Убийство некроманта

Глава 1.

бе

1.

Шли в темноте друг за другом, осторожно обходя дом прямо по раскисшей от слякоти земле, продираясь сквозь кусты, росшие под окнами. Нина вела рукой по шершавой деревянной стене, чувствуя, как под пальцами осыпаются облупившиеся частички старой краски. Шли медленно. Нина напряженно вглядывалась перед собой, надеясь, что под ноги не попадется рытвина или валяющийся кое-где хозяйственный хлам. Шуметь было нельзя ни в коем случае, иначе это могло свести все их усилия на нет. Ночь была ясной. На небе ярким жирным блином повисла полная луна, деревенскую улицу освещали редкие фонари, но здесь, в тени дома, с трудом угадывались очертания предметов. Нина в очередной раз пожалела о том, что у неё нет способности видеть в темноте, как у низшей нечисти или оборотней. Первым шел мелкий бес Анчут, за ним след в след ступала Нина, а сзади слышался шорох неуверенных шагов испуганной хозяйки дома.

Они прибыли в деревню сегодня вечером и несколько часов, пока дожидались полуночи, выслушивали жалобы хозяйки на странные дела, творящиеся в доме и во дворе.Немолодая женщина, открывшая им дверь по указанному Анчутом адресу, представилась Ольгой. Пустила их в необжитую, но тепло натопленную кухню. Вернее, только Нину, – Анчута, как низшую нечисть, она не замечала вовсе.

– Вас как зовут? – обратилась она к девушке. – Вы от Марийки?

– Здравствуйте, Нина. Да, от нее. Она сказала беда у вас тут в старом доме, сказала, возможно, я смогу помочь.

– Ой, девонька, на тебя одна надежда. Я уже и к участковому обращалась и к батюшке… Ничего не помогает. Муж мой намекает, что санитары помогут… смеется, а сам-то ехать сюда отказывается.

Она горестно вздохнула и принялась хлопотать по кухне. Наполнила водой и поставила на плиту старенький эмалированный чайник с божьей коровкой на пузатом белом боку. Достала из шкафчика две кружки, сахарницу и упаковку печенья. Нина присела за стол, украдкой рассматривая женщину. На вид ей было около шестидесяти. Светлые волосы собраны сзади в обычный хвост, фигура крепкая, спортивная. Одета в черную байковую кофту с белой надписью и узкие джинсы, на ногах кроссовки. Подтянутая, аккуратная, она дисгармонировала с этой обветшалой, кое-как прибранной кухней. Выглядела в ней чужой.

– Это ваш дом, постоянно здесь живете? – спросила Нина у женщины, вертя головой по сторонам и рассматривая обстановку. Анчут присел на подоконник возле давно немытого окна, найдя там место среди пустых стеклянных банок.

– Нет. Это дом моего отца, – ответила Ольга и присела за стол вместе с Ниной в ожидании пока закипит чайник.

– А где он сейчас?

– Папа умер, в прошлом году, – сказала Ольга и замолчала, задумавшись о чем-то своем.

– Так. Хорошо, – прервала ее молчание Нина, – вернее, хорошего тут мало, конечно. Давайте вы мне расскажите все самого начала и по порядку. И про отца, и, главное, про дом.

Ольга, залив в двух щербатых кружках чайные пакетики кипятком, принялась неторопливо излагать свою историю. Сказала, что мать ее умерла давно от несчастного случая – попала под автобус зимой. Ольге тогда было четырнадцать. Пока не закончила деревенскую школу, жили здесь с отцом вдвоем. Потом уехала в город, поступила в институт, вышла замуж. Отец остался жить один. Кого только ему не сватали со всей округи, благо не алкоголик и к работе справный, но ни с кем всерьез он так и не сошелся. Конечно Ольга приезжала с мужем его навещать, особенно в последние годы. Продукты привозили, лекарства, но ночевать почти никогда не оставались, а он и не настаивал. Если бы мама была жива, так они, конечно, и внука брали бы на лето и в целом общались бы ближе, скорее всего. Но уже как есть, ничего не исправишь. Ольга вздохнула, в голосе зазвучали слезы: «Так и умер один, похоронили на местном кладбище».

– А дом? Что с домом стало? – уточнила Нина, делая большой глоток чая из кружки, украдкой бросая взгляды на Анчута.

– После смерти отца в доме никто не жил. Приезжали изредка посмотреть, все ли в порядке, не поселились ли бомжи, не растащили ли местные алкоголики остатки имущества. Когда-никогда косили бурьян во дворе – но на этом всё. Год стояла одинокая хата, но дом без хозяев быстро ветшает, поэтому решили его продать, пока он еще представляет хоть какую-то ценность. Приехала сюда еще летом, начала порядки наводить, придавать недвижимости товарный вид. И как-то ночью я заметила, что во дворе дома происходят странные, необъяснимые вещи.

Женщина поежилась, как от холода. Хотя печка была натоплена жарко, а у Нины от горячего пота на лбу даже выступила испарина. По лицу Ольги было видно, что она сильно испугана и этот рассказ дается ей нелегко.

– Стала я замечать, что иногда ночью во двор кто-то приходит. Следы на мокрой земле остаются, как от маленьких женских туфель с каблучком. Летом, бывает, в одну ночь все цветы на клумбе вымерзнут, хотя ночи стоят теплые. Но чаще всего я слышу женский плач.

Женщина обернулась на икону, висящую в углу, и несколько раз размашисто перекрестилась. Помолчала, собираясь с духом, и продолжила:

– И такой громкий жалобный плач, аж сердце разрывается от тоски. Выглядываю на улицу – никого, только старые качели на березе качаются, как будто на них кто-то сидит. И плач с той стороны, и причитания. Страшно, ужас как.

2.

Подойдя к углу дома, Анчут остановился в тени. Нина подошла и тоже остановилась.

Двор за домом хорошо освещала луна. Был он большой, но неухоженный. Особенно сейчас, поздней осенью, когда с деревьев облетели листья, а моросящий дождь превратил землю под ногами в бурую раскисшую грязь. С одной стороны двора к забору прижимался небольшой деревянный сарайчик. Сразу за ним – постройка поновее, из газосиликатных блоков, накрытая серым шифером, с большими, местами поржавевшими, воротами. Перед воротами площадка выложена старой тротуарной плиткой, из швов которой пробивался мох. Когда-то сооружение задумывалась как гараж, сейчас, наверное, он забит старым хозяйственным хламом. Потому что места для машины Ольги внутри не нашлось, она оставила ее там же, где и Нина – на улице перед калиткой.

С другой стороны, возле забора – неаккуратно сложены дрова и спиленные ветки. Тут и там росли несколько садовых деревьев, скорее всего, яблони. В правом углу двора возвышалась высоченная береза. С одной из ее веток свисали старые детские качели, про которые предупреждала Ольга. Качели с легким скрипом покачивались, на них кто-то сидел. Нина подалась вперед, чтоб разглядеть получше, и высунула лицо под лунный свет. Анчут шикнул на нее и толкнул в бедро маленьким кулачком, чтобы не торопилась.

На качелях спиной к ним сидела худенькая девушка в длинном белом платье. Она слегка покачивалась, но дерево не скрипело, слышался только тихий плач. По коже у Нины побежали мурашки, ей стало очень-очень страшно. От девушки невозможно было оторвать глаз. Длинные светлые волосы доставали почти до пояса, кожа на плечах и руках совсем бледная, как бумага, платье белое-белое, глазам больно. Казалось, от него исходило лунное свечение. Девушку очень хорошо видно, несмотря на густую тень, отбрасываемую березой на качели. Она опустила голову и заплакала громче с всхлипами и подвываниями.

И внезапно... исчезла. Но удивиться никто не успел, так как уже через секунду женщина в белом столбом вырвалась из земли прямо перед оторопевшей Ниной. Подняла голову, отняла руки от своего лица… Лица безглазой мертвой старухи…

Сзади громко закричала Ольга. Женщина в белом исчезла. У Нины бешено колотилось сердце, в полной тишине слышно было только шаги убегавшей хозяйки дома, через несколько секунд хлопнула входная дверь.

– Это Плачка, – спокойно сказал Анчут, которого увиденное если и испугало, то внешне это никак не проявилось.

– Ужас! Кошмар какой, я чуть от разрыва сердца не умерла.

Нина облокотилась о стену дома, пытаясь унять бешено стучащее сердце и справиться с волнением.

– Нина, ну прекращай ты уже пугаться по мелочам. Как маленькая, в самом деле. Ты ж уже этой нечисти повидала вон сколько. А каждый раз, как в первый, готова в обморок кидаться.

– Не знаю, можно ли к такому привыкнуть обычному человеку…

– Не такой уж ты обычный человек, – глубокомысленно заметил Анчут.

– Да я, в общем-то, может, и не испугалась бы так сильно, но она так внезапно перед носом выпрыгнула.

– На то и расчет. Люди с больным сердцем или слабой психикой от таких фокусов могут и окочуриться.

– Плачка говоришь? Кто это?

– Плачка – нечисть. Типа белой Панны. Тоже является в образе женщины в белом платье, но более безобидная. Пугает только, навредить по-настоящему почти никому не может. Наверное, от того и рыдает постоянно, что у нее нереализованные амбиции. Шучу, конечно, какие амбиции....

Нина вместе с Анчутом пересекли двор и остановились под березой, рассмотреть поближе качели и место, где Ольга чаще всего видела Плачку.

– Появляется чаще всего в домах‚ где никто не живет, в пустых церквях‚ на руинах, – продолжал свои объяснения Анчут. – Видят её и на полях после заката солнца. Сидит на камне, вздыхает и заливается слезами. Причитает еще что-то постоянно, но что именно – никто не разберет. Никто с ней никогда не говорил. Что у нее случилось, почему все время рыдает? Загадка. Приходит чаще всего в полнолуние, ближе к полуночи. Я сразу подумал, что это Плачка, еще когда Марийка про нее рассказывала, но надо было собственными глазами убедиться.

– И что нам теперь делать? – спросила Нина, присаживаясь на качели, на которых недавно сидела печальная женщина в белом.

– Плачка не просто так здесь трется, на качельках катается. Что-то ее в этот двор притягивает. Нам с тобой надо узнать, что именно.

– Каким образом? – спросила она у Анчута, не сильно раскачиваясь, оставляя каблуками ботинок две борозды в мягких опавших листьях под качелями.

– Нина, ты прикидываешься, что ли, или правда не соображаешь? Почему, ты думаешь, Марийка этой женщине посоветовала к нам обратиться? Нужно хозяина дома расспрашивать, а его уже год как в этом мире нет.

– Ах вот оно что, – Нина вздохнула и посмотрела на кольцо на своем пальце.

Артефакт огромной силы – Василек, умеющий открывать пути между мирами. В лунном свете красиво переливался синий камень.

– Да ,конечно, могла бы и сама сообразить. Сейчас соберусь с мыслями и начну.

3.

Нина встала, отошла на несколько метров от дерева, сделала большой вдох и попыталась сосредоточиться на своих ощущениях. Попыталась детальнее, ярче представить окружающую ее действительность. Прочувствовать всю до мелочей. Очень-очень важных мелочей. Моросил мелкий дождик, со всех сторон ее обступали тени. Волосы на затылке холодными пальцами трогал ноябрьский ветерок. Густые, видимые глазу испарения поднимались от промокших листьев, устилавших рыхлую землю густым слоем. Где-то справа из-за забора послышался собачий лай, от ветра или от старости тихо поскрипывала над головой береза.

Дыхание Нины выровнялось, стало спокойным и глубоким. Она расправила плечи, подняла выше подбородок, вытянула правую руку с перстнем вперед. Синий камень постепенно начал светиться в темноте. Сначала совсем блекло, но постепенно все ярче и ярче, заливая пространство вокруг голубым, мертвым светом. В голове у Нины замелькали какие-то математические понятия – словно вся Вселенная вокруг представляла собой некое большое уравнение. Нина когда-то решила для себя – причем уверенность в правильности этого решения все крепла, – что кольцо каким-то образом добавляло и убирало некие элементы ЭТОГО мира, чтобы открыть доступ в ДРУГОЙ.

Нина увидела, как откуда-то появился и начал густеть туман, размывая очертания предметов, подменяя их на другие. Голова у нее вдруг стала странно легкой, она почувствовала небольшое головокружение. Туман наползал казалось в самые глаза Нины, чуть ли не ослепляя ее.

Нина затрясла головой, смахнула ресницами выступившие слезы. Зрение прояснилось. Забор впереди исчез, вместо него простиралось плоское почти лысое поле. Там, где еще недавно были сложены дрова, сейчас виднелись заросли невысоких кустарников и мощных сорняков, похожих на чертополох. Ночь посветлела, здесь не бывает полной темноты, вечная серость, вечный сумрак. Сейчас, в эту секунду, Нина видела перед собой совсем другой мир – Навь. Она стояла на самой границе, не переступая ее, она просто смотрела, как в окно. По правде сказать, она даже и не знала, сможет ли вообще пройти. Никогда не пробовала и сейчас не собиралась.

Перед ней на земле, за яркой светящейся линией, отделяющей мир Яви от мира Нави, блестели лужи, заполненные грязной бурой жижей. На поверхности жижи плавали листья, мелкие ветки, птичьи перья… Целая стая темных птиц взвилась над кустами справа. Какая-то серая, похожая на волка тварь вынырнула из зарослей и тут же снова скрылась. Все это происходило в полнейшей, неестественной тишине.

В том месте, где в ее мире росла береза, здесь стояла потемневшая от времени деревянная виселица, ветер раскачивал ужасный труп повешенного. Нина поморщилась, но взгляд не отвела. Вместо этого она сосредоточила на покойнике все свое внимание. От напряжения в голове сначала зазвенело, потом возникла знакомая мигающая боль.

Лицо покойника шевельнулось, по нему пробежала гримаса ужаса, потом его глаза навыкате уставились на Нину и на губах задрожала блуждающая улыбка.

Нина хотела с ним поговорить, но не смогла победить отвращение и ужас. В голове звенело, сердце, казалось, вот-вот разорвется. Она накрыла светящееся кольцо ладонью. Волшебный свет исчез, а вместе с ним и другой мир тоже. Нина снова стояла во дворе деревенского дома под моросящим дождем. Возле ее ног топтался Анчут, сочувствующе заглядывая ей в глаза.

– Что видела? – нетерпеливо спросил он, не дав времени даже отдышаться.

Нина распрямилась, бросила взгляд на качели. Ее опять замутило.

– Здесь, на этой березе, где сейчас качели, когда-то мужик повесился, – слова выпадали из нее как тяжелые мокрые булыжники.

– Понятно, – протянул Анчут, оглядывая старую березу от корней до верхушки. – Только вряд ли он сам повесился. Убили, наверное, иначе Плачка бы не повадилась. А это, часом, не хозяин дома был? Отец этой Ольги?

– Нет. Давно висит. Ни дома, ни деревни там еще и в помине нет.

– В целом картина ясная, возвращаемся в дом. Незачем тут больше мокнуть, еще простудишься. Ты скажи, кстати, Ольге, что бы мне тоже чайку с печеньками налила, а то сижу там на подоконнике, как сирота казанская, слюнки глотаю.

– Вот уж нет, Анчут, пожалей бедную женщину. Она и так, наверное, сейчас на грани сердечного приступа, а я ей про чай для бесов начну рассказывать…

Нина с Анчутом зашагали к входной двери дома на этот раз по дорожке, ни от кого не прячась. На крыльце Нина остановилась.

– Анчут, подожди, – тронула его за плечо девушка. – Так, а делать-то сейчас чего? Что мне Ольге сказать? Не буду же я ей про висельника рассказывать. Она и так перепугана до смерти.

Анчут задумчиво поскреб пальцами шерсть на затылке.

– Скажешь хозяйке, что береза во дворе проклята, от нее все беды. Надо на седьмые лунные сутки ее спилить, в чисто поле вывезти и спалить дотла. На дрова нельзя пускать категорически. Об этом особо предупреди, чтобы не жадничала.

– Большой костер получится, береза вон какая вымахала за столько лет.

– Ничего не поделаешь. Пусть несколько дней палит, но так, чтоб ни одного прутика не осталось, вот тогда вся чертовщина здесь и прекратится. Дом можно будет спокойно продать и забыть всю эту историю как страшный сон.

Глава 2.

1.

Нина сидела в кресле, подтянув коленки к самому подбородку и смотрела в заснеженное окно. Настроение было так себе. Вчера ей поступил новый заказ на работу. И нет, не из главного управления статистики, в котором Нина по инерции продолжала просиживать джинсы.

Почти каждый день она думала о том, что ей надо уволиться и уйти на фриланс. Но постоянно находились какие-то отговорки. Дело в том, что фриланс пока был хоть и доходный, но в нашем мире не совсем легальный. Не станешь же писать в налоговой декларации, что получила десять золотых монет, а именно 24,5 граммов золота 750-й пробы, в качестве платы за разговор с умершей в 1896 году Вересковой Татьяной Михайловной, по поводу спрятанного в фундаменте дома наследства.

Да что там нелегальный, этот фриланс для простых людей в принципе необъясним! Кто поверит, что в наше современное, насквозь инновационное и технологизированное время, возможен разговор с умершими? Кто в здравом уме спокойно примет к сведению существование ведьм, магов, домовых или пророков? А ведь на самом деле они никуда не делись, а продолжают существовать и вполне активно действовать вот тут, прямо у нас под носом. Кто-кто, а Нина об этом знала не понаслышке. Да что там знала, сама была одной из них.

Прошлой весной, после событий, произошедших с Ниной в гродненском старом замке, вся ее жизнь круто изменилась. Нина вздохнула, погрузившись в воспоминания.

Чудом ей удалось остановить своего друга Варгана на полпути и вернуть его обратно из мира Нави (мира мертвых) в мир Яви (мир живых). По какой причине страж миров князь Бай решил вмешаться и подарить ее другу оборотню еще одну десятую жизнь - Нина не знала. Возможно, за такой щедрый подарочек в будущем еще придется заплатить немалую цену. Во всяком случае, перед возвращением в свое кошачье царство Варган ее об этом предупредил.

Всем вместе им удалось остановить активированное пророчество, не дав ему свершиться, и помешать книжной ведьме Любовь Аркадьевне установить новый мировой порядок, стерев границу между мирами.

Собаки Ставры и Гавры, стражи царства мертвых, убили ведьму по приказу князя Бая и утащили ее душу в мир Нави, владения Чернобога.

У Нины несбывшееся пророчество навсегда оставило след не только в памяти, но и на руке – в виде татуировки.

А кроме того, изо всех сил стараясь помочь Варгану, Нина обнаружила у себя способность при помощи магического перстня Василька, доставшегося ей в наследство от бабушки, открывать проход в мир Нави, где, приложив определенные усилия, она могла поговорить с умершими.

Об этой ее способности очень скоро стало широко известно в магическом мире – не без помощи ее друга мелкого беса Анчута, как подозревала Нина. И ее стали привлекать к выполнению заказов, так или иначе связанных с загробным миром. Не бесплатно, конечно, уж Анчут за этим следил более чем пристально.

Когда-то она спасла жизнь мелкому бесу и теперь, согласно укладу, он должен был вернуть ей долг. И пока Анчут не спасет в ответ жизнь Нины, бес чувствовал себя обязанным и постоянно ошивался рядом, чтобы вдруг случайно не упустить первую же представившуюся возможность. Со временем Нина привыкла к его присутствию, и они подружились.

После тех событий Нина долго размышляла о судьбе своей бабушки. Не так-то просто переварить новость, обрушившуюся на тебя, как ведро холодной воды, что твоя родная бабушка была не просто милой пожилой и очень доброй женщиной, какой она осталась в Нининой памяти – а самой настоящей природной ведьмой. Еще и довольно могущественной.

Нина несколько раз пыталась завести об этом разговор с родителями, но после нескольких неудачных попыток поняла, что родители ни о чем не догадываются и вообще не в курсе проявления каких-либо магических способностей среди родственников. А вот сама Нина оказалась девушкой не простой, хотя кто знает, сколько бы ее собственные способности дремали еще в ней, никак не проявляясь, если бы не та роковая цепь случайностей, произошедшая с ней прошлой весной.

Много думала Нина и о словах книжной ведьмы Любовь Аркадьевны, которые та произнесла о ее бабушке незадолго до смерти:

«Старая ведьма Нинка первой сообразила, что к чему. Думаю, она и настояла назвать свою внучку Ниной – что в переводе с ассирийского обозначает «царица». Сразу планировала принести ее в жертву и призвать с помощью Василька в наш мир Чернобога. Вот ведь черная душа! Родную внучку не пожалела. Хотя врать не буду, что было у нее в голове, неизвестно. Может, она ожидала, что вместе с остальными мертвыми и внучка вернется, поэтому не боялась. А может, наплевать ей было на девочку…»

Нет! Нет и нет! Нина аж зажмурилась, отгоняя дурные мысли, настойчиво проникавшие в ее голову. Это просто невозможно! Это противоречит всем законам мироздания. Бабушка была просто физически не способна на такое коварство. Если бы она и решилась на такой страшный ритуал, чтобы вернуть свою семью, значит была точно уверена, что внучка не пострадает!

Снежинки падали, прилипали к стеклу, быстро превращались в капли, соединялись по две-три и неровными струйками стекали вниз. Нина ненавидела такую погоду. Хуже нет чем ветер и снег при плюсовой температуре. Но настроение портила не только погода, тревожил ее вчерашний заказ.

***

Молодой человек через Анчута назначил ей встречу. Они встретились вчера вечером в известном гродненском баре в центре города. Там за бокалом вина молодой, очень симпатичный сын некроманта, представившийся Александром, поведал ей свою историю.

История, естественно, была трагичной.

Отец Александра, Владимир Федоров, был потомственный некромант. Довольно известный и уважаемый в своих кругах колдун. Примерно месяц назад он был убит, по словам его сына, в маленькой гостинице в центре города.

В Гродно Федоров был проездом – остановился по дороге в Чехию, где постоянно проживал вдвоем с сыном.

Конечно, они жили в Праге, где же еще. Прага с незапамятных времен была признана почти официальной столицей вампиров, некромантов и прочих черных магов. Казалось, стоит любому из них добиться хоть малейшего признания и денежных накоплений, как они тут же покупают недвижимость в чешской столице.

Нина усмехнулась своим мыслям. Но суть не в этом. Никаких магических способностей от могущественного отца Александр не унаследовал. Говорил он об этом спокойно, но Нине казалось, что она видит затаенную обиду и боль в его светло-голубых, почти прозрачных глазах. С самых юных лет отец подарил мальчику амулет, позволяющий видеть и свободно общаться с нечестью.

– Покажете? – спросила у него Нина. Она была еще совсем неопытной ведьмой и, возможно от этого, очень любопытной.

