У жизни свое танго

Глава 1

Бокалы встретились с мелодичным звоном. Искрящееся вино встрепенулось и слегка расплескалось.

- Это к счастью! – подруга-Ленка, радостно-нетрезвым голосом рявкнула на весь банкетный зал: – С днюхой тебя, Дашка! Сорок пять баба ягодка опять.

- Дашка-ягодка! За тебя – включилась в тост Светка. – Гуляем, бабы, какие наши годы!

Действительно, какие наши годы. Вот уже и ягодкой обзывают. Хотя, есть еще и порох и заряд. И унывать не собираюсь.

Махнула залпом вино. В носу защипало. Плохо я пью газированные вина. Даже в юности не могла нормально пить их, сразу краснели щеки. И сидела я вся такая красная-прекрассная, как сеньор-помидор. Хотя кроме изменения цвета моей физиономии потребление горячительных напитков больше никак не сказывалось на мне. Я обладала замечательной особенностью организма – сколько бы в меня не влили, я не пьянела.

Вот и сейчас чувствую, как краснею. Да, пора переходить на благородный коньяк. А то со стороны тот еще видок – росту во мне метр с кепкой, когда-то обладала фигурой аля-гитара, но при этом была тонкой звонкой. Теперь же эта гитара уверенно превратилась в виолончель. Росту правда не прибавилось, но вес неуклонно шел вверх. Черты лица правильные, но тоже уже слегка расплывшиеся. Единственное, что удалось сохранить – это мои зеленые глаза. С возрастом они не потускнели. В целом я оставалась довольно привлекательной полненькой женщиной.

Прикинув, что зеленый и красный-лоснящийся не сочетаются, решительно отказываюсь от шампанского, и наливаю себе коньяк. От него хотя бы не краснею.

- А дитятко уже поздравил? – Светка тоже перешла на коньяк.

- А как же, звонил по вайберу, с самого ранья. Обещался через два месяца приехать.

Сына я растила сама, как половина страны. На выдаче ребенок попался удачный. Мы практически без потерь пережили страшные девяностые, к плохим компаниям он хоть и попадал, но пронесло. В прошлом году, по обмену студентов уехал в Бельгию, где осваивал чудеса вражеской техники и ее программирования. В планах у него, было и остаться там. Поэтому скрепя свое сердце, я терпеливо ждала его каникул.

К своим сорока пяти подошла не обремененной мужем дачей и рутиной. Что с одной стороны было хорошо, но с другой, хотелось кому-нибудь нервы трепать на постоянной основе.

- Бабы, а пошли танцевать! – Ленка подорвалась, практически фонтанируя своим хорошим настроением.

А что, хорошая идея. Когда-то в юности, мы занимались в одной школе бальных танцев, где как ни странно сдружились и пронесли эту дружбу через тридцать лет. Не смотря на свои сто двадцать килограммов сплошной красоты, танцевать я любила, и по поводу веса не комплексовала.

Наша тройка выделялась на танцполе не только возрастом. Мы вообще довольно колоритная троица. Я – маленькая-кругленькая блондинка. Высокая худющая Ленка в образе а-ля женщина-вамп, и тоже высокая, выкрашенная в ярко-зеленый и остриженная под мальчика Светка. Но зажигали мы знатно. К середине празднования мы уже с танцпола не выхолили. Что интересно, но молодняк, который находился с нами в клубе, вначале с иронией смотревший на старых кашёлок, вдруг прониклись и нас постоянно приглашали во время медленных танцев. В целом, день варенья удался. Я была расслаблена, подруги довольны, молодое поколение не раздражало.

Ближе к полуночи в клубе произошла рокировка посетителей. Народ стал более респектабельным, по крайней мере – внешне. За нашим столиком отрыв от реальности шел полным ходом. Подруги раскраснелись, и я своим пылающим лицом не сильно выделялась из нашей троицы. Вернувшись в очередной раз за столик – с наслаждением вытянула ноги в модных, но очень неудобных туфлях. Хорошо додумалась не выпереться на высоком каблуке, памятуя о том, что ножки свои, а не казенные. Да и высокий каблук с брюками на моей фигуре смотрелись бы смешно.

- Фух, - Светулик плюхнулась рядом и плеснула всем коньячка. – Ну что, девочки, за нас! За таких красивых, хороших, успешных и вообще отпадных молодых.

- Ты, молодая, теперь «отпадные» не говорят. У них другие слова – Лена махнула коньяк как простую воду, даже не поморщившись, потянулась к лимончику. – Хорошо то как, и чего у тебя Дашка круглые даты так редко бывают? Давненько я так душу не отводила да и танцевала тоже давно. Потеряное поколение – она обвела глазами клуб. – Вот не умеют двигаться.

И тут зазвучало танго. Какой шутник поставил эту дорожку неизвестно, но танцпол практически опустел, несколько пар пытались изобразить танец, но выглядело это не очень.

- Вы позволите? – возле нашего столика возник мужчина лет пятидесяти.

Рост выше среднего, подтянутый, короткие седые волосы, лицо покрыто, как говорит Светка – среднеземноморским загаром. А она знает, о чем говорит, все- таки свое тур-агенство. Одет в синие джинсы и такого-же цвета пуловер, на шее намотан светло-серый шелковый шарф. На ногах мягкие туфли из замша.

Газа внимательно смотрят именно на меня. Странно, обычно я такой тип мужчин не привлекаю. Ну не нравлюсь я светским львам. Улыбнувшись, протягиваю руку и дойдя до танцпола начинаем свое танго. На удивление мой нежданный партнер очень хорошо танцует. И главное уверенно ведет.

- Позвольте узнать ,что празднуют прекрасные дамы?

- Ну почему сразу празднуют – улыбаюсь в ответ – Просто сидим с подругами.

- Я, надо сказать прислушивался к вашим разговорам, Вас поздравляли.

Ну надо же, какие мы ушастые. Делаю фляк и выпрямившись сдаюсь:

- Одряхление мое празднуем. Родилась я сегодня.

- Игорь – представился мой партнер – это же прекрасный повод, в этом празднике есть что-то из детства.

- Дарья – представилась в ответ. – я тоже люблю этот праздник.

Танец закончился, и мой партнер подвел меня к нашему столику.

- Милые дамы, а не позволите ли моей компании присоединиться к вашему празднику?

Мои дамы были не против, я - тем более, и вскоре официанты сдвинули наши столики и поменяли посуду. В качестве поздравления, мужчины сделали новый заказ и Игорь, подозвав официанта что-то ему шепнул. Через некоторое время, мне был вручен роскошный букет роз, который оставили в центре нашего импровизированного стола.

Компания Игоря была представлена еще тремя мужчинами. Все в возрасте сорок пять – пятьдесят лет. Сказали, что пришли обмывать сделку, из чего мы с девчонками решили, что нам повезло, в кои-то веки, встретили солидных мужчин. Спутников Игоря звали Александр, Дмитрий и еще один Александр.

Александр первый был под стать Игорю. Наблюдалось даже сходство. Права одет был в деловой костюм. Очень дорогой, надо сказать костюм. Выглядывающие манжеты были заколоты запонками, что тоже не часто встретишь в наши дни. Дмитрий был не высокого роста, брюнет с легкой сединой, одет в джинсы и пуловер, на ее висела золотая цепь родом из девяностых. Но речь на удивление была правильной. Александр второй – блондин, среднего роста с цепки взглядом серых глаз был одет в черные брюки и черную шелковую рубашку. В целом компания выглядела респектабельно, а за счет светкиной зеленой стрижки, еще и ярко.

Новое знакомство и веселье шли по нарастающей. Тосты сменялись танцами и наоборот. Мужчины праздновали какую-то удачную сделку, особо их радовало то, что они удачно обошли конкурентов.

На танцполе все чаще стали звучать ритмы танго. Толи мы понравились, толи это была какая-то тематическя вечеринка, но мы с девченками натанцевались до упаду. Из мужчин двое – Игорь и Александр второй танцевали этот танец превосходно. Дмитрий держался молодцом. А вот Александр-первый не танцевал вообще. Но настроение это нам никак не портило. К трем ночи я уже была готова заснуть прямо на танцполе.

Вот это называется – тряхнуть стариной.. Заметив, что именинница, то есть я, клюет носом, Игорь предложил развести нас по домам. Как оказалось, все мужчины были на машинах и что самое прекрасное - ко всем машинам прилагались трезвые шоферы.

Не знаю, как кто, но я с трепетом отношусь к собственной безопасности. И если кто-то из моих знакомых садится за руль не совсем трезвым, то я ни за какие коврижки не сяду к нему в машину.

Как я и ожидала, Игорь вызвался подвести меня. Светику оказалось по пути с Дмитрием, а Александр-первый как то многозначительно переглядывались с Леной.

Прощальные объятия, поздравления, и мы пытаемся разбрестись к машинам.

Они появились как черти из табакерки. Внезапно, тихо и очень страшно. Мое чутье заставило меня рухнуть на асфальт за секунду до того, как прозвучала автоматная очередь. Прижавшись к бордюру и закрыв голову руками, молилась, чтобы не попасть под случайный рикошет. Звучала ругань, одиночные пистолетные выстрелы, визг девченое

К, благодаря которому я поняла, что они по крайней мере живы. Кто-то ухватил меня за шиворот и рывком поднял.

Открываю глаза и вижу заросшее лицо парня с явно кавказскими корнями. Ору, как в детстве, когда на меня прыгнул паук. Только тут не паук, тут хищник пострашнее будет. Взмах руки, и я отключаюсь.

Прихожу в себя на полу какого-то транспортного средства. Рот заклеян скотчем, руки тоже стянуты за спиной. Мама дорогая, и куда мы влипли на старости лет? Неужели теперь многократное исполнение танго карается прогулкой в лес в багажнике.

Лежу в неудобной позе, уткнувшись носом в чей-то ботинок. Но пошевелиться боюсь, здраво рассудив, что лучше поизображать обморок. Надо мной звучит приглушенная гортанная речь. Ну, вот где я перешла дорогу гордому горному народу? Хоть бы, черти полосатые, по русски говорили, а то ж не понятно ничего и от этого все намного страшнее.

Не знаю, сколько я была в отключке, но ехали мы уже довольно долго, и явно не по асфальту.

Наконец, когда я была уже почти готова «прийти в себя» и поменять позу, машина замедлила бег и остановилась.

Зажмурила на всякий случай глаза. Меня выволокли из машины, но слава всем богам не поволокли, а понесли. Меня несут, а я злорадствую – вес то не маленький. Блин, нужно было больше сегодня кушать, чтоб пропотели гады, пока меня транспортировали.

Сгрузили меня на пол. Рядом плюхнули еще одно тело и шаги удалились.

Осторожно открываю глаза. Абсолютно пустая комната, если не считать меня и, ой блинский коржик – рядом лежит Александр первый собственной персоной. Шикарный костюм залит кровью и вид такой, ну прямо совсем не живой.

Если бы рот не был залеплен скотчем – орала бы, даже не смотря на то, что кругом враги и нужно сидеть тише воды, ниже травы. Кое-как, извиваясь отползаю от него подальше и получается даже сесть.

Будь неладен тот, кто придумал скотч. Ну где, где я вас спрашиваю, старые добрые веревки. Где нормальный кляп? Где?

Как ни хотелось, а со связанными за спиной руками освободиться не получится. Это только в фильмах героини выбивают ногами днище гроба и откапывают себя из могил. Или извиваясь, пропускают себя через кольцо рук и те оказываются перед героиней, а не за ее спиной. Нет, я конечно рискнула попробовать повторить этот трюк. Но мои габариты это не позволили. Представив, как я буду выглядеть, когда застряну в собственных руках, отказалась от этой затеи. Кроме всего прочего очень хотелось в туалет. Вот хоть делай под себя лужу.

Минут через двадцать, а может мне просто показалось, что время течет медленно, раздались шаги и в комнату вошло трое. Двое заросших, по самые глаза шкафов и третий бритый, но не менее шкафистый и не менее страшный. В помещение зашел хищник. Вернее не так – ХИЩНИК.

Лет тридцати пяти – сорока, крупной лепки лицо можно было бы назвать красивым, если бы не взгляд – холодных серых глаз. Интересно откуда у кавказцев светлые глаза? На щеках – щетина, наверное у него растительность быстро появляется. Но ему шло. Общее впечатление от мужика – не видела б его долго и жила бы счастливо. Не мужик – а неприятности на заказ.

Пока рассматривала его, он рассматривал меня. Потом кивнул шкафу, стоящему слева от него. Меня подняли с пола и резким движением отклеили скотч, закрывающий рот. Я взвыла.

- Да чтоб вас всех подняло и опустило, приложив о землю!

Брови мужика-ходячие-неприятности, поползли в верх. Поняв, что терять мне уже нечего, раз сижу я тут с трупом на пару рявкнула:

- Туалет у вас где?!

- Отведи – хриплый гортанный голос дал команду.

Меня взяли за плечо, и повели из комнаты.

Если учесть, что шкафу-сопровождению я доходила только до пряжки ремня, то приходилось практически бежать, что в сложившихся обстоятельствах было как раз кстати. Вспомнилась картинка. На ней указатель – туалет – сто метров, если бегом, то пятьдесят. Вот что только в голову не лезет. Но это у меня нервное наверное.

Меня втолкнули в санузел.

Повернулась к сопровождающему.

- Руки освободи?

Секунду поколебавшись, как фокусник, достав нож из рукава, мне разрезали скотч. Уф. Залетела в кабинку, как укушенная.

Долго пробыть в комнате для размышлений и подумать, что делать – не дали. В дверь грохнули кулаком, и я резво рванул на выход. В том же темпе проследовали обратно. Единственное, что поняла - мы находимся в подвале под жилым домом.

Вернулись в то же самое помещение. Ничего не изменилось. Труп Александра первого как лежал, так и лежит. Это неутешительно. Насколько я помню детективы, - свидетелей, подобных мне, в живых не оставляют. Думай, Даша, думай.

- Смелая значит? – глаза смотрят холодно и изучающе.

- Нет, просто дура – с перепугу ляпнула я.

- Ну –ну. А как рядом с Тайванем оказалась?

- Простите?

- Вот с ним – кивок в сторону бездыханного тела.

- Так в клубе познакомились. Вы бы это, отпустили меня, я ничего не видела, и вообще пьяная я, день рождения у меня.

- День рождения? Да, не задался он у тебя – и тут ж команда в сторону шкафов – это – убрать, эту, ко мне на верх.

Меня подхватывают и практически волоком доставляют на второй этаж дома и заталкивают в комнату, на проверку оказавшуюся спальней.

Впихнув меня, захлопывают дверь и в замке слышно, как проворачивается ключ.

Не убили сразу, это хорошо. А вот когда узнают, что я случайный свидетель, то тут то меня под ближайшим кустом и прикопают.

Сбросила туфли, которые просто чудом остались у меня на ногах во время всех перипетий, забралась на кровать и обняв подушку решила поплакать.

Но вот не плакалось почему то. Руки дрожали, колотило меня знатно, а слез ну ни капли. За окном во всю разворачивалось весеннее утро. Подошла к окну. Уйти отсюда нереально. Большое поместье, до забора с воротами нужно машиной ехать. Бородатого народу понатыкано по пачке на квадратный метр. Даже если умудрюсь выйти из дома – перехватят уже на крыльце. Да и бегаю я плохо. Как говорил один мой приятель: «Женщины твоей комплекции, Дашка, вообще бегать не должны. В мирное время это вызывает смех, а в военное - панику». Так себя жалко стало. И сына жалко. Отпраздновала день рождения, блин.

За спиной, в дверном замке провернулся ключ. В проеме появился очередной шкаф. Молча кивнул головой, дескать топай тетка на выход.

- Куда? – ну хотя бы спросить я могу

В ответ пустой холодный взгляд карих глаз. М-да, какие все разговорчивые. Но злить не буду. Выхожу в коридор. Шкаф поворачивается ко мне спиной и удаляется по коридору. Это типа : «следуй за мною»? Бегу следом.

Останавливаемся у двери и меня заталкивают в кабинет. Ну кто их так учил с женщинами обращаться? Озираюсь и цепенею от насмешливого взгляда хищника. Сидит за письменным столом. На столе моя выпотрошенная сумочка. В руках мой паспорт.

- Ты гляди, не соврала, и правда день рождения вчера был. Что ж тебя в клуб для малолеток занесло?

Вот ведь гад. Все оцепенение как рукой сняло. Не надо меня запугивать. У меня обратная реакция пойдет. Называется «сначала делаю, потом думаю».

Грозным, растрепанным колобком с размазанной косметикой протопала к столу и уселась на стул стоящий рядом.

- Вы хотите спросить, что такая кашелка как я делала в молодежном клубе? Отвечу – огеразией страдала! По поводу дня рождения.

Стальные глаза удивленно уставились на хамящего хомяка, то есть меня.

- На сколько я помню, агеразия – это попытка молодится, за счет более юного партнера. А вы были в другой компании.

- Ага, не повезло, - кивнула я. – Можно я свои вещи заберу?

И не дожидаясь разрешения сгребла нехитрые пожитки в сумочку.

Потянулась за паспортом, но мужчина резво убрал его в ящик стола.

- У меня пока полежит

-Зачем? – ну вот прикопают под кустом, даже по паспорту меня не опознают.

- Для надежности. Значит так, вернешься в комнату и не высовывайся. Приеду – решу, что с тобою делать. Рамазан, отведи.

Все тот же шкаф этапировал меня обратно. О том, чтобы совершить побег не было и речи. Ладно, будем ждать. Хоть страшно, до ужаса. В свою сумку вцепилась мертвой хваткой. Только спустя некоторое время, осознала, что сижу на кровати, вцепившись в остатки былой жизни. То, что она у меня изменится, если выживу, я даже не сомневалась.

Сидеть вцепившись в сумку и дальше было глупо. Голова раскалывалась, несмотря на нервы клонило в сон. Или может, как раз, из-за них и клонило. Мысли по поводу того, живы ли девченки, и чем черт подери занимается родная милиция, если у них под боком абреки устраивают подобные разборки.

Отложив сумку в сторону, пошла осваивать территорию. К комнате прилагался санузел. Душевая, джакузи и собственно белый друг всех на похмелье’. И еще тут присутствовал гардероб. Мужской. Мама дорогая, он меня, что в свою спальню засунул? Значит дом не такой уж и большой, раз отдельной тюрьмы не нашлось.

Плюнув на все, сняла испорченную одежду и с наслаждением свалилась в джакузи. Горячая вода сотворила чудо. Голова практически перестала болеть, а многострадальная моя тушка – ныть. Напялив на себя хозяйский халат, спасибо сошелся на бедрах, подсушила волосы. Когда вышла из ванной, обнаружила кофе и бутерброды. Хорошо, морить голодом, команды значит не было.

Заточила бутеры, кофе оказался приличным, но не действенным. В сон стало клонить еще больше. Прикинув, что изменить ничего нельзя устроилась в кровати и уснула.

Проснулась уже под вечер. Сплю я очень крепко, поэтому не услышала, как забрали поднос с посудой и поставили новый. Сунула нос – остывший суп-пюре. Но мы не гордые, мы и остывший, съедим. Кто знает, когда в следующий раз покормят и покормят ли вообще. К тому же, я когда нервничаю очень кушать хочу.

До самой темноты в комнату так больше никто и не заглянул. Подергала дверь, она оказалась зарытой. Ну что ж, подождем.

В комнате делать было практически нечего, ни радио, ни телевизора, не говоря уже о компьютере не было. Послонявшись по спальной, обнаружила детектив Чейза в подлиннике. Ну, надо же, какие мы образованные. От нечего делать, уселась в кресло, и оставив только светильник, принялась восстанавливать свои языковые навыки. Когда стала получать удовольствие от чтения открылась дверь, и в комнату зашел хозяин этой богадельни. Закрыв дверь на замок сделал шаг в мою сторону.

Ужас накатил мгновенно. От человека шла непередаваемая аура, зставляющая цепенеть. Подойдя ко мне, мужчина склонился надо мною, и я оказалась в кресле-ловушке. Забрал книгу, мельком глянув, чем я у него развлекаюсь и с интересом уставился на меня.

-Ээээ, добрый вечер – только и смогла проблеять.

Склонился, смотрит не мигая, взгляд покрасневших глаз тяжелый. Стоп, да он же в стельку пьян. Господи, и что теперь?

Внезапно наклонился ближе, почти уткнулся носом в шею и втянул воздух.

