Убийство в Эйдее

Пролог

Невыносимо. Оглушительный звук работающего мотора с каждой минутой делался всё более раздражающим. Однако, людям в автобусе, казалось, и дела не было до обстановки. Маленький мальчик сладко посапывал на коленях уставшей матери, которая вяло листала газетный выпуск от двенадцатого июля. На заднем сидении расположился дряхлый старик в поношенных одеждах – тех, что часто доставались бродягам или бездомным. Удивительно, как он вообще оказался в автобусе. Похоже, у него было достаточно секретов. Или же старику удалось как-то разжалобить водителя. В руках он крутил изогнутую монету старого образца, подобные перестали чеканить лет двадцать назад. Мужчина несколько раз подбросил её в воздух. В тот миг, когда он собрался провернуть это в очередной раз, старик глянул в окно, недовольно пробормотал какое-то неразличимое ругательство и спрятал монетку в единственный целый карман. Женщина с ребёнком и старик были далеко не единственными пассажирами в автобусе: неподалёку от задней двери расположились ещё пару уставших мужчин. Обычные рабочие, лучше описания им и не дать. А вот у сидения водителя был ещё один пассажир, самый важный – раздражённая девушка. В отличие от остальных она недовольно стучала по хлипкому полу автобуса и постоянно бросала нетерпеливые взгляды в окно. Лес. Столько часов прошло, а он словно и не меняется, к её сожалению. Врать не имеет смысла: вид прекрасный. Даже не так, он просто обвораживающий. Несколько часов назад стояло ранее утро. Небо переливалось голубыми и бледно-фиолетовыми оттенками, напоминая, что ночь медленно уходит. К началу поездки погода испортилась, синеву заслонили серые преддождевые облака. В воздухе так и витает ощущение предстоящей бури. Всего пару часов и всё. Здесь, в лесу, непогода кажется такой далёкой. Облачный горизонт перекрылся густыми, поросшими мхом деревьями, что склонялись к дороге под весом листвы. Вековые дубы скрывали своими кронами совсем молодые ели, с трудом пробивающиеся сквозь густые заросли рощи. Где-то вдалеке, ближе к той, расплывчатой линии неба, возвышались тёмные сосны, больше похожие на старинные шпили замков. Воистину удивительное зрелище. В столице и близлежащих городах встретить даже одно несчастное хвойное растение равнялось чуду, но стоило уехать на пару десятков километров от всем известных мест, как раскрывается что-то столь прелестное. Как жаль, что совершенно ничего не меняется. Эти одинаковые деревья словно преследовали девушку и не планировали её оставлять. Она недовольно цыкнула и обратилась к водителю:

– Эй, водила, далеко ли до того чёртового города?

– Чем меньше кудахтать будешь, тем меньше расстояние, милочка. Не знай, я твоего отца, никогда б в жизни не поехал в эту глушь добровольно. И пассажиров бы не взял.

– Да ладно тебе, старик, взял попутчиков за хоть и не большие, но деньги. А ещё и от долга избавился. Разве не отличное стечение обстоятельств?

– Хах, теперь я «старик», а не «водила»? Какая щедрость! Но лучше б я и дальше был должен твоему отцу. Никто в здравом уме не сунется в это городишко.

– Что не так с тем городком-то? У кого не спросишь, так никто не хочет ехать.

– Милая моя, – с нескрываемым волнением произнёс водитель, – неужели ты совсем ничегошеньки не знаешь о Эйдее?

– О чём?

– Что ты, что твой батька – одного поля ягоды. Никогда не пытаетесь узнать, куда едете.

– Для этого у нас есть ты, старик. Всегда можешь поболтать о том и сём.

– А с чего вдруг я должен это делать? Я, это, всего один раз сломал ведро с болтами, так чего до сих пор поминаете мне…

– Потому что это было не ведро с гвоздями, а четырёхдверный мускулкар 1972 года выпуска. Тебе ли не знать, сколько стоит такая тачка.

– Тц, ладно, расскажу тебе об этом «чудном» местечке.

– С удовольствием послушаю.

– Этот городок, Эйдей, располагается на самом краю государства, практически на границе со священным городом Всезнающего. Знаю, в вашей семейке никто в него не верит, но там все люди помешаны на вере. Пару раз приходилось слышать, как местные жители обливали приезжих святой водой или чем похуже. Работал с нами один паренёк из того городка, так даже твой батька чуть не уверовал в его речи о наказаниях, Боге, грехах и вот этом всем. Жуткий был тип.

– А почему был? Тогой что ли? – Ная быстро провела пальцем по шее.

– Да нет, вернулся в местечко своё. Говорил, что больше не выдерживает жизни с полицейскими под боком. От них, видишь ли, «за милю грехами пахнет».

– Очень… Славный малый. Правда, говорил так, словно в Эйдее полицейских и нет..

– А я-то думал, ты хоть что-то перед заданием узнать пытаешься, – тяжёло вздохнул старик. – Что отец, что дочь. Знала б мамка твоя, как плоха твоя память…

– Ты её сюда не приплетай! Да и что я могу узнать ещё об этом городе? Ну, есть там сектанты какие-то, ну, верят они в бога своего или что там можно ещё делать. Разве это что-то необычное?

– Там, вон, газетка лежит. Как раз со статьёй об Эйдее. Почитай, может, узнаешь чего-нибудь нового.

– Раз уж ты так просишь.

Как бы сильно девушка ненавидела газеты и всё, что с ними было связано, она пересилила себя и открыла нужную статью. Бумага была старой, несмотря на свежесть самого выпуска, из-за чего от каждого её прикосновения буквы расплывались. Она старалась читать со всей возможностью осторожностью, но некоторые слова прочитать уже было невозможно.

«Неприкрытая жестокость … Эйдей? Жители вновь устрашены …? За прошедшие годы в Эйдее, маленьком городке на окраине страны, произошло порядка … убийств за три года.

… лет назад из-за … в Эйдее исчезло само понятие «полиция». Давняя трагедия привела лишь к большим жертвам. Город так и остался лишённым защиты правоохранительных органов, не от этого ли здесь постоянно происходят преступления?

Девятого июля на главной площади Эйдея был обнаружен обезображенный труп. Личность не установлена. Это уже девятый пострадавший от рук неизвестного убийцы. Как же поступят с преступником, от которого за последние четыре месяца погибло ещё восемь человек? От … Эйдея не поступало никакой информации о том, как поступят с неизвестным трупом и разгулявшимся убийцей.»

– Старик, что случилось с этой несчастной газетой? Ты, что, съесть её пытался? – с омерзением в голосе пробормотала она.

– А что с ней не так?

– Ты издеваешься? Половину букв даже прочитать нельзя!

– Но суть же ты уловила?

– Да. Я еду в опасную дыру.

– Неужели твою крохотную головёшку наконец достигло понимание ситуации?

– Ой, не начинай! Не будь как мама. Я не настолько глупая. Шеф не стал бы отправлять меня в Эа- этот городок без особой на то причины, - резко ответила девушка.

– Не горячись, милочка. Могу ведь и высадить тебя прям здесь за излишнюю грубость к старшему.

– За дорогой лучше следи, старик.

Стоило девушке произнести слова вслух, как автобус резко затормозил. Она едва успела вцепиться левой рукой в старую обшивку сиденья, да так что пальцы глубоко впились в старый поролон. Остановка, казалось, была неожиданной лишь для водителя и самой девушки, ведь все остальные пассажиры оставались спокойными, даже чересчур. Они сохраняли гробовое молчание даже в момент резкого нажатия на «стоп». Пожилой мужчина скрестил руки на груди, а голова его опустилась так, что даже лица разглядеть не удавалось. У женщины, той, что была с ребёнком, взгляд сделался пустым, словно стеклянным. Подобное стряслось и с другими пассажирами. Лишь мальчишка озадаченно глядел по сторонам, пытаясь понять, что случилось с его мамой. Он легонько потряс её за руку, но, как и ожидалось, никакой реакции не последовало. Это лишь усилило панику ребенка, и он принялся будить маму всё активнее, едва скрывая свой страх и слёзы. Девушка же с большим трудом вернулась на прежнее место лишь для того, чтобы вновь с него вскочить. Она намеревалась в очередной раз накричать на старика за его невнимательность, но как только глаза её поднялись к переднему окну, все претензии разом испарились. Прямо посреди дороги стояло какое-то животное, хотя даже так назвать его так было сложно. Создание, вставшее на пути автобусами, не поддавалось никакому разумному объяснению. Можно ли было назвать это живым? На дороге стояла черная фигура оленя, с которой в несколько ручьёв стекала вязкая, на вид, темная жидкость. Это больше походило на ожившую тень, чем на настоящее животное. Его белые, немного светящиеся, но всё же совершенно пустые глаза смотрели исключительно на девушку. Создание словно знало о ней всё, одновременно и угрожало, и интересовалось всем. В ответ она смотрела на него. Что-то в этом создании не только пугало, но и завораживало. Чем больше вглядываешься, тем больше понимаешь. Не он здесь животное. А ты. Мог ли обычный человек знать то, что скрывалось в уме тёмного оленя? Не смешно ли, что в абсолютной пустоте было больше осмысленности и ясности, чем в глазах и мыслях человека? Он, недопустимо больше называть его простым животным, попытался сделать шаг в сторону автобуса, но вместо этого резко вывернул голову в сторону так, что у обычного создания шея бы вмиг сломалась. Казалось, что это вовсе и не была кровь этого чудовища, а чёрное золото, что пару столетий назад искали всего безумцы мира. Другой «зверь», такой же олень, но немногим больше, гордой, неспешной походкой вышел из зарослей волчьих ягод и без малейшего намёка на страх взглянул прямо на автобус, в её глаза. Девушка отпрянула в сторону и едва не упала на железный пол, но всё же вовремя схватилась за поручень, повиснув на нём словно цирковая обезьянка. Существа взволнованно зацокали копытами – они будто бы потешались над простыми смертными. У второго «оленя» на рога были прицеплены несколько крохотных серебряных колокольчиков, что при каждом движении издавали едва слышимый звон.