– Конечно нет! – засмеялся в ответ Александр. Вот только в глазах у него никакой веселости не наблюдалось.

– Ну да, конечно. Извините. Вернемся к причине нашей встрече. Итак, вы считаете, что вашего отца убили?

– Это не только я так считаю. Это почти доказанный факт. Отец остановился в небольшой гостинице в центре города, и утром горничная нашла его мертвым. Расследование проводить никто не стал. Милиция походила туда-сюда, носом покрутила и списала произошедшее на несчастный случай. Но я-то знаю, что отец никак не мог поскользнуться на плитке в ванной, упасть, разбить голову и истечь кровью. Это совершенно не в его стиле!

Нина еще раз мысленно усмехнулась – не в его стиле. Она смотрела как молодой человек злится и ей совершенно не хотелось ввязываться в эту историю.

– А от меня чего вы хотите? – спросила Нина, когда он немного успокоился и замолчал.

– Известно, чего! – Александр посмотрел на нее в упор, удивляясь ее недогадливости. – Хочу, чтобы вы поговорили с отцом.

2.

Улица освещалась плохо. Несмотря на обилие высоких заборов с откатными тяжелыми воротами и красивых дорогих особняков, прятавшихся за ними. Нину всегда удивляла эта особенность пригородных застроек.

Земля и дома в них стоят приличных денег, строятся и проживают в них небедные люди, но вот прямых асфальтированных хорошо освещенных улиц всего пяток наберется на весь поселок.

Нина аккуратно объезжала ямы и ухабы на дороге, в который раз кляня про себя нерадивые дорожные службы.

Она ехала в гости к Марийке. Та жила в собственном доме, в небольшой деревеньке рядом с городом. Ну то есть это еще лет десять назад, этот поселок можно было назвать небольшой деревенькой, но близость к трассе и к областному центру определило его судьбу иначе. Последние годы район активно застраивался, коттеджи росли как грибы.

Марийку это злило невероятно. Она не случайно поселилась за городом еще с незапамятных времен. Ведьмы любят уединение. На природе и колдовать сподручнее и любопытных взглядов меньше. А Марийка была ведьмой. Природной, но склонной к прорицательству.

Жизнь Марийка любила легкую и красивую. А для такой жизни нужны деньги, причем немалые. Поэтому она подрядилась в гадалки. И славу о женщине, которая всю правду знает наперед, быстро разнесло сарафанное радио.

Деньги Марийке были нужны, а вот слава – нет. Однако в ее ремесле одно очень зависело от другого, ничего не поделаешь. Поэтому ей приходилось время от времени менять место жительства и легенду.

Сейчас по документам ее звали Мария Верескова и в налоговой она была зарегистрирована как индивидуальный предприниматель, занимающийся веб-дизайном на дому. Отсюда и средства к существованию. Анчут говорил, что до этого ее звали Вирджиния Коноплева и жила она где-то в Польше под Вроцлавом. Но никаких подтверждений этому Нина не нашла, а сама Марийка никогда про свою прежнюю жизнь не рассказывала и разговоры на эту тему очень не любила. С Ниной их познакомил Анчут, девушки очень быстро нашли общий язык и подружились.

Легкая и веселая Марийка, тем не менее, была ведьмой опытной. При этом выглядела очень молодо, лет на двадцать пять, не больше, а сколько лет ей на самом деле, кто же об этом женщину спросит?

Дом она купила в деревне довольно старый, но почти полностью его перестроила. В итоге он получился небольшой, одноэтажный, сделанный максимально из натуральных материалов и от этого очень уютный. Дерево и камень, Марийка признавала только эти материалы для строительства и отделки.

Забор невысокий, ворота открыты – Нина заранее предупредила что сегодня приедет в гости. Встречать ее с радостным лаем выбежал толстый ротвейлер Портос. Несмотря на довольно устрашающий внешний вид и внушительный размер, характер Портос имел добродушный и очень дружелюбный. Марийка говорила, что из-за этой его постоянной дурной веселости и страсти к еде, пес и получил свою кличку.

Нина потрепала Портоса за ушами, уворачиваясь от его мощных передних лап и слюнявой морды.

– Привет-привет. Ну хватит Портосик, ты меня с ног собьёшь, я тоже рада тебя видеть.

Облизав Нину, пес помчался к стоящей на крыльце хозяйке, радостным лаем оповещая, что гость опознан – это «свои».

– Нина, привет! Ворота закрой пожалуйста, а то я необутая, – сказала Марийка Нине, демонстрируя ногу в мягком, сшитом из искусственного меха, домашнем валенке.

В кухне приятно пахло выпечкой и корицей. Нина подошла и с любопытством заглянула в духовку.

– Ты опять что-то печешь? Какую вкуснятину на этот раз?

– Яблочный штрудель из слоеного теста с корицей и грецкими орехами.

– Ого! – рот у Нины наполнился слюной, а улыбка стала шире. – Сегодня ты вырываешься вперед и занимаешь первое место, среди других моих причин «не похудения к лету».

– До лета еще больше, чем полгода, – рассмеялась Марийка и принялась доставать из старинного буфета чашки и блюдца.

Антикварные сервизы были ее слабостью. На этот раз набор был из тончайшего фарфора с золотыми китайскими драконами.

– Ну к «новому году», или к чему там сейчас худеют?

Нина взяла в руки чашку и полюбовалась искусным рисунком. Хвост дракона обвивал ее по кругу и заканчивался каким-то немыслимым орнаментом из сплетенных цветов и птиц. Таким же орнаментом были расписаны блюдца.

– Ах, какая красота, – восхитилась Нина и осторожно вернула чашку на стол. – Меня восхищает твоя коллекция посуды. Такой буфет и его содержимое занял бы достойное место в каком-нибудь музее.

– Что значит в каком-нибудь? От него бы и Лувр не отказался и Третьяковка, только кто же им даст...

Марийка открыла холодильник и обернулась к Нине:

– Ты голодная? Ужинать будем? Или хочешь просто по-быстрому бутербродов сооружу. Нет, Портос! Не тебе, ты-то понятно всегда голодный, не лезь слюнявой мордой мне под руку, – Марийка отпихнула от холодильника своего питомца и встала так, чтобы перекрыть ему доступ к хозяйской еде.

– Нет, спасибо, я дома поужинала. А вот от чая не откажусь.

Нина присела на стул и приняла в свои объятия обиженного Портоса. Тот положил ей огромную голову на колени, предлагая хотя бы почесать его за ушами, если уж еды пожалели. Нина запустила пальцы в его лохматый затылок.

– А что по поводу посуды, то у каждой уважающей себя ведьмы обязательно должна быть какая-нибудь тайная страсть – нравоучительным тоном произнесла Марийка.

– Ну не знаю… обычно под тайной страстью подразумевают «бицепсы трицепсы и томный взгляд карих глаз», – мечтательно протянула Нина.

– Ну нет. Это просто страсть. И вообще можно сказать даже не страсть, а увлечение. А вот «коллекционирование» … Это стоит потраченного времени и приносит в жизни гораздо больше удовлетворения, чем «томный взгляд карих глаз».

– Прости, но не могу с тобой согласиться, – улыбнулась Нина.

– Ну это пока.

– А я слышала, что истинными коллекционерами могут быть только мужчины.

– Ха-ха, типичное патриархальное заблуждение, наверняка самими мужчинами и придуманное. Впрочем, не собираюсь спорить и что-либо доказывать. Может я и в самом деле не настоящий коллекционер. Просто мне нравится красивая посуда вот и все.

Нина смотрела, как подруга быстро перебирает тонкими пальчиками стеклянные баночки, стоящие перед ней на полке. Безошибочно находит нужные, достает из-них какие-то травы и добавляет к чаю в расписной заварник.

– Кстати, заказ от Ольги мы с Анчутом на той неделе выполнили. Деньги, твою долю, вот оставляю здесь на комоде, – с этими словами Нина достала из сумки кошелек. Отсчитала несколько купюр и положила на полированную поверхность комода рядом с телефоном и картами таро. Сумку оставила там же.

– Да? Круто, спасибо, и кто там был? – расспрашивала Марийка, хлопоча по кухне.

– Плачка к покойнику ходила, – буднично ответила Нина, как будто это было банальнейшим из происшествий.

– Я так и думала, что Плачка, судя по описанию. Но только было непонятно, чего она повадилась? Говоришь к покойнику? Труп не отпетый во дворе зарыт или что?

– Нет, повешенный на березе. А они еще на то место качели приспособили. Картина жуткая, я тебе скажу.

– Ну так и оплата достойная.

– Достойная, – вздохнула Нина, но возражать и жаловаться не стала.

– Такие заказы редкость, – продолжала Марийка, разливая чай по кружкам. – Обычно или молодые девчонки обращаются погадать на любовь, иди женщины в возрасте, хотят порчу на любовницу наслать. Но за такое, конечно, и платят мизер. Да что я тебе рассказываю. Сама знаешь.

– Я? Откуда мне знать, – улыбнулась Нина. – Я пока ни то, ни другое не заказывала.

– А хочешь? Для тебя со скидкой.

– Нет уж, мне такое и даром не нужно, не то, что со скидкой.

– Ну смотри сама. У меня услуги качественные, сама знаешь. Я не какая-нибудь шарлатанка интернетовская.

– Знаю, знаю… Просто мне без надобности.

– Ну это да. С мертвыми говорить, да в Навь ходить – это, конечно, специальность по круче, чем дипломированный инстаграмный таролог, – привычно поддела ее Марийка.

– Может, звучит и по круче, но оплачивается гораздо дешевле, – Нина демонстративно оглядела современный ремонт, стильно дополненный дорогой антикварной мебелью.

– Ну так ты еще новичок, – усмехнулась Марийка, – еще и рекламой брезгуешь.

Нина села за обеденный стол, отпила чай из кружки с драконом. Полюбовалась на яблочный штрудель, который Марийка достала из духовки, выложила на большое желтое блюдо с подсолнухами и поставила на середину стола остывать. Аромат печеных яблок и корицы заполнил кухню плотнее и распространялся через открытые двери на весь дом.

– Так я в магическом мире без году неделя. Дай мне хоть отдышаться. Мне и без рекламы покоя не дают. Я к тебе, собственно говоря, по этому вопросу и приехала.

Глава 2.

Нина подробно рассказала подруге про встречу в баре с Александром и про его заказ.

Марийка отставила чашку с чаем и принялась барабанить пальчиками по столу.

– То есть, я правильно понимаю, что он всерьез считает, что кто-то убил некроманта в нашем городе, в гостинице и обставил смерть как несчастный случай?

– Да именно так его сын и предполагает.

– А обстоятельства смерти?

– По его словам, отец поскользнулся на мокрой плитке, упал, разбил голову и истек кровью.

– Очень подозрительно. Чтобы некромант умер от потери крови? Ни за что не поверю.

– Вот и он так считает.

Марийка замолчала о чем-то задумавшись. Нина ее молчание не прерывала и тоже размышляла, тасуя в голове факты, которые ей сообщил Александр.

– А как звали некроманта? – спросила она у Нины. – Ты запомнила?

– Я записала. – Нина провела пальцем по экрану телефона, чтобы его разблокировать и открыла приложение Блокнот. – Его звали Владимир Федоров.

Нина подняла голову и посмотрела на подругу. Та молчала, в ее глазах явно читалось удивление.

– Тот самый Федоров? – наконец спросила она.

– Что значит тот самый? Я никакого Федорова не знаю.

– Ну да, конечно же тот самый, какой же еще. Таких совпадений, чтобы и имя, и фамилия, да еще и некромант… – Марийка не могла усидеть на месте. Она поднялась из-за стола и взволнованно расхаживала по кухне.

– Ты его знаешь? – спросила Нина, пытаясь заглянуть Марийке в лицо, чтобы понять, что ее так сильно взволновало.

Но та ходила по кухне от одной стены к другой, глядя перед собой невидящим взглядом и продолжала монотонно рассуждать вслух, то ли поясняя для Нины некоторые факты, то ли просто упорядочивая их у себя в памяти:

– Владимир Федоров очень сильный черный маг. Некромантия – это не его основная специальность, к оживлению мертвых он, наверное, только в последние годы пристрастился. Когда-то долгое время жил в Гродно.

Его даже судили здесь, как иностранного шпиона. Представляешь? Вот смеху-то было в магическом сообществе. Сериалов в те времена не было, так все в суд тогда ходили как в театр на представление.

Даже не знаю, для чего Владимир в этом цирке участвовал. Впрочем, он всегда был склонен к лишнему пафосу и дешевым драмам. А может, просто придуривался. В молодости Владимир был ярким представителем белорусского драматического общества. Так сказать, местная богема.

Представляю какие лица были у охранников тюрьмы, когда на следующе утро заключенный просто исчез из камеры. Дело тогда замяли, конечно. Тем более, что родственников у Федорова не было, и судьбой его никто не интересовался. С тех пор в Беларуси его больше никто не видел. В Чехию, скорее всего, переехал, как и вся их братия.

– Да, да. Александр говорил, что они с отцом жили в Праге, – подтвердила Нина, но Марийка ее не слушала.

– Упал и голову разбил – такая же бредовая версия, как и то, что сто лет назад он работал на людскую иностранную разведку, – продолжала размышлять вслух Марийка. – Но поверить в то, что кто-то здесь в нашей глуши смог убить могучего колдуна, совершенно не оставив никаких следов, тоже невозможно. Дело конечно очень странное. Ты, кстати, на заказ согласилась?

– Я? На какой заказ? Ааа… пока нет, – Нина даже не сразу нашлась, что ответить, так неожиданно ведьма прервала свои размышления и задала вопрос. – Взяла три дня на «подумать».

– О чем будешь думать?

– О том нужен ли мне такой опыт или нет. Все ж таки убийство, если это действительно убийство, а не несчастный случай – не рядовое происшествие. Александр этот тоже не внушает доверия… Но самое главное – некромант. Никогда еще не разговаривала в Нави с душами мертвых колдунов. Хватит ли у меня для этого сил? Это вообще в принципе возможно? У меня в таких делах совсем мало опыта. Поэтому я сказала, что перезвоню Александру через три дня. А сама поехала к тебе за советом.

– Я разговаривать с мертвыми не умею, поэтому точно ответить на твой вопрос не могу. Но думаю, что это возможно. Общий принцип с душами мертвой нечисти, такой же, как и с душами обычных людей. Умирая, все вместе, взявшись за руки, следуют в Навь. Хватит ли у тебя сил? Кто знает? Не поймешь, пока не попробуешь. Даже не знаю, что тебе и посоветовать.

Марийка в раздумьях наморщила брови, почесала перламутровыми ноготками лоб, сделала еще кружок по кухне и выдала:

– Когда я не знаю, что мне делать, я спрашиваю у карт. Давай и в этот раз поступим так же. Глядишь, над картами и мне какое озарение о будущем придет. Я же все-таки тоже какая-никакая прорицательница.

Нина с сомнением поджала губы. Она никогда не верила, ни в гадания, ни в таро расклады… Хотя с другой стороны совсем недавно она и в магию не верила тоже.

– Что ж ладно, давай посмотрим, что твои карты скажут.

Марийка взяла в руки колоду карт, лежащую на комоде.

– Давай перейдем в другую комнату. На кухне не могу правильно настроиться, –сказала Марийка и, перетасовывая в руках колоду, пошла в гостиную. Нина последовала за ней.

Гостиная у Марийки была так же экстравагантна, как и ее хозяйка. В стиле ар-деко, как когда-то пояснила ей подруга, когда впервые показывала дом. Нина не очень разбиралась в стилях и дизайнах интерьеров и этот термин мало ей о чем говорил. Но Нине казалось, что в атмосфере гостиной она ощущала дух Парижа двадцатых годов. Книжные шкафы, картины в дорогих рамах, библиотека со старинными томиками поэзии. Перед камином массивная кушетка с легкими деревянными подлокотниками, возле большого панорамного окна – журнальный столик в форме звезды.

Девушки опустились на колени, усаживаясь прямо на пушистый ковер перед журнальным столиком. Марийка тасовала карты с закрытыми глазами – настраивалась на гадание. Наверное, что-то повторяла мысленно, потому что губы ее иногда шевелились. Нина почувствовала напряжение пространства, почти физически увидела ручейки силы, стекающиеся к Марийкиным рукам. Потом ведьма открыла глаза и принялась раскладывать карты на столе слева направо в сложный узор. Нина ничего в этом не понимала, поэтому молчала, только удивляясь про себя замысловатым картинкам, открывающимся перед ней.

Закончив, Марийка принялась внимательно изучать разложенные на столе карты. Иногда хмурилась, иногда озадаченно цокала языком.

– Ну что твои карты говорят? – не выдержала Нина.

– Да черт-те чё они говорят. Так сразу и не поймешь... Смерть выпала перевернутая, вместе с Тузом Мечей, – ведьма указала на две карты, лежащие в центре.

Нина наклонилась над раскладом, чтобы рассмотреть карты поближе.

На одной из них, лежащей верх ногами, изображался скелет на белом коне, одетый в доспехи. Под шлемом виден череп, в левой скелетированной руке всадник держит знамя с изображением цветка. Под копытами лошади лежит мужчина в дорогих одеяниях, возле головы мужчины упавшая корона. Перед лошадью на коленях стоят женщина и мальчик. Сбоку от женщины и ребенка – священник. На заднем плане река и плывущий парусник, восходящее или заходящее солнце. Скелет на коне, видимо, и олицетворял смерть.

На второй карте – длинный клинок, чье острие увенчано массивной короной, а рука, держащая меч, как будто заносит его над пустынной холмистой местностью, провозглашая победу и завоевание. По обеим сторонам оружия разлетаются конфетти. Корону украшают оливковая и пальмовая ветвь.

– И что это значит?

– Летальный исход, – коротко бросила Марийка.

– Ну знаешь, это и без карт понятно…

– А вот тут еще выпала Королева рядом с Семеркой мечей. Хмм… Семерка мечей может обозначать кражу, – продолжала Марийка задумчиво глядя на карты. – А завершает все это безобразие перевернутая Звезда.

– Перевернутая звезда? Это какая именно карта? Вот эта?

Нина ткнула в карту на которой была изображена обнажённая девушка на берегу водоёма. В руках ее кувшины – из горлышка одного вода изливается назад в водоём, второй кувшин орошает землю. Над головой девушки сверкают звёзды – одна центральная, самая крупная. За спиной девушки виднеется дерево, на горизонте можно разглядеть верхушки гор.

– А то что перевернутая, это плохо?

– Да уж ничего хорошего.

Марийка внезапно смешала все карты.

– Ничего конкретного. Не получается ясный расклад. И сама я ничего в будущем по этому поводу не вижу. Все как будто туманом заволокло. Даже не знаю, что тебе посоветовать. Разобраться в такой запутанной истории, конечно, интересно. И плату наверняка предлагали хорошую?

– Хорошую… – в голосе Нины явно слышалось разочарование.

Не то чтобы она всерьез рассчитывала, что карты что-то прояснят. По правде сказать, ко всяким гаданиям она относилась очень недоверчиво. Но все же надеялась услышать от подруги что-то более определенное. Ожидала, что опытная ведьма даст какой-нибудь дельный совет.

– Ну не расстраивайся, Нинель. Хочешь давай завтра вместе в отель этот съездим. Там же вроде неплохой ресторан на первом этаже есть?

– Есть.

– Отлично. Давай завтра съездим, пообедать или поужинать. Ну или просто по чашке кофе выпьем. Осмотримся на месте, что к чему. У тебя же время еще есть? Ответ не сегодня давать нужно?

– Не сегодня.

– Ну вот и хорошо. Ты с Анчутом еще по этому поводу поговори. Может, он чего дельного посоветует.

– С Анчутом, конечно, поговорю. Одна я в такое дело точно не полезу. А за предложение спасибо. Действительно стоит на месте оглядеться. Только не на обед, так как завтра я работаю. А вот вечером на кофеек можно к ним и заглянуть, посмотреть, что за отель такой и что в нем происходит.

– Вот и договорились, – Марийка обняла за массивную шею подошедшего к ним Портоса. Пес лизнул хозяйку в лицо и улегся рядом с девушками на пол возле журнального столика.

4.

Таинственная смерть некроманта никак не выходила у Нины из головы, и на следующий день она с нетерпением ожидала конец рабочего дня, чтобы поскорее увидеть отель и встретиться с Марийкой. Еще по дороге, прикидывая в уме маршрут, Нина решила оставить машину на соседней улице на стоянке. Помнила, что в центре города свободных мест для парковки может не быть, а рядом с гостиницей парковка совсем крошечная. Да и погода для конца ноября была относительно неплохой, без дождя и ветра – уже хорошо. Так что смело можно прогуляться пешком пару сотен метров.

Перед зданием Нина остановилась и внимательно его осмотрела. Этот старинный дом в их городе был почти достопримечательностью. Гродненцы называют его «Дом с лилиями». Название он получил из-за деталей фасада – знаменитых лилий светло-розового цвета. Здание недавно отреставрировали и сейчас оно выглядело изумительно. Нина залюбовалась.

Стены приобрели оливковый оттенок с характерным перламутровым переливанием цветов из одного в другой. Обновили резные деревянные двери и окна. Нина знала, что утраченные элементы декора восстанавливали по уцелевшим образцам. Сейчас его внешний вид соответствует тому, как дом выглядел в начале прошлого века и прекрасно вписывается в городской ландшафт. На первом этаже здания располагался ресторан, второй этаж и мансарду занимала гостиница. Вернее, бутик-отель как сейчас модно говорить, всего с десяток номеров.

Нина увидела, как возле главного входа остановилось такси и из него вышла Марийка – высокая стройная красавица. Нина улыбнулась, залюбовавшись подругой. Марийка имела очень яркую внешность, на нее все всегда и везде сразу же обращали внимание. Взгляды могли быть любые от восторженных до злых и завистливых, а вот равнодушных почти не бывало. Ее блестящие каштановые волосы доходили до лопаток, высокий лоб закрывала густая прямая челка. Из-под челки блестели с чуть насмешливым выражением всегда любопытные глаза-вишни.

Марийка увидела Нину и приветственно замахала ей рукой.

– Привет, красотка, ты пунктуальна, – Нина подошла и чмокнула ведьму в щеку.

– Точность – вежливость королей. Или что там принято говорить по этому поводу. – рассмеялась та.

Они зашли в парадный вход. Сразу за небольшим холлом располагался ресепшен. Их встретила улыбчивая администратор.

– Здравствуйте. Очень рады вас видеть? Может быть у вас заказан столик?

Вход в ресторан располагался справа. Оттуда доносилась негромкая приятная музыка. Саксофон, что ли? Нина бросила любопытный взгляд в зал. Девушка в этом месте была впервые.

– Нет, заранее мы не бронировали, зашли спонтанно выпить по бокалу и перекусить, – ответила Марийка, снимая при помощи администратора пальто и водружая его на вешалку.

