Твоя доброта - моя надежда

Глава 1

Из открытого балкона реял студёный ветер, сокрушая веющее тепло комнаты вдребезги, после себя оставляя ужасный холод.

Ледяной воздух окружил и обволок в свои объятия раскиданные по всей темной комнате вещи. Тусклый свет лампы расплывался на глазах млеющей Киры. Гусиная кожа распространилась по всему телу остуженной девушки. Но, несмотря на это, Ю продолжала стоять напротив высокого зеркала, глядя на себя с явным презрением и отвращением.

Прошло уже три года, как она заметно изменилась не в лучшую сторону: исхудавшее телосложение, хрупкие заколотые иглами запястья из-за периодической системы, почти прозрачно-бледная кожа из-за недомогания, острые плечи, кудлатые, чуть кудрявые волосы до плеч и проросшая чёлка, скрывающая два стеклянных шарика, что опустели и потеряли былой радужный блеск.

Холодный взгляд постепенно снизошел к полу, где была разбросана приготовленная одежда, вероятно, к последней прогулке. Вдруг из болезненной груди вырвался очередной выплеск темно-багровой крови, позже которая разбрызгала лежавшую на полу одежду. Затем последовала мучительная колика в области легких, с такой силой, что Ю пришлось согнуться и снова выпустить всю накопившуюся гадость. Схватившись за живот, она еле держалась на ногах, в любую секунду готовая выбиться из колеи. Сейчас ей ни в коем случае нельзя показывать своё настоящее состояние своим родителям: если узнают, то сразу повезут в больницу. А пока она не хочет вновь мучиться там в бесконечных терзающих как физически, так и морально процедурах. Если это ее последний день, то, так и быть, ей лишь нужно попробовать кое-что безумное для неё. Все равно ей дальше не прожить. Раз так, ей нечего терять.

Ведь все бесполезно — это она поняла...

Вытерев всю мерзость с себя, Кира начала собираться, накинув аквамариновые бриджи и футболку с открытыми плечиками. После она собрала непослушные пшеничные волосы в конный хвост.

— Доча, ты как? Хорошо себя чувствуешь? — без стука вторгается в комнату кропотливая мать, тут же накидываясь на собственную дочь с объятиями. Ю Кира кивнула, слабо приподняла губы в улыбке, в ответ лишь неподвижно застывая на месте.

— Тогда, ладно, — на морщинистых щеках ещё больше появились складки, из-за последствия облегчённой улыбки матери.

— Мам, я сейчас поеду к Миран, так что не волнуйся. Со мной все будет в порядке, — опять фальшивая улыбка на лице Ю, лишь бы не бросать родную мать в путы сомнений и ненадежных беспокойств. Просто она устала от всего этого кошмара, изнуряющего её каждую ночь изнутри, словно органы по этой причине разлагаются.

— С чего бы это? — вопросительно вглядывалась в почерневшие от холода глаза дочери госпожа Ю, крепко вцепившись руками в предплечья.

В данный момент мать Киры стала чаще подозревать её не в благих делах, после того происшествия: Кире было 17 ,и она вышла погулять с друзьями в испорченную погоду, в неясный день, когда тучи нахмурились и полился черный дождь, который смывал все на своём пути, хладный и моросящий до костяшек. Кира оделась слишком легко, тогда и возникла эта роковая болезнь для неё. Ещё с детства у неё были больные легкие, она все время подвергалась опасностью пневмоний: ежедневные боли в груди, тяжёлые отдышки, учащение пульса и тошнота, а сейчас все эти признаки только увеличились вдвое.

— Просто соскучилась, — горько соврала Ю: зачем же она несёт весь этот бред? Зачем она вообще придумала эту палящую чушь? — Хорошо, так и быть. Это будет последний раз, договорились? Ю согласно качает головой, мысленно повторяя последние слова:

"В последний раз..."

***

Потемневшие облака тянулись в одну большую спираль над землёй. Воздух с каждой минутой становился ядом для дыхания Киры.

"Снова все повторяется, наверное."

Наконец, Ю пришла к назначенной цели и даже умудрилась шагнуть вовнутрь совсем неизведанного мира.

Для неё это — впервые впитывать приторный запах дыма и перегара, впервые видеть опьяневших дурманом похмелья подростков и молодых людей, самой влиться в этот коллектив, впервые слепиться от ярких и одновременно резких вспышек прожектора, впервые вслушиваться в оглушённые биты громкой музыки, впервые почувствовать по-настоящему свободу.

