Тысяча островов: Юнга.

Глава 1. Лети вперед, наш бухлоход

- Саныч, ты что там делаешь? - крикнул Серега нашему старинному товарищу, который возился около пристройки, - Иди вещи грузить, за... утомил!

- Блин, Серый, ты реально хочешь попробовать вытянуть наш челендж "Сплав без мата"? Я тебя умоляю, он работает до первой бутылки водки... - хмыкнул Леха, неся ящик с упомянутой водкой на борт.

- Не, ну попробовать-то стоит. - пожал плечами Серега и обратился ко мне: - Иваныч, помоги мотор откантовать, тяжелый, скотина!

- Сейчас, иду, погоди. - ответил ему я и повернулся к жене:

- Ну все, лапуль, давай обниматься и езжай домой. Спасибо что помогла, довезла меня и вещи. Детей целуй, скажи, папка вернется через две недели. Варьку обними, скажи, папа привезет чего-нибудь интересного. Сашке скажи, рыбу привезу сушеную, много.

- Ты им это все уже обещал и так. А мне что привезешь? - сказал Света, шагая ко мне и обнимая.

- Придумаю чего-нибудь! - отмахнулся я, - В обиде не останешься!

- Я, Вить, уже на тебя обижена. И дети. Мы, вообще-то, во Вьетнам собирались ехать. А тут ты со своими дружками-алкашами и бухлоходом...

- Зая, мне уже сорок лет. Если я сейчас на бухлоходе с друзьями не схожу, я уже никогда этого не сделаю. Обещаю, буду брать любые дополнительные задачи и подработки, поедем к азиатам в ноябре, часть праздников захватим. Детишки в школе недельку прогуляют, но ничего, нагонят.

- Иваныч, епона мать! - влез Серега.

- Ну все, иди. Хорошего отдыха! - жена поцеловала меня в губы и легонько толкнула в грудь.

- Пока, моя хорошая. Скоро вернусь. - сказал я ей вслед и повернулся к Сереге: - Ну что ты орешь, иду же!

Вместе мы дотащили ямаховский движок с шильдиком "9.9" до воды и, с горем пополам, затащили на борт.

- Саныч, едрёны пассатижи, показывай, как крепить его! - рявкнул Серега.

- Погодь, чуток осталось... - ответил Саныч, отступая от таблички с бортовым номером и надписью "Бухлоходск".

- Саныч... Ты что, в ГИМСе плот зарегистрировал как "Бухлоходск"? Серьезно? Как? - возопил я, осознав, что именно он делал.

- Ха! Знакомства, Витёк! И, вообще-то, у нас по науке не плот, а катамаран. Ладно, тащите его сюда. Вот тут посадочное место, вот сюда два болта...

Через полчаса, загрузив все вещи и отвязавшись от пирса, мы стояли посреди палубы.

- Ну что, мужики! Настал этот час, когда мы, презрев опасности, отправляемся в путешествие...

- Короче, Склифосовский! - оборвал Саныча Леха, - Чтоб наш Бухлоход никогда не потонул!

- Ура! - поддержали его мы с Серегой, стукаясь бутылками пива и расплескивая пену. Я с жадностью припал к горлышку, поглощая холодный напиток, столь приятный после небольшой физической нагрузки. Саныч завел движок и поддал оборотов, выводя плот на середину реки. Мы начали свой заплыв, оставляя Серпухов позади.

***

- Саныч, мы как, докуда сегодня доплывем? - спросил я у нашего старшего товарища.

- Вить, дойдем! Ты давай уже, привыкай! Сам почти матросом заделался! Ну, до Пущино, думаю. Там за железнодорожным мостом уйдем в затон, там турбазы, все дела. Можно и топлива докупить, и покушать хорошо. Но это если вы на берег сойти хотите. А так нам это и вовсе не нужно: жрачки вагон, бухла - хоть залейся. Мы же на бухлоходе!

- Так до Пущино, отсюда, километров сорок-сорок пять, не?

- Так то по прямой! А ты видел где-то прямую реку? Они все виляют, как бык нассал! И только если силу наберут, как Волга, тогда уже русло спрямляется чуть. Тут около шестидесяти будет.

- И все равно, шестьдесят за день... Мало как-то. Я ожидал больше.

- Так, а мы куда торопимся? До Касимова мы завсегда успеем, даже если вообще движок пускать не будем.

- А расскажи еще раз про маршрут. Чтоб мне понятней было.

- Да чего рассказывать, не первый раз уже хожу, все схвачено. У нас по пути два шлюза - Белоомутский и Кузьминский. Но там договор заключен, все в порядке будет, зря я, что ли, в Тушино ездил? Ну и еще мосты понтонные. Они, кстати, главная причина, почему мы водки целый ящик взяли.

- То есть ты ее пить не собираешься? А то я уже в твоем умственном здоровье сомневаться начал, сказать честно. Меньше, чем за две недели, ящик водки и восемь ящиков пива на четверых - да мы бы каждый день в говно были, как тут плыть?

- Идти, неуч! Не, на мостах мужики сидят, в домино режутся, там смазать бутылочкой - милое дело. Туда пойдем - бутылочку дадим, а обратно нас и так узнают, пустят быстро. А если не быстро - то и снова смазать бутылочкой можно. Учись, студент, пока я жив!

- А они там не сопьются, если им каждый бутылочку давать будет?

- Ну, дает им не каждый. Да и не все они пьют. Чего-то соседу дадут, чего-то колдырям местным за то, что дрова перекидают и порубят. Распределение водки в русской провинции, понимаешь? Натуральный обмен, так сказать. Эй, охламоны, вид не загораживайте! - крикнул он Сереге и Лехе.

Те крутились на носу нашего судна, возясь со снастями. Наверное, опять хвастались друг перед другом, кто какой воблер [1] урвал. Мы же с Санычем сидели на корме, где он время от времени жал кнопку запуска мотора и подруливал наш плот. Тут еще русло реки более-менее прямое, а вот у Рязани двигатель надо будет держать заведенным всегда, или в берег уткнемся. Хорошо еще, что для руления и холостых хватало - хоть расход не так велик.

- Саныч, а вот ты скажи мне, - снова начал я разговор после небольшого перерыва, - Тебе вот это зачем? Ну, не то, чтобы я против был. Но ты же уже второй бухлоход строишь. И если первый еще действительно плотом был, то тут заморочился - поплавки три месяца делал, я же помню.

- Я, Витёк, на ракетных катерах от звонка до звонка оттрубил, ушел кап три [2], квартиру дали, все чин-чинарем. Да только не могу я на берегу все время. Дышится мне там тяжело, понимаешь? Ну а от моря мы далеко живем, не наездишься. Да и переехать поближе пока вариантов нет - тут и работа, и дети учатся. Старший-то ладно, двадцать семь ему, здоровый лоб. А младшому девятнадцать, второй курс окончил, ну куда я поеду? И внучка, опять же. Мишка ее как нам привезет, так радости сколько... А если на юга податься - то что же мне, раз в год ее видеть? Не-е-ет, увольте, это без меня. Так что пусть бухлоход, пусть по Оке, но на борт хоть пару раз в год я поднимусь. Смекаешь? - и весело подмигнул мне из-под тронутых сединой бровей.

- Да, я вот тоже все думаю, Сашке в следующем году школу заканчивать, он, вроде как, в МИФИ хочет. Он не глупый парень, все должно получится, но а если нет? Он никаких других вариантов не рассматривает принципиально! Нет у него запасного плана. И как донести, что всегда должен быть план Б? Год потеряет, экзамены заново, что-то забудет - и результаты хуже будут!

- Ты, Вить, не нервничай. Сходи, лучше, пивка возьми. И мне захвати. А Саня твой поступит. Я же помню его, он к нам как-то заходил год назад - башка у парня варит, ей-ей! Так что плюнь ты и не трать силы. Если не получится - тогда и будешь думать!

***

- О, бахнул кто-то воблер! Тащу! - довольный, сказал я, начиная работать катушкой.

- Чего там, борется рыба? - с интересом спросил Леха, сидя в метре от меня на углу борта.

- Ну так... судак, похоже, но трепыхается чуток!

- А у меня пока глухо... Саныч, может, на фарватер вернемся, чего ты сместился-то к берегу?

- Сейчас баржи пойдут, нам с фарватера надо будет уходить постоянно. Снасть пересечется у вас, кто виноват будет? Саныч? Не, нафиг, сидите и ждите. Эхолот показывает, что под нами два-три метра глубины, воблеры вы взяли мелкие. Крупняка тут не поймаешь, но середнячок на ужин - очень даже.

- О, бок блеснул! - заметил я всплывшую метрах в пятнадцати рыбу, которую тянул к нашему плоту.

- Ага, вижу... Странное что-то там у тебя. - задумчиво заметил Серега, сидящий с другого борта.

- Сам не пойму... Да это же лещ!

- На воблера - леща? Он же не хищник, что за бред? - удивился Леха.

Но спустя несколько секунд я уже подтащил к плоту довольно крупную рыбину и Саныч ловко подцепил ее сачком, затаскивая на борт.

- И правда, лещ. Удивительно. - заметил старый моряк.

- Так у него воблер под спинным плавником сидит, ты глянь! Это что же выходит, мы его двигателем спугнули, он рванул и прям на воблер напоролся? - спросил Серега.

- А, может, щука гнала. - заметил Леха.

- Не знаю. Но если кому расскажу - не поверят. - сказал я, прижимая рыбу к палубе и зажимом вытаскивая из спины один из тройников воблера, который крепко засел в основании плавника, не оставляя рыба ни шанса сорваться, - А ничего такой, килограмм точно есть. Ну, мужики, с почином! Первая рыба, да еще и таким способом!

- Ты, похоже, у нас всю удачу забрал... - начал было Леха, но тут его удилище ощутимо дернулось, возвращая его к рыбалке, - Ух, мать! Хорошо бахнуло! Щука, точно, килограмма два! Дерется прям, как бы не сошла с крючка!

- Ну вот, а ты на удачу пенял! Тащи давай! Еще часок-полтора потроллим [3] и хорош. Топливо будем экономить - заправка плавучая будет только в Рязани! - выдал заключение капитан Саныч.

Через три часа, когда мы тихим ходом завернули в затон неподалеку от Ступино, у нас в тазике уже лежали три судака, две щуки, один крупный окунь и мой лещ. Выпотрошенные, щедро засыпанные солью снаружи и натертые ею же внутри. Все вместе тянуло килограмм на семь - больше в походную коптильню и не влезло бы. Совсем мелких щук, "карандашей", как называл их Саныч, мы натаскали, наверное, с десяток, но их аккуратно с крючка снимали и отпускали - пусть живут, жирок нагуливают. Семь килограмм рыбы из коптильни - этого более, чем достаточно, для хорошего вечера четырем голодным мужикам!

- О, это что, баржа там торчит? - тыкнул рукой в сторону берега Леха.

- Ага, местная достопримечательность. Затопили еще фиг знает когда, один нос торчит, люди на нее лазят, фотографируются. Хочешь, ближе подойдем?

- Да не, чего я там не видел. - махнул Леха рукой.

- Ну и ладушки. Сейчас на лодочной станции причалим, на берегу нормальный гальюн будет, кому надо, сходите. Мангальчик разожжем, рыбу загрузим, щепу, и коптильню на мангал! Через час уже кушать будем, так что будьте готовы. Вить, нарежешь овощей и хлебушка?

- Да в чем вопрос, Саныч. Конечно! - ответил я и полез в домик за припасами.

Через час мы втроем сидели за столом, Саныч крутился у коптильни.

- Уважаемый, ну не трави душу, запахи такие, что с берега набегут, сожрут все! - взмолился Серега.

- Несу, несу! - отозвался Саныч, водружая поднос с исходящей паром рыбой в середину стола. Запах, прежде долетавший до нас с ветерком изрядно ослабленным, резко шибанул в нос, заставляя желудок дико танцевать и урчать как тракторный движок. Прямо на моих глазах бок щуки сам отошел от кости и упал на поднос. Это послужило спусковым крючком - на рыбу мы набросились как дикие звери. Уже, почитай, восемь часов не ели, а тут такая вкуснятина! Хватали пальцами, обжигались, дули, засовывали в рот, причмокивая и облизывая обожжённые пальцы, запивали пивом и громко чавкали. Рыба, такая мягкая, вкусная, как будто растворялась во рту, даря ощущение настоящего блаженства.

- Ох! - выдал я спустя двадцать минут, когда четыре рыбины уже были очищены от мяса до голого костяка, - Надо было жену брать и детей! Когда они еще такое попробуют!

- А то ж! - залихватски подкрутил ус Саныч, - Я в этом деле собаку съел!

- Там, похоже, целый питомник был! За одну собаку такого мастерства не дадут! - хихикнул Серега.

- Кстати, Вить, ты там говорил, что собаку детям купил. Как они, довольны? - спросил Леха.

- Ну, Варька-то довольна. И Света довольна, они меня вдвоем уламывали. Саньке-то что, ему этот пёс не сильно нужен был. Но гуляет по утрам, и на том спасибо. - ответил я, отхлебывая пиво из банки.

- Ты что-то не особо радостный. - заметил Саныч.

- А чего мне радостным быть? Это на видосиках в тиктоке корги - милые лапочки. А в реальной жизни - мерзкие хитрые говнюки! Ты знаешь, как я его называю? Ублюдок Джонни! За нежную, трепетную любовь к фекалиям!

- Ха-ха! Что, поджирает на прогулке? - заржал Серега.

- На прогулке, веришь-нет, не жрет! А вот дома кота подставил! Ну ты прикинь - приходит ко мне жена и говорит: "Надо кота проверить, он уже несколько дней не какает, лоток убираю - ничего нет". Мы котана в охапку и к ветеринару. Тот ему снимки, пузо ощупал, в задницу что-то запихнул даже. У кота глаза по пять рублей, он такой подставы от хозяев не ждал! Ну и ветеринар такой: "Это, может, странно звучит, но ваш кот совершенно пуст! Он уже все выкакал! Посмотрите за диваном или в других потайных местах, куда он мог залезть." Ну я на кота с упреком так смотрю, от него такого фортеля не ожидал. Семь лет уже живет, нигде не гадил, только горшок, а тут - нате! Дома все проверили, обыскали - ну не пахнет нигде, везде чисто! Только около лотка наполнитель раскидан больше, чем обычно. Ну тут я начал уже подозревать... Поставил камеру. И оба-на! Смотрю - датчик движения сработал. Я подключаюсь, а там эта жопа рыжая в лотке копается и за котом подъедает! Ну, думаю, скотина, хана тебе! - я прервался, чтобы смочить горло, под смех друзей.

- Ну и что, наказал его? - спросил Леха.

- Да какой там! Светка с Варькой сразу на защиту встали, мол, он хороший пёс! А то, что из-за «хорошего» - я изобразил пальцами кавычки, - пса котовий зад пострадал и мы полдня по квартире на карачках лазили - так то так, ерунда! Пришлось ванную закрывать и коту дырку прорезать, специальную дверку вставить. Корж туда не пролазит, котовий горшок в безопасности. Такие дела. Так что не верьте всем этим интернетам, где говорят, что корги - милашки. Упыри они. Всю кровь мне выпил, гад...

Мы еще посмеялись, посидели до темноты, разговаривая обо всем и ни о чем, выпили по паре баночек пива и пошли спать в домик, где были в два яруса сделаны лежаки. Закрыли вход сеткой, запалили спиральку от комаров. Я залез на второй ярус, застегнул спальник и под легкое покачивание на волнах уснул, как младенец, крепким сном без сновидений.

***

- Диспетчер, катамаран МА6785РУС50 "Бухлоходск" запрашивает прохождение шлюза.

В ответ на запрос Саныча рация разразилась треском пополам со ржачем.

"Бухлоходск", заходите в шлюзовую камеру, ха-ха-ха!" - наконец-то родил диспетчер. Светофор загорелся зеленым, шлюзовые ворота начали открываться. Кроме нас тут никого не было, повезло. Как заметил Саныч, могли и часа полтора-два прождать. А так шлюзоваться будем одни.

- Мужики, жилеты накиньте. Как в шлюз зайдем, там ребята покажут, куда швартоваться.

- А это зачем? - задал вопрос Серега.

- Надо так, при прохождении шлюза, чтобы судно не отнесло, и оно не навалилось бортом. - сказал Саныч, назидательно поднимая вверх палец, - А швартовая команда должна быть в спасательных жилетах, тоже правило такое. Мы ж не хотим из-за такой ерунды задержаться?

- Эй, мужики, возьмите меня с собой! Ха-ха-ха! - закричал нам работник шлюза, сгибаясь от хохота, - Во вы дали! Как пропустили-то такое название, а?

- Нормально пропустили! - крикнул в ответ Саныч, - Особенно если там сослуживец твой сидит!

- Ха-ха! Кидайте швартов! Помогу вам! "Бухлоходск", ха-ха! Пацанам расскажу - не поверят!

Уровень воды в шлюзовой камере понижался, стены уходили вверх, открывая вид на обрешетку из бруса.

- Бывайте, мужики! Диспетчер уже на Кузьминский передал, они вас ждут с нетерпением! - помахал нам рукой на прощание оставшийся безымянным работник шлюза. Саныч дал полный ход, выжимая из движка неожиданно много прыти.

- Хорошо идем! Поплавки сопротивления дают относительно мало, но все равно, разве десять лошадей так могут? - задал вопрос тоже заметивший это Леха.

- Десять - не могут. А вот пятнадцать... - Саныч хитро ухмыльнулся в усы, - Пятнадцать - могут. Ты думаешь, нафига все эту ямаху берут и так любят? Потому что там не девять и девять нифига, это пятнадцатисильный движок, дефорсированный просто. Ну и вернуть ему обратно украденные лошади - вот вообще не проблема!

- Здорово. Это ж мы до какой скорости разогнаться можем? - почесал за ухом Серега.

- Ну, узлов двадцать, может, сделаем. Все-таки катамаран тяжелый, здесь веса, с нагрузкой, больше тонны. - потер подбородок Саныч.

- А в километрах это сколько? - спросил Леха.

- Ну там чуть меньше двух километров в час в узле... не помню точно. Считай, что тридцать пять. - ответил я вместо Саныча.

- Прикольно. - улыбнулся Леха, - Ну что, по пиву?

***

- Не люблю я эту часть реки, постоянно подруливать приходиться! А тут еще и вечереет, зараза! Чертов ГИМС, вот надо было им нас тормознуть и полтора часа мурыжить! Документы в порядке, все отлично, но нет, неймется им! Из графика выбились! - бурчал себе под нос Саныч, ворочая мотором и корректируя движение нашего бухлохода.

Вдалеке что-то глухо бумкнуло. Салюты, что ли, пускают?

- Может, смазки хотели получить? - сделал я предположение.

- Люлей они получить хотели! И ей Богу, если б не понимание, что отпуск будет испорчен, я бы им прямо там морды начистил!

- Саныч, ну чего ты гундишь. Успеваем же! Тут осталось-то полчаса, сам говорил, что Лесопарковая пристань уже близко! Еще чуток - и в Рязани! - Серегу, похоже, бубнеж Саныча уже допёк.

- Серый... - начал было Саныч, но внезапно с треском ожила рация:

"Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй! Теплоход Бородино, поврежден корпус, крен на левый борт, терпим бедствие! На борту сто двадцать три пассажира и члена экипажа!"

Мы замерли на несколько секунд, осмысливая услышанное.

- Какое, на хрен, бедствие, это же всего лишь Ока... - начал было Серега, но за излучиной, буквально в километре от нас, вверх взлетел желтый сигнал. Замерев в высшей точке на секунду, он начал падение вниз, постепенно погасая.

- Заткнулись все! Жилеты надеть, сесть на лавки, полный ход! Идем на выручку! Человек двадцать примем на борт, не потонем! - резко скомандовал Саныч, выкручивая ручку газа. Катамаран затрясло на мелкой волне, мы же судорожно застегивали спасательные жилеты. Набегающий ветер трепал волосы и порождал множество вопросов. В первую очередь - какого хрена? Это ведь, действительно, всего лишь Ока. Как вообще могло такое произойти? Теплоход - ну это ведь не что-то маленькое, верно? Он ведь просто не утонет в такой реке, у него и высота, и ширина больше, чем ее глубина!

- Витя, включи прожектор, темнеет, пусть и нас видят, и мы видим! - скомандовал Саныч.

Я метнулся к пристройке, сверху которой он был закреплен и щелкнул тумблером. Луч стоваттного прожектора осветил реку перед нами. А когда мы завернули за излучину реки, увидели и сам теплоход. Он уже почти лежал на боку, вода вокруг него бурлила, а вокруг были видны желтые точки спасательных жилетов на людях.

- Давай прямо к теплоходу! - крикнул я Санычу, перекрывая шум двигателя и ветра в ушах.

Многие люди уже гребли к берегу сами - тут до него было всего-то метров сто, задача посильная даже без жилетов. Наша задача - выудить из воды тех, кому жилетов не досталось, и тех, кто плохо плавает. А прожектор нам в этом поможет. На месте происшествия мы оказались первые, судя по всему.

- Как это вообще могло произойти? - спросил Саныча Леха.

- Да я откуда знаю? Он не мог так быстро тонуть!

- Пофигу, потом разберемся! Вижу девчонок в воде, держаться друг за друга, без жилетов, на одиннадцать часов! - прервал я их рассуждения. Саныч чуток довернул плот и включил реверс, чтобы затормозить - мы уже были близко.

- Хватайтесь! - протянул я им весло. Сразу три руки вцепились в него, и я потянул их к борту. Леха и Серега помогли двум девушкам и одной женщине постарше забраться к нам.

- Идите на лавки, мы продолжим! Саныч, правее теперь! - скомандовал я.

- Вижу! Я потихоньку дам газу, смотрите, чтобы под палубу никто не ушел, посечем лопастями! - ответил он мне.

Мы вытащили из воды пожилую пару, которые, похоже, были недостаточно расторопны, чтобы надеть жилеты, после чего метрах в десяти, около самого теплохода, я заметил пацана, что неуверенно болтался в воде - и похоже, собирался тонуть. Думать надо было быстро и я прыгнул в воду, изо всех сил загребая руками и ногами. Успел. Подхватил его, когда он вынырнул после того, как голова уже разок скрылась под водой. И все молча - паника не давала ему ничего сказать.

- Держись, малой, сейчас все будет! - сказал ему я, делая пару гребков к катамарану.

- Витя, сверху! - закричал мне Леха.

Я бросил взгляд - с крыши теплохода, медленно переваливаясь через тросовое ограждение, падал какой-то здоровый белый ящик.

- Ловите! - крикнул я, швыряя пацана в сторону друзей и развернулся, как в замедленной съемке наблюдая падающую мне на голову бандуру. "Ну, пацана они теперь вытащат" - успел подумать я.

Удар.

***

1. Приманка, имитирующая поведение больной или раненой рыбы. Оснащена специальной лопаткой в передней части. От формы и размера лопатки зависит заглубление приманки и ее поведение в воде.

2. Капитан третьего ранга, в сухопутных войсках - майор.

3. Метод рыбной ловли, при котором снасть движется за лодкой, идущей тихим ходом. Как правило, используется воблер.

Глава 2. С прибытием!

Сознание возвращалось постепенно. Сначала пришла боль. Невероятная вспышка в голове, затем в ребрах, руках, ногах. После я ощутил спиной холод и сырость. Потом почувствовал вонь, резкую, нестерпимую вонь канализации и помоев. И только после этого смог открыть глаза. Вот только не увидел почти ничего, темень стояла - хоть глаз коли. Вдалеке виднелись неверные пятна света, но они расплывались, ускользали. Затем вернулся слух и я услышал далекий шум людей и гораздо более близкий шум волн. Море... Этот мерный плеск и шорох перепутать с чем-либо еще было сложно. Я улыбнулся, точнее, попытался это сделать, скривившись от боли в разбитом лице. "Да, здорово мне этим ящиком прилетело... Стоп, что?". Я дернулся, пытаясь подняться, но мои ребра были резко против, уложив меня обратно на склизкие холодные... камни? С трудом пошевелив руками, я ощупал то, на чем лежал - и правда, камни. Мерзкие, скользкие, все в мягком противном налете... а задница моя сидит прямо в ручейке нечистот, который здесь, видимо, сливается в море. До меня постепенно начало доходить - в Рязани моря нет. Да и вряд ли там сделали бы такой слив, который воняет, наверное, на километр вокруг. Закряхтев, как старый дед, я перевернулся сначала на бок, а потом встал на четвереньки, отчего мои руки ушли в поток помоев, утонув по запястье в вязком иле. Я было дернулся выблевать все внутренности от омерзения, но не вышло - желудок был пуст, выбросив в горло едкую отрыжку, отчего мне стало еще противней.

- Надо... выбираться... - просипел я и не узнал свой голос. Хриплый, надтреснутый, пересохший язык с трудом ворочался по рту, выплевывая привычные слова.

Попытавшись вылезти по стене канавы, я потерпел неудачу. Хоть там и было всего метра полтора наклонной стены канавы, скользкие камни не оставляли мне, в текущем состоянии, ни малейшего шанса на успех. Второй раз пытаться не стал - чувствовал, что силы мои на исходе, а из этого дрянного места надо выбираться, иначе к утру буду мертв. От холодных камней, заразы, вони - не столь важно. Либо я покину это место, либо останусь тут гнить. Здраво рассудив, что самостоятельно я в эту канаву в таком состоянии вряд ли бы полез, пополз вниз, к морю, до которого оставалось, судя по шуму, совсем немного. Руки плескали, погружаясь в вонючую жижу, а запах уже почти не чувствовался - видимо, обоняние отшибло напрочь. Или мозг отключил его, даруя мне маленький дополнительный шанс выжить? Не знаю. Нет ответа.

Через двадцать минут и полторы сотни метров я, наконец, дополз. Каменный желоб уходил в море, обрываясь в пяти метрах от берега. Глубина нарастала постепенно и, загребая руками и шоркая ногами по дну, я побрел вдоль берега, давая морской воде смыть с меня грязь и вонь нечистот. Кое-как стянул с себя рубашку, оторвав уцелевшую пару пуговиц. Но они и так держались на честном слове. Кинул в воду - к черту, пусть тонет. Я и штаны снял бы - они пропитались сточной канавой намертво. Уж лучше вовсе без них, чем заболеть, ходя в тряпье с такой сомнительной историей, но какие-то остатки приличий не дали мне этого сделать. Через полтора десятка метров море уже, казалось, не так воняло канализацией и я несколько раз плеснул себе в лицо, смывая грязь и въевшийся запах. Видимо, здесь, на этом пляжике, есть какое-то течение, которое уносит всю дрянь дальше в море, иначе тут бы все уже превратилось в отстойник. Однако же нет - вода явно более-менее чистая. Еще через полтора десятка метров я вылез на берег, оставляя отпечатки рук и колен на песке. Ослабшее тело еще могло двигаться в спокойной воде, но на суше вес собственных костей нещадно тянул меня вниз, к земле. А еще скрутило желудок - уже от голода. Пока я ползал в канаве, таких позывов не ощущал, но стоило мне немного отдалиться от нее и аппетит проснулся с неожиданной силой.

- При-и-и! - поприветствовал меня писком и щелканьем клешней неожиданно крупный краб, выбравшийся из кучи водорослей метрах в двух от меня. Тело размером с тарелку, длинные ноги и мощные клешни, которые обещали мне болезненное знакомство с моими пальцами, если мне хватит ума к нему сунуться. Но руками тянуться у нему я и не собирался. Зрение мое постепенно адаптировалось к темноте и я уже более-менее уверенно различал предметы метрах в пяти от меня - света звезд было вполне достаточно для этого. И крупная палка, лежащая метрах в трех правее, могла мне помочь решить эту маленькую проблемку. Загребая коленями песок я дополз до нее и взял в правую руку. Чуть сырая, шершавая поверхность моего нового оружия надежно легла в ладонь. Краб, наконец-то заподозрив неладное, побежал в атаку на меня, но поздно, слишком поздно. Приподнявшись и перехватывая палку двумя руками, я нанес размашистый удар сверху вниз, впечатывая толстый конец палки прямо в середину панциря морского членистоногого. С влажным хрустом палка проломила панцирь, вбивая краба в песок. Тот с протестующим писком дернулся, судорожно подтянул под себя ноги с клешнями и отправился в свой крабий рай. А я больше не мешкал. Отрывал ноги и высасывал их содержимое. Соленое, с неприятным запахом, скользкое, но такое питательное. Целая куча протеина - в крабе было грамм четыреста мяса, не меньше. Ну и что, что сырое? И что он, скорее всего, кормился здесь с той самой канавы? Мне было по барабану - я хотел жрать. Раскалывал палкой клешни, хватал их и втягивал в себя мясо. Песок хрустел на зубах, я сплевывал вязкую слюну и снова возвращался к трапезе. Закончил минут через пятнадцать, высосав последнюю ногу и отбросив ее на песок. Встал, шатаясь и опираясь на палку, как старый дед, побрел от моря в сторону берега. Теперь хотелось пить, и хотелось неимоверно. Удача же не хотела оставлять меня - чем-то я ей приглянулся. Как-то иначе назвать то, что я набрел на кокосовые пальмы, под которыми в изобилии валялись упавшие орехи, я не могу. Да, пусть две трети из них оказались старыми, высохшими и пустыми, но пять штук я сумел проковырять найденной здесь же острой и длинной ракушкой, заливая себе в глотку чуть сладкое и мутное кокосовое молоко. По пять-шесть глотков с каждого кокоса, но как же они были хороши! Организм, получив минимально необходимый набор ресурсов для восстановления, сдался. Мои глаза закрылись сами по себе и я свернулся калачиком под одной из пальм, засыпая.

***

- Попугай, ты уверен, что сопляк сдох? - спросил каркающим голосом мужчина средних лет откровенно бандитской наружности, шагая через пальмовую рощу с факелом.

- Сдох ли сопляк? Хриплый, я его избил очень качественно. А когда кинул в канаву, то от удара о камень его черепушка треснула. Поверь мне, я этот звук ни с чем не спутаю. Малец не мог выжить. - ответил ему длинный и нескладный мужчина, выглядевший чуть моложе, но столь же непрезентабельно.

- Но лезть в дерьмо и проверять не стал, поэтому мы теперь и шагаем в ночь, вместо того, чтобы сидеть в таверне и щупать местных девок! - обвинил его Хриплый.

- Щупать местных девок? Было бы кого щупать! То тощая, то жирная, то рожей на боцмана похожа! Хорошо еще, что носы у всех на месте, кочергу им в зад! Не, тебе, конечно, и такие сойдут...

- В рожу захотел, отрыжка морского черта? Показывай, где сопляка скинул!

- Показывай, где кинул... Да вот здесь и кинул... - неуверенно пробормотал длинный, наклоняясь к канаве и всматриваясь. В колеблющемся свете факела он смог разглядеть кровь на стенке, но и только. Мальца и след простыл.

- То есть он сбежал. А ты не доделал работу, придурок.

- Он был мертв. Хриплый, он помер, зуб тебе даю. Я специально постоял, посмотрел - пацан не дышал! После такого и крепкий мужик отдал бы богам душу. А тут сопливый шкет лет тринадцати! О чем вообще разговор! Наверное, его грызлы утащили, точно! Они и утащили, отвечаю!

- Попугай, ты понимаешь, что я должен сказать обо всем Боузи? - с угрозой надвинулся на длинного Хриплый.

- Я понимаю, ты должен сказать Боузи. Но погоди, Хриплый, малец точно сдох. А раз он мертвый, то и сказать надо, что он мертвый, смекаешь?

- Допустим. А мне что с того?

- Пять талеров, пять звонких талеров. Больше у меня нет, сам знаешь. И этого много, Хриплый, за правильную подачу информации о жалкой жизни мальчонки, которая точно оборвалась. На эти деньги ты сможешь три дня гулять на Бордосе и кутить как король.

- Разве что как король попрошаек. - хмыкнул мужчина с факелом, - Черт с тобой, пять талеров, и правда, достойная цена. Мальчишка мертв. Идем, может, для меня еще найдется девка, которую не утащили в нумера! - Хриплый хлопнул длинного по плечу и направился назад, в сторону шума и мерцающих огней.

***

Просыпаться от того, что на тебя падает кокос - больно. Даже если он упал на ногу. Особенно больно было оттого, что мое избитое тело и само по себе болело, все, целиком. От кончиков волос и до самых пят. Кряхтя и постанывая, я кое-как смог разогнуться. Все-таки сон на земле, голышом, не добавляет здоровья никому, даже если ты в тропиках. По ощущением, температура ночью не опускалась ниже двадцати четырех или двадцати трех градусов, но влажный ветер с моря и сырая земля все равно выстудили мои многострадальные кости. Солнце только-только встало, даже не оторвавшись еще от линии горизонта. На море не было волнения и я, перед умыванием, наконец-то смог себя рассмотреть.

Да, то, что мне показалось странным ночью, но чему я не мог уделить внимания из-за насущных проблем, оказалось правдой. Худое, нескладное тело подростка, который изо всех сил пытался вырасти, но так и не смог набрать достаточно массы. Похоже, сказывалось паршивое и нерегулярное питание. Ну руках кое-где шрамы, костяшки сбиты. Волосы отросли и болтаются неопрятными лохмами - при первой же возможности срежу их к чертовой матери. Лицо... вполне симпатичное, несмотря на общую худобу. Большие глаза, яркие, живые, веснушки, пухлые губы, ямочка на подбородке. Впечатление портили ссадины и синяки, пятнающие тело тут и там - пацану неслабо досталось... Я вздохнул и поднял голову к небу, будто бы ища там ответа, но получил только резкую вспышку боли в затылке. Согнувшись, схватился руками за голову, ощупывая ее. Рана на затылке, покрытая корочкой, радовала вспышками боли при каждом прикосновении и мною было решено ее пока не бередить.

- Ну что, Виктор Иваныч, вот это ты попал... - пробормотал я, снова рассматривая свое отражение в море, - И как теперь отсюда выбираться?

Желудок заворчал, требуя подношений. Подносить ему было особо нечего - разве что опять найти краба, пожевать водорослей или погрызть твердую копру кокоса. В принципе, последнее очень даже вариант - калорий там достаточно, главное, чтобы мои зубы с этим справились. Хотя, эти молодые зубы, не испорченные кариесом и не разбавленные коронками и протезами, которые у меня к сорока годам накопились в изрядном количестве, эту задачу должны были осилить. Решено! Где там моя палка?

Долбить по кокосу пришлось долго и упорно - он оказался слишком крепким для моих ослабших рук, но, в конце концов, я смог его расколоть и начать обгрызать мякоть. Хотя, как обгрызать? Скорее, я скоблил ее зубами, снимая стружку, которую уже затем разжевывал и отправлял в желудок. Таким образом я смог запихать в себя грамм триста кокоса, пока он окончательно не встал колом у меня в горле. Проковыряв дырку все той же вчерашней ракушкой еще в паре кокосов, смог частично утолить жажду и пропихнуть осточертевший кокос дальше. Голод немного улегся, и я привалился спиной к пальме, набираясь сил перед дальнейшими шагами. Солнце поднялось высоко и уже вовсю жарило, обещая моей голой спине и плечам замечательные ожоги, даже несмотря на имеющийся бронзовый загар. Чуть отклонив голову, чтобы не тревожить рану на затылке, оперся ей о ствол пальмы и посмотрел вверх. Голубое небо с редкими облачками проглядывало через листья пальм в вышине. Поднявшийся легкий ветерок заставлял их слегка покачиваться и шелестеть широкими лапами ветвей.

- Красиво... Так было бы во Вьетнаме... Как же вы там, мои хорошие? - прошептал я, сглатывая подкативший к горлу ком. Одинокая слеза скатилась по правой щеке, зависая внизу на и срываясь на песок, куда впиталась без остатка и следа.

- Не раскисать, Витёк, не раскисать... Должен быть способ вернуться. Обязательно должен, ведь как иначе? Иначе и быть не может! - уговаривал я сам себя, старясь не скатиться в истерику. А уж поводов для нее у меня было предостаточно.

- Так, давай определимся. Что мы имеем... - заговорил я сам с собой. Не то, чтобы я раньше этим увлекался, но ситуация располагала, - Я молод. Даже слишком. Это плюс или минус? Плюс - у меня больше времени, чтобы найти способ вернуться. Минус - слаб, никто не воспринимает всерьез, от кого-то буду зависеть... Да и не стало у меня от этого больше времени. Светка... Я должен вернуться в самое ближайшее время, а не тогда, когда Света станет пенсионеркой, а дети уже внуков нарожают! Я не намерен пропускать ни одного года их жизни и взросления, слышишь, ты!

