Ты, я и магия

Глава 1

― Как? Ну, как можно сломать пять чайников за полгода? Кто у нас такой криворукий? – взбешённые вопли разорвали тишину изостудии и долетели до самых отдалённых кабинетов. – Поймаю вредителя, придушу! – яростно потрясала кулаком с фиолетовыми ногтями Катенька-кобра, как ласково называли администратора все коллеги.

Она резко обернулась, звякнув крупными серьгами, и подозрительно нацелила на меня наращённые кусты ресниц. И этот взгляд рентгеном просвечивал мой стаканчик с кофе, а вернее, от кофе. Кобра пару секунд наблюдала, как я невинно хлопаю глазами, и снизошла до вопроса:

― Неформалка, ты тут никого не видела? Какая тварь чайник грела? Он ещё горячий.

― Нет, прости, Кать, за кофе бегала, только пришла. Ты же знаешь, я чай не пью.

― Да всё у тебя не как у людей, и пользы вечно ноль, – сцедила яд змеюка и уползла в кабинет.

Я показал ей язык, и с удовольствием отпила глоток чёрного чая с лимончиком, к счастью, наша властная дама давно прокурила свой нюх, и подвоха не учуяла в прямом смысле. И да, я и есть та самая тварь, которой грозило удушение за скоропостижную смерть чайника.

Обычно я старалась не соваться к электрическому имуществу студии, но иногда бежать куда-то за кофе не хотелось и приходилось рисковать. Порой обходилось без катастроф, а иногда всё заканчивалось плохо, вот как сегодня. Чайник умер, едва успев подогреть содержимое! Ну а что было делать? Урок с малышами затянулся, отняв время от законного обеда, а ближайшее место, где продавали кофе, довольно далеко от нашего оазиса творчества и просвещения. Не сидеть же весь день голодной и без горячего питья, осень на дворе! Вот и понадеялась на лучшее. Зря, конечно…

Дожевав перекус, я избавилась от улики в ближайшей урне на улице, не хотелось проколоться на мелочи, как это обычно бывает в книгах. И совесть меня при этом не мучила. Нашей змеюке уже много раз говорили, что нужно поставить кулер, что это было бы всем удобно, но Катенька же такая рачительная, экономная, удавится за копейку, когда речь идёт о благе коллектива! А кулеры меня, между прочим, переносят гораздо лучше, чем всякие там дешёвые чайники! В общем, сама она тварь, причём жадная.

Остаток дня прошёл спокойно, только причитания Кобры временами неслись по коридорам, когда она кому-то снова и снова жаловалась на неуловимого вредителя. Эх и костей мне перемыли! Вот точно не будет отложения солей!

***

Укутавшись в шарф, напевая что-то и размахивая сумочкой, я шла домой. Внезапный порыв ветра закружил пыль на асфальте, взметнул её вверх, и мне в глаз попала соринка. Больно! Я ойкнула и стала рыться в кармане в поисках платка, даже не обратив внимания на скрежет тормозов за спиной. Чья-то рука схватила меня за запястье и дёрнула, впечатав в широкую грудь, затянутую в чёрное пальто.

Кожа слегка горела от соприкосновения с шершавой тканью, зато ноздри заполнил непередаваемый запах мужского древесного парфюма, такой тёплый, бархатный… Я не сразу сообразила, что застыла в руках незнакомца, и, как кошка от валерьянки, балдею от его аромата, аж глаза прикрыла!

― С вами всё в порядке? Сударыня? – глубокий, негромкий голос, прозвучавший музыкой над головой, окончательно вогнал меня в ступор, и теперь внешняя блондинистость полностью соответствовала внутреннему содержанию моей черепушки.

Глупо хлопая ресницами, пытаясь прийти в себя и прогнать странное наваждение, я всё же выбралась из таких уютных объятий и ответила вопросом на вопрос:

― А что случилось?

Мои глаза наткнулись на внимательный, встревоженный взгляд. Его обладатель был высок и похож на жаркого, кареглазого итальянца. Смуглая кожа выглядела бледновато, кажется, он успел переволноваться больше, чем я, а тёмные, короткие волосы молодого человека блестели от капель дождя.

Ох, дождь пошёл, а я даже не заметила! Выхватив зонт из сумки, я щёлкнула кнопкой автомата и подняла над нами обоими яркий купол с целой клумбой красных роз.

― Ясность мысли и скорость реакции точно в порядке, – усмехнулся незнакомец, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок, какие появляются очень рано у добрых, смешливых людей. Я не сдержала улыбки. Было что-то такое знакомое, близкое в этом человеке…

― Похоже, этот кретин вас не задел своим корытом на колёсах.

― Корытом? – не поняла я, но вспомнила скрежет тормозов, и глаза сами собой распахнулись от ужаса. – Меня чуть не сбила машина?

― Вы даже не заметили, отвлеклись, а его занесло на тротуар, я боялся, что не успею, – немного виновато проговорил мужчина. Или парень? На вид ему было лет двадцать восемь, максимум тридцать.

― Мне что-то попало в глаз, платок искала, – смутилась я, отлично зная, что и без этой веской причины, скорее всего, пропустила бы угрозу. Я же ходячая катастрофа, олимпийская чемпионка по невезению и гроза всех электроприборов. Уж если где-то, что-то случается, будьте уверены, я точно в гуще событий!

― Главное, что обошлось, – снова улыбнулся он.

― Спасибо за помощь. Без вас я провела бы вечер в больнице, а может и того хуже… – слова благодарности прозвучали как-то глупо, хоть и вполне искренне.

Как выразить признательность за спасение жизни? Как вообще можно отблагодарить за такое? Но незнакомец решил и эту проблему.

― Ну, раз в больницу не нужно, и у вас выдался свободный вечер, то, может…

― Выпьем кофе? – в один голос предложили мы друг другу, и рты разинули от неожиданности. А у меня в груди стало так тепло, будто я дома на диване, под любимым пледиком, и потягиваю горячий какао с зефирками.

― Только вам придётся быть гидом, я тут ничего не знаю. Просто вышел из гостиницы и стою с вами под этим розовым кустом, – он глянул на купол зонта, отбрасывающий на наши лица красноватую тень.

― А уверены, что готовы к местным экстремальным достопримечательностям? – рассмеялась я, и внутри буквально заискрилась радость. – Тогда, идёмте, вам предстоит увидеть живописные кучи мусора вокруг урн, высокохудожественные граффити на обшарпанных стенах, местных колоритных бомжей, и конечно, жемчужину нашего захолустья, корыта на колёсах, припаркованные прямо на остатках газонов. Это особенно оживляет вид и придаёт лёгкий налёт дикости и запустения городской окраине!

Мужчина расхохотался, слегка обогнал меня и протянул руку:

― Меня зовут Ник, а как ваше имя, госпожа гид?

― Кира, – я опять смутилась и почему-то совсем не торопилась отнимать руку, хотя обычно не люблю физического контакта с посторонними, стараюсь держаться подальше от людей... Впрочем, кто меня знает, тоже не рвётся к тесному общению. Опасаются.

***

Мы просидели в кафе до самого закрытия, при этом говорили столько, что успели выпить всего по паре чашек кофе! Никогда не думала, что с незнакомым человеком можно вот так разговаривать. Обо всём и без малейшего напряжения. И главное, я не переживала о том, как выгляжу, не стремилась показать себя с лучшей стороны, и прочие женские глупости в голову не лезли. Без флирта, без «глазок» и загадочных улыбок, я всё равно чувствовала, что рядом настоящий мужчина. Тот самый, который просто позволяет тебе быть самой собой, принимает, и умеет без слов показать свой интерес. Такое случилось со мной впервые…

Ник проводил меня домой, клятвенно пообещал не заплутать по дороге в гостиницу и предложил встретиться утром, чтобы позавтракать и продолжить прогулку. Я едва удержалась от радостного визга, с трудом сохранила приличия, но подумала, что это будет трудная ночь…

Последний долгий взгляд глаза в глаза, мягкое пожатие руки, от которого по телу побежали мурашки, и мой герой, рыцарь и принц в одном шикарном теле, ушёл, оставив после себя ощущение пустоты и тоску.

Конечно, уснуть было нереально! Я сновала по квартире, как заведённая игрушка, бесконечно прокручивая в голове события минувшего вечера, вспоминая слова, взгляды, случайные прикосновения… В общем, чтобы как-то унять кипучую энергию, пришлось подвергнуть себя всем косметическим процедурам, какие смогла вспомнить. Я даже покачала пресс, не знаю зачем. Фигура у меня вполне стройная, рост модельный, да и в целом, на внешность не жалуюсь, но масочка, скраб и маникюр очень повышают самооценку. И моя уверенность в себе взлетела под утро до небывалых высот!

В восемь часов я выпорхнула из дома в новом красном пальто и в сапогах на шпильке, благо, Ник высокий, с ним я точно не буду выглядеть шпалой. Душа пела, а я витала в заоблачных далях и улыбалась миру, прохожим и своим мыслям. Прохожим, правда, это не слишком нравилось, и они обходили меня по широкой дуге, отводя глаза. Что поделать, всех нас иногда бесят те, у кого утро оказалось добрым.

Наступив на шатающуюся крышку люка, я схватилась за сердце и слегка заземлилась. Когда ты ходячая неприятность, неуклюжесть и невезение, не стоит быть беспечной, особенно если тебя ждёт красавец-мужчина. Собрав в кулак всю свою серьёзность и внимание, я принялась обдумывать план прогулки, прикидывая, где можно перекусить и выпить кофе.

В фойе небольшой гостиницы, каким-то чудом затесавшейся в наш стрёмненький райончик, я, сияя улыбкой, направилась к стойке регистрации, но не успела и рта раскрыть… Вернее, нет, раскрыть-то успела, да так и не закрыла.

― Доброе утро, вы, очевидно, Кира Котина? – я кивнула, а сердце как-то ёкнуло. – Господин Кизарран уехал рано утром, просил передать вам записку.

С этими словами девушка положила на гладкую столешницу запечатанный белый конверт, дежурно улыбнулась и вернулась к своим делам, всем видом показывая, что её миссия выполнена.

Я присела на диванчик, во рту стало так сухо, будто вечером ведро селёдки слопала, руки дрожали, а глаза противно щипало, но робкая надежда ещё тлела. Разум просто отказывался воспринимать такую реальность. И напрасно.

Записка оказалась очень короткой. Всё по существу, ничего лишнего. В нескольких коротких, деловитых строчках Ник сообщал о срочном вызове на работу и сожалел о наших сорвавшихся планах. Так же там имелась благодарность за чудесный вечер, полный приятного общения, и наилучшие пожелания для меня.

Всё. Ни намёка на то, что он хотел бы продолжить наше знакомство.

***

Не помню, как я добралась домой, зато заметила, что на улице жуткий холод, промозгло и сыро после вчерашнего дождя, а ведь утром погода казалась хорошей… Оказалось, показалось. Как и всё остальное.

Весь день я прорыдала в подушку, и к вечеру, окончательно замучив себя бесполезными вопросами, поняла, что расстроилась не столько из-за отъезда залётного сердцееда, сколько от собственной глупости и доверчивости. Я снова увидела надежду на счастье там, где её и в помине не было. Вот тебе и вся лёгкость общения…

Конечно, не впервые от меня удрал парень, только пятки сверкнули. Со мной рядом вечно то закоротит кофейный автомат, то банкомат заискрит, то ещё что-то рванёт. Это не каждая нервная система выдержит. Правда, некоторые сильные духом или слабые на соображалку кавалеры, задерживались дольше… Но потом узнавали, что свет дома я включаю длинной палкой, чтобы не вызвать короткое замыкание, и чайник у меня со свистком, и телефона нет… А вещи стирать я ношу к родне или в прачечную, потому что дома не держу электроприборов, кроме старенького радио, непонятно как сохранившегося… В общем, этого уже не выдерживал никто!

Неформалка. Эта противная кличка давно ко мне приклеилась, ну, не рассказывать же всем подряд, что по какой-то гадской причине электроприборы сходят с ума, стоит мне оказаться рядом. Уж лучше быть неординарной чудачкой, чем ходячей угрозой окружающим.

…Но ведь Ника не волновало, какая у меня модель телефона и почему я не смотрю телевизор! Казалось, он вообще далёк от мира техники, а странностей моих не замечает. С ним было иначе… И всё равно сбежал. И это мучило больше всего.

А ещё осталось ощущение какой-то недосказанности, будто в письме чего-то не хватало, и я никак не могла прочесть это самое важное между строк.

Ник... Слишком непохожий на других, словно из другого мира или времени... Рядом с ним было тепло и комфортно, как со старым знакомым, но всё же мне запомнились мелкие странности. Я не придала им значения вечером, не вспомнила о них этим утром, когда бежала в гостиницу, а теперь вот задумалась. Мужчина исчез, а вопросы остались. И где теперь взять ответы? А главное, неужели я действительно хотела их искать?

***

― Кирочка, ну, может, он ещё вернётся? Он тебя провожал, знает, где найти, может, потому и телефон не оставил? – Юля, невысокая, худенькая женщина, похожая на девочку-подростка в своей толстовке с зайчиком и пушистых тапках, сочувственно смотрела, как я давлюсь слезами, запивая их сладким чаем с тортиком-безе.

Странно иногда складывается жизнь… Настоящих родителей я не знала. Приёмная мать умерла спустя шесть лет после моего удочерения, а через год её муж женился вновь. Ещё через год развёлся и оставил меня с бывшей женой и её сыном от первого брака. Заявил, что ему идея с удочерением никогда не нравилась, согласился только потому, что покойная жена детей хотела, да у них не получалось. В общем, тяжко ему растить ненужную сироту, много времени и сил отнимает это неблагодарное дело, ну и накладно... Опять же, не век одному куковать, жизнь свою надо устраивать, а девчонка мешает… Так и сказал Юле, мол, хочешь, сама воспитай, нет, отдай в детдом. Она тебе никто, а у меня рука не поднимается. Как люди-то посмотрят…

Юля не отдала. Жилы рвала, хватала бесконечные аудиторские проверки, вела бухгалтерию в нескольких фирмах, но поставила на ноги и меня, и своего сына, даже по крохотной квартире-студии всем троим организовала, пусть и в захудалом районе. При этом всегда у неё было и время, чтобы выслушать, и ласка, и напутственный подзатыльник, если сбивались с пути истинного. Я искренне называла Юлю мамой, а Костю, её сына, считала братом, они стали моей семьёй и единственные знали меня настоящую. И конечно, с очередной драмой я пришла в уютную, пахнущую осенними заготовками, квартиру своей приёмной матери.

― Кирка, ну, правда, ты чё? – мой брат, угловатый, невысокий двадцатилетний парень, смешно сморщил подвижную, выразительную физиономию и стал похож на несчастного гнома-старичка.

Я вспомнила, как в детстве он с деловым видом представлялся всем, протягивая ручонку: “Котян”, и вот так же серьёзно морщил лоб. Мать звала его Костяном, а он это не выговаривал… Парень вырос, но детское прозвище так и осталось.

― Ну, хочешь, я попробую его найти, фамилия-то редкая, может…

―Нет! Не стану я как гончая по следу бежать. Ушёл, и пусть катится! – осадила я братский порыв.

Костя отлично разбирался в компьютерах, а в интернете почти жил, но сейчас мне не хотелось его помощи. Я не хотела знать правду о Нике! Просто была уверена, что ничего хорошего для меня в этом не будет. Но, несмотря на гордое заявление, снова громко всхлипнула, размазала слёзы рукавом и запихнула в рот здоровенный кусок торта.

Юля вздохнула, однако от нотаций воздержалась с присущим ей тактом, а Котян и вовсе перескочил на другую тему:

― Слушай, а тебя в сети уже волшебницей называют. Говорят, всё, что на картинах рисуешь, сбывается. Вчера вот снова коммент написали, что неожиданно сбылась мечта, которую ты рисовала: поехали они в Ниццу! А недавно одна девка похвасталась, что муж, который вообще был против собак, подарил ей щенка лабрадора на день рождения. Твоя популярность растёт, между прочим! Нет, ну, конечно, тут не без моей гениальности. Сайт я тебе красивый сделал и рекламу удачно запустил…

― Да-да, без тебя никак! – Юля отвесила сыну лёгкий подзатыльник. – Талант сестры не в счёт, главное, что ты сделал!

― Да, ладно, мам, – я пригладила русые волосы братца, разлохмаченные родительской дланью, – без Котяна я бы так и сидела на зарплату учителя рисования. Я же к технике даже подойти не могу, а он вон какую деятельность развернул, каждый месяц по несколько заказов. У меня уже на работе спрашивают, не завела ли я богатенького кавалера… Типа, иначе нормальная, молодая девушка в такой дыре работать не будет.

― А ты могла бы там и не работать! – строго сказала Юля. – Могла бы куда-то иллюстратором устроиться.

― Мааам… – протянула я и закатила глаза.

Спорить не хотелось, и было очень приятно, что она так верит в меня, но кому я нужна, если сейчас кругом компьютеры?

― И не «мам»! Ну, сожгла бы им пару чайников, тоже мне беда! Ради хорошего специалиста можно и потерпеть.

― Ага, ну ещё взорвала бы с десяток компов, закоротила пару-тройку кондеев и принтеров, спалила офис… – заржал Котян, и на этот раз получил подзатыльник уже от меня. Юморист доморощенный. – Эй! – возмутился компьютерный гений, – вы аккуратнее со светлой головой единственного мужчины в семье! Нет бы, застраховать такой выдающийся мозг, так они дерутся.

― Не получится, – съязвила я. – У мамы времени нет, а я застраховательную контору спалю одним своим появлением.

Костя хмыкнул, отнял у меня коробку с тортом, и принялся активно и заботливо помогать сестре, блюсти фигуру. Мы ещё немного поболтали о семейных делах и за жизнь, доели торт, и брат проводил меня на остановку автобусов.

Транспорт на меня не всегда реагировал спокойно, поэтому все три квартиры мама купила поближе друг к другу, чтобы можно было пешком дойти, если автобус вдруг сломается. По этой же причине я и на работу устроилась в затрапезную изостудию около дома. Второй причиной трудоустройства стало то, что мне категорически запретили подходить к компьютеру. Вот за это я нашу Кобру обожала! Её святая вера, что все, кроме неё, криворукие идиоты, и всё поломают, была мне очень на руку…

― Кирка, – Костя подёргал меня за рукав куртки, когда вдалеке на пустой улице показались огни фар, – может, пока работу брать не будем? Отдохни, ну, книжку почитай, в кино сходи. Короче, забудь ты этого козла! Скоро новый год, заказы посыплются, а ты в разобранном виде.

― Тебя волнует моё самочувствие или как это отразится на работе? – захихикала я, уж больно двусмысленно прозвучала забота.

При всей доброте Котян был несколько косноязычен, по-детски непосредственен и слегка бестактен. Иногда такое выдавал, что потом не знал, как оправдаться, и это сильно портило ему дела любовные. Этот ловелас иногда отвешивал такие комплименты, что выбор между «рассмеяться» и «застрелиться» выглядел очень непростым.

― Вот все вы такие! Что ни девушка, то мастер перевернуть всё с ног на голову и надумать, чего не было! – надулся брат, но тут подошёл автобус, мы обнялись, и на обиды времени не осталось. Да и слишком обожали мы друг друга, чтобы сердиться.

***

Около трёх месяцев прошло с той встречи, на работе больше ни один чайник не пострадал, я писала портрет за портретом… Это, кстати, Костя придумал. Как-то пришёл, и сказал, что нечего разбазаривать мои художественные способности, пора бабло рубить. Он будет находить заказчиков, а я по фото и по описаниям мечты человека, буду создавать картину-подарок. Я сначала сомневалась, но за пару лет работы дело так набрало обороты, что временами даже очередь образовывалась. У меня, Киры Котиной, «художницы, рисующей мечту», как окрестил меня гений пиара, появилась группа в крупной соцсети и собственный сайт. Правда, я их видела только стоя в паре метров от компьютера, ближе брат не подпускал. Чтобы машину ему не угробила.

В общем, жизнь текла обыденно, я почти успокоилась, и только в душе было пусто. Несколько раз ноги сами приносили меня к той самой гостинице или к «нашему» кафе. Разум отчётливо понимал, Ник не вернётся, даже мама, при всём оптимизме, уже перестала на это надеяться, но сердце упорно ждало какого-то чуда. Возвращаясь домой с работы или из магазина, я машинально оглядывала двор и скамейки в поисках знакомой фигуры в чёрном пальто…

Один единственный вечер поставил мою жизнь с ног на голову, перевернул душу, и воспоминания о нём никак не хотели меркнуть. Я перестала ругать Ника и выискивать в нём недостатки, если кто-то верит, что это помогает забыть человека, то авторитетно заявляю: нет, не помогает. И время не помогает тоже, и даже увлечение работой тут бессильно. Пока сердце хочет помнить, оно помнит.

В конце января в работе наступило затишье, и я решила написать что-то просто так, в своё удовольствие. Пейзаж с цветами. Это вообще моя любимая тема, а в затяжную, промозглую зиму особенно хочется моря, солнца и цветов…

Такого вдохновения на грани азарта у меня давно не было! Кажется, я даже чувствовала лёгкий бриз, наполненный запахами моря и роз… Не помню, как пошла спать, но утром, взглянув на картину, оторопела!

Пейзаж был точной копией родного города Ника, ну, как я это себе представляла по его рассказам. Скалистые, обрывистые берега, узкие полоски песчаных пляжей, цветущие кусты и длинная набережная, отделяющая старый, залитый закатным солнцем город от вздыхающего моря… Я никогда не была в Средиземноморье, но почему-то представляла всё именно так. А главное, хотя я не помнила, как писала это, там, на набережной, были красивый брюнет и высокая девушка со светлыми волосами. И я точно знала, что это мы с Ником…

Глава 2

― Кирка, я тебе расчленёнку принёс, помыл даже! Лопай! – с этими словами братец влетел в больничную палату, где я залечивала раны от неравного сражения со скользкой лестницей на подземном пешеходном переходе.

Две моих подруги по несчастью с удивлением уставились на контейнер, в котором лежал всего-навсего виноград «Дамские пальчики». Мы с Юлей его обожали, а Котян каждый раз острил на эту тему. Конечно, он и тут не упустил случая, привлёк внимание публики, и с довольной физиономией наблюдал, какое впечатление его слова произвели на неподготовленных женщин. Я только хмыкнула, предложила дамам угоститься, но после такого представления у них, видимо, пропал аппетит.

― Ну, долго ты тут валяться собралась? Работать кто будет? – брат без зазрения совести растянулся на моей кровати, пока я отошла вымыть руки, и блаженно прикрыл глаза. – Что-то я устал…

― От чего? – поддела я. – Пыль с компьютера вытер? Или мама попросила мусор вынести?

― И что ты себе язык-то не прикусила, когда свалилась, – обиженно проворчал любящий родственник, стянув с тумбочки мою последнюю зефиринку в шоколаде.

― Эй! Нахлебник… – я вытолкала брата на табуретку, а сама устроилась на кровати, нога немного ныла, но врачи сказали, что это небольшая трещина в кости, пустяки, а вот то, что я головой приложилась о край ступеньки, это гораздо хуже. Хотя голова-то как раз уже и не болела.

― Тогда уж назефирник! – меланхолично ответил Котян, уплетая мою последнюю радость. – Короче, на конец месяца у тебя два заказа, я подальше всё отодвинул, чтобы твои мозги на место встали, хотя… В безумии художника есть своя интрига! Это ж какая реклама, а?!

В голову гению полетела подушка, обе моих «сокамерницы» уже еле сдерживали смех, но делали вид, что совсем не слышат наш разговор.

― Видел, кстати, картину твою. Нарисовала мечту? Решила проверить байки клиенток о твоём волшебстве? – подмигнул брат.

Я вспомнила, что в день своего эпичного спуска по лестнице очень торопилась на работу и не убрала пейзаж. Так он и стоял на мольберте, и Котян мне теперь все уцелевшие мозги съест. Я скривилась.

― Больно, Кир? – тут же подскочил Костя, растеряв всю беззаботность. Я отмахнулась. Больно, только не телу, а душе. Никак там не заживает.

***

Через несколько дней меня таки отпустили домой, но строго велели не напрягаться и не шастать по скользким улицам. Я честно исполняла наказ дня два, а потом у меня закончился хлеб. Ну не беспокоить же родных по такому пустяку, да и до магазина рукой подать, и никаких лестниц по дороге.

Шла я медленно, старательно обходя скользкие участки на асфальте, была внимательна, как никогда! Даже оделась специально так, чтобы ничто не отвлекало. Джинсы, сапоги-дутики, пуховик и шапочка, под которой спрятались волосы, а за плечами рюкзачок, чтобы руки были свободны, для балансировки, так сказать… В общем, подготовилась по максимуму.

До магазина оставалась пара десятков метров, когда я буквально на секунду задумалась о своём пейзаже. Он встал перед глазами, как наяву, заслонив окружающий мир, и… Позади раздался топот ног, какой-то мужик пронёсся мимо, толкнув меня на замёрзшую лужу, и моё равновесие потерялось! Обе ноги заскользили по льду, взлетели в воздух, а перед глазами снова возникла набережная, залитая закатным солнцем.

***

КРЕПОСТЬ - ТЮРЬМА. ТУМАНЫ МЕЖДУМИРЬЯ

Толстые каменные стены замка содрогнулись так, что картина с уродливым натюрмортом свалилась с гвоздя. Клееная-переклеенная рама снова треснула от удара о плиты пола.

― Эх, опять беснуется, гад проклятый, – вздохнул кругленький маг с блестящей плешью на затылке, поднял и любовно погладил сомнительное украшение неказистого интерьера столовой. – Видать снова крысу обескровил, раз силушка проснулась. Не пришлось бы защиту стен камеры латать!

Мужчина пробормотал заклинания, прирастил отвалившийся кусок древесины к раме, и повесил картину обратно.

― Что-то часто он в последнее время злобствует, – прогудел в ответ высокий, длинноносый старец в синем балахоне в пол. Он с тоской глянул в окно, поджал тонкие губы, и скорбные складки вокруг рта стали похожи на два глубоких оврага. – Неспокойно мне, Армак, сны мучают странные, вроде и безобидные, а как проснусь, всё из головы не идут. Не к добру эта его активность…

― Так пошли весточку во дворец, пусть присмотрятся к магическому фону, всё ли там спокойно, – пожал плечами коротышка. – Если что, мы вдвоём его всё равно не остановим, наше дело маленькое – поднять тревогу, да на время задержать чудовище. Хотя, если вырвется, время это будет очень коротким, а, Канли? – хохотнул толстяк, подмигнул старому магу и почесал своё блестящее «озеро в лесу», при этом выглядел так невозмутимо, словно не о собственной смерти рассуждал, а про тёплый летний день разглагольствовал.

― Отправлю послание, в самом деле, пусть там эти лодыри почешутся. Чуют мои пятки, недоброе что-то творится, да и крыс я давно всех вывел, – пробормотал старик, мрачно глянул в окно, где сплошной стеной висел серый туман, и вышел.

Новый толчок сотряс стены, однако в этот раз Армак успел придержать свою ненаглядную картину и улыбнулся, но тут же сдвинул к носу рыжеватые брови.

― А где же тогда он силу-то черпает, мерзавец?..

Впрочем, думать об этом было некогда, да и не его это забота. Пусть умники в магическом ведомстве головы ломают, а то столько лет прошло, а ответы так и не найдены. Эдак они с Канли повторят судьбы предшественников и всю жизнь проторчат в опротивевших туманах. Толстячок посмотрел в окно, брезгливо скривился и снова поправил пестрый, безвкусно яркий натюрморт. Благодушное настроение сразу вернулось. Пора было делать обход, укреплять твердыню магией, да проверить пленника. Что он на сей раз сумасбродствует? Вечность, что ли, надоела? Так сам рвался к бессмертию.