- Как ты пахнешь. – и еще один глубокий вдох.

- Что вы… - но договорить мне не дали.

Рывком выдернул из кресла мои сто двадцать, как вроде бы пушинку, и рванул халат на груди. Тот, стянутый только поясом распахнулся.

Я задергалась. Конечно давно не девочка, и не монашка, но вот так, с неконтролирующим себя пьяным хищником я не могу, я боюсь, да мне противно, в конце концов.

- Я кричать буду!

- Кричи, думаешь, поможет?

Удерживая меня одной рукою, второю ухватил меня за грудь. Я дернулась, но сдвинуться с места мне не дали. В воздухе явно запахло изнасилованием. Попробовала вывернуться и лягнуть, получиться то получилось, но особого урона не нанесла.

- Ну, надо же, - чему-то удивился агрессор.

Подняв меня до уровня своих глаз продолжил: – или сейчас я или отдам своим людям.

Мама, а где гарантия, что потом не отдаст? Наверное, вопрос был у меня на лице.

- Я своими женщинами не делюсь, по крайней мере, живыми.- Ответ на мой невысказанный вопрос меня не порадовал.

- Так что?

Зажмурилась и выдала – ты.

И тут же оказалась на кровати придавленная крупным телом. Если я встречу человека, который скажет избитую фразу, про то, что если изнасилование неизбежно, то нужно расслабиться и получить удовольствие, лично придушу или ногами запинаю. В любом случае живым от меня не уйдет. Хотя сейчас задача остаться живой была у меня.

Меня подмяли, сжали ручищами так, что вздохнуть могла через раз. Зубами вцепился мне в плечо и вошел резко, полностью, не обращая внимания на то, что я не готова. Не готова оказалась и к размеру насильника. Оставалось только надеяться, что он пьян. И весь этот ужас продлиться недолго.

Надежде не суждено было сбыться. Меня крутили, мяли, оставляли синяки. Брал долго и болезненно, я уже не стеснялась орать во все горло, подушка была мокрой от слез. Когда в очередной раз он разрядился в меня и обмяк, я была в полуобморочном состоянии. Мужчина слез с меня, улегся рядом, сгреб и придвинув вплотную к себе, через мгновение крепко спал.

Попыталась освободиться из его захвата, но он только крепче прижал меня к себе и что-то пробормотав, продолжал спать. Сил не оставалось ни на что. И я просто отключилась, стараясь не думать ни о чем. Выжила, и слава Богу.

Глава 2

Проснулась от того, что все тело затекло и болело. Создавалось впечатление, что меня прокрутили в центрифуге, предварительно добавив туда пару-тройку килограмм щебенки. Ну, чтобы наверняка, на мне живого места не осталось. Не открывая глаз, застонала.

И тут же в ухо прозвучало:

- Не дергайся.

Вот сразу захотелось не просто дернуться, а рвануть с низкого старта. Я лежала прижатая спиной к телу насильника. Он уткнулся носом мне в макушку, одной рукой крепко обнимая, а вторая была у меня на груди. И эта самая вторая начала поглаживать мой сосок.

-Мммм, какая ты мягкая и приятная на ощупь. - Рука недвусмысленно мяла мне грудь.

Неееет, только не опять. Да что ж у него похмелья нет? Ему же после вчерашнего должно быть плохо. Рука мужчины двинулась вниз и уже через секунду раздвигала мои ноги. Я сжалась.

- Не напрягайся, больно не сделаю.

Ага, как же, куда уж больнее то. Хотя, лучше наверное не знать, куда.

Рука по хозяйски раздвинула мои потайные складки и нашла ту самую точку. Я вообще очень чувствительна. Даже сейчас, когда все болит и меня переполняет ужас. Но тело дернулось, и мужчина уже не убирал руку, то поглаживая, то совершая вращательные движения пальцами. Второй рукою все так же крепко прижимал меня к себе. Зубами опять прихватил мое плечо, правда на этот раз не больно. Просто слегка зафиксировав зубами. И я поплыла. В какой-то момент меня резко перевернули и мужчина навис надо мной.

Серые глаза смотрели пытливо. Я не выдержала взгляд и закрыла глаза, в тот же момент он опять вошел в меня. На этот раз все было не так страшно. Даже какая-то нежность проскальзывала в его движениях. Он наклонился и поцеловал меня в висок.

- Какая ты маленькая, какая приятная – гортанным голосом тихонько сказал на ухо.

И вопреки всему, вопреки происходящему ужасу, меня накрыл оргазм. Яркий, сильный. В следующее мгновение меня догнал и мужчина. Рухнув на меня и придавив всем телом.

- Я убью тебя, не знаю когда, но убью! – выдала я, как только обрела способность говорить.

- Борз.

- Что?

- Меня зовут Борз. Ну это чтобы ты знала, кого убивать будешь.

Рывком поднялся, наконец-то освободив меня и скрылся в ванной, чтобы через пять минут вернуться и подхватив меня на руки, отнести в джакузи.

Господи, к кому я попала? Это ж какая силища у человека, чтобы вот так просто подхватить мои сто двадцать и без отдышки отволочь в ванную.

Опустившись со мною на руках в воду, расслабленно откинулся на бортик.

В зеркале отразилась я, и мой мучитель. Плечи были в синяках, на грудь боялась даже смотреть. Поймав в отражении мой взгляд Борз усмехнулся.

- Что, синяки? Так я наставил, я и залижу.

- Да пошел ты. – я устало прикрыла глаза и откинула голову ему на плечо. Все равно на его руках сидела. Чего уж теперь трепыхаться.

Горячая вода привела практически в порядок, тело уже не болело так сильно. К тому же Борз смог еще раз удивить – он осторожно массировал мою многострадальную тушку. Хотела побрыкаться, а потом решила – черт с тобой, отрабатывай. Тем более теперь мужчина был сама нежность и внимание.

Когда меня извлекли из ванной и завернув в полотенце вернули в спальню напряглась. Но, к моему счастью Борз решил поговорить. Устроившись напротив меня с чашкой кофе, ошарашил:

- Жить пока будешь со мной.

- Пока что? - окрысилась я – пока не наиграешься и не выбросишь или прикопаешь под ближайшим кустом, как ненужного свидетеля?

- Я подумаю над твоим предложением. А пока будешь спать со мной. Ты мне понравилась.

- О, как. А ничего что меня ищут?

Во всяком случае, хотелось надеяться на это. Пока я надеялась на чудо, в виде спецоперации по моему спасению , мужчина рассматривал меня.

- Что? – терять мне уже все равно нечего.

- Ты выглядишь моложе своих лет – рука потянулась к моему лицу. Я дернулась.

- Тебе так плохо было со мной?

- Мне было ужасно! Вначале в меня стреляют, потом отключают, связывают и волокут незнамо куда. Потом вообще насилуют. А с утра происходит чудо, и я получаю нежного любовника. Все, у меня когнитивный диссонанс.

Приподняв одну бровь, мужчина явно развлекался, слушая меня.

- Тебе смешно? А мне выть от страха хочется!

- Так повой, а я послушаю.

- А фиг тебе. – меня несло, что Остапа. – Как долго ты меня тут держать собираешься?

- А ты торопишься на тот свет?

- То есть, выбора у меня нет,- или с тобой или на тот свет?

- Я подумаю, сказал. Ладно, отдыхай, мне пора. Вечером поговорим.

- Ты вчера тоже так говорил. Но что-то разговор получился не совсем внятный.

- Отдыхай!

Рявкнули на меня так, что решила заткнуться.

-Вечером съездим в одно место, будь готова.

- Ага, всегда готова! А готовность в халате или без?

Видя недоуменный взгляд поясняю.

- Ехать мне в твое место в твоем халате, или уж чего стесняться, обойдусь набедренной повязкой? Все равно погоды стоят теплые.

- Слишком много с тобою хлопот.

Поднялся и скрылся в гардеробной. Вернулся от туда одетым в стильный костюм и белоснежную рубашку.

Выволок меня из кровати, попутно освобождая от полотенца.

- Надо же, выглядишь моложе своих лет. Только откуда на тебе столько шрамов?

- А про синяки спросить не хочешь?

- Про синяки я в курсе.

Про шрамы говорить не хотелось. Но по глазам Борза было понятно, что смолчать нельзя.

- Молодость была бурной.

- Ну да, ну да, ладно проверим.

И на меня стали напяливать вчерашний халат. Поясом перехватил так, что дышать стало трудно.

Оценивающе оглядев свои действия – а-ля кутюрье из подсобного материала, он набрал какой то номер и дал команду – машину к порогу. После чего, ухватив меня за руку, поволок из комнаты. Упираться толку не было, поэтому пошла куда ведут.

К тому моменту, как мы вышли на крыльцо, машина стояла, ожидая нас. Меня запихнули на заднее сидение, а Борз сел за руль. Дав какую-то команду своим людям, он завел авто.

-И куда ты меня, такую красивую?

-За кудыкину гору, как у вас говорят.

Нет, главное понятно все объяснил. Решила больше не нарываться оставшееся время сидела молча. По виду из окна, поняла, что находимся мы в соседнем областном центре. Так вот почему мы так долго ехали вчера.

Минут через сорок мы тормозили у торгового центра. Меня извлекли из машины, и доволокли до ближайшего бутика. Ёлки-метелки, так меня приодеть решили. Ну-ну. Сейчас. В таких магазинах на мою виолончель никогда ничего нет. Здесь же размерный ряд заканчивается на огромнейшем 48-м размере, о котором с ужасом говорят гламурные продавщицы.

Наша пара мало того, что привлекла внимание, и вызвала шлейф перешептывания за спинами, так еще и ввергла в негодование обслуживающий персонал. Девушка администратор решительно направилась ко мне, с явным желанием выдворить меня. Пока не наткнулась на взгляд Борза.

- Одеть мою женщину, и быстро, мне – кофе без молока.

Администратор растерянно замерла, и я ее прекрасно понимала. Растрепанная тетка в синяках, обладающая шестидесятым размером, ну никак не вписывалась в гламур ее епархии.

- Видите ли, - начала она.

- Я что, слишком тихо сказал, или что – то непонятно?

Запнувшись на полуслове, девушка кивнула и предложила мне пройти в кабинку.

Девушку было откровенно жаль. Задача практически из раздела – миссия невозможна. Одевала меня подруга, которая мотаясь по свету по своим тур-делам привозила приличные вещи моего размера. Поэтому у меня получалось выглядеть приличной миловидной женщиной, а не диваном на выгулке.

- Подберите быстро платье – раздалось у нас за спинами.

Девушка и без того, пялившая глаза на мои синяки, округлила их, всем своим видом олицетворяя исконные вопросы: Что делать с размерным рядом и кто виноват, что ей угораздило выйти именно в эту смену. Девушка конечно была не виновата, но повредничать захотелось.

- Девушка, мне бы еще белье и обувь.

Меня окинули критичным взглядом, и заверили, что как раз с обувью проблем не будет.

-Девушка, комната для девочек у вас где? Мне бы носик попудрить.

-По центральному коридору до упора.

- А выйти не через ваш центральный вход можно?

Девушка еще раз окинула меня внимательным взглядом, понимающе кивнула, и сдвинула зеркальную панель, она оказалась общей с соседним магазином. Благодарно кивнув девушке, выскользнула в другую примерочную, за спиной послышался голос администратора громко уточняющий мои размеры. Толковая попалась девушка.

Вызвав очередной шквал удивленных взглядов, приложила палец к губам и шмыгнула на выход. Уп-с… С нашим то счастьем. Очередной бородатый шкаф многозначительно смотрел прямо на меня. Лучезарно улыбнувшись, ну, надеюсь, мой оскал сойдет за лучезарную улыбку, развернулась обратно в примерочную.

Чтобы не подставлять девушку, высунула нос и уточнила свой размер белья. Попутно столкнулась со всепонимающим взглядом хищника. Брррр.

Не знаю где, но девушка раздобыла платье моего размера. И белье.

Надо сказать, что я обладаю той толстой фигурой, которая в любом платье смотрится как стог сена. И я уже давно перешла на брюки и лосины.

Если принесенное мне белье село на меня, то в платье я вызывала удручающее впечатление. Победно задрав нос, показалась из примерочной.

Борз поперхнулся кофе. Так тебе и надо.

- Это что?

-Это я.

- Я спрашиваю, что это на тебе? Нет я конечно понимаю, что задача успешного кутюрье вызвать желание раздеть даму, но по моему тут вы перестарались! Или меня позлить решила?

- Вот чего ты разорался? – не нравится одену халат назад. Или нефиг командовать, во что меня одевать.

- Хорошо, выбирай сама.

- А сколько мне вещей выбирать?

Опять удивленный взгляд.

- Ну только на сегодня, или ты планируешь задержать меня на этом свете подольше?

Нехорошо прищурившись, Борз кивнул:

- Подольше. Подбери несколько вещей.

Тут к нему подошел один из шкафов и протянул пластиковую папку с несколькими листами печатного текста. В этот самый текст он и углубился, буркнув, чтобы мы поторопились.

Обрисовала девушке задачу. Уж не знаю где она нашла легинсы, лосины и джинсы моего размера, но вскоре я стала их счастливой обладательницей, а так же обзавелась парой футболок, туник и мокасинами.

Мое появление в зале, облаченной в лосины и тунику было встречено одобрительно. Кивнув мне и расплатившись картой, Борз пошел на выход. Я замешкалась, и мне тут же рявкнули об особом приглашении.

Порысачила за ним.

Шли мы красиво, как тевтонцы – клином. Впереди Борз, потом я, следом пристроилась его охрана. Направлялся он не на выход а в ресторан, расположенный, в этом же торговом центре. Пройдя в отдельный кабинет, и оставив охрану у входа, кивнул мне, чтобы располагалась.

- Послушай, а ты не боишься, что я кричать начну? Вон ближайшему правоохранителю пожалуюсь?

- Ну во первых ты не производишь впечатление дуры, хоть и очень стараешься. А во вторых, – кто ж тебе поверит? Я добропорядочный бизнесмен, приехал приодеть свою женщину, теперь вот привел завтракать. И в третьих – а в чем меня обвинишь? Встретились мы вчера в клубе, на вас с подругами кто-то напал, я как джентельмен, увез понравившуюся мне нетрезвую женщину подальше от чьих-то разборок.. Если правоохранители меня вызовут, то и ты тоже подтвердишь, слово в слово.

Холодные серые глаза насмешливо смотрели на меня.

-Кстати о подругах – они живы?

- Да что им сделается то? Тебя по ошибке мои люди прихватили.

- А Александр?

- А кто это?

- Нууу, - я сделала квадратные глаза – тот, что со мною в комнате лежал…

- Так не было никого, знаешь, как говорят – нету тела – нету дела.

В это момент в помещение зашла официантка, и мы умолкли. Борз сделал заказ.

- Господин Балоев, а из напитков что будите, - обратилась девушка к моему спутнику, из чего я сделала вывод, что он здесь частый гость.

- А из напитков, мы будем кофе, да, дорогая? – паяц, блин.

Кивнув, девушка удалилась.

- Слушай, добропорядочный джентельмен Балоев, отпустил бы ты меня а, раз все так удачненько складывается?

- Со мною побудешь. Понравилась ты мне. – врет гад и не краснеет.

- Слушай, я конечно в матери тебе не гожусь, но в старшие сестры точно. Ты что, извращенец?

- Возможно, а возможно ты нарываешься.

Заткнулась как миленькая. Но на долго меня не хватило.

- А с кем меня перепутали?

- Тебе это не нужно. Но получилось не плохо, так я карты этим прохвостам спутаю. Один пропал, а вторая, и явно случайная для них знакомая, меня сопровождает. Пусть голову поломают.

Сижу и тихонечко офигиваю.

- То есть со вчерашней компанией, у тебя какие-то дела, мы попали не в то время и не в то место, меня вообще по ошибке привезли, потом ты так же по ошибке меня трахнул. Я не поняла, у нас что, девяностые на дворе?

Меня игнорировали, отдавая все свое внимание яичнице с беконом.

Делать нечего, сижу ем.

- Кстати, о девяностых. Мне тут интересное досье принесли. Не хочешь поговорить?

- Смотря чье досье – настороженно откликнулась я.

- Твое, красавица, твое. И так, что мы имеем – Борз открыл папку. – Стрельникова Дарья Александровна, сорок пять лет, не замужем, есть сын – многозначительный взгляд на меня.

Как же я обрадовалась, что Пашки нет в городе, и вообще он в другой стране. Хоть им мне пока угрожать не могут.

Спокойно выдерживаю взгляд. Броз продолжает:

- А вот теперь самое интересное – историк по образованию работает в службе психологической поддержки, на теле куча шрамов и нервы как канаты. Ничего рассказать не хочешь?

- Ну фиговое у тебя досье, раз такие вопросы задаешь. Я кто по образованию – историк, а историк это кто? Это учитель. А нервы у учителя или отсутствуют напрочь или как канаты. Мне повезло – у меня второй вариант. Но еще чуток с тобою пообщаюсь – и будет первый.

Мужчина какое то время рассматривает меня.

- Ну допустим, а шрамы?

- А тебе никто не говорил, что обсуждать внешность женщины, а тем более ее недостатки плохой тон?

- Так то смотря какой женщины. У тебя, красавица – шрамы боевые. Я их ни с чем не спутаю.

Вот же ж блин. Глазастый да опытный.

- Ну?

- Что ну? Мне лет сколько? Я когда в ВУЗе училась мы под Грозным археологическую практику проходили. На первых грозненских курганах работали, вот там под обстрел и попали, меня осколочной гранатой задело, вот тебе и боевые ранения. Удовлетворила?

- Проверим. Допила кофе?

Я утвердительно кивнула.

- Все, поехали, тебя отвезут в дом. Вечером вернусь съездим по делам.

Пока топала в сторону машины, размышляла – это же какие общие дела могут у нас быть.

Меня опять водворили в ту же спальню, занесли покупки, и оставили одну. Свалилась в кресло, которое по определению уже считала своим, попыталась понять, что происходит.

Первое: мы с подругами оказались не в то время и не в том месте, плюс ко всему и не в той компании.

Второе: «не та компания», праздновала какую-то сделку и победу над соперником. И мой внутренний голос, заодно с моими тараканами в голове, подсказывали, что Борз Балоев и был тем самым соперником.

Третье: бинесмен Балоев сильно осерчал на компанию и решил их убраь. Хотя, ну не девяностые же на дворе. А тут прямо как в плохом боевике – стреляют, связывают, увозят.

Четвертое: а вот здесь начинается неувязочка. На кой бес, уволокли меня и труп Александра первого? Ну туп то понятно, следы заметали, а я то им на кой.

Пятое: какого икса меня насиловать, а потом играть в фильм «Красотка», то же мне Ричард Гир нашелся. Да и я на Джулию Робертс даже в молодые годы не тянула. Ну разный мы типаж.

Пока мысленно составляла список, мои тараканы пытались все это систематизировать. Но толи я плохо список составляла, то ли мои тараканы от всего происходящего просто ошизели и плохо соображали.

Я наяривала по комнате круги и остановилась только тогда, когда поняла, что хозяйничаю в господском гардеробе. А именно – сдвинула часть вещей хозяина и пристроила свои новокупленные вещи. Вот же ж… Моя мания к порядку сыграла со мною злую шутку. Я когда волнуюсь – уборку делаю. Вот и сейчас, на автомате, наводила порядок и раскладывала вещи.

Предсавляю как хозяин удивится. Хотя, ну его нафиг. Самое последнее, что меня волновало сейчас, так это то, как отнесется к моим захватническим действиям Борз. Имя, какое-то непривычно-нетипичное. Во всех уважаемых представителей чеченского народа зовут или Рамадан, или Аслан или еще как, а тут нате вам, здрасте – Борз.

Так, что-то мои нервишки совсем шалят. Мне не о Борзе думать надо, а о том как отсюда выбраться. И желательно на своих двоих. И что там с девченками. Где они?

Так я промоталась, накручивая себя до вечера. В течении дня мне принесли поесть. Молчаливый шкаф с бородой, просто поставил поднос с едой, а потом так же молчаливо его забрал.

К вечеру, я накрутила себя до состояния паники. Кроме всего прочего, очень тяжело сидеть в четырех стенах и ничего не делать. В общем, когда хозяин этой богадельни возник на пороге спальни я была на грани истерики.

- Готова? – меня окинули внимательным взглядом.

Так как я была одета все в то же, в чем вышла из торгового центра, я кивнула и была выдворена из комнаты.