– Старик, чёрт побери, – пробормотала девушка, - что нам делать?

Только вот водитель не ответил на её слова, он впал в то же состояние, в котором прибывали практически все остальные пассажиры. Теперь в здоровом уме были лишь двое: она и беспомощный мальчик.

- Эй, малыш, - ребёнок неуверенно повернулась в сторону девушки. – Как тебя зовут?

Возможно, вопрос прозвучал слишком неуверенно или был и вовсе не в тему, но мальчишка не горел желанием отвечать на него поначалу. Однако стоило ему взглянуть в опустевшие глаза матери, как он всё же тихо прошептал: «Энокий».

- Меня зовут Ная, - начала она, - Ты храбрый мальчик, Энокий. Скоро сюда придут мои друзья и помогут нам всем выбраться отсюда.

Конечно, врать такому крохотному ребёнку – просто преступление. Но не лучше ли дать ему хоть какую-то надежду, чем полностью её разрушать? По крайней мере, Ная не хотела бы видеть отчаяние в глазах мальчика, даже если «существа» через пару мгновений их убьют. Она была не готова погибать здесь, но и что делать дальше не знала. Возможно ли представить, что сейчас неожиданно появится кто-то и спасёт их? К счастью и удивлению, неподалёку раздался выстрел из ружья. Причудливые создания перегляделись и с огромной скоростью умчались в сторону леса.

- Это ваши друзья пришли нас спасать? – спросил мальчик.

- Д-да, это точно они.

Слова Наи вновь не внушали доверия, ведь Энокий лишь слабо ухмыльнулся. «Это же вовсе не ваши друзья, а братишка Ши. Он всегда в это время патрулирует окрестности», - прошептал он. И оказался прав. Из леса показалась нежданно высокая фигура, сквозь зелёные ветви было трудно определить, вышел ли навстречу мужчина или же это была женщина. С такого расстояния Ная заметила лишь блестящие резиновые сапоги чёрного цвета.… Так ей сперва показалось, но чем ближе незнакомец подходил, тем чётче становилось изображение на его сапогах. Они были отнюдь не чёрными, а тёмно-синими с когда-то белыми утятами по бокам. Одежда показалась Нае довольно странной для прогулки по лесу: свободная рубашка, перевязанная поясом, и чёрные штаны с разноцветными заплатками. В такой легко стать любимой приманкой для комаров, но, похоже, это мало волновало этого человека. На голове у него болталась плохо сплетённая соломенная шляпа с серыми цветами, чем-то отдалённо напоминающими одуванчики. За спиной на перевязи-портупеи висело немного потёртое охотничье ружьё, однако было не похоже, что его недавно использовали. Откуда же тогда раздался выстрел? Незнакомец подошёл к автобусу чрезвычайно быстро, Ная даже не заметила, когда именно он приблизился. От него не исходило даже малейшего ощущения присутствия, словно его здесь и не было. Его словно и вовсе не было. Именно так бы выглядело воплощение миража в человеческом облике. Сам причудливый «спаситель» был заметно выше многих знакомых девушки. По сравнению с ним, Ная и вовсе казалась подростком, если не ребёнком. На вид он был вполне себе спокойным, или же в это очень хотелось верить. По крайней мере, его внешность располагала к ведению разговора. Слегка вьющиеся дымчато-чёрные волосы неряшливо падали на лицо и скрывали правый глаз парня. Второй глаз серого цвета был виден лишь благодаря нелепо выглядящей заколке, какую часто носили маленькие девочки. Его взгляд казался тёплым, но в тоже время вызывал неприятное чувство тревоги. С ним точно было что-то не так. Его взгляд казался… стеклянным? На бледной коже, в особенности на руках, выделялся неестественный загар в виде ладоней, обхватывающих его бицепсы. На правой руке на указательном пальце у него было бронзовое кольцо с нечитаемой надписью, а на запястье висел браслет из камешков-пустышек, такие часто носили дети лет десяти. Незнакомец постучал в окошко и с лёгкой, очаровывающей улыбкой спросил:

- Это вам нужна была помощь?

- Да, братишка, - радостно прокричал мальчик.

- Ноки, я множество раз просил тебя прекратить всякие акты дружелюбия и уважения в мою сторону. Люди же могут тебя неправильно понять. Никому ведь не нравятся такие, как я.

- Но ты ведь всегда был хорошим… Они просто не понимают!

- А Вы кем будете? – резко обратился незнакомец к Нае.

- Я?- девушка спросила крайне растерянно.

- Да, Вы. Не помню, что видел Вас здесь раньше. А мне приходиться знаваться с каждым в Эйдее.

- Я…приехала сюда по одному очень важному делу.

- И какому же, если Вам угодно поделиться им со мной здесь и сейчас?

- Мне надо встретиться с одним местным детективом. Как там его звали? Даюки? Эдаки? Эна?

- Эндай, - спокойно произнёс незнакомец.

- О, Вы его знаете? Не подскажете, как к нему прийти?

- Что ж, в такой ситуации сперва Вам нужно подумать о кое о чём другом,- он указал на немного растерянного ребёнка. – Вы же не оставите бедного Энокия в подобном состоянии?

- Я бы и не прочь ему помочь, но все, кроме нас двоих, просто отключились. В том числе и водитель. А я не знаю, как завести эту чертову железяку. Иначе бы уже были в городке. Позвали бы на помощь.

- Вам ведь всего-навсего разбудить водителя, так?

- Желательно, разбудить всех, но это в лучшем случае.

- Что ж, тогда всё проще, чем я предполагал.

Юноша, что так и не назвал своего имени, лёгким движением руки распахнул двери автобуса, как в ни в чём не бывало, и вприпрыжку зашёл по ступенькам .Он без опаски подошёл к водителю и похлопал его по плечу. Тот, как ни странно, в тот же миг очнулся, как, впрочем, и все остальные пассажиры. Энокий с едва заметными слезами на глазах подбежал к матери и крепко её обнял. Женщина недоумённо посмотрела на своего испуганного ребёнка, лишь затем обратив внимание на юношу в соломенной шляпе. На мгновение в её взгляде промелькнул животный испуг, но она, похоже, смогла побороть его и шёпотом пробормотала что-то похожее на «спасибо». Старик, который некоторое время назад подбрасывал монетку, выглядел, на удивление, довольным. Так, как мог выглядеть человек, который только что выиграл солидную сумму в казино. В его взгляде отчётливо читалась смесь некого злорадства и в то же время чего-то похожего на уважения. Правда, понять, кого именно он уважал или почему, было задачей невыполнимой.

- Хах, что-то ты сегодня медленный, паренёк, - обратился старик к незнакомцу. – Неужто кровь вскоре перестанет гонять по богомерзкому телу твоему?

- Господин Эймирей, Вы как всегда воистину проницательны, раз смогли заметить мою минутную заминку. Но Вы ещё и столь учтивы сегодня. Это деяние, достойное восхищения.

- Ты б, милок, со мной так не разговаривал. В былые времена я бы тебя из твоего же поганого ружья застрелил. Но сейчас моя вера не та, что прежде. «Глаза, что больше не видят Бога; уши, что не слышат Его слов; уста, что не могут промолвить молитвы о Нём – таков удел человека, что поддался искушению тёмному».

- «Убийцам не положено молвить слов, что способны вознести душу, что способны очистить от зла», - ответил ему незнакомец.

В воздухе витала далеко не самая приятная атмосфера. Казалось, что Ная неожиданно стала меж двух противоборствующих сторон, которые то и дело бросались странными около религиозными фразочками. Если они и не являлись таковыми на самом деле. Между стариком и этим незнакомцем явно было всё не так гладко, как хотелось бы. Один бросал в сторону другого слишком уж явные угрозы, а второй же отвечал ему с лёгкой улыбкой на лице. Единственным здравомыслящим человеком, которого Ная была в состоянии понять, был тот мальчик, Энокий. Он выглядел таким же растерянным, как и она.

-Ты тоже ни черта не понимаешь, малой? - спросила Ная.

- Похоже, что я знаю ровно столько же, столько и ты. Только вот не могу понять. Это я слишком умный для своего возраста или ты слишком глупая для твоего? Хотя, возможно, это старикан и братишка понимают больше нашего.

- Обидно это признавать, но ты прав. Готов ехать в Эйдей?

- Уже давно. Но тот дяденька, кажется, водитель, проснулся же. Вы же знакомы, да? Поговори с ним и тогда поедем.

Для такого возраста его слова звучали, на удивление, разумно. Ная, немного волнуясь, подошла к своему знакомому. Он, кажется, совершенно ничего не понимал и переглядывался из стороны в сторону. Его глаза были какими-то странными, будто покрытыми дымом или какой-то дымкой. Когда Ная подошла чуть ближе, он повернулся к ней и настороженно спросил:

- Что это только что было?

- Хороший вопрос, дядька, - ответила Ная. - Но сейчас это не самое главное.

- А что же тогда? Что же может быть важнее?

- Нам нужно быстрее приехать в город. Я больше не хочу оставаться в этом лесу, те существа могут вернуться.

- Я тоже не особо горю желанием здесь оставаться, но и в город этот чёртов ехать не буду, хотя я же обещал, у меня нет выбора. Хорошо, довезу тебя и остальных до въезда и сразу же умчусь обратно.