***

ЗИНДАР

Солнце постепенно клонилось к горизонту, заливая раскалённую набережную красновато-золотистыми лучами, казалось, не только люди, но и камни мостовой, и стены домов вздохнули с облегчением. День выдался чудовищно жарким даже для их южного края. Жители Зиндара, столицы королевства Азнад, те, кто мог распоряжаться собственным временем и имел деньги, чтобы оплатить приятный досуг, высыпали на морской берег, заполонив многочисленные открытые кафе. Ветерок дул со стороны города, нагретого за день, и только близость воды приносила немного желанной прохлады. В воздухе разливались густые ароматы роз и хвойной смолы.

На крытой веранде кафе, расположившегося почти у самой воды, за столиком шёл неторопливый разговор, и только молодой мужчина задумчиво глядел на море.

― Никрис! – капризно окликнула его красивая, миниатюрная девушка и тряхнула чёрными, похожими на тугие пружинки локонами. – Тебе совсем не интересно? Мы, между прочим, говорим о том, куда бы хорошо было поехать в свадебное путешествие!

Пожилой, но моложавый мужчина рассмеялся густым басом и успокаивающе похлопал красотку по смуглой руке, однако девушка продолжила возмущаться:

― Не понимаю! Он после возвращения даже ничего не рассказал о том мире, как будто нам не любопытно… И ещё молчит всё время, когда не торчит на работе.

― Я не очень хороший рассказчик, Нэза, и трудно описать мир, совершенно не похожий на наш. Кроме того, за несколько дней я мало успел посмотреть, ты же знаешь, что мне пришлось срочно вернуться.

Ник говорил спокойно, хотя внутри росло раздражение. Зачем она снова и снова напоминает о том отпуске? Что он может рассказать? Что больше всего ему запомнилась случайная знакомая, и никак не получается выкинуть её из головы?

Мужчина убеждал себя, что это лишь чувство вины, ведь поступок вышел не слишком красивым, будто он просто сбежал. Даже нормальное письмо написать не сумел! Но что он мог объяснить? Рассказать правду о себе? Она бы не поверила… Однако Ник каждый день и не по разу ловил себя на том, что вспоминает ямочки на фарфоровых щеках, яркие серо-голубые глаза и мелодичный голос. Кира… Что она подумала о нём, получив записку? Вспоминает ли его? Простила или злится?

Он уже никогда этого не узнает. Ведомство магии строго следит за межмировым туризмом, и отправиться в какой-то мир можно лишь однажды в жизни. Считается, что это поддерживает безопасность их собственного мира, а то мало ли, какие идеи могут возникнуть в дурных головах, склонных к авантюрам и преступлениям? Да и трагедию, случившуюся много веков назад, помнят многие. Зло долго и легко скрывалось в иных мирах и между ними, в серых туманах…

Какие-то восклицания, суматоха и удивлённые голоса оторвали мужчину от раздумий, и он повернулся туда, куда смотрели все посетители кафе, а кое-кто уже быстро шёл и даже бежал, разузнать, в чём там дело.

― Великая Богиня! Что ещё случилось? Снова какой-то нищеброд устроил цирк, чтобы подзаработать? – высокомерно протянула кудрявая красавица, демонстративно отвернувшись к морю, а Ник поднялся и направился к толпе.

В последнее время его всё больше раздражала Нэза, хотя они и были знакомы с детства. Почему раньше её злоба и надменность так не бросались в глаза? Контрастом в памяти всплыл образ жизнерадостной, смешливой девушки из другого мира… Ник задумался и не заметил, как под ноги попался раскормленный рыжий котяра.

― Смотри куда прёшь! – раздался недовольный, гнусавый голос. – Повылазило вам, что ли? Чуть что, так жирный, а тут сразу маленький и незаметный! Одурели двуногие, одна едва не пришибла, навалилась своей дурной белобрысой башкой, теперь этот ещё. Ни пройти, ни упасть нормально не могут!

Ник замер на секунду, а потом сорвался с места, побежал туда, откуда, переваливаясь, шёл ворчливый усач. Белобрысых в их краях не водилось, и сумасшедшая надежда заставила сердце биться быстрее. Ведь он же заметил в девушке отголоски магии!

Протиснувшись в гущу толпы, мужчина обалдело замер, и только потом сообразил, что в том мире сейчас зима. Его знакомая, укутанная в огромную дутую куртку и сапоги с меховыми помпонами, испуганно озиралась по сторонам, прикрыв рот ладонями. Одна рука была в кровоточащих ссадинах, а вторая сжимала объёмную вязаную шапку. Кира… Но как?

― Богиня! Какое чучело! Как можно было это всё напялить? – раздался за плечом язвительный голос Нэзы, Ник даже не заметил, что она и Томео подошли следом.

Девушка, всё ещё сидящая на земле, повернулась в сторону насмешницы, и взгляд выхватил из толпы знакомое лицо. Сдавленно вскрикнув, блондинка покачала головой, будто отказывалась верить своим глазам. Несколько долгих секунд понадобилось, чтобы её сознание приняло реальность, а еле сдерживаемые слёзы хлынули водопадом. Кира потянулась дрожащей рукой к Нику, ставшему для неё единственной точкой опоры в незнакомом мире, и мужчина кинулся навстречу, забыв о своих спутниках.

***

Я помнила, как плашмя летела спиной на промёрзший асфальт, от жуткого удара показалось, что мозги и содержимое желудка перемешались в коктейль и застряли где-то в горле! Но боли в голове точно не было. Неужели я всё-таки саданулась черепушкой и теперь валяюсь в коме, а бесконтрольное подсознание рисует воздушные замки?

Но если всё это ненастоящее, то почему мне так жарко от воображаемого солнца, что пот течёт градом, и почему ко мне несутся какие-то изумлённые, перепуганные люди? И ещё запах вокруг, как в огромном розарии… Ага, но лежу-то я на чём-то мягком! Значит точно, на больничной койке и частично без сознания, а в повреждённой голове своё кино проигрывается. Эх, ведь предупреждал меня врач, чтобы никаких больше полётов! Поела, блин, хлебушка…

― Уберись от меня, я тебе не подушка! – гнусаво проорал кто-то разъярённый прямо мне в ухо, и что-то острое полоснуло по открытому участку шеи. Я взвизгнула и дёрнулась в сторону, а над моим лицом нависла кошачья морда, обеими толстыми щеками выражающая максимум негодования, презрения и высокомерия. – Твои предки научились ходить на двух ногах, но если тебе этот навык не передался, то в следующий раз смотри, куда падаешь!

Меня накрыл ступор… Нет, ну это точно воспаление воображения и полный разгул нездоровых галлюцинаций. Уж не знаю, как там медики подобную хворь называют по-научному, и бывают ли глюки здоровыми, но мои точно какие-то больные. Ладно, море, солнце, это всё с картины пришло, я же вспоминала свой пейзаж, а вот это что сейчас было? Я такое не рисовала!

― Чего уставилась? Просигнализируй какой-нибудь частью тела, что осознаёшь непростительную вину и уяснила наставления! – не унимался котоглюк.

Неожиданно для себя, я кивнула, кошак натурально закатил глаза, махнул лапой и гордо пошёл сквозь лес ног. А толпа зевак-то собралась огромная!

Судорожно соображая, как выйти из картины и прийти в себя, я озиралась по сторонам. Глаза застили слёзы, и всё вокруг сливалось в единую цветастую массу, паника потихоньку набирала обороты. А ещё говорят, что море успокаивает! Да от него один стресс!

И тут сбоку раздался омерзительный голос, какая-то местная икона стиля язвительно прошлась по моему внешнему виду. Ну, я приняла слова на свой счёт, потому что все вокруг выглядели соответственно обстановке, и значит, больше поливать грязью было некого. Обернувшись на говорившую, я даже не поняла, что случилось, но потеряла и дар речи, и способность хоть как-то мыслить и двигаться, и себя саму тоже потеряла… Из горла только всхлип вырвался.

Передо мной стоял тот, кто никак не мог быть реальностью, да, всё вокруг тоже не могло быть настоящим, но особенно он. Ник!

Однако, пока голова с трудом что-то там соображала, рука сама собой потянулась к мужчине, и его горячие, сильные пальцы сжали мою ладонь в ответ, став якорем для метущегося рассудка. Наши лица были в десятке сантиметров друг от друга, я видела тревогу в ласковых тёмно-карих глазах, видела, как подрагивают чувственные губы… и разрыдалась. Казалось, вся боль и напряжение последних месяцев, наконец, нашли выход, а в моей дурной, и скорее всего уже безмозглой голове, тихонько играла мелодия счастья. Ник…

Кто-то склонился к нам и заставил отшатнуться друг от друга.

― Никрис, пора уходить. Тут, вероятно, магическая аномалия, сейчас явятся жандармы, и лучше, если мы поговорим с ними дома, а не перед толпой сплетников, – пробасил смуглый мужчина с тёмными, густыми волосами, серебрящимися на висках.

― Можешь встать? – Ник поднялся и осторожно потянул меня вверх, помогая.

Встать удалось, хотя от жары было дурно, и голова кружилась. Шатаясь, я стащила куртку, но даже в свитере практически плавилась. Ник отдал второму мужчине мои вещи, сделал странное движение рукой и нетерпеливо бросил:

― Идите следом, ей срочно нужна прохлада, пока тепловой удар не случился!

Он легко подхватил меня, прижал к себе и понёс в какую-то сияющую бирюзой арку, а мне даже не пришло в голову, спросить что происходит. Глюки становились всё прекраснее… Видно, дело дрянь, не долго мне жить оставалось, вот подсознание и сжалилось, подкинуло красивую сказку на прощанье. Ну и пусть! Я вцепилась дрожащими пальцами в рубашку Ника и уткнулась в твёрдое плечо, утонув в знакомом древесном аромате.

*** ― И зачем мы эту ненормальную сюда притащили? Её место в дурдоме или в жандармерии, – раздался знакомый противный голос.

Хм, да у нас тут капризная принцесска завелась. Этот глюк лишний, уберите, мне не нравится… Я с трудом оторвалась от своей личной валерьянки и афродизиака в одном флаконе и огляделась. Мы шли по просторному коридору какого-то дома, обставленного в духе нео-классики. Светлые тона, простые формы и декор, но уютно и воздушно. И только одно портило окружающую картину. Идущая следом за Ником девица!

Невысокая, стройная смуглянка с холодными чёрными глазами и волосами под каракуль, только длинными, почти до пояса. Поганка буравила меня неприязненным взглядом, и я решила ответить полной взаимностью, осмотрев её с головы до ног так, будто муху-навозницу разглядывала. Чернявая выгнула бровь и поджала губы. Один-один, ничья!

В просторной комнате с большой кроватью и целой вазой роз на туалетном столике Ник поставил меня на ноги, слегка придержав за плечи.

― Ванная там, тебе нужно немного охладиться, халат и тапочки найдёшь, потом решим вопрос с одеждой, – он повёл меня к двери и открыл створку.

― Может, ещё спинку ей потрёшь? – язвительно хмыкнула смуглая стерва, и мне сильно захотелось примерить ей на голову вазу из-под роз.

А что? Цвет стекла нежный, оливковый, хорошо оттенит её кожу. Судя по взгляду, брошенному на девицу, Ник был солидарен со мной в желаниях, но промолчал и мягко подтолкнул меня к двери.

― Иди, не обращай внимания. После холодов резкий переход к нашей жаре может быть опасен. И не торопись, когда выйдешь, я всё тебе объясню.

Дверь тихо закрылась, а мне стало как-то не по себе. Если это моя собственная сказка, то почему Ник ведёт себя, как чужой? Где радостные объятия, нежные слова? Вместо этого учтивая забота и обещание что-то там объяснить. Как-то мало это похоже на сон или мечту, или приятную галлюцинацию. Что-то тут не так… Это кошак виноват! С него всё и пошло наперекосяк, конечно, если кот говорит, так с чего бы и Нику быть нормальным и правильным?

Я набрала полную ванну, нашла даже пену, хотя надпись была непонятная, но картинка на стеклянном флакончике вполне раскрывала содержимое. Так непривычно, вся косметика тут пахла либо розами, либо чем-то древесным. Корой, смолой, хвоей… но запахи мне нравились, к этой части сказки вопросов и претензий не было.

Через довольно длительное время я вернулась в спальню в кремовом махровом халате, таких же тапочках и с полотенцем на голове. Ник стоял спиной ко мне и задумчиво смотрел в окно. Я неуверенно кашлянула, не понимая, как вести себя с ним, да и вообще, ничего уже не понимая. От прохладной воды голова немного прояснилась, и от этого всё ещё больше запуталось.

― Как ты? – в глубоком, хрипловатом от волнения голосе слышалась теплота, но тёмные глаза смотрели настороженно. – Прости, я хотел всё объяснить без спешки, чтобы тебя не напугать, но времени нам не дали. Поэтому скажу кратко: ты каким-то образом перенеслась из своего мира в мой. В тебе слишком мало магии, и как такое случилось, ума не приложу. Хотя непонятно, откуда в тебе вообще взялась магия… Однако ты здесь. Это вызвало колебания в магическом поле, и вмешались жандармы. Они требуют предъявить тебя и отдать какую-то твою вещь для изучения. Понимаю, это неприятно, но не стоит всё усложнять. Прошу, дай им что-нибудь, я видел сумку, может, расчёска у тебя есть?

― Они будут меня на вшивость проверять? – нервный смешок слетел с губ раньше, чем я осознала новости. – Скажи честно, это всё глюки? Я упала, шарахнулась головой, и стали мозги набекрень, да? Потому что весь этот бред про другой мир… Или хочешь сказать, я умерла и попала в мир иной, а ты тут ангелом подрабатываешь?

― Ты не умерла, слава Богине! Кира, меня зовут Никрис Кизарран, дома тебя не смутило моё имя?

― Нет, – честно ответила я, – оно звучит так… по средиземноморски. Может, ты грек или ещё кто-то…

― Именно, ещё кто-то! И ты не в вашей Греции, а в Зиндаре, столице Азнада. Есть в вашем мире такая страна?

Я не была большим знатоком географии, но сомневалась, что когда-либо слышала подобное название, а Ник, видя мои сомнения добил:

― Ваши коты разговаривают? У тебя на шее царапины от кошачьих когтей, видно ты пообщалась с одним рыжим гадом…

Это стало последней каплей! Я никогда не была любительницей кошек, а уж о говорящих котах вообще не задумывалась ни разу в жизни, этого в моих фантазиях быть не могло! От слова совсем! Так что, вся эта чушь про другой мир – правда? Ник не дал мне подумать и вообще, выглядел очень серьёзно, кажется, сильно нервничал.

― Идём, жандармы ждут, и лучше их не злить. Друг моего отца, конечно, весомая фигура в обществе, но даже он не всесилен. – Прихвати что-то из своих вещей.

Я решила пожертвовать пуховиком. Вряд ли в такой жаре он мне понадобится, а вот расчёска вещь нужная.

― Погоди, – спохватилась я у двери, – мне что же, в халате идти?

― У меня нет другой одежды для тебя, – вздохнул мужчина и осторожно спрятал под край полотенца выбившийся локон.

Мои ноги чуть не подкосились от этого лёгкого прикосновения. Проклятье, ну почему он так на меня действует?! Впрочем, и его глаза на миг потемнели, и мне это вовсе не показалось, хотя Ник быстро взял себя в руки и направился к двери:

― Потерпи, выпроводим жандармов, и я отправлю Нэзу в магазин.

― А Нэза, это… – я остановилась напротив него и заглянула в лицо, снившееся мне все эти месяцы.

― Девушка, которая была с нами на набережной, – Ник вдруг как-то смутился, нервно дёрнул манжет рубашки и быстро проговорил: – Она моя невеста.

Глава 3

Я плохо запомнила, что происходило в гостиной. Там был тот самый пожилой мужчина, смуглянка и три каких-то человека в красной форме с серебристо-чёрными погонами. Они что-то спрашивали, я отвечала, чувствуя себя насекомым под микроскопом, а в голове заезженной пластинкой крутилось одно: “Она моя невеста… Моя невеста… Невеста”.

Не было ни боли, ни злости, ни обиды, только пустота внутри, словно из меня душу вытряхнули, и осталась одна оболочка. Вот тебе и сказка о любви и принце…

Когда жандармы ушли, прихватив мой пуховик, я даже не поняла, очнулась только от возмущённого возгласа кучерявой барашки:

― Никрис, ты спятил? Не стану я тратить время, чтобы купить ей одежду!

― Не припомню, чтобы раньше ты жалела времени на магазины, – пробасил пожилой, и я, наконец, присмотрелась к нему повнимательнее.

Высок, представителен, всё ещё красив, и, судя по небольшому пузику, любитель сытно и вкусно поесть. Я давно заметила, что это пристрастие частенько идёт рука об руку с жизнелюбием, а этот человек определённо любил жизнь. От него веяло довольством, спокойной уверенностью и стабильным благополучием, а в глазах светились задор и ум. А ещё, своей шевелюрой и косматыми бровями он немного напоминал всклокоченного сумасшедшего учёного…

Пока я тренировалась в наблюдательности, мужчина повернулся ко мне:

― Вас ведь зовут Кира? Моё имя Томео Дизвар, можно просто Томео, я…

― Друг отца Ника? – предположила я и угадала, а мужчина улыбнулся так тепло, по-простому, что захотелось завыть от острого ощущения одиночества.

Если я не чокнулась, и всё это правда, то у судьбы садистское чувство юмора. Обнадёжить, поманить меня любовью, как ослицу морковкой, чтобы потом зашвырнуть в другой мир, где Ник не свободен… Зачем всё это? Дома мне не хватило переживаний? Надо было ещё и тут унизить! Я вспомнила, как едва не на шею Нику кинулась, когда увидела, и кровь прилила к щекам от стыда. Не хватало только, чтобы он догадался о моих нелепых чувствах!.. Ну, точно, ослица и есть!

Я предавалась мрачным мыслям, а будущие супруги продолжали ожесточённый спор, пока друг семьи неожиданно не стукнул ладонью по каминной полке, заставив их умолкнуть, и виновато улыбнулся мне:

― Не обращайте внимания, дорогая моя. У Нэзы в последнее время нервы шалят, нервничает по любому поводу. Я попрошу свою секретаршу купить вам обувь и платье, а потом уже мы с вами сами пройдёмся по магазинам, и вы выберете, что нужно. Похоже, мода в вашем мире не сильно отличается от нашей, но всё же девушка должна сама наряжаться, – он подмигнул, и я попыталась изобразить благодарную улыбку, ну или хотя бы не слишком жалкую.

Мода! Да это последнее, что меня волновало, домой бы вернуться скорее! Но… Даже самая здравомыслящая девушка, это всегда девушка! И я поймала себя на том, что хочу выглядеть красиво и привлекательно. И ясно, ради кого… Да уж. Про здравомыслящую, это я, пожалуй, загнула.

Невольно обратила внимание на одежду троицы. Мужчины были в классических брюках, рубашках и галстуках-бабочках, на Томео красовался жилет с серебряными пуговицами, от одной из них к карману тянулась цепочка, видимо, от часов. Нэза выглядела сейчас злобной, шипящей змеюкой, и голубое шёлковое платье до колен, с рюшами-рукавчиками и широким поясом с золотистой пряжкой в виде цветка, смотрелось на ней неуместно романтично. Запястья девицы украшали тонкие золотые браслеты, и крупные серьги-капли, похожие на аквамарины, мерцали за вуалью тёмных, распущенных по плечам волос. Девица меряла шагами комнату, гневно постукивая по плитам пола тонкими шпильками босоножек.

Да, мода мало отличалась от нашей, но это нисколько не делало этот мир понятнее, роднее и приветливее. И, несмотря на жару, мне стало как-то холодно.

*** В БИБЛИОТЕКЕ ОСОБНЯКА КИЗАРРАНОВ

― Это она? Та девушка, которую ты не мог забыть? – слова отцовского друга вогнали Ника в ступор. Он же никому не говорил…

― Как ты узнал?

― Мальчик мой, я знаю тебя с детства, может, погибшего отца и не заменил, хотя очень старался, но характер изучил и кое-что вижу.

Ник грустно усмехнулся, после гибели родителей Томео стал его опекуном и другом, и действительно, уж если кто и мог что-то заметить, так только он.

― Сам не знаю, как так вышло… Понимал ведь, что глупо увлекаться, что нет у нас будущего, но…

― Ну, что значит, как вышло? Ты, что же, не мужчина или слепец? Девушка красивая, для наших мест ещё и необычная, дело-то молодое, особенно когда сердце не занято. А оно у тебя очень даже свободно! Было тогда...

― Это не так! – возмутился Ник. – Мы с Нэзой знаем друг друга всю жизнь, встречаемся с пятнадцати лет, и…

― И затянули со свадьбой так, что обоим уже скоро по тридцать! Так сложились обстоятельства?

― Да! Сначала родители погибли, потом мы оба пошли учиться, потом её отец попал в беду…

― Ой, хватит! – нетерпеливо отмахнулся Томео. – Если молодые люди любят друг друга, ничто не помешает им пожениться. Посмотри правде в глаза, ты просто вцепился в последнюю родительскую мечту объединить два рода! Сам себе придумал какой-то там долг перед ними. А я уже сто раз говорил, что для твоих отца и матери этот союз не был самоцелью! На тот момент семью Нэзы все уважали, ваши отцы очень дружили, да и сама девочка казалась милой, вот они и хотели, чтобы вы поженились в будущем, если поладите. Если поладите! Вот в чём соль! А вы ладите, Ник? У Нэзы характер портится год от года, а с тех пор, как отец обанкротился, и семья обнищала, эта девица думает только о деньгах! Может когда-то вы друг другу и нравились, но уже давно она видит в тебе лишь способ решить финансовые проблемы и жить красиво. Были бы другие богатые претенденты на её руку, давно бы уже она замуж выскочила и не ждала столько лет, когда ты созреешь. Одумайся, пока не поздно, мальчик мой. Родители первые запретили бы тебе этот брак! Не понимаю, почему ты так упираешься.

― Да потому, что как ты заметил, нам уже почти по тридцать! Мы пятнадцать лет вместе. Как я могу сейчас её бросить?

― А Кира? Её ты можешь бросить одну в чужом мире? Да если бы на меня кто-то смотрел, как она на тебя, я бы землю перевернул!

― Брось, Томео! Ну как уж она там на меня по-особенному смотрела? Просто была напугана и шокирована, увидела знакомое лицо, вот и всё. Да и дурно ей было после перехода, ещё и в нашей жаре. В том мире сейчас холодный сезон. И потом, я же исчез неожиданно, только сухое письмо оставил, думаю, Кира мне и не доверяет теперь, да и вообще… Обижена, наверное. И я сказал ей про Нэзу…

― Что сказал, это хорошо, враньё тут не поможет, но свадьба с Нэзой – ошибка. Особенно теперь, когда Кира появилась в нашем мире. Ты думал о ней всё это время, но надежды не было, а сейчас сам хочешь оттолкнуть своё счастье?

― Я не могу так поступить с Нэзой... Все ждут свадьбу, так нельзя.

― А страдать всю жизнь рядом с человеком, которого не любишь, можно? А Кире что делать? Сомневаюсь, что её разрешат переправить обратно…

― Не понимаю, как она смогла тут оказаться? – Ник перебил опекуна и стиснул виски длинными пальцами. – Да, в ней есть капля магии, из-за которой ломалась их техника. Видел я мигающие лампочки, заглохшую кофе-машину, когда мы у барной стойки стояли, и как бармен не мог понять, что у него с телефоном, это такое устройство для общения на расстоянии… Но это не то же самое, что межмировой портал. Тут нужна колоссальная сила! У нас единицы на такое способны, да и то, если соберутся вместе, так как же она сумела? Мы оба работаем в магическом ведомстве, но я ни разу не слыхал о подобном, а ты?

― Пока рано говорить, что и как произошло, – уклончиво ответил опекун, привыкший делать выводы осторожно. – В жандармерии изучат её одежду, проведут опыты с магическим излучением, я проверю место, где она появилась… Самое простое объяснение – там возникла аномалия в магическом поле… Правда, странно, что именно эту девушку затянуло в межмировой портал. Подозрительное какое-то совпадение. С другой стороны, в магии существуют определённые законы, но нет ничего абсолютно невозможного, и там другой мир, который мы не знаем. Может, его жители способны создавать такие проходы и с каплей магии.

― Да, но тот мир техногенный! Откуда у Киры вообще взялась магия?

― Это лишь решение его жителей, их выбор пути развития, а магия пронизывает все миры и туманы между ними, ни один мир не лишён её полностью. А вот что за особенность у твоей Киры, что она смогла тут очутиться, это нам предстоит понять. Но я тебе так скажу, мощный якорь может многократно усилить даже каплю магии. А в нашем мире девушка не знает никого, кроме тебя.

Томео многозначительно умолк и вышел, а Ник вцепился в собственные волосы и тихо взвыл. У твоей Киры… Якорь… Неужели он сам её притянул?

У твоей… Да, если бы она была его! Руки заныли, так захотелось вновь прижать её к себе, как в том мире, когда вытащил из-под колёс машины, как недавно, когда нёс девушку по дому…

Как он проклинал отдел магической археологии, из-за которого и случилось срочное возвращение из отпуска! Откопали они какую-то ерунду, надо было в кратчайшие сроки проверить её на предмет необычных свойств и безопасности для мира. И главное, только он мог помочь, остальные специалисты отдела артефактов просто так зарплату получают… Ник был в бешенстве! Он так ждал утра и новой встречи со странной девушкой, но требование от главы ведомства пришло, и надо было возвращаться. Ещё письмо это вышло таким нелепым…

Ник пытался убедить себя, что всё даже к лучшему. Их с Кирой так очевидно, сильно и неожиданно потянуло друг к другу, что в голове не укладывалось, как такое возможно. А ведь он всё равно должен был вернуться домой, значит, чрезмерное увлечение никому радости не принесло бы… Вот только доводы рассудка припозднились. Жизнелюбие девушки, её чувство юмора, наблюдательность и лёгкость покорили Ника. А в памяти занозой засела сияющая улыбка, нежная кожа и высокая, стройная фигурка, как магнитом притягивающая взгляд. В этой девушке было всё, о чём можно мечтать, но, увы, было это не для него. И Ник старался забыть, только не получалось, а путь в тот мир для него закрылся.

***

Не успела я оказаться в своей комнате и хоть как-то отойти от «изумительных» новостей, как в дверь постучали. Невысокая, миловидная женщина средних лет в строгом платье-футляре цвета морской волны вошла в комнату и приветливо улыбнулась.

― Здравствуйте, я Эньяри, помощница господина Дизвара. Пришла взглянуть на вас и немного поговорить. Надо же понять, что купить, – она подмигнула и откинула за спину роскошные волосы, тёмные и гладкие, как зеркало.

Я слабо улыбнулась, а женщина обошла меня, внимательно рассматривая, потом кивнула собственным мыслям и снова заговорила:

― Что именно вам нужно? Начальник не вдавался в подробности, знаете, мужчины, у которых нет жён, ничего не смыслят в жизни. Сказал только купить один комплект одежды. Представляете? Один комплект! Будто речь идёт об униформе. Нет, конечно, он потом вас поведёт по магазинам, но ведь надо же иметь приличный вид, чтобы выйти из дому, – она выгнула бровь и снова улыбнулась. – Итак, что бы вам хотелось надеть?

― Ну, – я слегка растерялась, было крайне неловко, что вот так свалилась на голову чужим людям, да ещё и в траты их вгоняю, – мне бы туфли или босоножки и какое-то платье полегче, тут очень жарко.

― А бельё? Косметика? Украшения?

― Бельё у меня есть. К счастью, хоть оно без начёса, – усмехнулась я, но шутку не поняли, видимо, в этом климате просто не знают, что вещи бывают утеплёнными. – Без косметики и украшений я спокойно переживу, так что только обувь и платье. И спасибо вам за хлопоты, мне очень неудобно…

― Бросьте, дорогая моя! Во-первых, я это делаю в счёт рабочего времени, и уж лучше пройдусь по магазинам, чем в конторе сидеть, а во-вторых, у Томео Дизвара полно денег и слишком мало поводов, их тратить. Поверьте, ему будет гораздо приятнее превратить в куколку хорошенькую девушку, чем вам этой куколкой стать! Том щедр и получает удовольствие, даря людям радость.