Глава 3

Меня опять, не очень церемонясь, засунули в машину и повезли на этот раз в какой-то ресторан, находящийся за городом.

- Я могу задать вопрос? – я ерзала на заднем сидении авто.

Борз, который вел машину, поднял глаза и в зеркале заднего вида встретился с моими.

- Попробуй.

- Куда мы едем?

- В ресторан.

- Зачем?

- А зачем, люди ездят в ресторан?

- А что с моим подругами? – резко сменила тему я и задала вопрос, который терзал меня уже сутки.

- Вообще то это уже третий вопрос.

- Хорошо, можно я задам третий вопрос?

- Валяй.

- Где мои подруги? – я старалась говорить ровно и не срываться на крик.

- Все хорошо с твоими подругами. В Турции отдыхают. – мужчина взглянул на часы - Сейчас уже должны заселяться в гостиницу.

- В смысле в Турции?

- В прямом. Им настойчиво посоветовали поправить нервишки по программе – все включено.

- Я не верю тебе. Что ты с ними сделал? – вот тут я сорвалась на крик – Какая, к черту Турция???

Борз притормозил, свернул к обочине и остановил машину.

- Женщина, ты чего кричишь? – с сильным акцентом, явно издеваясь протянул он – Ну уехали твои подруги отдыхать без тебя.

Я таращила глаза на мужика. От страха перехватило дыхание. Какая, нафиг, Турция? Как он может спокойно говорить?

Понаблюдав за мною минуты три, мужчина набрал какой то номер, когда ему ответили, сказал что-то на своем языке и протянул трубку мне.

- На, поговори с ними.

Я осторожно взяла трубку, и не веря поднесла ее к уху.

- Алло, Даша, Дашка с тобой все в порядке? – Светкин голос был родным и узнаваемым.

- Светкаааа, я в норме, ты где? – проблеяла я в ответ

- Эти чудаки на другую букву нас с Ленкой в Туцию отправили, сказали что сидеть ту будем две недели. Думали в бордель, хотя кому мы старые клячи нужны. Но нет, в отеле поселили, только за нами постоянно присматривают. Дашка, нам страшно. Ты там держись.

- Я держусь! Вы тоже держитесь. – чувствую, как по щекам текут слезы.

Борз отбирает у меня телефон.

- Ну что, убедилась? Теперь можем ехать и спокойно поужинать?

- Я ничего не понимаю – всхлипываю.

- А тебе и не нужно ничего понимать. Сиди молча, и будь хорошей девочкой. И у тебя все будет хорошо.

Замираю на заднем сидении и пытаюсь осмыслить услышанное. Если честно, то ничего не понимаю, а догадки заставляют себя ждать. Тараканы в голове затихли по углам и тоже выжидают.

Вскоре подъехали к загородному ресторану. Так как мы находились в соседней области, то я никогда здесь не была. В целом все выглядело привлекательно. Отдельно стоящие беседки, создавали ощущение обособленности, для всех желающих уединиться. Но был и общий зал, с открытой верандой. Как я поняла, это был скорее зимний вариант. Но меня повели именно туда. Усадив за столик стоявший на веранде, Борз сделал заказ. Я увлеченно вертела головой. Веранда была не большой, на семь столиков. Отличительной чертой была сцена с живой музыкой. Четверо мужчин недурственно играли блюз, а девушка, сидящая на высоком табурете, голосовыми руладами повторяла звуки музыки. Если бы не ситуация, при которой я сюда попала – то это место как нельзя лучше, подходило для романтического свидания. Я даже хмыкнула про себя. Борз удивленно вскинул брови, но ничего не сказал. А я предпочитала молчать.

Вскоре нам принесли заказ – рыбу на углях и картофель, запеченный с кабачками. Решив, не ждать милости от природы, а брать все своими руками, приступила к ужину.

К нашему столику иногда подходили какие то люди, здоровались с хищником, удивленно смотрели на меня. Борз ни разу меня никому не представил, чем удивил не только меня, но подходивших посетителей. Практически весь ужин мы просидели молча. После кофе, Борз поднялся и отодвинув мой стул, повел из зала.

Помятуя, свой день рождения, я приготовилась к худшему, но на удивление мы быстро и без приключений загрузились в машину, Борз тронулся, охрана последовала за нами на другом авто.

Всю дорогу домой, я промолчала, рассудив, что вопросы лучше не задавать, а подождать развития событий. Борз всю дорог бросал на меня не понятные для меня взгляды, в зеркало заднего вида. Как будто нарочно старался встретиться со мною взглядом.

Приехали в поместье хищника уже за полночь. Мне помогли выйти из машины, и опять сопроводили в спальню.

Вечер переставал быть томным. Я даже представить себе боялась, что будет дальше.

Страх страхом, но спать хотелось. Поэтому покружив по спальне, я направилась в душ. Стоя под горячими струями воды начала потихоньку расслабляться. Пошарив на полке с гелями, выбрала наименее мужской запах и окружила себя пеной. С наслаждением вернулась опять под тугие горячие струи и почувствовала холодное дуновение. Смыв пену с лица обнаружила ,что я не одна.

Борз, в одних спортивных брюках, с которыми явно тоже готов был расстаться с минуты на минуту улыбался мне.

- Иди отсюда – рявкнула я, не слишком надеясь на успех.

- Обязательно, - кивнул головой мужчина и переступив через брюки, шагнул в кабинку.

Отобрав у меня мочалку, начал наносить гель на меня. Делал это с таким серьезным выражением лица, как будто выполнял повседневную рутинную работу.

На мои слабые попытки выдворить его, получила только сказанное сквозь зубы:

- Повернись ко мне спиной.

Дожидаться моего повиновения никто не стал, меня просто грубо развернули носом к стене. От резкого поворота закружилась голова и пришлось упереться руками в стену.

- Молодец, так и стой.

И руки мужчины стали заботливо намыливать мне спину, потихоньку, круговыми движениями опускаясь мне на поясницу и ниже на бедра.

Если честно, то за всю мою бурную жизнь я никогда не принимала душ вместе с партнером, а тем более меня никто не мыл. Если отбросить стеснительность, то очень приятно, а если еще и забыть об ужасе, который на меня нагоняет этот мужчина, то все просто замечательно.

Борз опускается на колени, и руки движутся по внешней стороне бедер, потом плавно переходят на внутреннюю сторону и медленно поднимаются вверх, я уже сама не понимаю, что я ощущаю сильнее, ужас или желание. Горячие тугие струи бью сверху, внизу, мужские руки творя со мною черт знает что, заставляя выгибаться в талии и оттопыривать бедра.

- Да, девочка, вот так, так и стой.

И сильная рука, обхватив меня за талию, заставляет еще сильнее прогнуться, уперевшись руками в стену. Я чувствую его губы и язык в самом сокровенном месте. Не сдерживаю стон и закрываю глаза. Мужчина продолжает, удерживая меня практически на весу. Внезапно ласки прерываются, и меня буквально выдергивают из душевой закутав в полотенце, волокут в комнату, но до кровати мы так и не добрались.

Расположились прямо на ковре. Полотенце скомкано и отброшено в сторону, я вцепилась руками в длинный ворс на ковре, а мужчина лежит сверху, покрывая беглыми поцелуями плечи и спину, постепенно опускаясь все ниже.

Никогда не думала, что место под коленкой у меня такая эрогенная зона. Губы мужчины в этом месте привели меня прямо таки в экстаз. Борз резко перевернул меня и прошептал на ухо:

- Покричи для меня, Дашш-я.

После чего резко и сильно вошел в меня. И я закричала. Даже не так, это был стон, переходящий в крик. Вцепившись руками в плечи мужчины, я отдавалась ему полностью. Я выгибалась ему на встречу, царапала спину ногтями, кажется, даже укусила его. К разрядке мы опять подошли одновременно.

Борз лежал на мне, тяжело дыша.

- Что же ты делаешь со мною, Дашшш-я. – мужчина старался опираться на руки, чтобы не раздавить меня.

Мне же наоборот хотелось ощущать его тяжесть на себе.

- Встать сможешь? – Борз поднялся, давая мне вздохнуть полной грудью.

- Не уверенна.

Протянул руку и поднял с пола. Вернул в душ и после коротких водных процедур, завернув в полотенце, водворил на кровать.

- Спи, Дашшш-я, - обнял, крепко прижав к себе, и провалился в сон.

Я же заснуть не могла. Как случилось, что я знаю этого мужчину всего три дня, а уже мне с ним так хорошо в сексе? Как я, взрослая женщина оказалась в одной кровати с бандитом, и не просто оказалась, а еще и получаю от этого фантастическое удовольствие.

Так Дашка, вот только стокгольмского синдрома, тебе на старости лет не хватало. Это сейчас у него на тебя по каким то причинам стоит, а что будет дальше. А дальше, Дашенька, добро пожаловать под ближайший кустик. Давай думай, как выбираться из этого хоть и сладкого, но плена. С этими мыслями и уснула.

Сколько проспала - не знаю, но на удивление проснулась от чьего то взгляда. При чем ощущение, что смотрят мне в лицо, но при этом Борз находится у меня за спиной, крепко прижимая меня к себе.

Осторожно открываю глаза. Мама дорогая, да нас в комнате трое. Меня внимательно рассматривает какой-то мужик. Первое впечатление о нем – человек тень. Какой-то незаметный, несмотря на высокий рост. Худой, узкое лицо, глаза – щелочки.

Заметив мой взгляд прикладывает палец к губам в известном жесте – молчи-молчи. А вот в другой руке у него пистолет. И тут я заорала. Все остальное произошло мгновенно.

Одним рывком Борз подминает меня под себя и стреляет из неизвестно откуда взявшегося пистолета. Визитер стреляет в ответ и сваливает в окно. Сразу становится громко и суетно. Раздаются крики, хлопают двери. Борз лежит на мне все так же закрывая собою.

- Жива?

- Пока да, это что было?

- Вот сейчас у охраны и узнаем. Тебя точно не задело?

- Ннет…

-Истерика будет?

- Не уверена, можно попозже?

-Хорошо – и мужчина поднимается с меня, бегло еще раз осмотрев на предмет повреждений.

Натянув спортивные штаны, выходит из комнаты.

Я тоже выбираюсь из постели. Заснуть все равно не получится. А вот то, что предстоят долгие разговоры – тут даже не сомневаюсь. Топаю в гардероб и напяливаю на себя лосины и футболку. На всякий случай сразу обуваю мокасины. Мало ли. Заправив кровать, механически навожу порядок. Поднимаю скомканые полотенца, которые вызывают у меня жаркий прилив. Развешиваю разбросанную одежду. Когда мы успели все здесь разнести?

По мере того, как убираю, начинаю успокаиваться. С более-менее спокойным состоянием обретаю способность мыслить. И тут же вопрос – как человек тень попал в комнату? Дверь в спальню была закрыта, Борз выходя достал ключ из кармана брюк. Значит только окно. Их здесь два. Одно в спальне, второе в ванной. Иду проверять свои догадки.

Выглянув в окно спальни – как вариант отмела сразу. Если нормальный, тренированный мужик, еще сможет выпрыгнуть в окно, не повредив себе конечности, то войти через это же окно – проблематично. Крыша устроена так, что с нее попасть в окно можно только на веревке, или с помощью лестницы. А таковых не наблюдалось.

А вот окно в ванной, хоть и было поменьше, но тоже подходило по размеру. И к тому же выступ дома делал вполне удобную площадку, с которой можно было шагнуть в окно. Да что там шагнуть, здесь практически с удобствами можно было обождать удобного случая. Это место с земли не просматривалось, а например мне даже в голову не пришло выглянуть в окно, когда душ принимала.

Мама дорогая, это что пока я мылась, вернее пока мы делали вид что моемся, этот теневой сидел рядом и все видел? Нет, я не пуританка, но эксгибиционизм как то не приветствую, вернее мне на него пофиг, ежели он не в моем исполнении. Хотя с другой стороны, кто этому чудику на другую букву мешал пристрелить нас прямо в душе. Никто. Значит, он появился там позднее, когда мы уже заснули.

Нет, ну что делается то? Я так не договаривалась! Конечно, интересные события я бы хотела, чтобы в жизни моей происходили, но не настолько же интересные. Вначале становлюсь невольным свидетелем по ошибке, теперь похоже я единственный свидетель, который видел убивца несостоявшегося в лицо. То есть я – двойной свидетель. А такие долго не живут. В комнате раздались шаги сразу нескольких человек.

- Даша!

Я выглянула из душевой. Меня тут же оттеснил бородатый шкаф, и выглянул в окно. Кивнув Борзу, он вышел из комнаты.

- Что ты там делала?

- Смотрела, через какое окно визитер сюда попал.

Брови мужчины поползли вверх. Недоверчиво окинув меня взглядом, за руку вывел в комнату.

- Ты его разглядела?

Я кивнула.

- Узнать сможешь?

- Такого не забудешь.

- Пойдем в кабинет. – и не оглядываясь вышел из спальни.

Делать нечего, потопала за ним.

В кабинете мне врулили в руки бокал с коньяком, после чего из сейфа была извлечена увесистая папка, как выяснилось – своеобразное досье.

Сижу, прихлебываю коньяк и листаю страницы. Борз внимательно наблюдает за мной.

- Здесь его нет. Могу описать. Если пустишь к компу – могу в фотошопе попытаться сляпать портрет.

- Почему ты решил помочь?

- А то ты не догадался! - как оказывается, моя истерика была намного ближе, чем я предполагала. – Я единственная, кто его видел. И если его нет в твоей папке, значит это кто-то со стороны. А значит, если ты его не поймаешь первым, то выстрелят не в тебя, а я первая на очереди. А мне в это случае фраза «дамы вперед» аж никак не импонирует.

Мужчина с интересом рассматривал меня. Даже голову на бок склонил, от усердия.

Потом подошел к столу и включил Lаptop.

- Прошу, - и мне уступили место.

Спасение утопающих, дело рук самих утопающих. И следующий час я с усердием пыталась воссоздать внешность визитера. Когда устало откинулась на спинку стула, на меня с экрана смотрел ночной гость.

- Не знал, что у тебя такие способности – Борз внимательно рассматривал изображение на экране.

- Я еще на машинке строчить умею – буркнула я в ответ.

- Да ладно, у тебя, как оказалось, есть и более интересные способности – хохотнул мужчина.

Отправив на печать, он вызвал очередного шкафа и вручил ему пачку распечаток.

- Выяснить – кто!

Нет, ну вы видели? Просто отдал приказ и ждет, когда ему поднесут виновника моей паники. Потерла глаза, ночка эта далась мне тяжело. Хотелось уснуть прямо за столом.

- Устала? – тихо спросил мужчина

Я просто кивнула в ответ.

- Потерпи, в самолете выспишься.

- В каком самолете?

- Мне по делам отлучиться нужно, но в свете последних событий – ты очень ценный свидетель, так что будешь рядом со мною в прямом смысле этого слова. Если честно, я не думал, что наше совместное появление в ресторане вызовет такой скорый резонанс. Так что Дашшш-я, теперь ты будешь не только в моей кровати.

- Не называй меня так.

- А мне нравится

- А пофиг, хоть вертолетом, только летать не заставляй.

- Вот как раз полетать нам с тобой придется. Давай, собери, что тебе понадобиться из одежды дня на три.

И я поплелась обратно в спальню под надзором одного из шкафов. Правда на этот раз, его присутствие и не пугало и не раздражало. Очень хотелось верить, что в случае чего – он меня своей грудью закроет. Все таки я двойной свидетель

Зайдя в спальню, сразу прошла в гардеробную Так, дня на три сказал? Ладно, тогда, белье, пару футболок, тунику и джинсы с легинсами. Мокасины, которые были на мне прекрасно под все подходили. Все это свалила на кровать. Куда паковать то? Выглянула в коридор, ожидаемо там у дверей дежурил очередной шкаф.

- Извините, не знаю как Вас по имени-отчеству, но не подскажите, где взять чемодан или сумку спортивную?

Меня смерили холодным взглядом, но в комнату вошли и пройдя в гардеробную открыли небольшой шкаф, в котором хранились сумки, чемоданы и рюкзаки. Кивнул головой и молча вышел.

А что, рюкзак мне подходит. Быстро затолкала свои вещи в рюкзак, вернулась в комнату, за своей сумочкой, которую отобрала еще в первый день. Толку о нее мало, там только зеркальце, помада и всякая мелочевка. Мне бы еще паспорт вернуть, но явно не судьба. Поэтому сумочка оказалась упакованной в тот же рюкзак. Села на кровать в ожидании.

Ждать долго не пришлось, Борз влетел в комнату, быстро взял что-то в гардеробе и кивнул мне головою, мол, топай на выход.

Подхватила рюкзак и потопала.

Разместившись в салоне авто, решилась задать вопрос.

- А почему ты без вещей?

- Мои вещи всегда есть в самолете. Так удобнее, чем с чемоданами таскаться.

- То есть мы летим не общим самолетом, а чартером?

- Мы летим на моем самолете.

- А куда?

-На Дальний Восток, у меня там дела.

Интересно девки пляшут, а какие могут у этого бандита быть дела на Дальнем Востоке? Наверное, вопрос был на моем лице написан. Борз усмехнулся и пояснил:

- Я занимаюсь поставками леса. Нужно на месте обсудить кое-какие нюансы, а ты, в создавшейся ситуации становишься моей тенью.

- Поставками леса?

- Ну не оружия же – хохотнули мне в ответ.

Смерив меня ироничным взглядом, снизошли до пояснения:

- Любой большой бизнес в белых перчатках не делают.

А я что, я ничего, кивнула и стала смотреть в окно.

Подъехав к аэродрому, не остановились, а проехали прямо к трапу самолета. Как мне объяснил Борз, это был дальнемагистральный самолет. Мне это ничего не говорило, но, судя по горделивому тону, наверное, это было круто.

А вот в салоне я действительно прониклась. Здесь все было, как любила иронизировать Ленка – «по бахатому». Меня усадили в кресло, пристегнули ремнем и устроились рядом. Хотя напротив тоже располагались такие же. Кресла, расположенные друг напротив друг друга, разделялись столиком.

Подошел бортпроводник, проверил как закреплены ремни, пожелал приятного полета и уточнил чего бы мне хотелось. Мне хотелось только спать, поэтому сказала, что ничего не требуется.

После взлета, Борз достал из кейс какие то документы.

- Дашшшш-я, нам лететь около девяти часов, можешь поспать.

Я даже споить не стала, попросила помочь слегка откинуть кресло, и уснула практически мгновенно.

Проснулась от того, что затекла рука. И обнаружила, что я устроилась на груди Борза. Мужчина развернулся ко мне в пол оборота, и рукой придерживал мою голову, прижимая ее к своему плечу.

- Проснулась?

Я отстранилась от него и кивнула головой.

- У тебя такой беззащитный вид, когда ты спишь.

- У всех такой вид, когда они спят – пробурчала я и отправилась в санузел.

Зеркало отражением не обрадовало. Стрижка требовала укладки, на щеке отпечаталась пуговица от пиджака, наверное, я так долго спала.

Поплескав себе на лицо холодной водой, но, так и не добившись желаемого результата, вернулась обратно в салон.

- Я собирался тебя будить. Через час будем на месте, сейчас поедим. Ты что будешь – рыбу или курицу?

- Курицу, наверное.

Борз озвучил наши желания бортпроводнику, и вскоре столик перед нами сервировали.

Еда во всех самолетах одинаковая. Я впервые летела на частном, но курица, которую подвали ничем не отличалась от той, что подают на борту обычных пассажирских. Разница была только в сервировке – никакого пластика – фарфор, и приличные столовые приборы. А вот кофе был отменный. Хотя я вредничать не стала и держала свои мысли при себе.

Через час, действительно зашли на посадку. В динамиках, пилот самолета поприветствовал нас на земле славного города Хабаровск.

Хабаровск, серьезно? Ну, хорошо хоть не Владивосток. Хотя я не знаю, есть ли во Владике аэропорт.

Город осмотреть не получилось, у трапа нас ждал очередной автомобиль и еще через час мы тормозили в пригороде, у частного дома, скрытого за высоким забором.

Меня препроводили в очередную спальню, что интересно совсем без окон, но с телевизором. Вручили пульт, и велели не скучать, пока барин будут заняты делами.

От нечего делать стала гулять по каналам, пока не набрела на старую американскую комедию со Шварцнейгером, которую и стала смотреть с удовольствием.