Возле барной стойки бармен налил Ю полный бокал коньяка. Она давно мечтала отведать из всех спиртных именно коньяк, так как этот вид алкоголя не принято "намахивать", как водку и прочие напитки. Его даже не пьют, а потягивают — не торопясь, упиваясь его ароматом. Чтобы получать удовольствие от коньяка, надо уметь ощущать его аромат, именно поэтому специальный бокал для коньяка называется "снифтер" (от английского - нюхать). Он изготовлен из гладкого не цветного стекла или хрусталя, имеет форму пузатой рюмки на ножке, резко сужающейся кверху. Насладившись всей гаммой аромата, она перешла к потреблению коньяка: маленькими глоточками пробуя напиток на вкус, ощущая, насколько хорошо он распространяется во рту, производя эффект "хвоста павлина", так, как будто он раскрывается во рту. Сбоку от Киры кто-то присоединился, так же попивая алкоголь, одурманивающий голову и полоскающий горло приятным и кислым теплом. Незнакомец подтянулся ближе к стойке, расправив пиджак и сложив руки перед собой. Заметив совершенно увлечённую потреблением спиртного юную девушку, он покачал головой. По неизвестной причине ему стало её жаль. Может, потому что она выглядела в его глазах беззащитной и абсолютно опустошённой, будто внутри неё лишь сплошной вакуум и больше ничего. Особенно этот холодный взгляд породил в парне чувство бескрайней жалости и грусти.

— Знайте, вам лучше стоит выпить красного вина. Очень изысканный и, конечно же, полезный. Полезный для здоровья и кровообращения, — предложил все это время наблюдавший за ней блондин. Он преподнёс бокал красного вина к её руке и растянулся в милой улыбке.

— Хмм, опять это здоровье. Честно говоря, меня уже достало вся это ахинея про здоровье. Даже здесь в таком-то заведении напоминают мне об этом... о... моей неминуемой болезни, — неожиданно разрывается Ю, царапая ногтями свои щёки.

— Что? О чем вы? — искренне не понимал удивленный незнакомец и аккуратно убрал карабкающиеся пальцы девушки с лица, при этом заставляя посмотреть на себя.

— Хотя, пожалуй я выпью. И давайте без формальностей, — её нежданные действия снова выводят его в вероломное изумление. Она залпом выливает в горло приятно обжигающую жидкость, незачем посмеявшись.

"Думаю, я достаточно пьяна".

— Пойдём-ка, мистер незнакомец, — быстро встав с места, Ю позвала того мелким жестом, приволакивая к лестнице.

— Кххм, меня зовут Мин Юнги, — вежливо отвечает парень, не отставая от девушки.

— Я Ю Кира, очень приятно, — кинула она, оглядываясь по сторонам в поиске свободного номера.

"Пока что у меня есть время. Пожалуйста, хотя бы именно сейчас не подведи меня, здоровишка моя".

— Ты куда идёшь? — спросил Мин, любопытно пялясь на прохожих.

— Туда, где можно отвлечься полностью, — тихо проговорила девушка, как только зашла в пустую комнату.

Лёгкое головокружение дало о себе знать, и Ю невольно наклонилась, опираясь руками о колени, и вынудила парня обратить на себя все внимание и бережно протянуть ей руку, усаживая на двухместную кровать посередине широкой комнаты.

— Ты слишком холодная. Чересчур низкая температура для человеческого организма. — Его голос становился все ниже, создавая щекотливую хрипотцу. Однако недовольный тон вынудил Киру вернуться в реальность.

— А ты тёплый и нежный, — на одном дыхании неосознанно выпалила Ю.

Её глаза горели незнакомым блеском, что так отличался от обычного. После её слов парню вдруг стало неловко и непривычно. Ему стало жарко не от того, что в комнате высокая температура, а от того, что сейчас с ним творит Кира. Парень не смог воздержаться и лихо придавил Ю к бархатной пастели, ставя ладони по бокам. Она словно светилась в ночной мгле, как светлячок, одаривающий лучики света только по ночам и никогда днём.

У Киры все впервые: порхающие бабочки внутри живота, тёплая согревающая улыбка, чужое горячее дыхание на губах и лелеющее чувство заполненности в сердце. Она только сейчас заметила, какой же на самом деле красивый Юнги. Все-таки вблизи глаза открываются. У него такие же, как у неё, пшеничные волосы, пронзительные глаза тёмного затуманенного цвета, тонкий нос, острые скулы и маленькие светло-розовые губы.

Она не отводила от него интересующегося взгляда, как и он от неё, однако это продолжалось недолго. Мин ласково прикоснулся к её раскрасневшейся щеке и осторожно провёл длинными пальцами вниз, проходясь по выразительным скулам и останавливаясь у самых губ. Она поморщилась от умильного тока, пробивающего её насквозь.