Женщина сказала последнюю фразу с нежностью, кажется, даже не заметив, что назвала босса слишком фамильярно, и легонько вздохнула.

Ого, да тут некоторые по уши влюблены в начальника! Отлично, вот нас уже и двое с разбитыми сердцами, удивительно, как подобное притягивается к подобному. Богатые к богатым, несчастные к несчастным, ну и прочие рыбаки к рыбакам.

Эньяри ушла, а я немного побродила по комнате, но даже подумать ни о чём толком не успела, потому что пожилая женщина, служанка, судя по серому платью и белому, накрахмаленному переднику, принесла поднос с едой. Кофе, белый виноград и большая, ароматная ванильная булочка.

― Господин Никрис велел вам принести, сударыня, – женщина присела и тихо вышла.

Велел принести, значит? Ну да, где уж самому-то зайти! Прячется, поди, соображает, как выпутаться теперь. У него тут свадьба на носу, и вдруг заявляюсь я, вся такая иномирная и внезапная…

Поняв, что злюсь, резко одёрнула себя. Он ничего не обещал. Мы просто выпили кофе и поболтали, да и вообще, человек мне жизнь спас! Не виноват же он, что я, дура такая, в него втрескалась. Чёрт! Надо выбираться отсюда поживее. Родные с ума сойдут от беспокойства, пока я тут от неразделённой любви страдаю. Всё, кончено. Пора трезветь.

Ирония судьбы… Оказаться в другом мире, где царит магия, и понять, что волшебство закончилось. Ну, собственно, а чего можно было ожидать? Катастрофа, это не ситуация, это хронический диагноз в моём случае.

Я дожевала выпечку, и, наверное, она была вкусная, но жалость к себе помешала мне заметить, когда и как булка и кофе закончились. Зато винограду я отдала должное, слопав его вполне осознанно, так сказать, с чувством, с толком и с довольным чавканьем. Обожаю виноград, особенно белый! А тут он такой сочный и сладкий, что мои вкусовые рецепторы просто повизгивали от удовольствия. Ну, как минимум один плюс я нашла. Хоть нормального винограда поем зимой, буду думать, что приехала в отпуск в тёплые края. А что? Море, цветы, фрукты, роскошная вилла, обслуживающий персонал… Чем не курорт? Дома-то я о путешествиях даже и не помышляла, слишком велик был риск и самой убиться, и кучу народу загубить. А на велосипеде до тёплых краёв далековато.

Едва я дожевала виноград, как помощница Дизвара вернулась с кучей свёртков. Даже если каждую туфлю, платье, пуговицы от него и пояс отдельно упаковывать, столько пакетов всё равно не получится. Я напряглась и вопросительно глянула на довольную Эньяри.

― Мы поговорили с начальником и поняли, что сегодня магазины уже вот-вот закроются, и вам не успеть за покупками, значит, помимо обуви и платья надо в чём-то спать. А утром свежее бельё не помешает, ну и конечно, кремы, дезодорант, духи, украшения. В общем, принесла только самое необходимое, а уж потом вы сами пройдётесь за серьёзными покупками. Не благодарите, надеюсь, вам всё понравится и подойдёт по размеру! – она тряхнула своими потрясающими волосами и подмигнула. – Мне пора, думаю, ещё увидимся, так что, до встречи!

Женщина махнула рукой и скрылась в светящейся арке. Классно. При нашей погоде такое транспортное средство бы не повредило, опять-таки, никакой давки в часы пик… Я снова осталась одна, слегка ошарашенная энергичной и шустрой помощницей Дизвара.

С некоторым опасением принялась разворачивать свёртки и застонала. Судя по качеству вещей, они стоили целое состояние! Шёлковая ночная сорочка с тонким кружевом, в комплект к ней жемчужно-розовый халат в пол. Бельё цвета ванили, расшитое белыми ветвями и листьями, босоножки на небольшой шпильке и светло-коралловое платье с цветочным рисунком, нежное, лёгкое и воздушное. Все село идеально, а ведь Эньяри на меня только посмотрела! Вот это да!

Я так увлеклась разбором пакетов, что забыла волноваться о стоимости вещей. Духи оказались с розовой ноткой, смешанной с цитрусовым ароматом, яркие, но не слишком крепкие, как раз для жары, они мне понравились. А вот украшения заставили охнуть! Золото! Браслет из виноградных листьев и такие же серьги. Всё филигранное, изящное, но заметное. Судя по всему, в этом мире дамы очень любят украшения, да побогаче… Мне любовь к бижутерии или ювелирным изделиям не близка, но раз купили, не обижать же Эньяри и её ненаглядного Томео. Придётся надеть.

Я на секунду зависла и прыснула от смеха, надо же, рассуждаю, как законченный сноб. Тут украшения дорогие дарят, а госпожа художница ещё и выделывается! Кто у нас звезда? Я у нас звезда…

***

Чуть позже всех позвали на ужин, но я отказалась. Есть хотелось не сильно, зато сильно не хотелось видеть Ника. Как бы себя ни убеждала, а обида всё равно чувствовалась. Вдруг ещё брякну что-то не к месту, посмотрю как-то не так, а уже и без того выставила себя на посмешище и выгляжу в его глазах глупее некуда.

В общем, от греха подальше, решила лечь спать. Мелькнула мысль принять ванну, уж больно понравился мне этот почти бассейн, отделанный белым мрамором, но я побоялась, что потом трудно будет уснуть. В итоге, надела своё шёлковое великолепие, сладко застонав от нежного прикосновения прохладной ткани к коже, и нырнула в роскошную постель. Широкую, удобную и пустую.

Проворочавшись далеко за полночь, уснуть так и не удалось, зато ужасно захотелось пить. Графина с водой в комнате не оказалось, можно ли тут пить воду из-под крана, я не знала, и выяснять как-то не хотела, значит, спасение моё было в кухне! А где её искать в спящем доме посреди ночи?

Я тяжко вздохнула и накинула халат. Хочешь-не хочешь, а надо идти на поиски. Мучиться жаждой до утра мне совершенно не улыбалось.

Коридор встретил ожидаемой темнотой, фиг знает, куда тут идти. Вроде, лестница должна быть где-то в дальнем конце… Ладно, пошла в ту сторону, и тут, о, счастье! Под одной из дверей показалась полоска света! Там жизнь, там люди, они укажут путь душе заблудшей… Н-да, вот уже и крыша едет от жажды.

Я постучала. Молчание, ни звука не слышно. Постучала громче, тот же результат. Ну что было делать? Решила зайти без разрешения. Что уж я там могла особенного увидеть? Не прибьют же меня за такую вольность, честно же стучалась.

Выдохнув, я бодро переступила порог, но раскрылась другая дверь, и в комнату вошёл Ник. С полотенцем.

В смысле, совершенно голый Ник тёр полотенцем мокрые волосы и меня не видел. А вот я его видела. Ещё как! Каждую тугую мышцу на рельефном, смуглом теле, широкие плечи, идеально гладкую грудь, все шесть твёрдых кубиков, длинные, мускулистые ноги, ну и всё, что между бёдрами и кубиками… И там тоже было на что посмотреть, да так, что у меня рот слюной наполнился, а вот губы пересохли. Дыхание сначала прервалось, потом стало частым, а глаза как приклеенные скользили вверх и вниз по идеальному мужскому телу в капельках воды…

В голове зашумело, кровь прилила к щекам, и тут Ник тряхнул волосами, убрав от лица полотенце. Наши взгляды встретились на безумно долгий миг, я смутилась и, отворачиваясь, случайно заметила определённую реакцию мужского тела. О, боже! Пятясь назад и бормоча извинения, красная, как перезрелый помидор, я бросилась в свою комнату. И там мне уже было всё равно, можно ли пить воду из-под крана, и смогу ли я уснуть, приняв холодный душ…

Глава 4

Дизвар утром прислал ко мне служанку, чтобы узнать, когда я хочу отправиться за покупками. Я хотела прямо сейчас, чем скорее, тем лучше! И нет, вовсе не из-за дурацких тряпок, а чтобы смыться из этого дома, и не дай бог, не встретить его хозяина.

Надо же было ввалиться среди ночи именно в его спальню! Как теперь смотреть Нику в глаза?! Я была жутко смущена, и всё усугубляли очень нескромные фантазии, роящиеся в голове. Никак не получалось забыть, как мужское тело на меня отреагировало, а разгорячённое воображение подкидывало картинки того, что могло бы случиться, причём одну пикантнее другой! И казалось, стоит Нику увидеть меня, как он сразу всё поймёт. Какой стыд!.. Мысли метались, и как вести себя в сложившейся ситуации, я попросту не знала.

Мой опыт в отношениях был и так мизерным и плачевным, а уж что касается интима… В общем, в моей жизни, как в одной исчезнувшей стране, секса не было. И дело вовсе не в строгих правилах и высокой морали, а просто не нашлось того, с кем захотелось бы эту самую невинность потерять. Душа просила любви, а с нею не складывалось вот уже… да всю взрослую жизнь.

Зато теперь сложилось… Стоило чуть-чуть зазеваться и отпустить мысли, как в них тут же нарисовывался голый Ник! Вот что, нельзя было оказаться менее идеальным, не похожим на греческого бога? Нет! Надо же было добить! Контрольный в мою бестолковую голову судьбе удался.

Я тяжко вздохнула и рухнула на кровать, издав то ли плач Ярославны, то ли вой одинокой болотной кикиморы, и только прикрыла глаза, как сразу подскочила. Снова он, и капельки воды на смуглой коже, блестят и стекают по дорожке между кубиков, опускаются всё ниже… Туда, где и хотела бы ничего не рассмотреть, но, увы, зрение не подвело… Я тихо застонала от отчаяния. Ник, какого чёрта ты не дал той машине меня сбить? Это был бы акт милосердия в чистом виде, чтобы не мучилась идиотка.

К счастью, служанка сообщила, что господин Дизвар ожидает меня через полчаса внизу.

― Скажите, а господин Никрис уже встал? – с самым равнодушным видом спросила я, а у самой поджилки тряслись, вдруг эта почтенная женщина сумеет прочесть мои грязные мыслишки?! Мама всегда говорила, что я слишком открытая, и пора учиться контролировать эмоции.

― Что вы, сударыня, – тепло улыбнулась служанка, – господин и спать ложится поздно, и встаёт ближе к полудню, ну, разве что на работу нужно рано, тогда, конечно, попросит разбудить. Спит он крепко, будильника совсем не слышит, с детства такой.

Женщина улыбнулась снова, теперь уже своим воспоминаниям, и вышла, а я кинулась собираться. Скорее, сбежать, пока этот роскошный самец совы не проснулся! Конечно, вечно прятаться не получится, но этим утром я точно не была готова к встрече.

***

НИКРИС

Ник весь вечер думал о Кире, о словах Томео и о своей невесте. Когда-то давно, сразу после гибели родителей, он дал себе обещание, выполнить последнее желание отца и жениться на дочери его друга. И сперва всё шло неплохо. Нэза была хорошенькой, между ними быстро проскочила искра, и, оставшись один в целом мире, Ник очень ценил чувства девушки. Казалось, она его единственный близкий человек. Как ни странно, её родители не рискнули взять его, шестнадцатилетнего, под опеку, а вот друг и коллега отца решился.

Раньше Ник редко видел Дизвара и был удивлён, узнав, что они с отцом, оказывается, дружили с самого детства, даже учились в одной школе. Но после свадьбы Ниал Кизарран растворился в семье и любви к жене и сыну, а сорвиголова Томео отправился служить в туманную крепость и вернулся лишь за год до гибели друга.

Никрис был благодарен Дизвару за поддержку, но всегда жил своим умом и держал данное себе обещание. Однако теперь слова отцовского друга жгли душу, многократно усиливали сомнения и заставляли думать, а что если… Что, если он ошибся? Что если ещё не поздно всё переиграть? Но им с Нэзой по двадцать восемь, она ждала его, никогда не упрекала, не торопила с браком. Как можно оставить её теперь? Предложение сделано, свадебные браслеты куплены, надо лишь дату свадьбы назначить…

А Кира? Вдруг и правда, он притянул её сюда? Влечение девушки было очевидно, и Ник почувствовал себя редкостным подлецом, сказав ей о невесте. В доверчивых глазах полыхнула такая боль и обида, что взвыть захотелось.

Вот же идиот! И перед невестой стыдно, и художнице голову задурил, и сам увяз в паутине долга и желаний.

Как он будет жить с Нэзой, когда Кира здесь? Его же тянет к ней, как одержимого! Ник горько усмехнулся, подумав, что похож на брошенного пса, который скулит и просится к хозяйке… Он просто не сможет держаться на расстоянии от своей гостьи, ни за что её теперь не отпустит!

Мужчина вдруг застыл посреди комнаты. А ведь ещё не известно, что решат власти! Если девушку вернут в родной мир, больше они точно не встретятся. И единственный способ помешать такому исходу, это жениться на Кире. Хотя после всего, может, она и рада будет от него избавиться?.. И опять-таки, а как же Нэза?

Просидев допоздна, но так ничего и не решив, Ник отправился в душ, надеясь, что ледяная вода вытравит дурь из головы, однако не тут то было. Мысль о том, что девушка рядом, что он может в любой момент увидеть её, не давала покоя. Выйдя из ванны, он отчаянно тёр волосы полотенцем, словно это могло помочь не думать о Кире, а когда оторвал взгляд от пола, остолбенел. «Любой момент» настал, он её увидел.

Девушка была похожа на видение в розовом облаке шёлка и кружев, тонкая ткань волнами струилась от гибкой талии по длинным ногам, маня прикоснуться, провести рукой по женственным изгибам стройного тела. Кира часто дышала, полные, аккуратные губы приоткрылись, распахнутые глаза казались огромными… Мужчина поймал взгляд девушки, и воздух в комнате превратился в горячее желе. Ник понял, о чём говорил Томео... В глазах Киры перемешались изумление, страх, любопытство и восхищение. Именно. Она смотрела на него с восхищением… А потом вспыхнула и зашептала что-то вроде извинений. Ник спохватился, прикрыл срам полотенцем, но девушка уже унеслась прочь. Словно и правда была видением, только дверь оставила нараспашку.

В паху ощутимо тянуло и ныло, в голове теснились картины того, что может произойти, если он не будет стоять, как пень, а бросится за своим наваждением во плоти… Мужчина отшвырнул бесполезное полотенце и выругался! Тело отреагировало на желанный объект вполне предсказуемо, а вот то, что мозги почти отключились, пугало уже основательно. Ведь он чуть не побежал за ней…

Проклятье, как же неловко получилось! Вроде, взрослые люди, а всё равно, стыдно ей на глаза показаться. Ладно бы просто сверкнул голым достоинством, так ведь ещё и не сумел порыв этого достоинства сдержать! Что она почувствовала, увидев его желание? Как поведёт себя теперь?

Ник закрыл дверь и до утра метался, так и эдак прокручивая в голове варианты того, как всё могло бы быть. За эту долгую ночь он ещё дважды принимал душ, но лишь под утро задался вопросом, а что, собственно, Кира делала в его комнате? Для чего приходила?

Утром он слышал, как каблуки девушки процокали по коридору, причем мимо его комнаты гостья явно пробиралась осторожнее, звук был тише. Ник дал ей спуститься, и прошмыгнул на лестницу, чтобы просто увидеть своё ночное видение. Кира не разочаровала. В нежном платье в цветочек, с волосами, убранными в низкий узел на затылке, с кокетливыми локонами, обрамляющими милое личико, девушка была прекрасна, как весна! Ник вздохнул, тяжесть наполнила сердце и разлилась внутри, подчиняя и мысли, и настроение. Весна, да не его.

***

― Я решил воспользоваться авто вместо портала, чтобы у вас была возможность немного осмотреться, – Томео подмигнул и раскрыл передо мной дверцу блестящего тёмно-синего красавца. Такие машины я видела только на картинках, да в кино, где действие происходило в начале тридцатых годов прошлого века.

Слегка ошарашенная, я уселась в пахнущий кожей и древесной отдушкой салон, и мы покатили. Дизвар вёл не спеша, попутно рассказывая о городе, о каких-то интересных местах, а я честно пыталась слушать, но больше смотрела в окно. Ощущение детской радости не покидало.

Сначала Томео провёз меня по широкой дороге вдоль набережной. В этот ранний час большинство кафе было закрыто, и народу почти не попадалось, зато я смогла насладиться лазурью моря, яркой зеленью пушистых сосен и красотой местного парка, утопающего в розах. Меня удивила цветовая гамма. От кремового до бордового, через все тёплые оттенки, но ни сиреневых, ни розовых цветов. Казалось, парк полыхал огнём, а ароматы просто кружили голову!

По улице, тянувшейся от набережной к центральной площади, мы доехали до сердца Зиндара. Город располагался уступами на высоком холме, на самой верхней террасе было что-то типа смотровой площадки. Мой гид припарковался и предложил подойти к парапету, чтобы увидеть город с высоты, это оказалось довольно интересно.

Центр был плотно застроен, зелень парков и синева моря резко контрастировали со сдержанными городскими видами, но при этом смотрелись очень гармонично. Зиндар выглядел старым, слегка потрёпанным и очень уютным. Мощёные булыжником, узкие улочки с газовыми фонарями, дома в три-четыре этажа, немного обшарпанная штукатурка стен, окна и балкончики утопают в цветах, а солнце щедро поливает красные черепичные крыши золотом своих лучей... Ну чем не курорт в какой-нибудь Италии?

― Нравится? – спросил мужчина, и я кивнула, улыбаясь. – Разве может не нравиться такая красота?

Томео как-то странно на меня посмотрел, словно хотел что-то сказать, но промолчал и поманил за собой, пояснив:

― Дальше на авто неудобно, торговые улочки слишком узкие, чтобы парковаться. Город старый, строился задолго до появления этих чудес техники.

Я догнала его и с любопытством крутила головой во все стороны, а Дизвар рассказывал, что где находится, попутно поясняя уклад жизни горожан.

Наконец, мы очутились в торговом квартале. Огромных торговых центров тут не было, зато повсюду мелькали необычные вывески маленьких магазинчиков, чьи витрины соревновались за внимание покупателей. Каждая была уникальной, как произведение искусства, многие наши дизайнеры позеленели бы, завидуя фантазии местных жителей! Я снова попыталась отказаться от разбазаривания чужих денег, мне же домой надо, к чему траты?

― Кира, дорогая, но мы же не знаем, когда вы сможете вернуться, – мужчина немного виновато улыбнулся, и что-то подсказало мне, что возвращение, вообще, под вопросом. От этой догадки прошиб озноб, и словно сквозь вату до меня долетал голос Томео. – Не беспокойтесь о деньгах, я нажил достаточно, тратить не успеваю, и даже Никрису наследство без надобности, его семья весьма богата. Так почему я не могу потратить немного ради улыбки такой очаровательной девушки?

Дизвар подмигнул, источая позитив и благодушие. Может, в другой раз я бы и напряглась, но сейчас не ощутила угрозы. В комплиментах мужчины не было заигрываний, он, скорее, любовался мною, как картинкой, и это было необычно.

Мы уже входили в какой-то магазинчик, когда мне показалось, что кто-то на меня смотрит. Оглянулась по сторонам – пусто, но ощущение тяжёлого взгляда осело на коже, как липкая плёнка.

В следующие пару часов мы прошлись, наверное, по десятку лавок, мой кавалер оброс пакетами с покупками, и я почти забыла тот взгляд. В конце концов, тут все брюнетистые и смуглые, и одна я похожа на болонку среди лоснящихся такс, не удивительно, что кто-то на меня постоянно поглядывает. Но возвращаясь к автомобилю, слушая рассказы Дизвара о его путешествиях, я вновь напряглась. Тот же взгляд, без сомнений! Стало так неприятно, что по спине холодный пот заструился. Никогда не была впечатлительной натурой или истеричкой, но тут захотелось забиться в тёмный уголок, спрятаться… Мне было страшно, вот так просто, без всякой причины. Но не объяснять же это Дизвару. Что он обо мне подумает? Пришлось делать вид, что всё в порядке, однако я взяла под руку удивлённого Томео.

― Устала немного, для меня тут жарко даже в тени, – оправдалась я, лишь бы только не отцепили от надёжной руки. Рядом с мужчиной было не так жутко, хотя ощущение того, что за мной пристально следят, не проходило. Легче стало, только когда мы поехали по извилистым улочкам на виллу Кизарранов.

Стараясь как-то отвлечься от неприятных мыслей, я разглядывала морские пейзажи и заметила нечто странное.

― Томео, а почему люди не купаются? Вон, я вижу, как они загорают, но в воде никого нет. Это в такую-то жару! А я купальник купила… У вас, что же, не принято плавать?

― Что вы, моя дорогая! Принято, даже очень! У нас и соревнования по плаванью проводят, но только в бассейнах. Есть бассейны пресные, а в прибрежных пансионах – с морской водой. К сожалению, это вынужденная мера. В море огромное количество опаснейших медуз, их яд убивает человека за пару секунд, даже магия бессильна против этой напасти. Поэтому бассейны заполняются через специальные фильтры, и только так можно поплескаться в морской водичке. Но вы обязательно искупаетесь, я скажу Нику, чтобы отвёз вас в такой пансион, тут рядом есть совершенно очаровательное место.

― Ой, нет! – воскликнула я и спохватилась, поняв, что нарываюсь на нежелательные расспросы. Пришлось срочно исправляться. – Я хотела сказать, что нет нужды отрывать Ника от работы, от невесты, я и так причиняю много хлопот вам всем.

Томео недоверчиво на меня посмотрел и пробурчал что-то типа: “Это всё пустяки”…

Ну да, кому пустяки, а кому «местных красот» уже хватило ночью. Стоило только вспомнить, как щёки запылали, и стало совсем душно и жарко. Пустите меня в море, охладиться, и пусть медузы пеняют на себя, если нарвутся на несчастную, злую девственницу.

***

По дороге Томео резко изменил планы и предложил позавтракать в кафе у моря. Кто бы был против?! Тем более домой я совсем не рвалась.

Народу всё ещё было немного, Дизвар помог мне выйти из машины и ласково улыбнулся, направившись к кафе.

― Ух, какая кошечка! Окрас необычный, и красотка, хоть и двуногая, – раздалось вдруг где-то внизу, и я, точно ветряк, повернулась к говорившему.

На краю одной из клумб, бесцеремонно примяв цветы, развалился крупный серый котяра. Чёрные пятна были разбросаны по всклокоченной шкуре, а одно красовалось аккурат вокруг глаза, как фингал. Ну, чисто бандюга!

― Идёмте, Кира, не стоит обращать внимания, – закатил глаза Дизвар и попытался увести меня от, господи прости, флиртующего, хамского кошака с хриплым фальцетом!

― Слышь, тюфяк свалявшийся, – котяра вскочил, выгнул спину и зашипел, – а она для тебя не слишком юна и прекрасна? В таком возрасте пора семейный склеп благоустраивать, а не любовное гнёздышко.

― Брысь! Паразит блохастый! – прикрикнул Дизвар и запустил в кота горстью земли с соседней клумбы.

Бандюга сиганул в сторону, растопырил шерсть, став похожим на лохматый шарик, пару секунд буравил мужчину злыми зелёными глазами, потом встряхнулся, вскинул голову и неспешно удалился, задрав хвост трубой.

― Богине пожалуюсь, – протянул напоследок.

Я была в шоке.

― Кому пожалуется? – только и смогла переспросить.

Интересно, а в нашем мире коты тоже такие? Тогда подлинное счастье, что не разговаривают! Общения с местным чудом природы мне уже за глаза хватило.

― А… – Дизвар махнул рукой, кажется, его больше расстроили слова про возраст, чем угроза. – У нас верят, что кошки, это любимцы Великой Богини, потому они и могут говорить, единственные из всех животных. Считается, что их надо всячески баловать и подкармливать, и тогда Богиня будет благосклонна к человеку и его семье, даст процветание, здоровье, богатство… Вот эти паразиты и борзеют, вытворяют, что хотят! То безнаказанно на кухни пробираются и орудуют, то стены в домах обдирают, метят, что вздумается, в садах на клумбах туалеты устраивают… А ещё каждую весну собираются толпами и вопят целыми ночами! И главное, любые гадости говорят, ничего не опасаясь. Попробуй, тронь такого вот поганца, сразу побежит в храм, жаловаться, а человеку потом приходится штраф платить. Маги давно бы их заставили умолкнуть, но простые люди верят в бредни про любимцев Великой… В общем, держитесь подальше от этого усатого сброда и ни в коем случае не кормите! На шею сядут.

Томео был расстроен и какое-то время молчал, но в кафе, когда принесли завтрак, мужчина оживился и, кажется, забыл оскорбление. И правильно, на всяких облезлых внимание обращать, так никаких нервов не хватит, это я по себе знаю! Уж мне-то, неформалке со стажем, сколько раз прилюдно доставалось! Обидно, конечно, но проще наплевать и жить дальше, чем изводиться переживаниями.

Местный завтрак был весьма обильным. Омлет, гренки, сыры, жареные колбаски, кексики с изюмом, кофе, виноград… Вроде, я всего по чуть-чуть попробовала, а хотелось попросить тележку, чтобы отвезти пузо до машины. Надо же было так налопаться!

Говорил в основном Томео, а я слушала и вникала в тонкости местной жизни. По ходу дела узнала, как Дизвар стал опекуном Ника, и почему тот считает своим долгом жениться на Нэзе… И хотела бы я сказать, что вот про это мне было совсем не интересно, но нет. Мазохистская душонка жадно ловила каждое слово о своём ненаглядном филине с телом Аполлона! Я даже собралась с духом, чтобы уточнить, как Ник относится к невесте. Про долг всё ясно, а что там с чувствами? Но появилась Эньяри.

Выпорхнув из портала, женщина сдержанно улыбнулась боссу, а глазами жадно огладила его крупную, статную фигуру и тихонько вздохнула, но заметила это только я. Никогда не устану удивляться, как слепы бывают мужчины, и как они же умудряются увидеть любовь там, где её вообще нет.

― Доброе утро, господин Дизвар. Вам прислали письмо из жандармерии, с пометкой срочно в собственные руки. Я подумала, может, там что-то важное, и решила принести.

Длинные чёрные ресницы так правдоподобно порхали, прикрывая хитрые глаза, что я едва сдержала улыбку. Нет, ни для кого другого Эньяри не принесла бы письмо, пусть даже его прислали бы из дворца!

Пока Томео читал послание, женщина, по его приглашению, присоединилась к завтраку.

― Вы очаровательно выглядите, Кира. Платье понравилось?

― Да, спасибо вам большое! И платье, и украшение, да всё понравилось. Очень. Кстати, вы тоже свежи, прекрасны и бодры, несмотря на утро и жару. И волосы блестят, как атлас, – искренне восхитилась я. Мои шелковистые и мягкие завитушки так не выпрямить, а выпрямишь, так получишь унылое зрелище…

Женщина польщённо улыбнулась, стрельнула глазами в босса, ожидая, не поддержит ли он мой комплимент, но Дизвар ушёл в себя, снова и снова пробегая глазами по строкам. Высокий, крутой лоб мужчины нахмурился, а между бровями пролегла глубокая складка.

― Что-то случилось, господин Дизвар? – встревожилась секретарь.

― А?.. – встрепенулся он, с трудом возвращаясь из своих раздумий в реальность. – Нет, нет, дорогие дамы, всё в порядке. Просто очередное дело, задумался, как бы его уладить.

Мы посидели ещё немного, потом Эньяри отправилась в ведомство магии, где они с Дизваром работали, а Томео повёз меня домой. И как бы он ни шутил, сколько бы ни болтал о пустяках, меня не покидало чувство, что он что-то скрывает. Что-то важное и нехорошее.

А ещё, там, на набережной, я снова ощутила взгляд, не такой острый, словно между мной и смотрящим было большое расстояние, но настойчивый.

Глава 5

БИБЛИОТЕКА ОСОБНЯКА КИЗАРРАНОВ

― Вспомни в мельчайших подробностях свою встречу с Кирой, – Томео влетел в библиотеку, где Ник сидел над какой-то книгой, хмуро глядя в окно.