Я хоть и больших размеров, но люблю смотреть телевизор устроившись на диване или кровати и поджав ноги «по турецки». Со стороны это конечно выглядит забавно, но я давно перестала обращать внимание, на то, что говорят со стороны. Поэтому, оставшись только в белье и тунике, я с удобствами устроилась на кровати и от души хохотала. Мне повезло, судьба наградила меня характером, при котором я не могу долго унывать. Могу злиться, психовать, но не унывать, а искать пути решения проблемы. Хохотала я над старой комедией от души, и не заметила, как в комнату вошел Борз.

Смеяться тут же расхотелось. Выпрямила ноги и попыталась пониже натянуть тунику. Хотя чего он там уже не видел. Поэтому мысленно махнула рукой и осталась сидеть на кровати.

Борз отлепился от стены, о которую опирался и подошел. В руках был коробок с пиццей.

- Сиди уж, я пиццу принес – будешь? Мне сказали, что тут с морепродуктами самая вкусная.

Вот не люблю я морских гадов. Всяких там осьминогов, каракатиц, устриц… или устриц в пиццу не кладут? Поэтому скривилась.

- Не люблю, если честно.

-Да, - Борз выглядел растерянным. – Обычно женщины любят морепродукты.

- Так то ж обычно…. А тебе не повезло, я или необычная, или не женщина. В общем, сам ешь, может она и правда вкусная.

- Ну что ж мне тебя голодом морить? – и мужчина вышел из комнаты, вернулся через некоторое время с еще одной коробкой – вот, четыре сыра.

- Спасибо, это пойдет – и я ухватилась за коробку. – А почему едим в спальне?

- Потому что это не мой дом и мы как бы в гостях.

- Ой как неудобно ,я с хозяевами не поздоровалась.

-А у тебя не получится, их здесь нет. Просто это самое безопасное помещение. Завтра переедем в мой дом, там ходи где хочешь.

- Ладно, - я потянулась за пиццей. – А запить есть чем? А то пить хочется.

Борз подошел к одному из шкафчиков, на проверку оказавшимся мини холодильником. Вот ведь, сидела мучилась, нет бы помещение исследовать.

- Какой сок будешь?

- Томатный есть?

Борз как то удивленно на меня взглянул, но достал пачку с соком. Себе выбрал апельсиновый. Вот интересно не прихватит желудок от коктейля апельсиновый сок-морепродукты? Но мужчина свою пиццу даже не открыл, а потянулся к моей.

- Э, руки убрал! Это моя. У тебя вон с гадами всякими.

- Не, не уберу, а ту пиццу я тоже не буду, просто выпендриться решил.

- Не повезло тебе с выпендрежем – но пиццей таки пришлось делиться.

Сидели мы на полу возле кровати. Борз вел себя странно, никакой властности. Просто сидит и получает удовольствие от пиццы. Когда праздник живота закончился, вместе с окончанием пиццы, пришлось топать в душ, во первых руки помыть, а во вторых не мешало бы перед сном вообще освежиться.

- Ты бы не мог выделить мне оду из своих футболок?

-Нет, так спать будешь, без ничего. Мне так больше нравися.

-Козел – прошептала себе под нос, но меня услышали.

Когда вернулась из ванной, Борз был в одних трусах. Господи, и за что ж мне такое счастье в виде этого шикарного представителя сильной половины человечества. В другое время сама себе завидовала бы. А сейчас не знаю, куда от этого счастья деться.

Борз легонько шлепнул меня по пятой точке и скрылся в ванной.

Отбросила полотенце и юркнула под одеяло. Борз вышел из душа, и тоже устроился рядом. Привычно притянул меня к себе. Спиной чувствую, как стучит его сердце.

- Расслабься, не трону сегодня. Устал. Просто заснем – почти промурлыкал мне над ухом, и покрепче прижал к себе, как ребенок прижимает любимую игрушку. – С тобой очень комфортно спать, уютная ты.

.

.

Глава 4

Мне опять снился кошмар. Лет пять вообще не возвращался, а сегодня вот опять. Думала уже отпустило меня. Но нет, опять бегу, опять сердце стучит где-то в горле. В голове одна мысль – не попасться в руки живой, пусть уж лучше пристрелят. Так быстрее, и наверное не больно. Бежать в горах вообще проблема, а убегать тем более. Меня спасает только темнота. Стук своего сердца слышу как набат. Забилась в какую-то расщелину, пытаюсь перевести дыхание. Шаги, медленные, неотвратимые. Заползаю глубже. Слышу гортанные голоса, меня ищут. От ужаса, зажимаю рот руками, главное не дать им себя обнаружить. По разговору понимаю, что меня потеряли. Замираю и дышу через раз. Сердце стучит как барабан. Только бы его не услышали. Голоса о чем –то спорят. Причем на повышенных тонах. Потом раздается автоматная очередь. Явно палят наугад. Пули звенят по скалам. В расщелину, куда заползла я, кидают гранату, вспышка, мой отчаянный крик и я просыпаюсь в холодном поту с бешено стучащим сердцем.

Сижу в кровати, пытаюсь дышать ровно. От навалившегося ужаса даже руки дрожат.

Осторожно убираю руку мужчины, лежащую у меня на ногах.

- Ты куда? – Борз схватил меня за руку.

- Воды попить – голос звучит глухо, горло еще не отпустил страх.

Он сел в кровати, обнял меня и прижал к груди, губы его касались моего уха.

- Что тебя так напугало? Твое сердце скоро выпрыгнет из груди.

- Просто дурной сон, пусти, я попью, сейчас все будет в норме. Извини, что разбудила.

- Сиди. – Борз встал, включил ночник и подошел к холодильнику.

Вернулся, неся в руках бутылочку боржоми.

- Держи.

Сделала глоток, и прижалась лбом к холодному стеклу.

Борз присел передо мною на корточки, взял лицо в ладони и заставил смотреть на него.

В слабом свете ночника, его темные глаза казались двумя огромными черными повалами. Отросшая щетина придавала ему зверский вид.

- У тебя был кошмар?

Врать не хотелось.

- Да, бывает. – бутылка была холодной и потихоньку приводила меня в чувство. Хотя меня еще заметно потряхивало.

Борз потянулся и взяв одеяло, накинул мне на плечи.

- И часто они тебя посещают?

- Последние пять лет не было.

Борз поднялся сам и подняв меня на руки, опустился на кровать.

- Сейчас тебе ничего не угрожает. Спи. Я побуду рядом с твоим сном.

И как ни странно я уснула.

Проснулась, от того что трудно дышать. Я спала лежа на животе, а сверху меня придавил Борз, практически подмяв под себя.

Окон не было, горел только ночник. Я попыталась пошевелиться, получилось с трудом.

- Борз, выпусти меня.

Мужчина откатился от меня, и у меня наконец то получилось встать.

- Дашшш-я, - я оглянулсь – я хотел тебе сказать, что мы не так начали, и я наверное был не прав. Но хочу исправить. Как в первый раз – больше не повторится. Тебе нечего бояться.

Я молча кивнула головой и ушла в ванную.

Дальше день завертелся. В начале мы уехали завтракать в кафешку на берегу Амура. Кофе готовили приличный, сырники вкусные, вид на реку – изумительный, вот только компания настораживающая. Из вредности попросила еще чашку кофе. Борз явно спешил, но кофе мне предоставили.

После завтрака все опять загрузились в джип и поехали, как выяснилось на аэродром. Только теперь лететь предстояло не на самолете. Нас привели к вертолету. Я абсолютно не разбираюсь в классах летательных аппаратов, но этот явно был из самых маленьких. На двух человек. Меня усадили в кресло, пристегнули, а Борз занял место пилота.

- Ты умеешь пилотироваь?

-Да, у меня лицензия PPL, - Борз что-то проверял, клацая тумблерами и сверяясь с какими то показателями.

- А нам обязательно так лететь? Может по земле?

- По земле, по бездорожью неделю будем добираться. Так быстрее долетим. Расслабся, прилетим на мою базу, как я ее называю, там тебе будет раздолье. А я заодно дела свои проверю.

- Что-то срашно мне.

- Не бойся, я с тобой, - и что -то понажимав, Борз запустил винт.

Вцепилась в ремень, закрыла глаза и вспоминала все поговорки, типа «Раньше смерти не помрем», «Семи смертям не бывать, а одной не миновать», и все в том же духе.

На удивление через пять минут мы не упали. Я открыла сначала один глаз, потом и второй. Вид сверху завораживал. Хабаровск удалялся, а под нами простиралась тайга. Зеленая, непролазная. Во всяком случае непролазной она казалась сверху. Этакий зеленый ковер с вкраплениями скал, прочерченный речушками.

- Ну как, красиво? – прокричал Борз

Я только кивнула. Ремень безопасности отпустила, но в свой рюкзак вцепилась как в соломинку.

Через пол часа лету, даже такая трусиха как я, расслабилась и начала получать удовольствие от полета. В конце концов, если человек спокойно садиться за штурвал, значит он умеет им управлять. Например посади меня за штурвал ,я даже винт не запущу, а если каким то чудом мне это удастся сделать, то взлететь у меня все равно не получится.

Борз вел переговоры по рации, или как называется связь у пилота с землей. Говорил на своем языке. Судя по его ставшему хмурым выржению лица, разговор ему явно не нравился. На горизонте появилась какая то темная точка, которая по мере приближения оказалась летящим навстречу вертолетом. Но большим по размерам, чем наш.

Указала на него Борзу. Он кивнул и нахмурился. Наши вертолеты почти поравнялись, как Борз выразился в крайней степени нецензурно и резко стал увеличивать высоту нашего полета.

Как в замедленной съемке увидела, что пассажир вертолета поднял какую-о хрень, подозрительно напоминающую винтовку. Еще мгновение, и Борз утыкается лбом в стекло. Наш вертолет летит вперед по инерции. Мама дорогая! Дергаю Борза за плечо, с трудом откидываю назад. Левое плечо залито кровью. Пульс на шее прощупывается. Но мужик без сознания. Отсоединяю ремни безопасности. Блииин, в самолетах предусмотрены парашуты, а здесь? Шарю под сидением, под руку попадается аптечка, запихиваю ее в рюкзак, рюкзак одеваю как кенгуру для переноски деток, на живот. И понимаю, что вертолет стремительно падает. Рывком открываю дверку со своей стороны, хватаю Борза за рубашку, дергаю на себя, и мы вываливаемся из вертолета.

Испугаться не успеваю. В голове только одна мысль – не посмотрела над чем летели. Еще несколько секунд и мы попадаем на ветки какого то дерева. Вдалеке слышен взрыв вертолета. Проносимся вдоль дерева к земле и я выключаюсь от удара о землю.

Сколько пролежала не знаю. Открыла глаза, и поняла, что лежу на животе, сильно болит рука. Попробовала перевернуться – получилось. Рюкзак-кенгуру меня явно спас. Попробовала пошевелить ногами-руками – получилось. Правая рука болит, но явно просто сильный ушиб. К счастью перелома нет. Начинаю оглядываться. Борз лежит в метре от меня, на спине. Без сознания. Ползу к нему – пульс есть. Облегченно закрываю глаза. Потом вспоминаю, что он ранен. Медсестра из меня никакая. Максимум, что могу – это перевязаь палец, и вообще крови боюсь.

Расстегиваю рубашку, и пытаюсь осмотреть рану. Единственно, что понимаю – это то, что она на вылет. Выглядит все это отвратительно. И если впереди это просто отверстие, то со стороны спины огромная дырень. Хорошо, что мужик без сознания. Не слышит, как я его верчу. Кое-как пристроив его на бок, так чтобы рана была доступна с двух сторон лезу за аптечкой. Так, что есть? На мое счастье – бинт и пакет индивидуальной защиты. Йод. Но на сколько я помню, в открытую рану его нельзя. Обнаружила антибиотик. Решив, что хуже не сделаю, растираю таблетку в пор

ошок и сыплю на рану. Края все таки смазываю йодом, и наложив марлю из инд. пакета пытаюсь перевязать. Получается не очень красиво, но вроде держится. Рубашка испорчена, поэтому достаю из рюкзака свою футболку кое как натягиваю на Борза. Размер у футболки не маленький, но все равно на плечах была натянута до нельзя, хотя в создавшейся ситуации это даже плюс. Повязка будет крепче держаться.

Напрягало то, что Борз был до сих пор в отключке. Неужели сломал что-то при падении. А я его еще больше крутила. Нахожу в аптечке ампулу с нашатырем. Подношу под нос и.. ничего, как был без памяти, так и остался. Может не воняет? Поднесла к носу, все оказывается воняет, дыхание перехватило а из глаз слезы брызнули.

И вот тут меня накрыла паника. Я и трясла его и даже по щекам била. Реакции ноль.

- Ну вот, что ты за человек? Вот обязательно надо было под пули подставляться? – от отчаянья, я молола все, что ни попадя.

Было страшно. Реально страшно. Вдруг как-то все навалилось – я в тайге, практически сама, Борз который без сознания, в счет не идет. И вообще неизвестно придет в себя, или не придет.

Трясу его опять.

- Не смей умирать, слышишь! Не смей. Я сама тебя убью, потом, как выберемся от сюда. Борз, твою ж на лево! Ну приди в себя! Не смей меня здесь бросать одну.

Но мои вопли остались без ответа.

Ситуация патовая – сижу рядом с раненым, рядом скалится большой , упитанный всем знакомый пушной зверек. И так тоскливо стало. Вот не задались мои ягодные сорок пять. Все бабы как бабы, а я вечно в сомнительные подвиги попадаю. Может, родилась в неурочное время? Почему не могу, как все нормальные бабы, жить спокойно? Повздыхав над своей незавидной судьбою, взяла себя в руки. И тут меня осенило. У Борза по любому должен быть телефон. Начинаю мародерствовать по карманам. М-да, не густо. Портмоне с деньгами и документами, и о счастье, моим паспортом и собственно телефон. Пытаюсь разблокировать, твою ж дивизию, отпечаток пальца. Начинаю прикладывать все пальцы поочередно. Вот умник – использовал безымянный палец левой руки. Так, разблокировать то разблокировала, но сигнала то нет. Вот, дурында, ну хоть бы подумала – какой сигнал посреди тайги? Ладно, спасение утопающих – на их личной совести. Поэтому думай, Даша, думай. Жить то хочется. Не для этого ты прыгала из вертолета, да еще похитителя за собою тащила. Надо выбираться к людям. Только где они, эти люди, в какую сторону топать? Да и Борз в себя не приходит. Поводила у него под носом нашатырем – без толку.

Сидеть сиднем было не с руки. Встала и огляделась. Тайга и тайга. Деревья, кустарник какой-то, о, вон ручеек журчит.

Стоп! Ручей! А ручьям свойственно впадать либо в озера, либо в реки. Выбора нет, топаем за водою. И тут остро встал вопрос, что делать с раненым. Оставить тут, и делать зарубки по мере продвижения? Так сколько я буду идти неизвестно, и не факт, что смогу назад дорогу найти. Значит или сидеть на мессе, или выбираться вдвоем. Попыталась приподнять Борза, тяжелый, зараза. Идея перекинуть через плечо и тащить, как в кино показывают - отпала в виду невыполнимости. Значит надо волочь.

Вспомнила все фильмы о войне и приключениях. В фильмах про войну медсестры тащили либо на плащ-палатке либо на специальных волокушах.

Ни того, ни другого не было. Но наша память – прикольная штука. Когда-то, в бытность пионером, мы в школе играли в «Зарницу», и инструктор, тогда показывал нам, как перетаскивать условно раненых в ноги. Тогда он срубил большую ветку и уложил на нее подопытного раненого, за эту ветку мы и уцепились, и даже метров пять протащили. Так, решено, срубаю ветку побольше и пораскидистее и волоку на ней Борза, пока силы еще есть.

Мысль то конечно хорошая, но чем срубить ветку? Ни топора, ни ножа. Покружила в поисках подходящей ветки. Нашла. В деревьях я не разбираюсь, но что-то раскидистое, но высокое. Как я лезла на это дерево – отдельная история. Подтянуться и забросить ногу на ветку – отдельная история. Но когда очень надо – и не на такую высоту залезешь.

И вот вишу я в позе ленивца на этой самой ветке, в надежде, что она под моим весом сломается. Ага, два раза сейчас. Гнется, но не ломается. Чувствую – долго не провишу. Начинаю потихоньку раскачиваться. Минут через пять мне везет. Века не выдерживает моей наглости, и я, обняв ее как родную, приземляюсь на пятую точку. Что-то многовато на сегодня падений.

Полежав, и порассматривав кроны деревьев, поднимаюсь и волоку веку ближе в Борзу Лежит в Ом же положении, в каком и оставила. Проверила рану – вроде не сильно кровоточит. Кое-как переворачиваю его на ветку, одеваю рюкзак и тяну. На ветке Борз остаться не пожелал. Значит, придется привязывать. Вместо веревки использовала его рубашку. Пока вертела его и пыхтела, мужчина застонал. Я с перепуга отскочила, но он в сознание не пришел. Да что ж он, головой, что ли приложился при падении?

В конечном счете, привязать получилось, и я поволокла его вдоль ручья.

Волокла долго. Периодически сверяясь с часами на телефоне. Часа четыре, точно прошло. Часам к трем мне повезло, и мы выкатились к месту, где ручей впадает в реку. Уложив Борза, свалилась рядом. Сил не было абсолютно, но ночевать не берегу реки не хотелось. Не хотелось так же упустить удачу. И я решила немного отдохнуть и двигаться дальше.

Вспомнились уроки в школе, и основы выживания. Господи, как хорошо, что я была заучкой. Вот прямо перед глазами стоит учитель и рассказывает, что если вы, дети заблудились но вышли к реке, то нужно идти по течению и обязательно выйдите к какому-нибудь поселению.

Отдохнув, решаю продолжить путь. Но сил, волочь огромного мужика практически нет. Поэтому решаю иди по пути наименьшего сопротивления - буду идти по воде, пусть медленнее, но вода поможет мне нести Борза. Река не широкая, и как выяснилось не глубокая, холодная но чистая вода. Значит, по идее в рану никакая гадость не попадет. А если попадет – от я туда антибиотика напихала. В любом случае, чем раньше мы на людей выйдем, тем раньше ему окажу помощь. Доволакиваю до реки и тяну за ветку за собою. Слежу, чтобы не макнуть его с головой. Прости мужик, но если ты сегодня выживешь, и я лично тебя не доканаю, то жить ты будешь явно долго.

С такими словами я волокла свою ношу по воде. Но идти стало в разы легче.

Холодная вода привела Борза в чувство. Когда я в очередной раз поправляла ему голову, чтобы не макнуть в воду, он открыл глаза.

-Даша? Что ты делаешь? Ты меня утопить решила? – голос звучал глухо, но твердо, что вселило в меня уверенность, в хорошем исходе.

Да, а что, я оптимистка по жизни.

Выбравшись на берег, и устроив Борза так, чтобы он был на суше, упала рядом.

- Ну если честно, то рассчитывала тебя уронить с большой высоты. Но ты оказался живучим.

- Где мы? – мужчина поморщился о боли. – Последнее, что помню – в нас стреляли.

- Ага, точно, стреляли. На этой неделе лично в меня дважды.

- У тебя получилось посадить вертолет?

- Ты что, сдурел? Где я, а где вертолет. Нет, просто получилось удачно выпасть из него и тебя выдернуть, пока он не разбился.

Глаза мужчины стали квадратными.

- Ты хочешь сказать, что у тебя хватило смелости выпрыгнуть из падающего вертолета и прихватить меня?

- Именно это я и говорю. Правда я понятия не имею, где мы находимся. Надеюсь спуститься вниз по реке, может на людей наткнемся. Слушай, а ты идти сможешь? А то ты тяжелый, задолбалась я тебя тащить.

Мужчина лежал и смотрел на меня так, как будо у меня по меньшей мере нимб над головой вырос. Сглотнул и тихо сказал:

- Спасибо

- Да ладно, я жутко боюсь быть одна в лесу. Вот и прихватила тебя.

Борз попытался сесть. Ему помешала ветка, к которой он был привязан.

- Что за хрень?

- Ну, а как бы я тебя несла? Пришлось привязать и волочить. Так что если будешь весь в синяках – то извини.

- Помоги отвязать.

- А ты сам в состоянии идти?

-Я попытаюсь, в крайнем случае, ты же плечо подставишь?

- Да куда я денусь. – я помогла отвязать остатки рубашки и поднялась.

- А что это на мне? Веселенькая такая расцветка?

- Футболка моя. Придется потерпеть. Давай помогу встать.