- Только у нас будет ещё один пассажир.

- Кто и откуда он взялся? В такой-то глуши обычно и мёртвых не встретишь.

- А, вон, глянь, - сказала Ная, - видишь того парнишку в соломенной шляпе?

- Вижу, не помню такого от слова совсем. Да и одежда у него какая-то странная.

- Это, может, и правда, но ты бы так не грубил. Можно сказать, что благодаря ему мы и живы.

- А что он сделал-то?

- Да, так, кажется, он выстрелил в этих живых или не совсем живых тварей. Они испугались, а затем убежали.

- Хорошо, тогда и оплату с него брать не буду. Раз уж он так нам помог.

- О, нет, нет, нет. Мне никуда ехать не нужно, - неожиданно ворвался в их диалог юноша. – Я воистину Вас благодарю за сие щедрое предложение, но у меня есть некоторые незаконченные дела в лесу. Крайне необходимо забрать кое-что, что я оставил.

- И что же? Мы можем подождать.

- О, нет, не нужно. Это всего-навсего лукошко с грибами. Я оставил его довольно далеко, ведь как только услышал странные звуки, сразу же поспешил сюда. Потому и забыл свою вещицу глубоко в лесу. Вам не нужно меня ждать, лучше отправляйтесь в город, пока путь безопасен. Наверняка, девушке придётся ещё искать, где находится контора детектива, а она, хочу сказать, довольно хорошо спрятана.

- А, да? – удивилась Ная.

- Что ж. Я бы с радостью показал Вам путь, но, к сожалению, я не из тех, кто способен дать хорошие указания. Лучше уж попросите кого-нибудь из пассажиров. Они, наверняка, Вам помогут. Многие из них добрее, чем остальные люди, которых Вы сегодня встретите, – слова юноши прозвучали довольно странно, но Ная не могла сказать, почему именно.

Он с лёгкой улыбкой помахал «новым друзьям» и быстро выпрыгнул из автобуса, удалившись в лес. Вскоре его уже не было видно, хотя и прошло всего пару минут. Пассажиры словно и забыли, что он приходил, они уже вернулись к своему прежнему состоянию и о чём-то болтали. Мальчик, который совсем недавно плакал, сейчас выглядел оживлённо и даже смеялся. Его мать спокойно сидела и тихо наблюдала за всем происходящим вокруг неё, порой женщина отводила взгляд в сторону леса, куда убежал незнакомец. Почему-то из всех встреченных сегодня людей она выглядела также подозрительно, как и тот парень. Мать ребёнка вела себя излишне тихо, ничего не говорила и будто бы чего-то боялась. Возможно, она знала о «спасителе» больше, чем все остальные. Не менее странным казался и тот старик. Произошедшее совершенно его не удивило, даже больше, он слово так и ожидал, что всё это произойдёт. В нём не было ни капли сомнений или чего-то отдалённо напоминающего страх. Сейчас, когда он стоял с другими пассажирами, Ная заметила небольшую татуировку на его шее – чернила в ней давно выцвели, из-за чего сам рисунок выглядел смазанным. Сказать, что именно было изображено, уже было невозможно, но отдалённо оно напоминало треугольник с чем-то внутри. Девушка попыталась присмотреться внимательней, однако старик заметил её потуги и прикрыл шею дырявой курткой. Ждать было уже нечего, водитель завёл двигатель. Автобус медленно двинулся к городу. На этот раз путь никто не перегородил. Через пятнадцать минут вечнозелёный лес стал редеть и вскоре стал виднеться город. Издалека он казался довольно ярким и приветливым, но многое ли можно узнать о новом месте лишь из его внешних особенностей? Ная чувствовала нарастающее напряжение, что-то внутри кричало, молило повернуться назад, домой. Произойдёт что-то плохое.

Глава 1 "Радушный город"

Незнакомец был прав. Найти в этом городе хоть что-то – невыполнимая задача. К счастью, тот мальчик, кажется, его звали Энокий, показал девушке дорогу в нужное место. Многого от захолустья ожидать, конечно, не стоит, но даже низкие ожидания Наи оправданы не были. Конторой детектива оказалось ничем не примечательное здание, такое же кирпичное, как и все остальные. Такое же унылое и не внушающее доверие. Рядом с ним росло старое, повидавшее уже многое дерево. Дуб «украшали» многочисленные следы от пуль и чего-то похожего на нож. Неподалёку от него и расположилась дверь, служащая входом и выходом из здания. Ная зашла внутрь, на первом этаже не было ничего, кроме каменной лестницы, устремляющейся вверх, к едва заметному голубому свету. Пару мгновений и девушка поднялся выше, оказавшись в нужном месте. Здание казалось и вовсе не жилым, не будь у девушки точных указаний, она бы никогда и не нашла это место. Второй этаж оказался немногим лучше первого - здесь была новенькая деревянная дверь и табличка с корявой надписью «Детективы Эндай и Эшей». Не такого она ожидала. В детстве девушке казалось, что детективы зарабатывают довольно много, ведь большинство людей не хотят обращаться в полицию с какими-то не особо важными или уж очень личными просьбами, потому всегда идут к частным детективам. Но, похоже, в Эйдее люди вообще ничего не любят, раз уж у них так людям закона и порядка живётся. Ная подошла к двери и несколько раз постучала. Ответа не последовало. Девушка постучалась ещё раз, всё так же. Лишь когда она дёрнула ручку, дверь довольно тихо скрипнула и отворилась. В комнате царила полнейшая тьма, даже выключателя видно не было. Где-то в глубине комнаты раздавался какой-то странный неприятный звук, похожий на посапывание. Кажется, кто-то спал, причём весьма крепко. Ная, стараясь не шуметь, прошла вовнутрь. Деревянный пол скрипел, и казалось, что вот-вот ещё один шаг она провалиться вниз, а это мало приятное происшествие, да и знать ей о нижних этажах особо не хотелось. Чем ближе Ная подкрадывалась к звуку, тем сложнее становился путь. Под ноги что-то постоянно падало, попадались какие-то мелкие вещи, шуршали пакеты и фантики. Но было что-то ещё. Однако трудно распознать, что именно. Кажется, бумага или какие-то деревянные табуретки, но почему тогда такие маленькие? Может это были игрушки? Но зачем в детективной конторе игрушки? Вопросов было слишком много, а ответов нет. Неожиданно звук прекратился, и Ная услышала шорох бумаги. Это явно был владелец этой конторы и, вероятно, он проснулся.

- Ши, это ты? – устало пробормотал голос.

- Эм, нет, - ответила ему Ная.

- А, как это нет? Не шути так со мной. Я же закрыл дверь, и никто, кроме тебя, не мог зайти.

- Мне кажется, Вы немного ошибаетесь - дверь была открыта.

- А! - неожиданно вскрикнул голос, - она была открыта? Ой, тогда прошу прощения, не ожидал, что кто-то сегодня заглянет к нам. Обычно жители Эйдея, ну сами знаете, не любят обращаться к детективами. Они ведь, как полиция, все на одно лицо. Так, чем я могу Вам помочь? Может, Вы знаете какие-то детали убийства или у Вас что-то украли? Или Вы заметили что-странное? Хотя здесь всегда происходит что-то странное.

- Нет, нет. Я пришла по другому делу.

- Погодите, погодите. Я сейчас включу свет, и мы всё с Вами решим.

Юноша, так показалось Нае, неуклюже встал и куда-то побрёл. Он тоже спотыкался, но куда меньше девушки. Неудивительно, всё же он здесь работал. Через пару вздохов и падений юноша добрался до нужного места и включил свет. Бледное освещение люстры больно ударило по глазам и оба человека раздражённо зажмурились. Пару мгновений спустя Ная открыла глаза и ужаснулась от увиденного. Перед ней предстала ужасающая картина - замусоренный стол. На нём небрежно сложили различные, никак не скреплённые меж собой, документы, кое-как стояли не до конца наполненные кофем кружки. Детектив немного засмущался и, заметно нервничая, вернулся на своё место. Молодой человек не отличался высоким ростом, но и назвать его низкорослым было нельзя. Однако в своём крупном кресле он и вовсе казался коротышкой. Лицо его выглядело настолько молодо, что юношу явно часто путали с подростком, хотя ему уже давно было за двадцать. Он вяло подставил левую руку под лицо, а другой – аккуратно поправил прямые светлые волосы, собранные в короткий хвостик, который выбивался из его строгого опрятного наряда. Чёрные глаза казались мертвецки усталыми, было в них что-то зловещее – словно нечто из глубоких недр бездны смотрело прямо на тебя. Но тонкие брови-капельки не оставляли и места страху, превращая юношу в недовольного плюшевого мишку. Парень был одет в сутану чёрного цвета с серебряными элементами на рукавах и подоле. Она выглядела особенно поношенной, словно совсем не менялась на протяжении долгих лет, но при этом без особого труда замечалось, как хорошо за ней ухаживали. Его образ дополняли странное ожерелье в виде треугольника с центром в форме спирали и старое серебряное кольцо на мизинце. Украшения также не выглядели новыми, то тут, то там виднелись всевозможные царапины.

- Теперь можем и поговорить. Погодите, - детектив прищурил глаза. - Вы кто? Я не помню людей с таким лицом в городе, очень уж у Вас необычная внешность. Неужели приехали в Эйдей совсем недавно?

- Да, так уж вышло, появилось у меня тут есть кое-какое дело. И оно связано с Вами.

- И какое же дело может быть связано со мной? Я ведь просто детектив.

- Вот это, - девушка протянула юноше удачно сохранившуюся газету.

- Что это? – в голосе его промелькнуло сомнение. – Неужели из столицы?

- Так и есть.

