! — совершенно искренне возмутился Джонни, а Йосаку яростно закивал головой, полностью его поддерживая.

— Что ещё за паровозик, который смог? — Нодзико сконфуженно оглядела всех присутствующих.

— Не смог, а смог! — тут же яростно поправил её Зоро.

Покосившись на необычайно эмоционального мечника, она вопросительно уставилась на свою сестру.

— Не обращай внимания, — беспечно помахав рукой, посоветовала ей Нами. — Как только дело доходит до этого чёртового паровозика, они становятся полными идиотами.

— Надеюсь, когда-нибудь и ты услышишь эту историю, — голос мрачного Йосаку был полон детской обиды.

— Не услышит, — огорчённо покачал головой Джонни. — У Луффи рука на неё не поднимется, сам знаешь.

Он был обижен такой «несправедливостью» ничуть не меньше своего друга

— Да что это за история такая?! — теперь уже даже с некоторым испугом посмотрела на парней Нодзико.

— Дело тут совсем не в истории, — поморщился Джонни.

— Не скажи! — не согласился с ним Йосаку. — Мне это долбанное «чух-чух» и «ту-ту» до сих пор периодически в кошмарах снятся. Ты бежишь, бежишь, а это долбанное «чух-чух» никогда от тебя не отстаёт, а потом «ту-ту» и… угх.

Парни на мгновение замерли, после чего дружно содрогнулись, включая Зоро.

— Ладно, признаю, дело не столько в истории, сколько в том, кто её рассказывает и что за этой самой историей следует, — поправился Джонни. — Видала шрам на груди Зоро-аники? — он ткнул большим пальцем в сторону мечника. — Луффи-аники в тот раз едва не разрезал его пополам! Вот что такое история о паровозике, который смог!

— Это с тобой сделал твой капитан?! — невольно прикрыла рот ладонью Нодзико, уставившись широко раскрытыми глазами на грудь Зоро.

Все парни работали в одних шортах, поэтому огромный шрам на теле мечника, тянущийся от левого бедра до правого плеча, сейчас был выставлен на показ.

— Шрам через глаз тоже его работа, — кивнул Зоро.

— За что он тебя так? — севшим голосом, спросила девушка.

За последнюю неделю она успела вдоль и поперёк изучить тело парня, поэтому отлично знала обо всех его шрамах, но всегда думала, что он их заполучил охотясь на пиратов. Не говоря уже о том, что после всех выслушанных ею дифирамбов в сторону Луффи, такие всплывшие подробности изрядно её шокировали. Как-то новая информация слабо вязалась со старой.

— Этот шрам… я сам его попросил, — проведя пальцем по груди, ответил Зоро.

— Ты попросил своего капитана разрубить себя на две части? — уставилась на него шокированная Нодзико.

— Нет, но я спросил его, как могу стать сильнее.

— И он сказал, что для этого тебя нужно разрубить на две части?

Джонни и Йосаку дружно захихикали, и даже Нами улыбнулась. Нодзико, конечно, думала, что она просто пошутила, но Луффи вполне был способен, на полном серьёзе, сказать нечто подобное. Шутка оказалась вовсе не шуткой, что сделала её ещё забавней.

— Просто некоторые вещи можно понять, только взглянув в лицо Смерти, вот Луффи и устроил мне соответствующую встречу, — слегка улыбнувшись, ответил Зоро.

— Так что Усопп покойник, — подвёл итог всему разговору Джонни, и Нами, в кои-то веки, не стала возражать.

— Ладно, хватит прохлаждаться, — хлопнув в ладоши, произнесла Нодзико. — Как я поняла, вы собираетесь через несколько дней отплывать? Тогда у нас есть всего пара дней, чтобы собрать весь урожай.

— Сразу видно, что она сестра Нами, — негромко хмыкнул Джонни.

— Собирай, давай, шустрее, у меня на вечер планы, — ответил ему Йосаку.

— Можно подумать, что у меня их нет, — снова хмыкнул Джонни, тем не менее послушно заткнувшись.

С острова они уплыли через три дня.

Глава 11. Санджи. Часть 1

Лучи рассветного солнца отражались от идеально гладкой поверхности воды, из-за чего, благодаря утреннему штилю, создавалось впечатление, словно вместо моря до самого горизонта тянулось огромное зеркало, которое и отражало солнечные лучи. Необычайно красивая и умиротворяющая картина. И даже внушительных размеров корабль, достигающий величины пятиэтажного дома, цветовой гаммой и формой напоминающий огромную золотую рыбку, не портил картины… Чего нельзя было сказать о периодически доносящихся со стороны корабля звуках. Нет, подавляющее большинство жителей корабля всё ещё пребывали в уютных объятьях товарища Морфея, поэтому шумели вовсе не они. Виновником нарушения утренней идиллии был светловолосый парень в чёрных купальных плавках, что периодически буквально вылетал из-под водной глади на высоту своего роста, только затем, чтобы сделать глубокий вдох и опять погрузиться глубоко под воду. И так каждые две с половиной — три минуты.

Более того, когда парень выпрыгивал из воды особенно сильно, можно было отчетливо увидеть закреплённые на его лодыжках стальные… ну пусть будут кандалы. На самом деле его ноги не только были закованы в железо от лодыжек до самых колен, но ещё обмотаны якорной цепью, приваренной к этому самому железу. Отходящие от ног цепи он держал в своих руках, но цепи были длинными, поэтому своими концами уходили в воду. Однако по его напряжённым рукам можно было сразу сказать, что на концах цепей, под водой, находился либо немалый груз, либо они к чему-то крепились.

Дело происходило неподалёку от корабля-рыбы, рядом с большой деревянной платформой, стилизованной под рыбий плавник. Более того, таких платформ насчитывалось две штуки, по обе стороны от корабля-рыбы. Вот вблизи одной из них, буквально в пяти-шести метрах от неё, «плескался» парень. И он точно не тонул, иначе бы попытался добраться до платформы, а не «плескался» на одном месте… Конечно, ещё оставался вариант, что длина цепей не позволяла добраться ему до спасительной платформы, но тогда почему он молчал? Ему достаточно было закричать, чтобы поднять на уши всех жителей корабля, которые бы сразу пришли к нему на помощь. Опять же, если допустить, что именно жители корабля-рыбы и были ответственны за цепи на его ногах, тогда сразу становилось понятно его молчание. Впрочем, подобные мысли могли прийти в голову лишь незнакомому с ситуацией человеку, а на самом деле всё происходящее объяснялось самой обычной тренировкой… Ладно, не самой обычной, но суть понятна.

Смысл тренировки заключался в том, чтобы позволить грузу, закрепленному на концах якорных цепей, утянуть себя глубоко под воду, а затем, опять же, несмотря на груз, всплыть с помощью силы одних только ног. При таком методе тренировок нагрузки на мышцы ног превосходили все мыслимые и немыслимые пределы, не говоря уже о недостатке воздуха. Нормальный человек ничем таким подобным заниматься точно бы не стал. Поправка! Нормальный человек ничем таким подобным заниматься просто бы не смог: его бы мгновенно утянуло на дно, без шансов на спасение.

Тем не менее, пусть подобный метод тренировок не отличался безопасностью, если не сказать больше, именно такие тренировки позволяли парню самосовершенствоваться эффективнее всего. К тому же он точно знал, что любые другие тренировки, остающиеся в рамках обычной логики, никогда не позволят ему достичь желаемого результата. Почему? Потому что человек может убить любого монстра, кроме того случая, когда монстром является другой человек. Соответственно человека-монстра мог убить только другой человек-монстр. Именно поэтому парень тренировался так, как нормальному человеку и в голову бы не пришло тренироваться. Его целью был человек-монстр, поэтому, если он хотел получить свою жизнь обратно, ему самому требовалось стать человеком-монстром. И для достижения своей цели, ему пришлось отбросить привычную всем логику.

Когда солнце заметно поднялось над горизонтом, а жители корабля начали потихоньку просыпаться и готовиться к новому дню, парень закончил со своей тренировкой. В последний раз выпрыгнув из-под воды, прямо рядом с «плавником» корабля, он выпустил цепи из рук и ухватился за этот самый плавник, который сразу же погрузился под воду чуть менее чем полностью. Из «внутренностей» корабля незамедлительно донеся громкий слаженный мат пары десятков голосов. Пусть судно накренилось не слишком сильно, но всё произошло чересчур резко и неожиданно, поэтому многие оказались к такому не готовы… как и все предыдущие пару сотен раз. Всё происходящее уже давно успело стать своеобразным утренним ритуалом.

Когда парень оперся руками на плавник, чтобы выбраться из воды, дерево под его руками отчётливо захрустело. Хрустящее дерево вкупе с наклоненным кораблём говорили лучше всяких слов о том, насколько далеко он ушёл от рамок обычной человеческой логики. Его самого уже давно можно было считать человеком-монстром, но светловолосый парень прекрасно осознавал, что его сил всё ещё недостаточно. Ему требовалось больше силы, больше! Иначе он навсегда мог попрощаться со своей обычной жизнью.

Усевшись на краю плавника, который окончательно погрузился под воду, из-за чего корабль перекосило ещё больше, парень ухватился за одну из якорных цепей, отходящих от его ног, и принялся тянуть её наверх. Вытащив на плавник метров десять цепи, он резко напрягся, после чего достал из-под воды огромный стальной шар, матово-чёрного цвета. Шар достигал двух метров в диаметре и, без всяких сомнений, весил несколько десятков тонн. Вытащив шар, парень взялся за цепь на другой ноге. Вполне закономерно, что вскоре он вытащил на свет ещё один стальной шар, полную копию первого. Два литых стальных шара и около двух десятков метров якорной цепи — даже на самый скромный взгляд всё вместе весило не менее пятидесяти тонн. Обычная логика сделала ручкой и удалилась восвояси.

Отстегнув от ног «кандалы» парень хмуро оглядел покрасневшую кожу. Сказывался безумный вес стальных шаров, из-за чего «кандалы» безбожно натирали ноги, несмотря ни на какие подкладки. Устало вздохнув, он взялся за большой тюбик, приготовленный заранее и до поры до времени лежавший на «плавнике». Выдавив из тюбика полную ладонь противовоспалительной и заживляющей мази, он принялся растирать её по своей покрасневшей коже.

Закончив с мазью, он поднялся на ноги и прошёл по «плавнику» до небольшой лестницы, ведущей к двухстворчатым дверям корабля. Самое главное, что на одной из ступенек лежали заранее приготовленные полотенце и бинты. Усевшись на ступеньки и взяв бинты, он тут же принялся обматывать ими свои намазанные ноги. А завершив и эту процедуру, он вытерся полотенцем и, повесив его на шею, пошёл убирать своё «тренировочное оборудование».

Утащив стальные шары с цепями в недра корабля, на его самую нижнюю палубу, парень поднялся на четвёртый этаж, в свою комнату. Забросив полотенце сушиться на дверь шкафа, он достал из того же шкафа вешалку, на которой висел чёрный двубортный костюм с голубой рубашкой и чёрным галстуком. Облачившись в свой повседневный костюм, и надев чёрные тяжёлые ботинки, он придирчиво оглядел себя в зеркало. В ответ на него посмотрел голубоглазый блондин, правый глаз которого был скрыт длинной прядью волос, а левый глаз притягивал внимание странной завивающейся бровью. Небольшие усики под носом и черная бородка, вкупе с достаточно дорогим и элегантным костюмом, придавали ему вид этакого благовоспитанного джентльмена, что и близко не соответствовало реальности.

— Санджи, чёртов сопляк, немедленно тащи сюда свою бесполезную задницу!!! — разнёсся по всему кораблю рёв старика Зеффа, по совместительству бывшего пирата по прозвищу «Красноногий», нынешнего владельца ресторана «Барати» и главного шеф-повара упомянутого ресторана.

— Чёртов старик, — пробормотал блондин, он же идентифицированный Санджи.

Взяв с тумбочки, стоящей возле кровати, пачку сигарет и зажигалку, он вышел из комнаты и, прикинув откуда приблизительно донёсся крик «чёртового старика», направился в общий зал, по ходу дела прикуривая свою вторую за день сигарету. Первую он выкуривал едва ему стоило продрать глаза после сна.... а иногда и ещё раньше.

Даже не успев войти в общий зал ресторана, Санджи, благодаря гомону голосов, уже знал, что случилось нечто примечательное. И действительно, едва ему стоило раскрыть двустворчатые двери, как он увидел, что вокруг одного из круглых столов, за которым сидел старик Зефф, собрались абсолютно все работники знаменитого на всё Ист Блю плавучего ресторана. Почти четыре десятка человек возбуждённо гомонили, обсуждая, судя по всему, утреннюю газету.

— И какого чёрта вы устроили здесь такой переполох? — спросил Санджи, спускаясь вниз по ступенькам.

— Посмотри сам, чёртов сопляк, — раздался в ответ обычный, хриплый, недовольный голос старика Зеффа.

Столпившиеся возле стола люди расступились, поэтому парень без проблем прошёл к старику и взял протянутую ему газету. Надо признать, увидев довольную ухмылку «чёртового старика», газету он взял с изрядной опаской. Такая ухмылка никогда не предвещала ничего хорошего. Правда, Санджи не имел ни малейшего представления, каким образом новости, попавшие в крупнейшую газету в мире, могли относиться непосредственно к нему. Впрочем, тайна перестала быть тайной, едва ему стоило прочесть заголовок на передовице.

«Убийцы Пиратов» подняли пиратский флаг!

Под кричащим заголовком, главный редактор газеты поместил фотографию небольшой каравеллы с чёрными парусами, на которых был нарисован череп с перекрещенными костями и в соломенной шляпе. В Соломенной Шляпе! Санджи мгновенно проникся, тут же углубившись в чтение.

Большая часть написанного не представляла для него никакого интереса. В газете шли длинные описания всего того, что успели совершить «Убийцы Пиратов» за время своего существования. Однако об их различных «успехах» парень знал и без всякой газеты, причём знал с куда большими подробностями. Тем не менее, в статье рассказывалось о том, когда о них впервые начали говорить, когда они образовались, о составе их группы, и о том, кто, чем, и когда из них успел отличиться. Ещё больше места в статье заняло описание того, какие именно изменения произошли в Ист Блю с появлением упомянутой группы охотников на пиратов, давно уже успевших прославиться на весь мир. И, соответственно, какие опять могут произойти изменения, когда столь знаменитые охотники на пиратов сами стали пиратами.

«Хотя, как уже успела показать практика, новоявленный череп с костями, на их матово-чёрных парусах, никак не повлиял на отношение «Убийц Пиратов» к другим морским разбойникам» — писал журналист ответственный за статью, некий Риорд Драф, сильно прославившийся за последний год как раз за счёт того, что постоянно писал об «Убийцах Пиратов». — «Первым делом, что сделали новоиспеченные пираты после поднятия своего флага, так это устранили последний пиратский оплот в Ист Блю. Речь идёт о банде Арлонга, единственных пиратах-рыболюдях в Ист Блю, которые, как оказалось, вполне себе «жили и процветали». Они на протяжении долгих восьми лет высасывали все соки из жителей целого архипелага. Однако пиратской тирании пришёл конец: «Убийцы Пиратов» вырезали банду Арлонга под корень.

Как доложил Пудинг-Пудинг, — один из трёх контр-адмиралов Морского Дозора, которые были откомандированы для выяснения всех обстоятельств этого, безусловно, чрезвычайно громкого дела, — им не удалось найти тела только трёх рыболюдей. Тем не менее, по свидетельствам очевидцев, все трое были, как минимум, смертельно ранены. Получив ранения, они упали в воду, где их затем унесло подводным течением, из-за чего все пропавшие, почти наверняка, тоже мертвы. Так что можно уверенно заявлять, что банда Арлонга прекратила своё существование. К сожалению, в этот день своё существование прекратила не только банда Арлонга…»

Дальше речь пошла о капитане Нэдзуми, офицере, который ещё несколько дней назад был ответственен за шестнадцатое отделение Морского Дозора. Сначала журналист рассказал о том, как он стал непосредственным свидетелем «совершенно беспощадной расправы над дозорными, учинённой безжалостным «Убийцей Пиратов» Ророноа Зоро». Все слова были подкреплены соответствующими фотографиями, пусть и сделанными с очень большого расстояния. Тем не менее, они не оставляли ни малейшего сомнения в том, что всё произошло именно так, как было написано в статье. Однако как следует посмаковав все подробности «беспощадной расправы над дозорными», Риорд Драф, не особо выбирая выражений, принялся рассуждать на тему того, почему «Убийца Пиратов» вообще решил устроить упомянутую «беспощадную расправу». И тут вдруг сразу «всплыло» несколько весьма любопытных подробностей.

Так, например, самым первым делом выяснилось, что весь архипелаг, восемь лет находившийся под гнётом банды Арлонга, входили в зону ответственности того самого пострадавшего капитана Нэдзуми и его людей. Далее журналист рассказал читателям о том, что ранее Арлонг являлся частью другой пиратской команды. Он был одним из офицеров так называемых «Пиратов Солнца» под предводительством ныне покойного рыбочеловека — Фишера Тайгера. Более того, в той же самой команде состоял и знаменитый на весь мир Джимбей, ныне действующий Шичибукай на службе Мирового Правительства. Очень интересные и интригующие подробности.

После всего перечисленного, Риорд Драф задался вполне закономерным вопросом: «Не было ли игнорирование действий Арлонга связано с личностью Джимбея и его статусом Шичибукая?». Однако едва задав соответствующий вопрос, журналист сразу же вернулся обратно к Нэдзуми и его людям, которые явно жили на широкую ногу. Траты капитана и его команды заметно превосходили их официальные возможности. Как же так? Командование Морского Дозора тут же дало свой незамедлительный ответ, заверив многочисленных читателей, что «они обязательно во всём разберутся и накажут всех виновных, если таковые обнаружатся, по всей строгости закона». Риорд Драф ещё от себя добавил: «и если они ещё живы».

На этом статья, как таковая, закончилась, но, пожалуй, следующие несколько страниц были как бы не самыми важными в нынешнем выпуске. На них главный редактор поместил розыскные постеры всех «Убийц Пиратов». Обычно листовки с наградами шли отдельно, в комплекте с газетой, и такие, кстати, тоже были. Однако учитывая важность события, редакция газеты, по-видимому, посчитала не лишним добавить постеры непосредственно на страницы выпуска.

Самым первым, по вполне понятным причинам, был напечатан постер «Убийцы Пиратов» Ророноа Зоро, капитана новоявленной пиратской команды. Фотография, использованная для розыскного листа, была сделана ранним утром, на фоне восходящего солнца и наполовину потонувшего каркаса корабля, всё ещё продолжающего дымить. Чёрная бандана на голове, чёрные штаны, чёрные ботинки и тёмно-зеленый халат, верхняя часть которого была скинута, открывая вид на мускулистый торс мечника и огромный шрам, наискось протянувшийся от его левого плеча до правого бедра. Две чёрных катаны в руках и одна, белая, в ножнах на поясе. И, в качестве финального аккорда, гора трупов под ногами бывшего охотника, на которой он и стоял. Окровавленные тела однозначно принадлежали пиратам — это подтверждали соответствующие татуировки на многих трупах. Получился идеальный постер для человека с прозвищем «Убийца Пиратов».

WANTED

DEAD OR ALIVE

RORONOA ZORO

100.000.000

И хотя Санджи считал подобную награду полностью оправданной и заслуженной, он всё равно чуть не проглотил свою сигарету, когда её увидел. Сто миллионов — это совсем не шутки. Сто миллионов — это веха. Среди наград таких вех было несколько, но самой первой всегда считалась именно награда равная или превышающая сто миллионов белли. Подобная награда показывала, что её владелец обладает совсем не шуточной силой и, самое главное, имеет потенциал со временем стать ещё более опасным. Чтобы было понятнее, пират с наградой в девяносто девять миллионов может быть в несколько раз менее опасным, чем пират с наградой в сто миллионов.

Как уже говорилось, сто миллионов — это веха. Некоторые пираты, добравшиеся до девяноста миллионов, могли потратить всю оставшуюся жизнь, но так и не переступить заветный рубеж. Тут уже не играло роли, сколько он там разграбил городов и деревень, сколько потопил кораблей и сколько убил человек, вознаграждение за него всё равно не росло. У капитанов с наградой за голову равной или превышающей сто миллионов, от таких действий, награда будет только увеличиваться, а вот у тех нет. И всё потому, что у них и их команд нет соответствующего потенциала. Потенциала стать когда-нибудь, в будущем, действительно опасными. Обычно команды, под предводительством таких капитанов, либо становились жертвами других пиратов, либо заканчивали в тюрьме или на плахе. Всё-таки девяносто миллионов белли или около того — достаточно большая награда, чтобы командование Морского Дозора не могло просто закрыть глаза на действия таких команд.

Следующей вехой, после ста миллионов, считалась награда превосходящая триста миллионов, но многократно возрастала сложность повышения такой награды. Было не так уж и сложно (относительно) добраться от ста миллионов до трёхсот миллионов, а вот увеличить свою награду после получения заветных трёхсот миллионов было на порядок сложнее, чем преодолеть расстояние от девяносто миллионов до ста. Награды свыше триста миллионов получали только элитные пираты. Такие пираты, которые, своими действиями, вполне могли вдохновить следующие поколения пиратов. Лучшие из лучших среди всех своих конкурентов или, если говорить одним словом, «Элита».

Тем не менее, существовал ещё один заметный рубеж — пятьсот миллионов. Пираты с соответствующими наградами являлись живыми легендами, обязательно оставляющими свой след в истории. Конечно, не всегда подобные «следы» говорили о чём-то грандиозном, но, можно было однозначно сказать, что такого человека просто так не забудут. Пятьсот миллионов и выше — это потенциальные Йонко и Короли Пиратов. Или правильнее будет сказать, что у таких пиратов было больше всего шансов заполучить соответствующие титулы. Так называемая «Элита Элит» или, если так можно сказать, «Пиратская Аристократия». Миллиард бели и выше — это уже не потенциал, а уровень самых сильных действующих генералов Йонко. Уровень «Правителей» или даже «Королей» Нового Мира.

Вот и получалось, что знаменитый «Убийца Пиратов», первой же своей наградой, взял одну из самых значительных вех, если говорить о вознаграждениях за головы пиратов. Кроме того, журналист, явно решив подлить масла в огонь, прямо под постером, любезно сообщил всем заинтересованным, что Ророноа Зоро установил новый рекорд среди всех современных пиратов. До него обладательницей самой большой первой награды значилась «Императрица Пиратов» Боа Хэнкок — Самая Красивая Женщина в Мире и действующий Шичибукай на службе Мирового Правительства. В своё время за неё дали восемьдесят миллионов белли, что тоже наделало немало шума, особенно учитывая её личность.

И хотя можно было бы поспорить, что «Убийца Пиратов» получил свою известность не моментально, а работал над своей репутацией на протяжении нескольких лет, факт оставался фактом — его первая награда стала крупнейшей первой наградой среди всех ещё живых пиратов и второй в истории. На первом месте прочно умостился Фишер Тайгер со своими двухсот тридцатью миллионами, но так и получил он их на Гранд Лайне, а не как Зоро, в слабейшем море из всех. Море, где до этого самой крупной наградой считалась награда, назначенная за голову Арлонга, и которая составляла «жалкие» двадцать миллионов белли…. Пардон, за «Клоуна» Багги и чуть менее «жалкие» тридцать миллионов. В общем, тут действительно было с чего удивляться.

Следующими, после Ророноа Зоро, шли постеры Джонни «Отрывателя Голов» и Йосаку «Мясника». Фотографии лёгшие в основу их розыскных листовок без всяких сомнений были сделаны в то же самое время, что и фотография «Убийцы Пиратов». Однако если сначала, увидев фото Зоро, Санджи только заподозрил «грязную игру», — слишком уж удачным получился снимок, идеально подходящим под прозвище мечника, — то затем, увидев фотки Джонни и Йосаку, он с уверенностью мог сказать, что всё это была Его работа. Заранее позаботиться о фотографиях к розыскным постерам, чтобы они соответствовали Его вкусу? Это точно было в Его духе!

Так Джонни, на фото, был одет в своё неизменное белое кимоно с оборванными рукавами и красной повязкой на лбу. С ног до головы заляпанный чужой кровью, он стоял в окружении тел с оторванными головами. В свою очередь, Йосаку, на другом фото, был одет в своё неизменное красное кимоно с оборванными рукавами, также заляпанное в чужой крови. Держа в руках два окровавленных меча, он стоял в окружении того, что когда-то было людьми, а теперь лишь их многочисленными кусками. Другими словами, фотографии на постерах Зоро, Джонни и Йосаку идеально подходили к их прозвищам. Обычным совпадением такое быть не могло, поэтому Санджи ни на мгновение не усомнился, что все эти фотографии были сделаны при Его участии. И постеры. И, даже, пожалуй, награды. Парень ничуть не сомневался, что Он примерно на такой исход и рассчитывал. По-другому просто быть не могло.

Кстати о наградах.

WANTED

DEAD OR ALIVE

JOHNNY

50.000.000

И ещёодна:

WANTED

DEAD OR ALIVE

YOSAKU

50.000.000

Два неразлучных друга и тут не изменили себе, умудрившись заполучить за свои головы абсолютно одинаковые награды. С другой стороны, Санджи знал, что парни всегда сражались вместе, поэтому в подобном исходе не было ничего удивительного. К тому же они уже достаточно долго занимались охотой на пиратов, из-за чего практически любой заинтересованный представитель власти мог легко узнать о том факте, что, по силе, они всегда находились на одном уровне. Принимая во внимание, что Джонни и Йосаку старались никогда не отставать друг от друга, в будущем, как сильно подозревал Санджи, подобная «синхронизация» должна будет случиться ещё неоднократно. В смысле, парни почти наверняка будут и дальше получать одинаковые награды или разница между их наградами обещала быть минимальной. Уж в чём-чём, а в этом точно не могло быть никаких сомнений.

И всё-таки пятьдесят миллионов для Ист Блю выглядели неслабо… это если мягко сказать. Нельзя было забывать о двух крайне важных фактах. Во-первых, средняя награда в Ист Блю составляла всего три миллиона белли. Соответственно Джонни и Йосаку сходу превзошли среднюю награду почти в двадцать раз, а Зоро, в свою очередь, более чем в тридцать раз. Во-вторых, что было ещё важнее, все три человека состояли в одной команде. Для того, чтобы подмять под себя всё Ист Блю вполне хватило бы и одного пирата с наградой в пятьдесят миллионов, а тут целых два «полтинника» в прямом подчинении полноценного «стольника». В глазах общественности, Зоро справедливо мог считаться Королём Пиратов, пусть и только пиратов Ист Блю… Которых, правда, его же стараниями, вообще не осталось. Во всяком случае, достойных упоминания точно. С другой стороны, мало ли что там считала себе общественность? В отличие от различных неосведомлённых идиотах, Санджи прекрасно знал реальное положение дел! Если кого и можно было назвать Королём Пиратов Ист Блю, то точно не Зоро.

Раскрыв газету на следующей странице, парень почувствовал, как его рот мгновенно наполняется слюной, а затем и переполняется. Задышав не хуже загнанной собаки и начав обильно капать слюнями на пол, он в один момент растерял весь свой джентльменский вид, влюблёнными глазами уставившись на ещё один постер. В отличие от трёх предыдущих, занимавших лишь по одной странице, новая наградная листовка была ровно в два раза больше и занимала целый разворот. И Санджи полностью поддерживал подобный подход! В конце концов, кого вообще могла заинтересовать какая-то жалкая тройка пиратов? Таких идиотов, на том же Гранд Лайн, словно грязи! И с наградами там покруче, иногда в несколько раз! Так что можно было о них совсем не писать, а освободившееся место использовать с куда большим толком, например, добавить ещё два-три постера с «Королевой» помимо основного! И Санджи ничуть не сомневался, что так думал не он один! Такой красоты должно быть много.

На своём постере Нами, в цветастом бикини чем-то напоминающий разноцветный мармелад, расслабленно лежала на пляжном лежаке. На макушке у неё красовались очки, а волосы были распущены и только самый конец собран в толстую косу, перекинутую через плечо и покоящуюся прямо между двух её крайне соблазнительных холмов. Отрезки ткани, ответственные за сокрытие её груди, как и в случае со всеми остальными купальниками, в которых Санджи доводилось видеть свою личную Богиню, — вот прямо так, без всяких кавычек и с большой буквы! — едва справлялись со своей работой. Это была своеобразная закономерность, против которой блондин как раз таки и не был против. Одна нога Нами была вытянута, а другая согнута в колене, её левая рука покоилась на подлокотнике лежака, тогда как в правой руке она держала бокал с каким-то пляжным коктейлем. Во время снимка она явно обернулась в сторону фотографа, поэтому у любого человека, смотрящего на постер, невольно создавалось впечатление, словно её нежный взгляд и чарующая улыбка предназначались именно ему. Неподготовленного человека постер мог сразить наповал!

Справедливости ради нужно признать, что розыскные листы остальных «Убийц Пиратов», также гарантированно могли сразить наповал, только по совсем другим причинам. Глядя на фотографии Зоро, Джонни и Йосаку, невольно складывалось впечатление, что все три «маньяка» смотрели прямо на того, кто держал их постеры в руках, и прямо-таки открыто говорили: «Ты следующий!». Вроде как: «Хочешь получить награду за мою голову? Тогда посмотри внимательнее на постер, и хорошенько подумай ещё раз!». Санджи даже невольно стало интересно, кто вообще разрешил напечатать подобные постеры? С фотографией его Богини всё было предельно ясно: такой снимок просто не могли не пропустить в печать! Однако с фотографиями парней всё казалось не так однозначно.

Учитывая, как долго «Убийцы Пиратов» оставались на слуху, и насколько часто попадали в газеты, то без всяких сомнений можно было найти куда менее угрожающие снимки. Санджи немедленно заподозрил очередную грязную игру, пусть даже совсем не представлял, как Он мог провернуть нечто подобное. В конце концов, окончательные решения по наградам и постерам принимались в штаб-квартире Морского Дозора, и весьма высокопоставленными офицерами. На таком уровне практически полностью исключалась возможность решить вопрос обычной взяткой. Тем более штаб-квартира Морского Дозора располагалась на Гранд Лайне, что тоже добавляло проблем. С другой стороны вера Санджи в Него была выше обычной логики. Парень был уверен, что Он точно мог провернуть нечто подобное.

Засмотревшись на фотографию своей Богини, Санджи даже не сразу обратил внимание на её награду. Надо заметить, награда, назначенная за девушку, выглядела несколько символичной.

WANTED

ONLY ALIVE

NAMI

20.000.000

Всего несколько дней назад, именно такой наградой за свою голову мог похвастаться ныне покойный Арлонг. И, опять же, всего несколько дней назад подобное вознаграждение заняло бы вторую строчку во всём Ист Блю, а теперь такая награда стоила только пятого места… или четвёртого? Всё-таки на втором месте обосновалось сразу два человека… а может быть тогда вообще третьего? Багги стоил тридцать миллионов, но, в последних выпусках различных местных газет, говорилось, что он вроде как уплыл на Гранд Лайн, из-за чего он автоматически выбыл из списков пиратов действующих в Ист Блю.

Впрочем, на чрезвычайно предвзятый взгляд Санджи, двадцать миллионов или нет, подобная награда за Нами была полной брехнёй! За Богиню оскорбительно давать даже двадцать миллиардов, не говоря уже о жалких двадцати миллионах! Богиня — она бесценна! И, вероятнее всего, так считал не он один. От его внимания не ускользнул факт того, что с постера Нами убрали слово «DEAD». Всё правильно! Богиня заслуживает только «ONLY ALIVE» и ничего кроме «ONLY ALIVE»! Это пиратов как грязи, а вот Богиня только одна!

Под постером шло дополнительное пояснение, что за мёртвую девушку денег не дадут вообще. Также редакция поясняла, что, когда настало время выбирать между «Королевой Монстров» и «Королевой Милосердия», после продолжительных дебатов, её официальным прозвищем стало просто «Королева». «Королева Пиратов» Нами. Вроде как по принципу «Императрица Пиратов» Боа Хэнкок. Заодно, как бы невзначай, был поставлен вопрос: а кто же из них красивее? В конце концов, «Императрица» уже давно находилась на пике своей красоты, а вот «Королеве», по причине возраста, всё ещё только предстояло взобраться на этот самый пик. Принимая во внимание, что «Королева» уже сейчас обладала внешностью вполне сопоставимой с внешностью «Самой Красивой Женщины в Мире», то всё это невольно заставляло задаться соответствующим вопросом.

Вообще, о Нами было написано как бы не на целый порядок больше, чем о Зоро, Джонни и Йосаку. Причём, написано таким образом, что единственным отрицательным фактом в её биографии стал факт принадлежности к «Убийцам Пиратов». В дополнение ко всему прочему, информация была подана в таком ключе, что невольно создавалось впечатление, словно, став пиратом, «Королева» лишь слегка оступилась. Типа, с кем не бывает? Поэтому теперь ей вполне достаточно принести формальные извинения, чтобы вознаграждение за её голову оказалось немедленно отозвано. После такого Санджи ещё больше зауважал журналиста, ответственного за статью, и его редакторов — вот это правильный подход! Богинь надо ценить!

Однако едва стоило парню, с большой неохотой, перелистнуть страницу с постером своей Богини, как он увидел уже совершенно другую статью, никак не относящуюся к «Убийцам Пиратов». Все его уважительные чувства тут же испарились без следа. Вместо этого его глаза мгновенно налились кровью.

— Эти идиоты… Эти слабоумные идиоты… Эти слабоумные тупоголовые идиоты! Они что, так до сих пор ничего не поняли?!! — газета в руках Санджи явственно затряслась, а все окружающие его люди, не считая старика Зеффа, благоразумно отошли на безопасное для себя расстояние.— Как можно было пропустить Его?! Столько понаписать и всё равно умудриться упустить самое главное?! Идиоты!!!

Довольный Зефф провёл рукой по своим торчащим в разные стороны усам, закрученным в косички. Смотря на вспыхнувшего огнём парня, — в буквальном смысле вспыхнувшего! — и тут же моментально погаснувшего, когда он понял, что безвозвратно умудрился спалить газету с фотографией своей Богини, старый пират не мог перестать улыбаться. Так «ненавидимый» Санджи человек вызвал у бывшего капитана почти полностью противоположные чувства. Он понятия не имел, откуда мог взяться подобный Монстр в здешних водах, но зато прекрасно понимал, что фраза про чертей в тихом омуте появилась очень давно и совсем не просто так… Правда, речь скорее шла не столько о чертях, сколько о полноценных демонах, даже Демонах Ада. Вернее, Демон сначала был только один, но потом он воспитал другого, и уже вдвоём они принялись натаскивать остальных.

Зефф за свою жизнь повидал многое, в том числе и самых разнообразных людей, включая настоящих легенд. Тем не менее, даже он ещё никогда не сталкивался с кем-то подобным. Самый главный «Убийца Пиратов» всегда действовал из тени, что ничуть не мешало ему, словно огромному спруту, оплести своими «щупальцами» буквально всё Ист Блю. Старый пират, сейчас вполне довольный своей жизнью шеф-повара на своём плавающем ресторане, когда-то всё-таки тоже был самой настоящей легендой, поэтому он отлично знал, как устроен этот мир. И если он вдруг хотел что-то о ком-то узнать, то он просто брал и узнавал, но не в тот раз.

Когда Монстр заявился в ресторан в самый первый раз, Зефф, надо признать, оказался одурачен, как и все остальные. Тогда его куда больше заинтересовал человек, уже довольно продолжительное время считавшийся сильнейшим мечником Ист Блю. И едва ему стоило увидеть знаменитого «Убийцу Пиратов», как он мгновенно понял, что все слухи и близко не передавали всей правды. Юнец по имени Зоро не мог считаться сильнейшим мечником Ист Блю! Только не тогда, когда он им был! Но даже этот факт не мог передать всей полноты картины.

Зефф, в тот день, был сильно озадачен тем, откуда такой сопляк мог не только узнать о Воле, но ещё и научиться ей пользоваться, несмотря на свой сопливый возраст. На такого человека легко натолкнуться на Гранд Лайн, особенно в Новом Мире, но встретить подобного человека в Ист Блю? Слабейшем море из всех? Тем не менее, факты, как это всегда с ними и бывало, говорили сами за себя. И пусть Зоро, на момент их самой первой встречи, овладел только самыми основами Воли, даже этого оказалось достаточно, чтобы вывести его на уровень местного Бога. Пираты, обладающие Волей, стоили от ста миллионов и выше, и обычно владели только одним типом, а Зоро умудрился овладеть сразу двумя. Это настолько сильно превосходило средний уровень Ист Блю, что Зефф просто не мог не заинтересоваться подобным человеком.

Первым делом он, что вполне естественно, поинтересовался происхождением мечника. Зоро, изначально показавшийся старому пирату не слишком разговорчивым, именно таким и оказался. Однако старый пират быстро выяснил, что парень был совсем не дурак выпить. Саке, как таковое, его не интересовало, а вот предложенное вино и ром были приняты с большим энтузиазмом, поэтому разговор сразу наладился. О своих родителях Зоро ничего так и не рассказал, а вот про своего учителя и его школу поведал вполне достаточно, чтобы Зефф сделал соответствующие выводы. Как он понял, учитель парня представлял собой весьма эрудированного, более-менее сильного и явно заслуживающего уважения мужчину, но ни о каком обучении Воли и речи не шло. И после долгих расспросов, замаскированных под обычный разговор, старый пират всерьёз начал подозревать, что видит перед собой уникума. Мог ли Зоро сам открыть в себе соответствующие способности? Такое вполне было возможно, хотя и случалось чрезвычайно редко. Однако прежде чем Зефф, в тот день, решился спросить напрямую, его внимание к себе ещё один сопляк.

Откровенно говоря, на фоне такой загадки, как лучший мечник Ист Блю, с его чётко ощущаемой Волей, старый пират почти сразу забыл о том, что Зоро приплыл не один. Его спутник хоть и привлекал к себе изрядное количество внимания своим громким голосом, смехом и буквально светящейся от счастья рожей, самого Зеффа никак не заинтересовал. И это несмотря на футболку настолько пёстрой расцветки кислотного цвета, что едва кровь из глаз не шла от одного только взгляда на неё.

В плане личной силы, как тогда посчитал старый пират, парень не представлял собой ничего выдающегося. Не особо сильный, но и не слишком слабый. Если говорить по правде, Зефф вообще не смог должным образом оценить его силу. Возможно, всё дело было в сильной разнице между поведением и личной силой? Бьющая фонтаном жизненная сила мешала должным образом прочувствовать его обычную силу? До того дня старый пират ещё никогда не сталкивался с подобным феноменом. Вероятнее всего, при других обстоятельствах, он бы определённо оказался заинтригован, но тогда напротив него сидел мечник, который интересовал Зеффа куда сильнее необычных феноменов. Всё-таки и сам Зоро был тем ещё феноменом.

В общем, потратив на оценку «шумного парня» пару десятков секунд, попутно сделав несколько предположений и придя кое к каким выводам, Зефф тут же потерял к нему почти всякий интерес. Пусть не совсем обычный, но всё тот же типичный балабол, таскающийся за своим сильным товарищем — сколько таких было и сколько ещё таких будет! Так что старый пират оказался совершенно не готов к виду «Летающего Санджи», тело которого, пролетев прямо над его головой, проломило одну из стен ресторана и вылетело на улицу.

В тот день в помещении сразу же повисла звенящая тишина. Нет, дело было не в самом факте драки, — они в «Барати» происходили постоянно, — сколько в её результате. Зефф, конечно, любил отвешивать Санджи пинки, называя его слабаком и неучем, но, по сути, мелкий сопляк был вторым по силе человеком в ресторане. И он никогда не проигрывал в драке с посторонними. Ни в одной. Однако, в тот раз, больше всего старого пирата удивил противник Санджи, оказавшийся не кем иным, как «шумным спутником» Зоро. И ещё всего минуту назад, Зефф, без всяких раздумий, поспорил бы с кем угодно, что Санджи легко запинает этого паренька за две-три секунды. Более того, дальше ситуация не только не прояснилась, а наоборот, начала становиться всё чудесатее и чудесатее. Тогда старый пират ещё не знал, что если где-то неподалёку находится самый главный «Убийца Пиратов», такое положение вещей становится нормой.

Вполне естественно, что Санджи, несмотря на весь свой впечатляющий полёт, буквально через минуту, снова оказался внутри ресторана, пусть и мокрый с головы до ног. Зефф сам, едва ли не ежедневно, отправлял парня полетать в воду, схожими по силе ударами, поэтому того таким было не свалить.

О том, из-за чего начался весь сыр-бор, старый пират узнал только тогда, когда Санджи вернулся к столу, за которым пировал паренёк в шляпе. Оказалось, что тот не только проявил неуважение к его готовке, но ещё и к самой еде. Такое действительно нельзя было спускать с рук — в этом Зефф был целиком и полностью на стороне своего «чёртового сопляка»! Проблема заключалась в том, что, несмотря на его гнев, всё ногомахательство Санджи оказалось бесполезным.

«Болтливый спутник Зоро», не переставая сыпать оскорбления в адрес готовки парня, ресторана и остальных поваров, без всяких проблем отбивался от всех атак разъярённого кока… Хотя, вряд ли было уместно использовать слово «отбивался». Судя по тому, что видел Зефф, паренёк в шляпе для блокирования ударов «чёртового сопляка» прилагал меньше усилий, чем среднестатистический человек, когда отгонял от своего лица назойливую муху. Ещё примечательно, что при этом он не переставал есть и умудрялся отчётливо говорить даже с полным ртом! И это, вроде как, было совершенно невозможно. Для того, чтобы такое стало возможным, паренёк в шляпе должен был быть очень сильным, — точнее не слабее Зоро! — а он таким не ощущался. Однако, прежде чем Зефф тогда сумел хоть как-то объяснить себе происходящую на его глазах картину, с ним заговорил его «собутыльник».

— Старик, мне понравилось вино и ром, поэтому даю тебе шанс самому угомонить своего повара, — сказал ему Зоро. — Иначе я его сейчас сам убью.

— Зачем? — усмехнулся Зефф, проведя рукой по своим торчащим в разные стороны усам-косичкам. — По-моему, твоему человеку помощь не требуется, — добавил он, не отрывая взгляда от «драки». — Он у тебя довольно силён.

— Дело не в силе, а в гордости, — губы мечника искривились в подобии улыбки. — Твой повар нападает на моего капитана, и я, как его первый помощник, просто не могу проигнорировать подобное… непочтение.

— Он… он твой капитан? — Зефф невольно перевёл свой взгляд на сидящего напротив него парня. — И как же так получилось?

Он прожил достаточно долго, и повидал столько всего, сколько другим и за десяток жизней было не повидать. Именно поэтому такое неожиданное заявление не оказалось для него таким уж сильным потрясением, но однозначно заставило удивиться.

— Я просто однажды наткнулся на него и помешал ему рыбачить, за что тут же был избит, а потом оно как-то само так сложилось, — слегка пожал плечами Зоро.

Принимая во внимание его силу, и насколько легко он сознался в том, что кто-то его избил, Зефф незамедлительно встал из-за стола, чтобы остановить «драку» Санджи. Мелкий сопляк часто раздражал его настолько сильно, что словами не передать, но старый пират давно уже относился к нему так, как относился бы к родному сыну, если бы в своё время обзавёлся таким. Зефф не мог позволить, чтобы его бестолкового сына убили. Да, убили. При условии правдивости всего услышанного, — а врать причин у Зоро не было, — ничем другим действия Санджи закончиться в принципе не могли. Парень в шляпе выглядел так, словно его забавляли все действия «чёртового сопляка», но Зефф на собственном опыте знал, насколько может быть изменчиво настроение подобных людей. Пусть действия Санджи пока его забавляли, старый пират не мог гарантировать, сколько продлится такое снисходительное отношение. «Чёртов сопляк» мог умереть как через секунду, так и не умереть вообще.

Резко поднявшись из-за стола, Зефф не успел ступить и шагу, как парень в шляпе обозначил свои намерения касательно Санджи. Надо признать, обозначил он их довольно впечатляющи образом. Сначала раздался громкий хлопок, а затем металлический лязг и звук падения. Старый пират удивлённо посмотрел на рухнувшего со стула Зоро. Один из мечей, извлечённый из ножен и выставленный в защитном жесте перед его лицом, а также забренчавшая по полу вилка, сразу же рассказали Зеффу всё, что ему нужно было знать… или почти всё. В тот день, и в тот момент, он вот так вот сразу не смог решить, обладал ли парень в соломенной шляпе каким-то фруктом, способным укреплять различные материалы, или всё-таки воспользовался Волей Вооружения. Обычная логика подсказывала Зеффу, что парень с куда большей вероятностью обладал соответствующей силой Дьявольского Фрукта, нежели был способен использовать Волю. Однако приняв во внимание слова и силу Зоро, конкретно в тот раз, вариант с Волей Вооружения показался старому пирату намного более реалистичным. Хотя он и добавлял куда больше вопросов, чем ответов.

— Зоро, ты идиот, нафига мне убивать нашего кока? — паренёк в шляпе говорил не особо громко, но его радостный голос отчётливо можно было услышать в каждом уголке общего зала. — Лучше иди сюда, познакомься!

Зоро послушно подошёл и познакомился, после чего Зефф, а вместе с ним и все остальные работники «Барати», стали свидетелями зарождения самых странных отношений из всех, какие им только доводилось видеть.

Глава 11. Санджи. Часть 2

Во-первых, в тот же вечер все они узнали, что знаменитый охотник на пиратов сам стал пиратом… при этом он, фактически, всё равно продолжал оставаться охотником на пиратов. Впрочем, если не считать Санджи, то все работники «Барати», — в смысле, вообще все, — когда-то сами были пиратами, поэтому конкретно это открытие их не удивило. Хотя заметить иронию, в сложившейся ситуации, смогли даже самые последние тугодумы.

Во-вторых, Луффи, он же Монстр, сходу отвалил Зеффу сто миллионов белли, — сто чёртовых миллионов!!! — за Санджи. В смысле, чтобы старик позволил ему забрать блондина на несколько недель, максимум на один-два месяца. Понятно дело, что Санджи тогда и пикнуть не успел, как оказался связанным и брошенным в лодку Луффи и Зоро. Пати и Карне, — два кока-старожила, появившиеся в ресторане едва ли не с первого дня его открытия, — расчувствовались настолько, что помахали платочками вслед уплывающей лодке, желая счастливого пути. Громкое и возмущённое мычание «проданного» парня, все они, включая Зеффа, дружно проигнорировали. Ещё бы, за сто-то миллионов!

В следующий раз они увидели Санджи только через полтора месяца и, на первый взгляд, он ничуть не изменился, но в действительности всё оказалось совсем иначе. После его возвращения, народ довольно быстро понял, что отныне к нему лучше не подкрадываться. Захваченный врасплох парень стал представлять нешуточную угрозу для жизни окружающих его людей. Кроме того, у него, на кухне, появился свой угол. Остальным кокам хватило одного-единственного закипевшего чайника пробившего стену, снесенного молниеносным ударом ноги, чтобы сделать правильные выводы.

Санджи вообще стал крайне нервно реагировать на любые громкие звуки, но свист пара из носика чайника мгновенно превращал его в параноидальную и абсолютно неконтролируемую Машину Смерти. В некоторые дни, от соответствующего звука, он не просто подпрыгивал на месте или начинал махать ногами, а бросался на пол или пытался спрятаться, совершенно сумасшедшим взглядом оглядываясь по сторонам. Ещё иногда он начинал бормотать про какой-то паровозик, и что он его никогда не догонит. Потом он обычно спохватывался, после чего начинал сам себя успокаивать, приговаривая, что никакого паровозика нет, и быть не может. Никто никогда не понимал, причём здесь какой-то паровозик, но народу хватило одного-единственного раза, чтобы больше никто не рисковал о нём спрашивать. Как выяснилось на деле, по сравнению с упоминанием паровозика, который смог, — «Не смог, а смог!!!» — реакция Санджи на свист закипевшего чайника была лишь немного нервной, и ничего более.

Однако народ всё равно ни о чём не жалел!

Да, парень стал «немножечко» нервным, и у него появилось несколько дополнительных заморочек, — читай фобий! — ко всем уже имевшимся, но кого вообще волновали такие мелочи? Самое главное, что его «жертва», — или тут можно без кавычек? — не оказалась напрасной! На деньги, полученные за его «продажу», — или тут кавычки тоже не нужны? — удалось обновить не только всю кухонную утварь, и купить давно желанные приспособления для готовки особо экзотических блюд. Также было обновлено всё внутреннее убранство ресторана, а сам ресторан претерпел значительные изменения, подвергшись глубокой реконструкции вплоть до увеличения количества этажей! В результате «Барати» стал выглядеть точь-в-точь как один из дорогостоящих фешенебельных ресторанов, где стакан воды стоил в десять раз дороже, чем самое дорогое блюдо в меню самого «Барати». И пусть Зефф не гнался за престижем, но и ему не было чуждо чувство тщеславия. Старый пират не мог нарадоваться на свой обновлённый ресторан! Как и все остальные его работники.

После того, как была завершена реконструкция, а список доступных блюд увеличился едва ли не на порядок, приток посетителей начал увеличиваться практически день ото дня. Довольно быстро дошло до того, что пришлось выделять несколько столиков для бронирования, в чём раньше не было никакой нужды. И, наконец, появились официанты, которые не пытались сбежать после первой же смены, из-за всех этих постоянных драк. Собственно, и самих драк стало заметно меньше. Обстановка перестала располагать. Горбатых, правда, только могила исправит, поэтому совсем драк было не избежать. Только не тогда, когда все коки, во главе с их хозяином, бывшие пираты.

На таком фоне, совсем неудивительно, что когда перед Зеффом опять появился Луффи с ещё одним чемоданом денег, — при том факте, что от первых ста миллионов, несмотря на все траты, осталось ещё порядка четверти, — старый пират лично вырубил Санджи ударом ноги. Тем более никто другой в ресторане просто не смог бы проделать то же самое. Парень и раньше был сильнее всех, а после поездки с Луффи, его и без того немалая сила возросла в несколько раз. И это была ещё одна причина, почему Зефф так спокойно «продал», — всё-таки с кавычками или нет? — Санджи во второй раз. Чёртов сопляк, конечно, стал немного нервным, но это тоже шло ему на пользу! В таком мире как их, безопаснее было быть чуточку параноиком… или пусть даже не чуточку. Ну а то, что после своего повторного возвращения, — в этот раз всего лишь через месяц, — Санджи увлекся созданием маленьких соломенных кукол, в подозрительно знакомо выглядевших соломенных шляпах, в которые он по вечерам со странным смехом забивал гвозди, так это ничего страшного. За свою жизнь Зеффу довелось повидать и не такое. Другие, правда, не желали принимать подобную точку зрения, из-за чего во все комнаты были установлены дополнительные замки, поэтому, случись чего, и Санджи так просто было до них не добраться.

Такие вот своеобразные отношения продолжались уже на протяжении… мда… около двух лет. С периодичностью в несколько недель, Луффи и Зоро стабильно появлялись в дверях «Барати», после чего первый тут же принимался доставать Санджи. Зачастую они проводили в ресторане два-три дня, иногда с кем-нибудь встречаясь, — точнее Луффи с кем-то встречался, и зачастую весьма тёмными личностями, — после чего парочка охотников-пиратов снова уплывала. После их отплытия, иногда прямо на следующий день, во всех местных газетах, — порой и мировых, — появлялась очередная статья о том, как «Убийца Пиратов» разобрался с очередным пиратом. Или целой пиратской командой. Иногда и вовсе с целым пиратским альянсом.

Где-то по прошествию полугода, после первого появления Луффи и Зоро в дверях ресторана, рядом с парнями появились Рю, — который, по каким-то никому не ясным причинам, сначала упорно называл себя Джонни, — и Йосаку, после чего в заголовках газет, наряду с именем Ророноа Зоро, замелькали и их имена. Вскоре после их присоединения, люди всё чаще и чаще стали упоминать прозвище «Убийцы Пиратов», а затем оно и вовсе прокралось на страницы газет, после чего приобрело официальный статус.

Затем, ещё немного погодя явилась личная Богиня Санджи.

Сначала, как Зефф честно мог признать, Нами была самой обычной девчонкой. Совсем не дурнушкой, но и точно не умопомрачительной красоткой, ради которой стоило бы терять голову. Нами подводил возраст. По ней сразу было понятно, что она пять минут, как перестала быть подростком. Однако возраст подводил её совсем не долго, совсем не долго. Зефф сейчас даже не мог точно сказать, каким образом получилось так, как получилось. Первые три месяца она хоть и хорошела день ото дня, — без всяких шуток, так оно и было! — тем не менее, никакой сверхъестественности. Девочку целенаправленно тренировали, поэтому изменения просто не могли не быть. Да и возраст сказывался — девчонка-пять-минут-как-не-подросток стремительно превращалась в прекрасную юную девушку.

Всё случилось примерно на четвертый месяц с момента появления Нами, когда вся их команда, — или семья, как они предпочитали себя называть, — не появлялась в «Барати» целый месяц. Зато когда они появились, Санджи пришлось делать переливание крови, так много он её потерял, когда увидел свою любимую «Нами-суан», которая в тот день, в один момент, превратилась для него в его личную Богиню… И если говорить начистоту, то не только в его.

Каким-то образом, всего за один месяц, Нами умудрилась скакнуть от «прекрасной юной девушки» до… до той самой Богини. Обычные люди настолько красивыми быть просто не могли, не могут и никогда не смогут. Спустя всего неделю, газеты разродились её новым прозвищем: «Королева Монстров». И Зефф совершенно искренне думал, что он, вероятно, единственный человек во всём Ист Блю, кто действительно понимал, насколько заслужено новое прозвище Нами. «Убийцы Пиратов» действительно были сборищем Монстров. И такими они могли считаться не только по меркам слабейшего Ист Блю, но и первой половине Гранд Лайна, пусть даже там это было уже не столь однозначно.

— Этот ублюдок… он скоро будет здесь, — голос Санджи вывел Зеффа из его задумчивости. — Я должен подготовиться… Я должен как следует подготовиться, чтобы прекратить всё это раз и навсегда, — он принялся неразборчиво бормотать себе под нос. — Этот ублюдок скоро будет здесь, а я всё ещё не готов… Тренироваться, мне нужно больше тренироваться, — не переставая бормотать, он двинулся к выходу какой-то пьяной, шатающейся, походкой. — Подготовиться… я должен подготовиться…

Все собравшиеся, проводив взглядами явно невменяемого парня, дружно повернулись к Зеффу.

— Ну что опять? — посмотрел на них старый пират.

— С ним точно всё будет нормально? — спросил один из коков.

— Сколько вам раз можно говорить, чтобы вы перестали обращать на него внимание? Чёртов сопляк просто любит всё излишне драматизировать… чёртов мелкий баклажан!

И тем не менее, следующие несколько дней, после выхода статьи, не считая Зеффа, все старались держаться от Санджи подальше. Потому что большую часть времени он выглядел как полный психопат, а меньшую часть как самый обычный психопат. Сигареты он в эти дни изо рта вообще не вынимал. Едва ему стоило докурить одну, как он тут же начинал другую. Народ готов был поклясться, что парень курил даже во сне… когда он вообще спал. Несколько раз, его ежевечерняя тренировка плавно перетекала в утреннюю. Так что, к моменту появления Луффи, — появлению столь предсказуемому сколь и неизбежному, — Зеффу пришлось запретить Санджи появляться днём в главном зале «Барати» — он своим безумным видом распугивал всех клиентов!

Луффи вошёл в ресторан именно так, как от него все и ожидали, благо подобным образом он издевался над Санджи уже на протяжении целого года. Но всё равно нельзя было не признать, что в этот раз он умудрился переплюнуть самого себя. Когда Луффи, около года назад, таким жестоким образом решил поиздеваться над Санджи в самый первый раз, юных красоток в его окружении насчитывалось всего пять штук. Затем их число, от визита к визиту, постепенно начало увеличиваться, и в предпоследний раз достигло пятнадцати. Сейчас? Двери ресторана раскрылись, и внутрь хлынул целый поток самых разнообразных девушек, — блондинки, брюнетки, шатенки, розоволосые, синеволосые, зелёноволосые, голубоглазые, кареглазые, черноглазые, высокие и невысокие, стройные и не очень, — как говорится, на любой вкус и цвет.

Разнообразие поддерживалось и в одежде. Девушки были одеты буквально во всё, начиная чуть ли не от монашеских одеяний, и заканчивая чем-то совершенно непотребным, выходящим далеко за грань приличия. Девушек однозначно объединял только один факт: все они были красивы. Причём, градация шла от «просто красивых» и до «потрясающе красивых». И пусть ни одна из них, какой бы красивой она не выглядела, даже близко не могла сравниться с Нами, девушки подкупали своим разнообразием. Нами, несмотря на всю свою почти неземную красоту, не могла одновременно быть и блондинкой, и шатенкой, и невысокой, и высокой. Это никогда не мешало, любому увидевшему Нами, невзирая на пол, признавать её красоту, но вкусы у всех разные. Однако благодаря Луффи, в «Барати» стало возможным найти девушку практически на любой вкус, присутствовали даже несколько милых толстушек.

— Зефф-сама, мы снова к вам! — раздался очаровательных хор женских голосов, и спустившийся в зал мужчина, уже давно почувствовавший приближение Луффи, оказался зажат со всех сторон, а на его щеки обрушился целый град приветственных поцелуев. – Зефф-сама, вы лучший!

Остальные коки, быстро оценившие ситуацию, так же поспешили в общий зал. За исключением нескольких неудачников, которые конкретно сейчас, — вот именно в этот самый момент! — не могли отойти от плиты. Стоило кокам выйти в зал, как все они немедленно оказались окружены целой стайкой прекрасных фей. Во всяком случае, именно так им всем казалось. Как и Зеффу немногим ранее, всем кокам досталось изрядное количество приветственных поцелуев. Самые ушлые коки, которые уже несколько дней подряд всегда таскали с собой автографные бумаги и несмываемые маркеры, поспешили обзавестись памятными подписями различных див.

Все приплывающие с Луффи девушки, всегда были действующими актрисами различных театров, певицами и танцовщицами, и большинство из них успели достичь немалого успеха на соответствующих поприщах. Об этом хорошо говорил хотя бы сам факт того, что почти все коки, — бывшие пираты, грубые бескультурные мужики, очень далёкие от светской жизни! — могли назвать чуть ли не всех девушек поименно. И они могли назвать их, даже если бы никто из них никогда раньше не посещал «Барати» в сопровождении Луффи.

С одновременным прибытием такого количества человек, и без того почти под завязку набитый ресторан мгновенно оказался переполнен. Зефф отдал команду поднять «плавники», а официантам начать вытаскивать на улицу запасные стулья, столы, зонты, скатерти и посуду. Поднялась невероятная суета, среди которой чётко выделялся один небольшой неприкосновенный островок, где, стоя на коленях и упёршись руками в пол, заливался слезами несчастный Санджи. Это был его личный Ад. Вокруг него было полным-полно самых прекрасных леди, но ни одна из них не обращала на него ни малейшего внимания, словно его не существовало. И он прекрасно знал почему. Вернее, он совершенно точно знал, чьих это было рук дело!!!

Чёртов Монстр зашёл в ресторан так, как он теперь стал почти всегда заходить — под руку с двумя красотками. В этот раз разница заключалась лишь в том, что ни одна из сопровождающих Монстра красоток, не была его любимой Нами-суан. Это одновременно и сильно порадовало Санджи, и ещё больше огорчило. С одной стороны он был рад, что его несравненная Нами-суан сейчас не вместе с этим чёртовым ублюдком, а с другой его сильно огорчило, что обожаемая им Нами-суан сегодня точно не приплыла. Иначе бы чёртов ублюдок шёл бы под руку с ней! Без вариантов.

— Санджи, как дела? — остановился перед ним Монстр.

Несчастного блондина едва не вырвало кровью, стоило ему услышать голос, что давно уже преследовал его в ночных кошмарах.

— Всё ещё девственник? Ну, ничего-ничего, не переживай! И на твоей улице когда-нибудь настанет праздник! — тут же участливо добавил Монстр. – Если не в этой жизни, так точно в следующей!

В этот момент Санджи всё-таки вырвало кровью.

— Глядишь, к тому времени нормально готовить научишься, — продолжил издеваться счастливый Монстр. — Высот старика Зеффа, тебе, конечно, никогда не достичь, даже в следующей жизни, но хотя бы народ тошнить от твоей еды перестанет — это уже будет немалый прогресс!

Санджи опять вырвало кровью. Он понятия не имел, как именно этот чёртов ублюдок смог организовать тот чёртов случай, если он даже близко не приближался ни к его готовке, ни к людям за другими столами. Однако теперь чёртов ублюдок при каждой их новой чёртовой встрече напоминал ему о том чёртовом случае!!! Чёртов ублюдок!!!

— Или ты всё ещё метишь на место своего старика? Не понимаю я тебя, неужели ты настолько сильно не любишь этот ресторан, что только спишь и видишь, как бы он закрылся?

Он его убьёт!! В этот раз он совершенно точно убьёт этого чёртового ублюдка!!!

— Это ещё кто такой? — раздался мужской голос, которого раньше Санджи слышать ещё не доводилось.

Стоящий на коленях и заливающийся горькими слезами блондин, подняв голову, уставился снизу верх на незнакомого ему парня с невероятно длинным носом. Однако неестественно длинный нос незамедлительно оказался позабыт, стоило Санджи увидеть, что новый парень, так же как и чёртов Монстр, стоит под руку с двумя девушками. Блондина тут же вырвало кровью в третий раз от такой чудовищной несправедливости.

— Стыдно признавать, но это наш семейный кок, — тяжело вздохнул Монстр.

— У нас есть кок? — явно удивился длинноносый.

Санджи потребовалось всего секунда, чтобы осознать необычность вопроса парня, после чего он вновь поднял голову, уставившись на новенького, только теперь уже куда внимательнее. Тёмно-коричневый комбинезон, светло-коричневая, в клеточку, бандана и такого же цвета ботинки на ногах.

— Ты нашёл нам нового члена семьи? — на мгновение забывшись, невольно спросил Санджи.

— Привет, меня зовут Кондориано, — приветственно протянул руку блондину представившийся Кондориано, словно в коленно-локтевой позе парня не было ничего необычного, как и в том, что он заливается слезами и блюют кровью. – Приятно познакомиться!

Санджи в жизни не слышал более странного имени, но протянутую руку пожал без колебаний. К удивлению кока, рукопожатие длинноносого парня оказалось намного крепче, чем можно было бы заподозрить, учитывая его худощавое телосложение с едва намечающимися мускулами.

— Это наш стрелок, — кивнул Луффи. — На самом деле его зовут не Кондориано, а «Грозный Глаз» Чингачкук, правая рука «Великого Змея», который на протяжении многих лет терроризировал остров Могикан.

Естественно представившийся Кондориано был не кто иной как Усопп, поэтому он не повёл и ухом на прозвучавший бред.

