Твори бардак, мы здесь проездом!

Глава 1

Твори бардак, мы здесь проездом![1]

Данная книга является художественным произведением. Поэтому хронология футбольных матчей, их результаты и портреты участников не всегда соответствуют исторической действительности, а все совпадения носят случайный характер.

1969 год. Февраль. Венесуэла. Каракас

Передача была что надо! Юрка Семин очень тонко прочувствовал момент и ювелирно дал мяч на ход, вразрез между двух защитников венесуэльской команды так, что Данила одним махом оставил их позади и устремился на рандеву с голкипером. Стадион замер в тревожном ожидании. Вратарь рванулся было вперед, на перехват, но потом затормозил и растерянно заметался в своей штрафной, судорожно решая, что же ему делать. Попытаться остановить форварда противника самому или понадеяться на защитников – вдруг догонят?

Данила разом оценил выгоду ситуации: голкипер потерял ворота и выдвинулся слишком далеко от них, а значит теперь можно попробовать перекинуть его аккуратным парашютиком. Незадолго до конца первого тайма Генка Еврюжихин уже забил так после мастерской передачи Аничкина, но судья не засчитал гол, определив пассивный офсайд у одного из динамовцев. Сейчас же никто не мешал размочить, наконец, нули в матче.

Нападающий чуть притормозил, примерился к скачущему по траве мячу, замахнулся и… полетел кубарем по жесткому негостеприимному газону «Эстадио Насьональ» после отчаянного подката защитника, который догнал таки Данилу. Трибуны взревели от восторга!

-Рэф[2], фол! – заорал кто-то из товарищей по команде. – Фол. Ставь штрафной, гад!

Данила в это время ничком лежал на коротко стриженной траве сломанной куклой, пытаясь сделать хотя бы один вдох. При падении он не сумел правильно сгруппироваться, здорово приложился грудью о землю и теперь бессильно развевал рот, словно выброшенная на берег рыба. Перед глазами плавали в неспешном хороводе разноцветные мушки.

- Малой, ты как, встать можешь? – Витька Аничкин потянул нападающего за плечо. – Эй, ты живой там?

- Нормально, - просипел Данила. Боль немного отступила и парень потихоньку-полегоньку задышал. – Помоги лучше подняться.

- Э, да ты еле на ногах стоишь, - мигом оценил состояние товарища капитан, когда с помощью еще одного динамовца придал пострадавшему вертикальное положение. – Константин Иваныч, замена! – Аничкин отчаянно замахал в сторону скамейки запасных, сигнализируя главному тренеру о том, что Данила не сможет продолжить игру.

- Ерунда, - заволновался Данила, - я могу продолжить игру. Вить, не надо меня убирать. Сейчас отдышусь и все будет в порядке! – но тут же страдальчески охнул, сделав неловкое движение.

- Ага, - скептически усмехнулся Аничкин, - ты бы видел себя – краше в гроб кладут. Иди отдыхай, не за чемпионство, поди, рубимся. И так справимся. О, глянь, Юрка уже выйти готов.

Данила медленно обернулся. На кромке поля уже энергично разминался стройный, гибкий с аккуратно уложенной прической Юрий Авруцкий. Что ж, тренеру виднее. Форвард нехотя побрел к скамейке запасных. Жаль, что не получилось напоследок отличиться, но таков уж удел нападающего – когда пусто, когда густо. Прям, как у рыбаков.

- Живой? – окликнул его врач команды. – Помощь нужна?

Данила молча показал большой палец. Говорить что либо не хотелось из-за бушевавшей внутри обиды. Он все-таки считал, что вполне мог бы доиграть матч до конца. Но с кем спорить и пытаться доказывать свою правоту, с Бесковым что ли? Не, дурных нема! Раскроешь так ненароком рот и мигом окажешься снова в дубле.