- Буду честным, это не лучшее издание, что я видел. Могли бы купить газету «Свет» или «Мир» - у них не настолько лживые заголовки… Признаюсь, вкус у Вас не самый лучший. Следи за нами Великий подобного никогда бы не напечатали.

- Самая обычная газета от самого обычного издательства.

- Только качество не самое лучшее, – пробормотал детектив.

Юноша уткнулся носом в газету и принялся медленно её читать. На его лице мелькали то раздражение, то удивление, то злость. Пару раз он даже посмеялся. Похоже, всё написанное там сильно его развлекало. Стоять в тишине и смотреть, как кто-то читает, показалось очень смущающим. К счастью, детектив проглядел её достаточно быстро.

- Половину слов размыло, но в общих чертах я всё понял - в столице не имеют ни малейшего понятия о том, что происходит здесь, у нас.

- Я бы даже не знала о вашем городе, если бы я не прибыла сюда по заданию.

- Кто Вы вообще? Как Вас зовут?

- Ная Райвериль.

Девушка указала на бейджик, где было напечатано её имя. Ростом она была лишь немногим ниже детектива, который так и не назвал своего имени. Похоже, это была привычка всех местных жителей. Волосы у Наи были темные – цвета золотистого каштана – подобный не так уж и часто встречался у местных жителей. Взгляд её тёмно-голубых глаз с явным недовольством обводил небольшую комнату, иногда мельком возвращаясь к парню-детективу. Несмотря на его относительно дружелюбный тон, что- то в этом юноше казалось Нае неправильным: то ли его вычурная ухоженность, то ли абсолютное несоответствие между его внешним видом и речью. За спиной девушка держала полупустой походный рюкзак, в который она впопыхах забросила всякой ненужной всячины, совершенно позабыв о предметах первой необходимости. На замке рюкзака висел небольшой, помятый временем брелок с надписью «С днём рождения, милая». Одежда у девушки ничем не отличалось от обычной повседневной – многие носили нечто подобное в поход или при недолгой прогулке по городу.

Выражение лица детектива на мгновение дрогнуло, словно он услышал что-то совершенно ужасное, но затем он улыбнулся и обратился к Нае.

- Тогда и мне стоит представиться. Моё полное имя – Эндай Хорей Энгольс, но можешь звать меня просто Дай. Так будет проще, уж поверьте мне.

- Хорей? Прошу прощения за грубость, но разве это вообще имя?

- Да, изначально это и не имя вовсе. Всего лишь двухсложный стихотворный размер с первым ударным слогом. Будет лучше, если Вы сейчас же об этом забудете.

- Постараюсь.

- А кем Вы работаете? Просто так сюда не отправляют.

- Да так, ничего необычного, просто полицейский.

- Что?

Слова Наи поразили юношу до самого сердца, его взгляд нервно забегал из стороны в сторону. Сначала он сложил руки в молитве и пробормотал что-то невнятное, затем он поменял позицию и собрал пальцы в треугольник, приложив их к сердцу. На мгновение Дай закрыл глаза и произнёс:«Эса». После этого что-то в нём переменилось. Пропало былое дружелюбие, лицо искривила злоба.

- А я-то думал, что с тобой не так. Выглядишь как типичная грешница, ею ты и оказалась. Таким, как ты здесь не рады. Убирайся, пока ещё можешь.

- Эй, помягче с выражениями, детектив. Я, может, и не выгляжу для тебя угрожающе, но переломать твои косточки за подобное оскорбление могу.

- Ха, думаешь, я девушку не смогу побить? Моя вера не запрещает карать грешниц.

- Выглядишь настолько хлипким, что и одного удара моего не выдержишь.

- Хочешь проверить? – произнёс юноша с коварной улыбкой.

Дай попытался подняться с кресла, но чья-то рука без особых усилий усадила его обратно на место. Ная не успела даже заметить, как этот кто-то оказался в комнате. От него не исходило даже малейшего ощущения присутствия, словно как было два человека, так и осталось. Девушка бросила тревожный взгляд в сторону незнакомца, и совершенно не ожидала увидеть юношу с лёгкой улыбкой на лице. От него веяло странным, едва заметным, ощущением нереальности. Именно так бы выглядело воплощение миража в глазах Наи. Это был он. Тот незнакомец, что спас автобус от диких зверей. Но что он забыл здесь? Выглядел, конечно, он немного иначе – пропали шляпа и резиновые сапоги. Теперь на его ногах были только сандалии.

- Прощу прощения, что оставил Вас со своим другом наедине. Он просто совсем не умеет общаться с людьми, особенно с незнакомцами. А так он добрейшей души человек. Найти такого же наивного и милого человека будет трудно.

- Не с-смущай меня перед людьми, - прошептал детектив, уткнувшись взглядом в пол.

- Ты… Что ты здесь делаешь? Разве тебе не нужно было найти лукошко?

- Я уже всё нашёл. Потому пришёл на «работу». Помогать другу.

- Это объясняет… Многое. Но этот невоспитанный мешок обязан извиняться за своё поведение, - строго сказала Ная.

- Да как т-, - не успел Дай произнести очередное оскорбление, как его друг резко ударил юношу по затылку.

- Больно ведь.

- Хватит вести себя как семилетний ребёнок, Эндай.

- Такое чувство, что ты присматриваешь за проблемным младшим братом, - вмешалась Ная.

- Вам тоже стоит быть вежливее, молодая леди. Называть моего дорогого друга «мешком» - край наглости. Так что вам в равной степени нужно извиниться. Не так ли? – произнёс юноша с бросающем в дрожь улыбкой.

- Я был слишком резок в своих высказываниях. Приношу свои искренние извинения, - без особого энтузиазма прошептал Дай.

- Я тоже повела себя не лучшим образом. Извиняюсь за своё поведение, - протараторила Ная.

- Что ж, это было совершенно не искренне, но хотя бы так, - вздохнул юноша, а затем продолжил. - Полагаю, нужно представиться. Вам явно известен только мой друг, но никак не я. Как и ожидалось, он пользуется популярность даже за пределами нашего городка, - с лёгким смешком произнёс юноша. – Можете считать меня простым помощником. Мне не удалось представиться в прошлый раз. Моё имя - Эшей, но для Вашего же блага зовите меня просто Ши.

Дай бросил в сторону Эшея полный недоумения взгляд. Пару мгновений он безмолвно моргал, словно всё услышанное только что было просто звуковой иллюзией, но осознание реальности ситуации всё же его достигло. Выражение его лица сменилось на ужасно раздражённое. Юноша стиснул зубы и еле слышно произнёс: «И как мне это понимать?». Хоть Ная провела в компании Дая меньше часа, ей уже было прекрасно понятно, что он явно был не из тех, кто скрывает свои эмоции. Юноша мог с лёгкостью вспылить и начать разбрасываться оскорблениями, но он сдержал свой гнев. Его слабый голос дрогнул, и в то же мгновение Дай прозвучал особенно отчаянно. Лицо юноши искривила странная гримаса то ли боли, то ли непонимания, то ли вовсе разочарования. Он тревожно вцепился руками в кресло, ожидая хоть какого-то ответа. Но его друг лишь устало вздохнул и похлопал детектива по плечу.

- Ты...Неужели со всем из ума выжил без своих сигарет? Разве ты не видишь, кто она? Если заметил, то почему так спокоен?

- Я не слепец. И со слухом у меня всё в порядке. Спасибо за беспокойство, Дай.

- Ты не ответил на мой вопрос, Эшей. Почему ты так добр к ней? Она же...

- А почему тебе не подумать об этом самому, Дай? Именно у тебя из нас двоих головушка светлая, - Ши тихо рассмеялся и похлопал своего приятеля по голове.

- О чём ты? Я совсем тебя не понимаю.

- Я тоже совершенно не понимаю суть вашего разговора, - неожиданно произнесла Ная.

- Тебе и не нужно, грешница. Да и вообще, если ты не заметила, тебе не шибко здесь рады.

- Невежливо называть человека «грешником», даже не зная её имени, Дай. Услышь тебя отец, я бы давно обратился в ничто.

- Ты и так не жилец, особенно если отец Эскудиардий тебя заметит. А имя её я уже знаю. Это Ная Райвериль, двадцать четыре года, полицейский из столицы, прибыла сюда, чтобы увести у нас дело о серийном убийце, - спокойно ответил Эндай.

- Чего? Всего несколько минут назад ты говорил, что и в помине меня не знаешь, – спросила девушка.

- Я знаешь ли, человек верующий. А у таких порой случается столь необычная штука, как божественное откровение. Вероятно, ты о таком и не знала. Грешники о воздаянии и Великом никогда не слышали?

- А твой рот ничего, кроме оскорблений не знает? Мои кулаки знавали достаточно драк, я не против в ещё одну затесаться.

- Вот поэтому у нас и нет полиции, - проворчал Дай.

- Какой год учу тебя правилам этикета, а такое чувство, что и дня не прошло, - тяжёло вздохнул Ши. – Иногда нужно просто проглотить обиду и игнорировать оскорбления, если ты хочешь сдвинуться с мёртвой точки.

- Да, да. Я это прекрасно помню, Ши. Но… - юноша замолк и в очередной раз бросил неодобрительный взгляд в сторону Наи. – Впрочем, это не так важно. У нас слишком много дел, чтобы тратить время попусту.

Дай без причины начал копаться во всевозможных бумагах на столе. Ни Нае, ни Ши не было понятно действительно ли он что-то ищет или просто претворяется, чтобы не продолжать неинтересную ему тему.

- Он всегда такой? – обратилась девушка к растерянному Эшею.

- Что ж, обычно он действует… более предсказуемо, но бывают и дни, когда он такой. Что поделаешь с людьми настроения. Они не подвластны простым ожиданиям.