Со второй попытки Борз поднялся. Лицо побелело, но в целом держался хорошо. Идти вот только самостоятельно не мог. Пришлось действительно подставить свое плечо. При чем в буквальном смысле этого слова, учитывая нашу разницу в росте, Борз просто опирался об меня.

Так потихоньку мы и ковыляли вдоль русла реки. Приходилось часто останавливаться, чтобы дать Борзу передохнуть, да и я, шла на честном слове, страхе и самолюбии. Даже не знаю, что меня поддерживало больше.

Река делала поворот, и когда мы, следуя ее течению тоже сделали крюк, то увидели небольшую избушку и пару строений возле нее. Я не смогла сдержать радостного вопля. Но Борз вдруг нахмурился и как то стал принюхиваться, точь в точь как собака, когда чует непонятный для нее запах.

-Подожди, похоже это заброшенный хутор. Или охотничья заимка.

- Все равно, крыша над головой. Пошли. – и я открывшимся тридцать пятым дыханием потянула болезного к жилью.

Дом действительно оказался пустым. Но окна были целы, дверь висела на месте и в помещении было сравнительно чисто, если не принимать во внимание паутину и пыль.

Уже смеркалось, когда мы ввалились в дом. Мокрая одежда вызывала ассоциацию с лягушкой. Хотелось тепла и полежать. Даже кушать не хотелось.

Дом был не большим, сени, если можно так назвать крохотное помещение и ода комната с печью, кроватью, столом, лавками и полками с простенькой посудой. Действительно напоминал охотничью заимку.

Быстро смеркалось. Я помогла Борзу дойти до кровати. На ней лежали какие-то шкуры. Ничего, сойдет. Сейчас главное согреться и высохнуть.

- Давай, я посмотрю рану. – я помогла мужчине стянуть футболку и повесила ее на лавку, чтобы она просохла.

Рана на удивление выглядела не плохо. На всякий случай я опять обработала ее антибиотиком и перевязала сухим бинтом. Слава тому, кто придумал непромокаемые индивидуальные пакеты. Старый бинт выбрасывать не стала, просто смотала, решив прокипятить его завтра.

Борз всю экзекуцию сидел молча, и только по капелькам пота да по бледному лицу, можно было определить, как ему больно.

Помогла ему снять кроссовки, носки и джинсы. Когда потянлась к руссам, брови мужчины полезли вверх.

- Да ладно, можно подумать мы друг друга не видели – я отмахнулась от ироничного взгляда. – Твоих вещей нет, я развешу по лавкам, все высохнет к утру.

- Впервые чувствую себя таким беспомощным. – пробурчал Борз.

- Все, когда ни будь, происходит впервые. – философски заметила я.

Прошла в сени и закрыла дверь на щеколду.

Потом вернулась в комнату, сняла с себя мокрые вещи и тоже аккуратно развесила по лавкам. Проверила рюкзак, там тоже вещи все были мокрыми. Развесила и их.

Борз молча лежал на кровати, укрытый шкурой и наблюдал за мною. Странно, но за эти дни я так к нему привыкла, что никакой неловкости не ощущала.

- Подвинься – я подошла к кровати.

- Лезь под стенку. Я буду с краю, мало ли что.

- А что может быть, я дверь закрыла, – спорить не хотелось и я покорно перелезла через мужчину и с наслаждением вытянулась на кровати.

- Ну не знаю, но мне так спокойнее – со мною поделились шкурой и я, прижавшись, к на удивление горячему телу, провалилась в сон.

Последняя мысль мелькнувшая в голове была – неужели температурит.

А ночью опять пришел кошмар. Я опять бежала, пряталась, кричала и плакала. Проснулась от того, что меня тряс Борз.

- Даша, проснись, у тебя опять кошмар?

Я открыла глаза. Голова болела, все тело было чужим. Комнату заливал яркий лунный свет. Глаза Борза, такие светлые днем, опять горели двумя черными углями.

- У тебя глаза темные – пробормотала я.

- Это тебе с перепугу кажется. – Борз потеснее прижал меня к себе. – Расскажешь сон?

- Нет, он страшный – от мужчины рядом исходило умиротворительное тепло, меня неудержимо опять клонило в сон.

- Запомни, рядом со мной тебе стоит бояться только меня. Но как раз я для тебя опасности не представляю. Спи.

Проснулась я уже поздним утром. Борз мирно посапывал рядом.

Природа так и шептала – бегом в туалет. Пришлось перелезать через спящего Борза. Когда я почти перевалилась через него, он не открывая глаз прошептал:

-Замри.- И руки ухватили меня за бока.

Я зависла в раскоряченой позе, а этот придурок начал ржать, что конь.

- Придурок! Пусти, мне в туалет надо!

Меня тут же отпустили, я подхватил высохшую за ночь тунику и быстренько ее натянула на себя. Благо ее длина позволяла ходить в ней. А вот мокасины не высохли. Скривилась, сунув ноги в мокрую обувь и потопала к выходу. В сенях меня догнал Борз. Он успел натянуть на себя джинсы, но обуваться не стал.

После сна, обычная аккуратная прическа топорщилась в разные стороны. Отросшая за сутки щетина придавала ему зверский вид.

- Даш, подожди, давай без меня ты пока никуда ходить не будешь. Пока не определимся, на сколько здесь безопасно.

- Да что тут может быть? Мы вчера за весь день хоть бы мышь встретили.

- Мы хуже встретили, теперь вот здесь кукуем.

С этими словами Борз открыл дверь и выглянул на улицу. Опять, вдохнул глубоко и повел носом точь-в-точь как собака.

Не унюхав ничего, чтобы его настораживало, Борз шагнул на улицу. Обошел дом и только после этого довел меня до ближайших зарослей.

После единения с природой встал другой насущный вопрос – хотелось кушать. Вернулась в дом.

Борз лежал на кровати, был бледен, но в целом производил не плохое впечатление.

- Давай рану посмотрю. – я потянулась к бинтам.

Борз перехватил мою руку.

- Не сейчас, попозже.

- А если заражение? Надо промыть.

- Не надо, лучше посмотри, может остались здесь какие-нибудь запасы. Есть хочется.

- Ну как хочешь.

И я принялась внимательнее рассматривать помещение, которое стало нам пристанищем.

При свете дня, комната выглядела не так неопрятно, как вечером.

Исследовав печь, выяснила, что в духовом шкафу хранились жестяные банки с крупой, сахаром и о счастье – кофе и чай. Здесь же находились спички, сухой спирт. Это явно была охотничья заимка. Так же здесь хранились вилки, ложки, и три ножа, два из которых ножами назвать – язык не поворачивался – скорее – тесаки или небольшие мачете.

Вечером, я не рассмотрела сундук, или железный ящик. В нем находилось одеяло, подушка и несколько смен постельного белья. Старенького, но чистого.

У дома была небольшая поленица. Набрав дров, растопила печь, надеясь, что все делаю правильно. И когда плита сверху нагрелась, поставила кастрюльку с водой. Сама, пока варилась каша, принесла воды и устроила уборку. Согнав Борза с кровати, перестелила постель, и отправила его обатно залечивать рану.

Каша сварилась, разложила ее по тарелкам, и устроившись на скамье, рядом с кроватью, одну из тарелок вручила Борзу.

Каша конечно была так себе, просто на воде, без масла. Но это была еда. Борз быстренько управился со своею порцией и потребовал еще. Ну раз просит добавки, значит не все так плохо.

-Эх, мяска б сейчас – мечтательно протянул виновник моих мытарств.

- Ну вот как принесешь в нашу пещеру мамонта, так и быть – я испеку кусок мяса, а пока кушай, что есть.

- Будет тебе мамонт, дай чуток подправлюсь.

Тут я вспомнила, что рану я его так и не посмотрела. Преодолевая протесты, и приговаривая, что все мужчины бояться лечиться, я сняла бинт и не поверила своим глазам. В месте входа пули был розовый шрам. И все… На спине рана еще не затянулась, но дело шло к заживлению. Поразительная регенерация.

- Аааа, эээмм, а как это? – только и смогла выговорить я.

- На мне все как на собаке заживает, генофонд у меня хороший.- Борз внимательно смотрел на меня.

На какое то мгновение, его глаза из светло-серых опять стали черными. Я даже зажмурилась и помотала головой. Когда открыла свои то глаза Борза опять были светлыми.

- Я наверное вчера головой стукнулась сильно, мне опять кажется, что у тебя глаза темные.

- Это наверное у тебя от усталости. – Борз после перевязки откинулся на кровати и выглядел как большой довольный кот.

Весь оставшийся день, я провела за уборкой, готовкой, стиркой вещей. За домиком обнаружила натянутую веревку, куда и повесила все наши вещи. Рядом с домом было два строения. Одно из них был сарай с коптильней. А второе – к моей великой радости – оказалась банька, которую топили по-черному.

В очередной раз натаскав воды и натопив баньку, решила побаловать себя любимую паром и веничком, который висел здесь же. В баньке нашлось и мыло. В общем – праздник души. Приготовив очередную порцию каши и оставив ее доходить на теплой печке, прихватила одну из простыней, в качестве полотенца. Борз увязался со мною. На все мои рычания, что не хочу его там видеть, мне отвечали, что стесняться мне по любому уже нечего, и между прочим совместный душ мы уже принимали.

От воспоминаний о совместном омовении меня бросило в жар.

Глава 5

Банька была маленькой. По хорошему, она рассчитана на одного человека. Деревянный пол, с зазорами, куда должна стекать вода, был белым от времени. Посреди возвышалась каменка, вернее печь, с нагромождением камней сверху и местом для чана с горячей водою. Вдоль одной из стен стояла длинная лавка, на которой находились небольшая бочка и шайка. Еще днем я натаскала воды, и теперь просто смешала воду в бочонке до приемлемой температуры. Борз, раздевшись в небольшом предбаннике, практически заполнил собою небольшое банное помещение. Набрав в одно из освободившихся ведер кипятка – запарил веник.

- А тебе париться то можно? – осторожно поинтересовалась я. – А то отключишься – я тебя отсюда не вытащу.

- Мне все можно.

- А как же рана? – я плюнула на все, и тоже оставила вещи и шагнула в маленькое пространство.

Борз плеснул из ковшика на камни. Те в ответ зашипели и без того жаркое помещение наполнилось паром.

Борз намочил мочало в воде и принялся сосредоточенно меня намыливать.

- Не дергайся – пробурчал он здесь места мало, сейчас я тебя намылю, потом ты меня.

Я, в принципе не сильно и сопротивлялась.

Когда дошла очередь до него – я не поверила глазам. В плече впереди был полностью затянувшийся шрам, а со спины.

-Как такое может быть? – я потрогала место раны пальцем.

Борз поморщился, но пожал плечами пояснил:

- Я ж тебе говорил – особенность организма такая.

Когда закончили с помывкой, Борз еще поддал пару и взялся за веник.

- Давай, ложись на скамью. Мне нельзя, а тебя побалую.

Я не стала возражать. Плюхнулась животом на скамью и расслабилась под, почти ласковым пошлепыванием, распаренного веника по ногам, а потом и выше.

Постепенно шлепки усиливались, но я разморенная и уставшая просто кайфовала от всего происходящего.

Когда вернулись в избушку – каша как раз дошла, и разложив ее по мискам, налила в кружки чаю. На третьей ложке меня разморило, и пробормотав про то, что я помою посуду утром, я свалилась в кровать.

Сон сморил практически мгновенно. Но часа через четыре я проснулась от того, что луна светила прямо в лицо. Борза рядом не было.

Это меня испугало, похлеще моих ночных кошмаров. Я лежала, вцепившись в одеяло, и прислушивалась к шорохам. Надеялась, что Борзу элементарно понадобилось в туалет, и он скоро придет. И тут послышался волчий вой. Вначале одинокий, а потом еще несколько волков присоединились к нему.

Волки, вот ведь… И где Борз? Неужели, вышел и попал на стаю? А что если он еще жив, и я как то смогу помочь ему?

Я тихонько поднялась, взяла один из ножей и на цыпочках прошла к сеням. Двери были открыты, а на ступенях дома сидел Борз, прислонившись спиной к стене.

Я бросилась к нему.

- Ты цел, ты чего здесь сидишь? Волки воют! В дом скорее!

И осеклась, натолкнувшись на черный взгляд мужчины. От ужаса волосы зашевелились. Я сделала попытку отступить в дом, о молниеносный выброс руки и сильные пальцы сомкнулись на моем запястье.

- Не бойся. – голос звучал глухо.

- Там волки- мой голос звучал жалко и пискляво.

- Это не люди, с ними договориться можно.

- Давай пойдем в дом, за закрытыми дверьми спокойнее.

-Подожди, - мужчина поднял голову к небу. Половину луны закрыла туча. – Завтра полнолуние.

-Пошли в дом – я практически шептала.

Вой волков раздался левее и ближе. И тут Борз завыл в ответ. И волки умолкли. Я бросилась бежать, чудом вырвав руку из захвата. Но захлопнуть дверь не успела. Борз ввалился следом за мной. Я метнулась в комнату и забилась между стеной и печью, выставив нож перед собою.

Услышала как захлопнулась дверь и звякнула щеколда. Мужчина не торопясь вошел в комнату и медленно направился ко мне.

- Дашшш-я, тебе меня бояться не нужно. Я не страшный.

- Не подходи ко мне! Ты с волками говоришь!

В ярком лунном свее черные глаза сверкнули как то по особому. Мужчина, неуловимо переместился ближе.

- Не подходи – рука с ножом дрожала.

- Дашшш-я, выслушай меня, да я говорю с волками. Я их понимаю.

- Как? – опешила я от ситуации.

Борз молниеносно дернулся ко мне, перехватил руку с ножом, и надавив на кисть заставил выронить его. Потом дернул на себя и крепко прижал, не давая пошевелиться.

- Я все объясню, обещай выслушать!

Я замычала, что то нечленораздельное, извиваясь в его руках. Этакий колобок в руках огромного волка. Мои бока стиснули сильнее и подняли до уровня его глаз.

- Дашшш-я, сейчас мы вернемся в кровать и спокойно поговорим. Да?

- Ддда, - только и смогла кивнуть я.

Меня донесли до кровати и уложив под стенку прижали собственным телом.

- Ну вот, теперь ты никуда не сбежишь.

Меня била крупная дрожь, по моему даже зубы выбивали дробь.

-Даша, успокойся и выслушай. Я понимаю волков! Я вырос у деда, в горах, он и имя мне дал, оно как раз в переводе и означает – волк. Маленьким мне было лестно такое сравнение с этим сильным и смелым зверем. Я наблюдал за ними, за их повадками, за звуками, которые они издают. И научился немного имитировать их вой.

Было страшно, но что-то в его словах было похоже на правду.

-Даша, ты меня услышала?

Я кивнула, горло сдавило спазмом, говорить не могла.

- Ну вот и хорошо, моя маленькая. -и губы мужчины стали собирать слезы с моих щек.

-Чшшш, -успокаивающе шептал мужчина, а его руки чертили непонятные узоры на моей спине.

В какой то момент, я перестала отталкивать его, а сама крепче обняла его за шею. Это безумие, но оно мне нравилось. Борз подмял меня под себя ,и теперь его губы поочередно играли с моими сосками, то покусывая, то ласково обводя языком. Руки удерживали мои, но я и не думала сопротивляться. Тело предательски выгнулось, с губ сорвался стон, и Борз тут же перевернулся на спину, усадив меня как наездницу. Обхватил своими ручищами мои бока и начал задавать наш темп. Я подчинялась полностью и безоговорочно, я льнула к его рукам, которые все время возвращались к моей груди, своими вцепившись в его плечи, даже не задумываясь, что могу разбередить его рану. Да и его, похоже это не заботило. Когда я в изнеможении свалилась на его влажную грудь, меня крепко стиснули в объятьях, не давая рассоединиться нашим телам. Рука нежно отвела мою влажную прядку за ухо, потом это самое ухо нежно прикусили и Борз шепнул:

- Спи.

И я провалилась в глубокий сон до самого утра.

А утром на крыльце меня ждал сюрприз в виде волка и двух заячьих тушек.

Орала я знатно, как не орала, неверное, уже целую вечность. Я ору, волк сидит, терпеливо подергивая ушами и всем своим видом показывая, что мой ор его слегка раздражает, тушки невинно убиенных зайцев, лежат между мною и волком.

Борз выскакивает из дверей, замирает на секунду, а потом просто зажимает мне рот ладонью. Все что могу делать – это вращать глазами и размахивать руками. Правда, ростом до ветряной мельницы все же не дотягиваю.

- Даша замолчи – это мне.

Рывок и я оказываюсь у него за спиною. Борз делает шаг вперед, поднимает зайцев, волк наклоняет голову уходит. Повеселевший мужчина весело насвистывая возвращается в дом.

Я, открываю как рыба беззвучно рот и как сомнамбула следую за ним.

- Видишь, Дашшш-я, как нам повезло, сегодня каша с мясом будет. – он поворачивается ко мне, стоящей у входа.

- А он – только и выдаю я -, а ты, а как это? Это что?! – срываюсь на крик.

- А он, а ты, а мы кушать будем готовить, -издевается Борз. – ты тушки разделывать умеешь?

Отрицательно качаю головой.

- Не умеешь? Ну значит варить будем со шкурой, или ты предпочитаешь запечь в шкуре?

Борз издевается, а я ищу глазами, чем бы в него бросить.

- Ладно – смилостивились надо мною, - я разделаю, где тот тесак, с которым ты ночью бегала?

Молча показываю на пол, как уронила, так там и лежит. Борз подхватывает нож, берет котелок, тушки и выходит из дома.

Начинаю опасаться за свое здоровье. Психическое, в смысле. Видать события прошедших дней, да еще и головой, наверное, знатно приложилась. В общем у меня видения. А может, здесь грибы какие растут, хитрые, да надышалась я от незнания. Точно, грибы и головой приложилась. Вот сейчас выйду з избушки – а там Борз вещи снимает, которые должны высохнуть. Вот, точно, - вещи. И я отправляюсь снимать сухое белье.

В дверях сталкиваюсь с Борзом. У него в руках котелок, а в нем куски мяса, залитые водой.

- Вот, держи. Ставь на печь. Варить будем.

- Не могу, я брежу, а в бреду никто не готовит. – и двигаюсь к выходу.

- А ты куда?

- Белье снимать. Оно должно уже высохнуть.

- Ага – мужчин поставил котелок на печь и подбросил дров. – значит в бреду готовить не можешь, а белье с веревки снимать это нормально?

- Не знаю, - я пожала плечами и вышла на улицу.

Бред был уж очень натуральный, с красками, запахами, звуками. Сняла белье, и стараясь, не скатиться в истерику вернулась в дом. Нарочно аккуратно сложил все в сундук и села за стол, сжав руки в замок и вытянув их перед собою на столе.

- Даша, - Борз нагнулся надо мною, заслонив окно. – Ну чего ты? Ну принесли нам зайцев, в благодарность, что я с ними поговорил. Ну не впадать же из-за этого в панику?

- То есть, если я вечером повою на луну, то завтра нам принесут оленя?

- Нет, в крайнем случае, кабана, олени здесь не водятся.

- То есть если я вечером повою на луну, то завтра нам принесут кабана?

- Нет, кабана принесут, если повою я. А ты хочешь кабана?

- Я с ума не хочу сходить.

- Так не сходи, тебя ж никто не заставляет. Ну чего ты, маленькая, или ты зайчатину не любишь?

- Не знаю, я ее никогда не пробовала. – Мне казалось, что если я расцеплю стиснутые в замок ладони, то та дрожь, которая крупными волнами накатывала изнутри вырвется наружу, и в отдельно взятой охотничьей избушке будет землетрясение.

- Ну вот и попробуешь – большая и горячая ладонь накрыла мои сцепленные руки.

- Но это же не нормально!

- Что именно?

- Что волки приносят нам еду.

- А вываливаться из вертолета и остаться живой это нормально?

- Это нормально, я жить очень хотела.

- Ну, вот давай решим, что тогда ты жить хотела, а сегодня я есть хочу, тоже между прочим жизненно необходимое чувство.

Я еще немного посидел, прислушиваясь к своим тараканам. Но те забились по углам и пытались шепотом договориться со мною, чо все нормально.

Решив прислушаться к родным созданиям в голове, утвердительно кивнула Борзу, отобрала свои руки и направилась к печи, готовить. Кушать действительно хотелось.