- Бездарная игра, Мельник! – главный тренер словно подслушал мысли нападающего и соизволил обратить на того свое внимание. – Бездарная! Как ты умудрился запороть такой верный момент? Завтра на тренировке сто раз из этого положения пробьешь. А теперь скройся с глаз моих, - Бесков раздраженно взмахнул рукой и вновь прикипел взглядом к полю.

Вот и поговорили. Данила взял у администратора ключ от раздевалки и нырнул в тоннель под трибунами. Дошел до нужной двери, отмахиваясь от вездесущих репортеров и фотографов, словно от надоедливых мух, щелкнул замком и, наконец, остался один.

Стоп, один ли?! В глаза бросилась расстегнутая наполовину спортивная сумка Яшина и наспех засунутые туда личные вещи вратаря «Динамо». А ведь Данила точно помнил, что Лев Иванович аккуратно застегивал молнию своего баула перед выходом на игру.

Мельник обвел взглядом раздевалку. А ведь и правда, кто-то явно покопался в вещах советских игроков. Сразу и не заметишь, но при внимательном рассмотрении бросаются в глаза не закрытые до конца сумки, небрежно сброшенные на пол пакеты, неряшливо повешенные на плечиках костюмы. Но как такое может быть, раздевалку ведь после перерыва запер администратор команды?

Тихий шорох и негромкий звук падения какого-то предмета подсказал разгадку. Кто-то посторонний спрятался за дверью туалета, примыкавшего к основному помещению раздевалки. Ага, значит вор в перерыве, под шумок, просочился внутрь, спрятался в туалете, дождался, пока все уйдут, спокойно обчистил вещи игроков и теперь снова сидит в своем убежище. А что, хороший план – будь Данила не столь внимателен, направился бы сейчас в душ, а этот ухарь тем временем спокойно ушел. Дверь то в раздевалку сейчас закрыта не на ключ, а лишь на задвижку.

И что прикажете делать, выйти в коридор и позвать на помощь? Испанского он не знает, где гарантия, что кто-нибудь поймет его английский? А, была не была!

Данила осторожно подошел к двери, за которой прятался воришка, прислушался – затаился, подлюка! – и с силой дернул ручку: - Полиция!

Универсальное название правоохранительных органов оказало поистине магический эффект. У злоумышленника явно сдали нервы. Дверь с треском распахнулась и из кабинки выскочил невысокий смуглый мужичонка в цветастой рубахе. На лице у него застыло выражение паники.

- Н-на! – кулак Данилы впечатался прямо в подбородок незадачливого вора. Его голова дернулась назад и мужчина с грохотом рухнул на пол. Чистый нокаут! Эх, жаль, что никто не может оценить столь блистательную победу. Мельник подул на отбитые костяшки, слизнул выступившую капельку крови и задумался, чем бы связать этого нехорошего человека. А то, не ровен час, очухается, да решит продолжить спарринг.

В общем, когда игроки «Динамо» после окончания матча ввалились в раздевалку, весело обсуждая игру, их взору предстала довольно колоритная картина: на полу яростно извивался и тихо ругался на испанском неизвестный мужчина со стянутыми за спиной полотенцем руками, а возле него расслабленно сидел на скамейке Данила с еще влажными после душа волосами.

-Это что за хрень? – ошарашено выдохнул Лев Яшин. – Малой, ты что здесь устроил?

Остальные динамовцы тоже загомонили, пытаясь вникнуть в происходящее. Довольный, точно обожравшийся сметаны кот, Данила, наслаждаясь минутой славы, молча указал на массажный стол в центре раздевалки. Там лежала открытая настежь спортивная сумка, в которой находилась целая куча вещей. Вор при этом съежился и постарался сделаться максимально незаметным.

- Твою мать! – ахнул Володя Эштреков. - Это ж мои мокасины, смотрите, парни, они приметные – вон бляшечка с быком!

- Да погоди ты своими штиблетами, - злобно покосился на товарища Яшин. – Я смотрю, этот засранец моим часам ноги приделал!