- Не говори под руку, Ши. Не видишь что ли, что я занят?

- И что же ты такое ищешь, если не секрет?

- Божественное откровение, - ответил Дай и достал из-под одной из бумажных кип распечатанное письмо.

- Боги теперь посылают письма через людскую почту? – озадаченно спросила Ная.

- Похоже, чувство юмора у тебя отсутствует ровно, как и чувство такта. «Моё божественное откровение» - письмо из столицы. Угадаешь, что там?

- Ха, информация о направлении Наи в Эйдей, - едва слышно произнёс Эшей.

- В яблочко, Ши. Но это не ты должен был угадать.

- И что это… должно значить для меня? – спросила Ная.

- Что я вынужден принять то, зачем ты сюда приехала,- ответил Дай.

Слова детектива прозвучали довольно неожиданно, хотя всего минуту назад он, пыша гневом, был готов вести спор на пустом месте. Само письмо вызывало ещё больше вопросов – решение об отправки Наи в Эйдей было спонтанным. Её коллега, Эффорд, должен был стать помощником, но в последний день произошло никем нежданное происшествие – он попал в автокатастрофу. В последний раз, когда девушка видела коллегу, он был не в состоянии произнести и слова, так что речи о важной миссии идти и не могло. Однако даже так кандидатура Наи не рассматривалась сразу. Почти каждому новобранцу известно, что в Эйдее нет полиции и отношение к служителям закона там, мягко говоря, не из лучших. В таком щепетильном деле нужен был человек дружелюбный, который мог стерпеть скверное отношение и издёвки и довести дела до конца. Даже среди одногодок людей с подходящим дипломатичным характером было достаточно, но из всех достойных кандидатов всё же выбрали Наю. Грубую девушку с яркими эмоциями, которая с лёгкостью впадала в гнев и при любой возможности вступала в драку. Она даже не была частью отдела расследований – с самого первого дня Ная была частью постоянной группы захвата, которые лишь занимались фактической ловлей особо опасных преступников, а не их поиском. Рассудительность и мирное разрешение проблем – точно не про Наю. Но когда шеф вызвал её в свой кабинет и сообщил о скорой отправке на важную миссию, девушка решила сделать всё возможное, чтобы выполнить задание без особых происшествий. Правда, могла ли она знать, что всё её планы рухнут при первом же разговоре? Возможно, ей всё же стоило заняться самоконтролем.

- И давно ты получил это письмо, Дай? – с едва заметным пренебрежением в голосе сказал Ши. – Ты ведь и словом не обмолвился со мной. А это, знаешь ли, совершенно не в твоём духе.

- Оно пришло два дня назад. Почтальон вручил его лично мне и ушёл.

- И? – Эшей взял из рук приятеля письмо и внимательно его осмотрел.

- Что «и»? Я его прочитал, подумал, что это шутка такая. И забросил письмо на стол.

- Эндай, - немного суровее, чем обычно произнёс Ши, - много ли раз над тобой подшучивали письмом с официальным столичным штампом?

- А откуда по-твоему я должен знать, как выглядит столичные штучки? Я хоть раз из города выезжал? Да и откуда ты знаешь про официальный штамп?

- Смотри, - с тяжёлым вздохом начал Ши, - на всех столичных штампах изображена белладонна. Она присутствует и на гербе страны. Если говорить кратко, это в принципе символ всего государства, но использовать его могут только официальные лица из столицы, к примеру, шеф полиции, мэр города, представители правящей партии и тому подобные. При желании можно понять, даже кем письмо было отправлено. Чёрная белладонна символизирует президента. А если судить по нашему случаю, то нежно-голубой цветок означает шефа столичной полиции.

- Откуда ты это знаешь? – ворвалась в разговор растерянная Ная. – Это не та информация, которую знает каждый человек. Да и как ты мог узнать, что президент – именно чёрная белладонна? Даже я об этом ничего не слышала.

- Раз ты удивлена, значит я всё правильно помню, - на лице Ши разыгралась игривая улыбка, словно он только что выиграл в соревновании. – Но хватит о письмах, сейчас нам нужно разобраться с более важными делами. К примеру, представить тебе материалы дела.

- Так просто? Совсем недавно твой друг собирался выгнать меня из города, а теперь предлагаешь вместе вести дела.

- Дай слишком быстро судит людей, однако одного хорошего разговора ему хватит, чтобы полностью поменять своё мнение о ком и чём угодно. Не так ли, Дай?

Эшей повернулся в сторону своего приятеля и бросил какой-то странный взгляд, от которого любого бросило бы в дрожь. Трудно было сказать, чем именно она вызывалась. Сам взгляд на самом деле не представлял ничего ужасающего и опасного, обычно так смотрели при ожидания согласия от другой стороны или когда хотели увидеть реакцию на какую-нибудь шутку. Но в исполнении Ши, который в этом миг оскалил неожиданно пугающе острые зубы, всё казалось каким-то неестественным. Дай сначала скривился и осуждающе отвёл голову в сторону. Однако всего пары мгновений хватило, и он, вздохнув, всё же сказал:

- Ладно. Нам всё-таки нужна помощь.

- Что ж, раз мы решили некоторые разногласия, то теперь можно и решать наши проблемы. Однако нам нужно забрать пару документов из соседней комнатки, не могла бы ты подождать нас здесь? – ласково спросил Эшей.

- Только быстро – у меня уже кости ломят от усталости.

Лишь после того, как оба парня ушли в соседнюю комнату, Ная обратила внимание на общее убранство комнаты. Агентство совершенно не походило на все те, что Ная видела раньше. Это место было больше обычной домашней гостиной, чем деловым офисом, куда мог обратиться человек в случае нужды. В одном из углов стояло два потрёпанных бордовых дивана с, на удивление, красивыми подушками. Они выглядело достаточно роскошно, хотя сами узоры казались чудными. Чем-то они напоминали кулон Эндая, вероятно, он и принёс их сюда. На кофейном столике, расположенном между диванами, стояли две чашки. На одной из них изображалось позолоченное солнце с закрытыми глазами и зашитым ртом, без особого труда было заметно, насколько хорошо заботились о столь простом предмете, держа её в абсолютной чистоте. Второй чашке повезло гораздо - она также была красива - чёрная с изображением ночного хвойного леса и едва заметного тумана. На ней было столько сколов и трещин, что предугадать, сколько раз её роняли было невозможно. Чашка была скреплена чем-то странным, и это точно был не клей или нечто подобное. Ная сдвинулась с места, что поподробнее рассмотреть висящий на стене гобелен, который почему-то был завешен старой холщёвой тканью. Не успела она и дотронуться до одной из тайн этого агентства, как по всей комнате начал расползался густой чёрный дым.

- Что... Что это, чёрт подери, такое?

Ная прикрыла рот рукой, а другой усердно старалась отмахиваться от дыма, но всё было тщетно. Она попыталась выбежать из агентства, но ранее открытая дверь оказалась наглухо захлопнутой. Дым приближался всё ближе и ближе, но его будто вовсе и не существовало - рука Наи проходила сквозь как туман через мираж. Другой странностью было полное отсутствие какого-либо запаха - всё оставалось ровно таким же, как и в тот момент, когда Ная зашла в комнату. Девушка не задыхалась. Хотя и сам дым казался не настоящим, но он настойчиво обволакивал все предметы в комнате. Вскоре всё пространство состояло из дыма, который сменил свой цвет на серый и теперь больше походил на обычный туман. Где-то впереди? Ная не могла точно сказать из какой стороны доносился звук. Но он прозвучал резко и казался глухим, словно ударили по чему-то деревянному. Предположительно из стороны звука начала появляться высокая тёмная фигура. Бежать было некуда.

- К сожалению, тебе придется ответить на пару моих вопросов, - тихо прошептала она.

Глава 2 "В объятьях вечерней дымки"

- Ши, ты уверен, что она вообще проснётся? Может, ты перестарался? - обеспокоенно повторял Эндай, вновь и вновь обходя комнату по кругу.

- Я, может, болен и нестабилен, но контролировать себя способен. Так что не нужно суетится, она проснётся ровно через минуту или чуть больше. По моим подсчётам, - спокойно ответил Ши.

Эшей держал в руках небольшой стеклянный шарик, которым ловко крутил, перебрасывая его из руки в руку. Юноша расположился на старом кресле. На вид оно пережило уже несколько концов света, если не что похуже: обшивка во многих места слезла, а на её место пришили новую, которая мало походила на прежнюю; вместо двух пропавших ножек под кресло подложили несколько деревянных брусков. Ши лежал неуверенно, перебросив ноги через подлокотник – кресло было для него чрезвычайно мало, даже так он не мог в нём поместиться. Сам юноша был закутан в однотонный серый плед, который едва прикрывал его колени. А на груди крайне неустойчиво черная кружка c тёмной горячей жидкостью, то ли кофе, то ли очень крепкого чёрного чая. Удивительно, как ему удавалось держать баланс и не пролить на себя содержимое. Вид у Ши был болезненный. И до того бледная кожа его лица стала выглядеть чуть ли не прозрачной, но Дай стоял далеко и не мог этого заметить, да и Ши старался спрятать голову под пледом. Несмотря на дурное самочувствие, юноша не особо был обеспокоен, что всего в паре сантиметров от него лежало практически бездыханное тело малоизвестного ему человека. Ши устало зевал, время от времени кидая взгляд в сторону кипы бумаг, лежащей на кофейном столике. Ему не было дела до самих бумаг и того, что там было написано, ведь именно Эшей сортировал всю информацию и бережно записывал её на эти листы в своё свободное время. Юноша занимался этим больше из интереса и простой скуки, чем из нужды - Эндай не нуждался в подробных документах, он и сам прекрасно помнил все детали дел, а кроме него никто в агентстве и не работал. Несмотря на своего немного детский и наивный характер, у Дая было много достойных качеств, которые немного уравновешивали его порой невыносимое и агрессивное поведением.