– Отлично, давайте я провожу вас, столик на двоих, я правильно вас поняла? – щебетала девушка, помогая Нине тоже снять свою верхнюю одежду. В отличии от Марийки, часто выбирающей элегантная стиль, Нина любила более практичную одежду. Она повесила на вешалку свою куртку цвета лаврового листа, туда же намотала огромный вязанный шарф.

Они присели за столик, Нина продолжила внимательный осмотр помещения. Оценила благородные цвета интерьера, бархатные диваны и кресла, тяжелые портьеры, светильники из латуни, теплое сияние свечей. Можно сказать, что вокруг царила атмосфера гармонии и спокойствия.

– Мне здесь нравится, – сказала Марийка, оглядываясь по сторонам.

– Да, мне тоже. Довольно приятное место. И людей немного, хотя, будний день конечно. Может по выходным здесь более шумно.

К ним подошел официант, положил на стол два меню, спросил, принести ли что-нибудь сразу. Вежливо улыбался, в общем, был довольно милым молодым человеком.

– Ну что? С виду обычное место, ничего подозрительного я не замечаю. По крайней мере, здесь. Пройти на кухню нам, конечно же, не разрешат, с какой стати? Да и подняться в гостиницу посмотреть, в каком он останавливался номере, тоже ведь не позволят. Как это вообще будет выглядеть со стороны – пустите меня место преступления осмотреть?

– Ну, да. Тут что-то другое придумать надо. Но это на случай, если ты согласишься, так ведь? Или ты уже решила, что согласишься? А что Анчут сказал, вы с ним это обсуждали?

– Обсуждали немножко. Но ты же знаешь Анчута. Жадный, хитрый бес. Он сразу сказал: «Соглашайся, что тут думать!»

– Ну да, этот мимо денег равнодушно не пройдет… А что сын у некроманта симпатичный?

– В целом ничего такой, но не в моем вкусе, – Нина отвела взгляд в сторону.

– Ага понятно, значит симпатичный. Как ты там говорила? Бицепсы трицепсы и томный взгляд карих глаз?

– Вот именно, а у этого глаза голубые, почти прозрачные, я же говорю – не в моем вкусе!

Подошедший официант поставил перед девушками заказ. Марийка заказала бокал красного чилийского вина и брускетту с вялеными томатами и моцареллой, сославшись на то, что сладкое есть вредно для фигуры, а Нина выбрала кофе и чизкейк, отказавшись от вина, уколов Марийку в ответ, что вино вредно для сердца.

– Хотя какое у тебя там сердце, ведьма? Бессердечная ты нежить.

– Ага, легко рассуждать о вреде вина, когда ты за рулем.

Девушки рассмеялись. Нина пила кофе, поддевала вилочкой творожный крем десерта и наблюдала как Марийка кокетничает с барменом. Ведьма пересела за дубовую барную стойку. Элегантно закинув ногу на ногу на высоком деревянном стуле, она обсуждала с молодым человеком особенности коктельной карты данного заведения. Советуясь с ним, что же ей лучше сделать: взять второй бокал вина или попробовать какой-нибудь новый экзотический коктейль. На самом же деле Марийка вызвалась поговорить со всеми работниками, кто есть в поле зрения, чтобы убедиться, все ли из них люди и не имеют ли при себе каких-нибудь магических предметов или странных намерений.

– Возьми мне тоже такой торт.

Нина вздрогнула от неожиданности, подняла голову и увидела перед собой за столом непонятно откуда взявшегося Анчута.

Глава 2. (продолжение)

5.

– Анчут, нельзя же так пугать, я из-за тебя поседею раньше времени. Как ты нас нашел?

– Ну для этого есть много способов, но на самом деле, не застав тебя дома, я просто догадался. Так ты торт возьмешь мне или нет? Вкусный он, кстати? Выглядит аппетитно.

Анчут попытался засунуть свой палец Нине прямо в тарелку, но та его ловко перехватила.

– Сейчас закажу, не лезь. Пиво, уж прости, брать не буду, а то официант меня с таким странным заказом запомнит. А мне это совершенно ни к чему.

– С такой яркой подругой никто тебя не запомнит, – сказал Анчут кивком головы указывая на Марийку, сидящую за барной стойкой. – Сегодня все запомнят только ее. Бармен с официантом уж точно.

Нина подняла руку, подзывая официанта и попросила повторить чизкейк и добавить к нему облепиховый чай. Анчут довольно закивал с другой стороны стола. Официант его, понятное дело, не видел.

Через какое-то время вернулась Марийка, держа в руках высокий стакан с разноцветной жидкостью, замысловато украшенный фруктами и трубочками. На лице ее явно читалось недовольство.

– Что случилось, Мария, Вам не понравился коктейль? Надо было выплеснуть его прямо в лицо этому криворукому неумехе, – кивнул Анчут в сторону бармена.

– Привет, Анчут, коктейль как раз-таки в порядке, – Марийка отодвинула кресло и села рядом с Ниной, делая большой глоток из высокого стакана. – А вот с барменом явно что-то не то.

– Что ты имеешь ввиду, – заинтересовалась Нина, оглядываясь. – Бармен как бармен. Симпатичный. Стоит, стаканы протирает.

– Вот именно, а я между прочим приворотную магию почти до третьего уровня догнала, сил потратила уйму, аж вспотела вся, а ему хоть бы хны. Он уже должен был с туманным взглядом, капая слюной на пол, за мной идти как бычок на веревочке. А он стаканы протирает.

– Ну и что? Марийка, ты конечно девушка видная, тут ничего не скажешь. Но может он, правда, предпочитает другой типаж, или любимая жена дома… Да может он вообще в конце концов гей! – возмутилось Нина.

– Да хоть Папа Римский! На воздействие третьего уровня он должен был хоть как-то среагировать. Хоть на десять минут, хоть невсерьёз, но должен был увлечься. А он ванильно-вежливый и все. В глаза смотрит, собака, и не хочет меня!

Видно было, что Марийка зла и разочарована. Нина улыбнулась:

– А тебе прям каждого первого надо соблазнять?

– Нина, не тупи, – вмешался в разговор Анчут, – Мария говорит, что здесь магия не действует.

– Амулеты может какие защитные или что?… Я в этом не очень-то понимаю, – растерянно сказала Нина, переводя взгляд с одного на другого.

– Может и амулеты, кто его знает, но что-то тут явно не чисто.

– По крайней мере, конкретно на этом Олеге, который за стойкой стоит, никаких амулетов не было. Если что и есть, то сразу на всем помещении. Какая-то хитрая блокировка. Магия не блокируется, колдуй сколько хочешь, только вот воздействия нет. Как будто все сразу развеивается. Даже и не знаю, кто в Гродно так чаровать может, никогда раньше с таким не сталкивалась.

– Ну так и ресторан открылся совсем недавно. Ты вот в нем сегодня первый раз, – улыбнулась Нина.

– И скорее всего в последний, – недовольно фыркнула Марийка.

– А это ты зря, – не согласился с ней Анчут, – иногда такие места очень даже нужны. И для схрону и для переговоров важных, да и вообще много для чего могут понадобиться. Тем более место вроде приятное. Мне здесь нравится.

– А может, ты и прав, – Марийка в очередной раз огляделась по сторонам. Вы только в магическом сообществе помалкивайте об этом. Если никто ничего не знает, тем лучше. В наше время, кто владеет информацией – владеет миром.

– Ну это не только в наше время, это можно сказать во все времена.

– Ну хорошо, а если тут магия не действует, то как тогда в гостинице могли колдуна убить? Ну то есть могли, конечно, но тогда только обычными средствами, без помощи магии…– вмешалась в разговор Нина

– Обычными средствами опытного некроманта? Сомневаюсь, что это возможно.

– Практически, может, и нет, но теоретически – очень даже да.

– А может, магия только в ресторане не действует? А в гостинице все обычно?

– Может и так…

– А может, это был действительно несчастный случай? Может, не было никакого убийства и пожилой человек действительно просто поскользнулся на мокрой плитке. Упал и разбил себе голову. Ведь бывает же такое в обычной жизни, – с робкой надеждой предположила Нина.

– Бывает. Всё бывает. Вот давай и выясним, заодно и денежек немного заработаем, –обрадовался Анчут, – а еще не помешает разузнать побольше об этом месте. Незаметно поинтересоваться, невзначай поспрашивать.

– Давай, Анчут, ты этим и займешься, – сказала Марийка, – у меня незаметно не получается.

– Слушайте, но так это же все время, а мне ответ Александру нужно уже завтра дать. Принимаю я заказ или нет.

– Блин… Александр этот вообще не к месту – скривилась Марийка.

– Почему не к месту? Мы тут исключительно из-за него собрались, –хмыкнул бес.

– А если магия здесь не действует, то я, наверное, и не смогу тогда Навь увидеть и с некромантом этим поговорить.

– Ну так, Нина, пока не попробуешь не узнаешь. А зачем бесплатно пробовать, если нам за положительный результат хорошие деньги были обещаны? – напирал на Нину Анчут. – Или тебе деньги не нужны?

– Нужны…– горестно вздохнула Марийка.

Анчут ошарашено обернулся к ней.

– А ты-то тут при чем? Заказ Нина исполнять будет, я ей подсоблю, а ты с какой стороны к деньгам – непонятно!

– С самой что ни на есть прямой, – уверенно заявила ведьма. – Вам одним тут не справиться! Нина зеленая совсем, а ты из низших, а тут такая чертовщина закрутилась, что моя помощь понадобится обязательно!

– Ну вот когда понадобится, тогда об оплате и поговорим, – отрезал Анчут.

6.

Весь следующий день Нина размышляла стоит ли ей принимать заказ от Александра. С одной стороны, ей очень хотелось и вовсе не из-за денег, хотя и из-за денег немножко тоже, но это было не главное. Нина никогда не была жадной, склонности к пустому накопительству тоже не имела, а на жизнь ей более-менее хватало. Было на что и одежду купить, и косметику. Хотя поменять машину на более новую или поехать в экзотическое путешествие, хотелось тоже. Да хоть бы и с надоевшей работы уволиться в конце концов. Мало ли причин?

Но главным мотивом почему ей хотелось согласиться – любопытство. Очень уж стало интересно разобраться, что за некромант такой и отчего умер. Отель заинтересовал опять же. Почему в ресторане магия не действует? Как такое вообще возможно? Судя по тому, как была сбита с толку Марийка – это не рядовое явление. Такое не встречается на каждом шагу. А значит тоже интересно.

А третья причина сам Александр. Несмотря на то, что вся история выглядела очень подозрительно, а их знакомство было довольно непродолжительным, сын некроманта все активнее посещал ее мысли. Хотелось встретиться с ним еще раз и поговорить, прежде чем он опять уедет к себе в Прагу.

Поэтому Нина отбросила сомнения, достала из сумки телефон и набрала номер Александра.

Она назначила ему встречу вечером в кафе торгового центра, возле ее дома. Собиралась убить сразу несколько зайцев. Нужно было купить того-сего из продуктов и забрать кошачий корм для Маркиза из зоомагазина.

Нина уже сто раз пожалела, что пошла пешком. Из окна погода выглядело вполне прилично, осадков не наблюдалось. Но стоило отойти сотню метров от дома, как с черного неба посыпалась унылая каша из дождя и снега. Раскисая под ногами, задувая в лицо, стремясь набиться под воротник, снег не оставлял попыток разогнать всех незадачливых прохожих по домам. Нина намотала шарф по самые глаза и придерживала рукой капюшон куртки, что б его не сносило ветром.

Долгожданные стеклянные двери торгового центра услужливо разъехались, пропуская ее в ярко-освещенное тепло, и Нина поспешила зайти. Сразу стало очень жарко. Она размотала шарф, с которого, как с отряхивающейся собаки, разлетались во все стороны капли воды и расстегнула куртку. Ну все, можно отдышаться. До встречи еще больше часа, так что она успеет и по магазинам пройтись, и поправить слегка испорченный непогодой макияж. Как никак впереди хоть и деловая встреча, но все-таки с молодым и симпатичным парнем, так что можно сказать – почти свидание.

Ровно в 19.00, как и договаривались, Нина направилась к кафе. Заведение хоть и располагалось почти на открытом месте, все же имело претензию на оригинальный интерьер. Особенно Нине нравились синие велюровые кресла с высоченными спинками и свисающие с потолка замысловатые люстры в виде огромных белых льдин.

Александр уже сидел за столиком. Перед ним стоял стакан, бутылка с водой, лежало раскрытое меню. Нина оставила куртку на вешалке и подошла к столу.

– Добрый вечер, – сказала она, слегка улыбнувшись, и присела напротив него.

– Добрый, – вежливо ответил Александр, но улыбаться в ответ не стал.

Подошел официант, положил меню на стол перед Ниной. Девушка не стала даже его открывать, заказала двойной капучино и мороженное с медом. Она часто бывала в этом месте, все ж таки единственный крупный торговый центр в пешей доступности от ее дома, поэтому наизусть знала ассортимент предлагаемых десертов. Тем более, он был совсем не большим. А, кроме того, Нина не собиралась тут засиживаться. О чем им говорить: да – да, нет – нет. Но тем не менее, кое-какие детали обсудить нужно.

– А вы, молодой человек, уже определились? – обратился официант к Александру.

– Да, я буду стейк из говядины, овощи на гриле и пиво… – он перевернул несколько страниц к концу меню, пробежал взглядом список. – Хотя нет, пиво не надо, принесите лучше томатный сок.

Официант сделал пометку в своём блокноте, перевел взгляд на Нину, опять на Александра, вежливо кивнул, забрал оба меню и удалился, давать распоряжение на кухню.

– Да уж действительно наше пиво не сравнить с чешским.

– А вы разбираетесь в пиве? – заинтересовался Александр.

– Нет, но не зря же чешские пивоварни знамениты на весь мир, а наши с трудом могут конкурировать даже с ближайшими соседями.

– Я пробовал ваше пиво и местную кухню. В целом не так уж плохо, так что не наговаривайте.

– И сколько вы уже в Гродно?

– Почти две недели. Очень красивый и уютный город, мне понравился. Но хотелось бы уже вернуться в Прагу. Дома копятся дела, требующие моего участия.

Он поднял голову и посмотрел Нине прямо в глаза. Глаза его, голубые-голубые, смотрели очень внимательно. У Нины сердце пропустило один удар, а потом забилось быстрее. Взгляд она не отвела. На вид Александру можно было дать лет тридцать. Но, Нина знала, что судить по внешнему виду о возрасте – бесполезное занятие, тем более в магическом мире. И хоть он был обычном человеком, но все же сыном могущественного черного мага. Кто знает какими еще амулетами он мог наградить мальчика, какими знаниями и умениями поделиться?

– Так что вы скажите, Нина? Беретесь за мое предложение?

7.

Нина сцепила пальцы на столе и сосредоточенно поджала губы.

– Понимаете. Прежде чем сказать: «да» нам нужно прояснить некоторые моменты.

– Например какие?

– Например, возможность неудачи. У меня недостаточно опыта и я никогда не разговаривала с душами мертвых колдунов – это раз.

– Ну это для меня не секрет. Меня предупреждали заранее. Но вы живете в этом же городе, и, следовательно, это освобождает меня от необходимости приглашения в Гродно сильного медиума. Такая услуга обошлась бы мне гораздо более затратно и по времени, и по деньгам… И также не гарантировала бы положительный результат. Что еще?

– Еще… Еще сам отель очень специфическое место, – медленно подбирая слова, произнесла Нина.

– Что вы имеете ввиду? – озадаченно спросил Александр.

Нина опустила глаза на принесенный официантом десерт. Поковыряла вилочкой грецкие орехи с медом, пытая вмешать их внутрь, но мороженное еще не успело растаять, было слишком твердым и у Нины ничего не получалось. Она не поднимала глаз, размышляя стоит ли говорить Александру об их вчерашнем открытии или нет.

– Дело в том… Не знаю, как в самой гостинице, но в ресторане, который находится на первом этаже не действует магия.

– Да? Такое бывает? – Александр заинтересовался. – Я человек, как вы знаете, для меня все эти понятия вообще чистая теория, да и опыта как такового у меня нет. Только то, что отец рассказывал.

– Как оказалось, бывает. Сама раньше с таким не сталкивалась. Да, честно говоря, я пока вообще еще мало с чем сталкивалась. Но неизвестно распространяется ли эта аномалия на все здание или только на первый этаж.

– И чем нам это грозит?

– Я не знаю, – Нина подняла глаза на Александра, помолчала. – Отсутствием результата. Больше, наверное, ничем.

– Ну тогда это не проблема. Еще какие-то нюансы есть?

– Вроде больше нет.

– И так, ваше решение? Вы попробуете поговорить с моим отцом?

– Да, я попробую, – твердо ответила Нина, понимая, что решение принято и назад дороги нет.

– Прекрасно. Давайте только не будет затягивать, потому что я и так здесь уже достаточно задержался, мне пора ехать домой. Может сегодня ночью?

Нина чуть не поперхнулась от такого неожиданного предложения. Она посмотрела ему в глаза, чтобы понять насколько серьезно его предложение или это просто шутка. Глаза Александра из-под длинной челки смотрели прямо. Волевой квадратный подбородок с ямочкой был решительно приподнят. Губы немного насмешливо кривились, но, очевидно, – он не шутил.

– Сегодня уже не получится, – Нина зачем-то посмотрела на часы. – Нам нужно заселиться в гостиницу и начать ритуал. Лучше в полночь. Хорошо бы еще полнолуние, но ждать некогда и так сойдет.

– Хорошо, тогда я завтра забронирую номер и позвоню вам.

– Буду ждать звонка.

– Номер должен быть именно тот, где… – он сделал паузу, не зная, как сформулировать мысль – …нашли тело?

– Хорошо бы, но не обязательно. Можно соседний.

Они замолчали. Александру принесли блюдо, накрытое стеклянной крышкой. Официант эффектным жестом снял колпак выпуская из-под него эффектные клубы пара. На все кафе распространились аппетитные ароматы жареного мяса с овощами. Сын некроманта принялся за еду.

Нина пила кофе маленькими глотками, глядя как он без аппетита ковыряет мясо. Александр старался не смотреть на нее, пряча глаза под длинной светлой челкой.

– Да, забыла предупредить, я буду работать не одна.

Александр поднял на нее удивленный взгляд.

– А с кем?

– У меня в помощниках мелкий бес Анчут. Нежить, из низших. Надеюсь это не проблема?

– Не проблема. Помощник так помощник.

Нина допила кофе и, ожидая пока Александр справится со своим стейком, расспрашивала его о впечатлениях от города и от Беларуси в целом. Александр впервые был в их стране и Гродно пока единственный город, который он посетил. Ему нравилась архитектура и хоть, конечно, она не может сравниться с величественной Прагой, но Александр находил ее «провинциально милой».

Нина поморщилась от такого определения, но, внутренне поразмыслив, вынужденно с ним согласилась. Ему нравились чистота и ухоженность города, приветливые местные жители, сервис и обслуживание местных заведений.

Они расстались вполне довольные друг другом, договорившись созвониться и встретиться завтра.

Погода на улице, за время пока они сидели в кафе, не улучшилась, ветер завывал уже с неистовой силой, снежинки в свете фонарей носились с космической скоростью. Нина посмотрела на это безобразие через стеклянные двери торгового центра и решила вызвать такси. Увесистый мешок кошачьего корма прогулке тоже не способствовал.

Глядя из мокрого окна такси на вечерний город, подсвеченный фонарями и фарами машин, Нина думала об Александре. Вернее, не о нем самом, она пыталась посмотреть на город глазами приезжего. На горделивую напыженность местных достопримечательностей, доминошные панельки спальных районов, провинциальные хлопоты горожан. Усмехнулась своим мыслям и выбросила из головы. Черт с ним с этим Александром. Гродно с Прагой, конечно, никогда не сравнится, но менее любимым город от этого не становится.

Ночью Нине снилось, что она сидит уродливой каменной горгульей на готическом соборе Святого Вита. Вокруг нее холодная зимняя ночь. Ветер на такой высоте воет со страшной силой, кажется еще немного и он взъерошит ее каменные перья. А далеко внизу простирается величественная панорама древней Праги. Бесконечные крыши и шпили зданий, расположенных по обе стороны реки, соединенных старым как мир Карловым мостом.

Глава 3

1.

Нина подъехала к «дому с лилиями» на такси вместе с Анчутом примерно около 23.00. Они договорились встретиться с Александром в ресторане на первом этаже. Нина волновалась, Анчут как мог подбадривал ее, но не слишком успешно.

Иногда Нина задавалась вопросом, почему у нее, жутко боящейся всей этой кладбищенской бытовухи, не склонной к готически страстям, такой странный дар. Разговаривать с умершими. Ведь она даже фильмы ужасов не любила, а мертвецов остерегалась, как любая нормальная женщина.

В последнее время, во многом благодаря Анчуту, бояться их она перестала. Но все равно каждый раз испытывала чувство омерзения при виде всех этих повешенных, застреленных, задушенных обитателей мира Нави. Хотя в мире мертвых вообще всё выглядело жутковато. На то она и Навь.

В ресторане играла приятная музыка, свет горящих свечей, призванный добавлять романтики, выглядел красиво, но с ролью своей справлялся плохо. В прочем, дело конечно не в свечах, Нина прекрасно это понимала. Дело было в цели их визита, который к романтике не имел никакого отношения.

– Добрый вечер, рад вас видеть, – Александр поднялся с кресла им на встречу. Посторонился пропустить Анчута, отодвинул стул для Нины.

– Сомневаюсь, что он будет добрым, поэтому – здравствуйте, – Нина слегка улыбнулась Александру и присела за стол.

Оглядела зал, людей было совсем немного. А что за знакомая фигура в дальнем углу? Марийка. Ну конечно, кто бы сомневался. Специально ее никто не приглашал, и время встречи никто не сообщал, но Марийка ведьма ушлая, еще и прорицательница. Сама назначила встречу здесь какому-то кавалеру. Делает вид, что с ними не знакома. Ужинают. Нина усмехнулась и слегка кивнула подруге. Та поморщилась, сделав вид, что от вина.

– Вы голодны, ужинать будете? – обратился к Нине Александр.

– Нет.

– Да, – одновременно с Ниной ответил Анчут. – Нам тут еще час торчать, я же с голода умру, закажите мне пива с острыми ребрышками.

– Хорошо, – улыбнулся сын некроманта. – А вы, Нина?

– Я буду красное вино… любое… на ваше усмотрение. Нужно успокоить нервы.

Пока ожидали заказ, Анчут рассказывал, что ему удалось узнать по своим каналам.

– Так как времени у меня было всего-ничего, то и узнал я не много, – начал он. – Фактически, а не по документам, владельцем гостиничного комплекса является Януш Михайлович Радивиловский. Человек он непростой, поэтому нигде в официальных бумагах не светится.