— Гордиться мне нечем, хреновая там вышла история, — печально вздохнул новоиспечённый Кондориано, из-за чего стоящие рядом с ним девушки, мило заворковав, тут же начали сочувственно гладить его по плечам и голове.

От сильнейшего чувства зависти, Санджи едва не проблевался кровью в четвёртый раз подряд.

— Чингачкук настолько сильно хочет забыть своё тёмное прошлое, что решился взять себе новое имя, хотя это и страшный позор по меркам тех мест, где он вырос, — радостно продолжил заливать Луффи. — Вдобавок Чингачкук очень гордый, поэтому мне пришлось пообещать ему, что если он сможет победить Зоро, то он сразу же станет капитаном.

Крепкое рукопожатие или нет, Санджи с большим сомнением оглядел худощавого паренька в коричневом комбинезоне, который заметно побледнел только при одном упоминании Зоро. Блондин шутку оценил. И дело даже не в упомянутом мечнике. Чёртов Монстр может и был чёртовым ублюдком, но не уважать Санджи его не мог. Чтобы чёртов Монстр кому-то подчинялся? С его-то силой и извращёнными, напрочь прогнившими, мозгами? Чёртов ублюдок в очередной раз продемонстрировал своё мерзопакостное чувство юмора… Надо признать, довольно забавное чувство юмора, если оно было направлено на других людей. Вот только в этих своих мыслях, практически кощунственных, Санджи ни за что бы не признался даже на смертном одре. Чёртовому ублюдку совершенно точно не требовалось дополнительных стимулов, чтобы демонстрировать своё чёртово мерзопакостное чувство юмора!

— Я не понял, если он наш кок, почему он тогда не был с вами, когда вы приплыли на мой остров? — как показалось Санджи, явно поспешил перевести тему с Зоро, представленный Чингачкук, ставший Кондориано. — И почему о нём никогда не говорилось в газетах? Или он, как и я, новенький?

— Он скорее старенький, Санджи стал частью нашей семьи после Зоро, и до появления Рю и Йосаку.

— Частью семьи? — наконец, поднялся на ноги блондин, и, вытерев рукавом кровь с губ, вставил в рот сигарету — Кто это тебе сказал, что я часть твоей долбанной семьи? — прикурив и сделав первую затяжку, недовольно спросил Санджи.

— Эм… вообще-то ты сам только что это сказал, разве нет? — недоуменно заметил Усопп, который Чингачкук-Кондориано.

— Что я сказал? — вопросительно приподнял свою бровь-завитушку Санджи.

— Что ты принадлежишь нашей семье.

— Когда это я такое говорил?

— Когда спрашивал у Луффи про меня.

— И что это доказывает? Я просто спросил.

— Ты нашёл нам нового члена семьи — это твои слова, а не мои.

— Да у тебя серьёзные проблемы со слухом! — ушёл в несознанку Санджи. — Я такого бы никогда в жизни не сказал!

— Между прочим, я тоже слышал, — как прилежный школьник подняв руку вверх, поддержал новоявленного Кондориано довольный Луффи.

— А твои слова вообще ничего не стоят, — незамедлительно приземлил его на землю Санджи. — Ты всегда говоришь только то, что тебе выгодно и действуешь только тогда, когда, опять же, тебе выгодно. Иными словами: тебе верить — себя не уважать!

Ответ Луффи оказался соразмерен нанесённому ему оскорблению.

— Видите, девушки, он не состоит с нами в одной семье, он такой жалкий, не правда ли? — парень с улыбкой оглядел окружающих его и Усоппа девушек.

— Действительно, жалкий, если бы он был из вашей семьи, то я бы с удовольствием с ним пообщалась, — заявила одна.

— А мне он даже начал немного нравиться, но раз такие дела, ничего не поделаешь, придётся о нём забыть, — подлила масла в огонь другая.

— Если он не хочет вступать в вашу семью, по-видимому, нам всем придётся избегать его и дальше, — печально вздохнула третья.

В чём прелесть талантливых и опытных актрис? Они могут достоверно изобразить любые эмоции. И сейчас все девушки очень живо изобразили чувство сожаления. Вроде они всегда так хотели, так хотели, познакомиться с Санджи, но раз он был вне семьи, ничего нельзя было поделать. Ещё несколько фраз, сказанных в том же духе, и Санджи вернулся к своей коленно-локтевой позе, а там и слёзы не заставили себя ждать. Большой любитель женщин был совершенно беззащитен перед этими самыми женщинами. Иначе, нафига бы ещё Луффи так заморачивался? Найм такого количества популярных людей стоил бешеных денег!

Вот примерно в таком ключе и прошёл весь остаток дня. К концу вечера каждая девушка успела высказаться на тему того, что Санджи всем хорош, но до тех пор, пока он не вступит в семью Луффи, он никогда не будет для них достаточно хорош. Зато если он всё-таки передумает, тогда сразу же станет лучше всех! Пару раз блондин не выдерживал подобного давления и забывался. Правда, прежде чем он успевал расписаться кровью на любезно ему подсунутом Луффи контракте, — что-то там было про душу, тело и всё такое, — Санджи успевал взять себя в руки.

С правовой точки зрения, контракт, конечно, ничего не значил, но вот с точки зрения человека, выращенного бывшим пиратским капитаном, такой контракт значил всё. Мужик сказал — мужик сделал! Таким уж Санджи вырастил старик Зефф. На самом деле глупость полная. Нет, глупость заключалась не в том, чтобы держать своё слово, а во всём этом показательном противостоянии между Санджи и Луффи. Полная чушь. «Противостояние» было не чем иным, как самой обычной игрой… или даже не игрой, а результатом их своеобразных отношений. В конце концов, Зоро тоже постоянно пытался убить Луффи, и ничего. И дело было в том, что, как и всё связанное с Луффи, ничто не могло быть простым и понятным.

Санджи громогласно отрицал свою принадлежность к семье, мысленно и вслух проклинал проклятого Монстра, и грозился обязательно его убить или, как минимум, невероятно злобно отомстить. Луффи, в свою очередь, столь же громогласно заявлял о принадлежности Санджи к семье, старательно выступал в роли того самого, уже неоднократно упомянутого, Монстра, что безбожно издевался над несчастным коком, и показательно пытался, тем или иным способом, привязать блондина к семье. Это всё, в свою очередь, ничуть не мешало Санджи периодически оговариваться, как во время разговора с Усоппом-Кондориано, а Луффи тренировать своего кока.

Речь шла совсем не о физических тренировках, — это, конечно, дело полезное, но Санджи, на момент их первой встречи, по меркам Ист Блю, и без всяких дополнительных тренировок был весьма силён. Куда больше Луффи интересовала сила Санджи как кока, то есть его способность вкусно готовить. Вкусную еду Луффи любил почти так же сильно, как приключения и приятный его глазу хаос. Иначе нафига бы ещё он выдавал Зеффу такое количество денег? Парень, конечно, был тем ещё транжирой, обожая бессмысленно тратить деньги почти так же сильно, как и зарабатывать, — зарабатывал он их, кстати, ещё более бессмысленно, чем тратил, — но, просто так выкидывать деньги на ветер, даже для него стало бы перебором.... Если только не ради того, чтобы устроить массовые беспорядки, ибо ему было скучно, и он купил себе попкорн. От гнева Нами, в тот день, подобная отговорка его, правда, не спасла.

— Их было восемьдесят тысяч, — уже поздним вечером, когда солнце вот-вот готово было опуститься за горизонт, рассказывал «свою» историю Усопп всё так же оставаясь в образе Кондориано. — Естественно, что я ничуть не испугался. Да и с чего бы мне было их бояться? Я за свою жизнь, бывало, попадал в ситуации и похуже.

Дело происходило на «плавнике». После отплытия всех девушек и других посетителей, все дополнительные столы, кроме одного, были убраны обратно в кладовку. Именно за оставшимся столом и расположились Санджи, Усопп и Луффи. Блондин, вполне понятно, заинтересовался каким образом «Кондориано» умудрился попасть в их семью, поэтому он был удостоен чести услышать «всю правду» о Храбром Воине Моря, по прозвищу «Капитан Кондориано».

— Именно в тот момент мне и открылся истинный замысел Куро, — продолжал нагнетать обстановку Усопп. — Съев фрукт, позволяющий ему оживлять мёртвую плоть, он, под видом обычного дворецкого, все эти годы создавал армию зомби.

Как и все свои истории, парень сочинял всё буквально на ходу. И принимая во внимание какое впечатление произвёл на него Луффи, он не упустил возможности приплести к своей истории так обожаемых его капитаном зомби.

— И где он прятал такую армию, откуда брал тела, и почему большая часть из них просто не сгнила? — скептически приподнял бровь Санджи.

Несмотря на весьма уверенный тон Усоппа, он не особо верил в рассказываемую ему сказку: уж больно рассказчик походил на отъявленного вруна!

— Ты забываешь, что это была армия немёртвых, — покровительственно произнёс Усопп. — Он нашёл достаточно большую пещеру, где они все и пряталась. Зомби не нужно есть, спать и они уже мёртвые, поэтому не могут повторно умереть, как бы плохо с ними не обращались. Куро в этой пещере складировал их чуть ли не штабелями. Более того, всех несчастных, которые по каким-либо причинам оказались поблизости от пещеры, зомби убивали, после чего Куро присоединял их к своей армии. В конце концов, эту пещеру прозвали «Пещерой Смерти». Естественно, сначала многие посчитали все рассказы о «Пещере Смерти» обычной глупостью, но когда там пропал целый взвод солдат Морского Дозора, отправленный проверить слухи, больше туда соваться никто не рискнул.

— Так откуда он всё-таки брал тела, и почему они не сгнили? — не сдавался Санджи. — Сильно сомневаюсь, что можно собрать восьмидесятитысячную армию только за счёт любопытных, отправившихся к этой пещере.

— Какой ты нетерпеливый, сейчас всё расскажу, — отпив из кружки, осуждающе покачал головой Кондориано. — Зомби не сгнили из-за особенностей силы фрукта Куро, если бы ты хоть немного подумал, то и сам бы догадался. А тела он добывал с помощью нападений на корабли. Зомби так и так мёртвые, поэтому они могли ходить по дну морскому, чем Куро и пользовался.

— По дну? — сразу же ухватился за не состыковку Санджи. — Сила фрукта в воде не работает!

Взгляд Усоппа слегка заметался.

— Не совсем так, — незамедлительно пришёл к нему на выручку Луффи. — Сила фрукта в воде работает, просто сам фруктовик при этом не может двигаться. Однако на зомби, поднятые Куро, подобное ограничение не распространялись, поэтому они без всяких проблем могли передвигаться под водой.

Санджи подозрительно покосился на парня, но всё-таки слегка кивнул головой, признавая, что подобное объяснение прозвучало вполне логично. Впрочем, это вовсе не означало, что блондин ему поверил. Прозвучи подобное объяснение из уст любого другого человека, и Санджи бы поверил в него без всяких сомнений, но Луффи был особым случаем.

— Так вот, — продолжил Усопп, — нападая на корабли, Куро не только увеличивал свою армию, но и получал доступ к деньгам, на которые облачал своё воинство в мощные доспехи, делая свою армию сильнее день ото дня. Зомби ведь не ограничены человеческими рамками, поэтому на вес доспехов им было наплевать, вот Куро этим и воспользовался… Ох и намучался же я с этими железными башнями, когда ублюдок повёл их в атаку на мою деревню! — тяжело вздохнув, сокрушённо покачал головой Усопп.

— Деревню? Это которая Ма-чего-то-там?

Вполне понятно, что Усопп, так же как и Санджи, не запомнил точное название «деревни» упомянутой (придуманной) Луффи.

— Нет, то была другая деревня, оттуда я ушёл уже давным-давно, — не моргнув глазом, соврал длинноносый парень.

Его реакция оказалась на высоте, вот только ему стоило лучше следить за своими словами.

— Давным-давно? — с отчетливо читаемым сомнением во взгляде, оглядел Санджи сидящего перед ним Усоппа, которому даже с натяжкой нельзя было дать больше восемнадцати. — Ты же вроде на этом своём острове был правой рукой какого-то там Змея? И когда же ты был его правой рукой? В яслях, что ли?

После двух лет общения с Луффи, обмануть Санджи стало непростым делом, в чём Усопп смог убедиться на собственном опыте.

— Фу-фу-фу… юноша, я вижу ты стал ещё одним человеком обманувшимся моим внешним видом, — реакция длинноносого парня вновь оказалась на высоте… Хотя, конечно, его смех мог бы выглядеть немного более правдоподобным и не таким самодовольным. — Я даже не хочу говорить тебе о моём истинном возрасте. Когда-то давно мне посчастливилось выпить один живительный напиток, из-за которого я совсем перестал стареть. Не спорю, вряд ли я теперь когда смогу приобрести облик почтенного джентльмена, но это небольшая цена за вечную или, как минимум, очень долгую жизнь и молодость.

— Хочешь сказать, ты сам не знаешь, когда постареешь? — полез в карман за сигаретами Санджи.

— Истинно так, — кивнул Усопп. — К счастью, благодаря моему облику, меня всегда недооценивают. Иногда это откровенно раздражает и вредит, но ещё чаще спасает мне жизнь. Куро меня недооценил. Именно поэтому, когда он повёл свою армию немёртвых на мою деревню, чтобы затем возвести на её месте свой богомерзкий Некрополь, он никак не ожидал, что я окажу ему сопротивление. Понимаешь, в моей деревне живёт самая настоящая фея, — посмотрев Санджи прямо в глаза, проникновенно произнёс парень, — которая в своё время излечила моё поражённое Тьмой сердце. Она любит всех жителей моей деревни и горячо любима ими в ответ, поэтому, хотя я и мог убежать от Куро и его армии, я бы потом сам себя не простил. Именно поэтому я остался и принял тот неравный бой.

— И как всё прошло? — невольно спросил Санджи.

Он до сих пор не мог понять, говорил ли этот Кондориано ему правду или нет. С одной стороны, весь рассказ звучал слишком фантастично, а имя Кондориано не внушало доверия. С другой же стороны, когда ты собственными глазами видел, как у одного вполне конкретного человека заново отрастает отрубленная голова, поверить в существование зомби было не таким уж и сложным делом. Бессмертный человек и человек-дракон существовали, так почему бы не существовать и зомби? Кроме того, Санджи периодически косился в сторону Луффи, — опять неизвестно откуда доставший себе мороженое, — который слушал историю с живейшим и не наигранным интересом. Что ещё примечательнее, он не делал ни единой попытки перебить. Могло ли это означать, всё сказанное длинноносым, правда? Могло, но Санджи особой уверенности не питал. И дело было не столько в рассказе, сколько в присутствии Луффи.

— Как ты можешь и сам видеть, я всё ещё живой, — несколько покровительственно улыбнулся Усопп, отпивая из своей кружки. — Учитывая, что я знал о нападении Куро и его армии заранее, я смог устроить им ловушку. Однако их оказалось слишком много даже для меня, и они оказались намного опаснее, чем я думал. Мне удалось перебить большую часть армии Куро, но затем он извлёк свой козырь, призвав на помощь двух особенно сильных зомби, и я пал. Я лежал на том поле боя, в окружении давно уже мёртвых тел, и молился о спасении. Нет, не своём, я прожил уже достаточно, а спасении жителей деревни и прекрасной феи.

Усопп окончательно вошёл в роль.

— К счастью, мои молитвы оказались услышаны, — вздохнул он с облегчением. — Сначала мне на помощь пришла Нами, Прекрасная Дева-воительница, способная за один миг расправится с десятками врагов, а за ней последовали Благородный Дракон, в человеческом обличии, и Великий Бессмертный Воин. И хотя им не понадобилось много времени, чтобы добить сильно потрёпанную армию зомби, без их помощи я бы не справился. Именно поэтому, как только я узнал о Луффи, предводителе моих спасителей, я незамедлительно присягнул ему на верность.

Санджи невольно обратил внимание на изменившуюся речь Кондориано. Если сначала длинноносый парень, — или старик? — говорил вполне нормально, то под конец, видимо в пылу рассказа, начал скатываться в высокий слог. Если он привык говорить именно вот таким вот образом, тогда это сразу объясняло столь странный выбор имени. Кондориано — кто вообще решит взять себе подобное имя? У Санджи появилось чувство, что теперь он знал кто.

— А как же насчёт той части, где ты должен победить Зоро, если хочешь стать капитаном? — потушив одну сигарету и прикурив другую, спросил Санджи.

— К сожалению, моя гордость не позволяет мне служить более слабому воину, чем я, — с тем самым сожалением о котором он говорил, ответил Усопп. — Но Зоро оказался невероятно силён, не даром слава о нём гремит по всему миру. И хотя наше сражение длилось четыре дня и три ночи, я всё-таки проиграл. Тогда я и стал одним из членов семьи «Соломенной Шляпы».

Санджи облегчённо вздохнул. Четыре дня и три ночи против Зоро? Аж десять раз! Против такого и четыре секунды будет приличным результатом. Наконец-то всё встало на свои места. Весь рассказ не более чем очередная постановка Луффи. Однако и этому Кондориану, — или как его там на самом деле зовут, — Санджи тоже не мог не отдать должное. Это же надо так врать, что даже он, заранее скептически настроенный, и то усомнился! Впрочем, он был убеждён, что без наказания такое враньё оставлять было нельзя.

— Тебя в моей истории интересует что-то ещё? — спросил длинноносый парень, заметив пристальный взгляд блондина.

Сделав последнюю затяжку, Санджи начал наклоняться вперёд, словно хотел затушить окурок в пепельнице, но затем он резко вытянул руку вперёд, чтобы обхватить пальцами лицо этого наглого вруна… И какого же было удивление парня, когда его пальцы ухватили один лишь воздух! Он потрясённо вытаращился на сидящего перед ним Кондориано, который, в свою очередь, столь же потрясённо таращился в ответ. Словно он не понимал, что сейчас произошло.

— Ты чего? — наконец, тупо спросил заметно побледневший Усопп.

Санджи медленно повернул голову в сторону Луффи, который, щуря глаза от удовольствия, беспечно лизал своё новое мороженое, — откуда?!! — и, как говорится, в ус не дул.

— Этот Кондориано на самом деле говорил правду?! — спросил изумлённый блондин.

Он оказался настолько сильно сбит с толку, что сделал то, чего ни в коем случае не следовало делать — решил обратиться за правдой к Луффи. Это в какой-то мере было парадоксально. Все в семье, в некоторых случаях и за её пределами, прекрасно знали какой Луффи человек и всё равно, раз за разом, наступали на одни и те же грабли. Возможно, всё дело заключалось в том, что почти на каждую его безумную, — идиотскую, тупую, забавную, раздражающую, нужное подчеркнуть, — выходку, приходилась другая, иногда в равной или большей степени безумная, но зато действительно важная. По-видимому, это сбивало с толку, периодически заставляя многих людей забывать о том, что безобидно выглядевший парень в соломенной шляпе, так обожающий жареное мясо и мороженое почти всех сортов, ни фига на самом деле не безобиден.

— Как тебе сказать… — оторвался от мороженого Луффи. — Кондориано, конечно, кое-что приукрасил и кое о чём умолчал, но, в целом, всё примерно так и было.

Несмотря на уже совершённую глупость, Санджи всё-таки ещё не настолько сошёл с ума, чтобы безоговорочно верить словам своего типа-не-капитана, поэтому незамедлительно задал новый вопрос.

— И что же конкретно он приукрасил и о чём умолчал? – спросил он.

— Ну… — потёр пальцем подбородок Луффи, задумчиво поджав губы. — Например, он не сказал, что Фальшивый Зомби работал дворецким у Недозомби, и что он попытался предупредить её и всех жителей деревни о нападении армии немёртвых, но ему никто не поверил.

— Фальшивый Зомби? – Санджи вопросительно приподнял свою бровь-завитушку. — Недозомби?

— Кондориано зовёт их Капитан Куро и Прекрасная Фея, но лично мне больше нравится Фальшивый Зомби и Недозомби.

— …Окей. Я могу понять, откуда взялся Фальшивый Зомби, но почему Прекрасная Фея стала Недозомби?

Озадаченный блондин достал и раскурил новую сигарету.

— Фальшивый Зомби не сделал её полноценной зомби, значит она Недозомби.

— Ладно, с этим разобрались… хотя нет, стой! Почему Прекрасная Фея не поверила Кондориано?

— Всё дело в том, что Гнусный Некромансер отравлял разум Прекрасной Феи своей ложью на протяжении целых трёх лет, — вместо Луффи ответил Усопп. — Мои слова, наполненные истиной, не смогли за один раз разрубить путы лжи, а времени на новую попытку у меня не осталось. Пришлось действовать в одиночку, потому что все жители моей деревни, как и Прекрасная Фея, были опутаны ложью капитана Куро.

— Позвольте на всякий случай уточнить, — выдохнул колечко дыма Санджи. — Прекрасная Фея — это девушка? В смысле мы сейчас здесь не говорим о настоящей фее, как в какой-нибудь сказке?

Вполне закономерные и логичные вопросы. С момента появления Луффи в его жизни, он с трудом стал определять границы реального и нереального. На его взгляд, Прекрасная Фея могла быть как обычной девушкой, так и настоящей феей. Вот он и решил уточнить наверняка.

— Совсем дурак? — вопросом на вопрос ответил Луффи.

— Действительно, — кивнул Кондориано, — ни одна сказочная фея не сможет сравниться с Прекрасной Феей. В отличие от них, она настоящая!

— …Так о чём он ещё умолчал или преувеличил? — благоразумно решил соскочить с соответствующей темы Санджи.

— О том, что у него было три верных воина… — начал было возвышенно отвечать Луффи, но тут же спохватился: — Тьфу, блин! Я хотел сказать, что за ним таскались три сопливых пацана, которых он обманом отослал от себя куда подальше, когда пошёл стучать в бубен Фальшивому Зомби. Да и с Зоро он сражался не четыре дня и три ночи, а чуток поменьше… Правда, я не могу винить его, если он немного потерялся во времени. Уж больно напряжённой вышла та битва. Ну а в остальном вроде бы всё.

— Понятно…

На самом деле сомнения Санджи так до конца никуда не делись, но тот факт, что Кондориано смог так легко увернуться от его захвата, придавал всей услышанной истории куда больший вес, чем можно было бы подумать. В конце концов, Кондориано начал отклонятся назад до того, как парень попытался его схватить. И знающему человеку это говорило о многом… Хотя ещё оставался шанс на то, что всё вышло случайно. Такой вариант блондин пока тоже не сбрасывал со счетов.

— Раз мы с этим закончили, тогда теперь твоя очередь.

Разом сожрав всё своё оставшееся мороженое, Луффи с оценивающим прищуром посмотрел на Санджи,

— Моя очередь? — не понял его блондин. — В каком смысле моя очередь?

— Это ты мне сам скажи, ты сегодня целый день мою спину взглядом сверлил, и не из-за девочек… Во всяком случае, не только из-за девочек, — после секундного раздумья, поправился парень.

— Спарринг! — не стал юлить Санджи, стоило ему понять, о чём говорит Луффи.

— Опять? — тот сразу же потерял весь интерес.

— Сегодня всё будет по-другому!

— Да ты всегда так говоришь.

— Нет, сегодня точно всё будет по-другому!

— Уже так поздно… давай завтра? А ещё лучше давай подождём, пока не вернётся Зоро, — принялся откровенно ныть Луффи. — С ним ты сможешь драться столько, сколько твоей душе угодно — этому маньяку такое будет только в радость!

— Во-первых, меня сейчас интересует не Зоро, а ты. Против его мечей мой новый приём будет и вполовину не так эффективен, как против тебя. Во-вторых, сейчас только девять часов вечера, поэтому у нас ещё почти два часа, прежде чем окончательно сядет солнце! — воинственно настроенный Санджи поднялся на ноги. — За два часа мы успеем провести целый десяток спаррингов, а мне сейчас нужен только один.

— …Фиг с тобой, давай смахнёмся, — с большой неохотой выбрался из-за стола Луффи.

— Тогда я сейчас же подготовлю лодку!

Блондин незамедлительно умчался внутрь ресторана.

Глава 11. Санджи. Часть 3

– Идём, Усопп, поплывёшь вместе с нами, — бросил Луффи так и оставшемуся сидеть на месте «Кондориано».

— Мы куда-то поплывём? — тут же озадачился тот.

— А ты как думал? Спарринг или нет, начни мы сражаться на корабле, и «Барати» уйдёт под воду… Кстати, хорошая работа с Кондориано и армией нежити. Вот так и надо врать.

Усопп озадаченно посмотрел на Луффи.

— В смысле? Я всегда так врал!

— …Конечно, охотно верю.

— Как-то не похоже.

— Ты лучше скажи мне, как давно мы отплыли с твоего острова? — спросил Луффи, резко сменив тему.

— Что-то я не поня…

— Просто ответь на вопрос.

— Три дня назад, а что?

— Ничего, так, проверяю… А как насчёт паровозика, который смог?

Усопп мгновенно побледнел, а его лоб покрылся холодной испариной.

— Что-то… что-то мне к-как-то резко п-поплохело, — слегка заикаясь, произнёс он, принявшись испуганно ощупывать свой холодный влажный лоб.

— Не обращай внимания, — посоветовал ему Луффи, успокаивающе похлопав по плечу. — И давай поднимайся, вон и Санджи уже плывёт, — он опять поспешно сменил тему.

— А-ага, — чуть заторможено кивнул Усопп, вылезая из-за стола и направляясь вслед за Луффи. – Иду.

Местом предстоящего «боя» была выбрана небольшая скальная площадка, возле которой ресторан «Барати» и простоял на протяжении всего дня. Вообще, само появление «Барати» было связано с похожей скальной площадкой, возвышающейся прямо посреди моря. Если не особо вдаваться в подробности, то около десяти лет назад, когда старик Зефф ещё был не таким уж стариком и вполне себе действующей Легендой, капитаном пиратской команды, случился шторм. Роковой шторм.

В тот памятный день команда Зеффа, только-только вернувшаяся из своего путешествия по Гранд Лайну, грабила пассажирский корабль, на котором, в свою очередь, обычным помощником кока работал мелкий Санджи. И вот в самый разгар грабежа на сцепленные абордажными крюками корабли обрушилась огромная волна, из-за чего оба судна оказались разбиты вдребезги, а из всех людей выжили только два человека — Зефф и Санджи. Этих двух выбросило на скалистую безжизненную площадку, что возвышалась посреди моря. На этой самой площадке они провели несколько месяцев, с растущим день ото дня отчаянием ожидая спасительного для себя корабля. Их и без того немногочисленная еда довольно быстро закончилась, поэтому к моменту своего спасения они оба были полумёртвыми от голода.

Ирония их тогдашней ситуации заключалась в том, что, когда корабли потонули, старик Зефф успел прихватить с собой огромный мешок золота. У них было достаточно золота, чтобы купить себе целый ресторан, но при этом они всё равно медленно умирали от голода. Именно тогда у Зеффа и родилась идея о плавающем ресторане.

— Вот было бы хорошо, если бы где-нибудь посреди этого бескрайнего моря плавал самый настоящий ресторан, способный накормить любого человека, — сказал он Санджи в момент, когда уже почти умер от голода, и буквально за полчаса до их спасения.

Так вскоре появился плавающий ресторан «Барати». И маршрут его плавания был выбран отнюдь не случайно. На протяжении чуть более двух месяцев, ресторан медленно плавал от одной безжизненной скалы к другой, пока не замыкал большой неравный круг, и не начинал маршрут сначала. Кроме того, на каждой скале были устроены легко обнаружимые тайники с небольшим количеством провизии, и очень большим количеством сигнальных ракетниц. За десять лет существования ресторана, благодаря предусмотрительности Зеффа и Санджи, было, с одной стороны, спасено всего двенадцать человек, а с другой, целых двенадцать человек избежали одной из самых страшных смертей на свете. Мало что в мире могло сравниться с длительной и невероятно мучительной смертью от голода.

— Давай уже, показывай, что ты там придумал, если вдруг настолько сильно поверил в себя, — стоило им оказаться на скалистой площадке, Луффи сделал приглашающий жест рукой. — Учти, я ожидаю чего-нибудь впечатляющего. А тебе, Кондориано, лучше отойти подальше, — слегка наклонив голову в сторону Усоппа, добавил он.

Длинноносый парень, не будь дураком, тут же поспешил отойти куда подальше, от приготовившейся к «бою» парочки.

— Для начала предлагаю начать с лёгкой разминки, — предложил Санджи.

Он встал напротив Луффи, приблизительно на расстоянии пяти метров.

— Делай что хочешь, — прозвучал равнодушный ответ.

Было совершенно очевидно, что он не воспринимал серьёзно предстоящий «бой»… и не без оснований, поэтому Санджи ничуть не разозлился. Более того, блондин пребывал в предвкушении. Он действительно хотел узнать, насколько его новый приём окажется эффективным против Монстра подобного калибра. Однако сам спарринг парень открыл чередой обычных его ударов. Он не собирался сразу же доставать свой заготовленный козырь. Сначала он хотел оценить, насколько возросла его сила в нормальном состоянии. И всё бы ничего, но в его «обычных ударах» и «нормальном состояние» не было ничего обычного или нормального.

Стоящему в стороне Усоппу показалось, что Санджи просто взял и исчез, настолько быстро он двигался. За одну секунду он успел не только преодолеть разделявшие их с Луффи пять метров, но и нанести несколько ударов ногой. Будучи коком, он был воспитан с верой в бесценность собственных рук, поэтому всегда атаковал только ногами. Он не мог быть шеф-поваром без рук, поэтому во всех сражениях использовал стиль «Красной Ноги». Название появилось из-за того, что ноги человека, сражающегося подобным стилем, к концу битвы, становились красными от крови убитых врагов. По той же самой причине когда-то старика Зеффа прозвали «Красная Нога». Вполне понятно, что старый пират обучил Санджи своему стилю сражения, и тот добился в нём немалых успехов… Что ничуть не помешало Луффи полностью избежать двух первых его атак, и заблокировать третью.

— Сила и скорость заметно подросли, — одобрительно кивнул он, рукой остановив удар ноги.

Санджи, ничуть не обескураженный или расстроенной своей неудачей, незамедлительно атаковал вновь. На Луффи тут же обрушились удары со всех сторон, чудовищные по силе и молниеносные по скорости. Однако, плавно двигаясь из стороны в сторону и иногда используя руки, он без каких-либо заметных усилий принялся избегать или блокировать все атаки.

— …Рю и Йосаку ты победишь без проблем, но до Зоро тебе всё ещё очень далеко, и тут уже ничего не поделаешь, — спустя какое-то время, озвучил свой вердикт Луффи. — Пока не овладеешь Волей Наблюдения и Волей Вооружения, тебе с ним ни за что не сравниться… как, впрочем, и со мной, — добавил он, выставляя раскрытую перед собой ладонь.

Один из сильнейших ударов Санджи пришёлся прямо в центр ладони, но несмотря на чудовищную силу, ботинок парня оказался полностью остановлен в нескольких сантиметрах от ладони Луффи, словно врезавшись в невидимый барьер. Тем не менее, сила, стоящая за ударом, не могла просто взять и исчезнуть, поэтому блондин, вместе с мелкими камнями и песком под ним, оказался резко отброшен назад. Как будто он попал под очень сильный порыв ветра.

Сделав несколько полных оборотов в воздухе, Санджи всё же смог вывернуться и приземлиться на ноги, но окончательно остановиться он сумел только после того, как ещё метров семь проскользил ботинками по скале. Остановившись и вернув себе равновесие, парень поднял голову и посмотрел на своего противника. Луффи всё также стоял с выставленной перед собой рукой с раскрытой ладонью, и, чуть улыбаясь, смотрел на самого Санджи. Как и всегда, Луффи выглядел так, словно его можно было «соплёй перешибить», но блондин на собственном опыте знал, что выставленная в его направлении рука с тем же успехом могла быть монолитной стальной стеной… Только, пожалуй, шансов пробить стальную стену было не в пример больше. Однако парень пытался мыслить позитивно, ведь шансы всё-таки были, а всё остальное уже мелочи.

Пусть Санджи так до сих пор не смог овладеть ни одном типом Воли, теорию он знал на «отлично». Он был прекрасно осведомлён о том, что Воля Наблюдения позволяет человеку заранее знать обо всех действиях своего противника. Потрясающая способность, овладение которой многократно увеличивало боевой потенциал любого человека. Однако, потрясающая способность или нет, и у неё имелись недостатки. Например, если противник оказывался слишком быстрым, тогда человек, пусть и владеющий Волей Наблюдения, просто не успевал реагировать. Иными словами, человек мог абсолютно точно знать, что его противник скоро зарядит ему кулаком в нос, но он всё равно ничего не мог с этим поделать. Даже если он закрывал лицо, он тут же получал удар в ухо или живот, или наоборот. Предсказанный удар наносился или менялся быстрее, чем ставился блок. В таком случае способность «предвидеть будущее» становилась практически бесполезной.

Примерно на тех же самых принципах работала и Воля Вооружения. Человек мог покрыть свою руку Волей Вооружения, — как это, например, минутой назад сделал сам Луффи, — но если сила удара оказывалась слишком большой, Воля могла быть пробита. По-другому говоря, человек, владеющий Волей Вооружения, без всяких проблем мог остановить выстрел из пистолета, но не выстрел из пушки. В первом случае он не получал ни царапины, а во втором вполне мог умереть, пусть даже в обоих случаях использовал Волю Вооружения. Естественно, такой пример весьма условен, а в действительно всё было устроено несколько сложнее.

На самом деле пределы Воли (любого типа) если и существовали, то никто о них не знал, а если кто и знал, он не спешил делиться своим знанием с мировой общественностью. Это, в свою очередь, означало наличие гигантской разницы между пользователями Воли. Пока один человек с Волей Вооружения не мог остановить пушечный выстрел, другой, использую ту же самую Волю Вооружения, мог без единой царапины пережить атаку, способную уничтожить целый остров. Именно на этом понимании, и был основан… Нет, пожалуй, назвать затею Санджи «планом» было бы чересчур. Просто он знал, что Волю Вооружения Луффи можно пробить, если атака будет достаточно сильной. И, как надеялся блондин, теперь в его арсенале как раз и появилась «достаточно сильная» атака. Вот поэтому-то ему и не терпелось сразиться с Луффи. Вдруг, сегодня именно тот день, когда он сможет отомстить чёртовому Монстру за все свои мучения? Санджи не собирался упускать подобный шанс!

— Что-то я как-то не заметил особых отличий, — слегка поддел своего противника Луффи. — Ты обещал мне, что сегодня всё будет по-другому, но пока я этого не вижу. Твоя скорость и сила заметно подросли… как они всегда и росли, от спарринга к спаррингу, поэтому и здесь никаких отличий.

— Хочешь отличий, будут тебе отличия, — улыбнулся Санджи, после чего… завертелся на одной ноге.

Явно не ожидавший ничего подобного Луффи, невольно опустил руку, озадаченно уставившись на вертящегося парня. Скорость верчения оказалась настолько сильной, что он умудрился превратиться в маленький чёрный смерч, от чего челюсть Усоппа, всё так же стоящего в стороне, мощно повстречалась с землёй. Санджи продолжал вертеться, а Луффи продолжал на него смотреть, но теперь уже не столько озадаченно, сколько с неприкрытым любопытством.

Блондину потребовалось около пятнадцати секунд, прежде чем он остановился, и Усоппу с Луффи предстала умопомрачительная картина раскалённой ноги парня. Словно его нога изначально была железной, а теперь он ещё и нагрел её до температуры, близкой к плавлению, из-за чего она приобрела раскалённый ярко-белый цвет, ближе к колену переходящий в красный. Став в боксёрскую стойку, блондин согнул и поднял раскалённую ногу на уровень груди, оставшись стоять на одной ноге.

— Diable Jambe (Дьявольская Нога)… Огненная нога, раскалённая от высокой скорости вращения… она ничуть не уступает в силе ноге самого Дьявола, — оч-чень так внушительно произнёс Санджи.

С этими словами он, мощно оттолкнувшись от земли ногой, прыгнул вперёд, прямо на Луффи, сейчас едва ли не светящегося от восторга. Это был странный удар. Прыжок и последовавший за этим удар не выглядели быстрыми, но при этом они оказались молниеносными. И сам удар оказался мощным, дьявольски мощным! Словно Санджи неожиданно прибавил в весе, этак тонн пятьдесят-шестьдесят. И ещё он предсказуемо оказался горячим, дьявольски горячим!

От столкновения матово-чёрного предплечья Луффи и раскалённой ноги Санджи содрогнулась вся округа, а во все стороны, от места удара, полыхнуло самым настоящим огнём. От предшествующей этому волны воздуха, Усоппа вполне могло отправить в длительный полёт, но его спасла собственная же челюсть, успевшая так глубоко погрузиться в землю под ногами парня, что он даже не покачнулся. Однако, несмотря на всю силу, скорость и странность атаки, единственным, кто пострадал сильнее всего, стал сам Санджи. Правда, речь шла вовсе не о физических ранах.

— Не… не может быть!!! — в его голосе можно было отчётливо услышать ничем неприкрытое возмущение, удивление, а ещё нотки настоящего страха. — Даже этого оказалось недостаточно?!! — как и в случае с голосом, выражение его лица было дикой смесью возмущения, удивления и страха. — Да разве это вообще честно?!! — в этот момент ко всем уже перечисленным чувствам, прибавилась самая обычная обида, сделав выражение его лица ещё более странным. – В мире вообще существует хоть какая-то справедливость?!!

Причина подобной реакции Санджи крылась в эффекте его удара на Луффи… или, если говорить начистоту, в полном его отсутствии. Вернее эффект был, только совсем не такой, какой бы хотелось видеть блондину. Он, конечно, не рассчитывал сходу победить Монстра, — разве только в своих мечтах! — но тот даже не сдвинулся с места! Даже его чёртова рука не сдвинулась с места!!! Возмущению парня не было предела.

— Твоя нога горит! — уже совсем не буквально светясь от восторга, воскликнул Луффи.

Он выглядел подстать маленькому ребёнку, получившему долгожданный подарок на свой день рождения. Из такой его реакции, Санджи сразу стало понятно, что Монстра ничуть не впечатлила сила Diable Jambe (Дьявольская Нога), зато впечатлила сама раскалённая нога. И такое понимание высыпало ещё больше соли на свежие душевные раны парня. Он уже был в одном метафорическом шаге от того, чтобы на полном серьёзе начать ненавидеть чёртову Волю! И Луффи! Хотя, Санджи давно уже искренне верил, что ненавидеть Монстра полезно для здоровья, поэтому конкретно в этом не было ничего нового.

Раскалённая нога парня вернулась в норму, и Луффи тут же оказался рядом с ним. Присев на корточки и ухватившись пальцами за свой подбородок, парень принялся пристально вглядываться в ногу Санджи, словно такое разглядывание что-то могло ему объяснить. Впрочем, одним разглядыванием он не ограничился. Взявшись за штанину Санджи, — предварительно убедившись, что она не в саже, — Луффи задрал её вверх, а затем, оглядев абсолютно нормальную ногу кока, — даже волосы не опалило! — снова ухватился пальцами за свой подбородок, явно о чём-то задумавшись. И результатом его непродолжительных раздумий стало то, что он выпрямился в полный рост, а затем поднял руку, сжатую в кулак, на уровень своего лица и тут же покрыл её Волей Вооружения.

— Хм… как-то так… или не совсем, — принялся бормотать себе под нос Луффи, не сводя взгляда со своей матово-чёрной руки. — А может так? Тоже нет? Тогда вот так… Ага, понял! — и с этими словами его кулак вспыхнул огнём.

Челюсть Санджи звучно ударилась об землю, а глаза полезли на затылок. В свою очередь, челюсть Усоппа тоже бы опять с радостью упала на землю, но проблема заключалась в том, что она элементарно не успела вернуться на место, поэтому просто продолжила яростно окапываться дальше. Зато его глаза, преодолев затылок, всё равно продолжили уверенно ползти дальше, куда-то в район поясницы. И даже если не утрировать, лицо парня действительно представляло собой невероятное зрелище.

— Чёртов капец.

Удивление Санджи довольно быстро сменилось выражением какой-то прямо-таки детской обиды. Он стал выглядеть словно ребенок, у которого строгие родители мало того, что отобрали любимую игрушку, а его самого поставили в угол, так ещё сделали это в день его рождения, и прямо на глазах у друзей. Парню оставалось только громко зашмыгать носом и пустить слезу, после чего бы сходство стало идеальным.

— Блин, ну и круть!

Луффи, словно, — а словно ли? — решив поиздеваться над чувствами Санджи ещё сильнее, принялся играться со своей новой способностью. Пламя с его кулака сначала медленно поглотило всю его руку вплоть до самого локтя, чтобы затем мгновенно собраться на кончиках его растопыренных пальцев. Вдоволь налюбовавшись на пять трепыхающихся от легкого ветерка огоньков, он снова окутал пламенем всю свою руку и принялся экспериментировать с температурой, из-за чего цвет огня стал меняться от красно-жёлтого до ярко-белого, почти слепящего, и обратно.

Санджи был полностью раздавлен.

Ему самому потребовалось несколько месяцев весьма интенсивных тренировок, прежде чем окутывающее его ногу пламя достигло такой температуры, что огонь приобрёл слепяще-белый цвет. Луффи же сумел этого добиться за считанные минуты. Санджи не хотел звучать, как сломанная пластинка, но нет, серьёзно, разве это вообще честно? Разве не должны существовать хоть какие-то ограничения? Неужели вселенная действительно настолько несправедлива? От его былого боевого запала не осталось и жалкой искорки. Очередная дуэль с Монстром была закончена на ещё более плачевной ноте, чем обычно. Шаркая ногами по земле, разобиженный на весь свет блондин угрюмо побрёл в сторону лодки — оставаться ему здесь больше не хотелось.

Последующие несколько дней прошли в ожидании прибытия остальной части их семьи. Санджи, вполне предсказуемо, быстро оправился от полученного психологического удара, — всё-таки Луффи он знал уже около двух лет, — и, в ожидании прибытия своей Богини, целиком и полностью сосредоточился на готовке. И совсем несложно было догадаться, кто выступал в качестве главного дегустатора. Учитывая колоссальный опыт и чрезвычайно мерзкий характер парня, как минимум в Ист Блю, невозможно было найти более придирчивого дегустатора. Кроме того, когда дело доходило до тренировок чего бы то ни было, Луффи становился совершенно беспощадным, поэтому, семья или нет, он никому не давал спуску. Обычно это проявлялось во время спаррингов, но Санджи был коком, и основная его обязанность заключалась в готовке вкусной еды для всей семьи. В результате, именно в этом аспекте обучения блондина зловредность Луффи проявлялась сильнее всего.

Эгоцентричным парнем была забракована едва ли не половина из всех продегустированных им блюд, ещё значительная часть была сочтена «с голодухи есть можно», небольшой процент удостоился слов «неплохо» и «хорошо», и только пара блюд оказалась принята с неподдельным восторгом. Как ни странно, речь шла не о мясных блюдах, а об одном рыбном и одном овощном рагу. Все блюда с мясом наоборот оказались безжалостно забракованы, потому что такие блюда Луффи оценивал с особой пристрастностью и зловредностью. Зато неизбалованному изысками Усоппу понравилось абсолютно всё. Если бы не тренировки на скорость и выносливость, которые Луффи и не думал отменять, длинноносый канонир вполне бы смог набирать по паре килограмм в день, а так все лишние калории сжигались напрочь.

По вечерам Луффи играл со стариком Зеффом в Сёги или Го, и безжалостно выигрывал как в первом, так и во втором. С таким-то Эго? Ничего удивительного! Если абсолютную неприкосновенность семьи можно было назвать первым принципом Луффи, то «всегда побеждать» смело можно было назвать его вторым принципом. Если бы он не был уверен в своей безоговорочной победе, он бы никогда не сел за сто играть.

Помимо вечерних посиделок с Зеффом, дегустации блюд Санджи, а также загоранием или чтением книг во время тренировок Усоппа, Луффи ещё с удовольствием мастерил различные штуки для длинноносого парня вместе с ним самим. Как можно было понять из истории с деревней Усоппа, и его противостояния команде Куро, он сражался несколько необычным образом. Вместо пистолета — рогатка, вместо грубой силы — хитрость и мозги. Луффи, понятное дело, не собирался зарывать такой талант в землю, поэтому охотно поддерживал Усоппа во всех его изобретательных начинаниях. Тем более это ничуть не мешало Луффи подталкивать своего длинноносого канонира в нужном ему направлении. Чихательные пульки, вонючие подушки, ядрёный кетчуп — это, безусловно, было крайне занимательно и позволяло всласть поиздеваться над своим противником… но не убить. В чём и заключалась основная проблема.

Усопп всё ещё оставался невинным парнем, который никогда никого не убивал. Это не было такой уж большой проблемой, но всё равно, в один определённый момент, могло доставить изрядных неприятностей. Вот Луффи и подталкивал парня создавать всё более и более смертоносные штучки. Маленькие бомбы, бомбы взрывающиеся тучей отравленных игл, бомбы со смертельно ядовитым газом, и всё в том же духе. Усоппу нравилось изобретать различные опасные штучки, поэтому он охотно их создавал, но в тоже время сомневался в своей способности пустить такие изобретения по назначению. Зато Луффи ничуть не сомневался, благо он обо всём позаботился заранее.

Усопп, наивная душа, всё ещё не понимал, в какую семью попал. Хуже всего для него, что он был парнем, из-за чего ему изначально не светило никаких поблажек. Новоиспечённый член «Убийц Пиратов» давно уже считал себя «Пиратом», но теперь, под тщательным руководством Луффи, он стремительно приближался и к титулу «Убийца». За всем этим со стороны наблюдали Санджи и Зефф. Они видели, как день за днём Усопп всё глубже и глубже падал в кроличью нору, и даже не подозревал об этом. Требовалось лишь немного времени… В освою очередь, Санджи и Зефф понятия не имели, что Усопп ещё до встречи с ними успел не только достичь дна кроличьей норы, но и основательно там окопаться. Собственно, опять же, сам он об этом тоже не подозревал.

А потом приплыли Нами, Зоро, Йосаку и Джонни.

Давно уже ожидаемая встреча произошла перед самым обедом, как раз тогда, когда Усопп только-только закончил очередной этап своей повседневной тренировки и теперь отлёживался в прохладе одной из кают «Барати». В то же самое время Санджи экспериментировал с несколькими рецептами, в надежде добиться более насыщенного вкуса, чтобы хоть одно его мясное блюдо, наконец, оказалось по нраву его «не капитану». В смысле, чтобы оно действительно стало идеальным даже в глазах Луффи. Пока таких оценок удостаивались лишь блюда самого Зеффа, что крайне бесило блондина. Однако ещё сильнее его бесил тот факт, что блюда приготовленные по рецептам старика действительно были вкуснее его собственных. Именно поэтому, несмотря на трепетное ожидание прибытия своей Богини, непосредственно в момент её прибытия, он пропадал на кухне. Следовательно, единственным человеком, который увидел прибытие корабля «Убийц Пиратов», стал самый главный «Убийца». И, соответственно, он же стал единственным свидетелем их более чем странного поведения.

Луффи достаточно вольготно устроился в своём лежаке, в тени цветастого зонта, поэтому он не сделал ни единой попытки подняться на ноги и пойти встречать блудную часть своей семьи. Куда они денутся? Сами придут. И они пришли. И первым делом все дружно завалились спать. Сначала Нами бесцеремонно улеглась рядом с Луффи и положив голову ему на грудь, — а также обхватив рукой и ногой, — тут же умиротворёно засопела. Затем Зоро уселся под зонтом и, опёршись спиной о ножку зонта, свесил голову на грудь, чтобы, как и Нами секундой ранее, мгновенно заснуть. Йосаку и Джонни ограничились тем, что растянулись прямо на досках плавника, по разные стороны от лежака Луффи, после чего благополучно вырубились. И всё это без единого слова с чьей-либо стороны.

Как уже говорилось, прибытие корабля «Убийц Пиратов» никто не видел кроме Луффи, как никто не видел и их чрезвычайно странного поведения кроме него же, но, что самое главное, никто не видел выражение лица самого парня. У него ещё никогда не было настолько ошарашенной физиономии! Или, как минимум, никто из семьи никогда не видел на его лице подобного выражения. И, вероятно, никогда не увидят. Потому что момент прошёл, глаза Луффи вернулись со лба на положенное им природой место, как и отвалившаяся на грудь челюсть. Он быстро вернул себе самообладание, словно вповалку спящие вокруг него члены семьи были самым обыденным явлением на свете. Впрочем, вскоре появившемуся Санджи достаточно было увидеть свою Богиню, умиротворённо сопящую на груди парня, чтобы тут же в отчаянии рухнуть на колени и забыть обо всём на свете. В таком состоянии блондин бы точно не заметил никаких странностей.

Зоро, Нами, Джонни и Йосаку нагло продрыхли до самого вечера, — заслуга Луффи, который каким-то образом умудрился ничего себе не отлежать, — а когда проснулись, то дружно сделали вид, что ничего странного не произошло. И не продолжало происходить. Тот факт, что все четверо буквально не отходили от Луффи ни на шаг, конечно же, странным не выглядел совершенно. На взгляд Усоппа и Санджи, ребята вели себя так, словно умудрились дико соскучиться по своему капитану несмотря всего на месяц разлуки… На взгляд самого Луффи… неизвестно. Своими взглядами он делиться не спешил, но постоянно с неприкрытым подозрением косился в их сторону.

Тем не менее, всё сразу отошло на второй план, когда, ближе к ночи, Санджи закатил Пир, — именно так, с большой буквы, — для всей семьи. Дело, как всегда, происходило на одном из плавников и только в кругу семьи. Несмотря на тот факт, что в ресторане не осталось ни одного посетителя, к их семейному столу не был приглашён даже Зефф. Все искренне уважали старика, и в другой раз с радостью бы позвали его за свой стол, но «здесь и сейчас» намечался не просто Пир. «Здесь и сейчас» намечалось обсуждение ближайшего будущего семьи, — и не только ближайшего, — из-за чего посторонним за столом было не место, а Зефф, как ни крути, был именно посторонним.

Полуночный разговор начался с рассказа Йосаку и Джонни. Парни поведали Санджи, Луффи и Усоппу о том, как прошёл их предыдущий месяц и, в особенности, обо всём случившемся на острове Нами. Сама девушка, устроившись под левым боком Луффи, что у неё уже успело войти в привычку ещё перед расставанием, предпочитала отмалчиваться. Молчал и Зоро. Однако, когда рассказ Джонни и Йосаку подошёл к концу, Луффи, глядя на них, подозрительно прищурился.

— С Арлонгом и дозорным мне всё понятно, но я так до сих пор не услышал от вас самого главного, — произнёс он.

— Самого главного? — хором спросили сконфуженные парни.

С их точки зрения, они рассказали обо всём мало-мальски важном.

— Да, — уверенно кивнул Луффи. — Во всём вами сказанном не было никакого объяснения тому, почему Нами периодически пытается убить Зоро взглядом.

Упомянутый парень тут же сделал вид, что он понятия не имеет о чём говорит его капитан.

— Гм… — дружно замялись Джонни и Йосаку.

Они несколько опасливо покосились на Нами, и тут же получили в ответ тот самый «Взгляд Смерти», про который секундой ранее говорил Луффи, только теперь уже направленный на них самих, а не на зеленоволосого мечника. Парни сразу же уловив «намёк» девушки.

— Гм… — опять дружно выдали они.

Однако каким бы убийственным взглядом не обладала Нами, заинтересованное и крайне доброжелательное выражение проступившее на лице Луффи, сулило куда более страшные неприятности, чем недовольство девушки, каким бы сильным оно не оказалось.

— Зоро-аники… эээ… переспал с сестрой Нами, — будучи практически бессмертным, мужественно принял на себя удар Йосаку.

Санджи подавился собственной сигаретой, а девушка громко зашипела в сторону упомянутого мечника. Зоро, в свою очередь, убедительно сделал вид, что целиком и полностью сосредоточен на содержимом своей бутылки вина, из-за чего он ничего не слышит, и ничего не видит.

— ОН СДЕЛАЛ ЧТО?!!

Наконец, в буквальном смысле проглотив сигарету, Санджи вскочил на ноги. Его горящий завистью взгляд был направлен прямо на Зоро, который, несмотря на оглушительный крик, всё равно упорно продолжал строить из себя глухонемого. Он взял на вооружение один из излюбленных приёмов своего капитана.

— В смысле переспал? — в свою очередь принялся уточнять детали Луффи. — Это было на эйфории от победы или…

— Или, — как и Йосаку, понадеявшись на силу своего фрукта, кивнул Джонни. — Она, считай, целых десять дней с него не слазила.

— Хо-хо! Молоток, Зоро! — к вящему возмущению Нами, выразил своё полное одобрение Луффи.

— Не смей его хвалить!!! — вслух возмутилась девушка, и в дополнение к своим словам принялась больно щипать сидящего рядом с ней парня… Во всяком случае, теоретически, это должно было быть больно, но, на практике, довольное выражение и не думало исчезать с лица Луффи. — Она, между прочим, из-за него плакала!

Такое заявление заставило Зоро, Джонни и Йосаку удивлённо посмотреть на Нами. Впрочем, мечнику тут же пришлось отвлечься на разъярённого Санджи, который незамедлительно попробовал наказать «бессердечного ублюдка, довёдшего несравненную сестру божественной Нами-сан до слёз».

— Лично я не помню, чтобы Нодзико плакала, — несколько скептически произнёс Джонни.

— Тоже ни разу не видел, — поддержал его Йосаку.

— Я и не удивлена, — презрительно фыркнула в их сторону девушка. — Вам, мужикам, лишь бы только кого-нибудь затащить к себе в постель, а о последствиях вы никогда не думаете!

— Между прочим, если не считать борделей, то практически все женщины, с которыми я когда-либо был, сами прыгали ко мне в койку, так что не надо тут валить всю вину на нас, мужиков! — справедливо возмутился Джонни, протестующее складывая руки на груди.

– И ты сама знаешь нашего Зоро-аники и его отношение к женщинам, — вставил своё веское слово Йосаку. — Можешь обманывать себя сколько хочешь, но лично я в жизни не поверю, что именно он затащил Нодзико в постель. Всё случившееся явно была её инициатива, и она заранее знала, что Зоро-аники с ней не останется. Следовательно, всё случившееся не его вина.

Тут Нами крыть было не чем. В семье все знали друг друга как облупленных, поэтому она прекрасно понимала, что Йосаку сказал правду. Зоро действительно, сколько она его знала, крайне вяло реагировал не только на женщин, а вообще на людей, в подавляющем большинстве случаев предпочитая тактику полного игнорирования. Учитывая подобное поведение, его внешность и репутацию, народ, вне зависимости от пола и возраста, обходил мечника по широкой дуге. Только единицы добивались от него того, чтобы он обратил на них внимание. И на памяти девушки, он никогда не проявлял интереса первым. Обычно кто-то сам проявлял инициативу или ситуация складывалась таким образом, что Зоро просто не мог продолжать молчать, в результате чего завязывалось знакомство. Тем не менее, даже при таких обстоятельствах, если он кем-то и заинтересовывался, так только людьми обладающими немалой силой воли… Например, такими как Нодзико… Но даже так, было крайне сомнительно, что он стал бы первым, кто проявил инициативу.

— …Всё равно все мужики козлы, — упрямо заявила Нами.

Она напрочь игнорировала тот факт, что сама постоянно и с удовольствием сидит под боком у одного такого вот «козла»… Вернее Козла без всяких кавычек и с большой буквы, но причина тут заключалось совсем не в том, что Луффи — парень.

— …И это не отменяет того факта, что Нодзико плакала из-за Зоро, — чуть подумав, опять же, упрямо добавила девушка.

Она прекрасно понимала, что умудрилась проиграть спор ещё, фактически, до его начала, но просто так признавать своё поражение явно не желала.

— Да когда она плакала-то?! — возмутился Зоро.

Он всё ещё продолжал отбивать атаки невероятно упорного Санджи, что всем сердцем желал наказать «подлого наглеца»… И вовсе не из-за дикой по силе зависти, нет! Только и исключительно из чувства справедливости! Правда, какой именно справедливости и для кого конкретно, можно было только предполагать.

— Когда мы уплывали, чурбан ты бесчувственный! — припечатала парня Нами. — Хоть бы попрощался нормально!

— Да я нормально попрощался! – совершенно искренне заявил Зоро.

— С девушками не прощаются одним лишь похлопыванием по плечу, дурак бесчувственный! – возмущению девушки не было предела и не без оснований. — Надо было тебе хорошенько врезать, чтобы навсегда запомнил, как не нужно прощаться!

— Нами, вообще-то ты ему и так врезала, — решил выступить «гласом разума» Джонни. — Причём, очень сильно! У него даже шишка размером с кулак на голове выросла.

— Значит недостаточно сильно! — непреклонно заявила Нами, оставшись абсолютно глуха к этому самому «гласу разума».

— Рю, успокойся, — отхлебнув пива из бутылки, посоветовал своему другу Йосаку. — Это курица сама не знает, что несёт, поэтому призывать её к благоразумию бесполезно.

За свои слова парень тут же был удостоен ещё одного презрительного фырка.

— А у меня вопрос, — подал голос Усопп, когда удостоверился, что Нами не собирается продолжать тему отношений. Санджи, правда, подобное обстоятельство ничуть не смутило, из-за чего он и не подумал прекратить атаковать Зоро. — Каким образом вы успели так быстро вернуться? — спросил длинноносый парень, отчего всю расслабленность Луффи как ветром сдуло. — Я думал вы будете плавать почти месяц, а вы управились всего за пять д…

— КАКОЙ ВКУСНЫЙ САЛАТ!!! — схватив упомянутый салат, принялся усиленно жрать Луффи упомянутый салат.

— Ты же не особо любишь зелень, — Нами недоуменно покосилась на него. — И зачем так орать?

— …Потому что вкусно?

Взгляд девушки тут же изменился с недоумевающего на подозрительный, но даже под таким взглядом парень продолжал жрать салат так, словно там не было ничего, кроме его любимого мяса.

— Усопп, так что ты там хотел спросить? — наконец, после целой минуты пристального изучения Луффи, Нами повернулась обратно к длинноносому парню.

— А? А! Я хотел спросить, как вы так быстро…

— ВОТ ЭТО ВКУСНЯТИНА!!! — салат оказался мгновенно отложен в сторону, а его место заняло одно из мясных блюд.

Если первое восклицание своего капитана Санджи ещё смог проигнорировать, так и продолжая атаковать Зоро, то второе признание он проигнорировать просто не имел права.

— Разве не ты сам ещё полчаса назад говорил, что оно тебе не понравилось?!! — спросил до глубины души возмущённый блондин, ради такого дела даже оставив мечника в покое.

— …Наверное, я просто не распробовал, — абсолютно правдоподобно повинился Луффи.

Нет, его слова и в самом деле прозвучали правдиво… и это было жуть как подозрительно!!! Охотно признающий собственную неправоту Луффи слабо вписывался в привычную картину мира всех собравшихся, из-за чего все присутствующие, — помимо самого парня, понятно дело, — тут же подобрались, пытаясь осознать, откуда им должно «прилететь». Вернее, в таком ключе думали Зоро, Джонни, Санджи и Йосаку. В свою очередь, Усопп, будучи в семье пока лишь новичком, всё ещё не улавливал подобные нюансы. Хотя и он уже успел узнать Луффи достаточно, чтобы насторожиться. Зато Нами сходу уловила все самые важные детали и сразу пришла к верному выводу.

— Усопп, пожалуйста, повтори свой вопрос, — попросила девушка, не спуская взгляда с Луффи.

Вот только вместо одного ожидаемого вопроса, все присутствующие услышали совсем другой и полностью неожиданный.

— Кто такой Усопп? — недоуменно спросил Санджи.

Нами, Джонни, Зоро и Йосаку уставились на него так, словно у него резко выросла вторая голова.

— Что? — сконфуженно посмотрел на них блондин, искренне не понимая, чему они так удивились.

Вся четвёрка дружно перевела взгляды на Луффи, но тот, подняв тарелку повыше, из-за чего она полностью закрыла его лицо, усиленно работал ложкой, старательно создавая вид, что он ни о чём знать не знает. Тогда четвёрка перевела взгляд на самого Усоппа, который не стал придумывать велосипед, а просто воспользовался удачным примером перед собой. Другими словами, он, как и Луффи, схватив первую попавшуюся ему под руку тарелку со стола, принялся усиленно работать ложкой.

Такого их странного поведения уже было более чем достаточно, чтобы все присутствующие сделали соответствующие выводы. Однако Нами, будучи, пожалуй, самой успешной последовательницей Луффи, — то есть, степень её Луффицирования давно уже перевалила за все разумные пределы, — пошла ещё дальше. Ей потребовалось не более пятнадцати секунд, чтобы проанализировать весь вечер и прийти к выводу, что Луффи, при активной поддержке Усоппа, специально скрывал имя длинноносого парня от Санджи. И, надо заметить, скрывал весьма успешно… До последнего момента… Когда он явно начал скрывать что-то ещё, и в отрыве от Усоппа.

— Я, так понимаю, он никакой не Кондориано, да? — достав сигарету и прикурив, разрушил установившуюся тишину Санджи.

— Кондориано? — уставился на него Йосаку.

— Усопп назвался Кондориано? — на всякий случай уточнил Джонни. — И ты ему поверил?! — в его голосе сквозило ничем неприкрытое и вполне оправданное удивление.

— Я, так понимаю, никакой восьмидесятитысячной армии зомби тоже не было? — сделав глубокую затяжку, ни к кому конкретно не обращаясь, задал риторический вопрос Санджи.

— Армия зомби? — приподнял бровь Зоро.

Он, вместе с Нами, Джонни и Йосаку, снова посмотрел на Луффи, а затем и на Усоппа. Вот только парни жрали с таким энтузиазмом, что было совершенно непонятно, как они умудряются не давиться при такой скорости забрасывания еды в рот… И куда в них лезет, если до этого они и так уже успели плотно поесть.

— Как ты вообще умудрился поверить в подобный бред? — наконец, задал сам собой напрашивающийся вопрос Джонни.

— Я сначала и не поверил, — ответил ненормально спокойный Санджи.

— Сначала? — сходу уловила главное Нами. — И почему же ты поверил потом?

Вместо ответа, блондин молниеносным ударом ноги снёс голову Усоппу… или точнее попытался снести ему голову. Однако длинноносый парень, издав испуганный вскрик, бросив тарелку с ложкой, нырнул под стол, тем самым успешно избежав чудовищного по силе удара Санджи. Удара, которого он совершенно точно не мог видеть из-за своей тарелки… Не говоря уже о том факте, что уворачиваться он начал до начала атаки блондина. Первые несколько секунд, если не считать Луффи и изначально ожидавшего подобного исхода Санджи, все удивлённо таращились на пустое место Усоппа, а вот потом они действительно начали осознавать всю глубину ситуации.