- И всё же совесть меня не мучает - в роли детектива ты лучше, чем в амплуа священника, - с некоторым ехидством произнёс Эшей.

- Это… было довольно неожиданно. Объяснишь, к чему вообще это было сказано? - Эндай резко остановился и озадаченно взглянул в сторону друга.

- Я своего добился~

- Мог бы и просто попросить меня остановиться. Или попросить сделать что-нибудь для тебя.

- Так неинтересно, - зевнул Ши. - Да и ты так бы только больше заволновался.

- По-твоему, я сейчас резко перестал волноваться?! У меня дома находиться женщина без сознания! А ты похож на настоящий труп!

- Приму это за комплимент. Но ты вовремя перестал кружлять по комнате.

Эшей кинул стеклянный шарик в сторону Дая, совсем не ожидавшего подобного шага. Детектив с трудом схватил летящий предмет и бегло его осмотрел. Казалось, это был простая детская игрушка, коие Щи с большой любовью собирал уже много лет. Таких шариков даже в этой комнате было больше десяти – они лежали в коробке на книжном шкафу. Но почему-то Ши выбрал именно этот. Дай внимательно осмотрел игрушку в своих руках, повертел её туда-сюда, но ничего необычного так и не увидел. «К лампе», - пробормотал Ши, взявшись за горячую кружку обеими руками. Детектив поднял шарик наверх, поближе к включенной люстре. Лишь под освещением внутри него можно было разглядеть загадочный белый туман, который расплёскивалась в шарике словно морская волна.

- И зачем он мне? Разве мы не убедились, что она действительно хочет помочь?

- Ты слишком доверчивый, Дай.

- А вот и неправда!

- Когда я сказал тебе, что на Луне живут лунные кролики и выращивают там сладкую небесную морковь, ты поверил мне без задней мысли.

- Я поверил только потому, что ты мне это сказал.

- Было бы это единственной проблемой. Я говорю это не в обиду тебе, Дай. Ты ведь практически поверил мэру. Человеку, которому даже змеи не верят.

- Но он ведь обеща-

- Продолжим в другой раз, - прервал его Ши. - Наша гостья, наконец, проснулась.

Он указал рукой на Наю, которая к тому моменту уже поднялась в положение сидя. Девушка подпирала голову трясущейся левой рукой - ей всё ещё было тяжело находится в сознании. В любой момент она могла опять упасть в беспамятство. Глаза её также оставались плотно сомкнутыми, как бы она не старалась их открыть, а дыхание было прерывистым и неровным. Эндай цыкнул языком и крепче сжал шарик в руке. Неожиданно быстро, даже для самого себя, он подбежал к Нае и бережно, насколько он вообще мог, спросил:

.- Как ты себя чувствуешь?

- Так... себе. Что... Случилось? - чуть ли не по слогам произнося каждое слово, спросила Ная.

- Краткое замыкание. Я всё ещё не провёл в агентстве новую проводку, а старая, как ты могла заметить, находится вообще не в лучшем состоянии. Пару раз случались мелкие возгорания, но ничего особенного. Однако тебе «повезло» попасть на настоящий пожар. Комната, где мы были, загорелась, а весь дым пошёл в твою сторону. Дверь у нас тоже на электричестве, поэтому её, вероятно, заклинило, и выйти ты не смогла. Пожар-то мы потушили, но ты в момент, когда мы вернулись, уже была без сознания, - спокойно ответил Ши.

- Я не помню запаха дыма. Я не уверена, что там вообще был дым.

- И что ты помнишь, если не секрет?

- Помню какой-то странный... туман? У него не было запаха, и он казался живым, словно специально шёл за мной. А потом я увидела человека. Точнее, это была птица в облике человека или нечто подобное. Она что-то спрашивала, но я толком не помню. Вроде, интересовалась причиной моего приезда.

- Бред какой-то, - сказал Дай.

- Похоже, ты просто надышалась угарным газом. Вот тебе и привиделось всякое.

- Но... Возможно, ты прав.

- Дай, принеси ей стакан воды, - Ши указал на стол, где стояла кружка, практически до краёв наполненная мутной серой жидкостью.

- Ты уверен?

- Лимит «ты уверен» за сегодня исчерпан. Пожалуйста, дождитесь завтрашнего дня, чтобы восстановить баланс.

- Тц, мог бы и нормально ответить.

Эндай, всё крайне недовольный от слов друга , подошёл к столу и схватил стакан, чуть не разлив содержимое. «Будь аккуратнее, у меня нет сил делать новое», пробормотал Ши. Дай в очередной раз цикнул, но всё же сделал как велел Ши и попытался донести стакан аккуратно. Он протянул Нае жидкость, и та неуверенно взяла её в руки. Ей наконец открыть глаза, и пару мгновений она боязливо смотрела на содержимое, а затем, скривив гримасу, спросила:

- А это точно вода?

- Не совсем, - ответил ей Ши. - Это смесь воды и моего самодельного лекарства. В Эйдее часто бывают пожары, поэтому у каждого есть свои способы спастись от дыма. Я, вот, делаю такое.

- Я не умру, как только выпью это?

- Глупый вопрос, но можешь пока не переживать. Мы теперь в одной лодке. Нам и так всего пару человек помогает, поэтому травить я тебя не собираюсь.

- Ничего ужасного с тобой не произойдёт, это уж точно. Я эту дрянь тоже пил. На вкус просто отвратительно, но зато всегда помогает, - добавил Дай.

По лицу Наи было заметно, что доверия как к словам Дая, так и к самой жидкости в её руках не было никакого. Она поднесла стакан к носу и скривилась ещё больше - до этого жидкость пахла вполне сносно, но стоило поднести её поближе как в нос ударил едкий запах чего-то странного. Это было похоже на резкую смесь мяты, камфоры и лука - в жизни Ная не чувствовала ничего более омерзительного. Но делать было нечего, пришлось выпить эту мутную жижу за один глоток. Ши выжидающе смотрел на Наю, ему было прекрасно известно, что вскоре случится. И, как и ожидалось, через несколько секунд и из-за рта и носа Наи стал выходить белый полупрозрачный дым. Она ошарашенно глядела по сторонам, судорожно переводя взгляд от стакана к Ши, от Ши к Даю, а от Дая обратно к стакану. Детектив нервно топтался на одном месте, руки его были столь же беспокойны, как и его разум - они постоянно царапали внутреннюю часть ладони. Эшей в очередной раз устало вздохнул. Когда его друг входил в подобное состояние, то вывести Дая из него было довольно трудно. Ши неохотно поставил кружку на столик, поднялся с дивана вместе со своим пледом и, немного прихрамывая, подошёл к детективу. Юноша несколько раз похлопал по плечу Дая и тот пришёл в себя.

- Среди нас троих должен быть хотя бы один здоровый человек. И эту обязанность я возлагаю на тебя, поэтому не впадай в ступор.

- Ладно, ты точно не сойдешь здорового, но она вот, - Дай указал на Наю, - уже выглядит лучше меня.

- Я больше не притронусь к твоим самоделкам.

Голос Наи звучал вполне обычно и хрипов в нём больше не было, словно она и не страдала от слабости совсем недавно. Лицо её вновь порозовело, взгляд стал ясным, а тяжесть больше не сковывала тело. Однако вкус лекарства всё ещё оставался на языке, из-за чего стакан теперь уже настоящей воды стал более желанным, чем раньше.

- Тебе стало лучше лишь благодаря моему лекарству. Не будь его, то ты бы так и продолжила лежать трупом.

- Как мило, что ты обо мне заботишься.

- Был бы я рад сказать «всегда пожалуйста», но я так устал, пока переносил тебя из агентства… Поэтому больше заботы особой не жди, - Эшей пробормотал что-то ещё, но это мог слышать только стоящий рядом Дай, который сразу же удалился в другую комнату.

- Тогда я сейчас где?

- Разве неочевидно? У нас на квартире, конечно же.

Ши развёл руки по сторонам, чтобы придать больше эмоциональности своим словам. Эта небольшая квартирка стоила ему очень много - пришлось проглотить свою гордость, отказаться от жизни обычного человека и унижаться всякий раз, когда ему что-либо было нужно. Многие страшились принимать Эшея на работу, боясь, что он просто разнесёт всё или распугает всех клиентов. Не то что бы Ши сильно желал батрачить на тяжёлой работе за гроши, но спокойно сидеть на одном месте он не мог. От скуки Ши тащил в квартире практически всё, что могло привлечь его взгляд.

Сама квартира была небольшой. При выходе гости попадали в коридор, который далее вёл их в гостиную. Здесь располагался старинный трельяж, занимающий практически всю комнату. На нём всегда валялось множество всяких побрякушек: несколько пар ключей от квартиры и агентства, коробка с пёстрыми заколками и резинками Ши, старый молитвенник, совершенно новые расчёски, записки, измазанные чернилами, и многое-многое другое. Рядом стояла подставка для обуви, где стояли всего две пары туфлей. Они были слишком малы для Ши, а потому с высокой вероятностью принадлежали Даю. Над подставкой висела вешалка. Сейчас там не было ни одной кофты или куртки - слишком уж жарко.

Гостиная также не могла похвастаться просторностью - она была довольно маленькая, а ещё и соединялась с кухней. В этой комнате не было ничего примечательного. Несколько обычных и книжных шкафов с разными вещами, из-за которых комната казалась ещё меньше, диван и пара кресел, между которыми стоял кофейный столик, большой ковёр и один несчастный фикус, на удивление политый и зелёный. О части, где располагалась кухня, сказать было совершенно нечего. Также в квартире располагалась одна ванная комната и спальня, куда как раз-таки ушёл Дай.