После завтрака или обеда, это смотря как отсчитывать от солнц в зените, я устроилась на крыльце, погреться на солнышке, а заодно рассмотреть синяки, которые живописно украшали всю меня. Падения не прошли для меня даром. А такой регенерацией, как Борз, я не обладала. Болело все и везде. Правда банька сделала свое чудо, если бы вчера меня не попарили веником, то было бы намного хуже.

На крыльце появился Борз. Потянул мне чашку с кофе.

- Мы когда выбираться отсюда будем?

- Мы никуда не пойдем.

- Как это? – я аж привстала с крыльца.

- Мы подождем, когда нас найдут. Спать есть где, едой нас обеспечат…

- А нас точно будут искать? Вертолет то разбился в хлам.

- Точно будут. На мне часы с сигнальным маячком. Мои люди должны засечь сигнал. Так что, дело времени. Скажи, а почему ты меня спасла? – без перехода начал Борз.

Я задумалась. А вот не знаю я почему.

- Не знаю, действовала на автомате. У меня всегда так, в начале действую, а потом думаю. Испугалась я очень, вот инстинкты у меня и сработали.

- А можешь подробнее про свои инстинкты, а заодно и про кошмары твои ночные.

- Долгий рассказ – отмахнулась я.

- Так у нас времени валом. Ты рассказывай, я послушаю. Так время и скоротаем.

Притянул меня обратно на крыльцо, и устроил так, что я сидела, облокотившись о его грудь спиною.

Мы помолчали.

- Так что там с твоими инстинктами?

- Да все хорошо, с инстинктами. Просто молодость была бурной, наверное, как у всех в девяностые. Хотя ты ж не помнишь, ты маленький тогда был.

Борз ничего не ответил, но я прямо затылком почувствовала, что он усмехнулся.

- Ну вот в этой самой молодости я и научилась реагировать быстро и четко, а заодно уносить ноги по максимуму быстро. Я же говорила, что на практике была под Грозным на раскопках. А там и полевые условия, и военные действия. Только сразу скажу – я только драпать сносно умею, а вояка и медик из меня не очень.

- Ну почему не очень, меня вон перевязала, на себе тащила.

- Страшно было остаться в лесу одной.

- А рядом с раненым не страшно было?

- Ну, хоть есть кому пожаловаться, на свою судьбу – пожала я плечами.

Мы опять помолчали. Когда я уже решила перебраться, с крыльца в дом, Борз опять заговорил.

- А ночами, чего кричишь?

- Пять лет, как не кричу, а тут похоже благодаря тебя кошмар вернулся.

- Расскажи? Говорят, легче становится, когда кошмаром поделишься.

Вот столько лет прошло, столько врачей сменила, а трясет как тогда. Руки сразу становятся холодными и липкими. Как будто не прошло больше двадцати лет.

- А ты психолог дипломированный?

- Нет, - усмешка в голосе - я просто хороший человек.

От такого заявления я аж развернулась, чтобы посмотреть на этого самого хорошего человека. Светлосерые глаза смотрели серьезно.

- А, ну да. Это теперь, хорошие человеки расстреливают отдыхающих у клуба. А потом эти же хорошие везут к себе, насилуют, втягивают в какие то сомнительные игры?

- Да, мы хорошие человеки такие. Давай пока о тебе. Твои шрамы с твоими кошмарами напрямую связаны?

Хороший вопрос, главное во время заданный.

… Они появились ночью, тихо подойдя к нашей палатке. За ноги выдернули, лежавшую у самого выхода Ольгу. Ее крик оборвался внезапно и страшно. Девчонки устроили визг. Мне повезло, я была практически у стены, поэтому, поднырнув под натянутым брезентом, какое счастье, что пол не был закреплен, бросилась в темноту. Судя по звукам одиночных выстрелов, ребят, которые нас охраняли – уже нет. За спиною только крики девчонок.

Нас вывозили, обещали утром переправить домой, но не успели. Наш палаточный лагерь не уцелел. Бегу в горы. Сама не знаю, зачем, но это шанс. Шанс спрятаться, пока темно. Даже не задумываюсь над тем, как буду выживать. Страх, липкий, давящий гонит подальше от лагеря.

Уж не знаю как, но мое отсутствие обнаружили, и пошли за мною, безошибочно определяя, в какую сторону рванула я.

Потом была бешенная гонка, и я ничего кроме собственного сердца не слышала. В конце концов забилась то ли в расщелину, толи в небольшую узкую пещерку и затаилась. Мои преследователи о чем то долго переговаривались низкими гортанными голосами, потом раздалась автоматная очередь, а потом в мое укрытие прилетела граната.

Как меня не разорвало полностью, или не засыпало камнями – не знаю. Но окровавленную, прибитую камнями, меня к вечеру следующего дня нашли бойцы. Потом был военный госпиталь и очень долгая череда реабилитаций. Долгие сеансы у психологов. Из всей нашей компании, выжила тогда только я. Но даже сейчас, видя представителей этой национальности я впадаю в ступор. И угораздило ж меня опять перейти дорогу грозным парням.

- Я же тебе говорил – рядом со мною тебе бояться нечего.

Вот блин, я что, вспоминала вслух? Ёлки-метелки, попыталась отстраниться, но мужские руки крепче прижали меня к груди.

- Чшшшш, раз из вертолета выбрались, то теперь все будет хорошо.

Ага, как же, будет. Мне вон прямая дорога в дурку. Ну, нельзя одновременно бояться, ненавидеть и хотеть мужика. Даже не знаю, какое чувство сильнее. В общем, привет Стокгольму.

Какое-то время мы опять просидели молча, потом Борз отстранился, поднялся на ноги.

- Маленькая, побудешь немного одна. Я пойду на мамонта поохочусь.

Сидела и таращила глаза. Какой, нафиг, мамонт?

Борз улыбнулся в очередной раз, и помог подняться мне.

- Не скучай, я не долго.- И подтолкнув меня к дверям в дом, сам скрылся в лесных зарослях.

Интересно девки пляшут. Он что, заговоренный?

В пустом доме, хоть и крохотном сразу резко почувствовалось одиночество. Сразу стало страшно, зябко, не смотря на практически летнюю погоду. Вмиг разболелись все синяки и ссадины, все-таки прыгать без парашюта это вам не фунт изюму.

Доковыляла до двери, и опустила щеколду. Не так страшно. Хотя если кому-то приспичит высадить дверь – то это проблемой не будет.

Вернулась в кровать и свалилась в нее мешком. Натянув одеяло до самых ушей, лежала и надеялась, что тепло уменьшит боль. Пить обезбаливающее не хотелось. Вот интересно, падали мы вместе, ветки на деревьях считали вместе, ему даже больше досталось, когда я его волокла. И что имеем в сухом остатке? Я старой побитой развалиной лежу в кровати, а он за мамонтом умотал. Так за мыслями о несправедливости этого мира я и уснула.

Проснулась, когда солнце близилось к горизонту. Но зато выспалась и тельце мое, почти не болело. Подруга-паника явилась моментально. Борза до сих пор не было. Побегав по комнате, решила топить баню. По любому после нее легче, да и занята работой буду. Тут и организм о себе дал знать, пресловутый будильник кашпировского работает безотказно.

Отбросила щеколду, открыла дверь, шагнула на порог, и тут же влетела обратно. Метрах в трех от ступеней лежал, мордой к дому, волк. Самый настоящий серый волк.

Приоткрыла дверь так, чтобы в образовавшуюся щель волк, был виден, и стала за ним наблюдать. Лежит, гад, только ушами подергивает, да внимательно в мою сторону смотрит.

- Уйди, гад. Со мною сейчас несчастье случится!

Гад как лежал, так и продолжал лежать. Ну что за непруха. Может отвлечь чем? Или прикормить? Точно, как там, у Джека Лондона Белого Клыка приручали? Но там, правда, он около месяца его обхаживал. Нет, месяц я точно не выдержу… Еще минут двадцать и мне будет абсолютно не стыдно сделать лужу прямо в доме.

Что я хотела? Приручать? Будем по ускоренной методе – прикармливать. На печи остатки от зайцев с кашей. Каша точно не пойдет, а вот заяц, думаю, ему должен понравиться.

Взяла кусок побольше и поплелась к дверям.

Приоткрыла дверь, волк лежал на месте.

- Эй, серенький!

Животинушка заинтересовано поднял голову.

- Акелла, или как там тебя? Давай договоримся? Я тебе кусочек мяса, а ты меня выпустишь и есть не будешь.

Даа, Дашка, «Кащенко» по тебе плачет, или «Сабурова дача». Еще чуть-чуть и они подерутся из-за такого перспективного пациента. Но они далеко, а волк вот он, и будильник, чтоб его уже совсем разрывается.

Волк сел копилкой и внимательно наблюдал за мною.

- Вот смотри, я тебе мяско сейчас брошу, да?

Меня можно селить рядом с Наполеоном, но волк мне кивнул.

Размахиваюсь и бросаю кусок зайца волку. Тот с минуту рассматривает мясо.

- Бери, гад серый! Я больше терпеть не могу!

Волк с укором посмотрел на меня, и взял кусок в зубы.

Я осторожно спустилась на одну ступень. Оставив дверь, на распашку, чтобы можно было быстрее юркнуть в дом, не спускаю с волка глаз. Гад серый, сидит с куском в зубах и внимательно смотрит на мои ужимки.

Спускаюсь с крыльца. Волк с интересом смотрит. Хоть бы интерес был не гастрономическим. Делаю два шага в сторону кустов.

Волк издает рычание.

- Да чтоб тебя! – не выдерживаю – мне в кусты надо! Потом сожрешь! Дай душу облегчить.

И не оглядываясь, уношусь в кусты.

Единение с природой принесло умиротворение в мою многострадальную душу. Выглядываю из-за куста – волк доел мясо и сидит смотри на меня.

- Надеюсь ты теперь не очень голодный?

Волк открыл пасть в улыбке.

- А вот зубами меня пугать не надо. Я Борзу пожалуюсь.

Волк прикрыл глаза лапой.

- Что, не надо?

Серый бросил на меня взгляд из-под лапы.

- Не буду, только не пугай меня. И держись на расстоянии нескольких шагов.

И волк опять кивнул головой.

Если выберусь отсюда, сама психиатру сдамся. Добровольно. Даже вещички соберу сама.

Волк наблюдал за моими передвижениями. Зашла в дом, взяла еще кусок зайчатины и вынесла серому. Второй кусок тоже благосклонно сожрали.

Решив, все-таки растопить баньку, подхватила ведра и пошла в сторону реки. Солнце практически сравнялось с линией горизонта. Красный круг отображался в чистой воде. Волк, следовал за мною на расстоянии трех шагов. Если захочет, вмиг меня настигнет, полностью к нему поворачиваться спиной боялась. Шла к реке в пол оборота.

Зачерпнула одно ведро. Поставила на берегу, взялась за дужку другого, и тут с рекой начала твориться чертовщина. Крупные рыбьи хвосты забили по воде, мутя ее. Над рекой пронеслись тоненькие глосса.

- Хозяин идет, хозяин!

И над водою стала всплывать огромная зелено-коричневая кочка, так во всяком случае мне показалось.

Волк взвыл, и прыгнув на меня, свалил на землю, перескочил и встал между мною и рекой. Я села на берегу, ноги стали как ватные. Показавшаяся над водою кочка, на проверку оказалась головой какого-то существа. На меня уставилась пара огненных глаз. Синие губы разлепились и оно пророкотало:

- Долг жизни отдай!

Волк взвыл еще сильнее. Я же вцепилась в дужку пустого ведра, так просто не сдамся, не для этого я с верхотуры прыгала и потом столько мучилась.

Невесть что, двинулось из воды в мою сторону.

- Кому должна, я всем прощаю, - на всякий случай прокричала я, пытаясь встать на ноги. Ноги же, к сожалению, абсолютно меня не слушались.

Волк твердо занял позицию между мною и рекой и то рычал, а то выл.

Глава 6

Встать не могу, поэтому, как ребенок отталкиваюсь ногами и на попе отползаю-отпрыгиваю подальше. Вцепилась в дужку ведра, как цепляется утопающий за соломинку. Так подпрыгивая на попе и громыхая ведром преодолела метр. Волк уже не воет, а просто глухо рычит и скалит зубы на чудо-юдо, выходящее из воды.

Внезапно появляются еще три волка, которые, как футболисты в стенке, закрывают меня, встав в ровную линию между мной и этим серо-буро-пятнистым. Волки, миленькие, вы только не подпускайте его ко мне. Я вам сама за зайцами охотится буду.

Послышался треск, как вроде ломают небольшие деревца, и на берег реки ворвался, другого определения нет, Борз. Но в каком виде - абсолютно голый и увеличившийся в разы. И так не маленький рост, казалось, стал еще больше. Плечи – шире, а мускулы как у бодибилдеров на соревнованиях.

- Остановись! – голос тоже на два тона ниже.

Чудо-юдо, повернуло голову в его сторону.

- Долг жизни забираю. Мое право!

- Твое, но она не плата! Она моя.

- Долг!

Борз стукнул кулаком по дереву, росшему на берегу. И это самое дерево вдруг рухнуло в реку, как вроде не ствол в две мои руки, а тоненький прутик.

- Я сказал, это моя женщина!

Чудо-юдо минуту рассматривало Борза и меня. Нехотя сделало шаг назад.

- Три луны у тебя есть, чтобы отдать долг жизни.

- Хорошо, я сдержу обещание.

Ужастик, сделал еще один шаг назад, не поворачиваясь к нам спиной, и нырнув, скрылся под водой.

Халк, бррр, Борз повернулся ко мне.

- Ыыыы – только и смогла выдать я.

Да ну нафиг. Никакие нервы это не выдержат. Мои уж точно. Кое-как перевернувшись и встав на четвереньки, раз уж толком на ноги подняться не могу, я бодро потрусила в сторону домика, волоча за собою ведро.

- Даша!

Я в ответ молча ускорилась. Ну, во всяком случае, сделала попытку быстрее шевелить конечностями. Мне надо в дом, под одеяло. С детства точно знаю – все ужастики бессильны против одеяла. Укроешься с головою, и все, тебя никто не найдет. Короче, в дом, в кровать. На голову подушку и одеяло.

Руки Халка-Борза перехватили меня в районе, где у нормальных баб талия, и меня подняли в воздух.

От страха зажмурилась.

- Даша, Даша, посмотри на меня! Все хорошо, он ушел, я рядом.

Ага, посмотри, сейчас. Я еще сильнее зажмурилась. Меня потрясли, ведро зажатое в руке загремело.

- Да брось ты это ведро! Чего ты в него вцепилась?

- Ыыыы – снова глубокомысленно выдала я.

- Даша – меня опять тряхнули – а ну открой глаза!

Приоткрываю один глаз. Передо мною черные глазищи Борза. Опять этот эффект. Вот как светлые глаза, могут так темнеть.

- Даша, это я. – и меня перехватили нормально на руки.

Ведро в моих руках мешало, но я с ним сроднилась.

Широкими шагами меня доставили до дома и усадили на крыльцо.

Понимаю, что так и сижу – один глаз открыт, другой зажмурен. Убивать меня вроде никто не собирается. Поэтому открываю и второй. Борз склонился ко мне.

- Ты – голый.

- Я в курсе. Времени не было одеться. Подожди, я сейчас.

Сижу и смотрю интересное представление. Борзу очередной волк притаскивает какой-то комок, на проверку оказавшийся джинсами и футболкой. Тот, делает шаг к нему, уменьшается в размерах и одевается.

Ко мне обернулся прежний Борз. Своих привычных размеров и со светлыми глазами.

Мужчина подходит ко мне, протягивает руку и пытается отобрать злосчастное ведро.

- Отдай.

- Не могу, рука не разжимается.

И тут на меня накатила дикая тошнота. Ведро оказалось очень кстати. Борз метнулся в дом, и вернулся с мокрым полотенцем и нашатырем. Из меня вышли не только все мои трехдневные завтраки-обеды-ужины, но и желчь. Во рту было противно и горько. Борзу удалось разжать мои пальцы и отобрать ведро. Не глядя, швырнул его подальше. Разломил ампулу и сунул мне под нос.

-Фууу, - я попыталась отшатнуться, но голова закружилась, и я чуть было не ткнулась лбом в порог, Борз успел подхватить меня. Он в очередной раз подхватил меня на руки, решив занести в комнату, но потом передумал и остался на крыльце, пробормотав, что здесь воздух свежий.

Уселся на ступенях и разместил у себя на руках. Влажным полотенцем вытирал мне лицо, приговаривая, что уже все хорошо.

- Даша, нам надо поговорить.

- А может не надо? А то у меня видения…

- Все с тобою нормально, просто выслушай меня. И не бойся.

- Я не могу не бояться.

- Хорошо, бойся, но не очень. В общем, Даша, я – оборотень.

Я хохотала, запрокинув голову, размахивая руками. Борз с трудом удерживал меня в руках. Истерика шла по нарастающей. Я всю жизнь думала, что истерички играют на публику, но вот свою собственную первую истерику я ни остановить, ни контролировать не могла. Смех толчками выходил из меня. Стоило мне сделать вдох, как новая порция смеха скручивала меня где-то в районе живота.

Ощутимая пощечина остановила мое ха-ха, на полувыдохе. Я захлебнулась собственным выдохом, и теперь просто открывала рот, как рыба на берегу. Борз прижал меня к себе, я сидела у него на руках лицом к нему. Эту позу очень любят фотографы, когда делают любовные фотосессии, я ногами обвивала его, а руки, вместе с остальною мною, были тесно прижаты к его торсу. Огромная ладонь практически впечатала мою голову к нему в плечо. Он раскачивался с небольшой амплитудой, и шептал где-то над моей головой, что все хорошо, все закончилось, просто я устала, вот немного отдохну и все будет просто замечательно. Постепенно я затихла в его руках.

Ночь уже полностью опустилась на тайгу, стояла тишина, причем не та, тишина, которая бывает в лесу, с потрескивание, шорохом, звуками, а абсолютная. Кроме голоса Борза не было слышно ничего. Темно и тихо. Если бы я не была в кольце его рук, если бы не тепло его тела, то паника нахлынула бы на меня с новой силой. А так, я просто уткнулась в него и расслабленно лежала. В голове было пусто, вот до звона. Ни одной мысли, и кроме полного морального опустошения, никаких чувств.

Тяжело вздохнув, Борз поднялся и понес меня в дом. Я как обезьяна обвила его руками и ногами и держалась крепко-крепко.

Меня аккуратно сгрузили на кровать и попробовали раздеть. Вернее стащить тунику, я же неизвестно почему вцепилась в нее, как в последний бастион. Борз потянул вверх, я потянула вниз, ткань затрещала.

- Ты же обещал ,что как в первый раз не повториться!

- Дашка, да ты что, я тебя просто уложить хотел. – мужчина даже отскочил от кровати.

- Дурында, спи - и мои глаза, как по команде закрылись.

Утро разбудило меня запахом печеного мяса. Я потянулась в кровати и перевернулась на бок. Борз колдовал у печи.

- Проснулась? А я тут завтрак сварганил. Вставай женщина – с сильным восточным акцентом поприветствовали меня.

Я еще раз вдохнула запах еды , и из кровати вылетела пулей, сдерживая настойчивые рвотные порывы. Перегнувшись, через небольшое ограждение ступенек, отдала последние запасы желчи, которые остались в моем организме, и в изнеможении уселась на ступенях крыльца. Уперлась головой в столбик, и пыталась прийти в себя.

По лицу кто-то прошелся шершавым языком. Открываю глаза и вижу волка в трех сантиметрах от меня. Еще раз получаю языком по щеке. Протянула руку и осторожно погладила волка. А ведь не так и страшно, особенно после вчерашнего. Притянула голову к себе на колени и уткнулась ему в лоб.

- Привет Акелла, спасибо за вчерашнее.

- Вообще-то, ее Раа зовут, и это девочка. – Борз опустился рядом со мною на ступени и протянул волчице кусок сырого мяса.

Пришлось отпустить животину, чтобы дать возможность поесть.

- Борз, а нам действительно надо поговорить.

- Поговорим – мужчина помолчал, какое-то время, глядя перед собой.

- Даша, пообещай, что выслушаешь.

- Обещаю.

Некоторое время Борз опять помолчал. Сидеть на ступенях стало совсем не уютно, но я терпеливо ждала.

- Я оборотень – наконец выдавил из себя - и нет, головою ни ты, ни я при падении не приложились, настолько чтобы бредить.

- Ага, а я Василиса – прекрасная.