— В-в-в-в-воля?!! — безбожно заикаясь, выдал потрясённый до глубины души Джонни.

— Это невозможно!!! — совсем не типично для себя, яростно замотал головой Йосаку. — В конце концов, это просто не честно!!! — тут же он выдал настоящую причину своей ярости.

После мгновенно пробуждённой Воли у Коби, парень явно не был готов принять точно такое же мгновенное пробуждение Воли у Усоппа… Только не после стольких месяцев всех тех бесчеловечных тренировок!!! В этот момент у него тоже появились вопросы ко вселенной и существованию справедливости в ней.

— Усопп начал двигаться до начала удара, — глухо констатировал неоспоримый факт Зоро.

Он уже давно освоил два типа Воли, но никогда не забывал каких усилий ему это стоило, из-за чего такая несправедливость задела и его.

— Вот поэтому я и поверил в их безумную историю, — пояснил невозмутимый Санджи, сделав очередную затяжку. — Так, значит, тебя зовут Усопп? — чуть погодя, добавил он, когда длинноносый парень рискнул высунуть из-под стола свой длинный нос.

— П-приятно познакомиться, — выдавив из себя улыбку, поздоровался с Санджи мёртвенно-бледный парень. — Это Луффи меня заставил, — на всякий случай добавил он.

— Ха-а… кто бы сомневался, — устало выдохнув, пробормотал Зоро.

Действительно, вот в чём-чём, в этом точно никто не сомневался.

— Луффи, где эта чёртова книжка? — резанул воздух воистину ледяной голос Нами.

— Какая книжка? — перестав прикидываться глухонемым и, наконец, оторвавшись от давно уже опустевшей тарелки, спросил парень.

Его голос, выражение лица и язык тела однозначно говорили о том, что перед всеми сейчас сидит невинный простачок, не способный обмануть даже маленького ребёнка. Да к тому же настолько миролюбивый, что в глубокую депрессию его могла вогнать и невинно убиённая муха. И словно этого было мало, он ещё на полную задействовал свою и без того довольно безобидную внешность, умудрившись разом стать года на три-четыре младше. Принимая во внимание, что Луффи и без всяких уловок с трудом тянул на свои семнадцать лет, всё стало выглядеть так, словно кучка злобных дядек, во главе с ещё более злобной тёткой, — пусть и безумно красивой! — нагло запугивали абсолютно невинного ребёнка. И любой посторонний, окажись он поблизости, мог это подтвердить хоть под страхом смерти! Посторонних, правда, здесь и сейчас не было, из-за чего всё актёрское мастерство Луффи пропало втуне.

Заглянув в абсолютно невинные глаза парня, куда бы уместнее смотревшиеся на лице младенца, Нами поняла, что словами она от него ничего не добьётся. Луффи явно был в ударе и намеревался веселиться дальше. Именно веселиться. Она прекрасно знала, что если бы он действительно намеревался что-то от них скрыть, тогда бы никто из них ничего бы и не заподозрил.

Не став больше ничего спрашивать, девушка внаглую навалилась на своего капитана и, запустив руку в его нагрудный карман, извлекла уже знакомую большинству присутствующих записную книжку. Такой «прокол» только ещё сильнее укрепил веру Нами в том, что Луффи особо и не собирался от них ничего скрывать. Иначе бы он просто не стал таскать с собой подобный компромат, а его записная книжка была компроматной дальше некуда. Первая же запись, — Пункт первый: Испытать на новом члене семьи ускоренное пробуждение Воли, — расположенная на первой же странице, оказалась зачёркнута, а рядом поставлена галочка о выполнении.

— Первый пункт зачёркнут, — подняв взгляд от книжки, испуганно произнесла Нами.

Зоро, Джонни и Йосаку дружно уставились на Усоппа. Однако, на их взгляд, он выглядел совершенно нормальным. В смысле, удар Санджи, конечно, его изрядно напугал, но он всё равно не походил на человека, подвергшегося чему-то настолько ужасному, что это позволило ему пробудить Волю. Хотя, надо признать, и на человека, которому бы Луффи рассказал свою историю про «паровозик, который смог!», Усопп тоже не походил. Джонни, Зоро и Йосаку удивились этому факту почти сразу же, как проснулись и увидели длинноносого парня… Конечно, самым первым делом они удивились тому, что он вообще всё ещё жив.

Глава 11. Санджи. Часть 4

— Первый пункт? Что ещё за первый пункт? — закономерно заинтересовался Санджи.

Он не присутствовал, когда вскрылась вся «ужасная правда» о дальнейших планах Луффи, поэтому всё ещё пребывал в блаженном неведении.

— Наш капитан завёл себе дневник, куда теперь записывает все пришедшие ему в голову идеи, — Зоро «любезно» просветил блондина, усевшись обратно на своё место за столом и взявшись за недопитую бутылку вина.

Сигарета Санджи выпала из его раскрытого в ужасе рта, а сам он уставился на книжку в руках Нами, как… как… В общем, точно так же, как в своё время на неё смотрели все остальные члены семьи. И только Усопп всё ещё не осознавал серьёзности всего происходящего.

— Не сравнивай мою записную книжку с дневником! — Луффи недовольно посмотрел на своего первого помощника. — Дневники — это для маленьких девчонок! Настоящие мужики пользуются записными книжками и только записными книжками.

— Я думал настоящие мужики вообще ничем таким не пользуются, — произнёс Йосаку.

В этот момент ему сильно повезло, что у Луффи под рукой была Нами вместо его любимых револьверов. Это спасло бессмертного парня от очередного выноса мозга… в буквальном смысле слов.

— …

— Да всё-всё, молчу-молчу!

Йосаку поспешил примирительно поднять руки, когда заметил шарящий по столу взгляд Луффи, который явно искал, чем бы таким в него смертельно бросить.

— Ну и? — дрожащими руками вставив в рот новую сигарету и с трудом её подкурив, спросил Санджи после нескольких глубоких затяжек. — Какой там следующий пункт в этой дьявольской книжке? — посмотрел он на Нами.

— Второй и третий пункты отсутствуют, — опустив взгляд обратно в книжку, ответила она. — Четвёртым пунктом идёт уничтожение какой-нибудь секретной организации… Тут ещё написано, что «Барок Воркс» сойдёт… Что ещё за «Барок Воркс»?

— Неужели я и вправду написал «Барок Воркс»? — явно озадачился Луффи, после чего заглянул в собственную книжку в руках девушки. — Вот блин, точно! Как это я так ошибся? И никто меня главное не поправил, позор вам! — это уже было адресовано Зоро, Джонни и Йосаку. — Нами, ну-ка, дай-ка мне сюда мою книжечку, надо в ней кое-чего подправить.

— Так что за «Барок Воркс»? — вернув парню его книжку, Нами вопросительно посмотрела на сидящего напротив Зоро. — Что-то я не помню никакого «Барок Воркс».

Получив обратно свой «не дневник», Луффи тут же достал огрызок карандаша, специально припасённый для подобных случаев за ленточкой его шляпы, и принялся что-то чиркать в своём, опять же, «не дневнике».

— Для начала, не «Барок Воркс», а «Бардак Шваркс», — оторвавшись от бутылки, слегка усмехнулся Зоро.

Джонни, Йосаку и Санджи тоже сразу расплылись в улыбках.

— Я в тот раз был вместе с ними, — пояснил блондин, стоило ему поймать на себе вопросительный взгляд Нами.

— Мы в тот день как раз только-только собрались в очередной раз обчистить Багги, — начал рассказывать Джонни, — когда к нам заявился этот мистер номер семь…

— Неопознанный труп номер семь — вставил улыбающийся Йосаку.

— …и начал капать нам на мозги — невозмутимо продолжил Джонни, — этой их организацией, «Барок Воркс».

— С легкой подачи Луффи сразу превратившейся в «Бардак Шваркс».

— Придурок принялся рассказывать нам о том, какие они там все невероятно сильные, насколько нереально их много и что все их базы располагаются только на Гранд Лайн, — презрительно фыркнул Джонни. — Он нам хотел типа сказать, что настолько фантастически крутые парни могут жить лишь в самом опасном море из всех.

— В общем, мужик пел обычные дифирамбы, — резюмировал Йосаку.

— Собственно говоря, ничего такого интересного и оскорбительного, за что бы стоило его убить, он не говорил, — вставил Санджи. — По крайней мере, в начале, но потом ему пришлось немного умереть.

— Я так и не поняла чем они занимались, — произнесла недоумевающая Нами. — И зачем им понадобились конкретно вы?

— Я как раз об этом собирался сказать, — кивнул Джонни. — «Бардак Шваркс» — это организация битком набитая охотниками на пиратов.

— Ага, теперь ясно, зачем вы им понадобились, — понимающе кивнула девушка.

— Под их контролем находится несколько целых городов, куда они заманивают пиратов, а затем берут их в плен или убивают, — продолжил рассказ Йосаку, когда Джонни решил промочить горло пивом. — Всё оставшееся от пиратов имущество, они, понятное дело, продают или оставляют себе.

— То есть, прямо как мы сами до недавнего времени, — вставил Джонни, поставив опустевшую кружку на стол.

— Наши действия заинтересовали их Босса, так называемого Мистера Ноль.

— Будущий неопознанный труп номер зеро.

— Вот он и отправил к нам седьмого трупа, чтобы тот нас завербовал, — закончил с пояснениями Йосаку.

В этот момент Нами, наконец, поняла, откуда взялись все эти номерные неопознанные трупы. Попытка подчинить Луффи? «Ворксу» или «Шварксу» действительно было не место в этом мире.

— Самое забавное, что в качестве признания наших заслуг на поприще охотников за вознаграждениями, нам были обещаны должности сразу в числе Миллионс, а не Биллионс, — добавил Джонни.

Все парни, не считая Усоппа, тут же опять расплылись в улыбках.

— Миллионс? Биллионс? — невольно приподняла бровь Нами. — В смысле, Миллионы и Миллиарды?

— Наш будущий неопознанный труп номер зеро представляет собой труп с очень большими амбициями, — пояснил ей рядом сидящий Луффи. — Как мы потом выяснили в процессе допроса с пристрастием, на самом деле Миллионс насчитывается всего пара сотен, а Биллионс едва перевалило за полторы тысячи человек. И ещё любой Миллионс может отдавать приказы любому Биллионсу.

— Иначе говоря, нам было обещано, что, стоит нам вступить в их клуб по интересам, как в нашем подчинении сразу же окажется более полутора тысяч человек, — опять резюмировал Йосаку. — Помимо этого нам ещё пообещали, что если хорошо будем трудиться, со временем, вполне можем оказаться в числе номерных агентов.

— Таких всего двенадцать, плюс у каждого номерного агента есть своя пара, названная в честь дней недели и различных праздников, — добавил Джонни.

— Есть ещё тринадцатая пара, пара чистильщиков, которые устраняют агентов проваливших задание и предателей, — Йосаку выразительно провёл большим пальцем поперёк своего горла. — В случае смерти номерного агента, замену ему находят среди Миллионс.

— Прикол в том, что все Миллионс должны подчиняться номерным агентам, но любой из них с куда большей радостью собственноручно вскроет череп номерному агенту, чем выполнит его приказ. И вот обещанием, что мы, в будущем, сможем попасть в число номерных агентов, нас и пытались заманить в их организацию.

— Ведь это такая честь, быть номерным агентом! –прокомментировал Луффи полным сарказма голосом.

— По крайне мере, пока он говорил об этом сам, всё выглядело именно так, — усмехнулся Санджи. — Однако стоило нам начать жечь ему пятки, как он сразу запел совсем по-другому.

— Едва запахло жаренным, как он тут же рассказал нам, что половина номерных агентов дохнет не от рук пиратов, а от ударов в спину своих же людей из Миллионс, — произнёс Джонни.

— Важное уточнение, — приподнял палец Йосаку, — дохнущие номерные агенты относятся ко второй половине… Это агенты, начиная с шестого номера и по двенадцатый, — пояснил он в ответ на молчаливый вопрос Нами.

— Для такого чёткого разделения существуют какие-то причины? — вопросительно приподняла бровь девушка. — И чем они отличаются друг от друга? Хотя, конечно, вариантов тут немного.

— Думаю, ты и сама уже догадалась, — привычно раскурив свою сигару от пальца Джонни, Йосаку откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол. — Всё дело в силе, — сделав глубокую затяжку, выпустил он вверх струю дыма. – Первая половина просто-напросто намного круче второй.

— Вроде как, все номерные агенты и их пары, начиная с Мистера Зеро, и заканчивая парой Мистера Пять, являются самыми крутыми ребятами в «Бардак Шваркс», — поддакнул Джонни.

— Иначе говоря, все в их организации нереально круты и пафосны, но первая пятёрка особо крута и пафосна даже среди таких фантастически невероятных ребят, — насмешливо произнёс Йосаку, довольно попыхивая своей сигарой.

Его слова и тон голоса не оставляли ни малейших сомнений в том, что он на самом деле думает об «крутых и пафосных» ребятах.

— И что? — спросила Нами после небольшой паузы, когда убедилась, что словесный фонтан парней иссяк. — Мы будем выслеживать эту группу, чтобы затем её уничтожить? — этот вопрос она адресовала непосредственно Луффи.

— А почему бы нет? — беспечно спросил он в ответ. — Я решил стать пиратом по той простой причине, что так я смогу быть абсолютно свободен в принятии решений… В разумных пределах, конечно.

— Это в каких же? — невольно заинтересовался Джонни.

По выражениям лиц остальных членов семьи можно было легко прочесть, что они тоже совсем не прочь услышать об этих самых «разумных пределах». С их точки зрения Луффи был тем ещё… беспредельщиком. Поэтому им было странно слышать о каких бы то ни было пределах.

— Разве не очевидно? – он обвёл взглядом всех присутствующих. — Я могу поступать по собственному желанию только до тех пор, пока мои поступки не приведут вас всех к смерти. Будь я совершенно один, тогда бы давно уже вовсю веселился в Новом Мире, но у меня есть вы, и это накладывает на мои действия определённые ограничения. Не сказать, чтобы эти ограничения были такими уж сильными, но, например, не имеет смысла плыть в Новый Мир, пока каждый из вас не овладеет двумя типами Воли… Вернее никто не мешает нам отправиться в Новый Мир хоть завтра с утра, только в чём прикол? В таком случае мне придётся ограничивать себя практически во всём, иначе вы все тупо умрёте… Ваших сил пока ещё недостаточно, чтобы я мог не задумываться о последствиях своих действий в Новом Мире.

Это был один из тех немногих случаев, когда он был предельно серьёзен. По нему легко можно было сказать, что он ничуть не преувеличивает и говорит всё так, как есть.

— Откровенно говоря, я даже не уверен, что моих нынешних сил достаточно для веселья в Новом Мире, — высказал Луффи практически кощунственную мысль. — Я имею кое-какое представление о силе наших будущих противников, и некоторым из них хватит одного лишь чиха в сторону того же Зоро, чтобы его распылило в кровавую пыль… И я бы даже не сказал, что сильно утрирую — его Воля всё ещё не достаточна сильна. Как вы понимаете, в таких условиях я не смогу со спокойной душой пинать в задницу каждого не понравившегося мне козла, что совершенно точно нельзя назвать свободой… Именно поэтому, после прибытия на Гранд Лайн, я планирую ещё два-три года развлекаться в первой его половине, что автоматом возвращает нас к «Бардак Шваркс». Раз у нас всё равно будет много свободного времени, так почему бы не потратить некоторую его часть на уничтожение тайной организации, привлёкшей к себе моё внимание? Мы в любом случае будем искать себе развлечения, возможности напоминать миру о себе и испытывать собственные силы, так почему бы тогда не начать с «Бардак Шваркс»?

В ответ на столь тривиальный вопрос Джонни, члены семьи совершенно точно не ожидали услышать от своего капитана целую речь. Да ещё настолько серьёзную речь, а не какой-нибудь его обычный бред. Над словами парня задумались все без исключения, но атмосфера за столом вовсе не стала тягостной. Безусловно, в своей речи он затронул по-настоящему серьёзные вопросы, но, помимо них, он также продемонстрировал свою заботу о семье, об их семье. И подобное тоже происходило чрезвычайно редко. Слишком уж сильно Луффи любил валять дурака. Нет, все они знали, что он никогда не позволит причинить им настоящий вред, — совсем другое дело вред небольшой, для обучения и закалки характера, такое парень мог проделать и сам, — но он редко демонстрировал свои истинные чувства. Тем не менее, когда это всё же происходило, никто из семьи не мог остаться равнодушным.

Так в своё время было с «Козырной Семьёй», когда стоило Джонни и Йосаку на самом деле оказаться в смертельной опасности, Луффи тут же перемешал в кровавую кашу всех врагов рядом с ними. Так было с Кригом, когда Луффи не пустил Нами участвовать в кровавом побоище. Так было с родным островом девушки, когда участь всех рыболюдей была предрешена тем простым фактом, что они посмели поднять на неё свои перепончатые руки. Их ждала смерть даже вздумай она неожиданно их простить — парень верил в прощение только после смерти. В любом другом случае лишь по-настоящему веские причины могли заставить его пощадить своих врагов. Например, если их смерть гарантировала смерть его семьи, но даже при таком раскладе отсрочка могла быть только временной. Стоило бы ситуации измениться, как Луффи бы сразу вернулся к своим «незаконченным делам».

На фоне Нами, Джонни, Йосаку и Зоро немного в стороне оказались Усопп и Санджи. Первый едва успел вступить в семью, поэтому ещё знать не знал свидетелем насколько редкого события он сейчас стал, а Санджи, несмотря на прошедшие два года, всё ещё более-менее сохранял ясный ум относительно Луффи… Или, если говорить откровенно, блондин не был настолько же неистово предан своему капитану, как все остальные члены семьи. В результате чего, такое открытое проявление заботы значило для него несопоставимо меньше, чем для них.

И этому имелось вполне простое объяснение.

Несмотря на всё проведённое со своей новой семьёй время, Санджи всё-таки не находился рядом с Луффи постоянно. Несколько недель или месяцев совместных тренировок и сражений, после чего блондин возвращался обратно в окружение своей первоначальной семьи, к старику Зеффу и остальным поварам. Не будет преувеличением сказать, что чувства парня к обитателям «Барати» были даже более сильными, чем к обитателям Гоинг Мерри. Если вынести за скобки Зоро, который был со своими тараканами в голове и скелетами в шкафу, то Джонни и Йосаку вообще не имели никакой семьи кроме нынешней. Для Нами новая семья стала настоящим спасением из беспросветного мрака, поэтому она уже успела невероятно глубоко привязаться к своим «мальчикам». В свою очередь, старик Зефф и повара из «Барати» для Санджи важны примерно так же, как Луффи, Зоро, Джонни и Йосаку важны для Нами. Узы блондина не были кровными, но, как и в случае семьи «Соломенной Шляпы», отсутствие кровного родства не имело никакого значения.

В тоже время, несмотря на свои прошлые привязанности, Санджи, в случае необходимости, всегда был готов отдать жизнь за любого члена своей новой семьи. Однако если Нами, Джонни, Йосаку и Зоро на полном серьёзе считали, что их жизни целиком и полностью принадлежат Луффи, то для блондина таким человеком был Зефф. В своё время, старик спас Санджи в обмен на свою ногу, корабль, людей, славу и силу… На самом деле, конечно же, всё было совсем не так, но для парня дела обстояли именно так. Он считал себя должником Зеффа, из-за чего упорно отказывался надолго покидать «Барати». И в этом его упорстве заключалась одна из основных причин, почему за два прошедших года, он так и не перебрался на Нечто, на постоянное место жительства. Санджи верил, что он должен защищать «Барати» даже ценой собственной жизни, ведь для Зеффа ресторан был самым дорогим на свете… Опять же, на самом деле, конечно же, всё было совсем не так, но только не для парня.

Вера — страшная штука! Как и Надежда, так и Любовь. Тем не менее, в своей жизни Санджи уже давным-давно руководствовался именно Верой. Верой в то, что его жизнь принадлежит Зеффу. Верой в то, что для Зеффа не было ничего важнее «Барати». Верой в то, что если понадобится, он должен отдать свою жизнь за ресторан. Ведь его жизнь принадлежит Зеффу, а для старика не было ничего важнее «Барати». Замкнутый круг вины. И именно из-за чувства вины Санджи не видел того, что было очевидно практически всем, кто хоть немного знал Зеффа и самого парня. Самое дорогое, что было у Зеффа — его ресторан? Да как же! Про такое было смешно даже слушать.

— И как мы будем искать этот твой «Бардак Шваркс»? — спустя весьма продолжительное время, нарушила установившуюся тишину Нами, когда вновь устроилась под боком Луффи. — Насколько я знаю, ты Гранд Лайном не интересовался… В смысле, информацию ты там получать не сможешь.

— Естественно не смогу! — возмущённо фыркнул парень. — Какой прикол знать всё наперёд? Однако после всего того, что я уже слышал о Гранд Лайн, лучше бы ему меня не разочаровать, иначе потом пусть весь мир пеняет на себя!

— Принимая во внимание, что ты умудрился заметно повлиять на этот самый мир из слабейшего моря из всех, ему в любом случае не повезёт, — теперь фырка удостоился сам Луффи, только не возмущённого, а насмешливо-саркастичного.

— …По крайней мере, если останусь довольным, я буду к миру более снисходителен, чем в противоположном случае, — после небольшой паузы, не очень успешно попытался оправдать себя парень.

За разговором о том, что они будут делать по прибытии на Гранд Лайн прошёл ещё целый час. За это время Санджи, вместе с вызвавшейся помочь ему Нами, прибрался на столе, а затем заставил его различными сладостями собственного приготовления. У вроде бы и так уже давно обожравшихся парней немедленно нашлось дополнительное место, поэтому сладости не залежалась. Хотя Зоро, разрывающийся между своим вином и чаем, выглядел крайне забавно… Правда, в итоге, он просто смешал чай с саке, из-за чего Санджи чуть удар не хватил. И вот всё вроде бы было хорошо, и ничего не предвещало беды, но ближе к трём часам ночи случилось то, что просто не могло не случиться.

— В смысле за пять дней? — недоуменно переспросил Йосаку у рядом сидящего Усоппа. — Какие ещё пять дней? Нас не было почти месяц!

— Почти месяц? — Усопп посмотрел на Йосаку таким взглядом, словно тот полный идиот. — Один день до Гаймона, пару часов на острове, пару часов до Барати, и четыре дня на самом ресторане. Если сложить всё вместе, получается, что вас не было всего пять дней… Про какой ещё месяц ты говоришь?

— …

Йосаку откровенно потерял дар речи.

— Я так и знал, что не могло всё быть настолько просто! — в то же время, почти с облегчением вздохнул Джонни.

Разговор мгновенно привлёк внимание всех остальных членов семьи, а едва попытавшегося чё-то там вякнуть Луффи, взяла на себя Нами — она накрыла его рот ладонью, не дав ему и слова сказать. Парень возмущённо замычал, но этим и ограничился, что, в свою очередь, было равносильно разрешению на свободный допрос длинноносого вруна.

— Усопп, хочешь сказать, для тебя прошло всего пять дней? — спросила девушка.

— Что значит для меня? – он наградил её таким взглядом, словно она сказал какую-то чепуху. — Пять дней они и есть пять дней!

— Гм… — выдал Йосаку.

Он озвучил общее мнение.

— Так, давай-ка разберёмся, — незамедлительно взял дело в свои руки Джонни, чрезмерное любопытство которого уже давным-давно не поддавалось никакому контролю. — Я правильно понял, что, по твоему мнению, прошло только пять дней с момента нашего расставания?

— …Я так понимаю, вы хотите меня убедить в том, что прошло не пять дней, а почти целый месяц, так? — уточнил Усопп полным скепсиса голосом. — Вы реально думаете, что после всего произошедшего я поверю в подобную чушь? — презрительно фыркнул он.

И вот что тут ему можно было возразить?

— …

— Получается, ты тренируешься только пару дней, и только после вашего прибытия на Барати? — спросил Йосаку, когда Джонни, как и он немногим раньше, потерял дар речи.

— Ну да… а что?

— Хочешь сказать, ты овладел Волей за пару дней, просто плавая вокруг ресторана с небольшим грузом? — усмехнулся Йосаку.

— Эй, груз у меня довольно большой! — искренне возмутился Усопп.

В конце концов, Луффи заставлял его плавать со специальными утяжелителями, совокупный вес которых равнялся полутонне… Откровенно говоря, длинноносый врун до этого знать не знал, что он вообще способен на подобный подвиг. Ещё неделю назад ему не хватало сил оторвать от земли сто килограмм, а сейчас он умудрялся плавать с полутонной дополнительного веса. И хотя он не понимал, как такое возможно, реальность говорила сама за себя.

— Ладно, пусть будет большим, — кивнул Йосаку, давно уже привыкший к совсем другим цифрам. — Но так как насчёт Воли?

— Что ещё за Воля?

— …

— Ты умудрился увернуться от удара Санджи, и при этом не знаешь, что такое Воля? — спросил Джонни, тогда как Йосаку уставился на длинноносого парня немигающим взглядом.

— Причём тут какая-то Воля? — недоуменно спросил Усопп. — Меня хотели пнуть в голову, конечно же, я увернусь! Любой бы увернулся!

— И каким же образом ты это сделал?

— В смысле? Он попытался пнуть меня в голову, поэтому я просто взял и увернулся!

— …Ты что с ним сделал? — наконец, озвучил Зоро общую мысль, посмотрев на Луффи. — Он использует Волю, но не понимает, что он использует Волю? Такое разве вообще возможно?

— Конечно же нет! — радостно ответил парень, когда Нами слегка приоткрыла ему рот.

— Тогда как он это делает? — ткнул Санджи пальцем в сторону явно ничего не понимающего Усоппа. — Это ведь явно не случайные проявления Воли, а полноценное умение.

— В смысле, как делает? — приподнял бровь Луффи. — Берёт и делает!

— …

— Если он всё понимает, как он тогда может не знать, что такое Воля? — снова озвучил общую мысль Зоро. — Это же, фактически, предвиденье… Как можно не понимать, что ты обладаешь предвиденьем?

На лице Луффи проступило самодовольное выражение по типу: «А я знаю то, чего не знаете вы, но вам я об этом всё равно не скажу!». Впрочем, стоило Нами понять, что больше они от него ничего не добьются, как она вновь закрыла его рот рукой, из-за чего его самодовольное выражение тут же уступило место выражению незаслуженно обиженного щенка… Во всяком случае, глаза были точь-в-точь!

Остальная часть семьи незамедлительно попыталась разобраться с тем, что умудрился Луффи сотворить с Усоппом, но, довольно предсказуемо, не добилась никаких результатов. Зато они выяснили, что Усопп вообще ничего не знал о Воле, но при этом крайне успешно применял Волю Обнаружения. Однако сам он её осознавал совсем не так, как её осознавал тот же Зоро. Если для мечника использование Воли Обнаружения было сродни предвиденью, — собственно, как и у всех, — то Усопп не отличал своё предвиденье от реальности. Иными словами, с его точки зрения, от удара он уворачивался не из-за того, что предвидел его, а из-за того, что он его видел. И убедить его в обратном не представлялось возможным. Теоретически можно было бы проявить намерение, но не нанести удар, дав Усоппу возможность увернуться от несуществующего удара и тем самым доказать его способность предвидеть. Вот только на практике, как и всегда, всё оказалось несколько сложнее.

Для начала, ни один человек, не владеющий Волей Наблюдения, не мог сознательно обмануть человека владеющего этой самой Волей, то есть, за исключением Луффи и Зоро никто в семье не был способен обмануть Усоппа. И всё бы хорошо, но довольно быстро выяснилось, что длинноносый парень видел дальше, — или правильнее будет сказать глубже? — чем Зоро. Усопп реагировал только на реальные удары, полностью игнорируя ложные намерения … и это было уже совсем за гранью Добра и Зла! Однако прежде чем все вокруг окончательно поверили в «Чёрную Несправедливость Мира», Джонни произнёс сокровенную фразу.

— Даже для истории про паровозик, который смог, подобный результат чересчур! — произнёс он с дикой смесью обиды, раздражения, злости и тоски в голосе.

Эффект оказался моментальным. Никто и понять ничего не успел, как лицо Усоппа стало белее мела, а затем начало стремительно и совсем не здорово синеть. Крупные капли пота выступили на лбу резко помертвевшего от страха парня, но самым главным был его взгляд. Секундное недоумение, — он как будто сам не понимал, что с ним происходит… вероятнее всего потому, что действительно не понимал, — начало стремительно уступать место накатывающему ужасу. Взгляд Усоппа потерял чёткость, его рот начал раскрываться в беззвучном крике ужаса, словно он увидел что-то запредельно жуткое, но полностью невидимое для других… Прежде чем пугающие метаморфозы успели зайти ещё дальше, в лоб парня прилетела вилка. Прилетела довольно сильно — достаточно, чтобы пустить кровь и вывести длинноносого вруна из его транса.

— Три-четыре! Три-четыре! Мы едем на каникулы! Усопп, приём! Приём, как слышишь меня? — это всё сказал широко улыбающийся Луффи.

Он улыбался настолько широко, что его глаза превратились в две едва заметные щелочки. В то же самое время он без проблем удерживал под мышкой отчаянно трепыхающуюся Нами, которой теперь уже он зажимал рукой рот. Впрочем, трепыхания девушки довольно быстро сошли на нет, когда она осознала, что сопротивление бесполезно. Замерев, она недовольно насупилась.

— А? — немного заторможено произнёс всё ещё мёртвенно-бледный Усопп.

— Ты хочешь спать! — непреклонным голосом заявил Луффи, всё так же не переставая широко улыбаться.

Это была настолько омерзительно-фальшивая улыбка, что у всех мурашки по коже забегали только от одного её вида.

— Я хочу спать? — недоуменно переспросил Усопп.

Из-за своего заторможенного состояния, он стал единственным, кто не мог должным образом оценить сложившуюся ситуацию.

— Ты хочешь спать! — кивком головы подтвердил Луффи.

— Я хочу спать, — согласно кивнул Усопп.

Выбравшись из-за стола, он несколько потерянно побрёл в сторону входа в ресторан, в дверях которого вскоре и скрылся, после чего повисло продолжительное и тягостное молчание. Все присутствующие никак не могли отвести взгляд от дверей, за которыми скрылся Усопп. Потом, вся семья, дружно, словно по какой-то неслышимой команде, повернулась в сторону Луффи, который, в кои-то веки, совершенно явно почувствовал себя виноватым… Во всяком случае, всем искренне хотелось в это верить.

— В своё оправдание могу сказать, что я не знал, насколько именно его нужно напугать, чтобы пробудить у него Волю, поэтому решил сразу же зайти с козырей! — зачастил парень, что с ним бывало чрезвычайно редко. — И вообще, раз мы нацелились на Гранд Лайн, я был просто обязать сделать его сильным в самые кратчайшие сроки! Иначе, будучи самым слабым в семье, он в будущем вполне мог умереть! Я же только о нём и заботился, поэтому ни в чём не виноват!

Очередные оправдания Луффи в очередной же раз никого не впечатлили. В переводе на обычный язык, его слова означали, что он прекрасно осознавал собственную вину, но, предсказуемо, признавать её не собирался. Хотя, в конечном итоге, самой возмущённой оказалась Нами, да и то лишь на фоне остальных. Парни изначально готовились к тому, что больше никогда не увидят Усоппа, — и готовились не столько в шутку, сколько всерьёз, — поэтому любой другой исход, с их точки зрения, выглядел положительным результатом… К тому же, Усопп пробудил Волю, а такое ему никто из парней не собирался прощать. Даже Зоро. И это показатель.

С другой стороны, Нами, когда Луффи её освободил, лишь немного побурчала, вяло попыталась воззвать к совести окружающих, закономерно потерпела полное поражение, и, на этом успокоившись, вернулась обратно под руку к парню. Тем более, как уже говорилось, вся семья, за исключением Санджи, давно уже считала, что их жизни принадлежат Луффи. И Усопп, соответственно, не исключение. Подобная фанатичная преданность вполне могла напугать, но в то же самое время, каждый из семьи знал, что Луффи был предан им с едва ли не ещё большим фанатизмом… Конечно, его преданность тоже была весьма своеобразна, и порой вообще не выглядела таковой.

На просьбу Зоро быстрее сделать его сильнее, Луффи, фактически, просто-напросто убил его. Однако попытайся кто-нибудь проделать такое с мечником помимо самого парня, и он бы, в отместку, если бы понадобилось, залил кровью и завалил трупами весь мир. И не как сейчас, когда его, пусть и с натяжкой, можно было назвать хорошим. Серьёзно, без шуток! В конце концов, своих жертв он находил среди различного сброда, в основном пиратского, по которому и так все виселицы дружно плакали. Нет, речь шла о такой ситуации, когда бы Луффи, преследуя одного-единственного человека, без раздумий бы уничтожил целую страну, со всеми её жителями, если бы конечным результатом стало убийство того самого «одного-единственного». Именно об этой Тьме, которую Луффи контролирует, и говорила Нами. И именно эта Тьма, как был непоколебимо уверен Зоро, заставит мир содрогнуться, когда какой-нибудь идиот всё-таки достанет кого-нибудь из их семьи.

Глава 11. Санджи. Часть 5

Тема Усоппа оказалась если и не позабыта, то, как минимум, отложена до лучших времён. В конце концов, длинноносый врун остался жив, поэтому всё остальное было уже не так существенно. Среди членов семьи вообще не поощрялись долгие и, особенно, тягостные раздумья. Нужно быть проще и жить веселее. Так думал Луффи, а значит, в той или иной мере, и все остальные Соломенные Шляпы. Как уже неоднократно говорилось, парень превосходно умел навязывать своё мнение другим. Да и не только мнение: сам навязываться он тоже умел, и ещё как умел!

Дальнейший остаток вечера, или скорее уж ночи, прошёл спокойно. Никаких новых откровений, серьёзных тем и планов, только лёгкое общение обо всём и ни о чём. В дружной семье тем для разговоров всегда было предостаточно. Особенно после пусть и недолгой, но всё-таки разлуки. Санджи, как это всегда с ним бывало, рассказывал про Зеффа и остальных поваров, и ещё немного про посетителей, которые умудрились отличиться тем или иным способом. Джонни, Йосаку, Зоро и Нами всё больше про родной остров девушки и события на нём. Пусть про разгром банды Арлонга и отношения Зоро с Нодзико они уже рассказали, однако за время проведённое на острове произошло много всего другого. Ничего такого серьёзного или особо запоминающегося, но тем не менее достаточно забавного или интересного, чтобы об этом не лень было упомянуть. Самое то для поддержания разговора и той лёгкой, расслабленной, даже в чем-то слегка ленивой, атмосферы установившейся за столом.

Ближе к утру, дружными усилиями убрав всё со стола и перемыв всю оставшуюся после них грязную посуду, вся семья улеглась спать… или почти вся. «Беда» пришла оттуда, откуда Нами её никак не ожидала. За прошедший месяц она как-то напрочь успела позабыть о разговоре с Луффи по поводу его каюты. Несмотря на всё его упорство, она, в конечном итоге, посчитала, что в тот день он просто-напросто вредничал и говорил обо всём не всерьёз. Вот она и заняла единственную отдельную каюту на «Гоинг-Мерри» едва стоило кораблю отойти от родного острова Усоппа. И за прошедшие дни, проведённые в море, успела основательно её обжить, уже давно считая своей собственной. Тем неожиданнее для неё оказалось быть нагло выкинутой из этой самой каюты. И никакая лесть, никакие мольбы, угрозы и обещания не заставили открыть Луффи напольный люк, ведущий в каюту.

В знак протеста Нами улеглась спать прямо на этом самом люке, предварительно притащив из мужской спальни матрас… точнее заставив Джонни притащить его. Однако её протест закончился с заранее ожидаемым результатом, то есть абсолютно ничем. Луффи, понятно дело, было глубоко пофиг на всякие протесты… точно так же как ему было пофиг на угрозы, лесть и обещания. Из каюты он выбрался только ближе к обеду, хорошо выспавшимся, отдохнувшим и явно в приподнятом настроении. И его настроение только улучшилось едва ему стоило увидеть мрачную и явно не выспавшуюся Нами.

Впрочем, устроенная парнем каверза не стала достаточно веской причиной для того, чтобы девушка изменила своему поведению. Стоило ему усесться за стол, как она, недовольно бурча себя под нос, тут же пристроилась под его боком. Хотя, надо признать, к Луффи липла не только Нами. Помимо неё самой, Зоро, Джонни и Йосаку так же продолжали придерживаться своего более чем странного поведения. Она, как и девушка, таскались за своим капитаном словно привязанные. Так продолжалось три дня, а потом у Луффи, вероятнее всего, просто лопнуло терпение и он… хм… В общем, он в очередной раз доказал, что его имя не столько имя, сколько диагноз.

— Ладно, я не хотел говорить об этом вслух, но больше терпеть не могу: от вашего поведения у меня уже мурашки по коже! – Луффи показательно принялся растирать свои плечи руками, словно его морозило. — Что у вас там случилось? Последние несколько дней вы ведете себя крайне странно… и я не могу поверить, что, из всех людей на свете, вам об этом сказал именно я!

Валяющиеся неподалёку Джонни и Йосаку, до этого лениво наблюдавшие за очередной тренировкой Усоппа, тут же принялись старательно смотреть в разные стороны. Сидящий рядом Зоро и вовсе сделал вид, что он до нельзя занят чисткой своего меча ватной палочкой. Поняв, что от них толку нет, Луффи перевёл взгляд на читающую журнал Нами, которая устроилась рядом с ним на ещё одном лежаке. Однако она, почувствовав его взгляд, лишь приподняла журнал повыше, и, взяв пример с Зоро, сделала вид, что ничего не слышала.

— …

Ещё раз молча оглядев всех присутствующих, подозрительность на лице Луффи неожиданно уступила место озарению.

— Ага, я всё понял! — вздохнул он с облегчением, чем тут же привлёк к себе внимание Зоро, Джонни, Йосаку и Нами. — Вы не волнуйтесь, после такого опыта, вполне естественно испытывать смущение, — выдал он, чем изрядно всех озадачил. — Помнится, в первый раз, я тоже испытывал немалое смущение, находясь в обществе давно знакомых мне девушек и парней, после одной большой, пьяной, совместной оргии вместе с ними!

— ЧТО?!! — отпали четыре челюсти разом.

— Но поверьте, — зачастил Луффи, словно опасаясь, что ему не дадут договорить, — в вашем возрасте такое совершенно нормально! Вы выпили, вам было весело, гормоны взыграли и всё такое прочее. Однако я уверен, что, даже будучи пьяными, вы проявили максимум уважения к Нами и её сестре, и вообще показали себя с самой лучшей стороны, как во время всего, так и после. И повторяю ещё раз, здесь совершенно нечего стыдиться! — он понимающе подмигнул и показал большой палец.

Реакция на его слова оказалась вполне закономерной и легко предсказуемой. Джонни, Йосаку и Зоро разом подобрали свои челюсти, а затем так же дружно рванули внутрь ресторана, где поспешно захлопнули двери, оставив Луффи один на один с… с тем, что ещё минутой назад носило имя «Нами». И едва стоило парням закрыть двери, как весь плавучий ресторан «Барати» начал содрогаться от чудовищных по силе ударов, наносимых по одному из его плавников. К сожалению, закрытые или нет, но двери всё равно пропускали доносящиеся с наружи звуки, поэтому болезненные крики Луффи и его же отчаянные призывы о помощи были отчётливо слышны всем присутствующим. Пока, после нескольких минут, он резко не замолчал, но сотрясающие всё вокруг удары на этом не прекратились, и продолжались ещё долгих десять минут.

Вполне закономерно, что после такого, поведение Джонни, Йосаку, Зоро и Нами сразу же пришло если и не в полную норму, то где-то близко. Они хоть и продолжали держаться поближе к Луффи, но, по крайней мере, перестали к нему липнуть круглые сутки напролёт. Можно было даже не сомневаться, что именно на такой результат он и рассчитывал, когда в очередной раз наболтал всякой чепухи. Тем не менее, отплытие из «Барати» всё ещё задерживалось.

Первоначально планировалось отплыть всего через два дня после банкета, но планы, в очередной раз, так и остались всего лишь планами. Нет, они вовсе не сорвались: всё получилось как-то само собой, без всяких на то причин. Никто и ничто не мешало семье отплыть через два дня, и даже Санджи бы не смог отвертеться. Он, конечно, пытался подобрать весомые аргументы в пользу того, почему не сможет отправиться вместе со всеми на Гранд-Лайн, но так и не смог выдать ничего вразумительного. Откровенно говоря, сам того не осознавая, он знал Луффи очень хорошо, из-за чего, опять же, не отдавая себе отчёта, где-то на задворках своего сознания, давно уже прикидывал какие вещи ему брать с собой в путешествие. После двух лет общения, некоторые вещи были слишком очевидными.

Луффи всегда добивается своего, а если принимает какое-либо серьёзное решение, то остановить его может либо собственная смерть, либо Конец Света… С точки зрения всех знающих его людей, второй вариант выглядел куда более вероятным, чем первый. Самое главное, что для него просто не существовало более серьёзного решения, чем приглашение кого-то в семью. Именно поэтому, Санджи на уровне подсознания точно знал, что шансов избежать отплытия на Гранд-Лайн у него примерно столько же, сколько у Конца Света наступить в ближайшие несколько дней. Или правильнее будет сказать, что он прекрасно всё осознавал, но упорно не желал признавать очевидное. И всё это ещё накладывалось на тот факт, что он и сам очень сильно хотел отправиться на Гранд-Лайн. Однако чувство вины перед стариком Зеффом держало его в «Барати» крепче якорной цепи, толщиной с руку взрослого мужчины… Хотя, пожалуй, не слишком удачное сравнение, учитывая что такую цепь парень мог порвать без особых проблем.

А теперь, собственно, почему не состоялось отплытие через два дня.

И это самое отплытие не состоялось по одной простой причине: всем неожиданно стало та-а-ак лень куда-то плыть, что вся семья дружно и с большой охотой забила на свои же собственные планы и продолжила наслаждаться жизнью. Всё-таки хорошо быть пиратом! Поправка. Хорошо быть богатым пиратом!

В «Барати» семья балдела почти три недели, во время которых Усопп, условно будучи самым слабым, стал единственным обитателем «Гоинг-Мерри», кто ежедневно тренировался до упада.... Не то чтобы он мог выбирать. Зато остальные, включая Зоро (!!!), фактически три недели провалялись кверху пузом в тени пляжных зонтов, попутно набивая желудок разнообразными кулинарными шедеврами Санджи и Зеффа.

Пожалуй, этот период ничегонеделанья стал одним из самых длинных на памяти всех членов семьи. К тому же совершенно спонтанным, без каких-либо предпосылок. Кроме того, Луффи, казалось, просто физически не мог долго пребывать на одном месте, но как-то не в этот раз… Возможно всё дело было в Нами?

После первых трёх дней натуральной осады своей оккупированной каюты, девушка решила поступить умнее… во всяком случае, она так сама думала! Поэтому просто взяла и заперлась в каюте сразу после ужина. Она прекрасно понимала, что если не выиграет эту битву, тогда ей придётся спать либо на кухне, либо с парнями в мужской комнате. И её не прельщал ни один из перечисленных вариантов, поэтому она собиралась сражаться до конца. Однако её попытка забаррикадироваться в каюте предсказуемо закончилось полным провалом. Это сама Нами не имела ни малейшего шанса выбить укреплённый Волей Вооружения люк, тогда как Луффи преграду в виде задвинутого засова даже не заметил. Правда, сломанный засов, в свою очередь, лишил парня возможности закрываться уже от самой девушки.

Естественно, никто из них не собирался уступать каюту другому, поэтому ночь они провели вместе. Ничего необычного. В «Деревянном Ящике» вся семья вообще едва не спала друг на друге из-за отсутствия свободного места. Вот только сломанный засов был починен уже на следующий, но никто не стал его закрывать, из-за чего Нами и Луффи провели вместе ещё одну ночь, а затем ещё одну, и ещё одну, и ещё… Через неделю Джонни не выдержал груза собственного любопытства, в результате чего провёл целую ночь с приставленным к переборке пустым стаканом, но тщётно. Никакого компромата. После ещё пары подобных ночей, только уже вместе с пылающим от зависти Санджи, любопытство Джонни окончательно лишило его здравого смысла, поэтому он имел неосторожность обратиться за помощью к Зоро. А что? У того есть Воля Наблюдения, поэтому, задействовав её, мечник точно мог узнать, что происходит в соседней с ними каюте. К счастью, Йосаку знал своего друга как облупленного, из-за чего успел утащить его подальше, прежде чем Зоро окончательно решил, каким именно образом будет убивать чересчур любопытного идиота. В смысле, сначала отрубить руки и ноги, и только потом голову? Или лучше сразу рубить голову? А может мелко нашинковать?

В конечном итоге любопытство Джонни так и осталось не удовлетворено, а огонь зависти Санджи не потушен. Хотя, если не считать общей каюты, отношения Луффи и Нами, внешне, не изменились ни на йоту. И хотя логика подсказывала, что с такой девушкой нельзя просто спать в одной кровати, абсолютной уверенности не было ни у кого, кроме Зоро. Окажись на месте Луффи кто-нибудь другой, и всё было бы очевидно. С Луффи? В самый первый раз, когда он притащился с Джонни и Йосаку в бордель, — просто так, от нечего делать, а не с вполне конкретной целью, — он потратил целую ночь на то, чтобы обыграть в шахматы хозяйку этого самого борделя… Справедливости ради надо заметить, что пришедший вместе со всеми Зоро до самого утра занимался опустошением мини-бара, расположенном в самом дорогом номере из всех. И абсолютно все последующие разы, когда они бывали именно в этом борделе, Луффи играл в шахматы с хозяйкой, а Зоро, если не оставался на Нечто, уничтожал спиртное в гордом одиночестве. Или, максимум, наблюдая за игрой Луффи и хозяйки… попутно всё равно уничтожая заранее прихваченное спиртное.

Помимо всего прочего, за время длительного ничегонеделанья, выяснилась причина подозрительного отсутствия Пати и Карне. На памяти семьи упомянутая парочка раньше если и отсутствовала, то никак не больше пары дней, — обычно причиной служила необходимость пополнить запасы продуктов ресторана, — а в этот раз их не было почти десять дней… Вполне вероятно, что их не было ещё дольше, но с момента прибытия Луффи и до появления Пати и Карне прошло ровно десять дней. И на протяжении всех этих десяти дней весь персонал ресторана, включая Зеффа и Санджи, хранил стойкое молчание… Или, если говорить правду, за исключением всё тех же Зеффа и Санджи, весь персонал ресторана совершенно неумело врал о причине столь длительного отсутствия одних из лучших коков «Барати».

К счастью, Зеффу и Санджи хватало ума даже не пытаться врать, поэтому прежде чем любопытство Джонни в очередной раз взяло вверх, а Луффи всерьёз озаботился выяснением правды, им было обещано, что очень скоро их ждёт небольшой сюрприз. На деле сюрприз оказался очень даже большим… по крайней мере, своими размерами точно.

После того, как Луффи буквально завалил деньгами старика Зеффа, тот не стал прятать их под кровать или отдавать в банк, а решил пустить в дело. Самые первые сто миллионов, как уже упоминалось ранее, ушли на усовершенствование непосредственно самого «Барати». Мало того, что ресторан стал больше, уютнее и куда солиднее себя прежнего, так и кухня подверглась глубокой модернизации. Теперь даже самые последние повара-снобы, живущие на Священной Земле Мари-Жуа и готовящие исключительно для Высшей Знати, не посчитали бы зазорным готовить на подобной кухне.

Тем не менее, несмотря на все улучшения, они обошлись Зеффу куда меньше ста миллионов, но только если говорить о первоначальных изменениях. С течением времени он продолжил закупать самые различные прибамбасы для кухни, которые не мог позволить себе раньше, поэтому, в конечном итоге, сумма на обустройство «Барати» вышла далеко за рамки ста миллионов. Большинство из купленных приборов можно было найти только на Гранд-Лайн, что автоматически увеличивало цену товара на несколько порядков. Из-за дорогущей доставки, приходилось платить десятки миллионов за товар, который на самом Гранд-Лайне продавался за сто-двести тысяч. Раньше Зеффу такие траты были не по карману, но с появлением Луффи всё изменилось.

Наконец, когда денег стало более чем достаточно, старик Зефф решил начать расширять свой бизнес, в результате чего появился новый плавающий ресторан с весьма запоминающимся внешним видом и довольно-таки спорным названием — «Сестра Анко». С другой стороны, учитывая что новый плавающий ресторан был на самом деле самой настоящей подводной лодкой, по форме сильно напоминающий глубоководного удильщика, — вернее, именно эта рыба и лежала в основе дизайна нового ресторана, — подобное название становилось очевидным. Ведь слово «Анко», как раз и означает «удильщик».

Чтобы не создавать конкуренцию «Барати», «Сестра Анко» специализировалась исключительно на различных десертах и плавала по другому маршруту, только периодически пересекающегося с маршрутом «Барати». Идея о подводном ресторане у Зеффа появилась уже давно, но раньше, как и во всех остальных случаях, всё упиралось в деньги. Однако это ничуть не мешало ему присматриваться к различным живописным местам, где бы, в будущем, смог плавать уже давно запланированный им подводный ресторан. Спрашивается, причём тут живописные места? Очевидно, что никто бы не стал лезть в обычную подводную лодку, пусть по форме и напоминающую удильщика, а не бронированную железную сосиску.

Именно поэтому, едва ли не девяносто процентов внешних переборок «Сестры Анко» были сделаны из специального стекла — несмотря на очень большую толщину и, соответственно, прочность, они были кристально чистыми и прозрачными, позволяя обедающим людям наслаждаться видом подводного мира. Вполне понятно, что по этой причине глубина погружения удильщика составляла считанные метры. И тем не менее этих метров вполне хватало, чтобы получить совершенно новые и незабываемые впечатления от обеда. Для влюблённых парочек подобный ресторан так и вовсе был едва ли не идеальным местом для свиданий. Об успехе подобного начинания вопрос даже не стоял.

Вся семья была в полном восторге. Сюрприз действительно удался, в честь чего народ закатил новый пир, только уже вместе со всем персоналом «Барати», новым персоналом «Сестры Анко» и на самой подводной лодке.

И всё же, как бы приятно не было придаваться ничегонеделанью, пора было и честь знать… На самом деле давно было пора, но, как уже говорилось, всем было та-а-ак лень, что потребовался едва ли не целый месяц, прежде чем Луффи отдал приказ собираться и назначил отплытие на следующий день. Народу всё ещё было ужасно лень куда-то плыть, но спорить или возражать никто не стал, всем итак уже давно было понятно, что они сильно задержались. И принимая во внимание, что в этот раз никаких больше отсрочек не будет, в полный рост встал вопрос с Санджи… Или, как минимум, так считала вся семья за одним единственным исключением… вполне понятно каким.

— Мы отплываем завтра утром, — беспечно произнёс Луффи с удовольствием уничтожая шоколадное парфе, приготовленное лично блондином для нового десертного ресторана. — И ты плывёшь вместе с нами, — добавил он, после очередной ложки. — Твои дебильные возражения не принимаются.

Дело происходило вечером, делать, как обычно, было нечего, поэтому Луффи, устроив очередной рейд на холодильник в кухне «Сестры Анко», отправился в комнату Санджи расставлять все точки над «ё» и даже непонятную фигнюшку над «й».

— Это не дебильные возражения, — без особого огонька возразил Санджи, делая очередную затяжку уже чёрт знает какой по счёту сигареты за последние пару часов.

После того, как Луффи отдал приказ собираться, он сразу понял, что сегодня ему предстоит трудный разговор. И в ожидании закономерного прихода своего капитана-не-капитана, стараясь успокоить нервы, он уже умудрился скурить свою недельную норму сигарет, и всё ещё продолжал курить.

— Лично я пока слышал только дебильные возражения.

— Я слишком многим обязан чёртовому старику.... Я просто не могу его бросить.

Целый месяц раздумий и подбор аргументов, но, когда дошло до дела, заиграла всё та же самая старая песня, которая играла уже добрых два года. В конечном итоге, Зефф был единственной причиной, по которой Санджи продолжал так упорствовать в своём желании остаться работать поваром в «Барати». Сам ресторан, служивший ему домом вот уже добрых десять лет, работники ресторана, давно уже заменившие ему родную семью, привычная работа и уверенность в завтрашнем дне — через все эти причины он мог перешагнуть. Все дети рано или поздно вырастают и покидают родной дом, поэтому парень давно уже был к этому готов. Однако долг к старику Зеффу, прочно привязывал его к «Барати» не давая расправить крылья. Хуже всего, что упомянутый долг существовал исключительно в воображении блондина, но он отказывался это понимать. К счастью (?), рядом с ним был человек, способный свернуть мозги любому.

За прошедшие два года Луффи проделал превосходную работу, изрядно подточив уверенность Санджи. Прошедший месяц так и вовсе источил эту самую уверенность до размеров зубочистки, и до её же прочности. Теперь всё что было нужно, так это покрепче сжать пальцы… И тогда вполне могло так статься, что вовсе не лень была причиной, по которой вся семья так надолго задержалась в «Барати». Да и Усопп за прошедший месяц успел стать едва ли не на порядок сильнее себя прежнего. Возможно, именно на такой исход и рассчитывал Луффи, так сильно затянув с отплытием? Хотя, конечно, и обычную лень списывать со счетов тоже не стоило. Вот только, парень был единственным человеком способным всё прояснить, что практически навсегда исключало возможность узнать правду.

— Вот же ты эгоист! — после очередной ложки парфе, наставительно произнёс Луффи. — Ладно когда речь идёт обо мне, так я хотя бы не отрицаю того, что эгоист и даже горжусь этим. Однако ты постоянно говоришь я, я, я, да я, да я, да я… Вот мне интересно, ты хоть когда-нибудь спрашивал, чего хочет сам старик? Можешь не отвечать, ведь мы и так оба знаем, что не спрашивал.

— Какая разница, если я ему должен в любом случае?!

— Я же говорю, эгоист! В жизни не поверю, что он хочет удержать тебя возле себя. Можно найти немало родителей, которые не могут найти в себе сил отпустить своих детей в большой мир, но уж кто-кто, а Зефф точно не из таких, не та у него натура… К тому же, как ты вообще собираешься его превзойти, если не видел ничего, кроме небольшой части Ист Блю? Старик плавал во всех морях мира, готовил жратву из таких тварей, о которых ты даже не слышал и видел вещи, которые ты себе представить не можешь. Не мне тебе объяснять, насколько важен опыт. Чем больше ты видел и знаешь, тем шире дорога, по которой ты можешь идти. Однако ты сейчас идёшь не по дороге, а по лесной тропинке, окружённой непроходимыми зарослями, с которой ты и шагу ступить не можешь. Сейчас ты, как повар, не более чем жалкое подобие Зеффа, и таким ты рискуешь остаться навсегда, если и дальше будешь продолжать цепляться за своё чувство вины. Да ещё и абсолютно беспричинное.

— Беспричинное?! — Не удержавшись, Санджи поднялся со стула и заходил по комнате продолжая говорить: — Беспричинное?! Да если бы не я, старик всё ещё был бы грозным пиратом! Я лишил его всего! Понимаешь?! Всего!

— Вот только ты совершенно точно не просил его спасать себя.

— Это не имеет значения!

— Если бы ты не был таким неисправимым эгоистом, то точно бы понял, что имеет и ещё как имеет. Тем более, ты говоришь, что лишил его всего… Не знаю как ты, но лично я знаю, что старик всегда мечтал о двух вещах, об этом вашем Олл Блю, где плавает рыба со всех морей в мире, и о собственном ресторане… Возможно ты не заметил, принимая «Барати» за свой дом, но сейчас мы находимся на корабле-ресторане принадлежащим Зеффу. Получается, что одну свою мечту он уже осуществил, а вторую пытался осуществить на протяжении многих лет ещё до встречи с тобой. И не смог. И я даже могу предположить почему.

— …Хочешь сказать, что Олл Блю не существует, поэтому он и не смог исполнить свою мечту? — немного мрачно спросил Санджи.

Найти Олл Блю было и его мечтой с самого детства. И всё с того же самого детства ему приходилось слушать о том, как буквально все вокруг него говорят, что Олл Блю не существует. И у него не было ни малейшего желания выслушивать нечто подобное ещё и от Луффи. Особенно от Луффи. В отличие от других людей, мнение капитана-не-капитана действительно многое для него значило.

— Разве я хоть раз говорил тебе о том, чтобы ты забыл про свою мечту? — даже как будто бы слегка удивился Луффи. — Если ты искренне веришь в существование Олл Блю, то не давай никому запудрить себе мозги и ищи его. Ты сам знаешь, что большинство жителей Ист Блю не верят в существование Дьявольских Фруктов, считая их не более чем выдумкой. Если спросить их об этих самых фруктах, они сразу же скажут тебе, что их не существует. И при этом они все будут абсолютно уверены в своей правоте. Обоснована ли их уверенность? Мы с тобой точно знаем, что нет. Тем не менее наше знание ничуть не мешает большей части жителей Ист Блю не только не верить в существование Дьявольских Фруктов, но ещё и настаивать на своей правде… На свете вообще есть много правд, главное тут знать, в чём заключается истина… С Олл Блю аналогичная ситуация, только в случае с этим морем мы понятия не имеем о истине, и знаем только о той или иной правде.

Санджи, сделав очередную затяжку, медленно кивнул, принимая объяснения Луффи, но он так же хотел знать, к чему конкретно тот клонит.

— И какие же правды мы знаем об Олл Блю? — спросил он.

Пошкрябав ложкой по дну вазочки и не сумев больше ничего наскрести, Луффи тяжело вздохнул, после чего всё же ответил на вопрос.

— Можно сказать, что об Олл Блю мы знаем две самые главные правды, — произнёс он, старательно облизывая свою ложку. — Одна правда заключается в том, что, насколько нам известно, ещё никто не смог найти Олл Блю. Другая правда заключается в том, что, опять же, насколько нам известно, ещё никто не смог доказать, что Олл Блю не существует.

Санджи, слегка нахмурив лоб, сделал очередную затяжку, ставшую последней для очередной сигареты, а также очередной пачки. Вскрыв новую пачку и подкурив новую сигарету, он понял, что так и не может уловить мысль Луффи.

— К чему ты клонишь? – опять спросил он.

— Я клоню к тому, что если Олл Блю существует, но его до сих пор никто не нашёл, то, вполне так может статься, что расположено оно в таком месте, куда практически невозможно добраться.

— Например?

— Я бы поставил на Рафтель, — довольно улыбнулся Луффи.

— Рафтель? — брови Санджи удивлённо взлетели вверх.

Его удивление было вполне оправданным. Всё-таки Рафтель — это «последний остров Гранд-Лайна». Остров на котором Король Пиратов оставил своё самое ценное сокровище — «One Piece». Вот только кроме самого Короля Пиратов и его команды больше никто и никогда не смог достичь Рафтеля, поэтому про остров ходило прямо-таки невообразимо безумное количество самых разнообразных слухов. Истину, понятное дело, не знал никто… Вернее, некоторые члены команды Короля Пиратов точно всё ещё были живы, но они почему-то не спешили делиться упомянутой истиной со всем остальным миром. Про бывшую команду Короля Пиратов вообще ходило много слухов, включая слухи об их поимке Морским Дозором.

— Почему именно Рафтель? — после небольшой паузы, решил уточнить Санджи.

— Зефф немало лет проплавал по первой половине Гранд-Лайна, и даже совался в Новый Мир, вторую половину Гранд-Лайна, но так и не смог найти Олл Блю. Как по мне, так Рафтель идеальное место для существования Олл Блю… сразу же после самого начала Гранд-Лайна.

— Самого начала? — блондин откровенно растерялся от такого странного заявления. — В смысле, самого начала?

— Ты же видел карту Гранд-Лайна? — вопрос был явно риторический. — Помнишь, как корабли попадают на Гранд-Лайн? Как по мне, так начало Гранд-Лайна если и не само Олл Блю, то нечто очень близкое. Вряд ли, конечно, что это правда, но, согласись, едва ли не идеальное место для существования Олл Блю, не так ли?

Санджи задумчиво затянулся сигаретой. В словах Луффи была определённая логика… Да что там была? Его слова звучали оч-чень логично! И про Рафтель, и про начало Гранд-Лайна. Рафтель едва ли не единственное место в мире до которого практически нереально доплыть и где побывало крайне ограниченное число людей. Иными словами, Рафтель был идеальным островом для возникновения «беспочвенных слухов», то есть существования Олл Блю. Что же касается начала Гранд-Лайна… чтобы попасть на Гранд-Лайн нужно преодолеть Реверс-Маунтин, иначе называемую Обратной Горой.

В одном определённом месте Ист Блю стремительный поток воды возносится прямо на огромную гору. Возносится на нереальную высоту, в десять тысяч метров или десять километров, где встречается ещё с тремя точно такими же потоками, — по потоку на каждое из существующих морей за пределами Гранд-Лайна. И затем все потоки, сливаясь воедино на вершине Реверс-Маунтин, впадали в Гранд-Лайн. Соответственно, в этом месте действительно существовала немалая возможность встретить живность со всех морей мира… кроме, понятное дело, Нового Мира он же Новый Свет. С другой стороны Новый Мир считался частью Гранд-Лайн… в общем, слова Луффи не были лишены определённой логики.

— Мысль с Рафтелем всё же звучит куда правдоподобнее начала Гранд-Лайн, — после пары минут раздумий, наконец, вынес свой «вердикт» Санджи.

— И мне так кажется, — лёгко согласился Луффи, — но и человеческую тупость тоже нельзя недооценивать.

— …Всё же маловероятно, — чуть подумав, покачал головой блондин. – Слишком просто проверяется, поэтому за прошедшие столетия кто-нибудь бы обязательно заметил.

Людская тупость или нет, но такой довод действительно было сложно оспорить.

— …Ладно, что-то мы сильно отвлеклись, — спустя пару секунд произнёс Луффи. — Я с этим твоим Олл Блю уже даже забыл чего вообще хотел сказать… гм… Речь, кажется, шла о том, какой ты упрямый дурак и почему в корне не прав… Ага, точно, вспомнил! Так вот, ты признаёшь, что я вполне могу быть прав насчёт расположения Олл Блю? Что оно находится где-нибудь возле Рафтеля или в похожем, крайне труднодоступном, месте?

Санджи, выдерживая паузу, сделал несколько глубоких затяжек. Ещё минуту назад он, фактически, уже успел согласиться с доводами парня, но теперь, когда его об этом спросили напрямик, желание соглашаться у него куда-то резко запропастилось. Блондин точно знал, что его согласие не принесёт ему ничего хорошего… вот только и не согласиться он тоже не мог.

— Скажем так, твои слова не лишены смысла, — наконец, обтекаемо ответил он.

Из-за этого он тут же удостоился ироничного взгляда от Луффи, которого ничуть не обманул подобный ответ.