В гневе подняв кулак, погрозил им небу и стукнул по земле. Из-за резкой встряски голова наградила меня очередной вспышкой боли, заставляя успокоиться.

- Ну уж нет... Я увижу жену, детей, внуков. Ты меня этого не лишишь, кем бы ты ни был... - злобно прошептал я, уперевшись руками в землю и ожидая, пока боль в голове утихнет.

- А с другой стороны, как они меня узнают? Я же... в теле пацана. Ну и пусть, ну и черт с ним. Уж лучше так, чем никак. Приду, объяснюсь, вместе чего-нибудь придумаем. Ведь я - это я, верно? Ну и пусть, что моложе чуток. И волосы светлые, почти блондинистые, а раньше темные были. Разум-то тот же. И любовь ведь никуда не делась, она подскажет, да? Ведь подскажет... - я глубоко задышал, снова проталкивая горечь внутрь себя и не позволяя слезам взять верх.

- Так, ладно. Ладно. С целью определились. Нужно наметить дальнейшие шаги. А чтобы их наметить нужна информация. А значит мы что? Правильно, ноги в руки и вперед, добывать её. Где там моя палочка-выручалочка? - бормотал я, подбирая свою верную дубинку и, используя ее как трость, побрел через рощу примерно в том направлении, где видел далекие огни вчера ночью.

Идти было тяжело, идти было трудно. Любой неосторожный шаг, когда я спотыкался, резко ставил ногу или дергался слишком сильно, отзывался болью в моей многострадальной голове. МРТ бы сделать, да травматологу с неврологом показаться, но до ближайшего, боюсь, доберусь ой как не скоро. Одна надежда - молодой организм с последствиями травмы справится как-нибудь сам, если его хорошо кормить и не напрягать чрезмерно. Хотя ни первое, ни второе я себе обещать просто не мог. Впереди между стволов пальм забрезжил просвет и я подавил порыв ускорить шаг. Пусть, лишние пару минут погоды не сделают, лучше поберегу себя. Открывшийся мне спустя некоторое время вид озадачил меня еще сильнее, хотя после обнаружения себя в теле пацаненка меня удивить не должно было уже решительно ничего. Но нет, это я с выводами поторопился.

Постройки разной степени обшарпанности ютились по склонам холма, постепенно спускаясь к бухте. Даже отсюда, метров с двухсот, было видно шляющийся по улицам народ и этот самый народ выглядел не сильно дружелюбно. На вершине холма стояла небольшая крепость с башней-маяком, откуда, судя по всему, и шла та канава с нечистотами, в которой я пришел в себя. В самой бухте сейчас было два корабля - выходящий из нее прямо сейчас трехмачтовый парусник, обводами напоминающий галеон, но явно меньше и с какими-то другими парусами. "Пинас" - как будто само собой всплыло в голове - "Легкое и быстроходное торговое судно, несущее на борту небольшое количество пушек для самообороны". А вот вторым кораблем явно был бриг - вполне узнаваемые силуэты корпуса и мачт не оставляли в этом сомнений. Поселок, спускаясь с холма и закручиваясь вокруг бухты, состоял всего из сотни зданий, вряд ли сильно больше. И, похоже, именно этот поселок был парню, чье тело я занял, домом.

- Тортуга, мать её!

Что ж. Пора идти, заново знакомиться с этими чудесными людьми. Надеюсь, я не встречу тех, кто отделал пацана до смерти. Во всяком случае, не сразу.

Глава 3. Возвращение в город

Роща пальм не просто так обрывалась за две сотни метров от поселка - это место занимали поля. С рожью, пшеницей или еще чем-то похожим, я в этом не очень хорошо разбирался. Но, судя по всему, собирать урожай надо будет еще нескоро - как мне помнилось, созревшие колосья должны были быть больше, а стебли - желтыми. Ряды полей были разделены небольшими дорожками, которые служили для удобства, а, может, вовсе были границами участков разных людей. Точно знать это я не мог. Но двигался по такой дорожке, стараясь сильно не трясти больную голову и аккуратно работая своей тростью-дубинкой. Крайние дома медленно, но верно приближались, обещая мне хоть какое-то спасение от палящего солнца в тени их крыш. Улочки были, прямо скажем, неширокими - метра два-три, вряд ли больше. Около первого дома на меня выскочила собака, облаивая, но не приближаясь. Попробовал шугануть ее палкой - та отпрыгнула и продолжила лаять. Рассудив, что и пофиг, если попробует укусить - огрею по хребту, я продолжил путь. Встречная женщина лет пятидесяти осуждающе покачала головой и сплюнула на землю, прежде, чем закрыть за собой дверь в дом. Мужчина, идущий мне на встречу, скривил губу и отвернулся.

- Просто прекрасно... это как же тут к тебе относились, парень? - тихо пробормотал я.

- Рико? - раздалось сбоку и ко мне между домов выскочил парень примерно моих лет, но на целую голову ниже. Странно, это он такой мелкий или я такой высокий? Впрочем, тому мужчине, что кривил рожу при взгляде на меня, в росте я, вроде бы, не уступал...

- Рико, все демоны глубин, что с тобой? И где тебя носило вчера? - схватил меня за руку этот мальчишка. А потом осмотрел меня еще раз и воскликнул: - О, светлые боги, кто тебя так отделал? Ты выглядишь хуже Старого Мэттью после того, как он поссорился с кузнецом!

Я же стоял и собирал разбегающиеся по углам мысли. Язык явно не русский. Даже не английский. По звучанию похож на испанский, но по-испански я не знал ни одного слова. Однако же, то, что говорил мне этот пацан, я отлично понимал. Осталось только попробовать ему ответить...

- Голова... - буркнул я, протягивая руку к своему затылку.

- Хо-ло-фа? Что ты несешь, Рико? Ох ты! Черт тебя дери, да как ты ходишь? - воскликнул парнишка, зайдя мне за спину, - Давай, быстрей, пошли-пошли к Мориссе, надо срочно тебя показать ей, пока не сдох прямо на улице!

- Веди.

- Еще и речь отнялась, постоянно всякую чушь несешь. Ох-ох-ох, надеюсь, ты не спустил свой талер, потому что забесплатно она тебя лечить не будет! Не после того, как ты нассал в ее аптекарском саду!

- А я нассал? - смог я наконец-то совладать с языком. Постоянная болтовня этого паренька здорово в этом помогала, помогая мне переключиться.

- О, так ты можешь говорить? Это уже хорошо, а то я испугался. Так полгода как. Она тебя на улице отругала, за то, что ты бежал и чуть ее не сбил, назвала ублюдком, а ты в ответ залез к ней в огород и обоссал лечебные травы, которые она там растит. Ох и орала она на тебя тогда!

- Пусть знает, как обзываться... - ответил я то, что посчитал подходящим в тот момент. Что, как мне казалось, ожидал от меня услышать этот малец.

- Ты и тогда так говорил. - довольно кивнул он в ответ на мои слова, - Но сейчас тебе надо быть вежливым! У нас маленький городок, кроме нее никто лечить толком не умеет.

- Хорошо, это я могу. Напомни мне, как тебя зовут?

- Тьяго. Ты что, забыл, как зовут твоего лучшего друга, Рико? Не ожидал, не ожидал... Погоди. А ты помнишь, как мы с тобой своровали весла из шлюпки капитана того барка, который тебя пнул в таверне? И как он потом ругался, но никто не хотел давать ему новых весел? А я потом ему эти весла обратно продал по двадцать пиастров за штуку?

- Нет. Я вообще ничего не помню. А в себя пришел вчера ночью в канаве с отходами.

- Вот же дерьмо! Линдси была права! Она мне сказала, что будто бы вчера видела тебя уходящим куда-то с таким долговязым моряком с брига!

- Что еще знаешь?

- Да ничего не знаю больше! Они два дня назад бросили якорь у нас в бухте и теперь сидят в таверне и бухают, не просыхая. Ждут чего-то. У них главная, вроде как, девчонка из знатных. Совсем молодая еще, а уже взрослыми мужиками командует. Это, получается, тебя тот длинный так? Вот же подонок! Надо ему отомстить!

- Подожди мстить, Тьяго. Разобраться надо. Где там дом этой Мориссы?

- Да мы уже пришли, вообще-то. Тетушка Морисса, тетушка Морисса! - застучал он кулаком по двери оштукатуренного дома, что выглядел чуть поприличнее соседних и имел высокий забор, отходящий прямо от стен дома метров на пять в стороны. Видимо, за домом у нее и есть тот самый сад, в котором прошлый "я" успел отметиться.

- Ты думаешь, я не узнаю твой голос, мелкий негодник? - донеслось из-за двери, что-то проскрежетало и перед нами предстала дамочка лет шестидесяти-шестидесяти пяти, - Ну, удиви меня, Тьяго! Ты прищемил пальчик и пришел извиниться?

- Нет. То есть да, извиниться, тетушка. Прости меня за всё! Но я цел. А вот Рико...

Та перевела взгляд на меня, быстро осмотрела и ее глаза округлились. Так как я стоял к ней боком, она заметила что-то неладное с моей головой, и, резко взяв за руку, развернула к себе спиной.

- О, Морская Дева! Заходи в дом! Тьяго, бегом в таверну, скажи Уолли, что его племяш у меня, пусть берет свой пухлый зад и тащит сюда!

- Да, тетушка! - ответил Тьяго и припустил по улице.

- И не смей звать меня тетушкой, негодник! - прокричала ему вслед Морисса и повернулась ко мне: - Идем, Рико. Голова сильно болит?

- Да. Если не двигаю ей резко, то терпимо, но если неловко дерну - просто раскалывается.

- Удивительно, что ты ходишь и нормально разговариваешь. Повернись! - скомандовала женщина, шагнув ко мне с ножом.

- Уважаемая, я тоже хотел принести свои извинения за нанесенные обиды...

- Ха-ха! Что, подумал, я тебя зарезать хочу? Не дергайся, мне надо выбрить волосы вокруг раны!

Я почувствовал ее руки у себя на голове, а потом холодное лезвие проехалось по моей коже, с хрустом срезая волосы. Она уверенно снимала их, двигая ножом от раны и стараясь ее лишний раз не тревожить. Я же застыл, боясь пошевелиться - судя по всему, нож был наточен не хуже скальпеля. Ну и боялся новой порции боли от раны, если Морисса ее заденет, не без этого.

- Плохо, но могло быть и хуже. Надо размачивать рану, убирать волосы, которые засохли с кровью. И сними уже свои вонючие штаны!

- Но...

- Что я там не видела? У тетушки Мориссы мужики бывали и повиднее тебя, доходяга. Иди в сад, там бочка. Вода чистая, набрана в последний ливень. Возьми травяную мочалку и мыльный порошок, помойся. Но затылок свой не трогай! Им я займусь самостоятельно! Все понял? Штаны выкинь в яму, их надо сжечь! - строго спросила меня женщина, сунув в руки мочалку и небольшую деревянную шкатулку без украшений.

- Понял, тетушка! - я прошел через дверь, выходя во внутренний дворик дома. Дворик был небольшой - тянул сотки на три, не больше, причем больше половины занимали весьма странного вида грядки с растениями самых разных форм и расцветок. Бочка стояла у стены дома - все водостоки с крыши вели прямо к ней. Рядом же стоял ковшик, которым, как я понимаю, предполагалось черпать воду. Намочив губку, я открыл шкатулку, взял оттуда щепоть порошка и, сыпанув на губку, растер его до образования мутной пены. Вылив на себя пару ковшиков воды, начал растираться, смывая грязь и, будем честны, так и не прошедшую после купания в море вонь. Буквально через пять минут вышла Морисса, неся в руках табурет и сумку, похожую на чемодан. Я в этот момент было дернулся, прикрывая свое хозяйство, но быстро успокоился и начал смывать с себя пену. В конце концов, я же взрослый мужик, чего мне стыдиться? А эта дамочка, и правда, могла видеть такое, что я ее никак не удивлю.

- Садись. - указала мне на стул женщина, когда я закончил смывать с себя пену.

- Морисса, Морисса! Где Рико? Что случилось? - К нам через дом прошел мужчина лет пятидесяти в сопровождении Тьяго, - А, вот ты где... Что с тобой произошло, малой? Почему не ночевал дома?

- Не помню. - ответил ему я и собирался было продолжить, но тут влез Тьяго:

- Синди говорила мне, что видела его с длинным из команды брига, который стоит в бухте! А потом он пропал и явился сегодня со стороны пальмовой рощи! И говорит, что не помнит ничего! И сам в канаве очнулся!

- Это так? - рыкнул мужчина, шагая ко мне, сжимая кулаки, - Сколько раз я тебе говорил, не лезть к таким! Это же натуральные душегубы! Подставить нас захотел?

- Уолли, тише! У него голова разбита. - осадила его Морисса, - Сильно.

- Дрянь... тебя хотели убить, парень. - сказал Уолли, зайдя сбоку и глянув на мой затылок, - Били не шутя. Точно ничего не помнишь?

- До этой ночи - абсолютно.

- Ты о чем это думаешь, Уолли? - с подозрением спросила Морисса, глядя на схватившегося за подбородок и задумчивого мужчину.

- А чего думать... спрячу его в таверне, в номере, чтобы не выходил никуда и не попадался им на глаза. Их здесь пятьдесят рыл. И на корабле еще двадцать, не меньше. А у нас во всем городишке полтысячи душ и на маяке полусотня солдат с синеносым лейтенантом при десятке пушек. Если они захотят - они могут тут таких дел наворотить...

- У нас нечего брать. - возразила ему женщина.

- Только это нас всегда и спасало. Ладно, не будем их провоцировать. Слышите, ребята? Не смейте попадаться им на глаза, заклинаю вас.

- Да, дядюшка Уолли! - ответил Тьяго.

- Понял. - подтвердил и я.

- Замечательно. А теперь сиди смирно, Рико. Надо вычистить твою рану. - подытожила Морисса и, начала что-то делать с моей головой. Пахнуло спиртом, я почувствовал прикосновение влажного, судя по всему травяного, тампона к голове. Морисса начала работать еще ножиком, размачивая и снимая корку с моей головы вместе с волосами. Сначала было терпимо, а потом рану начало резать и жечь. Но я терпел, понимая, что уж лучше такая дезинфекция, чем вообще никакой, только шипел сквозь зубы.

- Да, досталось тебе, парень! Тут кожа до самой кости рассечена! Удивительно, что череп цел. Ну и сотрясение есть, куда же без него. - приговаривала Морисса, обрабатывая мою рану.

- Так, ну а теперь... - добавила она, кладя руки мне на голову с двух сторон от раны. От ее рук хлынуло тепло, направившись к ране, которую начало печь, и с каждой секундой все сильнее. Горячие волны распространялись и внутрь моей головы, снимая боль и убирая цветные круги перед глазами, которые время от времени я наблюдал весь этот день. Затем ее руки прошлись мне по спине, ребрам и правому бедру, на котором красовалась особенно шикарная гематома, сантиметров десяти в диаметре и почти черного цвета.

- Ф-фух! На сегодня я пуста. С тебя полтора талера, Уолли. Подлатала мальчишку, остальное молодое тело залечит и само! - тряхнув руками, заявила Морисса.

- Годится. Занесу тебе деньги чуть позже. - ответил ей мужчина.

- Я сам заплачу, дайте только срок. - произнес, с уверенным, как мне думалось, видом, поднимаясь с табуретки. Удивительно, но голова уже почти не болела.

- Вот мне и заплатишь. А деньги уважаемой целительнице я передам сам, сегодня. - осадил меня Уолли, - Морисса, у тебя найдется какая-нибудь тряпка, чтобы ему прикрыться? Не хочется идти в таверну за его одеждой, и так дойдет, лишь бы срам прикрыть.

- Найдется. - ответила женщина и, зайдя в дом на минуту, вернулась с каким-то то ли одеялом, то ли большим полотенцем, сшитым из лоскутов. Взяв его, я обмотался на манер римской тоги. Пусть и вышло коротковато, но все, что нужно было, я прикрыл. Осталось только добраться до таверны и переодеться в нормальную одежду.

- Ну, готов? Идем. Дадим круг и выйдем с обратной стороны, чтобы тебя точно никто не увидел. - махнул рукой Уолли, - Морисса, милая, спасибо. Не прощаюсь.

Мы вышли из дома Мориссы и двинули вверх по улице, на ближайшем повороте свернув в сторону холма и обходя окрестности бухты по дуге. Уолли шагал широко и мне приходилось прикладывать усилия, чтобы не отстать от него с босыми ногами, но я терпел. Не так уж много тут идти. Мы прошли еще две улицы и снова свернули, на этот раз спускаясь вниз.

- Рико.

- Да, дядюшка?

- Ты совсем ничего не помнишь?

- Ничего дальше этой ночи.

- Хм. Неудивительно. - дядя пожевал губами, - Но, может, это и к лучшему. Начнешь новую жизнь, а не будешь бездельничать, как раньше.

- А я бездельничал?

- О, еще как. Пока тебе не прикажешь, не сделаешь. Даже если видишь, что что-то не так - испачкано или сломано. Вечно работал из-под палки. Было бы неплохо, возьмись ты за ум.

- Я исправлюсь, дядя Уолли.

- Да уж постарайся. Жаль только, что ты не помнишь свою мать...

- А моя мама...

- Мертва, Рико. Два года, как ее забрала магическая лихорадка. Морисса слишком слаба, она всего лишь ученик и не может лечить такие случаи. Тут требуется хотя бы адепт. Лучше - полный маг. Но где в нашем захолустье такого взять... Именно после этого ты отбился от рук.

- Она была хорошей?

- Более чем, мой мальчик. Потому и говорю - очень жаль. Надеюсь, память к тебе вернется. Не хотелось бы, чтобы ты потерял эту часть себя. Мы пришли. Заходим на задний двор.

Дядя достал ключ и открыл ворота.

- Заходи. Я проведу тебя к твоей комнате. Чуть позже Синди, твоя кузина, принесет тебе еды и питья. Помни - тебе ни в коем случае нельзя выходить к постояльцам! Нам надо переждать, пока эти парни с "Режущего ветер" уберутся с острова. Если то, что говорил твой друг, правда - у нас могут быть проблемы.

- "Режущий ветер", дядя?

- Название того брига, команда которого второй день пьет у нас в таверне. Я не могу себе позволить никаких рисков, так что будь паинькой. Мы договорились?

- Определенно, дядя.

- Вот и славно. И говорить ты странно начал. Более... складно, что ли? Ладно, не важно. Поднимайся по этой лестнице, твоя дверь слева на втором этаже. Вот запасной ключ, свой ты, как я вижу, потерял. - Уолли протянул мне ключ, когда мы открыли заднюю дверь в таверну и зашли в небольшой коридорчик.

- А я там ни с кем из... гостей не встречусь?

- Нет. Хозяйская часть от гостевой отделена, так что не переживай. - дядя кивнул мне напоследок и ушел.

Я поднялся на второй этаж и, не с первого раза попав ключом в скважину, я открыл дверь. Света, падающего внутрь через неплотно закрытые ставни, было достаточно, чтобы понять - богатствами я похвастаться не могу. Кровать, стол, стул, сундук без замка и вешалка при входе с небольшой тумбочкой. На вешалке - шляпа и кожаный плащ. Все убранство моей обители. На столе толстая книга и закрытая чернильница. Подойдя к столу, открыл книгу, оказавшуюся гроссбухом.

- Год тысяча шестьсот семьдесят пятый, июнь, пятнадцатое. Оплата бригаде Маркуса - восемь талеров, замена крыши, включая материалы. Так ты был грамотен, Рико, и вел вместе с дядюшкой бухгалтерию... какой молодец. - тихо проговорил я себе под нос, закрывая книгу.

Открыл сундук и принялся копаться в вещах. Рубахи, простые, из грубой ткани, такие же штаны. Сбоку - сапоги до середины голени и что-то вроде шлепок то ли из тростника, то ли из бамбука, не разобрать. Возьму их, мне хватит, чтобы по комнате ходить. Еще бы ноги сполоснуть после улицы, было бы совсем хорошо. Натянув на себя рубаху и штаны, почувствовал некоторое облегчение. Все-таки внешний вид для человека важен, что ни говори. В дверь раздался стук и спустя пару секунд вошла миловидная девчонка примерно моего возраста, неся в руках корзинку и большой кувшин.

- Рико! Живой! - она метнулась к столу, поставила туда корзинку с кувшином и рванула ко мне. В полуметре резко остановилась, скрестив руки на груди и задрав нос: - Ну и где же вы были, сеньор?

- О, прекрасная сеньорита, только непреодолимые препятствия судьбы не позволили мне вчера лицезреть ваш прекрасный лик! - патетически заявил я, становясь боком и поднимая вверх руку.

- Паяц. - фыркнула она, но через секунду уже уткнулась лицом мне в грудь и, всхлипнув, пробормотала: - Я переживала, дурак...

- Ну все, сестренка, не время для слез. - обнимая ее в ответ и поглаживая по волосам, увещевал её я, - Все в порядке, просто немного поцарапан.

- Немного... потом мне все обязательно расскажешь, понял? - она отстранилась и стукнула меня в грудь кулачком, - Пока отъедайся, ума не приложу, как ты за день так похудел...

Захлопнув за ней дверь и закрыв ее на задвижку, я сполз по стене. Друг, дядюшка, сестра, и, в конце концов, МАГИЯ? Черт возьми, я весь день держал свои яйца в кулаке, не позволяя себе ни единой лишней эмоции. Проявлял максимум актерского таланта, подыгрывая людям и не давая себя раскрыть. Догадайся они о том, что я - не совсем Рико, кто бы мог сказать, что будет? Но это же просто охренеть возможно - здесь есть магия! Я потрогал рану на своей лысой голове - относительно небольшая, аккуратная, покрытая ровной корочкой. Синяки на руках и ногах пожелтели, обещая окончательно рассосаться за несколько дней. Чертова магия! Невероятно. Я захихикал, мелко тряся плечами. Подавить приступ истерики удалось только через минуту, не без помощи моего многострадального желудка. Тот начал слишком уж активно подавать признаки беспокойства. Что ж, самое время оценить, чем меня решила покормить новообретенная сестренка.

А оценить там было что - какая-то штука вроде ветчины, круто соленая. Тройка вареных корнеплодов, вроде картофеля, но розового цвета. Батат? Не знаю точно, но похож. Пара томатов, правда, почему-то бурого, едва ли не черного цвета. Половина булки хлеба, мягкая внутри и хрустящая снаружи. Честно говоря - такого вкусного хлеба не ел, пожалуй, с детства! Маленькая плошка, грамм на сто, мёда. Одним словом, еды было много. В кувшине же оказалось очень сильно разбавленное вино, наверное, один к трем. Напиться таким почти нереально, но, видимо, здесь такое спокойно наливают даже подросткам. Интересный факт. Не знаю, откуда во мне взялись силы, но всю корзинку я умял за один присест, прихлебывая из кувшина, когда сухомятка больше не желала пролазить в горло. Желудок работал как комбайн - все перерабатывалось так быстро, что я почти не ощутил тяжести в животе, когда закончил. Хотя еще светило солнце, я упал на набитый сеном матрас и благополучно вырубился. Тяжелый денек. Но расслаблялся я рано - он еще не закончился...

Глава 4. Сомнительная удача

Проснулся я от какой-то возни за дверью. Кто-то шуршал и, вроде как, что-то тащил. Раздавшийся мгновением позже приглушенный писк явно исходил из юного девичьего горла...

- Синди! - воскликнул я в осознании, вскакивая с кровати.

По пути к двери схватил стул, резким движением выдвинул щеколду и распахнул дверь, шагая наружу. Мои худшие предположения сбылись - Синди ворочалась на ступенях лестницы, а над ней завис какой-то мужик, одной рукой зажимая рот, а другой пытаясь развязать тесёмки ее платья. Коленом он прижимал ее к лестнице, не давая вырваться.

- Да не дергайся, ты, мелкая! Я тебя не обижу - у меня и талеры найдутся, не все же этих потрепанных портовых баб обогащать... Не дергайся, кому говорю!

- Ах ты падаль! - шагнул я к нему, держа в руках стул.

Тот среагировал мгновенно - вытащил из-за пояса пистоль и направил на меня. Я заслонился стулом, понимая, что хлипкие доски пуля разнесет, повстречавшись и с моим телом. Громыхнул выстрел, стул в руках дернулся, больно ударяя меня в грудь. Мужик ошалело уставился на меня, а я смотрел на стул - пуля вошла в ножку, расщепила ее, прошила вдоль доску сиденья и застряла во второй. Пока мой неудавшийся убийца осмысливал этот факт, я шагнул к нему и с размаху опустил стул ему на лицо. Хрустнул нос, брызнула кровь на ступени, и он с воем скатился с лестницы.

- Порежу, сучёныш! - выкрикнул он с бешеными глазами на расквашенном лице, доставая из-за пояса здоровенный кинжал. Кажется, такие зовутся кортиком.

Я дернул на себя Синди, вытаскивая ее с лестницы и толкнул в свою комнату, крикнув:

- Закройся!

Рассвирепевший пират, а в его сущности сомневаться не приходилось, рванул на меня вверх по лестнице, но на втором шаге попал ногой в брызги собственной крови и, поскользнувшись, начал заваливаться вперед. Он выставил руки, пытаясь смягчить падение, но набранная инерция и выпитый алкоголь сыграли с ним плохую шутку. С влажным чавком его кортик вошел в его же грудь. Кровь закапала на ступени, а он лежал и дергал ногой. Не жилец... Что подтвердили и ворвавшиеся на лестницу подельники дохлого насильника.

- Малой что, Хриплого порешил? - с удивлением спросил один из них.

- Кончить на месте его! - ответил ему второй, доставая пистолет.

- Нет. Капитан владеет жизнями команды. - сказал третий из них, одетый явно получше и с довольно дорогим клинком на поясе, кладя руку на пистолет и опуская его вниз дулом, - Скрутите его и тащите к Лиззи! Ей решать.

Двое пиратов подлетели ко мне, нанося удары по ногам и корпусу. Я попытался сопротивляться, но силы были слишком неравны - каждый из них весил больше меня килограмм на двадцать, да к тому же я был не в лучшей форме. Напихав мне по ребрам (моих многострадальным ребрам!) и отсушив ноги, они поволокли меня в общий зал, где и бросили на пол.

- И вот из-за этого щеночка такой переполох? - раздался над головой глубокий женский голос.

- Да, мэм! Он прикончил Хриплого. - ответил тот пират, который был одет побогаче и руководил моим захватом.

Я поднял голову. За отдельным столом в центре зала сидела девушка лет двадцати. Просто офигеть какая красивая девушка! Окажись она на Земле, прямо в этом своем наряде, за нее передрались бы все рекламные агентства и режиссеры. И сражались бы они насмерть.

- Ух, какой грозный... Что ты сверкаешь глазами? Не хочешь ничего мне рассказать? - наклонилась она ко мне.

- Он пытался изнасиловать мою сестру! Она еще малолетняя! - воскликнул я.

- Серьезное обвинение, мальчик. Очень серьезное. И твоя сестра, конечно же, все подтвердит? Где она, кстати? Вроде недавно мелькала здесь, такая милашка...

- Все замерли! Отпустите моего племянника, или клянусь, парочку из вас я отправлю прямиком к демонам глубин! - прозвучало со стороны кухни.

Я повернул голову и увидел там Уолли с тесаком в одной руке и монструозным пистолетом с двумя стволами в другой. Судя по виду этого орудия убийства, весить такая дура должна была килограмм пять, но рука у моего дяди, наставившего это чудовище на капитаншу, не дрожала. Сзади него мелькала испуганная Синди.

- Опусти мушкетон, трактирщик, пока никто больше не умер. Ты же видишь, мы разговариваем. - наклонив голову на бок, спокойным голосом проговорила девушка, - Я, Элизабет "Лиззи" Блоухорн, дочь адмирала Адама "Грома" Блоухорна, обещаю тебе честно разобраться в ситуации. Опустить оружие! - добавила она в конце, махнув поднявшимся из-за столов мордоворотам.

Те послушно попадали обратно на лавки, не убирая, впрочем, руки далеко от пистолей. Не было никаких сомнений - если что-то пойдет не так, жить нам останется считанные секунды.

- Лапочка, расскажи мне, что произошло. - Лиззи поманила Синди к себе рукой.

- Я повесила постиранное белье во дворе и возвращалась к себе в комнату. Когда я уже собиралась открыть дверь, он вошел на лестницу и спросил меня: "Подожди, милая, не подскажешь мне в одном деле?". Я спросила, в каком. Он же в этот момент поднимался ко мне, улыбаясь, а потом резко кинулся ко мне и схватил за руку, сказав: "А вот в таком!". Я хотела закричать, но он заткнул мне рот и повалил на пол. Я пыталась скинуть его, но смогла только сползти на ступеньки, где он прижал меня лицом к полу и... и...

- Продолжай, не бойся. - располагающим тоном поддержала её Лиззи.

- И начал срывать с меня платье, прижав коленом! Я уже думала, что это всё, всё... А потом Рико выскочил из своей комнаты! Этот... он схватил пистолет и выстрелил в брата, но попал пулей в стул и она там застряла! А потом Рико ударил его стулом и сбросил с лестницы! С-схватил меня и затолкал в свою комнату, вот!

- Ты, наверное, гордишься своим братом, да? Он настоящий герой в глазах маленькой невинной девушки... Сколько тебе?

- Четырнадцать, мэм!

- В глазах четырнадцатилетней девушки. Мда-а... Тебе есть что добавить, защитник невинных девиц? - повернулась она ко мне, смотря в глаза. А я изо всех сил старался не потонуть в этих омутах... Черт, как же она действует мне на мозги...

- Этот неудачник поскользнулся на своих собственных соплях и упал на свой же нож. - ответил я и, не удержавшись, в конце неискренне добавил: - Соболезную утрате.

Она улыбнулась, даже как-то добро, тепло. Во только пальцы, взявшие меня за лицо и потянувшие вверх, были отлиты из стали. Казалось еще чуть-чуть - и моя челюсть просто лопнет под этим давлением, забрызгав красным это ангельское личико, принадлежавшее настоящей ведьме.

- Какой храбрый щеночек. Дерзкий. Смелый. Но глупый. Я не люблю насильников и легко бы убила его сама. Но ты, волей или неволей, забрал его жизнь, а она, вот же незадача, принадлежала мне. По-хорошему, мне стоило бы забрать за это чью-то другую жизнь. - она постучала указательным пальцем другой руки мне по лбу, намекая, чья это могла быть жизнь, - Но кое-что меня в вашем рассказе смущает... принести кости и карты!

Она легким движением отбросила меня на пол, заставив приземлиться на задницу.

- К твоему счастью, это довольно легко проверить. Кстати... а скажи-ка мне, ты выглядишь побитым. Часто ввязываешься в драки?

- Не знаю, мэм. День назад я крепко получил по голове и ничего не помню. - ответил я ей, поднимаясь с пола. Стоящий позади нее нарядный пират резко выдохнул носом. Чего это он?

- Вот как. Занятно. Садись. - она указала рукой на стул напротив себя. Я молча выполнил указание. Спорить почему-то не хотелось. И дело тут не только в бандитских рожах, которыми она управляла. Хотя и в них тоже, чего кривить душой.

- Сначала карты. Суть проста - в начале сдается по две карты. Шестерки, семерки и так далее дают столько очков, сколько на них изображено. Валет - два, дама - три, король - четыре, туз - одиннадцать. По очереди добираем карты, нужно набрать двадцать одно очко. Если больше - перебор, это проигрыш. Побеждает тот, у кого на руках больше очков. Если у обоих одинаковое количество - тот, у кого больше карт. Ты считать умеешь? Знакома эта игра?

- Считать умею, игра знакома. - не стал отпираться я.

- Тем лучше. Боузи, сдай!

"Нарядный" подошел к столу сбоку, перетасовал карты и скинул нам по паре. Я поднял свои - шестерка и восьмерка. Девушка напротив глянула в свои карты и сказала:

- Ещё.

Пират скинул ей одну карту. Подняв её, она улыбнулась:

- Достаточно. Твоя очередь, паренёк.

- Ещё.

Мне пришел король. В любой другой ситуации я бы остановился, но глядя в лукавые глаза сидящей напротив меня капитанши, добавил:

- Ещё. Вскрываемся.

Шестерка, восьмерка, король, дама. Двадцать одно. Я глянул в карты девушки - Девятка, семерка, король. Двадцать.

- Хм-м... - она улыбнулась своему проигрышу, - Это становится интересно... Еще раз?

- Давай.

Шесть, король, дама, семерка против двух десяток. Я снова выиграл.

- Теперь кости, юноша. - сказала она, улыбаясь уже гораздо искренней.

- Смотри, тут десять костей. Пять мне, пять тебе. Кидаем по очереди. Комбинации по возрастанию - пара, две пары, триада, стрит, фулл хаус, каре, покер. Стрит - все кости идут по возрастанию, от единицы к пятерке. Стрит от двойки к шестерке считается старшим. Фулл хаус - пара и триада. Покер - все пять одинаковых, каре - четыре одинаковых. Если у нас одинаковые комбинации, победителем считается тот, у кого комбинация старше. Пара шестерок старше пары троек. Кости можно перебросить, но только после броска соперника. Уяснил?

- Вполне.

- Играем!

Она ловким движением сгребла со стола пять своих кубиков и, круговым движением раскрутив их в стакане, бахнула его на стол. Медленно подняла глиняный стакан, являя на обозрение три тройки, единицу и пятерку. Протянула стакан мне:

- Твой бросок.

Я гораздо менее ловко закинул кубики в стакан и тряхнул его. Вероятно, у опытных игроков есть какие-то секреты, как это делать, но у меня их не было, потому я просто стукнул стаканом об стол, вытряхивая из него кубики. Пара шестерок, двойка, тройка, пятерка.

- Я переброшу эти. - взяв у меня стакан, она забрала единицу и пятерку и, снова лихо крутанув стакан, выбросила шестерку и четверку.

- А я - эти. - оставив пару шестерок на столе, я закинул три кубика в стакан, потряс его и выкинул кости на стол. Пять, пять... шесть.

- Фулл хаус, парень. Ты выиграл. Я уже почти уверена... еще раз!

Снова прогремели кости в стакане, она стукнула им об стол, но не стала сразу поднимать - сделала пару круговых движений по столу, скрежеща глиняным стаканом. Двойка, тройка, четверка, пятерка, шестерка. Стрит.

- Я даже перебрасывать не буду. Держи! - протянула она мне стакан.

Бренча кубиками о стенки стакана, я думал. Пока слишком много неясного - в чем она почти уверена? Почему остальные смотрят за нами столь внимательно и напряженно? Что значит происходящее для них? Ответов нет. Я молча припечатал стакан к столу и поднял его, даже на смотря на кости. Я смотрел в глаза этой чертовки, в которых разгоралось что-то потустороннее. На ее лицо, на котором расползалась довольная улыбка хищника, поймавшего жирную добычу.

- Каре. - произнесла она, поднимая на меня взгляд, - С первого броска. Ты выиграл.

По таверне пронесся шум - сидящие за столами зашептались, загремели, зашуршали, убирая пистолеты за пояса и пряча ножи. Кто-то даже стукнул кружками и заработал глоткой, вливая в себя пойло с довольными рожами. Я опустил галаз на стол - там сиротливо лежала двойка, окруженная со всех сторон единицами. Каре.

- Ты, наверное, гадаешь, что все это значит, да? Вижу по твоему лицу, что ты ничегошеньки не понял, парниша. - весело произнесла Лиззи, закидывая ногу на ногу и откидываясь на стуле.

- Так и есть... Вы можете мне объяснить? - учтиво спросил я, старясь не разозлить эту девушку. Похоже, ее настроение столь же переменчиво, как и морская погода. То, что сейчас светит солнце, не означает, что через полчаса не будет идти град. В случае с ней - однозначно, свинцовый.

- Иногда с людьми случается несчастье. Или не несчастье, просто случай, который меняет всю их жизнь. Меняет круто, кардинально, невозвратно. И, будто смилостивившись над этими страдальцами, Госпожа Фортуна одаривает их своим вниманием. Мы называем это - Поцелуй Фортуны. Им везет. Нет, по твоим глазам вижу, что ты все равно ничерта не понял. Им невероятно везет. Там, где десять умерли - они проходят, как по ровной дороге, и находят кошель, полный талеров. Там, где отправились на встречу к демонам глубин три корабля, судно с ними ловит попутный ветер и мчит, не зная бед. Но Фортуна - дама переменчивая... пять, шесть месяцев. Иногда год. Максимум, о котором я слышала - два года. А потом все возвращается на круги своя. Такие как ты часто дохнут в это время, понадеявшись, что все будет в порядке, что им снова выпадет счастливый билет и короткую соломинку из руки судьбы вытянет кто-то другой... Не вытягивает. Никто не знает, когда кончится твоя удача.