― Не понял, – растерянно моргнул мужчина, – что именно вспомнить? В чём дело, вообще?

Из головы никак не шло вчерашнее происшествие, Ник пытался продумать, как вести себя с девушкой, но ничего не получалось. Избегать?.. Нет, это он отмёл сразу. Ему нужно видеть Киру! Хотя бы видеть и говорить, пусть изредка. Он и так слишком долго жил лишь крохами воспоминаний. И тогда что остаётся? Делать вид, что они просто знакомые, когда оба прекрасно знают, что всё гораздо сложнее? Предложить остаться друзьями, после того, как она видела его «дружескую» реакцию? Всё не то и не так! И зачем же она приходила?..

― Никрис! Очнись, нам не до твоих грёз! – опекун шарахнул ладонью по столу и нетерпеливо уставился на приёмного сына. – Вспомни всё про ту машину. Как это было? Тебе не показалось ничего странным?

Ник, наконец, заметил, что Томео взвинчен, а это означало только одно – что-то паршивое случилось. Дизвара мелочи из себя не выведут. Он задумался, припоминая. Вот он вышел из гостиницы, пасмурно, собирается дождь. Мимо прошла красивая блондинка, не по краю тротуара, а ближе к домам. Девушка громко ойкнула, остановилась, принялась копошиться в кармане. Свет фар прорезал серую мглу наступающего вечера, слегка ослепив… Машина въехала на тротуар в нескольких метрах от них. Ник едва успел метнуться и рвануть девушку на себя, колёса проскрежетали совсем рядом, а потом автомобиль снова вернулся на дорогу… Въехал на тротуар и вернулся на дорогу… Вот оно! Ведь ему с самого начала что-то не давало покоя! Но тогда все мысли заняла спасённая красавица. Он вспомнил перепуганные, блестящие глаза, полураскрытые губы, которые с первой секунды захотел поцеловать, тонкий запах духов, щекочущий ноздри…

― Машина, – пробормотал Ник, – мне кажется, она не случайно въехала на тротуар. Не было ни мокро, ни скользко, дорога пустая, тротуар выше проезжей части. Томео, это могло быть…

― Покушение, – закончил за него опекун. – И скорее всего, так и было. Мне пришло письмо от начальника жандармерии. На одежде Киры обнаружена чужая смертоносная магия, буквально перед тем, как очутиться в нашем мире, девушка столкнулась с магом. А помнишь, что она сказала? Кто-то пробежал мимо и толкнул её на лёд.

― Да, в их тихом районе нет толп, зачем толкаться, если можно просто обойти, пусть ты и торопишься? – Ник откинулся на спинку кресла. Только этого не хватало. – Но кому могла помешать безобидная девушка?

― Не знаю. Глядя на неё трудно предположить, что кто-то может желать ей смерти, – вздохнул Томео. – Такая милая девочка… Но аномалию я исключил ещё вчера, там, где она появилась, магический фон в норме, без малейших сомнений. Значит, Кира сама прорвалась сюда... Падение могло оказаться для неё роковым, а если телу мага в одном мире грозит смерть, магия может перебросить его туда, где опасности нет. Чаще всего, в другой мир. Девушка уже была влюблена в тебя, вот ты и оказался якорем в безопасном мире. Потому её и выбросило рядом с тобой.

Ник молчал, с каждой минутой всё больше осознавая серьёзность ситуации. По тому миру маги вот так запросто не бегают! Сила там слушается плохо, ведёт себя непредсказуемо, а Томео прав, никто из местных не мог иметь зуб на девушку. Во всяком случае, настолько, чтобы пытаться убить. Кире угрожало что-то непонятное.

― Но зачем убивать её? Может, в ней есть нечто такое, чего мы пока не замечаем? Может, эти сволочи надеялись, что спасая себя, девушка раскроет какую-то свою особенность или способность? Это всё какая-то бессмыслица! – Ник вскочил и заметался по комнате, теряясь в догадках и предположениях.

― Ясно одно, мальчик мой, – пророкотал опекун, – мы не можем быть уверены, что сейчас девушка в безопасности, как не можем и постоянно находиться с ней рядом. Значит, надо помочь Кире раскрыть свою каплю магии, научить её хотя бы ставить портал, обнаруживать угрозу и использовать простейшие защитные заклинания.

― Ты прав, – Ник сосредоточенно кивнул, – и я знаю, кто нам поможет. Кроме того, там Кира будет даже в большей безопасности, чем в этом доме. Мы с тобой слишком часто пропадаем на работе. И, Томео, не нужно говорить о наших подозрениях, незачем пугать, ей и так не сладко.

***

Ещё на подъезде к вилле беспокойство о пугающем взгляде и о тайнах Дизвара сменилось волнением другого характера. Ник. Дома ли он? Как вести себя при встрече? Нет, ясно, что лучше всего сделать вид, будто ничего не произошло. Мы взрослые люди, мужскую анатомию я ещё в школе изучала, так что… Ну, это я так логически рассуждала, однако тело жило своей жизнью, и с приближением к дому щёки мои становились всё румянее, а пальцы дрожали, будто я многокилограммовые гири потягала.

К счастью, всё оказалось не так страшно. В прихожей и холле никого не было, и я, обвешанная ворохом пакетов, кинулась к себе, на всякий случай пройдя на цыпочках мимо места своего ночного позора.

Разобрала покупки, сходила в душ, переоделась, а в дурной головёнке упорно кружились обиды. Ник даже не вышел, чтобы поздороваться, а ведь служанка сказала Дизвару, что хозяин дома. Похоже, пикантное недоразумение его нисколько не задело. Ему просто всё равно, ну, сверкнул своими мужественностями, делов-то куча!

Обедала я в одиночестве, спустилась в столовую только после того, как выяснила, что хозяин и его опекун уехали на работу. Интересный у них тут график, с обеда… Или только эти двое какие-то особо привилегированные?

День прошёл очень скучно, я попробовала прогуляться по саду, но воспоминания о взгляде были ещё свежи, и одной среди зарослей было неуютно, пришлось вернуться в дом.

Зато вечером собралась целая компания. Томео, прекрасная и недовольная всем на свете Нэза, Ник, невозмутимый и сдержанный, и какой-то незнакомец. Красивый, стройно-мускулистый, яркий и похожий на смазливого Жигало. Слишком много улыбок, слишком цветастые комплименты, слишком заинтересованные взгляды… В общем, одно сплошное «слишком», а во всём хороша мера.

― Кира, познакомься, это мой лучший друг Илиран Тейзи, – Ник представил красавчика и впервые посмотрел на меня.

Наши глаза встретились, и я, проклиная всё и вся, поняла, что снова краснею. Отлично, что не выболтает язык без костей, то выдаст предательское тело.

― Ник, к чему эта официальность? – Тейзи улыбнулся, сверкнув всем комплектом белоснежных зубов. Ну, я не дантист, но нормально вроде, здоровый оскал. – Для такой красавицы я просто Илир.

Тонкие, музыкальные пальцы поймали мою руку и поднесли к улыбающимся губам, которые тут же её облобызали. Я кисло улыбнулась в ответ. Ещё одно такое цунами обаяния и шарма, и я завоплю на весь дом и побегу полоскать рот. Слишком сладко, до приторного!

За ужином помесь мачо и Жигало уселась рядом со мной, по другую сторону сидел Томео, а Ник и Нэза оказались напротив нас. Беседа шла о каких-то новостях этого мира, о сливках общества Зиндара и об аномальной жаре. Я слушала в пол уха, ни аппетита, ни настроения болтать не было, потому что некоторые вообще не обращали на меня внимания, полностью предоставив заботам лучшего друга.

Нет, Илир был сама галантность и внимательность, но мне всё равно хотелось наплевать на приличия и сбежать в свою комнату.

― Кира, простите нас, – словно уловив мои мысли, расплылся в виноватой улыбке красавчик, – вам это всё не интересно, вы же пока тут слабо ориентируетесь.

― Слабо, это мягко сказано, – пробурчала я, тут же обругав себя за грубость. В конце концов, мужчина старается быть приятным соседом, и вся его вина лишь в том, что он не Ник.

Илир сделал вид, что не заметил резкости, наоборот, полностью переключил на меня своё внимание, выпав из общей беседы.

― А расскажите о своём мире, – попросил он и подлил мне соку, который я пила, делая вид, будто что-то ем, хотя тарелка оставалась почти не тронутой.

Н-да… Ну вот чего он пристал? Больше очаровывать некого? Или заметил моё равнодушие, и проснулся охотничий азарт? Надо было бумажку на лоб наклеить: “Не хочу разговаривать”.

Внутри всё клокотало, но я всё же умудрилась ответить спокойно:

― Очень сложно что-то рассказать. Мы едва знакомы, не могу представить, какие стороны нашей жизни вам могут быть интересны. Лучше попросите своего друга, он был у нас, всё видел.

― Знали бы вы, насколько Никрис ужасный рассказчик, да и вообще, молчун и зануда. И всегда таким был! – подмигнул мне Тейзи, а я чуть не брякнула, что это враньё, что в наш единственный вечер Ник был весьма разговорчив и остроумен, но вовремя прикусила язык. Илир ничего не заметил, продолжив мысль: – В школе, когда его вызывали с докладом к доске, он усыплял весь класс, включая учителя! Мы обожали такие уроки, хоть поспать можно было спокойно.

Красавец рассмеялся собственной шутке, но закашлялся, увидев мою скучающую физиономию. Бывают девочки-зажигалочки, а я, видимо, девка-огнетушитель. Любой огонь затопчу в зародыше. Никогда этого за собой не замечала, но раньше за мной так откровенно никто и не приударял. Тут же рядом ничто не взрывается, не ломается, вот этот Илиран и расслабился. А зря.

Тейзи уцепился за стакан с соком, делая вид, что очень захотел пить, на лице мужчины отчётливо читалось недоумение. Похоже, он не привык терпеть фиаско с девушками, а ко мне не знал, на какой козе подъехать. Я помогать ему не собиралась и уже хотела гаденько порадоваться, что от меня отцепились, но вмешался Томео.

― Что, Илиран, обаяние дало осечку? Или наша Кира тебе не по зубам? – хохотнул Дизвар. – Как же ты будешь её учить, если так теряешься?

Оказалось, мужчина только выглядел вовлечённым в беседу, а сам прислушивался к нашему разговору… Стоп!

― Учить? Не поняла…

― Кира, – Ник бросил на опекуна убийственный взгляд, а потом виновато посмотрел на меня, – прости. Я собирался поговорить с тобой чуть позже, хотел, чтобы сегодня ты просто познакомилась с Илиром.

― Зачем?

― Мы подумали, что раз ты здесь пока побудешь, то стоит немного обучиться магии. Пусть дар у тебя слабый, но и этими крохами можно управлять.

― Вообще-то, я собираюсь вернуться домой и не понимаю, почему решение этого вопроса затягивается. И судя по этому предложению, затягивается оно надолго… Так? – я испытующе посмотрела сначала на Ника, потом на Томео, и оба отвели глаза.

Отлично! Похоже, я тут застряла капитально, и теперь надо ещё и магии учиться. Ну, логично, не могу же я долго на их шее сидеть, а для работы, поди, надо хоть что-то уметь делать с этим даром, о котором я ни сном, ни духом…

― И почему именно Илиран должен меня учить? Почему это не может сделать… кто-то из вас? – я чуть не ляпнула «Ник», и Нэза посмотрела на меня так, будто подумывала воткнуть вилку мне в горло.

― Потому что у каждого мага свой род занятий, – терпеливо объяснил Кизарран, уж не знаю, понял ли он, на чьём имени я споткнулась, но держался невозмутимо. – Илир преподаёт магию и лучше понимает, как скорее и эффективнее обучить новичка. Он оценит твой магический потенциал, выявит наклонности и поможет научиться управлять силой.

Ник говорил так, словно и не было того вечера в моём родном мире. Ни капельки теплоты, только деловитость и сухие факты. Так вот ты какой, северный олень, а я-то, дура, себе принца нарисовала. Придумала родство душ и притяжение…

И тут он добил остатки моих идиотских надежд:

― Конечно, тебе придётся пожить в школе. Она находится за городом, и будет удобнее, если вы с Илиром сможете заниматься всякий раз, как у него найдётся свободное время, а не по определённым часам. Так ты быстрее всему научишься…

Не знаю, что такое было написано у меня на лице, но Ник запнулся и умолк, а за столом повисла тишина. Все уткнулись в свои тарелки, я же просто еле сдерживала рыдания и пыталась не слишком громко глотать вязкую слюну. В голове дятлом долбилась мысль, что Ник просто избавляется от меня, вышвыривает вон из своей распланированной жизни. Обучат, потом пристроят куда-то на работу, а потом, если повезёт, отправят домой… Вот и вся любовь.

Горло сдавил ком, но я не собиралась оспаривать решение Кизаррана. Обидно? Очень! Но пришлось признать, что никто мне тут ничем не обязан, спасибо, что на улицу не выгоняют, да пытаются помочь. А остальное – моя личная блажь… Однако, несмотря на все доводы, взять себя в руки не получалось.

― Кира, – обаяшка Илиран рискнул сгладить неловкий момент, – не расстраивайтесь, может, вам и понравится. Эта школа лучшая в Азнаде, там учатся дети из самых уважаемых магических семей, и само место очень красивое. Мы и на прогулки будем ходить, и местные достопримечательности посмотрим… Обещаю, что не стану вас мучить! Никаких ранних подъёмов, оценок и контрольных, – попытался пошутить Тейзи.

Я кивнула, не поднимая глаз от тарелки, и, схватив спасительный стакан с соком, спряталась от внимательных, осторожных взглядов.

― Вообще-то, дорогие мои, мы слишком торопимся. Одного ужина маловато для знакомства, конечно Кира расстроена! – Дизвар тактично сгладил мою постыдную несдержанность, за что я была безумно благодарна. – Девушка попала в незнакомый мир, а тут отправляют неизвестно куда с каким-то чужим человеком… Любой был бы не рад. Думаю, ученице стоит поближе узнать учителя, им надо пообщаться чуть дольше. И у меня есть идея! Почему бы вам всем не поехать на пару дней в морской пансион? Ник, ты помнишь «Изумрудный грот»? Твои родители обожали это место, а наша гостья мечтает поплавать в морской воде, она же прямо из зимы в наше вечное лето попала, – Томео подмигнул мне, довольный собой, а я чуть не взвыла от отчаяния.

Только этой поездки не хватало! Ник, поди, уже минуты считает до моего исчезновения из его дома и жизни, а тут… Идея!.. Стало так стыдно, будто навязываюсь и на шею мужику вешаюсь, и в этот момент мне не плавать хотелось, а утопиться, причём уже всё равно в какой воде.

― Прекрасная идея, – подхватил Тейзи, – согласен! Нам всем не помешает короткий отдых в романтичном, красивом месте.

― Да, конечно, – более сдержанно отозвался Кизарран, а Нэза, кажется, не могла решить, она больше рада, что поедет в роскошный пансион, или огорчена, что придётся снова терпеть моё общество.

Пытаясь спасти остатки гордости, я запротестовала, однако мои слова потонули в потоке обсуждений будущей поездки…

На десерт яд в меню не значился, а пирожных не хотелось, и я решила завершить этот кошмарный ужин. Извинилась, сославшись на усталость, и вышла. Пусть себе обсуждают, мне без разницы.

Предаваясь самым мрачным мыслям, я почти дошла до своей двери, где меня неожиданно нагнал Ник.

― Кира, подожди, давай поговорим, – голос, который я столько раз слышала в романтических снах, теперь отозвался болью в скукожившемся сердце. – Вижу, ты не рада идее со школой, но так будет лучше и…

― Для кого лучше? – не выдержала я, и треклятая слезинка скатилась по щеке, предвещая прорыв плотины. – Под благородным предлогом хочешь избавиться от катастрофы, свалившейся на твою голову? Знаешь, я всего этого не планировала! Думаешь, мне приятно чувствовать себя обузой, видеть, как неловко тебе перед невестой? Если бы знала, как вернуться в свой мир, давно бы это сделала. Хочешь, чтобы было лучше? Просто помоги попасть домой, больше мне от тебя ничего не надо.

― Это зависит не от меня, – глухо ответил Ник, шагнул вплотную ко мне и навис, заставив вжаться в стену. Карие глаза лихорадочно блестели, взгляд обжигал, не давая отвернуться, грудь тяжело вздымалась, почти касаясь моей. – И я не хочу, чтобы ты возвращалась домой, – прошептал он, обжигая дыханием мою кожу.

― А чего ты хочешь? – я растеряла остатки самообладания, мысли перепутались, от подступивших слёз голос звучал жалко.

Что тут можно понять? То он сухарь заплесневелый, то вдруг в глазах огонь, а от самого просто прёт желанием. Я хоть и девственница, но не дура же… От напряжения меня трясло так, словно оголённый провод схватила, казалось, сердце вот-вот вырвется из груди, а Ник молчал, пожирая меня голодным взглядом. Не в силах больше терпеть это издевательство, я попыталась отлепиться от стены, но ватные ноги не слушались, а Кизарран стиснул мои плечи и выдохнул:

― Кира…

Горячие, жаждущие губы завладели моим ртом, заставляя трепетать и задыхаться, Ник закинул мои руки себе на шею, не прося, а требуя ответить на его страсть. И я отвечала, ошарашенная внезапностью этого чувственного порыва, плохо соображая, что делаю, пока в голове не вспыхнули слова: “Это моя невеста…”

Возвращение в реальность было резким и болезненным. Я оттолкнула Ника и вырвалась из рук, в которых готова была провести всю жизнь.

― Ты бы определился с желаниями! – процедила сквозь зубы, чувствуя, как обида и ярость смешиваются в гремучий коктейль. – Она, значит, невеста, а я кто? Развлечение? Шёл бы ты, Ник!

Я кинулась к себе, захлопнула дверь и даже на замок закрыла. Грудь разрывало от отчаяния. Разочаровываться в ком-то очень больно, а я была разочарована! Благородный, сильный и честный человек, который встретился мне там, дома, в этом мире просто не существовал, только оболочка осталась.

***

НИКРИС

Весь день Ник был сам не свой, в голове неотступно крутились мысли о Кире, и к вечеру он решил не выяснять, как она оказалась в его комнате, хотя любопытство донимало. Ещё и как! Но если ей было что-то нужно, то скажет сама, не упоминая ночное свидание. Обоим так будет проще. У них сейчас проблемы посерьёзнее неловкого недоразумения.

Слова Томео не давали покоя. Надо было думать о безопасности Киры, и Ник отправил телеграмму своему другу и, по совместительству, одному из лучших учителей Зиндара. Казалось, всё сделал правильно… Но казалось так только до ужина, когда он увидел, как Илир, этот дамский угодник, обхаживает его Киру.

Его Киру… Сердце заныло при этих словах, не намекая, а требуя сделать их правдой. Но есть Нэза, есть обязательства, и он не свободен. По крайней мере, пока. А вот Илир холост, не обременён отношениями, и, похоже, ему понравилась девушка. Ну, ещё бы! Высокая, стройная, необычная… Разве такую можно пропустить?! Ревность вскипела, грозя в любой момент прорваться яростью…

К облегчению для Ника, сама Кира на удивление равнодушно отреагировала на Илирана, хотя обычно девушки буквально таяли под напором его обаяния, и жгучая внешность друга тоже весьма способствовала этому… Однако настороженные серо-голубые глаза не засверкали от внимания красавца, а после известия о переезде в школу и вовсе погасли. Гостья сникла, будто огонёк потух, и Ник костерил себя за это последними словами. Он чувствовал, что Кира обижена, и, как показало время, был прав. Девушка решила, что он хочет избавиться от неё.

Избавиться… Ник бы её и на шаг не отпустил, если бы мог, тем более с Илираном! Но в школе была самая надёжная магическая защита, это раз. И второе, обучить Киру магии следовало как можно скорее, значит, без профи не обойтись.

Кроме того, пока девушка будет в школе, Ник планировал найти хоть какие-то ответы, понять, есть ли действительно угроза, и как защитить свою иномирную гостью… Поэтому пришлось стиснуть зубы, Илир был необходим в этом деле. А вот рассказать новость Ник хотел не при всех, а в спокойной обстановке, объяснив всё так, чтобы не напугать девушку. Тогда не было бы вот этого «избавиться»… Но всё пошло кувырком.

В итоге, пока все обсуждали поездку в пансион, Кира ушла, бледная, расстроенная и с глазами на мокром месте, а он бросился следом, собираясь просто поговорить.

Но как только догнал девушку, стало ясно, что просто поговорить не выйдет. Да вообще, не получится разговора… Её распахнутые, полные обиды глаза, губы, которые с первой встречи сводили его с ума, напряжённое, но такое женственное тело… Кира обвинила его в равнодушии, а он зацеловал её до умопомрачения, не сдержав полыхавшие чувства и желание, и она тоже не сдержалась в ответ… Но потом оттолкнула его и не дала ничего объяснить по-человечески.

Девушка оскорбилась, решив, что ей предлагается место любовницы… И собственно, что ещё она могла подумать, зная про Нэзу?.. Говорить надо было, а не с поцелуями накидываться, дурак!

Ник устало прислонился к стене и прикрыл глаза. Ну что ж так всё получается? Одно недоразумение за другим… Радовало лишь одно, в пансионе у него будет два дня, чтобы поговорить. Он должен признаться в своих чувствах, рассказать о том, как жил без неё всё это время, почему не мог вернуться…

А ещё пора было разобраться в отношениях с Нэзой. Их брак будет ошибкой и принесёт обоим лишь мучения, ничего там уже не стерпится, на чувстве долга и жалости отношений не построить. Поцеловав Киру, Ник окончательно это понял.

Несмотря на мрачные мысли, мужчина улыбнулся. Он поцеловал свою Киру… Ладони запомнили нежность её плеч, шею покалывало там, где касались руки девушки, нежный запах духов осел вуалью на его одежде, щекотал ноздри, бередил рану и заставлял вспоминать, вспоминать, вспоминать…

Глава 6

Следующие два дня я старательно избегала Ника. Он несколько раз пытался со мной поговорить, но я упорно держала дверь закрытой, находя какие-то увёртки. Завтракала рано, пока хозяин дома ещё спал, обедала, когда он уходил на работу, а от ужина отказывалась и просила принести фрукты в комнату. И всё под благовидным предлогом: жара меня, бедную, за день вымотала. Не думаю, что Ник верил, но мне было всё равно. Скоро я отсюда уеду, осталось «чудесную поездку» пережить, а потом сделаю что угодно, лишь бы не вернуться в этот дом.

Я решила порасспросить Илира, почему с моим возвращением возникли сложности. Ну, странно же. Сами они в наш мир шастают на каникулы, а меня вернуть домой не могут?

Эньяри притащила мне чемодан для путешествия и большую соломенную шляпу с гигантской кремовой розой. Несмотря на жару, женщина сама была свежа, как бутон, нежное платье персикового оттенка подчёркивало гладкость кожи, а умные глаза горели задором. Такая красавица, и главное, никакой спеси, сплошной позитив и энергия!

― Я очень вам завидую, – мечтательно улыбнулась помощница, – «Изумрудный грот» великолепен, такое романтичное место. Сама не бывала, но слышала восторженные отзывы и видела картины. Там отдыхают только богачи, и условия соответствующие, почти королевские. Расскажете мне потом, хорошо? Только в красках!

Мы поболтали немного и тепло попрощались, а я снова подумала, что надо бы Томео дать направляющего пинка. Он одинок, а тут красивая, по уши влюблённая в него дама. И пара бы вышла просто загляденье! Да что у него, глаз нет?

Ой! Сваха восьмидесятого уровня… Я горько усмехнулась, глянув в зеркало на свою грустную физиономию. Собственное счастье не могу устроить, а куда там, рвусь другим помогать…

На следующий день, рано утром мы четверо на роскошной вишнёво-красной машине Ника отбыли в место отдохновения богатых мира сего. Никогда не понимала, от чего можно устать, ничего не делая, но, видимо, утомляются богатеи капитально, раз в обоих мирах отдыхают с шиком и зашкаливающим комфортом.

Нэза уселась впереди с женихом и косила недобрым глазом в зеркало заднего вида, а меня приклеило к заднему сиденью липким сиропом обаяния Тейзи. Парочка впереди молчала, зато Илир заливался соловьём. В другой ситуации один из нас троих обязательно попросил бы его заткнуться, но тут всем было на руку, что хоть кто-то чувствует себя беззаботно и радостно, и это немного разряжает накалённую обстановку. Позитив, это так прекрасно, мы же едем на отдых в лучшее место в Зиндаре и окрестностях. Ура…

Спустя примерно полчаса, мне удалось приклеить к губам дежурную улыбку так, чтобы не сползала, и заставить голову кивать в строго заданном ритме, поддакивая Тейзи. Что он там вещал, я не слышала, воспринимая всё, как шумовой эффект, но выглядела очень вовлечённой. Улыбаюсь, временами киваю в знак согласия, не спорю, не перебиваю. Что ещё надо? Идеальная слушательница!

Правда, вскоре я отрешилась от всего и просто наслаждалась чудесными пейзажами за окном машины. Улыбка стала настоящей, а голос Илира и вовсе растворился в моих собственных мыслях.

Время от времени я ловила на себе взгляд Ника, но стоило глянуть в зеркало, как он отводил глаза. Мужчина казался спокойным, сосредоточенно вёл машину, однако его напряжение ощущалось весьма отчётливо. Оно разбегалось от него, как волны от берега, и я, словно лодка, качалась на этих волнах, мечтая найти свой причал, оказаться на тёплом, ласковом песке. И, несмотря на краткое знакомство и на все проблемы между нами, Ник был моим причалом, моим домом. Ум и гордость противились, а сердце не хотело их слушать. Оно всё для себя решило. Оставалось только два вопроса: что делать мне меж этих двух огней? И что сделает Ник, если дать ему шанс?

Но в одном я была уверена, подталкивать его, что-то требовать не стану. Нэза мне не нравилась, но я не хотела строить своё счастье даже на её горе. Пусть эти двое разбираются сами.

***

Через пару часов пути мы сделали остановку в небольшой рыбацкой деревушке. Пейзажи вокруг были немного другими. Скалы казались выше, краски бледнее, высокие хвойные деревья сменились густыми, пушистыми кустарниками, покрытыми белыми, ароматными цветами и лиловыми шипами, размером с зубец вилки.

Одно было неизменно – палящее солнце. Как я ни мечтала о тепле среди своей зимы, но тут был просто перебор.

Мы расположились на крытой веранде, заказали обед, и пока ждали заказ, Илир и Нэза пошли в местный магазинчик прикупить лёгкого чтива на вечера и пару открыток, чтобы послать друзьям из путешествия.

Как только парочка ушла, над столом и вокруг стало в разы жарче. Я смотрела по сторонам, Ник угрюмо разглядывал узор на скатерти, а дышать становилось всё труднее, напряжение нарастало. Когда от молчания зазвенело в ушах, и нервы натянулись так, что по телу побежала дрожь, Ник взял меня за руку. Просто заглянул в глаза и не отпустил, хотя я и попыталась вырваться.

― Дай мне время, Кира, – тихо, но твёрдо попросил он. – Всё, что ты подумала тогда в коридоре, неправда. Я ведь тоже ничего не планировал в твоём мире. Мы просто случайно столкнулись… И я не смог тебя забыть.

― Не смог?.. – всхлипнула я, чувствуя, как нарастает обида.

Не смог он, а почему же не вернулся? Почему до сих пор помолвлен с Нэзой? Или как это тут у них называется… Но я не успела спросить, наши гулёны появилась на горизонте.

― Мне нужно многое тебе объяснить, – торопливо проговорил Ник, – вероятно, надо было объяснить ещё в письме, но я знал, что ты не поверишь, решишь, что просто смеюсь над тобой. Давай поговорим вечером. Прошу тебя, позволь мне объясниться.