— Раз ты признаёшь, что мои слова не лишены смысла… как ты думаешь, с кем у тебя больше шансов найти Олл Блю? В одиночку? Какими-то левыми придурками? Или всё-таки с нашей семьёй, где один сильнее другого?

— …

Тут Санджи крыть было нечем. Несмотря на всю свою силу, он прекрасно понимал, что стоит ему хотя бы на несколько месяцев запустить тренировки, как его тут же нагонят Джонни с Йосаку. Пусть сейчас парень был сильнее двух неразлучных друзей, иллюзиями по поводу своей уникальности он себя не тешил. Когда он в первый раз встретил упомянутую парочку, они больше походили на перепуганных щенков, потерянно следовавшие не столько за Луффи, сколько за Зоро. Сила? Какая сила? В те уже как будто бы далёкие времена, Джонни и Йосаку не смогли бы вдвоём справиться и с одним единственным поваром из «Барати», самым слабым из всех. И тут дело было даже не столько в физической силе и опыте, сколько в банальной силе воли. В отличие от бывших охотников, бывшие головорезы не боялись ни чёрта, ни бога, что в бою давало им несомненное преимущество. И это обычные повара. Пати или Карне могли размазать Джонни и Йосаку одним единственным ударом, нанесённым в полсилы.

Однако, уже к следующей встрече, произошедшей буквально через месяц после первой, не считая самого Санджи и старика Зеффа, только Пати и Карне смогли бы противостоять Джонни и Йосаку на равных. Ещё через месяц? У Пати и Карне уже не было и шанса против ещё недавних щенков. Через полгода? Один случайный удар Джонни способен был начисто снести голову обычному человеку. Сила воли? Отруби им руки и ноги, и они перегрызут глотки своим врагам. За жалких полгода, из двух трусоватых задохликов, Луффи умудрился сделать две крайне эффективные Машины Смерти, в сражении с которыми даже Санджи приходилось прикладывать вполне себе реальные усилия для победы над ними.

Наконец, про Зоро с самим Луффи и вовсе не шло никакой речи. Если блондин ещё смутно чувствовал предел силы мечника, то вот, как показал последних спарринг, предел силы Луффи для него так и оставался загадкой. С такими монстрами на Гранд-Лайн явно будет намного безопаснее, чем без них. И это ещё не учитывая Нами, для которой, казалось, море было одной большой открытой книгой. Да и о том, что погода может быть непредсказуемой ей, по-видимому, просто забыли сообщить. С таким навигатором никакое море не страшно, даже самое загадочное и опасное из всех. А теперь в семье появился ещё и Усопп, который каким-то неведомым образом умудрился за один месяц овладеть тем, с чем сам Санджи не мог совладать уже на протяжении двух лет.

Иными словами, как бы он ни старался отрицать очевидного, но он не мог не признать, что Луффи в очередной раз был прав. Найти Олл Блю с такими людьми несоизмеримо проще и вероятнее, чем с кем-либо ещё в Ист Блю, и уж тем более в одиночку. И если он сейчас упустит свой шанс, второго такого шанса может и не представиться… вернее, совершенно точно не представится! Луффи уже наглядно всем доказал, что «в этом пруду он самая большая рыба». Не нужно обладать никаким супер интеллектом, чтобы посчитать вероятность появления ещё одной такой же «рыбы» в обозримом будущем… Особенно при учёте, что прошлая здесь появлялась почти три десятка лет назад. Королём Пиратов эту самую «рыбу» стали называть намного позже, а поначалу он был «просто» самым крутым пиратом в Ист Блю. В смысле, на самом деле крутым, а не как тот же Дон Криг.

— Если всё ещё тешишь себя бессмысленными иллюзиями, то могу озвучить тебе ещё один немаловажный аргумент, — дав Санджи время всё хорошенько обдумать, Луффи решил сделать «контрольный». — Нами мечтает когда-нибудь нарисовать карту всего мира… всего мира! — наставительно приподняв палец, веско повторил он. — Значит, даже если твоё Олл Блю существует и оно не возле Рафтеля, рано или поздно мы его всё равно найдём. Ведь нам придётся оплыть весь мир, иначе Нами никогда не сможет осуществить свою мечту… Хм-м-м… Знаешь, я что-то раньше об этом как-то не задумывался, но если подумать… походу стать Королём Пиратов будет намного легче, чем нарисовать карту всего мира.

По его озадаченному виду было очевидно, что он действительно никогда раньше не задумывался над масштабом мечты Нами.

— …

— Ладно, не важно! — отмахнулся Луффи, после чего поднялся на ноги. — Отплываем завтра с утра, так что смотри, собирайся как следует, иначе, если и дальше будешь страдать фигнёй, поплывёшь в одном своём костюме. Если всё ещё не понял, завтра ты уплывёшь с нами в любом случае, добровольно или нет.

— …Ты реально собрался меня похитить, если я откажусь? — не смог не спросить Санджи.

— Похитить? Ты это серьёзно или просто так прикалываешься?

— В смысле?

— Слушай, я, конечно, богат и обожаю сорить деньгами, но даже я бы не стал просто так выкидывать на ветер сотни миллионов белли… Ты важный член «Барати», и хотя я всегда мог забрать тебя без лишних слов, по-моему, я сделал более чем достаточно, чтобы у твоей старой семьи не было никаких проблем после твоего отплытия. С моими деньгами Зефф может в полной мере наслаждаться жизнью, занимаясь своим любимым делом. И, наконец, не забывай, я всё-таки пират, а пираты всегда делают что хотят.

Закончив говорит, Луффи просто вышел из комнаты, оставив Санджи наедине со своими мыслями и практически кончившимися сигаретами.

— Вот засранец… — спустя какое-то время, с улыбкой на лице произнёс блондин.

Действительно, теперь, когда у Зеффа было столько денег, что он мог использовать их вместо салфеток, Санджи понимал, что ему намного проще оставить старика позади. Факт за фактом, причина за причиной, ниточка за ниточкой… на протяжении многих месяцев… В некоторых вещах Луффи был до ужаса методичен.

— Чёртов капитан…

Затушив очередную сигарету, Санджи тяжело вздохнул, после чего медленно оглядел комнату. Столько лет. Столько потраченный сил. Столько воспоминаний. Снова вздохнув, парень вышел из комнаты и направился к Зеффу, попрощаться. Пожалуй, прощание со стариком — единственное, что ему осталось сделать. Вещи? Всё уже давно было собрана… всё-таки Санджи слишком хорошо знал Луффи.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 1.

— Итак, настал час икс! — произнёс Луффи и, не спуская взгляда с показавшейся на горизонте земли, несколько раз энергично ударил кулаком в раскрытую ладонь.

Прошло ровно две недели с того момента, как вся семья, наконец, покинула «Барати». Покинула в полном своём составе и под громкий плач Санджи. Несмотря на всю свою браваду, стоило Зеффу сказать ему на прощание пару ласковых слов, — нет, действительно ласковых, всё-таки отец прощался с сыном, и возможно даже навсегда, — как он разревелся словно маленькая девочка. И ладно бы только он! Среди работников «Барати» лишь Зефф пустил истинно «скупую мужскую слезу», зато все остальные, подражая блондину, разревелись как будто они банда маленьких девочек, а не брутальные мужики. Вполне предсказуемо, что из всей семьи только Нами и Усопп оказались тронуты столь трогательным прощанием, зато все остальные дружно проглотили дьявольские ухмылки — они явно собирались ещё не раз припомнить Санджи этот день.

— А нельзя ли добавить конкретики? — тут же уточнила стоящая неподалёку Нами в стиле самого парня.

Она была одета в лёгкое светлое платьице, едва прикрывавшее её бедра, и греческие босоножки, ремешки от которых доходили почти до самых колен. На шее, на золотой цепочке, красовался топаз в виде небольшой капли светло-голубого, небесного, цвета, а в ушах покачивались серьги с, опять же, маленьким капельками топаза. Однако, для знающих людей, самым примечательным в её облике была соломенная шляпа. Изрядно потрепанная, она покоилась на роскошных рыжих волосах, что пышной волной опускались до самой её прикрытой платьицем попки.

Красота Нами, и без того уже давно шагнувшая за грань нормального, безусловно, сделала новый рывок вперёд. Причём, в этот раз изменения в её внешности произошли ещё более стремительно, чем в прошлый раз. Если на первый «рывок» у неё ушёл почти месяц, то в этот раз ей хватило всего трёх дней. И каждый последующий день она умудрялась выглядеть ещё более ослепительной, чем в предыдущий. А буквально лучащееся от счастья лицо делало её ещё привлекательнее. Богиня умудрилась эволюционировать в Высшую Богиню и, кажется, отнюдь не собиралась на этом останавливаться.

Бедный Санджи, сидящий на коленях в полуметре от ноги Нами, вывалив язык, а также обильно пуская слюни и заливаясь слезами счастья, не сводил обожающего взгляда со своего совершенства. У любвеобильного парня изначально не было никаких шансов. Уж на что Зоро был непрошибаемым и привычным к красоте девушки, но, за последнюю неделю, она умудрилась несколько раз довести до коллапса сознания даже его. Джонни и Йосаку, в свою очередь, едва не пританцовывали на месте от желания поскорее оказаться на острове, где совершенно точно можно будет найти доступных женщин. От такого близкого соседства с Нами у них уже давно стояло всё, что только могло стоять, поэтому им приходилось нелегко.

А вот Усоппа, словно принца из какой-нибудь сказки, хранила его любовь к своей оставленной дома Кае. От периодического коллапса сознания, по типу Зоро, любовь его, конечно, всё равно не спасала, но новую эволюцию Нами он, бесспорно, перенёс лучше всех остальных… За исключением, вполне предсказуемо, Луффи, которому вечно на всё было пофиг. И в этот раз ему тоже было пофиг… или, как минимум, он весьма убедительно делал вид, что ему пофиг. Зато Санджи досталось больше всех: после одного-единственного взгляда на преображённую девушку, ему так надёжно вынесло мозги, что он уже неделю не мог собрать их обратно.

— А если говорить конкретней, то это последний остров Ист Блю! — Луффи указал пальцем в соответствующую сторону. — И мы просто не имеем права не оставить на нём свой след! Королю Пиратов не пристало тихое и незаметное отплытие, поэтому этот остров должен взлететь на воздух! — подняв крепко сжатый кулак на уровень лица, заявил он с горящими глазами.

— Я бы попросила! — слегка нахмурила лобик Нами.

— Да это я в переносном смысле, — тут же беспечно поболтал рукой в воздухе парень. — Главное чтобы шуму было побольше, а всё остальное мелочи. Кроме того, мой любимый Орк говорил мне, что на острове обитает довольно крутой капитан Морского Дозора, поэтому мы тем более не можем позволить себе тихое отплытие. Среди пиратов мы шухеру навели уже давно, чего нельзя сказать о Морском Дозоре. И это абсолютно неприёмлемо! Последние ваши действия, конечно, заставили обратить на себя внимание, но среди вырезанных Зоро дозорных не было ни одной крутой шишки. Однако, если верить моему любимому Орку, в Логтауне обитает сильнейший дозорный Ист Блю… как Король Пиратов я не могу оставить такой вызов без ответа! — он пафосно воздел палец к небу.

Вполне понятно, что его прочувственная речь никого не тронула. Всем в семье и так было предельно ясно, что он собирается вновь попасть на первые полосы в газетах, а точнее пропихнуть туда их самих. С момента объявления наград за головы «Убийц Пиратов» прошло больше месяца, и всё это время семья нагло бездельничала, никак не заявляя о себе. Неудивительно, что к настоящему моменту их имена исчезли из большинства газет, а если про них всё же вспоминали, то только где-нибудь на последних страницах. Луффи, опять же, вполне предсказуемо, подобное положение вещей категорически не устраивало. И глядя на его бьющий через край энтузиазм, все члены семьи пришли к выводу, что он собирается сполна компенсировать их недавнее безделье хорошим таким «представлением».

— И что ты задумал? — невольно проявил интерес Джонни.

Он, помимо своего гипертрофированного любопытства, придерживался мнения, что лучше заранее знать к чему нужно готовиться… Хотя, конечно, самым главным было всё-таки его чрезмерное любопытство.

— Я пока ещё не решил, — честно признался Луффи, что с ним случалось чрезвычайно редко. — Сначала надо поговорить с моим любимым Орком, а там уже посмотрим.

— Клыкастый в Логтауне? — удивился Джонни.

— Этот город его база… если ты не знал.

— Конечно не знал! Ты ни разу об этом не говорил! И зачем он устроил базу в городе, где, по его же словам, обитает самый сильный дозорный Ист Блю?

— А чо нет? Он не пират и за его голову не назначена награда, а Морской Дозор, в основном, занимается только пиратами и бойцами революционной армии, всех остальных они ловят постольку-поскольку. Орку под крылом сильнейшего дозорного даже лучше, чем где-либо ещё. Благодаря защите официальной власти, он спокойно может вести свои дела. В таких условиях, никто не будет откровенно наглеть или поднимать бучу, а если кто и начнёт офигевать, то сам же и загремит в тюрьму Морского Дозора.

— Тогда ты нам дай хотя бы пару часов форы, прежде чем начнёшь что-нибудь творить, — душевно попросил Йосаку. — У нас с Рю есть свои планы!

— Ничего не могу обещать! — задорно улыбнувшись, предвкушающе потёр руки Луффи. — Если что-нибудь удачно подвернётся под руку, то я своего не упущу! Но если нет, тогда часа три-четыре всё должно быть спокойно… Хотя я бы на вашем месте сильно на это не рассчитывал.

— Ты уж постарайся, — тоже попросила Нами. — Я собираюсь пройтись по магазинам, что будет трудно сделать, если они все позакрываются из-за твоих выходок.

— По магазинам? — встрепенулся Усопп. — По каким? А то я тоже хотел кое-чего прикупить для своих экспериментов.

— По магазинам одежды.

— А-а-а… нет, одежда мне не нужна… Хотя… — парень несколько придирчиво оглядел свой коричневый комбинезон. – Знаешь, пожалуй, немного новой одежды мне бы всё-таки не помешало.

Нет, комбинезон выглядел вполне себе ничего, но за почти два месяца тренировок Усопп заметно нарастил себе мускулы. Пусть ему всё ещё было далеко до остальных парней, особенно до Джонни и Йосаку, он уже мало чем напоминал того хлюпика, которым он был всего несколько недель назад. Усопп стал заметно больше себя прежнего, из-за чего его старая одежда перестала ему подходить. Ранее свободно болтавшийся на нём коричневый комбинезон теперь сидел как в литой, а многие другие вещи и вовсе перестали подходить. В общем, новая одежда ему бы действительно не помешала.

— Значит, Зоро идёт со мной, Йосаку и Рю друг с другом, а Усопп с Нами и, как я понимаю, с Санджи, — на последних словах Луффи с большим сомнением посмотрел на их семейного кока, сейчас куда больше похожего на послушную собачку, нежели человека.

Нами невольно скосила глаза вниз и влево. Блондин, едва почувствовав на себе взгляд своей Богини, тут же радостно замахал хвостом… за тем исключением, что он был человеком, поэтому хвоста у него не было в принципе. Парадоксально, но сей факт ничуть не мешал каждому желающему видеть махание этого самого несуществующего у него хвоста.

— Переживаю я за Санджи-аники, — тяжело вздохнув, покачал головой Джонни.

— Ладно, возьму его с собой, — чуть надув губки, кивнула Нами, отчего практически все присутствующие парни на мгновение «зависли». — Заодно посмотрю, как он будет смотреться в белом, а то кроме этих его чёрных костюмов я на нём больше ничего не видела. Да и Усоппу что-нибудь подберу.

Девушка и раньше во всю пользовалась своей привлекательностью, ещё даже до вступления в семью. Однако если раньше свою красоту она применяла исключительно для пользы дела, — втереться в доверие к пиратам, чтобы затем стащить все их деньги, — то теперь она применяла её просто так и на всех без исключения. Этакое оружие массового поражения с неистощимым боезапасом. Не говоря уже о том, что фактически любой самый заурядный жест, в её исполнении, превращался в зрелище, от которого невозможно было оторвать взгляд. Вот как, например, её деланно-обиженно надутые губы.

— Значит, всё решено, — довольно кивнул Луффи.

Уже через час их корабль пришвартовался прямо в порту города, чем навёл там дикого шороху. Разумным выбором стал бы небольшой скалистый полуостров на востоке, в полукилометре от Логтауна, но у Луффи, как это часто с ним бывало, опять где-то что-то неожиданно перемкнуло в мозгах.

— Где это видано, чтобы Король Пиратов от кого-нибудь прятался?! — возмутился он, когда ему было предложено не привлекать к себе лишнего внимания и бросить якорь подальше от города. — И вообще, раз мы стали официальными пиратами, теперь мы просто обязаны напасть на какой-нибудь порт и разграбить его, иначе какие же мы пираты?! Так что следующий порт обязательно грабим!

В общем, всем тут же стало понятно, что, в самом лучшем случае, у них есть не больше часа, прежде чем весь город встанет на уши, — в смысле, не только дозорные, но и все жители. Потому что фото корабля «Убийц Пиратов», за последний месяц, появлялось на страницах газет столько раз, что не опознал бы их сейчас только слепой, да и тому бы сразу всё рассказали. Однако стоило каблучкам Нами застучать по бетонному покрытию причала, как весь испуганный и взволнованный гомон как отрезало, словно кто-то большой и невидимый щёлкнул столь же большим и невидимым выключателем. Падали челюсти и вещи, спотыкались на ровном месте и врезались во всевозможные препятствия люди, и всюду, — всюду! — где проходила девушка, оставался шлейф потрясённой тишины. Народ на пристани мигом позабыл про существование остальных «Убийц Пиратов». На пускающего слюни Санджи, которого она вела за его лапу… в смысле, руку! Так вот, хоть она и вела его за руку, никто не обратил на него ни малейшего внимания… никто его даже не заметил!

— Знаешь, Луффи-аники, мне кажется, тебе даже не придётся никому объявлять войну, — поделился своими мыслями Джонни, провожая взглядом постепенно удаляющуюся Нами. — Чую, нам и так придётся сражаться со всем миром… особенно если со временем она станет ещё красивее… если такое вообще возможно.

— Я думал и настолько красивой быть невозможно, — произнёс Йосаку. — Так что лично я теперь ни в чём не уверен.

Все оставшиеся на корабле парни выстроились вдоль борта и наблюдали за устроенным девушкой представлением.

— Нами только-только перестала быть обычной девчонкой, поэтому, можете быть уверены, в будущем она обязательно станет ещё красивее, — Луффи принялся распечатывать мороженое, как и всегда не пойми откуда взятое. — Хотя, признаю, я и сам не подозревал, что кто-то может быть настолько красивым.

— Интересно, какая тогда внешность у «Императрицы Пиратов»? — произнёс Джонни. — Пусть она и считается красивейшей женщиной в мире, но у меня воображения не хватает представить себе ещё более красивую женщину, чем наша Нами.

— Никогда не видел её фото, — мечтательно вздохнул Йосаку.

— И постер, — впервые подал голос Зоро.

— Может это всё враньё? — предположил Джонни.

— Слишком давно её называют «Самой Красивой Женщиной в Мире», чтобы это походило на обычный развод, — отрицательно покачал мороженым Луффи.

— Действительно, — вынужден был согласиться Джонни.

— Предлагаю не терять больше времени, — направился в сторону трапа Йосаку. — Скоро здесь будет не протолкнуться от солдат дозора, а у нас ещё дела. Нам и так несказанно повезло, что тут край непуганых идиотов.... По-моему, наш корабль заметили только тогда, когда мы уже пришвартовались.

— Точно! — поспешил вслед за ним Джонни.

— Тогда и нам пора, — согласился с ними Луффи.

— А как же корабль? — спросил Усопп. — Дозорные вполне могут его потопить!

За корабль Усопп переживал не на шутку, всё-таки «Гоинг-Мерри» была подарком его любимой Каи.

— Не волнуйся, — беспечно отмахнулся Луффи. — Топить корабль прямо в порту они точно не будут — это надо быть совсем уж законченными кретинами, ведь им потом придётся самим его убирать. Брось мы якорь к востоку от города, где вы все первоначально хотели его бросить, и тогда да, можно было бы переживать, а в порту-то чего волноваться? Максимум, что грозит «Гоинг-Мерри», так это быть взятой под охрану… Можешь относиться к этому как к почётной страже: отплыть нам она всё равно не помешает.

Нельзя не признать, что во всём сказанном присутствовала определённая логика, но Усопп всё равно беспокоился. Вдруг в рядах дозорных найдётся какой-нибудь излишне инициативный идиот? Или произойдёт какой-нибудь форс-мажор? С другой стороны, беспокойство или нет, что он мог поделать? Сразиться со всеми дозорными в одиночку? Ага, аж два раза. В итоге, он всё-таки решил довериться словам Луффи, после чего направился вслед за своей… семьёй. Не команда или друзья, а самая настоящая семья — для него подобное всё ещё было в новинку.

Уже на входе в город навстречу к парням выскочил целый взвод дозорных. В тот момент, когда несколько постовых, поставленных следить за порядком в порту, срочно запросили подкрепление, несчастный взвод оказался ближе всего. Более того, горящий желанием проявить себя лейтенант даже не стал дослушивать до конца объяснения постовых, — ключевое слово «пираты», а всё остальное не важно! — как сразу же погнал своих людей в порт. Ещё бы он не погнал! Наконец-то у него появилась возможность проявить себя! Он так долго этого ждал! И вот, наконец, момент настал.

Уже прошло несколько лет, как пираты стали нечастыми гостями в Логтауне, поэтому кроме мелкого ворья, ловить было больше некого, но разве такая работа подходила настоящему дозорному? Лейтенант мечтал о подвиге! И за последний месяц его уже шесть раз лишали возможности совершить этот самый подвиг. С недавних пор пираты вернули себе былую наглость, но каждый раз лейтенант оказывался либо на отдыхе, либо нёс службу слишком далеко от места высадки пиратов. Но только не в этот раз! Теперь он обязательно исполнит свою мечту! Однако как это зачастую и бывало с мечтами, они оказались безжалостно разбиты жестокой реальностью. Можно даже сказать, что мечта молодого лейтенанта оказалась убита с особой жестокостью, затем сожжена, а после развеяна по ветру. Дозорному хватило одного-единственного взгляда, брошенного на повстречавшуюся им небольшую группу людей на входе в порт, чтобы тут же мгновенно пожалеть о своей инициативе.

«Убийц Пиратов» давно уже были известны практически любому жителю Ист Блю.

Три десятка дозорных, во главе с лейтенантом, едва завидев своих «противников», мгновенно замерли на месте… Вернее, сначала резко затормозил передний ряд дозорных, из-за чего задние ряды лишь чудом не налетели на их спины и не устроили кучу малу. Однако прежде чем кто-либо из задних рядов успел начать возмущаться, они так же увидели своих «противников». И тоже мгновенно замерли на месте, из-за чего ситуация приобрела несколько комичный вид. Дело в том, что лейтенант, командующий столь невезучим взводом, возглавлял своих людей. Соответственно он был самым первым, кто увидел «Убийц Пиратов» и «дал по тормозам». В результате он оказался стоящим впереди всех своих подчинённых, испуганно столпившихся за его спиной. Всё выглядело так, словно три десятка дозорных разом попробовали спрятаться за спину своего командира. И их мёртвенно-бледные лица только усиливали впечатление.

— Приятных сновидений, мальчики! — проходя мимо буквально окаменевших дозорных, Нами одарила их радостной улыбкой и, подняв руку, слегка помахала им пальчиками.

И без того впавшие в ступор дозорные, казалось, умудрились впасть в повторный ступор. Видимо из-за того, что первый ступор был вызван чистым ужасом, а второй внешностью девушки, которая могла вызвать что угодно, кроме этого самого ужаса. Ведомого за руку Санджи, и успевшего их догнать Усоппа, дозорные, понятное дело, даже не заметили.

— Рю, Йосаку, разберитесь, — проходя мимо солдат, отдал приказ Зоро.

— Сейчас будет немножечко больно, — дружно ухмыльнулись парни, после чего направились прямиком к дозорным.

После таких слов, и без того до предела перепуганные служители закона словно бы даже уменьшились в размерах. Хотя, может быть, всё дело в контрасте? Для того, чтобы получился один Джонни или Йосаку, нужно было сложить вместе три, а то и четыре, солдата. Вполне понятно, что целый месяц безделья, когда они только и делали что жрали в три горла, — в «Барати» слишком вкусно готовили в целом, и Санджи с Зеффом в частности, — не мог пройти без последствий. Неизвестно точно, сколько дополнительных килограмм они умудрились набрать, но все эти килограммы практически равномерно распределились по их телу, из-за чего они стали ещё здоровее, чем раньше. Дозорные на их фоне выглядели словно свора детишек перед парой взрослых мужиков.

Парням хватило пятнадцати секунд, чтобы на месте сбившихся в кучку дозорных оставить просто кучу вместе сваленных солдат. В любой другой день они бы с удовольствием растянули веселье подольше, но в этот раз у них были другие приоритеты. Они прекрасно понимали, что весь город вот-вот должен встать на уши, после чего о девочках им можно будет забыть до следующего острова… и это ещё в лучшем случае. Кто его знает, что там на этом Гранд-Лайне? Луффи слишком старательно не интересовался самым загадочным морем из всех, поэтому информации у них было, что называется, «кот наплакал». Да и которая была… вот какая им польза от знания того, что вторую половину Гранд-Лайна называют «Новым Светом» или «Новым Миром»? Или что первая половина ещё частенько именуется «Раем», а вторая «Адом»? Бесспорно, подобная информация невероятно подстёгивала воображение, но вот практическая польза от неё была околонулевая.

На следующем перекрёстке семья разделилась.

Нами, Санджи и Усопп двинули направо, где располагались ряды самых разнообразных магазинов. По вполне понятным причинам, подавляющая часть магазинов Логтауна размещалась в припортовом районе, поэтому искать их не пришлось. По тем же самым причинам, Джонни и Йосаку, свернув налево, довольно быстро нашли местный бордель. Искомое заведение располагалось в окружении местных баров и довольно успешно прикидывалось одним из них. Пусть проституция не была под запретом Мирового Правительства, но и их всесторонним одобрением она тоже не пользовалась. Никто не хотел злить представителей власти или как-то их провоцировать, поэтому все бордели, внешне, старались соблюдать простые правила приличия.

В городах нельзя было где-то увидеть вывеску «Бордель», зато вполне можно было увидеть бар или гостиницу с говорящим названием «У тётушки Флоры». Да ещё пару красненьких фонариков болтающихся по краям вывески, вроде как для подсветки названия в тёмное время суток. Для людей вроде Джонни и Йосаку подобные фонарики и названия были сродни звону церковного колокола призывающего людей на утреннюю службу. Хотя, справедливости ради нужно заметить, что люди вроде Джонни и Йосаку найдут бордель, даже если вход в него будет выглядеть как полуразвалившийся шалаш и располагаться он будет в необитаемой части острова. В итоге, очень скоро парни оказались внутри так желанного ими заведения… Нами, Санджи и Усопп, впрочем, тоже очень быстро нашли устраивающий их по всем требованиям магазин одежды.

В свою очередь, Луффи и Зоро, на перекрёстке, пошли прямо, вглубь острова. Однако в Ист Блю мечника знало слишком много людей, а новость о прибытии в город «Убийц Пиратов» уже начала стремительно распространяться по городу, из-за чего на парней таращились буквально со всех сторон. Им такое внимание было совсем ни к чему, поэтому пройдя несколько сотен метров, они свернули в сторону и, пропетляв по нескольким переулкам, вышли на соседнюю улицу. И народ словно разом лишился глаз! Во всяком случае, трудно было придумать какое-либо другое объяснение тому, что этот самый народ стал напрочь игнорировать идущего среди них Зоро. Это было очень странно.

В Ист Блю хватало мест, куда совсем не доходили новости, но один из самых известных городов в мире точно не входил в их число. Не будет преувеличением сказать, что практически каждый житель Логтауна знал мечника в лицо. Это в мировые газеты «Убийцы Пиратов» попадали не так часто, как бы того хотелось Луффи, а вот в местных газетах их лица порой неделями не сходили с первых страниц. Да что там лица? Даже если кто знать не знал Зоро в лицо, он всё равно мгновенно замечал его в любой толпе… хотя бы по той простой причине, что упомянутая толпа едва ли не разбегалась с его пути. Внешность сущего головореза в купе со смертельно опасной аурой мало помогали ему оставаться незаметным… И тем удивительнее выглядела его столь неожиданная незаметность. Окружающие Зоро люди, казалось, не только перестали его узнавать, а вообще воспринимать как живого человека, заранее начиная смещаться с его пути, словно он какой-то столб. И так они реагировали не только на мечника.

— Тебе уже скоро будет двадцать лет, а ты всё ещё ощущаешься так, словно я протягиваю руку к лопастям работающей газонокосилки, — тем временем выговаривал Зоро идущий рядом с ним Луффи. И, вот ведь «удивительно», люди, точно так же как и в случае с мечником, совершенно не воспринимали парня живым человеком. — Я, к твоему сведению, научился контролировать свою ауру уже к десяти годам, а ведь я ни разу не мечник.

Зоро лишь громко фыркнул на такое заявление, но от каких-либо комментариев воздержался. Нет, он многое мог ответить на слова Луффи, — «Не мечник? Тогда в Ист Блю, кроме него самого, Зоро, мечников не водилось вообще!» — вот только сейчас он был целиком и полностью сосредоточен на той самой ауре, упомянутой ранее. В отличие от Луффи, который, вероятнее всего, не прикладывал ни малейшего усилия для контроля своей ауры, — сказывался огромный опыт, — Зоро едва не обливался потом, стараясь удержать её в свёрнутом состоянии. Ощущения были такие, словно ему в подставленные ладони вылили полный стакан воды, и теперь он пытался не пролить ни капли… самое странное, что у него это вполне получалось! Конечно, ему приходилось прикладывать прямо-таки невероятное количество усилий, но результат того стоил. А ещё Зоро не мог позволить себе отвлекаться на поддержание разговора, из-за чего все слова Луффи так и оставались без ответа.

— Как я тебе уже не раз говорил, если ты идеально научишься контролировать свою ауру, твоя сила возрастёт если и не на порядок, то уж раза в два-три точно! В самом деле, сейчас, когда ты используешь Волю, на тебя больно смотреть. Ты словно издырявленная со всех сторон лейка! Пока донесёшь такую лейку до нужной грядки, половина воды просто утечёт в никуда. Пусть ты уже и научился пользоваться Волей, но твои удары с ней как та самая дырявая лейка — больше половины бездарно уходит в пустоту, а не в сам удар.

Когда-то давно, словно в другой жизни, а на самом деле меньше двух лет назад, когда Зоро в первый раз сумел покрыть свои мечи Волей Вооружения, ему показалось, что он стал невероятно силён. Отчасти так оно и было, но как он вскоре выяснил, между «Овладеть Волей» и «Владеть Волей» существовала оч-чень значительная разница. Да чего уж там значительная? Огроменная! Целая бездонная пропасть! Хорошим примером тому служил тот факт, что он «Овладел Волей» почти два года назад, а «Владеть Волей» в должной степени не мог научиться до сих пор. С другой стороны, раньше он не мог удерживать свою ауру дольше минуты даже в неподвижном состоянии. Зато теперь он не только мог удерживать её на протяжении нескольких часов, но ещё и делать это в движении… попутно слушая Луффи и воспринимая окружающий мир. Безусловно, о сражении с кем-либо в подобном состоянии не могло идти и речи, однако прогресс очевиден. И этот прогресс, как чётко осознавал Зоро, действительно напрямую коррелировался с его силой. Чем лучше он контролировал свою ауру, тем сильнее становились его атаки.

— И, кстати, думаю пора тебе обзавестись новыми мечами… раз уж ты более-менее освоил Волю и мы собрались плыть на Гранд-Лайн, — чуть погодя добавил Луффи из-за чего у Зоро едва не слетела вся его концентрация.

О новых крутых мечах он мечтал уже давным-давно. В конце концов, мечник он или просто погулять вышел? И, учитывая количество доступных их семье денег, а также их связи, при достаточном желании, Зоро вполне мог купить самые крутые мечи в мире… из тех, что продавались. Однако Луффи с самого начала их знакомства не горел желанием покупать мечнику новые катаны. И на то имелось две причины. Первая заключалась в том, что новые мечи надолго у Зоро не задерживались — они у него вечно ломались. Кроме, конечно, Вадо-Итимондзи, меча Куины. Катана мало того, что слишком хороша, так и парень старался использовать её только в самых исключительных случаях. Вторая причина, почему Зоро до сих пор не обзавёлся себе новыми катанами, заключалась в твердой убеждённости Луффи, что каждый мечник сам должен выбирать себе мечи. И Зоро был с этим полностью согласен.

Именные мечи, — а никакие другие даже не рассматривались, — обладали… вряд ли это можно назвать разумом, но точно чем-то очень его напоминающим. Плюс характер. Нельзя забывать о характере. По этой причине, даже если какой-то мечник смог бы заполучить себе в руки самый лучший клинок в мире, вполне могло так статься, что он просто не сумел бы им воспользоваться. Или сумел, но разве что в качестве обычной заточенной палки, только железной. Там где идеально подходящий меч заметно усиливал своего владельца, другой клинок, пусть и на порядок лучшего качества, наоборот мог заметно уменьшить силу мечника.

В общем, концентрация концентрацией, но тут Зоро уже не мог промолчать.

— …И каков шанс найти в этом городе отличный меч? — выдержав паузу и стараясь не показать своих истинных чувств, предельно равнодушным тоном осведомился мечник.

И хотя в его голосе проскользнуло несколько нетипичных для него интонаций, их вполне можно было списать на необходимость поддерживать свою ауру в свернутом состоянии. Он честно надеялся, — целых две долгих секунды! – что Луффи ничего не заметит, но ироничный взгляд, брошенный в его сторону, моментально развеял изначально бессмысленную надежду. Зоро, конечно, превосходно знал своего капитана, но и тот, в свою очередь, знал своего первого помощника как облупленного. Все немногочисленные ухищрения мечника, присущие исключительно ему одному, уже давным-давно были хорошо известны Луффи… Это уже не говоря обо всех ухищрениях, которые были почерпнуты (скопированы) из его собственного арсенала. Иначе говоря, Луффи распознавал ложь Зоро ещё до того, как тот принимал решение соврать. Взгляд в будущее без всякой Воли Наблюдения.

— На самом деле, шанс найти в этом городе отличный меч намного выше, чем где-либо ещё в Ист Блю, — ответил Луффи. — Всё-таки Логтаун — последний остров нашего водного захолустья! А, значит, сюда стекаются самые лучшие ништяки со всего Ист Блю… Сам подумай, где бы ты стал продавать доставшееся тебе сокровище, стоящее, допустим, несколько миллионов, а то и десятков миллионов белли? Здесь, в городе знаменитом на весь мир, и через который постоянно проходят самые сильные и богатые люди Ист Блю, или где-нибудь вроде деревни Усоппа? Не буду спорить, что исключения присутствуют, — куда же без них? — но обычно настолько тупые торговцы довольно быстро разоряются.

— Тогда, может, сначала зайдём за мечами? — несмотря на полную тщётность подобных усилий, Зоро всё ещё пытался контролировать свой голос.

Вот только теперь даже Усопп бы смог уловить предвкушающие нотки в его голосе. А он был самым новым членом семьи, ещё не особо много знающим о людях с которыми его свела судьба. Что уж тогда говорить о Луффи?

— А ты думаешь куда мы сейчас идём?

Парень продемонстрировал большой лист бумаги сложенный в несколько раз, на котором, от руки, была нарисована подробная карта города с обозначениями. И сразу же стало понятно, почему он так уверенно ориентировался в абсолютно незнакомом для себя городе.

— Разве все магазины не находятся возле порта? – с сомнением спросил Зоро.

— Все да не все! Самый большой магазин по продаже мечей располагается почти в центре города… Собственно, как и все другие магазины, выручка которых за день может достигать семи нулей после единицы. Богатые люди, в большинстве своём, предпочитают селиться подальше от воды… Сам догадайся по каким причинам.

Пираты — настоящая заноза в заднице всего современного мира, если не сказать сильнее. И Зоро отлично это понимал! Зато он вообще не понимал, когда Луффи успел раздобыть карту города и выучить её наизусть, а ещё где он до сих пор прятал подобную «простыню», если на нём надеты только шорты и рубашка? Риторический вопрос. Откуда он постоянно доставал свои нескончаемые мороженки тоже никто не знал. И как сильно подозревал Зоро, тот вероятно специально… нет! Луффи совершенно точно специально никому ничего не рассказывал и не объяснял! И дело не в какой-то там секретности, а просто в возможности выносить мозг окружающим его людям. И это работало.

Зоро стал первым помощником больше двух лет назад, но он до сих пор, — до сих пор!!! — не знал, откуда его капитан постоянно умудряется вытаскивать свои мороженки. Да и всё остальное тоже. Мечник не мог не думать об этом. Как и все другие люди. Это было выше их сил. В тоже время, все члены семьи точно знали, что, пока они все гадают о таинственно появляющихся мороженках, тайну появления этих самых мороженок и других вещей им не узнать никогда. Все прекрасно понимали, что Луффи ни за что на свете не упустит из своих рук подобный рычаг давления на мозги окружающих… Если только случайно… Или за ещё больший рычаг… И второй вариант куда более вероятен, чем первый, почти невозможный.

И вот, в тот самый момент, когда все мысли Зоро были заняты таинственно появляющимися мороженками и будущими мечами, состоялась встреча. Вернее даже Встреча! Она, конечно, не могла сравниться с первой ВСТРЕЧЕЙ Луффи и Зоро, но, тем не менее, Встреча состоялась… И пусть это прозвучало малость тавтологично, зато верно. С кем конкретно встретились парни? С девушкой. И, само собой, отнюдь не с обычной девушкой… Хотя… нет, тут требуется уточнение. Девушка вполне могла быть обычной с точки зрения других людей, но никак не с точки зрения Луффи и Зоро.

Встреча произошла прямо на пороге магазина мечей, — именно «магазина мечей», а не «оружейной лавки», где продавались не только мечи, но и любое другое оружие, включая огнестрельное. Будучи буквально в десяти метрах от крыльца магазина, парни увидели бегущих в их сторону дозорных. Увидели десяток бодрых морячков, если быть совсем точным. Луффи и Зоро сразу же замедлили шаг, пытаясь сообразить, куда конкретно направляются солдаты. Они явно не могли направляться к ним сами, потому что среди дозорных не было ни одного достаточно сильного человека способного их «увидеть».

Однако довольно быстро выяснилось, что солдаты направлялись к уже вышеупомянутой девушке. И едва парни хорошо её разглядели, как Зоро мгновенно растерял всю свою концентрацию. Да что там концентрацию? Он буквально застыл на месте с поднятой ногой, словно превратившись в каменное изваяние. И если бы не вовремя подхвативший его под локоть Луффи, мечник бы точно разбил себе лицо об мостовую. А уже в следующее мгновение все присутствующие ощутили на себе эффект «слетевшей» концентрации Зоро.

Схватившись за меч, стоящая на ступеньках крыльца девушка резко обернулась в сторону откуда пришло… ощущение. Это ощущение не было тем, что можно объяснить понятными всем словами, но она точно знала, что где-то там, среди потока людей, куда-то идущих или спешащих по своим делам, всего мгновением назад был кто-то очень и очень сильный. Настолько сильный, что сейчас по сторонам сконфуженно озирались даже самые обычные прохожие, весьма далёкие от каких-либо сражений, а потому практически нечувствительные к подобным абстрактным вещам. Вот только ощущение пропало столь же быстро, как и появилось. Словно волна прошлась. Девушка даже усомнилась в себе. Показалось? Невозможно! Да и как тогда объяснить реакцию других людей?

— Главный старшина Ташиги! — раздался бодрый голос из-за спины девушки.

Идентифицированная дозорная, ещё раз окинув улицу перед собой стальным взглядом тёмно-карих глаз, смотрящих на мир через стёкла очков в красной прямоугольной оправе, обернулась на голос одного из своих подчинённых.

— Старшина, докладывайте, — произнесла девушка на удивление мягким голосом, задвигая обратно наполовину вытащенную из ножен катану.

В отличие от своих подчиненных, одетых в стандартные одежды Морского Дозора, она никак не демонстрировала свою принадлежность к флоту… разве только цветом одежды. Она носила синие джинсы, синюю джинсовую куртку, не заправленную в штаны клетчатую рубашку и белые кроссовки. Ещё девушка носила на левом бедре катану с зелёной рукоятью и в белых ножнах, инкрустированных изумрудами.

— В порту пришвартовался корабль «Убийц Пиратов»! — сходу выдал самое главное старшина. — Капитан Смокер приказал немедленно найти вас!

— «Убийц Пиратов»… — невольно прошептала девушка, а затем её глаза распахнулись во всю ширь и она резко обернулась, вновь окидывая толпу пристальным взглядом.

— Главный старшина? — немного погодя неуверенно спросил мужчина.

— …Ничего, наверное мне просто показалось, — спустя добрую минуту отозвалась Ташиги.

Она спокойно спустилась с крыльца и всё также спокойно направилась в сторону, откуда прибежали дозорные. И только побелевшие от напряжения пальцы, изо всех сил сжимающие рукоять её катаны, выдавали насколько на самом деле она была напряжена. А ещё она напрочь забыла, что хотела сдать свою катану хозяину магазина на заточку и полировку.

— И некоторые люди ещё имеют наглость утверждать, что судьбы не существуют, — произнёс в пространство Луффи.

Он наблюдал за удаляющимися дозорными стоя на краю крыши трёхэтажного здания, находящегося фактически напротив магазина мечей. Стоящий рядом с ним Зоро так же пристально наблюдал за удаляющимися от них солдатами, но его немигающий взгляд ни на мгновение не отрывался от спины возглавляющих их девушки. Тёмно-карие глаза, тёмно-синие волосы остриженные чуть выше плеч, лицо, лоб, нос, подбородок, уши, грудь, рост, телосложение и даже катана на бедре! Именно так бы выглядела Куина, давно усопшая подруга детства Зоро, если бы ей довелось дожить до двадцати лет. И именно так выглядела двадцатиоднолетняя Ташиги, главный старшина Морского Дозора. Однако, даже тогда, когда солдаты, а вместе с ними и сама девушка, скрылись из вида, мечник всё ещё не мог до конца поверить, что видит перед собой какого-то другого человека, а не свою покойную соперницу.

Разум парня вошёл в клинч с его же сердцем.

Разумом он понимал, что Куина давно мертва, а сам он лично наблюдал за тем, как закапывают гроб с её давно уже остывшим телом, но вот его сердцу на все доводы разума было глубоко плевать. Сердцу безумно сильно хотелось верить, что Куина каким-то немыслимым чудом смогла выжить и теперь он видит её перед собой. Хуже всего, что такое действительно нельзя было исключать. И, понятное дело, хуже не из-за наличия живой Куины, а из-за невозможности до конца отринуть фактически бессмысленную надежду.

Уж больно много всякого дерьма удалось повидать Зоро за последние пару лет. Дерьма до встречи с которым он пребывал в непоколебимой уверенности, что как раз таки подобного дерьма в природе существовать не может в принципе, ибо его существование противоречит любому здравому смыслу и логике. Вот только оно существовало, и факт его существования был неоспорим. Именно по этой причине, парень нет-нет да задумывался… а может ли где-нибудь в этом мире существовать способ вернуть Куину из небытия? Какой-нибудь фрукт воскрешения? Оборудование по возвращению душ? После некоторых случаев подобные вещи не казались Зоро такими уж невозможными. И сейчас, увидев перед собой живого двойника своей подруги детства, все подобные мысли вернулись с утроенной силой, буквально затопив его разум самыми разными вероятностями.

— Если тебе интересно, то вернуть человека к жизни действительно возможно, — опять, как бы в пространство перед собой, произнёс Луффи.

Если бы он со всей силы пнул Зоро в живот, он бы и тогда не смог так смачно выбить дух из мечника, как это сделал с помощью одного единственного предложения сказанного вслух.

— Ты же не хочешь сказать мне…

— Правда, не могу тебе обещать, что ты сможешь её вернуть, даже если потратишь на это всю свою оставшуюся жизнь, — тут же добавил Луффи, перебив Зоро. — Разве что сможешь найти и сожрать Дьявольский Фрукт бессмертия, дарующий вечную жизнь и молодость, но и тогда не факт. В таких вещах можно полагаться только на волю случая.

Ясность мысли постепенно вернулась к мечнику.

— …Неважно, — после недолгого молчания, сделав глубокий вздох, произнёс он. — Что было, то было, поэтому нет смысла думать о том, на что ты не в состоянии повлиять. Лучше жить будущим, чем прошлым… тем более часть Куины всегда со мной, — на этих словах его рука привычно легла на белую рукоять катаны. — И мы вместе исполним нашу мечту… Титул Сильнейшего Мечника В Мире станет нашим.

Зоро всё правильно сказал. И сильно. Жаль, достойной аудитории не нашлось. Ибо рядом с ним стоял один лишь Луффи. Не столько бесчувственный, сколько умеющий идти наперекор этим самым чувствам. Не из какой-либо надобности, а из чистой вредности. К тому же, он вообще очень редко когда поддавался моменту. Да и когда поддавался, нельзя было быть точно уверенным, действительно ли он поддался этому самому моменту или только сделал вид, что поддался.

— Да я тебя и твой меч из семьи турну, если не станете! — одной фразы, произнесённой возмущённым тоном, оказалось вполне достаточно, чтобы моментально развеять весь нагнанный пафос. — И пошли уже в магазин, твои новые мечи тебя явно заждались… я их отсюда чувствую.

Положив руку себе на голову, он шагнул через край крыши… шляпу Нами у него отобрала, а вот привычки, выработанные за столько лет, остались. С нечитаемым выражением на лице Зоро посмотрел на своего капитана, как ни в чём не бывало идущего по мостовой внизу, после чего перевёл взгляд на магазин мечей. Благодаря Воле и тому, что он, без всяких преувеличений, являлся выдающимся мечником, он чувствовал в магазине два очень сильных присутствия. В отличие от Луффи, который своей Волей, казалось, мог чувствовать абсолютно всё вокруг, сам Зоро легко определял только людей и мечи. Причем, мечи определял даже лучше людей. Видимо сказывалась совместимость… что, в свою очередь, очень многое говорило о нём самом. Будучи человеком, он куда больше был предрасположен к остро заточенным железкам, целиком и полностью предназначенным для убийства, чем к другим людям.

Подняв ногу, Зоро шагнул через край крыши. Как и в случае с Луффи, высота в три этажа не стала для него помехой, поэтому уже через минуту они оба вошли в магазин мечей, под негромкий звон дверного колокольчика. Бросив взгляд на худощавого мужичка, который, подперев голову рукой, дремал за прилавком, парни едва ли не синхронно сделали шаг вправо от двери, в сторону бочек с «дешёвыми мечами невысокого качества». По крайней мере, именно так гласила табличка с ценником, прикрученная шурупами к стене над этими самыми бочками. Вот только, «дешёвыми мечами невысокого качества» они могли считаться исключительно по меркам конкретно этого магазина. На любом другом острове Ист Блю подобные мечи оказались бы если не лучшими и самыми дорогими из имеющихся, то точно твёрдыми середнячками. А уж катана, которая привлекла внимание Луффи и Зоро вообще не имела ничего общего с обычным оружием.

Любой именной меч представлял собой этакого своеобразного железного монстра. Если проводить аналогию с людьми вообще и пиратами в частности, то даже самый плохонький именной меч, имел награду за свою голову больше ста миллионов белли. И сейчас Луффи и Зоро как раз смотрели на вот такого вот «стомиллионщика»… продающегося за пятьдесят тысяч белли. И это тогда, когда ни один именной меч не продавался меньше чем за миллион.

Дремлющий за стойкой продавец, едва было вскинувшийся с приходом парней, тут же потерял к ним всяческий интерес. По его кислой физиономии можно было смело сказать, что он не считал за своих настоящих клиентов тех, кого интересовал «мусор в бочках». Впрочем, его кислая физиономия заметно потеряла в цвете, когда он увидел какой конкретно меч заинтересовал его новоявленных покупателей.

— Классная катана! — едва ли не с придыханием произнёс Луффи.

По ощущениям парней, катана в красных ножнах буквально истекала невидимой кровью своих жертв, что просто не могло оставить равнодушным. Вдобавок, стоило Зоро взять меч в руку, как его тут же начали опутывать нити проклятья, в попытке превратить его в свою очередную жертву. Для проклятой катаны не было никакой разницы кого убивать, врагов своего владельца или самого владельца. И такой нрав не мог не понравится Луффи, который сам по себе был достаточно жёстким и даже порой откровенно жестоким человеком. В свою очередь, лицо Зоро приобрело неописуемо суровое выражение: любое оружие должно быть послушно своему владельцу, а не наоборот! Последовавшая за этим волна Воли, распространившаяся от его руки по мечу, смела с него нити проклятья, будто их никогда и не было. Осталась только абсолютно послушная катана. Правда, менее проклятой она от этого не стала. И когда-нибудь проклятье вполне могло напомнить о себе, в самый неподходящий момент, в момент слабости. Однако Зоро не был против. У всего есть две стороны. Пусть проклятье делало катану опасной для жизни своего владельца, но то же самое проклятье делало её опасной и для его врагов.

— Э-этот… этот меч не продаётся! — раздался голос владельца магазина, когда Зоро повесил проклятую катану себе на пояс, вместо его обычной, чёрной.

Парни дружно посмотрели на окончательно проснувшегося продавца, а заодно вероятного владельца магазина. Неестественно бледное лицо мужичка было покрыто заметной испариной, и он не сводил взгляда с проклятой катаны. Подобная реакция лучше всяких слов говорила о том, что он был прекрасно осведомлён о некоторой необычности выбранного Зоро меча. Вероятно, он искреннее желал избавиться от проклятой катаны, поэтому и затолкал её в бочки с дешёвыми мечами, чтобы её побыстрее кто-нибудь купил. Вот только, решив избавиться от меча подобным образом, он явно не принял во внимание собственную совесть. Именно она сейчас в нём и заговорила.

— Это не тебе решать, — безэмоционально ответил Зоро. — Эта катана уже моя.

Лицо мужичка удивленно вытянулось от подобной наглости.

— Я смотрю у тебя кишка не тонка, — произнёс улыбающийся Луффи, подходя к прилавку. — Продавать проклятые катаны не каждый рискнёт.

Лицо мужичка удлинилось ещё сильнее.

— Вы знаете? — захлопал он глазами.

— Сандай-Китэцу или Третий Убийца Демонов, один из трёх проклятых мечей семьи Китэцу, — ответил Зоро вместо Луффи, так же подходя к прилавку.

— И пусть Сандай-Китэцу считается худшим из всех трёх существующих Китэцу, он всё равно числится одним их пятидесяти мечей, входящих в класс лучших мечей, — продолжил Луффи. — Если выставить подобный меч на аукцион, проклятье или нет, его цена может достичь нескольких десятков миллионов. Так что повторюсь: у тебя кишка не тонка. Ты не только продаёшь проклятые мечи, но ещё и лучшие мечи по цене металлолома.

По мере его речи, лицо мужичка менялось всё сильнее и сильнее, под конец сравнявшись с лучшими гримасами Усоппа. На секунду он замер, давая Луффи и Зоро вдоволь насладиться его чрезвычайно потешной гримасой, после чего в глазах мужичка зажглись самые настоящие звёзды… парней дружной передёрнуло.

— Ро… Ро… Ро… Ро… РОРОНОА ЗОРО!!!

Вопреки прозвучавшему воплю, в нём не было ни капли страха, скорее наоборот. В смысле, от светящегося взгляда мужичка, страх начал испытывать сам Зоро. Владелец магазина выглядел так, словно он вот-вот закружиться на месте от переполнявшего его счастья. Словно какая-нибудь девчонка-подросток при встрече со своим кумиром.

— Пф-ха-ха-ха!!! — мгновенно просёк ситуацию Луффи.

— Ророноа Зоро в моём магазине!!! — натуральным образом заплакал мужичок. — САМ Ророноа Зоро в моём магазине!!! Я так счастлив!!! Я так счастлив!!!

Мечник давно уже привык, что едва кому-то стоит его узнать, как народ тут же начинает если и не разбегаться в ужасе, то, как минимум, держаться от него подальше. И такие поведение людей порой порядком его раздражало и напрягало. Однако сейчас он невольно подумал о том, что лучше пусть народ и дальше так поступает! Он отлично знал, как ему отвечать на страх и враждебность, но он понятия не имел, что ему надлежит делать со столь откровенным восхищением.

— Я так надеялся… Я так ждал… Я уже боялся, что…. Ждите!

Неожиданно прервав своё восторженное лепетание уверенным «Ждите!», мужичок пулей унесся куда-то внутрь магазина.

— Зоро, у тебя появился первый поклонник! — с улыбкой от уха до уха, Луффи поздравил своего первого помощника. — Не забудь потом оставить ему свой автограф, пусть дяденька порадуется!

Откровенно смущённый мечник понятия не имел, что ему ответить на подобное предложение, поэтому выбрал самый оптимальный вариант.

— Заткнись! – прошипел он.

К счастью для Зоро, владелец магазина вернулся так же быстро, как и убежал, но теперь в руках он держал катану, закреплённую на специальной подставке.

— Это лучший меч в моём магазине! — мужичок осторожно поставил подставку с мечом на прилавок. — Рукоять и ножны покрыты чёрным лаком, а на линии закалки – хаотичный узор в виде цветов гвоздики. Один из пятидесяти лучших мечей — Юбасири. Он же клинок лёгкой снежинки. За его остроту я ручаюсь головой! У меня не самая выдающаяся оружейная лавка, признаю… Но этот меч – самый ценный из имеющихся. Этот меч ничем не уступает Сандай-Китэцу, и он не проклят.

Зоро молча протянул руку и взял катану с подставки. Немного подержав меч в руках, он извлёк катану из ножен. Владелец магазина не соврал — по качеству меч действительно ничем не уступал Сандай-Китэцу. Но только по качеству.

— ...Это действительно отличная катана, — немного погодя произнёс Зоро, вкладывая меч обратно в ножны. — И я легко смогу использовать её на все сто процентов от её возможностей. Однако выжать из неё что-то больше у меня вряд ли получится. Юбасири слишком спокойная для моего стиля.

— Слишком спокойная? — недоуменно захлопал глазами мужичок.

— Тебя как зовут? — в ответ спросил Зоро.

— …Можете звать меня Мацу, Зоро-сама.

Упомянутого Зоро-саму заметно передёрнуло от этого самого «сама».

— Зоро-сан будет вполне достаточно, — пробубнил парень.

— Зоро-сан!

— …У каждого именного меча есть свой характер, и Юбасири не исключение, — после очередной небольшой паузы, вернулся парень к ранее заданному вопросу. — И характер Юбасири слишком спокоен. Словно умудрённая годами женщина. Она одинаково сможет поладить как с неопытным новичком, так и с превосходным мечником. Тем не менее, Юбасири идеально подходит именно для неопытных новичков, им она будет помогать с куда большей охотой, чем мастерам. И если мастер сможет использовать Юбасири на сто процентов, то ради неопытного новичка, особенно если речь идёт о девушке, катана сможет выдать и двести процентов.

Мацу снова принялся недоуменно хлопать глазами, только теперь ещё с приоткрытым от удивления ртом. Было очевидно, что объяснений Зоро оказалось для него недостаточно, и он всё ещё не понимал. Тогда парень решил добавить. В любой другой ситуации, он бы никогда не снизошёл до каких-либо объяснений какому-то владельцу магазина, но тут особый случай. Зоро мог с одного взгляда сказать, что Мацу не был мечником. И всё же по части понимания мечей он совершенно точно превосходил всех других мечников Ист Блю с которыми парню когда-либо доводилось сталкиваться. Фактически, в понимании мечей, Мацу лишь немногим уступал самому Зоро. И это было удивительно. Мацу не был мечником, но мечи он любил сильнее многих мастеров. Парень просто не мог оставить подобного человека без ответа на его вопрос.

— В Ист Блю, кроме меня, нет мечников, которых можно назвать мастерами, — продолжил своё объяснение Зоро. — Даже самые лучшие мечники Ист Блю, чьи имена звучат сразу вслед за моим, не более чем опытные новички, находящиеся в самом начале своего пути.

Из глаз Мацу пропало непонимание, зато его рот ещё больше раскрылся от удивления.

— Зоро-сан… хотите сказать, что Закари «Два Меча» и Войд «Молния» на самом деле всего лишь опытные новички? — шумно сглотнув, смачивая враз пересохшее горло, задал вопрос Мацу. — Они ведь прибыли с самого Гранд-Лайна! И всего за пару месяцев успели сильно прославиться своими невероятными навыками!

— …Это ещё кто такие? — в свою очередь спросил Зоро.

— С недавних пор Фехтовальщик Номер Два и Номер Три во всём Ист Блю, — ухмыльнулся до этого молчавший Луффи. — Народ считает, что они практически равны друг другу, и лишь немногим уступают тебе одному.

На лицо Зоро словно туча набежала, а глаза потемнели от гнева.

— …Луффи, почему упомянутые идиоты всё ещё живы? — взгляд мечника, больше похожий на остриё клинка, переместился на стоящего рядом с ним парня.

— Это два дозорных, а мы раньше дозорных не убивали, — пожал плечами тот.

— …Ладно, тогда кто они такие и почему их считают одного со мной уровня?

О нём самом, без преувеличения, знал весь мир, поэтому он задал вполне справедливый вопрос. И пусть за пределами Ист Блю его репутация значила немного, факт всё равно оставался фактом. Однако Зоро никогда не слышал об этих Запари и Глайде… или они Загари и Флайд? Мечник был абсолютно точно уверен, что ни Рю, ни Йосаку, не упоминали ни одного из них, а они очень любили обсуждать различных «крутых чуваков»… Вернее они любили сравнивать себя с этими самыми «крутыми чуваками», и наслаждаться тем, что они всё равно круче. Луффи, будучи тем ещё самовлюблённым эгоистом, всегда поощрял эгоизм и самолюбование у остальных членов семьи. Весь мир должен был знать насколько крута их семья, без исключения.

— Если тебе Фехтовальщик Номер Два и Номер Три ничего не говорят, то позволь я назову их Дозорный-Дебил Раз и Дозорный-Дебил Два.

Выражение лица Зоро сразу просветлело, а от его кровожадности не осталось и следа.

— Так это ты про них говорил? – он даже начал улыбаться. — Почему сразу их так не назвал? Ты же знаешь, что я плохо запоминаю имена!

Дебилов-Дозорных он знал. Парочка дурачков-лейтенантов, отправленных штаб-квартирой Морского Дозора для «усиления» местных сил Дозора. И справедливости ради нужно заметить, что это действительно было усиление, и усиление без всяких кавычек. В общей сложности, под командованием двух старших лейтенантов, в Ист Блю прибыли более тысячи человек. В основном обычные солдаты, но среди них насчитывалось около сотни человек в звании «главный старшина» и ещё десяток мичманов. Если не владеть вопросом, то подобное количество солдат, в сравнении с просторами Ист Блю, можно посчитать незначительным. Однако, тут нужно помнить, что подкрепление прибыло прямиком из штаб-квартиры располагающейся на Гранд-Лайн.

Обычный дозорный, прошедший обучение в штаб-квартире, вполне мог потягаться в силе со многими капитанами Ист Блю, а любой «главный старшина» мог сравниться с лучшими из них. В свою очередь, мичманы заметно превзойти самых лучших капитанов Ист Блю, а любой из старших лейтенантов вполне смог бы убить того же Арлонга, пусть и не без труда. Так что да, несмотря на небольшое количество, с прибытием парочки лейтенантов и их людей, общая сила Морского Дозора в Ист Блю возросла почти в два раза.

А теперь, собственно, почему Дебилов-Дозорных звали Дебилы-Дозорные.

Лейтенанты прибыли где-то месяца за три до того, как семья Шляп покончила с Кригом. Вполне даже так возможно, что группа дозорных как раз и прибыла с целью расправы над Кригом и его людьми. С устранением Дона, в Ист Блю наступил бы «рай на земле», а оставшихся действующих пиратов стало бы возможным пересчитать по пальцам одной руки. Правда, если они действительно собирались разобраться с Кригом, им следовало прибыть раньше, тогда бы у них был шанс успеть вперёд Луффи… По крайней мере, именно так принято говорить, даже если никаких шансов не предполагалось изначально.

Как бы там ни было, самое главное, что прибывшие лейтенанты возомнили себя «непобедимыми супер-перцами» по меткому выражению Джонни. Ребята слишком часто слышали о «слабейшем море из всех», сами они приплыли из «сильнейшего моря из всех», вот ребята немного и зазвездились. Опять же, справедливости ради, подобное их самомнение было почти полностью оправданным. Лейтенанты неплохо владели парочкой приёмов из «Рокушики» или «Шесть Воинских Стилей» — это особый сверхчеловеческий стиль боевого искусства, практикуемый фактически любым более-менее опытным дозорным. «Геппо», «Тэккай», «Шиган», «Ранкяку», «Сору» и «Камуе», но редко кто мог по-настоящему овладеть всеми шестью стилями. В основном народ практиковал не больше двух-трёх, а лейтенанты владели «Сору» и «Тэккай». Первая техника наделяла пользователя способностью передвигаться на скорости далеко выходящей за грань возможностей обычных людей, тогда как вторая отвечала за защиту, позволяя человеческому телу достигать железной прочности. Когда лейтенанты использовали «Тэккай», их не брали ни мечи, ни пули. Неудивительно, что ребята зазвездились. В Ист Блю они легко могли сойти за «Сильнейших В Мире», но не сошли.

На несчастье двух лейтенантов основным оружием у них выступали мечи. И при первой же их встрече с Зоро они решили показать «этой лягушке в колодце», что означает «настоящий гранд-лайнский мечник». На самом деле ребята не могли даже разрубать железо, в сражениях больше полагаясь на свои техники «Рокушики», чем на умение владеть мечом, поэтому всё закончилось заранее предсказуемым результатом. Какое самое любимое занятие Зоро? Тренировки. Какое основное у него занятие, когда он не спит? Тренировки. Он ежедневно тягал тонны и тонны груза, делая каждое упражнение по несколько тысяч раз, а то и по несколько десятков тысяч раз. И эти самые тонны груза он начал тягать ещё задолго до встречи с Луффи, — фактически, тяганием различных грузов он занимался всю свою сознательную жизнь, постоянно повышая нагрузку. Однако, после вступления в семью, он начал повышать нагрузки заметно чаще и больше. И это уже не упоминая ещё более продолжительных тренировок с мечом.

Два лейтенанта могли хоть до посинения применять свою технику «Сору», однако их скорость всё равно более чем в три раза уступала обычной скорости Зоро. И они сколько угодно могли использовать «Тэккай», делая своё тело сродни железному, но какой смысл? Даже если забыть о возможности мечника разрубать настоящее железо, самый обычный удар его кулака вполне мог пробить насквозь пятисантиметровую стальную плиту. Он победил лейтенантов, не вынимая своих мечей из ножен. И это в сражении мечников. Вряд ли на свете существовало более сильное оскорбление для людей следующих по пути меча.