- Звучит... удивительно.

- Наша жизнь вообще полна удивительных и непонятных штук, встреч и происшествий, парниша. Знай про свою удачу, но не рассчитывай на нее чрезмерно - когда-нибудь она тебя обязательно подведет. - закончив говорить, она взяла стоящий рядом с ней кувшин и прямо из горла начала пить вино, пуская алые струйки по губам, подбородку, груди... Бр-р! Что-то меня не туда занесло.

- Значит, ближайшее время со мной в карты лучше не играть?

- Ха! Пф-ф! - фыркнула она, отрываясь от кувшина и отправляя в полет красные капли со своих губ, - С тобой лучше вообще ни в какие игры не играть, парень. Не хотелось бы подавиться куском лепешки, пока замышляешь твое убийство за обедом! Я еще слишком молода для этого! Ха-ха-ха! - Лиззи рассмеялась, хлопнув себя по бедру. Я же молчал, обдумывая ее слова. Эзотерика какая-то. А я с детства в гороскопы не верю.

- Задумался? Это правильно. И хочу тебе подкинуть дельных мыслей. - сказала она, наклонившись ко мне через стол. Её лицо оказалось довольно близко к моему, а дыхание чувствовалось на лице. На удивление, от нее не пахло алкоголем, скорее, морским бризом и солью, - У меня есть к тебе предложение. От всей души, можно сказать. Иди ко мне на корабль. Так получилось, что у нас недавно выбыл старший матрос... Ну да туда ему и дорога, смекаешь? Освободилось местечко. Долю и жалование дам тебе сразу как старшему матросу. А дальше - поглядим. Если руки из правильного места растут и ты смекалистый... а ты ведь смекалистый малый, не так ли? То сможешь и дальше продвинуться. А это другие деньги, почет, уважение. В этом всеми богами забытом захолустье ты не получишь ровным счетом ни-че-го. Рядом со мной же - успех и слава. Подумай об этом. Ах да... еще одна мелочь... если ты согласишься, я обещаю, что мы снимемся с якоря как можно скорее и никого не тронем в этом заштатном городишке. Ты же... смекаешь?

У меня по телу промаршировал целый полк мурашек. Её улыбка, больше похожая на ухмылку, её поза, все говорило мне о том, что отказа от меня не ждут. Как быстро я забыл о том, с кем разговариваю! Невероятная, чудовищная оплошность! Кролик перед глазами удава, сидящий тихо и покорно в ожидании своей участи, вот кто я здесь. Я откинулся на стуле и потер лицо ладонями, изображая глубокие раздумья и выигрывая себе время. Может ли она устроить здесь, в поселке, бойню? Да, думаю - да. Сил хватит, чтобы подавить разрозненные очаги сопротивления. Будет ли она это делать, рискуя своими матросами? Неизвестно. Зависит от ее отбитости. Я коротко глянул на Лиззи, снова отводя взгляд и подпирая подбородок кулаком. Сидит, ухмыляется, ногой качает, делает вид, что ее устроит любой ответ. Эта может. Я посмотрел в сторону двери на кухню - там все еще мялись мои новоприобретенные родственники: дядюшка Уолли и сестренка Синди. Могу ли я их так подставить? Конечно же, нет! А значит, и выбора у меня тоже нет.

- Я согласен.

- Вот и умничка! - девушка снова наклонилась ко мне и потрепала меня по щеке, - Вот и молодец! Правильное решение. Ты можешь пока идти, отдыхать и готовиться, собирать вещи. С якоря снимаемся завтра, если ничего не изменится. И не передумай, матрос! С острова все равно некуда бежать...

Встав, и пошатываясь, как пьяный, я направился в сторону своей комнаты. Прошел мимо дяди с сестрой, ничего им не говоря. Сзади раздался громкий голос Лиззи: "Эй, морские волки, хватит бухать! У нас появилась работенка, завтра выходим в море!".

Интересно, я теперь что, тоже "морской волк"?

Глава 5. Добро пожаловать на борт

- Шевелись, салага! - прикрикнул на меня Боузи, когда я замешкался перед спуском в шлюпку.

Нервировать его лишний раз я не стал и, придерживаясь за канат, спрыгнул в шлюпку, заставив ее покачнуться. Матросы на лавке заворчали - им мой прыжок явно показался неловким.

- Садись на лавку, малой, и хватай весло. Посмотрим на тебя в деле! - сказал Боузи, спускаясь в лодку. От его движений, кстати, она почти не шелохнулась.

Прежде, чем взяться за весло, я оглянулся на берег - там стояли Уолли с Синди, Тьяго и еще какие-то парни самых разных возрастов. У Рико были еще друзья? Я помахал им рукой. Парни помахали мне в ответ, Синди уткнулась в грудь Уолли. Дядька же поднял вверх руку и сжал ее в кулак. "Держись" или "Будь сильным", как-то так я мог истолковать его жест. Я кивнул. Спасибо, Уолли. Я мало тебя знаю, но ты довольно много для меня сделал. Если будет возможность - я отплачу. Кстати, свои сбережения в размере почти двух талеров я передал ему. Не видел смысла брать с собой на борт то, что у меня там могут украсть. В моральных качествах пиратов я не сомневался. Точнее, не сомневался в их крайне низком уровне. Найти заначку Рико, кстати, было довольно сложно - парень оказался хитрожопым. Обшарив вчера всю комнату, я лишь случайно заметил чуть более глубокую тень от одной из досок на потолке, как раз над сундуком. Встал на этот самый сундук и как раз смог дотянуться до доски, с удовлетворением отметив, что она не закреплена. Отодвинул в сторону, пошарил рукой - вуаля! Холщовый мешочек с одной крупной серебряной монетой, эдакой увесистой плюшкой, и тремя десятками мелких, похожих на рыбьи чешуйки, оказался у меня. Как я понимаю - один талер и тридцать семь пиастров. В одном талере - сорок пиастров. Судя по тому, что за работы по замене кровли вместе с материалами целой бригаде работников заплатили всего восемь талеров, сумма выходила не такая уж маленькая. Явно больше месячной зарплаты среднего взрослого мужчины на нашем острове.

- Ну вот и все. Прощай, задрипанный Лоух. - сказал Боузи, ногой толкнув лодку от причала и садясь на лавку у руля, - Что глазеешь, малой? Весло в руки! И-и р-раз! И-и р-раз!

Плеснула вода, закручиваясь бурунами за моим веслом. Забавно. Только сейчас узнал название острова. Действительно, Лоух... Я старался копировать движения сидящих рядом со мной гребцов, но все равно немного не попадал в такт, то дергая весло сильнее, чем нужно, то заглубляя лопасть в воду слишком сильно и отставая из-за возросшего сопротивления. Плыть надо было всего-то метров сто-сто двадцать, но под конец я таки успел приноровиться и опускал лопасть весла в воду ровно настолько, насколько нужно, мерно работая корпусом, подтягивая к себе весло.

- Табань! - скомандовал Боузи, выворачивая руль. Матросы опустили весла в воду и затормозили лодку. Сидящие по другой стороне шлюпки ловко подобрали весла, прижимаясь к борту брига. Один из гребцов подскочил, хватаясь за канат, свисающий с борта и подтянул шлюпку ближе, стукнув бортов о борт. Как бы я не относился к пиратам, но их действия казались очень ловкими, точными, в них сквозил опыт. Они явно делали это сотни раз и еще не ясно, как скоро я смогу это повторить.

- Ленни, малой, оставайтесь на веслах. Возвращаемся. - скомандовал Боузи, когда восемь матросов поднялись на борт.

Ленни, как звали моего напарника, веслом оттолкнулся от борта брига и мы погребли обратно к причалу. Сделали еще пять ходок, забрав все матросню. Последнюю ходку сделали уже с четырьмя гребцами и встали у причала.

- Сидим, ждем капитана. - Выдал Боузи, вытягивая ноги и доставая из-за пазухи трубку и кисет.

Оглядел трубку, стукнул ей о борт, вытряхивая замеченные крошки, достал щепотку табака из кисета и положил в трубку, умял пальцем. Отстранился, осмотрел придирчиво результат, снова придавил пальцем и кивнул сам себе довольно. Засунул трубку в рот, поднес указательный палец к табаку в трубке. "Щ-щелк!" - проскочила искра между пальцем Боузи и трубкой, а я дернулся от неожиданности. И тут магия! Он раздул свою грудь, с силой втягивая дым в легкие и выпустил ароматную струю в мою сторону. Табачок пах неплохо... С легким оттенком ванили, кажется. Я за такой и пятнадцать тысяч за баночку выложил бы без вопросов, случись встретить этот сорт на Земле.

- Что, интересно, малой? - ухмыльнулся Боузи, покачивая трубкой, - Получишь жалование, купишь себе свою трубку и свой кисет, если захочешь. Своими с тобой никто не поделится. Трубка и табачок - дело интимное, салага. Ты можешь трахать с товарищем одну бабу, но трубки у вас будут свои.

Он с шумом прочистил горло и сплюнул в воду.

- Ну ничего. Ты быстро учишься, а уж кому объяснить тебе все премудрости - найдется. Что вылупился? Я внимательно следил за тобой - схватываешь на лету. Вначале греб как последний сухопутный, а под конец ничего, втянулся, будто уже год в море провел. Знаешь, я редко хвалю парней, но они это дело осваивали медленней. А ты не зазнавайся. Сейчас любой из матросов даст тебе просраться в каждом вопросе морского дела. - закончил он свой спич и смачно затянулся, выпуская потом огромное ароматное облако.

- А кем Вы являетесь на корабле... Сэр? - задал я вопрос, немного замявшись с обращением.

- Ха! Дать бы тебе затрещину, малец! Но пока не за что, а я стараюсь быть справедливым. Я - корабельный мастер. Самый опытный, самый знающий на корабле. Я уже двадцать лет болтаюсь в этих морях, сменил десяток кораблей и мой опыт - он бесценен, понимаешь? Такого, как я, возьмут и на линкор, на офицерскую должность, сразу. И это та причина, парень, по который ты будешь выполнять мои приказы сразу же, не раздумывая, не мешкая. Понял?

- Так точно! - я даже немного вытянулся на лавке, изображая вид лихой и придурковатый.

- Пха! Оставь эти замашки при себе. Просто помни - если будешь лажать, познакомишься с плетью боцмана. А он, если входит в раж, может мясо снять с кости. Так что крепко подумай, парень - хочешь ли ты познакомиться с ним поближе? О, а вот и наш капитан! - весело закончил Боузи, вытряхивая остатки табака из трубки о борт шлюпки, - Запомни, она не любит запах курева. А если будешь курить на шканцах - боцман мигом разъяснит, в чем ты был не прав.

- Заждались, мальчики? - спросила Лиззи, спрыгивая в лодку и устраиваясь на носу, - Давай, Боузи!

Мы мерно заработали веслами, направляя нашу шлюпку к бригу. Когда лодка стукнулась о борт корабля, Лиззи ловко взлетела вверх по канату, Боузи же остался, чтобы руководить нами, пока мы закрепляли веревки в специальных местах на шлюпке и потом втянули ее на борт лебедкой, размещая на специальном крепеже.

- Запомни, молодой. Это называется шлюпбалкой. - похлопал Ленни по специальному устройству из брусьев, на котором мы разместили шлюпку, - Теперь бери найтов, это канат, которым крепится шлюпка и перекидывай его вот так.

Он продемонстрировал, как надо было закинуть канат и перешел на другую сторону шлюпки.

- Теперь здесь. Просовываешь канат вот в эту петлю. Она называется обушком. Вот это называется талреп. Им ты натягиваешь канат и наша шлюпка, даже если на море будет шторм, никуда отсюда уже не денется. Усёк?

- Да, вроде все понятно.

- Отлично. Бери второй найтов, делай!

Я перекинул канат, продел его через обушек и затянул талрепом, прокручивая его. Ленни подошел, стукнул по канату - тот слегка загудел от натяжения.

- Годится. Ты действительно быстро схватываешь. Может, и выйдет еще из тебя толк. Пойдем, покажу тебе, что где на палубе находится. Наверх пока не смотри, тебе с парусной командой делать нечего, пока такелаж и рангоут не выучишь.

- Ленни, а можно вопрос?

- Валяй, молодой.

- Вы как-то слишком по-доброму ко мне относитесь. Я слышал...

- Запомни, Рико. - Ленни остановился и положил руку мне на плечо, - На корабле капитан - твой бог, судья и хозяин. И раз капитан Лиззи сказала, что тебя не стоит задирать и нужно старательно учить, то мы это сделаем. Главное, сам не нарывайся. Усёк?

- Абсолютно.

- Славный ты парень, Рико. - хлопнул меня по плечу Ленни и мы продолжили путь по палубе.

- Для начала - запомни про корабль. Это стофутовый бриг "Режущий ветер" из флотилии адмирала Блоухорна. Ширина - тридцать футов, осадка - десять. Днище обшито медью. Старый Гром любит свою дочурку, раз выделил ей свой самый быстроходный разведчик. Паруса этого красавца, - Ленни похлопал по мачте, - при хорошем ветре разгонят нас так, что у тебя дух захватит.

- Это какая же скорость у него?

- Хм... дай подумать. За склянку нам, единожды, удалось пройти семь миль. Это расстояние точное, замеряли его при попутном сильном бризе между двумя мысами на острове. Вот и считай, ты же умеешь. И это без помощи мастера.

Я прикинул. Склянка - полчаса, миля - чуть меньше двух километров. Выходило, что километров до двадцати пяти в час бриг разогнаться таки мог. Как понимаю, для парусного флота показатель солидный. Хотя парусные клипперы, вроде, разгонялись еще больше, но они были целиком и полностью сконструированы для скорости, а не для боя. Здесь же корабль явно боевой.

- Идем дальше. Верхняя палуба. Или майндек в нашем случае. Основная пушечная палуба корабля. С каждого борта - по девять шестнадцати фунтовых пушек. И пусть тебя не обманывает их небольшое количество - по калибру и дальнобойности эти пушечки не уступят иным фрегатам! Что еще есть на палубе? Конечно, же мачты! Парусное оснащение нашего брига не уступит по сложности и линкорам. Но, так как он меньше, по скорости и маневренности их превосходит. А, ну про скорость я уже говорил. Мачта на носу, выдающаяся вперед - бушприт. На нем закреплен утлегарь, а затем и бом-утлегарь. Все вместе они создают возможность крепления особых треугольных парусов, называемых кливерами. У нас два кливера и стаксель, по одному парусу на каждую часть мачты. По паруса я тебе расскажу позже, сейчас - мачты, у нас их две. Первая, называемая фок-мачтой и вторая - грот-мачта. Понял?

- Понял. Пока ничего сложного.

- Ха! Рангоут, а все мачты и реи относятся именно к нему, выучить не сложно, там простая система. Вот когда тебя начнут натаскивать на такелаж... Вот тогда ты взвоешь, молодой. Что же. Второй ярус каждой мачты называется стеньгой. Вообще, стеньгой называя всякая часть мачты, устанавливаемая на втором ярусе и выше. Полное название - фор-стеньга или грот-стеньга. Наверху мачты, где начинается стеньга, расположены марсы. Там крепится часть такелажа и размещаются марсовые матросы с полуторным окладом. Это опытные парни, которые бороздят моря уже не первый год. Вопросы?

- Никак нет!

- Пф-ф. Третий уровень рангоута - брам. Фор-брам-стеньга и грот-брам-стеньга. Четвертый - бом. Фор-бом-брам-стеньга и грот-бом-брам-стеньга. Усёк?

Я потер лоб и ответил:

- Усёк. Вроде как.

- Теперь реи. С ними тоже просто. Грота-рей, Фока-рей. Первый ярус. Грота-марса-рей, фока-марса-рей. Второй ярус называется так по той причине, что обслуживается марсовыми матросами, паруса на нем спускаются и поднимаются быстрее всех и используется при маневрировании в порту. Третий и четвертый - как и стеньга, только рей. Фор-бом-брам-рей и все такое. Ф-фух. Как же много с тобой приходиться болтать, молодой!

- А с тобой много слушать. Уши уже болят от твоего голоса.

- Ха! Ты за словом в карман не лезешь, да? Продолжай в том же духе и вскоре тебе как следует начистят морду, отучив зубоскалить без повода. - ответил Ленни, оскалившись и сощурив глаза.

"Никогда, мать твою, не забывай, с кем разговариваешь!" - подумал я зло. Ленни, видимо, что-то поняв по моему лицу, немного расслабился и сменил гнев на милость:

- Ладно, малец, продолжим. На гроте, кроме этого, есть еще и гик с гафелем. Смотри. - он тыкнул рукой сначала в одну балку, затем в другую, - Гафель - верхний, гик - нижний. Они растягивают бизань. Это специальный парус для улучшения маневренности и хождения под углом к ветру. Но, как я уже тебе говорил, про паруса и такелаж тебе расскажут позднее. Это, салага, целая наука - управлять парусами так быстро и ловко, чтобы корабль порхал на волнах, как ласточка в вышине!

Ленни поднял взгляд на паруса. Его глаза были широко распахнуты, а обветренное лицо украсила улыбка. Кажется, ему это нравилось, он этим жил и не смыслил иного. Я счел момент удачным, чтобы задать вопрос:

- Ленни, а скажи, как так получилось, что дочка целого адмирала оказалась на одиноком бриге черт знает где? Как бы ни был он хорош, но бриг - это всего лишь бриг, так? А ты говорил, что адмирал любит свою дочь.

- И я остаюсь при своем мнении. Любит. Но их милая семейная традиция предписывает всем отпрыскам доказать свое право на звание лорда-капитана. Вот и отправляются они по достижении двадцати лет в свободное плавание, получая в свое распоряжение корабль без класса. Вернулся через пять лет, привел домой корабль четвертого класса - молодец, можешь занять полагающееся тебе в семье место. Говорят, что отец Лиззи привел домой корабль аж второго класса и ее прадед сразу, без разговоров, уступил ему место адмирала. Сам я не помню - был еще слишком мал, но старшие рассказывали, что тогда на Бордосе закатили знатный пир. Старина Роланд проставился всему острову - говорили, что из пустых бочек вина после того пира можно было собрать еще один линкор. Так-то.

- А что стало с прадедом Лиззи?

- Со Стариной Роландом? Да что с ним сделается. Коптит еще небо. Занял место советника при семье и по-прежнему портит служанок. Поговаривают, что у отца Лиззи полно дядек-бастардов меньше его возрастом. И даже младше Лиззи. О да, о его постельных похождениях легенды ходят. Говорят, что ближе к центру есть остров, где у Владыки Морей сын вовсе на этого Владыку не похож, но сильно смахивает на Старину Роланда в молодые годы. Да только кто же подтвердит? Молодые годы Роланда прошли еще когда моих родителей не было в планах, аха-ха!

- Погоди. Ты говоришь, что он был немолод еще когда твоих родителей не было в планах. Но это же лет пятьдесят-шестьдесят назад, так? - озадаченно спросил я. У меня в голове пазл не складывался.

- Он гранд-мастер, парень. У них свои отношения со временем. Не удивлюсь, если он проживет еще пятьдесят.

- А что...

- Хватит. Я должен показать тебе корабль, а не болтать о семье капитана. Идем к корме корабля. Квартердек. Он же шканцы. - он указал рукой на поднятую над остальной палубой где-то на метр площадку в задней части корабля, - Это вотчина капитана. Там он находится, когда поднимается на палубу. Шторм, маневрирование, бой - капитан будет там. Запомни, салага: если ты плюнешь на палубу, тебе дадут в ухо и заставят вытереть, если сделаешь то же самое на шканцах - тебе дадут плетей. При ином капитане за дерзость на шканцах били плетьми и кидали в море. Сам понимаешь, у посеченного выжить шансов немного...

- Даже если рядом остров?

- Остров не всегда будет рядом. Но даже если и так - не факт, что ты доберешься вплавь. Акулы, малой, хорошо чувствуют кровь.

Я шумно сглотнул. Хороший тамада, и конкурсы интересные.

- Ах да, малой! Самое важное! Гальюн - на носу. Во время шторма гадить не советую - задницу намочишь, ха-ха-ха! - выдал эту штуку года Ленни и заржал, хлопая себе по ноге.

- А чем... ну, это, подтираться? - замялся я.

- Как это - чем? Рядом с гальюном веревка болтается, у нее конец в воду опущен. Вот достаешь ее и мокрым концом трешь жопу. Потом скидываешь обратно. Еще там ведро с веревкой стоит - можешь черпануть за бортом и жопу помыть. Но не советую делать это часто - задница будет чесаться и трескаться от соли.

- А-а-а... - в шоке выдал я. Вот это сервис, мать его!

- Теперь смотри, спускаемся вниз. - он протопал ногами по узкой лесенке, я последовал за ним, - Это орлопдек. Здесь нет пушек, тут располагаются наши спальные места. Камбуз - в носу корабля. В корме - кают-компания и лазарет. Лекарь живет в лазарете, там же принимает больных. В кают-компании живут мастер Боузи, боцман Ларсен и главный канонир Мёрси. Здесь два сквозных люка с верхней палубы в трюм. Туда спускаться не будем - все равно, кроме просоленной жратвы, материалов для ремонта и снарядов там больше ничерта нет. Самое важное для тебя здесь - твой гамак. Вот этот. Тут раньше спал Хриплый. Вешай на крюк свою котомку и поднимаемся.

Я вышел на палубу и вдохнул свежий морской воздух. Мы уже отдалялись от острова, где я впервые увидел этот мир, ветер уверенно надувал паруса. Ленни встал рядом:

- Ну вот. Теперь ты знаешь что где здесь есть.

- Ленни! Мастер Боузи приказал отправить салагу в помощь коку! - сказал какой-то длинный матрос, подходя к нам.

- Вот и славно! Пойду, займусь уже нормальным делом! - с улыбкой сказал Ленни и хлопнул меня по плечу: - Ну что, дорогу ты уже знаешь, дойдешь сам. Давай, молодой, не налажай со жрачкой! Иначе будешь чистить за нами гальюны, пока тебя не спишут на берег! Аха-ха!

Глава 6. Трудовые будни

- Матрос Рико по указанию мастера Боузи прибыл! - выдал я, открывая дверь.

Мне в лицо шибануло запахом прогорклого масла, горелого лука и чеснока. Удар был силен, почти как прямой в челюсть, заставив зрение на мгновение помутиться. Волна горячего влажного воздуха накрыла меня, заставляя покрыться испариной. Небольшая печь, рядом два очага с подвешенными над ними котлами, причем один из них просто монструозного размера, над ними грубое подобие вытяжки с уходящей вверх и вбок трубой, одна стена полностью заставлена шкафами, еще одна представляла собой столешницу с маленьким окошком над ней, откуда сюда поступал свет и свежий воздух, а около четвертой стены стояли две колоды, в одной торчал топор, в другой - здоровенный тесак, по форме напоминающий мачете. И всё это в крохотном помещении, где и одному-то тесно. А заведовал этим филиалом ада...

(простите, нейросеть не понимает "на корабле". А на камбузе еще и потолки были очень низкие!)

- Чё встал? Пришел - работай! - рявкнул он на меня.

- А делать-то что? - опешил я.

- Команда жрать хочет. Готовить им, конечно же! Вон, в углу мешок с бататом, режь и кидай в котел!

- Хорошо. А сколько резать? И где руки помыть?

- Воду экономить ты не научен? Так режь! Вони, бери миску, как нарежешь полную, даже с горкой - вываливай в котел и помешивай черпаком!

- А почистить?

- У тебя время лишнее есть? Так сожрут. Все, иди работать, мне еще мясо нарубить надо. Хорошо хоть козу с острова притащили. Уже никаких сил нет эту солонину жрать... - в конце он уже бурчал под нос, направляясь к колоде.

Я осмотрел батат - те самые розовые клубни, которые мне уже попадались. С кусками засохшей земли, они явно требовали мытья и чистки. Кормить таким команду - верный путь отправить их всех на больничную койку с напрочь сорванным клапаном. Не, они, может, ребята крепкие и привычные, но если есть такую дрянь регулярно, то любое здоровье рано или поздно закончится. И скорее рано.

- Есть емкость, куда я могу сходить, набрать воды? Мне даже морская подойдет.

- Ты не отстанешь, упрямый, да? - вздохнул и как-то даже сдулся кок, - Бери вон ту кадушку, у нее проушины есть, если тебе кто поможет - сможешь черпануть воды за бортом. Если к следующей склянке батат не будет в котле - огребешь! - с этими словами он вытащил у себя из-за пояса фляжку, с чпоком вытащил у нее пробку и сделал три крупных глотка. Зуб даю - у него там явно не чай...

- Алкаш старый... - шепнул я себе под нос, складывая миску и нож в кадушку и беря ее одной рукой. Второй же взял мешок батата. Благо, он был уже ополовинен и весу там было килограмм пятнадцать. Поднявшись на палубу, я обратился к ближайшему матросу:

- Уважаемый, поможешь воды набрать? Мне еще веревка потребуется.

"Уважаемый" странно на меня посмотрел, но кивнул. Видимо, какие-то распоряжения от капитана команда, и правда, получила, раз он не послал меня в пешее эротическое путешествие. Вдвоем мы привязали веревку к кадушке и аккуратно опустили ее к воде. Несмотря на то, что держали ее вдвоем, веревку все равно чуть не вырвало из рук, когда кадушка черпанула воду. Кое-как втащив тяжелую емкость на палубу, я выдохнул. Матрос ушел дальше заниматься своими делами, я же приступил к подготовке батата - промывал в морской воде, срезал шкурку, нарезал и скидывал уже готовый продукт в миску.

- И чем это ты тут занимаешься? - спросил подошедший сзади мастер Боузи.

- Мою и чищу батат.

- Зачем? - поднял он бровь.

- Чтобы матросы не ели грязь и не болели.

- Ты срезаешь часть батата, это значит, что они получат меньше еды. От недоедания, знаешь ли, тоже болеют.

- На пять процентов увеличится расход еды, заболеваемость снизиться на все двадцать. И это я еще не все увидел, что готовит ваш, так сказать, "повар". Такими темпами он просто потравит команду, а не накормит.

- Хм... Ты же сын трактирщика, да?

- Племянник.

- Значит, кое-что в этом, и правда, смыслишь... Вот что. Приготовь-ка сегодня ужин для капитана и офицеров. А старый Джоуди будет готовить для матросни. Если еда, которую подают офицерам, действительно будет лучше, получишь чуть больше уважения.

- И перестану быть салагой? - удивленно спросил я.

- Доверие, малец. Его не получают просто так. Докажи, что ты чего-то стоишь. Если капитан одобрит, а она одобрит, не вижу причин отказать, если ты справишься, то после вечерней готовки ты - офицерский кок. А Джоуди - матросский.

- Мне понадобиться провести инвентаризацию и составить списки необходимого, прежде чем принять пост.

- Учёный. Слова умные знаешь. Проводи. Времени у тебя как раз до вечера. - сказав это, он развернулся и ушел в сторону квартердека.

Успеть в назначенный коком срок я не смог - принес миску с чищенным и нарезанным бататом минут на пять позже срока, на что получил целую кучу возмущенных воплей. Не слушая его особо, прошел к котлу, вывалил батат и помешал. После чего снова метнулся на палубу и вылил через борт воду из кадушки. Все матросы, торчащие на палубе и на такелаже, смотрели на меня, как на дурачка. Пусть их. Потом поймут пользу.

Вернулся на камбуз, там котелок издавал активное бульканье и не очень приятные запахи. Спасать это хрючево уже было поздновато. К слову, во втором котелке, сильно меньше размером, варево пахло гораздо лучше - и там была крупа, а не батат. Что-то, сильно напоминавшее гречку. И мясо там плавало явно свежее, а не противного серого цвета солонина, как в котле матросов.

- Офицерский котелок уже почти подошел. Значит, так, малой. Объясню один раз. Пока никто не видит, делаешь вот так. - он взял черпак, запустил в котелок офицеров и плеснул в подставленную миску, - А потом быстро-быстро ешь, пока не пришло время нести еду офицерам. Понял? Ты весь - кожа да кости, а на матросских харчах отъедаться будешь долго.

- А за это по шее не дадут? - с сомнением спросил я.

- Дадут, если поймают. Но для офицеров я готовлю всегда с запасом, частенько на дне остается, так что не проблема. А теперь - ешь!

К слову, офицерская похлебка оказалась условно съедобной. Паршиво, но хотя бы так противно, как при взгляде на котел матросов. Но чеснока в ней было... Но один черпак - это, все-таки, маловато для моего растущего организма.

- Сейчас я отнесу еду офицерам и вернусь, будем раздавать еду матросам. Запомни - у каждого из них своя ложка и своя миска. За ними они следят сами. Твоя задача - налить каждому из них в миску по полному черпаку, выдать половину лепешки и пинту воды. В миску, при выдаче, льешь ложку масла. Вечером выдача, кроме пинты воды, еще и пинты пива. Все понял? Ну, я тебе еще покажу, как это происходит. Сейчас же бери ведра, спускайся вниз и набери в трюме воды из бочек. Тебе нужно будет принести и вылить в этот бочонок шесть ведер, чтобы хватило на всех. Делай.

- А где в трюме бочки с водой?

- Найди кого-нибудь и попроси тебе показать. Все, я ушел. - с этими словами он схватил котелок в руки, предварительно накинув на ручки тряпки, и вышел.

- Зашибись ты руководитель, конечно. А мне еще как-то дела надо будет принять? - сказал я недовольно, взял ведра и вышел на среднюю палубу. Или это полупалуба, раз пушек нет? Неважно. Главное, что я заметил хоть кого-то знакомого - тот самый длинный матрос, что передал распоряжение от переводе меня в помощники кока, как раз устраивался на гамаке в паре метров от меня.

- Уважаемый...

- Чего тебе, салага?

- Покажете, где взять питьевую воду?

- Мне че, делать больше нечего? Возьми светильник и топай вниз. От лестницы вправо - там увидишь. Крышку снять, воды набрать, крышку закрыть. Все, вали. - с этими словами он натянул на глаза бандану со лба, показывая, что разговор закончен.

- Спасибо! - ответил ему я и пошел к спуску в трюм. Рядом с ним и правда висел светильник. В нем едва-едва тлел огонек. Интуитивно разобравшись в его устройстве, в конце концов, это же просто масляная лампа, я подкрутил затвор и огонек взметнулся выше, давая уже хоть сколько-то света, чтобы не сломать себе ноги во тьме трюма. Перехватив ведра с веревочными ручками одной ладонью, второй рукой я взял светильник и, держа его чуть выше глаз и смотря вниз, спустился. Трюм оказался весьма негостеприимным помещением - во-первых, высота его составляла всего метр восемьдесят, вряд ли больше. Во вторых, все дно было почему-то завалено щебнем. Если этот щебень убрать, то, судя по обводам корпуса, добавится еще метр высоты. Странно. Но раз так сделали - значит, зачем-то это нужно? Я, пригибая на всякий случай голову, побрел вправо, где довольно плотно стояли бочки и, на каком-то подобии поддонов, были навалены тюки из грубой ткани. Один из тюков был надорван и в неверном свете лампы внутри я углядел прямоугольные сухари, даже на вид довольно плотные. Бочки стояли с двух сторон от прохода, ближе к центру корабля. Пять штук с одной стороны и пять штук с другой. Невысокие - чуть меньше метра и довольно пузатые. Пожалуй, чуть меньше полутонны воды в каждой. Я открыл первую правую - она была пуста. Первая слева - заполнена наполовину. Вода уже начинала попахивать, ее бы заменить... Кстати, если я правильно понимаю такое их расположение - они нужны для баланса. Тогда и щебень под ногами - это самый что ни на есть балласт, который помогает кораблю не перевернуться! Довольный своей догадкой, я плюхнул ведра в бочку и достал их уже наполненные. Светильник повесил на балку рядом с бочками - там нашелся подходящий для этого крюк. Сделал три ходки, потом сбегал, забрал и притушил светильник, повесив его на то же место, где и взял. К таким мелочам на корабле нужно быть очень внимательным. То, что я счастливчик, вряд ли избавит меня от плетей боцмана, случись чего.

Вернувшись на камбуз, застал там кока.

- Вижу, натаскал воды. Хорошо. Подтащи бочонок к выходу на палубу.

Я выполнил его указание, аккуратно наклонив ее и подкатив. Увидев, что я не совсем тупой, Джоуди хмыкнул. В этот момент через окошко донесся сдвоенный удар корабельного колокола - рынды.

- Двойные склянки, время обеда. Сейчас попрут. - сказал мне кок, доставая из шкафа здоровенный кувшин с пробкой, - Это масло оливы, везут с севера. Очень полезная штука, без которой матросики будут дохнуть, как мухи. Делаем вот так: берем вот эту миску, льем почти до краев. Когда будешь в миску черпать похлебку - туда еще ложку масла. Сверху на миску половину лепешки. Дальше тебе протянут флягу. Берешь вот этот черпак с носиком, его в бочку, потом аккуратно льешь во флягу из носика. И смотри мне, не плескай! По роже можешь получить быстрее, чем скажешь "Мама"! И бить тебя буду даже не я, а те, кому ты воды не долил. В этой жаре вода уходит очень быстро. Норма - три пинты в день, по одной на завтрак, обед и ужин. На ужин еще и пинта пива. Если расплещешь пиво - точно быть тебе битым!

- Вроде все понял.

- Понял он... Давай, обслуживай парней, ха-ха-ха! Обслуживай! - захохотал он.

Просто прелестно. Сам пошутил - сам посмеялся.

- О, малой на раздаче! - сказал кто-то из подходящих мужчин.

- Эй, счастливчик, поделись удачей - вылови мне кусок помягче!

- Ха-ха! Со дна черпай, где погуще!

А дальше пошла простая, монотонная работа. Взять миску, зачерпнуть, вылить, плеснуть ложку масла, взять половину лепешки, положить на край, передать матросу. Взять флягу, зачерпнуть воду, влить во флягу, вставить пробку, что болталась у каждой фляги на кожаном шнурке и передать матросу. К двадцатому я наработал некоторый автоматизм движений и тратил буквально двадцать секунд на человека. Где-то на пятидесятом матросы перестали подходить.

- Все, что ли? - спросил я у кока, оборачиваясь к нему. Тот стоял в метре от меня и наблюдал за работой.

- Погоди еще. Сейчас смена убежит наверх, придется другая вахта. Вот когда они поедят, придет наше время. Кок ест последним, парниша.

- А сейчас, пока есть перерыв, нельзя?

- Нет, нельзя. Когда все они - он обвел рукой помещение полупалубы, где привалившись к бортам, переборкам, пяте мачты или вообще сидя прямо на полу столовались пятьдесят человек, - Получат свою порцию, тогда едим мы. Кок должен уметь определить количество продуктов, потребных для кормления команды, пацан. И уж тем более не должен обделить офицеров. Иначе в первом же порту тебе найдут замену. Полтора талера в месяц на дороге не валяются!

- А почему полтора?

- Кок приравнен к старшим матросам. А на больших кораблях, где может быть отдельный офицерский кок, можно и три получать. На флагмане адмирала, говорят, кока выписывали из лучшей ресторации города и сколько он получает - никто не знает. Но что не мало - то к гадалке ходить не надо. О, идет вахта, приступай!

Снова потянулись матросы, которые хотели есть и пить. Закончив и с этими парнями, мы с Джоуди, наконец-то, приступили к еде. Что я могу сказать? Дочерта чеснока и лука, которые забивали весь вкус еды. Но это было даже хорошо, потому как он бы меня точно не порадовал. Жесткое, как подошва кирзового сапога, мясо, которое было пропитано солью до такой степени, что даже после варки хрустело на зубах, как мне показалось. Соль - это вообще отдельная история. Она в это "блюдо", если это адское варево можно было так назвать, не добавлялась. Но её количество в солонине было чудовищным, потому и сама похлебка выходила пересоленой. Кое-как закончив с едой, я, вытащив пустой котёл на палубу и зачерпнув золы в очаге, приступил к чистке. Старик принёс котелок офицеров, я отмыл и его. Затем снова сходил в трюм, набрал воды и сразу же залил её в котёл, который снова отправился на огонь. Джоуди порубил солонину и закинул её в котёл, показав мне, где хранятся остальные продукты. Как оказалось, крупы, масло, пиво и солонина хранились в соседнем помещении, за стенкой. Кстати, это насмерть просоленое мясо до варки не брал нож, а потому без топора к нему не стоило даже подходить. Затем я с помощью всё той же золы и морской воды перемыл всю кухонную утварь, а там и время готовки ужина для офицеров подошло. Набор продуктов, был, прямо скажем, фиговый. Несколько пучков подсушенной зелени. Козье мясо, замоченное в солёной воде, чтобы медленнее портилось, разные крупы, мука, специи, с которыми как раз все было неплохо, оливковое масло, немного фруктов для офицеров и капитана, три бочки солонины, которую подавать офицерам было крайней мерой. Пяток связок колбасы и пара головок сыра, что тоже было предназначено для офицеров. А еще был сахар в большой глиняной емкости. Немного слежавшийся, но он был. Как и мешок сушеных листьев, так похожих на чай. Целая куча лука, чеснока, морковки и батата. Они неплохо хранились, если перед погрузки на корабль были просушены, потому солидную часть похлебки составляли именно они. Большой мешок изюма, правда, он уже начал отсыревать. А ещё, не иначе, как чудом, были полтора десятка яиц, которые уже скоро должны были испортиться по такой жаре. И вот именно они и определили мой план.