Игроки кинулись к столу, разбирая украденные вещи. Кто-то обнаружил свое портмоне, кто-то – цепочку. Юрка Семин следом за Эштрековым с облегчением выудил из сумки злодея свои модные туфли. Собственно, пострадали все.

В этот момент открылась входная дверь и в раздевалку зашел Бесков со здоровенным кубком в руках. Это был приз за победу в турнире.

- Ребята, поздравляю! Смотрите, какая красота!

Игроки молча уставились на главного тренера.

- Да пошел ты со своим кубком, - негромко произнес кто-то. – Лучше бы за вещами нашими приглядывал!

- Не понял. А что происходит? – ошалело заозирался Константин Иванович. Взгляд его остановился на Даниле, который единственный из всех игроков спокойно сидел на своем месте. – Мельник?!

- Не виноватая я, он сам пришел, - тихонько пробурчал себе поднос крылатую фразу из еще не вышедшей здесь комедии Данила и тихонько вздохнул[3]. - Сейчас я все объясню.

[1] Песня группы «Очередная Шиза», которая стала девизом футбольных фанатов на выездных матчах

[2] Рэф – рефери (сокращен.)

[3] Премьера к/ф «Бриллиантовая рука» состоялась 28 апреля 1969 года, а в широкий прокат она вышла в июне.

Глава 2

***

1968 год. Май. Одесса

Похоже, что та последняя стопка водки, что он лихо опрокинул, когда неугомонный генеральный директор их маленькой, но дружной компании «Рога и копыта» завел свои извечные: «отвальная», «стременная», «на ход ноги» - et cetera, et cetera[1] - оказалась явно лишней. По крайней мере, не было бы так хреново, как сейчас. И шум еще этот в пустой, словно барабан, голове. И запах… Стоп, запах! Последний раз, когда он «наслаждался» подобными ароматами, дай бог памяти, ну да, все верно – в босоногом пионерском детстве, в убогой школьной раздевалке перед уроком физкультуры. А что вы хотите, полтора десятка гавриков переодеваются на урок, а еще полтора – с урока. И все это в комнатушке квадратов в двадцать. И энергии у молодых пацанов хоть отбавляй, одни только что самозабвенно гоняли мяч на школьном стадионе, другие, не менее самозабвенно, носились по коридорам родной школы. Представили амбре?

Данила с трудом разлепил глаза. Что за черт?! Помещение, в котором он находился, и правда было раздевалкой. Разве что размерами чутка побольше, но антураж…обшарпанные стены с потеками, от которых за версту пахнуло ностальгическим «совком», длинные скамейки вдоль стен, условно разделенных на секции, внутри которых прибиты вешалки, заполненные сейчас одеждой на плечиках. Одежда, кстати, не из его мальчишеских восьмидесятых – явно более ранняя. И люди.

Люди вокруг – это здоровые мужики в возрасте Карлсона – то есть, в самом расцвете сил, - одетые в спортивную форму весьма архаичного вида. Голубые футболки с V-образным вырезом, прописная буква «Д» на груди слева – динамовцы? – такого же цвета трусы, гетры, бутсы. Ага, бутсы – футболисты! Это что же получается, генеральный втянул сотрудников в очередную квест-игру, до которых он был большим охотником? Ну да, бзик у мужика, хлебом его не корми, но дай поучаствовать то в ограблении банка, то в побеге из тюрьмы. Сейчас, значит, до футбола добрались. И что, уже можно начинать искать подсказки? Не, башка гудит, поэтому надо немного прийти в себя. О, как кстати, а вон там, на столике неподалеку, Данила аж облизнулся от предвкушения, стоит запотевшая бутылочка «Боржоми». Надо же, не новомодная узкая, а вполне аутентичная пузатенькая советская поллитра. Ха!

Весь в предвкушении того, как живительная влага прольется внутрь исстрадавшегося организма Мельник протянул руку и…

- Куда, Малой! – темноволосый мужик, что расслабленно сидел рядом, вдруг пребольно так врезал. – Сто раз ведь говорил дураку, не вздумай в жару пить холодное!