- И как я сюда попала? Не сама же пришла.

- Пришлось тебя нести на руках. Как принцессу, - на последнем слове голс Ши сорвался на кашель.

- А не слабоват ли рыцарь?

- Я и не рыцарь, и не слаб. Всего лишь более.

- И че-, - Эшей прервал слова Наи.

- Раз уж ты теперь на нашей стороне, то надобно и про само дело узнать, - вполне себе серьёзно сказал Ши. – Видишь, на столе лежит папка с бумагами? Это всё, что мне удалось найти на каждого из убитых. Даже на последнего.

- А что с последним трупом не так? В столице появились новости как раз после его убийства. Это был кто-то известный? Может, важный? По меркам Эйдея, конечно.

- Как бы тебе помягче объяснить…

- Мы без понятия, что это вообще за человек, - беспардонно влез в разговор Дай, неожиданно вернувшись из соседней комнаты с какой-то книгой.

- Даже малейшей зацепки нет?

- Нет, - ответил Ши. – Нам известно ужасающе мало. Девятый убитый – мужчина, около двадцати пяти – двадцати семи лет от роду. Не пил, не курил. Похоже, вёл относительно благочестивую жизнь. Даже представить не могу, чем он заслужил отсутствие головы.

- Я так понимаю, ничего подобного с другими жертвами не происходило?

- Совершенно верно. Хотя всем не хватает… некоторых частей.

Наю заинтересовали последние слова Ши. В газетах говорилось, что труп был изуродован, но каким именно образом, конечно же, не уточнялось. Подобная информация являлась настолько неприятной и ненужной для общества, что о ней просто не говорили. Теперь же у Наи был редкий шанс узнать правду, которая была недоступна окружающим. Девушка была полна энтузиазма, когда раскрывала папку. Но первая же увиденная страница ввергла её в ступор. Эшей не солгал, говоря, что собрал всю возможную имеющуюся информацию – бланк о погибшем был заполнен довольно подробно, причём мелким почерком. Однако это не было тем, что так её удивило. К краю листа бумаги с помощью скрепки была прикреплена пара фотографий. Даже живя в столице, всего пару раз за свою жизнь Ная видела фотографии, а фотоаппарат и то меньше – всего единожды у какого-то заезжего художника, который попал в передрягу и оказался в отделении полиции. Девушка не могла сказать были ли такие технологичные вещи дорогими или нет – их просто не продавали в стране. Купить подобный аппарат можно было только в другом государстве, а такая роскошь как выезд за границу была доступна далеко не каждому. Поэтому наличие столь чудной вещи как фотоаппарат в бедном городе, вроде Эйдея, вызывало у Наи много вопросов, на которые не стоило ожидать ответа. Ещё более удивительным, хотя скорее мерзим было содержание этих фото. Девушка видела только верхнее из них, но и этого было достаточно – там было видно тело женщины, плавающее в фонтане. В месте, где раньше располагалось её сердце, зияла крупная, идеально ровная треугольная дыра. Голове тоже не повезло – череп был распилен пополам, уже менее аккуратно, даже отсюда Ная видела небрежные рубцы, а мозг отсутствовал вовсе, как и сердце.

- Что с ней случилось? – Ная не могла скрыть дрожь в своём голосе.

- Как можешь заметить, убийца над ней поглумился, - ответил ей Дай.

- Остальным досталось не меньше. Но лучше не берись рассматривать их сейчас. По твоему виду могу сказать, что ты не выдержишь.

Ная пару раз утвердительно покивала и, решив последовать совету, начала читать информацию о жертве подробнее.

«Имя: Эрсой.

Фамилия: Эннит.

Возраст: 37 лет.

Родственники: отец Энди Эннит(умер двадцать лет назад), мать Энни Эннит(умерла в прошлом году), муж Аннаг Эннит. Детей нет.

Род деятельности: продавщица цветов, хозяйка магазина «Лотос».

Слушатель: Эриний Хай Энгольс.

Время пропажи: 6 апреля около 12 часов дня.

Время нахождения: 7 апреля 14:14.

Место: городской фонтан.

Краткая биография:

Эрсой родилась в известной в Эйдее семье пекарей под фамилией Эннит в 1937 году. Она была единственным ребёнком в семье. К сожалению, дела у пекарни шли плохо, и Энниты влезли в долги. Детство ничем примечательным не значится. Образование было получено крайне скверное – она так и не научилась правильно писать, а читать по слогам перестала только на тридцатом году жизни. На момент восемнадцатилетия родители продали пекарню, но так и не смогли расплатиться со всеми долгами. Эрсой отправилась работать в семейство Эззирки в качестве горничной. На двадцать втором годе жизни вступает в брак по расчёту с АннагомМельвеем(ныне известном как АннагЭннит), иностранце, который разбогател на добыче нефти. Он без памяти влюбился в Эрсой, что же сменил фамилию на её и покинул свою родную страну, поселившись в Эйдей. Любовь его была односторонней. В 1950 году Эрсой забеременела, но либо случился выкидыш, либо ребёнок родился мёртвым. Доподлинно неизвестно, что именно случилось. В 1952 году Эрсой открыла цветочный магазин «Лотос», не самый успешный, но своих клиентов всё же имел. На двадцать девятый день рождения Аннаг подарил Эрсой ожерелье из аметистов – единственное украшение, которое женщина всегда носила с собой. В день пропажи Эрсой намеревалась отправиться к своей близкой подруге, Эмили Энтой, но, по её заверению, так и не дошла. На следующий день её тело обнаружил муж – оно плавало в городском фонтане. Украшение и кошелёк были не тронуты. Мозг и сердце отсутствовали. На руках и ногах были видны гематомы и следы от связывания. Тело было похоронено 1 мая 1974 года на городском кладбище Эйдея.»

- Вам удалось выяснить, почему именно эта несчастная женщина стала первой жертвой? – спросила Ная.

- Зацепок так мало, что сказать хоть что-то проблематично, - начал Дай. – Но некоторые догадки и предположения у нас есть. Правда, скорее, анти-догадки. Её точно убили не ради драгоценностей или богатств. Убийца будто насмехался над ней – тело изуродовал, а вот аметистовое колье одел ей обратно на шею.

- Ещё и отполировал, - добавил Ши.

- Это просто смешно. Но это хоть что-то. Ещё, уже из неподтверждённого, это какой-то культист. Я крайне мало знаю о ритуальных убийствах, но в тех, о которых мне довелось слышать, часто вырезали сердце. Без извлечения мозга. Эта деталь вводит меня в ступор.

- Было бы это самым страшным.

- Разве может случиться, что ещё более противное?

- Когда ей резали голову, женщина была ещё жива. А убийца даже не думал прекращать её страдания.

- Почему вы так уверены, что она была ещё жива?

- Завтра спросишь в морге, - спокойно ответил Ши. – Наш… патологоанатом умеет творить чудеса.

- Поверю на слово. Но на самом деле меня волнует ещё один момент. Что за графа «слушатель» и кто такая Эриний Хай Энгольс?

- Я думал, ты поинтересуешься, почему все имена и фамилии начинаются на Э, - пробурчал Дай.

- Только не говорите мне, что абсолютно все они в этом городе начинаются на Э...

- Практически все, - с усмешкой ответил Ши. - Не переживай, скоро привыкнешь.

Ная лишь недовольно прищурилась, но всё же решила ничего больше не говорить. Впереди ждал ещё один документ. Сверху к нему также были прикреплены фотографии, но наученная горьким опытом девушка не стала обращать на них внимание. Сейчас её интересовали только буквы.

«Имя: Элнуй.

Фамилия: Эшот(фамилия всех сирот, оставленных у приюта, чьи родители неизвестны).

Возраст: 11 лет.

Родственники: неизвестны.

Род деятельности: отсутствует.

Слушатель: Эндай Хорей Энгольс.

Время пропажи: 12 апреля около 10 часов вечера.

Время нахождения: 14 апреля 7:14.

Место: дубовое дерево около детективной конторы.

Краткая биография:

Элнуй был подброшен к дверям приюта «Сладости в печали» в марте 1963 году, что стало считаться его датой рождения. Мальчик рос крайне одиноким и отстранённым ребёнком из-за своего «порочного рождения» согласно седьмому греху человечества*. Над ним часто издевались другие дети, чаще всего такие же сироты, как и он сам. В августе 1970 года он с тремя «пособниками» намеревался обокрасть магазин, но в итоге дело сорвалось, и мальчишки утащили только несколько несвежих помидоров. Что подвигло его к преступлению, и почему-то в последний момент он отказался от него – известно лишь самому Элную и его слушателю. После лета 1970 года ребенок редко покидал стены приюта. Никто не присматривал за ними, потому пропажа обнаружилась только 12 апреля. Вероятно, мальчик исчез раньше данного срока. Его поиски были тщетны. Тело обнаружено Эшеем – оно было повешено на дубовом дереве возле детективной конторы. Голова цела, такая же рана в области сердца. Руки изрезаны ножом, обнаружено отсутствие указательных пальцев на обеих руках. Также видны гематомы и следы от связывания. Тело было похоронено 1 мая 1974 года на городском кладбище Эйдея.

* «Те, кто посмел осквернить величественную суть брака, познают всю гниль греха своего, обратившись животному в душе своей. Заполняться их мысли страстию нечеловеческой, да отравят они душу и тело своё. Тот, кто был рожден союзом нечестивым иль брошен при рождении роднёй своею, погрузятся в ту же пучину, что и эти, кто породил его».»