- Джоуди, я получил задание сделать для офицеров особенный ужин. - несколько неловко начал я.

- Ха. Им надоели мои харчи? - с какой-то странной улыбкой сказал он, - Пусть их. Главное, чтобы не списали.

- Ты поможешь мне, если я попрошу?

- Да. Скажешь, что тебе нужно.

Я решил сделать для офицеров сладкие булочки, благо взбитые вместе яйца и сахар могли дать на выходе более-менее пышное тесто, и, если в процессе выпекания смазать их яичным желтком, они еще и приобретут красивую корочку. А еще, что немаловажно, будут гораздо мягче твердых лепешек, которые выпекались из простого плотного теста. Основным же блюдом, благодаря наличию большой и глубокой сковороды я мог сделать гороховую запеканку. Горох был немедленно залит водой и поставлен на огонь. Времени размачивать его нет, придется компенсировать долгой варкой. Примерно полчаса помогал Джоуди с солдатской стряпней, в этот раз он не возражал против моих нововведений. В ход опять пошел помытый и почищенный батат. Пришло время заняться фаршем. Мясорубки тут не было, потому пришлось брать тесак и рубить, рубить, рубить... пока мясо не превратилось в кашу. Ну а дальше берем ту самую сковороду, льем масло, закидываем фарш и мелко порезанный Джоуди лук со специями и передаем сковороду ему. Пусть обжарит немного и выльет получившийся сок в другую тару. Для этого пришлось снимать с огня солдатский котел. Ворочать его приходилось вдвоем, так было быстрее и безопасней - весил он просто дофигища, и я не знал, как старикан раньше управлялся с ним один. Я бы, пожалуй, с трудом справился с ним, будь даже с прошлым телом взрослого мужика.

Потом занялся тестом. В глубокой миске, почти тазике, взбил яйца с сахаром, добавил муку с изюмом и тщательно перемешал. Зажег огонь в печи, взяв уголек из очага под котлами и начал формировать будущие пирожки. Противней в привычном для меня понимании тут не было, зато были чугунные формы, их немного напоминающие. Пирожков получилось довольно много и я занял обе формы. Хорошо, что в печи были упоры, позволяющие использовать сразу оба лотка. Теперь поставить заслонку и вернуться к запеканке.

Берем тару с соком от фарша с луком, сыпем туда муку и зелень, смешиваем, даем немного прогреться на огне. Снимаем с огня котелок с горохом и вливаем оттуда воду к будущему соусу, смешиваем. Помешиваем, пока не загустеет и снимаем с огня, ставя поближе к окну - надо дать ему остыть. На освободившийся очаг вернули солдатский котел. Снова к пирожкам. Они неплохо поднялись в печи и настало время смазать их яйцом. Немного желтка еще осталось - вскоре пригодится. Дополнительно переставить формы местами - вверху жара явно больше. Теперь размять горох. Дело трудное и нудное, особенно когда у тебя нет нормальной толкушки и приходиться заменять ее глиняной кружкой, но мне нужно получить пюре. Добавляем в соус оставшуюся часть яиц и смешиваем с гороховым пюре. Оно было чуть жидковато, вместе с густым соусом получилось то, что нужно.

Пришло время вытащить булочки и оставить их немного отдохнуть, сложив в большую емкость и накрыв условно чистым полотенцем. На второй очаг - чайник, изрядных кстати, размеров - литров на пять, пусть закипает. Теперь в ту самую большую сковороду, предварительно отложив в миску фарш с луком, добавляем немного масла и смазываем им стенки, чтобы не пригорело, добавляем гороховое пюре с зеленью, предварительно сдобрив его специями и солью. Не всё - только треть. Потом выкладываем мясную начинку и оставшееся пюре. Разравниваем. Сверху смазываем пюре желтком для красоты и румянца - готово. Надеюсь, мне никто не скажет никаких гадостей, оттого, что я делал это пальцами? Запеканку в печь на полчаса. Предыдущие склянки были минут пять назад, надо будет примерно засечь время после следующих. До ужина оставалось чуть меньше часа - успеваю, отлично! Проверить чайник - еще не кипит. Есть время передохнуть и помочь Джоуди.

- У меня все почти готово. Только непонятно, как нести все это господам офицерам. И, я так понимаю, сначала надо отнести это все на пробу капитану?

- Ты прав и не прав, малой. Капитану нужно подавать отдельно, офицерам - отдельно. Они и едят в разных местах. Ну а как офицерам нести... да так неси, в сковороде. Возьми только, чем накладывать.

- Хорошо. Значит, нам нужна другая посуда для капитана?

- Да. У меня найдется доска для подачи, потому четверть твоей запеканки переложим туда. И треть пирожков.

- Еще нужно будет другой чайник, куда отлить получившийся чай.

- Найдется, раза в три меньше этого.

- Хорошо. Но у меня рук не хватит. Поможешь? Надо будет взять пирожки и чайник.

- Помогу, молодой. Мне уже и самому интересно, что у тебя вышло.

- Я бы дал тебе попробовать, но кажется, это будет слишком заметно, если части запеканки не будет.

- Да я аккуратно отщепну... - ухмыльнулся Джоуди.

- А давай! Только действительно чуть-чуть.

Закипел чайник и я, сняв его с огня, закинул туда листья чая. Взял лимон из офицерских фруктов и, обдав кипятком для чистоты, порезал кружками, которые закину туда чуть позже. Прозвучали склянки. До ужина оставалось полчаса и пора было разносить еду офицерам. Я отлил примерно литр чая для капитана, кинул туда несколько кружков лимона. Открыл заслонку печи - оттуда дохнуло густым ароматом, от которого мой желудок забурчал. Запеканка, а вышло ее прилично, около четырех килограмм, выглядела отлично. Подумав, что капитана обижать капельку подгорелым краем нельзя, я вырезал квадрат примерно в грамм в семьсот из середины и переложил на предложенную Джоуди доску с бортиками. Взяв все необходимое, мы отправились в каюту к капитану. Перед уходом старик закрыл дверь камбуза ключом. На мой удивленный взгляд он выдал:

- Что? Матросня набежит и от твоих харчей ничего не останется. Знаешь, кто будет виноват?

Я в ответ пожал плечами и пошел на палубу. Лиззи на шканцах не было, потому я подошел к каюте и постучался в косяк двери.

- Входи! - донеслось изнутри.

- Доброго вечера, капитан!

Лиззи, сидевшая за столом и читавшая книгу при свете лампы, подняла на меня голову. Капитанская каюта оказалась обставлена гораздо лучше, чем весь остальной корабль. Здесь была полноценная кровать, стол, пара стульев, два шкафа и рундук с навесным замком, что-то вроде комода с небольшим зеркалом. Но была все такой же тесной.

- Ставь на стол. - скомандовала она.

- Здесь гороховая запеканка, сладкие булочки с изюмом и чай с лимоном, капитан.

- Хм. А ну-ка... она, взяв трехзубую серебряную вилку из ящика стола, отделила часть запеканки и отправила в рот, не выпуская из другой руки книгу.

- Я пойду, отнесу офицерам остальное. - тихо сказал мне Джоуди и ретировался.

- Знаешь, неплохо... - Прожевав еду, с задумчивым видом сказала девушка, - Я решила. Теперь мне будешь готовить ты.

- Разрешите поухаживать?

- Валяй. - лениво сказала она, доставая из того же ящика стеклянный стакан в серебряном держателе. Первый увиденный мною в этом мире!

Я налил туда чай и передал ей. Она же, отставив в сторону запеканку, пригубила чай, кивнула сама себе и взяла булочку. Откусила часть, прожевала и запила чаем.

- Хорошо. Не кондитерские родного острова, конечно, но для моря - вполне. Да, если ты будешь мне подавать еду не хуже этой, я точно буду тобою довольна.

- Спасибо за похвалу. Только, боюсь, с текущими запасами я смогу удивить еще пару-тройку раз, на этом все. Мне потребуется больший набор продуктов, чтобы соблюсти правила здоровой и разнообразной пищи.

- Годится. В течение недели мы зайдем в порт, подготовь список. Бумагу и чернила возьми у целителя.

- И еще... вода в бочках портится.

- Она всегда портится. Это все, что ты хотел сказать?

- Нет. Думаю, я знаю, как продлить срок ее хранения и уменьшить количество болезней из-за плохой воды.

- О. Это уже интересно. Вернемся к этому вопросу завтра. А сейчас оставь меня. Через пару склянок зайди, заберешь и вымоешь посуду. - она махнула рукой, выпроваживая меня и приступила к трапезе.

Я же поспешил назад. Ударили двойные склянки, знаменуя время раздачи еды. Сейчас выдача еды матросам, потом уже и мой ужин. Надеюсь, старикан догадался отложить мне немного запеканки и отлить кружечку чая. Как впоследствии оказалось - да, догадался, отчего я его почти полюбил. Потом мыть котлы, снова поставить замачиваться солонину, собрать и помыть посуду капитана и офицеров. Спать я лег уставший, весь потный и вонючий. Чертов камбуз, вечная жара, духота и теснота. Хорошо, что я молод и переношу это легче. Как Джоуди еще не слег с инфарктом - одному Богу известно.

Глава 7. Кое-что новенькое

- Вставай, малец! Наше время пришло. - шлепнул меня по плечу Джоуди ещё в темноте. Спросонья я чуть было не навернулся с гамака на пол, но смог поймать равновесие и встал на ноги.

- Уже? Вроде, только лёг...

- Такова жизнь. Ты встаешь и ложишься в темноте, работаешь весь день, но зато не стоишь в вахтах и не идешь в абордажной команде. Пойдем, через четыре склянки завтрак.

И мы приступили к готовке. Муки оставалось мало, потому матросам лепешек больше не достанется, пока не пополним запасы. Зато офицерам я запек некое подобие пиццы с сыром, колбасой и овощами. Вместе с чечевичным супом - очень даже ничего. По устоявшейся традиции, мы со стариком стянули часть офицерской пищи. Точнее, я сделал нам еще одну лепешку, пусть и чуть скоромнее размерами, чем те, что ушли корабельному начальству. Ну и черпачок супа на двоих мы тоже употребили. Был некоторый риск, что нас застукают за этим воровством, но я постоянно хотел есть - мое тело будто опомнилось и захотело нарастить побольше мяса на костях. Так что мне было по барабану. Снова заварил чай и отнес еду сначала в капитанскую каюту, затем и в кают-компанию. Лекарь, сразу схвативший свою лепешку и откусивший от нее, даже замычал от удовольствия и одобрительно похлопал меня по плечу. Когда я уже собирался уходить, тот придержал меня и приказал:

- Зайди ко мне после раздачи. Капитан приказала оценить твои идеи касательно воды.

- Сделаю.

Тот кивнул и уселся за стол, беря в руку ложку. Я же отметил, что вчера внешняя расслабленность капитана была именно внешней. Не забыла, выдала задание ответственному офицеру, назначила сроки выполнения. То есть, как руководитель эта молодая девушка нулем не была. И гарантировано превосходила меня в том же возрасте на порядок. Теперь бегом на камбуз, подтащить бочку с водой, подготовиться к раздаче. Джоуди, кстати, меня удивил. Оказывается, матросам каждое утро положено выдавливать в бочку воды два лимона. Я проделал это, отложив измочаленные лимоны в сторону - потом доем, там еще осталось, чем поживиться. Человек двадцать первого века прекрасно осознает роль витаминов в своем теле и понимает их полезность. Прозвучали двойные склянки и к нам стали подходить матросы. В этот раз похлебку делали чуть пожиже, а вместо лепешек выдавали сухари, мешок которых я притащил из трюма. Как мне в процессе готовки объяснил старикан - есть эти куски своеобразного хлеба, по твердости соперничавшие с кирпичами, можно было только как следует их размочив. Если же похлебка густая - сделать это решительно невозможно. Закончив с раздачей, принялись за свою порцию. С учетом того, что мы уже заморили червячка, стащив "долю малую" из офицерской еды, вышло даже неплохо. Правда, сухарь, чтобы его можно было жевать, приходилось размачивать в похлебке около двух-трех минут. Потому я разбил рукояткой ножа второй "хлебный кирпич" из моей порции и просто смахнул куски в миску с разделочной доски. Мелкие кусочки размокли и разбухли гораздо быстрее, впитав воду, превращая мою похлебку в суп-пюре. Я же подумал, что наши супы-пюре, столь популярные на Земле, скорее всего от таких вот "изобретений" из дрянных сухарей с сомнительной флотской похлебкой и произошли.

Доев, я направился в кают-компанию, где столовались немногочисленные офицеры корабля и постучался. Дождавшись одобрительного крика изнутри, вошел. Четверо офицеров как раз доедали свои порции, причем пища явно пришлась им по душе - в котелке было пусто, лепешки были уничтожены подчистую.

- А, малой. Постой там, сейчас чай допью и пойдем. - махнул мне рукой лекарь, возвращаясь к разговору: - Так что говоришь, мастер, есть наводка?

- Есть. - уверенно кивнул ему Боузи, - Торговый барк "Леви" должен проходить мимо острова завтра. На самом острове есть бухточка, которая скроет нас от их взглядов, пока не станет слишком поздно. Первая добыча в этом выходе.

Я навострил уши. Очень интересно...

- Ты че уши греешь, салага? - рявкнул на меня Боузи.

- Я, э-э-э, мастер... - замялся я, не зная, как правильно подать ему то, что меня тут целитель оставил стоять минуту назад и не огрести при этом.

- Да оставь его, мастер. - сказал лекарь, вставая и залпом допивая остатки чая в своей кружке, - Пойдем, малой. Покажешь мне очередную "гениальную" матросскую придумку. Что там у тебя? Принести в жертву пять крыс?

Я поспешил за ним в трюм, схватив с балки масляную лампу и выкручивая огонёк посильнее.

- Нет, эм, сэр.

- Ко мне обращайся - господин целитель или господин Николс. Понял? - наставил меня мужчина, подняв вверх палец.

- Понял, господин Николс.

- Вот и славно. Рад, что ты из понятливых. Ну, мы у бочек. Что ты имеешь мне предложить, молодой человек?

- Дело в том, что порчу воды вызывают, в первую очередь, мельчайшие организмы, что-то вроде букашек, которые в стоячей воде, на которую не светит солнце, быстро размножаются. И для сохранения воды требуется ее очистить от этих организмов. Для начала - бочки, перед тем как в них лить воду, нужно на одну пятую залить кипятком и закрыть. После бочку прокатить, чтобы кипяток плескал в ней. Это позволит очистить бочку и подготовить ее к использованию, закрыв все мелкие щели и трещины. Потом в бочку, на дно, нужно засыпать колотый кремень и добавить немного серебряных пиастров, предварительно их прокипятив, чтобы очистить от грязи и почистив щеткой, чтобы снять с них пленку. Кремень заставит мелкие частицы грязи выпасть в осадок, а серебро подавит размножение зловредных мелких организмов. Все эти меры позволят хранить воду, по моим соображениям, до двух-трех недель. Единственное - воду из бочек с кремнием нужно использовать не всю, оставляя внизу часть воды с осадком, а затем промывать бочки и кремень перед наполнением новой водой.

- Отлично, юноша! Ты прав, это действительно сработает, твоя смекалка и знания меня радуют. Но только зачем, если можно сделать вот так? - с этими словами он сунул руку в бочку и от нее полыхнуло светом. Проморгавшись, я поднес лампу к самой воде.

- Блин, не видно, темно слишком... - прошептал я себе под нос.

- Ну, смотри. - хмыкнув, сказал лекарь, зажигая над своей рукой яркий огонек.

В его свете я рассмотрел кружащиеся и опускающиеся в воде хлопья осадка.

- Бочки, конечно же, надо промывать перед использованием. И пропаривать, чтобы распереть их, тоже следует. Но вот усложнять, добавляя кремень и серебро, нужно только если в команде нет опытного мага света или смерти.

- А жизни, господин целитель? - уточнил я.

- Вот как раз жизнью ты тут не поможешь, только усугубишь порчу воды. Понимаешь, почему?

Я покивал. Конечно, понимаю. Только подстегнешь рост бактерий и микроорганизмов. Вот только кто бы мне еще про эту магию чего объяснил?

- Господин Николс, а можете мне рассказать о магии? - спросил я целителя, пока он ходил, опускал руку в каждую бочку и сверкал своими вспышками.

- Не сейчас, малой. Как-нибудь потом, может быть, если ты приготовишь мне что-то особенное и сможешь по-настоящему удивить. Пока просто запомни: магов на корабле трое. Капитан, мастер Боузи и я. Для брига - даже многовато, но это бриг дочки адмирала, юноша, так что... Ладно, бывай. Твои идеи не пригодились, но они были здравыми, потому я не буду наказывать тебя как-либо за то, что отвлек от других дел.

С этими словами он закрыл крышку последней бочки и удалился из трюма. За ним вышел и я, захватив и притушив лампу. Удивительно. Новое проявление магии, при том со знанием и пониманием где и как ее применять. Не ожидал, что местные уже додумались до такого. Помнится, на Земле об этом узнали только после исследований Луи Пастера, который и дал начало микробиологии, как науке. Не будь его - это сделали бы минимум на полвека позже. Все-таки это был настоящий гений своего времени, плодами работ которого мы пользуемся до сих пор. Пользовались... Я ухмыльнулся, вспомнив о том, что я давно уже здесь, а не там. Узнать бы, где это самое "там" находится. Старательно подавив мысли о семье, чтобы не скатиться в черную меланхолию, пошел на камбуз. Уж лучше занять себя работой, не оставляя простора мысли. К тому же, матросы начали драить палубу и жилое помещение с уксусом, который выдал им лекарь - уж лучше буду в духоте вдыхать запахи еды, чем это.

***

Корабль стало ощутимо потряхивать, когда мы уже закончили приготовление обеда и ждали двойных склянок.

- Иди на палубу, Рико, глянь - мы заходим на мелководье, к острову? Если так, то обед немного подождет, пока мы не спустим паруса и не кинем якорь.

- А как ты понял, что мы скоро встанем на стоянку? - спросил я Джоуди.

- Опыт, малец. Иди, иди.

Я поднялся на палубу и действительно увидел остров, к которому мы приближались. Матросы бегали по палубе и лазали по такелажу. Свистелка дудка боцмана, неизвестными для меня ритмами отдавая приказы морякам. Море пенилось и вспухало волнами, мы находились практически посередине границы, отделявшей непроглядную черную глубину от ласковой лазури мелководья.

- Не стой столбом, уйди к борту! - рявкнул на меня один из матросов, пробегая мимо.

Я отошел к носу, где двое матросов под приглядом боцмана сидели и кидали в воду веревки с привязанным к ним ядром. Только сейчас обратил внимание на то, что часть парусов была поднята и мы шли малым ходом, позволяя проверить глубины. Видимо, лоция здесь нашему капитану и мастеру была неизвестна, оттого и такие предосторожности. В небольшую бухту, закрытую с одной стороны скалой, с другой - более пологим берегом, мы вошли где-то через полчаса. Как на мой взгляд, она для стоянки подходила плохо, так как с двух сторон была открыта морю. То есть, это была больше не бухта, а рейд - якорная стоянка, лишь частично защищенная от волн и ветра. Заметив, что корабль почти остановился, я побежал вниз, пора было доставить еду офицерам и вставать на раздачу для моряков.

- Рико! - окликнул меня один из матросов, когда я уже доедал свою порцию, - Распоряжение мастера: идешь на берег, тебе в помощь трое матросов. Нужно пополнить запасы провианта, в первую очередь фруктов.

- Понял! - крикнул я ему в ответ, споро запихивая в себя остатки обеда, - Джоуди, что скажешь, что тут можно взять?

- На скалах поищите яйца. Пестрые, с точками - чаек, их берите больше. Может, найдете ананас или бананы, если островок достаточно велик.

- Не очень. Думаю, около полумили в поперечнике, поменьше, чем Лоух.

- Это не самый маленький остров. Там даже может найтись пресная вода. Так что будь внимателен и осматривай, куда ступаешь - змей или ярких лягушек избегай.

Я почесал голову - еще и эта напасть. Но делать нечего. Поднявшись на палубу, я сразу обратил внимание на пятерку матросов, которые активно работали с лебедкой, опуская шлюпку на воду. Среди них был и мой знакомый - Ленни. Подойдя и поприветствовав их, получил в ответ кивки - они явно не хотели отвлекаться от работы на меня. Да и вообще, не были сильно рады дополнительной задаче. Когда шлюпка была спущена, я, Ленни, и еще трое матросов спустились в нее, один же остался наверху, занимаясь лебедкой.

- Прыгай на весла, салага. - скомандовал мне Ленни, усаживаясь на место рулевого.

Выпендриваться я не стал, приземлился на лавку, гребя в такт, который Ленни отбивал ногой, стукая каблуком своего сапога от дно лодки. На подходе к пляжу ритм ускорился и мы, разогнав лодку, вылетели на треть корпуса на песок. Матросы сразу же сложили весла и попрыгали на берег, хватаясь за лодку и затаскивая ее дальше, я же непривычный, замешкался, за что получил несильный подзатыльник от Ленни:

- Тебя что, остальные как лорда-капитана обслуживать должны? Веселее, салага!

Затащив лодку всем корпусом на песок, мы привязали веревку из проушины на носу к ближайшей пальме.

- Все, Рико, ты идешь с Донни, Миросом, Карлом, - он называл имена, поочередно указывая рукой на матросов, - На остров и ищешь, чем бы побаловать наших господ офицеров. И, конечно же, нашего прекрасного капитана. Рассчитывай так, чтобы мы вернулись до ужина и ты успел его приготовить. Это распоряжение мастера, слово в слово. Усек?

- Да, Ленни. Пойдем, парни. Надо шевелиться.

Мы подхватили корзины и скорым шагом двинули к скале. Не буду описывать, как мы гоняли чаек, вляпывались в дерьмо и были обгажены сверху. Но результат - шесть десятков мелких яиц, того, думаю, стоил. Сделаю им омлет и булочки, даже немного останется на завтра, тоже под выпечку. Оставив корзинку с яйцами в тени шлюпки и под охраной Ленни, который посасывал трубку и расслаблялся, зашли в заросли. Кроме пальм тут было довольно много другой растительности, затрудняющей обзор. Донни с Карлом вышли вперед, доставая мачете и прокладывая нам путь. Здесь были кокосы, и десяток обязательно возьму с собой, чтобы попробовать сделать печенье и кокосовую крошку для выпечки, но это на обратном пути. Я старательно копался в памяти, вспоминаю нашу с женой поездку в Таиланд и ассортимент представленных там фруктов. Может, найду здесь что-то знакомое, съедобное и не ядовитое? Мои надежды оправдались в полной мере - мы вышли прямо на манговое дерево, которое было усыпано плодами. Часть из них была явно незрелой, часть была побита птицами, но полтора десятка плодов стали нашей добычей. Дальше нашли мангостин и ананас. Последних всего две штуки, но мне для моей задумки вполне хватит. А еще Мирос ловким броском ножа прибил куропатку. Побродив по острову еще полчаса и набрав немного бобов с дерева, не помню уже, как именно они назывались, но точно были съедобными, мы отчалили. Добыча была не столь велика, но удовлетворить запросы офицеров я смогу в полной мере. Я похлопал по пернатому боку вторую куропатку, которую снова смог добыть Мирос. Он оказался ловким малым. Большая пойдет в кают-компанию, малая - капитану. А еще пирожки с ананасами! И яйца я на омлет пока тратить не буду, пойдут в тесто. Как-нибудь пару дней они полежат, не испортятся, верно? Сладкая выпечка с чаем очень уж хорошо заходит - даже мастер Боузи смотрит на меня чуть добрее, без той холодной насмешки в глазах. Видимо, потеря одного опытного матроса в их глазах вполне компенсировалась хорошей едой. О времена, о нравы!

***

На корабль меня в тот день доставили одного. Матросы остались на острове, как я понимаю, следить за морем с другого берега. Ужин удался на славу, даже Лиззи заметила, что такую куропатку не стыдно отведать и ее батюшке. Я был доволен как слон и обласкан - мое будущее явно было не таким уж хреновым, как мне казалось изначально. Мои кулинарные навыки и на Земле считались сильно выше среднего, пусть я был и не поваром, а технологом на пищевом производстве. А уж здесь, где люди, похоже, не избалованы высокой кухней, фаршированная овощами и обложенная бобами куропатка после запекания в духовке стала настоящим праздником. Я и сам давился слюной, смотря на такую вкуснотищу, но трогать ее было категорически нельзя. А офицеры, я уверен, все косточки обсосут, оставив меня без капельки этого нежного мяса. Гады. Ну хоть пару пирожков я на нас с Джоуди сделал. Ананас - не самая лучшая начинка для выпечки, но и не самая плохая, что подтвердил старик, нахваливая получившийся продукт. Снова мыть котлы, убираться на камбузе, спать. Завтрак также удался, судя по лоснящимся от довольства мордам начальства. А спустя склянку нас всех погнали наверх, на палубу - начался тропический ливень. Матросы растянули парусину для сбора воды, заткнули на верхней палубе шпигаты, через которые должна была уходить вода и устроили банный день. Лекарь выдал нам мыльный порошок, мы мылись сами, стирали одежду - все прямо на палубе, которая сантиметров на пять наполнилась водой и позволяла смыть с одежды всю грязь. Лекарь ходил между нами, осматривая голых матросов и выдавая кому-то распоряжение подойти к нему после помывки. С растянутой парусины вода набиралась в кадушки - как понимаю, для мытья офицеров и капитана, которые мыться вместе с матросней не желали. В случае с Лиззи - так и вовсе не могли.

- Рико.

- Да, господин целитель?

- Твоя рана на голове. Когда ты ее получил?

- Три дня назад.

- О-очень интересно. Зайди ко мне после обеда. Рассчитывай так, что ты пробудешь у меня две склянки, после тебе надо будет успеть с ужином для нас. Понял?

- Да, господин Николас.

Он ушел, я а ощупал свою рану - корочка там уже начала отходить, под ней прощупывалась новая, еще нежная, кожа. Осмотрел себя внимательней - синяки сошли, не оставив и следа. И правда, о-очень интересно.

Спустя четыре часа, когда с обеденным хлопотами было покончено, а постучался в дверь лазарета. Раздались шаги, щелчок задвижки, и дверь открылась, выпуская в мою сторону запахи сушеных трав, спирта и уксуса.

- Заходи, не стой. Я уже подготовился. - сказал мне Николас, шагая в сторону и освобождая мне проход. Дверь за моей спиной закрылась и лекарь запер ее, стукнув задвижкой.

- Ты знаешь, что это? - спросил он у меня, указывая на начерченную на полу фигуру в двенадцать лучей.

- Понятия не имею, господин Николас. - честно ответил я.

- Это большой круг стихий. А тебя, странный ты наш, мы сейчас проверим на активацию ядра и склонность к типам магии. Если ты не в курсе, раны у людей за три дня не заживают. У ОБЫЧНЫХ людей. - он с нажимом произнес последнее слово, выделяя его, - Садись в центр.

Я прошел внутрь круга и сел, скрестив ноги по-турецки. Николас хмыкнул, прошел к шкафу и взял оттуда массивную шкатулку, где оказались какие-то камни разных цветов и форм.

- Господин Ни...

- Тш-ш-ш. Сейчас это для тебя не важно. А вот если все подтвердится, то тогда я расскажу, что это такое. - оборвал он меня, расставляя камни по лучам фигуры.

- Возможно, будет немного неприятно. Терпи, не дергайся. - сказал он пару минут спустя, направляя на меня руки. С них в мою сторону потекло какое-то марево, заставляя кожу чесаться, а что-то в груди странно трепетать. Линии фигуры вокруг меня засветились, а я подавил панику от неизвестного, помня о распоряжении не дергаться. Камни начали светиться тоже. Красный, голубой, глубокий синий, фиолетовый, белый, зеленый, желтый, розовый, коричневый. Я вертел головой, забыв о том, что мне надо сидеть смирно, заинтересованный. Какие-то светились слабее, какие-то сияли ярко. Зеленый даже немного приподнялся над полом. Часть осталась тусклой, практически темной.

- Так-так-так... какая картинка складывается. Уникум, не иначе! - даже похлопал ладонями Николас.

- Господин Николас? Можете объяснить, что тут происходит?

- О, конечно-конечно! Для начала, хочу тебя поздравить, юный неофит: ядро магии пробудилось через жизнь, явно наградив тебя даром усиленной регенерации. Кушать будешь хотеть сильнее, да и только. Очень полезная штука, скажу я тебе, не раз может спасти твою шкурку. - он похлопал меня по груди, улыбнулся и продолжил: - К тому же, молодой человек, ты обладаешь удивительным набором склонностей и потому выбор доступных тебе направлений развития велик. Шире, чем был у меня, кстати, практически вдвое. Даже немного завидую, да-да.

- А можно поподробнее?

- Конечно. Для начала, пара противоположностей, Жизнь-Смерть. Отличная предрасположенность к обеим школам, что пусть редко, но встречается. Из тебя выйдет первостатейный целитель, который сможет работать и с инфекциями, и с ранами любой сложности. Уже одного этого бы хватило, чтобы неплохо устроится, но ведь это еще не все. Воздух - средне, вода - средне, огонь - выше среднего, земля - ниже среднего. Ничего выдающегося нет, но и плохого тоже. Лет через тридцать, если не забросишь, выйдет из тебя нормальный стихийный маг.

В ответ на это заявление я выпучил глаза. Тридцать? Нормальные у них горизонты планирования...

- Свет - выше среднего. Опять же, в копилочку целителя. Тьма - крайне низко. Даже не пытайся. Так же, как и призыв - ты можешь потратить хоть сто лет, но добьешься там столько, сколько иные осваивают за пять. Разум - низко, порядок, она же ритуалистика - выше среднего. В принципе, артефактор из тебя тоже выйдет неплохой, особенно если будешь работать с целительскими. Ну и, напоследок, пространство - выше среднего. Чтобы ты понимал, юноша - даже одна отличная предрасположенность и пара выше среднего дают тебе множество возможностей. У тебя две на отлично и четыре выше среднего. Понимаешь, к чему я? Ты действительно счастливчик. Госпожа Фортуна наградила тебя по полной. Всё, иди, тебе еще ужин нам готовить. А я схожу пока к капитану...

Когда я вышел из лазарета, на палубе поднялся какой-то шум. Не став давить свою любопытство, поднялся и услышал, как оставленные на острове матросы вернулись на борт и говорят о паруснике, который приближался с другой стороны острова и вскоре пройдет рядом с ним. Вспомнив давешний разговор, услышанный мною в кают-компании, я понял, что спокойная жизнь закончилась. Впереди то, ради чего мы здесь и оказались - грабеж. Вопрос только в том, как мне откосить от участия?

Глава 8. Я представлял себе это иначе...

- Джоуди, замечен корабль! - оповестил я старого кока, заваливаясь на камбуз.

- Ну так и что с того? Уже придумал, что будешь подавать на ужин?

- Да. То есть нет, какой ужин? Я так понимаю, это именно тот корабль, на который охотилась капитан!

- Замечательно. Но ужин готовить все-таки начинай.

- Но почему? - в недоумении спросил я.

- Если ветер удачный, то после захвата матросы и офицеры захотят кушать. Если ветер неудачный, то они еще и посрать перед этим успеют. - флегматично ответил старик, возясь с продуктами.

Он выглядел очень уверенно и потому я решил последовать его совету, хоть внутри меня и звенела струна от напряжения. Ведь будет бой! Скорее всего, будет! А это риски. Да и, будем честны, что-то внутри меня так и подмывало крикнуть: "На абордаж!". И, лихо свистнув, на веревке броситься на палубу вражеского корабля. Что это? Гормоны юного тела? Раньше я таких ситуаций избегал всеми правдами и неправдами. Сейчас же адреналин внутри кипит, жизнь бьет ключом, хочется действия, усидеть на месте становится просто невозможно! Корабль качнулся - мы снялись с якоря и разворачивались к выходу со стоянки.

- И все-таки, Джоуди. Идти в бой с набитым брюхом - плохая идея. Да и сразу после грабежа разве можно идти жрать? Разве не надо шевелиться, чтобы не нарваться на ответный удар?

- Надо, конечно. Да только когда этот удар случится? Пока тихоходка доберется до порта, пока снарядят корабль... Мы уже будем так далеко, что они нас никогда не найдут. Тут разве что на патрульный фрегат нарваться, но от патрульного мы должны уйти. Скорость позволяет. А ввязываться в бой с кораблем выше классом - дураков нет.

- Слушай, а расскажешь мне про классы? Хоть отвлекусь. - попросил я, занимаясь готовкой ужина.

- О, вот это дело, малец. Как думаешь, какой у нас класс?

- Эм-м... Ну, не знаю. Третий?

- Ха! Чудак-человек. Нет у нас класса. Восемнадцать пушек по бортам, да две ретирадные, хоть и солидного калибра - курам на смех! А потому капитана Лиззи, будь дело на флоте той же Истфаллии, в водах который мы находимся, стоило бы звать лейтенантом. Запоминай. Всего есть шесть классов судов. Первый - мощные линейные корабли от ста пушек. В их вооружение могут входить и пушки невероятных калибров - до сорока двух фунтов! Но ставят такие только на нижних палубах, уж больно они тяжелы и делают корабль неустойчивым. Потому применимы только в ближнем бою, где наносят страшное опустошение - ведь в них можно зарядить бомбы. Бомбы против корпуса - первое дело, малец. Но пушкари при них должны быть опытные, на глаз определяя расстояние до противника и потребную длину фитиля бомбы.

- Они так страшны?

- Любой корабль первого класса страшен, Рико. Даже если не будет стрелять бомбами. Залп такого просто сметет всю команду с палубы, превратив корабль в дуршлаг. Дальше идет второй класс. От восьмидесяти до ста пушек. Также могут нести бомбарды и потому сходится ними борт в борт - гиблое дело. Но обычно имеют пушки до тридцати двух фунтов. Бомбы для них тоже есть, но они не столь мощны и зовутся гранатами. Одна бомба сорока двух фунтов мощнее трех гранат тридцать второго. Так что встретишь такой корабль - смотри на размеры пушечных портов. Если они чрезмерно велики - лучше сразу поднять белый флаг и попробовать откупиться.

- А что по команде?

- На первом классе это от восьмиста душ. На втором - от семиста. Слушай дальше. Третий класс, их чаще всего используют в море. От шестидесяти до восьмидесяти пушек. Бомбард не будет - корабль не вместит их и не выдержит залпа таких чудовищ. Но вот пушки на тридцать два фунта могут быть, как и гранаты. От пятисот душ в команде.

- Звучит уже не так опасно, вроде бы?

- Зря так думаешь. Нас такой потопит и даже не получит повреждений. Дальше - четверка. От сорока восьми до шестидесяти пушек. Чаще - пятьдесят шесть. Корабли дальнего патрулирования для защиты островов, ловли пиратов и рейдеров. Не очень ходкие, орудия чаще двадцать четыре фунта. Очень редко - тридцать два. От трехсот матросов и офицеров. Для нас - самая большая опасность. Они будут медленнее нас, но если успеют дать залп книппелями - пиши пропало. Порвут паруса, потеряем ход. Для нас единственный путь - заметить их раньше и уходить по ветру. Тогда останемся живы.

- Велик ли шанс встретить их сейчас?

- Не очень велик. Скорее, мы встретим фрегат. И это уже пятый класс. Ходкие, как и мы, чуть уступят в скорости, но главная опасность фрегата не в этом. Да и к кораблю четвертого класса это относится, хоть и с натяжкой, так как он тяжелее. На них может встретиться капитан уровня мастера ветра или воды. И вот тогда, как бы не старалась Лиззи, нас настигнут. Орудий на фрегате будет вдвое больше нашего, может до сорока двух доходить. Команда - от двух сотен опытных моряков. У нас - меньше ста. Понимаешь, что значит?

- Да. Нас разнесут.