- В смысле? – ошалело поинтересовался Данила. – Почему?

- По кочану! – мужик усмехнулся. – Хозяева специально нам охлажденную минералку подсовывают. Надуешься, потом выйдешь на поле и по такой жарище через пять минут все, никаких сил. Играть не можешь, только потом исходишь. Так что не выпендривайся, а пей чай с лимоном, горячее сейчас будет полезнее. Даром что ли, чабаны в Средней Азии всегда в жару именно чаем заправляются?

- Так его, Валерий Палыч, – засмеялся молодой парень со смутно знакомым лицом, шнуровавший бутсы по другую руку от Данилы.- Воспитывай подшефного. Правда, похоже, нам сегодня все одно ничего не светит. Как судья твой гол в наглую отменил?! И ведь, гад такой, никаких объяснений не дал!

Игроки согласно загудели. Кое-кто чисто по-русски, с матерком, высказал свое видение ситуации, причем так, что за неведомого Даниле судью стало немного страшно. Уж больно много противоестественных сексуальных экспериментов грозило арбитру.

- Перестань, Сэм, - нахмурился темноволосый. – Бесков ведь пошел разобраться и поговорить по этому поводу.

Бесков?! Константин Иванович? Знаменитый игрок послевоенного московского «Динамо» и не менее знаменитый тренер целого ряда команд СССР? Интересно, это такая жирная первая подсказка в этом квесте? Данила задумчиво потер подбородок.

Побородок!!!

Мельник судорожно ощупал лицо. Бороду и усы он никогда не носил, но двух- трехдневную щетину вполне уважал. Добавляла она некоторую брутальность. По крайней мере, он так думал. А сейчас на лице кроме юношеского пушка никакой растительности в помине не было!

И руки… Данила с нехорошим изумлением разглядывал свои руки, которые, хоть застрелись, ни капли не походили на прежние. Вот, к примеру, на левой у него лет с пяти имелся весьма приметный шрам – однажды с мальчишками шарились у контейнера с мусором, непонятно за какой надобностью, и Мельник случайно напоролся на осколок оконного стекла. Кровищи было, жуть жуткая!

А сейчас ни следа, ни намека на то давнее происшествие! Что, можно уже в дурку звонить, или немного подождать?

- Малой, ты чего? – мужик, которого назвали Валерий Палыч, обеспокоенно похлопал Данилу по плечу. – Ты солнечный удар, часом, не словил?

Удар… еще удар[2]… Щелчок в голове и информация обрушилась на Мельника словно бурный поток из-за рухнувшей плотины. Похоже, своими словами Валерий Павлович – теперь, кстати, Данила знал его фамилию – Маслов – запустил настоящую цепную реакцию. Информационную.

В этой реальности, до боли похожей на родную, Данила Мельник родился не в 1973 году, а в 1951-ом. Соответственно, сейчас ему было семнадцать, и на дворе стоял 1968 год. Отец местного Данилы умер в 56-ом от последствий фронтовых ранений. Мать пережила его всего на три года. По неясным причинам – эта информация отсутствовала – ни родня отца, ни родня матери интереса к нему не проявила. Поэтому воспитывался парень в детском доме на окраине Москвы. И именно там у Мельника проявился какой-никакой, но талант в футболе. Учился, что называется, через раз, зато мяч гонял до одури. И однажды попался на глаза детскому тренеру заводской команды «Фрезер». Той самой, в которой когда-то начинал свой спортивный путь сам Эдуард Стрельцов. А еще за нее играл в середине пятидесятых Валерий Павлович Маслов – нынешний одноклубник Данилы. Понятно теперь, почему его назвали подшефным Маслова.

Кстати, парень со знакомым лицом – это молодой Юрий Семин, еще один знаковый персонаж советского и российского футбола. Ну кто ж не знает знаменитого Шпалыча? Данила, правда, почему-то думал, что Семин играл за «Локомотив», который после с таким успехом тренировал, но нет, оказывается и в «Динамо» он успел попылить. Перейдя в команду милицейского ведомства совсем недавно из еще одного столичного клуба – «Спартака».