«Дуэль» против лейтенантов произошла вдали от посторонних глаз, — парочка гордых дозорных не хотела разрушать славу местных героев, но и смириться с ней они тоже не могли, — поэтому, не считая членов семьи и самих лейтенантов, о «дуэли» больше так никто и не узнал. В свою очередь, Зоро, окрестив двух лейтенантов Дозорными-Дебилами, тут же выкинул их из головы. Возьмись он записывать имя каждого идиота, решившего помериться с ним размерами своего меча, ему бы понадобился журнал толщины с кирпич. Это сейчас самоубийцы появлялись чрезвычайно редко, а раньше таких находилось по два-три человека в день. Иногда и вовсе случались дни, когда число бросаемых ему вызовов переваливало за десяток.

Тем не менее, пусть Зоро выкинул лейтенантов из головы, им самим забыть своё унизительное поражение не представлялось возможным. Вот парочка дозорных и ударилась во все тяжкие. Разумеется «во все тяжкие» в понятиях самих дозорных — ребята принялись яростно разделываться с теми пиратами, до которых не успели добраться сами Соломенные Шляпы. Или на существование которых они просто-напросто закрывали глаза. Редкие дозорные выказывали подобное рвение, — всех пиратов всё равно не перебьёшь, ведь новые пиратские команды появляются ежедневно, так зачем жилы рвать? — неудивительно, что на подобной волне энтузиазма, имена двух лейтенантов стали известны всему Ист Блю. Вот народ и стремился поставить их на одну строчку с именем знаменитого охотника за головами. Никто же не знал, что они уже давно успели ему проиграть.

Прояснив ситуацию с «равными себе мечниками», Зоро вернулся к разговору с Мацу.

— Этих двух идиотов я уже побеждал, — произнёс он. — И пусть по меркам Ист Блю они довольно сильные ребята, их слава чересчур раздута. Как и все остальные умелые мечники Ист Блю, они не более чем опытные новички. Никто из них до сих пор не в состоянии резать сталь.

— Мечники на самом деле могут резать сталь?!! — воскликнул удивлённый Мацу.

— На подобное способен любой средний по мастерству мечник, — кивнул парень. — Если мечник не может резать сталь, тогда он самый обычный новичок.

— Средний мечник может резать сталь… тогда на что способен умелый мечник? — шумно сглотнув, задал новый вопрос Мацу. — На что способен мастер?

— Я бы вполне мог ответить, на что способен умелый мечник, но ты просто не поверишь, да и не поймёшь, — усмехнулся Зоро. — А что касается мастеров, то кто его знает? Как по мне, в мире есть только один мастер, и зовут его Дракуль Михок.

Фанату мечей вроде Мацу не было нужды пояснять, кто такой этот самый Дракуль Михок, он и так прекрасно знал.

— Ликбез закончен, — произнёс Луффи, кладя небольшой серебряный кейс на прилавок. — Нам пора идти, так что вот твои деньги за мечи, — добавил он, раскрывая кейс и разворачивая его к Мацу. — Тут двадцать миллионов, и это заметно больше стоимости твоих мечей, цени!

Мужичок удивлённо посмотрел на странного вида чемодан, — он раньше никогда таких не видел. Небольшой серебряного цвета чемодан был битком набит пачками денег, аккуратно уложенными в несколько рядов. Мацу отнюдь не был бедным человеком, его магазин со всем содержимым намного превосходил эти самые двадцать миллионов, но такое количество денег произвело впечатление даже на него. Хотя ещё большее впечатление на него произвела та простота, с какой Луффи расстался со своими деньгами… А ещё Мацу понял, что старость явно брала своё. Раньше он не пропускал ни малейшей детали, а сейчас вполне мог бы поклясться, что когда парни вошли внутрь его магазина, никакого серебряного чемодана у них с собой не было.

У стоящего рядом Зоро явственно дёргался глаз.

В отличие от владельца магазина, он как раз точно знал, что у Луффи с собой действительно не было никакого серебряного кейса. И не только по заходу в магазин, но и на всём пути до него. Серебряного кейса не было ровно до того самого момента, пока Луффи не положил его на прилавок. Непонятно откуда доставаемые мороженки Зоро ещё мог простить, но целый кейс? Он и раньше подозревал, что его капитан сожрал какой-то фрукт, — иначе бы он давно научился плавать, — но теперь мечник начал подозревать какой именно фрукт тот сожрал. Явно связанный с пространством, иначе возникающие из воздуха вещи было не объяснить. Во всяком случае, сам Зоро не знал, как ещё можно объяснить такую способность без участия Дьявольского Фрукта. С другой стороны, Луффи слишком сильно любил пудрить людям мозги, поэтому столь очевидный ответ был весьма подозрителен. Да ещё эти его постоянные заявления на тему неумения плавать, которые отлично подтверждали предположения о фрукте. Слишком как-то просто, но именно это-то и не давало Зоро покоя: с Луффи никогда и ничего не бывало просто.

— Никаких денег! — справившись с первоначальным шоком, Мацу закрыл крышку кейса. — Для меня большая честь, если Зоро-сан будет использовать мои мечи, поэтому деньги мне не нужны!

— Слушай, да ты мне нравишься всё больше и больше! — заулыбался Луффи. — Можешь считать деньги моим подарком лично тебе. И могу тебя заверить, если бы ты мне не понравился, но решил продать нам мечи, то ты бы не получил ни копейки и всё равно бы лишился мечей. Так что повторяю, цени!

— А ещё можешь считать деньги моим извинением за то, что в будущем мне придётся сменить Юбасири на более подходящий для меня меч, — добавил Зоро. — Однако, могу тебя заверить, я обязательно отдам твой меч в хорошие руки или, в худшем случае, оставлю себе для коллекции.

— И вообще, ещё хоть слово отказа, и я разобью кейс с деньгами тебе об голову, — снова заговорил Луффи. — Ты даже представить себе не можешь, какое я тебе делаю одолжение. Я деньги обычно отбираю, а не уговариваю их взять, — несколько возмущённо заявил он, а рядом стоящий Зоро серьёзно кивнул.

— Счастливо оставаться, и спасибо за мечи! — добавил мечник.

После чего, не дожидаясь ответа, парни покинули магазин, оставив позади себя несколько ошарашенного Мацу.

— А автограф ты ему так и не оставил, — немногим погодя, попенял своего спутника Луффи.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 2.

— Куда мы сейчас? — не отвечая на вопрос, тут же поспешил перевести тему Зоро.

— К моему любимому Орку! — буквально засиял парень. — Он должен был выполнить несколько моих поручений… к тому же, я, наконец, придумал, что хочу устроить в этом городе! — на этих словах его улыбка стала ещё шире. — Поверить не могу, что сразу не додумался до чего-то подобного, ведь такой очевидный вариант!

Зоро совсем не разделял его энтузиазма. Более того, мечник уже предвидел большую головную боль. Обитай в Логтауне одни пираты и тогда никаких проблем, но сейчас их окружали самые обычные люди и дозорные. Среди членов семьи не было любителей резать мирных жителей и обычных солдат Морского Дозора. Вот потому парень и предвидел большую головную боль. Он не сомневался, что дозорные ни за что не выпустят их без боя, — особенно если Луффи предварительно хорошенько повеселится в городе, — но и как сражаться с этими самыми дозорными тоже не представлял. Он слишком сильно привык убивать своих противников.

Погрузившись в моральную дилемму — убивать или не убивать, вот в чём вопрос, — Зоро даже не заметил, что они не только уже добрались до «логова» Орка, но и тот чрезвычайно важный факт, что он легко и без всякого напряжения проделал весь путь со свёрнутой аурой. Всего час назад ему для этого приходилось прикладывать все силы, а теперь он даже не заметил… Вероятно всё дело в мечах.

Любого человека можно научить Воле, если подвергнуть его специальным продолжительным тренировкам. Однако дальнейшее развитие Воли почти никак не зависело от каких-либо тренировок. Без всякого сомнения, физические тренировки помогали развивать Волю, но лишь опосредованно. Тяжёлые тренировки на износ помогали закалить характер и тело, что в свою очередь влияло на развитие Воли. Тем не менее, подобные тренировки не могли считаться за тренировку Воли. Сила Воли развивалась вместе с человеком, когда он преодолевал трудности, накапливал жизненный опыт и познавал неизведанное. Отчасти именно по этой причине подавляющее большинство пользователей Воли — люди старшего поколения. Где-нибудь около сорока, а то и пятидесяти лет. Впрочем, мир не без талантов, поэтому на свете жило немало людей научившихся управлять Волей лет в тридцать. Хотя к настоящим уникумам относились только те, кто смог овладеть Волей до двадцати лет.

Проблема в том, что научиться использовать Волю — это самый первый и самый простой шаг.

Миру известно полным-полно (относительно) случаев, когда люди с самого своего момента рождения могли использовать Волю. Чрезвычайно редко Волю Вооружения, в основном Волю Наблюдения, и в совсем уж редких случаях оба типа сразу. И вот тут очень показательно. Обладая пробуждённой Волей с самого рождения, они довольно ощутимо развивали её уже годам к пятнадцати. Однако почти любой человек, который пробуждал Волю где-нибудь в районе сорока лет, в умении как можно дольше использовать Волю, превосходил таких уникумов за каких-нибудь пару месяцев. Ибо, в большинстве случаев, Воля человека преодолевшего четвёртый десяток лет несопоставима с Волей пятнадцатилетнего сопляка или соплячки. Хотя, надо признать, что подобные сопляки или соплячки почти всегда превосходили других в умении управлять Волей. Всё-таки они с ней родились, и она была неотъемлемой частью их жизни с самого рождения. Когда подобные люди достигали всё тех же сорока лет, особенно если посвящали всю свою жизнь пиратству или дозору, они превращались в настоящих монстров.

И всё-таки, возможность использовать Волю продолжительное время, — этакий «запас» Воли, — и умение управлять Волей — ни один из перечисленных параметров не поддавался тренировкам в обычном понимании этого слова. Можно было месяцами изматывать себя сверхчеловеческими тренировками, в попытках увеличить запас своей Воли и не добиться практически ничего. Прибавить одну единственную рисовую крошку к полной тарелке. А можно было схлестнуться с превосходящим тебя противником, победить его, и получить в награду целых три новых тарелки, полных отборного риса. Можно было годами старательно манипулировать Волей, выискивая новые способы её применения и пределы возможностей, и не добиться ничего. А можно было увидеть полёт какой-нибудь бабочки, и осознать нечто такое, что другие не могли понять на протяжении целой жизни, разом продвинувшись в управлении Волей на несколько порядков.

Воля — слишком абстрактная материя, чтобы её можно было загнать в обычные рамки.

Однако именно по причине её абстрактности у Зоро и случился столь резкий прорыв. На первый взгляд покупка пары отличных мечей никак не была связана со способностью управлять Волей, но именно покупка двух катан стала тем толчком, который позволил ему подняться на следующую ступень управления Волей. Возможно, два новых меча придали ему ещё больше уверенности или стали подтверждением его развития, из-за чего у него слегка изменилось восприятие, тем самым позволив ему взять новую высоту. Или дело было вообще в чём-то другом, не имеющим никакого отношения к перечисленным вариантам. Всё-таки Воля действительно слишком абстрактная материя, чтобы можно было что-либо утверждать наверняка.

Орк встретил Луффи и Зоро в своей обычной манере.

— Мой Повелитель, Мой Лорд, Мой Господин, Луффи-сэмпай!!! — стоило парням войти в просторный кабинет, как из-за стола тут же вскочил высоченный мужик откровенно демонической внешности. — И Зоро-сэмпай, Зоро-сэмпай тоже тут!!! — заливаясь слезами радости, он рухнул на колени и, упёршись кулаками в пол, склонил голову в глубоком поклоне. — Это честь для всей нашей базы принимать Вас у себя!!!

Бартоломео — некогда, на момент первой встречи с Луффи, обычный главарь крупной банды, а ныне самый главный Босс в единственной оставшейся преступной организации Ист Блю и один из основных источников информации для семьи. Чуть за двадцать и с откровенно злодейскими чертами лица, высокий, больше двух метров роста, худой, подтянутый, но хорошо тренированный, а потом мускулистый. Под правым глазом у него были набиты две полоски-татуировки, ведущие к правому уху, в носу пирсинг в виде золотого кольца, похожего на бычье, а на голове у него, по типу ирокеза, торчали светло-зелёные волосы. Более того, из-за заострённых зубов, с двумя чересчур длинными клыками выступающими из-под верхней губы, его и без того злобное от природы выражение лица выглядело откровенно демоническим на вид. И да, на Демона он походил куда больше чем на Орка, но Луффи, как с ним это всегда и бывало, не давал каким-то там жалким фактам мешать его собственному веселью. Раз он кого-то назвал Орком, значит тот будет Орком и никак иначе!

Одет Бартоломео был в длинный чёрный плащ со стоящим воротником и вышитым пиратским флагом во всю спину. Флаг, естественно, представлял собой череп с перекрещенными костями и в соломенной шляпе. Клетчатые чёрно-белые штаны, тяжёлые армейские ботинки чёрного цвета и короткий меч, который был засунут за пояс спереди, из-за чего от клинка виднелась только рукоять. Самое главное, что на оголённой груди Бартоломео красовался ещё один пиратский флаг, всё тот же череп с костями в соломенной шляпе, только уже не вышитый на одежде, а вытатуированный прямо на коже.

— Давненько мы не виделись в живую! — подойдя поближе, Луффи радостно похлопал своего любимого Орка по плечам. — Всё по улиткофону, да по улиткофону!

— Привет, Хохлатый, — усмехнувшись, Зоро чуть склонил голову в знак уважения.

К Бартоломео у него было особое отношение. В своё время, Орк стал одним из самых первых последователей Луффи за пределами Королевства Гоа. Хохлатый встал под знамя Пиратов Соломенной Шляпы за несколько лет до того, как то же самое сделал сам мечник. Можно сказать, что Зоро следовало бы называть Бартоломео своим сэмпаем, а не наоборот, но должность первого помощника обязывала держать марку. А вообще, хорошо зная Орка, парень полностью понимал, почему тот так нравится Луффи, даже если вынести за скобки неприкрытое обожание и океан уважения.

Несмотря на свою специфическую внешность и странное поведение, Бартоломео обладал весьма цепким умом, что сразу сильно выделяло его среди всех остальных преступных боссов и пиратских капитанов. Иначе, обожание или нет, никто и никогда не доверил бы тупому человек рулить целой преступной организацией. А ещё он встретил Луффи около шести лет назад… шесть лет! Большой любитель мороженого, за каких-то жалких полгода, превратил трусливую кошку-воровку в человека, способного без каких-либо усилий справиться с целой пиратской командой. Бартоломео? Достаточно сказать, что Волей Наблюдения он овладел три года назад, а Волей Вооружения полтора года назад. И это с минимальной помощью от Луффи. Фактически его талант ничем не уступал Джонни и Йосаку, а сам он сейчас был даже сильнее их, ибо, помимо Воли, ещё обладал весьма действенным фруктом — Bari Bari no Mi (Фрукт Барьер-Барьер). Съев фрукт, Орк стал человеком-барьером, и его барьеры, особенно усиленные Волей, обладали невероятной прочностью. Например, даже если он не мог победить Санджи, тот тоже не был в состоянии победить Бартоломео из-за прочных барьеров.

Ум, два типа Воли, полезный фрукт — достаточный набор умений, чтобы получить одобрение Луффи. Однако, на момент их первой встречи, Орк ещё не владел Волей. Зато он умудрился получить от своих врагов прозвище «Каннибал». И подобное прозвище ему дали не за любовь к человеческому мясу, а за любовь к «человеческим мозгам». Бартоломео обожал «хавать мозги» людей и особенно он обожал «хавать мозги» своих врагов. Он любил подставлять своих врагов, бесить своих врагов и убивать своих врагов. Вдобавок он был весьма жестоким и жестким по натуре, а ещё чрезвычайно вульгарным, невероятно эгоистичным и со страшно мерзопакостным характером. Луффи при встрече с ним словно в зеркало посмотрел. Надо ли ещё пояснять, почему Орк так сильно ему понравился? Тем более, Бартоломео оказался не чрезмерно гордым и амбициозным, что и спасло ему жизнь.

— Как у нас дела? — спросил Луффи, когда радость Барти немного улеглась и он перестал заливать пол своими слезами, слюнями и соплями.

К этому моменту подчинённые Орка, восхищавшиеся Луффи и Зоро ничуть не меньше своего Босса, — по крайней мере, поток их слёз, слюней и соплей ничем не уступал потоку Барти, — успели притащить в кабинет два здоровых роскошных кресла. До этого, помимо такого же роскошного кресла за столом, в котором сидел Орк на момент прихода парней, в кабинете находился только жёсткий деревянный табурет напротив стола. Среди подчинённых Барти табурет был более известен как «Табурет Ужаса», ибо оказаться сидящим на нём боялся каждый подчинённый Орка. Самый распространённый кошмар среди его людей был тот, где они оказывались сидящими табурете. Сидение на нём означало, что кто-то в чём-то провинился и им предстоял обстоятельный «разговор» с Барти. «Разговор» с человеком по прозвищу «Каннибал», который очень сильно любил «хавать мозги».

— С делами у нас всё отлично, тут без изменений! — ответил счастливый Бартоломео, усаживаясь за стол, напротив уже развалившихся в своих креслах Зоро и Луффи. — Деньги текут рекой, а конкурентов не существует в природе!

— Что насчёт слишком любопытных личностей?

— Как я уже говорил по улиткофону, интерес заметно возрос, но пока никого сильного мои люди не встречали. В основном обычные агенты дозора и журналисты. Ещё поймали парочку революционеров и несколько излишне любопытных одиночек. В общем, пока всё без особых изменений.

В этот момент в кабинет зашли две привлекательные девушки в костюмах горничных и с подносами в руках. На одном подносе стояла пара бутылок вина и фужеры, а на другом чай с печеньем и глубокая тарелка с мороженым.

— Ты за этим вопросом следи внимательно, — кивнул Луффи, схватив тарелку с мороженым, едва девушка успела поставить её на стол. — Рано или поздно появятся настоящие зубры, не вздумай их пропустить, иначе потом, в будущем, это может обернуться серьёзными проблемами для всех нас.

— Не сомневайтесь, Луффи-сэмпай, всё сделаю в лучшем виде! — буквально надулся от гордости Барти.

— Конрад и «Чёрные Клоуны» тоже всегда держат руку на пульсе, поэтому не забывай постоянно обмениваться с ними информацией.

— Конечно, мы так всегда и делаем!

К этому времени Зоро уже успел основательно присосаться к одной из бутылок с вином.

— А как там мой заказ? — продолжил Луффи, после пары ложек мороженого.

— Один момент, сейчас всё будет! — произнёс Барти, нажимая на одну из кнопок под столом. — Через пару минут ваш заказ будет здесь, сэмпай!

— Тогда давай обсудим, что мне нужно ещё.

— Сделаю всё, что в моих силах, только прикажите!

— Значит так, мне нужно пару десятков килограмм взрывчатки, — принялся загибать пальцы Луффи, — кусок парусины, метров двадцати-тридцати в длину и метров десяти-пятнадцати в высоту, пару вёдер краски, ящиков десять фейерверков, бухту верёвки, а ещё три голых девственницы и чёрный козёл.

— Будет сделано! — не моргнув глазом, пообещал Барти.

— Зачем тебе голые девственницы и чёрный козёл? — аж оторвался от своей бутылки Зоро.

— Окей, никаких голых девственниц и козла, но всё остальное подготовь обязательно, мой первый помощник одобряет! — без запинки выдал Луффи.

— Будет сделано! — снова не моргнул и глазом Барти.

В этот момент Зоро понял, что парень приплёл голых девственниц и чёрного козла только затем, чтобы отвлечь его внимание от всего остального. Надо было спрашивать про взрывчатку и фейерверки. Проблема в том, что, в отличие от козла и девственниц, со всем остальным ему и так всё было предельно ясно. Луффи несомненно собирался что-то взорвать, а фейерверками придать взрыву «праздничное настроение». Насчёт парусины и краски у мечника тоже имелась парочка предположений. Оставался только один важный вопрос: «Что конкретно он собрался взорвать?». В порту были пришвартованы корабли Морского Дозора, но Зоро не был уверен, что парень собрался взорвать именно их.

— Разрешите войти!

Раздался стук в дверь, после чего внутри зашли подручные Барти с двумя большими коробками.

— Ставьте прямо на стол! – приказал Орк.

Он быстро рассовал по различным столешницам свои многочисленные бумаги, после чего его подчинённые примостили коробки по разным концам стола.

— Вот, Луффи-сэмпай, ваш заказ!

Парень поставил тарелку с мороженым на подлокотник, после чего поднялся с кресла и подойдя к столу, раскрыл одну из коробок. Заглянув внутрь, он достал из неё тонкий красный прямоугольный футляр, обитый бархатом. Такие футляры обычно можно было увидеть в ювелирных магазинах, в них продавали цепочки на шею. Луффи сел обратно в кресло и раскрыл футляр, в котором действительно оказалась цепочка на шею. Не особо толстая и сделанная из золота, но вместо кулона красовался череп с костями в соломенной шляпе. Пиратский знак был целиком отлит из золота, а глаза черепа ещё и поблёскивали двумя маленькими бриллиантами.

Протянув руку, Луффи достал цепочку из футляра. Немного полюбовавшись пиратским символом на своей ладони, он взял его за торчащие косточки и легонько нажал на них. Одна из золотых косточек, под давлением пальцев, слегка погрузившись внутрь символа, отчётливо щёлкнула, а в следующее мгновение два маленьких бриллианта вспыхнули зловещим темно-красным светом. Глаза черепа светились раз в пятьдесят ярче, чем полагалось светиться чему-то столь маленькому. Затем парень нажал на косточки ещё раз, и свечение из глаз-бриллиантов тут же пропало.

— Отлично! — удовлетворённо кивнул Луффи. — Вот, держи подарок!

Он протянул цепочку Зоро, сидящему в соседнем кресле.

— И зачем он мне? — спросил тот, принимая «подарок».

— Во-первых, это наш символ, а во-вторых, в будущем, он поможет всем нашим верным союзникам определять друг друга.

Кивнув, принимая объяснения, мечник без лишних слов надел цепочку на шею, тогда как Луффи уже ковырялся во второй из принесённых коробок. Из неё он достал ещё одну обитую бархатом коробочку, только теперь уже квадратную, в таких обычно продавались кольца. И действительно, когда он открыл коробочку, внутри обнаружился золотой перстень с пиратским флагом Соломенных Шляп. Одно небольшое нажатие на череп с костями и, как в случае с символом на цепочке, бриллиантовые глаза черепа засветились красным. Ещё одно нажатие, и свечение исчезло.

— Держи, — Луффи протянул перстень Зоро. – Носи с честью!

— И зачем всё это свечение? — беря в руки перстень, спросил мечник.

— При активации, бриллианты в черепе будут светиться, если в радиусе десяти километров есть ещё одна цепочка или перстень. Конкретно для членов нашей семьи такая функция практически бесполезна, ведь мы и так почти всегда вместе, а вот для наших будущих союзников она должна стать весьма полезной. Они не только всегда смогут опознать друг друга при встрече, но и всегда смогут узнать, если рядом с ними есть союзник.

— А если эти цепочки и перстни окажутся в руках дозора? — нахмурился Зоро.

— Проблематично, но не смертельно. Помимо цепочек остаётся ещё условный знак. Каждый из союзников, при встрече друг с другом должен будет три раза нажать на перстень или символ на цепочке. Даже если цепочка или перстень окажутся в руках дозора, они выдадут себя при первой же встрече с другим обладателем наших символов.

— А если из них выбьют признание?

— …Неужели ты начал сомневаться во мне? — Луффи пристально посмотрел на своего первого помощника. — Я никогда не позволю носить наши символы людям, которые могут сломаться под пытками.

В качестве доказательства своих слов, он поднялся из кресла и, взяв по коробочке в каждую руку, протянул их сидящему за столом Барти.

— Или ты считаешь, что он способен нас предать? — с улыбкой спросил Луффи, когда опять заревевший от счастья Барти с благодарностью принял обе коробочки из его рук.

— В Хохлатом я не сомневаюсь, — согласно кивнул Зоро. — Однако если брать его за шаблон для всех наших будущих союзников, мы будем искать их годами.

От подобных слов Орк заревел пуще прежнего.

— Ты куда-то торопишься? — усмехнулся Луффи, снова усаживаясь в кресло. — Если бы я гнался за количеством, а не качеством, то давно бы уже был капитаном собственной пиратской армады.

— …Согласен, — вернул усмешку мечник. — Лучше ещё один Хохлатый, чем миллион потенциальных предателей.

Упомянутый «Хохлатый» чуть не скончался на месте от столь лестных слов.

— Вфоро-тсэфай!!! — полетели в разные стороны сопли и слюни.

— Ладно, раз мы всё обговорили, тогда, Зоро, где-то через час можешь возвращаться на корабль, и ждать меня там.

— А что делать с дозорными? – спросил резко посуровевший мечник.

— В смысле? — не понял Луффи.

— На корабле точно будут дозорные, что мне с ними делать?

— …Зоро, ты случаем головой не ударился?

Парень уставился на своего первого помощника таким взглядом, словно тот заявил, что деньги им больше не нужны.

— У Нами мать была дозорной, вряд ли ей понравится если мы начнём резать всех встречных солдат, — наконец, поделился своей дилеммой мечник.

— Ты что, нашу Нами за полную дуру считаешь? — закатил глаза Луффи. — Это правда, что она не любит убивать, но ты её явно недооцениваешь. Поверь, она прекрасно знает из каких людей состоит её семья.

— Значит, я могу поступать с дозорными так, как считаю нужным?

— Поднятие нашего пиратского флага означает полную свободу! Если у тебя нет моего приказа, ты всегда можешь поступать так, как считаешь нужным. Можешь пойти и перерезать всех местных дозорных, и мне будет совершенно плевать… хотя нет, вру! Если ты вырежешь всех дозорных, то ты испортишь одну мою шутку. Впрочем, если тебе действительно хочется вырезать всех дозорных, плевать на шутку, можешь идти и резать.

Зоро немного завис от подобной речи.

— Запомни, мы теперь пираты, отныне дозорные всегда будут нашими врагами, — губы Луффи исказила отвратительная усмешка. — Проявлять жалость к своим врагам — верный путь на тот свет. Так что если кто-то осмелился на тебя напасть, то убивай без раздумий. Весь мир должен знать, что никто не смеет трогать членов нашей семьи!

— …Понятно, — в конце концов, вздохнул Зоро. — Прости, капитан, кажется, я слишком привык щадить дозорных, больше подобного не повторится.

Луффи слегка нахмурился.

— На всякий случай хочу уточнить, что нам нет необходимости резать каждого встречного дозорного, денег за них мы всё равно не получим.

За свои слова он удостоился несколько раздраженного взгляда от мечника.

— Я как бы это и так понял… и, хочешь сказать, если бы за мёртвых дозорных давали денег, мы бы резали всех подряд?

— …Ну мы же резали пиратов, чем дозорные отличаются?

Посмотрев на вроде бы искренне сконфуженного парня, Зоро тяжело вздохнул. Он не питал никаких иллюзий по отношению к своему капитану, но иногда тот так ловко прикидывался «хорошим парнем», что он сам порой забывал, за каким на самом деле беспощадным монстром следует.

На этом обсуждение, как таковое, закончилось.

Зоро отправился дегустировать личные запасы спиртного Орка, а сам Луффи отправился претворять свои фантазии в реальность. Однако прежде чем покинуть базу, он, предварительно убедившись, что мечник его не слышит, отдал ещё несколько дополнительных распоряжений. Весьма специфических распоряжений. Возможно, кто бы другой не понял смысла подобных распоряжений, но Зоро слишком хорошо знал своего капитана. Если бы он услышал прозвучавшие слова, он бы сразу заподозрил неладное. К несчастью для него, всё прошло мимо его внимания.

Когда Луффи отправился по своим делам, мечник был в полной уверенности, что его капитан «всего лишь» отправился наводить шороху на местных дозорных, а его самого это никак не касалось. Это ведь были «всего лишь» дозорные. Потрясающая наивность! Зоро настолько хорошо справился с «неожиданной встречей со своим прошлым», в лице молоденькой дозорной, как две капли воды похожей на его покойную подругу, что совершенно упустил из виду один чрезвычайно важный факт. Конкретно тот факт, что встреча произошла на глазах егокапитана. И мечник не придал этому значения. А зря-я-я…

В этот же момент, всего в нескольких сотнях метрах, на третьем этаже четырёхэтажного здания, ещё один человек пребывал в блаженном неведении относительно своего ближайшего будущего. Весьма неприглядного будущего. Будущего, которое грозило не оставить камня на камне от его настоящего, а также настоящего одной его подчиненной. В жизни двух людей наступил день, после которого всю их жизнь можно будет смело делить на два отрезка: «до этого дня» и «после этого дня».

Смокер. Капитан первого ранга Смокер. Дозорный. Человек, про которого можно уверенно говорить, что, в Логтауне, его знает каждая собака. Логтаун, по меркам Ист Блю, далеко не маленький город — почти тридцать тысяч жителей, — но Смокер всегда был на виду. С тех пор как он, около пяти лет назад, возглавил местное отделение Морского Дозора ни один пират не смог по собственной воле покинуть город. И это при условии, что Логтаун всегда считался «последним городом Ист Блю». Столь своеобразный титул означал, что, если кто-нибудь в Ист Блю собрался отправиться на Гранд-Лайн, то, на его пути в самое загадочное и опасное море в мире, город Логтаун становился последним городом Ист Блю.

Вполне понятно, что подавляющее большинство кораблей, прежде чем отправиться на Гранд-Лайн, заходили в порт Логтауна пополнить запасы. Дозорные, торговцы, авантюристы и, конечно же, пираты. К счастью многих вовлечённых людей, подавляющее большинство пиратов либо не обладали достаточным умом и сообразительностью, либо не имели возможности собирать информацию, либо просто не заморачивались её сбором… проще говоря, были самоуверенными идиотами, которые считали, что легко справятся с любой угрозой. Именно поэтому абсолютно все пираты за последние пять лет, решившие посетить Логтаун перед своим отплытием на Гранд-Лайн, оказывались в руках сильнейшего дозорного Ист Блю. Без исключений. И для этого имелись весьма серьёзные причины.

Для начала, по меркам «слабейшего моря в мире», Смокер мог не просто считаться непобедимым монстром, он им и был. Прозвище «Сильнейший Дозорный Ист Блю», в его случае, отнюдь не выдумка или преувеличение. Для каперанга, закалённого водами Гранд-Лайна, назначение в Ист Блю, — ещё и в родной ему город! — было сродни отпуску, длящемуся уже целых пять лет. Что ещё хуже для пиратов, помимо своей силы, Смокер не был тупоголовым солдафоном, а скорее наоборот — обладал острым умом. Даже если пираты, по прибытии в Логтаун, решали проявить осторожность и высадиться где-нибудь в укромном месте острова, их участь оставалась неизменной.

Все укромные уголки были выявлены капитаном ещё в первый месяц после своего назначения, — родившемуся и выросшему в Логтауне, ему и до своего назначения было известно о большинстве из них, — поэтому все они были взяты под плотный контроль. Во всех таких местах, по его приказу, было установлено посменное дежурство, из-за чего редкому пирату удавалось высадиться на остров незамеченным. Однако, даже если такое чудо вдруг случалось, — с древних времён существовали человеческий фактор и непредвиденные обстоятельства, на пару способные изменить любой расклад, — пираты всегда достаточно быстро выдавали себя. Например, когда посещали эшафот или знаменитый бар, где раньше, будучи ещё особо никому неизвестным, любил проводить своё время Король Пиратов. И стоило пиратам посетить соответствующие места в городе или начать вести себя чересчур нагло, как на их головы тут же обрушивались либо дозорные во главе с главным старшиной, а то и не одним, либо отряд дозорных под предводительством самого Смокера.

На тот же невероятный случай, когда пираты не только умудрялись высадиться на остров незамеченными, но и ни чем не выдать себя, находясь уже непосредственно в городе. А затем ещё, опять же, никем не замеченными отплыть, несколько кораблей Морского Дозора всегда патрулировали местность, на самом удачном маршруте, ведущим от Логтауна к Обратной Горе. Удачный этот маршрут был тем, что стоящий на одном из мысов острова маяк указывал мореплавателям правильный курс… Вот на этом-то и прогорали даже самые удачливые из всех удачливых пиратов.

Окрылённые счастьем, они, что вполне естественно, используя маяк в качестве своего ориентира, отправлялись с острова в путь… и попадали прямиком в расставленную Смокером ловушку. Если у пиратов и был шанс избежать этой самой последней ловушки, то только при наличии сильного шторма или тумана. Однако ни один разумный человек не отправится в море во время шторма. Да и при сильном тумане много желающих тоже найти было сложно. Иными словами, только по-настоящему дьявольски везучая пиратская команда была в состоянии уплыть из Логтауна целой и невредимой. Или дьявольски сильная. Пока каперангу не попадались ни первые, ни вторые… Понятное дело, наверняка он мог утверждать только о вторых.

В своей личной войне с пиратами капитан всегда проявлял невероятную последовательность и методичность. И всё это тогда, когда Смокер не являлся фанатиком, свято верующим в непогрешимость Морского Дозора. Нет, в своей работе он руководствовался только своими собственными принципами, из-за чего, несмотря на всю свою силу, и был сослан в слабейшее море из всех. Слишком уж многим встала поперёк горла его отнюдь не показная независимость. Вот от неугодного многим капитана, по сути, и избавились, но избавились так, что не подкопаешься. И хотя, в тот момент, Смокеру вполне было по силам отказаться от своего нового назначения, — он водил дружбу с некоторыми весьма известными в мире людьми, — он решил подчиниться.

Мужчина был совсем не против сделать самое безопасное море в мире ещё чуточку безопаснее. И за пять лет ему это вполне удалось. Не совсем так, как он планировал изначально, но удалось. Смокер умел признавать чужие заслуги, поэтому вполне понимал, что львиная доля его успеха принадлежала «Убийцам Пиратов». Именно благодаря этой известной на весь мир команде охотников за головами, Ист Блю максимально сильно приблизилось к воображаемому всеми дозорными идеалу — морю без пиратов. «Убийцы Пиратов» так рьяно уничтожали пиратские команды, что большинство простых дозорных считало их настоящими пиратоненавистниками. Среди простых дозорных даже ходили слухи, что вся команда состоит из людей когда-то пострадавших от рук пиратов, и поклявшихся избавиться от всех пиратов в мире.

Смокер знал лучше.

Капитан нечасто выбирался из Логтауна, но, тем не менее, иногда ему приходилось оставлять свой пост. Например, ради ежегодного собрания капитанов, или того же собрания, но чрезвычайного. И за последние пару лет, все чрезвычайные собрания проводились после тех или иных действий «Убийц Пиратов». Никаких других причин для сбора как-то не находилось. Обычные собрания или чрезвычайные — «Убийц Пиратов» обсуждали на каждом из них. Как итог, Смокер не смог бы оставаться в неведении, даже если бы сильно захотел.

Большинство капитанов, хоть раз встречавшихся с «Убийцами Пиратов», едва ли не в один голос заявляли, что знаменитая команда во сто крат хуже любых пиратов. Однако сам Смокер не знал насколько правдивыми были слова его коллег, ведь он сам никогда не встречался с известными охотниками за головами. Тем не менее, благодаря таким заявлениям, он мог точно сказать, что «Убийцы Пиратов» не особо сильно уважали Морской Дозор. Иначе бы они не задирали других капитанов и не шутили над ними. Иногда очень жёстко. Делало ли это их хуже всяких пиратов? Точно нет.

Смокер, будучи капитаном первого ранга Морского Дозора, и сам не особо сильно уважал большинство других капитанов. Жалкие зажравшиеся слабаки и трусы — таково было его личное мнение о значительной их части. Однако после всех рассказов об «Убийцах Пиратов» можно было с уверенностью сказать, что никаким пиратоненавистничеством там и не пахло. Они просто зарабатывали деньги. Огромные деньги, если верить слухам, но всё же вполне понятные деньги. Обычный бизнес, и никаких возвышенных идей и целей. Вот и всё… Ладно, пусть не совсем обычный бизнес, но совершенно точно никаких возвышенных идей и целей. И Смокера не считал это проблемой. Самое главное, что знаменитые охотники делали свою работу, и делали её отлично. Даже чересчур отлично.

До недавнего времени.

К сожалению, с «Убийцами Пиратов» случилось то, что рано или поздно случалось с подавляющим большинством более-менее знаменитых охотников за головами — они сами стали пиратами. Смокер, после рассказов других капитанов, подобному исходу не удивился. А благодаря связи по дэн-дэн муши, он мог с уверенностью сказать, что и другие капитаны Ист Блю ничуть не удивились подобному исходу. Да, они были готовы обосраться от ужаса, но точно не от удивления. Зато, если верить газетам, для всего остального мира «предательство» «Убийц Пиратов» оказалось абсолютно неожиданным и совершенно невероятным. Журналисты отрывались во всю: «Луч света в тёмном царстве оказался вовсе не лучом света, а лучом ещё большего мрака». Цитата.

Ор стоял до небес, но в отсутствии каких-либо новостей начал довольно быстро спадать. Новости об «Убийцах Пиратов» сошли с первых полос мировых газет уже через неделю, а через две и вовсе из них исчезли. Местные газеты, распространяемые только в Ист Блю, продержались немного дольше. Пару недель на первых полосах и ещё недели две-три, — в зависимости от газеты, — в середине, с постепенным сползанием к последним страницам со всё уменьшающимся количеством знаков. «Убийцы Пиратов» словно исчезли. Или, что куда более вероятно, они решили на некоторое время затаиться… На самом деле их просто свалил необычайно сильный приступ лени, но, вполне понятно, подобное объяснение никому даже в голову не пришло.

Смокера мало волновало, по каким таким причинам «Убийцы Пиратов» решили временно затаиться. Самое главное он знал совершенно точно — Гранд-Лайн. Рано или поздно они обязательно должны будут отправиться на Гранд-Лайн. И принимая во внимания их репутацию, силу и дела, отплытие должно состояться скорее рано, чем поздно. В Ист Блю «Убийцам Пиратов» просто-напросто нечего делать. И капитан это понимал как никто другой. Понимал и готовился к неизбежному. Он значительно увеличил количество наблюдателей, численность патрулей и количество входящих в них кораблей. Фактически, едва до него дошли новости о том, что «Убийцы Пиратов» подняли пиратский флаг, как он тут же объявил своим подчиненным «полную боевую готовность»… И в первый раз за свою службу в Ист Блю запросил подкрепление.

В своих силах Смокер не сомневался, но он точно так же не сомневался в том, что если его люди всерьёз схлестнутся с «Убийцами Пиратов», ему придётся подписать сотни, если не тысячи, похоронок. Он ни в коем случае не собирался допускать чего-то подобного, а потому заранее подстраховался.

Подкрепление прибыло споро, без каких-либо проволочек и ощутимо большим составом, чем изначально предполагалось. Если сказать, что подобное случалось чрезвычайно редко, значит ничего не сказать. На памяти Смокера подобное происходило впервые. Он мог с уверенностью утверждать, что люди из штаб-квартиры Морского Дозора приняли всерьёз исходящую от «Убийц Пиратов» угрозу. Оно и неудивительно. Это на Гранд-Лайне «Убийцы Пиратов» могли считаться всего лишь выделяющимися новичками. Наградой в сто миллионов там мало кого можно удивить. Каждый год в мире появлялось несколько десятков «сверхновых», то есть пиратов с наградой за голову в сто миллионов бели или больше. Однако дела обстояли совсем иначе, когда речь шла о «слабейшем море».

Для вод Ист Блю «Убийцы Пиратов» представляли собой воплотившийся в жизнь ночной кошмар. Ророноа Зоро мог смело называть себя Королём Пиратов Ист Блю, — а то и просто Королём, — и никто бы даже не подумал с этим спорить. Именно поэтому Смокер собрался покончить с этой командой, прежде чем они смогут стать ещё большей угрозой. Как уже говорилось, он ничуть не сомневался в своей силе: пираты с наградой в сто миллионов ему были на один зуб. Если бы он был уверен, что будет первым, кто столкнётся с «Убийцами Пиратов», тогда бы он даже не стал запрашивать подкрепление. К сожалению, он прекрасно понимал, что не может быть во всех местах одновременно, а значит, с большой вероятностью, именно его люди станут первыми, кто столкнётся с «Убийцами Пиратов». И тогда присланное подкрепление совсем не помешает.

Потянулись долгие дни ожидания, постепенно перешедшие в недели.

«Убийцы Пиратов» словно сквозь землю провалились. Смокер невольно начал беспокоиться о том, что его «прокатили». В отличие от других пиратов «Убийцы Пиратов» знали Ист Блю вдоль и поперёк, и они явно обладали немалыми связями, а также неустановленным запасом денег. Источники капитана не могли назвать точную цифру, но речь шла как минимум о сотнях миллионов белли. Некоторые информаторы капитана и вовсе утверждали о миллиардах. Хуже всего, что о миллиардах утверждали самые надёжные источники, ещё никогда его не подводившие, тогда как все остальные склонялись к «нескольким сотням миллионов». Однако, в конечном итоге, «миллиарды» или «сотни миллионов», и тех и других с лихвой хватало на подкуп какого-нибудь нечистого на руку дозорного.

Один продажный дозорный из высоких чинов, хоть немного знакомый с самим Смокером и ситуацией в Логтауне, вполне мог порушить все его планы. Совсем неудивительно, что, спустя несколько недель полного затишья, капитан начал верить в подобный исход всё сильнее и сильнее. «Убийцы Пиратов» явно прознали, что Логтаун превратился в одну большую ловушку, вот они и решили не связываться. И к концу целого месяца ожиданий, Смокер уже был в этом уверен почти на сто процентов… Тем неожиданнее стала для него новость о том, что очередные пираты, нагло зашедшие прямо в порт, — за последний месяц на подобное решилось целых три команды; больше чем за весь предыдущий год; так сказывались последние новости, — это не очередные идиоты, а самые что ни наесть настоящие «Убийцы Пиратов». Капитан даже почувствовал себя обманутым. Он считал их особенной командой, непохожей на обычные пиратские шайки, с которыми ему постоянно приходилось иметь дело. Так что он никак не ожидал подобного идиотизма от тех, кого уже давно считал опасными противниками.

— Где Ташиги? — вынув сигару изо рта, первым делом спросил Смокер, когда один из его лейтенантов доложил ему о прибытии «Убийц Пиратов». – Где она опять шляется?

Дым от сигар в его кабинете стоял настолько плотный, что можно было смело вешать тот самый пресловутый топор. Прибывший с докладом дозорный, за всем этим клубящимся дымом, даже не видел силуэта своего капитана.

— Я уже за ней послал старшину от вашего имени, сэр — буквально надувшись от гордости, бодро отрапортовал молоденький лейтенант клубящемуся вокруг него дыму.

Своё внеочередное повышение он получил всего несколько дней назад, после разбора его действий во время разгрома очередной пиратской команды, поэтому он буквально пылал от желания снова проявить себя.

— Почему мне доложили так поздно? — раздался недовольный голос в ответ. — Их корабль должны были заметить задолго до захода в порт.

Тут новоиспечённый лейтенант невольно поморщился, но всё же дал правдивый ответ.

— В момент их появления, на наблюдательном пункте ответственном за порт, как раз началась пересменка, — пояснил парень. — Образовалось небольшое окно, в которое и успели проскочить «Убийцы Пиратов». Когда их заметили, они уже заходили в порт.

Тот самый человеческий фактор в действии. И пусть за клубами сигарного дыма ничего не было видно, но и без того хмурый Смокер нахмурился ещё сильнее. Можно бы даже не сомневаться, что нерадивых идиотов в будущем ожидало много весьма неприятных деньков.

— Сколько пострадавших? — спросил капитан с ещё большим недовольством в голосе, после того как сделал глубокую затяжку.

Когда на берег сходила подобная команда, в наличие пострадавших сомневаться не приходилось.

— Лейтенант Рольвальд и его люди, сэр — стараясь лишний раз не дышать от обилия дыма в помещение, ответил лейтенант.

— Кто-нибудь выжил?!! — сделав очередную затяжку, буквально прорычал Смокер.

— Все, сэр!

Подобный ответ оказался для капитана несколько неожиданным.

— Это точно? — невольно переспросил он.

— Да, сэр! Все люди лейтенанта Рольвальда и он сам в полном порядке! Если, конечно, не считать пары синяков и ссадин.

— То есть, ты хочешь сказать, что их просто вырубили? — уточнил откровенно сбитый с толку Смокер.

На место его гнева пришло недоумение.

— Да, сэр! Сейчас они уже все снова в сознании… Это были Джонни «Отрыватель Голов» и Йосаку «Мясник», — после небольшой паузы добавил лейтенант.

— …

Смокер вот так вот сразу даже не нашёл, что сказать. «Убийцы Пиратов» никак не походили на людей оставляющих в живых своих врагов. Скорее наоборот — к своим врагам они относились не только абсолютно беспощадно, но и чрезвычайно жестоко. Морской Дозор — враг всех пиратов, то есть, априори, самый главный враг «Убийц Пиратов». Ни о каком снисхождении тут не могло идти и речи.

Капитан сделал несколько глубоких затяжек, раздумывая.

Вполне возможно, что здесь и не шло речи о снисхождении? Он не видел причин для того, чтобы пираты щадили дозорных. Особенно пираты с такой репутацией как у «Убийц Пиратов». Возможно ли, что всё дело как раз в этой самой репутации? Вроде как дозорные оказались для них такими ничтожествами, что «Отрыватель Голов» и «Мясник» не стали марать о них свои руки? Смокеру доводилось пересекаться с людьми, которые вполне могли отпустить своих врагов живыми, если сами таковыми их не считали. Правда, пираты обычно просто всех убивали, враги они или нет. Подобное происходило куда чаще, чем наоборот, а точнее почти всегда.

Хорошо всё обдумав, капитан вновь обратил своё внимание на стоящего перед ним лейтенанта. В отличие от подчинённого, Смокеру ничуть не мешал клубящийся в помещении дым и полумрак: молодого парня он видел без всяких проблем.

— Я так понимаю «Убийцы Пиратов» уже успели разбрестись по острову?

— …Вероятнее всего, — после небольшой паузы, кивнул лейтенант.

— Поясни.

— …Мы потеряли их, сэр.

— Потеряли?

От прозвучавших интонаций в голосе капитана, парень почувствовал, как у него по спине забегали мурашки, каждая размером с кулак.

— Да, сэр! Но в этом не было ничьей вины! — тут же зачастил он. — Не считая людей лейтенанта Рольвальда и его самого, «Убийцы Пиратов» сразу вырубили всех ближайших к ним наблюдателей!

— Как они узнали, где находятся наблюдатели? — происходящее нравилось Смокеру всё меньше и меньше.

— Неизвестно, сэр!

— Как их вырубили?

— Тоже неизвестно, сэр! В отличие от людей Рольвальда, к которым была применена физическая сила, наблюдателей, похоже, вырубили какой-то неустановленной способностью. Они живы и невредимы, но, если верить врачам, их состояние больше всего похоже на кому.

— Сила Дьявольского Фрукта?

— Я тоже так подумал, сэр.

В отличие от всего остального Ист Блю, для людей живущих в Логтауне, существование Дьявольских Фруктов не являлось каким-то невероятным мифом или секретом. Пусть подобная сила удивляла и пугала жителей города, но благодаря способностям Смокера, она вполне поддавалась их разумению. В результате, там, где любой другой человек из Ист Блю начинал поминать Бога и Дьявола, жители Логтауна первым делом вспоминали силу Дьявольских Фруктов. Особенно это относилось к людям, работающим непосредственно со Смокером.

— Как я уже неоднократно говорил на брифингах, если проанализировать все известные нам слухи об этой команде, среди них почти наверняка есть кто-то обладающий силой Дьявольского Фрукта, — произнёс капитан, после чего поднялся из-за стола и настежь распахнул плотно закрытое и зашторенное окно. — Вероятнее всего, именно обладатель силы Дьявольского Фрукта и вырубил всех наших наблюдателей.

Кабинет, благодаря сквозняку, стал стремительно отчищаться от клубящегося в нём дыма.

— Сэр, тогда вы думаете это правда?! — невольно воскликнул лейтенант. — Они на самом деле могут быть бессмертны?!

Это был едва ли не самый популярный вопрос среди всех подчинённых Смокера.

— Сильно в этом сомневаюсь, — спокойно ответил он, как это и делал всякий раз, когда звучал соответствующий вопрос.

Незнание пугало людей куда больше любого знакомого ужаса, поэтому капитан собирался отвечать на этот вопрос столько раз, сколько он ему будет задан.

— Тогда откуда могли взяться слухи об их бессмертии?

— В мире существует немало фруктов, чья сила, в глазах обычных людей, вполне может сделать её владетеля бессмертным, но чтобы вся команда обладала подобной силой? Такое просто невозможно.

Тут Смокер откровенно соврал. Несмотря на незначительный шанс такого варианта, он вполне допускал подобную возможность. Однако он также справедливо считал, что его подчинённым лучше было об этом не знать. Они у него и так все были на взводе.

— Очень надеюсь, что вы правы, — вздохнул лейтенант.

— Фрукты, дарующие своим владельцам силу сопоставимую с бессмертием, редки даже на Гранд-Лайне. И это без учёта редкости самих фруктов в целом. Вероятнее всего, среди «Убийц Пиратов» есть только один человек владеющий силой Дьявольского Фрукта. И именно он ответственен за все сверхъестественные слухи, распускаемые об этой команде. Хотя нельзя исключать того, что среди них есть и второй фруктовик, но вряд ли больше. Команды с многочисленными фруктовиками прерогатива Нового Мира. Даже в первой половине Гранд-Лайна подобные команды огромная редкость, а про другие моря и говорить нечего.

К этому моменту кабинет Смокера отчистился от клубящегося дыма достаточно, чтобы можно было разглядеть его внешность. Человек, по праву считающийся сильнейшим дозорным Ист Блю, обладал внушительным ростом, мощным телосложением, карими глазами и бледно-зелёного цвета волосами. Волосами, которые, несмотря на не особо старый возраст Смокера — капитану не так давно исполнилось тридцать четыре года, — уже успевшими поседеть чуть менее чем полностью.

Капитан щеголял по кабинету с оголённым торсом, позволяя любому желающему наглядно убедиться не только в том, что он находится в отменной физической форме, но и в том, что он не «кабинетная крыса» и не чей-то ставленник. За годы своей службы он успел собрать неплохую «коллекцию» шрамов, и они служили отличным доказательством того, что свою репутацию он заработал честно. Шрамов могло быть и больше, — Смокер был весьма и весьма деятельным человеком, всегда несущим свою службу на совесть, а не ради денег, власти или славы, — но тут ему сильно помогла вовремя приобретённая способность. С другой стороны, эта же способность стала «палкой о двух концах», пусть сам он того и не осознавал. Не заполучи он в своё время силу Дьявольского Фрукта, — и силу немалую! — и сейчас бы, вполне вероятно, он обладал ещё большей силой. Парадоксально, но факт.

— Так какие будут приказания, капитан? — восстановив своё самообладание после ответа Смокера, бодро спросил лейтенант.

— Первым делом нужно взять их корабль под стра…

— Уже сделано, сэр! — не дав ему договорить, вновь гордо надулся парень. — Едва мне стало понятно, что весь известный состав команды сошёл на берег, как я незамедлительно отдал соответствующий приказ. Также хочу обратить ваше внимание на тот факт, что у них, вероятнее всего, произошло пополнение в рядах. Многочисленные свидетели схода команды на берег заявляют о наличие двух неустановленных личностей среди знакомых лиц «Убийц Пиратов». Подробности ещё выясняются, но, судя по первым показаниям свидетелей, один из них парень. Выглядит он лет на двадцать, черноволосый, с банданой на голове, в коричневом комбинезоне и с очень-очень длинным носом.

— Длинным носом? — невольно приподнял бровь Смокер.

За всю свою карьеру он ещё никогда не слышал подобного описания преступника. И, конечно же, он сразу записал новую личность именно в преступники. Уточнять подробности он собирался только после поимки всех бывших охотников на пиратов. А уже потом все виновные будут наказаны, а все невинные освобождены.

— Да, сэр, — серьёзно кивнул лейтенант. — Свидетели, все как один, уверяют, что парень обладает чрезвычайно длинным носом, который просто невозможно не отметить.

— А что со вторым новичком… или это была женщина?

— Со второй личностью всё несколько сложнее, чёткого описания нам получить не удалось, но, вроде бы, речь идёт о молодом мужчине.

— Вроде бы? — теперь уже обе брови Смокера приподнялись в удивлении: описание второго преступника оказалось едва ли не занятнее описания первого. Впрочем, в этом случае кое-какой опыт у капитана имелся, поэтому он незамедлительно озвучил своё предположение: — Окама? — вот уж про кого действительно нельзя было с уверенностью сказать, мужчина «оно» или женщина.

— Э-э-э… нет, сэр, дело не в этом. Просто этот человек шёл рядом с… — на этом месте лейтенант запнулся, после чего, невольно облизав враз пересохшие губы, закончил слегка дрожащим голосом: — Он шёл рядом с «Королевой». Свидетели сказали, что она стала ещё красивее… намного, намного красивее.

Брови Смокера невольно сошлись к переносице, из-за чего выражение его лица стало невероятно хмурым. «Королева» Нами. Он видел достаточно её фотографий и вдоволь наслушался рассказов других капитанов, чтобы признать вполне заслуженным весь тот нездоровый ажиотаж вокруг девушки. И если она за прошедший месяц стала ещё красивее… Видимо слухи о том, что у «Императрицы Пиратов» появилась серьёзная соперница, очень скоро перестанут быть слухами и станут реальностью. Это также означало, что единственным человеком на кого он мог положиться в прямом противостоянии с «Королевой» была Ташиги и он сам. Все остальные просто не смогут с ней сражаться в полную силу, что чревато неприятными последствиями. Всё бы ничего, только «Королева», как и «Императрица Пиратов», помимо своей красоты, обладала и отнюдь не малой личной силой, позволяющей ей в одиночку сокрушать целые пиратские команды. Откровенно говоря, пусть Ташиги и сможет с ней сражаться в полную силу, Смокер не был уверен, что она сумеет справиться с «Королевой». Да и даже победив её, проблемы с ней на этом не закончатся, а скорее только начнутся.

Капитан уже заранее мог почувствовать всю ту головную боль, которую ему доставит «Королева» после её поимки. И не только она. Изрядную головную боль обещали доставить и другие «Убийцы Пиратов». Смокер, конечно, заранее сделал кое-какие приготовления, но, если говорить начистоту, в Ист Блю просто не существовало камер заключения для содержания столь сильных и опасных преступников. Обычные камеры не в состоянии удержать людей вроде Ророноа Зоро, Йосаку или Джонни. А в случае с «Королевой», стоит только вмешаться человеческому фактору, и её, вполне так вероятно, не сможет удержать даже Импел Даун — самая совершенная тюрьма в мире. Вполне чётко осознавая размер будущих проблем, капитану волей-неволей приходилось гнать от себя мысли о немедленной казни всех «Убийц Пиратов» после их поимки. В противном случае ему грозила участь сторожить их двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю, пока он не сможет передать их в руки людей из штаб-квартиры Морского Дозора. И он не мог доверить их охрану кому-либо ещё, иначе можно было даже не заморачиваться их поимкой: сбегут в первый же день. Не исключено, что в первый же час.

Со стороны могло показаться, что Смокер - чрезвычайно самоуверенный человек. Всё-таки «Убийцы Пиратов» не были обычными новичками-пиратами, но он не сомневался в своей способности их победить. Однако, на самом деле, его уверенность базировалась на чистой логике. Капитан вовсе не собирался умолять силу «Убийц Пиратов» в целом и Ророноа Зоро в частности. Также Смокер не считал себя каким-то там непобедимым монстром, — зная о силе настоящих монстров, он весьма чётко осознавал своё место в мире. Происходи дело на Гранд-Лайне, особенно второй половине этого моря, и его настрой был бы совершенно иным. В Новом Мире количество людей сильнее капитана исчислялось тысячами, если не десятками тысяч. И нет, дело не в том, что Смокер слабый, а в том, что Гранд-Лайн буквально кишмя кишил от обилия разнообразных монстров в человеческом обличии. В тоже время, именно на этом и базировалась его уверенность в себе.

«Убийцы Пиратов» были пиратами из Ист Блю, а сравнивать Ист Блю с Гранд-Лайном, как сравнивать ясли с университетом. Капитан искренне считал, что насколько бы они не являлись «гениальной малышнёй», они никак не могли сравниться с его «университетским образованием». Он даже не волновался о том, что основой слухов о бессмертии «Убийц Пиратов» вполне мог послужить факт того, что кто-то из команды смог заполучить силу Дьявольского Фрукта типа Логии. Самоуверенные в собственной неуязвимости фруктовики типа Логии, — а в Ист Блю только такие и могли водиться, — лёгкая добыча для человека с опытом Смокера. И все его подчинённые уже давно получили соответствующие инструкции.

Уверенность мужчины действительно базировалась на чистой логике, и её вполне можно было назвать безупречной. Даже всем известный Золотой Роджер, он же Гол Д. Роджер, он же Король Пиратов, будучи пиратом Ист Блю, не обладал и тысячной частью своей силы, какую он приобрёл под конец своего путешествия по Гранд-Лайну. Хотя до начала своего путешествия он вполне заслуженно считался сильнейшим в Ист Блю, но такой титул был что-то вроде титула «лучшего ученика» в детском садике. И даже если в будущем такой ребёнок сможет закончить «на отлично» лучший университет мира, смысл ведь совсем не в этом. Смысл заключается в том, что на раскрытие даже самого невероятного потенциала нужны годы, а возможно и целые десятилетия.

Вот и Смокер рассуждал в том же ключе. Пусть хоть каждый из «Убийц Пиратов», в будущем, будет способен достичь силы Короля Пиратов, сейчас они не обладали и тысячной частью этой своей будущей силы. Без закалки водами Гранд-Лайна, даже фруктовики обладающие силой непобедимой Логии, не могли показать и сотой части от настоящей мощи своего Дьявольского Фрукта. Какое может быть развитие сил, если все твои противники не в состоянии нанести тебе ни единой царапины? Один противник, десять, сотни, тысячи или даже десятки тысяч — в водах Ист Блю фруктовики типа Логии, в глазах обычных людей и солдат, вполне могли сойти за каких-нибудь Бессмертных Богов из древних легенд или Непобедимых Героев из детских сказок.

В свою очередь, на второй половине Гранд-Лайна, водах Нового Мира, такого вот «Бессмертного Бога», вполне мог прирезать какой-нибудь случайный пьянчуга, которого «Бессмертный Бог» имел неосторожность как-то задеть или оскорбить. Рассуждая с такой позиции, логика Смокера действительно была безупречной… Проблема заключалась в том, что сила «Убийц Пиратов» не имела ничего общего с обычной логикой. И в самом скором времени, капитану предстояло как следует прочувствовать этот факт на собственном опыте.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 3.

К моменту появления капитана на пристани, среди собравшихся дозорных царило почти благоговейное молчание, а большинство из них, словно в один миг позабыв обо всех своих обязательствах, неотрывно таращились на корабль «Убийц Пиратов». Появление Смокера и сопровождающего его лейтенанта, — того самого, который недавно докладывал капитану в его кабинете, — прошло практически никем не замеченным. А если бы на их месте сейчас был кто-нибудь из команды пиратов? Однако мужчина не стал сходу устраивать разборки, решив сначала узнать причину подобного поведения своих подчинённых. Пусть они не «лучшие из лучших», но и не совсем уж зелёные новобранцы. Значит, должна была быть веская причина такого их странного поведения. И узнать её не составило никакого труда.

Едва стоило капитану и его сопровождающему подняться на борт корабля, как их встретила парочка сильно взволнованных лейтенантов, которые незамедлительно проводили их в одно из отделений корабля. Якорное отделение, совмещённое со складом, если быть совсем точным. Во всяком случае, когда Смокер только вошёл внутрь, то он подумал именно про склад, но ему практически сразу же пришлось изменить своё мнение. Он понял, что оказался в самом настоящем корабельном хранилище.

В относительно небольшом помещение не было ничего, кроме стеллажей заполненных серебряными кейсами. Кейсы лежали практически один на другом, разделённые лишь небольшими прослойками металла. Все кейсы были строго идентичны друг другу и на стеллажах они не столько лежали, сколько были вставлены в чётко выверенные пазы. Все стеллажи были сделаны специально под кейсы и ничего другого на них храниться не могло. Для каждого кейса был предусмотрен отдельный резиновый жгут, который надёжно закреплял их в своих пазах. Можно было не бояться, что во время сильного шторма кейсы начнут летать по помещению.

Хотя всё это лирика.

Самое главное, почему Смокер быстро переименовал склад с кейсами в хранилище, заключалось в содержимом этих самых серебряных кейсов. Деньги. Много денег. Много бумажных денег. И самого большого номинала. Аккуратные пачки десятитысячных купюр перетянутых легко узнаваемой банковской лентой, сообщающей всем желающим, какая конкретно сумма содержится в одной такой пачке. На полу лежало пять открытых кейсов, взятых из разных стеллажей, но полных одинаковых пачек.

— Матерь божья… сколько же тут денег?! — это, наконец, вновь обрёл дар речи сопровождающий Смокера лейтенант.

— Миллиарды, — прозвучало ему в ответ.

Рядом с открытыми кейсами стояло несколько взволнованных офицеров, явно ожидавших решения замершего напротив них капитана.

— Вы уверены, что все кейсы полны денег? — оглядывая стеллажи, спросил Смокер.

— Кейсы? – переспросил один из присутствующих лейтенантов. — Так называются этот вид чемоданов?

Услышав вопрос, мужчина тут же понял, что он едва не упустил одну очень важную деталь. Кейсы — продукт Нового Мира! В Ист Блю никто и слова-то такого не слышал, а если и слышал, то не знал, что оно означает. Тогда откуда в Ист Блю взялось столько кейсов? Они и на Гранд-Лайне встречались редко. Сделаны на заказ? В Ист Блю? Или доставлены с Гранд-Лайна? А смысл? Непонятно. Тем не менее, это могло означать… как абсолютно ничего, так и большие проблемы. Народ и о первой половине Гранд-Лайна практически ничего не знал, а тут вещи прямиком из Нового Мира, о котором и на самом Гранд-Лайне мало что было известно. На первой его половине, понятное дело. Соответственно, в Ист Блю, в лучшем случае, кто-нибудь мог знать название второй половины, но знать о конкретных вещах из Нового Мира? Или, что в миллион раз хуже, иметь связь с Новым Миром? Если так, Смокер готов был честно признать, что он всё это время сильно недооценивал угрозу со стороны «Убийц Пиратов».