– Человек?

– Это я образно. Почти уверен, что нет. Что за фигура выяснить пока не удалось. Слухи ходят, что великий чародей.

– Так может поэтому здесь магия не действует?

– Может и поэтому. И, на самом деле, не действует она только в ресторане. А в гостинице все как обычно. Колдуй – не хочу.

– Интересно…

– Да, интересно, но с этим мы разберемся позже. А раз в номерах магия действует обычно, то думаю сегодня никаких проблем быть не должно.

– Ой не знаю, Анчут, у меня дурные предчувствия.

– Ниночка, золотце, не волнуйся. Ну что может случиться? Мы же рядом. Все будет хорошо.

Нина обреченно кивнула и сделала небольшой глоток из бокала, принесенного официантом. Вино было неожиданно крепким, густым и сладким.

– Сто лет не пила сладкое вино, – сказала она, поднимая благодарный взгляд на Александра. – Сейчас это действительно то, что нужно.

Анчут принялся с аппетитом обгрызать пряные ребрышки, не забывая прихлебывать пиво из высокой кружки, поэтому объяснения свои временно прекратил.

– А вы в каком номере остановились? – спросила Нина у Александра.

– Тут интересная система, – оживился сын некроманта. – Бутик-отель в котором всего восемь номеров. Каждый из них отделан в своем стиле, имеет совершенно не похожий на другие номера интерьер. У комнат есть даже свои собственные названия.

– Интересно…

– Так вот, номер в котором останавливался мой отец, называется «Кабинет». Он расположен на третьем этаже в мансарде. Сдать мне его – отказались. Впрочем, как я понял, его пока никому сдают. Не знаю по каким причинам. Может ждут, что еще какие-то следственные действия будут проводиться, может по другим причинам. Мне никто ничего объяснять не стал.

– А может он просто занят? Или забронирован?

– Вряд ли. Я сегодня целый день в отеле. В номер никто не заходит, не выходит, даже горничная. Ключ постоянно висит на ресепшене. Думаю, он пустует.

– Может и так, – согласилась Нина. – Так, а какой номер сняли вы?

– «Комнату путешественника», – Александр усмехнулся. – Да, представьте себе, она именно так и называется. Это соседний номер с «Кабинетом», буквально через стенку.

– Отлично. Я надеюсь, все должно пройти хорошо. Нет, я почти уверена, что все пройдет хорошо.

Минут через сорок, за пару минут до полуночи, покончив с вином и ужином, они втроем поднялись в номер к Александру. Уже было успокоившуюся и разомлевшую от вина и разговоров Нину опять начало ощутимо потряхивать. Мысль о предстоящем колдовстве поднимала уровень адреналина в крови, а тот, в свою очередь гнал сердце вскачь и выветривал из сознания алкоголь.

Нина решила сразу взяться за дело, пока сомнения и страх не раскачали ее психику до состояния панической атаки. Она без колебаний подошла к стене, разделявшей этот номер, от номера, в котором нашли тело некроманта. Анчут с Александром стояли в нескольких метрах позади, сосредоточенные, готовые в любой момент кинуться на помощь.

– Как звали отца? – бросила она Александру, не оборачиваясь

– Владимир Федоров.

Нина сделала большой вдох и попыталась сконцентрироваться на своих ощущениях. Детальнее, ярче представить окружающую ее действительность. Прочувствовать каждую мелочь.

Интерьер номера был ярким и смелым. Обстановка пестрила самыми необычными предметами. Здесь нашлось место даже пропеллеру самолета. На стене висели старые карты, на подоконнике лежал большой корабельный компас, полочки украшали статуэтки из дальних стран. На стене – принт с зебрами, гуляющими в саванне. Для гостиницы – очень экзотично. Но в то же время уютно и продумано…

Дыхание Нины выровнялось, стало спокойным и глубоким. Она расправила плечи, подняла выше подбородок, вытянула правую руку с перстнем вперед. Синий камень постепенно начал светиться в темноте. Сначала совсем блекло, но постепенно все ярче и ярче, заливая пространство вокруг голубым, мертвым светом.

Откуда-то появился и начал густеть знакомый туман, размывая очертания предметов, подменяя их на другие. Голова у нее вдруг стала странно легкой, она почувствовала, как по спине побежал холодок. Туман наползал в самые глаза практически ослепляя ее.

Нина затрясла головой, туман постепенно рассеивался… Стены перед глазами больше не было…

Глава 3 (продолжение)

Освещение стало гораздо хуже. Люстра, горевшая за спиной Нины, не могла охватить все помещение, которое сейчас будто раздвинулось и стало значительно больше, чем то, в которое она зашла изначально.

Обстановка комнаты тонула во мраке, но можно было с уверенностью сказать, что это – спальня.

Основное пространство занимала огромная кровать. Резные деревянные столбики поддерживали тяжелые складки бархатного балдахина. Сверху навалены пухлые белые подушки с кружевными оборками. Край толстенной перины свесился на пол. Справа окно, занавешенное такими же тяжелыми, как балдахин, шторами. Под окном атаманка с круглыми, вывернутыми подлокотниками. Перед ней низкий пуфик для ног на изогнутых ножках. Слева зеркало в багетной раме, а под ним туалетный столик, заставленный немыслимым количеством баночек и шкатулок.

Нина переводила взгляд с предмета на предмет, запоминая детали обстановки. Стены обиты тканью с мелким узором: переплетенные веточки, цветочки, райские птички. Под ногами добротный, но пыльный дубовый паркет.

Обстановка богатая, спальня, похоже, женская. Вот только никакого мертвого некроманта в поле зрения не наблюдается. Вообще никого нет. И эта ужасная давящая тишина, которая всегда сопровождает Навь. Как будто через уши в голову натолкали вату.

Нина сосредотачивает все свое внимание на полу, на том месте, где как ей кажется, должны были найти мертвого некроманта, открывает рот и зовет:

– Владимир Федоров...

Тишина. Нина не слышит своего голоса. Не пугается, знает, что здесь так всегда. Но также знает, что если сосредоточится и изо всех сил напрячься, то ее беззвучный зов услышат в Нави. Поэтому она, набрав в грудь побольше воздуха, повторила:

– Владимир Федоров!

Невидимая вата была уже не только в ушах, но и во рту. Эта вата гасила все звуки, поглощала их, как песок поглощает воду. Быстро без остатка.

В комнате ничего не происходило. Ветер из открытого окна беззвучно колыхал тяжелую занавеску. Нина собрала все свои силы и крикнула безмолвно, как в кошмаре:

– Федоров!

Внезапно прямо перед лицом возникла женщина в длинном домашнем платье с белым кружевным воротничком. Темные волосы прикрывают плечи. Лицо бледное, ни кровиночки. Фигура стройная, можно сказать молодая, а лицо все в глубоких морщинах, как у старухи. Глаза блестят сумасшедшим огнем. Под ними огромные почти черные круги. Нижняя губа и подбородок дрожит.

Женщина смотрит прямо на Нину. Во взгляде ее отчетливо пылает ненависть. Она открывает рот, что-то яростно говорит, но Нина ничего не слышит. В голове по-прежнему вата. Закончив гневную тираду, женщина внезапно протягивает вперед руки и со всей силы толкает Нину в грудь.

Та, чтобы не потерять равновесие, делает несколько шагов назад, неловко размахивает руками, цепляется каблуком за складку ковра и падает на спину…

***

Издалека в ее сознание врывается голос Анчута.

– Нина, Нина! Да что вы стоите? Александр, некромант ты недоделанный, положи ее на кровать.

Нина открыла глаза и поморщилась. Малейшее движение отдавалась головной болью в затылке.

– Подождите, – слабым голосом сказала она, – не трогайте.

Закрыла глаза, пытаясь остановить кружащуюся каруселью комнату. Нина почувствовала, как чьи-то руки подхватили ее и положили на кровать. Она приоткрыла глаза убедиться, что эта не та кровать с балдахином, которую видела в Нави. Не та. Обычная кровать в номере у Александра. Зебры на стенах плясать перестали, но голова продолжала болеть.

Молодой человек налил ей в стакан воды из бутылки, стоящей на тумбочке. Нина сделала несколько глотков, вытерла капли с подбородка.

– Ну что там? Что там? – рядом подпрыгивал от нетерпения Анчут. – Видела его?

– Не видела, – выдохнула она. – Там что-то странное. Спальня и женщина, а Владимира Федорова нет.

– Странно… – озадачился Анчут. – Дом, ясное дело, старый. Наверняка здесь куча народу перемёрло. Но он же тоже… должен быть.

– Не знаю должен ли… но его там нет. Или я не дозвалась.

– А ты звала?

– Конечно, Анчут, что за глупые вопросы, – разозлилась Нина. Хотела рывком сесть на кровати, но приступ головной боли вернул ее на подушки.

– Конечно, конечно… Ты лежи. Это я так, – Анчут похлопал ее по руке. – Просто не ожидал я. Ну, думал, может некромант в Нави силен и разговаривать с тобой не станет, а то и нападет…

– Что?!!

– Да не. Ну как нападет? Это я так. Зачем ему нападать? Да и не просто это из Нави в Явь мертвому дотянуться…

– Не просто? Вон как меня эта тетка толкнула, чуть не убила… Анчут… – ошарашено произнесла Нина и перевела взгляд на Александра. – А что, если и твоего отца она… Толкнула, он и упал, как я … только не так удачно.

– Что за тетка? – нахмурился Александр. – Рассказывай все подробно.

Нина села повыше на подушках и, потирая пальцами виски, принялась излагать все что видела в Нави в мельчайших подробностях.

Анчут озадаченно поскреб пальцами подбородок.

– Надо вернуться поговорить с ней.

– Не пойду я, – испугалась Нина, – сейчас точно не пойду. Да и не слышу я ее. К тому же она агрессивная. Еще и вправду убьет.

– Не убьет, не бойся, – попытался успокоить ее Анчут.

– Тебе легко говорить, а я там совсем одна, – голос Нины дрогнул.

– Так, – вмешался Александр. – Раз с первой попытки не получилось, надо думать, что делать дальше.

Он встал и принялся расхаживать по номеру. Пять шагов в одну сторону, пять в другую.

– Нина, я сниму вам номер здесь в гостинице. Надо разобраться, что здесь происходит и выяснить, какие призраки приходят к ним в полночь. Возражения не принимаются.

3.

На следующий вечер Нина собрала личные вещи и поехала заселяться в гостиницу. Она решила не ограничиваться только ночевками, а действительно полноценно пожить в отеле какое-то время. Нина отнеслась к этому, как к маленькому приключению и решила не упускать возможность сменить обстановку. Тем более за чужой счет.

– Я хотела бы снять номер на двое суток, – сказала она улыбчивой девушке на ресепшене.

– Отлично. Вы определились какой? Или я могу рассказать вам какие есть и даже провести небольшую экскурсию.

– Нет, спасибо, я видела ваши номера на сайте. Я бы хотела комнату 307, она называется «кабинет».

Девушка, защелкала компьютерной мышкой, не поднимая взгляд от монитора, стоящего перед ней.

– Извините, к большому нашему сожалению… «кабинет» уже занят…

Нина чуть было не спросила «кем?», но вовремя сдержалась.

– И свободных номеров на третьем этаже сейчас нет, поэтому я могу предложить вам комнату на втором, – администратор развернула монитор к Нине. – Вот посмотрите есть очень интересный интерьер в «комнате для творчества», но в ней две односпальных кровати, стоящие отдельно. А в комнате «спальня» очень красивая и большая угловая ванна…

– Я возьму «библиотеку», если она свободна, – Нина указала пальчиком в экран.

– Да, конечно, отличный выбор. Очень уютный спокойный интерьер и большая удобная кровать. Я думаю, вам будем комфортно. Завтраки в стоимость включаем?

Нина задумалась на несколько секунд.

– Да, конечно. А еще вопрос, можно ли у вас останавливаться с домашними питомцами?

– Эээ… Это решается в каждом конкретном случае индивидуально, – замялась администратор. – А что у вас за питомец?

Идея прихватить с собой Маркиза возникла в голове Нины только что. Почему-то, она была уверена, что останавливаться в этой гостинице с животными нельзя, поэтому и не рассматривала этот вопрос заранее. Планировала приезжать домой два раза в день, покормить кота, благо до дома отсюда всего десяток километров. Но сейчас она подумала, а почему бы и не уточнить. Ведь на работу можно ездить отсюда, не заезжая домой и не тратя время…

– У меня кот. Очень воспитанный.

Администратор задумалась, почесала нос длинными ноготками, поправила очки.

– Что ж. Если он очень воспитанный, можете остановиться вместе с котом. Но хочу вас предупредить, если кот из номера убежит – ни гостинца, ни персонал никакой ответственности за это нести не будут. А если он испортит мебель – вам придется возместить стоимость испорченного имущества по общим правилам.

– Да, конечно, я все понимаю. Вечером привезу и вещи, и котика. Его зовут Маркиз. Уверена, он вам понравится и не принесет никаких хлопот.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – на лице администратора появилась вежливая профессиональная улыбка.

***

Нина сидела в кресле и листала оставленный в номере специально для гостей журнал. В кресле напротив нее сидел обеспокоенный новым местом Маркиз. Он уже несколько раз обошел комнату по периметру, обнюхал мебель. Заглянул в санузел, удостоверился, что Нина не забыла взять его лоток и домашнюю миску для корма. Нина изредка отрывалась от журнала и бросала на кота любопытные взгляды. Было интересно наблюдать, как он осваивается. Кот вертел головой по сторонам. Потом в один прыжок переместился из кресла на подоконник.

В дверь постучали. Нина поправила волосы, покусала губы и пошла открывать.

– Добрый вечер, Нина. Не хотите спуститься в ресторан поужинать?

Конечно это был Александр. Кто же еще? Нина не ожидала приглашения, поэтому немного растерялась.

– Проходите, – она посторонилась, пропуская в комнату Александра. – В ресторан? Я даже не знаю, ужинать я точно не хочу. Но можно скоротать время и выпить вина перед сном.

Александр вошел и огляделся.

– Интересный интерьер, совсем не похож на мой.

В «библиотеке», так номер назывался на сайте, не было ярких акцентов. Палитра оформления сдержанная, в приглушенных тонах. Деревянная мебель, шоколадного цвета, уютные кресла с бархатной фиолетовой обивкой. На журнальном столике большой подсвечник под «старину» призванный добавлять в интерьер романтики.

– Мне тоже нравится, только не понятно, почему они назвали его библиотекой? Из печатной продукции здесь только несколько журналов на подоконнике, – Нина указала рукой на окно.

Из-за шторы испуганно выглядывал Маркиз.

– О! Это ваш кот? Какой красавец, – восхитился Александр. Но предусмотрительно не стал подходить близко и гладить испуганное животное. Видимо понимал, что кот пока не освоился и может повести себя непредсказуемо.

Нина с Александром вышли в коридор, пока Нина закрывал дверь на ключ мимо прошла девушка. Гость? Или обслуживающий персонал? Нина посмотрела ей вслед. Девушка была одета в простые черные брюки и темный свитер с высоким горлом. С одной стороны, не униформа конечно, но с другой стороны, отель совсем крошечный, с претензией на оригинальность – кто знает, как у них здесь одеты горничные? Нина внимательно посмотрела ей в спину пытаясь запомнить фигуру и походку. Через несколько секунд девушка скрылась на лестнице.

– Не знаете кто это? – спросила она у Александра.

Александр удивленно приподнял брови.

– Девушка, которая только что прошла мимо. Она здесь живет или это кто-то из персонала?

– Я не заметил никакой девушки, – Александр пожал плечами. – Может отвлекся.

Нина с недоумением осмотрела коридор в одну и другую сторону, кроме них на этаже никого не было.

Часа через два, ближе к полуночи, Нина укладывалась спать в номере. Она аккуратно, стараясь не потревожить спящего на другой половине кровати Маркиза, пробралась под одеяло. Выпитое вино и кошачье урчание, привели Нину в расслабленное состояние, и девушка уснула буквально сразу же, как только ее голова коснулась подушки.

Ее разбудил резкий звук.

Глава 3 (продолжение)

Нина открыла глаза, в комнате было еще темно. Кот стоял на краю кровати, выпустив когти на всех четырех лапах. Шерсть на загривке топорщилась, хвост раздулся до невероятных размеров. Он угрожающе шипел, глядя на дверь. Нина посмотрела в том же направлении, но ничего подозрительного не увидела. Может мышь какая? Что его так напугало? Нина посмотрела на часы: 02.45. Глухая ночь. В комнате тишина, в отеле тоже.

Она аккуратно встала с кровати, прошла на цыпочках несколько шагов, выглянула в коридор. Входная дверь чуть приоткрыта. Это еще что такое? Нина точно помнила, что перед тем, как лечь спать, закрывала входную дверь на ключ.

Маркиз перестал шипеть, но выглядел все еще взъерошено. Нина успокаивающе погладила его по голове. Стараясь двигаться бесшумно, пошла к входной двери. Ей было страшновато, но не слишком. Она не верила, что в отеле мимо охраны и ресепшена мог пройти вор или маньяк. А если нет, то чего бояться? Может подвыпивший гость перепутал комнату?

Подошла к двери, остановилась, прислушалась. Тихо. Ни шагов, ни разговоров, ни шороха. Осторожно, чтобы не скрипнула, приоткрыла двери шире и выглянула.

По коридору, спиной к Нине, шла женщина. Вот сейчас стало страшно. Нина рефлекторно закрыла руками рот. Ей не то чтобы хотелось вскрикнуть или позвать на помощь, скорее сдержать участившееся вдруг дыхание. Единственная причина, почему она сразу же не захлопнула дверь обратно и не повернула ключ на несколько оборотов – страх привлечь к себе внимание, Нине хотелось остаться незамеченной.

Женщина никуда не торопилась, шла уверенно и спокойно, как у себя дома. На ней было длинное узкое платье чуть ниже колен. Волосы собраны в гладкую прическу. На плечах меховое манто. Одета по моде прошлого века. Нина не очень-то разбиралась, но в похожие наряды одевались героини исторических сериалов времен октябрьской революции.

А может в отеле проводится ретро вечеринка? И это припозднившаяся гостья в карнавальном костюме? Но Нина была уверена, что если женщина обернется, то лицо ее окажется знакомым… Изможденное морщинистое лицо женщины из Нави.

Она свернула за угол и исчезла на лестнице. Нина собралась с духом и решила последовать за ней. В коридоре горел мягкий приглушенный свет. Нина, как была босиком и в пижаме, осторожно выбралась из комнаты и тихонько, стараясь не шуметь, подошла к лестнице. Увидела спину поднимающейся на третий этаж женщины. Когда та скрылась из виду, тихонько последовала за ней.

Выглянула в коридор третьего этажа. Дверь в один из номеров приоткрыта. Нина колебалась стоит ли подойти заглянуть или все же лучше вернуться к себе и не нарываться на неприятности. Любопытство победило.

Пройдя несколько метров дальше по коридору, Нина поняла какой из номеров открыт. Тот самый «кабинет», в котором нашли мертвого некроманта. Через узкую щель Нина заглянула в комнату. Незнакомка была там. Она стояла спиной к Нине возле письменного стола. Свет не горел, но уличные фонари освещали комнату через окно. Женщина сняла меховую накидку, бросила ее на стоящее возле стены кресло. Отодвинула от стола стул и села. Поза ее была усталой и какой-то обреченной: опущенные сутулые плечи, тяжелая голова, которую она подперла обеими руками, задумчиво глядя в окно.

Сердце у Нины колотилось так сильно, что она боялась – его стук слышно в соседних номерах. Нина наблюдала за странной женщиной через приоткрытую дверь. Та, посидев минутку, открыла сумочку, висящую через плечо, и достала круглую блестящую коробочку, напоминающую пудреницу. С печальным вздохом открыла и посмотрела внутрь. Зачерпнула пальчиком немного белой пудры, облизала.

Нина стояла не дыша, понимая, что нужно уходить пока ее не заметили, но боялась сдвинуться с места. Женщина, не выпуская пудреницу из рук, поднялась. Обернулась. Нина успела отпрянуть от двери и стояла спиной к стене, пытаясь справиться с волнением. Медленно шаг за шагом она отступала к лестнице и, никем не замеченная, юркнула к себе на этаж.

Все это было очень-очень странно. И подозрительно. Женщина та же, что она видела в Нави? Или другая. На этот раз лицо она толком не разглядела, поэтому с уверенностью сказать не могла. Телосложением и фигурой очень похожа.

Нина вернулась к себе в комнату. Дверь она оставила приоткрытой, но осторожный Маркиз в коридор не пошел, а ждал ее на пороге. Она подхватила на руки уже успокоившегося кота и вместе с ним вернулась в кровать под одеяло.

От мысли будить по среди ночи Александра и рассказывать ему о том, что в отеле, как у себя дома по ночам ходят призраки – Нина отказалась сразу же. Такие новости подождут утра. Тем более, возвращаться прямо сейчас на третий этаж, чтобы постучаться в комнату Александра, Нина не смогла бы даже под страхом смерти.

Завтра надо обо всем рассказать Анчуту. Может у него есть какие-то соображения на этот счет? Может к завтрашнему утру он соберет больше информации о нынешнем владельце здания и его прошлых жильцах?

Маркиз окончательно успокоился и громко урчал, вытянувшись под одеялом во весь свой не маленький по кошачьим меркам рост. Поглаживая его мягкую шерсть, Нина постепенно успокоилась и не заметила, как уснула.

5.

Ночное происшествие не помешало Нине проспать крепким здоровым сном почти до обеда. Благо сегодня был выходной и никаких важных дел не планировалось. Поэтому, проснувшись, она вдоволь повалялась с телефоном в руках на широкой удобной кровати. Потом неспеша приняла душ, уложила волосы и нанесла легкий макияж.

В дверь постучали.

– Входите, – крикнула Нина, оборачиваясь.

Дверь открылась, в нее заглянула девушка. Судя по униформе – горничная. Так, значит в отеле, не смотря на всю его нестандартность, обслуживающий персонал носит униформу. Горничная была одета традиционно: простое черное платье с белым кружевным воротничком. На руках белые перчатки, на ногах мягкие матерчатые туфли.

– Я могу убраться в номере или мне зайти позже? – спросила она с вежливой улыбкой.

Отличная возможность познакомиться с персоналом.

– Да, конечно, можно сейчас. Я как раз собиралась уходить.

Девушка вышла в коридор и через несколько секунд вернулась, таща за собой тележку с моющими средствами, щетками и швабрами. Она была совсем молоденькой, на вид не больше двадцати. Волосы черные, стриженные под короткое каре оставляли открытой длинную смуглую шею. Карий цвет глаз удалось разглядеть не сразу, горничная избегала прямых взглядов в лицо. То ли от природной скромности, то ли таковы были инструкции руководства.