В настоящее время Данила играл за основную команду «Динамо». Если подумать, чистое везение. Череда травм основных игроков, постоянные отъезды других для игр за сборную, борющуюся за Кубок Европы, заставили главного тренера, Константина Бескова, обратить внимание на совсем еще юного пацана, блеснувшего в дубле. А еще, в этом году «Динамо» болталось в подвале турнирной таблицы, потерпев несколько обидных поражений, и Бесков отчаянно пытался нащупать пути выхода из затянувшегося кризиса. Утопающий, как известно, готов ухватиться и за соломинку. Вот Данила и был одной из таких соломинок.

В прошлом туре, неделю назад, «Динамо» уступило ЦСКА 1-2. Игра нападения тренера команды не устроила и сегодня, на выездную игру в Одессе с местным «Черноморцем» поехал Данила. Бесков решил поставить его в пару к Семину. Пока получалось не очень, после первого тайма счет был 1-0 в пользу моряков. Что ж, не все еще потеряно, можно попробовать все исправить.

Собственно, примерно в таком ключе и высказался зашедший в раздевалку Бесков. Был он хмур и явно чем-то раздражен. Не иначе, попытка переговоров с арбитрами по поводу спорных моментов оказалась неудачной.

- Двинулись, парни! Сыграйте в свою игру, - напутствовал Константин Иванович своих игроков. – Прессингуйте их, не давайте выходить из обороны, они и так берегут счет, вперед не идут, так что постарайтесь окончательно их прижать к воротам. Мельник!

Данила вопросительно уставился на тренера.

- Бей чаще, у тебя ведь хороший удар, кого стесняешься? Они в штрафной толпятся, глядишь, не забьешь, так заставишь ошибиться и пенальти заработаем. Понял?

- Сделаю.

Стадион встретил гостей оглушительным свистом. С трибун неслись оскорбительные выкрики, на которые местные милиционеры реагировали весьма вяло.

Ладно, поглядим, кто кого, решил Данила. По жребию, начинали с центра во втором тайме они. Быстро разыграли мяч с Семиным и понеслась!

С самого начала игра пошла, по сути, в одни ворота, как и предсказывал Бесков. «Черноморец» старался сохранить зыбкое преимущество, «Динамо» яростно наседало, пытаясь переломить ход матча. Класс то у москвичей был явно повыше, не хватало самой малости – удачи.

Мельник занимал в нынешней схеме Бескова 4-3-3 позицию левого нападающего. Надо же, в своем мире Данила тоже гонял мяч на этой позиции, смещаясь на место левого полузащитника, когда его команда играла 4-4-2. Вообще, каких-то сверхуспехов у него не было. Так, сборная школы, завода, на котором довелось несколько лет отработать, института, потом… Да потом как-то и вспомнить особо нечего. Не считать же серьезным достижением игру на хоккейной коробке возле дома?

Но сейчас все изменилось. Начнем с того, что прежний Данила был невысок, всего метр семьдесят. Здешний вымахал до ста восьмидесяти шести. А ведь мальчонка еще и продолжал расти! На фоне местных, сравнительно невысоких игроков Мельник весьма выделялся. Массы, правда, не хватало, тощеват был парнишка, не оброс пока мяском. Зато бегал довольно резво. Ноги длинные, поди догони. Пару раз его кидали в прорыв и тогда защитники «Черноморца» буквально висли на нем, толкая, пихая и сбивая наземь. Тем более, что судья и правда проявлял очевидную симпатию к хозяевам, демонстративно не замечая нарушений на Даниле.

Но минут за двадцать до конца арбитру пришлось таки свистнуть, когда защитник «Черноморца» Лысенко откровенно влупил сзади по ногам настырной «девятке» динамовцев неподалеку от своей штрафной.