Илиран и Нэза были уже у лестницы на веранду, я вырвала руку из пальцев мужчины и коротко кивнула, закусив губу, чтобы не расплакаться. Боль, обида и радость, всё перемешалось, превратив мои мозги в жидкий кисель. И в этом киселе, точно палочка корицы, плавала единственная мысль: Ник не смог меня забыть!

Шикарный пансион, это хорошо, бассейны с морской водой – просто отлично! А вечер – моё любимое время суток!

И только я решила, что почти счастлива, как по спине прошёлся тот самый взгляд. Я резко обернулась, но увидела лишь густые заросли кустов за лентой дороги. Зато теперь ошибки быть не могло. Кто-то за мной следил, буквально шёл по пятам.

***

КАБИНЕТ ДИЗВАРА. ВЕДОМСТВО МАГИИ

― Спасибо, что согласился встретиться, Зароллан, – Томео пожал руку гостя, как только тот вышел из портала. – Не каждому повезёт водить знакомство с королевским советником. Это честь.

Он пригласил чиновника присесть в массивное кожаное кресло, а сам опустился в соседнее.

― Брось Том, я тебя сто лет знаю, хочешь сказать, что зауважал чины и должности? А сам, поди, вспоминаешь, как мы друг друга изводили в младших классах, подстраивая каверзы, – хохотнул невысокий, полноватый мужчина с залысинами и густыми, напомаженными усами, цвета воронова крыла. Чёрные, блестящие глаза внимательно осмотрели фигуру давнего знакомца. – Ты слегка поправился. Спокойная жизнь, да?

― Да, спокойная жизнь, уютный кабинет, никаких потрясений и опасностей. Скука смертная, одним словом, только и остаётся, что обильно и сытно заедать тоску, – усмехнулся Дизвар. – Про тебя не спрашиваю, вижу, что всё в порядке, про семью твою тоже слыхал. Сын пошёл по отцовским стопам? Политика и придворная карьера?

― Так и есть, – довольно улыбнулся гордый отец.

Мужчины посмотрели друг другу в глаза, и обоим стало грустно. Куда делись два бесшабашных мальчишки-школяра, всё детство пытавшиеся перещеголять друг друга в ловкости, изобретательности и бесстрашии? Много воды утекло, вроде и приязнь между ними сохранилась, а поговорить вот и не о чем. Далеко развела судьба их жизненные дороги. Один выбрал карьеру при дворе, второй – путешествия и приключения, и вот только теперь засел в ведомственном кабинете.

― Ладно, что положено, сказали, давай к делу, – посерьёзнел советник. – Не просто так ты обо мне вспомнил, и догадываюсь, о чём разговор будет.

― Что же, можно и к делу, – Томео вздохнул и облокотился на колени, наклонившись к гостю. – Почему за иномирной девушкой следят? Я утром заметил возле дома, как кто-то нырнул в портал, и такой серый, неприметный костюм мог нацепить только шпион королевской тайной службы. В чём дело?.. И от жандармов уже несколько дней нет ответа на запрос о возвращении Киры в родной мир, сообщили только, что на одежде девушки найдены следы чужой магии... А теперь вот, слежка.

― Да, не так всё просто с этой девушкой, Том. И ты прав, за ней следили этим утром, и продолжат наблюдать в «Изумрудном гроте». Твою молодёжь там уже ждут наши люди, – вздохнул Зароллан. – Вопросов не задавай, на то и тайная служба, чтобы секреты хранить, а тут такой секрет, что за одно знание его можно голову потерять. Тебе оно не надо.

― Киру не вернут домой, так? В девушке что-то есть? – Дизвар внутренне насторожился, но вольготно откинулся на спинку кресла. – Это даже неплохо, я бы хотел Никриса с ней свести.

― Том… – пробормотал советник и отвёл глаза, заставив Дизвара напрячься. Томео знал этого человека с детства, и вот такое выражение лица означало только одно – дело дрянь.

― Выкладывай, Зар. Речь о моём сыне.

Советник помолчал немного и в упор посмотрел на приятеля:

― На девушку подписан королевский указ… На устранение. Дело это касается даже не государственной безопасности, а безопасности нашего мира. Больше ничего сказать не могу, и по своим каналам ответы не ищи, если проблем не хочешь. Ни ты, ни твой парень её не спасёте. Король приказал убрать девицу, пока в ней магия не проснулась.

Дизвар и дышать забыл, по спине пробежал озноб, руки мелко задрожали, но мужчина благоразумно промолчал о том, что они как раз и собирались эту самую магию растормошить. В голове пытались уложиться по полочкам новые сведения, но мысли упорно сбивались в кучу. Киру приговорили к смерти… Без обвинений, без суда и следствия. Подстроят несчастный случай, и всё!.. Он вспомнил нежную улыбку и смешливые глаза, и в горле встал колючий ком.

― Зар, как её спасти? – прохрипел Дизвар, с мольбой глядя на друга детства. – Должен быть выход! Поговори с правителем, ты же его советник! Ты хоть видел девушку? Какая она угроза? В ней магии той крохи!

― Нет, Томео, – чиновник встал, давая понять, что разговор окончен, и там, где начинается работа, дружба заканчивается. – Ни меня, ни кого-то ещё король слушать не станет. Опасность слишком велика. Если в девочке проснётся магия, а судя по отчётам жандармов, к этому всё идёт, нам конец. Всему миру нашему крышка. Его Величество не станет так рисковать ради одной жизни, пусть и доброй, и невинной.

― Но почему нельзя просто отправить её домой? Не сумеет она снова к нам попасть! – Дизвар тоже вскочил с места и не заметил, что орёт.

― Сумеет, Томео. Она сумеет, – уверенно ответил гость, тоже слегка повысив голос. – Раз что-то её сюда уже притянуло, то и второй раз обязательно будет.

Королевский советник открыл портал, комнату заполнил слепящий свет, а у Дизвара и душа, и тело заледенели. Кира…

А что будет с Ником? Парень же по уши влюблён в неё! Неужели Никрис повторит его судьбу?

― Впрочем… – неожиданно оглянулся Зароллан, уже подошедший к порталу, – я дам тебе совет. Ты знаешь, что есть только один верный способ обезвредить любого мага? Правда, Никрису придётся смириться, но зато девушка будет жить. Выдай её замуж, Том. За обычного человека. Либо она лишится жизни, либо магии, другого варианта нет. У тебя неделя, больше, извини, не смогу тянуть с выполнением приказа.

Портал погас, а Дизвар рухнул в кресло и закрыл лицо руками. Плечи мужчины вздрогнули, и тишину комнаты разорвал короткий, сдавленный всхлип.

Глава 7

«Изумрудный грот» оказался не слишком большим, но очень комфортабельным и красивым местом. Идеальная чистота, дорожки, мощенные плоским, рваным камнем, аккуратные одноэтажные домики с черепичными крышами, одно большое административное здание с рестораном, салоном красоты и спортивным залом, и на скалистом обрыве, высоко над морем, несколько бассейнов под открытым небом. И кругом облака цветов, цветущих кустов и оливковых деревьев, а окрестности, сколько хватает глаз, покрыты виноградниками.

Мы оставили машину на парковке, получили ключи от комнат и, в сопровождении улыбчивого служащего, отправились заселяться. Жилые корпуса были устроены по типу мотелей, где в каждый номер ведёт дверь прямо с улицы. Бледно-жёлтую штукатурку стен вокруг дверных и оконных проёмов покрывала роспись в виде виноградных лоз с тяжёлыми кистями ягод. По обе стороны от каждой двери красовались роскошные кусты роз, а в воздухе плавал их густой, насыщенный солнцем аромат.

Внутри номер тоже был простым, чистым и уютным. Огромная кровать, хрустальная люстра с вентилятором, резной шкаф, а ванна просто королевских размеров, и кругом латунь, полированный натуральный камень и множество ракушек.

Как мне объяснили, чтобы вызвать обслуживающий персонал, достаточно подёргать за шнурок с колокольчиком, а завтрак, обед и ужин в ресторане случаются тогда, когда постоялец этого пожелает, никакого тебе усреднённого общего режима. В номере нашлись тапочки для бассейна, большой пушистый халат, стопка полотенец и масса баночек, флакончиков и коробочек с разной косметикой. На тумбочке у входной двери лежала красочная брошюрка о том, чем можно себя побаловать или развлечь в пансионе.

Мы четверо договорились устроиться, освежиться, а потом пойти к бассейнам. Сначала морская вода, потом всё остальное. Однако я не могла дождаться разговора с Ником, с волнением предвкушала вечер и с удовольствием променяла бы купание на эту встречу наедине.

***

Народу было немного, бассейны сверкали на солнце, а голубой цвет мозаики, которая покрывала их стенки и дно, придавал воде яркий оттенок. Мы расположились на деревянных шезлонгах, стали раздеваться, и мою кожу сразу закололо. Взгляды… Но на этот раз не пугающие, а горячие. Ник и Тейзи. Мужчины делали вид, что заняты разговором, но то и дело стреляли в меня глазами. Один жадно и с ревностью, второй – весьма заинтересованно, я скрыла улыбку, стараясь выглядеть не слишком довольной.

Купальники здесь были в меру открытые, у населения Зиндара не замечалось тяги к оголению, сплошная благопристойность и скромность. Я выбрала короткие шортики и лиф на завязках с чашечками-треугольниками. Глубокий персиковый цвет хорошо смотрелся на моей светлой коже с тёплым подтоном, и я знала, что за фигуру краснеть не придётся. В общем, сняв халат, я ощутила себя во всеоружии. Даже красотка Нэза с завистью покосилась на мои стройные ножки, а мужчины как-то нервно стали подшучивать друг над другом и быстренько сбежали в бассейн, хотя поглядывать на нас не перестали.

― Не привыкай к такому вниманию. К вечеру здесь соберутся все постояльцы, среди них, наверняка, найдутся красотки, и твои прелести уже не будут казаться такими привлекательными. Новизна проходит быстро, как и любопытство, – протянула Нэза язвительно-равнодушно, но в голосе слышалась обида.

Я даже отвечать на это не стала. Единственный человек, чьё внимание меня интересовало, глаз не сводил с моей фигуры, а до Илира и остальных мне дела не было, пусть смотрят, куда хотят.

Девица не пошла купаться, а растянулась на шезлонге, нацепила шляпу и принялась читать какой-то журнал, судя по всему о моде и роскоши. Зато я отвела душу! Здесь не было вышек или тумб для ныряния, но имелся простор для плавания, а я это обожала, в воде чувствовала себя, как рыба, и могла плескаться часами.

Через какое-то время ко мне подплыли мужчины. Я старалась не смотреть, как на широченные плечи Ника с мокрых волос сбегали струйки воды, но в памяти были свежи и более детальные картины его внешности, и сколько бы я ни отводила взгляд, а щёки всё равно горели. Даже прохладная вода не помогала.

― Предлагаю сходить на экскурсию к самому гроту, – Ник скользнул взглядом по моей шее и груди, но дисциплинированно вернулся к лицу, только сглотнул нервно.

― К гроту? – не поняла я. – К настоящему гроту?

― Да. Пансион не просто так получил своё название. Внизу, под нами, в толще скалы есть пещера, и туда можно спуститься. Правда, надо обуться поудобнее. Пойдём?

― Конечно! Такого я ещё не видела! – мои губы расплылись в радостной улыбке, и взгляд Ника сразу примагнитился к ним.

Нэза, как обычно, была всем недовольна и наотрез отказалась идти, подпортив нам настроение.

― Во-первых, я там уже бывала, во-вторых, не вижу ничего интересного в том, чтобы карабкаться вверх и вниз по длиннющей лестнице в такую жару, а в-третьих, я приехала отдыхать у бассейна. Не пойду.

― А тебе не будет скучно одной? – спросил Илиран, и девушка тут же состроила жалобную гримаску.

― Ну, а что делать, если я идти не хочу, а вы оба туда собираетесь? Видно, я все выходные проведу в одиночестве…

Ник тяжело вздохнул, но Илир спас положение, и в этот момент я его почти обожала!

― Ладно, я бывал в гроте, когда родители Ника нас сюда привозили, и тоже не особо люблю лестницы и солнцепёк. Так что, если жених не против, составлю тебе компанию и поваляюсь в шезлонге.

Жених был не только не против, но даже тихонько выдохнул с явным облегчением. Мы быстренько заскочили в номера, переоделись и пошли к страшной лестнице под палящим солнцем. Сердце моё колотилось, как безумное, с того момента, как Ник разрешил Илиру развлекать Нэзу. Стало ясно, что мы идём вдвоём. Одни. Вот и не пришлось ждать вечера!

***

До обрывистого берега шли в молчании. Я с повышенным интересом рассматривала территорию пансиона, нюхала особо понравившиеся розы, то есть каждую вторую, и старалась выглядеть беззаботно. Хотя подозреваю, что смотрелась при этом, как восторженная дурочка. К счастью, на меня никто и не смотрел. Ник был погружён в свои мысли и брёл, засунув руки в карманы, а я даже представить не могла, о чём он думает. В какой-то мере мне было жаль его. Выбор, где замешаны мораль и чувство долга, всегда самый трудный, и перед моим любимым стояла большая проблема.

Постепенно я перестала изображать полоумную бабочку, немного успокоилась и просто шла по дорожке, гадая, почему Ник так упорно молчит. Вроде же поговорить хотел… Вдруг он остановился, сорвал красную розу с куста, что-то пробормотал, и она вспыхнула огнём, а я вскрикнула от неожиданности. Зачем он так с несчастным цветочком? Розочка-то ему что сделала?

Глаза наполнились слезами от этой вопиющей жестокости, но огонь погас, а роза выглядела совершенно свежей… Я непонимающе уставилась на Ника, и он грустно улыбнулся, протянув мне ароматный цветок.

― Теперь эта роза останется свежей много месяцев и будет напоминать тебе об этом месте… А выглядело всё так, будто я хочу её уничтожить, да?

Я не ответила, только вспыхнула от неловкости, потому что именно так и подумала. Про розы, закалённые в огне, как-то слышать не доводилось. Никрис понимающе кивнул, поймал мою руку и медленно повёл меня дальше.

― В мире магии всё не то, чем кажется, вот и с чувствами так же. Ты видишь оболочку, поведение, но не знаешь, что скрыто внутри.

― Так расскажи, – попросила я, чувствуя, что момент откровений настал. – Потому что твоё поведение… не внушает доверия. А мне очень неприятно думать о тебе плохо.

― Кира… – Ник остановился, притянул меня к себе и мягко поцеловал в висок, подрагивающие пальцы невесомо погладили мою щёку, – прости меня… Я понимаю, что причинил боль, когда исчез. И записка была ужасная, а хотелось написать совсем другое, чтобы ты всё поняла и вспоминала меня по-хорошему… Но я не мог рассказать правду и должен был поставить чёткую точку в нашем знакомстве… Это было не так жестоко, как оставить тебе хоть какую-то надежду.

― А я подумала, что ты сбежал именно от меня. Заметил, странности, и удрал подальше от ненормальной, – я хлюпнула носом, вспомнив свои переживания.

― Знал бы, что тебе такое в голову придёт, честное слово, написал бы правду! Пусть бы ты решила, что я псих, и радовалась, что легко отделалась, – на полном серьёзе ответил Ник и крепче прижал меня к себе. – В общем, меня действительно срочно вызвали на работу. Если что, могли и силой вернуть, так что спорить смысла не имело… Но знаешь, больше всего я ругал себя не за то, как ушёл, а за то, что допустил наше сближение. Нельзя было заводить знакомство, зная, что уйду и не смогу вернуться, но я подумал, это всего лишь кофе в компании красивой девушки. Что такого?.. А когда несколько часов разговоров пролетели, как пара минут, понял, что мне и этого мало! Даже не представлял такой тяги к другому человеку, казалось бы, только встретились, а нет сил, отпустить… Я потерял себя в тот вечер, а самое ужасное, и тебе позволил увлечься… Это была непростительная ошибка, но всё равно прошу, прости меня…

Ник заглянул мне в глаза, а я несколько секунд не могла и слова выдавить, вспоминая всё, через что прошла после его исчезновения. Лучшее свидание в жизни на много месяцев забросило меня в ад… И вот что за гадский мазохизм? Если бы мне предложили изменить прошлое так, чтобы той встречи не было, я ни за что не согласилась бы!

― Нечего прощать. Я ни о чём не жалею, – ответила совершенно искренне и улыбнулась сквозь слёзы, чувствуя, как рана внутри затягивается.

Глаза Кизаррана подозрительно заблестели, и он спрятал лицо, уткнувшись мне в висок, и шумно дышал несколько минут, а потом снова заговорил:

― Первый месяц после возвращения был самым трудным. Всё вокруг казалось блёклым, а вот воспоминания яркости не теряли, и я, как одержимый, жил ими, замкнулся в себе... Но чем дальше, тем отчётливее понимал, что это тупик. Сколько ни вспоминай, а ничего не изменить... Я не смог забыть тебя, но смирился и стал думать, как жить дальше. Даже порывался рассказать всё Нэзе и расстаться, не хотел изображать чувства, которых нет… На самом деле, их нет уже давно, только понял я это лишь встретив тебя. А раньше думал, что всё дело в привычке. Много лет вместе, вот страсть и угасла…

― Но ты не рассказал, – помимо воли, прозвучали мои слова обиженно. Наличие Нэзы в его жизни бесило и раздражало, и я не могла с этим ничего поделать.

― Нет… Ты осталась в другом мире, а Нэза… Нас связывали многолетние отношения, да и семья её обанкротилась, денег на приданое не было… А это же друзья моих родителей… В общем, она хотела стать моей женой, мой покойный отец хотел, чтобы мы поженились, и я решил что нет смысла рушить то, что уже сложилось. В конце концов, многие люди вступают в брак без любви, и ничего, как-то живут. И я сделал предложение… А через пару недель появилась ты. Если бы я только знал… Всё было бы гораздо проще сейчас.

― Это всё, конечно, очень интересно, но почему ты не вернулся? По твоим словам выходит, что даже не пытался! – я вспомнила, как ждала его, как с надеждой подходила к подъезду, и сглотнула слёзы. Казалось, тогда всё выплакала, а нет.

― Пытался! Знал, что бессмысленно, но пытался! – Ник посмотрел на меня так, словно хотел внушить эту мысль. – Я подавал прошение, и его отклонили. Кира, пойми, в нашем мире существует строгий закон, маг может путешествовать в любые миры, но в каждый лишь раз в жизни. Меня пустили бы куда угодно, но не к тебе, а сам я не мог пройти грань между мирами. Мой дар артефактора тут бессилен.

― И зачем же господина артефактора так срочно вызвали на работу? – то ли дух противоречия во мне проснулся, то ли подозрительность обострилась, а может, говорила обида, но я ощетинилась, как ёж колючками. Рассказ про его отношения с невестой вызвал очень противоречивые чувства, вроде мотивы понятны, а бесит.

― А ещё говорят, что девушки такие чувствительные… После моих откровений, это всё, что тебя интересует? – усмехнулся Ник, и мы пошли дальше. – Ладно, тогда придётся хвастаться. Я один из лучших специалистов по древним артефактам. Выявляю их свойства, определяю степень потенциальной опасности... В общем, тогда нашли весьма необычную вещь, и потребовалось моё мнение.

Я заметила, что и в голосе, и в фигуре мужчины появилась какая-то лёгкость, расслабленность… Так бывает, когда человек скидывает тяжкий груз с души. Прислушавшись к себе, поняла, что и мне полегчало. Даже чувство юмора вернулось, и я решила поддеть хвастуна:

― Фи! Всего лишь один из лучших. А кто же лучший?

― Мой отец, – просто ответил Кизарран, и на меня повеяло печалью. С каких пор я стала так остро чувствовать людей? А может и раньше была такой? Ведь почему-то картины мои «сбывались»…

― Как я сюда попала, Ник? Твой дар не помог перенестись в мой мир, как же у меня так получилось? – вопрос сорвался сам собой, потому что картинка в моей голове никак не хотела складываться.

Я уже спрашивала Томео, но он ничего вразумительного не ответил, а любопытство не давало покоя. Может, я, и правда, сама нарисовала это будущее? Но тогда сама могу и домой вернуться. Там мама и Котян, они же с ума сходят от переживаний!.. Всё так, вот только хочу ли я возвращаться, и как тогда быть с Ником? Когда думала, что он просто заезжий засранец, мечтавший поразвлечься в нашем мире, было проще, а теперь всё запуталось. Теперь и передо мной маячил сложный выбор.

Ответ Ника отвлёк меня от раздумий:

― Если честно, я пока точно не знаю. Единственное разумное объяснение, что ты упала и могла погибнуть, поэтому магия выбросила тебя в другой мир, где угрозы нет. А поскольку в других мирах ты знала только меня и слышала описания именно этого мира, вот тебя сюда и перенесло. Поближе к единственному знакомому, так сказать.

― Да, Томео тоже говорил что-то про якорь, но я толком ничего не поняла. Значит, меня притянуло к тебе…

― Это меня к тебе притянуло! Приклеило так, что дышать тяжко, когда ты далеко, – прошептал Ник мне в ушко, нежно мазнул губами по щеке и стал медленно спускаться по узкой лестнице, ведущей, казалось, прямо в море.

***

Спуск тянулся бесконечно, и если бы не поддержка Ника, я бы или скатилась кубарем по ступеням и свернула себе шею, или послала подальше такие экскурсии и вернулась на обрыв. Но мой принц был рядом, и это усиливало и без того неслабые впечатления. Отвесная скала, шум волн, крики чаек, синева неба и воды, и мы двое одолеваем нескончаемую ленту ступенек, держась за руки. От ладони Ника по моему телу разливается жар, а стук сердца заглушает окружающие звуки...

Лестница шла тремя длинными пролётами и привела нас к огромной дыре, уходившей на несколько метров вглубь скалы. Прохлада, йодистый запах, пена и брызги бьющихся о край пещеры волн, и сказочные блики, играющие на неровных, серо-голубоватых сводах. Красиво, загадочно, романтично, особенно когда тут только ты и человек, от близости которого сходит с ума твоё глупое сердце.

― Изумрудный, значит? – усмехнулась я, оглядываясь. На такое гордое название местная цветовая гамма не тянула, но это не умаляло прелести грота.

― Это место названо так не за цвет стен, – улыбнулся Ник, поднял какую-то ракушку и протянул мне. Ещё один сувенир на память о поездке. – Говорят, когда-то местный рыбак нашёл тут сундучок с сокровищами, целый мешочек с изумрудами, колье, браслетами и золотыми слитками. Позже он женился на неприступной красавице из богатой семьи мясника, открыл этот пансион и стал основателем самой уважаемой местной семьи. Видела виноградники? Это всё тоже их собственность.

― Ого, – я округлила глаза, изобразив чёрную зависть, – вот это дочке мясника повезло. А мне судьба подсунула всего лишь одного из лучших артефакторов, да ещё почти женатого.

Ник помрачнел, и я поняла, что тема обязательств перед Нэзой ещё долго будет для него болезненной.

― Прости, – взяла его за руку, а что дальше сказать, не знала. Ляпнуть глупость проще, чем исправить последствия.

― За что? За правду? Это мне надо просить прощения, причём у вас обеих. Кира, – он поймал меня в кольцо крепких рук и прижался лбом ко лбу, прикрыв глаза, – я виноват и сделал больно, но всё исправлю, верь мне, пожалуйста. Теперь, когда ты тут, я не упущу свой шанс. Тебя больше не упущу. Мы будем вместе, скоро.

Он немного отстранился, всматриваясь в моё лицо, словно спрашивал: “Ты веришь мне?” А я едва дышала от сдавивших грудь эмоций, и смогла только имя его прошептать.

― Ник…

Пальцы нежно запутались в жёстких, разлохмаченных ветром волосах, притягивая любимого ближе, запах его кожи, разогретой солнцем, кружил голову, я замерла в ожидании…

…И он всё понял. Судорожно втянул воздух и накрыл мои губы своими, заставив обоих дрожать от восторга, сумасшедшего желания и нетерпения. Мы были голодны друг до друга, и каждая ласка, каждое движение губ только усиливали этот голод.

На лестнице раздались чьи-то голоса, но Ник не дал мне отстраниться, и ещё несколько долгих секунд не разжимал объятий, покрывал поцелуями мои щёки и веки, а я плавилась в этой жгучей нежности, и счастью было до боли тесно в груди.

Уже на обратном пути, мой принц вдруг спросил:

― Кир, а мне вот всё покоя не даёт… Ты зачем тогда ко мне в комнату пришла?

Я вспыхнула до корней волос, вспоминать тот казус было неловко, но уж ладно.

― Да просто пить захотела, пошла искать кухню, и увидела свет под дверью, решила спросить, как пройти… – я не договорила и расхохоталась до слёз, представив всю ситуацию уже совсем в другом ключе, и Ник хохотал рядом. Попила водички, ничего не скажешь!

Вот уж, действительно, отношение к любой проблеме зависит от того, как на неё посмотреть, а смотреть всегда лучше с юмором!

***

НИКРИС

Ник стоял перед зеркалом, одеваясь к ужину, и прокручивал события этого странного, прекрасного и какого-то нереального дня.

Когда Илир предложил остаться с Нэзой, он чуть не кинулся руку ему пожать. Они с Кирой смогут спокойно поговорить, наконец-то! И в то же время было страшно. Как она отнесётся к его словам, даст ли второй шанс? Увидит ли он снова в её глазах ту беззащитную открытость, которая вышибла из груди весь воздух, стоило незнакомке посмотреть на него там, на осенней, мокрой улице?.. Мужчина безумно хотел вернуть всё, что возникло тогда между ними. Оно было нужно ему, просто жизненно необходимо!

Вот только когда Кира вышла из номера в шортах и светло-голубой блузке, завязанной узлом на тонкой талии, слова куда-то запропастились. И пока он молча соображал, как начать трудный разговор, девушка металась от цветка к цветку, пытаясь скрыть напряжение и нервозность. Казалось, она никак не может решить, ускользнуть от него или остаться.

Как водится, весь страх был только в голове, сам же разговор вышел куда проще, чем Ник себе представлял, а Кира снова его удивила. Там, где другая лелеяла бы раненую гордыню, эта необычная девушка выслушала, поняла и простила. Она дала ему шанс, хотя, чтобы доверие вернулось полностью, требовалось время. Время, откровенность и честность, только это могло помочь, и он готов был дать ей это всё. Главное, что их чувства оказались взаимны с самого начала, и ничего не изменилось.

Ник улыбнулся, чувствуя, что способен горы свернуть. Теперь уж он не выпустит из рук своё белокурое счастье!.. Вспомнилось, как она отозвалась на поцелуи, как тонкие пальцы ласково играли с его волосами… и кожа покрылась мурашками удовольствия. Сколько бы времени они ни провели вместе, этого всегда будет мало. Ник шумно сглотнул, а руки напряглись до дрожи. Он так хотел снова обнять её!

Ну, ничего, не долго осталось скрываться и терпеть, надо только поставить точку в отношениях с Нэзой, чтобы с чистой совестью прийти к Кире. Он поговорит с бывшей невестой сразу, как приедут домой. Незачем портить ей выходные, пусть останутся хорошие воспоминания об этом месте, кто знает, попадёт ли она сюда снова…

Мужчина поправил галстук и замер, задумавшись. А если дать Нэзе хорошее приданое в качестве отступных? Конечно, раненую гордость это не исцелит, но мамашу девушки точно порадует. Может, хоть не станет пилить дочку, что богатого жениха упустила… С приданым и внешностью-то не сложно будет найти новую выгодную партию.

Мысль показалась вполне здравой, при условии, что Нэза была заинтересована не столько в самом Нике, сколько в его деньгах и общественном положении. Вспомнились слова Томео, что в их паре уже давно не чувствуется искры, взаимная симпатия прошла, и осталась только привычка, его упрямство и желание девушки выйти замуж за богатого человека.

Ник очень надеялся, что опекун прав, но сомнения всё равно не утихали. Чужая душа – потёмки. А если девушка ещё любит его?.. Причинять Нэзе сердечную боль не хотелось, хотя самолюбие отвергнутой невесты, конечно, пострадает в любом случае. С этим он ничего поделать не мог.