- Ну, нет. Скорее собьют скорость, порвав паруса. Дадут пару залпов картечи, чтобы очистить палубу. А затем - абордаж, захват, рудники. Или виселица, если вина велика и доказана или сопротивлялся при захвате, убив кого-то. Капитану фрегата - почет, уважение, мешок талеров с продажи корабля. Команде и офицерам - премия. Так что не сомневайся - наткнемся, будут гнать до последнего.

- А шестой класс?

- А вот с теми мы уже поспорим. Они, как правило, не очень ходкие. Борт у нас ниже, попробуй попади. Пушки хорошие. А то, что у них их будет двадцать четыре или двадцать восемь - не беда. Там калибр либо тот же, либо даже меньше нашего. Команда вдвое больше нашей - пусть их. У нас моряки опытные, картечи в трюме хватает. Посмотрим еще, кто кого.

- А что о безклассовых расскажешь?

- Мы среди них - лучшие. Без вариантов. Любая шхуна или торговец нам ничего не сделают. Так что задача простая - обирать всех, кто слабее, убегать от фрегатов, не попадаться четверкам и тройкам. Двойку и единичку мы тут точно не встретим - окраина, что сказать.

Мы замолчали, занимаясь готовкой. Судя по всему, старик оказался прав - если бы могли настигнуть этот барк быстро, то это бы уже произошло. А значит, пора подавать ужин. Когда я поднялся на палубу, бросил взгляд вперед - барк был впереди нас на полкилометра, изо всех сил стараясь ускользнуть из затягивающейся на его горле петли. Было совершенно очевидно, что шансов у него немного, одна надежда - продержаться до темноты и уйти в сторону, погасив все огни. Иначе судьба его будет предрешена. Разглядев капитана на шканцах, отправился туда. Помня о своем положении на корабле, старался быть учтивым. Особенно при всей команде. Встал на коротенькую лесенку в шесть ступеней, ведущую на шканцы и обратился к Лиззи:

- Госпожа капитан, разрешите подать ужин?

- Ужин? - она перевела немного удивленный взгляд на меня. Видно было, что мыслями она уже там, на барке, - Хм. А что же. Время есть. Боузи, вели принести стол и стул. Иди сюда, парнишка. Будешь мне подавать. Кстати, Боузи... вечереет. Тащите ретирадные пушки на нос. Зарядить книппелями - убавим ему прыти.

Я остался стоять на шканцах, чувствуя некоторое стеснение. Два матроса резво притащили стол и стул для капитана, она уселась, приняла их моих рук свою пищу, но от чая отказалась:

- Сейчас мне нужно вино.

Пришлось сходить за ним, открыть и понемногу подливать в кубок, пока она насыщалась. Видимо, для остальных офицеров ужин откладывался.

- Пушки готовы, капитан. - отрапортовал подошедший мастер.

- Ну так чего же ты ждешь, Боузи? Огонь по готовности!

Через полминуты с носа донеслось два бабаха и поднялась туча дыма, которую быстро снесло боковым ветром. Пусть со шканцев вид частично ограничивали паруса, у меня получилось увидеть, как вспухли два султана воды - мимо. Наши канониры откатили пушки и споро заработали банниками - здоровенными щетками для чистки ствола орудия. Работали они быстро, потому следующий выстрел прозвучал уже через пять минут. Лиззи довольно похлопала ладонями. Я сначала не понял, в чем причина, но быстро сообразил - мне было видно только один султан воды. А значит, второго либо не было, либо он был скрыт кораблем купцов. Получается, первая дырка в парусах у них есть.

Канониры сделали еще восемь выстрелов. Эти ребята, и правда, оказались меткими - уже после четвертого мы начали нагонять барк чуть быстрее. После восьмого - стало понятно, что он начинает терять ход. После десятого они прекратили стрелять.

- Зарядить правый борт картечью. До переговоров - не стрелять! - приказала Лиззи.

Команда шустро забегала, откатывая пушки, доставая из них ядра и заряжая картечь, подпирая ее пыжом. Рулевой повинуясь приказу Лиззи, принял правее и мне стала видна причина, по которой барк столь сильно замедлился - книппель попал в рей, перебив его и заставляя парус полоскать на ветру, заворачиваясь вокруг мачты и не давая работать на полную другим парусам. И пусть у барка было две мачты, как и у нас, но потеря не менее тридцати процентов парусов - это конец для них. Поняли это и на барке, подняв над кормой белый флаг и сворачивая паруса.

- Отлично... - сказала тихо Лиззи, а после заорала: - Никому не стрелять, ждать конца переговоров.

Мы медленно приближались к борту барка, постепенно теряя ход. В ход пошли абордажные крючья и зацепы, притягивая корабли друг к другу.

- Стоять! - раздался громкий крик Лиззи, притормаживая головорезов, которые уже собирались рвануть на барк, и заорала, перекрикивая шум: - Эй, истфаллец! Ты уже оценил свои перспективы?

- Вполне, добрая госпожа! - разнеслось с барка.

- Тогда милости просим на борт! - вновь проорала она и уселась на стул, приказав: - Еще вина, Рико.

Я молча долил в кубок, который она взяла в руку и уселась поэффектнее, закинув ногу на ногу и покачивая кубком таким образом, чтобы вино в нем закрутилось воронкой. Ждать торговца долго не пришлось - он пришел в сопровождении Боузи, который держал пистоль около его бока. Обычный мужчина, среднего телосложения, разве что одетый в цветастый камзол. Самочувствие его было далеко от идеального - его потряхивало, пальцы нервно дергались, взгляд бегал туда-сюда, остановившись на кубке в руке Лиззи. Он завороженно следил за воронкой вина в нём и вздрогнул от голоса девушки:

- Ну? Не задерживай, время - золото.

- Простите великодушно, госпожа! Я, Верен Ван Майерс, имею честь предложить Вам по дв... три полновесных талера за каждого члена своей команды!

- Идет. А что твоя жизнь и жизни пассажиров?

- Н-но...

- Они стоят больше, не так ли?

- Вы, безусловно, правы. - сдал купец, - И я добавлю еще по десять за каждого. Итого - сто двадцать, моя госпожа.

- Я даже не буду с тобой спорить. Кстати, ты слышал о страховке кораблей и груза?

- Госпожа...

- Что везешь, Верен?

- К-кофе.

- Хороший товар. Маги разбирают только так, да? Думаю, накинуть еще сто тридцать будет правильным, что скажешь?

- Смилуйтесь! Чем мне платить команде? Чем мне платить пошлины?

- Хм. Сколько у тебя есть?

- Сто девяносто... Вы на удивление проницательны, госпожа.

- Боузи. Обыскать корабль. Он врёт. - скомандовала Лиззи, резко ставя кубок на стол и расплескивая вино.

Бедный торговец аж затрясся, как эпилептик. Серьезно, я думал, что у него припадок. Но команду уже было не остановить - волной они плеснулись через борт, накрывает собой палубу барка, выбивая двери, срывая замки ударами обухов абордажных топоров. Те были оснащены специальными шипами, которые ломали замки будто бы те были сделаны из картона. Раздались крики и даже визг какой-то девицы, быстро оборвавшийся. Надеюсь, его исполнительница жива и даже здорова. Погром на барке продолжался полчаса, по окончании которых к ногам Лиззи поставили характерно звякнувший сундучок, а на стол аккуратно водрузили шкатулку. Когда капитан открыла её, там, в специальных пазах, отделанных бархатом, стояли девять небольших флаконов, светящихся голубым светом. Жидкость в них переливалась и постоянно находилась в движении. Купец при взгляде на них только хлопал губами, как рыба.

- Это я конфискую. Зелье раскрытия потенциала является контрабандным товаром в доброй половине стран и для его продажи требуется подписанная лично Королем или Владыкой Морей лицензия, как и разрешение гильдии алхимиков. У тебя их нет, готова поставить на этой свой корабль.

- А-а-а... Меня же убьют...

- Контрабанда - дело опасное. Лишь чуть менее опасное, чем мое. Свободен. Возьмите у него мешок кофе и мы уходим. Ты выкупил свою жизнь, Верен. - сказала девушка, вставая со стула и потрепала его по щеке, - Молодец.

Купца вытолкали со шканцев и отвели на его корабль. Отцепив абордажные крюки и сняв мостки, матросы уперлась в борт барка баграми и оттолкнули корабли. Часть команды сидела за пушками все время, пока мы отходи от ограбленного торговца. Не было никакого сомнения - в случае опрометчивых действий команды барка их палуба вымрет.

- Эй, Рико!

- Да, госпожа капитан! - отмер я, который все это время изображал истукана.

- Пойдем, будешь пересчитывать деньги. Ты же грамотный, а писаря у меня как-то не завелось. Боузи, пусть парни отнесут стол обратно. Рико, бери сундук.

Она отправилась в каюту, прихватив шкатулку и бережно неся её в двух руках. Не знаю, что это там за зелья, но явно дорогие. Сундучок оказался увесистым. Я поспешил за Лиззи, звякая своим грузом при каждом шаге. В каюте встал у стенки, ожидая, пока занесут мебель. Когда моряки, вернув стол и стул обратно, ушли, поставил на стол сундучок и принялся выкладывать монеты столбиками по десять штук.

- Двести шестнадцать, госпожа капитан.

- Хорошо. - ответила Лиззи, которая сидела и задумчиво водила пальцем по флаконам в шкатулке, - Тебе задачка. В команде семьдесят восемь человек. Из них полный оклад - сорок восемь, полуторный - двадцать шесть. Оклад главного канонира - четыре, оклад боцмана - четыре, оклад лекаря - шесть и мастера - восемь талеров. Если я хочу выдать им долю в виде оклада, сколько мне потребуется?

- Это просто. Сто девять талеров, из них тринадцать - пиастрами, чтобы не допустить конфликтов.

- Ты быстро считаешь. Что ж, бери гроссбух в шкафу и записывай: приход - двести шестнадцать, дата. Расход - сто девять, дата. Прибыль - сто пять. Итого баланс?

Я проверил записи и нашел нужную информацию:

- Вместе с текущей прибылью будет двести два талера. Капитан, позвольте вопрос. А это всегда так бывает? А где перестрелки и кровавые абордажи?

- Ха! Очень редко случаются и они. Никто не хочет умирать, если можно жить, пусть и с похудевшим кошельком. Смерть всегда подводит итог, в то время как жизнь полна возможностей. Понимаешь?

- Да, капитан. Спасибо за пояснение.

- Хорошо. Сядь, Рико. Ты знаешь, что это? - спросила она, протягивая мне один флакон на ладони.

- Нет.

- Николас уже рассказал мне. Поздравляю с пробуждением ядра, кстати. Лишь у одного из пятидесяти это происходит. А дальше все зависит от таланта, старания... И вот таких вещей.

- Не понимаю.

- Это зелье даёт нагрузку на ядро и манопроводящие каналы, расширяя и укрепляя их, толкая тебя на следующий ранг. Да, оно довольно слабо и вряд ли мастер будет пользоваться таким. Даже мне потребуется не меньше трёх десятков порций, при непрекращающихся тренировках, чтобы получить следующий ранг. А я еще не мастер, лишь полный маг. Но вот тебе, неофиту, оно сократит дорогу к рангу ученика вдвое. Стоимость такого зелья на чёрном рынке - от ста двадцати до двухсот талеров. Оно твое.

- Что? - опешил я.

- Оно твое. Бери и пей, прямо сейчас. Первый же "клиент" дал мне добычу, позволяющую целый год содержать корабль с командой. Удачу надо кормить. Пей, парень.

Больше не раздумывая, я схватил зелье, с чпоком вытащил пробку и опрокинул его в себя. В голове зашумело, помутилось и я понял, что заваливать вперёд. Подскочившая Лиззи поймала меня, вот только мое лицо с размаху врезалось прямо в вырез её блузки. Мягко...

- Придурок! Мог хотя бы сесть! - злобно пропыхтела она, кидая меня на стул. Моя голова с блаженной улыбкой идиота мотнулась, как китайский болванчик. Внутри прокатывались волны огня, а под кожей что-то зудело, но почесаться я не мог - тело ещё не слушалось. Отпускать меня стало только минут через пять.

- У таких зелий есть ограничение - не чаще раза в полгода. Когда твое тело и ядро окрепнут, можно принимать раз три-четыре месяца. Вряд ли ты сможешь их купить, но принимая во внимание твою удачу... Лучше знать.

- Спасибо... - прохрипел я внезапно пересохшим горлом.

- Держи. - протянула она мне кубок с вином, к которому я жадно припал, - Меня одно тревожит, Рико. Скажи мне, ты не чувствуешь какого-либо беспокойства, ощущения неприятностей? Что-то похожее?

- Эм-м... Нет?

- Что ж, - она провела рукой над шкатулкой и та исчезла, - хорошо. Пусть так.

- А что это сейчас было? - спросил я удивленно.

- Пространственный карман. У меня он очень мал, много туда не спрячешь. Но для таких вещей подходит идеально. Это мой маленький секрет, никто не знает, что я овладела этим мастерским заклинанием. Ты же сохранишь его?

- Конечно!

- Молодец. А теперь возьми эту книгу. Изучай каждый свободный момент.

"Начала магии. Леонард Гроувс" - прочитал я.

- Спасибо большое!

- Все, ступай. Мне надо отдохнуть. И позови Боуза!

Передав послание капитана, по пути на камбуз, размышлял. Я стал каким-то восторженным, глуповатым, импульсивным. Выпил неизвестную бурду без проверки. Это так проявляется подростковое тело с его буйством гормонов или я просто отупел? Но, кажется, капитан доверяет мне чуть больше, чем я сам ожидал.

Глава 9. Стоянка

- Провести по узловым точкам, вывести нить и сформировать каркас... А, черт! - ругнулся я, когда вспышка обожгла мне пальцы. В очередной раз.

- Заканчивал бы ты с этим, Рико, и шёл готовить обед. Через три склянки подавать. - с осуждением покачал головой Джоуди.

- Да знаю я! Но и не заниматься я не могу. Мне нужна магия, как ты не понимаешь? - чуть резче, чем следовало, сказал ему я. А про себя ещё подумал: "Чтобы вернуться к семье, чертов ты старикан!"

- Ох, не бережешь ты себя, парень, не бережешь. - снова покачал головой Джоуди и продолжил готовку.

Чтож, как бы то ни было, а старик прав. Мои обязанности с меня никто не снимал, несмотря на благоволение ко мне капитана. Все продукты, которыми я мог разнообразить рацион, снова подходили к концу, а значит, пришло время скучной еды. Как я узнал от матросов, мы резко изменили курс и, вместо ожидаемого южного, взяли на северо-восток, уходя от основных торговых путей к безлюдным островам, находящимся уже довольно близко к Огненной гряде и лежащему за ними Штормовому пределу. Знать бы еще, что это такое. У Лиззи наверняка есть карты, может, попросить их показать? Команда роптала, но выданные вчера премиальные изрядно смягчили настроения. Прошло два дня с момента нападения на барк, но курс мы еще не меняли. Что-то Лиззи почувствовала... И решила перестраховаться. В ином случае я бы назвал это паранойей, но в мире магии возможно было всякое.

Когда я выносил еду капитану, заметил вдалеке остров. По всему выходило, что направляемся мы именно к нему. Это даже хорошо - снова полажу по джунглям, наберу каких-нибудь продуктов, будет чем побаловать начальство. Ну и себя, чего уж греха таить. Мой постоянный голод слегка притупился, но так и не прошел - есть мне надо было явно больше, чем стандартная порция моряка. И если бы не мелкие хищения, которые мы устроили со старым коком - я бы уже с голодухи выл. А так еще ничего, был бодр и полон сил. Как обычно подав блюда Лиззи, я уже собирался уходить, когда был ею остановлен:

- Постой, Рико. Когда встанем на якорь, я хочу чтобы ты снова сошел на берег и пополнил запасы. Эта еда... неплохая, но ты можешь лучше.

- Сделаю, капитан. Честно сказать, я ожидал этого приказа и не поступи он, подошел бы сам.

- Здоровая инициатива - это хорошо, но не всегда. Помни об этом. Не все твои офицеры в будущем будут к тебе хорошо относиться и могут углядеть оскорбление в твоем предложении. Раз ты предлагаешь то, что не увидели они - значит, сомневаешься в них, не уважаешь. Компанию тебе составят те же люди. Иди. - ответила мне она, приступая к еде.

К острову мы подошли только спустя два часа. Как я понял по разговорам, лоция вблизи острова была сложной, потому за руль встал сам мастер Боузи. Мы уже практически зашли в бухту, когда корабль тряхнуло, раздался сначала глухой звук удара, затем скрежет, во время которого бриг мелко трясло а потом он, клюнув носом, сошел с подводной скалы. Или что это там было, не знаю.

- Боузи, криворукий выкидыш макаки! Какого дьявола? - выскочила из каюта Лиззи.

- Виноват, капитан! Готов понести наказание!

- Состояние корабля, мастер! - рявкнула на него Лиззи.

- В трюме прибывает вода! Запустили помпу! - выскочил на палубу матрос.

- Сучий потрох, Боузи! Ты пробил днище! Корабль на мель!

- Есть, капитан! Полные паруса!

Боузи направил корабль прямо на берег, поставив его прямо по ветру. Матросы забегали, разворачивая нижнияй ярус парусов. Если мы и набирали воду, я пока этого не заметил. Берег приближался.

- Держись, салага! - сказал мне пробегающий мимо матрос и я схватился за такелаж. Когда корабль влетел на мель, тряхнуло знатно. Не держись я за канат - полетел бы лицом в доски палубы, которые явно не были мягкими и приветливыми.

- На берег! Тянем корабль!

Матросы закрепили канаты и посыпались в воду. Глубина тут была небольшая - метра два, до берега оставалось еще метров десять. Решив не отставать, я тоже спрыгнул, на короткий миг ушел с головой, но вынырнул, оттолкнувшись ото дна. В десяток гребков доплыл до места, где мне было уже по грудь и вышел на берег. Кто-то уже крепил канаты к деревьям, ставя что-то вроде ручных лебедок, кто-то просто впрягался по пять-шесть человек на один канат. К таким я и присоединился.

- Тянем! И-и раз! И-и раз!

Я упирался ногами и делал рывки под счет, а корабль медленно выползал на сушу, обнажая и место удара. Два медных листа сорвало, доски были измочалены, но пробоина не выглядела чем-то неисправимым, что подтвердил и Боузи, осмотрев повреждение и выдав вердикт:

- За пару дней починим, капитан.

- Пара дней! Цена твоей невнимательности! Кто-то заявлял мне, что является лучшим шкипером в этих водах, не так ли?

- У всех случаются осечки. Я готов принять любое наказание, капитан.

- Ремонтируй корабль. И этот ремонт за твой счет. - ответила она, махнув рукой, - Рико!

- Здесь, госпожа капитан!

- Организуй питание на берегу. Хватай старпера за жопу, но чтобы к вечеру матросы ели здесь, не тратя время на отлучки. И найди мне, наконец, нормальной еды на этом сраном острове!

- Будет исполнено!

Лиззи явно не в духе. Впрочем, разбей мне сотрудник машину, был бы я рад? Вопрос риторический. Что ж, осталось найти пару человек в помощь и вынести на берег котлы, треноги, припасы. Пусть Джоуди начинает готовить, а я прошвырнусь по окрестностям. Этот островок даже побольше того, на котором я очнулся, в длину так километра на четыре тянет, уж не знаю, как в ширину. Здесь точно найдется что-то съедобное. Пока мы перетащили утварь, пока натаскали сухого плавня, которого здесь, на берегу, было прилично и запалили под котлами костер, ушло немало времени. На поиск чего-нибудь вкусного, чтобы поднять капитану настроение, у меня оставался где-то час. Прихватив с собой тесак и корзину, я ушел в лес. Звать никого не стал - они как раз разбирали борт и выглядели все жутко занятыми. Далеко решил не уходить - метров на сто вглубь и хорош. Расчет оправдался - я нашел манго, его тут было довольно много, гуаву и каперсы. Наконец-то я вспомнил, как назывались те странные бобы. А еще я нашел банан. Да, мелкий, да, зеленый, но это был именно он. Корзинка уже была полна, бананы я срубил вместе со стволом и теперь тащил всю гроздь, а в ней было килограмм пятнадцать. В общем, поход за продуктами удался. Во только дойти я не смог - кусты впереди затрещали, выпуская в просвет между деревьями...

- Твою-то мать!

- Хорошая коровка... цыпа-цыпа... тьфу... Ну чего я тебе, а? Я невкусный... - нес я всякую околесицу, медленно пятясь от подходящей ко мне туши.

Где-то метр двадцать или метр тридцать в высоту, в длину около двух, весу в нем было около трех сотен кило, уж больно крепкое тело. Сомнет и не заметит! Зверь фыркал и так же медленно шел ко мне, принюхиваясь. Под моей ногой хрустнула ветка, я вздрогнул от неожиданности и это послужило для твари триггером - она рванула ко мне, быстро набирая скорость и наклонив голову. С громким воплем я прыгнул вправо, отбрасывая свой груз наоборот, влево, для дополнительного ускорения. Проскочив мимо меня, мутант вписался в дерево, сдирая кору и заставляя его трястись.

- Н-на! - мои движения под воздействием адреналина стали точнее, а разум быстрее. Первая в моей новой жизни огненная стрела влетела прямо в морду монстра, опаляя ему глаза. И вот это его уже задело за живое - он оглушительно заревел, брызгая слюной из пасти и снова рванул на меня, стремясь подмять, раздавать, затоптать. Я, конечно же, такие его стремления не разделял и рванул по дуге, забирая к кораблю. Приходилось петлять между деревьев, потому что по прямой он бы меня догнал максимум секунд за десять, но уступал в маневренности. Судя по всему, моя огненная стрела не нанесла ему ощутимого вреда. Все равно, как если бы я кинул в него шариком с водой. Бух, бах, брызги - но урона-то никакого...

Пляж, тем временем, приближался и я на бегу заорал:

- Помогите! Тут какая-то тварь! На помощь!

Дальше самый рискованный момент - когда я выбегу из леса мне либо помогут, либо тварь нагонит меня раньше, прикончив. За секунду до моего появления на пляже в просвет я увидел наш лагерь - и от сердца отлегло. Капитан стояла метрах в десяти от границы леса, готовая встретить опасность.

- Там рогатая скотина! - крикнул я ей, пробегая мимо.

А через мгновение за мной выскочил и сам монстр. Раздался удар, хруст и я обернувшись, затормозил - этот гибрид ящерицы и барана на стероидах висел грудью на здоровенном ледяном копье, которое упиралось в землю.

- Это рогач, Рико. Странно, что он появился здесь - магический фон вырос, но не настолько же. С добычей провианта ты справился, можно сказать. Разделывай его - манонасыщенное мясо очень полезно.

- А-а-а... госпожа капитан, могу я сходить в лес за мачете и фруктами? Там больше не встретится такой вот?

- Теперь можешь. Они жутко территориальны и не пускают к себе конкурентов. Ах да... как закончишь с готовкой, пять плетей. За подвержение опасности членов команды и непочтительность к капитану. - с этими словами она развернулась и ушла в сторону корабля.

- Спасибо, что ли. И за спасение, и за порчу моей шкуры сразу... - буркнул я под нос и поплеся в джунгли - надо было подобрать мою добычу и инструмент. Он мне пригодится - ножичком эту тушу задолбаешься резать.

Принеся фрукты в лагерь, я позвал Джоуди и мы начали разделку туши. Мяса в нем оказалось просто дофига. Мы напластали килограмм сто двадцать. Видя такое обилие свежатины, я решил сделать рагу. Притом сделать его сразу и для матросов - сотни с лишним килограмм нам хватит и на сегодня, и на завтра, с учетом наличествующих овощей и круп. Офицерам подам еще и фрукты. Надо только исхитрится и отложить немного себе - заточу ночью, пока никто не видит. Рагу вышло на славу - мясо, после томления в котле в течение двух с лишним часов, просто таяло во рту и было очень приятным на вкус. Оба котелка чуть ли не вылизали. Оставшееся мясо завернули в широкие пальмовые листья, предварительно их промыв и присыпав солью - до завтрашнего вечера не стухнет. Тем более, как сказал мне Джоуди, мясо магических зверей вообще тухло сильно медленнее обычного. Но все хорошее рано или поздно заканчивается и начинается плохое.

- Рико! - позвал меня Боузи.

- Здесь! - подбежал я к нему.

- Держи. - сунул он мне в руки деревяшку, обмотанную кожей, - снимай рубаху.

- А я надеялся, что забыли...- тихо шепнул я, но мастер услышал и оскалился:

- Такое не забывают, парень. Руки!

Двое матросов шагнули ко мне, хватая за предплечья и разводя руки в стороны. Сзади раздался голос боцмана:

- Не боись, паря. Я тебя почти поглажу. Спасибо за вкусный ужин.

"Фьить!"

Я выпучил глаза и судорожно задышал носом, вцепившись в деревяшку. "С-сука, как же жжет!"

"Фьить!"

Слезы брызнули из глаз сами по себе.

"Фьить!"

Я зарычал, чувствуя, как третья огненная полоса легла поперек спины.

"Фьить!"

Рык сменился мычанием.

"Фьить!"

Матросы отпустили мои руки, я пошатнулся, но устоял. Простонал, вынимая деревяшку изо рта:

- О-о-о...

- Вот вишь, паря. Почти и не больно. - сказал боцман, проходя мимо и хлопнув меня по плечу, отчего всю спину прострелила боль, заставив меня шипеть.

- Если это погладить, что же тогда в полную силу? - тихо спросил я, поборов приступ боли.

Боцман остановился на секунду, глянул на меня через плечо и, уходя, ответил:

- Ты бы скулил.

- До утра не лечить! - громко скомандовал Боузи, когда я поплелся к котлам, в сторону Джоуди.

- Ты как? - спросил меня старик с участием.

- Бывало и лучше.

- Я прокипятил воды заранее и дал ей остыть. Промоем твои раны и закроем чистой тряпкой. По утру лекарь тебя подлатает - будешь как новенький.

- Давай. - сказал я, садясь к нему спиной и снова зашипел от боли, когда теплая, почти горячая вода плеснула мне на спину.

- Боцман сказал правду, он бил тебя легко. У него рука твердая - ни один рубец не пересекается, ни один дважды в одно место не лег. И бил не в полную силу - рубцы не глубокие, малец.

- А что, бывало и иначе?

- Бывало, что на десятом ударе люди умирали с торчащими ребрами. Когда удары пересекаются - получаются глубже. Если один в один ложатся... сам понимаешь. Так что полежи, отдохни, но спи сегодня на животе. Все образуется.

Спорить с ним я не стал. Дождавшись темноты, добрался до своей заначки и сожрал за один присест все фрукты, которые планировал растянуть дня на три-четыре. Ел быстро, но тихо, старясь не шуметь и не чавкать. Джоуди, кажется, все равно услышал, но как-то комментировать не стал. Пусть. Старик не сдаст, в конце концов, мы в одной лодке.

Пришедший ко мне наутро лекарь осмотрел меня, долго ругался, в конце концов позвав капитана.

- Это не ускоренная регенерация, госпожа Элизабет. У парня явно Кровь Гидры.

- Ты уверен, Николас?

- Почти полностью. Его раны зажили, что при ускоренной регенерации заняло бы втрое больше времени.

- Рико, как себя чувствуешь?

- Очень сильно хочу есть, капитан.

- Может, все-таки регенерация? - обратилась к Николсу Лиззи.

- Маловероятно. Я видел, как она работает у других. У парня что-то более сильное. На ум приходит только...

- Кровь Гидры. - перебила его капитан, - Да. Второй по силе дар пробуждения.

- А какой первый? - ляпнул я.

- Не лезь в разговор офицеров, матрос! - оскалилась Лиззи, но быстро сменила гнев на милость: - Внутренняя Чистота. Крайне редкий дар света, дающий почти полный иммунитет к болезням, отраве и проклятиям. К тому же, затрудняет воздействие на разум обладателя.

Я внутренне присвистнул. Не, свою регенерацию не поменял бы, она меня уже несколько раз выручала, но звучит очень солидно. Это что ж за святой получается? Теперь бы еще как-то про свой дар узнать...

- Кровь Гидры - такой же редкий дар жизни. - продолжила девушка, - Великолепная живучесть, возможность исцелятся от внешних и внутренних повреждений, даже медленно восстанавливать манопроводящие каналы. Стать магическим калекой от перенапряжения тебе теперь не грозит, радуйся. Правда, придется тебе теперь выделять двойную пайку. Жрать будешь в три горла, нахлебник.

- В целом, все верно. Я бы еще добавил повышенную устойчивость к негативным эффектам зелий, но это, скорее, просто проявление способности к исцелению внутренних повреждений. - добавил Николс.

- Придется тебя отдать в училище на родном острове, как туда прибудем. С учетом всех твоих талантов, это самый правильный ход. Такими кадрами не разбрасываются. - заключила капитан.

Когда Лиззи и Николс ушли, я вернулся к готовке. Спина, и правда, не болела, только сильно чесалась. После завтрака и традиционного мытья кухонной утвари, снова отправился в лес. Съедал я лишь втрое меньше фруктов, чем складывал в корзину. Под конец моей часовой прогулки набрал килограмм двадцать фруктов и, наконец, почувствовал сытость. Как в меня столько влезло - ума не приложу. Место в желудке и кишечнике должно было закончится давным-давно, но нет - переваривалась еда почти с той же скоростью, что поступала.

Миновал обед, матросы продолжали трудиться. Частично разобрав борт, заменили доски и снова просмолили все швы. Для этого из леса таскали определенную породу деревьев и долго жгли костры. Как именно они добывали эту смолу я не понял, но как-то справились. Кстати, был удивлен, но оказалось, что доски в борту нашего корабля шли аж в четыре слоя, создавая двадцатисантиметровой толщины борт. Матросы обшивали корабль по диагонали, причем каждый слой был под углом к предыдущему. Медные листы оказались в трюме среди запасов для ремонта и их посадили на заклепки. Корабль был восстановлен в первозданном виде, если не считать каких-то рун от вредителей, которые вскользь упомянула капитан в разговоре с мастером. Это, кстати, наконец-то мне объяснило, почем на корабле не было крыс, тараканов и прочей нежелательной живности. Остаток дня потратили на спуск корабля в воду, для чего использовали как рычаги целые стволы деревьев. Закончили уже в темноте, отплытие запланировали на следующее утро. Воодушевленный тем, что эта тягомотина закончилась, я с приподнятыми мыслями о будущем плавании улегся спать. На берегу тренироваться в магии я не стал, чтобы не показывать свои таланты перед всеми, но уж на камбузе, вдали от глаз, я как следует оторвусь!

Как же я ошибался.

Глава 10. Крутые перемены

Утро началось не с кофе. И не потому, что с ним были какие-то проблемы. Нет, я его обжарил и размолол, перетирая зерна дном глиняной чашки, после чего кофе прочно вошло в рацион капитана и офицеров. Не с кофе оно началось по другой причине.

- Какой густой туман. Давненько такого не видел. - сказал Джоуди поутру, - Запомни, скверная примета.

- Все моряки суеверны, да? Хотя... при наличии магии верить в приметы - вовсе не кажется глупой затеей. - ответил ему я, потягиваясь.

- Мотай на ус, малец. Хотя, у тебя и мотать-то не на что. Такая каланча, а усы даже не проклюнулись, ха!

- Зато в твоей бороде еще прошлогодняя жратва застряла. Откладываешь на черный день? Смотри, тараканы заведутся.

- Уел, малец, ха-ха! - рассмеялся Джоуди.

- Раз мы еще на берегу, предлагаю все-таки приготовить здесь.

- Нет. Тащим котлы к шлюпке - готовить будем уже на борту.

Матросы, несшие вахту, помогли нам загрузиться и доставить все необходимое на борт, включая запас продуктов, собранных мною в перерывах между приготовлением пищи. Там было немного, но на два дня гастрономического разнообразия хватит точно. Глядишь, Лиззи, если у нее будет хорошее настроение, или лекарь, изрядно хлебнув из свой фляжки, чего-нибудь еще расскажут мне о магии. Боузи спрашивать бесполезно - два раза уже послал, а на третий, чувствую, еще и по морде выдаст. Или плетей - мне они тоже не понравились.

Мы разожгли очаг, повесили котлы и начали готовку. Матросы добыли немного свежей рыбы и птицы, и хоть лучшая дичь пойдет офицерам, остальным тоже достанется свежатины. Солонину сейчас использовать не придется. Среди улова была одна очень неплохая рыбина, которую я решил запечь с соусом и каперсами для капитана. Если я в этом хоть что-то понимаю, а я понимаю, выйдет замечательно! Лиззи будет довольна. Офицерам уйдет две тушки то ли фазанов, то ли каких-то мелких павлинов. Матросам - рыба попроще. Если добавить в их суп пару кружек муки, то выйдет почти русская уха. Такое и я съем с удовольствием. Мы, кстати, пополнили запасы воды на острове - там оказался неплохой источник. А еще пропарили бочки, теперь неделю вода будет свеженькой, что меня сильно радовало. В общем, появилась какая-никакая стабильность, условия стали капельку лучше, жизнь налаживалась. И, конечно, магия! Сегодня я зажег очаги и печь с помощью огненой стрелы! Джоуди ругался, но да он всегда бурчит, когда я упражняюсь. Сверху стучали сапоги матросов, через открытое окошко, которое, как я узнал, тоже называлось портом, долетали обрывки команд, завтрак уже подошёл и я вынес еду капитану.

Судя по всему, мы только-только отошли от берега, влекомые слабым ветерком. Странно, что он не разогнал туман, но выйдем в открытое море - там его уже не будет. Выйдя от Лиззи, я вдохнул сырой морской воздух. Вообще, всегда старался ловить такие моменты, когда можно свободно дышать, а не мучаться в тесноте и жаре камбуза. Мы шли сквозь туман, а мне казалось, что мы двигаемся в молоке. Это было даже красиво и как-то... завораживающе. Матросы полезли на ванты, сворачивая паруса и корабль стал терять ход.

- Боузи, что случилось? - вышла из капитанской каюты Лиззи, явно почувствовавшая изменения хода.

Мастер молчал, сохраняя странное выражение лица, я же смотрел на темную громаду, проступающую из тумана справа по курсу. И это была не скала - у скалы не бывает бушприта...

- Вашу мать! - заорала Лиззи, тоже увидев это, - Полные паруса!

Девушка расставила ноги пошире, согнула руки в локтях, будто поднимая что-то тяжелое, ее лицо скривилось, а в глазах появились синие искры. Корабль дернулся и, забирая влево, тронулся с места, медленно набирая ход. Я уронил челюсть на пол - девчонка в одиночку двигает целый бриг! Магией, но ведь двигает!

- Огонь! - заорала Лиззи, когда наш борт развернулся точно к выходящему из тумана кораблю, - Огонь, черт вас побери!

Но пушки смолчали. Команда осталась стоять на своих местах.

- Огонь, сучье семя! - надрывалась Лиззи, - Поднять паруса!

Она стояла против врага на палубе одна, команда не спешила приходить на помощь и выполнять ее приказы. Я видел - она уже все поняла, но отказывалась верить в это, принимать. Предана, всей командой, разом. Получается, что остался только я, который не знал и не участвовал в этом с самого начала. Не удивлюсь, если все они сговорились еще до отплытия из родного порта. И вопрос "Чего же они ждали?" сейчас разрешался сам собой, по мере приближения высокого борта с двумя рядами пушек. Калибр у них был побольше нашего, как мне кажется... "Честь Родари", а именно такое название я увидел на носу судна, замедлилась, останавливаясь буквально метрах в тридцати от нашего барка, а с ее борта по поднявшей прямо из морской воды "дорожке" проскользнули трое человек, спрыгнув на палубу перед Лиззи.

- Синьорина, приятная встреча. - сказал тот из них, что носил на голове широкую шляпу с пером.

- Не могу ответить тем же. Мы не представлены. - зло ответила девушка, опуская руки.

- А жаль, жаль. Что же, Ваше имя мне известно, не тратьте время. Мое же - Фабрисио Родари, милостью Его Величества, лорд-капитан королевства Истфаллия.

- И что же ты забыл на моем корабле, лорд-капитан? - прошипела Лиззи.

- О, сущую мелочь... Руки вперед! - резко скомандовал пижон, доставая из небольшой сумки на боку кандалы с жесткой перекладиной посередине, - Именем Его Величества, Элизабет Блоухорн обвиняется в пиратстве и предстанет перед справедливым судом, а после будет повешена за шею, как и подобается пиратам.