К мячу подошел капитан москвичей Маслов. Начал тщательно устанавливать кожаный снаряд, понимая, что другого такого шанса прицельно пробить по воротам соперника может и не представиться.

Данила стоял неподалеку. Сначала он не собирался бить, но какая-то внутренняя чуйка вдруг словно бы толкнула его.

- Валерий Палыч, разреши мне? – подбежал он к товарищу. Маслов искренне удивился:

- Ты разве бьешь штрафные?

Даня утвердительно кивнул. Его буквально распирало от предчувствия удачи.

- Ладно, дерзай, - капитан нехотя отошел в сторону.

Мельник поправил мяч, подвинув его так, как показалось правильным, отошел назад, отсчитав четыре шага и замер, готовясь к удару. Игроки «Черноморца» занервничали. В и без того внушительную стенку из пяти игроков в спешном порядке пристроились еще двое моряков. Пользуясь случаем хозяева еще и подошли чуть вперед.

- Судья, девять метров! – зло выкрикнул кто-то из динамовцев, заметив это. Но арбитр сделал вид, что ничего не услышал и свистнул, призывая выполнить удар.

Данила наметил для себя правый от вратаря верхний угол. Главное было закрутить мяч так, чтобы игроки в стенке не достали его, если решат подпрыгнуть. Для этого следовало бить верхней частью подъема стопы, чтобы попасть по мячу шнуровкой на бутсах после короткого, но резкого замаха. Тогда сила удара увеличивалась. А еще нужно приложиться чуть ниже центра мяча. В этом случае он сначала поднимался вверх, а затем опускался по нисходящей траектории, что мешало голкиперу отбить его.

Рывок. Удар! Вратарь «Черноморца» Альтман словно завороженный замер на месте. А мяч, подобно управляемой ракете, взмыл над стенкой и вонзился в самую «паутину» ворот. Гол!

-А-ааа! – восторженно заорал Данила, а в следующую секунду на него налетели ликующие одноклубники. Одесситы нехотя побрели к центу поля, понуро опустив головы.

- Юр, - подбежал к Семину Данила, - они сейчас расстроены, если получится, пуляй за спины защитников, попробуем дожать, пока не очухались?

- Лады, - понятливо кивнул Сэм.

Едва началась игра, они на пару кинулись на игрока «Черноморца», владеющего мячом. Тот явно не ожидал такой активности от соперников, замешкался, ища взглядом возможного адресата для паса, и Юрка сумел выцарапать у него мяч, оттеснив корпусом. Крутанувшись на месте, Семин резво стартовал и понесся к воротам одесситов. Данила несся по своему флангу параллельным курсом, стараясь не залезть в офсайд.

Занятые выяснением отношений защитники «Черноморца» не сразу обратили внимание на новую угрозу и потому отреагировали на нее с едва заметным опозданием. Всего на несколько мгновений, но их с лихвой хватило Семину, чтобы исполнить классный заброс. А там уже не сплоховал и Данила. Он ворвался в штрафную с левого фланга и не сближаясь с голкипером от души зарядил снова в ближнюю девятку. Несчастный Семен Альтман даже не успел поднять руки. Судья нехотя свистнул и показал на центр.

Есть! 2-1! Победа!

***

[1]Et cetera – и так далее (с латинского)

[2] Отсылка к кинофильму 1968 года «Удар, еще удар!». Правда, в прокат вышел он немного позднее

Глава 3

1968 год. Май. Одесса - Киев

- Чего тебе, Мельник? – Бесков страдальчески поморщился, словно от зубной боли. – Не видишь, я занят! – в подтверждение своих слов он продемонстрировал исчерканную страницу рабочего блокнота.

Второй тренер «Динамо», Владимир Васильевич Ильин, согласно кивнул, глядя на игрока с явным неудовольствием.

- Но как же так, Константин Иванович, - расстроено пробормотал Данила, - чистый ведь гол был. Все же видели. А этот гад взял и отменил! Можно ведь видеозапись посмотреть…

- Что посмотреть?!