Юнги усмехнулся, видя её реакцию и дальше принялся рисовать на сей раз кончиком носа смысловые узоры: сначала на голубой венке на шее, затем на ключицах и прямо у ложбинке груди. Кира нескладно съёжилась под напором желанных прикосновений. Целая стая мурашек пробежалось по её коже. Замерев на долю секунды, девушка почувствовала легкий поцелуй в радиусе ложбинки груди и неконтролируемо ахнула.

У обоих здравый смысл потеряло своё было значение. Разум завешан похмельем. Сразу же девушка ощутила бешеный ритм сердцебиения, дыхание резко отяжелело, и в груди начало покалывать. Не терпя болезненную муку, Ю ничего не делала и лишь подавалась благим ласкам нового знакомого. Слезы из глаз несдержанно текли, а девушка все сжимала свои губы в полоску, не желая обрывать такой прекрасный момент.

Когда Юнги перевёл на неё свой затуманенный взор, то сразу отрезвился, будто облака испарились, превратившись в клубы пара, и с тревожным видом не мог проронить и слова.

— Тихо, Юнги, просто сделай это. Трахни меня — и все! На этом все закончится. Пожалуйста, — разрыдалась Ю, не выдерживая обжигающую боль в легких.

— Что ты вообще говоришь? Я не понимаю, — вымолвил он.

Однако он не успел даже предпринять хоть какое-то действие, как тут же был заточен в нежном и нуждающимся поцелуе девушки. Мягкость и лёгкость поселились в душах у обоих, ощущение того, что они связаны невидимыми узами, лишь добавляло в них некий огонёк. Губы обоих разминали друг друга и дополняли, словно играясь, кто больше помнёт и закусает. Они были готовы утонуть в бездне этих сладких томных ощущении, лишь бы происходящее продолжалось вечно. Дыхания обоих слились, однако состояние девушки ухудшалось с каждым мигом, проведённым вместе с ним... Столь чувствительный поцелуй закончился не самым счастливым путём...

***

Проходили сутки — ни минуты покоя и отдыха. Настенные часы на белой стене надоедливо тикали, нарушая губительную тишину между мужем и женой. Оба были на пределе чувств. Кажется, ещё чуток — и они извергнутся магмой, как пылающий вулкан. Мысли только забиты о родной дочке, которая два дня назад попала в больницу в наихудшем состоянии. Они и представить не могли, что они подвергли невероятной опасности здоровье дочери. Даже по больнице уже пошли слухи, что она не выживет.

— Это вы родители Ю Кира? — от внезапности оба родителя вздрогнули и с паническим видом заторможенно кивнули.

— У вашей дочери уже как год нарастала болезнь рака легких, я прав? Это эндогенная болезнь, в ней обычно присутствуют туберкулез, пневмония, бронхит, пневмофиброз и эндокринопатия. Как я и предполагал, у неё развивалась пневмония. К этому виду болезни мы сделали лучевую терапию и химиотерапию. Так вот, её организм на 3 стадий. Провести операцию в столь критическом положении нам далось с очень огромным риском. Мы все сделали, что было в наших руках. Теперь, нам придётся только ждать, — с трудом протараторил врач, снимая с себя маску.

Мать Ю расплакалась, больше не смея сдерживаться. Осознание того, что её дочь спасли, вызывало немало радостных чувств у родителей, даже у самого юного доктора. Глядя на них, он счастливо улыбался. Ведь он собственноручно спас её от верной смерти.

— Я вам безгранично благодарна, доктор Мин. Вы спасли мою дочь. Боже, спасибо вам, — обнимая врача, женщина шмыгала носом и всхлипывала.

***

"Мысли путаются. Я слышу голоса. Очень знакомый голос. Юнги?"

— Все будет хорошо, Кира. Я обещаю, только держись, дорогая, — хриплый и взволнованный тембр Юнги успокаивал Ю Киру в душе.

"Наверное, только твои слова подействовали на мою судьбу..."

***

Сидя за компьютером, Ю с великой охотой открыла почту и незамедлительно кликнула мышкой по непрочитанному сообщению:

«У каждого человека есть переломный момент в жизни. Во вдовствующем мире наступают много трудностей и препятствий, потом через некоторое время все они проходят. Этот случай с тобой — промежуточное испытание на устойчивость. Господь проверяет каждого, дабы удостовериться вправду ли заслужило его творение жить в этом мире. И ты этого заслужила. Запомни, Кира больше не опускай руки, не надо, не поддавайся негативным чувствам, они лишь задушат тебя. Просто следуй зову своего сердца. Я безгранично рад и, кажется, даже счастлив, что ты поставила себя на ноги и преодолела эту мишень. Честно признаться, я благодарен тебе. Ты жива, и это — самое главное для меня. Живи дальше, дорогая Ю Кира. Скоро мы снова встретимся. Прости, что уехал, не предупредив тебя.»

«Спасибо, спасибо. Ведь, твоя доброта — моя надежда.»