Кизарран выругался, злясь на себя самого. Надо было послушаться Томео, когда тот орал на него, требуя включить мозги и не совать голову в петлю ненужного брака! В королевстве Азнад разводы под запретом, поэтому люди осторожно подходили к этому вопросу, но Ник думал, что делает предложение осознанно… Кто же знал, что судьба преподнесёт не просто сюрприз, а настоящий королевский подарок!

Все мрачные мысли вылетели из головы, стоило лишь подумать о Кире. О его Кире! Ник быстро причесался и выбежал из номера, торопясь увидеть свою любовь.

Глава 8

Вечер не задался сразу.

Как только мы все собрались на улице и направились к ресторану, Тейзи оттеснил меня в сторонку, подхватил под локоток и понёс какую-то чушь про свою драгоценную школу. Нэза всю дорогу висела на руке Ника и болтала без умолку, не давая ему и на секунду повернуться в мою сторону. При этом сама-то меня отлично видела и метала убийственные взгляды! А в ресторане я окончательно ощутила себя экзотической зверушкой за стеклом зоопарка.

Поскольку местные дамы не отличались ни высоким ростом, ни блондинистостью, их кавалеры проявили ко мне живейший интерес, без стеснения разглядывали и одобрительно улыбались. Естественно, многие представительницы прекрасного, но отнюдь не самого доброго пола, сразу захотели меня придушить. Это желание явственно читалось на их лицах, и никак не добавляло мне хорошего настроения.

За столиком Илиран уселся рядом, щедро сыпал цветастыми комплиментами и слегка брызгал текущими слюнями, бросая на меня жаркие взгляды. В общем, кошмар, фиаско, катастрофа и полный, пушистый зверёк слились воедино для меня в тот вечер.

А ведь так всё неплохо начиналось…

В самом романтическом настроении я рассматривала себя в зеркале, и предвкушала реакцию моего принца, когда он увидит всю эту красоту. Летящее бирюзовое платье в пол подчёркивало талию, длину ног и цвет глаз. Женственная причёска красиво открывала линию шеи и смотрелась очень нежно. Глаза горели, щёки румянились, губы напрашивались на поцелуй… В общем, выглядела я на все сто! И всё для одного единственного мужчины.

Но, по иронии судьбы, именно он совершенно не имел возможности на меня смотреть, постоянно отвлекаясь на невесту, ставшую вдруг очень разговорчивой. Чтоб ей пусто было три раза!

В общем, при полном параде чувствовала я себя совершенно паршиво. Закралось подозрение, что если мне и светит приятный вечер, то только со стороны кулинарных шедевров местного повара.

Однако и тут вышел облом. Мы успели съесть лишь салат, когда Ник на секунду отвлёкся от своей пиявки и сделал мне комплимент. За одно мгновение его взгляд сказал мне больше, чем все слова Илира, и сердце готово было запеть от радости…Но, увы, заметила этот взгляд не только я.

Нэза отшвырнула вилку и объявила, что у неё резко разболелась голова, и потому она идёт к себе. Выскочив из-за стола, девица попрощалась с Тейзи, демонстративно проигнорировала меня и потребовала, чтобы жених проводил её и остался до утра. А то вдруг ей станет хуже, как же она одна-то справится? Ник обречённо вздохнул, стиснул зубы и вышел следом, бросив на меня виноватый взгляд...

Нет, я, конечно, понимала, что тут он ей ничего не станет говорить. Не время и не место для столь трудного разговора. Как бы я не относилась к девице, но по-человечески всё равно было её жалко. Однако понимание не спасло от обиды. Стало так жалко себя, что прямо до слёз пробрало, а пришлось сдерживаться. Люди же кругом!

Есть расхотелось. Поковыряв вилкой безвкусное горячее, я решила, что пора идти спать. Илиран принялся уговаривать, причитал, что мы пропустим чудесное местное шоу и не попробуем фирменный десерт, но в итоге сдался и предложил пойти вместе. Честно говоря, очень хотелось отказаться, но повода не нашлось. На самом выходе из ресторана Тейзи попросил дать ему пару минуток, чтобы поздороваться с какими-то знакомыми. Кто бы был против… Я вообще мечтала прогуляться в одиночестве, успокоить нервы, так что паре минут уединения была только рада.

Вечерний тёплый воздух благоухал розами и морем, пели цикады, и в темноте носились стайки светлячков. Сплошная романтика, только настроение никак не улучшалось, хорошо хоть на крыльце никого не было. Ненавижу находиться в центре внимания!

Мелькнула мысль послать всё к чёрту и уйти без провожатого, но мой позитивный кавалер не замедлил явиться.

Обратная дорога принесла мне новую порцию сведений о школе магии, а когда до двери номера оставалось совсем немного, Тейзи осенило.

― Кира, раз уж вечер не получился приятным, то предлагаю хотя бы завершить его с пользой. Давайте попробуем понять ваш дар, – не дожидаясь ответа, красавчик взял мою руку в свои ладони и прижал к груди, чем поверг меня в шок. – Не удивляйтесь, это стандартная процедура, – успокоил будущий учитель.

― И что надо делать? – в душе завозился червяк сомнений. Не вызывал у меня доверия этот дамский угодник. Вот просто на уровне подсознания.

― Вам ничего. Просто пройдёмся, я попытаюсь настроиться на вашу магию…

― И как долго придётся прогуливаться? Мы уже почти у моей двери.

― Всё зависит от силы дара. Он может обнаружить себя быстро, а может играть в прятки, это, увы, непредсказуемо. Но мы обязательно его определим, обещаю.

Тейзи чуть склонился и коснулся губами моих пальцев. При этом так многозначительно подмигнул, что сомнений не осталось – дело не чисто. Повинуясь порыву, я дёрнула руку и чуть не улетела на газон, потому что мужчину отшвырнуло от меня, как ветром сдуло!

Дальше была немая сцена. Илиран валялся на дорожке, а над ним навис разъярённый Ник. Его стиснутые кулаки не обещали учителю ничего хорошего, и тот постепенно менялся в лице. Изумление уступало место надменной злости, и вот от обаяшки-бабника уже и следа не осталось.

― Ты озверел? – процедил сквозь зубы Илир и попытался подняться, но друг припечатал его к земле.

― Никогда не смей к ней подкатывать, – вроде сказано было тихо, а сколько бешенства и угрозы чувствовалось в голосе!

― Ник, ты чего? – обалдело пролепетала я, опасаясь, как бы не началась серьёзная драка. Кизарран был сам на себя не похож и явно жаждал крови.

― Иди к себе, Кира, – всё так же тихо проговорил он, однако прозвучало это как приказ и обвинение одновременно.

Ну, ничего себе, заявочки! Это что ещё за тон? Разозлившись, я собралась высказать всё, что думаю по поводу такого хамства, но за спиной раздался язвительный смех Нэзы. Только тут я сообразила, что мы находимся прямо напротив её двери и окон. Вот чёрт! Похоже, Ник увидел нас с Илиром, всё не так понял и психанул… Хотя, не так ли понял? Мне ведь тоже показалось странным поведение учителя…

Так-так, значит, всё дело в ревности... С одной стороны было приятно, с другой, я разозлилась ещё больше. Он, значит, пошёл на всю ночь к невесте, а мне куковать в одиночестве? Сцены он мне будет устраивать? Сейчас!

― Знаешь что, Ник… – но высказаться мне снова не дали, нагло оборвав на полуслове.

― Н-да, ну и нравы в твоём мире, Кирочка! – протянула Нэза, явно смакуя скандальную ситуацию. – Едва знакома с мужчиной, а уже такие нежности позволяешь, и главное, почти на пороге номера! Кажется, Никрис нарушил твои томные планы на ночь, а?

Меня не тихо, а уже конкретно так затрясло от бешенства! Грязное замечание девицы переполнило чашу терпения, и стало ясно, что если сейчас не уйду в номер, то просто вцеплюсь в физиономию этой дряни!

Я крутанулась на каблуках, но под ногами мелькнула тень, пришлось резко затормозить и через что-то перепрыгнуть, чтобы не растянуться на дорожке. При этом воздух огласило протяжное, душераздирающее «мяу». Кажется, я раздавила кота… Ну, или что-то ему отдавила.

― Брысь! – рявкнула Нэза, отшвырнув ногой перепуганное животное, которое, удирая от меня, кинулось в её сторону.

Кот снова взвыл, в ужасе рванул прочь и влетел прямиком в дерево. От звука удара и жалобного стона кровь застыла в жилах. Убился он что ли? Я подошла ближе…

Зверёк пошевелился и с трудом уселся на тощий зад. Огромные глаза смотрели ошарашенно и как-то не осмысленно, похоже, котей не очень понимал, кто он и где находится. Я даже забыла про бабника и ревнивца, выясняющих отношения.

― Эй, малыш, – окликнула тихонько, поняв, что это котёнок-подросток. Чёрная треугольная мордочка с белой звездой во лбу повернулась ко мне. Зверёнок вскочил, выгнул спину и зашипел, хотя сам ещё пошатывался. – Тихо, тихо, я тебя не обижу, успокойся.

― Чуть не растоптала, и не обидит, – проворчал котёнок и снова зашипел.

― Так ты сам мне под ноги бросился, я же не специально… Ну, прости, – мне было правда жаль, что стала источником ужаса для малыша. – Тебе больно? Помощь нужна?

― Ходить научись нормально, – высокомерно вякнул нахалёнок и уселся вылизывать пострадавшую шкурку, но вдруг остановился и глянул на меня исподлобья. – Еды дашь?

Я кивнула, соображая, что едят кошки, и где это взять.

― С ума сошла? Кормить эту мерзость! Ты ещё домой его забери! – брезгливо взвизгнула Нэза. – У него блох больше, чем у тебя извилин в мозгу.

― Тебя забыла спросить, – огрызнулась я, подхватила обалдевшего от такой фамильярности кошака, и ушла к себе, хлопнув дверью.

Наши с Нэзой комнаты были рядом, в окно прекрасно просматривалась дорожка, но я демонстративно задёрнула шторы. Не люблю цирк, клоуны раздражают.

***

Только я слегка успокоилась, как раздался стук в дверь.

― Кира, это Ник, открой, – Кизарран ещё был в ярости, но всё же попытался взять себя в руки и добавил мягче: – Пожалуйста…

Ага, разбежалась! На первый-второй рассчиталась и построилась!

― Еды для котёнка принеси, открою. А нет, так спокойной ночи, без тебя справлюсь! Иди, лечи бестолковую голову невесты!

Вот не знаю, зачем я добавила последнее, но как-то накипело. За дверью раздались приглушённые ругательства и шаги, потом всё стихло, а я плюхнулась на кровать и разрыдалась. Отличный вечер, масса впечатлений!

― Принесёт?

Я совершенно забыла про кота и удивлённо повернулась к торчавшей из-за кровати головёнке.

― Что?

― Ты совсем бестолковая? Еду, конечно!

― Не знаю… наверное. Куда-то же он ушёл.

― А может, к невесте ушёл, раз ты не впустила? – гаденько хихикнул кошак и увернулся от подушки. – Эй! Нечего на мне злость срывать! Сама виновата, что по кустам с хахалем обжималась.

― Что? – воскликнула я, и даже натурально задохнулась от возмущения. – С каким хахалем? По каким кустам? Мы по дорожке шли, Илиран будет меня магии учить, он мой дар проверял.

― Ага! – рассмеялся кот, запрыгнул на кровать и растянулся на покрывале. – Проверял, насколько ты глупа и наивна. Ну, надо сказать, тут природа тебя не обделила. Талантлива, спору нет. Дар он проверял… Держа за руку! – снова захихикал наглец, а мне захотелось взять его за шкирку и вышвырнуть вон.

Кажется, я поняла, почему местные не держат кошаков дома. Кормить, убирать за ним, да ещё вот такое выслушивать? Вот уж увольте!

Видя, что я не реагирую, мелкий совсем развеселился:

― А когда он руку тебе поцеловал, это, по-твоему, часть ритуала была, да? Ага, так и есть! Сказать, как этот ритуал называется и чему служит, или сама догадаешься, глупышка?

Стало вдруг так мерзко на душе. Я до последнего хотела верить, что ошиблась, что Илир не мог вот так…

― Хочешь сказать, мне не показалось всё, и Тейзи ко мне подкатывал? Да откуда ты знаешь? Ты всего лишь кот! И то, мелкий! Что ты понимаешь в магии?

― Видать, побольше твоего, деточка, – хмыкнул котёнок, уселся и принялся вылизывать шкурку, но, заметив моё выражение лица, отбежал подальше. – Что ты взъелась? На правду не обижаются. Я хоть какое-то время жил в школе магии, многое видел и слышал, а ты даже дара своего не знаешь! Тебя любой дурак облапошит… – заметив, что я молча комкаю в руках вторую подушку, котей решил не усугублять. – Ладно, можешь не благодарить за то, что глаза тебе раскрыл, но лицо попроще сделай уже! Слишком оно у тебя сейчас сложное, а у меня нервная система хрупкая. И вообще, я сторона пострадавшая, ты мне на хвост наступила. Не жизнь, а сплошные опасности, борьба за выживание и стресс.

Я махнула рукой на болтуна и снова уселась на кровать, размышляя вслух:

― Это что же, значит, Ник всё правильно понял, и его друг со мной флиртовал? А я ещё защищать Илира полезла… Ну, может, всё не так, как кажется, а?

― Ой! Да что тут кажется, то? – снова раздался тоненький, ленивый голосок. – Слушай, я вот головой в дерево врезался, и то соображаю лучше. У тебя что, паталогическая мания поиска хорошего в людях? Говорю же тебе, если этот тип и собирался найти какую-то там магию, то исключительно в горизонтальном положении. Возможно даже на этой самой кровати.

Я вскочила и с ужасом уставилась на атласное покрывало, словно Тейзи сейчас каким-то образом на нём материализуется. Ну, нет! Надо срочно отыскать Ника и всё объяснить, пока из недоразумения не выросла проблемища.

Схватив котёнка, я вылетела из комнаты и бросилась в сторону ресторана, по дороге уворачиваясь от когтей и зубов возмущённого питомца.

― Уймись! А то без еды останешься! – цыкнула на разъярённого зверька и в ответ получила ощутимый кусь. Вот ведь маленький гадёныш…

***

У дверей ресторана я столкнулась с Ником. Очень надеялась, что он пошёл именно туда, а не к невесте, как предположил кусачий нахалюга, и хоть в этом вечер меня не разочаровал!

Ник вышел с изумительно пахнущим подносом, на котором даже вазочка с розой красовалась! Я удивлённо уставилась на шикарную сервировку, а мой хмурый принц не менее удивлённо осматривал меня.

Ну, что сказать… Когда мелкий меня грызанул, я дёрнулась, зацепилась за поребрик дорожки, прыгнула на газон, где шпильки сразу увязли в земле, и немножко влетела в розовый куст. Не страшно совсем, правда! Ну, чуть-чуть поцарапалась, а вот платью досталось. Летящий шифон всеми своими слоями нанизался на шипы, и пока я пыталась удержать рвущегося кота, который ещё и ржал, как конь, и высвободиться из силков… в общем, конец пришёл платью. Зацепки, дыры и торчащие нитки остались там, где ещё час назад был роскошный вечерний туалет.

Вот это всё и увидел Ник. Ну, ещё он, конечно, заметил землю на моих каблуках, расцарапанную щёку, я же ею об куст тормозила, руки-то кошаком были заняты, и причёску, ставшую как-то уж слишком небрежной. Вот есть же специальные средства для укладки а-ля разлохмаченной морским бризом. Ну так вот, мне они не понадобились, я выглядела именно так, и абсолютно естественным образом. Натуральность и стиль – моё всё!

― Э… Кира? – только и сумел выдавить Кизарран, а я отмахнулась, беззаботно тряхнув шевелюрой, мол, так всё и задумано.

― Не обращай внимания, всё хорошо.

― Но у тебя кровь, – Ник перехватил поднос, взял полотенчико и осторожно промокнул мои боевые царапины.

― Она слишком любит нюхать розы, – на полном серьёзе заявил кот. – Крайне романтичная девушка. Как розу увидит, сразу несётся обнюхать, никакие шипы не остановят. Такая целеустремлённость!

― Язык прикуси, а то не видать тебе ужина, – прошипела я, наклонившись к кошачьему уху. Но кого бы смутила моя угроза…

― Кстати вот про ужин! – оживился усатый и скосил глаза на поднос. – Это моя еда?

Ник вздохнул, цокнул языком и кивнул.

― И чем будешь кормить? – не унимался черныш. О, кстати, надо же как-то звать это недоразумение с хвостом. Он весь чёрный, только белая звёздочка на лбу. Супер, имя придумалось.

― Что дам, то и съешь, не борзей, – процедил Никрис, взял меня под локоток и повёл обратно.

― Ой, какие все нервные и грубые, никакого воспитания, – закатил глаза найдёныш и принялся что-то там бормотать по-кошачьи.

Очень медленно и в полном молчании мы дошли до моего номера. Когда проходили мимо слабо освещённых окон Нэзы, занавеска чуть дёрнулась. Ясно, караулит, чтобы жениха не увели.

В комнате Ник поставил поднос на комод, и котяра сразу сиганул ближе к вожделенной еде. При этом умудрился опрокинуть вазу, благо, воды там было на донышке, так что только салфетка на подносе пострадала.

― Да уймись ты уже! – прикрикнул мужчина, и кот обиженно зашипел.

― Голодный я! – прорычал мелкий, почти как лев. – Еды дай, потом женихайся. Хотя, вообще-то, ты номер перепутал!

― Тебя забыл спросить! – Ник снял блестящую серебристую крышку и поставил на пол тарелку с тушёным мясом. – Ешь и умолкни!

Я разочарованно вздохнула. Так красиво выглядел поднос, что воображение уже начало рисовать романтический ужин на двоих… А всё досталось коту.

Взяв розу и вазочку, пошла в ванную за водой. Не люблю, когда цветы погибают.

― Кира… – Кизарран шагнул следом, и в проёме тут же нарисовалась любопытная кошачья морда. А кто там с голоду-то помирал? Ник, будто почувствовал свидетеля, не разворачиваясь, захлопнул дверь, за которой раздалось недовольное ворчание.

― Я подумала, ты на таком подносе нам ужин несёшь, – мой голос выдал волнение. В небольшом пространстве ванной комнаты присутствие Ника ощущалось как-то слишком интимно и слегка нервировало.

― Так я и сказал, что для себя. Не мог же попросить ужин для кота. Вообще-то, тут запрещено держать животных в номерах. Будь осторожна, а ещё лучше, поест, и выстави его вон. На улице тепло, не замёрзнет, а если что, так в соседнем посёлке есть храм, там и обогреют, и накормят.

― Почему у вас так ужасно относятся к ним? У нас вот многие любят кошек.

― У вас они разговаривают? Чувствуют себя центром мира? Заявляют всем и каждому, что его святая обязанность о них заботиться?

― Не разговаривают. И надо признать, это даже к лучшему, – хихикнула я. – Так странно слышать язвительные замечания от тех, кто у меня дома считается верхом милоты…

― Ну, вот у нас такая, как ты говоришь, милота. Не приведи Богиня, в доме заведётся. На шею сядет, будет требовать и ныть, а что не по нему – пакостить.

― Неправда это всё! – раздался из-за двери возмущенный голос. – Наветы, клевета и напраслина! Он пытается очернить нас в твоих глазах! Не верь!

Ник указал пальцем на дверь и поднял брови, мол, видала?! Я рассмеялась и ойкнула, вспомнив про царапины на щеке.

― Кира… – мой принц тяжело вздохнул, усадил меня на край ванны и принялся обрабатывать ранки. Сначала мокрым полотенцем, потом нашёл в шкафчике что-то типа аптечки.

― Я думала, у вас кругом магия, а тут… йод.

― Магия используется только в трудных случаях. Сражение с кустом не из их числа.

― Да это всё кот виноват! Укусил, я дёрнулась, а на шпильках на газоне не очень комфортно.

― Вот паразит, – прошипел Ник, не хуже того кота, и коснулся губами моей щеки, лба, кончика носа. Я потянулась к нему за поцелуем…

― Что притихли? Целуетесь? – писклявый, бодрый голос разрушил всю романтику момента, а по двери заскребли когти.

― Убью… – прохрипел Ник мне в губы.

Вот и весь поцелуй!

И тут раздался стук, а возле входной двери послышались голоса.

***

― Ты кого-то ждёшь?

― И кого же, по-твоему? – раздражённо спросила я, а Ник смущённо отвёл взгляд.

― Вот только не говори, что всерьёз приревновал к своему другу! Между прочим, ты сам его ко мне приставил.

Ник не успел ответить, стук повторился и уже более настойчиво. Я отодвинула разобиженного мужчину в сторону и пошла открывать, но он перехватил мою руку, делая коту знаки, чтобы спрятался.

― Думаешь, это за ним?

― Если они беспокоят постояльца, значит, уверены, что нарушено какое-то важное правило.

― Никаких животных? – догадалась я, и Ник кивнул, снова сделав страшные глаза котёнку, а тот уселся на кровати и откровенно забавлялся его пантомимой.

Я подбежала к шкафу, раскрыла свою сумку и тихо скомандовала Чернышу:

― Живо, прячься!

― Я избранник Богини, – пафосно, не понижая голоса, ответил тот.

Ах ты, мелочь пузатая! Спорить он вздумал!

― Или ты прячешься, или станешь страдальцем за веру! Я скажу, что ты сам сюда влез, и мы никак не могли тебя отловить. Кому поверят, угадай? Мы – клиенты-зарплату-приносящие, а от тебя какая польза? Марш!

― А ты возьмёшь меня с собой, когда уедешь? – спросил котей, и я подвисла от неожиданности. Как-то не было у меня планов живность заводить…

― Ну, уж нет! – почти взревел Ник, и в дверь заколотили громче. Я закатила глаза, схватила кота и засунула в шкаф, жестом приказав молчать.

― Возьмёшь? – уже жалобно повторил он.

― Посмотрим на твоё поведение.

― Я буду паинькой…

― Ты будешь рыбонькой! Рот закрой и молчи, как карась. Чтобы ни звука, пока не разрешу!

Подхватив с пола тарелку, поставила её на поднос, выдохнула и кивнула Нику, чтобы открыл дверь. В комнату вошли двое служащих отеля. Один, более представительный и строгий, без спроса прошёлся по номеру, заглянув даже под кровать, второй стрелял глазками по углам, а в руках держал сеть…

― Простите, – я напустила вид недовольной стервы, спасибо Нэзе за наглядный пример, – а что вы делаете?

― Госпожа, нам поступило анонимное письмо, что одно из основных, вовсе немногочисленных правил нашего пансиона нарушено. В вашем номере кот.

― Серьёзно? Кот? Коот… Аууу… Где ты? – я прошлась по комнате, с перекошенным от злости лицом, вернулась к мужчине и ткнула пальцем в грудь. – Вы ворвались ко мне среди ночи по какому-то нелепому навету! Будьте уверены, реклама вашему заведению обеспечена… Всем расскажу, как тут «спокойно и комфортно», и как относятся к клиентам!

Мужчина побледнел, но приосанился, отойдя на шаг.

― Извините нас, госпожа Котина, но правила для всех едины. Если вы не против, мы бы хотели проверить номер с помощью валерьянки.

― А я очень даже против! – рявкнула так, что стёкла вздрогнули. – Ещё не хватало, чтобы потом в комнате воняло грязными носками! Мне тут спать, знаете ли. Хотите проверять? Прекрасно! Только собственными ручками и быстро, и чтобы никакой вони!

― Простите, уважаемый, – вмешался Ник, всем видом выражая недовольство, – но мне кажется странным, что вы верите анонимке, а не людям, щедро оплачивающим ваши услуги. Зачем писать анонимно, когда любой постоялец мог открыто подать жалобу? Тут отдыхают только весьма богатые маги, а мы, в отличие от простых людей, не почитаем любимцев Богини. Вы понимаете, что повелись на глупый розыгрыш и без причины потревожили гостей? Я не люблю скандалов, но вынужден согласиться с госпожой Котиной, этот вопиющий случай надо предать огласке. Люди нашего круга ценят покой и уважение к себе, вы же лишили нас одного, и не проявили второго. И всё за наши деньги.

Администратор замялся, лицо пошло пятнами, в голове мужчины явно боролись принципы, правила и страх последствий. Страх победил, и служащий благоразумно решил не обострять конфликт. В конце концов, не правила и принципы приносят ему зарплату, а кусать кормящую руку будет разве что тот, кто сидит у меня в сумке. Боже или Богиня, сделайте так, чтобы эта деятельная морда никак себя не выдала! Судя по лицу ловца, ничего хорошего коту не светило.

Я распахнула дверь, намекая, что проверяющим пора на выход, чем явно оскорбила администратора. Сдержанно извинившись, всем видом показывая, что неблагодарные гости не оценили его служебного рвения, управленец ушёл, а мы выдохнули.

― Интересно, кто накляузничал? – Ник задумчиво взъерошил волосы, а я вспомнила колыхание шторы в комнате его невесты. Действительно, кто?

― Мне тут долго торчать? – раздалось из шкафа.

― Вечно! – рыкнул Кизарран.

― А коварных изменников и соблазнителей не спрашивали! – нагло заявил кот и, судя по звуку, шарахнулся головой о дверцу, пытаясь выйти.

Выпуская нелегала на волю, я не удержалась от шпильки:

― Что, понравилось в деревья врезаться, решил и тут повторить? Мозги лишние?

― Двуногая, ты ему не верь! – серьёзно заявил котяра, пропустив мимо ушей мой выпад. – Сегодня он невесту ради тебя бросил, а завтра и тебя оставит ради какой-нибудь другой вертихвостки.

― А… То есть сейчас я – та самая вертихвостка, да? – сложив руки на груди, нависла над кошаком. – И меня зовут Кира, уже как-то запомни, Черныш.

― Это… Ну… Я такого ничего не имел в виду, просто, понимаешь… – замялся котёнок, но вдруг встрепенулся. – А что ещё за черныш такой? Ты это на что намекаешь?

― Имя я тебе дала, надо же как-то звать друг друга.

― Вот как дала, так обратно и забери! – возмутился котей и зашипел, растопырив усы. – Меня Бортолло зовут, ясно? Черныш… отвались мой хвост.

― Ты тут повозмущайся, так я сейчас твоё желание исполню, – с угрозой процедил Ник.

― О, Богиня… Какой грубый, беспардонный тип! Двуногая Кира, и он тебе нужен? Ты хорошо подумала? Нам вдвоём будет прекрасно, я отличный собеседник, успокоить могу, мурлыкая, не назойлив, умён, чистоплотен…

― Главное, скромен и не болтлив, – хмыкнула я. – Найди себе место и спи уже!

― Не могу. Я не доверяю этому типчику. Только усну, он тебя склонит к разврату, потом бросит, а мне на твои слёзы смотреть? Плохая идея, – зевнул усатый и уселся, в упор уставившись на Ника. – Этот пусть спать идёт. Я буду бдительно охранять твои интересы.

― Всё ещё удивляешься, почему мы не любим котов? – Ник выразительно на меня посмотрел, взял за руку и увел в ванную.

Видимо, хотел поговорить без посторонних ушей. Абсурд да и только!

***

― Ник, что происходит? – я сразу взяла быка за рога, поняв, что очень устала и хочу скорее завершить этот ненормальный вечер.

― Это, вообще-то я хочу спросить, – насупился Кизарран. – Илир к тебе приставал? Или ты решила меня подразнить?

― Подразнить? А кто из нас двоих весь вечер не отходил от невесты и побежал к ней в сиделки? Тебе не кажется, что пока не уладишь вопрос со своим браком, не имеешь права устраивать мне допросы и сцены? Да и потом, не уверена, что мне это понравится.

― Кира… – мужчина устало уселся на край ванны. – Я думал, между нами всё прояснилось, и ты готова подождать.

― Я жду, Ник! Но это не значит, что мне нравится происходящее. И нечего было кидаться на своего друга. Думаю, нам обоим очевидно, что он просто бабник. Или ты ожидал, что со мной Тейзи поведёт себя как-то иначе?