- То есть, запись телевизионной трансляции, - быстро поправился Мельник.

- Не было трансляции, - глухо сказал тренер. – Только радиорепортаж велся. А товарищ Ян Спарре[1] вряд ли будет авторитетным свидетелем.

- А если…

- Иди на место, - отвернулся к иллюминатору Бесков. – Без сопливых разберемся.

Ильин шумно вздохнул, поднялся со своего кресла и встал рядом с нападающим.

- Малой, ты, правда, иди. Не видишь что ли, Иваныч и так весь на нервах. Думаешь, ему самому не обидно, что так все повернулось? Скажу по секрету, - второй тренер быстро оглянулся, чтобы убедиться – Бесков его не слышит, - он такое интервью корреспонденту из «Советского спорта» в сердцах дал, – Владимир Васильевич невесело усмехнулся, - неизвестно, как аукнется. Федерация и Спорткомитет точно на дыбы поднимутся! Двигай к себе, скоро уже посадка.

- Ладно, - грустно произнес Данила и уныло поплелся на свое место. Плюхнулся с размаха в кресло и мрачно пробурчал: - Правильно болелы кричат «Судью на мыло!»

- Чего ты? – сонно поинтересовался расположившийся по соседству Маслов, приоткрыв лениво глаза. – Чего ругаешься? Спи лучше.

Мельник лишь досадливо отмахнулся от старшего товарища. Но промолчал.

Если подумать, то повод для злости имелся железобетонный. Арбитр из Кишинева Пономарев после второго гола в ворота «Черноморца» показал сначала на центр, фиксируя взятие ворот. Динамовцы начали уже поздравлять и Данилу, пославшего мяч в сетку, и друг друга, когда судья на линии отчаянно замахал флажком, привлекая внимание главного. Тот подбежал к нему, о чем-то переговорил и вдруг взял, да и отменил гол! Второй раз за матч и, что характерно, снова без объяснений. Как не наскакивали на него москвичи, арбитр, словно заведенный, талдычил лишь, что, дескать, гола нет, и грозился выгнать с поля наиболее разгоряченных футболистов «Динамо».

Остаток матча прошел в итоге очень нервно. Москвичи, осатанев от столь вопиющей несправедливости, свалились на откровенный навал, пытаясь буквально затолкать мяч в ворота «Черноморца», а одесситы из последних сил стояли насмерть, отчаянно защищая ничейный результат и прилагающийся к нему балл в копилку турнирной борьбы.

У Данилы был еще один хороший шанс отличиться. Георгий Рябов, рослый и мощный центральный защитник «Динамо» после подачи углового у ворот моряков выпрыгнул выше всех, поборолся в воздухе и вместо удара по воротам, вдруг аккуратно скинул мяч назад, на Мельника, который вроде бы безучастно стоял неподалеку возле нарисованной на газоне дуги, примыкающей к штрафной площадке. Нападающий резко ускорился и с ходу мощно пробил. Главное, мяч то классно лег на ногу, но… предательски чиркнул по перекладине и улетел за пределы поля. Сантиметров на двадцать бы пониже и быть бы голу. Тем более, что вратарь даже не дернулся. Но нет, не зашло!

Одесситы также ответили однажды острой контратакой, едва не наказав увлекшихся динамовцев. Но дойдя до ворот Ракитского после умелой перепасовки, их капитан Москаленко пробил чуть-чуть левее цели.

В итоге, встреча так и завершилась с ничейным счетом. Чему, разумеется, после всего, что творилось на поле, москвичи не были рады. А красный то ли от жары, то ли от злости Бесков яростно грозил кулаком в направлении главного судьи и что-то выкрикивал. Куда только подевалась его выдержка и хладнокровие.

Следующий матч предстояло сыграть через четыре дня в Киеве, с тамошними одноклубниками. Неизвестно по какой причине, но вместо запланированного ранее переезда в столицу советской Украины на поезде, руководство команды вдруг объявило, что завтра утром полетят на самолете. А потому, товарищи футболисты, возвращаемся обратно в гостиницу, и отдыхаем.