— Эти чемоданы сделаны специально под деньги или важные документы, поэтому их называют не чемоданами, а кейсами, — спокойно ответил капитан на вопрос своего подчинённого. — Так что? Вы проверяли остальные кейсы или ограничились только этими пятью? – он кивнул на раскрытые на полу кейсы полные денег.

— Мы сразу проверили остальные, и не считая вот этих пяти пустых, и вот этого наполовину полного, все остальные битком набиты деньгами, — отчитался один из лейтенантов, поочерёдно указывая пальцем на пустые кейсы и тот, что был заполнен только наполовину. — Ещё одно место изначально было пустым, видимо один из… как вы их там называли? Кейсами? Так вот, судя по всему, один из кейсов «Убийцы Пиратов» взяли с собой. Или его не было с самого начала.

— И везде пачки из десятитысячных купюр?

— Да.

Это действительно была огромная куча денег. Смокер, конечно, осознавал, что «Убийцы Пиратов» должны были неплохо заработать, истребив практически всех пиратов Ист Блю, но к подобным богатствам даже он оказался не готов. В этот момент ему стало понятно, что он ещё много чего о них не знал. Очередная недооценка противника. Происходящее нравилось ему всё меньше и меньше. И особенно ему не нравился тот факт, что «Убийцы Пиратов» так нагло оставили свои деньги без малейшей охраны. Даже если их вот-вот могло разорвать на части от переизбытка самоуверенности, как они могли быть уверены в том, что никто не прихватит с их корабля несколько таких кейсов? И речь шла не только о дозорных.

Репутация или нет, но если на свете находились идиоты «пробующие на зуб» целых адмиралов флота Морского Дозора, то на свете должно быть ещё больше идиотов, готовых попытать свои шансы против «Убийц Пиратов». Особенно если дело касалось только их корабля, а не самих членов команды. Неужели Ророноа Зоро был настолько глупым человеком? Очень вряд ли! Смокер отчётливо осознавал, что если бы всё действительно было настолько просто, он бы сейчас не стоял посреди импровизированного хранилища полном денег. Речь шла даже не о миллионах, а о миллиардах! В банках Ист Блю хранилось меньше денег, чем в окружающих кейсах. Но самое странное, что их никто не охранял.

— …Может быть деньги фальшивые? – предположил один из лейтенантов.

Он явно не мог поверить, что кто-то мог оставить без присмотра такое невероятное количество денег.

— Насколько могу судить, все деньги тут настоящие, — тут же покачал головой другой лейтенант.

Смокер тоже не мог понять в чём подвох? Почему деньги лежали на корабле никем не охраняемые? Неужели дело и правда в чрезмерном уровне самоуверенности? Сколько бы он не раздумывал, всё равно не мог найти ответа… или всё-таки мог? Он неожиданно вспомнил об одном важном факте: как «Убийцы Пиратов» нашли всех наблюдателей разом? Принимая во внимание их количество, — много, очень много! — они должны были пропустить хотя бы одного просто по статистике. И потратить на поиск наблюдателей с их последующим обезвреживанием достаточно времени, чтобы успело прибыть подкрепление... Вот только ни один наблюдатель не был пропущен, и разобрались с ними настолько быстро, что подкрепление прибыть не успело. Способность, которая позволяет не только обнаруживать наблюдателей, но и устранять их на расстоянии? Или речь шла о двух разных способностях? Первый человек отвечает за обнаружение, а второй за устранение? Ситуация начала проясняться.

— Интересно, — слегка усмехнулся Смокер.

Он опять оглядел стеллажи с кейсами, а затем и стоящих рядом с ним лейтенантов, после чего поднял взгляд к потолку. Действительно ли кто-то из «Убийц Пиратов» постоянно наблюдает за ситуацией на корабле? Тогда что произойдёт, если попытаться унести один из кейсов с корабля?

— Значит так, берите по кейсу в каждую руку.

Смокер решил незамедлительно проверить свою гипотезу, и проверить самостоятельно.

— Вы хотите перенести деньги на наша базу? – озадачился один из лейтенантов.

— Просто выполняйте приказ.

Предположив, что кто-то из «Убийц Пиратов» может обладать способностью обнаруживать людей на расстоянии, мужчина сразу же задумался о границах этой способности. И он не мог поручиться, что речь шла не только об обнаружении, но и о подслушивании. Именно поэтому он не стал ничего объяснять своим подчинённым.

— Все за мной.

С двумя кейсами в руках, Смокер без каких-либо проблем покинул корабль, чем изрядно пошатнул свою веру в собственные же выводы. Неужели ошибся? А если так, какой тогда реальный ответ? К счастью (?), как выяснилось спустя считанные секунды, он всё-таки не ошибся. В отличие от самого капитана, три его лейтенанта не успели даже подойти к трапу, как дружно рухнули на палубу без сознания. Более того, едва стоило мужчине передать два своих кейса одному из солдат, и сделать всего несколько шагов обратно, по направлению к трапу, как солдат принявший из его рук кейсы так же рухнул без сознания. Так Смокер подтвердил собственные выводы. Вот только он не понял, почему «Убийцы Пиратов» проигнорировали его самого? Его вообще не стали атаковать или он просто ничего не почувствовал из-за силы своего фрукта? Или была ещё какая-то причина? Могло ли так быть, что дело не в дальней атаке, а в кейсах? Способность ловушки? Или какое-то усыпляющее вещество? Хотя, такая атака должна была подействовать и на него самого.

Смокер занимался анализом и проверкой состояния своих подчинённых, потерявших сознание, — пульс нормальный, дыхание ровное, но разбудить не получается, — когда к нему подбежал солдат с донесением. Как оказалось, солдат прибыл по приказу куда-то запропастившейся Ташиги. Спрашивается, и где её только носило? Содержание переданной бумажки требовало от капитана незамедлительно вернуться обратно на базу, в свой кабинет. А ещё она написала, что у неё появилась «критически важная информация по Ророноа Зоро, его команде, а также их планам».

Несколько секунд постояв, вчитываясь в написанные слова, капитан смял бумажку в руке. На его лице проступило удовлетворённое выражение. «Критически важная информация по Ророноа Зоро, его команде, а также их планам»? Подобная фраза могла означать только одно — у «Убийц Пиратов» появился предатель. Вполне вероятно, кто-то один из двух тех самых личностей, про которых ему докладывали немногим ранее. Однако прежде чем возвращаться, Смокер отдал несколько приказов оставшимся офицерам.

— Передайте мой приказ другим офицерам, — заговорил он, когда перед ним вытянулись в струнку его непосредственные подчиненные. — Всем свободным ротам незамедлительно прибыть на причал. Когда они прибудут, объедините всех солдат в шесть батальонов. Два батальона оставьте охранять корабль. Один батальон нужно направить на прочёсывание торговой улицы, там они с большой вероятностью смогут найти «Королеву» Нами. «Королева» не только красивая женщина, но ещё она картограф и штурман «Убийц Пиратов», поэтому особое внимание ко всем магазинам которые могут её заинтересовать.

Смокер давно собирал информацию по «Убийцам Пиратов», поэтому мог с высокой степенью вероятности спрогнозировать их дальнейшие действия, из-за чего потеря наблюдателей не стала для него большой проблемой. Иначе говоря, он и без всяких наблюдателей мог сказать, где в первую очередь нужно искать «Убийц Пиратов».

— Оставшиеся три батальона должны окружить местный бордель, — продолжил он. — По моей информации «Отрыватель Голов» Джонии и «Мясник» Йосаку не пропустили ни одного борделя в Ист Блю. Соответственно, велика вероятность того, что и местный бордель они тоже не оставят без своего внимания. Если информация подтвердится, без меня в контакт с ними не вступать. Просто перекройте все возможные пути побега и ждите дальнейших приказов. В случае появления Ророноа Зоро немедленно отступайте. Повторяю ещё раз, ни при каких обстоятельствах не вступать в схватку с Ророноа Зоро! – он слегка повысил голос и грозно оглядел стоящих перед ним офицеров. — Никто из вас не обладает достаточной силой для противостояния подобному человеку, а количеством его не взять, поэтому только зря людей погубите.

На самом деле Смокер мог и не предостерегать своих людей по поводу главного «Убийцы Пиратов». Во-первых, за прошедший месяц он уже неоднократно выдавал похожие предостережения. А во-вторых, в отличие от большинства обывателей, которые обо всём узнавали из газет, его подчинённые получали информацию едва ли не из первых рук, без всяких фильтров. Вот и немудрено, что зная куда больше всяких кровавых и ужасных подробностей, они опасались «беспощадного» Ророноа Зоро ещё сильнее обычных обывателей. Хотя вернее будет сказать, что они опасались всех «Убийц Пиратов».

В Логтаун, после запроса подкрепления, прибыло несколько сотен дозорных, учувствовавших в устранении последствий расправы над армадой Крига. У солдат с офицерами имелись свои собственные фотографии, не попавшие в газеты из-за цензуры. Ни у кого не было желания сталкиваться с командой, способной устроить подобную резню. И уж тем более никто не горел желанием столкнуться с человеком, что являлся капитаном такой команды.

Убедившись, что его приказы были поняты как надо, Смокер направился обратно. Ему не терпелось познакомиться с предателем, обнаруженным Ташиги… Конечно, он мог ошибаться, и на самом деле ей удалось захватить живьём кого-нибудь из команды «Убийц Пиратов» или получить информацию из какого-то другого источника. В жизни всякое бывает, а уж различные невероятные случайности, несмотря на своё название, в мире происходят ежедневно. Тем не менее, по жизни и в своей работе, он предпочитал полагаться на логику, а не на счастливый случай. И в этот раз вариант с предателем казался ему более логичным, чем любой другой. И он не ошибся. Хотя личность предателя невольно вызвала у него дополнительные вопросы.

— Назови своё имя, — усевшись за стол, произнёс Смокер.

Ташиги, уже успевшая ему вкратце рассказать о сидящем перед ним человеке, замерла по стойке смирно за его правым плечом. Они оба не спускали своих взгляда с сидящего перед ними человека. Пацана лет четырнадцати на вид, если не тринадцати.

— Меня… меня зовут Луффи.

Взгляд Смокера снова прошёлся по сидящему сверху вниз и обратно. Черноволосый, худощавый, невысокого роста, слегка сгорбленный, из-за чего выглядел ещё более маленьким, чем был на самом деле. Страх. Неуверенность. Забитость. Буквально каждый жест паренька говорил об отсутствии угрозы с его стороны. Такого скорее надо самому защищать, нежели опасаться. Тем не менее, капитан и не подумал расслабляться, уставившись прямо в глаза сидящего перед ним Луффи. Избитое выражение про глаза и зеркало души, родилось отнюдь не на пустом месте. Внешне человек мог выглядеть насколько угодно безобидным и беззащитным, но если в его глазах плескалась жажда крови, обман работал ровно до тех пор, пока такой человек «прятал» свои глаза.

По белому свету ходило полным-полно людей, способных подделывать «язык тела», но только профессиональные лицедеи могли контролировать свой взгляд, не давая глазам выдать свои настоящие чувства. И совсем уж считанные единицы могли «держать маску» в постоянно изменяющихся условиях, и под давлением. Именно поэтому, с кем бы Смокер не разговаривал, кого бы не допрашивал, он всегда смотрел человеку прямо в глаза. Сидящий напротив него Луффи исключением не стал. Вот только к вящему неудовольствию капитана, вжимающий голову в плечи и едва не трясущийся от страха пацан, смотрел куда угодно, кроме как на него. А стоило их взгляду пересечься, как тот тут же испуганно отвёл взгляд в сторону.

— …Ты сказал главной старшине, что состоишь в команде «Убийц Пиратов», — спустя довольно продолжительное время, произнёс Смокер. – Это правда?

— Не-нет, не-не совсем так! — сильно заикаясь, ответил Луффи.

— Так ты соврал?

Капитан невольно нахмурился, благодаря чему стал выглядеть ещё более грозным, чем обычно.

— Не-нет!!! — даже подскочил со стула парень, отчаянно замахав перед собой руками. — Всё не так!

— Тогда говори как есть! – рявкнул мужчина.

Ташиги увидела, как от этого повелительного окрика у Луффи явственно подкосились ноги, из-за чего он тут же плюхнулся обратно на стул. Она могла ему только посочувствовать. Было очевидно, что, несмотря на его небольшой возраст, капитан явно не собирался делать ему никаких поблажек.

— Я никогда не вступал в команду! Меня нашёл Ророноа Зоро! И у них даже нет команды! — выпалил на одном дыхании «испуганный» Луффи.

Присутствуй здесь и сейчас другие члены семьи и, услышав подобный ответ, они бы мгновенно насторожились, — если, конечно, изначально вынести за скобки всю ситуацию в целом, — потому как Луффи не сказал ни слова неправды. Он действительно никогда не вступал в команду, ведь речь шла о семье, которую он сам основал. Да и Зоро действительно сам нашёл его, а не наоборот. И раз речь шла о семье, у них действительно не было никакой команды. Весьма правдивый ответ. Дьявол, как водится, скрывался в деталях, о которых его слушатели не имели ни малейшего понятия.

— Поясни! — коротко бросил Смокер.

Он так и продолжал хмуриться, только теперь не столько играя, пытаясь оказать психологическое давление, сколько на самом деле проявляя недовольство столь странным ответом. Зато на лице стоящей позади него Ташиги нельзя было увидеть и намёка на недовольство. К «Убийцам Пиратов» у неё был свой давний и прочный интерес, поэтому она с едва скрываемым нетерпением ожидала, пока Луффи «возьмёт себя в руки», и, наконец, начнёт рассказывать детали.

— Я не знаю какие слухи вы слышали, и насколько верите всему написанному в газетах, но «Убийцы Пиратов» никогда не считали себя командой, — после нескольких глубоких вздохов, более-менее нормальным голосом начал рассказывать Луффи. — Они всегда считали себя семьёй, и попасть в их семью чрезвычайно сложно. Недостаточно быть просто сильным, чтобы стать одним из них.

Вообще-то, едва ли не весь мир давно уже знал о том, что «Убийцы Пиратов» считают себя семьёй по типу пиратов «Белоуса». А с тех пор, как они подняли свой пиратский флаг, об этом стали упоминать почти в каждой статье про них, но Смокер предпочёл промолчать. Он хорошо знал из личного опыта, что позволяя людям говорить обо всём подряд, можно получить от них в десять раз больше ценной информации, чем при помощи любых наводящих вопросов.

— Недостаточно быть просто сильным? — впервые заговорила Ташиги. — Тогда по каким критериям Ророноа отбирает новых членов в свою семью?

Пожалуй, не лишним будет уточнить, что больше всего её интересовали не столько сами «Убийцы Пиратов», сколько вполне конкретный член их семьи. Ророноа Зоро, помимо всего остального, давно и прочно занял пьедестал «Лучшего Мечника Ист Блю». Именно поэтому любой человек идущий по «Пути Меча» и живущий в Ист Блю, хотел он того или нет, гнался за его далёкой спиной. А девушка не только служила в Морском Дозоре, жила в Ист Блю и шла по «Пути Меча», но ещё мечтала «спасти» все прославленные мечи из рук плохих людей. В её представлении, Ророноа Зоро был безусловно плохим человеком, который, по слухам, обладал как минимум одним из прославленных мечей. Поэтому было совсем неудивительно, что из всех «Убийц Пиратов» её особенно сильно интересовал именно знаменитый мечник. Обычно, невзирая на возраст, пол и всю «славу» Зоро, внимание народа всегда привлекала Нами, а не печально известный парень.

— Самый главный критерий для вступления в семью — способность пожертвовать всем ради других членов семьи, особенно собственной жизнью! — переведя взгляд на девушку, ответил Луффи. — И я собственными глазами видел, что происходит с людьми, которые имели неосторожность задеть «Убийц Пиратов» именно как семью.

С каждым новым предложением он говорил всё увереннее и увереннее.

— Какой конкретно случай ты сейчас имел в виду? – уточнил Смокер.

— Я про случай с бандой Арлонга, — пояснил парень. — И в тот день досталось не только рыболюдям. Не помню точно имени продажного капитана Морского Дозора, но его судьба хороший пример того, что происходит с людьми задевшими их семью. Однако Арлонг и капитан были показательной акцией, поэтому всё произошло так, как произошло. Случись всё в обычном порядке, и мир бы даже не узнал обо всём произошедшем. Банда рыболюдей и продажные дозорные просто бы бесследно исчезли. Я такое видел не раз. Если кто-то задевал одного из членов семьи, в живых не оставалось никого, поэтому и слухов об этом нет. Собственно говоря, пусть весь мир знает их под прозвищем «Убийцы Пиратов» сами они называют себя Пиратами Соломенной Шляпы.

— Пираты Соломенной Шляпы?

— Их капитан практически не расстаётся с одной старой, сильно потрёпанной, соломенной шляпой. Отсюда и название семьи. Насколько мне известно, шляпа раньше принадлежала какому-то прославленному пирату.

— Хорошо… тогда давай вернёмся к началу нашего разговора, — медленно произнёс Смокер, обдумывая всё услышанное. — Если отбор в их, так называемую, семью столь строг, тогда объясни нам, как ты в неё попал?

«Как предатель вроде тебя мог попасть в семью?» — подобный вопрос хоть и не прозвучал вслух, но, тем не менее, буквально повис в воздухе.

— Довольно просто… я не попадал в семью, — горько усмехнулся Луффи. — И всё же, я правда путешествую с Соломенными Шляпами. В своё время, Ророноа Зоро лично заявился на мой родной остров, и практически не оставил мне никакого другого выбора, кроме как начать путешествовать вместе с ним. Ророноа Зоро знает, где я живу, знает близких мне людей, и всегда может вернуться в родные мне места. У меня, считай, нет выбора, кроме как путешествовать вместе с ними.

Опять же, ни слова неправды. Зоро действительно сам нашёл Луффи, пусть и совершенно случайно. И мечник действительно знал родные места парня, как и близких ему людей. И у Луффи действительно практически не было никакого другого выбора, кроме как стать одним из «Убийц Пиратов». В смысле, если бы он так сильно не любил скрываться в тени Зоро, тогда бы «Убийцы Пиратов» вполне могли быть давно известны миру как «Соломенные Шляпы». Однако Луффи слишком сильно любил играть роль тайного босса и закулисного кукловода, из-за чего у него на самом деле практически не было никакого другого выбора, кроме как стать одним из «Убийц Пиратов». Самое главное, что он не только основал семью Соломенной Шляпы, но и, фактически, единолично задавал направление её развития. Вот и получалось, что у Луффи «нет выбора, кроме как путешествовать вместе с ними». В конце концов, где это видано, чтобы корабль ходил без капитана? В общем, дьявол всё также продолжал скрываться в деталях.

— Если ты не один из членов семьи, зачем тогда понадобился Ророноа Зоро? — вновь прозвучал вопрос от Ташиги.

— Потому что я знаю о невероятном сокровище, спрятанном на Гранд-Лайне, — тяжело вздохнул Луффи. — Мне рассказали о нём ещё в детстве, но я даже не знаю, существует ли оно на самом деле. Вдобавок у меня нет карты, лишь примерные ориентиры, из-за чего далеко не факт, что я вообще смогу найти нужное место. Однако Ророноа Зоро наплевать на такие доводы, — он убито покачал головой. — Самое главное, что я знаю о сокровище, и у меня есть шанс его заполучить, поэтому всё остальное уже не важно. Если есть хоть малейший шанс на наживу, насколько бы призрачным он не был, капитан Пиратов Соломенной Шляпы ни за что его не упустит. Его жадность не имеет границ. Он и охотником за головами стал только ради наживы.

Очередной правдивый ответ. Проблема заключалась в том, что Луффи сейчас говорил о «One Piece» и немного о самом себе, не соврав ни в чём. С самого начала своего появления на базе Морского Дозора, он говорил правду, только правду и ничего кроме правды. Результат? Картина рисуемая в головах Смокера и Ташиги всё меньше и меньше напоминала реальное положение дел. Без всякого сомнения, Луффи радостно пудрил мозги дозорным, но без знания деталей, единственное на чём он мог проколоться, так только на своей игре в несчастную жертву… Иначе говоря, он в принципе не мог проколоться. Последние несколько лет он только и делал, что разыгрывал из себя либо «Самого Несчастного Луффи На Всём Белом Свете», либо «Самого Безобидного Луффи На Всём Белом Свете». Или тщательно сбалансированные порции первого со вторым.

— …Значит, всё дело в деньгах, — выдохнув целое облако сигарного дыма в сторону сидящего перед ним парня, произнёс Смокер.

Он не спрашивал, а констатировал факт. Странным было то, что в его голосе проскользнули нотки разочарования. Нотки, которые легко можно было упустить или списать на самообман, вроде как послышалось. Однако Ташиги, в отличие от своего капитана, не обладала таким же обширным опытом, поэтому её разочарованное выражение лица мог увидеть любой желающий. И Луффи в том числе.

— Я думала он отличается, но пират есть пират, — презрительно произнесла девушка, но в тоже время с явной злостью.

Судя по всему, она просто не сумела сдержаться. Можно было не сомневаться, что репутация Зоро в её глазах пробила метафорическое дно. Как же, мотивы поступков Сильнейшего Мечника Ист Блю заключались в обычной жажде наживы! Может ли мечник обнажать свой меч по причине ещё более жалкой, чем деньги? По мнению самой Ташиги, такой причины просто не существовало в природе.

— …

Выражение лица и глаз Луффи оставались неизменными, перед капитаном и главным старшиной всё также сидел порядком запуганный сопляк. Однако находись среди присутствующих Нами или Зоро, и они бы сразу поняли, что парень сейчас доволен до невозможности. Остальные члены семьи, вероятно, тоже бы смогли уловить его истинное настроение, пусть и не с такой кристальной чёткостью. Иными словами, мозги Зоро и Нами были «отравлены» сильнее кого-либо ещё. Во всяком случае, на текущий момент.

— Если всё дело в деньгах… зачем им столько денег? — в отличие от своей помощницы, Смокер довольно быстро озадачился новым вопросом.

Оно и понятно, Ташиги не видела кейсы битком набитые деньгами, а вот он видел, и теперь недоумевал. Деньги? Куда ещё больше?! Для сбора подобной суммы нужно было обчистить до последнего белли пару десятков банков Ист Блю. Он даже представить себе не мог, на что можно потратить такую прорву денег… Как и в случае с любым другим небогатым человеком, недостаток денег сильно ограничивал его воображение.

— Я с ними уже довольно долго и могу с уверенностью сказать, что им, по сути, вообще не нужны деньги, — с горькой усмешкой на губах ответил Луффи. — Всё дело в капитане Соломенных Шляп. Его жадность действительно не имеет границ. Дай этому ублюдку целый мир, и ему всё равно будет мало. Неважно насколько много у него денег, он никогда не перестанет грести под себя, — крепко сжав кулаки, он посмотрел прямо в глаза Смокера, в первый раз с начала разговора и по собственной инициативе. — Не имеет значения, что Морской Дозор знает о Соломенных Шляпах, я могу вам точно сказать, что все ваши знания и предположения не имеют ничего общего с реальным положением дел. Несмотря на всю их репутацию, никто даже представить себе не может, насколько они опасны на самом деле. Если не остановить Соломенных Шляп в самое ближайшее время, в будущем их уже никто не остановит.

Смотря прямо в глаза сидящему перед ним парню, Смокер не увидел в его взгляде и намёка на ложь, только полную уверенность в собственных словах. Капитану стало очевидно, что Луффи действительно всем сердцем верил во всё сказанное… Ещё бы он не верил! Тем не менее, дьявол продолжал скрываться в деталях, поэтому Смокер в очередной раз пришёл к неверным выводам. Ему было глубоко наплевать, во что верил сидящий перед ним «предатель», ведь его самого больше заботило, как всё услышанное соотносилось с реальностью? В смысле, мог ли какой-то обычный сопляк, проживший всю свою жизнь на задворках цивилизации, знать и понимать реальное устройство мира? Или, если выразиться немного иначе, мог ли обычный сопляк из Ист Блю знать и понимать весь тот Ад, что творился в Новом Мире? Правильный ответ, как точно знал мужчина из собственного опыта, мог быть только один. В смысле, пока лично не побывал в этом пекле, никто никогда до конца не понимал насколько опасен Новый Мир. Вот только Смокер ничего не успел возразить сидящему перед ним Луффи, как тот вновь заговорил.

— Я примерно понимаю, что вы сейчас там себе надумали, — губы парня снова скривились в горькой усмешке. — Что может знать сопляк вроде меня, никогда не бывавший на Гранд-Лайне? Что я могу знать об этом самом загадочном море из всех? Знать о царивших там порядках и существующих силах? Вот только, повторяю, вы даже представить себе не можете, насколько опасны Соломенные Шляпы. Для жителей Ист Блю Гранд-Лайн является таинственным местом, смертельно опасным морем, так называемым «Кладбищем Пиратов». Однако несмотря на все пугающие слухи, правды в них почти нет. Народ даже не знает, что Гранд-Лайн делится на две половины не потому что его пересекает Ред-Лайн, а потому что там существует Рай и Ад.

На этом месте сердце Смокера невольно пропустило удар. Подобное обозначение встречалось только в Новом Мире. И встречалось оно там по той простой причине, что, по сравнению с Новым Миром, все бесчисленные опасности первой половины Гранд-Лайна были не более чем «забавными приключениями». После вод Нового Мира, первая половина Гранд-Лайна действительно ощущалась как самый настоящий Рай. И если раньше он только подозревал о связи «Убийц Пиратов» с Гранд-Лайном, то теперь окончательно уверился в этом. Конечно, всегда оставался шанс на различные случайности, но принимая во внимание всю известную ему информацию, он начал понимать, что всё действительно куда сложнее, чем ему казалось изначально.

— Рай и Ад Гранд-Лайна… откуда ты знаешь эти понятия? — из позы Смокера пропала всякая расслабленность.

— У капитана Соломенных Шляп есть деньги и возможности, поэтому для него нет проблем получить нужную ему информацию, — пожал плечами Луффи. — Пока все благоговеют перед Гранд-Лайном, Соломенные Шляпы плывут туда веселиться. В Ист Блю у них не осталось незаконченных дел.

— Похоже, я был прав, — произнёс Смокер.

Глубоко затянувшись сигарами, он выпустил очередное облако дыма.

— Значит, Ророноа Зоро действительно решил отправиться на Гранд-Лайн? — спросила Ташиги.

— Да, — кивнул Луффи. — Первоначально я не собирался с вами встречаться, но по прибытии сюда поменял своё мнение, — он не стал уточнять почему. — Пусть даже у вас нет ни малейшего шанса остановить Соломенных Шляп, вы, капитан Смокер, считаетесь сильнейшим дозорным Ист Блю и у вас хорошая репутация. Если мы скооперируемся, возможно у нас появится шанс поймать Пиратов Соломенной Шляпы. Конечно, не сейчас, а когда-нибудь в будущем.

Смокер молча уставился на парня.

— …Нам нет смысла кооперироваться, — после продолжительной паузы, наконец произнёс он. — «Убийцы Пиратов» не покинут этот остров.

— Мы давно ждали появления Ророноа Зоро и его банды, — сжав рукоять своей катаны, поделилась «новостью» Ташиги.

— Именно поэтому вы запросили подкрепление, которое не только получили в срок и в полном объёме, но даже больше запрашиваемого, — опять кивнул Луффи. — Ещё у вас есть десять кораблей, которые ожидают Соломенных Шляп на пути к Реверс-Маунтин. Кораблями командуют Закари «Два Меча» и Войд «Молния», присланные сюда штаб-квартирой Морского Дозора несколько месяцев назад. Они отлично владеют Сору, хорошо используют Тэккай и едва-едва научились пользоваться Геппо. Как мечники они не более чем опытные новички.

— Откуда ты всё это знаешь?! — буквально прорычал Смокер.

Вскочив на ноги, он опёрся руками на стол и поддался в сторону сидящего Луффи.

— Неужели среди нас есть люди, работающие на пиратов?! – воскликнула шокированная Ташиги.

Информация о подкреплении, патрулирующих кораблях, присланных штаб-квартирой лейтенантах и знание особых техник Морского Дозора… обычные пираты не способны получить настолько полную информацию! Она могла понять, если бы Ророноа Зоро и его банда узнали несколько фактов, но знать обо всём сразу?! Она давно считала, что Смокер сильно переоценивает «Убийц Пиратов», но теперь, после всего услышанного? Теперь её мнение резко изменилось на строго на противоположное — похоже они оба очень сильно недооценивали Ророноа Зоро с его бандой головорезов.

— П-п-простите!!! — скрючившись на своём стуле, закрывая голову руками, испуганно захныкал Луффи. — Я т-тут не п-причём! В-всё это г-говорил капитан Соломенных Шляп!

Поняв, что они пугают свой источник информации, хмурый Смокер уселся обратно за стол, а Ташиги благоразумно прикусила язык.

— Говори! — потребовал капитан.

— Я ведь уже объяснял… я ведь уже объяснял, что вы понятия не имеете насколько опасны Пираты Соломенной Шляпы! — поглядывая из-под рук, чуть истерично выдал Луффи. — У их капитана информаторы по всему Ист Блю, поэтому ни одно хоть сколько-нибудь значимое событие не происходит без его ведома! Насколько мне известно, он начал охотиться за головами ещё будучи ребёнком, а на заработанные деньги основал подпольную организацию. И пусть сейчас он отошёл от дел, созданная им организация всё ещё действует, и именно от них он получает почти всю свою информацию.

Смокер почувствовал, как его сердце вновь пропустило удар. «Подпольная организация»? Подпольная организация действующая до сих пор? Он как раз знал одну, и если это она…

— Название этой организации… ты знаешь название этой организации?!

Он едва удержался от того, чтобы не начать трясти парня за грудки.

— Знаю, слышал неоднократно, — опустив руки, нервно кивнул Луффи. — Она называется «Чистое Небо».

БУМ! Сердце Ташиги решило остановиться. ХРУМ! Перекушенные сигары Смокера упали на стол. Их реакция вполне объяснима. Люди из «Чистого Неба» присутствовали везде. В смысле, на самом деле везде. На первый взгляд её даже не существовало, никаких официальных офисов или работников. Однако на деле, в Ист Блю, вероятно, не было ни одной компании, которая бы не имела дел с «Чистым Небом». В то же самое время, люди, состоящие в этой организации, явно знали своё место. Или знали с кем нужно договариваться. Или ещё множество причин, включая самый обычный шантаж. Во всяком случае, Смокер сделал подобный вывод на основании того, что упомянутая организация до сих пор существовала, несмотря на всё своё влияние.

— Хочешь сказать, именно Ророноа Зоро когда-то основал «Чистое Небо»?! — воскликнула Ташиги, едва её сердце вспомнило, что ему всё ещё нужно биться. — Разве организация не появилась почти десять лет назад? Сколько ему сейчас? Около двадцати пяти? Хочешь сказать, он и есть тот самый мифический Спрут?

Спрут. Именно под таким кодовым имением во всех документах Морского Дозора проходил никому не известный глава организации «Чистое Небо». И вот теперь выясняется, что никому не известный глава «Чистого Неба» на самом деле всем известный «Убийца Пиратов».

— Вообще-то Ророноа Зоро ещё нет и двадцати, — произнёс Луффи.

И хотя по нему нельзя было сказать, но он охотно поделился такой малозначительной информацией.

— Он создал подобную организацию в десять лет?! — лицо девушки приобрело ещё более ошарашенное выражение, да и на лице Смокера наконец отобразились эмоции. — И он младше меня?!!

Собственно говоря, будь здесь Зоро или Нами, и они бы могли с уверенностью сказать, что Луффи, в погоне за удовольствием, уже явно выболтал лишнее. Ему совершенно точно не стоило упоминать «Чистое Небо»… если он, конечно, изначально не собирался убить своих «дознавателей». Или если это не было прелюдией к чему-то большему. Иначе, какой тогда смысл было столько лет хранить подобный секрет? Не для того же, чтобы потом его вот так вот просто выболтать? Безусловно, вовсе не Зоро основал «Чистое Небо», но это уже мелочи. Самое главное, что благодаря уже сделанному заявлению, Морской Дозор теперь мог увязать «Чистое Небо» с Пиратами Соломенной Шляпы. И уже не важно, кто на самом деле был основателем упомянутой организации. С другой стороны, если избавиться от Ташиги и Смокера, секрет так и останется секретом. Вот только судя по всем признакам, Луффи не собирался их убивать.

— Насколько мне известно, «Чистое Небо» изначально не планировалось тем, чем оно успело стать за прошедшие годы, — продолжил парень подливать масло в огонь. — Если верить словам капитана Соломенных Шляп, он когда-то создал организацию для изменения ситуации в его родном королевстве, но потом всё немного вышло из-под контроля… Судя по вашей реакции, вы прекрасно понимаете, что означают слова «Чистое Небо» в пределах Ист Блю. Значит вы также должны понимать, что капитан Соломенных Шляп изначально знал об устроенной ему ловушке в Логтауне.

— …И всё же он и его команда здесь, — озвучил очевидную мысль Смокер. — Почему?

— Потому что все ваши люди, даже вместе взятые, не смогут победить «Мясника» или «Отрывателя Голов», не говоря уже о Ророноа Зоро, — серьёзно ответил Луффи. — Дон Криг собрал под свой флаг более десяти тысяч пиратов.... вы сами знаете их судьбу. Вот только вы вряд ли знаете, что для полного уничтожения армады Дона Крига Соломенным Шляпам понадобилось всего несколько часов. И вы точно не знаете, что в той бойне участвовало только четыре человека, и вернулись они из неё без единой царапины.

— Про бойню я знаю, — возразил капитан. — Читал доклады… разве, что там говорилось про три человека. «Королева» в докладах не упоминалась.

— Всё верно, «Королева» в той бойне не участвовала.

— Тогда кто?

— Вы меня не дослушали, — лицо Луффи в очередной раз исказила неприятная усмешка. — Я уже сказал, Дона Крига и его армаду уничтожили четыре человека. При этом они совершенно не пострадали, и даже не особо устали. Однако сейчас, прямо здесь, в Логтауне, находятся целых семь членов их семьи… а у вас почти в два раза меньше людей, чем у Дона Крига.

Семь? Услышав эту цифру, Смокер сразу же вспомнил об устном докладе своего лейтенанта. Человек с очень длинным носом и ещё одна неустановленная личность? Получается шесть… кто тогда седьмой?

— Они пополнили свои ряды? — спросила Ташиги.

Это был очевидный вопрос, который напрашивался сам собой.

— И да, и нет, — нахмурился Луффи. — Новичок у них только один, и его легко опознать благодаря специфической внешности. Лично я до этого никогда в жизни не видел человека с настолько длинным носом.

Услышав в очередной раз про длинный нос, Смокер невольно начал ожидать предстоящей встречи с его обладателем — неужели он действительно такой длинный и запоминающийся?

— Длинный нос? — недоверчиво переспросила Ташиги.

— Я серьёзно, — кивнул парень. — Его нос просто невозможно забыть.

— А что-нибудь ещё помимо его примечательного носа ты о нём рассказать можешь? — вновь взял слово Смокер.

— Он стрелок. Зовут Усопп. Ему лет восемнадцать. Обычно носит на голове бандану и одет в коричневый комбинезон. Выглядит не особо сильным или умелым, а ещё он невероятный трус и лжец. Из десяти сказанных им предложений — девять полное враньё. Он соврёт даже о том, в какой стороне восходит солнце.

— И такого человека принял себе в команду… себе в семью Ророноа Зоро? — спросила откровенно недоумевающая девушка.

— Именно.

— И какая же причина? — вмешался Смокер.

Можно было уверенно сказать, что он окончательно пришёл в себя после всех услышанных новостей, поэтому взялся подкуривать пару новых сигар, взамен перекушенных.

— Причина в том, что всё перечисленное относится к Усоппу повседневному, — пояснил Луффи. — Вот только если вы когда-нибудь зажмёте его в угол, тогда сразу поймёте, почему он один из Пиратов Соломенной Шляпы. Не вздумайте купиться на его безобидный вид, неприкрытое враньё и трусоватое поведение. Недооценив его, вы бессмысленно потеряете всех своих людей.

— Понятно… кто второй?

— Санджи. Кок. Блондин лет двадцати, который всегда одет в костюм. Один глаз у него постоянно закрыт чёлкой, а на другом примечательная бровь в форме завитушки. И ещё он всё время курит. Сражается только ногами. Однако самое главное заключается в том, что он присоединился к Ророноа Зоро ещё до «Мясника» и «Отрывателя Голов».

— Тогда почему о нём никто не знает? – спросила Ташиги.

— Так захотел капитан Соломенных Шляп. Очередное проявление его жадности. Путешествуя по Гранд-Лайн он не собирается себе ни в чём отказывать, включая еду. Именно поэтому, не считая тренировок и некоторых сражений, Санджи большую часть времени работал в ресторане, где совершенствовался в кулинарном искусстве. Всё оплачивалось капитаном Соломенных Шляп.

— Насколько сильный этот Санджи? – уточнил Смокер.

Это был очень важный вопрос, учитывая ближайшее будущее.

— Два дня назад, по пути в Логтаун, Соломенные Шляпы сделали остановку на одном небольшом и необитаемом острове, — Луффи нервно облизнул свои губы. — Там я собственными глазами увидел сражение Санджи против «Мясника» и «Отрывателя Голов»… Они сражались вдвоём против него одного, но всё равно проиграли!

Он «сбросил» на своих слушателей очередную «бомбу».

— Настолько сильный?!! — оторопела Ташиги.

Смокера новое откровение тоже не оставило равнодушным, из-за чего он резко закашлявшись, умудрившись подавиться сигарным дымом. В его случае подобное смотрелось особенно комично, ведь он съел Дьявольский Фрукт Moku Moku no Mi (Фрукт Дым-Дым), который наделил его способность превращаться в дым.

— Не могу поверить, что всё это время они скрывали кого-то настолько сильного, — покачал головой капитан.

Джонни с Йосаку «стоили» по пятьдесят миллионов белли каждый. Такая награда больше подходила первой половине Гранд-Лайна, а не тихому Ист Блю. И тут неожиданно появляется некто ранее неизвестный, на деле оказывающийся ещё круче двух и без того крутых ребят. Есть чему удивиться… И есть в чём усомниться. Точно ли Луффи говорил правду? К сожалению, как подсказывал Смокеру собственный опыт, сидящий перед ним пацан говорил правду… А ещё всё тот же опыт ему подсказывал, что Луффи, несмотря на весь его страх и бесспорную безобидность, явно был не таким простым, каким мог показаться на первый взгляд. Он хоть и выглядел лет на тринадцать-четырнадцать, но речь выдавала в нём более взрослого человека. Мужчина понимал, что если бы он не видел своего собеседника, то легко бы дал ему лет двадцать и даже больше. Наконец, было очевидно, что такому слогу невозможно научиться живя в деревне и занимаясь выпасом коров.

— Неужели этот Санджи и вправду такой сильный?! – спросила Ташиги.

Она всё ещё не могла поверить в услышанное.

— При условии, что он может победить «Мясника» и «Йосаку»… значит, по силе, этот Санджи ближе к Ророноа Зоро? — уточнил Смокер.

В отличие от девушки, они довольно быстро справился с новым шоком, и заодно задвинул мысли о своём нежданном информаторе на задворки сознания. О личности сидящего перед ним парня он мог подумать как-нибудь позже. Например, сразу после поимки всех «Убийц Пиратов». Да, он всё ещё верил в свои силы! Хотя нельзя отрицать, что всё услышанное ощутимо пошатнуло его уверенность.

— Ближе к силе Зоро? — переспросил удивлённый Луффи.

А затем он громко рассмеялся, но как-то совсем не весело. В его смехе легко можно было услышать нотки самого настоящего безумия и отчаяния… Серьёзно, в нём пропадал великий актёр.

— Мой вопрос показался тебе смешным? – в очередной раз нахмурился Смокер.

— Если бы Зоро был настолько слабым, я бы пришёл к вам без малейших раздумий, а не после долгих сомнений, — отсмеявшись, злобно произнёс Луффи. — Вы так долго сидите на своём пьедестале «Сильнейшего Дозорного Ист Блю», что совершенно потеряли связь с реальностью. Вы думаете, я не знаю про ваш Moke Moku no Mi (Фрукт Дым-Дым)? Или вы думаете, Ророноа Зоро про него не знает? Так могу сразу сказать, что капитан Пиратов Соломенной Шляпы плевать хотел на силу вашего фрукта. С силой Логии совсем неудивительно, что вы считаетесь сильнейшим дозорным Ист Блю, ведь противники даже коснуться вас не могут. Вот только самоуверенные Логии долго не живут… никогда не слышали такого выражения?

Это было весьма распространённое выражение в Новом Мире, и оно стало для Смокера очередной «бомбой», а вот стоящая рядом Ташиги не смогла уловить контекст. В отличие от своего капитана, она практически ничего не знала о второй половине Гранд-Лайна.

— Неуязвимая Логия? — презрительно фыркнул парень, который и не думал затыкаться. — Я собственными глазами видел, как капитан Пиратов Соломенной Шляпы голой рукой вырвал сердце у одной такой, так называемой, неуязвимой Логии. Именно тогда он и произнёс фразу про самоуверенных Логий… Если вы выйдете против Ророноа Зоро, полагаясь лишь на силу своего фрукта, вы точно умрёте. Осознайте уже, что у вас нет ни единого шанса остановить Соломенных Шляп.

— Это мы ещё посмотрим, — произнёс Смокер.

Было бы странно, если бы он так просто отказался от своих планов.

— Как уже говорил раньше, я к вам пришёл вовсе не для того, чтобы просить вас сразиться с Соломенным Шляпами, — огорчённо покачал головой Луффи — Просто дайте мне номер своего улитофона, а я, по возможности, буду сливать вам информацию об их планах и маршруте. Благодаря моей информации вы сможете организовать на них полноценную охоту. И у вас появится возможность устроить для них засаду, из которой они не выберутся… Вот только, чтобы засада удалась, вы сначала должны начать воспринимать их всерьёз. Я лишь по вашей реакции могу сказать, что в штаб-квартире Морского Дозора относятся к Соломенным Шляпам без должного уважения. Вероятно даже как к обычным новичкам. Новичкам, которых можно раздавить в любой момент. Однако поверьте мне на слово, раздавить их будет очень непросто. Для того, чтобы победить Соломенных Шляп нужны самые настоящие вице-адмиралы, а то и полноценный адмирал. И они должны будут…

— Стоп. Хватит. Замолчи.

На этом моменте Смокер неожиданно успокоился. В первый раз с начала разговора он мог с уверенностью сказать, что слушает полный бред. Вице-адмиралы? Адмирал? Против новичков? Ему стало очевидно, что в глазах сидящего перед ним парня, «Убийцы Пиратов» превратились в непобедимое зло. Как известно, у страха глаза велики. И теперь капитану стало понятно, что страх перед «Убийцами Пиратов» давно и прочно захватил Луффи. В результате, всё им сказанное можно было смело делить на два, если не на три. Непонятной оставалась только ситуация со смертью неизвестной Логии. Вырвал сердце голыми руками? Насколько правдива такая информация? Или речь шла всего лишь об очередном проявлении страха? Сам Смокер готов был поставить на очередное преувеличение. В конце концов, если вырезать человеку сердце и взять его в руку, подобное вполне можно интерпретировать как «вырвать сердце»… Особенно если застать только конечный результат… Да и была ли Логия на самом деле Логией?

Мысли капитана понеслись вскачь.

В мире существовала тьма-тьмущая самых странных Парамеций, — один из трёх типов Дьявольских Фруктов, — и многие из них, при первом взгляде на их силу, легко можно было принять за Логию. За свою карьеру он сам ошибался несколько раз, неверно оценивая фрукт своего противника, а тут всего лишь пацан из Ист Блю. Почти наверняка ошибка, либо ещё одно проявление страха перед «Убийцами Пиратов». С другой стороны, как тогда объяснить появление Ророноа Зоро в Логтауне? Он точно знал о силе его фрукта, но всё равно не побоялся высадиться на берег. Самоуверенность? Вряд ли. Кайросеки? Как вариант. Разве что ему не давала покоя фраза про самоуверенных Логий… Выражение прямиком взятое из Нового Мира. И там оно было входу по той простой причине, что в Новом Мире повсюду встречались обладатели Воли, она же Сила Духа. Вот только… обладатель Воли Вооружения в Ист Блю? Ну не бред ли? Бред. Абсолютно не смешной бред.

Смокер в очередной раз положился на свой опыт и логику… и в очередной раз ошибся. С одной стороны логика привела его к верному выводу — Ророноа Зоро владеет Волей Вооружения. С другой стороны, та же самая логика заставила его отринуть сделанный вывод — в Ист Блю не мог объявиться новичок, владеющий Волей Вооружения. К сожалению, для капитана, он всё ещё не осознал, с кем имеет дело. И это тогда, когда он уже успел столкнуться с воистину самым главным «Убийцей Пиратов». Неудивительно, что в его ближайшем будущем не было ничего хорошего. И не только в его будущем. Ташиги ведь тоже ничего не поняла.

— …Хорошо, я уже понял, что вы мне не верите, — когда молчание несколько подзатянулось, понурый Луффи слегка покачал головой. — Хотя, понимаю, сам виноват. Зря я вам сказал про вице-адмиралов и адмирала, — печально вздохнул он. — Сейчас и сам отлично осознаю насколько неправдоподобно прозвучали мои слова… но знаете что? Всё это не важно! Мне от вас нужен только номер вашего улитофона, по которому я смогу с вами связаться, — он подняв голову и посмотрел Смокеру прямо в глаза. — Вы от моей просьбы всё равно ничего не теряете. Если я ошибаюсь, и вы действительно сумеете победить всех Пиратов Соломенной Шляпы, то вы просто найдёте меня в порту Логтауна. Если же ситуация повернётся иначе, тогда у вас появится собственный информатор на их корабле… Я прекрасно понимаю, что с вашей стороны будет глупо верить мне на слово, но я уже успел рассказать довольно много важной информации, которую вы потом сами можете проверить. По-моему, я вполне заслужил получить номер вашего улитофона для связи… Или возможно я чего-то не понимаю, и прошу слишком многого?

— …Я дам тебе номер, — не стал долго раздумывать капитан, ведь с его точки зрения Луффи был абсолютно прав, а ему самому это ничего не стоило. — Однако ты всё ещё нам не рассказал о последнем члене их команды.

— К сожалению, о нём я вам много сказать не могу, — разочарованно покачал головой парень. — Он всегда старается держаться в тени, поэтому о его существовании знают лишь считанные единицы… Вернее он постоянно на виду, но его почти никто не воспринимает всерьёз. Народ даже не воспринимает его полноценным членом команды, хотя с Ророноа Зоро он плавает уже третий год. Называет себя Ктулху... вернее, сам он называет себя не просто Ктулху, а Ктулху Нояпо-тама-что-то-там. Вот только кроме капитана Соломенных Шляп никто не может выговорить его полное имя. К тому же, имя у него явно вымышленное. Ктулху сильно напоминает Усоппа, то есть тоже выглядит слабым, безобидным и частенько врёт. Вот только, опять же, не вздумайте обмануться его внешним видом, иначе последствия будут в тысячу раз хуже, чем с Усоппом!

Луффи опять говорил правду, только правду и ничего кроме правды.

— Ещё один очень-очень опасный член семьи? – уточнил Смокер.

В его словах легко можно было услышать ироничные нотки.

— Вы даже не представляете насколько! – абсолютно серьёзно покивал парень. – Вы должны себе крепко-накрепко запомнить, что Ктулху не просто убийца — он кровожадный маньяк! Если Ктулху решает проявить милосердие к своим противникам, то он просто их быстро убивает, а не медленно душит их же собственными кишками. На его фоне, даже Ророноа Зоро выглядит воплощением любви и сострадания.

— Это несмешная шутка, — недовольно поджала губы Ташиги.

— Говорю без всяких шуток, чистая правда! – покачал головой Луффи. — Ещё Ктулху чрезвычайно мстителен. Один косой взгляд в его сторону, когда он в плохом настроении, вполне может закончиться вырезанным под корень городом. И я не преувеличиваю. Думаю, вам превосходно известны названия «Козырная Семья» и «Заводной Остров», поэтому вы должны понимать к чему может привести его вмешательство. Там в живых осталась лишь горстка учённых. И пусть сам остров уничтожил капитан Соломенных Шляп, процентов семьдесят всех убитых в той бойне на совести Ктулху.

Смокер принялся пальцами натирать свой лоб, словно у него от всего услышанного сильно разболелась голова. И ему больше не хотелось иронизировать над словами Луффи. Уже не имело значения, преувеличивал тот или нет. С момента начала разговора парень не только не сказал ничего хорошего, но и каждая последующая порция информации, которую он выдавал, была хуже предыдущей. И самая последняя в том числе. Любой капитан Морского Дозора в Ист Блю знал историю «Заводного Острова». Тысячи трупов «Козырной Семьи» и затонувший остров. Пусть весь остров использовался в качестве одной большой пиратской базы, но они уничтожили целый остров! До разгрома пиратской армады Дона Крига, история с «Заводным Островом» считалась самой известной из всех историй о Ророноа Зоро и его шайки.

— Насколько силён этот Ктулху? — наконец спросил Смокер.

Иронично, что он уже задавал похожий вопрос всего несколько минут назад.

— Ктулху намного сильнее Санджи, «Мясника» и «Отрывателя Голов» вместе взятых, — без раздумий ответил Луффи. — Лучше вам воспринимать его как ещё одного Ророноа Зоро, тогда возможно кто-нибудь из ваших людей переживёт сегодняшний день… Проблема ещё в том, что он абсолютно ничем не выделяется, ни внешностью, ни одеждой. Выглядит как самый обычный двадцатилетний парень с чёрными волосами и карими глазами. Ктулху хорошо умеет теряться в толпе, поэтому пока он не начнёт действовать, вы вряд ли сможете его опознать. Кстати, именно он вывел из строя всех ваших наблюдателей.

В этот момент Смокер вспомнил о ещё одном чрезвычайно важном факте.

— Как он это сделал? – сразу спросил он. – С помощью силы Дьявольского Фрукта?

— Об истинной силе Ктулху, вероятно, знает только капитан Пиратов Соломенной Шляпы, — слегка пожал плечами Луффи. — Ничего особо полезного сказать не могу, но лично я никогда не видел его плавающим, что очень подозрительно.

— Ходит много слухов о том, что все «Убийц Пиратов» бессмертны, — произнесла Ташиги. — В этих слухах тоже виноват Ктулху?

— Ктулху точно виноват, — уверенно кивнул парень. — Ктулху любит подогревать различные слухи об их семье, и сам порой запускает новые.

Можно не сомневаться, что присутствуй члены семьи при этом разговоре, и к настоящему моменту они бы уже успели разбить себе лица в кровь, от постоянных шлепков ладонью по этому самому лицу. Кроме, конечно, Йосаку. Беднягу бы ожидала продолжительная череда самоубийств.

— И как Ктулху умудрился убедить такое большое количество людей в том, что «Убийцы Пиратов» бессмертны? – заинтересовалась Ташиги.

— Конкретно в слухе с бессмертием, виноват не столько Ктулху, сколько Йосаку по прозвищу «Мясник», — охотно пояснил Луффи. — …Собственно говоря, если вы задаёте мне этот вопрос, смею предположить, что вы даже не в курсе об истинной силе «Мясника» и «Отрывателя Голов», — тяжело вздохнул он, после чего убито покачал головой. — Планируете схватить Пиратов Соломенное Шляпы фактически ничего о них не зная... Ваши шансы на успех катастрофически стремятся к нулю.

Смокер и сам уже начал подозревать, что его подход был не совсем верным. Пусть даже ему и его людям удастся засадить за решетку всех «Убийц Пиратов», какую цену придётся заплатить Морскому Дозору за их поимку? И стоит ли оно того на самом деле? На Гранд-Лайне подобную пиратскую команду остановить будет не в пример проще, чем в Ист Блю. И почти наверняка без многочисленных жертв. Как-никак по сравнению с солдатами несущими службу на Гранд-Лайне, дозорные Ист Блю могли считаться только неопытными слабыми новичками.

— Так, всё-таки, почему Йосаку «Мясник» виноват в слухах о бессмертии «Убийц Пиратов»? — когда пауза Луффи несколько подзатянулось, поторопила его Ташиги.

— Всё дело в его фрукте, — словно он только и ждал соответствующего вопроса, парень тут же охотно принялся дальше выбалтывать секреты собственной семьи. — Я не имею ни малейшего понятия, какой он съел фрукт, но теперь его невозможно убить.

— В смысле, невозможно? — нахмурила брови девушка.

— В самом прямом смысле! – вытаращил глаза Луффи. — Я видел, как «Мяснику» отрубали голову, руки, ноги, вырезали сердце, сжигали заживо и топили. Чем сильнее повреждения, тем дольше он восстанавливается. Более того, как подозревает капитан Соломенных Шляп, даже если сжечь «Мясника» дотла, а потом развеять его пепел по ветру, через некоторое время он всё равно восстановится. В воде он тонет, захлёбывается и умирает. Однако стоит затем «Мяснику» оказаться на поверхности, как он тут же оживает, и начинает откашливаться. Если хотите победить «Мясника», тогда думайте не как его убивать, а как его пленить. Вода и кайросеки действует на него точно так же, как и на любого другого обладателя силы Дьявольского Фрукта, но даже если его убить с помощью кайросеки, он всё равно восстановится.

— Хочешь сказать, его вообще нельзя убить?! — в шоке спросила Ташиги.

А вот Смокер лишь слегка нахмурился.

— Не знаю, — покачал головой Луффи. — Скорее всего, убить его можно, только сложно. Возможно, капитан Соломенных Шляп ошибается, и если сжечь «Мясника» дотла, он потом не сможет восстановится и всё-таки умрёт. Однако куда легче его просто поймать. Как я уже говорил, несмотря на своё бессмертие, он подвержен всем слабостям людей съевших Дьявольский Фрукт. Самая обычная сетка из кайросеки решит все ваши проблемы.

В отличие от главной старшины, на известие о бессмертности «Мясника», капитан отреагировал почти спокойно. Занятная сила фрукта, интересные возможности и, тем не менее, боевой потенциал подобного фрукта не шёл ни в какое сравнение с боевым потенциалом Логии. Он даже испытал облегчение, узнав подробности силы «Мясника». Изначально Смокер подозревал о присутствие Логии в команде «Убийц Пиратов». По логике, наличие человека с такой силой, сразу объясняло все невероятные слухи о бессмертии команды. И сила Логии могла доставить ему намного больше проблем, чем сила бессмертия. Бессмертным может быть и полный слабак, тогда как фрукт Логии мог сделать из того же полного слабака весьма неудобного и опасного противника. Особенно для местных вод. Вместе с тем кое-что, во всём услышанном, заинтересовало его особенно сильно.

— Я никак не могу взять в толк, — произнёс Смокер, в очередной раз глубоко затянувшись своими сигарами и затем выпустив огромное облако дыма. — Если «Мясник» владелец силы ранее неизвестного фрукта, как тогда «Убийцы Пиратов» узнали о том, что ему можно отрубить голову, и он не умрёт?

— Капитан Соломенных Шляп провёл определённые опыты и эксперименты, после чего, прямо посреди ночи, отрезал «Мяснику» голову, — состроив испуганное выражение лица, Луффи охотно поделился своими воспоминаниями. — Крови и криков было до небес.

У Ташиги от услышанного отвисла челюсть и округлились глаза.

— И после такого остальные всё ещё продолжают следовать за Ророноа Зоро?!! – спросил потрясённый Смокер.

В этот раз проняло даже его, и надо признать, не без причины.

— Они все там ненормальные, — на полном серьёзе ответил Луффи на «крик души» капитана. — Попробуете судить их обычной логикой, и ошибётесь в десяти случаях из десяти. После того, как члены семьи увидели обезглавленного «Мясника», «Королева», например, разозлилась на своего капитана не из-за совершённого убийства, а за поднятую среди ночи шумиху. Главной её претензией к своему капитану стало то, что отрубить голову «Мяснику» он мог и днём, поэтому ему вовсе необязательно было устраивать ночную суматоху. В свою очередь, «Отрыватель Голов» был недоволен тем, что его не убили вместе с его лучшим другом и извечным соперником.

— Ты… ты говоришь правду.

Каким бы бредом всё это не звучало, Смокер начал ощущать лёгкий холодок в груди. Он ни на мгновение не отрывал своего взгляда от сидящего перед ним Луффи, но не смог увидеть и намёка на ложь. Всё и вправду было именно так, как тот рассказал.

— Они что… они что, действительно все настолько ненормальные?! — прорезался голос у Ташиги. — Как вообще можно следовать за человеком, который отрезает им головы посреди ночи, только на основе предположений?! Это же полное сумасшествие!!!

Было похоже, что у неё случилась небольшая истерика.

— Я вижу вы, наконец, начинаете понемногу осознавать, какие монстры сегодня сошли на берег в вашем порту, — удовлетворённо кивнул бледный Луффи. — В то же время вы всё ещё не поняли, насколько прочна связь между всеми членами семьи «Убийц Пиратов».

— Да это больше походе на коллективное помешательство, чем на связь! – возразила ему девушка.

— Я далеко не просто так всегда говорю о них именно как о семье, а не как о команде, — принялся терпеливо объяснять парень. — Я уже давно с ними плаваю, поэтому, как никто другой, понимаю, что Пиратов Соломенной Шляпы нельзя называть командой. Если хотите, их вполне можно считать бандой фанатиков, свято верующих во всех членов своей семьи без исключения. Даже если бы «Мяснику» отрезал голову кто-нибудь другой, реакция остальных членов семьи никак бы не изменилась. Они все свято верят, что никто из их семьи никогда не причинит умышленный вред другому. Можно сказать, тот случай был самой экстремальной проверкой прочности их семейных уз. Конечно, могу сразу сказать, что обратная сторона такой связи в том, что если в их семью всё-таки попадёт кто-нибудь недостаточно преданный их делу, он вполне может погубить их всех.

— А потому, чтобы попасть к ним в семью, одной силы недостаточно, — едва ли не прошептала Ташиги.

Эти слова были сказаны Луффи практически в самом начале их разговора. Однако только теперь она и Смокер по-настоящему осознали, что означали услышанные ими слова. И как бы они не пытались отрицать, после всего услышанного сложно было сопротивляться чувству восхищения перед настолько непоколебимой верой друг в друга. Какими бы недостатками не обладали «Убийцы Пиратов», они всё равно смогли создать нечто по-настоящему шокирующее.

— …Что насчёт силы «Отрывателя Голов»? — после целой минуты молчания, сжав волю в кулак, Смокер всё-таки решил сменить тему.

Он чётко осознавал, что этот разговор, каким бы познавательным он не был, чрезмерно затянулся. Тем более, теперь он понимал, что его подчинённым грозит куда большая опасность, чем он предполагал изначально. И ранее отданные им приказы, вполне могли привести к кровавому побоищу. В то же время, он никак не мог прервать продолжающийся разговор — сейчас ему как никогда нужна была максимально полная информация по противнику. Даже если она будет заметно преувеличена страхом его информатора перед «Убийцами Пиратов».

— «Отрыватель Голов» обладает силой фрукта зоан, — Луффи, словно не замечая повисшего в воздухе напряжения, послушно начал вываливать на своих слушателей очередную порцию секретов собственной семьи. — Мифический тип, модель дракона.

— Дракона?! — воскликнула Ташиги.

Смокер едва опять не перекусил свои сигары. Мифический тип? Легендарный дракон? Мифический тип Зоана встречался ещё реже Логии! Даже если у «Убийц Пиратов» действительно была связь с «Чистым Небом», каким образом они умудрились найти два фрукта со столь впечатляющими силами? И вот как, спрашивается, прерывать подобный разговор? Каждая последующая информация едва ли не полностью меняла известный ему расклад сил! И заставляла всё сильнее и сильнее волноваться о судьбе собственных подчинённых.

— Как и всякий Зоан, — тем временем продолжил говорить парень, — фрукт наделил «Отрывателя Голов» неимоверной силой, вероятно больше любого другого фрукта типа Зоан. К счастью для вас, преображаться в полноценного дракона он пока так и не научился, хотя и может пользоваться огнём. Умеет атаковать по площадям, из-за чего его сила очень эффективна против большого количества противников. Не вздумайте пытаться взять его числом, так вы ему только одолжение сделаете… Честно говоря, когда «Мясник» и «Отрыватель Голов» сражаются вместе, они образуют безупречную команду. «Мясник» очень хорош против сильных одиночных противников, тогда как «Отрыватель Голов» чрезвычайно эффективен против большого количества обычных солдат и пиратов. Они идеально дополняют друг друга. И нельзя забывать, что «Мясник» и «Отрыватель Голов» дружат с самого детства, поэтому во время сражений они действуют как единое целое. Если по отдельности они просто сильны, то вместе становятся практически непобедимыми.

— Итого, мы имеем два подтвержденных фруктовика в команде «Убийц Пиратов», и ещё одного потенциального, — попыхивая сигарами, подвёл итог всему сказанному мрачный Смокер.

— Это не очень хорошие новости, — заявила Ташиги.

Капитан Очевидность Морского Дозора.

— Вообще-то, три подтвержденных фруктовика, — Луффи не стал упускать возможности, и охотно «порадовал» своих слушателей ещё раз. — «Королева» тоже фруктовик. Она съела фрукт Sube Sube no Mi (Фрукт Скользи-Скользи), и теперь на неё не действуют никакие физические атаки. Я даже не уверен, подействует ли на неё ваш дым. Опять же, к счастью для вас, она сражаться точно не будет. Сможете победить капитана Соломенных Шляп, и она тут же сдастся вам без всякого сопротивления.

— Почему? — не смогла не спросить Ташиги.

— Непоколебимая вера в своего капитана, — переведя взгляд на девушку, спокойно ответил парень. — Она лучший навигатор Ист Блю и в её обязанности не входят сражения. Ророноа Зоро тренирует её не для сражений, а для самозащиты. Уничтоженные ею пиратские команды выступали лишь в качестве тренировочных манекенов и ничего более. При любом сражении, Соломенные Шляпы первым делом всегда заботятся о безопасности «Королевы»… Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что она самое уязвимое место их семьи. Если вам удастся захватить её в плен, тогда вполне возможно, что сможете заставить сдаться даже самого Ророноа Зоро… Но пленить «Королеву» будет очень тяжело. И в случае провала, можно точно сказать, что живые позавидуют мёртвым.

— Как понимаю, к «Королеве» у них особое отношение, — сделал очевидный вывод Смокер.

Стоящая позади него Ташиги невольно сжала рукоять своей катаны – у неё был пунктик по поводу отношений мужчин и женщин. Вернее, по поводу превосходства мужчин над женщинами, которое, за исключением физической силы, существовало только в её голове. Да и учитывая какое количество всевозможных сил и способностей существовало в мире, можно было поспорить даже насчёт превосходства физической силы.