- Нет, ты Дарья смелая.- Борз осторожно обнял меня.- или сильная, или оба эпитета сразу.

- Короче, Склифасофский, не надо лести, говори уж раз начал.

- Даш, а тебе не говорили ,что женщина не должна быть грубой?

- Слушай, а ты не в курсе, что женщин пугать нельзя, а у меня неделя сплошного стресса.

Точно, блин, неделя! У меня задержка на неделю и токсикоз! Да как же меня угораздило то? Неужели постельные упражнения не прошли бесследно.

- Даша, что? – Борз не мог понять выражение моего лица.

- Ничего. Не обращай внимания. Рассказывай, ты оборотень, я подруга оборотня, или пленница?

- Не веришь ты мне. А своим глазам веришь?

- Иногда.

- Ну вот вспомни, ты видела когда-нибудь регенерацию как у меня?

Я отрицательно покачала головой.

- Смотри, н мне заживает все как на собаке, я говорю с волками, они вон даже кормят нас. А мой вчерашний вид не вызвал у тебя вопросов?

- Я вчера у меня были видения на фоне стресса. Я много чего вчера видела.

- Даш, я тебе сейчас опять покажусь, только не истери?

- В смысле покажешься? В волка превратишься?

- Нет, в волка еще не могу, еще рана до конца не затянулась, а вот промежуточную стадию, как вчера, покажу.

Борз встал и начал снимать джинсы.

- А это зачем?

- Чтобы не разнести к чертям единственную одежду и с голым задом потом не ходить.

Джинсы полетели на крыльцо, а Борз начал стремительно превращаться в бодибилдера.

- Елки зеленые, и правда превратился.

-Даша, ты только спокойно, - и сделал шаг ко мне.

- Так, не приближайся ко мне в таком виде!

Борз стремительно принял свой прежний нормальный вид и натянув джинсы, опять устроился рядом.

- И что теперь? Ты волк, а вчера я водяного видела?

- Не совсем, ты Хозяина видела. Давай я тебе кратенько и по порядку расскажу.

Я только головой кивнула.

-Просто прими это как данность. Вот ты же атомы не видишь, но знаешь что они есть. Вот и другой мир существует. Как сказки появились? Люди просто не смогли объяснить то, что видели, вот в легенды, были и тд. и тп. все превратили. Мы всегда жили рядом. Но не всегда открыто. Есть и оборотни, и водяные и вампиры и много кого еще. Иногда из других миров к нам появляются. Но это редко, не очень нашу планету любят.

-И чем мы не угодили?

- Условностей многовато,- хмыкнул Борз, и продолжил. – Вот я принадлежу к наиболее распространенным кланам оборотней. Я из черных волков. Но как видишь, живу среди людей, даже бизнес веду, почти, по-человечески.

- Хорошо, я поверила своим глазам и твоим словам. А я каким боком к вам попала, зачем ты меня к себе притащил и таскаешь за собою?

- Когда ты праздновала свой день рождения, в клубе праздновали успешную сделку волки из серого клана. Они мне игру поломали, бизнес слегка надкусить попробовали, вот за ними мои люди и присматривали. Дело в том, что Игорь имеет одну слабость, танцует танго, и у него по слухам, любовница тоже прекрасный танцор, но ее никто не видел, по крайней мере из наших. А тут вы на танцполе устроили шоу, вот мои люди и решили, что это ты. Хотели тебя выкрасть да слегка припугнуть Игоря.

- Вы еще и людей похищаете – простонал я, уткнувшись лбом себе в колени.

- Редко, но бывает, это бизнес.

- Да к черту ваш бизнес! У меня из –за вас не только стресс но и переосмысление ценностей началось! Да что ж мне дома то не праздновалось!

Борз опять попытался обнять меня, после минутного моего брыкания, все-таки прижал к себе и продолжил:

- Только ошиблись. Оборотни своих женщин, пусть и человеческих не бросают. А тут вся команда просто свалила, оставив тебя и твоих подруг. Вот вас и подхватили и развезли по разным объектам. Тебя на всякий случай вместе с раненым ко мне доставили.

-С раненым? Да я же своими глазами видела, после таких ранений не живут!

- Да что с ним сделается, отваляется подольше чем я, и в норму придет. Оборотень. Жаль только, моего информатора раскрыли, нужно его теперь прятать у себя в клане. А вот ты как раз интерес вызвала. Своей реакцией. Сидишь связанная, в незнакомом месте, а глазами сверкаешь, как королева в гневе. Когда развязали, стала указывать, что делать.

-Это у меня реакция такая от страха. Меня сын воинствующим хомяком называет. Я когда испугаюсь становлюсь отчаянной.

- Воинствующий хомяк? Смешно, нет ты не хомяк. Я еще не решил, с кем тебя сравнивать – голос мужчины зазвучал ласково.

И тут меня как обухом по голове. Девчонки, блииин, что с ними.

- Борз, - я повернулась к оборотню, прости Господи, что так скажешь, лицом – а что с девчонками? – от накатившего страха внутри все заледенело.

- Отдыхают твои девчонки. Память им слегка подправят, вернуться в твердой убежденности, что познакомились в клубе и умотали отдыхать на несколько дней. Вернуться.

- И что с ними будет?

- Да ничего, все будет зависеть, от их выбора. И выбора их сопровождающих. Если что, просто останутся хорошие воспоминания.

- А как это память подправят? Что вы им колоть надумали?

- Даша, никто ничего не будет колоть. У нас дар – можем работать с памятью людей, оставлять только то, что мы хотим. Это сродни гипнозу.

- И мне мозги подправишь?

- Тебе – нет. Незачем.

Вот не хорошо это как то прозвучало, настораживающее.

- А меня они тоже забудут? – почти прошептала. – Почему, они отдыхают а я непонятно где.

- А ты встретила свою большую любовь и удалилась с ним.

- А я встретила свою большую любовь?

- Еще как. – голос звучал серьезно – Я как увидел тебя испугано-взъерошенную, но при этом не сломленную, так сразу понял – хочу, моя. Весь день сам не свой ходил даже напился, а вечером не сдержался, настолько, что даже не понял, как метку свою на тебе поставил.

- Что значит метку?

- Укус. – Борз помолчал. – Даша, я тебе только что в любви практически признался. А ты?

- А что я?

- Я тебе нужен? Тебе же со мною в постели хорошо? Я чувствую это.

Сказать, что я была ошарашена, это ничего не сказать.

- Борз, любовь это не только постель. Это нечто большее. Я не готова тебе сейчас ответить. Только не стирай мне память.

- Не буду – мужчина уткнулся носом мне в затылок и сильнее прижал к себе. – Я хочу чтобы ты все помнила.

Мы помолчали.

- Скажи – вернулась я к животрепещущей теме - а вчера…

- А вчера была твоя встреч с Хозяином.

- С чьим хозяином?

- Не с чьим, просто с Хозяином, эта часть лесных вод его. Лет десять назад он очень мне помог, практически спас, и я дал ему клятву долга жизни.

- И то это за клятва? Любимых баб ему отдавать?

Борз отпустил меня и просто сел ядом только плечом слегка касался меня.

- Понимаешь, в моем мире существуют свои порядки, есть своя градация, есть то, что вы называете магией или волшебством. Хозяин – это тот, без кого часть этой земли просто пропадет. Как хранитель. Им может стать любое существо. В данном случае, он когда-то был водяным. Если кратко – он мне помог и за мною долг. Долг жизни отдают частью своей крови и жертвой или самого дорогого или врага, в общем, того, к кому испытываешь сильные чувства. Когда ты меня тащила по воде, моя кровь попала к Хозяину, ну а что я к тебе чувствую, я уже сказал, вот он и пришел забрать. Только я тебя не отдам. Он трое суток дал, я придумаю что-нибудь.

- Так чего тут сидим –то? - Быть чьей-то «данью за двенадцать лет» не хотелось. – уходить надо.

- Не сможем мы уйти, даже меня кругами водить будет, и опять сюда вернемся.

Борз вдруг поднялся и плюхнулся передо мною на колени. Уткнулся лбом в мои ноги:

- Даша, я тебя не отдам. Верь мне.

Как тут не вспомнить классику: «старо предание, да верится с трудом». Но я запустила руки в его волосы и промолчала. Борз поднял лицо, трехдневная щетина делала его лицо еще более зверским, но в тоже время более привлекательным.

- А ты когда выздоровеешь окончательно, превратишься в волка? - и сама поразилась как легко дался мне этот вопрос.

Если бы кто мне раньше сказал, что взрослая сорокапятилетняя женщина, прошедшая все прелести девяностых и становление нулевых, будет на полном серьезе спрашивать мужчину – превратится ли он в волка, - я бы посоветовала ему хорошего психиатра. А тут сижу, и как ни в чем ни бывало спрашиваю, и на полном серьезе жду ответа.

- Да, покажу, и буду в образе волка бегать за тобою, дай только выбраться из всех наших передряг.

- Всех? А их много?

Борз усмехнулся:

- А ты разве забыла ,что еще киллер есть, да и ребята из вертолета никуда не делись. Но я тебе обещаю, со всем разберусь. А пока, пойдем ,я тебя покормлю.

И поднявшись, увлек меня в дом.

- Ты хотела мясо кабана – вот добыли. Держи – и мне в тарелку плюхули приличный запеченный кусок.

Не смотря на утреннюю тошноту, аппетит не подвел, и вскоре я уминала мяско с превеликим удовольствием.

Вдалеке послышался шум, который обычно издают вертолеты. Не донеся очередной кусок до рта, я замерла. Борз сделав предупреждающий знак, замер у окна. Он встал так, что с улицы его разглядеть было нельзя. Вскоре над заимкой завис вертолет. Не такой, в котором летели мы, гораздо больше. Места для посадки не было, и с вертолета сбросили веревочную лестницу. Борз вооружился тесаком, но потом принюхавшись, расслабился и пошел в сени.

Из вертолета, по лестнице спустились вниз трое человек. Среди них, я узнал Равшана, это он караулил меня в торговом центре. Ну хоть одно знакомое лицо.

Борз шагнул к ним навстречу. Мужчины обнялись и заговорили на своем языке. Ну вот ведь гадство. Не могли, что ли по-русски? Чтобы и я понимала. Пообщавшись какое то время, мужчины направились в дом. Первым вошел Борз, з ним Равшан и двое прилетевшие с ним. Хотя как по мне то все они были как двое из ларца, одинакова лица. Трехдневная щетина делала их похожими.

Рвшан войдя в дом, опустился передо мной на одно колено, и ударил себя кулаком в грудь, склонив голову.

- Борз, чего это он?

- Даша, это он благодарит тебя за мое спасение и клянется в верности, как моей женщине.

Равшан, встаньте – только и смогла выговорить я.

Мужчина кивнул, и поднялся. Следом это же проделали и остальные.

- Гиви,

- Радик – представились они.

- Очень приятно, – ну не знаю, что говорить в таких случаях, поэтому ограничилась обычной формой вежливости.

Борз устроился столом, Мужчины расселись, кто на лавке, кто на табуретах. Я устроилась на кровати.

Мужчины опять заговорили на своем языке.

Через пять минут я не выдержала:

- А не могли бы вы говорить на понятном для меня языке? Или у вас стратегический совет и не моего ума дело все понимать?

- Извини – Борз виновато улыбнулся. – не подумали.

И дальше разговор пошел на родненьком русском.

Как следовало, из рассказа Равшана, когда с нами прервалась связь и вертолет затерялся, тут же были организованы поисковые работы. Вначале нашли обломки вертолета, но тел наших не было, и возникла надежда, что мы живы. Поиск затянулся из-за того, что не сразу поняли, что вертолет упал уже без нас, и когда догадались включить поиск по сигналу от часов Борза, то поняли, что объект движется, так на нас и вышли.

После рассказа Борза, о том, что то я выволокла его из падающего вертолета и тащила на себе – мужчины стали глядеть на меня с уважением.

Глава 7

- Ну что, я вызываю вертолет – Равшан хлопнул себя по коленям – Твоя женщина поднимется по веревочной лестнице? Вертолету здесь не сесть.

- Похоже, что моя женщина поднимется не только по лестнице. Но не улетим мы. Ни я, ни она.

Равшан удивленно вскинул бровь. Гиви и Радик молчали, но были не менее удивлены.

- Долг жизни нас здесь держит.

- Каким образом, твой Долг жизни стал актуальным сейчас? Ты провел обряд приношения крови? – Равшан начал спадать с лица.

- Нет, просто когда Даша тащила меня на себе, то несла меня с помощью воды. Естественно кровь из раны попала в воду. Ну, а по поводу Даши – сам сказал – это моя пара. Вот Хозяин и явился. У меня три ночи, чтобы решить эту проблему.

В комнате повисла тишина. Ее можно было потрогать руками. Такая тяжелая, осязаемая тишина. Мужчины отводили взгляд. А у меня возникло устойчивое чувство, что вот прямо сейчас меня в жертву и принесут. Вот тебе Даша и приключения ко дню рождения. Интересно, а этот Хозяин меня живьем жрать будет, или ему мой трупик нужен?

Наверное ход моих мыслей был яркими красками разрисован на моей физиономии. Борз посмотрел мне прямо в глаза.

- Даша, запомни раз и навсегда, - я тебя не отдам. Ни в счет долга, никому другому.

Ну, поглядим. Не хотелось бы ни на что намекать, но первая ночь приближалась. А их у меня всего три.

Равшан кивнул и поднялся. За ним поднялись и остальные.

- Я понял, попытаюсь у старейшин что-нибудь выяснить. С вами остается охрана.

И по рации, связался с пилотом. Через десять минут Равшан, болтаясь в воздухе, поднимался в вертолет.

Вздохнув, отправилась готовить. Война войной, а обед по распорядку. Мужиков у меня прибавилось в едоках, так что придется попотеть у печи. Борз с охраной вышли из дома и о чем-то совещались. В очередной раз выглянув в окно я так и застыла, забыв о каше с мясом, которые томились на плите.

Гиви и Радик снимали с себя одежду. Нет, я конечно знала, что подглядывать не хорошо, но в данном случае цель и раздевания была понятна – мужики готовились к обороту. Крупные, мускулистые, они даже без штанов вызывали чувство глубокого опасения. Кивнув Борзу, они подпрыгнули в кувырке. И главное прыгнули люди, а приземлились – волки. Два огромных волка. Постояв с минуту, она разбежались в разные стороны.

Борз подхватил их вещи и направился к дому.

Скрипнула дверь и оборотень, теперь я точно верю своим глазам, вошел в дом.

- Даша, это первый и последний раз, когда ты таращилась на других мужчин!

- Я не таращилась! Я любопытствовала.

- Вот только потому, что сам не могу пока обернуться, я и позволил тебе любопытствовать.

Слово, любопытствовать, Борз выделил интонацией.

- Запомни, если еще хоть раз, будешь любопытствовать – то эти мужчины погибнут. Ты моя женщин, моя пара! И если не хочешь быть причиной гибели не виновных, то так любопытствовать ты будешь только со мной!

- Вот скажи, зачем так кричать? – я швырнула на стол ложку, которой помешивала еду. – Я все поняла! Мне если толково объяснить, то я все понимаю. Шаг в право, шаг в лево – и расстрел, прыжок на месте расценивается как провокация. Вот только кто тебя дал право распоряжаться мной? Видите ли я его женщина! Щаззз! Если я занималась с тобой сексом, то это не значит, что я к тебе привязана на веки вечные? Секс, если ты не знаешь – вообще ни к чему не обязывает!

Борз, преувеличенно аккуратно, сложил вещи у входа, и плавно сделал шаг в мою сторону. Я бы сказала – перетек. Миг и я болтаюсь в его руках.

Мужчина поднял меня до уровня своих глаз, и не давая отвести глаза, очень тихо, и от этого не менее страшно вынес вердикт:

- Ты, моя, женщина. Моя и ничья больше. Нравится тебе это или нет. Но ты – моя. Давай выберемся отсюда, и тогда спокойно все обговорим. А пока – пытаемся решить нашу проблему и не спорим!

Болтаясь в воздухе, я кивнула и тут же зажмурилась. Уж очень убедительно серые глаза вдруг стали черными.

Болтаться в воздухе надоело через минуту. Осторожно открыла один глаз. Борз рассматривал меня с нескрываемым любопытством.

- Опусти на пол, пожалуйста. Что за привычка меня в воздухе болтать?

Борз хмыкнул, но на ноги поставил. Глаза опять стали серыми.

- А может мне нравится тебя в руках держать?

- Вот видишь ли, разница в том держать на руках и держать в руках, это как разница между вот тебе и на тебе.

Я направилась к печи, сняла кастрюлю и перенесла на стол.

- Вообще то я рассчитывала и на твоих людей, когда готовила.

- Вернуться – поедят, – Борз придвинул к себе тарелку.

Отсутствием аппетита мужчина явно не страдал.

Я утроилась напротив, и положив локти на стол, подперла ладонями щеки. Есть по прежнему не хотелось.

- А ты, почему не ешь? – на меня опять обратили внимание.

- Не хочется, напробовалась, пока готовила – слукавила я. – потом поем.

При мысли о еде опять подкатила тошнота. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов. Борз с подозрением уставился на меня.

- Даша, с тобою все в порядке?

-Нет, конечно. Считай неделю не в порядке. Но я без претензий. Мир прекрасен и удивителен.

Борз хмыкнул и отставил тарелку.

- Спасибо, было вкусно.

- А можно тебя попросить? – я кусала губы, но просить было нужно.

- Попробуй? – Борз вскинул бровь.

- Вымой посуду сам? Я к этой реке, не подойду, ни при каких условиях. И вообще теперь к водоемам не пойду.

- Конечно, ты не волнуйся, я все возле воды сделаю сам. Но ты не бойся, тебе, как решим проблему, нечего будет бояться воды.

- Ага, как же… так и кажется, что сейчас из чайника появится рука, помашет пальцем и прозвучит «Доложок!»

- Спокойно, три ночи никто не напомнит. Сиди в доме, без меня не выходи.- И собрав посуду, отправился к реке мыть.

Я же заметалась по комнате.

И так, что мы имеем? А имеем мы то, что имеют нас. Причем по полной и магически. Первое – на Борза открыта охота, имеем два факта – киллер-тень и стрелок из вертолета. На меня теоретически может охотится киллер, как за ненужным свидетелем, но он меркнет перед чудой-юдой Хозяином и его требованием Долга. Вот кем-кем, а агнцем жертвенным быть не хотелось. И вообще, ассоциация с овцой – меня не радовала. Ну не овца, я по жизни, я скорее обезьяна с гранатой.

Но тут вернулся Борз.

- Нам надо поговорить, о делах наших скорбных.

Борз чуть посуду из рук не выронил. Сгрузив все возле печи, промаршировал к столу, уселся и начал смеяться.

- Вот не вижу ничего смешного! – взвилась я.

- А я все ждал, когда же ты прекратишь бояться, и начнешь развивать бурную деятельность. Ответь сразу – за судьбу Хозяина стоит опасаться?

- Если будешь продолжать надо мною издеваться – то и за свою тебе придется не только опасаться, но и бороться против меня любимой. Борз ну я же серьезно!

Мужчин перестал откровенно ржать над моими потугами разобраться в ситуации и вмиг став серьезным, спросил:

- Что именно тебя интересует? Отвечу на все вопросы, если знаю на них ответ.

- Твои люди выяснили, кто стрелял из вертолета?

- Да, там все шито белыми нитками. Наемники, нанятые моими недоброжелателями на этой территории. Утечку информации уже устранили. Адвокаты ведут переговоры на уровне угроз. У моей компании в любом случае шансов победить больше, а они нам такой козырь в руки дали – заказное убийство.

- Значит, в воздухе на тебя охотились люди? Они не знали, что тебя нельзя убить выстрелом?

- Не нельзя, а сложно. Мы оборотни более живучие. Но да, ты права охотились люди.

- А наш ночной гость?

- Похоже тоже человек, из профессионалов. Вот по нему картинка не ясна.

- Он может искать нас и здесь?

- Если он киллер, то искать будет везде.

-Утешил. – я запечалилась.- тебе то хорошо, ты практически Горец, я простая слабая женщина, которая не любит когда в нее стреляют.

Борз протянул руки, и вдернул меня из-за стола, пересадив к себе на колени. Ну никак я не привыкну к его силище. Пришлось визжать с непривычки.

- Думаю до этого не дойдет, нам бы с Хозяином разобраться. А дальше, разберемся с твоим киллером.