– Как вас зовут? – с приветливой улыбкой спросила Нина.

– Елизавета.

– Очень приятно, а меня Нина. Вы давно здесь работаете?

– Здесь все работают недавно, отель всего полгода как открылся, – смущенно улыбнулась она, – а я так вообще всего пару недель как устроилась.

– Ах точно, я и забыла. И как вам?

– Отель хороший, платят прилично.

– Правда? – не поверила Нина.

– Пока меня все устраивает. Руководство лояльное, можно согласовывать гибкий график работы. Я студентка, учусь на ветеринара. Подрабатываю на карманные расходы. Много здесь, конечно, не заработаешь, но я и не жду. Это временная работа. Надо же с чего-то начинать.

Девушка принялась протирать пыль с мебели, хотя Нина была уверена, что никакой пыли на полках нет.

– А хозяин гостиницы здесь появляется? – Нина собрала разбросанную по кровати одежду и повесили ее в шкаф.

– Появляется иногда, но довольно редко. Мне кажется он не местный. Иногда приезжает, останавливается в отеле на день или два. Может бухгалтерию проверяет, может какие указания дает… Ой, что это? У вас котик?– восторженно воскликнула девушка.

– Да, я здесь не одна, – улыбнулась Нина, – номер же заявлен как двухместный. И, Лиза, давай на «ты» я ненамного тебя старше.

– Хорошо, давай, хоть это и не принято. А как его зовут? Это ведь кот?

– Да, его зовут Маркиз.

Кот, услышав свое имя, легким прыжком взлетел на подоконник и подставил спину под руку хозяйки, предлагая себя погладить.

– Он прелестный, – Лиза подошла к подоконнику и потерла кулачками щеки кота. Тот совсем ничего не имел против и даже зажмурился от удовольствия. Чем удивил хозяйку, обычно Маркиз не жаловал незнакомцев.

– Лиза, скажи, а вчера в отеле не было никакой вечеринки?

– Я вчера не работала, моя смена началась сегодня в восемь утра, но насколько я знаю – нет. По крайней мере, в тех номерах, в которые я успела заглянуть – никаких следов вечеринок. А почему вы спрашиваете?

– Да так, ночью показалось, что музыка играет и кто-то ходит.

– Ну так это же отель. Здесь хоть и тихо, но люди останавливаются совершенно разные. А ты, Нина, надолго привезла к нам это чудо? – она продолжала гладить довольного урчащего кота.

– На несколько дней точно, а там как пойдет, – неопределённо ответила Нина. – Ну мне пора. Приятно было познакомиться, Лиза. Дверь открытой не держи, чтобы мой кавалер не сбежал. И, если возможно, воздержись сегодня от пылесоса. Во-первых, в этом нет никакой нужды. Во-вторых, незачем лишний раз нервировать Маркиза. Он хоть и освоился уже, но все равно место для него новое и незнакомое.

– Конечно, Нина, не беспокойся.

Как хорошо, что в здании гостиницы есть свой ресторан. Нина не стала одевать верхнюю одежду, оставила Лизу прибираться и вышла из комнаты. Включенный в стоимость завтрак она, наверняка, уже проспала, сама виновата, но хорошенько выспаться было важнее бесплатной яичницы и кофе или чем тут кормят клиентов по утрам.

Перед тем как идти в ресторан не помешало бы набрать Александра. Нина открыла сумочку, обшарила карманы, черт, наверное, оставила телефон на зарядке.

Она быстрым шагом вернулась и без стука вошла. Горничная, стоящая возле стола, на котором лежал телефон, резко обернулась. Экран телефона, светился. Как будто пришло сообщение или его только что пытались разблокировать.

– Телефон забыла, – сказала Нина, заходя в комнату.

Горничная отвела взгляд и отошла от стола. Нина сделала вид, что ничего не заметила. Она сняла телефон с зарядки, провела пальцем и посмотрела входящие сообщения. Новых не было, но ведь телефон мог мигнуть и на сообщение о погоде или на доступность новых обновлений. Может показалась? После встречи с ночным призраком обострилась безосновательная подозрительность?

Из многих пустующих столиков Нина выбрала маленький, двухместный возле окна. Заказала кофе с блинчиками и набрала Александра.

– Привет, как дела? Нужно встретиться, есть разговор. Я в ресторане на первом этаже.

– Я не на месте, но скоро подъеду, жди меня там, – коротко ответил он.

Торопиться некуда, подождем. Нина посмотрела в окно. День наконец-то выдался солнечный, что в их климате уже само по себе являлось удачей. Скорей бы лето, прибежала привычная мысль, а ведь еще даже зима не началась.

Бесило, что не было никакой связи с Анчутом. Несмотря на то, что в последние месяцы они довольно сильно сдружились и часто общались – бесеныш появлялся и исчезал исключительно по своей воле. Стоит сказать, что часто очень вовремя, но вот сейчас, когда он так нужен – его нет. При встрече стоит это детально обсудить и принудительно купить ему телефон.

6.

Александр зашел в ресторан быстрым решительным шагом, видно, что торопился. Нина едва успела доесть блинчики и заказать вторую чашку кофе. Он увидел ее ещё с улицы через большое окно, поэтому, не оглядываясь, сразу направился к ее столику.

– Привет, – сказал он, присаживаясь на кресло.

– Привет, – улыбнулась Нина.

Александр был одет в черные джинсы и белую рубашку. Того ослепительно-белого оттенка, от которого становится больно глазам. Кажется, сейчас он согнет руку в локте, ткань захрустит и из складок посыплется иней.

– Как прошла ночь в отеле? О чем хотела поговорить? – вино, выпитое вчерашним вечером, заменило обращение друг к другу с «вы» на «ты».

– Вот как раз об этом я и хотела поговорить.

И Нина рассказал ему все, что видела ночью.

– Ты уверена, что это призрак? – Александр задал вопрос, не глядя ей в глаза, погруженный в свои мысли.

– Не уверена, – Нина вздохнула, – вот скажите, вы… ты хоть раз видел призраков?

– Лично я нет, хотя, говорят, в Праге этого добра навалом, но как-то не довелось…

– А я видела, несколько раз. Это каждый раз по-разному. Зависит и от возраста эманации и от его скажем… типа. Призрак – это общее название не упокоенной души, а ведь есть нюансы. Человек это или животное? Смерть наступила давно или недавно? Некоторую нежить, являющуюся людям по ночам, те тоже по незнанию называют призраками. И много чего еще. Вот у нас в старом замке есть призрак обезьянки. Она мало того, что животное, так еще и умерла несколько сотен лет назад. На вид совсем бесплотная, белая, прозрачная… как сигаретный дым.

– Очень интересно.

Нина только сейчас поняла, что он вышел из своей задумчивости и смотрит на нее в упор. Встретившись с ним взглядом, Нина в очередной раз поразилась такому светлому цвету глаз. Очень необычно, таких она раньше не встречала. Интересно, у его отца были такие же? Нина отвела взгляд и продолжила:

– А вот вчерашняя женщина, она выглядела очень даже реально, просто… не уместно. Она вела себя здесь хозяйкой, а не гостьей... Да, я не слышала, как под ее шагами скрипел пол и не видела, как для того, чтобы пройти в комнату она открывает или закрывает двери, но она не выглядела бесплотной. По крайней мере издалека.

– А лицо? Ты когда-нибудь видела ее раньше. Сможешь узнать если встретишь?

– К сожалению, как раз лицо я не разглядела…

– Дела… – Александр задумчиво забарабанил пальцами по столу. – Я живу тут уже больше недели и ничего подобного не видел. Правда, я ночами по коридорам не шастаю.

– Так и я не шастаю, – обиделась Нина.

– Я не то имел ввиду, ты, наоборот, молодец. Только взялась за дело, сразу результаты.

Он положил свою руку поверх Нининой, и девушка вздрогнула, как от удара током. Александр руку сразу убрал и сделал вид, что не заметил, как запылали ее щеки.

– А кроме того, – поспешил сгладить неловкость Нина, – сегодня я познакомилась с очень приятной горничной Лизой. Думаю, она может нам помочь.

– Лиза, да, очаровательная девчушка. Я тоже с ней знаком и даже приглашал ее в кино. Правда, она отказалась.

– Вот как?

– Ну да… я же тут совсем одинокий турист, нужен же мне кто-нибудь из местных в качестве гида, – улыбнулся Александр.

«Ну да, ну да…» – подумала про себя Нина. Хотя, с другой стороны, чему она удивляется.

– А ты не знаешь где Анчут? Обещал нам помогать, а сам прохлаждается невесть где.

– Анчут просил передать, что будет вечером, сейчас у него какие-то дела.

У Нины губы сами собой сложились в саркастическую улыбку. Конечно. У всех дела.

– Времени у нас не много, я знаю, что вы спешите вернуться домой. Хорошо бы нам сегодня ночью все и прояснить. Жду всех сегодня вечером ближе к полуночи у себя в номере, – взяла Нина деловой тон.

– Хорошо, – сразу согласился Александр.

– Хотя нет, давай лучше у тебя. Твой номер на третьем этаже, совсем рядом с «кабинетом». Если женщина придет, наблюдать за ней будет удобнее.

Вечером Нина решила еще раз зайти поговорить с Александром по поводу его отца, узнать больше подробностей о его жизни в целом и о визите в Беларусь в частности. Она поднялась на третий этаж и постучала в номер. Ей никто не ответил. Постучала сильнее. Прислушалась. В номере Александра было тихо, а в соседнем работал пылесос. Дверь в него была немного приоткрыта. Нина заглянула в узкую щель. Горничная с пылесосом проводила уборку. Лиза! Отлично. Нина открыла дверь и зашла.

– Привет, – громко сказала она.

Лиза обернулась и выключила пылесос.

– Привет.

– Я к своему другу заходила в соседний номер. Но там закрыто, – Нина крутилась по сторонам, разглядывая интерьер, – захотела одним глазком глянуть на эту комнату. В отеле все номера разные и в каждом такой интересный интерьер.

– Да. Эта комната называется «кабинет» – сказала Лиза, не препятствуя Нине ходить и осматриваться.

Номер оформлен в классическом стиле. На стенах обои с клетчатым рисунком. Люстра на потолке подчеркивает приверженность к классике. Но, основное внимание в этой комнате привлекает к себе секретер. Ночью при свете фонарей Нине показалось, что это письменный стол, но нет, это именно что секретер со множеством ящиков для хранения и откидной столешницей.

– Красивый, – сказала Нина, проводя пальцем по полированной поверхности.

– Да, но это не антиквариат. Новодел под старину.

– Разбираешься?

– Немного увлекаюсь, – Лиза скромно потупила глазки.

– В этой комнате никто не живет?

– В последнее время нет... Здесь не так давно мужика мертвого нашли, – сообщила Лиза шепотом страшную тайну.

– Я что-то такое слышала. А ты в это время уже работала здесь?

– Да, как раз за пару дней до этого происшествия устроилась. Видела, как этот старик заселялся. Я обратила внимание, потому что у него с собой был деревянный чемоданчик. Вот где настоящий антиквариат. Ему, наверное, лет триста. Я не могла дождаться следующего дня, чтобы прийти убираться и поближе рассмотреть. Но утром старика нашли мертвым. Говорят – несчастный случай. Потом милиция гостиницу осматривала несколько раз, и чемоданчик я уже не видела. Может забрали как улику... Или родственникам передали.

Глава 4

1.

Цифры на часах сменяли друг друга, время приближалось к полуночи. Дверь в комнату Александра решили плотно не закрывать, чтобы потом звуком замка не спугнуть ночных гостей, если таковые появятся. Лампы в номере не зажигали, обстановку тускло освещали уличные фонари. На полу отчетлива виднелась желтая полоска света, попадающего через приоткрытую дверь из общего коридора.

Нина сидела в низком кресле лицом к дверям, Александр напротив нее на кровати, Анчут устроился на подоконнике. Они беседовали между собой на какие-то общие темы, но постепенно разговор затих. Все сидели погруженные в свои мысли. Напряжение нарастало. В отеле было тихо, немногочисленные гости разошлись по номерам и, видимо, готовились ко сну. Уже примерно с полчаса в коридоре никто не появлялся.

Вдруг желтая полоска на полу на секунду стала черной. Кто-то заслонил свет.

– Похоже, это она, – шепотом сказала Нина, тихонько поднимаясь с кресла.

Первым возле двери оказался Анчут и выглянул на коридор. За ним, открывая двери чуть шире, на мгновение показались Нина с Александром, чтобы тут же опять спрятаться в номер.

Женщина в том же платье и манто, в котором Нина видела ее вчера ночью, стояла прислонившись спиной к дверям «кабинета». Она прятала лицо в руках. Плечи ее мелко тряслись. Похоже, она плакала. Совершенно беззвучно.

Через несколько минут она развернулась к двери, открыла маленькую сумочку, висящую на плече, запустила туда руку и достала ключ. Довольно большой и совсем несовременный. В комнате у Нины и Александра были совершенно обычные замки, с простыми ключами. Но кто знает, может разные интерьеры предполагают и разные замки?

Женщина открыла двери и скрылась в номере. Не звякнул ключ, не скрипнули петли, не стучали каблуки по деревянному полу – все происходящее было похоже на сцену из «немого кино».

Анчут, Александр и Нина аккуратно, на цыпочках, вышли из своего номера в коридор, но как бы они не старались двигаться также беззвучно, как женщина в манто, у них не получалось. Дверь в «кабинет» женщина оставила открытой. Троица переглядывалась, пытаясь договориться взглядами о плане дальнейших действий, но получалось плохо.

Они тихонько подошли к приоткрытой двери кабинета. Женщина сидела на стуле перед откинутой крышкой секретера. Перед ней стояла пудреница, рядом лежала тонкая стеклянная трубка. Незнакомка открыла пудреницу. Посмотрела внутрь долгим взглядом. Перевернула, постучала ей о столешницу, пытаясь высыпать остатки на полированную поверхность. Безрезультатно. Женщина провела пальцем внутри, облизала чистый палец и опять беззвучно зарыдала.

Нина стояла в приоткрытых дверях комнаты, забыв о том, что надо скрываться. Происходящее завораживало ее. Она не могла оторвать взгляд от несчастной. Сзади в затылок ей дышал Александр.

Вдруг женщина уронила руки на колени, подняла голову и посмотрела прямо Нине в лицо. В ее глазах полыхнуло безумие. Она кинулась к дверям. С места, одним большим прыжком, как дикий зверь, буквально через мгновенье оказавшись прямо перед ними. Нина попятилась назад, пока не уткнулась в Александра, стоящего за ее спиной.

Женщина открывала рот в беззвучном крике. Нина увидела ее заплаканное лицо в метре перед собой и, несмотря на слабое освещение, смогла рассмотреть его в мельчайших подробностях. Сомнений больше не было, именно эту женщина она видела в Нави.

Бледное морщинистое лицо перекошено гримасой ярости. Глаза блестят безумием, рот с узкими губами шевелится, как будто выплёвывает какие-то проклятья. Но до Нины не доносится не звука. Вдруг женщина поднимает руку и начинает тыкать в них пальцем. И Нина понимает, что вся эта почти физически ощутимая волна ненависти направлена не на нее, а на Александра.

Нина пытается прочесть слова по губам, она не большой в этом специалист, но ей кажется что женщина среди прочих постоянно повторяет слова: «глаза», «ненавижу» и «убью». Это все так похоже на то, что она видела в Нави, что девушка невольно косится на свои руки – не горит ли синим цветом камень? Но нет, артефакт выглядит, как обычное украшение.

Она оборачивается на Александра, на лице его явно читается ужас.

Вдруг свет, льющийся из окна номера, заслоняет силуэт, похожий на зверя. Кошку? Но почему такую огромную? Тишину взрывает резкий звук бьющегося стекла. Нина инстинктивно выталкивает Александра на коридор под яркий свет горящих в коридоре светильников. Анчут резко захлопывает дверь в номер. Александр стоит неподвижно, как статуя и лишь прерывистое, тяжелое дыхание, говорит о том, что он живой, но сильно испуганный. Нина тянет его за руку в номер. Он не сопротивляется. И только оказавшись в номере, повернув ключ в замке на несколько оборотов, она чувствует себя пусть в относительной, но безопасности. Александр тоже постепенно успокаивается.

– Что это было? Господи…

Нина усаживает его на кровать.

– Воды? – спрашивает она.

– Нет, не надо. Все нормально, – Александр справляется с собой. Дыхание его выравнивается, становится не таким шумным. Глаза приобретают осмысленное выражение.

– Это был призрак. Насколько я понимаю. И да, я ее узнала. Эта та женщина, которая вытолкнула меня из Нави позавчера ночью.

– Дела… – удивленно произносит Анчут.

Нина уже и забыла про его существование.

– Александр, по-моему, она тебя узнала.

– Я тоже, кажется, ее узнал.

– В каком смысле? Вы знакомы?

– Не лично. Я видел ее изображение в вещах отца. Когда приехал сюда, общался со следователем – мне отдали кое-какие его вещи. Сейчас покажу.

Александр поднялся и направился к шкафу. Вытянул из него большую дорожную сумку, раскрыл молнию. Сверху лежала потрепанная книга в кожаном переплете. Александр вынул из нее карточку из плотного картона и протянул Нине.

Карточка по размеру была немного меньше книжной страницы. На ней был изображен… дьявол? Страшное существо с козлиными рогами и крыльями летучей мыши, с лицом похожим на то, как принято изображать люцифера, сидело на камне. На лбу у него перевернутая пентаграмма. Правая рука поднята вверх, в левой – горящий факел, опущенный вниз. К камню за шеи цепями прикованы мужчина и женщина. У них есть рога и хвосты, но лица совершенно человеческие. Все детали картины прописаны очень тщательно, почти с фотографической точностью. Изображение женщины действительно очень похоже на ту, которые они видели сегодня ночью.

Нина поднесла карточку к глазам, сомнений быть не могло, эта та женщина из «кабинета» только моложе, без морщин и кругов под глазами. Она перевернула картонку сзади ее покрывал узор из сплетенных цветов и листьев.

– Похоже на карту таро, – задумчиво произнесла Нина. – У меня подруга увлекается, надо проконсультироваться.

– А кто окно в номере побил? Вы успели увидеть?

– Мне кажется я видела силуэт большого животного на подоконнике с улицы. Анчут, а ты?

– И я… Вряд ли из гродненского зоопарка сбежала пума или рысь. Так что скорее всего оборотень.

– Оборотней нам еще не хватало… – опечалился Александр. – Ну что у кого какие мысли? Что будем делать?

– Пока из зацепок только карта, предлагаю съездить к Марийке и проконсультироваться. Заодно может она нам и расклад на будущее сделает.

Никто ничего лучшего не предложил – на том и порешили.

2.

Нина с утра позвонила подруге. Сказала, что нужно посоветоваться по поводу «дела некроманта», что есть несколько вопросов по ее, Марийкиной, специальности. Договорились, что Нина заедет вечером, возможно не одна. Марийка на все с удовольствием согласилась и сказала, что будет ждать их с нетерпением.

Ехать решили на Нининой машине после работы. Она подхватила Александра с Анчутом возле гостиницы и уверенно выехала из города в знакомом направлении к дому, в котором проживала ее подруга.

Ехали молча. Нина удивлялась стечению обстоятельств при котором им все же пришлось обратиться с этим странным делом – смертью некроманта – к Марийке. К ее пребольшому удовольствию. Она ведь с самого начала хотела участвовать и все еще оставалась в стороне исключительно из-за упрямства Анчута. Нина не могла разобраться двигала Анчутом одна лишь жадность и скверный характер или у него были на то свои причины, которыми он не спешил делиться с Ниной. В целом у них не то чтобы были тайны друг от друга, но болтливым мелкого беса назвать было трудно.

Марийка встретила их возле ворот, придерживая за ошейник Портоса, рвущегося со всей своей собачьей радостью к приехавшим гостям, поздороваться.

– Вот это у вас охранник. С таким, наверное, ничего не страшно, – вежливо восхитился Александр, выходя из машины, глядя на хозяйку коттеджа.

Марийка замерла, как будто смутившись. Было похоже, что она совершенно не ожидала увидеть тут Александра. Но уже через секунду взяла себя в руки и просияла гостеприимной улыбкой.

– Да уж охранник. Разве что до смерти всех грабителей залижет. На большее это добряк не способен. Портос, фу, место! – дернула она за ошейник собаку, пытаясь призвать к порядку.

Следом за Александром выбрались из машины Нина с Анчутом. Нина потрепала Портоса по ушам, чмокнула в щеку подругу и пошла закрывать ворота.

– Здравствуйте, я хозяйка этого поместья и его охраны – Мария, – церемонно сказала девушка и протянула Александру тонкие пальцы для рукопожатия.

– Очень приятно. Александр, – ответил сын некроманта, пристально разглядывая Марийкино лицо.

– Ну пойдемте в дом, – смутилась от его взгляда Марийка и, отпустив немного успокоившегося пса, пошла к крыльцу, предлагая остальным следовать за ней.

В доме Марийка задержалась в прихожей, поджидая Нину.

– Почему ты мне не сказала, что он тоже приедет? – зашептала она на ухо подруге.

– Я же предупреждала, что буду не одна, – удивилась та.

– Я подумала, что ты имеешь ввиду Анчута.

– А это проблема? Ты вроде очень хотела в этом деле поучаствовать и даже какую-то долю гонорара получить.

Марийка замялась.

– Да, нет. Не проблема, я просто не ожидала…

–Ты прекрасно выглядишь, если ты об этом, – засмеялась Нина.

– Я не об этом. Впрочем, ладно. Приехали все вместе – и хорошо.

Девушки вошли в гостиную, объединенную с кухней. Два помещения разделял между собой большой обеденный стол. Александр провел пальцами по столешнице и одобрительно кивнул головой.

– Карельская береза? Потрясающей экземпляр, почти цельная поверхность такого размера – это большая редкость.

– Спасибо, – Мария польщено улыбалась.

Александр с интересом осматривал интерьер.

– Чай будете? Или кофе? – спросила хозяйка, обращаясь ко всем одновременно.

– Мы тут немного своего привезли, – ответила Нина, – а мне, если можно, чай.

Нина стала распаковывать привезенный Александром пакет, в котором оказались фрукты, большая коробка конфет, упаковка твердого сыра, две бутылки вина, несколько банок пива и апельсиновый сок. Мария, включив чайник, присоединилась к подруге и принялась накрывать на стол.

– У вас очень красивый дом, – сказал Александр, разливая вино по бокалам.

– Спасибо, – ответила Марийка, сверкая белозубой улыбкой.

– И вы тоже, – Александр в очередной раз посмотрел долгим взглядом на ее лицо, - мне кажется мы встречались с вами раньше.