― Не знаю, чего я ожидал… Наверное, надеялся, что он сообразит, и не станет к тебе подкатывать.

― И что же он должен был сообразить, зная, что ты вот-вот женишься на драгоценной Нэзе?

― Не женюсь! – Ник схватил меня за плечи и заглянул в глаза с обжигающей решимостью. – Просто дай мне время, чтобы уладить это!

― Двуногая Кииира, не верь емууу… – промурлыкал из-за двери писклявый голосок.

Тут уже мы оба закатили глаза. Кизарран вздохнул и привлёк меня к себе.

― Прошу, потерпи немного. Как только мы вернёмся в город, я поговорю с Нэзой. Просто не хочу делать это тут. Разговор предстоит трудный, и представь, каково ей будет ехать с нами в одной машине несколько часов. Так тоже нельзя, – Ник уткнулся лицом мне в шею, протяжно вздохнув, и как-то злиться расхотелось, стало жаль уже его. Мечется, бедняга, меж двух огней... – Кир, я прекрасно понимаю, что тебе обидно, но просто не знаю, как сейчас себя вести. Всего пара дней. Ругай меня, обзывайся, только прости и потерпи. Пожалуйста…

― Ну, время у тебя будет. Мне же придётся уехать в школу магии, – я снова ощутила укол обиды. «Потерпи», это что, моё второе имя? Почему потерпеть должна именно я?

― Нет! – категорично рубанул Ник. – Илиран отличный учитель, но ты никуда с ним не поедешь! Я передумал. Или найду другого учителя в Зиндаре, или уж пусть Тейзи учит тебя дома, в моём присутствии. Одна ты с ним больше не останешься.

― Ох, какой ревнивец! Подумаешь, руку мне поцеловали. И вообще, Илир сказал, что физический контакт нужен для определения моего дара.

― Ага, – снова вякнули из-за двери, – для определения твоей одарённости в делах любовных. Типчик, хоть ты ей мозги вправь!

― Сейчас одним любимцем Богини в вашем мире станет меньше, – процедила я и направилась к выходу.

― Кира, подожди, – Ник удержал мою руку, – Илир сказал, что это для раскрытия дара?

Я кивнула, и лицо моего принца слегка перекосило от злости…

― Соврал, да? – хотя, можно было и не спрашивать, ясно уже, кто тут наивная лохушка.

― Убью мерзавца!

Ник рванул к двери, и теперь я еле удержала его, обняв со спины. Только очередной драки не хватало…

― Прекрати! Ничего же не случилось. Мне не нужно разбираться в магии, чтобы рассмотреть обман. Я уже уходила, когда ты появился… Ник, остынь… Илир мне не нужен, ты же знаешь.

― Знаю, – Кизарран развернулся и сгрёб меня в охапку, словно это помогало ему успокоиться. – Но его вина от этого не меньше. Подлец такой…

― Вся его вина в том, что он пытался подкатить к свободной девушке. Так что хватит.

Никрис что-то пробурчал, и я поняла, что тема закрыта. Ура! А главное, я никуда не еду. Спасибо тебе, Илиран, не хотел, да помог.

В дверь снова постучали.

― Если это опять за котом, я его отдам, – Ник сделал суровое лицо и пошёл открывать.

На пороге оказалась Нэза. С недовольным, плаксивым видом девица изучала нас обоих, явно соображая, кому бы выкатить претензии. Выбрала жениха.

― И долго ты тут будешь торчать? Это так ты заботишься о невесте? У меня голова болит, Ник, ты мне нужен, срочно.

― Бедная… Сама доктора позвать не можешь? Помочь? – елейно пропела я, и Кизарран напрягся. Ну, ясно, боится, как бы мы не сцепились.

― А ты не лезь! – рявкнула болезная и скомандовала жениху: – Сейчас же, Ник! Мы уже и так дали массу поводов для сплетен.

― Иду. Нам с Кирой просто надо было поговорить, – Кизарран взял девицу под локоток и увёл, бросив на меня прощальный взгляд, в котором прямо таки читалось это гадское «потерпи»!

Прекрасно! Сейчас он любое желание этой стервы выполнит, зная, что виноват, ведь чувство вины – сильнейший рычаг манипуляции. А я? А я подожду. Такая хорошая девочка… совестливая, терпеливая. В общем, дура!

Слово вырвалось само собой, вместе с хлопком двери.

― Это ты о ней? Или о себе? – подхватил мою мысль кошак.

― Заткнись, Черныш! Без тебя паршиво.

― Ну, правильно… Срывай на мне злость. Я же виноват во всём, – с нарочитым смирением протянул он.

― Переигрываешь. Не-ве-рю! А будешь умничать, отправишься на улицу.

Кот серьёзно на меня посмотрел, свернулся калачиком в кресле и ответил:

― Меня зовут Бортолло. И выставишь на улицу, так и пожалуйста. Я к тебе не напрашивался.

Мелкий отвернулся, уткнувшись мордой в лапки, и теперь уже меня одолело чувство вины. Ну, правда ведь, сколько можно запугивать зверёныша? Сама взяла, сама заботься, и нечего попрекать.

― Не выставлю. Язви поменьше, и уживёмся, – я устало плюхнулась на кровать, чувствуя, что на споры с котом уже просто нет сил.

― Тебя забыл спросить, – проворчал усатый в ответ.

Вот и поговорили.

Глава 9

Спалось плохо, и в пятом часу я сдалась. Вот что за идиотизм? Чувствуешь себя разбитой и уставшей, а уснуть не получается. Открыла воду в ванной, и, пока набиралось моё персональное озеро, вышла на улицу, в надежде, что свежий воздух меня взбодрит.

Было тихо, мягкие предрассветные сумерки окутывали всё вокруг, на траве и листве блестели в свете фонариков капельки росы, а низко над землёй стелился призрачный туман. Благодать и лепота. Утренняя прохлада прояснила голову, и переживания почти улеглись. Захотелось посидеть на пороге посреди этого покоя, ни о чём не думать, просто впитывать красоту и умиротворение…

Соседняя дверь воровато скрипнула. Первой мыслью было, что это Ник, усыпил, наконец, больную на голову невесту, и отправился к себе. Кстати, интересно, он взял им отдельные номера из-за меня, или тут не принято спать вместе до свадьбы? Тогда Нэзе не позавидуешь, столько лет быть при красавце-женихе, но блюсти целомудрие... Тут любая бы вызверилась.

Я осторожно выглянула из двери. Мой любопытный нос был надёжно скрыт за густым розовым кустом, который, к сожалению, так же перекрывал обзор и мне. Раздался тихий шёпот, потом несколько секунд тишины, и шаги. Юркнув за дверь, хорошо ещё свет в номере не горел, я чуть отодвинув штору и увидела мужскую фигуру. Это был Тэйзи. Ходил мириться с другом? Наверное, Нэза спит, вот они и шушукались, чтобы не разбудить. Но время, конечно, выбрал, просто блеск! Мужчины… Гениальны через одного!

Чужое присутствие лишило парк успокаивающей магии, и я пошла в ванную. К сожалению, вода и ароматы косметики тоже не улучшили настроения. Ужин уже был испорчен, и от завтрака я не ждала ничего хорошего.

Через несколько часов Нэза прислала ко мне мальчишку-посыльного с запиской. То есть не сама постучала в соседнюю дверь, а не поленилась вызвать прислугу и настрочить несколько слов! Я сразу ощутила себя птицей высоченного полёта, так со мной ещё не обращались. В записке говорилось, что поскольку я стала причиной двух скандалов за вечер, будет разумнее не попадаться на глаза приличным людям, и позавтракаем мы в беседке, недалеко от ресторана.

Аппетит если и был, то сразу пропал. Я, значит, позорище, с которым на людях стыдно появиться! Отлично… Бортолло, пристально следивший за мной, насторожился:

― Что у нас снова не так?

― У вас, не знаю, а у меня – гадюка в соседнем номере.

― Хочешь, я ей чулки порву и руки расцарапаю? – доверительно предложил котей и придвинулся ко мне поближе.

― И как это мне поможет? – вздохнула я, погладив котёнка. Хотя предложение выглядело заманчиво, что уж говорить…

Ласково перебирая мягкую шёрстку, я впала в какой-то ступор и только через пару минут заметила, что в комнате стоит гробовая тишина, даже мурчания не слышно. Опустила глаза и наткнулась на ошарашенный, испуганный взгляд, по кошачьей мордочке бежали ручьи слёз. Всё, я сломала кота…

― Эй, малыш, ты чего? – мне самой было в пору разрыдаться. Что творится-то?

Котёнок вскочил, спрятался под кровать, и оттуда полетели звуки, подозрительно похожие на всхлипы.

― Бортолло? – я встала на четвереньки, заглянув под свисающий край покрывала. – Что стряслось?

Кот долгое время не отвечал, но, наконец, тихо проговорил:

― Ты меня погладила. А маги всегда только гоняли и брыськали. И даже люди из дома вышвырнули, когда богатства им не привалило с нашим рождением. Никому не нужны дармоеды блохастые… Любимцы Богини, которых все ненавидят! – мелкий выкрикнул последние слова, и столько горечи было в голосе котёнка, столько тоски и одиночества, что у меня душа сжалась.

Всё. Хочет Ник или нет, но у меня теперь есть кот, и пусть кто-то только попробует моего мелкого обидеть, придушу собственноручно!

Я шмыгнула носом и размазала выступившие слёзы:

― Вылезай давай, любимец Богини. Теперь от обнимашек и почесушек не отвяжешься, сам напросился, так что не жалуйся, – из-под кровати показался розовый нос и усы, а я спохватилась, поняв, что опаздываю. – С завтрака еды тебе принесу, только не бедокурь, а то мне влетит.

― Кира… – несмело отозвался котей, – ты меня к себе возьмёшь?

― Знал бы ты, где находится моё «к себе»… Но Ника уговорю, чтобы разрешил тебе жить со мной.

Бортолло скептически хмыкнул, выразив крайнюю степень сомнения, но из-под кровати вылез.

― Ты не похожа на магов, а вот он типичный. Но мне будет приятно помнить, что ты попыталась.

― А может, не стоит так плохо думать о людях? – подмигнула я и легонько почесала за бархатным ушком. – Вдруг кто-то из них тебя удивит?

Кот отмахнулся с деланным равнодушием, чувствовалось, что по его доверию основательно прошлись грубые человеческие башмаки. Ну, ничего, это мы исправим. А потом ещё и собаку заведу, как всегда хотела! Из приюта возьму, там тоже все со своими душевными ранами. Хотя, приюты тоже остались там же, где и мой дом...

***

За завтраком нас оказалось трое, и каждый сидел с таким видом, словно проглотил шпалу. Спины прямые, лица напряжённые, взгляд строго в тарелку.

Разговор никак не хотел завязываться. Кизарран что-то мучительно обдумывал, а мы с Нэзой делали вид, что не знакомы.

­― Илир опаздывает, на него не похоже, – заметил Ник.

― Ну, вероятно, не стоило на него накидываться с кулаками, так он бы и не опаздывал, – со сладенько-гаденькой улыбочкой пропела «невеста». – Илиран уехал. Утром ко мне заходил, сказал, что вам обоим нужно остыть, а пока лучше не встречаться.

― Он заходил к тебе? – брови мужчины удивлённо взлетели вверх.

― В мой номер, Никрис! Он заходил в мой номер! Но искал, разумеется, тебя. Не забывай, что мы почти женаты, и не устраивай сцен. Не я решила снять отдельные комнаты, чтобы выспаться на отдыхе! – вскипела девица, а вот у меня настроение улучшилось. Вопрос с разными номерами прояснился…

― Не припомню, чтобы когда-то устраивал тебе сцены, не драматизируй, – чувствовалось, что Ник с трудом сдерживает раздражение.

― Да, ты прекрасно умеешь держать себя в руках, пока дело не касается некоторых... – Нэза метнула в меня неприязненный взгляд и скривилась, будто малинового клопа сожрала. – Хорошо хоть у твоего друга хватило такта не раздувать скандал. Какая муха тебя укусила? Подумаешь, взял он за руку твою знакомую… Зачем было вмешиваться? Может, Кира увидела возможность найти своё место в нашем мире, а ты всё испортил. Илир, между прочим, очень хорошая партия для девицы без родственных связей и средств. Я бы сказала, даже слишком хорошая партия...

― А может быть, ты прекратишь говорить обо мне в третьем лице? – я с трудом выдавила милую улыбку.

― А может, ты прекратишь втягивать моего жениха и меня в скандалы? – так же миленько улыбнулась красотка и тряхнула копной кудрей. – С тобой же стыдно на людях появиться, всюду выделишься! Боюсь, что к моменту твоей долгожданной отправки в родной мир, от нашей репутации даже воспоминания не останется, и…

― Кстати, а когда заходил Илир? – перебила я. – Наши двери рядом, я почти всё утро провела у окна, любуясь розами, но его не видела, – мои ресницы так самозабвенно хлопали, что едва не подняли ураган.

― О… – на мгновение растерялась барашка, – ну, точно не скажу, но это было сразу, как я проснулась. Наверное, часов в семь. Вероятно, ты ещё спала или пропустила этот момент. На кота отвлеклась? Ты же так его и не выкинула, да?

Как мастерски она сменила тему! Браво, Нэза! Но и тут тоже скользкий лёд.

― А не ты ли, моя дорогая, настучала администрации про кота? – уже без тени улыбки спросила я. – Ведь в курсе были только мы четверо. Вряд ли это мог сделать Илиран, его в тот момент волновало несколько другое.

― Разумеется, нет! – возмутилась кудрявая и ехидно заметила: – Но зря ты думаешь, что никто, ничего не видит.

Мы все замолчали, уткнувшись в тарелки, и я задумалась. Девица врала. И про визит Тейзи, и про донос. Я глянула на Ника, гадая, заметил ли он обман. Похоже, что нет. Или привык к фальшивым ужимкам невесты, или просто был занят своими мыслями. Хотя мужчины часто бывают слепы именно там, где надо бы раскрыть глаза… В общем, передо мной возникла проблема. Стоило ли рассказать Кизаррану о своих подозрениях, или это всё уже не важно, раз они с Нэзой вот-вот расстанутся?

Однако ничего решить не удалось, смуглянка снова подала противный голос:

― Ник, я надеюсь, ты вправишь ей мозги? Она же не потащит кота в твой дом?

Нет, эта наглая лгунья буквально нарывалась на неприятности! Вот сдался ей мой кот?! Но всё же я напряглась. Что, если Ник откажется пустить Бортолло в свой дом? Я не выкину мелкого, а вот в мужчине буду разочарована…

Но мой принц оказался на высоте!

― Нэза, если Кира решит приютить кота, я не обрадуюсь, но запрещать не стану. В её мире многие любят этих животных, надо учитывать разницу в традициях. И он ещё подросток, возможно, она сумеет его перевоспитать.

Я выдохнула и благодарно улыбнулась. Определённо, на этот раз я сделала правильный выбор, Ник просто супер!

― Это она попала к тебе в дом, а не наоборот! Так кто должен уважать чьи традиции? – взвизгнула девица и отшвырнула ложку, которой ковыряла лимонный пудинг.

Ага… Кое-кто бесится, что Ник мне потакает! Вредная часть меня злорадствовала и торжествовала!

Нет, конечно, плохо воровать чужое счастье, но вот конкретно эта «невеста» сочувствия уже не вызывала. Да и что тут можно украсть? Между Ником и Нэзой если что-то и горело, так давно один пепел остался, и случилось это задолго до моего появления. Зачем же красавица из хорошей семьи потеряла столько времени, видя, что мужик не торопится со свадьбой? Такая большая любовь? Сильная, неодолимая… но незаметная, как ниндзя в ночи!

Меня не мучила совесть, а вот подозрения донимали сильно. И надо было решить, как поступить.

Завтрак мы закончили в молчании, потом единогласно решили не ехать на морскую прогулку и вернуться домой пораньше.

― Если её грязный кот изуродует тебе машину или напакостит в доме, не говори, что я не предупреждала. А ты, – барашка резко развернулась и ткнула пальцем в мою сторону, – держи своего выродка при себе! Видеть его не хочу.

― Глаза закрой, и не увидишь, – пожала плечами я. Прихватила еды для питомца и отправилась в номер кружной дорогой, оставив Ника с невестушкой. Хотелось прогуляться, попрощаться с чудесным садом, полюбоваться на розы, а главное, немного успокоить нервы.

Я медленно шла, наслаждаясь ароматами и буйством красок, и сожалела, что не могу сделать наброски. Какие картины можно было бы потом написать!.. Вдруг по спине пробежал холодок. Взгляд… Он был не таким тяжёлым, но вцепился, как клещ, и не отпускал. Понимая, что забрела в безлюдную часть парка, я бегом бросилась к домикам. Движение давалось с трудом, страх сделал тело деревянным, ноги не гнулись…

Влетев в номер, я схватилась рукой за сердце, перед глазами всё плыло.

― Кира? – Бортолло вылез из шкафа, где прятался, пока я ломилась в комнату и не могла попасть ключом в замочную скважину. – Ты чего?

Котёнок подбежал и стал тереться о мои ноги, а я сползла по двери и разрыдалась. От испуга я плакала впервые в жизни, и не сдержалась, выложила питомцу свои переживания.

― За мной кто-то следит, понимаешь? Я чувствую взгляд и боюсь до дрожи, но не могу никому рассказать. Мне не поверят, решат, что просто нервы сдали, когда попала в чужой мир…

― Погоди! В какой ещё мир? Что значит, ты попала? – не понял мелкий и забрался мне на руки, заглядывая в лицо.

― Я из другого мира, Бортолло. Меня закинула сюда магия, хотя я понятия не имею, как с ней обращаться, и Ник уверяет, что дар у меня очень слабый. Но я не сошла с ума! Кто-то наблюдает за мной, кто-то опасный…

Кошачья мордочка сделалась серьёзной и сосредоточенной.

― Надо рассказать типчику. Он тебе точно поверит. И если снова почувствуешь взгляд, скажи мне. У кошек зрение лучше, на нас не обращают внимания, а я к тому же небольшой. Может, сумею найти твоего врага.

― Да откуда у меня тут враги? – всхлипнула я, совсем расклеившись.

― Ну, не знаю. Может, ещё у кого-то жениха отбила? – хихикнул кот, впрочем, беззлобно, скорее, чтобы меня разозлить и взбодрить.

И взбодрил, я зашвырнула его на кровать, а сама принялась собирать вещи.

***

Дорога домой показалась бесконечно долгой. Сначала я нервничала, вынося в своей сумке котёнка. Казалось, в любой момент прибежит администратор, остановит меня и прилюдно устроит моральную порку. Я даже о своём преследователе забыла на время, но порадовалась, когда оказалась в машине с двумя знакомыми магами! По крайней мере, уж Ник точно не хотел меня убить. За Нэзу не поручилась бы…

Кудрявая половину пути возмущалась наличием кота в машине, Бортолло огрызался, и чувствовалось, что терпение зверёныша на исходе. Я поглаживала мелкого, уговаривала не обращать внимания, но по себе знала, как умеет взбесить красотка… В конце концов, Ник не выдержал, попросил невесту сменить тему, и наступила напряжённая тишина. Вот когда нам пригодился бы Тейзи с его позитивом!

Мы завезли Нэзу домой и уже отъезжали от особняка, когда перед Ником возник светящийся клубочек из лохматых, похожих на мохер, ниточек. Кизарран потянул за конец нитки, клубок стал разматываться, тая на глазах, а мужчина будто прислушивался к чему-то, хотя в машине раздавался лишь звук мотора.

― Что это такое? – я с трудом дождалась, когда странная штуковина исчезнет.

― Сообщение, которое слышит только получатель. Илиран просит о встрече, говорит, что хочет извиниться.

Ник вопросительно глянул на меня, ожидая решения. Ну, логично, это ведь меня пытались охмурить, навешав на уши магической лапши.

― Ладно, пусть извиняется, – вздохнула я, – выясним всё до конца и забудем. Не хочу, чтобы ты потерял из-за меня друга.

― Спасибо, – мой принц улыбнулся, кажется, впервые за утро. – Правда, я не так уверен в готовности к примирению.

― Перестань, Ник, – я не удержалась и погладила красивую, мужественную руку с выступающими венами, – он же не за твоей невестой так увивался. Ревность выглядит подозрительно, понимаешь? Или ты собираешься рассказать ему нашу страшную тайну?

― Пока мне нужно рассказать эту тайну Нэзе, это главное. Завтра поеду к ней, пора поставить точку.

Я промолчала. Прыгать от радости было как-то неловко, а врать, что сопереживаю красотке, не хотелось.

Мы приехали на набережную, отпустили котёнка прогуляться и пошли к веранде, где ждал Тейзи. Зиндар и море были, как обычно, прекрасны, и я поймала себя на мысли, что привыкаю к этому миру… К миру, да, а вот к слежке нет! Знакомый тяжёлый взгляд ударил в спину, и я судорожно схватила Ника за руку, слишком поздно сообразив, что уже поднимаюсь по ступенькам кафе, а Илиран смотрит на меня, раскрыв рот от удивления.

― Никак не привыкну к вашей жаре, да ещё любопытные взгляды со всех сторон нервируют, аж голова кружится, – вдохновенно выдала я, подойдя к столику, и устало рухнула на стул.

Импровизация вышла убедительной, мужчины поверили.

― Видите, Кира, в школе вам было бы спокойнее, там большая территория, и народу в часы уроков мало… – Тейзи понимающе улыбнулся. – Однако Ник уже сообщил, что планы изменились.

― И ты отлично знаешь причину этого, Илир. Такого я от тебя не ожидал.

― Слушай, Ник, я готов извиниться перед Кирой, но вот твоей выходки не понимаю. Не хочешь объясниться?

― Э, нет, друг мой! Это ты хотел объясниться, вот и начинай.

Тейзи не стал спорить, что меня удивило. Наверное, не одна я мечтала скорее покончить с этим недоразумением.

― Кира, простите меня. Я ничего плохого не хотел, просто немного…

― Соврали? – обиженно подсказала я.

― Исказил правду в свою пользу, как говорят законники, – невесело усмехнулся красавчик, но тут же сделался серьёзным: – больше это не повторится! Я понял, что не вызываю у вас интереса, просто не хотелось сразу сдаваться. Вы очень красивая девушка, необычная…

― Ты сейчас извиняешься или снова её охмуряешь?

― Ник, пожалуйста… – вмешалась я, опасаясь новой ссоры. – Мы всё выяснили. Твой друг обещал больше не хулиганить. Ну? Закрыли тему? У меня кот голодный, нам домой надо.

― Вы взяли того кота? Никрис, зачем? Знаешь же, как они пакостят в домах! – воскликнул Илир, а мне стало обидно за питомца.

― Бортолло не будет пакостить! И вообще, может, если бы вы по нормальному к ним относились, то и не было бы проблем. А так, что даёте, то и получаете.

― Ну-ну, посмотрим! – хохотнул Тейзи и вернулся к делам. – Так что, когда первое занятие?

― Я подумаю. Что-то уже не уверен, что это хорошая идея…

Друзья обменялись неприязненными взглядами, и стало ясно, что тут коса на камень нашла капитально, и пора брать дело в свои руки.

― Думаю, занятие будет, когда вам, удобно, Илир. Назначайте время, – я положила ладонь на колено Ника под столом, призывая угомониться. Хватит этих петушиных боёв.

― Завтра, часам к шести вечера?

― Подходит! – улыбнулась я и глянула на Кизаррана: – Да?

― Да, я как раз буду уже дома.

Супер! Перемирие всем на зависть, а то ли ещё будет завтра…

Глава 10

Мы приехали домой, но не долго были одни. Я только успела показать котёнку новое жильё и взять обещание не пакостить, ходить в туалет на улице и вообще, почаще сидеть у меня в комнате, благо, там был большой балкон и дерево рядом, так что у кота имелся собственный вход и выход.

Потом пришёл Дизвар, и мы спустились в гостиную, знакомиться. Бортолло сел у двери и недоверчиво разглядывал мужчину, а Томео подозрительно смотрел на моего питомца. Хотя уместно ли называть болтливого и весьма разумного зверя питомцем? Уж я ему точно была не хозяйка...

― Уверены, что не делаете ошибки? – опекун кивнул в сторону Бортолло, но тот благоразумно сделал вид, что ничего не заметил.

Вообще, котёнок вёл себя очень прилично и тихо, оставалось лишь надеяться, что эта покладистость не испарится, как только мелкий немного обживётся и осмелеет, характерец-то у него был весьма ершистый.

― Кира решила его приютить, – Ник выглядел невозмутимо и, похоже, старался верить в лучшее. – У них в мире другое отношение к кошкам, может, и с нашими сработает…

Дизвар призадумался на пару секунду, пожал могучими плечами и переключил внимание с котёнка на нашу поездку:

― Кира, как вам пансион? Сам грот видели? Понравилось?

― Да! Красивое место, очень романтичное. И пещера чудесная, и парк с розами, – улыбнулась я вполне искренне. Несмотря ни на что, «Изумрудный грот» мне действительно понравился, а особенно понравилось то, что там произошло. Мы с Ником переглянулись, разделив драгоценные воспоминания, и мои щёки слегка загорелись.

Мы ещё немного поболтали, рассказали опекуну, что учиться я буду дома, и Никрис вдруг сообщил о решении расстаться с Нэзой. Я напряглась, ожидая реакции Дизвара, мало ли, как он отнесётся, всё таки эти двое много лет были вместе, и о помолвке уже все знают… Но Томео совершенно не удивился новости, ничего против не сказал, однако и особой радости на его лице я не заметила. Зато там явственно читались озабоченность и тревога, которые передались и мне.

Ник странную реакцию опекуна, кажется, не заметил, подозреваю, сейчас его гораздо больше волновал предстоящий разговор с Нэзой, ну и как выяснилось, работа!

― Томео, я не хочу оставлять Киру одну, но раз уж вернулся пораньше, нужно посмотреть, как дела в отделе. Нам в последний раз несколько древностей передали, начальство просило держать их исследования на особом контроле, там слишком хрупкая, но мощная рухлядь. Хочу убедиться, что мои спецы справляются. И потом, пока я официально помолвлен, нам с Кирой не стоит мелькать на людях вдвоём. Так что, пожалуйста, пару дней побудь её компаньоном, ладно?

Нет, ну нормально? Я что, безмозглая аквариумная рыбка, за которой нужен присмотр, пока хозяин в отъезде? Моё мнение никто не забыл спросить?

Заметив непростое и содержательное выражение моего лица, Ник присел рядом на диван и уже открыто взял меня за руку, заставив опять покраснеть. Если кого-то интересовала причина разрыва помолвки, то теперь вопросов точно не осталось…

― Кир, так будет лучше. Иначе на тебя навесят ярлык охотницы за чужими женихами, а у людей долгая память и длинные языки. Не хочу, чтобы последствия моих глупых решений сказывались на тебе.

Что я могла сказать? Ник был прав, и по логике, и по совести. Сначала разорви одни отношения, потом начинай новые. Пришлось согласиться, а Дизвар заметно оживился.

― С удовольствием возьму под крылышко твою гостью! Давно мне пора встряхнуться, а то совсем засиделся. И к чему тянуть? Прямо сегодня, если Кира не устала, мы поедем в соседнюю деревню на праздник морских огней, – Томео повернулся ко мне: – что скажете, моя дорогая? Это очень красивое зрелище. Потом сразу предлагаю посмотреть в тех же краях развалины древнего храма, там изумительные росписи на стенах, и можно заехать в небольшой, но очень красивый городок, где делают лучшие духи в Азнаде. Отдыхать будем в симпатичных гостиницах среди виноградников и розовых садов… Кирочка, уверен, вам понравится! Как раз дня через три и вернёмся. А Никрис пусть отправляется на свою нудную работу и возится в пыльном барахле вековой давности.

Честно говоря, я не устала, но уезжать почему-то не хотелось, как не хотелось и расставаться с Ником, да и вообще, это всё было слишком неожиданно…

Опекун заметил мои сомнения и печально пробасил:

― Что, скучный, старый Дизвар не лучшая компания для молодой девушки? Да, прошло моё время… – он театрально вздохнул, но хитрые глаза смеялись, и я тоже не сдержала смешок.