Лиззи резко рванула к борту, собираясь перепрыгнуть его и скрыться в воде, но ударившая навстречу толстая струя воды, повинуясь жесту пижона, притащила ее обратно, разделилась на более тонкие потоки, обвившие ее руки и ноги, поставила на колени и с силой разогнула руки девушки, выпрямляя и вытягивая их вперед. Она сопротивлялась, я видел, как кривилось ее лицо и надувались мышцы в тщетных усилиях, но перед ней был кто-то явно выше рангом, судя по его ловкости в обращении с водой. Кандалы защелкнулись и девушка как-то разом осела, потеряв всякую волю.

- Как Вам на вкус саронит, синьорина? Вижу, это ваша первая встреча... Доставить на корабль и посадить в клеть! - махнул рукой лорд-капитан, оборачиваясь к Боузи, - Теперь ты...

- Да, лорд-капитан. Осмелюсь напомнить о наших договоренностях...

- Ты получишь в распоряжение "Режущего ветер" и корсарский патент Истфаллии. Также для тебя приготовлен дом в окрестностях столицы. Команда получает гражданство Истфаллии. Все будет соблюдено. Совершенно смешная цена, чтобы выманить одного старого урода с внуком с их уютного острова и заманить эскадру адмирала в нужное нам место. Но это чуть позже... Бриг на буксир! Боузи - со мной на "Честь"! - он начал было разворачиваться, но наткнулся на меня взглядом. Когда все случилось, я стоял рядом с Лиззи и был, получается, вроде участника действия. Но пижон не обращал на меня внимания, а тут что-то его привлекло.

- Боузи, что за сопляк? И почему он так нагло смотрит на меня?

Я тут же опустил голову. Вот зачем пялился, видно же, что у него кукуха от чувства собственной важности уехала в дальние дали.

- Помощник кока. В изначальном договоре его не было, потому прошу добавить. Полезный кадр. - сказал Боузи, а потом обратился ко мне: - Рико, что скажешь? Пойдешь под мою руку? Тебя ждет светлое будущее, подумай!

Я посмотрел на него, на кривившего губу пижона, скользнул взглядом по команде и заметил среди них Джоуди, стыдливо опустившего голову, перевел взгляд на Лиззи. Та смотрела мне в глаза и я понимал - эта молодая девчонка цепляется сейчас за меня, как за спасительный канат. Стоит и мне предать - она сломается, умрет еще до того, как ее повесят, оставив пустую перегоревшую оболочку тела. А я же мужчина. Она не знает, но я старше ее вдвое. И, раз так, пусть я поступаю глупо, но я не хочу для нее такой участи.

- Катись к дьяволу, Боузи. Ты не мой капитан!

А в следующий миг сложился пополам от мощного удара под дых. Следующий прилетел мне в лицо, и это уже был удар коленом, от которого я повалился на палубу, уже плохо соображая.

- Неблагодарный сопляк... Лорд-капитан, раз Лиззи все равно умирать, позвольте мне взять ее себе на время плавания. Я давно хотел обломать эту маленькую сучку.

- Нет. Заключенная останется в целости и сохранности до суда. Что касается этого, - я почувствовал несильный пинок в бок, - то два пирата на рее лучше одного. Киньте его в ту же клетку, что и его капитана.

Я начал приходить в себя и поднял голову. Как оказалось, только для того, чтобы увидеть быстро приближающийся сапог.

Темнота.

***

В себя я пришел рывком, подскакивая на скамье, куда меня, судя по всему, бросили "заботливые" пленители.

- О, ты быстро. - заметил ехидный женский голос.

Я повернулся - напротив меня, буквально в паре метров, сидела на такой же скамье Лиззи.

- Где мы?

- В трюме "Чести", конечно же.

- Давно мы здесь?

- Да нет, меньше склянки. Когда тебя вырубили, этот петух истфалльский вызвал водяной столб, на который они все зашли, затащили туда меня и тебя, после чего с комфортом доставили на "Честь". Кстати, как там твои бока? Все-таки по лестнице тебя тащили волоком.

- Спасибо, что поинтересовалась. Пока ты не спросила, я не чувствовал, что они болели.

- Сарказм? Не теряешь присутствия духа?

- Твоими молитвами, красавица.

- О, как у тебя невовремя прорезалась смелость. Не боишься, что за такое обращение к своему капитану я сломаю тебе пару ребер?

- Не боюсь. Те милые побрякушки на твоих руках - они ведь не просто так?

- Да. Эх! - вздохнула девушка, - Это саронит. Вносит хаотичные токи маны в теле, чем полностью блокирует применение твоей собственной магии. Сильный гранд-мастер уже может этому сопротивляться, архимаг же скинет в ту же минуту. Но где я, а где архимаг? Так что - да, сейчас я обычная женщина.

- Ну, должен признать, не совсем обычная. Красивая, умная, упорная.

- Пф-ф. Оставь свое красноречие для портовых шлюх.

- Эй, обидела меня в лучших чувствах. А у нас тут, между прочим, отличная возможность пообщаться и узнать друг друга получше.

- Ха, клоун! Иди узнай получше свою руку. Хотя нет, погоди, не хочу видеть столь убогого зрелища.

- Между прочим, убогими покажутся только твои высказывания, узнай ты о моем истинном величии!

- Ха-ха-ха! Никогда еще передо мной так не хвастались размером своего достоинства!

Я улыбнулся. Немножко сортирного юмора - то, что надо, для поднятия боевого духа. Вон, Лиззи уже улыбается.

- Ну а теперь, мой болтливый капитан, давай думать, как отсюда выбираться.

- Пока я в этих, как ты выразился, "милых побрякушках", - девушка подняла руки, показывая кандалы, - это бесполезно.

- Не ты ли мне не так давно говорила, что жизнь всегда полна возможностей? - ответил я ей, вставая и осматривая камеру.

- Сейчас я этих возможностей не вижу.

- Ну, это ты.

- Пф-ф. Тоже мне, непризнанный гений.

- Не фыркай, не в стойле. Хотя... похоже, вообще-то.

Я сделал два шага, подходя к двери, собранной из таких же металлических полос, что и стены нашей тюрьмы. Размеры камеры не радовали - два на три метра. Справа и слева еще по две таких же. Если захватить вражеский корабль, то вся команда даже нашего брига сюда влезет, только набившись, как селедку в бочку. Видимо, много заключенных им перевозить раньше не требовалось. Куда девались лишние, если такие появлялись, мне было примерно понятно - казнились на месте. А еще здесь ощутимо так воняло тухляком. В общем, номер, предоставленный нам, не тянул даже на одну звезду.

- Ты что там делаешь? - подозрительно спросила меня Лиззи.

- Оцениваю варианты нашего освобождения. Вообще, странно, конечно. Тут сидят опасные заключенные, пираты, а сторожить нас никого не поставили.

- Зачем? Я без магии, ты сопляк. Решетки крепкие, и мы в море. Будут спускаться один или два раза в день, чтобы дать жратвы да вынести вот это ведро. - сказала она, пиная незамеченную мной емкость.

- О, то есть кое-какой инструмент у нас есть.

- Это ты ведро под нечистоты назвал инструментом? А ты большой оригинал, Рико!

- За неимением гербовой, пишем на простой.

- И в кого ты такой умный взялся?

- В маму с папой.

- Так у тебя, вроде, только дядька был?

- Ну, значит, и в него тоже.

- Вот говнюк... - буркнула Лиззи.

- От говнючки слышу! Ты в этом трюме так провоняешь, что от тебя полгода выгребной ямой нести будет, мойся-не мойся!

- Ох и острый ты на язык, Рико. Знаешь, как обидеть женщину!

- Я тебе еще пять плетей не припомнил.

- Еще и злопамятный. Есть морские уставы, это свод правил, которы...

- Бла-бла-бла. Правила, законы. Ты капитан или где? Свои правила устанавливай, если чего не нравится. А раз назначила плети - то тебе нравится. Хм, а может... Любишь пожестче? Как насчет связывания и мягких пыток перышком? А может, шарик в рот?

- Твою мать, Рико! - девушка отвернулась, заливаясь краской, - Откуда ты вообще знаешь о таких извращениях?

- Да так, богатый жизненный опыт.

- В четырнадцать лет?! - воскликнула она.

- Ну, меня жизнь малость потрепала. Трудное детство, деревянные игрушки, прибитые к полу, понимаешь?

- Ох, не хочу больше слушать... - сказала Лиззи, пытаясь улечься на узкой скамье.

- Знаешь, в этих кандалах есть еще один плюс. - сказал я, приседая перед ней.

- И какой же?

- Ты не можешь заткнуть уши.

- У-у-у... - простонала она, отворачиваясь.

- Ну и хрен с тобой, золотая рыбка. - я поднялся и снова подошел к двери.

Надо еще раз осмотреть петли. Они мне показались какими-то подозрительными. Так-то Лиззи права, конечно. Подросток и девушка отсюда вылезти не смогут. Но у меня же есть мой могучий интеллект! Должен найтись какой-то способ! Я подергал дверь - тяжелая. Слегка ходит на петлях туда-сюда, но это ни о чем не говорит. Открывается вовнутрь, снаружи снизу приделан упор, который не позволит вынести дверь изнутри. Логично, если тут будет много народу, могли бы попробовать вырвать дверь. Прошелся по крепежу решетки к стенам - там все оказалось закрыто досками. Если ты не можешь подцепить ногтем и вытащить голыми пальцами гвоздь - то тут делать нечего. Нет, был у меня еще один вариант, но его бы хотелось оставить на самый крайний случай. Устраивать пожар на деревянном корабле - скверная затея. Вернулся к двери. Раз через нее нас сюда засунули, то логично и выйти через нее. Тем более она все равно выглядела самый слабой частью нашей тюрьмы. Одна только проблема - почти ничерта не видно. Один светильник на балке в паре метров от нас давал очень мало света. Но спасибо и на этом, хоть не кромешная темнота. Хотя...

- Ты что делаешь? - подскочила Лиззи, когда у нас в камере полыхнуло.

- Пытаюсь осмотреться, что же еще?

- Огненной стрелой? Идиот!

- Можешь лучше - покажи, как!

- Показала бы, если бы не саронит! Так, ладно, слушай. Огненную стрелу можно переделать в струю огня, там различия минимальные. Тебе нужно вот эту линию разомкнуть, а вот эту сделать короче и повернуть на девяносто градусов. - она пальцами выписывала вензели в воздухе, пытаясь показать мне, что я должен исправить, - Вот здесь, длиной этой линии, задается длина струи огня. Чем длинее - тем больше расход маны из ядра. И тебе нельзя обрывать нить подпитки, понял? Это поддерживаемое заклинание!

- Учитель из тебя, конечно... Дай попробовать.

Дважды полыхнуло, опаляя мне брови, пока я не сообразил, что к чему. Струя огня длиной сантиметров в десять давала уже больше света, чем светильник, и позволила мне как следует все рассмотреть.

- А говоришь, я плохой учитель! Я не знаю учителей, у которых ученики на третьей попытке осваивали заклинания!

- Это я гениальный ученик, а не ты гениальный учитель.

- Ах ты! - взвился голос девушки и она замолчала. Так даже лучше. Признаться честно, пикировки с ней доставляют мне удовольствие, но все должно быть в меру.

Я же обратил свое внимание на пол. Там, в углу, доски странного темного цвета, как будто бы они... уже прогнили, так и есть. Причем прогнили настолько, что крошились даже под ударами сапогом. В общем, проломить пол я смог, вот только оттуда шибануло такой вонищей, что я чуть не помер на месте.

- Я не думала, что моего палача посадят со мной в одну камеру! Только повязали и уже пытают! - бухтела Лиззи, держась за нос.

- Извини, не специально. - ответил я ей, подавив тошноту и заглядывая вниз.

Судя по всему, там был балласт, всякое гнилье, вероятно, испражнения... Черная мутная жижа, которая там плескалась, вообще мало походила на воду. Ни я, ни Лиззи туда не полезем. После контакта с ЭТИМ, смерть в диких корчах сразу от всех известных болезней просто неминуема.

- Ты, кстати, думал, что делать дальше, после того, как выберешься из камеры? Что-то подсказывает мне, что в твоем плане есть изъян!

- Да, это проблемка. Ну, вариант с пожаром все еще актуален. Не помрем, так с собой их заберем.

- Не хочу тебя расстраивать, но даже на бриге на средний слой обшивки наносился комплекс рун, затрудняющий горение и создающие крайне некомфортные для вредителей условия. Вот скажи мне - тут, в трюме, душно, жарко?

- Воняет, это да. Но дышать можно.

- Так это неспроста! Мы на корабле третьего ранга, Рико. При строительстве таких может быть заложен любой комплекс рун. И здесь явно поработали с вентиляций и комфортом экипажа. Раз позаботились даже о таком - огнезащита на корабле отличная, просто поверь на слово. Был бы ты хотя бы адептом - еще были бы шансы. Полноценный маг точно смог бы его спалить, действуя изнутри. Увы, на мне саронит, а ты всего лишь огрызок мага. Ма-а-ахонький кусочек. - и она показала пальцами, насколько, повторив жест одной нашумевшей на Земле особы.

- Ты можешь говорить все, что хочешь, но я нашел путь, которым мы отсюда выберемся. - ответил на это я, рассматривая маленькую трещину в сварном шве верхней петли. Почти незаметную. Но она была!

Направив руку на петлю, я начал греть ее огнем. Чем сильнее нагреется - тем лучше. Пришлось подождать, пока металл приобрел ярко-вишневый оттенок. Я хотел бы нагреть металл побольше, но закончилась мана, вызвав гадкое чувство слабости и опустошенности. Взяв ведро, я сбегал к пробитому мной в полу отверстию, черпанул черной жижи и плеснул прямо на петлю. Поднялось облако мерзкого пара, зловоние усилилось кратно, но щелчки остывающего металла были музыкой для моих ушей. Я проверил трещинку - она стало явно длиннее! Физика - сила! Ничего, повторить еще раз пять, не помереть в процессе от нестерпимой вони и мы почти на свободе!

- Морская дева... дай мне сил... - Лиззи уперлась руками в лавку и дергалась, сдерживая рвотные позывы.

- Что-то ты желудочком слабовата, капитан! - ехидно заметил я, делая вид, что меня не проняло и у самого к горлу не подкатывает ком.

- Если ты привык к такой вони, то меня тебя искренне жаль! - ответила Лиззи спустя минуту, когда смогла успокоиться и взять себя в руки.

- Ничего, милая, ты привыкнешь. Это не последний раз!

- О, нет! Лучше просто повесьте! - сказала она, закатывая глаза. Но я-то видел, что она сдерживает смех.

Через пару часов вонь более-менее улетучилась, снова позволяя дышать не через тряпку и я предпринял еще одну попытку повредить нашу темницу. Лиззи ее перенесла более стойко, чем первую - молодец, растет над собой! Потом мы снова немного поругались, когда надо было сходить в туалет. В итоге я стоял, отвернувшись, пока наша гордая капитан делала свои дела. А еще часа через три попробовал с петлей снова. Трещина росла и, будь я посильнее, уже мог бы попробовать отломить петлю. Мана восстанавливалась медленно, но времени у нас хватит. Как просветила меня Лиззи - плыть нам дней пять, не меньше. Дальше пока сделал перерыв - на всякий случай. Пусть немного проветрится, да и, если к нам придут, то не увидят лишнего. Я оказался прав, к нам все-таки явились трое солдат, один из которых нес поднос с четырьмя мисками. В двух оказалась какая-то подозрительная каша, еще в двух - вода. Двое солдат встали по бокам, держа наготове мушкеты, третий же, демонстративно плюнув нам в миски, протянул их через решетку:

- Кушать подано, погань!

- Дружище, наклонись поближе... - сказал я ему, прикрывая своим телом заготовку, - У меня припрятан талер, понимаешь? И было бы неплохо отдать его тебе, если ты будешь приносить нам нормальную еду, как думаешь?

Солдат наклонился к нам, раскрывая рот, чтобы что-то сказать, но мне только того и надо было.

- Н-на! Братишка, я тебе тоже покушать принес!

Наши миски с баландой полетели на стол, сам солдат упал на четвереньки, экстренно опорожняя желудок. Да, получить в открытый рот черной жижей из подпола - это вам не фунт изюма! Двое его товарищей стояли и смотрели на это с совершенно офигевшими лицами. Пострадавший от моей "шуточки" тем временем влил в рот воду из фляги, старая его прополоскать, вылил нашу воду из мисок на лицо, смывая жижу из глаз и, наконец, поднял глаза на меня. Очень злые глаза, надо сказать.

- Ублюдок! Тебе конец! - взвыл он, сдергивая оружие с плеча.

- Стой, нельзя! - крикнул его сотоварищ, пиная мушкет в его руках, отчего прогремевший выстрел отправил пулю сильно выше.

- Да стой ты, мать твою! - навалились они на чумазика вдвоем, вырывая мушкет и выкручивая руки.

- Вы больше вообще жрать не будете! Пить не будете! Света не увидите, падаль! Сдохнете тут, пока мы празднуем! А-а-а! Пустите-е! - орал этот тип, пока двое его сослуживцев тащили его за руки из трюма.

- Захочешь добавки - приходи! - крикнул ему я.

- Гни-ида-а-а... - оборвался крик с хлопнувшей дверью, отделявшей нашу часть трюма.

- А ты умеешь заводить друзей, приятель! - во весь рот улыбалась Лиззи, - Только есть они нам теперь, и правда, не дадут.

- Да нам и не надо. Главное, чтобы больше не лезли сюда. Ну что, пора выбираться? - спросил я у нее, подбоченясь и упираясь в дверь рукой, отчего ее со скрипом перекосило.

- Но... как?

- А вот так! - самодовольно заявил я.

Пока все были отвлечены на цирковое представление, никто не заметил главного - пуля, выпущенная из мушкета нашего грязнули, попала прямо в верхнюю петлю, доламывая и так треснувшее крепление. И теперь от свободы нас отделяло только умение пользоваться рычагами. Лавочки для них вполне подойдут.

- Спасибо, Фортуна! - горячо прошептал я, сплетя руки в молитвенном жесте.

Глава 11. Сваливаем!

- Ты можешь нормально держать, а?!

- Я пытаюсь!

- А не надо пытаться! Надо делать!

- Когда с меня снимут саронит, я лично надеру тебе жопу! Силу почувствовал, салага?

- Еще один повод мне его с тебя не снимать! Кстати, а как его вообще снять? Насколько он прочен?

- Прочность ни к черту. Если бы он был не у меня на руках, то, усилив тело маной, я бы смогла эти кандалы скрутить винтом.

- О, то есть он не очень крепкий? Прекрасно! Давай!

Кое-как подсунув лавочку в щель между дверью и косяком, мы уперлись спиной в стену, а ногами в лавочку и что было сил отжали ее от себя. Таких издевательств дверь не выдержала, погнувшись, и теперь у нас было больше вариантов, как применить рычаг. Я решил попробовать провернуть дверь по оси замок-нижняя петля. По идее, столь грубого обращения дверь уже не выдержит.

- Ты что делаешь? - спросила меня Лиззи, когда я, перевернув одну лавочку, долбил по ней другой.

- Отламываю ножку, разве не видно? О, наконец-то! - воскликнул я, добившись своей цели. Кинул ножку на пол, отломил вторую, положив на нее же, подсунул доски под загнутый край двери, оперев их на отломанные ножки.

- Так, теперь встаем вот сюда. Держись руками за решетку. - дверь протестующе заскрипела, когда мы стали на второй конец нашего рычага, - А теперь раскачиваем, подпрыгивая. Раз-два, раз-два! Молодец!

Дверь ходила туда-сюда, петля расшатывалась все сильнее. Но первой не выдержала дужка замка, отломившись по линии шва с жалобным "Тон-н!".

- Леди, путь свободен! Позвольте вас проводить! - отвесил я шутливый поклон, с трудом открывая перекошенную дверь.

- Ты сделал это. - удовлетворенно сказала Лиззи, делая шаг из клетки.

- Осталось только свалить из этого гостеприимного места.

- Это сделать будет непросто.

- Чуть проще, чем ты думаешь. Ты же слышала, что чумазик сказал? Они праздновать будут. Что, кстати?

- За мой захват король осыплет этого Фабрисио подарками. Все-таки он прав, и прадед, и отец вполне могут ринуться мне на выручку...

- Так ты любимая внученька? - с сарказмом спросил я.

- Вот давай без этого.

- Как скажешь. Есть мысли?

- Судя по форме корпуса, мы в задней его части, около руля. И, пожалуй, наши головы где-то на уровне поверхности воды. - ответила мне Лиззи, осмотревшись, - Есть ли кто за дверью - мы не знаем. В трюм кто-то может спуститься в любой момент за той или иной вещью. Да, на таких кораблях все вещи первой необходимости всегда хранятся на орлопдеке, но мало ли.

- Как ты думаешь, у нас получится спрятаться в трюме, если кто-нибудь спустится?

- Более чем. Если у них там навалено так, как это частенько делают истфалльцы, то там можно спрятать целую роту морской пехоты!

- Замечательные новости! Так, теперь тихо. - я взял лампу, прислонился ухом к двери и прислушался. Было тихо, а потому я сказал Лиззи: - Сейчас я потушу лампу, чтобы не выдать нас. Держись за меня, двигаемся медленно.

Хорошо смазанные, судя по запаху, свиным жиром, петли не издали ни звука. Я мысленно поблагодарил местного интенданта, квартирмейстера или как он там назывался, вместе с Фортуной. На последнюю я сейчас очень надеялся, потому что нормального плана у меня не было - одна сплошная импровизация! Мы двигались на ощупь - света категорически не хватало. Только впереди, метрах в восьми, висела лампа около лестницы наверх. И еще одна лестница, вроде бы, должна быть метрах в двадцати дальше. Но ее не было видно из-за пяты мачты, которая перекрывала середину трюма. Только виднелся какой-то отблеск.

- Тут никого, похоже. Нам везет! - заключил я.

- Выше орлопдек. И вот на нем нам точно не повезет, парниша. Третий класс, полтысячи людей. Там всегда кто-то ошивается, всегда.

- Ну так давай взорвем к чертовой матери эту посудину! Мы же в трюме! Тут должен быть порох!

- Ты забыл? Весь трюм ниже уровня воды! Мы утонем первые!

- Хорошо, хорошо. Нужно подумать. Давай пока поищем что-нибудь полезное. Я запалил лампу коротеньким огоньком из своей руки и передал ее Лиззи - она должна была светить, так как со скованными кандалами руками работать неудобно, я же аккуратно разбирал груз, чтобы не нанести видимых повреждений, по которым нас могли обнаружить. Вопреки убеждениям девушки, здесь все было сложено подчиняясь определенной системе и нарушенный порядок мог быть замечен.

- О, здесь вино, кажется!

- Дай сюда! - скомандовала Лиззи, ставя лампу на ящик, выхватывая у меня кувшин двумя руками и вырывая пробку зубами. Послышались гулкие глотки.

- А-а-х! - с шумом выдохнула она, отрываясь от горлышка, - Посредственное, но все лучше местной воды. Черт его знает, чего они туда окунули...

- Да, с вежливостью у них беда. Не слышали тут о Женевских конвенциях.

- Чего? - вылупилась на меня Лиззи.

- А, так, ерунду ляпнул. Давай лучше дальше искать!

Через двадцать минут я задумчиво смотрел на Лиззи, держа в руках здоровый абордажный топор с рукоятью, окованной металлом. Не знаю, кто его тут оставил, но он тихо-мирно стоял у ящиков, дожидаясь своего нового владельца - меня. Лиззи нервничала. Рыскала глазами, переминалась со ноги на ногу. Вряд ли кого-либо обрадовал бы мутный парень с топором, который смотрит на тебя с интересом исследователя.

- Ты что задумал? - наконец, не выдержала она.

- Будем рубить.

- Что рубить? - спросила она, делая маленький шаг назад.

- Кандалы твои рубить! Надо найти наковальню или что-то такое, а еще чем можно точить топор!

- А. Пф. Возьмем ядро. - резко отпустило Лиззи и она даже немного смутилась своему порыву от меня сбежать, - Чугун тверже стали топора, не быстро, но получится. Мы мимо них проходили. Давай мне топор.

Я с улыбкой передал ей инструмент и прогулялся до места, где лежали ядра. Тут было всего три калибра - я взял самые крупные, которые весили килограмм пятнадцать или около того. Тридцать два фунта, как я понимаю.

- Идем в нашу уединенную комнатку. Мы же не хотим, чтобы нас кто-то услышал? - шутливо спросил я у девушки, вызвав новое закатывание глаз и вздохи. Ничего, еще привыкнет. Теперь я могу не придерживаться правил с этими дурацкими обращениями.

Когда мы зашли в помещение, я выбрал участок с полом почище и кинул туда ядро. Забрал у Лиззи топор и размашистым жестом рукой пригласил:

- Устраивайтесь поудобнее, леди!

- Руки мне не отруби, придурок! - Буркнула она, садясь на коленки, вытягивая руки вперед и пристраивая перекладину наручников на ядро.

- О, не бойся, я буду нежен и аккуратен!

- Теперь мне стало еще тревожней.

- Так, чуть левее, вот так. Дужку чтобы по центру. Дай замок поправлю, мешается. Вот, вроде, нормально. Хек! - подготовившись, я нанес удар. По дужке не попал, топор ударил совсем рядом, оставляя зарубку на мягком металле.

- Осторожней! С такой меткостью ты даже своим стручком промажешь в нужный момент!

- Эй, вообще-то ты сейчас передо мной на коленях. Не опасаешься ничего? - сказал ей я и снова рубанул топором, в этот раз попав по дужке и разрубив ее на треть. Глянул на лезвие топора - нормально, живое.

- Ай! - взвизгнула Лиззи от удара, - Предупреждать надо!

- Предупреждаю!

Новый удар - снова по дужке, но чуть левее. Пофиг, бьем!

Дужка разделилась после восьмого попадания по ней. Лиззи поднялась с колен и встала передо мной, чтобы было удобнее. Я же вставил шип топора в петлю замка и начал выкручивать его, разжимая дужку кандалов. Замок со звяком выскочил из дужки, и, приложив усилия, мы протолкнули погнутую дужку через проушину, раскрывая кандалы и снимая их с Лиззи.

- О-о-а-ах... - сразу же выдала она, закатывая глаза. Руками она вцепилась в мою рубашку, лицом уткнулась в грудь и затем сползла по мне, опускаясь на колени и тыкаясь лицом прямо в пах. Я кашлянул. Неудобненько вышло. Сзади послышался шорох и я, резко повернув шею, увидел около двери Боузи с совершенно круглыми глазами и раскрытым ртом.

- Третьим не возьмем! - категорично заявил ему я. Внизу всхлипнула Лиз, приходя в себя после возвращения магии.

- Ты-ы-ы... - прохрипел Боузи, глаза которого наливались дурной кровью, дергая рукой то к сабле, то к пистолету.

А меня понесло:

- Дядь, ты бы поберег себя, не ровен час, инфаркт! Вон как покраснел! Я понимаю, ты давно по ней сох, но кто успел первым - тот и молодец!

- У-уб-бью-ю... - то ли прохрипел, то ли провыл он, принимая для себя решение и доставая саблю, он медленно пошел на меня.

- Ты это дело брось! - сказал ему я, отталкивая от себя Лиззи и поднимая топор, - У меня черный пояс по вин-чуню, я тебя вообще страшно размотаю!

- Хр-р! - он резко рванул на меня, засветившись то ли светло-коричневым, то ли грязно-желтым светом.

- Вя! - позорно взвизгнул я, каким-то чудом успевая упасть на пол и пропуская над головой широкий рубящий удар. Блокировать такое? Увольте! Дальше пришлось толкаться всеми четырьмя конечностями, отпрыгивая в сторону от ноги, которой он хотел припечатать меня сверху, превратив кишки в пюре, судя по тому, что доски под его пяткой лопнули. Он уже заносил вторую ногу, а я приземлился на спину и уклониться не успевал. Зато успевал кое-что другое - огненная стрела влетела ему прямо в рожу, отчего он зарычал, отпрянул, сбивая свободной ладонью пламя с лица и бешеными глазами уставился на меня, который за выигранное время успел подобрать топор, встать и отойти на десяток шагов.

- Тебя записать на бровки? Татуаж, говор... брл...

Я опустил голову, смотря на выросшую из моего живота саблю. Этот гад ее метнул, да так быстро, что я даже понять не успел! Ноги подкосились, отказываясь держать мое тело, завалившееся на бок. Лысый и безбровый Боузи дергал губами, медленно надвигаясь на меня.

- Слушай... тебе, в принципе... идёт. Стильно, модно... молодёжно. - делая судорожные вдохи сказал ему я. "Только не закрывать глаза, только не ссать!" - думал я, стараясь сохранить самообладание, глядя на приближающуюся смерть.

- Я тебе... сука... сниться буду. Будешь... просыпаться... обделавшись. - выдал я, когда он приблизился ко мне и присел на колено, растягивая губы в ухмылке.

- А ты ничего, сопляк. Жаль, что не убил тебя лично, еще на острове, когда ты нас подслушал. Послал двух идиотов. Ничего, сейчас испра... - сказал он и упал прямо перед моим лицом. Его прямая кишка издала позорный звук, расслабляясь. Нет, я не осуждаю, трудно удержаться, когда у тебя из глаза вырастает сосулька, вошедшая в череп сзади.

- Рико! - рядом со мной на колени приземлилась Лиззи, одной рукой отшвыривая тело мертвого пирата метра на два.

- Вот это... тебя, мать... накрыло! - старательно давя улыбку, сказал ей я, - Ты уж прости... за короткое... знакомство.

- Какое короткое знакомство, дебил? Терпи, сейчас выну саблю!

И она действительно потащила её из моего пуза, стараясь делать этот аккуратно и не порезать меня еще сильнее.

- Хо-о-о... - выдохнул я, утыкаясь лицом в пол, когда она закончила.

- Хватит изображать умирающего! - прикрикнула на меня Лиззи и дала мне по уху.

- Так дырка... Здоровая. Крови... Вон сколько. - возразил ей я.

- Да останавливается уже! Ты бы и сам регенерировал, но времени ждать нет, так что подлечу тебя. Я не самый умелый целитель, так, уровень крепкого ученика, но это лучше, чем ничего.

- Кровь Гидры!

- Дошло, наконец. Ты то умный, то тупой, заканчивай уже эти качели. Так, замри. - скомандовала девушка, прикладывая руку к ране. Уже знакомое мне ощущение жара, жуткая чесотка, какое-то бурление.

Через пару минут она убрала руку:

- Фух. Всё, точно не помрешь. Самое критичное я затворила, остальное сам быстро затянешь.

- А перитонит? В смысле, воспаление от частиц еды из кишечника?

- С Кровью Гидры он тебе не грозит. Можешь есть.

- О, вот это дело! - весело потер руки я, вставая. Живот болел, но если не совершать резких движений - терпимо.

- Ты же помирал только что? - ехидно спросила капитан.

- Все течёт, все меняется. - философски заметил я, подбирая топор, - Теперь надо найти дорогу на камбуз!

- Какой камбуз, приду... Шутник чертов. - начала было возмущаться девушка, но заметила мою улыбку, - Надо придумать, как прошмыгнуть мимо моряков. И еще. Тут, в трюме, надо поискать что-то небольшое, но плавучее. Пробковое дерево подошло бы идеально.

- Погоди, ты хочешь уходить вплавь?

- А почему нет? Теперь, когда со мной моя магия, мы без проблем доберемся до острова, откуда отплыли. Или даже захватим обратно "Режущего ветер". Без Боузи... думаю, смогу подавить мятеж. Прибить десяток самых громкоголосых и дело в шляпе. Потом в ближайшем порту сменим команду.

- Пока ты будешь, как ты выразилась, "подавлять мятеж", к нам опять придет добрый дядя Фабрисио и напихает в зад ананасов. Бриг на буксире, быстро отцепить и поднять паруса не выйдет, а он с водой управляется получше тебя. Разве нет?

- Жаль, но ты прав... Черт.

- Что такое?

- Я провалю экзамен отца, потеряв корабль.

- Зато сохранишь жизнь.

- И то верно. Да и не так уж я хотела водить свою эскадру, так что переживу.

Побродив по трюму с минут пятнадцать, мы, наконец, нашли то, что нам нужно - буйки рыболовной сети, которую использовали, когда капитану с офицерами хотелось свежатинки прямо в море, имели приличный размер и были сделаны как раз из пробки. Разрубив четыре буйка своим верным топором, я, используя веревки, обвязал себя и Лиззи, прочно примотав половинки буйков к телу. Получался импровизированный спасательный жилет. Надеюсь, этого нам хватит.

- Ну вот, вышло неплохо. - заметил я, критически осматривая свое творение на девушке, - Правда, зачем тебе эти поплавки, когда у тебя два природных должны уверенно держать тебя на воде?

- Ты что име... гад. Порой мне кажется, что ты самоубийца. - не сразу догадавшись, о каких поплавках я говорю, ответила Лиззи, - Так разговаривать с магом и капитаном может только наглухо отбитый человек. Но я юродивых не трогаю - примета плохая.

- Молодец. Теперь по поводу того, как нам прошмыгнуть. Думаю, без пожара на судне нам никак не обойтись. И ты представляешь, как удачно совпало, из трюма два выхода. Если мы подпалим масло из светильников около первого, то через второй во время общей суматохи сможем проникнуть на палубу!

- Не выйдет. Как только пожар заметят - на корабле будут бить тревогу. Пожар тушить пойдут в том числе и через вторую лестницу. И пожар будет ровно до прибытия лорд-капитана. Мастер воды зальет его за пару минут.

- Обидно. Ладно, давай искать порох.

- Порох очень редко хранят в трюме - тут слишком сыро. Некоторые запасы можно найти на орудийных палубах или на орлопдеке. На бриге, если ты не заметил, бочонки с порохом стояли там же, где и гамаки матросов. Но на таком крупном корабле обязательно будет крюйт-камера. Вот только попасть туда из трюма ты не сможешь. Скорее всего она около грот-мачты, отдельное обшитое металлом помещение.

- Блин, ты надоела, пессимистка.

- Я реалистка. И причем тут блины?

Махнув на нее рукой, я аккуратно поднялся по лестнице к самому люку на орлопдек и, обернувшись, приложил палец к губам. Та кивнула. Прислонившись ухом к люку, я вслушивался изо всех сил - вроде, никого. Когда же я потянулся открыть люк, Лиззи дернула меня за штанину и, сняв с себя сапоги, засунула голенища за ремень, потом его хорошо затянув. Логично. Без сапог мы будем двигаться гораздо тише. Проделав то же самое, я, еще раз послушав обстановку за люком, медленно открыл его, молясь Фортуне, чтобы он не скрипнул. Повезло - люк оказался так же хорошо смазан, как и все дверные петли на этом корабле. Высунув голову, я осмотрелся - было тихо, если не считать бормотаний, храпа, пердежа, почесываний и шмыганья носом. В общем, здоровая мужская атмосфера, приправленная крепким запахом перегара. Точно - они же праздновали наше пленение! Я поманил Лиззи рукой и вместе мы аккуратно опустили люк на место, чтобы он не хлопнул. Дальнейшая наша цель - лестница наверх, на орудийную палубу. Потом открыть один из портов - и в воду. И лучше бы по веревке, чтобы не плескать лишний раз.

Босые ноги мягко ступали в полутьме орлопдека, который разбавлялся редкими масляными лампами. Мы замирали от каждого шороха. Самой большой опасностью было нарваться на смену вахты - вот тогда мы влетим по полной. На втором месте - наступить на что-нибудь и разбудить матросов шумом. Но, то ли заступничество Фортуны, то ли крепкий сон пьяных матросов, но до лестницы мы дошли без происшествий, хотя за эти жалкие семь метров я даже успел немного вспотеть. И только мне стоило ступить на лестницу к орудийной палубе, как я увидел сверху приближающийся к этой лестнице свет. Дернув Лиззи за руку, я затащил ее под лестницу. Здесь лежали канаты и запасные гамаки. Недолго думая, я прижал к себе девушку и накинул на нас гамак. Сапоги протопали сверху, тусклый свет лампы отбросил длинные тени на стены. Матрос покопался около одного из гамаков, доставая что-то, и удалился. Я же сидел, унимая сердцебиение - мне казалось, что опасность прошла буквально в миллиметре. Подождав еще минут пять и убедившись, что никто не встал в гальюн прямо сейчас, мы снова полезли на лестницу. Перед тем, как поставить ногу, я общупывал каждую ступеньку, нажимая на нее ступней - а ну как скрипнет? Таким образом мы обошли две подозрительные ступеньки, поднявшись на гондек - нижнюю орудийную палубу. Теперь дело оставалось за малым - открыть порт, спустить веревку, не спалиться.

- Вы кто, мать вашу, такие? - спросил нас злой голос.