Марийка отвела глаза, но через мгновенье взяла себя в руки и посмотрела на Александра, выдерживая его взгляд.

– Вы думаете? Может все же я вам кого-то напоминаю? Я почти уверена, что мы с вами раньше не встречались, если только мельком.

– Может быть… Но вряд ли. Где-то на краю сознания мельтешит воспоминание, не могу его ухватить.

– А мне кажется, что Марийка просто вылитая Элизабет Тейлер в молодости, – вмешалась в разговор Нина. – Я когда натыкаюсь на ретро кино с ее участием, прям вздрагиваю.

– Да, действительно. Сходство с Элизабет Тейлер присутствует тоже.

– Не суть, – деланно засмущалась красотка Марийка и обвела сидящих за столом любопытным взглядом – давайте перейдем уже к делу, которое привело вас ко мне.

Александр положил на стол и передвинул к Марийке карточку, которую они привезли с собой.

Девушка взяла ее в руки и удивленной вскинула брови. Несколько минут она молча рассматривала карту со всех сторон. Потом положила ее перед собой на стол и подняла глаза на ожидающих ее вердикта гостей.

– Отличный экземпляр. Да, это карта таро. Автор колоды мне неизвестен, но видно, что это большой мастер своего дела.

– А что это за карта? Что она обозначает? – спросила Нина нетерпеливо.

– Это Старший аркан карта Таро – «Дьявол».

– Не оригинально, – хмыкнул Анчут.

Марийка неодобрительно покосилась на него и продолжила:

– Сами по себе карты не имеют положительного или отрицательного значения. Все зависит от личности вопрошающего, вопроса, который он задает и сочетания карт, которые выпадают вместе. В целом карта Дьявол символизирует: страх, стыд, животные инстинкты, темное прошлое, слабая воля, зависимость от пагубных привычек, крушение надежд, действия, совершающиеся вопреки своим убеждениям.

– Интересно… – пробормотал Александр. – А кто эти мужчина и женщины на карте?

– Мужчина и женщина олицетворяют Адама и Еву. После грехопадения. Они же, кстати, изображены на карте «Любовники» … Эх… увидеть бы всю колоду в исполнении этого мастера…

– А бывает такое, что изображения на карте, это не просто символы, а портреты реальных людей? – вмешалась Нина.

– Всякое бывает… А что?

– Дело в том, что женщину, изображенную здесь в образе Евы, можно видеть в гостинице в образе призрака.

– Вот это да! Ну ка расскажите мне все по подробней, – заинтересовалась Марийка.

И Нина выложила подруге все их приключения в отеле.

3.

– Так-так-так… – задумчиво пробормотала черноволосая ведьма, постукивая ноготками по столешнице. – Давайте подытожим, что мы имеем на сегодняшний момент. Александр – начинайте, у вас, как у представителя мужского пола, с логикой должно быть все в порядке.

Анчут обиженно скривил губы, но вмешиваться не стал. Молодой человек еле заметно приосанился и принялся излагать:

«Несколько дней назад, мне сообщили о смерти отца в этом городе, предложили приехать забрать тело и совершить все необходимые формальности. Я прибыл незамедлительно и обнаружил в этом, как выражается местная полиция «несчастном случае», подозрительные моменты.

Обратился за помощью к местной «специалистке», чтобы вызвать дух отца из загробного мира и поговорить с ним. Первая же попытка оказалась неудачной и вместо отца, в загробном мире Нави мы обнаружили зловещего вида женщину. Поселившись в гостинице и понаблюдав несколько ночей, пришли к выводу, что женщина, вопреки расхожему мнению «что это невозможно», спокойно перемещается между мирами Нави и Яви и расхаживает по ночам в отеле в качестве призрака.

Кроме того, в вещах отца обнаружилась вот эта вот карта, с изображением женщины, что свидетельствует о том, что отец ее знал и, возможно, остановился именно в этом городе и именно в этой гостинице – не случайно…»

Александр замолчал, видимо перебирая в памяти детали произошедшего.

– В облике женщины было что-то необычное? – попыталась помочь ему Марийка.

– Два раза я видела у нее в руках пудренницу, но не похоже, что в ней было какое-то косметическое средство, – вмешалась Нина.

– Не пудра, а что...? Наркотики? Кокаин…? Кстати! – вдруг просияла Марийка. – Карта «Дьявол», среди прочего, указывает и на лихорадочную одержимость, сильное увлечение, приносящее вред человеку. Может так же указывать на необратимость зависимости, то есть наркоманию! Александр, у вашего отца не было увлечения наркотическими веществами?

Голубые глаза Александра расширились от удивления:

– Нет. Никогда ничего такого не замечал. У него было много пороков и дурных привычек – но наркомания? Почти уверен, что нет.

– А мужчина на карте, тот что в роли Адама, вам не знаком?

Молодой человек поднял карту со стола и еще раз внимательно вгляделся в изображение.

– Не знаком. Впервые вижу. И это точно не мой отец!

– Хм… что еще? вспоминайте! – подбодрила их Марийка.

– Александр, а у вашего отца был такой же необычный цвет глаз, как и у вас? – спросила Нина, осененная вдруг неожиданной мыслью.

– Да, а что?

– Женщина, увидев вас, пришла в ярость и принялась биться в истерике и беззвучно орать. Мне кажется по губам можно было прочитать слово «глаза», повторяющиеся несколько раз. Может она сопоставила цвет глаз и догадалась о вашем родстве?

– Может быть… Так ты, Нина, полагаешь, что это она виновата в смерти отца?

– Не знаю… – задумалась девушка. – Пока никаких доказательств у нас нет… Какие-нибудь еще необычные вещи были у твоего отца с собой? Помимо этой карты?

– Ничего такого не было. Обычный дорожный набор, который берет с собой любой человек, уезжающий на несколько дней.

– А антикварный деревянный чемоданчик? Лиза, горничная, говорила, что видела в руках у вашего отца очень старинную и интересную вещь накануне убийства.

– Чемоданчик? Антикварный? Расскажите поподробней, – глаза Марийки прямо светились любопытством.

Александр переводил удивленный взгляд с одной девушки на другую.

– Какой чемоданчик? О чем вы говорите? Мне про это совершенно ничего не известно. В комнате ничего такого не было, полиция мне тоже ни о каких изъятых вещах не сообщала… Не понимаю, о чем вы…

– Что ж, надо будет детальнее расспросить Лизу, – Нина опять задумалась, пытаясь вспомнить какие-нибудь еще важные детали произошедшего, которые они могли упустить. – Марийка, а что ты думаешь по поводу зверя, прыгнувшего ночью на окно и вспугнувшего призрака?

Марийка скептически поджала губы и почесала наморщенный носик.

– А вы все-таки уверены, что это был зверь? Или тень странной формы, напоминающей зверя?

– Я не знаю… – растерялась Нина.

– Если зверь, то соглашусь с Анчутом, что это оборотень. Потому что обычных зверей такого размера в центре города, мне пока встречать не приходилось.

– А оборотней?

– Тоже не часто, но все же это более вероятно, чем сбегающий по ночам из зоопарка тигр.

Тут Марийка хлопнула себя по лбу и с раздосадованным видом вскочила из-за стола!

– Почему вы не напоминаете мне про пирог? Я же испекла для вас лимонный чизкейк с меренгой и оставила в холодильнике охлаждаться.

– Как мы могли напомнить о том, о чем не имели ни малейшего понятия! – засмеялась Нина.

– Не знаю, как-нибудь да могли.

Марийка открыла дверку высокого современного холодильника, тяжелую, будто от сейфа и, привстав на цыпочки, проворно достала из холодильника большое блюдо с пирогом.

– Ах Марийка, ну что за красота, – восхитилась Нина запеченной корочке безе безупречного шоколадного оттенка. – Не перестаю удивляться твоим кулинарным способностям.

– Погоди петь мне дифирамбы, ты же его даже не попробовала, – ответила польщенная произведенным эффектом хозяйка.

– Уверена, что на вкус он также прекрасен, как и на вид!

Марийка достала маленькие блюдца и принялась резать пирог и раздавать гостям. Какое-то время все были заняты поеданием изысканного десерта и восхвалением кулинарных способностей ведьмы.

– Я кое-что придумала, – прервала общее молчание Марийка и обвела присутствующих хитрым взглядом. – Я знаю кто может провести ритуал и установить личность женщины по карте!

– Да ты что? Это правда возможно?

– Я думаю это не просто, но правда возможно.

– И кто же?

– Ведьма, которая обучала меня колдовству и гаданию на картах! Одна из верховных жриц большого аркана. Мы правда не виделись с ней уже сто… – она бросила быстрый взгляд на Александра и исправилась, – много лет. Но думаю наставница не откажет мне во встрече. Не факт, конечно, что она захочет делиться со мной информацией, но, чтобы это узнать, нужно ее об этом спросить. Тем более есть у нее передо мной малюсенький должок, как раз на размер нашей просьбы. Так что у нас есть все шансы.

– Замецацельно! – прошамкал в ответ Анчут набитым ртом.

Он уплетал уже, наверное, третью или четвертую порцию десерта. На большом блюде от чизкейка остался только совсем небольшой кусочек.

– Какое у вас интересное блюдо, – заинтересовался Александр. – Такой тонкий фарфор и цвета необычные.

Сын некроманта пододвинул блюдо к себе и пристально его рассматривал.

– Марийка с ума сходит по антикварной посуде, – пояснила Нина, – это можно сказать ее вторая страсть после карт.

– И оно тоже антикварное? – спросил Александр у хозяйки.

– Нет, это копия, – ответила та, отводя глаза.

– Копия у тебя? Вот уж не поверю, – засмеялась Нина.

– Почему не поверишь? Некоторая посуда слишком дорога, и я не могу себе ее позволить хоть и очень хочется. Тем более для повседневных нужд.

Александр задумчиво провел пальцем по краю блюда, поковырял ногтем изображенные на нем камелии. Потом еще раз пристально вгляделся в Марийкино лицо. Та встала из-за стола и суетливо принялась убирать, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Нину удивило поведение подруги, но она не стала развивать эту тему и задала вопрос по существу:

– А где живет твоя наставница? Далеко?

– Не так уж и далеко. На озере Нарочь.

Глава 5

1.

По прямой как стрела четырехполосной трассе несся, рассекая ветер, Маринкин серебристый внедорожник. Нине приходило на ум сравнение с пулей, выпущенной из револьвера, пока они вдруг на большом перекрестке не свернули налево. Девушка улыбнулась своим мыслям: «да, пуля так бы не смогла». Но все равно, ехать – одно удовольствие.

Марийка сидела за рулем и тихонько подпевала Элвису Пресли, звучащему из колонок, скрытно расположенных по всей машине. Нину забавляло пристрастие такой во всех отношениях современной Марийки, к ретро музыке. Сама Нина сидела рядом с подругой на переднем сиденье и жмурилась от светящего прямо в глаза солнца. Слов она не знала, а так бы тоже подпевала, песня ей нравилась.

Александр и Анчут с комфортом устроились сзади, а из багажника, отделенного от салона сеткой, шумно дышал довольный жизнью Портос. Для его собачьего счастья вообще было немного нужно: была бы рядом хозяйка и не урчало бы в пустом желудке.

Выехали к Марийкиной наставнице на машине поздним утром. Дорога из Гродно до озера Нарочь занимает примерно четыре часа. К ночи планировали вернуться обратно, но Нина на всякий случай оставила горничной Лизе инструкции по поводу кормления оставшегося в гостинице кота Маркиза.

Приближаясь к озеру, дорога нырнула в лес.

Ах, что это был за лес!

Нина с удовольствием любовалась им из окна: мощным, великолепным, глубокого темно-зеленого цвета, с легким золотистым отливом. Деревья высились, точно башни; они, казалось, достигали небес. Здесь были немыслимо огромные сосны, а также дубы, клены и еще какие-то другие деревья, сложно было точно определить из окна. Их ветви чуть колыхались под легким ветерком, наполняя воздух дивным ароматом.

Нина сразу ощутила этот запах, едва приоткрыв окно. Ей тут же захотелось открыть все окна, чтобы ветер вольно гулял по салону автомобиля и можно было полной грудью вдыхать живительный лесной воздух. Жаль время года этому не способствовало. Сюда нужно обязательно приехать летом.

– Здесь так здорово, не удивительно, что ведьма из верховных жриц захотела поселиться в таком лесу. Наверняка природную силу здесь можно черпать прямо из воздуха, особо не напрягаясь. Так еще и большое озеро рядом!

– О да, место супер, – ответила Марийка подруге, – скоро уже приедем.

– А дорога там нормальная?

– Где?

– Дальше в лесу. Хотя у тебя внедорожник, но все же. Не хотелось бы застрять в буреломе.

– Не беспокойся, – засмеялась Марийка, – дорога отличная до самого конца.

Пропетляв еще несколько километров по лесу, они выехали к небольшой лубочного вида деревеньке, расположенной прямо на маленьком полуострове со всех сторон окруженной озером. Бревенчатые избы, огородики за домом, узкие извилистые улочки... А впереди виднелась самая настоящая мельница.

– Все. Приехали, выгружаемся!

– Уже? – не поверила глазам Нина, – Что это такое?

– Это туристический комплекс Наносы. А по-твоему ведьма должна жить в лесной чаще в избушке на курьих ножках? Талантливые и сильные ведьмы, всегда хорошо в жизни устраиваются. Ну любимым мы комфорт и удобства, что уж тут поделать.

Нина во все глаза рассматривала лежавшую перед ней деревеньку. Она выглядела очень необычно, как игрушечная. Все вышли из машины, Марийка открыла заднюю дверь и одела на Портоса намордник и поводок.

– Антонина Ивановна, к которой мы приехали, является директором этого чудного места.

Марийка с собакой на поводке пошла вперед, попутно проводя мини экскурсию, остальные последовали за ней.

– Дома, построенные из природного камня и натуральных бревен, являются реконструкцией деревни XIX века. Конечно, на стопроцентную историческую идентичность данная деревенька не претендуют, скорее это можно назвать романтической реконструкцией, которая довольно органично совместила в себе элементы аутентичного зодчества и современных технологий. Тем не менее, при строительстве и отделке использовано много оригинальных вещей и изделий ручной работы.

– Мария, а почему ты нам сразу не сказала куда мы едем?

– Сюрприз хотела сделать.

– И надо признать, сюрприз удался!

Нина с любопытством вертела головой по сторонам.

– А еще в этой деревне вы не найдете электрических чайников, микроволновок и телевизоров, зато есть самовары, печь и погреб! А хлеб пекут из муки смеленой на местной мельнице. В общем, мама постаралась на славу и обустроила вокруг себя место максимально способствующее колдовству, еще и приносящее деньги! Высший пилотаж я считаю.

– Мама? – Нина изумленно уставилась на Марийку.

– Да. Но это уже второй сюрприз.

– Господи, Мария. Скажи, что с сюрпризами на сегодня все? Как по мне, их и так уже достаточно.

Мария загадочно улыбнулась и ничего не ответила.

Через несколько минут их компания вышла на небольшую деревенскую площадь и остановилась перед добротным бревенчатым домом.

На резном крыльце стояла высокая статная женщина. Темные волосы собраны в высокий пучок, на плечи небрежно наброшен лисий полушубок. Женщина была немолода, но безусловно очень красива. Той породистой красотой, которую не портят ни года, ни морщины. Впрочем, морщин на ее лице почти не было, а в карих глазах вишнях, точно таких же, как и у Марийки, плескался молодой задор и живое любопытство.

– Здравствуй, мама… – сказала Марийка, подходя к крыльцу и останавливаясь за несколько шагов до крыльца.

– Привет, – ответила женщина и иронично улыбнулась. – Почему заранее не позвонила?

– Чтобы наверняка застать, – Марийка опустила глаза.

– Ишь ты, хитрая какая. Да иди, обниму, я же соскучилась.

Марийка подошла, на секунду прижалась лицом к рыжему меху полушубка и чмокнула женщину в щеку.

– А это кто с тобой?

– Пошли в дом, я тебе все расскажу.

2.

Они сидели в кухне-столовой за большим обеденным столом. В печь недавно подкинули дрова, и та чуть слышно гудела из-за заслонки, разгораясь жарче.

Антонина Ивановна пристально разглядывала карту, привезенную Александром и хмурилась. Все молчали, ожидая ее вердикта. Портос дремал на полу, пригревшись на мягкой овечьей шкуре, постеленной специально для него возле печки.

– Изображение хорошее, четкое, – задумчиво произнесла ведьма, – плохо то, что женщина изображена на нем не одна. Еще хуже то, что это не просто изображение, а карта таро, отлично заряженная предыдущим владельцем колоды. Это мне может помешать.

– Но вы попробуете? – не выдержав, задал вопрос Александр.

Ведьма бросила на него неодобрительный взгляд и вернулась к созерцанию карты.

– Но, да. Я попробую, – сказала она через небольшую паузу.

Ведьма поднялась из-за стола и пошла в комнату. Нина вопрошающе посмотрела на Марийку, пытаясь взглядом спросить, что им делать дальше. Идти следом? Ждать здесь?

Марийка еле заметно пожала плечами. Пауза затягивалась.

– Мам, а можно мы посмотрим? – спросила она громко.

– Только ведьмы!

– Пошли, пошли, – обрадованно зашептала она Нине, – а вы, мальчики, здесь подождите, не думаю, что это долго.

– Но я же заинтересованное лицо…– попытался возразить Александр, но Марийка бросила на него такой взгляд, что он смиренно замолк.

Окно в комнате плотно занавешено шторой, поэтому детали обстановки Нине толком разглядеть не удалось. С уверенностью Нина могла утверждать лишь то, что эта комната использовалась, как рабочий кабинет Антонины Ивановны.

В комнате вдоль стены стоял большой угловой диван, обтянутый черной кожей. Напротив – массивный письменный стол, стеллажи с папками, шкафы во всю стену. На столе лежал тонкий современный ноутбук, рядом принтер, аккуратной стопкой на краю сложены бумаги.

Конечно, она ведь управляющая целым туристическим комплексом, – вспомнила Нина. Сейчас не сезон, но в летние месяцы деревня, надо думать, бурлит жизнью. Место и в самом деле замечательное, наверняка, пользуется спросом, как у местных жителей, так и у иностранных туристов.

В полумраке Нина не сразу заметила, что кабинет разделяет большой стеллаж, образуя скрытый от посторонних глаз закуток.

Там стоял туалетный столик с большим зеркалом. Антонина Ивановна зажигала стоящие на нем свечи. Их было много. Двенадцать – сосчитала Нина. Все свечи разных размеров и цветов: одни – большие толстые белые, похожие на березовые поленья, другие – красные, несколько штук желтых, как будто скрученных прямо из пчелиных сот. Свечи ярко осветили зеркало и женщин, стоящих перед ним.

Антонина указала им на стоящую вдоль стены лавку.

– Не стойте за спиной, сядьте так, чтобы в зеркале не отражаться.

Девушки поспешно переместились, а хозяйка туристического комплекса села на деревянный стул с высокой резной спинкой, стоящий перед туалетным столиком.

Женщина достала из выдвижной полки какие-то мешочки с травами, вынула из них мелкие ароматные веточки и цветочки, потерла их в пальцах, что-то шепча над осыпающимися на стол крошками. Из специальной шкатулочки достала камешки и косточки. Перебирала и мусолила их пальцами, потом размашисто сыпанула на стол. Что-то похожее Нина видела прошлой весной в доме у бабы Веры незадолго до ее смерти.

За тем ведьма положила на полированную поверхность столика карту так, чтобы изображение на ней отразилось в зеркале. Ведьма закрыла глаза, вытянула ладони и принялась читать заклинание.

По мере того как голос ее звучал громче и увереннее, Нина почти физически ощутила напряжение пространства вокруг. Почти увидела, как к пальцам ведьмы потянулись ниточки силы. Их становилось все больше, натяжение росло и, через какое-то время, ей даже послышался легкий звон струн.

Со своего места Нина не могла увидеть саму карту, лежащую на столе, ее прикрывали ладони Антонины, но зато хорошо видела ее отражение в зеркале.

Вдруг рисунок в зеркале дрогнул. Нина моргнула, напрягла зрение… Нет, не показалось, рисунок на карте двигался. Изображение как будто увеличилось в размерах. Да. Действительно, отражение росло прямо на глазах.

Женщина на карте завертела головой, подняла к лицу руки. Нине даже почудилось звяканье цепи на ее шее. Незнакомка оглядывалась по сторонам, пока не встретилась взглядом с Антониной, которая уже престала читать заклинания, открыла глаза и поднесла лицо почти к самому стеклу, устанавливая с изображением зрительный контакт.

Отражение сделало шаг на встречу, протянуло руку. Ее лицо явно выражало любопытство.

Как вдруг ожил Дьявол, сидевший на камне. Он дернул за цепь, которой была прикована женщина, с такой силой, что та не удержалась на ногах и упала. Страшное существо с козлиными рогами сделало взмах крыльями и одним прыжком перемахнуло с камня прямо к разделявшему их с ведьмой стеклу. Долгую секунду смотрело ведьме в лицо, а потом подняло руку с горящим факелом и ткнуло им ей в глаза.

Вся поверхность зеркала взорвалась ярким огнем. Нина на мгновенье ослепла. Когда девушка проморгалась и смахнула с ресниц выступившие от яркого света слезы, зеркало было уже совершенно обычным и отражало только лицо Антонины и горящие на столике свечи. Ведьма недовольно поджимала губы, о чем-то размышляя. Молча, погруженная в свои мысли, погасила свечи и, не обращая ни на кого внимания, пошла обратно в кухню-гостиную. Потрясенные увиденным девушки последовали следом.

Антонина все так же молча села за стол, за которым пили чай Александр с Анчутом, в ожидании вердикта.

– Не получилось, – бросила она, – как я и предполагала, из-за специфики изображения обычный способ не работает.

Александр даже не пытался скрыть разочарования. Вся гамма чувств сразу отразилась на его лице.

– А необычный? – встряла в разговор Марийка.

Антонина бросила на дочь быстрый взгляд и чуть нахмурилась.

– А необычный, он на то и не обычной, что используется редко и стоит дорого.

– Но он все-таки есть? – воспрял духом Александр. – А деньги не проблема!

– Не всегда стоимость измеряется только в денежном эквиваленте… Хотя и их обсудим тоже.

Антонина замолчала. Поднялась из-за стола, подошла к окну и приоткрыла тяжелые шторы. Комнату тотчас залило ярким солнцем. Ведьма посмотрела на небо, одобрительно хмыкнула и обернулась к Марийке.

– Дорогуша, открой на телефоне карту осадков, посмотри – ясная ли выдастся ночка? Для ритуала нам обязательно понадобится лунный свет.

Глава 5 (продолжение)

3.