- Бедняжка, - пробормотала Ная. – Зачем было убивать ребёнка?

- Хороший вопрос, но ответа на него нет, - ответил ей Дай.

- Убийство отличается, но общие черты схожи. Есть ли тому какая-то причина?

- Раны на голове присутствовали только на телах женщин, - произнёс Эшей, - однако на сегодня хватит изучать бумаги.

- Со слушателями ты тоже встретишься завтра, - добавил Дай. - А сейчас лучше умойся и поспи - уже поздний вечер.

- Но я не хо-, - неожиданно для самой себя Ная зевнула, хотя не чувствовала себя уставшей.

- Ванна вон там, чистые полотенца лежат в шкафчике над раковиной. Если что запасные зубные щётки находятся там же. Твоя сумка в коридоре - сразу её увидишь, - сказал Ши.

Ная кивнула и сразу же удалилась, оставив Эшея и Дая одних. Ши укутался в плед посильнее, пробормотал что-то вроде: «Где эти чёртовы простыни?» и подошёл к одному из шкафов. Он открыл нижний ящик, но там, к сожалению, не было и намёка на наличие искомого - только коробки с заплатками и нитками и детали каких-то механизмов. Ши задумчиво закрыл глаза и усердно пытался вспомнить, куда он положил спальные принадлежности. Он что-то бормотал себе под нос, блуждая от одного шкафа к другому. Но, так и не найдя искомого, обратился к Даю:

- Дай, ты помнишь, куда я положил простыни и одеяло?

- Начнём с того, что ты их никуда не клал, а попросил это сделать меня. Я же в свою очередь переложил их в комод в спальне. В самый верхний ящик, если быть точным.

- Тогда не мог бы ты их принести? Негоже заставлять гостя спать на голом диване.

- Не то что бы мне сильно этого хотелось, но так и быть. Однако обещай, что расскажешь, зачем тебе вдруг понадобилась эта книга.

Дай протянул Ши книгу и вновь ушёл. В действительности в самой книге и её содержании не было ничего особенного. Таких по всему миру было множество. Когда-то, ещё в детстве Ши, эта серия книг пользовалась большой популярностью. Мама без особого интереса, но читала их юному Эшею перед сном или после обеда. Впрочем, самого мальчика они тоже интересовали не сильно, скорее он слушал их лишь ради своего отца – он был большим любителем разного рода литературы. Жена его не особо разделяла его страсти, а потому он всегда покупал сыну книги и затем с радостью обсуждал их. Теперь же родителей в живых уже не было, но привычка читать, особенно эту серию, осталась с Ши до конца. К сожалению, к нынешнему году даже открывать эти истории было скучно и даже противно. Изначально это были просто рассказы о мальчике, родившейся в необычной семье, из-за чего ему приходилось приспосабливаться к разным жизненным ситуациям. Истории были лёгкими, иногда печальными, но они всегда подходили детям школьного возраста. Не будь Ши так безэмоционален, наверняка бы был от них в восторге, ведь жизнь мальчика во многом походила на его собственную. Но годы шли, герои росли, а автор менялся. И вот он увлёкся религиозными движениями, сильно похожими на те, что исповедовал Дай. Подобное увлечение сказалось на содержании книг. Теперь это были не весёленькие истории о мальчике, а тяжёлые рассказы, насквозь пропитанные религиозным фанатизмом, где не было места былому счастью. Эшей пролистал книгу и случайно открыл её на странице 24. «Суждено родиться тем, кто оскорбляет своим существованием самой сути веры, так и суждено умереть от рук тех, кто её защищает» - это была первое предложение, которое бросилось Ши в глаза.

- Как иронично, - произнёс он, вернувшись к самой первой странице.

- Ты о чём? – спросил Дай, который вернулся с простынёй, подушкой и одеялом.

- Да так, пролистываю книгу.

- А зачем она тебе вообще понадобилась сейчас? Мог же потом сам её взять, а не посылать меня.

- Причина просто как день – мне просто захотелось почитать. Перед смертью не надышишься и не начитаешься.

- Эй, ты обещал дожить как минимум до моего день рождения! Поэтому не смей мне тут говорить о смерти.

- Да-да, я обещал ~

Даю ничего не оставалось, как тяжёлого вздыхать – он практически привык к частым высказывания Ши о его собственной смерти, но относится к этому холодно или игнорировать Дай так и не научился. Эшей сел на то же самое кресло и встал вслух читать книгу, в то время как детектив стелил постель на диван. Со стороны они выглядели вполне себе как обычные домочадцы, если не учитывать того факт, что в квартире кровать была одна и на ней всегда спал только Дай. Куда девался по вечерам и ночам Ши было неизвестно даже ему другу. Сам он говорил, что просто терпеть не может затхлый воздух внутри квартиры и выходит немного побродить по улице. Дай не знал, стоит ли ему верить в словах или нет, но всё же старался не сомневаться в своём друге.

- «И да получит своё наказание всякий, совершивший грех вопреки милости Великого. Да прольётся их дьявольская кровь и обагрит землю человечества».

- А ты точно читаешь не священное писание, а обычную книгу?

- Как видишь, - Ши показал Даю обложку. – Здесь написано, что это художественная литература, а не религиозная книга.

- Это буквально отрывок из самого начала писания. И зачем его использовать в таком месте? Это же совершенно бессмысленно.

- Услышь тебя сестра, то я бы не отделался простой ванной из «святой воды».

- Она опять-, - в очередной раз Дай был прерван.

- Я могу спать здесь? – спросила Ная.

- Как-то быстро ты начала нам доверять. А вдруг мы убьём тебя за ночь? – проворчал Дай.

- Если бы хотели, то давно бы убили.

- Оставь её, Дай. И тебе, и ей нужно хорошенько отдохнуть - завтра всех нас ждёт тяжёлый и продуктивный день.

- Да не достигнут тебя ночные кошмары, - пробурчал Дай и ушёл вместе с Ши в другую комнату.

Спальня Дая казалось разительно больше всей остальной квартиры - вероятно, из-за того, что Ши так и не удалось убедить самого Дая в важности и надобности всех тех вещей, которые он приносил в дом. Поэтому детектив их либо выкидывал на ближайшую мусорку, либо складывал вещи на балкон. В отличие Ши, предпочитающего полный беспорядок, Дай старалась держать хотя бы свою комнату в относительном порядке. Конечно, он пытался "отвоевать" и другие части квартиры, но все попытки всегда были тщетны. Ши обладал удивительным свойством заговаривать зубы любому человеку, с которым ему приходилось говорить. Каждый раз, когда Дай пытался завести разговор о домашнем хламе, Эшей сначала притворился, что внимательно слушает и готов согласиться на изменения, но со временем начинал рассказывать о чем-то совсем отдалённном. В итоге вопрос так и оставался нерешённым.

В день переезда Дай забрал из своего прежнего дома всего пару вещей: чемодан с минимальным количеством одежды, копию священного писания, переписанную им же, два гобелена с религиозными мотивами (один поменьше, а другой побольше) и несколько амулетов. Один гобелен он унёс в агентство, но после сильной ссоры с отцом он сжёг большую часть привезенных вещей, остался только тот самый гобелен и один амулет. Одежду он тоже в порыве гнева уничтожил - пережила эмоциональный всплеск только одна сутана. Всё остальное пришлось покупать Ши. Это была одна из причин, почему в комнате было так пусто.

У стены кровать стояла одноместная, на ней всегда лежали три подушки - это была одна из старых привычек юноши. Одна подушка всегда была только для Дая и отдавать её он никому не собирался, вторую он по привычке оставлял на экстренный случай. Старший брат часто возвращался домой тайно и не в самом лучшем состоянии, из-за чего до своей комнаты не доходил, а вваливался к Даю и забирал у него подушку. А третья же...

- Одной же подушки тебе вполне хватит?

- А зачем тебе она?

Но ответ Ши был и не нужен. К тому момент как Дай повернулся, подушка уже была беспардонно украдена, а сам преступник стоял напротив окна.

- Приятных снов, Дай. Не забудь, нам завтра рано вставать.

- Да, конечно. А ты там не засиживайся на улице.

- Конечно, я же не хочу, чтобы ты волновался, - произнёс Ши и выглянул в окно.

Окон в квартире было всего два. Одно находилось на кухне и почти весь день закрывалось цветастой занавеской, только под вечер Эшей мог приоткрыть его, чтобы посмотреть на закат. Правда, вид оттуда открывался не столько красивый как хотелось бы - огромный дуб рос именно здесь. Второму же окну повезло побольше. Оно располагалось в комнате Дая - сквозь него можно было увидеть балкон, куда Ши часто складывал найденные им безделушки, которые уже не помещались в квартире, и алый закат, не закрываемый местными зданиями. Эшей даже специально вынес на балкон стул, довольно старый и непонятно откуда взявшийся, чтобы наблюдать отсюда за небом и природой и иногда читать книги. К краю железный оградки была примонтирована чудная стеклянная пепельница, которой уже давным-давно никто не пользовался. Ши аккуратно приоткрыл дверь, стараясь не зацепить ящики, и прошёл на балкон. Для своей комплекции он довольно ловко обминал все препятствия и вскоре добрался до стула. Ши бросил на него взятую у Дая подушку и лишь затем сел сам. Закат давным-давно прошёл и на небе уже даже появились первые яркие звёзды. Как юноша собирался читать в такой темноте было искренне не ясно, но, кажется, его этот вопрос совершенно не волновал. Он уже открыл книгу и принялся внимательно её просматривать.

- Что ж, дочитаю эту часть и тогда уже начну, - добавил он, прежде чем вся квартира погрузилась в полнейшую тишину.