-Минуточку – вскинулась я – не с моим, а с твоим, попрошу не путать божий дар с яичницей.

- Ну и кто у нас кто? – прищурился Борз.

- Нууу, уточнять не будем, Тепрь объясни, что с твоим Хозяином?

- Не с моим, а с Хозяином здешних земель, не путай. Равшан отправился к совету старейшин, может что-то нароет, а если нет, я буду настаивать на замене жертвы или на поединке между ним и мною.

Рыцари, блин… поединки у них, долги жизни, и это в век высоких технологий.

Устроившись у него на коленях поудобнее попросила немного провести ликбез по его миру и его правилам.

Ликбез затянулся практически до вечера. Борз рассказывал, а я то сидела и внимательно слушала, то бегала по комнате, размахивая руками, в конечном счете прихватив кастрюльку с кашей начала задумчиво ковыряться в ней, не забывая запихивать кашу в рот. Борз рассматривал меня как чудную зверушку.

- Что? – оторвалась от кастрюльки я – я когда нервничаю, кушать хочу.

- Да кушай, кто мешает, просто у тебя вид такой обалдевший. Намного обалдевший, чем когда я в первый раз тебе признался в том, что я оборотень.

- А ты бы на моем месте не обалдел? Скажи спасибо, что я с ума не сошла.

- Спасибо.

- И нечего издеваться, у меня до сих пор такое чувство – что все происходящее со мною это сон или глюки, от очередного коктейля.

- Не сон и не глюки – реальность это. Просто прими ее и все.

Борз прислушался, и минуты через две в дверь протиснулись волки –оборотни. Борз подхватил их одежду, и пригрозив пальцем , чтобы не подглядывала, вышел с ними на улицу.

Подумаешь, не очень то и надо. Хотя интересно.

Через некоторое время мужчины вернулись в дом. Я пошла разогревать еду. Моя стряпня был одобрена. Правда ни слова никто при мне не произнес. Надо же, какие молчаливые да загадочные. Собрав посуду со стола я вручила ее мужчинам.

- Хоть убейте, - к воде не пойду. У меня фобия, на ближайшие сто лет.

Посуду забрали и отправились мыть. Со мною остался Борз.

Вдалеке послышался наростающий гул вертолета.

Борз нахмурился.

-Раньше завтрашнего утра вернуться не должен.

Мужчина метнулся к окну, и встал так, чтобы видеть двор, но при этом самому оставаться в тени.

- Даша, сядь на пол под стену, на всякий случай.

Я без разговоров опустилась на четвереньки и бодро потрусила к стене. Устроилась между кроватью и сундуком. Ежели что, так я и под кровать втиснусь.

Но вертолет просто пролетел мимо. Наверное какой-то рабочий плановый полет.

Когда гул вертолета затих, в дом вошли наши охранники.

- Вас видели?

- Нет, мы во время услышали шум, спрятались. – и на стол опустилась стопка вымытой посуды.

- Даша, поднимайся.

Вылезать не хотелось, здесь была хоть какая то видимость защиты. Но не позориться же, поэтому кряхтя выбралась из засады. Но далеко от кровати не отошла. Вернее на ней и устроилась, поджав ноги по-турецки.

- Как думаете, что за машина была?

В ответ только пара пожатий плечами.

Ближе к ночи я стала клевать носом. Борз, заметив мое шалтай-болтаистое состояние посоветовал лечь и уснуть.

- А вы?

- А мы подежурим. Спи, женщина, не бойся.

Как ни странно, но я уснула.

Разбудил меня солнечный луч, пробивающийся сквозь пыльное оконце. И тут же я сорвалась с кровати – в комнате никого не было. Вылетела на крыльцо и наткнулась на Борза. Он сидел на ступенях и щурился на солнце.

- Проснулась?

- А, да, проснулась а тебя нет, я испугалась.

- Не бойся, я рядом – Борз притянул меня за руку к себе и поцеловал в нос.

- А где?

- Территорию охраняют.

- Борз, мне бы в ближайшие кусты. – стесняться я перестала напрочь.

- Обуйся, и я тебя отведу – подмигнул мне мужчина.

Когда мы вернулись в дом, Борз намочил в воде край полотенца и протянул мне. Подходить к воде я категорически отказывалась. Я протерла лицо.

- Скажи, а эта хрень, она и в водопроводе живет?

- Нет, только в естественных условиях. – Борз понял меня с полуслова.

- Я хочу в цивилизацию – сморщила нос я.

- Я работаю над этим.

- Ага, я помню, еще два дня.

Стало сразу неуютно.

Опять послышался гул вертолета. На этот раз большая железная стрекоза зависла над домом, и по трапу спустился Равшан. Имя у него какое-то не чеченское, надо будет, потом уточнить. Борз вышел на крыльцо, приветствуя прибывшего. Вертолет сделал круг над поляной и улетел.

Войдя в дом, Равшан достал из рюкзака болтающегося за спиной два кожаных свитка.

- Тут нашли выход – по-русски, так чтобы поняла и я, произнес мужчина.

Борз развернул сначала один свиток, потом другой и мужчины склонились над ними. Я тоже сунула свой нос, но единственное, что поняла – это то, что я ничего не понимаю.

Борз шевелил губами и что то тихо бормотал. Равшан ткнул пальцем сначала в средину одного свитка, а потом в другой.

- Ну, не томите! – не выдержала я.

- Даша, не дергайся. Равшан привез описание одного обряда. И если мы правильно его поняли, то у нас есть шанс. Нам нужен камень-алатырь.

- Что вам нужно? Это же легенда и по легенде он находится в центре мира.

- Не совсем. Это общее название для священных камней. Один из них находится в шести часах бега на север. Даша, ты остаешься здесь с Гиви и Радиком. Мы с Равшаном уходим прямо сейчас. К полуночи мы должны вернуться.

Борз присел передо мною на корточки.

- Маленькая, ничего не бойся. Все будет хорошо. И не успела я возразить как мужчины вышли, снимая на ходу футболки.

Через десять минут в комнату заглянул волк. Я поняла, что это кто-то один из охранников.

- Кушать хотите? – обратилась я к нему.

Волк отрицательно качнул головой.

- Я не буду выходить из дома. - Волк утвердительно кивнул и постояв немного в дверях – вышел.

Выкурить меня из дома можно было только буквально – подпалив его. Я даже для естественных нужд приспособила ведро. Металась по комнате, не зная чем себя занять. Периодически выглядывала в окно, иногда замечала моих охранников. В дом они больше не заходили. Держались в зарослях поблизости.

Я постоянно подгоняла солнце. А оно, как на зло, зависло и очень медленно клонилось к закату. Самое паршивое – это ждать и догонять. Правда я могла бы еще дополнить список пунктом про абсолютное неведение в интересующем вопросе. Мне ведь даже не объяснили, что это за обряд такой. Зачем им этот камень. Опасно ли это. В общем, к вечеру я накрутила себя по самое не могу.

Когда стемнело, я не стала зажигать свечу. Просто забралась на кровать и вслушивалась в звуки, доносящиеся из леса.

В какой-то момент, утомленная ожиданием и страхами я уснула. Проснулась от нереальной тишины. Лунный свет заливал комнату. Было очень тихо. Осторожно, стараясь не скрипеть половицами пробралась к окну. Моих охранников видно не было. Да, наверное и не должно, во всяком случае, так себя я успокаивала, сползая по стене на пол. Тишина давила. Я на собственной шкуре почувствовала – что такое мороз по коже и волосы встали дыбом.

Внезапно послышался тихий хлопок, рычание и еще один хлопок. Кто-то взвизгнул. И что-то мне подсказывало, что это мой охранник. Осторожно, на четырех доползла до кухонной утвари и нашла нож. Сидеть в доме вдруг оказалось выше моих сил. Потихоньку направилась в сени. С максимальной осторожностью попыталась открыть дверь. Но эта зараз скрипела на всю тайгу. Поняв, что незамеченной быть не получится, я распахнула дверь и выставив нож шагнула в ночь. Задержалась на ступенях и тут кто-то перехватил мою руку и отобрав нож дернул на себя.

- Тааак, и кто это у нас тут такой бесстрашный? - шепот пугал больше чем крик.

Поднимаю голову понимаю, что второй раз вижу человека – тень. А этот то откуда здесь.

- Значит не ошибся я. И где твой спутник? – мужчина шептал растягивая шипящие, и от этого становилось еще страшнее. Кое как вывернувшись, бросилась прочь. Когда поняла, что бегу к реке, затормозила и рванула навстречу своему преследователю. Да что б вас всех! Борз, паразит, ты же обещал вернуться, где ты шастаешь?!

Мой преследователь слегка опешил, когда я повернула к нему, но исхитрился и поймал меня.

- Ты чего бегать надумала? – мужчина уже не шептал. От удивления перешел на полный голос.

Вот казалось бы худощавый, а в руках силища.

Я дернулась, пытаясь вырваться из его объятий.

- Да не дергайся ты, я уже понял, что ты одна. Пойдем в дом, а то тут в округе полно волков. Пришлось парочку пристрелить. У меня подкосились ноги, и если бы наемник не удерживал меня – то я бы упала на землю.

-Тихо, не падай, давай в дом, не нравится мне это место. Где твой спутник? Не мог он тебя бросить.

- Ушел, пробормотала я – но обещал вернутся.

- Ух, ты, - весело удивился мужчина – а ты не боишься? – и подтолкнул меня в сторону дома.

- Иди, не рыпайся, а то я нервный сегодня, не ровен час выстрелю.

И только сейчас я разглядела в его руке пистолет с какой то фиговиной, удлиняющей дуло.

Пришлось развернуться в сторону дома. И тут в лунном свете из кустов выпрыгнули два огромных волка, толкнув нас на землю. Мы покатились к воде. Памятуя, что к воде мне никак нельзя, я приложила все усилия, чтобы оказаться от реки как можно дальше. На четырех пытаясь отползти.

У меня за спиной слышались звуки потасовки. Оглянувшись, я поняла, что Борз уже в человеческом обличьи сцепился с киллером. И они катались практически в воде. В какой то момент мужчины отпрянули друг от друг. В лунном свете хорошо было видно лицо киллера, мужик хоть и не ожидал ничего подобного, но без паники, пытался достать Борза. Киллер стоял спиной к реке, сгруппировавшись для броска. Борз, абсолютно голый вдруг поднял руку в верх и прокричал:

- Хозяин, я отдаю тебе долг жизни, прими стоящего в твоих владениях!

За спиной у киллера взметнулись водоросли, и как мне показалось множество рук уцепилось в его одежду. Мужчина закричал, но мгновение, и он скрылся под водой.

- Долг принят – пронеслось над водой.

И все утихло. Как будто в воде не было ничего только что происходящего. Только тяжело дышащий Борз медленно поворачивающийся и идущий ко мне.

- Он застрелил Гиви и Радика – успела сказать я, перед тем как потеряла сознание.

Когда я открыла глаза, то оказалось что ничерта мне не приснилось, и весь этот ужас происходил на самом деле.

Я лежала в кровати, на лбу у меня красовался компресс из мокрой ткани. А рядом сидел Борз.

- Даша, маленькая, очнулась. - заросший и осунувшийся Борз очень мало напоминал того Борза, который встретил меня своем доме. На висках проступила седина.

- Борз, что теперь будет?

- Все будет хорошо. Мы сегодня улетим. Равшан вызвал вертолет.

-А ребята?

- Живы, ранены. Мы их перевязали. Теперь дело времени и врачей.

Я прикрыла глаз, чувствуя как шершавые пальцы нежно гладят меня по щекам.

Было еще совсем рано, небо только серело. Борз прихватил мой рюкзак, и крепко держа меня за руку вышел из дома. На крыльце лежали перебинтованные волки. Равшан сидел рядом.

- А почему они в таком виде?

- Потому что при ранении мы не можем совершить оборот. Даша – Борз развернул меня к себе, не выпуская руку. – Сейчас прилетит вертолет.

- Голубой?

- Что?, А, да… шутница. Сесть не сможет, тебе нужно будет подняться самостоятельно. Мы с Равшаном будем поднимать ребят на себе. Не струсишь?

Интересно девки пляшут. Я могу только вывалиться из вертолета и то в состоянии аффекта. А вообще я высоты боюсь, это так, на всякий случай.

Наверное все это было у меня на лице.

Борз внимательно рассматривл меня, ловя любые эмоции.

- Даша, я не смогу тебя поднять. Я понесу Гиви. Даша?

- А может я пешком пойду? Тут не далеко, всего то тысяч пять километров.

- Ты что, высоты боишься?

- Боюсь. – я переминалась с ноги на ногу.- А с некоторых пор я и летать боюсь.

И тут, как не странно, за меня вступился Равшан.

- Борз, мы ее на тросе поднимем, в амуниции парашютиста. Ты первым пойдешь с Гиви, потом сбросите трос, я здесь подстрахую. Втянете, потом я поднимусь с Радиком.

Борз помолчал с минуту, и кивнул. Мужчины стали сооружать импровизированные переноски для волков. Получилось как кенгурушки для младенцев. У Борза и Равшана, к спинам, простынями были примотаны, обнимая лапами волки. Я помогала, как могла, затягивая узлы и поправляя раненых.

Когда прибыл вертолет, и совсем не голубой, а зеленый, Борз первым уцепился за спущенный веревочный трап. С замиранием сердца смотрела, как он поднимается вверх, раскачиваясь на ветру. Когда он скрылся в вертолете, я сделала вдох, обнаружив, что все это время задерживала дыхание.

И тут из вертолета выбросили трос с какой-то упряжью. Иначе это не назовешь. Равшан помог мне закрепить все это, проверил ремни и махнул рукой.

Вот как падала вниз плохо помню. Тогда была цель – не грохнуться вместе с вертолетом. Но 5как меня поднимали – я запомню н всю оставшуюся жизнь.

Меня сразу замутило. Я порадовалась, что с вечера ничего не ела. И дернула же меня нелегкая посмотреть вниз. Да чтоб вас! Всех! Подняло-волокло-раскачивало!

- Мааааааамаааа! Спасите! Я больше не буду! Да что б вас всех так носили! Аисты недоделанные! - орала я, пока, меня поднимали.

Когда я в очередной раз набрала в грудь по больше воздуха, для очередного вопля, меня втащили в салон.

Не слишком вежливо устроили рядом с раненым волком.

- Лежи смирно – рыконул на меня Борз.

И стал помогать карабкаться Равшану. Когда все оказались в салоне, вертолет взял курс на Хабаровск.

Борз поднял меня с пола, снял упряжь и крепко обнял, усадив на колени.

Сразу по прилету, нас пересадили в самолет. Впервые в жизни порадовалась, что в самолетах такого класса есть все удобства. Не успели мы взлететь, как я ринулась в душевую, предварительно еще раз уточнив, не водятся ли какая чертовщина в трубах.

Выпав из душевого отсека, устроилась рядом с Борзом в кресле. Он сидел и пил коньяк. Отобрала бокал и залпом опрокинула в себя. Алкоголь на голодный желудок сделал свое дело и уже через пятнадцать минут я счастливо спала.

За пол часа до посадки, Борз меня разбудил.

- Как ты?

- По сравнению с Бубликовым – просто замечательно.

Борз усмехнулся краешком губ и взъерошил мне волосы.

Спускаясь по трапу, смотрела на родной город. Даже не верится, что каких то восемь дней назад я была совершенно другим человеком. С четко установленным графиком, с устаканенной жизнью. А сейчас все летело под откос. И нужно было принимать решение.

Работа психолога чрезвычайных ситуаций, часто заставляла меня ставить людей перед выбором. Подталкивать к нужным и правильным решениям. Себе же никаких советов я дать не могла.

Задержалась на последней ступени трапа. Борз, шедший впереди меня, оглянулся.

- Я хочу домой – выпалила я.

- Сейчас поедем, маленькая.

-Ты не понял. Я хочу к себе домой.

Борз замер, взял меня за плечи и практически согнулся пополам, чтобы заглянуть мне в глаза. Взгляд я выдержала. Глаза Борза стали пустыми и равнодушными. Мужчина медленно кивнул и отпустил меня.

- Как хочешь, маленькая.

Развернулся, и широкими шагами направился к джипу, стоящему на взлетной полосе. Я осталась у самолета. Борз дал команду своим людям, и ко мне устремились охранники.

Эпилог

Три дня я просто провалялась в кровати. Ничего не хотелось. Позвонила на работу, и наплела кучу небылиц, оформила отпуск задним числом.

Созвонилась с сыном, поняла ,что у него все хорошо, наврала, про испортившийся телефон и получила взбучку, что так долго не была на связи.

Подругам сбросила смс, в которых призналась в разбитом сердце и желании побыть одной.

И целых три дня просто провалялась на кровати, изредка совершая набеги на кухню, выпить кофе. Есть не хотелось. Тошнота была только один день. В день приезда. На меня навалилась апатия.

Вечером зайдя в ванную, уставилась на свое отражение. Как это ни странно, но выглядела я хорошо. За время приключений вес я не сбросила, но лицо осунулось. Глаза стали огромными, практически в пол лица, и пропали морщины. Я всегда выглядела на свой возраст. А теперь была как ровесниц Борза. Мне можно было дать лет тридцать пять-сорок. Интересно, это стресс так на меня повлиял или все-таки я беременна? Говорят, женщины в возрасте во время беременности молодеют. Решено, надо идти к врачу.

Созвонившись с докторицей, выяснила, что могу ее посетить завтра утром.

Ну вот все и выясним…

- Ну, что, милая моя, паника у вас напрасная. Вы не беременны. – доктор сняла перчатки – можете одеваться.

- А как же задержки и тошнота?

- Ну, в вашем возрасте такое бывает. Сколько вам? Сорок пять? Рановато конечно, но сейчас экология, стрессы… может что-то гормональное, я вам выпишу направление к эндокринологу. Может вы перенервничали? Хотя… - меня окинули заинтересованным взглядом. – Вид у вас цветущий, вы даже помолодели, на мой взгляд. Рецептом не поделитесь?

- Да просто в отпуск ушла и крем новый попробовала, я вам напишу производителя - улыбнулась я любопытной докторице.

Так, как пациентов кроме меня у нее не было, мы еще с пол часа поболтали, делясь секретами молодости и красоты. Вообще то врач она хороший, но уж очень любит поболтать. Наконец я откланялась и вышла на крыльцо женской консультации.

Стоя на верхней ступени, я жмурилась на солнце и решала, куда пойти. Известие, что я не беременна, даже не обрадовало меня. Почем то я была уверенна в обратном. Почувствовав взгляд, стала крутить головой, в поисках того, кто меня рассматривает.

Напротив консультации, нарушая все правила парковки, стоял джип. Прислонившись к капоту Борз не отрываясь смотрел на меня. Мужчина опять был в своем привычном образе. Выбрит, подтянут, брутален. Никакой тебе растительности на щеках. Стрижка – волосок к волоску. В целом имел образ мужчины, за которым штабелями укладываются романтические барышни.

Не прерывая зрительного контакта Борз подошел ко мне. Медленно, плавно, но как то неотвратимо. Мы оказались практически на одном уровне, так как я все еще стояла на ступенях.

- Даша, ты..

- Нет, - замотала я головой.

- Ты избавилась? – в глазах полыхнул гнев.

- Нет-нет, - зачастила я, - просто я не была беременна, в моем возрасте такое бывает.

Борз уткнулся своим лбом в мой. Мы так и стояли, соприкасаясь только лбами.

- Мне плохо без тебя. Поехали со мной? – голос звучал глухо.

- Зачем тебе обыкновенная женщина, к тому же я старше тебя…

- Даша – Борз прижал меня к груди с такой силой, что дышать получалось через раз.- Мне триста лет, триста. И ты не просто женщина, ты моя женщина. Моя, понимаешь? И я смогу это тебе доказать. Просто поверь мне.

Поверить хотелось. Очень. Я зажмурилась, и решила – будь что будет. Эти дни перевернули мою жизнь. Этот мужчина стал частью ее.

Я обняла его за шею, и прошептала:

- Я буду с тобой.

И в тот же момент меня подхватили на руки и закружили. Проходящие мимо люди улыбались. А я сидела у него на руках, уткнувшись в такое родное плечо. Борз зашагал к машине.

- Все, Дашка, летим в Европу.

- Зачем? – я даже отстранилась от плеча

- Женщина – играясь с кавказским акцентом, пропел Борз – как зачЭм? С сыном твоим знакомиться. Надо же у единственного мужчины твоего рода, просить твоей руки.