Я дернулся, Лиззи же среагировала совсем иначе. Развернувшись, она пустила ледяную стрелу прямо в заметившего нас матроса. Теперь счет пошел на секунды - люди вокруг заворочались, просыпаясь. Девушка бросилась к ближайшей пушке, дергая за веревку и со стуком отворяя порт, затем начала отодвигать пушку. Та сразу отодвинуться не пожелала - оказалась привязана и зафиксирована. Пока капитан там возилась, я схватил один из трех небольших бочонков, стоявших около мачты и с размаху швырнул в голову мужика, который находился к нам ближе всего и уже встал на ноги. С глухим "Бом!" бочонок отправил мужика досыпать и, отскочив от его головы, упал на пол, разбиваясь. Вокруг мгновенно разнесся запах масла. Я глянул на Лиззи - та закончила с веревками и сейчас откатывала пушку. Недолго думая, один за одним я схватил оставшиеся два бочонка, которые там были, ухая их об пол вокруг себя и расплескивая масло по палубе. Матросы уже были на ногах и до того момента, как меня зарежут или застрелят, оставалась буквально пара секунд. Сорвав ближайшую лампу с крюка, я подкинул ее в воздух и рыбкой нырнул в пушечный порт вслед за Лиззи.

"В-в-у-у-у-х!" - лизнула мне пятки струя пламени. Раздались крики матросов - кажется, им очень не понравился мой прощальный подарок.

- Простите, мужики, мне надо к семье вернутся, я обещал. - прошептал я, вынырнув из воды и оценивая результат моих действий. На корабле, вопреки заверениям Лиззи, занялся неслабый пожар. Как минимум, пока масло не прогорит, они это не потушат. А значит, их капитан в ранге мастера будет сильно занят и не сможет сразу кинуться в погоню.

- Хватайся за веревки на мне. - сказала девушка, подплывая ко мне.

Я ухватился за сбрую ее спасательного жилета моего производства и она резво устремилась в обратном ходу корабля направлении, утаскивая меня за собой. Я оборачивался несколько раз - отсветы от пожара на корабле были видны еще долго.

Глава 12. На северо-восток

- Слушай, пфу! А другого варианта нет, кроме этого острова? - спросил я девушку, отплевываясь от плеснувшей в рот воды.

- Нет. Если одна я могла бы попробовать доплыть до другого, то с тобой - нет. Если поднимится волна, я тебя потеряю. А этого я хочу избежать. Так что только ближайший остров, Рико.

- О, спасибо, ты так заботлива! Пфу! Это можно считать признанием в любви?

- Закрой рот, придурок, а то будешь плыть сам!

- Молчу-молчу.

Теперь доставать её надо было осторожней - вернув магию, она возвратила и уверенность в себе. Нет, вряд ли она меня кинет, если я правильно понял её характер. Да и моя удача может оказаться ей подспорьем. Хотя я уже уяснил, что против предательства и знания, где будет твой противник, удача помогает мало. Все логично, на самом деле - надо и самому крутиться, не рассчитывая на "авось". Остров уже был виден черной неровной полосой на фоне звездного неба и постепенно приближался. Двигатель фирмы "Блоухорн" уверенно тащил нас вперёд со скоростью километров пятнадцать в час, отчего мне в лицо постоянно летели брызги воды. Не будь на мне жилета - я бы уже нахлебался воды, это точно.

- Как думаешь, как скоро они отправятся в погоню? - спросил я. Надоело молчать.

- Уже. С правильным рунным комплексом корабли плохо горят. И ещё хуже они горят, имея на борту мастера магии. Так что будь уверен, на остров они прибудут максимум на полдня позже нас. Хорошо ещё, что ветер им не благоприятствует, иначе у нас не было бы шансов - они задержались бы всего на пару часов.

- А за полдня ты отдохнешь. Логично. Пфу!

- Не болтай и не будешь глотать воду.

Я снова заткнулся, позволяя девушке сосредоточится на движении вперёд. Интересно, как она это делает? Хотя, если есть струя огня, наверняка есть и струя воды? Можно ли ей пользоваться для плавания? У меня столько вопросов, хоть бы на один из них мне ответили нормально, разложили все по полочкам! А то кроме зажигалки, ничего больше в арсенале и нет, учебник остался на борту, да и не было там ничего, кроме базовых заклинаний. Да еще и не все стихии были представлены. Впрочем, учитывая, что маленький пространственный карман - это заклинание уровня мастера, по словам Лиззи, то начальных заклинаний того же пространства может вообще не существовать.

На берег мы выбрались, когда уже начало светать. Странное место этот мир. У него не было Луны. Вообще не было спутников, как я понимаю. Только необычайно яркий свет звёзд позволял ориентироваться по ночам. А без Луны не было приливов и отливов. Хотя, вроде, на островах они не работают и на Земле? Не помню. Пройдя несколько шагов на заплетающихся ногах, я рухнул задом на песок и откинулся назад, оперевшись на локти. Повозился, вытаскивая из-за пояса топор, чья рукоятка уперлась мне в задницу и кинул его на песок рядом.

- Фух, ну и неделька выдалась!

- Что, такого количества событий ты не видел и за всю свою жизнь на забытом богами острове? - с насмешкой спросила девушка, садясь рядом.

Было заметно, что многочасовой заплыв её вымотал. Да и предыдущие события не добавляли бодрости. Нам бы, по-хорошему, покушать, выпить чаю, помыться и завалиться в мягкую кровать часов на десять-двенадцать, но с этим были сложности. Ни кровати, ни чая в ближайших кустах не оказалось, вот незадача!

- Ладно, хватит валяться. Сходи и принеси своему капитану поесть. - толкнул меня рукой в бок, сказала Лиззи.

- Слышь, я устал не меньше твоего!

- Тебе напомнить, кто тут старший? - спросила она, наклоняясь и нависая надо мной.

- Отличный вид. - заметил я.

- А? - удивилась она. Наклонила голову, осмотрела свою прилипшую к груди блузку и вмазала мне кулаком в лоб, впечатывая в песок.

- Забываешься, матрос. - прошипела она, зло щуря глаза.

- Все, прости-прости. Виноват. Пойдем вместе? - предложил я, вставая, - К тому же флажка есть только у тебя, а нам надо набрать воды.

- Это фляжка не для воды. - ответила девушка, снимая её с пояса, открутила крышку и сделала глоток, сморщившись. Протянула флагу мне: - Будешь?

Я принял фляжку и приложился к горлышку. Жар хлынул по горлу и, закашлявшись, я вернул флягу владелице.

- Что это? - просипел я.

- Мой прадед называл это араком. Он сам его делает.

- Господи, ну и пойло!

- Чем-то попроще его не проймешь. Даже эта дрянь, которая неподготовленного человека валит с ног, ему как вино.

Я в удивлении покачал головой. Во фляге был натуральный самогон, пусть и с какими-то фруктовыми нотками. Градусов шестьдесят, не меньше. Фляжка у Лиззи небольшая, меньше пинты, когда я взял ее в руки, успел оценить - там около половины. Да, жалко выливать.

- Идем. - Лиззи встала с песка и натянула сапоги, - А то еще сожрут тебя.

- Ты же говорила, что тут больше никого нет?

- Может, и есть. Кто знает? - с этими словами она направилась в сторону джунглей, а я поспешил за ней.

Пока мы шли к источнику, сорвали с веток пару манго, утоляя голод. Мне, конечно, было неприятно есть грязными руками, да еще и не мытые фрукты, но хотелось уже не есть, а прямо-таки жрать. Завтрак у нас был сутки назад, да и тот я пропустил. Сочная мякоть еще и жажду немного утоляла, что было вдвойне приятно. Источник был недалеко от берега - метров двести. Из черного скального выхода на высоте моего роста била струя воды, наполняя небольшую, метров пяти в диаметре, чашу. Глубина доходила мне до пояса. Из чащи тек ручеек, по которому мы и нашли этот источник в прошлый раз.

- Счастье! - сказал я, падая плашмя в воду лицом вперед. Прохладная вода подарила телу ощущение небывалой свежести, смывая соль и песок.

- Ты что делаешь, гад? - возмутилась Лиззи, прикрывая лицо от брызг.

- Залазь сюда. Нам все равно надо смыть с себя морскую воду и прополоскать одежду, иначе уже к вечеру взвоем.

- Хм. - выдала она, заходя в чашу. Я же припал лицом к выходящей из камня струе воды, утоляя жажду. Как же вкусно! Никогда такой вкусной воды не пил!

- Двинься! - сказала девушка, отталкивая меня от источника. Я спорить не стал, начал барахтаться в чаше, промывая голову и вымывая соль из одежды. Когда Лиззи напилась и тоже начала постирушки одежды прямо на себе, я снова присосался к струе воды. Напившись до такого состояния, что в животе булькало, я вылез на берег и стянул с себя сапоги, выливая воду на камни.

- Нам нельзя здесь задерживаться. Ветер может измениться и они придут сюда раньше. - сказал я, надевая сапоги обратно.

- Может. - сказала капитан, садясь рядом и тоже выливая воду из сапог, - Но мне нужно отдохнуть и, желательно, поспать. Иначе мы утонем на полпути к следующему острову.

- Слушай, у меня есть идея! - проговорил я, осматриваясь.

- Обычно твои идеи или тупые, или самоубийственные. Часто - вместе.

- Нет-нет, эта здравая. Ты посмотри, какие тут есть толстые стволы. - я обвел рукой лес вокруг нас, - Мы можем сделать долбленку из одного из таких. На, пусть плохой, но лодке, мы не рискуем сразу утонуть, если что-то пойдет не так.

- Ты хоть представляешь, сколько ее делать с одним твоим топором? Закончишь через неделю!

- Хорошо, давай сделаем плот! Я видел здесь подсохшие стволы! Свяжем лианами и в путь. Все надежней, чем плыть так.

- Это уже похоже на план. Только сначала перекусим.

Потратив полчаса на сбор фруктов, мы утолили голод и начали рыскать вдоль противоположного берега острова в поисках подходящего материала. Нашли только пять упавших деревьев, достаточно сухих, чтобы стать основой нашего плота. Я обрубил все сучья и мы кое-как доволокли их на берег. Если бы не усиление Лиззи - черта с два бы справились. Лианы нарубили с запасом. Затащив толстенные бревна наполовину в воду, начали их обвязывать. Лиану расходовали щедро, связывая бревна каждые полметра. Немного подумав, я сбегал в лес и срубил еще четыре довольно толстых и прямых ветви, которые мы примотали с обоих сторон плота сверху и снизу, чтобы придать ему жесткость. На все про всё у нас ушло часов пять, время было около полудня. Пробежавшись вдоль берега, я набрал кокосов, ухватил даже гроздь бананов и вывалил это все на плоту. Мы вытолкнули плот на глубину и залезли на него. Конструкция, внешне хлипкая, неплохо нас держала. Размеры у плота получились скромные - чуть больше метра в ширину и в длину около четырех. Нам хватит.

- Ну что, начинаем наш круиз? - спросил я у Лиззи, заваливаясь на бревно спиной.

- Ох, какой же ты придурок... - ответила мне она, ложась с краю плота и запуская руку в воду.

- Зато обаятельный! - выдал я, но продолжать не стал. Не стоит задирать ее лишний раз - девушка уже выглядела уставшей, под глазами стали проглядывать синяки. А ей еще нас до следующего острова тащить, хоть он и виднелся серо-зеленой полосой вдалеке, если залезть на пальму. Вот только на море расстояния обманчивы - до него было километров сорок.

Через полчаса я протянул Лиззи банан и кокос, в котором аккуратно проделал отверстие шипом топора:

- Держи, подкрепись. Тебе нужно быть в форме.

- Давай. - ответила она, протягивая руку, - Только почисть.

Я снял шкурку с банана и она, не отвлекаясь от движения плота, запихала в себя еду и запила кокосовым молоком. Я осмотрел оставшиеся запасы - семь небольших бананов и шесть кокосов. Хватит, чтобы заморить червячка и не страдать от жажды. Скорость плота был чуть меньше, чем когда мы с капитаном плыли вдвоем, но километров десять в час она делала, так что до следующего острова доберемся к вечеру. Вопрос только, как скоро туда доберутся истфалльцы, поняв, что на первом острове нас уже нет? В любом случае, мы действовали быстро, лишний раз не мешкали и таким своим ходом точно выиграли себе минимум полдня. Может и больше, если их поиски на том острове затянутся. А если еще и ветер будет сохранять свое направление... не меньше суток. Хватит и чтобы отоспаться, и поесть, и дальше уйти, наращивая отрыв между нами. Но рассчитывать на то, что у нас все сложится наилучшим образом, не стоит. Даже с учетом моей удачи.

- Ты как? - с участием спросил я у девушки.

- Бывало и хуже.

- Маны хватит до острова?

- Да. Ты разве не чувствуешь?

- Нет. А что я должен чувствовать?

- Ах, да, ты же ничерта еще не знаешь. Магический фон медленно, но верно растет. Мана восстанавливается быстрее. Сейчас он уже на четверть выше нормы. Мы уходим от обжитых островов на окраину. Пока еще флуктуации фона незначительны и не вредят организму, но если он превысит нормальный вдвое - обычному человеку здесь уже будет некомфортно. Долго жить не рекомендуется. Три тройном превышении - лучше не задерживаться больше месяца. При пятикратном - недели. При десятикратном он продержится день, от силы - два.

- А что дальше?

- Дальше - он превратиться в какое-нибудь дерьмо. Возможно, оно даже будет разговаривать и сможет назвать свое имя.

- Так нахрена мы туда плывем? - возмутился я.

- Потому что у нас нет выбора! К тому же, ты, пусть и слабый, но маг. Относительно себя нормы увеличивай раза в полтора, учитывая твою Кровь Гидры - вдвое. Что касается меня... Думаю, я способна длительное время жить при троекратной напряженности магического фона.

- Почему тогда все маги не живут на дальних островах?

- Ха, а ты смешной. А как же слуги?

- А. Что-то я не подумал.

- Ты думай, думай. Говорят, это полезно и пригождается в жизни.

- А из-за чего повышается магический фон?

- Чем ближе к Штормовому Пределу - тем он выше. Но ты не волнуйся, до него отсюда полтысячи миль. А мы так далеко заходить точно не будем. Даже до Огненной Гряды не дойдем.

- Да что это, вообще, такое, этот Предел?

- Ты что, не слышал о нем ничего? - удивленно обернулась на меня Лиззи.

- Представь себе, нет!

- Удивительно. Хотя, в вашем захолустье... Все равно странно. Штормовой Предел - это непрерывная стена жесточайшего шторма магической природы, который охватывает кольцом весь Архипелаг. Я сама не была там, но прадед рассказывал, что грозовые облака там поднимаются на несколько миль, небо черным-черно и не проглядывает ни единого лучика солнца. Волны могут опрокинуть и разбить в щепки самый крепкий корабль, вздымаясь даже выше квартердека кораблей первого класса. Ветер может поднять в воздух даже железные пушки и кружить их, как песчинки. Молнии грохочут как залпы тысячи орудий, отчего морская вода вскипает, выбрасывая целые облака горячего, как кузнечный горн, пара. А в невероятных глубинах, которые не измерить никаким способом, живут чудовища размером с остров, для которых это место является их единственным домом. Всякий, кто рискнет зайти туда, там и останется. Даже находиться близко к нему - опасно. Возле самого Штормового Предела магический фон выше в пятьдесят раз, только самые сильные маги могут приблизиться к нему. Любые заклинания там дают совершенно непредсказуемый эффект. Армагеддон может обратиться огоньком свечи, а безобидный светлячок - сжечь целую эскадру, взрывом обнажив морское дно. Так мне рассказывал дед...

- Звучит, как самый настоящий апокалипсис. Что же там случится с обычным человеком, раз даже сильнейшие маги не могут пробыть там долго?

- Не знаю. Никто не знает. Может, превратится в чудовище, а может, развеется прахом по ветру.

- Значит, твой прадед был там?

- Да, он, лет пятнадцать назад, с одним его старым знакомым пытался исследовать природу Предела. Понять, если ли что-то за ним, для чего он нужен и можно ли использовать его мощь.

- И какие успехи?

- Никаких. Он не покорился им.

Мы замолчали. Странные они здесь. Их окружает какая-то огромная магическая аномалия невероятной силы, которая может их распылить на атомы, а они, вон, на корабликах плавают, грабят, развлекаются. Детей рожают. Я бы все силы бросил на исследование этого явления, а они... Хотя, если он стоит там уже кучу лет, то люди попросту привыкли. Человек - он ко всему привыкает. Даже к направленному на него ружью.

- Значит, близко подходить к Пределу мы не будем. Хорошо. Но как глубоко ты собираешься заплыть в зону с высоким фоном?

- Зависит не от нас, а от них. Готов ли Фабрисио рискнуть своим экипажем и появлением прямо на палубе обезумевшего от боли и пожирающего своих товарищей мутанта. И это не считая тех опасностей, что несут эти воды сами по себе.

- Так-так-так. А можно вот с этого момента поподробней?

- Чем выше фон, тем сильнее твари. Сейчас это не заметно, но когда он станет сильнее вдвое, мы начнем их встречать в изобилии. Тебе не стоит боятся - моих сил хватит, если мы не будем заходить слишком далеко.

- А слишком далеко - это как?

- Например, туда, где фон уже пятикратный. Там можно встретить такое, что потребуются усилия мастера, чтобы справиться. В те места ходят специально подготовленные команды на бронированных кораблях.

- Не понял. Места гиблые, но они ходят. Зачем?

- Ради охоты. Чем выше фон, при котором рос монстр - тем более ценные ингредиенты ты получишь, разделав его. Из тех, кого добыли при троекратном фоне, например, сделаны те зелья, одно из которых ты выпил. Те зелья, что сделают из тварей, которые жили при пятикратном фоне, будут очень полезны мне. От зелий из зоны с десятикратным фоном не откажется и гранд-мастер.

- А двадцатикратные?

- Таких не делают. Дураков нет, ходить ближе полусотни миль от Предела.

Я замолчал, переваривая информацию. Пусть мне и стало известно об этом мире чуть больше, но он все еще оставался для меня одной сплошной загадкой. Ранги магии я уже себе примерно представлял. Неофит, ученик, адепт, маг, мастер, грандмастер, архимаг. Но вот о возможностях каждого ранга знал очень смутно и только обрывочные сведения. Как присуждаются ранги? Какие есть отличительные черты? Как понять, кто перед тобой? Как к кому обращаться в конце концов?

То же самое со званиями. Лейтенант, капитан - хорошо, это еще более-менее понятно. А что с другими офицерами? Боцман, мастер, лекарь, кого там мне еще называли? Квартирмейстер, главный канонир. Кто какие функции выполняет, что необходимо знать и уметь для становления офицером? Как их различить? Кто такие лорды-капитаны, опять же?

Башка просто пухла от всех этих мыслей. Плюнув на все, я просто уставился в воду, изредка подкармливая Лиззи бананами и вскрывая ей кокосы. Сам я выпил только один - потерплю, ничего страшного. Ей, как двигателю нашего утлого суденышка, требуется больше сил. На остров мы выбрались уже в быстро густеющих сумерках. Подперев вытащенный на полкорпуса на берег плот найденным палками, чтобы его не унесло случайной волной, мы отошли чуть дальше от воды и завалились спать прямо на песок, прижавшись друг к другу спиной. Так было теплее. Заснул я практически мгновенно, проваливаясь в сон, как в глубокую темную яму безо всяких сновидений.

Глава 13. Разоблачение

Я проснулся от того, что солнце начало припекать мне спину и затекла левая рука. Открыв глаза, я понял причину - Лиззи спала на боку, спиной ко мне, ее голова лежала как раз на моей левой руке. Правая лежала у нее на животе, сам же я прижался к ней. Видимо, ночью мы перевернулись и инстинктивно потянулись друг к другу, сохраняя тепло. Ладно, пока она сопит, надо выбираться. Вот только по внезапно замершей девушке я понял - поздно.

- Скажи-ка мне, Рико... что упирается мне в ягодицу? - тихим голосом спросила девушка.

- Ну... пистолет?

Она рванулась, выкручиваясь из моих рук, я тоже вскочил на ноги, но, хрюкнув от удара ногой в живот, повалился обратно на песок.

- Слушай, ты неправильно поняла! - зачастил я, на заднице отползая от этой фурии, - Просто обычная утренняя реакция молодого организма! И вообще, у меня есть любимая и я храню ей верность!

- Да? - как-то сразу подобрела она, а её взметнувшиеся в воздух волосы улеглись сами собой, - Значит, случайность?

- Истинно так! Мои намерения чисты!

- Ладно, вставай. Кто-то все-таки купился на твою смазливую мордашку, надо же. Какая она?

- Она? - переспросил я, вспоминаю свою Светку, - Она - самая лучшая. Кто всегда рядом, с кем прошли огонь и воду... Мать моих детей... Ай! Да за что?

Я опять оказался на песке и схватился за пульсирующее болью ухо.

- Какие дети, кретин? Тебе лет сколько? Опять врешь?

- Ну, - замялся я, - увлекся маленько... Но любимая и правда есть. Я про будущих детей говорил, понимаешь? В этой роли я вижу только её!

- Гладко стелешь, брехун. С такими талантами тебе каждая портовая девка бесплатно давать будет. Чтобы больше пальцем ко мне не притрагивался, понял?

- Да понял, понял. А если ради спасения жизни? Что, если твой запрет поставит под угрозу тебя саму? Или меня?

- Ради спасения - можно... Так, не морочь мне голову! Ты прекрасно все понял! Идем, наберем еды, ты нам что-нибудь приготовишь и мы отправимся дальше. Если получится - сделаем запасы.

- Чего я-то всегда должен готовить?

- Р-разговорчики, матрос!

- Все, молчу. Сатрап в юбке. - тихо буркнул я.

- Я все слышу! - подняла вверх палец идущая впереди Лиззи.

Хоть я и получил пару тумаков, настроение у меня было хорошим - бить сильно не стали, выспался, сейчас найдем чего пожевать, заживем! Правда, где-то позади очень злой усатый черт с пером в шляпе хочет сделать нам марапупу, как в том анекдоте про Чапаева, но это частности, не будем обращать на них внимания.

- Капитан, а как долго мы еще будем идти в сторону Предела? - спросил я через пару минут, когда мы остановились около разлапистых кустов банана.

- Не знаю. За границу двукратного фона зайдем точно. - ответила она невнятно, жуя банан.

- А дальше остановимся и будем ждать, приплывет этот Фабрисио или нет?

- Ну, в общих чертах - да. Подготовимся, замаксируем плот, посидим пару дней. Если не появится - уйдем на север, огибая воды Истфаллии. На юг, в сторону владений отца, нельзя - там могут перехватить, риск велик. Это самое очевидное направление нашего бегства. А на севере продадим зелья, купим места на корабле, идущем в Центр. А уж оттуда и до дома доберемся. Долго, конечно, зато безопасно.

- А долго - это сколько? - спросил я, активно работая челюстями.

- Как пойдеф. Мофет полгода, мофет и больше. - ответила она с набитым ртом.

- Звучит не очень здорово!

- Ну а как ты хотел? До ближайшего города Центра, где можно пересесть на корабль в сторону Бордоса - три с половиной тысячи миль! И потом обратно еще почти столько же.

- Неужели Истфаллия такая большая?

- Истфаллия? Нет, ты что. Ну, максимум, пятьсот миль с запада на восток и миль триста с севера на юг.

- Зачем тогда плыть в Центр?

- Это безопасно. Они гарантируют доставку в пункт назначения и нас не ограбят по пути. Ещё корабли с вымпелами Центра не трогают - чревато. Кому хочется, чтобы к нему через месяц-другой явилась карательная экспедиция в десяток линкоров с архимагом-адмиралом во главе? Такое та же самая Истфаллия может и не пережить.

- Погоди, Центр - это что, государство? - спросил я в недоумении.

- Из какой же дыры я тебя подобрала... - покачала головой Лиззи, - Центральная Империя, ну! Тысяча миль в самом центре архипелага, самая густонаселенная территория! Островов там столько и они так близко, что, говорят, в некоторых местах можно перепрыгнуть с одного на другой! Ты, и правда, не знаешь?

- Нет...

- Какой же ты деревенщина! Неужели на задворках Истфаллии и правда живут такие неотесанные дубины? Просто поразительно.

Отвечать на ее оскорбления я не стал - мне послышался шум воды и я направился в ту сторону, поманив за собой девушку. Через минуту мы вышли к небольшому водопаду. Вода спускалась откуда-то с холма, падала с высоты трех метров, разбиваясь о камни, и уходила дальше по руслу ручья, где-то там, внизу, впадая в море. Я подставил ладони, сложив их лодочкой и набрал воды, оказавшейся неожиданно холодной. Рядом то же самое делала Лиззи. Вода была не очень приятной на вкус - похоже, много примесей. Ну, будем считать, что мы в Ессентуках и проходим курс лечения минералочкой.

- Сейчас бы поймать что-нибудь съедобное и мясное. А то я так вегетарианцем стану, а это для такого мужика, как я, вредно!

- Мужика? Ха! И кто такие вегетрансы твои?

- Вегетрансы, хе-хе. Так даже лучше. Ну, это те, кто отказался от мясной пищи и едят только растения.

- Странные они. А что же они будут есть в походе? Без мяса быстро ослабнут и не смогут работать. - спросила девушка в недоумении.

- Ну вот такие они, эти вегетрансы. Не понимают простых истин, что с них взять! Давай лучше, действительно, найдем мяска. Ты его подстрелишь, метко запустив свою ледышку, я запеку и мы вкусно пообедаем, набираясь сил. Хорошо звучит, а?

- Подожди. - сказала Лиззи, поднимая руку и прерывая мой поток красноречия, - Что-то не так.

Она направилась вверх по течению ручья, поднимаясь все выше на холм. Я молча пошагал за ней. Метров через сто мы вышли на каменистую полянку, в центре которой из земли бил родник, дававший начало ручью.

- Ха-ха! Вот это подарок! - счастливо засмеялась Лиззи.

- И что здесь подарок? - спросил я, вдыхая неожиданно густой влажный воздух.

- Источник стихии Воды! Слабенький, только недавно появился, но это все равно прекрасно!

- Чего прекрасного-то, не понимаю? Ну, живописное место, да.

- Неуч! Иди сюда, садись рядом с родником. Я сдерживаться не буду, но и тебе чего-нибудь достанется!

- А что делать-то? - спросил я, усаживаясь на влажные камни по-турецки.

- Все время забываю, какая ты темнота. Слишком уж у тебя хорошая речь для чурбана с задворков. Настройся на это место. Ощути токи воды, пробивающей себе путь через камни. Ее силу, которой она раздвигает породу. Ее мягкость, с которой она огибает препятствия. Дай руки! - скомандовала она, протягивая их ко мне над водой.

Я взял ее ладони и в следующий миг ко мне от нее потекла мана. Прохладная, приятная.

- Чувствуешь?

- Теперь - да.

- Она разлита здесь, вокруг. Ощути ее и тяни на себя, прокачивай по каналам, наполняй ядро. Оно будет сопротивляться, но будь настойчив. Можешь закрыть глаза, новичкам помогает.

Я последовал совету и опустил веки, все еще держа ее ладони в своих руках. Настроиться, так? Сырые камни под задницей, влажный воздух еще этот... Хм. А почему он влажный-то? Мы же на вершине холма, тут должно быть суше, чем внизу. А если вдохнуть поглубже?

- Молодец. Продолжай. - послышался, как через вату, голос Лиззи.

А я глубоко дышал грудью, впитывая в себя эту влагу. Теперь понятно. Надо только впитывать не через вдох, а всем телом...

- Отлично! Все, что успеешь поглотить - твое! - заявила она, отпуская мои ладони.

Я же старался изо всех сил. Оказывается, работать магическим насосом требовало недюжинных умственных усилий. Но у меня определенно получалось - каналы омывались струящейся энергией, в ядре уже плескалось под завязку, но я нашел способ его переполнить. Манопроводящие каналы - они почти как сосуды, у которых есть мышечный слой. И если его сократить, сжимая их от периферии к центру... Ядро неслышно загудело, энергия в нем уплотнялась, становясь... качественней, что ли? Действовал я на ощущениях. Мешала моя неопытность и то, что энергия стремительно убывала. Я успевал перехватывать лишь крупицы тех потоков, что устремлялись полноводной рекой в сторону девушки. Но даже эти крупицы заставляли меня попотеть, чтобы запихать их в своей ядро магии. Не знаю, как быстро это закончилось, субъективно прошло минут двадцать. Когда я больше не смог захватить ни одной частицы этой энергии, то открыл глаза. Лиззи сидела напротив меня и улыбалась.

- Ну, как впечатления? - весело спросила она.

- На удивление, неплохо. Тело ноет, как будто после хорошей тренировки, но самочувствие, в остальном, хорошее.

- Это быстро пройдет. Каналы и ядро приспособятся к нагрузке. Если тебе еще раз попадется источник, даже такой слабый, на низких рангах не пытайся выпить его целиком - откусывай по чуть-чуть.

- А ты, значит, поглотила его полностью?

- Да. И стала гораздо ближе к мастеру. Думаю, это заменило мне пару лет тренировок. Если нам по пути встретится еще один такой - то по плотности ядра и развитости каналов я точно достигну уровня мастера. С заклинаниями, конечно, беда... Как-то я не заучила их наизусть, рассчитывая, что моя маленькая библиотека на корабле будет в моем распоряжении всегда.

- А твой конь под седлом чужака... - пропел я, но быстро осекся, - Ладно, давай еще наберем еды. Если не повезет поймать кого-нибудь, то сразу пойдем к другому острову. Договорились?

- Да. Пошли. Мы можем потратить немного времени.

Мы снова набрали бананов и манго, в качестве источника воды захватили десяток кокосов. Чувствую, когда этот заплыв закончится, тропические фрукты я буду просто ненавидеть. Но был и положительный момент. С противоположного берега мы заметили целых три острова и могли выбирать, куда отправиться.

- Средний из них явно больше. - прокомментировал я открывшийся вид.

- Не факт. Южный расположен так, что мы отсюда просто не видим его истинных размеров.

- В то время, как северный явно крошечный. Предлагаю сразу туда и идти. Но потребуется сделать больше запасов - там может не оказаться воды и еды. Да и скрыться от преследователей там негде.

- Ты противоречишь сам себе. Там не скрыться, давай пойдем туда. - фыркнула девушка.

- Никаких противоречий! Засядем там на берегу, в тени пальм и будем наблюдать. Он выглядит безперспективно, да и наш маршрут, в представлении Фабрисио, должен вести на юг. Плот заведем за островок и вытащим на берег, если нужно - срубим и завалии на него пальму, чтобы замаскировать. Я видел, здесь на берегу упавшие пальмы - обычное дело.

- На удивление, твой план впервые звучит здраво с первого раза. Растёшь! - хлопнула она мне по плечу, - Или, собери ещё припасов, я пригоню плот.

Через час мы отчалили, захватив с собой несколько килограмм фруктов и три десятка кокосов. Для этого я прошерстил чуть ли не километр берега, лишь бы не лазить по деревьям. До маленького островка расстояние было смешным - километров десять. Да и до остальных оно тоже было небольшим. Прибыли мы быстро, как и планировали, загнали плот на другую сторону острова и вытащили на берег, уронив на него пальму. Даже вблизи не сразу заметишь, а уж издалека... Островок оказался действительно крошечным - где-то сто на сорок метров, причем полоса, поросшая пальмами, была и того меньше. Но нам спрятаться, чтобы издалека не заметили, хватит.

Для обустройства гнездышка набрали засохших и опавших пальмовых листьев, чтобы не лежать на земле целые сутки. Нашли удачное место, чтобы не привлекать внимания шалашами и завалились отдыхать. Лиззи уснула практически сразу же, стоило ей набить желудок. Я ей даже завидую - у самого сна не было ни в одном глазу, день ещё был в самом разгаре. Чтобы не терять время зря, решил потренироваться. Сверкать вспышками огня было глупо и потому я выбрал иную тренировку - в магии жизни. Шипом топора царапал себе руку и пробовал её залечить. Без знания заклинаний получалось примерно никак, моя регенерация справлялась с этим быстрее моих потуг. Плюнув, упал на листья рядом с девушкой и начал смотреть в небо. Периодически поглядывал на Лиззи - она спала подложив кулак под голову и пуская слюнку из уголка рта. Смотрелось довольно мило. Даже начинаешь забывать, что эта милашка, на самом деле, опаснее ящика динамита. Там хотя бы фитиль надо подпалить, а эта сама вспыхивает по поводу и без. И человека убить для неё не проблема, пусть это даже был предатель Боузи. Я вот до сих пор не уверен, что смог бы. Нет, в горячке драки, наверное, да. А вот так, со спины или безоружного - вряд ли. Чувствую, мне ещё придется это в себе изменить, чтобы выжить в этих водах, хоть эти изменения мне не по нраву. Но я обязан выжить и вернуться к семье. Если для этого надо бить в спину - пусть так! Я сел и решительно кивнул сам себе. Лиззи всхрапнула во сне и перевернулась на спину, раскидав руки на всю лежанку.

- Вот чертовка. Всё место заняла. А мне где лежать? - еле слышно, одними губами прошептал я.

Пусть её, она действительно устала. Встал с лежанки и, немного размявшись, решил выйти на берег. Конечно же, не на тот, со стороны которого мы ожидали появления "Чести". Полоса пальм должна скрыть меня от обнаружения, поэтому я не боялся быть замеченным с корабля преследователей. Сел на песок в тени листьев поваленной нами пальмы и уставился в горизонт. Еле видимая рябь моря играла отбликами в лучах полуденного солнца, а робкая волна, чуть плескаясь, лизала подошвы моих сапог. Я же размышлял. Вот, допустим, все сложится удачно, мы достигнем места назначения. Если запрошу у нее в качестве благодарности учебники по магии, она согласится? Наверняка - да, только выдаст мне их явно не все, а только те, которые смогу использовать в скором времени. Наверняка заклинания для ступени мастера и выше стоят больших денег. Мне же хотя бы все начальные ступени освоить, да в теории разобраться. Мне не стыдно признать, что в этом деле я полный ноль и та же девчонка, которая, судя по некоторым ее речевым оборотам, имеет академическое образование, меня здесь сделает, как стоячего. А ей двадцать всего-то. В сорокет учиться уже тяжеловато, но у меня, вроде как, этот недостаток компенсируется молодым телом. Во всяком случае, некоторую живость ума и легкость на подъем я за собой заметил, хотя там, на Земле, мне уже было сложно заставлять себя делать что-то новое. Или виной тому жизненные обстоятельства? Как говорил герой одного нашего фильма, "жить захочешь - не так раскорячишься".

- Да... а раньше самой большой проблемой было, если путёвку взял, а на работе отпуск переносят... - задумчиво протянул я.

- А что такое путевка? - раздался сзади голос.

- М-мать! Лиззи! Напугала! - дернулся я.

- Так расскажешь мне, что такое путёвка? - спросила она, присаживаясь рядом.

- Да так, не важно. - отмахнулся я, переводя тему, - Ты лучше скажи, можешь мне немного разъяснить про магию?

- Могу, конечно. После того, как ты, мутный парень, расскажешь, что такое путёвка. И почему не знаешь очевидных для любого жителя Архипелага вещей. И почему ты в четырнадцать используешь словечки, которых многие и к старости не узнают?

Не прокатило! Я жевал губу, раздумывая, как и чего бы ей соврать. По всему выходило, что врать было опасно - она не тупая, вот совсем не тупая. До определенной поры она игнорировала мои странности, но тут, видимо, критическое количество накопилось. Зараза, подошла еще так бесшумно!

- Помнишь, я тебе говорил в самом начале, что память потерял? - задал я наводящий вопрос. Будем выкручиваться!

- Помню. Но на потерю памяти это сейчас мало походит, если ты хотел на нее все списать. - нахмурилась девушка. Так, опасность, она злится!

- Дело в том, что память я действительно потерял. Я ведь тогда, ночью перед нашей встречей, очнулся в канаве с пробитой головой и изрядно отбитыми внутренностями. Чуть не помер тогда. А, может, и помер даже, не просто же так Кровь Гидры получил? Клиническая смерть, так это называется.

- Пока я не услышала объяснений. - она недовольно смотрела на меня. Блин, зря умничаю!

- А ты не перебивай и я до них доберусь! Меня тогда видения посетили. О жизни другого человека, куда более взрослого и умного. Он много всего умел, а я, вроде как, по этим видениям у него учился. И сейчас иногда бывает, когда сплю. Много нового узнаю. О медицине, о кулинарии, о ведении дел. Слышала когда-нибудь о колесе перерождений?

- Нет.