Решено было остаться ночевать в деревне. Для этих целей Антонина Ивановна выделила им один из свободных гостевых домиков.

По началу Нине казалось, что все дома в деревне сейчас не заняты и никаких туристов нет. Однако, когда начало темнеть, в некоторых окнах зажегся свет, откуда-то потянуло вкусным запаха дыма и шашлыка.

Нина сидела на заднем дворе гостевого домика. У ее ног лежал довольный и усталый Портос. Вот уж кто вдоволь набегался по берегу озера, гоняя по камышам перепуганных уток.

Нина свернулась, поджав под себя ноги, в плетеной кресло-качалке под навесом, удобно закутавшись в плед, и любовалась звездным небом. Запах шашлыка вернул ее к мыслям о Марийке и Александре уехавшим в город за мясом, но так пока и не вернувшимся. Есть Нине не хотелось, но обстановка вокруг как будто уговаривала пожарить что-нибудь на открытом огне. В деревне было тихо и связь с природой чувствовалась очень остро.

Следующей пришла в голову мысль, что совсем не обязательно ждать Александра, а можно, и это будет даже правильнее, разжечь мангал самой, чтобы к тому времени когда они привезут шашлык, угли уже были готовы.

Анчут пропал по своим делам еще днем. Сказал, что у него в этом краю очень много знакомых и среди озерниц, и среди обитателей леса, поэтому его на ужин можно не ждать, он появится только вечером к самому ритуалу.

Хозяйка комплекса Антонина Ивановна, после того как показала им гостевой домик, в котором они могут переночевать все вместе, пояснила, что ритуал будет проводиться в полночь на берегу озера, при условии ясного неба и достаточном количестве лунного света.

– Жаль, конечно, что не полнолуние, но уж как есть. Звать специально вас не буду, если хотите посмотреть, приходите без пятнадцати двенадцать на главный пляж. Если не хотите, я ритуал сама проведу и о результатах сообщу.

Но им, конечно же, очень хотелось поприсутствовать и все увидеть своими глазами. Еще бы, такое приключение! Да и поучиться у старшей ведьмы всегда есть чему. Как для Нины, так это вообще большая удача и неоценимый опыт.

Но до полуночи нужно было чем-то заниматься. Они все вместе прогулялись по деревне и по берегу вдоль озера. После прогулки осмотрели дом и обнаружили на заднем дворе комфортную террасу и добротный мангал, а рядом с мангалом аккуратную поленницу берёзовый дров.

Кому-то из них, скорее всего Александру, пришла в голову мысль скоротать вечер за шашлыками.

Марийка вызвалась сопроводить сына некроманта в город за покупками. Нина на пару с Портосом остались дожидаться их в деревне.

Дрова были сухие, и Нина разожгла мангал без труда. Как только огонь хорошенько разгорелся и уютно подсветил прохладный осенний вечер жарким трескучими пламенем, вернулись Марийка и Александр.

Быстренько разобрав покупки и наскоро накрыв на стол, все трое удобно устроились на веранде, глядя в горящий огонь и медленно протягивая кто пиво, а кто вино.

Обсуждали предстоящую ночь. Обе девушки были очень воодушевлены, Александр находился в сомнениях.

– А вы уверены, что получится? – в который раз за сегодняшний день задавал он вопрос.

– Конечно нет, Алекс. Конечно, мы не уверены. Как можно быть уверенным на сто процентов? Ведь это сложный и энергозатратный ритуал. Тем более, что с первой попытки ничего не получилось.

– Хотя это странно, – вмешалась Марийка, – обычно у моей мамы всё получается с первого раза. Но ты не волнуйся, Алекс, шансы очень велики. Она могучая ведьма, хоть и выглядит как обычная женщина. Но пусть ее внешний вид тебя не обманывает, маме есть что сказать потустороннем миру.

– А кстати, Анчут не возвращался?

– Нет, пока не было. Но я за него не беспокоюсь, не пропадет.

Шашлыки были съедены, вино и пиво выпито, время приближалось к полуночи. Луна прочно заняла своё место на небосводе. Ну хоть за это можно было не волноваться. Необходимого для ритуала лунного света вокруг было предостаточно.

Все трое оделись потеплее, закутались в шарфы, Марийка даже перчатки натянула, и направились на берег озера.

Ещё с пригорка, не спускаясь на пляж, увидели внизу Антонину Ивановну. Женщина сооружала на берегу костры. Нина посчитала: двенадцать шалашиков из веток и брёвен почти возле самой воды. Три из них уже горело, возле четвертого Антонина Ивановна наклонилась, чиркая зажигалкой.

Марийка с Александром поспешили с пригорка по песку вниз к воде, Нина, наоборот, сбавила шаг, чтобы успеть полюбоваться на озеро. Его ночной вид завораживал.

Нарочь – самое большое озеро в Беларуси. Из-за его размера, а также чистейшей воды, озеро называют «Минским морем». Даже днем не всегда удавалось разглядеть его дальние берега, ночью же оно казалось поистине бескрайним.

Из-за отражения в воде казалось, что лес на берегу рос не только вверх, но и вниз. Лунная дорожка, прочерченная почти до середины, разгоняла влажный туман над водой, который легким одеялом окутывал воду. Ветра не было, тишину нарушали только редкие уханья птиц в лесу и тихий плеск воды у самого берега.

Они не стали подходить и заговаривать с ведьмой, чтобы не мешать ее приготовлениям. Остановились в стороне метров за десять.

– Анчута что-то не видать, – начала волноваться Нина, в который раз сетуя, что у нее с другом нет никакой связи для экстренных случаев.

– Странно, да, – согласилась Марийка. – Хотя может у него тут просто шашни с какой-нибудь озерницей.

– Озерницей? – приподнял бровь Александр

– Локальный вид русалок, в озерах живут. Разновидность низшей нечисти.

– Симпатичные?

– На любителя.

– А Анчут значит любитель? – хмыкнул Александр.

– Ну мало ли… Хотя сомневаюсь. Волосы у них длинные зеленые, но неопрятные… Кожа темная, скользкая, вместо классического рыбьего хвоста – ступни в виде плавников. Внешне вроде бы похожи на людей, но вместо крови у них как бы вода, и как дотронешься – холодные бр-р-р… Разговаривают на непонятном, птичьем языке. Платья носят сплетенные из водорослей. По ночам, при луне, выходят на берег и поют…

– Тихо вы! – шикнула на них Нина, – кажется начинается.

‌‌4. ‌‌‌ ‌‌ ‌‌‌‌ ‌‌‌ ‌‌‌ ‌‌‌‌ ‌‌‌‌‌ ‌‌‌‌

Все двенадцать костров уже полыхали на берегу, ярко освещая берег и стоящую перед ними ведьму.

Антонина Ивановна стояла у самой кромки воды, спиной к ним, лицом к озеру.

Внезапно Нина уловила, как в ночную тишину начинает вплетаться песня. Сначала совсем тихо, но постепенно все громче и громче. Голос ведьмы креп, вода отражала, усиливала звуки, и вот уже казалось, что у песни нет источника, она как будто рождалось прямо из воздуха.

Постепенно, повинуясь ритму мелодии, ведьма на берегу начала свой танец. Движения сначала медленные и плавные становились все более размашистыми и резкими.

Огонь в кострах разрастался, достигая в конечном итоге совсем неправдоподобных размеров. Языки пламени отражались в воде, и Нина ахнула, увидев, что их всполохи больше не хаотичны и они вплетаются в рисунок танца, повинуясь жестам Антонины.

Ведьма входила в транс и вела за собой всех присутствующих на ритуале. Нина уже не в полной мере осознавала себя и происходящее, но изо всех сил напрягала волю, чтобы удержать сознание ясным и запомнить все до мельчайших подробностей.

Она уже не видела Марийку и Александра, больше не вспоминала про Анчута, все ее естество было захвачено мелодией голоса и ритмом танца женщины, творящей колдовство.

Магические силы, накопленные в этих местах веками, в толще воды озера, в вековых деревьях леса, пришли в движение и отдавали свою силу той, которая взяла на себя смелость их потревожить. Будь на месте Антонины не такая опытная колдунья, не справилась бы с таким потоком. Сила снесла бы ее как щепку в водопад, закрутив и растерзав в своей пучине. Но Антонина и вправду была могучей колдуньей, и ей действительно было что сказать потустороннему миру. Ну если не сказать, то спеть уж точно.

Собрав на кончиках пальце ровно столько силы, сколько ей было нужно: ни больше, ни меньше, ведьма перестала танцевать и вытянула руки перед собой, держа ладони параллельно друг другу. Между ними, Нина не уследила откуда, появилась та самая карта с изображением женщины.

Антонина сделала шаг веред ступая прямо в воду и наклонила изображение так, чтобы оно отразилось в озере.

Отражение появилось на водной глади, и подхваченное лунной дорожкой, понеслось вперед, стремительно увеличиваясь в размерах.

Вдруг в какой-то миг из горизонтального оно сделалось вертикальным. И в лунном свете над озером появилась фигура женщины. Сначала ее силуэт был размытым, почти бесплотным. Фигура таяла в лунном свете, как сигаретный дым. Но постепенно, повинуясь воле ведьмы и алгоритму ритуала, образ женщины становился все более четким и различимым, как будто кто-то регулировал резкость в объективе.

И вот уже незнакомка из обнаженной женщины с цепью на шее превратилась в молодую девушку в черном узком платье с меховым манто на плечах.

Девушка была прелестна: тонкая, гибкая, с открытым улыбчивым лицом. Она заинтересовано смотрела на ведьму.

Антонина опустила руки и громко сказала:

– Назови свое имя!

Через небольшую паузу девушка произнесла звонким, как серебряный колокольчик голосом:

– Элеонора Крейцер. Дочь купцавторой гильдии, дворянина Владимира Николаевича Крейцера.

– Как и когда ты умерла?

Лицо девушки омрачилось, губы задрожали, под глазами появились темные круги, на лицо легли морщины. Буквально за несколько секунд от свежей молоденькой красавицы не осталось и следа. Над озером разнесся хриплый голос:

– Мой муж оказался не тем, за кого себя выдавал. Он совершал ужасные вещи. Я не могла с этим мириться, но и уйти от него не могла и пристрастилась к кокаину. Вскоре зависимость стала такой сильной, что начала разрушать мое тело и мою жизнь. Я тайно выносила из дома сначала ценные вещи, потом платья, одежду, бельё, обувь… Превратилась в послушное оружие чужой воли и окончательно потеряла свою. Стала избегать и ненавидеть мать, отца, брата, бабушку, которых раньше очень любила. Мой разум, отравленный кокаином, не выдержал, я пыталась наложить на себя руки. Попытка закончилась неудачно. Муж уехал за границу, а меня поместили в больницу для душевнобольных, где пытались лечить от зависимости. Через год я вернулась в свой дом и однажды ночью намеренно приняла слишком большую дозу снотворного и больше не проснулась.

Девушка закрыла лицо руками и зарыдала.

– Я больше не держу тебя, Элеонора. Возвращайся туда откуда пришла.

С этими словами, ведьма вкинула руки вверх и костры в ту же секунду погасли. Берег погрузился в темноту, освещаемый только мягким лунном светом. В лунной дорожке озера больше никого не было. Только легкий ветер тревожил воду, запуская по черной глади легкую серебристую рябь.

Глава 6

5.

Свидетели ритуала вернулись на веранду своего гостевого домика, Антонина Ивановна, не сказав им не слова и никак не комментирую события, удалилась к себе. Видимо считала, что сделанного и увиденного для ее гостей более чем достаточно.

Марийка вынесла на веранду несколько шерстяных пледов. Александр подкидывал дрова в почти успевший погаснуть мангал. Все трое молчали. Нина укутывалась в плед по самые брови, поджимала под себя ноги, дышала на свои ладони, но все равно не могла согреться. Ее знобило. Анчут так и не появился.

Первой не выдержала Марийка.

– Ну что вы все молчите? Александр! Ты доволен? Ритуал прошел со стопроцентным успехом. Теперь мы знаем, что за призрак живет в гостинице. И знаем ее имя.

Александр с каменным лицом молчал и не отводил взгляд от огня.

– Ну, Алекс! Тебе имя Элеонора о чем-нибудь говорит?

Александр оторвался от разгоревшегося в полную силу огня и посмотрел долгим тяжелым взглядом на Марийку.

– Говорит… Элеонора Владимировна Крейцер. Так звали первую жену моего отца.

Нина ахнула. Марийка потрясенно переводила взгляд с одного, на другого.

– Вот это поворот… – наконец выдохнула она. – Интересно получается… А по портрету ты ее не узнал?

– У нас дома нигде не было ее изображений: ни портретов, ни фотографий. Отец в целом очень мало о ней говорил и не любил вспоминать тот период своей жизни. И теперь я кажется начинаю понимать почему…

– Бедная женщина,– вздохнула Нина, – жалко ее.

Александр задумчиво молчал.

– Так что получается? Дело раскрыто? – подала голос Марийка.

– В каком смысле?

– В прямом. Отец Александра, находясь проездом в городе, в котором когда-то жил, останавливается в гостинице. Ночью встречается с призраком своей доведенной до самоубийства жены, та впадает в ярость, толкает его, он падает и разбивает голову…

– Не серьезно как-то. Толкнула, упал, умер… Не абы кто, а великой силы колдун, сами же говорили, – засомневалась Нина. – И почему призрак Элеоноры живет именно в гостинице? Знал ли об этом некромант? Специально ли он там остановился?

– Про самум гостиницу нужно разузнать поподробнее. Здание, в котором она расположена очень старое, может так оказаться, что это дом отца Элеоноры, в котором молодые жили после свадьбы, – вмешался Александр.

Все опять замолчали. Настроение было тяжелым, оно как будто навалилось на всех и высасывало силы.

– Холодно очень, пойдемте лучше спать. Завтра утром все обсудим, интересно что обо всем этом думает Анчут… Где его только черти носят?

Нина поднялась и как была закутанная в одеяло пошла в дом, не дожидаясь, что ей ответят собеседники.

Глава 6.

1.

Анчут шел по берегу насвистывая себе под нос. Настроение было чудесным. Солнце нижним краем задевало зубчатый край леса и крошилось на озерную гладь красивыми огненно-рыжими всполохами.

Анчут втянул полной грудью свежий лесной воздух и отхлебнул темного пива, прихваченного с собой из поселка. «Лепота!» – подумал он про себя голосом Ивана Грозного из старого советского фильма.

Воздух был наполнен колдовской силой. В некоторых местах концентрация была такой густой, хоть ложкой ешь. Анчут жмурился от удовольствия. Он любил природу и жизнь в деревне, гораздо больше, чем город. Хотя в городе возможностей для заработка больше, да и пивной ресторан этот в Гродно, с собственной пивоварней… Как от него отказаться? Душу не обманешь.

Озерницы увидели Анчута издалека, но подплывать не спешили. Он нашел место где берег не был покрыт камышами и спустился к самой воде. Хитро ухмыльнулся, наклонился и ливанул пива из горлышка прямо в воду, потом вытянул руку с пакетом вперед, как бы демонстрируя, что он тут с гостинцами, а не с пустыми руками. Содержимое пакета звякнуло характерным звуком стеклотары, озвучивая всем известную истину: «Одна бутылка не звенит. А две звенят не так.»

На спокойной глади озера появилось волнение. Три дорожки расходящейся в разные стороны воды, какие бывают при движении моторной лодки, только гораздо меньших масштабов, потянулись из центра озера к берегу. Через несколько минут, вода рядом с берегом забурлила и из нее высунулась мокрая лохматая голова.

Под зеленой спутанной челкой блеснули хитрые глаза. Голова склонилась набок, пристально рассматривая Анчута, зачирикала.

– Ага, щаз! Хитренькие! – сказал Анчут и отступил на несколько шагов от воды. – Выходите на берег, разговор есть. Да и так давно не виделись.

Из воды торчало уже три лохматые головы. Чириканье усилилось.

– Да соскучился! А что? Не верите? Почему? Вы же девушки видные. От таких у любого крышу снесет, а я что ли исключение?

Озерницы выплыли уже совсем на мелководье, но выходить из воды не спешили.

– И хватит чирикать. Я знаю, что вы прекрасно можете разговаривать на чистейшем русском, нечего мне голову дурить.

– Холодно, Анчут на берегу. Смотри у нас платьица совсем легонькие – из озерной тины, – звонким приятным голосом сказала одна из девушек.

– Так вода же еще холоднее.

– Это для тебя. А для нас в воде комфортно при любой температуре.

– Ну как скажете. Мне не принципиально. Ася, как у вас дела вообще? Я вот тут не большой гостинчик прихватил…

Анчут протянул пакет в руки одной из озерниц, находящейся ближе всего к берегу. Та с любопытством заглянула внутрь.

– Пиво? Ну ты и мужлан Анчут. А где бусики? – засмеялась она.

– Нут уж увольте. Я этот развод знаю. Бусы подарил, считай женился. Я один раз так на русалочьи разговоры чуть не купился. Не у вас, правда, под Брестом. Мне там одна речная красавица так молодую и неопытную голову задурила, что я уже пошел ей эти бусы покупать. Хорошо, что по дороге лесовика встретил, тот мне разъяснил что к чему… Ну да это давняя история. Сейчас не об этом.

Озерницы вернули пустой пакет Анчуту, а сами уселись в воде возле берега на мелководье. Девушки отхлебывали пиво и насмешливо смотрели на Анчута.

– Да. ладно. Знаем мы, что бус от тебя не дождешься. И знаешь, не очень-то и хотелось. Муж из тебя получился бы так себе… – девушки звонко захохотали.

– Чего это? – притворно обиделся Анчут.

– Не обижайся, Леська шутит. Спасибо за пиво. Так, о чем ты поговорить пришел?

– Тут в лесу недалече семейство рысей-оборотней живет…

– Ну живет и что?

– От них в последнее время новостей никаких не было?

– Да какие новости? Все как обычно. Живут не тужат, никому не служат, – беззаботна отозвалась озерница Ася.

– Всем семейством? Все на месте?

– Да конечно на месте, куда им из такого чудесного леса податься. С лесовиком у них проблем никаких нет, живности для пропитания в лесу всем хватает, на людей не нападают. С Антониной как обычно по мелочам собачатся, – девушка захихикала, – смешное слово по отношению к котам.

– Только вроде дочка ихняя младшая учиться поехала, – вмешалась в разговор, третья озерница, до этого молчавшая.

– Учиться? На кого?

– На врача, который животных лечит. У них же с мамкой беда давно. Так лапы артритом перекрутило, еле ходит. К врачам обращаться наотрез отказывается. К ведьме Антонине – тоже. У них старая вражда какая-то. Вот Лизка и поехала сама учиться.

– Лизка?

– Елизавета. Зовут ее так.

– И где она учится?

– Да откуда мне знать? Мне не докладывают, а сама я в университетах не сильна. Хотя меня в медицинский, наверное, без экзаменов бы приняли, в кунсткамеру, – не весело усмехнулась девушка.

Вдруг вода рядом с берегом замутилась, закрутилось водоворотами и через несколько секунд из нее показалась лысая голова по форме похожая на кувшин. Одутловатое лицо скабрезно улыбалось.

– Баламутень… – устало закатила глаза озерница Леська.

– Здравствуйте, барышни. Зачем сидим, чего пьем? – существо почти полностью вынырнуло из воды, демонстрируя необъятный живот, покрытый гусиной кожей болотного цвета.

Анчут завидев его, замолчал и попытался слиться с ландшафтом.

Трюк не удался. Баламутень обвел глазами сидящих в воде девушек и остановился взглядом на Анчуте.

– Ба! Кого я вижу! Великий шулер всея Беларуси!

Анчут, поняв, что избежать разговора не удастся мрачно ответил:

– Привет.

– Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. Чего приперся, девушек приличных разводить? Не слушайте его, девочки, и не верьте ни одному слову…

– Да перестань ты, – Анчут не знал куда глаза спрятать.

– А что случилось? – удивленно защебетали девушки.

– А я вам не рассказывал? Мне кажется я уже всему свету рассказал, вы вот, наверное, единственные остались и не знаете какой Анчутка обманщик, кидала, шулер и плут!

– Баламутень, прекрати, тогда все случайно вышло. Ну не собирались мы тебя обманывать. Правда не знали, что колода неполная. Мы по-честному хотели. Просто так сложилось. Ну не серчай. А?

Озерницы заинтересовано следили за извинениями Анчута переводя взгляд с одного нелюдя на другого.

– Баламутень, ну серьезно… Ну чего ты так обиделся? Это же мелочи по сути. Мы тебе ничего плохого не сделали.

– Вы обманули мои надежды и подорвали веру в человечество, – насупился водяной, – тем самым нанесли мне ощутимый моральный ущерб.

– Ну хочешь я тебе твой моральный ущерб возмещу?

– Хммм… – взгляд у водяного прояснился, лицо приобрело заинтересованное выражение. – Ну возмести.

– Чего ты хочешь?

– Ой, да я много чего хочу, – он мечтательно закатил глаза, а узловатые пальцы принялись почесывать зеленый подбородок.

– Ну ты там сильно губу не раскатывай, выполню небольшую просьбу, которая в моих силах и в пределах моей компетенции. Не так уж и велик был моральный ущерб.

– Откуда тебе знать? Я после того происшествия знаешь, как страдал? Ночами не спал, плакал…

– Не переигрывай.

– Ладно, Анчутка, я придумал. Есть у меня одна зазноба… В деревне живет. Татьяной звать. Эх и красивая! – водяной опять закатил глаза и с восторгом причмокнул мокрыми губами, – только вот к воде не подходит близко, не купается… не сезон сейчас. Мне до лета ждать, совсем мочи нет. Ты бы ее может как-нибудь на берег подманил, да в воду нечаянно столкнул, а тут уж я…

– Сразу нет! Даже не думай. Я никому вредить не собираюсь. Людям тем более. – твердо отрезал Анчут.

– Ясно, – недовольно цокнул языком Баламутень, – как был ссыклом всю жизнь…

– Эй ты полегче давай! Я сейчас твой длинный язык укорочу, – Анчут рассерженно поднялся и пошел к воде

– Я что? Я же ничего, не правильно выразился просто… Анчутка, слушай, есть у меня реальная просьба для тебя, – поспешно залепетал Баламутень.

Анчут остановился.

– Какая?

– Тут рядом с озером мельница стоит. Раньше она исправно работала. Не один год уже деревенские приходили муку молоть. У них там свой загон в Антонининой деревне есть. Ну ты слышал, наверное. Они по минимум достижения прогресса используют, все предпочитают сами делать.

– Слышал. И считаю, правильно делают.

– Так и я так считаю. Суть не в этом. Зерно мельнику привозили, тот муку молол, девки за мукой приходили, в печке хлеб пекли – процесс понятный, как и много лет назад. Так вот, девки, что за мукой приходили, часто на берегу оставались посидеть. Там лавочки стоят, качели даже, все красиво сделали. Девчата приходили озером полюбоваться, а я ими. Все мне старому благость, тем более зимой, когда на берег никто носа не кажет.