— Всё именно так, — кивнул Луффи. – У них действительно особое отношение к «Королеве». Если что-то пойдёт не так и с её головы упадёт хотя бы один волосок, Соломенные Шляпы потом зальют кровью весь город… Нет, откровенно говоря, если с «Королевой» что-нибудь случится, я даже не берусь предполагать об их реакции, — он слегка покачал головой. — Однако, думаю, если «Королева» всё же пострадает, тогда живые действительно могут начать завидовать мёртвым. Возможно из-за того, что она единственная девушка в их семье, все Соломенные Шляпы особенно остро реагируют на любые угрозы в её сторону. И поверьте мне на слово, дело совсем не в её красоте. К ней так относились практически с самого момента её появления в семье, когда она ещё не обладала и сотой частью своей нынешней красоты.

Если Смокер откровенно сомневался по поводу всего остального сказанного, то вот в правдивости всего сказанного насчёт «Королевы» у него не было ни малейших сомнений. Пусть Ророноа Зоро был среди «Убийц Пиратов» самым сильным. Пусть «Мясник» и «Отрыватель Голов», по степени рассказываемых о них жутких историй, ни в чём ему не уступали или практически не уступали. Однако больше всего информации у Смокера было именно по «Королеве». По той простой причине, что из-за её красоты, ею интересовались буквально все. И особенной популярностью она пользовалась среди репортёров, и редакторов газет с журналами.

Любая новость, сдобренная новой фотографией «Королевы», гарантировало распродажу всего тиража любой газеты или журнала. А ещё девушка снискала себе огромную популярность среди некоторого количества весьма омерзительных ублюдков, из числа очень влиятельных людей. Насколько было известно самому капитану, Ророноа Зоро предлагали за продажу «Королевы» баснословные суммы. Официальная награда за её голову не составляла и десятой части от предлагаемых ему сумм. Сам Смокер знал об этом только благодаря тому, что несколько раз с ним связывались различные люди, которые требовали — именно требовали! —организовать встречу их представителей с Ророноа Зоро. Мужчина, конечно же, каждый раз посылал таких наглых ублюдков куда подальше. Однако другие капитаны не могли позволить себе быть настолько же прямолинейными, из-за чего потом постоянно ему жаловались на общих собраниях, а заодно и делились информацией.

— Я не уверен, насколько достоверна моя информация, — заговорил Смокер, — но до меня доходили слухи, что Ророноа Зоро предлагали за продажу «Королевы» несколько сотен миллионов белли. Ты что-нибудь об этом знаешь?

— Один миллиард белли, — сразу поправил его Луффи. — В последнем предложении значилась сумма, в один миллиард белли… Посредником оказался наглый, мерзкий и не особо умный толстяк. Капитан Соломенных Шляп сломал ему ноги и руки, после чего пустил кровь и закинул в загон с голодными свиньями.

Вообще-то заживо скормить человека свиньям — довольно жуткая смерть, но Смокер лишь понятливо кивнул, а Ташиги и вовсе никак не отреагировала, что само по себе было весьма показательно. Обычно она очень серьёзно относилась к смертям и соблюдению закона.

— Только не надо думать, что капитан Соломенных Шляп убил мерзавца за его гнилую натуру, — увидев их реакцию, парень тут же решил несколько прояснить ситуацию. — Если понадобится, он и сам вполне может сделать кому-нибудь подобное предложение… Не надо думать, что в нём есть хоть что-то хорошее! Когда дело не касается его семьи, капитан Соломенных Шляп становится ублюдком, которому трудно найти равных… Кстати, ещё одна причина, почему я передумал и решил сегодня прийти к вам.

— В каком смысле? — не понял Смокер.

Луффи посмотрел на Ташиги.

— Возле магазина мечей, ты ведь явно почувствовала его, не так ли? — вместо прямого ответа на вопрос капитана, он задал собственный вопрос девушке.

— Возле магазина мечей? — недоумённо переспросила Ташиги, но уже в следующее мгновение до неё дошло: — Хочешь сказать он…

— Да! — перебил её Луффи. — Это был Ророноа Зоро! Но что ещё хуже, он тебя тоже видел. Я в этот момент находился рядом с ним, и заметил его реакцию. Судя по всему, ты похожа на его покойную подругу. До того как она умерла, она была его самым главным соперником на «Пути Меча», а ещё, скорее всего, его первой любовью. Проблема заключается в том, что ты слишком сильно на неё похожа. В первое мгновение он даже принял тебя за неё, поэтому ты и смогла его почувствовать. В тот момент он просто потерял контроль над собой.

— К чему ты клонишь? — нахмурился Смокер.

Подспудно он уже и сам знал ответ на свой вопрос, и этот ответ ему совсем не нравился.

— Думаю, вы уже и сами всё поняли, — слегка кивнул Луффи. — Ророноа Зоро положил глаз на вашего главного старшину. И если сейчас не спрятать её куда подальше, последствия для неё могут оказаться катастрофическими. Если она попадёт в его руки… да вы и сами всё должны понимать, — отведя взгляд в сторону, он в очередной раз печально покачал головой. — Насколько я успел его изучить, убить он её вряд ли убьёт, но и прежней ей уже никогда не быть.

Ташиги в этот момент буквально затрясло, и вовсе не от страха. Едва было поселившееся в её сердце уважение и восхищение перед «Убийцами Пиратов» в целом, и Ророноа Зоро в частности, моментально улетучилось. В её глазах, репутация Зоро, разом пробив второе и третье дно, уверенно устремилась на встречу с четвёртым.

— Он… он… что… меня… я… — начав буквально задыхаться от охватившего её гнева, девушка даже сказать ничего толком не смогла.

Сидящий за столом Смокер хоть и пытался не подать виду, но его крепко сжатый кулак выдавал его настоящие эмоции.

— Мне нужно возвращаться, — не став дожидаться, пока успокоится Ташиги, произнёс Луффи. — Я и так уже порядком задержался у вас и, боюсь, вам тоже нужно поспешить. Если хотя бы половина известной мне о вас информации правдива, то вы первым же делом должны были отправить своих людей проверить местный бордель. Если вы и правда так сделали, значит, ваши люди уже давно нашли «Мясника» и «Отрывателя Голов». Стоит вашим людям начать сражаться с ними без вашего присутствия, и я могу с полной уверенностью сказать, что весь следующий месяц вы проведёте за организацией похорон своих подчинённых и доставку их тел родным.

Смокер и сам прекрасно знал об этом. К счастью, их разговор наконец подошёл к концу. Насколько бы продуктивным не был последний час, он сильно переживал за своих людей. И хотя он предупредил их перед своим уходом ни в коем случае не вступать в схватку с «Мясником» и «Открывателем Голов», никто не мог поручиться за появление каких-нибудь непредвиденных обстоятельств. Да и если «Мясник» и «Отрыватель Голов» решат сами напасть на его подчинённых, солдаты и офицеры будут просто вынуждены начать сражаться.

— Должен ещё вас предупредить о том, что капитан Соломенных Шляп собирается устроить в Логтауне нечто масштабное и показательное, — произнёс Луффи.

Взяв протянутую ему бумажку с номером улитофона Смокера, он напоследок решил «обрадовать» своих верных слушателей ещё раз.

— Знаешь детали? — уточнил Смокер.

— Вроде бы это никак не связано с устроенной вами ловушкой, но больше ничего сказать не могу, — ответил Луффи, возвращая бумажку. — Номер я запомнил, только на частые доклады можете не рассчитывать, буду связываться по возможности.

— Ташиги поможет тебе покинуть базу незамеченным, — ответил Смокер, забирая обратно бумажку с номером.

Примечательно, что он не стал в очередной раз уверять парня в непременной поимке «Убийц Пиратов». Полученная за последний час информация, явно поубавила уверенность капитана в собственных силах. И хотя он всё ещё не верил в необходимость присутствия вице-адмиралов и тем более адмирала, но от дополнительной помощи он бы сейчас точно не отказался. Он невольно испытал чувство сожаления. Если бы он всё знал заранее, то без раздумий бы выдернул к себе на помощь Хину. Будь «Чёрная Клетка» в Логтауне, он бы сейчас никаких бед не знал. К этому моменту он бы с ней уже давно переловил всех «Убийц Пиратов», и, самое главное, без всяких жертв. Во всяком случае, он так думал.

— Главный старшина, — Луффи перевёл взгляд на Ташиги, — я вам искреннее советую закрыться в самом безопасном месте на острове, и не…

— Я не собираюсь от кого-либо прятаться! — даже не став дослушивать, девушка резко махнула перед собой рукой, словно отметая все сказанные слова парня. — Пусть Ророноа Зоро только попробует сунуться ко мне, и мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним!

— Я вам прямо сейчас могу сказать, что смеяться последним будет капитан Пиратов Соломенной Шляпы, — Луффи посмотрел на Ташиги печальными глазами, словно она была обречена.

От прозвучавшей фразы и выражения его лица, девушка заметно покраснела. Наполовину от смущения и наполовину от злости. Её ощутимо коробил тот факт, что парень был заранее уверен в полной и безоговорочной победе Ророноа Зоро. Пусть он был лучшим мечником Ист Блю. Пусть у него была жуткая слава. Пусть он был действительно силён. Пусть! Всё это не имело для неё никакого значения! Сильный противник не повод для бегства, а отличная возможность превзойти себя прежнего.

— Идём, я покажу тебе, как незаметно покинуть базу, — резко развернувшись, Ташиги вышла из кабинета.

— Удачи, капитан! — Луффи кивнул Смокеру. — Могу гарантировать, что она вам понадобится.

Под хмурым взглядом мужчины, парень вышел из кабинета и зашагал вслед за уже ушедшей вперёд девушкой. Пройдя через несколько коридоров, поднявшись и спустившись по нескольким лестницам, и миновав добрый десяток дверей, Луффи, Ташиги и два сопровождавших их солдата, оказались где-то на безлюдных задворках базы Морского Дозора. Узкий тёмный переулок, полное отсутствие прохожих, как раз всё именно так, как и было нужно. Нужно, понятное дело, Луффи.

— Вот и всё, — сказала девушка, останавливаясь посреди переулка и поворачиваясь лицом к парню, — дальше иди сам. Как выйдешь из переулка, сразу поверни направо, после чего иди прямо, никуда не сворачивай, и минут через пять окажешься на центральной площади города.

— Спасибо, главный старшина, — поблагодарил её Луффи. — Вам же я всё-таки советую поберечься, иначе…

— Я сама решу беречься мне или нет! — Ташиги вновь не дала ему договорить.

— Тогда… удачи вам!

Слегка улыбнувшись напоследок, парень развернулся и зашагал к выходу из переулка, но, под пристальным взглядом девушки и двух солдат, сделав всего несколько шагов, он неожиданно замер на месте.

— Н-нет… — спустя пару мгновений, прошептал Луффи дрожащим голосом. — Нет! — чуть истерично воскликнул он, задрожав всем телом. — Я… я ничего не успел им рассказать! Я… я не предавал вас! Я не предавал! Простите меня! Простите!

Рухнув на колени и закрыв голову руками, под ошарашенными и непонимающими взглядами дозорных, он принялся вымаливать прощение у своего невидимого собеседника.

— ???

Ташиги только-только подошла к впавшему в истерику парню и собиралась положить руку на его плечо, когда почувствовала это. За всю свою жизнь ей не доводилось испытывать ничего подобного. Предвестие неизбежного поражения, осознание бессмысленности сопротивления, абсолютная беспомощность, страх и безнадёга, а также покорное ожидание смерти. Она почувствовала, как сначала взмокла её спина, после чего предательски задрожали ноги. Вдыхаемый воздух, казалось, сгустился до состояния киселя, настолько трудно стал даваться каждый новый вдох и выдох. Рядом с ней, один за другим, раздалось два удара — это, потеряв сознание, плашмя упали на землю её подчинённые. Но уже в следующую секунду она неожиданно поняла, что и сама давно стоит на коленях, упёршись руками в землю. Затем рядом с ней зазвучал чей-то голос. И хотя голос неизвестного ей человека доносился до неё словно сквозь вату, она всё прекрасно расслышала.

— …Зоро, ты ещё не на корабле? …Отлично, отлично! …С чего ты взял? … Забудь! У меня есть к тебе дело. …Нет, тебе точно понравится, гарантирую! …Кое-кто не внял моим предостережениям, поэтому мне нужно, чтобы ты организовал дополнительную стимуляцию. …Твоё недоверие ранит меня в самое сердце! …Всё что от тебя требуется, так это быть крутым и пафосным! …Да всё у тебя получится, тебе достаточно вести себя как обычно, только обойдись без убийств! Понятно? …Да-да, я признал тебя крутым и пафосным, можешь теперь собой гордиться. …Потом возвращайтесь на корабль, я тут надолго не задержусь. …Ладно, вы там пока готовьте шампанское, а я тем временем закончу свои дела. …Потом можешь пить хоть спирт неразведённый, а сначала шампанское! …Ладно-ладно, нытик ты крутой и пафосный, давай, отбой.

Ташиги слышала всё, но в своём полубессознательном состоянии практически ничего не смогла понять. Она даже не сразу осознала, что всё это время рядом с ней звучал только один голос, и лишь услышав характерное «ка-ча», звук с которым происходило разъединение связи по улитофону, она поняла, что неизвестный ей мужчина разговаривал с кем-то по ден-ден муши. Вот только почему-то она не расслышала голос того, кто ему отвечал, но при этом услышала звук разъединения связи.

— …

Попытавшись что-нибудь произнести, она не смогла открыть даже рта, после чего с тупым удивлением обнаружила, что лежит щекой на холодной мостовой, пока над ней возвышается кто-то ей смутно знакомый. Или нет? Вроде знакомый, а вроде и нет. Зато она наконец осознала, что стоящий над ней человек и был источником всей той несусветной жути, которую ей довелось испытать. Холодные тиски тут же сжали её и без того едва бьющееся сердце. Вступив в Морской Дозор, она всегда знала, что однажды может умереть. И она волей-неволей иногда представляла себе, каким будет её конец. Однако она никогда не думала, что умрёт настолько бессмысленной смертью. Она готова была принять смерть во время сражения или смерть ради спасения чужой жизни, но токую смерть? Валяясь на холодной мостовой, в узком тёмном переулке, задыхаясь от ужаса и даже не зная, кто её убийца? К счастью, в этот момент её сознание окончательно угасло, и она провалилась в спасительное для себя беспамятство.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 4.

— Отключилась наконец?

Стоящий рядом с потерявшей сознание девушкой Луффи, бросив на неё мимолётный взгляд, связался с другим абонентом с помощью своего мини-улитофона.

— Луффи-сэмпай? — практически незамедлительно раздался легко узнаваемый голос Бартоломео.

— Барти, у меня для тебя есть ещё одно задание.

— Приказывайте, Луффи-сэмпай!!! — маленькая ден-ден муши в руках парня едва не запрыгала от восторга, пытаясь максимально полностью передать реакцию Орка.

— Тогда слушай, что мне нужно…

Надиктовав всё ему необходимое, Луффи спрятал себе в карман вновь заснувшую миниатюрную улитку и с довольной улыбкой оглядел валяющуюся у его ног Ташиги. Нагнувшись, он одной рукой подобрал лежащую на земле катану, а другой обхватил девушку за талию, после чего закинул её себе на плечо. Напоследок бросив взгляд на базу Морского Дозора, он, довольно насвистывая себе под нос, зашагал к выходу из переулка. Без всякого сомнения, день для него складывался просто превосходно! И, в самом скором времени, обещал стать ещё лучше. Конечно, всё в мире подчинялось закону равновесия, поэтому у некоторых людей этот же день грозил стать одним из самых худших в жизни. Как, например, у капитана первого ранга Смокера.

В тот самый момент, когда Луффи закинул Ташиги себе на плечо, неподалёку от порта, из здания, на первый взгляд являющегося баром, вышли буквально светящиеся довольством Джонни и Йосаку. И заметно расслабленные. Если два часа назад они походили на парочку паровых котлов, готовых вот-вот взорваться, то теперь они скорее напоминали двух наглых обожравшихся котов, собирающихся вздремнуть на солнышке, после сытного обеда.

— До чего же всё-таки хорошо! — довольно щурясь и почесывая оголённую грудь, произнёс Джонни, не торопясь спускаться с крыльца «бара».

— Скорее девочки здесь чудо, как хороши, — замерев плечом к плечу со своим другом, смачно потянулся довольный Йосаку.

Одеты парни были в свои кимоно с оборванными рукавами, уже воспринимающиеся ими словно вторая кожа. Раньше они ещё как-то пытались разнообразить свой гардероб, но со временем перестали даже пытаться заморачиваться. Защита от холода или солнца? Так они стали равнодушны к перепадам температур. Джонни, например, вообще одинаково хорошо себя чувствовал и в лютый мороз, и в невыносимую жару. У Йосаку устойчивость была похуже. Во всяком случае, упасть пьяным в костёр и там уснуть, как Джонни, он точно не мог. И всё-таки, для появления дискомфорта от жары или холода, Йосаку требовалось угодить в действительно экстремальные условия. Что-нибудь вроде раскалённой пустыни или Северного Полюса. А ещё у парней полностью отпала необходимость красиво наряжаться, чтобы привлечь внимание женщин или круто одеваться, чтобы запугать своих врагов.

Можно было сколько угодно говорить, что Джонни и Йосаку похожи на двух перекачанных монстров, но на деле они выглядели просто отлично. Достаточно сказать, что и без работниц борделей они уже давно не страдали от недостатка женского внимания. И это несмотря на всю их пугающую репутацию! В свою очередь, всякая мелкая шушера благоразумно обходила их по широкой дуге. Каждый из парней выглядел так, словно он был способен отправить человека на тот свет, одним лишь неосторожным взмахом руки. Касательно же врагов посерьёзнее… таких просто не осталось. Во всяком случае, среди пиратов Ист Блю. Криг и Арлонг стали первыми за долгое время, и точно последними до прибытия на Гранд-Лайн.

Наконец, самая главная причина, почему парни теперь всегда ограничивали свой выбор одежды лишь каратэги, заключалась в необходимости постоянно пополнять гардероб. У Джонни одежда частенько сгорала дотла, а у Йосаку превращалась в лохмотья. И иногда это происходило по нескольку раз на дню! Пусть серьёзных противников у них не осталось, но тренировки никто не отменял. Со временем любому надоест постоянно подбирать себе новую одежду. Во всяком случае, самим парням очень надоело, поэтому их выбор пал на каратэги. В результате, у них полностью отпала необходимость ломать голову над тем, что надеть взамен уничтоженной одежды. Теперь, в случае уничтожения или повреждения одежды, им достаточно было взять новый комплект каратэги, коих на корабле хранилось превеликое множество.

— Как и ожидалось от столь знаменитого города, — хмыкнул Джонни. — Даже девочки в борделе здесь совсем другого уровня.

— А ты как думал? — принялся раскуривать сигару Йосаку. — Не считая того факта, что этот остров последний в Ист Блю перед Гранд-Лайном, так здесь ещё когда-то казнили «Короля Пиратов». Благодаря такой истории, Логтаун давно уже превратился в один из самых знаменитых городов мира, поэтому и различных туристов тут хоть отбавляй. Прибыльное местечко.

— Место, где казнили «Короля Пиратов»… не хочешь сходить, посмотреть?

— На что там смотреть? — выпустив облако дыма в небо, в ответ спросил Йосаку. — Фотографий никогда не видел? Самая обычная платформа на главной площади города… разве что немного выше других. Впрочем, если тебе так интересно, тогда можем сходить, посмотреть. Лично мне самому без разницы.

— …Не пойдём, — после недолгих раздумий, принял решение Джонни. — Двадцать два года простояла и ещё столько же простоит. В будущем, ещё успеем насмотреться на неё. Тем более, я же не просто так сказал тебе собираться.

— Да я как бы уже понял причину, — усмехнулся Йосаку, невольно оглядевшись по сторонам.

С крыш и окон домов, с обоих концов улиц, — куда не кинь взгляд, отовсюду на них смотрели дула ружей многочисленных солдат Морского Дозора. Около полутысячи дозорных только на первый взгляд. И это не считая тех, кому просто не нашлось места среди ближайшего окружения. Не сумев втиснуться в первые ряды, они были вынуждены остаться позади всех остальных, в качестве резерва и второго кольца оцепления. И пусть Джонни и Йосаку не знали наверняка об их присутствии, парни слишком хорошо разбирались в тактике и стратегии Морского Дозора, чтобы не догадаться об их существовании. Хотя, конкретно сейчас, Джонни и Йосаку не видели ни одного повода для беспокойства или осторожности. Несколько сотен обычных солдат дозора не представляли для них ни малейшей угрозы.

— Нет, ты не понял, — покачал головой Джонни. — Мне позвонил Ктулху-аники, и сказал, что после того, как мы разберёмся с местным капитаном, мы должны сразу вернуться обратно на корабль.

— …Ктулху-аники?

— Ага, он сказал, чтобы мы теперь так звали его до самого отплытия, особенно рядом с капитаном.

— Это очень целенаправленное уточнение, — оскалился Йосаку.

В его глазах загорелись нехорошие огоньки.

— Сильнейший дозорный Ист Блю… будет чрезвычайно интересно на него посмотреть, — предвкушающе улыбнулся Джонни.

Откровенно говоря, он выглядел куда более опасным, чем его друг. В отличие от Парамеций и Логий, фрукты типа Зоан оказывали очень сильное влияние на характер своих владельцев. От своего фрукта Джонни получил не только чудовищную силу и способность выдыхать огонь, но и присущую любому хищнику кровожадность. И сложно найти хищника более прославленного, чем легендарный дракон, поэтому кровожадность Джонни вполне соответствовала этому знаменитому чудовищу. А в последнее время и гордость дракона тоже начала давать о себе знать. Парень был рад сильным противникам, тогда как слабые вызывали у него либо равнодушие, — если не собираетесь нападать, можете проваливать, — либо сильный гнев, — как такие жалкие слабаки вообще осмелились на меня напасть?!! Ещё можно было с уверенностью сказать, что недавний продолжительный отпуск совершенно точно не пошёл на пользу его характеру. Конкретно сейчас, ему, как никогда прежде, хотелось сжечь всё в округе! Чтобы значит только трупы и пепел. И это тогда, когда у него такое отличное настроение! А если бы он был не в духе?

— Предлагаю облегчить друг другу жизнь! — мощный голос Йосаку разнёсся по всем окрестным улицам. — Кроме вашего капитана, все остальные могут проваливать!

— Мелкие сошки нас не интересуют! — вставил Джонни. — Так что если не хотите сгореть к херам собачим, то у вас есть одна минута, после чего я за себя не отвечаю! — сумев облечь свой гнев в слова, он почувствовал себя заметно лучше.

Йосаку несколько недоуменно покосился на своего друга. Может, кто-нибудь другой ничего бы не заметил, но только не Йосаку. На первый взгляд озвученная угроза ничем не отличалась от любых других угроз, но слова Джонни прозвучали чересчур гневно, что совсем не вязалось с его хорошим настроением. Да и прорезавшаяся жажда крови выглядела несколько странной. Всё-таки к солдатам Морского Дозора парни всегда относились намного лучше, чем к пиратам. Более того, первоначально они пошли в охотники за головами не столько ради денег, сколько ради защиты простых людей от многочисленных злодеев. И примерно с той же самой мотивацией люди вступали в Морской Дозор. Однако сейчас, услышав буквально пылающий гневом голос Джонни, никому бы и в голову не пришло, что когда-то он был на одной стороне с дозорными. Наоборот, создавалось полное впечатление того, что он искренне их ненавидит. Неудивительно, что для Йосаку такое поведение друга выглядело очень странным.

Дозорные молчали.

В воздухе повисло напряжение и страх. У некоторых солдат сильно тряслись руки, из-за чего дула их ружей выписывали в воздухе отчётливые восьмёрки. Многие уже успели покрыться холодным потом, а с кого-то пот так и вовсе катился градом. Если раньше репутация «Убийц Пиратов» среди дозорных лишь немногим уступала их же репутации среди пиратов, то теперь всё изменилось. После того, как они подняли свой пиратский флаг, автоматически став врагами Морского Дозора, солдаты стали бояться «Убийц Пиратов» намного сильнее, чем их боялись другие пиратов. Всему виной чёртовы дополнительные подробности, которые были отлично известны дозорным, но неизвестны обычным людям и пиратам.

К тому же, одно дело прочитать про сражение «Убийц Пиратов» с Доном Кригом и его армадой, усевшись с газетой в домашнее кресло. И совсем другое дело лично стаскивать и сжигать многочисленные трупы, оставшиеся на месте того самого сражения, больше похожего на бойню. Множество солдат, предоставленных Смокеру в качестве подкрепления, были в своё время среди тех дозорных, кому досталось разбираться с последствиями уничтожения армады Дона Крига. И они, в свою очередь, не раз и не два описывали своим коллегам детали всего ими увиденного. Зачастую с максимально возможными подробностями и со свойственным всем людям приукрашиванием. В результате всего, сейчас, среди дозорных, самой распространённой эмоцией стал страх. И по мере роста напряжения, рос и страх солдат. Кого-то ещё мало-мальски успокаивала их численность, но только не дозорных из прибывшего в Логтаун подкрепления. Они совершенно точно знали, что их количества катастрофически недостаточно. И потому, наверное, совсем не удивительно, что именно среди них нашёлся солдат, у которого самым первым сдали нервы.

Бах!

И хотя пуля безвредно ударила примерно в пяти метрах слева, от стоящих на крыльце парней, сам выстрел стал спусковым крючком. Никто из присутствующих лейтенантов не успел и рта раскрыть, как на весь Логтаун зазвучала оглушительная канонада. Перепуганные солдаты дозора и не думали себя сдерживать. В этот момент никому из них даже в голову не пришло, что из-за их действий может пострадать кто-то невинный. За спинами Джонни и Йосаку находилась самая обычная деревянная дверь, которая, под градом сотен пуль, моментально разлетелась в мелкие щепки. Однако к тому моменту парней на крыльце уже не было.

На их уровне силы, стрелковое оружие, в руках обычных солдат, почти не представляло угрозы. Вернее, если Йосаку ещё мог пострадать, — случай во время разгрома армады Дона Крига говорил сам за себя, — то для Джонни обычное оружие вообще не представляло никакой угрозы. При частичной трансформации в дракона, единственным уязвимым местом для пуль у него оставались лишь глаза. Вот только при его скорости реакции, он всегда мог либо отбить летящие в него пули рукой, либо элементарно уклониться. Да и в случае попадания, оставались ещё веки — больно, неприятно, требовалось время на восстановление, но зато совсем не смертельно.

Каждый из парней, не сговариваясь, бросился к своей цели, даже не попытавшись убежать или прорваться в сторону Гоинг-Мерри. И им понадобилось не больше пары секунд, чтобы достичь переднего ряда дозорных. Однако дозорные, которых в качестве своей цели выбрал Джонни, едва не обделались только от одного вида парня, несущегося прямо на них. И всё дело было в том, что за последнее время изменился не только его характер. Ещё не так давно, при частичной трансформации в дракона, изменения в его внешности были, можно сказать, минимальными. Например, в темноте, можно было заметить лишь его нечеловеческие глаза, едва не полыхающие огнём. Зато теперь, спустя время, его частичную трансформацию невозможно было пропустить даже очень сильно захотев.

Тёмно-красная чешуя, где каждая чешуйка отделялась друг от друга яркой огненной ниткой, из-за чего создавалось впечатление будто внутри Джонни плескалось целое море пламени. Жуткие горящие огнём глаза с вертикальным зрачком и пляшущие по рукам языки пламени. Последний раз он преображался всего пару дней назад, когда вместе с Йосаку пробовали свои силы против Санджи. И в тот день его трансформация ничем не отличалась от обычной. Сейчас же, всего два дня спустя, он стал намного сильнее. И причина была очевидной — его тело достигло кондиции, когда он мог полнее использовать силу своего Дьявольского Фрукта. Спарринг на пределе сил не прошёл бесследно.

Лейтенанты, надо отдать им должное, несмотря на свой страх и неожиданность начала атаки, быстро принялись наводить порядок в рядах перепуганных дозорных, тем самым показав себя с самой лучшей стороны. Более того, один из лейтенантов бросился прямо навстречу Джонни, с очевидным намерением не позволить ему приблизиться к простым солдатам. К сожалению морпехов, усилия их офицера оказались тщётны и всё закончилось в одно мгновение. Выставленную в свою сторону катану, бегущий парень впечатал в грудь лейтенанта, вместе со своим огненным кулаком. От сильного удара храбрый офицер сразу потерял сознание и улетел спиной вперёд, прямо в ряды стоящих за ним солдат. Оставляя за собой целую просеку, он собрал своей спиной добрых три десятка дозорных, образовав одну большую барахтающуюся кучу-малу.

В это же самое время Джонни начал мощно втягивать в себя воздух, намереваясь выполнить своё данное ранее обещание и спалить всё вокруг. Раньше бы он так точно делать не стал — ему никогда не нравился запах горящей плоти. Однако теперь он об этом даже не задумывался. При трансформации, изменения в его характере становились только ещё более сильными. Пока Йосаку откровенно забавлялся со своей частью дозорных, — он орудовал кулаками, вместо мечей, поэтому точно забавлялся, — Джонни намерился прихлопнуть всех «мелких мошек» одним ударом. Противостоящих ему дозорных могло спасти только лишь чудо… и, как ни странно, оно не заставило себя ждать. Хотя правильнее будет сказать, что Он не заставил себя ждать. Неизбежную казалось бы катастрофу удалось предотвратить в самый последний момент.

Джонни уже начал выдыхать свою огненную атаку, грозившую стать сильнейшей из всех когда-либо им созданных, — результат всё тех же изменений, произошедших с ним, — когда, краем глаза, увидел летящий ему в подбородок кулак. Кулак, появившийся будто бы прямо из воздуха, застал его врасплох. Прервать свою атаку он уже не мог, но и получить кулаком в подбородок он тоже не мог! Иначе, в лучшем случае, ему грозило разворотить весь рот собственной атакой, а в худшем разнести всю голову в клочья. Не пребывай он в частичной трансформации, он бы уже весь покрылся холодным потом.

Не имея большого простора для манёвра, Джонни предсказуемо отклонился назад, но кулак последовал за его челюстью словно приклеенный. Тогда парню не осталось ничего другого, кроме как ещё сильнее отклониться назад и запрокинуть голову, пропуская затянутый в перчатку кулак буквально в миллиметре от своего подбородка. В результате весь тот огненный ад, который он собирался обрушить на беззащитных дозорных, устремился прямиком в небо, приняв форму огромного огненного дракона. В свою очередь, Джонни с диким грохотом впечатало спиной в землю, силой отдачи его же огня. Попади перепуганные морпехи под подобную атаку, и они бы разлетелись по сторонам, словно горящие головёшки. Чудом спасшиеся солдаты, увидев огненного дракона с широко распахнутыми крыльями, охватившими всё небо целиком, дружно сглотнули. Каждый из них живо представил себе, чтобы с ними случилось, не подоспей их спаситель.

— Хватит стоять столбом! — от командного окрика Смокера, материализовавшегося из облака дыма прямо перед своими подчиненными, задрожали стёкла в окнах окрестных домов. — Они оба фруктовики, поэтому используйте сетемёты! И не толпитесь все вместе, иначе станете лёгкой мишенью!

И тут же последовал новый крик (рык?), только уже не Смокера:

— Кем бы ты ни был, готовься сдохнуть! — не столько яростно прокричал сколько яростно проревел Джонни, выбираясь из образовавшегося кратера.

Его горящий от злости взгляд моментально нашёл того, кто не только не дал ему поджарить дозорных, но ещё и изрядно его напугал, своей неожиданной атакой в самый неподходящий момент. Стильно зачёсанные назад волосы, какого-то странного пепельно-зелёного цвета, две сигары во рту, тёплая куртка на голое тело, синие штаны и чёрные берцы. А ещё совершенно иной уровень подготовки, по сравнению с остальными дозорными. Джонни тут же понял, что его новый противник, в одиночку, представлял в несколько раз большую угрозу, чем все остальные силы Морского Дозора в Логтауне, вместе взятые.

— «Отрыватель Голов» Джонни, — оглядел своего соперника Смокер.

— Дай угадаю, ты и есть тот самый, так называемый, сильнейший дозорный Ист Блю, да? — кровожадно оскалился Джонни.

Из-за частичной трансформации в дракона и заострённых зубов, его улыбка ни капли не походила на человеческую, зато очень сильно походила на звериную пасть.

— Я никогда не называл себя сильнейшим дозорным Ист Блю.

— Но ты точно таковым себя считаешь, поэтому я с большим удовольствием проверю, чего ты стоишь на самом деле.

На этом их обмен любезностями и закончился, но вовсе не по их воле.

— Можешь и дальше продолжать болтать, а я пока сам с ним сам разберусь! — пробежав мимо Джонни, бросил ему через плечо довольный Йосаку.

Он тоже хотел лично испытать силу сильнейшего дозорного Ист Блю. Именно поэтому он без всякого зазрения совести собирался свистнуть противника прямо из-под носа своего друга.

— Ты чо совсем охренел?!!

Джонни потребовалось всего мгновение, чтобы выйти из ступора, но к этому моменту Йосаку уже добрался до Смокера.

— «Мясник» Йосаку, — взгляд капитана, казалось, готов был прожечь своего противника насквозь.

— Привет и пока! — бросил ему парень в ответ.

Серьёзные противники в Ист Блю уже давно были в нешуточном дефиците, став практически вымирающим видом (в буквальном смысле). Неудивительно, что Йосаку не собирался упускать возможности помериться силами с прославленным дозорным. Пускай каких-либо особых надежд на серьёзный бой он не питал, но всё же рассчитывал хоть на какое-то сопротивление. Однако, исключительно на всякий случай, он не стал сразу браться за свои мечи и атаковал Смокера ударом кулака… И увидел, как тело его противника превращается в бестелесный дым.

— Твою мать! — невольно вырвалось у Йосаку.

Радостное выражение его лица моментально изменилось, а предвкушение битвы незамедлительно уступило место потрясению, затем сменившееся сильным раздражением и злостью. Больше всего на свете он ненавидел фруктовиков типа Логии. Да и кто бы на его месте их любил? Он себе жилы рвал на тренировках, а в этот самый момент где-нибудь какое-нибудь жалкое слабое чмо жрало фрукт, чтобы разом войти в число непобедимых для него противников. Как тут не злиться?

— Этот ублюдок сожрал фрукт Логии!!! — в голосе Йосаку не было ни капли страха, а вот злости хватило бы заполнить целое море.

Джонни, уже успевший броситься следом, — он намеревался отправить своего друга в длительный полёт, после чего самостоятельно заняться Смокером, — резко затормозил. Весь его азарт моментально улетучился, да и задетая было гордость тоже поспешила улечься обратно. Зато, как и в случае с Йосаку, он почувствовал очень сильное раздражение и тонны злости. Парень отлично понимал, что они не в состоянии победить противника обладающего Дьявольским Фруктом типа Логия. Какими бы сильными они не были, вся их сила становилась совершенно бесполезной, если их атаки не достигали цели. И ладно бы речь шла только об атаках, но так и себя защитить они тоже не могли. При встрече с таким противников, Джонни и Йосаку, как бы им не хотелось этого признавать оставалось только бежать без оглядки.

После памятной встречи с Логией, входящей в состав «Козырной Семьи», которой Луффи вырвал сердце, парни крепко-накрепко уяснили всю бесполезность сражения с такими противниками. И хотя всё их естество противилось побегу с поля боя, другого выхода они не видели. Вот только, конкретно от Смокера, даже сбежать было проблемой, а всё потому, что Йосаку слишком близко находился к своему противнику… Если, конечно, слово «близко» вообще было применимо к его ситуации. Ведь после того, как он ударил Смокера, последний тут же превратился в дым и окружил его со всех сторон.

— Чёртов ублюдок!!! — яростно взревел Йосаку, когда дым вокруг него резко сжался и он тут же оказался в плену дозорного.

— Признаюсь, я ожидал намного больше от пирата с наградой в пятьдесят миллионов белли, — материализуясь рядом с безуспешно дёргающимся парнем, уничижительно произнёс Смокер. — Одна из крупнейших наград в истории Ист Блю и такое сильное разочарование. Штаб-квартире Морского Дозора уже давно пора пересмотреть свой подход к вознаграждениям.

В этот момент только способность к невероятной регенерации спасла Йосаку от инсульта, настолько сильно его взбесило всё услышанное. Без всякого сомнения, здесь и сейчас, его ненависть к фруктовиками типа Логии одномоментно возросла на порядок. Раньше, до вступления в семью, он не считал свою слабость зазорной. В мире всегда были, есть и будут слабые и сильные люди, поэтому он не видел ничего плохого в том, чтобы быть слабым. Да и чего греха таить? В те времени он не считал себя слабым, а только недостаточно сильным. Будучи охотником за головами, который не раз сражался за свою жизнь, он был намного сильнее какого-нибудь фермера или плотника. В результате, слабым он мог считаться только в сравнение с реально сильными людьми. Вернее, теми людьми, кого он тогда считал сильными. И, как уже говорилось, он не видел ничего зазорного в том, чтобы быть слабее кого-то другого. Кто-нибудь и где-нибудь всегда будет сильнее, тогда какой смысл заморачиваться? Вот именно, не было никакого смысла заморачиваться.

— Рю, ты хотел сжечь всё в округе?! — сотряс округу новый злобный крик Йосаку. — Так спали этого хера вместе со всем его дымом!!!

Однако теперь он, а вместе с ним и Джонни, считали совершенно неприёмлемым быть слабее кого бы то ни было за пределами своей семьи. Они верили, что Нами, будучи навигатором, могла позволить себе быть слабой. И их будущий семейный доктор мог позволить себе быть слабым, как и плотник, и музыкант. Если, конечно, они всё-таки когда-нибудь их найдут. И даже Санджи, будучи коком, вполне мог позволить себе быть слабым. Потому что все они могли принести огромную пользу семье и без выдающейся личной силы, а в случае с Нами и Санджи уже приносили. Но именно поэтому Джонни и Йосаку никак не могли позволить себе быть слабыми.

В отличие от всех остальных, парни не умели ничего, кроме как сражаться. Нами — лучший навигатор в Ист Блю! Санджи — лучший кок Ист Блю! Конечно, если не считать старика Зеффа с его возрастом и опытом. Зоро — сильнейший мечник Ист Блю! Усопп, даже без учёта не пойми как пробуждённой и работающей Воли, оказался монстром, способным стрелять из чего угодно и попадать в цель при любых условиях. И наконец Луффи, которому беспрекословно подчинялись все перечисленные люди, что говорило само за себя. С такими выдающимися членами семьи, Джонни и Йосаку совершенно точно знали, что если они не смогут стать очень сильными, то всегда будут чувствовать себя парой приживал. И пусть даже все остальные будут считать иначе, их собственное мнение о себе не изменится.

Свою слабость они уже давно стали воспринимать, не только как личное оскорбление, но и как оскорбление Луффи и Зоро. После стольких тренировок, после приобретения сил Дьявольских Фруктов, после всех тех новых знаний и опыта, после всех вложенных в них сил и денег, Джонни и Йосаку искренне полагали, что просто не имеют права быть слабыми. Кто угодно из их семьи мог быть слабым, но только не они сами. Соответственно, если собственная слабость воспринималась ими «всего лишь» оскорблением, то проигрыш любому противнику за пределами их семьи вполне можно было счесть за полноценный плевок в лицо. И ладно бы только им, — утёрлись бы, стали сильнее и затем жестоко отомстили, — но это так же было плевком в лицо и Зоро с Луффи, что было абсолютно неприёмлемо.

Джонни и Йосаку готовы были сдохнуть, лишь бы не подвести своих «аники». Конкретно Йосаку так и вовсе был готов дохнуть столько раз, сколько нужно для победы над своим противником… Однако именно в этом и крылся корень их ненависти к Логиям — никакие усилия не могли позволить им победить в честной схватке. Сколько бы сил они не прикладывали, для них просто-напросто было невозможно победить Логию. Они даже не могли полноценно сражаться с таким противником. Любой пользователь Дьявольского Фрукта типа Логии, фактически, отказывал им в том единственном, что они вообще умели делать, то есть отказывал им в умении сражаться. В результате, при встрече с Логиями им только и оставалось, что уповать на помощь Луффи и Зоро. В связи с чем, на появление Смокера, Джонни и Йосаку отреагировали, как два быка на красную тряпку. Всё что им хотелось сделать, так это разорвать ублюдочного дозорного на части.

— Karyu no Hoko (Рёв Огненного Дракона)!!!

Джонни сразу понял, что конкретно имел в виду его друг, призвав спалить всё в округе. Именно поэтому вся мощь его огненной атаки оказалась направлена непосредственно на самого Йосаку, что так и продолжал бессильно трепыхаться, в дымных тисках Смокера.

— Всем лечь на землю!!! — крикнул Смокер, едва ему стоило увидеть надвигающийся на него огненный шторм.

Прошло слишком мало времени после его первого приказа «не толпиться», поэтому улица за его спиной всё ещё оставалась переполнена солдатами. В то же время новая атака Джонни, без всяких сомнений, превзошла предыдущую. Если первая атака была лишь умеренной проверкой его возросшей мощи, то во вторую он уже вложил все свои силы без остатка. Огонь разросся вширь и ввысь, практически моментально заполнив собой всё свободное пространство улицы. От жара лопались стёкла, вспыхивали крыши, плавился камень, и, тем не менее, главный удар пришёлся непосредственно по Смокеру и Йосаку. Огненная атака никак не могла навредить Логии, но зато её вполне хватило, чтобы сдуть весь охватывающий Йосаку дым… попутно хорошенько поджарив его самого. К счастью, ему было не привыкать.

Сквозь ревущий огонь и испуганные крики дозорных, легко можно было услышать несколько истеричный смех Йосаку, перемежаемый привычными слуху Джонни матами. Йосаку было адски больно, — откуда и привычные маты, — но в то же самое время он был необычайно доволен их маленькой победой над неуязвимой Логией. Смокеру, в свою очередь, чтобы отразить огненную атаку пришлось в полную силу задействовать способности своего фрукта. Его дым, как и огонь Джонни, протянулся от дома до дома, стремительно заняв всё свободное пространство улицы. Вместе с тем, Смокер не стал пытаться блокировать огонь в лоб. Сформировав с помощью дыма что-то вроде огромного трамплина, он сначала позволил огненной атаке достичь своего дыма, после чего максимально возможно уплотнил его. В результате капитан сумел отправить весь огненный шторм прямиком в небо. И хотя ему это далось не без труда, он всё-таки опять сумел спасти своих подчинённых от неминуемой гибели. Не считая самых ближайших солдат, которых всё же успело слегка подпалить, остальные дозорные вновь отделались лишь лёгким испугом.

— Йосаку, поднимайся быстрее! — прорычал Джонни. — Нам нужно сваливать!

Пока Смокер был занят отражением его атаки, парень не стал понапрасну терять время и быстро отыскал своего друга среди окружающего огня и дыма. И у него не возникло никаких трудностей с его поиском, благодаря громогласному смеху и непрекращающимся матам Йосаку.

— Аргх! Счаз! Ещё немного! Ха-ха! Я уже почти пришёл в себя! Твою мать, как же мне больно! Ха-ха!

Атака способная плавить камни никак не могла пройти без последствий для человеческого тела. Кого-нибудь непривычного или неподготовленного точно бы вывернуло наизнанку от внешнего вида Йосаку и исходящего от него запаха. Его одежда превратилась в жалкие обгорелые лоскуты, да и те намертво сплавились с его же телом. В такие моменты Джонни не мог не признавать силу воли своего друга. Хоть Дьявольский Фрукт и наделил Йосаку практически подлинным бессмертием, он вообще никак не защищал его от боли. Однако парень без малейших колебаний подставлялся под любые удары, словно боль для него была чем-то незначительным. К настоящему моменту порог его устойчивости к боли давно превзошёл все разумные пределы. Конечно, он далеко не всегда был таким бесстрашным.

Совсем недавно Йосаку реагировал на боль точно так же, как на неё реагировали и все нормальные люди. Если бы ещё год назад кто-нибудь сжёг его заживо, он бы не только заливался слезами и оглушительно верещал от боли, но и вполне мог намочить штаны от ужаса. Сейчас? После огненной атаки от него осталась едва ли не одна горящая головёшка, а он всё равно умудрялся смеяться и материться. Причём, его смех был злорадным — как же, они хоть немного, но всё-таки смогли утереть нос ублюдочной логии! А ещё год назад он не мог регенерировать с такой поразительной скоростью, какой регенерировал сейчас. Из обгоревшей головёшки, прямо на глазах Джонни, он стремительно превращался в себя обычного… только полностью голого.

— Если бы мой фрукт ещё умел восстанавливать одежду, цены бы ему не было! — первым же делом пожаловался Йосаку, едва ему стоило полностью восстановиться и оглядеть себя.

— Ему и так цены нет! — не согласился Джонни.

— Ну не скажи! Луффи-аники купили мой Дьявольский Фрукт за вполне определённую цену… как и твой, собственно говоря. И мы оба сорвали джек-пот! Легендарный Дракон и Бессмертный. По-моему, из нас получился неплохой дуэт.

Удивительно, но Йосаку едва не лучился довольствием, словно он напрочь забыл о противостоящей им логии.

— Хватит лясы точить, нам нужно срочно сваливать, пока этот ублюдок не взялся за нас всерьёз.

— Сваливать? — недоуменно посмотрел на своего друга Йосаку. — Ты собрался сваливать?

— Уже забыл, чем закончилось наше прошлое противостояние с логией? — закатил глаза Джонни.

Надо признать, что вполне обычный жест, но выполненный огненными глазами, выглядел невероятно странно. Особенно в исполнении зубастого чешуйчатого человека, внутри которого словно бушевал огонь. А ещё, закатив глаза, парень пропустил удар. Не ожидая такого подвоха от своего друга, Джонни прочувствовал на собственной челюсти всю мощь кулака Йосаку. Удар способный убить человека на месте, отправил его в десятиметровый полёт, после чего он ещё столько же покувыркался по мостовой, прежде чем неподвижно замер.

— Угх!

Приподнявшись на руках и усевшись на задницу, Джонни, покрутив головой из стороны в сторону, потёр рукой слегка онемевшую от удара челюсть, после чего поднял взгляд на приближающегося к нему Йосаку.

— Ты что творишь?! – раздражённо прорычал он.

— Это я у тебя хотел спросить! – прозвучал ещё более раздражённый ответ. — Ты собрался сваливать?!! Куда ты, твою мать, собрался сваливать?!!!

— Идиот! Он — Логия! Как ты собираешься с ним сражаться, если даже ударить его не можешь?!

— Как обычно! — последовал яростный ответ, полностью лишённый какой-либо логики. — И я рассчитываю победить! – он наставил указательный палец на своего друга. — Или ты намереваешься до конца жизни прятаться за спинами Зоро-аники и Луффи-аники?!!

Йосаку без колебаний нанёс удар по самому больному месту, заодно напрочь забыв о приказе Луффи не называть его настоящее имя. К счастью, благодаря огню Джонни, подпалившему окружающие их дома, за треском горящих досок никто не слышал их перебранки.

— Ни за кем я не собираюсь прятаться! – словно ужаленный подскочил с мостовой Джонни.

— И разве не ты сам говорил, что Луффи-аники приказал нам разобраться с местным капитаном? – напомнил ему Йосаку. — Хочешь сказать, Луффи-аники не знал о том, что наш противник обладает силой Дьявольского Фрукта типа Логия? Ты совсем дурак, или всё-таки сам сможешь сделать правильные выводы? Или ты настолько пересрался от встречи с Логией, что перестал соображать? Вот уж не думал, что мой лучший друг такой трус!

— Трус?!! — огнедышащего парня чуть не порвало от злости. — Кто это тут трус?!! Да я о тебе заботился, идиот ты тупорылый!!! В отличие от тебя, я его огнём могу отогнать, а ты только и можешь, что быть грушей для битья!!!

— Грушей для битья?!! — лоб Йосаку столкнулся со лбом Джонни. — Либо ты сейчас же заберёшь свои слова обратно, либо я сам из тебя сделаю грушу для битья!!!

— Это ты-то сделаешь из меня грушу для битья?!! Насмешил ежа котовой жопой! Да у тебя силёнок не хватит!!!

— Ты совсем идиот?! Говорят: «напугал ежа голой жопой»! Какой ещё нахрен насмешил и котовой?! Обосрался от страха, а теперь вонь собственного дерьма не даёт тебе связно мыслить?!

Вместо ответа, Джонни от всей души зарядил Йосаку в челюсть. Кончились аргументы? Проиграл спор? Значит, как учил Луффи, самое время применить силу, потому что кто сильнее, тот и прав… даже если совсем не прав.

Минуту спустя, Смокер, проконтролировав безопасное отступление своих людей, поспешил вернуться к прерванному бою. Он переживал, что его противники могут либо сбежать, либо атаковать солдат на другой стороне улицы, либо взять кого-то в заложники. И его не устраивал ни один из вариантов. Однако он совершенно точно не ожидал увидеть своих противников, катающихся по мостовой и отчаянно мутузивших друг друга. При этом они не забывали подкреплять свои удары отборными матами и различными оскорбительными сравнениями.

Смокер невольно замер на месте, во все глаза смотря на представшее перед ним зрелище. Хотя, надо признать, опыт его не подвёл, поэтому он быстро сумел взять себя в руки, но не стал спешить встревать в драку своих противников. Зачем? Они и так прекрасно справлялись с поимкой друг друга, поэтому с его стороны стало бы большой глупостью им мешать. К тому же, ожидание надолго не затянулось. Довольно быстро подоспели отряды, вооружённые различными модификациями сетемётов. И солдаты уже было собрались повязать обоих катающихся по мостовой парней, когда Джонни, резко подпрыгнув высоко вверх, атаковал валяющегося на земле Йосаку уже знакомой Смокеру атакой.

— Karyu no Hoko (Рёв Огненного Дракона)!!!

Огонь волной разошёлся по земле, чтобы затем взметнуться вверх, опять затягивая значительную часть улицы целым огненным морем, из эпицентра которого донесся дикий вой сгораемого заживо человека. Вой быстро оборвался. Смокер опять растерялся. Одно дело лёгкая потасовка в команде, но сжигание заживо? И это после всех услышанных им дифирамбов о царивших узах в семье «Убийц Пиратов»? Можно было уверенно сказать, что если бы он собственными глазами не видел, как Джонни использует силу Дьявольского Фрукта, он бы уже точно начал сомневаться в правдивости всей недавно услышанной им информации. С другой стороны, он изначально сомневался в её достоверности, поэтому такое сравнение было немного некорректным. Однако уже в следующее мгновение, только всё тот же опыт спас мужчину от самого глупого поражения в его жизни. К счастью, в самый последний момент, он успел резко отпрыгнуть в сторону, тем самым едва-едва сумев избежать пролетевшую мимо него сеть из кайросеки…. только для того, чтобы прямиком угодить в другую!

Выхватив из-за спины дзюттэ, Смокер тут же со всей силы кинул своё оружие в летящую в него сеть. Расчёт оказался верным, из-за чего сеть из кайросеки оплела дзюттэ, тем самым подарив ему шанс на безопасное отступление. И уже секундой спустя он увидел, как рядом с его упавшим на мостовую оружие приземлился Йосаку, спрыгнувший с крыши ближайшего дома. Чуть в стороне от него, прямо из полыхающей стены огня, неторопливо вышел Джонни с мощным сетемётом на плече. Удивительно, но огонь способный плавить камни, никак не повлиял на его сетемёт, чего совсем нельзя было сказать о сетемёте Йосаку, да и о нём самом тоже. Смокер невольно задержал дыхание глядя на то, как прямо на его глазах заживали чудовищные ожоги на теле «бессмертного» парня. Всего лишь считанные секунды и человек-головёшка превратился в обычного человека. Только полностью голого и с оплавленным сетемётом в руках, который тут же полетел на мостовую, словно обычный мусор. В свою очередь, сам Йосаку присел на корточки и принялся выпутывать дзюттэ из опутавшей его сети.

— Ох ты ж мать! — парой секунд спустя, прозвучал удивленно-радостный голос парня. — Рю, у этого дзюттэ наконечник из кайросеки, живём!

Изначально Йосаку собирался завладеть оружием Смокера только по той простой причине, что оно принадлежало ненавистной ему логии.... вроде как не победил, так хотя бы обоссал. Однако поняв, что вместо обычного трофея он заполучил самое настоящее оружие против пользователей Логий, энтузиазм Йосаку тут же взлетел до небес. Если бы не чудовищная прочность сети из кайросеки, он бы мгновенно порвал её на куски. И всё-таки сеть надолго его не задержала, поэтому вскоре он едва ли не с любовью уставился на дзюттэ в своей руке. Он выглядел так, словно завладел не какой-то грубой «палкой-махалкой», а одним из двенадцати легендарных мечей в мире.

— Поздравляю мистер, вы — тупой! — произнёс довольный Йосаку, злорадно посмотрев на хмурого Смокера. — Вместо того, чтобы просто повязать нас с помощью силы своего фрукта, ты сам вручил нам оружие против себя. По-моему, верх тупости, а ты как считаешь, Рю?

— Я считаю, что нам всё равно не поздоровится, даже если мы сумеем его победить, — тяжело вздохнул Джонни.

— Да ладно, подумаешь, — Йосаку сразу понял, куда клонит друг, но его чувств не разделял. — Ну что ещё он может нам сделать?

— Понятия не имею… и искренне надеюсь, что он сейчас тебя не слышал, иначе нам звиздец! — обычно, в их дуэте, именно Йосаку выступал голосом разума, но только не сегодня.

Слушая дружескую перебранку, Смокер не мог поверить, что, совсем недавно, видел собственными глазами, как они пытались если и не убить друг друга, то серьёзно покалечить точно. И с его точки зрения их потасовка не выглядела представлением или попыткой усыпить его бдительность. Только не тогда, когда один из «актёров» сгорел заживо, в буквальном смысле. Однако прошло всего пара минут, а парни вели себя так, словно всё увиденное им самим, Смокером, было не более чем плодом его же воображения. Также он не мог не отметить командную работу своих противников. Когда они ругались и дрались друг с другом, он не смог разглядеть и намёка на более глубокий смысл их действий. Тем не менее, стоило им скрыться за огненной завесой, как за считанные секунды они не только отобрали сетемёты у солдат, но и настолько ловко спланировали свою атаку, что он едва сумел избежать моментального поражения.

В этот самый момент Смокер просто не мог не вспомнить всё, что он услышал от своего «информатора», то есть от Луффи. Про фрукты Джонни и Йосаку, про их командную работу и про отношения в их семье. И теперь, чем больше мужчина видел и слышал, тем труднее ему становилось убеждать себя в том, что Луффи преувеличивал, рассказывая о силе Ророноа Зоро. Вот только Джонни и Йосаку уже показали себя чрезвычайно опасными противниками. Спрашивается, насколько тогда силён самый главный из всех «Убийц Пиратов»? И Ктулху? И упомянутый Санджи? А ведь были ещё новенький Усопп и знаменитая «Королева». Смокер в первый раз в жизни почувствовал себя так, словно он попытался откусить больше чем мог проглотить.

— Давай сначала расправимся с этим ублюдком, а обо всём остальном будем думать после, идёт? — с нескрываемым энтузиазмом предложил Йосаку.

Он прямо-таки горел желание отхреначить ненавистную ему логию, после чего, как говорится, хоть трава не расти.

— Идёт! — незамедлительно согласился Джонни.

В конечном итоге, он не меньше своего друга хотел отхреначить так же ненавистную ему логию. Просто он слегка опасался последствий использования «костылей», в виде оружия из кайросеки. Тем не менее, несмотря на возможные будущие проблемы, парни приготовились всерьёз сразиться со Смокером… и они сразились. Результат получился на удивление — или закономерно? — разочаровывающим. Джонни и Йосаку на собственной шкуре — или всё-таки шкуре Смокера? — убедились в правдивости выражения, пришедшего прямиком из Нового Мира: «Самоуверенные логии долго не живут». Хотя, конечно, по отношению к капитану, такое выражение было немного чрезмерным.

В отличие от многих других пользователей Дьявольского Фрукта типа Логия, Смокер никогда не полагался только на способности своего мифического плода. В силе и скорости он ощутимо превосходил Арлонга, несмотря на все расовые преимущества последнего. Именно поэтому капитан однозначно стал одним из самых сильных противников, когда-либо противостоявших Джонни и Йосаку. Доведись им сражаться с ним один на один, и их битва вполне могла сильно затянуться. Однако парни дрались вдвоём против одного, и они сильно выросли с тех пор, когда сражались с Арлонгом. Вдобавок, любое касание наконечника трофейного дзюттэ сразу лишало Смокера большей части его сил, включая физическую неуязвимость. А лишившись своей неуязвимости, да ещё проигрывая в силе, скорости и численности, какие могли у него быть шансы на победу? Рассуждая логически, ему нужно было отступать или, проще говоря, бежать. Вот только сбежать с поля боя ему не позволила гордость. Не удивительно, что конечной результат такого упрямства был заранее предсказуем и, как уже говорилось, получился весьма разочаровывающим.

Уже через десять минут после своего появления на поле боя, опутанный сетью Смокер валялся на мостовой, а на лицах Джонни и Йосаку красовались две необычайно самодовольные улыбки. И только одному лишь богу было известно, каких усилий им стоило ограничиться только парой самодовольных улыбок. На самом деле им куда сильнее хотелось схватиться за руки, а после начать радостно прыгать и визжать словно парочке маленьких девочек. Кто бы и что бы там не говорил, но они смогли победить непобедимую логию! И единственное, что омрачало их настроение от знаковой для них победы, так это неизбежные последствия за использование оружия из кайросеки. Они отлично понимали, что Луффи будет недоволен этим фактом, а недовольный Луффи не сулил им ничего хорошего. С другой стороны, они всё-таки победили логию, поэтому даже неминуемые последствия не могли омрачить их настроение. Зато вскоре появившийся Зоро смог. Да ещё как смог.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 5.

— Теперь нам надо его убить! — заявил радостный Йосаку, едва у него мало-мальски начала спадать эйфория от победы. — Сраным логиям не место в этом мире! — он безуспешно попытался выдать за пафос обычное злорадство и жажду мести. – Так сделаем же этот мир чище!

От слов он незамедлительно перешёл к делу, но на его счастье находившийся рядом Джонни успел перехватить его руку, прежде чем наконечник дзюттэ вонзился в полыхающий ненавистью глаз Смокера.

— Ты чего? — в голосе Йосаку послышалась неприкрытая обида.

Вокруг уже вовсю полыхали ранее поддожёные дома, но парни вели себя так, словно стояли посреди обычной улицы, а не в центре огненного кольца с каждой новой минутой сужающегося всё сильнее и сильнее.

— Вздумаешь его убить, и могу тебе гарантировать, что сам потом задолбаешься подыхать, — ответил Джонни, отпуская руку друга. — Лу… Кхм-кхм… В смысле, Ктулху-аники запретил его убивать.

Высшие силы явно решили сжалиться над идиотом, и позволили ему вовремя вспомнить предупреждение своего капитана. Парень даже не представлял, насколько огромная жопа просвистела мимо него, когда он сумел своевременно поправиться. Назови он сейчас настоящее имя Луффи, и, следующие несколько месяцев, ему бы пришлось ежедневно валяться в ногах Нами. Ибо, в их семье, только она могла заставить Луффи проявить снисхождение к кому-либо. Зоро, в принципе, тоже мог, но имя «Зоро» и слово «снисхождение» не особо ладили друг с другом.

— Хочешь сказать, мы даже не можем его убить? — голос Йосаку был полон разочарования.

— Приказ есть приказ… если есть желание, можешь попытаться его нарушить, — слегка поддел друга Джонни.

Однако ответить Йосаку не успел по причине того, что на них совершенно неожиданно напал самый настоящий камикадзе. Впрочем, сам камикадзе вряд ли таковым себя считал.

— Освободите капитана Смокера! – раздался немного истеричный крик. — Вра-а-а!!!

Один из лейтенантов, то ли набравшись храбрости, то ли окончательно обезумев от ужаса, с воинственным криком бросился прямо на мирно переговаривающихся парней. Слегка пригнувшись, молодой офицер с разбегу нанёс колющий удар точно в спину Йосаку и, к собственному шоку, пробил его насквозь. Лейтенант оказался настолько потрясён своей удавшейся атакой, что не заметил, как полуобернувшийся парень протянул руку и схватил его за шею.

— Джонни, дай мне его меч… — попросил Йосаку, держа перед собой трепыхающегося офицера на вытянутой руке.

Джонни, без лишних слов, выдернул из спины своего друга пробившую его насквозь катану, после чего вложил её рукоять ему в руку.

— В следующий раз, прежде чем пытаться кого-то убить, тебе стоит хорошенько подумать о последствиях, — наставительно произнёс Йосаку. — Как любит говорить мой капитан, кто к нам с чем за чем, тот от того и того!

И с этими словами он проткнул насквозь трепыхающегося лейтенанта его же собственной катаной.

— Радвид!!! — взревел Смокер, неистово забившись в своих путах.

— Прос..ти..те ка..пи..тан, — прошептал молодой офицер, улыбнувшись окровавленными губами в сторону разъярённого мужчины. – Я… я… гха!

— Знаешь, я раньше как-то никогда об этом не задумывался, но если дать себе время поразмыслить, тогда можно прийти к выводу, что все дозорные знатные лицемеры, — произнёс Йосаку, без всякой жалости отбросив в сторону истекающего кровью лейтенанта. — Мы никого в этом городе пальцем не тронули, тогда как сами дозорные попытались нас убить без единой попытки договориться. Теперь ещё целый лейтенант нанёс удар в спину безоружному человеку, но стоило мне дать сдачи, и я моментально стал самым плохим парнем в округе. Как любит говорить Ктулху-аники, где логика? Эй, я тебя спрашиваю! — он с удовольствием пару раз пнул в бок буквально пышущего яростью Смокера. — Вот что ты на меня так смотришь? Столько ненависти, словно я убил всю твою семью! Повторяю для тупых, не вздумайте вы, банда придурков, на нас напасть, и никто бы сегодня не пострадал!

— Вы — пираты! — буквально выплюнул Смокер. — Пока я ответственен за безопасность Логтауна, ни один пират не покинет этот остров!

— …Вы напали на нас просто из-за того, что мы пираты? — вычленил для себя самое главное Йосаку. — Ну что за тупая причина, — сокрушённо вздохнул он. – Более тупую причину и придумать сложно.

Затем он присел возле ног мужчины и принялся стаскивать с него ботинки.

— …Эй, ты чего творишь?!! — капитан оказался настолько удивлён, что даже испытываемая им ненависть отошла на второй план.

— Если ты не заметил, то я голый… а у тебя неплохие шмотки… особенно куртка мне нравится! — ухмыльнулся Йосаку.

Стоявший рядом Джонни громко заржал.

— …!!! — выдал Смокер.