- Есть такие верования, которые гласят, что в зависимости от того, как человек проживает свою жизнь, его душа может в следующей жизни занять тела разных существ. Если прожил жизнь хорошо - то и в следующей жизни твоя душа будет в человеческом теле. Если разбойничал, пытал, насиловал - то переродишься жуком навозным или, там, червем. Ну и среди последователей этого учения встречались те, кто уверял, что помнил свои прошлые жизни. Вот и я, похоже, из них.

- Отличная история, можешь написать книгу. Только вот одна беда - я о таком учении не слышала. Откуда же ты о нем знешь?

- От того человека, видения о жизни которого я вижу.

- Забавно. Понимаешь, какая штука - я ведь много читала. Очень много. И если бы такое было в прошлом, то хоть где-то упоминалось бы. А оно не упоминалась. Зато было много другого - о сектах, о демонах... Если потянешься к топору - я вышибу тебе мозги. - выдала она, формируя у себя в ладони длинную и явно острую сосульку.

- Погоди, погоди, не горячись. Я тебе никогда зла не желал, да и о сектах этих никогда ничего не слышал. Я тебе чем хочешь поклянусь, что в секте никогда не состоял и с демонами дел не имел!

- Конечно, поклянешься. Ты ведь хочешь жить, а такие, как ты, клятвам ценности не придают. Повернись! И руки за спину!

- Слушай, ты совершаешь ошибку! Я же тебя не бросил! Я всегда был за тебя! Можно сказать, твой единственный друг!

- Вот именно поэтому дальше ты продолжишь путь в веревках, ДРУГ. - выделила она интонацией последнее слово, - А не отправишься на корм крабам прямо сейчас. Пока не доберемся до первого жреца.

- Лиззи, да послушай ты меня!

- Нет, это ты послушай. Веди себя смирно, или я сделаю тебе кляп из твоих же портянок. Цени то, что ты еще жив.

Приплыли, м-мать!

Глава 14. Вопросы доверия

- Они ушли на юг, как мы и предполагали. Вставай. - сказал Лиззи, проводив взглядом корабль Фабрисио, который едва угадывался на горизонте.

- Слушай, мне бы отлить. Уже черт знает сколько времени терплю. - попросил у нее я.

- В море отольешь.

- Да я и так от тебя никуда не сбегу, мы на острове!

- Зато из виду никуда не пропадешь, умник. Кто знает, что за козырь у тебя в рукаве?

- Да какие козыри, милая! Я чист!

- Не называй меня милой, ты! - возмутилась девушка.

- А как тебя называть?

- Госпожа Капитан! Хотя, черт с тобой, зови Лиззи. Но никаких милых, красавиц, лапочек и других слов из твоего богатого лексикона!

- Как скажешь, солнышко. Оуч!

- Еще оплеуху хочешь?

- Да, не, спасибо, воздержусь. Но ты точно любишь пожестч... Ой-ё! Туда-то заче-е-ем... - протянул я, сгибаясь от пинка по яйцам. Хорошо еще, била без замаха.

- Не болтай, а работай ножками. Я тебя на плот тащить не собираюсь!

- Как скажешь, босс. Ф-фух. Иду. - ответил ей я, перебарывая боль в ушибленных причиндалах и вставая, - Но знай, если у меня не будет детей, то это ты виновата!

- В этом будет гораздо больше виноват твой длинный язык.

- Девушки в восторге от длинного языка! Все, все, молчу... - заткнулся я, когда она зыркнула на меня взбешенно. Чего-то я опять разошелся.

- Сиди и молчи. Или, клянусь, я тебя не довезу.

- И когда мы успели стать врагами... - пробормотал я негромко, стараясь устроиться поудобней со связанными руками. Получалось паршиво.

Да, интересно все повернулось. Но, пока я жив, побарахтаемся! Тем более, Лиззи я говорил правду. Ну, в той части, что зла ей не желаю. Вначале-то, конечно, желал, но сейчас понимаю, что забрав меня с острова она сделала лучше мне же самому. А натрындел я ей за последнее время столько, что уже и сам забыл, где соврал. Вот поэтому не люблю врать. Вранье - оно всегда всплывает. Иногда даже вот так, как у меня. С жесткими веревками, намотанными на запястья и пережимающими ток крови. Хотя, если постоянно шевелить руками, то еще ничего, чувствительность полностью не пропадает, пусть пальцы и немеют. Надо будет этой любительнице бондажа напомнить, что меня надо развязывать хотя бы иногда, иначе я без кистей останусь. Правда, в последнее время все разговоры с ней заканчивались моим избиением, но ради возможности размять руки я готов стерпеть пару синяков. Все равно пройдут за день!

Лиззи молча сидела на носу плота, опустив руку в воду. Как понимаю, ей так проще управлять течением - затраты энергии меньше при контакте со стихией. Я же помню, как она корабль целиком повернула - и тогда ей руки в воду совать не потребовалось. Проклятый мелкий островок, где я испытал унижение, остался позади, уменьшаясь в размерах. Мы уходили на север, туда, где на горизонте даже мало-мальских полосок не было видно. То есть до следующего острова нам еще пилить и пилить. Либо он слишком мал и низок, чтобы выглядывать из-за горизонта. Я не помнил уже формулу для расчета, да и не факт, что она применима здесь, в этом мире, но для человека среднего роста видимый горизонт был около пяти километров. Дальше все скрывалось из-за кривизны поверхности планеты. Увеличение высоты наблюдения и, соответственно, высоты наблюдаемого объекта, это расстояние увеличивало. Ну а не разглядеть лес на острове... значит, в ближайших тридцати километрах островов и нет. Зато справа, в стороне, как я понимаю, Штормового Предела, островов было достаточно - они проглядывали мутными темными полосками, если встать на плоту.

- Куда-то собрался? - спросила меня Лиззи.

- Встал на горизонт глянуть. И, напоминаю, мне очень нужно отлить.

- Ладно, поворачивайся. Но учти - я наготове. Только дернись в мою сторону! - проговорила девушка, развязывая мне руки.

- О-о-о... Какой кайф... - пробормотал я, растирая запястья и кисти. Все-таки недооценил я её узлы - руки нещадно кололо от хлынувшей к ним крови.

- Давай, делай свои дела!

- Просить тебя отвернуться бесполезно, да?

- А у тебя что, стеснение вдруг появилось?

- А ты вопросом на вопрос не отвечай! Озабоченная!

- Я? - опешила девушка. Я же стянул портки и зажурчал.

- Ф-фух... какое блаженство!

- Руки за спину!

- Нет, у тебя точно какие-то наклонности есть! - сказал я, поворачивая к ней голову.

В ответ она попыталась меня пнуть, я же крутанулся, перехватил ее ногу и дернул вверх. Она упала на спину, отправляя свою заготовленную сосульку в небо. Извернулась, надеясь подсечкой сбить меня с ног, но я подпрыгнул, пропуская ее удар под собой. Удар кулаком в пах я перехватил, дергая девушку на себя и наваливаясь сзади всем весом. Она весила килограмм шестьдесят, но я-то, хоть и худой, весил больше, плюс на моей стороне какая-никакая техника, оставшаяся еще со школьных лет с секции самбо.

- Успокойся, дура! - гаркнул я ей в ухо, удерживая ее руки в прижатыми к телу.

Она ударила меня каблуком по пальцам левой ноги и боднула затылком в нос, освобождаясь. Снова попыталась ударить кулаком, но я опять перехватил ее руку и провел бросок, от которого она жестко приземлилась задницей на бревна, оказавшись у нее за спиной. Просунул руку под шеей и закрыл замок, но сжимать руки не стал - душить-то я ее не собирался.

- Да успокоишься ты или нет?!

Она полыхнула усилением, отбрасывая меня от себя, а затем, крутанувшись на пятке, врезала мне ногой с разворота. Я еле успел подставить руки, блокируя удар. Предплечья отозвались болью, кажется, я даже услышал хруст, вылетая с плота спиной вперед. Вода приняла меня в свои объятия, утаскивая на дно. Воздуха, выбитого ударом ноги, в легких почти не оставалось, а одежда весила прилично. Оказывается, если смотреть на лучи солнца снизу, из-под воды - это так красиво... Сквозь воду скользнула гибкая девичья тень, подхватила меня за воротник и выкинула обратно на плот. Я закашлялся, лежа на боку и выплевывая воду, которую успел вдохнуть. Немного придя в себя, приподнялся на руках, смотря на эту сумасшедшую, которая выжимала свои волосы.

- Ну и что это, черт возьми, было? - спросил я.

- Хорошо дерешься. - ответила она не отвлекаясь от своего дела.

- Спасибо, ты тоже ничего. Хотя и не честно.

- С чего бы это? Магия - часть моей силы. А если ты не можешь применить что-то аналогичное, то это твои проблемы.

- Это у тебя проблемы. С головой.

- У тебя они точно больше, придурок. Кидаться на мага моего уровня с голой жопой!

- А что, мне надо было позволять себя и дальше бить? Задолбала уже!

- Извини.

- Сколько мож... что? Погоди, что?

- Извини.

- Ох, святые угодники! Внимательно смотри по сторонам - где-то здесь сейчас всплывет дохлый кит!

- Опять эти твои шуточки, Рико? - упрела она руки в бока.

- Поговорка с моей родины. Когда случается что-то невероятное, говорят: "Что-то крупное в лесу сдохло". А здесь масштаб другой! Здесь не меньше кита!

- На Лоухе так говорят? - удивленно спросила она.

- Да при чем тут этот сраный Лоух? Я на нем даже меньше тебя был! И не зови меня Рико, сразу "Звездный десант" вспоминается... Виктор я. Витя, Вик, Иваныч. Хотя нет, Иванычем тоже не зови, молодая ты слишком для этого.

- Так кто ты, все-таки, такой? - спросила она, садясь на плот передо мной.

- Обычный мужик. Правда, из другого мира, так уж получилось. - развел я руками, - Помер я там, судя по всему. Мы людей спасали, корабль на бок лег и пассажиры в воде оказались. Ну а мы рядом были с друзьями на лодке. Я мальчонку вытащил, а сам - того... Ну а очнулся уже здесь, в теле этого пацана, в канаве, с разбитой головой. Как я понимаю, пацан перед этим подслушал разговор Боузи с кем-то, за что его и приговорили. Такие дела. В магии я вообще не бум-бум, потому что у нас ее и не было никогда! Я, там, у себя, кем-то вроде повара был. Правда, еду там готовили совсем не так, как ты думаешь. У нас на заводе суточный выпуск был под двести тонн, за год - семьдесят тысяч. Завод - это... ну что-то типа очень большой мануфактуры с машинами.

- Не напрягайся, я знаю, что такое завод. Заводы с паровыми машинами есть кое-где на крупных островах.

- Для нас это даже не прошлый, а позапрошлый век. Это как если бы ты плавала на плоту, думая, что это верх мореходной мысли, а потом увидела свой бриг. Вот такая разница. У нас в стране вообще проблем со свежей едой, водой и вот этим всем не было. А моряки на борту едят не хуже, чем дома. Мы еду годами могли хранить без потери качества! И никаких проблем с помыться или сходить в туалет. Я как сюда попал, вообще в ужасе был - даже в самых задрипаных деревнях у нас удобств и комфорта больше! Понимаешь?

- Понимаю. В усадьбе отца есть горячая вода постоянно.

- Вот!

- А ты сразу сказать мне это не мог?

- А ты бы поверила?

- А ты вопросом на вопрос не отвечай!

Я засмеялся, Лиззи через секунду подхватила смех. Прикольная она. Отсмеявшись, продолжил:

- Нет, Лиззи, я бы никому этого не рассказал. Я здесь вообще никому не доверял. Ну ты представь - я, один, черт знает где. От меня ждут каких-то ответов, реакций, знаний определенных, в конце концов. А я что могу? Мычать и блеять на каждый вопрос? Прикинулся покалеченным, прокатило. Да и как бы не прокатило, когда дырка в голове была всамделишная? Ну а потом тут послушал, здесь вопросик задал, там сам домыслил. Ну и картинка в голове начала складываться. Многое еще, конечно, не ясно, но если ты поможешь, разберусь.

- Помогу, Ри.. Вик. Я буду звать тебя Вик, хорошо? Будет странно, если человек моего положения будет обращаться к парню из захолустья полным именем.

- Валяй. Мне это по барабану, Вик - значит, Вик. И ты меня тоже извини, Лиззи. Я тебе много всякого наговорил за эти дни, но это я от нервов. Сама понимаешь, для меня абсолютно все здесь в новинку. Да чего далеко ходить - у нас на кораблях даже парусов нет!

- А как же они тогда передвигаются?

- Двигатели. Как паровые машины, только принцип действия там совсем иной. Да и, увидь ты один из наших танкеров или сухогрузов, впечатлена была бы до глубины души. Поверь, все известные тебе корабли - это просто мелкая лодчонка по сравнению с теми титанами, которые у нас бороздят моря. А бывали единичные корабли еще больших размеров. Уже точно не вспомню, но, вроде, самый большой был полторы тысячи футов длиной.

- Сколько? - вскочила Лиззи на ноги.

- Полторы тысячи. В ширину, вроде, около двухсот или чуть больше. Ну а корабли длиной в тысячу футов у нас вообще дело обычное, их много. И они полностью из металла.

- А пушки? Пушки какие? - подалась она вперед.

- Ха-ха! Сразу видно дочь адмирала. У нас нет пушек. Они уже устарели. Последние, какие оставались на флоте, могли выстрелить на двадцать миль и потопить ваш корабль третьего класса с одного попадания. Может, и первого класса тоже, я их просто еще не видел.

- Двадцать миль... Но погоди! Если ты сказал, что они устарели, что же вы используете сейчас?

- Ракеты. Это такие... трубы, у которых из задней части вырывается огонь и толкает ракету вперед. Они могут сами наводится на цель, придерживаться курса и попадать куда нужно даже если противник защищается.

- А как далеко они бьют?

- Сколько ты там говорила отсюда до Центра? Три с половиной тысячи миль?

- До их ближайшего крупного города, откуда можно уплыть в Бордос, да.

- Ну вот у нас есть несколько видов ракет, которые на такое расстояние долетят. И разрушения нанесут невероятные.

- Ты... сделаешь их для меня? - сложила она ручки на груди со взглядом кота из Шрека.

- Аха-ха-ха! Ты просто бесподобна! Прости, но я не знаю, как. Я не знаю, и как делать пушки, которые стреляют на двадцать миль. Ты просто не представляешь, какой это объем знаний. К тому же, многие из них были засекречены. Военные скрывали эту информацию от всех остальных, чтобы сохранить свое преимущество в войне. У нас даже было совсем страшное оружие - оно могло одним ударом стирать города...

- Как же вы выжили, если у всех есть такое оружие?

- Знаешь, милая, это действительно интересный вопрос... Сам не знаю на него ответа. Но да, были моменты, когда наш мир висел на волоске. Слушай, давай не будем на эту тему. Я мало что знаю, правда. И не умею делать оружие.

- Жаль.

Она замолчала и сидела задумчивая. Видимо, пыталась переварить все, что я ей наговорил. Наверное, обидно - думать, что вы чего-то достигли, гордится мощью своего флота и магов, а потом узнать, что это все - полная фигня. Пусть я не видел еще местных архимагов, но уверен - с нашим-то техническим уровнем и на них бы нашлась управа. Но Земля осталась где-то там, далеко, а я - здесь. На маленьком плоту в открытом море, в компании девушки, которая сильнее меня. Нас хотят убить, и единственная причина, по которой мы живы - нас тяжело найти. А значит, все эти мысли и мечтания надо отложить в сторонку, занявшись более насущными вопросами. Например...

- Ты нас везти-то дальше будешь или как? - обратился я к Лиззи, которая сидела и ковыряла пальцем бревно.

- А? Да, да, извини. Просто все, что ты говоришь, так невероятно. И ты не врешь, вот что удивительно вдвойне.

- Ты что, чувствуешь ложь? - сообразил я.

- Да. В магии разума я, конечно, не специалист, но понять, когда мне врут, могу. Если, конечно, этот врунишка не сильнее меня и не может закрыться.

- То есть ты с самого начала...

- Ага. - довольно кивнула она.

- Прости. Правда, прости. Наверное, не очень приятно было со мной общаться.

- Да, иногда меня прямо разрывало от желания как следует надрать тебе зад и вывести на чистую воду. Но когда вопросы касались жизненно важных тем, ты не врал, а потому я терпела.

Она пересела на край плота и опустила руку в воду. Мы начали набирать ход, продолжая наш путь на север.

- Я даже как-то привыкла, что все вокруг врут. - внезапно продолжила она, - И слуги, и матросы, и даже, часто, братья. Они, конечно, от меня закрывались - они же старше, опытней. Но не надо знать магию разума, чтобы понять - когда он говорит, что все хорошо, обещает привезти новых книжек, но потом, уже в стороне, хмурится, ругается, нервничает, кричит на слуг. А потом, через месяц, его привозят домой... в ящике.

- Дерьмо случается, Лиззи. Просто помни, что никто из наших близких, кто умер, не хотел нам плохого. И точно не хотел, чтобы мы грустили.

Она кивнула, вновь возвращаясь к своему делу. Но по чуть сгорбленной спине я видел - мои слова ей не сильно-то помогли и она вновь переживала какую-то старую утрату. В такие моменты к человеку лучше не лезть. Ей бы плед на ноги, теплого чаю, кота на колени... Но, чего нет - того нет.

- Ты говорил, - начала девушка после десяти минут молчания, - что у тебя тоже есть семья.

- Да. Жена, ее зовут Света. Мы с ней уже двадцать лет вместе, столько всего прошли, ты бы знала. Сын, Саша, ему шестнадцать. Школу заканчивает. Это у нас такое заведение, где все дети учатся, обязательное. Будет в институт поступать. Там профессию получит... И дочка. Варя. Варенька. Ей семь, только-только исполнилось. Форму ей школьную купили. - я сглотнул горький комок в горле, мой голос дрогнул, - С бантиками.

- Скучаешь по ним? - тихо спросила Лиззи.

- Безумно. Хоть бы на минуточку их увидеть. Хоть бы издалека. Все ли у них хорошо? Понять, как они там... без меня.

Я, не удержавшись, шмыгнул заложенным носом. Глаза, сука, предатели, чего мокро-то так? Быстро вытер их рукавом, я ведь мужик! А мужики не плачут...

- Прости, не надо было спрашивать. - прошептала Лиззи, отворачивая голову, чтобы не видеть моих слез.

- Да нет, все нормально. - я глубоко вдохнул, медленно выдохнул, успокаиваясь, - Наверное, мне надо было кому-то сказать. Спасибо. Хороший ты человек, Лиззи, хоть и пират.

- Эй! Я капер, вообще-то! А грабеж купца можно назвать диверсией против враждебной страны! И ведь никто не умер?

- Да-да, ты благороднейшая из благородных пиратов! Ты грабишь богатых и раздаешь бедным!

- С чего бы это я должна делиться добычей с какими-то нищебродами? Пусть идут работать!

- Что, и нищим на улице не подаешь?

- Ответ тот же - пусть валят работать! Развелось дармоедов!

Я засмеялся, сбрасывая нервное напряжение. Через час впереди показалась полоска острова. Я же сидел и думал. О семье, о друзьях. О том, куда меня занесло. О Лиззи, в конце концов. Нам предстоит с ней долгий путь, но эта взбалмошная девчонка уже запала мне в сердце. Может, она действительно станет мне настоящим другом, той, на кого я могу положиться. Как знать...

Глава 15. Горизонт темнеет

- Еще раз. Вот здесь, обрати внимание, нужно довернуть линию на девяносто градусов. - постучала Лиззи палочкой по рисунку на песке.

Я, приняв во внимание её указания, попытался создать заклинание. Вспышка.

- Нет! Не забывай про окрас маны! Не пытайся наполнить огнем заклинание малого заживления ран! Пламенное исцеление - это заклинание вообще пятого ранга, ты его даже осознать не сможешь сейчас, не то что выполнить!

- Да, да, понял. - сказал я, отряхивая вновь подпаленные брови. Ничего, отрастут, это мы уже проходили, - Сейчас.

Яркое салатовое свечение - и царапина на руке затягивается.

- Ну наконец-то! Насыщенность, конечно, вызывает вопросы, как и паразитные потери, но это приходит с опытом. Будешь резать себя под моим контролем каждый день - и все получится.

- Методы тренировки у тебя, конечно, чудесные. - заметил я со смешком.

- Зато действенные! Дальше - ледяная стрела. Базовое, но очень полезное заклинание воды. Если отточил его как следует - оно долго сохраняет актуальность. Размер и скорость снаряда можно регулировать, вот эти линии. - она чертила палочкой новую схему, - С водой у тебя проблем быть не должно, особенно после посещения Источника.

- А ты из смерти можешь чего-нибудь показать?

- Теоретически, я помню стрелу праха, некроз и щит костей. Но показать не смогу - извини, со смертью у меня вообще никак. Склонность нулевая. Щит костей - это еще и опорное заклинание, к тому же ранга ученика. То есть, для него нужна материальная основа, как опора, а я тут ничьих скелетов не наблюдаю.

- Ну, я могу поймать рыбу и использовать кости из нее, после того, как мы ее съедим. - предложил я.

- Разве что для тренировки. Щит костей - это вообще отличное заклинание, его до пятого ранга включительно используют, но нужен хороший материал. Чем крепче кости, тем лучше проводимость и, следовательно, прочность щита. Лучше всего, конечно, кости тварей из окрестностей Предела, они еще и маной насыщены. Ты не отвлекайся, сейчас - ледышка.

- Делаю. Уф!

- Ха, это у тебя сопли на носу замерзли? - развеселилась девушка.

- Да, забавно. - ответил я, щелчком сбивая с носа мелкую сосульку, - А что, выходит, при отработке заклинаний высоких рангов можно и самоубиться?

- Вполне реально. Когда мой старший брат отрабатывал скачок, это из магии пространства, он себе ногу оторвал. Целый месяц выращивали. Кровищи было... Я тогда еще мелкая была, лет десять, чуть в обморок не упала.

- Интересное у тебя детство было. Блин, опять! - воскликнул я, обмораживая себе пальцы.

- Ты бы знал, насколько. У отца идея-фикс - чтобы один из его наследников архимагом стал. Вот он и гонял нас, учителей выписывал. Самому-то ему не светит, как и деду, способностей не хватает.

- Прадеду, ты хотела сказать? Бинго! - обрадовался я улетающей вдаль сосульке.

- У тебя отлично получается. Редко кто так может. А что касается прадеда - ну мы все, я имею в виду братьев, его зовем просто дедом. Он не против.

- Понятненько. А моим успехам не удивляйся. Я эту схему легко в голове держу - она ж простая. Мне, знаешь ли, частенько приходилось работать со всякими схемами, диаграммами. Так что я вполне могу представить себе трехмерный объект и вертеть его в голове, как вздумается.

- Полезное свойство. Поможет тебе в будущем. Начиная с ранга мастера все новые заклинания - объёмные. Так, сейчас берем палки, я тебя погоняю, потом вернешься к практике заклинаний на плоту.

- Блин... так и скажи, что тебе просто понравилось меня безнаказанно избивать!

- Ты здорово машешь руками и ногами, даже лучше меня, но вот со шпагой или саблей двигаешься, как беременная корова. А когда против тебя выйдет прожженный рубака, ты не сможешь сказать ему: "Ой, извините, я с сабелькой не умею, давайте на кулачках". Да ты даже половину этого не выговоришь, а тебя уже пошинкуют на салат. Так что давай-ка, дружок, бери палку и вставай. - выдала она мне тираду, покачивая слегка обструганной, искривленной на манер сабли палкой метровой длины. Я взял вторую, похожую на нее, и встал в стойку.

- Твоя позиция - полное дерьмо! Ногу - чуть назад, не заваливайся вперед, ты ограничиваешь свой маневр! Ближе к центру! Распределяй вес равномерней! Вот так, да... Меч - прямо! Почему он у тебя завален влево? Ты должен сделать свой профиль для противника как можно меньше, и мечем перекрыть как можно больше! Так по тебе будет труднее попасть!

- Мне кажется, это не мое.

- Да какого черта ты ноешь!

- Нет, я не про фехтование, я про оружие. Мне бы попроще чего - секиру там или двуручный меч подлиннее.

- Запомни - все это не работает на палубах. Двуручнику нужен простор, секире нужен замах. Я понимаю, что ты хочешь сказать - втащил посильнее и вопрос решен. Не сработало - добавь. Нет, это будет работать только когда над головой нет настила верхней палубы, слева и справа от тебя не скачут туда-сюда твои товарищи и под ногами твердая земля. Тогда бери двуручник и иди валить лес. Если дури много - то тут и мастерство со шпагой твоему противнику не поможет. Но пока ты в море - будь добр, выбирай шпагу, рапиру или саблю. Матросам позволителен и топор, но он не только для людей. Им рубят такелаж, ломают двери - этого не сделать легким клинком. Так кто ты? Дровосек или воин?

- Тебе бы на тренингах личного роста выступать, успех гарантирован.

- Слишком много болтаешь. Защищайся!

Через час я сидел и с грустным лицом выковыривал занозы из тела. А то в прошлый раз не все вынул - парочка в кожу вросли из-за регенерации. Пришлось резать, доставать. Рядом села Лиззи, которая отходила освежиться до родника.

- Пришла поглумиться? - спросил я и шикнул от досады - ногти соскользнули и, вместо того, чтобы вытащить занозу, я наоборот вогнал ее глубже. Теперь придется повозиться.

- Нет. Давно не было штормов.

- Ну и хорошо. А то у нас укрыться негде.

- Ты не понял. Уже несколько дней дождик если и идет, то слабый, ветер всегда не очень силен. А здесь так не бывает. Боюсь, нас скоро накроет так, что мы перепутаем местами небо и землю. Мы сейчас двигаемся в зоне с повышенным фоном маны, но значения меньше пороговых. И острова в этой зоне расположены редко. Нам надо уйти на восток, там островов больше и, в случае наступления шторма, мы успеем укрыться на суше. Но в таком случае мы войдем в зону двукратного повышения фона. Ты помнишь, что я тебе говорила раньше?

- Да. Там уже будут встречаться мутанты. Всякие разные милые зверушки, вроде того рогача.

- Верно. Я уже, конечно, приняла решение, но хочу услышать твое мнение.

- Ой, это так приятно, леди, Вы столь учтивы! - начал было я, но увидев сжатый кулак Лиззи перед носом, переключился: - Все правильно, лучше идти там. От тварей мы отобьемся, а вот воевать с ветром и молниями я не обучен.

- Молодец, умеешь складывать в пределах десяти. К тому же, это еще и хорошая практика для тебя. Захвати перекусить, запаси воду, сходи на дорожку и мы выходим.

- Есть, мэм! Будет исполнено, мэм!

- Если у тебя будут трудности с работой, попробуй устроиться шутом. - фыркнула она, удаляясь. Опять, наверное, пошла валятся в теньке, пока я буду тут жужжать, как пчелка.

Через полтора часа мы, забирая влево, прошли мимо одного из мелких островов, которые здесь были натыканы более, чем щедро - я видел их штук пять даже не поднимаясь с плота. Все эти полтора часа я, пусть и с передышками, чередовал заклинания заживления ран и ледяной стрелы. Получалось неплохо, во всяком случае Лиззи, наблюдавшая за моими потугами, иногда одобрительно кивала и не вставляла своих едких замечаний.

- Расскажи мне еще что-нибудь о вашем мире. Может, какую-нибудь легенду? - попросила девушка.

- Я знаю мало легенд. Но вот недавно с дочерью сказку одну смотрел, ее помню. Могу рассказать.

- Смотрел? В театре?

- Да, что-то вроде. - я не стал вдаваться в подробности. Как ей объяснить про телевизор?

- Давай. Хоть скуку развеять.

- Ну, тогда слушай. Жил в одном царстве один король. И была у него дочь - Любава. Пришел к ней свататься один очень богатый купец, его Полканом звали. Король был рад отдать принцессу за Полкана - денег королевству не хватало, а купец эту проблему мог решить. Принцесса отказала ему, ведь он был гораздо старше ее. К тому же, она была влюблена в молодого мастера, который тайным образом проникал к ней в покои через печную трубу. - начал я рассказывать, как помнил и на ходу адаптируя историю под понятные Лиззи образы, - И она договорилась с этим молодым мастером, что выставит требование - замуж она выйдет только за того, кто сможет построить летучий корабль.

- Неплохо, это серьезный уровень артефакторики.

- Купец собирался купить такой корабль и, пусть и не честно, выполнить требование принцессы. Молодой мастер же отправился в дальний лес, где жили духи.

- Место с локальным повышением фона? Да, такие бывают. - опять вставила Лиззи.

- Не перебивай! Так вот. В середине леса он вышел на болото, где встретил... могучего водного духа, который очень скучал. Мастер развлек духа, рассказал ему свою историю и тот решил ему помочь, подарив комплект магических инструментов. Молодой мастер, используя этот инструмент, срубил лес, который рос около болота и построил корабль.

- Из манонасыщенной древесины. Это правильно. Сколько мачт, пушек?

- Пушек там, вроде, не было. Мачт было три, не очень высоких, и сам корабль такой, со скругленным килем и такими крутыми обводами, на чашу был похож.

- Каравелла. Их сейчас почти не используют, но это не самый маленький корабль. - покивала капитан.

- Да подожди ты! Дух был доволен его работой, но сказал, что заклинания, которое позволяет контролировать полет корабля, он не знает. Для этого надо идти к ведьмам, которые жили еще дальше в этом лесу. Они летали в ступах и на метлах, а еще славились тем, что запекали юношей в печи. Храбрый мастер пробрался к ним, когда они пели и плясали, и подслушал то заклинание. Когда он возвращался к своему кораблю, его схватили слуги купца. Хвастаясь, он успел назвать часть заклинания. Его, связанного, бросили в болото, где его потом освободил тот самый могучий дух воды. Купец же, тем временем, забрал корабль и доставил его к королю. Тот сказал ему, чтобы забирал принцессу, а сам, узнав часть заклинания от купца, отправляется на летучий корабль, где и произносит его. Корабль взлетает, но управлять им нельзя. За то, чтобы снять короля и сохранить ему жизнь, купец требует отречься от престола в его пользу, что трусливый король и делает. Купец ломится в покои принцессы, где она закрылась. В это время туда тайно проникает мастер и они сбегают вдвоем. За ними начинается погоня во дворце, но юноша с девушкой, пользуясь своей ловкостью, убегают от всех и залазят на корабль. Купец лезет за ними, но молодой мастер произносит полное заклинание и уводит корабль. Купец падет и разбивается. Принцесса скидывает с себя корону, отказываясь от наследства и они вдвоем с юношей улетают в закат. Как-то так. - выдохнул я, потянувшись к кокосу, чтобы смочить горло.

- Какая глупая история!

- Но почему? Она же для детей!

- Тогда это еще хуже!

- Так, объяснись, почему ты так думаешь. - с претензией сказал я ей.

- Ну смотри, давай по пройдемся по фактам. Требование о летучем корабле - гораздо проще выполнить купцу с его ресурсами, чем мастеру. Мастер, если он молод и смог построить такой большой корабль, заставив его левитировать - гораздо лучшая партия для принцессы, чем купец. Потому что это действительно серьезный уровень артефакторики, там и ранг грандмастера не за горами. А иметь грандмастера в зятьях - вообще ни одному королю не зазорно! К тому же, если этот юноша уже достиг таких успехов в магии - то он и архимагом станет, скорее всего. Архимаг - это столп королевства, опора трона. Менять такое на деньги? Пф-ф! Потом связь со старым разумным болотником - риск большой, но пусть уж. Но вот лезть в ковен ведьм-людоедов, у которых в этот момент шабаш - это надо быть полным идиотом! Они бы его разобрали на части быстрее, чем он бы сказал "мама!", раз они все способны летать. То есть там минимум полные маги и мастера, это не шутки. Про тупость короля вообще молчу.

- Ну, знаешь ли! Это история для детей, там не обязательно быть строгой логике! И чрезмерно умные персонажи детям будут непонятны!

- И чему научатся дети по этой сказке? Глупости?

- Храбрости и умению не сдаваться, например.

- Вот и думай так дальше. Я останусь при своем мнении.

Мы немного посидели, помолчали, и я спросил, не выдержав:

- А тебе какие сказки в детстве рассказывали?

- Я почти не помню. Отец никогда не тратил время на это, считал глупостью, а мама... Она умерла, когда мне было пять. Убийцы залезли к нам в покои, видимо, перепутали с покоями отца. А, может, так и планировали. Мама, она была магом, как я сейчас, она дала им бой. Но к тому моменту, пока в покои ворвался отец... она была уже мертва. Я помню только песню, которую она пела мне перед сном. Она была с севера, моя мама.

И, кашлянув, Лиззи запела:

За стеною ветры веют, под окном капель стучит

Овцы уж в хлеву не блеют, только мой малыш не спит

И вот-вот набухнут почки, и распустится листва

А лягушки-попрыгушки из пруда нам скажут: "Ква"

Засыпай скорее кроха, греясь в маминой любви

На руках моих качаясь, в царство сна ты уплыви

В будку песики залезли и свернулся кот клубком

Спи мой ангел, спи спокойно, под моим крылом

Чтоб пришла весна быстрее, чтобы к ней был полон сил

Засыпай скорей, мой зайчик, поумерь свой в играх пыл

А когда проснешься утром, будет полон мир чудес

Поцелует нежно мама, ветками помашет лес

Засыпай скорее кроха, греясь в маминой любви

На руках моих качаясь, в царство сна ты уплыви

В будку песики залезли и свернулся кот клубком

Спи мой ангел, спи спокойно, под моим крылом

- Хорошая колыбельная. Добрая. - сказал я ей, когда она закончила.

Лиззи кивнула. Мы снова замолчали. Плот оставлял позади километр за километром, мы миновали еще один остров, когда девушка нахмурилась и чуть изменила курс, забирая к побережью следующего острова, до которого оставалось еще километров пять.

- Что-то случилось? - обеспокоенно спросил я у нее.

- Пока еще нет, но скоро случится. Посмотри направо. Что ты видишь?

- Тучи вдалеке.

- Поправка - темные тучи. Грядет буря, и нам лучше укрыться на берегу.

Когда мы уже почти добрались до берега, Лиззи снова заговорила:

- Не нравится мне все это. Погляди на них. - указала она рукой вправо.

А посмотреть там было на что. Грозовой фронт был велик, простираясь от горизонта до горизонта и поднимаясь темной волной сизых туч. Мне даже казалось, что я видел вспышки, хоть до него было еще далеко.

- Выглядят грозно, это правда. - подтвердил я.

- Дело не только в этом. Шторм идет со стороны предела и я уже чувствую постепенное повышение магического фона. Это плохо, это очень плохо - буря имеет еще и магическую природу.

- Что это значит для нас?

- Что если мы не найдем правильное место, нас смоет к черту с этого острова. Помоги затащить плот! - сказал она, спрыгивая в воду.

Я последовал за ней и вдвоем мы волоком дотащили плот до ближайших пальм. Честно говоря, если бы не усиление Лиззи - мы бы не справились, все-таки весил он прилично. Остатками веревок от наших жилетов с поплавками и найденным вблизи лианами мы закрепили плот к деревьям. Девушка похлопала его по бревну:

- Надеюсь, ты переживешь эту ночь.

- А что, может не пережить? - спросил я.

- Всякое случается. Пойдем. Надо найти место повыше.

Налетели первые порывы ветра, раскачивая пальмы и шумя листвой. Мы двигались через лес туда, где видели небольшой холм с моря. Когда мы дошли до него, ветер уже был нешуточный, он подхватывал пыль и песок, кидая их в глаза. Пальмы раскачивались и гнулись.

- Надо найти хоть какое-то укрытие! - крикнула девушка, перекрывая шум ветра.

Мы пошли кругом вокруг холма, пока я не заметил впереди что-то подходящее:

- Там, впереди, скала нависает, образуя козырек! Нам туда!

- Да, вряд ли мы найдем что-то лучше!

При ближайшем рассмотрении яма под скальным козырьком оказалась неплохой - в глубине навалены сухие листья, сам карниз выдавался вперед метра на два, обещая нам какое-никакое, а укрытие от дождя. Ветер сюда проникал уже сильно ослабленный.

- Я схожу, срублю какой-нибудь куст для костра. - предложил я Лиззи.

- Давай, я пока подготовлю под него место. - ответила она, начиная сгребать листву руками.

Нужный куст, а скорее, небольшое подсохшее деревце, я приметил еще до того, как мы залезли под скалу. Перехватив удобнее топор, я в десяток ударов свалил его и потащил в сторону нашего убежища. С неба упали первые капли воды, знаменуя начало ливня. Вдалеке пророкотал гром. Хотя... больше было похоже на рык.

- Лиззи!