– Избавь меня от своих похотливых чаяний, давай ближе к делу.

– Так вот, последний месяц мельница не работает и туда никто не ходит. А по ночам из нее звуки странные доносятся…

– Какие звуки?

– Как будто кто-то тихо-тихо песню поет… Я даже сначала думал озерницы.

– Не, это не мы, – подала голос Ася. – В такую холодину никакого желания нет по берегу шастать, не до песен.

– Но на мельнице и правда кто-то поет иногда. Не каждую ночь. Мельница близко к воде, поэтому бывает, что слышно, если прямо к самому берегу подплыть и ночь тихая. – подхватила ее подруга.

– Странно… – задумчиво протянул Анчут. – Может я вернусь у Антонины спрошу? Может нечисть какая мелкая завелась? Или призрак… хотя призраки петь не умеют.

– Ай ну пока ты сходишь, пока ты спросишь… Потом забудешь и уедешь, а мы тут все от любопытства помрем, – принялся его уговаривать Баламутень.

– Да, Анчутка, давай сейчас. Сами то мы на такое расстояние от воды отойти не можем, а из местных никто ничего нам не расскажет. Да и тебе Антонина ничего объяснять не будет, ну или у с условием, что ты не трепался. Сам знаешь какие ведьмы скрытные, – подхватили озерницы уговоры водяного.

Анчут мялся в нерешительности.

– Да боится он, девки, не видно разве? Низшая нечисть, мелкий бес – чего с него взять?

– Ничего я не боюсь! – обиделся Анчут, – Просто неудобно по чужой недвижимости шариться. Мало ли что там…

– Так и скажи, силенок не хватает. Тебя, наверное, даже шешики гоняют и в хвост, и в гриву…

– Черт с вами! – сдался Анчут. – До полуночи еще далеко. Делать все равно нечего. Пошли. Тем более мне и самому интересно.

Озерницы захлопали в ладоши, Баламутень довольно заулыбался.

– Ты «пошли», а мы «поплыли», – с улыбкой поправила его Ася.

2.

Мельницу было видно из далека. Анчут шел бодрым шагом, поглядывая на небо, солнце почти полностью скрылось за лесом. Начинало темнеть. Мельница была высокой, метров двенадцать, не меньше. И это без учета огромных лопастей, гигантской ромашкой, раскинувшихся на быстро темнеющем небе. Первый этаж мельницы построен из деревянных брусьев, башня – каменная.

Большие деревянные лопасти не крутились. Было не понятно, действовал ли для размолки зерна старый механизм, приводимый в движение силой ветра и сейчас просто остановленный для ремонта. Или его давно заменили на электрический, и лопасти в принципе никогда не крутились, а использовались исключительно для стилистики под старину.

К мельнице вела аккуратная мощенная камнем дорога. На открытой местности ветер усилился. Анчут заметно продрог и уже очень жалел, что ввязался в эту авантюру.

Пивной хмель постепенно выветривался из головы, а вместе с ним и безбашенный кураж. Он не то чтобы опасался мельничную нежить, вряд ли там, под самым носом сильной ведьмы завелся кто-то опасный, но было неудобно идти туда одному, не спросив и не предупредив хозяйку. Все-таки они здесь в гостях.

От деревни потянуло вкусным древесным дымком, нагоняя мысли о сочном, приготовленном на углях, мясе…

«Может плюнуть на этих водных товарищей, развернуться и пойти в деревню? Но неудобно как-то… И так Баламутень сплетни грязные про нас распускает, а после такого откровенного надувательства, его вообще будет не заткнуть. Ладно, пойду одним глазком посмотрю, что там у них на этой чертовой мельнице. Может статься там и вообще никого нет, сломалась просто, а в башне ветер свистит, вот им и мерещится» – мысленно сам с собой беседовал Анчут.

Дорожка утыкалась в большие деревянные ворота, запертые на засов. Помимо засова на дверях болтался рыжий от ржавчины амбарный замок.

Не удивительно. Раз мельница не работает, естественно ее закрыли – не оставлять же ворота нараспашку. Закрытые ворота не были преградой для Анчута, но он пока не стал подходить к ним вплотную, а решил обойти строение по кругу.

Скрипели от ветра деревянные лопасти. Анчут прислушался, никаких других звуков, а уж тем более песни слышно не было. Хотя озерницы говорили, что поют только ночью и далеко не каждой. Окон внизу в деревянных стенах не было, но с обратной стороны здания тоже оказалась дверь, но гораздо меньших масштабов, чем главные ворота. Перед дверью – мощенная камнем площадка. С одной стороны возле стены лежал грудой сваленный старый деревянный хлам. Анчут стоял перед дверью, не решаясь подойти проверить закрыто или нет.

Интуиция уговаривала его развернуться и идти в деревню. Он колебался. Но со стороны озера, которые действительно было отсюда совсем недалеко, отчетливо доносился плеск воды. И вряд ли это были утки.

Анчут обернулся посмотреть, там ли Баламутень, но в сгущавшихся сумерках ничего разглядеть не удалось.

Перед дверью была проведена беловатая линия. Бес присел и вгляделся. Мел что ли? Охранный круг? Но он совсем не чувствует силового поля.

Анчут осторожно протянул руку, готовый в любой момент ее отдернуть, и провел пальцем по светлой черте. Ничего не случилось, только на кончике пальца осталась белая пыль. Анчут поднес руку к лицу, принюхался, растер в пальцах – действительно обычный мел. Он смелее потер каменную кладку, мел легко стирался. Странно, может дети рисовали?

Раздался тихий скрип, Анчут поднял взгляд. Дверь была приоткрыта. За дверью кто-то был? Сверкнули глаза, метнулась тень? Или показалось?

Анчут открыл дверь шире и заглянул внутрь.

Обстановка тонула почти в темноте. В центре помещения просматривалась деревянная винтовая лестница, ведущая наверх в башню. Немного света попадало на неё сверху, из окон, расположенных выше.

На лестнице стояла девочка. Маленькая, лет шесть-семь. Тоненькая хрупкая фигура, простенькое платьице чуть ниже колен, ручки прутики. Лица при таком освещении было не разглядеть.

– Ээй… – осторожно позвал Анчут.

Девочка не ответила.

– Привет, малышка, ты тут одна?

Анчут сделал осторожный шаг внутрь. Густые волосы девочки облаком окутывали плечи. Она стояла неподвижно, как каменная статуя. Казалось, даже не дышит.

В голове Анчута крутились мысли. Ей не холодно в летнем платье? Что она вообще здесь делает одна в темноте? Или она не одна? Странная история, надо уходить и выяснять подробности в деревне, пока тут чего не вышло.

Вдруг девочка открыла рот и тихонечко запела. Это была такая странная песня, без слов. Девочка напевала какой-то грустный, но такой прекрасный мотив. От него щемило сердце и на глаза наворачивались слезы. Хотелось подойти к ней. Песня ее журчала и обволакивала Анчута, успокаивала, как колыбельная, лишала воли.

Это непонятное душевное состояние очень не нравилось Анчуту. Он ощущал странное, в чем-то даже приятное волнение, к которому примешивался страх и некоторая доля отвращения. Чем дольше звучала песня, тем больше Анчут терял способность трезво оценивать ситуацию. Он огромным усилием воли, заставил себя сначала отвести взгляд от девочки, потом закрыть руками уши.

Надо бежать. Срочно, быстро. Спасать свою жизнь. Анчут, боясь повернуться спиной к лестнице, попятился к выходу. Как вдруг ветер с шумом захлопнул за ним входную дверь.

И в тот же миг девочка превратилась в жуткого монстра: высокого с мускулистым телом, длинными когтистыми лапами, свисающими почти до земли, и широкой пастью с острыми зубами в два ряда.

Упырь! Обмерев от ужаса, понял Анчут. Но было уже поздно.

Глава 7

Пот холодной струйкой струился по его спине. Страшно было очень.

Справиться самому с такой тварью не удастся. Не хватит сил. Звать на помощь – нет возможности. Надо бежать. Надо отвлечь ее и бежать. Добраться каким-то образом до ворот с противоположной стороны мельницы.

Упырица с интересом рассматривала свою добычу. И внезапно прыгнула вперед. Анчут был готов. Отскочил в сторону и быстро-быстро на четвереньках рванул вдоль стены на противоположную сторону. Помещение было просторным, но заставленным. Анчут мчал как заяц, прыжками перемещаясь между деревянными ящиками, так чтобы тварь его не увидела. Буквально через несколько секунд он уже был у ворот. Естественно закрытых, он помнил и засов, и амбарный замок, виденный им снаружи, но запоры не помеха для нечисти, была бы дверь.

Анчут, видя перед собой цель, на бегу выдохнул заклинание открытия и прыгнул.

Больно ударился лбом и сполз на пол. Вместо ворот была, будто кирпичная стена. Не проходимая, никак не преодолимая, что с заклинанием, что без.

Обережный круг! Все же не просто меловая линия, детский рисунок, а силовое поле, наведенное сильнейшими чарами, закрывающее клетку гораздо надежнее чем двери сейфа. Только странное… но думать об этом было некогда.

Анчут поднялся на ноги и обернулся. Упырица медленно шла, выискивая добычу. Бес присел, забившись в самый темный угол.

Если с первого этажа не выбраться, значит нужно наверх в башню. Наверняка там есть выход на крышу. Все-таки Анчут маленький и легкий, а чудовище весом с доброго коня. Может быть, он сможет забраться туда, куда ему не будет доступа из-за большого веса и размера?

Лестница располагалась в центре помещения рядом с огромными каменными жерновами. Нужно было как-то отвлечь чудовище и попытаться прорваться. Высовываться было страшно, но необходимо. Анчут обмирая от ужаса выглянул. Упырица была рядом, но стояла спиной. Бес пошарил по полу, в поисках чего-нибудь, что можно кинуть. Старый мешок? Слишком легкий. Так, а это что? Обрезок доски – в самый раз!

Анчут размахнулся и далеко бросил его в сторону, почти не глядя. Удачно попал, доска ударилась во что-то металлическое и громко застучала. Упырица сразу же бросилась туда, а Анчут рванул к лестнице. Он бежал зная, что у него есть всего несколько секунд, потом тварь поймет, что ее обманули и развернется. Он долетел до лестницы, почти не касаясь земли ногами, и вскочил на ступеньки. Одна, другая, третья... За спиной зарычала упырица. Шерсть на загривке беса встала дыбом от ужаса. Только бы не споткнуться.

Только залетев на самый верх, Анчут позволил себе оглянуться. Чудовище отставало на несколько пролетов, но неслось вперед неотвратимо. Анчут выждал несколько секунд и выставил руку вперед, рисуя в воздухе перед собой знак заморозки.

Тварь споткнулась и отпрянула на несколько ступенек вниз, как будто неожиданно влетела в невидимую ледяную стену, но на ногах устояла, подняла лапы, зарычала.

Анчут вертел головой по сторонам в поисках укрытия. Ему не хватило бы сил удерживать ледяную стену перед чудовищем достаточное количество времени, а тварь приближалась. Тогда Анчут резко опустил руку и отпрыгнул. Как он и задумывал, упырица, застигнутая врасплох, ринулась вперед, но не удержалась на ногах, оступилась, рухнула на пол и скатилась вниз по ступеням на первый этаж мельницы. Снизу донесся оглушающий вой.

Анчут кошкой вскарабкался вверх по опорному столбу на самую крышу. Там находился открытый лаз к мельничным лопастям, через который проглядывало ночное небо. Проворно выбрался на крышу. Здесь свистел ледяной ветер, который сразу же кинулся на Анчута, стремясь сорвать его с крыши вниз. Бес вцепился в столб руками и ногами и, переводя дыхание, посмотрел вниз на лестницу.

Наверняка упырице не понадобится много времени, чтобы заново подняться и тогда станет ясно, сможет ли она выцарапать беса из его ненадежного укрытия или нет. Хоть бы нет. У Анчута были шансы. Вряд ли она умеет карабкаться вверх, как рысь. И допрыгнуть скорее всего не сможет тоже. Ох, хоть бы это оказалось правдой.

И тут Анчут вспомнил, как стер пальцем несколько сантиметров меловой линии на заднем дворе, прежде чем войти. До него дошло, что он наделал. Разрыв был небольшим, но при должном усердии и при наличии времени, упырица сможет увеличить разрыв и вырваться. О том, что чудовище может натворить в деревне, не хотелось и думать.

Тварь поднялась наверх, огляделась, задрала голову к крыше и обнаружила Анчута. Она недовольно зарычала и сделала несколько попыток допрыгнуть, поняла, что это невозможно и оставила Анчута в покое. Упырица вернулась на лестницу и пропала из вида. Естественно, она знала про разрыв круга, почувствовала сразу же, но отвлеклась на беса. Сейчас, повинуясь инстинктам, она будет предпринимать все возможное для того, чтобы вырваться на свободу.

Через какое-то время, дрожащий от страха и холода Анчут услышал глухие удары снизу. Они были такой силы, что у мельницы содрогались стены. Чудовище пыталось прорвать обережный круг.

Глава 7.

1.

Не смотря на насыщенный событиями вечер, Нина быстро уснула. Усталость и свежий воздух давали о себе знать. Но долго поспать ей не удалось.

Дверь ее комнаты широко распахнулась, влетела встревоженная Марийка.

– Нина, вставай, быстрее. Мама позвонила, сказала бегом к ней. Срочно.

Нина посмотрела на часы. Полвторого ночи. Села на кровати, потерла глаза, пытаясь прогнать сон.

– Что случилось?

– Я не знаю, одевайся быстрее. Голос у мамы был такой, будто она встретила одного из всадников апокалипсиса. А то и всех четверых.

Марийка кинулась к стулу, собрала с него аккуратно сложенную Ниной одежду и всучила ей.

– Ну давай же, Нина! Не тормози.

Девушка второпях натянула на себя джинсы, свитер, накинула куртку и выскочила из дома следом за подругой.

Александр, полностью одетый, уже ждал их на крыльце. Они поспешили к домику Антонины. На улице было темно и пусто. Деревня спала и только в доме ведьмы во всех окнах горел свет.

Все трое, запыхавшись, влетели на ведьмину кухню.

Прямо на столе сидел закутанный в шерстяной плед Анчут. Он был взлохмачен сильнее обычного, испуганное лицо его покрывали мелкие ссадины. Взволнованная и рассерженная Антонина ходила по кухне быстрым шагом из угла в угол.

– А! Пришли, – обернулась она на вошедших.

– Мама, что случилось? – встревоженно кинулась к ней Марийка.

– Гаденыш ваш упыря из мельницы выпустил!

– Что?!!

– Да я не специально, просто глупое стечение обстоятельств… – лепетал Анчут.

– Молчи лучше! Чего ты вообще туда поперся?

– Я же не знал, вы же не предупреждали…

– Да у меня здесь много всего, обо всем не предупредишь! Но вы ведь и сами не маленькие, понимать должны куда приехали.

– Мама, да объясни ты толком, что случилось?

Антонина остановилась, перевела дыхание и принялась рассказывать:

– С месяц назад отловили тут недалеко упырицу. Привезли ко мне. Я на мельнице ее держала, ждала, со дня на день должен был Константин за ней приехать, забрать.

– Константин? – вскинула вверх бровь Марийка.

– Колдун. Как раз на обезвреживании такой опасной нежити специализируется… Вы с ним не знакомы. Так вот, у нас уговор был. Я для него упырицу на мельнице под обережным кругом держала, свиной кровью поила. Говорю же, он должен был уже со дня на день приехать. Всего на денек не успел.

– А нельзя было ваш обережныый круг как-то позаметнее обозначить? По чему он в одну сторону работает, а в другую нет? – возмутился Анчут.

– Нельзя было! – оборвала его Антонина. – Тварь я тут держала тайно. Не хотела, чтобы оборотни прознали. Они бы быстро стуканули куда следует и сорвали бы мне выгодную сделку! Кошакам этим ни в чем веры нет! В деревне все мои были предупреждены, а больше никому знать не надо было!

Нина переводила взгляд с одного на другого, но ситуация не прояснялась, а только запутывалась, поэтому она решила вмешаться в разговор.

– Подождите, объясните мне все с самого начала, кто такая эта упырица?

– Это девочка, которая попала под мощнейшее заклятие и переродилась в упыря, – принялась объяснять Марийка.

– Она как исчадие ада, – перебил ее Анчут, вскакивая со стола. – Как самая жуткая сволочь, какую мне доводилась встречать! В этой твари проклятой, почти два метра роста, она похожа на ставшего на задние лапы огромного медведя, зубы длинные и острые, глаза сверкаю ненавистью так, что в темноте за версту видать. Страшная – жуть!

– И ты ее выпустил прямо в деревню, – холодно добавила Антонина.

– Кошмар какой, – Нина зажала рот руками, – и что теперь будет? Она начнет убивать?

– Не знаю… Надеюсь не сразу. Слава всем богам, я как раз сегодня вечером ее хорошо накормила.

– А вы можете ее остановить? – Нина с надеждой посмотрела на Антонину.

– Я точно нет. Для этого нужна исключительно мужская энергия. И, кроме того, проклятие с девочки можно снять. Поэтому я и ждала Константина.

– Снять проклятие сложно?

– С точки зрения магии – нет. Нужно зафиксировать ее лежа на земле, раскинув руки, под открытым небом и прочитать заклинание освобождения точно в тот момент, когда пропоют третьи петухи. Обычно именно так поступают с упырями.

– А убить ее как? – продолжила расспросы Нина.

– Как и всех упырей – серебром. Желательно мечом. А тело на рассвете сжечь. Но делать это должен исключительно мужчина. Иначе энергии убийцы и жертвы входят в резонанс и умирая, упырица может уловить этот заряд, чтобы, словно зеркало, отразить его и направить на свою убийцу и, умирая, утащить ее за собой в Навь.

– Ого. Первый раз про такое взаимодействие слышу, – изумилась Нина.

– А меч у вас есть? Или какое-нибудь другое оружие, способное с ней справиться? – вступил вдруг в разговор, молчавший до этого Александр. – Я не плохо владею разными видами оружия. Мечом так вообще отлично. Отец почти с рождения обучал меня. Я могу попробовать ее остановить.

Все обернулись и удивленно уставились на Александра.

– Ты серьезно?

– Вполне. Все равно ведь другого выхода нет. В полночь упырица разорвала обережный круг. К утру спадут чары, привязывающие ее к этому месту. А завтра это чудовище сбежит и прикончит уйму народа, пока кто-нибудь не выловит ее в следующий раз. Если выловит. А кроме того, я уже несколько раз встречался с подобными чудовищами. В Чехии этого добра навалом.

– Папа брал тебя с собой на работу? – усмехнулась Антонина.

– Можно и так сказать, – жестко поджал губы Александр, – в любом случае я лично видел, как с упырей снимают чары.

На кухне воцарилось молчание. Опытная ведьма оценивающе рассматривала Александра, прикидывая в уме его шансы.

– Подождите, – прервала тишину Нина, – Объясните мне еще раз. Если я правильно поняла, после третьих петухов, если ее зафиксировать на земле и прочитать заклинание, упырица расколдуется?

– Да. Если все сделать по правилам, она опять станет шестилетней девочкой, – ответил ей Анчут.

– Похожей на исчадие ада?

– Нет, почти нормальной.

– И все? Не останется никаких следов?

– Останутся. После снятия заклятия, девочки получают редкие способности и не дюжую силу, что делает их очень хорошими воинами. Поэтому чародеи выискивают таких и берут к себе в обучение. Я так понимаю, именно об этом и был уговор у Антонины с колдуном Константином.

Анчут бросил выразительный взгляд на ведьму, но та отвечать не стала. Она неотрывно смотрела в глаза Александру. Тот взгляд не отводил и всем своим видом выражал уверенность и спокойствие. Ведьма вздохнула и приняла решение.

– Хорошо, Александр, давай попробуем. Раз уж ты вызвался добровольцем. Тем более, ты прав, другого подходящего решения у нас нет.

Ведьма пошла в дальнюю комнату, жестом позвав всех за собой.

– Даже с серебряным оружием и имея хорошие навыки боя, справиться с ней будет непросто. Поэтому я тебя подготовлю. Время у нас еще есть. Упырица до рассвета из деревни не уйдет. Ты прав, помимо обережного круга, на нее наложены спутывающие чары, так что она будет кружить вокруг мельницы, в радиусе несколько сотен метров. Надеюсь, ночью туда никто не сунется. Хоть я уже послала помощника, приглядывать за ней и отгонять случайных прохожих, если таковые появятся.

Войдя в комнату, ведьма остановилась перед двумя сундуками, стоявшими друг на друге. Сначала открыла небольшой окованный верхний. Нина увидела в нем с десяток стеклянных флакончиков. Антонина вынула два. Сняла с полки продолговатый сверток из грубого полотна, развернула, достала из черных блестящих ножен меч с искусной рукоятью. Серебряное лезвие гладкое как стекло отразило луч электрической лампы.

Ведьма прошептала что-то над флаконами и протянула Александру один из них.

– Пей. Только медленно.

Александр посмотрел на него с сомнением.

– Не бойся, не отравишься.

Сделав глубокий вдох, решительно открыл пробку. Маленькими глотками выпил содержимое. Ведьма неотрывно смотрела, как исчезает жидкость из флакона и что-то приговаривала. Потом взяла другой и, крепко обхватив его пальцами, прижала к сердцу. Через несколько секунд он засветился мягким золотистым светом. Александр выпил и его.

Закачавшись, он присел на стул и закрыл глаза. Сидел так какое-то время, прислушиваясь к себе. Сердцебиение его вдруг ускорилось, стало прерывистым, а потом пропало вообще. Все вокруг него изменилось. Нет. Изменился сам Александр. Многократно усилились все ощущения, мозг заработал с невиданной до того продуктивностью.

Лицо Александра стало белым как бумага, а глаза засветились. Зато теперь он мог видеть в глубочайшей тьме, услышать прилетевшую во двор ворону, почувствовать запах спавшей на чердаке кошки.

– Я дам тебе меч и любое другое оружие, которое ты сам выберешь в моем сундуке, – ведьма продолжила инструктировать Александра. – И запомни главное. Конечно, все мы надеемся, что заклятие с девочки удастся снять, но, если увидишь, что случай безнадежный, убей ее.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – слова выпадали из него с хриплым сипением.

– Я знаю. Молчи, – продолжила ведьма. – Твоя задача зафиксировать ее на земле, раскинув руки, к четырем часам утра. Мы все будем рядом. Как только тварь будет недвижима и придет время, я прочту над ней заклинание и все закончится.

– Я понял. Я готов...