— Мужик, я – пират! Грабить и убивать мне сам бог велел, поэтому не понимаю, почему ты так злишься… Или тебя бесит тот факт, что грабят именно тебя? — по-видимому, возможность поиздеваться над так ненавистной ему логией, мгновенно пробудила в нём его внутреннего Луффи. — Ничего, всё когда-то бывает в первый раз. Советую набираться новых впечатлений, пока ещё можешь… И, право слово, не нужно благодарностей, для меня это ничего не стоит.

Через пару минут, Йосаку, одетый в одежды Смокера, с наслаждением раскурив одну из сигар капитана, посмотрел на него довольным взглядом. Из всей одежды на мужчине остались только белые трусы-семейники, из-за чего парень даже порадовался тому, что немногим ранее Джонни не позволил его убить. Смерть мгновенна, а вот подобное унижение запомнится на всю жизнь. И главное, какой взгляд! Если раньше Смокер смотрел на Йосаку так, словно тот убил всю его семью, то теперь парень даже не мог подобрать соответствующего сравнения. Ненависть капитана казалась почти осязаемой. Неудивительно, что, в этот момент, парни чувствовали себя на вершине мира. На волне хорошего настроения, они даже не убили сунувшихся к ним дозорных. И закрыли глаза на парочку солдат, утащившую пробитого мечом лейтенанта. По сути, им давно можно было отправляться на «Гоинг-Мерри», но они медлили. В конце концов, когда ещё им выпадет шанс вдоволь поиздеваться над логией? Впрочем, их веселье моментально подошло к концу с появлением Зоро.

— Я всё-таки вас нашёл!

Раздавшийся рядом с Джонни и Йосаку голос зелёноволосого мечника, прозвучал для парочки закадычных друзей как гром среди ясного неба, моментально вернув их с небесных вершин на грешную землю. Странным было только то, что голос прозвучал нетипично радостно для говорившего и с изрядной долей облегчения. А сам его обладатель выглядел немножко бледно и с отчетливыми видимыми капельками пота на лбу, что тоже было необычно. Впрочем, столь нетипичное поведение объяснялось предельно просто. Всё дело было в том, что Луффи отправил Зоро передать предупреждение Смокеру. Ещё раз. Луффи отправил Зоро передать предупреждение Смокеру. И ещё раз. Луффи отправил Зоро передать предупреждение Смокеру. В этом и заключалась вся проблема.

Чего ни говори, а в уме Луффи не откажешь… и нет, это был не сарказм. Ему действительно нельзя было отказать в уме, но он всё равно умудрился в очередной раз забыть о невероятно важном факте — топографическом кретинизме Зоро. Будучи целиком и полностью поглощённым своими мыслями и фантазиями о том, как совсем скоро многим людям станет плохо и мерзко, он невольно опять наступил на хорошо знакомые ему грабли. Он уже раз двадцать на них наступал, и всё равно продолжал регулярно на них наступать. Зоро почти всегда выглядел таким серьёзным и надёжным, что его поведение и внешний вид каким-то невероятным образом умудрялись притуплять бдительность даже у Луффи.

— Зоро-аники?! — искренне удивился Джонни.

Йосаку оказался более многословен и куда более эмоционален:

— Ты нас искал?! В одиночку?!! И нашёл?!!! — парень задал сразу три важных вопроса.

Зоро получив приказ капитана, бодро пошёл его исполнять… и только осознание того, что он окончательно заблудился, напомнило ему о собственных проблемах с направлением. Если бы это имело хоть какой-то смысл, то вполне можно было бы сказать, что Зоро умудрялись влиять даже на самого себя, из-за чего он регулярно забывал о собственном громадном недостатке. К счастью, огненный дракон в небе, а также дым и явные признаки начавшегося пожара, воспринялись парнем не иначе как знаком свыше. Несмотря на свой статус в семье и личную силу, Зоро и думать не хотел о том, что его могло ожидать, если бы он не выполнил приказ Луффи. Ещё и не выполнил лишь по той простой причине, что в очередной раз заблудился.

Тем не менее, парню всё равно пришлось изрядно попотеть, чтобы добраться до нужного места. Поднимающийся к небу дым, от начавшегося пожара, постоянно перемещался (нет) по всему городу, чем доставил мечнику много проблем и изрядно его напугал. Собственно говоря, именно поэтому он сам был бледным, а его лоб мокрым от пота. Зоро испугался, что, упустив Джонни и Йосаку, он не только не выполнит приказ Луффи, но ещё и не сможет вернуться обратно на «Гоинг-Мерри». На вопрос, почему для навигации мечник не мог использовать свою Волю Наблюдения, вероятно, не знал ответа даже сам господь бог.

— Конечно, я вас нашёл, в чём проблема-то? – Зоро сделал вид, что не понял удивления парней. — Чтоб вы знали, если я сильно захочу, то кого хочешь смогу найти, и куда хочешь смогу дойти! — лучась самодовольством, гордо добавил он.

Услышав ответ мечника, Джонни и Йосаку невольно переглянулись, но не нашли в себе сил и храбрости сказать мечнику, что хорошо ориентироваться в пространстве способны даже маленькие дети, поэтому гордиться ему было нечем.

— …Так зачем ты нас искал? — решил сменить тему Джонни.

— У меня приказ… — тут Зоро невольно запнулся, «капитан» говорить нельзя, «Луффи» говорить нельзя, — Ктулху… приказ Ктулху.

Конспиратор из него был откровенно хреновый. Да, он сумел не произнести слово «капитан» и не упомянул имя «Луффи», но зато явно не подумал, какой смысл несёт фраза «у меня приказ» в его исполнении. Известный всему Ист Блю «Убийца Пиратов» выполняет чьи-то приказы? Вот это сенсация! К счастью, единственным посторонним слушателям был только Смокер, который находился совсем не в том состоянии, чтобы замечать подобные детали.

Зоро, Йосаку и Джонни, каждый из них имел неплохие шансы порушить задумку Луффи, и каждый раз им везло. Чудеса, да и только. В смысле, чудо, что, даже оступаясь, ни один из них ещё не попал в «чёрный список» своего капитана. Сам-то Луффи ладно, придумал бы что-нибудь ещё, не впервой. Плюсом шла небольшая компенсация в виде возможности превратить в полноценный ад жизнь некоторых членов семьи, что тоже для него было весело. Соответственно, парням бы досталось, и ещё и как досталось.

— И что тебя Ктулху-аники попросил сделать? — задал вопрос Йосаку, выделив интонациями слово «попросил», надеясь, что Зоро сумеет понять его намёк.

— Мне нужно кое-что передать местному капитану, — ответил мечник. — И я так понимаю, он и есть местный капитан, да? — Зоро перевёл взгляд на лежащего в паре метров от него Смокера. – Вот уж не думал, что человек с репутацией сильнейшего дозорного в Ист Блю, окажется обычным извращенцем.

— Единственные здесь извращенцы — твои подчинённые! — прозвучал злой ответ.

— …Так это вы его раздели, что ли? — после небольшой паузы, в удивлении приподнял бровь Зоро.

Всё-таки раньше парни ещё никогда не занимались чем-то подобным.

— Джонни сжёг всю мою одежду, — слегка пожал плечами Йосаку, словно в воровстве чужой одежды не было ничего странного. — Если бы дозорные на нас не напали, я бы не лишился своей одежды, поэтому я просто озаботился получением сатисфакции. И раз дуэль у нас уже состоялась, решил взять одеждой.

Выслушав ответ, Зоро слегка задумался, невольно нахмурив лоб. Поведение парня показалось ему немного странным. Именно Джонни любил болтать не по делу, тогда как Йосаку зачастую ограничивался молчаливыми жестами или короткими фразами. В обычной ситуации, он бы ответил коротким «да», после чего Джонни бы обязательно всё разболтал. Однако теперь всё получилось иначе, что невольно заставляло искать подвох. Как результат, Зоро ещё раз окинул взглядом валяющегося на земле Смокера. И только тогда понял, что ещё в самом начале показалось ему странным, и чему он не придал значения — железная сеть. Дозорный был опутан железной сетью. На взгляд мечника, существовало только одно логичное объяснение всему происходящему.

— Он что, логия? — спросил Зоро.

Накинуть чужую куртку — это одно, но полностью раздевать своего противника? Злорадствовать над проигравшим? Нетипичное поведение Йосаку? Необходимость укутать сетью уже побеждённого противника? С точки зрения мечника, только Дьявольский Фрукт типа Логии мог разом объяснить все странности. Он не понаслышке знал, как парни относились к «непобедимым противникам», поэтому вывод мог быть только один, и он его уже озвучил. Правда, своим вопросом, он чуть опять не испортил Луффи затеянную им игру. Факт того, что Зоро не знал о способностях Смокера, напрямую противоречил тем словам, что сам Луффи наболтал капитану. И хотя полного разоблачения не произошло, в этот раз прокол вышел слишком уж большим, чтобы пройти совсем без последствий. Смокеру поведение и слова Зоро показались, как минимум, странными и подозрительными. Впрочем, конкретно в этом проколе, Луффи был виноват больше всего. Отдавая свои приказы, он вполне мог рассказать Зоро о способностях капитана, а не просто отправить его разобраться с «очень сильным противником». В смысле, очень сильным для Джонни и Йосаку.

— Ага, он — логия! — расцвёл в радостной улыбке Джонни.

— И мы его победили, сами! — добавил буквально надувшийся от гордости Йосаку.

— С помощью подручных средств, — с лёгким кивком закончил Зоро. — Похоже, вам нужно больше тренировок.

Улыбка Джонни мгновенно увяла, а Йосаку сдулся как проткнутый шарик. Мечнику было плевать. Раз надеялись на похвалу или уважение, нужно было побеждать с помощью Воли Вооружения.

— Так и знал, — уныло пробурчал себе под нос Джонни.

Разобравшись со всеми странностями, Зоро подошёл ближе к Смокеру.

— Так ты и есть знаменитый «Безумный Курилка» Чмокер? — на полном серьёзе спросил он у валяющегося капитана.

Рядом стоящие парни сначала в шоке вытаращились на мечника, а потом столь же дружно заржали в полный голос. Они сразу узнали «работу» Луффи, поэтому без всяких уточнений могли сказать, что Зоро знать не знал, как зовут местного капитана дозора или какое у него прозвище. Самому Смокеру понадобилось несколько секунд, прежде чем до него дошло, что мечник так обратился именно к нему.

— «Белый Охотник» Смокер, — прозвучал холодный ответ на вопрос Зоро.

Несмотря на тот факт, что капитан отнёс своё безбожно исковерканное имя и прозвище насчёт самого парня, особого раздражения или злости он не испытал. Смокеру хватило одного-единственного взгляда на знаменитого мечника, чтобы убедиться в правдивости всех слухов о его силе. Ророноа Зоро оказался не просто силён, а чертовски силён! Смокер мог с уверенностью сказать, что, без силы своего фрукта, в прямом столкновении, он бы точно не смог победить… Именно так капитан получил очередное подтверждение слов Луффи, своего «нежданного информатора». И всё же Смокер до сих пор не верил в необходимость присутствия вице-адмиралов и тем более адмирала. Или, может быть, просто отказывался верить? Не хотел верить в существование кого-то настолько нелогичного? Откуда в Ист Блю мог взяться человек с такой чудовищной силой? Если бы подобную силу можно было получить посредством одних лишь тренировок, весь Морской Дозор состоял бы из людей равных по силе нынешним адмиралам.

— Прощу прощения, — чуть склонил голову Зоро, признавая свою неправоту. — Сам я твоего имени и прозвища не знал, мне его сообщил другой человек и он большой любитель пошутить.

Смокер не был уверен, какие эмоции он сейчас должен испытывать. С одной стороны, сам Ророноа Зоро попросил у него прощение за проявленное неуважение, что в Ист Блю могло польстить практически кому угодно. А с другой стороны этот же самый Ророноа Зоро, заранее зная о расставленной ловушке и смело в неё вступив, даже не счёл необходимым узнать имя того, кто на него охотился. Словно для него вообще не имело значения, кто ему противостоял. В итоге, Ророноа Зоро попросил прощения за одно, и тут же, как бы между делом, умудрился оскорбить ещё больше. Вот поэтому Смокер и не знал, какие эмоции сейчас должен испытывать.

И, конечно же, попутно, капитан никак не мог перестать думать о том, откуда у Ророноа Зоро могла взяться подобная сила? Для того, чтобы стать настолько сильным, ему бы пришлось пройти через десятки сражений. И не с какими-то слабаками, а с ничуть ему не уступающими противниками, а то и превосходящими его. Никаких тренировок, только реальный бой, где малейшая ошибка могла стоить ему жизни... Загвоздка состояла в том, что, в Ист Блю, как теперь точно мог сказать Смокер, не было никого, кто бы сумел противостоять Ророноа Зоро в открытом бою. Да и если бы даже такой человек нашёлся, один-два боя насмерть, и кому-нибудь из них пришлось бы умереть. На то они и бои насмерть.

— Что тебе от меня нужно? — спросил Смокер. — Зачем ты отдал приказ «Отрывателю Голов» и «Мяснику», чтобы они меня не убивали?

Зоро молча посмотрел на Джонни.

— Мне звонил Ктулху-аники, и приказал его не убивать, — развёл руками тот.

Мечник перевёл свой взгляд обратно на Смокера.

— Тебе чертовски повезло, поэтому ты будешь жить, — произнёс он. — И тебе чертовски не повезло, раз ты умудрился заинтересовать Ктулху, — не меняя тона, тут же добавил он. —Я бы рассказал тебе кто такой Ктулху, но ты ведь о нём уже и сам знаешь… не так ли?

Капитан ничего не ответил.

— Ты сегодня услышал много самой разнообразной информации, которая не предназначалась для твоих ушей, — спокойно продолжил говорить Зоро, словно изначально не ожидал никакого ответа. — Информации, которая вполне может доставить моей семье некоторые проблемы. Конечно, ничего серьёзного, но кому в этом мире нравятся проблемы? Особенно если их можно избежать при минимуме усилий.

Смокер всё также молчал.

— Лично я считаю, что тебя проще убить, — присев рядом с дозорным, честно признался мечник. — Нет человека, нет проблемы… К сожалению, как я уже сказал ранее, ты заинтересовал Ктулху, а значит должен жить, ведь мёртвым ты ему не интересен. В то же время, мы не можем позволить тебе болтать лишнего, поэтому если ты вдруг решишь распустить свой язык, за твою болтовню ответит твой подчинённый.

Сердце капитана тут же пропустило удар. Ташиги. Она давно должна была быть здесь, но её до сих пор не было. И Ророноа Зоро знал, что у них на корабле завёлся предатель. Предатель, с которым ушла Ташиги. Отсутствующая здесь Ташиги. Вывод напрашивался только один.

— Что ты с ней сделал?!! — не хуже Джонни, во время его частичной трансформации, прорычал Смокер.

— С ней? — вопросительно приподнял бровь Зоро, после чего выпрямился в полный рост. — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — абсолютно честно признался он. — …Я своё слово сказал, дальше дело за тобой, — после небольшой паузы, добавил он. — Рю, Йосаку, пора возвращаться на «Гоинг-Мерри».

На прощание бросив равнодушный взгляд на капитана, он уверено двинулся в… наугад выбранную сторону.

— РОРОНОА ЗОРО!!! — взревел Смокер. — ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ?!!

— Э-э-э… мы что, так просто его оставим? — Джонни покосился на разбушевавшегося дозорного.

— А что ты планируешь с ним сделать? — остановившись и повернувшись лицом к парню, спросил Зоро.

Он полностью проигнорировал крики капитана.

— Как насчёт того, чтобы вырубить его?! — тут же с огромным энтузиазмом предложил Йосаку.

— Зачем?

— Чтобы его не освободили, и он не бросился за нами в погоню! — вполне логично ответил Джонни. — Ты только посмотри на него, как он заходится! — он призывно махнул рукой в сторону Смокера. – Стоит кому-нибудь освободить его из сетки, и он точно сразу бросится за нами в погоню.

— РОРОНОА ЗОРО, ЕСЛИ С ЕЁ ГОЛОВЫ УПАДЁТ ХОТЬ ВОЛОС, КЛЯНУСЬ ЧЕСТЬЮ ШТАБНОГО КАПЕРАНГА, Я НЕ УСПОКОЮСЬ, ПОКА НЕ ПЕРЕБЬЮ ВСЮ ВАШУ ШАЙКУ!!!

— Ну бросится он, и что? – опять спросил Зоро.

Заодно он полностью проигнорировал грозную клятву капитана.

— Так ведь логия же!

— Ну логия он, и что?

— …

Когда он того хотел, мечник мог затыкать своих собеседников ничуть не хуже Луффи.

— Направляемся на корабль, — повторил он. — И выбрось ты уже эту палку, Йосаку.

— Во-первых, это не палка, а дзюттэ! – наставительно произнёс парень — А во-вторых, это мой законный трофей!

— Дело твоё, но потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Прикинув возможные последствия, Йосаку заметно сник, но и просто так возвращать обратно оружие он тоже не собирался. Всё-таки речь шла о ненавистной ему логии! Именно поэтому, приложив все свои силы, он сумел согнуть дзюттэ Смокера практически пополам, после чего прицельно кинул в пышущего ненавистью капитана. Мстительный парень метил ниже пояса, но дозорный так дёргался в своих путах, что погнутое дзюттэ угодило ему точно в лоб. Йосаку устроил и такой вариант. Джонни растянул губы в злорадной ухмылке, а на Зоро напала частичная слепота. И, по-видимому, частичная глухота, ибо он прекрасно слышал парней, но не слышал все угрозы Смокера, беспрестанно сыплющиеся на его голову. Так они и ушли. Под крики капитана, треск горящих домов и в клубах дыма, что успел затянуть все окрестности.

— Зоро-аники, теперь, когда мы отошли подальше и нас никто не видит, может быть наконец повернём в сторону порта? — минут через пять всё же решился предложить Джонни, заставив мечника моментально замереть на месте.

— Порт в этой стороне! — добавил Йосаку, тут же ускорив шаг и оказавшись впереди их компании, тогда как Джонни предусмотрительно остался позади Зоро.

Парни на собственном опыте знали, что если спустить взгляд с мечника хоть на мгновение, он тут же устремится куда-нибудь в диаметрально противоположную сторону от пункта их назначения. Впрочем, в последнее время ситуация с Зоро всё равно стала намного лучше, чем раньше. Ещё не так давно он наотрез отказывался признавать у себя топографический кретинизм, поэтому единственными кто мог довести его до нужного места, были Луффи и Нами. И если с Луффи всё понятно, то Нами давила Зоро тем простым фактом, что она навигатор, поэтому точно ориентируется в пространстве лучше него.

— РОРОНОА ЗОРО!!!

Пока троица парней наматывала круги по городу, Смокер не только успел освободиться, приодеться и потушить пожар, но и добраться до порта раньше компании. Надо заметить, что если ему когда-нибудь надоест быть дозорным, благодаря силе своего фрукта, он всегда мог построить себе превосходную карьеру пожарного.

— Всё-таки надо было его вырубить, — недовольно пробурчал Йосаку, завидев вставшего на их пути капитана.

— И он учится на собственных ошибках, — добавил Джонни. — Никакого оружия из кайросеки поблизости.

— Уйди с дороги, — Зоро оказался самым лаконичным.

Несмотря на равнодушный тон, в его взгляде промелькнуло явное удовлетворение. Отчего-то он был искреннее рад увидеть Смокера, но этот факт ускользнул от внимания всех присутствующих.

— ГДЕ ОНА?!!

— Я понятия не имею, о ком ты говоришь, — спокойно ответил мечник, и не думая замедлять шаг. — Ты интересен Ктулху, а не мне, поэтому с него и спрашивай. Слабаки вроде тебя, меня не интересуют.

Несмотря на всю свою ярость, Смокер не потерял рассудок от гнева, поэтому двигали им отнюдь не эмоции. Приняв решение выйти против Ророноа Зоро, он не уповал на свою физическую неуязвимость. Капитан услышал достаточно, чтобы прийти к выводу, что Ророноа Зоро не боится сражений с логиями. Вот только Смокеру было плевать. Оружие из кайросеки? Не имеет значения. Сила Дьявольского Фрукта? Не имеет значения. Обычный блеф? Вряд ли. Дух Воителей? Самый невероятный вариант, который выглядел до отвращения правдоподобным.

Смокер преградил путь Зоро вовсе не потому, что был абсолютно уверен в своей победе. Нет, просто он не мог поступить иначе. А ещё он был уверен, что Зоро захватил в плен Ташиги. Однако капитан никак не мог позволить своему подчинённому оказаться в плену пиратов. Особенно в плену «Убийц Пиратов». Только не после всех предупреждений, которых он наслушался от «предателя», то есть от Луффи.

— Вы пройдёте в порт только через мой труп! — мрачно пообещал Смокер.

Он и вправду был полон решимости умереть, но не дать им пройти.

— Здесь только я могу решать, умрёшь ты или нет, — голос Зоро оставался всё таким же спокойным и равнодушным. — Я ведь уже тебе объяснил, что тобой заинтересовался Ктулху. Если ты умрёшь, мне предстоит испытать на себе последствия его неудовольствия, поэтому ты будешь жить.

— Это уже мне решать… White Blow (Белый Удар)!

Руки Смокера превратились в две огромные струи дыма, что изо всех сил ударили по… раскрытой ладони Зоро. Атака капитана словно попала в невидимую стену, не причинив мечнику ни малейшего вреда. Однако сам капитан даже не успел осознать случившееся, как вроде бы стоящий в десяти метрах Зоро моментально оказался возле него.

— Во время сражения только сильные имеют право выбора, — в этот момент Смокер почувствовал, как его голову сжимает словно тисками. — Слабые могут лишь смириться.

В следующее мгновение мужчине показалось, что ему в живот на большой скорости влетела десятитонная железная балка, от чего его сложило пополам. И если бы Зоро не продолжал удерживать капитана за голову, то от чудовищного по силе удара кулака, его бы ожидал оч-чень длительный полёт, сквозь несколько десятков домов. Целый фонтан крови, вырвавшийся изо рта Смокера, забрызгал ботинки мечника и мостовую возле его ног. Убрав руку с головы капитана, парень позволил ему рухнуть на мостовую.

— Нападёшь на меня ещё раз, и я тебя убью, несмотря на последствия, — в голосе Зоро, в первый раз за всё время общения со Смокером, прорезалась отчётливая жажда крови. — Не люблю слабаков, не осознающих своего места.

Обойдя харкающего кровью капитана, парень спокойно ступил на территорию порта и направился в сторону пришвартованной «Гоинг-Мерри». Стоящие неподалёку Джонни и Йосаку медленно двинулись вслед за ним, но их взгляды не отрывались от скрюченного тела Смокера. Вся радость, какая у них ещё оставалась после победы над логией, исчезла без остатка. Разница между ними и Зоро была ясна, как солнечный день. Однако они вовсе не собирались впадать в отчаяние. Вместо окончательно испарившегося чувства превосходства (самодовольства) Джонни и Йосаку почувствовали огромное желание стать сильнее. В этот момент, как никогда прежде, им захотелось овладеть Волей Вооружения.

О чём хмурые парни не подозревали, так это о наличии лёгкой улыбки на губах ушедшего вперёд Зоро. Главная проблема в овладении Волей заключалась в том, что её нельзя было просто взять и натренировать. Сильные эмоциональные потрясения — самый быстрый и очевидный путь к Воле. Коби и Усопп живые этому доказательства. К сожалению, организация искусственно созданных психологических ударов требует времени и тщательной подготовки, а зачастую и обычной удачи. Именно поэтому быстрое достижение Воли было практически невозможно, несмотря на существующие исключения вроде всё тех же Коби и Усоппа.

«Непобедимая» логия в качестве противника — Луффи просто не мог упустить такую удачную возможность. И главное, победа или поражение, всё шло на пользу. В случае поражения и так всё понятно, а в случае победы… Луффи отправил Зоро передать сообщение Смокеру, но в то же самое время приказ заключался вовсе не в передаче сообщения. Самое главное произошло здесь, возле порта. Всё было организовано исключительно для пользы парней, а все подробности были известны лишь Луффи и Зоро. Пусть Джонни и Йосаку сами этого не знали, но у них не было ни шанса остаться слабыми. От их старательности зависели лишь сроки того, когда они неизбежно станут чудовищно сильными не только по меркам тихого Ист Блю, но и по меркам свирепого Гранд-Лайна.

Глава 12. А не устроить ли нам здесь полный... Часть 6.

Ступив на территорию порта, Зоро, Джонни и Йосаку увидели толпящихся дозорных, которые, при виде сразу трёх человек с самыми большими наградами во всём Ист Блю, заметно спали с лица. В свою очередь, парни и не подумали сбавлять шаг: их ничуть не волновало наличие доброй тысячи солдат на пути. Джонни и Йосаку, при виде солдат, и вовсе повеселели, сразу начав предвкушать хорошую драку. Как говорится, больше крови Богу Крови! После того, как Зоро буквально перемолол в кровавый фарш их уверенность в собственных силах, они были совсем не против поправить свою самооценку за счёт более слабых противников. Да низко, да подло, но так они подлые пираты, а не благородные рыцари. Им можно. Вот только, к вящему разочарованию друзей, все морпехи, при приближении их троицы, начали благоразумно расступаться в разные стороны, освобождая дорогу к «Гоинг-Мерри». А на самом корабле парней ожидал ещё один сюрприз. Заодно им сразу же стало понятно, почему у многих солдат поблизости был такой остекленевший взгляд.

— Мальчики, вы уже тоже со всем закончили? — стоило им подняться на борт, как присутствующая там Нами послала в их сторону прекрасную улыбку.

Она загорала с максимальным комфортом. Расслаблено развалившись на лежаке, в солнцезащитных очках, хорошо знакомой соломенной шляпой на голове и с книгой в руках. Рядом стоял низенький пластмассовый столик, на котором исходила паром чашка кофе и лежало несколько свежих булочек, аккуратно разложенных на тарелке. И всё бы ничего, но загорала девушка в чёрном миниатюрном бикини. Слегка просвечивающиеся, три небольших треугольника ткани, едва прикрывали её грудь и пах. Всё было настолько открыто, что практически не оставалось никакого простора для воображения.

— Нами, твою мать, ты это специально?! — при виде раскинувшейся перед ним красоты, тут же начал громко возмущаться Джонни. — Я только из борделя, а мне уже хочется туда вернуться! Ты хотя бы изредка вспоминай, что ты единственная баба на корабле!

— И это мой вам подарок, — проведя над собой рукой, ответила Нами без капли смущения. — Можете глазеть, пока не надоест, а затем закрыться в туалете, я не обижусь. Да и потом, смотреть вас никто не заставляет… вот Усопп, например, не смотрит.

Длинноносый парень, одетый в новенький комбинезон жёлтого цвета, усевшись неподалеку от девушки, и впрямь совсем не обращал на неё внимание. Вокруг него был разложен самый разный инструмент и целая куча хлама, а сам он, высунув язык от усердия, мастерил какую-то неведомую хрень.

— С нашим длинночленом не всё так просто, — сделав серьёзное лицо, глубокомысленно изрёк Джонни. — Я лично уже давно подозреваю, что при отплытии с острова, Недозомби сделала ему химическую кастрацию. Иначе я не вижу других причин, почему он так к тебе равнодушен.

Усопп, несмотря на занятость, не смог проигнорировать подобное высказывание:

— Сам ты Недозомби! — сдвинув на лоб специальные очки с увеличительными линзами и повернувшись лицом к Джонни, негодующе выкрикнул он. — Её зовут Кая, и ничего она мне не делала!

— Слова, слова… — поболтал в воздухе рукой Джонни. — Если сиськи и задница Нами влияют даже на нашего непробиваемого Зоро, поэтому только евнух может оставаться к ней равнодушным. Да и то не факт.

— Вот только меня сюда не приплетай, а? — вставил недовольный мечник. — Нами, лучше скажи, как вы прошли через дозорных? — добавил он, обратившись к лежащей девушке. — Или они вас тоже пропустили?

— Морячки ждали нас на выходе из магазина, и, после недолгих уговоров, они были так любезны, что не только сопроводили нас до «Гоинг-Мерри», но и помогли донесли наши мои вещи, — буквально лучась самодовольствием, ответила Нами.

Чего-то подобного Зоро и ожидал.

— Понятно, — слегка качнул головой он, после чего направился в сторону камбуза.

Парень был не прочь перекусить, а, судя по доносящимся с камбуза звукам, Санджи как раз находился в процессе готовки чего-то вкусного… не вкусное он не готовил.

— Йосаку, а ты чего молчишь? — обратился Джонни к другу, что за всё это время и рта не раскрыл. — Скажи уже что-нибудь!

— Почему ты в бикини? — незамедлительно сказал «что-нибудь» Йосаку в сторону Нами.

— Я не это имел в виду!!!

— А я да… она почти всегда загорает голой, а тут бикини… по-моему, странно.

— Потому что обойдутся, — презрительно скривив губы, ответила девушка. — Да и не привлекает меня смотреть на сотни исходящих слюной девственников.

На самом деле, была она одетой или раздетой, все в любом случае исходили слюной, а различалась только интенсивность. Из-за её нереальной красоты легко можно было позабыть о том, что она абсолютно бесстыжая личность, которая никогда не гнушалась использовать свою красоту в собственных целях. И произошедшие изменения в её внешности, стремительный рост личной силы, а также влияние Луффи, только ухудшили ситуацию. Нами, без всяких шуток, становилась всё опаснее и опаснее. Красота, почти полное отсутствие стыда и острый ум — при желании она могла вертеть мужиками, как безмозглыми марионетками. Джонни не сомневался, что стоит ей приложить лишь толику усердия, и она вполне может развязать полноценную войну между государствами. И это без необходимости прыгать кому-нибудь в койку… Если же добавить койку, тогда мог появиться серьёзный риск, что развязанная война сможет закончиться только при полном уничтожении всех сторон. Или тотальном доминировании одной.

— Кстати, об исходящих слюной… как ты оторвала от себя нашего Санджи-аники? — спросил Йосаку. — Я думал он решил поселиться у твоих ног.

— Сказала, что разлюблю его, если он не приготовит нашей семье полноценный банкет в честь отплытия с Ист Блю, — хитро улыбнулась Нами.

— Раньше я всегда думал, что однажды мы умрём из-за очередной выходки Луффи-аники, но теперь начинаю сомневаться в том, кто из вас двоих быстрее приведёт нас в могилу, — заявил Джонни, смотря на девушку. — Пусть Луффи-аники ввязывается во всё подряд, пока ещё ему трудно привлечь внимание опасных для нас противников. Однако твои сиськи и задница уже сейчас вполне могут привлечь к нам внимание даже самых сильных людей мира.

— Значит, вам самим стоит побыстрее войти в число сильнейших людей мира, чтобы как следует меня защитить, — она послала в сторону парней улыбку полную очарования. — Потому что упомянутые тобой сиськи и задница принадлежат Луффи, и никто другой их не получит.

— Я так и знал, что вы спите вместе!!! — наставив на девушку палец, воскликнул довольный Джонни.

— В каюте только одна кровать, поэтому, конечно же, мы спим вместе, — слегка нахмурив лобик, несколько сконфужено ответила Нами, словно не понимала, почему парень решил озвучить настолько очевидный факт.

В ответ на её слова послышался двойной смачный шлепок — звук столкновения раскрытых ладоней Джонни и Йосаку со своими лицами. Луффи на корабле не было, но они всё равно услышали его слова, пусть и сказанные женским голосом.

— Ты прекрасно поняла, что я имел в виду! — обвинительно произнёс Джонни.

— Нет, не поняла, поэтому не мог ты уточнить? — девушка откровенно издевалась и ничуть этого не скрывала, ведь все члены семьи прекрасно знали про гипертрофированное любопытство парня. — Или тебя ввели в заблуждение мои слова про сиськи и задницу, которые принадлежат Луффи? Так могу смело тебя заверить, что твоя задница тоже принадлежит ему.

Джонни от таких слов аж лицом позеленел. В свете всех подозрений, его воображение тут же нарисовала ему весьма отвратительную картину. И можно было даже не сомневаться, что именно на такой результат и рассчитывала Нами. Иначе бы она не выглядела настолько довольной, наблюдая за изменениями в выражении и цвете лица парня.

— Пожалуйста, больше никогда-никогда не говори настолько отвратительные вещи! — от всего сердца попросил её Джонни.

Неизвестно, сколько бы девушка ещё над ним издевалась, если бы её следующую фразу не заглушил разъярённый голос, прогремевший на весь порт:

— РОРОНОА ЗОРО!!!

Нами недоуменно захлопала глазами, тогда как Джонни и Йосаку дружно закатили глаза.

— Это кто сейчас был? — спросила девушка, заметив реакцию парней.

— Сильнейший дозорный Ист Блю, — не скрывая своего презрения, ответил Йосаку.

Недоуменное выражение на лице Нами никуда не делось, поэтому Джонни решил рассказать подробнее:

— Сначала мы его отмутузили, но ему показалось мало, и он не придумал ничего умнее, как наехать на Зоро-аники, — принялся объяснять он. — Наш братан, понятное дело, наступил на него и не заметил, но, по-видимому, этому придурку всё равно показалось мало. Мазохист он, что ли?

— ГДЕ ОНА?!! — сотряс порт новый крик.

— Она? — снова захлопала глазами Нами. — Это он сейчас про кого?

— Честно говоря, понятия не имею, — покачал головой не менее озадаченный Джонни. — Почему-то он уверен, что Зоро-аники с кем-то что-то сделал, и он очень этим не доволен.

— «Почему-то»? — фыркнула Нами, теперь она глазами не хлопала, а закатила их в раздражении. — Да тут и к гадалке ходить не надо… Луффи опять что-то натворил и спихнул всю вину на Зоро.

— Я в том смысле, что понятия не имею, что мог натворить Луффи-аники, и как именно он подставил Зоро-аники, — тут же перефразировал самого себя Джонни.

— А вот я точно знаю, как он подставил нашего братана, — вмешался Йосаку. — Если ты не забыл, беситься местный капитанчик начал сразу после того, как Зоро-аники поговорил с ним. Думаю, Луффи-аники сказал братану передать сообщение, а капитанчик решил, что именно Зоро-аники и есть главный виновник.

— Скорее всего, так оно и есть, — согласился Джонни. — И что-то наши морячки заволновались…

Он дело говорил. Получив новый приказ от разъярённого Смокера, морпехи сразу пришли в движение. И хотя на их лицах читался откровенный страх и нежелание, они всё равно обнажили мечи, сабли и катаны. А ещё взяли на изготовку ружья, после чего, под предводительством своих лейтенантов, устремились по трапу прямо на «Гоинг-Мерри», где их уже поджидала Нами. Она встретила «гостей» прямо возле трапа, всё в том же бикини, чёрная полупрозрачная ткань которого едва-едва прикрывала самое интересное. Едва дозорным стоило увидеть всю эту соблазнительную прелесть во всей её красе, как они словно врезались в невидимую стену. Несколько солдат, под напором своих товарищей, полетели в воду. В результате, атаки на «Гоинг-Мерри» моментально захлебнулась (почти в буквальном смысле!), так толком и не успев начаться.

— Мальчики, я буду премного благодарна, если вы не станете подниматься на борт нашего корабля, — кокетливая улыбка Нами, вкупе с её почти голым видом, окончательно сразила доблестных служителей порядка.

Все дозорные и думать забыли о каком-либо сражении.

— Всем стоять на месте!

В промежутке между девушкой и лейтенантом, стоящим вперед всех и сумевшим удержаться от падения в воду, закружилось большое облако дыма. Затем облако начало стремительно сжиматься, пока не приняло форму человеческого тела, а затем уже сама форма быстро приобрела плотность и цвет — так перед Нами материализовался Смокер. Он был бледен, тяжело дышал, с уголков его губ капала кровь, а сам он держался рукой за свою грудь и совсем не выглядел человеком, способным сражаться.

— Ох, так у нас здесь логия! — прикрыв кончиками пальцев губы и широко распахнув глаза, воскликнула Нами. — Тогда совсем неудивительно, что тебя называют сильнейшим дозорным в Ист Блю, — тут же добавила она. — Всё-таки с таким фруктом и маленький ребёнок в состоянии получить подобное звание!

Всего лишь одной фразой, она опустила Смокера ниже плинтуса. Оскорбление, почти ничего незначащее в устах того же Джонни или Йосаку, приобрело невероятную силу благодаря сногсшибательной внешности Нами.

— Кажется, я предупреждал, что с тобой случится, если ты нападёшь на меня ещё раз, не так ли? — прозвучал немного невнятный голос Зоро.

Он вышел из камбуза с тарелкой мясного рагу в руках. Задав вопрос, он тут же зачерпнул ложкой содержимое тарелки и отправил себе в рот новую порцию вкуснятины. Как и в две предыдущие их встречи, он не воспринимал Смокера в качестве угрозы. Да и остальную тысячу дозорных вместе с ним.

— Ты… — злобный взгляд капитана переместился на мечника. — Ты…

Однако история так и не узнала, что конкретно он собирался сказать. В тот момент, когда он опять открыл рот, весь Логтаун сотряс мощный взрыв где-то в центре города. В клубах огня, дыма и под прикрытием начавших стрелять фейерверков, вертикально в небо взлетела какая-та крупная хреновина. И когда у неё кончилась энергия от взрыва, и она замерла на высоте нескольких десятков метров, хреновина взорвалась ещё раз, выбрасывая в небо ещё больше огня, дыма и фейерверков.

— …Ктулху постарался, — после недолгого молчания, Джонни озвучил самый очевидный вариант.

— Определённо Ктулху, — поддержал его Йосаку.

— Точно Ктулху, — согласно кивнул Зоро. — Он прямо при мне заказал Орку кучу взрывчатки и фейерверков.

— По крайней мере, на воздух взлетел не весь город, а только какая-то непонятная штуковина, что уже хорошо, — подвела итог взрыву Нами. — И почему Ктулху? — тут же спросила она.

— Потому что Ктулху, — ткнув большим пальцем в сторону Смокера, ответил Джонни.

— Вот, значит, как… эй, тебя как зовут? — спросила девушка у капитана.

— Чмокер он, — незамедлительно влез Йосаку. — «Безумный Курилка» Чмокер.

И тут же громко и обидно заржал на пару с Джонни.

— «Белый Охотник» Смокер, — буквально потемнел лицом капитан.

В любом другом случае он бы не стал опускаться до оправдания своего имени, но присутствующая здесь Нами влияла и на него. В этом и заключалась главная её сила — на подсознание она влияла ничуть не меньше, чем на сознание. Каким бы контролем не обладал человек над своими эмоциями и мыслями, контролировать ещё и своё подсознание — читай, инстинкты, — ему было практически невозможно. Какому нормальному мужику понравится, когда его унижают перед той, которую легко можно назвать самой красивой девушкой в мире?

— Парни, проявите уважение, — слегка недовольно произнёс Зоро. — Пусть он слабак, но, в остальном, вполне может сойти за образцового дозорного, — он одновременно и похвалили, и оскорбил. — Если бы все капитаны Морского Дозора походили на него, тогда бы судьба Нами сложилась совсем иначе.

Джонни и Йосаку тут же недовольно скривили лица, словно каждый из них по лимону проглотил. Всё-таки одно дело уважать обычного капитана Морского Дозора, и совсем другое дело уважать ненавистную им логию, пусть и являющуюся образцовым офицером.

— «Белый Охотник» Смокер и «Безумный Курилка» Чмокер… он понравился Ктулху, не так ли? — тяжело вздохнув, спросила Нами у Зоро.

Она хоть и задала вопрос, но явно заранее знала ответ.

— Даже запретил его убивать, — кивнул мечник, после чего отправил в рот очередную порцию рагу.

— Не повезло тебе, — повернувшись к Смокеру, она совершенно искренне посочувствовала ему. — Я бы посоветовала тебе бежать, но раз ты уже успел заинтересовать нашего Ктулху, тебя в любом случае не ждёт ничего хорошего.

— Мне плевать на вашего Ктулху! — с налитыми кровью глазами, едва ли не прорычал капитан. — Сейчас меня интересует только судьба моей подчинённой! Где она? Отвечайте немедленно!

— Если тебя интересует местонахождение твоей неожиданно пропавшей подчинённой, значит, самое время тебе перестать плевать на нашего Ктулху, — со знанием дела посоветовала ему Нами.

— Тогда где… — начал говорить капитан, но ему опять не было суждено закончить свою мысль.

По всей пристани пронеслась стремительная волна чего-то почти неосязаемого, и в то же самое время холодного, чудовищно сильного и опасного. Волна прошла, и вслед за ней раздался звук сотен одновременно упавших тел, сабель, мечей, катан и ружей. Смокер не стал исключением. Не успев договорить, капитан рухнул плашмя прямо в ноги Нами, едва не отбив ей пальцы своей головой.

— Это… это Королевская Воля? — неуверенно спросил Джонни, когда, глянув на пристань, увидел сотни вповалку лежащих тел.

Парни знали обо всех типах Воли, и даже испытывали силу Королевской Воли на себе, — просто в качестве незабываемой демонстрации. Все члены семьи Соломенной Шляпы знали о способности Королевской Воли надолго выводить из строя тысячи противников за раз. Луффи, когда нужно было — ему нужно было, — не скупился на подробные объяснения. Однако одно дело знать, что обладатели Королевской Воли могли мгновенно победить целую армию, и совсем другое дело увидеть воочию. Луффи, на их памяти, ещё никогда не вырубал своей Королевской Волей больше нескольких человек за раз. Именно поэтому даже Зоро впервые увидел, как, в одно мгновение, была выведена из строя целая бригада солдат Морского Дозора. Ни одного сделанного выстрела или нанесённого удара, а противник побеждён.

Луффи никогда не сражался всерьёз, зачастую вёл себя как полный идиот, вечно занимался какой-нибудь фигнёй, постоянно пакостил и не упускал возможности подстроить кому-нибудь гадость. Даже если этот пресловутый «кому-нибудь» члены его собственной семьи. Всё это сильно притупляло чувства, невольно заставляя забывать о том, что Луффи до умопомрачения силён. Вроде любимой собаки-убийцы, которая каждый день ластится к своему хозяину, словно самый безобидный щенок на свете. А потом, в один прекрасный момент, во время самой обычной прогулки, она, прямо на глазах своего хозяина, молниеносно перекусит шею соседской собаке пополам. И только лишь тогда хозяин вспомнит, что его собака не безобидный щенок, а реальный бойцовский пёс. Вот и с Луффи точно так же. Правда, если бы собака-убийца из примера обладала его характером и силой, тогда бы с перекушенной шеей оказалась не только соседская собака, а всё живое в округе. И вполне вероятно, включая самого хозяина.

Вскоре на пристани показался и сам парень. Он улыбался от уха до уха и шёл едва ли не в припрыжку. Вслед за ним, пыхтя от усердия, тянулось добрых три десятка человек, которые несли на себе коробки и ящики самых разных размеров. Одну большую коробку, обёрнутую в подарочную бумагу с огроменным красным бантом, и вовсе тащили четыре человека. Вся процессия вскоре оказалась на борту корабля, где произошла заминка по весьма уважительной причине.

— Либо оденься нормально, либо сама будешь заниматься тасканием коробок, — заявил Луффи, когда все его носильщики, увидев Нами, разом превратились в стадо безмозглых дебилов, способных только восторженно мычать и пускать слюни. — И дай сюда мою шляпу!

Девушка обиженно надула губы, но, отдав шляпу, всё равно послушно отправилась переодеваться в их каюту… или скорее просто одеваться.

— Зомби атакуют! — в свою очередь, прокомментировал реакцию мужиков Джонни.

— Слушай, а точняк! — заржал Йосаку. — Глаза стеклянные, пускают слюни и мычат.

— Осталось научить их вытягивать вперёд руки и гортанно говорить «мозги», — заржал вслед за своим другом Джонни.

В свою очередь, Зоро, в отличие от парней, куда больше заинтересовался продемонстрированной силой их капитана.

— Луффи, а Королевской Воле вообще можно научиться? — немного погодя, спросил мечник.

Вполне предсказуемо, что человек, желающего стать сильнейшим мечником в мире, прежде всего остального, интересовался возможностью получить ещё большую личную силу.

— Я же вам всем уже объяснял, что Королевская Воля отличается от двух других типов Воли полной её невозможностью обучения других людей, — ответил Луффи, после ухода Нами, начав командовать своими «ожившими» носильщиками. Под его руководством вскоре все ящики и коробки были распиханы по различным углам корабля. — С другой стороны, хотя мне и говорили, что с ней можно только родиться, у меня есть большие сомнения на этот счёт. Во-первых, кто-то когда-то стал первым обладателем Королевской Воли, а значит, как-то её всё-таки возможно заполучить. Во-вторых, развитие Королевской Воли ещё более странное и сложное, чем у двух других типов Воли. Например, как мне объясняли, для успешного совершенствования Королевской Воли необходимо, чтобы её обладатель стремился стать лучшим. И чем сильнее конкуренция на пути становления, тем быстрее будет развиваться Королевская Воля. Идеальный пример, борьба за пустующий трон Короля Пиратов.

К этому моменту его слушали уже абсолютно все, включая Усоппа и парочку главных носильщиков, оставшихся на корабле после ухода всех остальных. Тем более главными носильщиками их считал только Луффи. В действительности они были одними из самых верных последователей Бартоломео, поэтому давно знали обо всех типах Воли, пусть и не умели ей пользоваться.

— Хочешь сказать, любой человек с Королевской Волей, решивший стать Королём Пиратов, тут же начнёт ударными темпами совершенствоваться в ней? — недоверчиво спросил Зоро.

— Нет, конечно! — тут же возразил Луффи. — Иначе бы я давно решил стать Королём Вселенной, и сейчас бы мог нагибать весь мир одним лишь взглядом. Дело в преодолении препятствий. В моём случае, каждый пират мой конкурент, а в твоём случае каждый мечник твой конкурент. Побеждая своих конкурентов, ты тем самым развиваешь свою Королевскую Волю. Иначе говоря, борьба за трон.

— …Тогда, разве не получается, что совершенствования всех типов Воли абсолютно одинаково? — нахмурил лоб Зоро. — Ты сам нам всем говорил, что истинная сила Воли раскрывается только в настоящем сражении.

— В этом и заключается главное отличие Королевской Воли, — усмехнулся Луффи. — Истинная сила Воли Вооружения и Воли Наблюдения раскрывается во время сражений. Теоретически, если столкнуться с противником в тысячу раз сильнее тебя, вполне возможно, прямо во время боя с ним, развить свою Волю до его уровня, а затем и превзойти. Хотя, конечно, вы и сами должны прекрасно понимать, насколько маловероятен подобный исход… И всё же, каким бы маловероятным он не был, такой исход возможен, пусть и только теоретически. Однако с Королевской Волей всё не так. Она развивается только после победы. Фактически, победа над сильным противником и даёт толчок к её развитию. Лучше всего на Королевскую Волю влияет победа над сильным противником, который при этом является твоим прямым конкурентом и так же обладает Королевской Волей… По крайней мере, именно так мне объясняли. Сам я не проверял. В Ист Блю сложновато найти людей с моим уровнем силы.

Услышав последнее предложение Луффи, на лицах Зоро, Йосаку и Джонни отобразилось по-настоящему неописуемое выражение. Сложновато найти людей с уровнем силы Луффи? Каждый из них в тайне думал лишь об одном: а есть ли вообще где-нибудь в мире достойные ему противники? Все они знали про адмиралов Морского Дозора, Шичибукаев и четырёх Йонко. Проблема заключалась в том, что все они находились где-то там, далеко и с неясным уровнем силы, а вот Луффи всегда был рядом, и абсолютно непобедим. Джонни и Йосаку считая себя довольно сильными, признавали ещё большую силу Санджи, чудовищную силу Зоро и с трудом себе представляли полную мощь Луффи. Зоро рассуждал примерно в том же ключе, разве что он лучше остальных осознавал истинную силу парня. И, тем не менее, никто из членов семьи Соломенной Шляпы не мог себе вообразить кого-то ещё более сильного, чем он. Сказывалось отсутствие опыта.

— Эй, только не говорите мне, что вы думаете, будто я самый сильный человек в мире! — несмотря на деланно-возмущённый вид, Луффи улыбался во все свои тридцать два зуба. — Чтоб вы знали, я ещё ни разу в жизни не смог победить своего дедулю! — ткнув себя в грудь большим пальцем, радостно заявил он всем присутствующим. – Старый псих, несмотря на свой возраст, настоящий монстр!

Не считая Зоро, всем остальным в подобное заявление верилось с большим трудом… да чего там, не верилось вовсе. Мечник бы тоже не поверил, если бы в своё время не пожил вместе с Луффи в его родных местах. И вдоволь не понаслушался рассказов об упомянутом «старом психе». И о его истинной личности.

— Да кто вообще такой твой дедушка? — спросил Джонни. — Ты часто его вспоминаешь, но никогда не вдаёшься в подробности.

— Он у меня старый псих и большой любитель поиздеваться над маленькими мальчиками, — разом поскучнел Луффи. — Вот вы все всегда меня обвиняете в излишней кровожадности и в том, что я больной на всю голову придурок, — обвинительно произнёс он, а когда Джонни и Йосаку принялись испуганно бормотать насквозь фальшивые слова оправдания, даже вслушиваться в них не стал. — Так вот, хочу вам сказать, что пока в процесс моего воспитания не вмешался этот старый псих, я был самым умным, послушным и милым ребёнком во всей своей деревне! Любил плести корзинки для дома и венки на голову, после чего дарил их жителям деревни, в качестве своей благодарности, что они заботились обо мне. И я тогда никого не убивал. Вот прям вообще никого! А потом в моё воспитание вмешался старый псих и всё сразу изменилось. Я всё так же продолжил плести корзинки, но стал использовать их для переноски отрубленных голов своих жертв. И прекратил дарить венки жителям деревни, зато начал возлагать их на собственноручно вырытые могилы для всех своих жертв.

Глаза Джонни, Йосаку и Усоппа заметно округлились, главные носильщики слушали откровения затаив дыхание, а Зоро устало массировал лоб.

— Хотите узнать самый главный прикол во всём этом? — добавил Луффи, вдоволь насладившись их реакцией. — Мой дедуля хотел воспитать из меня превосходного офицера Морского Дозора! Прикиньте, да? Говорю же, старый псих!

К круглым глазам Джонни, Йосаку и Усоппа добавились приоткрытые в удивлении рты, тогда как главные носильщики напрочь забыли о том, что им нужно дышать. И только Зоро стал ещё усерднее массировать свой лоб.

— К счастью для Морского Дозора, спустя несколько лет, даже до моего тупоголового дедули дошло, насколько неудачной идеей будет моё поступление на службу.

Вот в чём-чём, а конкретно в этом не сомневался никто из присутствующих. Главные носильщики следовали за своим боссом, Бартоломео, на протяжении многих лет, поэтому даже они знали о Луффи достаточно, чтобы понять насколько главный «Убийца Пиратов» не подходил для службы в Морском Дозоре. Вероятнее всего, Луффи бы объявили в розыск в первый же день после его поступления на службу… При условии, что он не начал бы убивать своих будущих коллег ещё в процессе отбора. Во всяком случае никто из присутствующих не мог себе представить Луффи, который бы стал послушно следовать отданным ему приказам… Зато все очень легко представляли, что бы он сделал с теми, кто бы вздумал отдавать ему эти самые приказы. В голову сразу приходило множество самых разнообразных вариантов, но во всех без исключения вариантах фигурировали кровь и трупы.

Собственно говоря, абсолютно всё то же самое можно было сказать и про детство Луффи. Никто из собравшихся не мог вообразить себе маленького безобидного мальчика, радостно плетущего корзинки и веночки… Зато, опять же, они без труда представляли себе маленького Луффи, всего перемазанного кровью, плетущего упомянутые корзинки и веночки из внутренностей своих врагов. И хотя умом вроде бы все понимали, что даже он когда-то был обычным ребёнком, а не кровожадным монстром, представить его безобидным маленьким мальчиком не мог никто. У всякой фантазии был предел.

— Честное слово, если бы дедуля продолжал настаивать на своём, я бы вступил в Морской Дозор только для того, чтобы развалить эту организацию изнутри, — и не думал прекращать делиться своими мыслями Луффи.— Либо чтобы поубивать всех непонравившихся мне солдат и офицеров. Затем я бы перебил всю команду одного из их фрегатов, после чего угнал бы его и поднял на нём пиратский флаг. Готов поспорить, после такого, старого психа инфаркт бы схватил… К счастью для него, он ещё не совсем выжил из ума.

Усопп и пара носильщиков ладно, они всё-таки не настолько хорошо знали главного «Убийцу Пиратов», а вот Джонни и Йосаку предпочли бы обойтись без таких подробностей. Даже вечно сующий везде свой любопытный нос Джонни никогда не рисковал интересоваться прошлым Луффи. Фактически никто в семье не рисковал интересоваться его прошлым. Иногда, конечно, в силу каких-то обстоятельств кому-то становилось любопытно, — люди вообще часто хотят знать о том, о чём на самом деле знать не хотят, — но потом, обычно, за редким исключением, благоразумие брало вверх и они вовремя прикусывали язык. Не факт, что Луффи вообще бы им ответил, задай они ему соответствующий вопрос, или ответил правдиво, но никто не хотел рисковать. А всё потому, что они все откровенно боялись узнать, каким таким неведомым образом, в слабом и тихом Ист Блю, где-то на самых задворках мира, сумело вырасти такое. Особенно после некоторых оговорок Зоро, который знал о Луффи больше всех остальных членов семьи и зачастую сильно жалел об этом. Без некоторых знаний ему бы точно спалось намного лучше.

— Я что-то пропустила? — спросила переодевшаяся… одевшаяся… не особо одевшаяся Нами.

Она интерпретировала приказ Луффи «одеться нормально» исключительно со своей точки зрения. В результате, чёрные полупрозрачные трусики от бикини были заменены на точно такие же, но белого цвета, а вместо верхней половины она надела белый мини-топ… Мини-топик, которым она и «прикрыла» свою грудь. Всё как приказал капитан. Вполне «нормальная» одежда.

— Это ты так оделась? — вздохнул Луффи при виде «одевшейся» девушки.

— Ты сказал мне одеться нормально, вот я и оделась нормально, — заявила ему Нами с сияющей улыбкой на лице. – На мне сейчас надета вполне нормальная, повседневная одежда. Или ты предлагаешь мне ходить без трусов?

— Вообще-то я имел в виду… а-а-а, пофиг, что я имел в виду, — начал было объяснять Луффи, но тут же сдался, осознав бесполезность каких-либо объяснений. — Главное, что коробки уже растолкали и народ разбежался… Передайте Барти, что он молодец и пусть быстрее ищет себе преемника, — повернувшись к «главным носильщикам», произнёс он.

— …

— Эй, вы вообще слышали, что я сейчас вам сказал? — тут же пришлось уточнить парню, когда он заметил их стеклянные глаза направленные на Нами.

— Д-да…

— Точно?

— Да, Луффи-сэмпай!!!

— Вот теперь вы точно слушаете, поэтому повторяю ещё раз: передайте Барти, что он молодец и пусть быстрее ищет себе преемника… Не дело такому человеку прозябать в таком захолустье, как Ист Блю.

— Луффи-сэмпай!!! — разрыдалась пара «главных носильщиков», моментально позабыв о Нами.

Переждав их восторженные крики, сопли и слёзы, Луффи отправил обоих обратно к Барти, после чего, совместными усилиями почти всей команды, «Гоинг-Мерри» отчалила в открытое море. И не единого выстрела вслед — Королевская Воля Луффи позаботилась обо всех возможных угрозах их кораблю… ну или почти обо всех. Минут через двадцать после выхода из порта Логтауна, их путь оказался преграждён сразу десятью кораблями Морского Дозора. Полноценный фрегат в окружении девяти кораблей поменьше. Общее число солдат на всех бортах превысило две тысячи человек. Однако тонны бесплатного веселья оказались безжалостно отброшены в сторону, когда Луффи решил с ними не цацкаться.

Санджи находился в процессе создания грандиозного праздника живота, поэтому любая пальба по «Гоинг-Мерри» могла поставить крест на их королевском ужине. Сам бы корабль парни защитили без всяких проблем, но при этом полностью избежать качки было не по силам даже монстрам вроде Луффи и Зоро. К тому же, несмотря на всю показуху, — да мы плывём на Гранд-Лайн, и что? — всем хотелось побыстрее увидеть самое таинственное и опасное море в мире, поэтому никому не хотелось тратить время на тупоголовых дозорных. Тем более, в будущем, солдаты Морского Дозора явно грозили им надоесть до зубовного скрежета. Именно поэтому, в дело вступил не только Зоро, но и лично Луффи, одолживший у своего первого помощника Сандай-Китэцу. Проклятая катана, оказавшись в его руках, буквально заурчала от удовольствия, а нити её проклятья остались неподвижными — два прирождённых убийцы нашли друг друга.

Против морпехов, для полного разгрома которых было достаточно выпустить одного лишь Джонни, вышли сразу и Луффи, и Зоро. Да ещё и без малейшего желания затягивать бой. Собственно и боя-то никакого не получилось. Сначала Луффи, ухватив Зоро за ворот халата, запустил его с такой силой, что послышался звук преодоления звукового барьера. Затем уже Джонни, применив частичную трансформацию, чем значительно повысил свою силу, запустил Луффи в той же самой манере. Получилось заметно слабее, но парень всё-таки долетел до ближайшего к ним корабля, а там ещё помог себе с помощью Geppo (Лунная Походка).

Дальше всё было делом техники.

Луффи хоть и не считал себя мечником, тем не менее, разрубал пополам корабли ничуть не хуже Зоро. Под раздачу также попали дебилы-дозорные, они же Закари «Два Меча» и Войд «Молния». Лейтенанты буквально горели от желания поквитаться с Зоро за свой прошлый проигрыш, но они даже увидеть его не успели, как уже оказались вырублены случайным ударом Луффи. Работая вдвоём, парням не потребовалось и десяти минут, чтобы потопить все корабли дозора, включая здоровенный фрегат, который они покромсали на части совместными усилиями. После чего, дождавшись пока Нами подведёт «Гоинг-Мерри» к обломкам стремительно тонущего фрегата, Луффи и Зоро перепрыгнули на палубу корабля. Оставив позади себя полностью разгромленную засаду, семья вновь взяла курс на Обратную Гору, служащую главным входом на Гранд-Лайн.

— Итак, прежде чем мы покинем воды Ист Блю, я хотел бы сделать подарок своему первому помощнику, — когда Санджи закончил с готовкой, Луффи собрал всех членов семьи на верхней палубе, рядом с большой коробкой, обёрнутой в подарочную бумагу, завязанную огроменным красным бантом. – Мы с ним уже довольно давно, но я ещё никогда должным образом не вознаграждал его старания на благо нашей семьи.

Никто из присутствующих и не подумал возмутиться, почему только Зоро получал подарок — слабоумных в семье не водилось. Подарки от Луффи намного приятнее было НЕ получать, чем получать. Именно поэтому на лице мечника застыло обречённое выражение, без капли радости. Он бы с удовольствием где-нибудь спрятался, но отлично понимал, что не было смысла оттягивать неизбежное — подарок будет ему вручён, так или иначе.

— Нами, зачитай! — протянув девушке подарочную открытку, извлечённую из-под банта, попросил Луффи.

Девушка с некоторой опаской взяла открытку. И потом с ещё большей опаской, словно имеет дело с бомбой способной взорваться прямо у неё в руках, медленно её раскрыла. Вопреки всем опасениям, открытка, выглядевшая как поздравительная, и впрямь оказалась обычной поздравительной открыткой. Она сразу узнала почерк Луффи. Всё ещё одолеваемая сомнениями, — что-то здесь точно не так, — она начала зачитывать вслух содержимое открытки:

— Моему дорогому первому помощнику, лучшему мечнику Ист Блю, надёжному товарищу и лучшему другу, Ророноа Зоро! Я хотел бы искренне поблагодарить тебя за всё, что ты делаешь для меня и нашей семьи. Во всём остальном мире нельзя найти лучшего первого помощника и друга, чем ты. Я бы хотел пожелать тебе здоровья, денег, силы и счастья в личной жизни…

По мере чтения лица окружающих людей зеленели всё сильнее и сильнее. Сама Нами поднесла ко рту руку с таким видом, словно её сейчас стошнит. В конце концов, она просто не смогла дочитать и, не выдержав, воскликнула:

— Луффи, это просто отвратительно!

— Что?! — упомянутый парень выглядел словно громом поражённый. — Я же от чистого сердца!!!

— В этом никто из нас не сомневается! — уверенно кивнула девушка. — Ты от чистого сердца хотел поиздеваться, и тебе это вполне удалось… Не припомню, когда мне в последний раз доводилось испытывать что-то ещё более отвратительное, чем чтение твоей открытки.

— Неблагодарные... Зоро, открывай подарок! — предложил Луффи, едва не подпрыгивая на месте от нетерпения.

Для человека, который ещё мгновением назад выглядел несправедливо обиженным, он демонстрировал слишком большой энтузиазм и излучал чересчур много радости. Без всякого сомнения, чтобы он там не собирался подарить, ничего хорошего Зоро можно было не ждать. Собственно, он и не ждал. Тем не менее, покоряясь неизбежному, он принялся распаковывать свой «подарок». Под обёрточной бумагой обнаружилась огромная белая коробка, непонятно откуда взятая. Вернее, он понимал, что коробку достал Барти, но он-то где её умудрился взять? Такую не купишь в магазине: такие делают только на заказ.

Ещё странным был тот факт, что в картонной крышке обнаружились небольшие отверстия для воздуха, словно в ней находился кто-то живой. Зоро показалось это странным потому, что он не слышал никакого «голоса» внутри. Однако прежде чем он позволил себе как следует об этом подумать, он приподнял крышку и заглянул внутрь. Несколько мгновений он вглядывался в содержимое коробки, после чего резко захлопнул крышку обратно, а вся остальная семья увидела, как он буквально посерел лицом. Крупные капли пота заструились по его лицу, а остекленевший взгляд уставился в пустоту. Теперь уже буквально светящийся от радости Луффи, подойдя к буквально окаменевшему Зоро, довольно похлопал его по спине.

— Это я тебе подарил от чистого сердца, пользуйся пока не надоест! — он щедро плеснул бензинчика в огонь.

Остальные члены семьи только-только набрались храбрости заглянуть внутрь коробки, как, прямо по курсу, показалась Обратная Гора — вход на Гранд-Лайн. Вся семья мгновенно пришла в возбуждение, а подарок Зоро временно оказался забыт. По сравнению с предстоящим выходом в «Большой Мир», очередная выходка Луффи сейчас не выглядела достойной их внимания — сколько таких выходок было, и сколько ещё будет? И только обильно потеющий мечник остался стоять на месте, никак не реагируя на начавшуюся на корабле суету. Подарок Луффи удался. Впрочем, он сам, вдоволь насладившись реакцией Зоро, поспешил присоединиться к остальной части семьи на носу «Гоинг-Мерри».

«Убийц Пиратов» ждал Гранд-Лайн.