― Такой уж старый? И прямо скучный? Уверена, многие женщины вздыхают по красавцу Томео Дизвару. И между прочим, неприлично так откровенно напрашиваться на комплименты!

― Да я бы не напрашивался, но просто так же никто их не делает! А насчёт вздыхающих женщин, это даже интересно, надеюсь, в поездке вы поможете мне обнаружить этих таинственных, безрассудных и явно подслеповатых дам!

― Договорились! – кивнула я. Противиться обаянию косматого великана было просто невозможно... Как он умудрился избежать брака и остаться в одиночестве, для меня оставалось загадкой!

― Возьми что-то тёплое с собой, на берегу вечером прохладно, – вздохнул Ник, и прошептал мне в ушко: – не хочу тебя отпускать…

У меня от этих слов улыбка нахально приклеилась к губам, и никак не получалось выглядеть менее довольной. Хоть лимон ешь, честное слово! В душе сразу зацвели ромашки, лютики, розы и прочие кактусы.

***

БИБЛИОТЕКА ОСОБНЯКА КИЗАРРАНОВ

Пока девушка собиралась в новое путешествие, мужчины засели в библиотеке. Никрис был задумчив, а опекун внимательно его рассматривал и вдруг спросил:

― Ник, ты уверен насчёт Нэзы? Точно решил её оставить?

― Да. Давно надо было это сделать, а я по дурости предложил пожениться. Нэза красавица, даже без денег уже могла бы найти себе другого жениха. Я, откровенно, не понимаю, почему она всё ещё со мной...

― Именно потому, что без денег, – вздохнул Томео. – А у тебя и своих полно, и мои тебе достанутся, плюс, ты не склонен к авантюрам, не азартен и считаешь себя обязанным жениться на ней, в память о покойных родителях. Где ещё она найдёт такого жениха? Да и жадная мамаша наверняка уже объяснила, что любовь мимолётна, а большое богатство и разумный, спокойный муж – навсегда. Не забывай, они пережили крах. Отец-игрок, промотавший семейное состояние, обеих научил ценить надёжность и рассудительность.

― Не представляешь, как я надеюсь, что всё дело только в деньгах!

― В этом у меня нет сомнений, – Томео устало опустился в кресло, – но как же твоё желание выполнить волю родителей? Не будешь ли ты корить себя? Не так просто верить во что-то много лет, а потом отказаться от этой веры в один миг… И что насчёт Киры? Это точно чувство на всю жизнь? Слишком мало у вас было времени, чтобы узнать друг друга, а влюблённость и страсть проходят быстро, – Дизвар строго посмотрел на приёмного сына и тяжело вздохнул. – Дай себе время, Ник. Иначе опять попадёшь в ловушку обязательств. Я уже не говорю о том, что власти пока ничего не ответили… Киру могут отправить домой.

― Не отправят, если она будет моей женой.

― Но ей могут дать выбор, остаться или вернуться в свой мир. Она откажется ради тебя от прошлой жизни, от родных? А если вы уже будете женаты, не станет ли сожалеть о поспешном шаге?

Ник вскочил и зашагал по комнате, взъерошивая волосы. Конечно, этот вопрос приходил и ему в голову, но он убеждал себя, что девушка не уйдёт, что она любит его… Однако сомнения были, и опекун подлил масла в огонь.

― Зачем ты это делаешь, Томео? Чего добиваешься? Я не откажусь от Киры, даже если тебе она не нравится! – вспылил мужчина. – Не ты ли твердил, что с Нэзой надо расстаться?

― Я и сейчас так считаю. И Кира мне очень нравится, но нельзя торопиться с решениями, от которых зависит будущее. Легко дать волю фантазиям о счастье и любви, гораздо труднее принять реальность, где всё сложилось иначе… Подумай трезво, без эмоций и бурлящих страстей, в этой ситуации слишком много переменных, которые от тебя не зависят. Дождитесь ответа из дворца, прежде чем что-то решать.

Никрис рухнул в кресло и стиснул голову ладонями. Последние дни казалось, что его жизнь несётся как поезд метро в мире Киры. Скорость бешеная, а он потерял управление. Может, Томео прав, и надо слегка утихомирить эмоции... Кизарран откинулся на спинку, прикрыв глаза.

― С Нэзой всё решено, завтра же поставлю точку в отношениях. А когда привезёшь Киру, поговорю с ней, обсудим все варианты, которые могут предложить чиновники, тогда и решим вдвоём, что дальше. Ты доволен? Видишь, никаких эмоций.

― Все варианты, увы, непредсказуемы… – мрачно ответил опекун, отошёл к окну и отвернулся, а у Ника что-то кольнуло в груди.

― Три дня, Томео. Потом ты привезёшь Киру домой, и никакой самодеятельности! – отчеканил он и ушёл.

Когда дверь закрылась, Дизвар тяжело осел в кресло и тихонько зарычал, вцепившись скрюченными пальцами в волосы. Потом резко выпрямился, создал магическую нить и стал диктовать сообщение. С каждым словом ниточка сматывалась, клубочек увеличивался.

― Всё готово. Отведи своих людей. Девушка выйдет замуж завтра. Жених без магии.

Сообщение вспыхнуло, клубок исчез, за раскрытым окном слегка зашуршали кусты. Мужчина подумал, что хорошо бы, чтобы поднялся ветерок, эта жара буквально плавила мозги, а предстояло непростое дело. Надо было соображать быстро и чётко. Холодный расчёт и никаких эмоций, на них у него было два дня, настал момент действовать. Его возненавидят, но Кира будет жить, а Никрис не пройдёт через ад, с которым много лет жил он сам.

***

Я перебирала вещи, соображая, что взять в новую поездку, и вдруг поняла, что нервничаю. Вроде, и причин не было, но вот не хотелось мне ехать, и всё тут! Только отделалась от школы, как меня снова куда-то отсылают, да что ж такое! От расстройства аж слезы застряли комком в горле…

В дверь тихо постучали, и вошёл Ник, по его виду было понятно, что он тоже не в восторге от идеи Томео.

― Кир, так, правда, будет лучше, – любимый взял меня за руку и притянул к себе, с силой вдавив в твёрдую грудь. – Три дня. Потом и на шаг не отпущу!.. Каждый раз, когда ты не рядом, страшно делается, что исчезнешь, что я тебя больше не увижу, – прошептал он хрипло и вдруг рывком впился в мои губы, набросился с диким голодом.

Голова закружилась, кровь понеслась по телу, и когда Ник тихонько простонал мне в рот, ноги мои бедные подкосились. Я вцепилась в его плечи, чтобы не свалиться, а он прижал меня ещё крепче… Всё было похоже на прекрасный, горячий и чувственный сон, и тут раздался сигнал будильника:

― Только отвернись, как эта парочка предаётся разврату, – мяукнул тонкий голосок с кровати. – Эх, что за нравы! Пожалели бы мою неокрепшую психику. Теперь буду заходить и орать: ребёнок в комнате, прекратить поцелуи, разойтись по углам! – дико завопил Бортолло, и Ник швырнул в него заколку, которую успел снять с моих волос, я же расхохоталась, как опытная истеричка.

― Типчик, сюрпризов в тапках ещё никто не отменял, ты бы осторожнее... – мстительно прошипел котярка.

― Слушай сюда, ребёнок, – я выбралась из любимых рук и подхватила зазевавшегося кошака, – его зовут Никрис, и он хозяин дома, где ты живёшь. Так что узнаю про тапки или ещё что-то, и налуплю газетой по твоей пушистой заднице, понял? Ещё и носом ткну в плоды трудов твоих. Набедокуришь, займусь воспитанием, – мелкий хотел что-то возразить, но я стиснула его головёнку так, чтобы помалкивал. – Не советую проверять, выполню ли угрозу. И вообще, мы же решили доказать, что кот в доме, это не пакости, а польза и уют? Ну? Что там за чушь про тапки? – уже мягче спросила я и погладила насупившегося котёнка.

― А чего он в меня швыряется? – разобиделся Бортолло и попытался вывернуться из моих рук, но не тут-то было.

― А ты, значит, белый и пушистый, ничем этого не заслужил?

― Да я же о тебе забочусь! Вот женится, и целуйся, а пока держи его на диете.

― А ты для ребёнка не слишком умный? – ухмыльнулся Ник, но как-то недобро, совет про диету ему явно не понравился.

― У меня жизнь была трудная, ранний опыт... – Бортолло таки вырвался из моих цепких лапок, показал язык хозяину дома и куда-то смылся.

***

Через пару часов, даже толком не распаковав сумки, я собралась в очередную поездку. Дома мечтала о путешествиях, и сейчас бы радоваться, что появилась такая возможность, да и когда вернусь, Ник ведь уже будет свободен… А что-то ныло внутри, нехорошее предчувствие разрасталось, медленно, но упрямо. Ник тоже был на взводе, когда прощались, и даже кот странно притих и что-то своё обдумывал. Я искренне надеялась, что не пакости…

Томео завёл мотор, и мы покатили на праздник морских огней.

По дороге разговор как-то не складывался. Дизвар был непривычно молчалив и упорно смотрел на дорогу, и только заметив мой настороженный взгляд, улыбнулся.

― Простите, дорогая, сейчас я плохой собеседник. Давненько не ездил в дальние поездки на авто, немного нервничаю. Да и пассажирка такая ценная!

Он снова улыбнулся, но второй улыбке я поверила ещё меньше, чем первой. С другой стороны, это же Томео, опекун Ника, уж его точно подозревать не в чем. Ну, мало ли, что там у человека могут быть за сложности, наверное, просто о своих делах думает… На этой мысли я расслабилась, чему очень способствовали изумительные пейзажи за окном.

По обеим сторонам дороги выросли хвойные гиганты с пушистыми кистями длинных игл, а вдали, среди их ветвей блестело море. Вечер уже окрашивал горизонт в розовато-золотистые тона, и пушистые облачка на небе стали похожи на цветную сладкую вату. Я вздохнула, вспомнив дом и маму с Котяном, и как в детстве ходили в парк на карусели, и Юля покупала нам это лакомство. Мама... Костя... Если я выйду за Ника, то никогда их больше не увижу, и понимание этого отравляло жизнь и отзывалось болью в душе. Они же там с ума сходят, а я даже связаться не могу с ними.

Сам собой с губ сорвался вопрос:

― Томео, если я останусь тут, есть какая-то надежда сообщить моим родным, что со мной всё хорошо?

Дизвар кинул на меня долгий, внимательный взгляд и вздохнул.

― Ну, теоретически, можно найти мага, который соберётся в ваш мир на каникулы, хотя среди нас мало желающих, оказаться там, где магия едва действует. Но дело даже не в этом… Что вы им напишете? Правду? Они не поверят. А слова, что вы в порядке, но всё бросили, удрали и больше не сможете с ними связаться, вряд ли их успокоят.

― А вы не могли бы туда… съездить? – я не знала, как правильно назвать путешествие в другой мир через портал.

― Нет, Кирочка, я бывал у вас в молодости, мне туда дорога закрыта.

Теперь уже вздохнула и сникла я… Томео прав. В данном случае реальность слишком фантастична, а как ещё я объясню родным, почему не могу ни приехать, ни позвонить, ни письма прислать?.. Однако тупик. Вот вечно так! Только подкатит судьба бочку мёда, как тут же навалит туда ведро дёгтя! И хорошо, если только его…

Томео вдруг притормозил и показал куда-то вниз, привлекая моё внимание. Дорога, по которой мы ехали, тянулась по краю отвесного берега, и с обочины открывался потрясающий вид. Вдоль узкой полоски песка, зажатая между скалой и водой, растянулась небольшая деревня. Аккуратные домики, типа мазанок, отражали окнами краски заката, кругом лежали рыбацкие сети, лодки, вёсла, а от берега в синеву вод уходил длинный причал, возле которого покачивались на волнах судёнышки побольше. Тут всё дышало радостным возбуждением. Сновали и весело перекликались люди, подростки споро складывали пирамидки для костров, прямо под открытым небом жарилась и коптилась рыба.

― Почти приехали, дальше будет спуск к деревне, но придётся пройти пешком, там слишком узко, автомобиль не проедет, – Томео снова завёл мотор. – Мы быстро добрались, так что можно не торопиться, и это хорошо. Тут очень вкусно коптят рыбу, местный секретный рецепт давно не даёт покоя зиндарским рестораторам, вот мы и устроим себе пир, а как стемнеет, начнётся праздник.

― Там будут костры? А при чём тут морские огни? – мне было не слишком любопытно, но хотелось отвлечься от грустных дум.

― Костры там будут, и морские огни тоже, увидите, – улыбнулся Дизвар, таинственно подмигнул и зачем то добавил: – Всё будет хорошо, Кира. В конце концов, всё будет хорошо. Лучшее, что может случиться с человеком, это жизнь...

Глава 11

На берегу пахло копчёной и сырой рыбой, морем и дымом, а плеск лёгких волн заглушался голосами людей, которые всё прибывали. На праздник собирались не только все местные, но и городские любопытствующие, вроде нас.

В импровизированном уличном кафе мы купили жареной и копчёной рыбы, местного чая с травами, ароматного хлеба и маринованных оливок. Просто, никаких изысков, но очень душевно, особенно если любоваться на сумасшедший закат… А небо буквально полыхало пожаром, отражаясь в море невообразимой феерией! Я млела от всей этой красоты, наслаждалась ароматом хвои, струящимся от свечи на нашем столике, слушала мелодичные песни и смех, доносившиеся с причала, и для полного счастья не хватало только любимого рядом.

День догорал. Люди принялись разжигать костры, в воздух взметнулись искры и голубоватый дым, праздник подходил к своему пику, и я гадала, что же это за морские огни, а Томео посмеивался над моим нетерпением, но ничего не объяснял.

Вдруг Дизвар извинился и направился к какому-то человеку, застывшему у одного из костров. Высокий, сухопарый незнакомец пожал руку моему компаньону, они перекинулись парой слов и неторопливо направились к нашему столику. Было довольно светло, так что я смогла хорошо рассмотреть мужчину. Около сорока лет, тёмные волосы собраны в короткий хвост у шеи, волевой подбородок, прямые брови, смуглая кожа… В общем-то, его можно было назвать привлекательным, вот только напряжённый взгляд, строго под ноги, слегка портил картину. Незнакомец двигался лёгкой, пружинящей походкой человека, привыкшего к физическим нагрузкам, и я подумала, что он вряд ли из высшего общества. Тем любопытнее стало, что же связывает их с Дизваром?

― Кира, дорогая, познакомьтесь, это Дамаро Риази, лучший садовник, которого я когда-либо встречал! Он работал у меня, но королевский дворец сманил и этого достойного человека. Ох уж, сладкий запах карьеры... – преувеличенно вздохнул Томео и повернулся к мужчине. – Мар, это Кира Котина, моя подопечная на некоторое время, пока не освоится у нас в Зиндаре.

― Здравствуйте, госпожа, – лучший садовник поклонился немного зажато, и казалось, стеснялся на меня лишний раз взглянуть.

― Удивительно, в городе ни разу не встречались, с тех пор, как ты уволился, а тут... – покачал головой Томео, усаживаясь на место и предлагая знакомому присоединиться к нашему ужину.

― Да, вот, решил навестить родные места. Давно не видел этот праздник, – словно бы оправдался Риази и стрельнул в меня быстрым взглядом.

Дизвар заказал ещё еды, мужчины заговорили о былых временах, однако уж слишком много болтал один, и чересчур напряжён был другой, а общая атмосфера за столиком стала какой-то нервозной и неестественной. Такой вечер мне уже не нравился, но к счастью, очень быстро стемнело, и Томео предложил пойти к лодке.

― Мы поплывём? – удивилась я и вспомнила медуз. Перевернуться как-то не хотелось, только жизнь начала налаживаться...

― Морские огни лучше видно с воды, – неожиданно ответил Риази, до этого вообще меня, казалось, не замечавший, и Томео согласно кивнул.

Мужчины помогли мне взобраться в крепкую, небольшую лодку с высокими бортами, садовник оттолкнул её с песка в воду, и тут перед моим компаньоном появился увесистый клубочек сообщения.

― Проклятье! В самый неподходящий момент! – простонал Дизвар. – Огни появляются совсем на чуть-чуть, явление такое кратковременное... Вам придётся ехать без меня. Кире обязательно надо это увидеть! – он повернулся ко мне и бодро улыбнулся: – Дорогая, ничего не бойтесь, только не трогайте воду, с Дамаро вы в надёжных руках.

Риази, как по команде, забрался в лодку, оттолкнулся от берега длинным шестом, а Томео ему немного помог и пошёл обратно за столик.

От неожиданности я потеряла дар речи, садовник тоже к общению не стремился, и в неловком молчании мы отплыли от берега.

Другие разномастные судёнышки скользили вокруг нас в густой темноте, только на берегу горели костры, а яркие звёзды, усыпавшие бархатное небо, отражались искорками в спокойной воде. Риази поставил лодку так, что серп луны оказался позади нас, и я заметила, что другие лодки повернулись так же, а люди смотрели в море. Честно говоря, настроение моё было испорчено настолько, что любопытства совсем не осталось, но чтобы не слишком остро ощущать присутствие чужого человека, я тоже уставилась на воду.

***

Лодка мерно покачивалась, в воздухе лилась нежная песня, а мне было так тоскливо, что хотелось броситься в волны, уплыть к берегу и заставить Томео отвезти меня назад к Нику. Не знаю, откуда взялось беспросветное отчаяние, но душа и тело заледенели, я сжалась на сиденье и дрожала, кутаясь в плащ, при этом взгляд блуждал по горизонту. Мой спутник, похоже, тоже маялся, молчал и тяжело вздыхал время от времени. Сплошной позитив и романтика...

Вдруг тёплая, мозолистая рука тронула мои пальцы, вцепившиеся в борт, заставив вздрогнуть от неожиданности.

― Смотрите, – прошептал Риази, указывая на воду.

Я глянула в тёмные волны и обомлела. Сначала подумала, что отражение звезд становится ярче, но потом поняла, что из глубин поднимаются светящиеся точечки, увеличиваются, их сияние усиливается… Какие-то пару минут, и уже не видно отражений, а море само светится собственными звёздами.

Мне доводилось слышать о похожем явлении в родном мире, однако увидеть это своими глазами было необыкновенно! Происходящее казалось сказкой наяву, и я повернулась к Дамаро, улыбаясь, стремясь разделить детский восторг… Увы, мужчина остался суровым и молчаливым, хотя так резко вздрогнул, будто украдкой рассматривал меня и едва не попался на этом. Странный он какой-то… Да и ладно! Я отмахнулась от неприятных мыслей, поглощенная изумительным явлением, боясь пропустить хоть секунду чуда.

Томео оказался прав, морские огоньки появились на несколько минут и стали гаснуть. Не опускались обратно в море, а просто затухали, и в этом умирании тоже было нечто завораживающее. Действительно, это самое романтичное, что я видела в жизни. Вот бы оказаться среди этой сказки с Ником!.. Грусть, отступившая ненадолго, вернулась с удвоенной силой, и я поняла, что безумно соскучилась по своему принцу.

Когда огоньки потухли, а отражения звёзд вновь показались на тёмной глади волн, лодки поплыли к берегу, и мы последовали за ними. Ощущение чуда пропало, а щемящая тоска осталась, да ещё у кромки воды нас ждал Дизвар с самым несчастным выражением лица. Я мелочно понадеялась, что опекуна попросили срочно вернуться на работу, наш вояж придётся закончить, едва начав, и мы с Ником встретимся уже этой ночью... Да как бы не так!

― Кирочка, простите старого дурня, забыл кое-что сделать сегодня, придётся поработать здесь, а потом ещё нужно отправить Эньяри инструкции, отослать отчёт... Как хорошо, что мы встретили Дамаро, а то вы бы и огни из-за меня пропустили! Слушайте, а может, прогуляетесь немного вдвоём, пока я закончу с делами? – Томео поочерёдно глянул на нас, и обратился к садовнику: – Мар, ты не против развлечь девушку, пока я занят? Она розы любит, расскажешь ей что-нибудь…

Садовник молча пожал плечами, мол, прошвырнёмся, не проблема, а я изобразила улыбку, чтобы не выглядеть совсем уж пришибленной, хотя стоило представить эту прогулку, как захотелось завыть. В лодке-то слова друг другу не сказали, а тут надо как-то общаться. Нет, у меня с коммуникабельностью проблем не было, а вот у Риази, похоже, были, и мне совсем не улыбалось стать «душой и заводилой» этого томного вечера. С другой стороны, может, прогуляемся в тишине? Молчит, в душу не лезет, мужским вниманием не донимает, почти идеальный компаньон...

Риази предложил мне взять его под руку и повёл по берегу, причём молчать почему-то не захотел, и началось вымучивание непринуждённой беседы. Романтика и красота вечера не просто исчезли, они зашкалили в минус, а я с нежностью вспомнила, как с первых же минут с Ником у нас нашлась масса тем для разговоров. Вот и почувствуй разницу...

Кое-как, прыгая, как хромой пират по кочкам, с одной темы на другую, мы таки нашли то, о чём Риази мог и хотел говорить. Оказалось, Дамаро овдовел пару лет назад и остро переживал потерю супруги, с которой они вместе работали у Томео. Собственно, тогда он и перешёл на работу в дворцовую садовническую службу, просто потому что не смог остаться там, где всё напоминало о любимой женщине.

Судя по неожиданной словоохотливости мужчины, он впервые говорил об этом с кем-то, не сдерживая эмоций и чувств. Что называется, накопилось у человека, и мои уши внезапно оказались самыми подходящими, уж и не знаю, чем я его так к себе расположила. А может, он из тех, кому легче раскрыть душу постороннему, чем знакомым и близким людям... В общем, я выслушала всю историю их жизни, печальную повесть о болезни и кончине его дорогой жены, и рассказ об одиночестве последних лет. Вот это было мне знакомо. Пусть я никого не теряла, но с одинокой жизнью почти сроднилась, а после исчезновения Ника, в общем-то, и чувство потери мне было не чуждо.

В конце рассказа мужчина вздохнул, глаза подозрительно заблестели, и он отвернулся к скалам, прошептав, что уж лучше бы она ушла к другому. Несмотря на боль, он бы знал, что любимая жива и счастлива, и жил бы её счастьем…

Я не нашлась, что ответить, радовало лишь то, что моего ответа собеседник и не ждал. Риази было достаточно вздохов, поддакивания и печальных междометий.

Так мы и гуляли, когда нас нашёл Томео. Предложение поехать в гостиницу показалось своевременным настолько, что я едва сдержалась от радостного вопля и победного танца сытых каннибалов над трупом жертвы. Хотя в роли жертвы тут была скорее я. Дамаро буквально выпил мою энергию своей печалью, даже морские огни забылись на фоне его истории. Никогда не считала себя чёрствой или неспособной к сочувствию, но всё хорошо в меру… В общем, от праздника осталось гнетущее впечатление. Погуляли на славу…

Оказавшись в номере, я постаралась смыть негатив и выкинуть из головы ненужные мысли, однако спала плохо, и сны были какие-то грустные. К счастью, утром от них только тяжесть на душе осталась...

*** ВЕРАНДА ГОСТИНИЦЫ

― Что скажешь, Мар? – глядя на море, Томео облокотился на белые резные перила.

Луну закрыли неожиданные облака, и тёмная вода выглядела зловещей бездной. Мужчина отвернулся, чувствуя, как такая же тьма подступает к нему со всех сторон. Сомнения… Раз за разом он твердил себе, что поступает правильно, что иного выхода нет, но легче не становилось. Утром он своими руками разрушит надежды Никриса и девочки…

Его собеседник некоторое время молчал, а в итоге облёк в слова мысли самого Дизвара:

― Вы уверены, что это единственный выход? Мне понравилась девушка, такая милая, отзывчивая, улыбка красивая… Я вряд ли уже когда-то полюблю, так что могу и жениться, терять-то нечего. С супружеским долгом к ней лезть не стану, как вы и требуете, а захочет с другим жить, пусть живёт, но самой-то ей это принесёт счастье?

― Мы спасаем ей жизнь, Дамаро! – отрезал Томео, а голос предательски дрогнул. – И ты единственный, кому я могу доверить Киру. Твоё слово дорогого стоит, а мне важно знать, что наше соглашение будет выполнено даже в случае моей смерти. Не хочу, чтобы фиктивный брак во спасение стал однажды ловушкой для этой девочки. Поэтому завтра… После обряда я сразу заберу её и сам расскажу о приговоре, объясню, что это всё было необходимо… Со временем боль уляжется, обида успокоится, но девушка будет жить! Никрис меня возненавидит, конечно, но, надеюсь, тоже поймёт… Очень надеюсь. А если и нет, лучше я буду злодеем, чем дам королевским палачам загубить невинную душу. От любви не умирают, а вот от несчастных случаев очень даже.

― Вы правы, от любви не умирают, просто без неё не живут... Я сделаю, как вы просите, не хочу, чтобы такое милое создание погибло, но всё же подумайте. Ещё есть время, остановиться. Быть может, ваш приёмный сын найдёт какой-то выход? Мой вам совет, господин Томео, расскажите ему, пока не свершилось непоправимое.

С этими словами Риази ушёл, а Томео всхлипнул и уронил косматую голову на ладони. План, который он придумал, выглядел крепким, единственно правильным. Вечером. А вот теперь, когда ночь неумолимо спешила к утру, мужчина уже ни в чём не был уверен. Рассказать правду Никрису? Он пойдёт напролом, будет рваться на аудиенцию к правителю, и хорошо, если сам не пострадает. Отправить обоих в другой мир? У Томео были нужные связи, вот только приказ чёткий, найти и устранить. Мир в нём не указан. И Никрис станет соучастником побега, а это равносильно государственной измене и карается смертью. Томео прокручивал варианты снова и снова, и не находил ни малейшего шанса спасти и сына, и девушку иным способом. В конце концов, так оба будут живы, смогут даже жить вместе, правда, вне брака…

Он вздохнул, вытер кулаком влажные глаза и решительно направился спать. Выбора нет, утром Кира станет женой Дамаро, потеряет магию и будет спасена. А дальше… Проблемы надо решать по мере поступления.

***

За завтраком Дизвар улыбнулся мне и сам налил кофе, но выглядел усталым, будто всю ночь не спал. Я насторожилась, может, он приболел? Вечером сказал, что разделался с делами и теперь волен отдыхать хоть неделю, строил планы на это утро, однако беззаботностью что-то не пахло.

― Томео, у вас всё в порядке? Если плохо себя чувствуете, так, может, останемся тут ещё на день, вы отдохнёте. За рулём же тяжело…

Мужчина неожиданно вскочил, похлопал меня по руке и чмокнул в макушку, а потом вышел, глухо пробормотав:

― Пейте кофе, девочка моя, всё будет хорошо.

Я осталась одна, сбитая с толку, соображая, что в моих словах могло так растрогать Дизвара. А может, что-то случилось, и он просто не хочет меня расстраивать? Аппетит пропал, я с трудом проглотила ароматный кофе, не получив ни малейшего удовольствия, и решила всё же выяснить, что творится.

Однако стоило привстать, как голова закружилась, перед глазами поплыли хлопья редкого тумана, а происходящее вокруг виделось, как в замедленной съёмке, звуки так же растягивались и отдавались эхом в опустевшей голове.

Томео вернулся, а я не могла даже сказать, что со мной происходит, только смотрела на него беспомощно. Дизвар легонько погладил меня по плечу и, взяв за руку, присел на корточки рядом, грустно заглянув в глаза.

― Кира, я хочу вам добра, ничего не бойтесь. Просто отвечайте на все вопросы «да», не важно, кто будет их задавать. Хорошо? Говорите «да»…

― Да, – я с удивлением услышала собственный голос. В мыслях снова и снова повторялись наставления мужчины. Нужно отвечать согласием на все вопросы…

Томео встал, помог мне подняться и куда-то повёл, но это было не важно. Говорить «да», со всем соглашаться… Говорить «да»…