Так что вечером, после ужина, некоторые игроки прогулялись по городу, воспользовавшись удобным моментом отвлечься от печальных мыслей после неудачного матча. Данила хотел остаться в гостинице, настроение было на нуле, но в номер, который он делил с Масловым, неожиданно заявились несколько старожилов команды. Физиономии у них хмурые, а в сумках что-то негромко, но характерно позвякивало.

- Малой, сходи проветрись, - угрюмо попросил Валерий Павлович и Мельник без звука испарился, даже не пытаясь качать права. Понятно же, не стоит людям мешать дискутировать о разнице между розовым и голубым периодами творчества Пикассо. Или кто там нынче в тренде?

В холле Данила наткнулся на еще одного молодого одноклубника, защитника Володю Долбоносова. Несмотря на свой юный возраст – всего 19 лет – он уже успел в прошлом году стать чемпионом Европы среди юношей и активно привлекался к играм за взрослую команду «Динамо», отличаясь не по годам рассудочной и хладнокровной игрой.

В данный момент он пытался флиртовать с симпатичной администраторшей, но ту постоянно отвлекали то постояльцы, то телефонные звонки. Поэтому появлению товарища Володя, расточавший комплименты по инерции, несказанно обрадовался – появилась хорошая возможность уйти, не потеряв лица.

- О, Даня, тоже вышел подышать перед сном? Айда вместе до Дюка. Лидочка, не прощаюсь!

Мельник пожал плечами. Ему, в общем, было все равно.

- Из-за гола отмененного переживаешь? – прозорливо поинтересовался Володя, когда они неторопливо двинулись к морю по оживленной улице. Несмотря на то, что курортный сезон еще не вошел в силу, отдыхающих в Одессе уже было довольно много. А сейчас, пользуясь вечерней прохладой, народ повылезал из квартир и домов. – Брось, забьешь еще не раз. Подумай, ты и так сегодня классно отыграл – первый матч в основном составе и сразу со штрафного банку положил.

- А должно быть две! – скривился Данила. – Не было ведь никакого нарушения, почему судья гол не засчитал?

- Почему, почему…о, глянь, какая красотка! – Долбоносов легкомысленно улыбнулся идущей навстречу яркой брюнетке в легком цветастом сарафане. – Сударыня, я сражен наповал вашей неземной красотой, позвольте познакомиться? – Но девушка лишь презрительно фыркнула и гордо прошла мимо, вздернув изящный носик. – Ну и ладно, подумаешь, цаца какая! Так вот, друг, Данька, привыкай, раз уж попал во взрослый футбол, что здесь иногда хоть убейся, но выиграть не дадут.

- В смысле? – ошалело поинтересовался Мельник. Такого специфического опыта в прежней жизни у него не имелось. Нет, знал, конечно, что есть в спорте такое явление как «договорняки», судейские ошибки, махинации букмекеров, но, откровенно говоря, ему почему-то казалось, что все это изобретения гораздо более поздних времен. Советский футбол годков эдак до восьмидесятых представлялся чистым, светлым и романтичным. Тем более, что герои здешних футбольных баталий были многократно растиражированы спортивными журналистами, как истинные рыцари спорта. Один легендарный поступок Игоря Нетто на чемпионате мира 1962 года, когда капитан советской сборной попросил судью отменить ошибочное взятие ворот после того, как мяч проскочил с внешней стороны через дырку в сетке, чего стоил!

Володька посмотрел на него со снисходительной жалостью.

- В прямом смысле. Если судья «заряжен», то хоть ты тресни, все одно продуешь. Или, - Долбоносов понизил голос и даже обернулся, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает, - игрок деньги взял. Неужели не помнишь, в прошлом году даже фельетон в «Правде» был. Как же он назывался? А, вспомнил, «Чужой в воротах». Ну там еще вратарь киевского СКА деньги от соперников взял и напропускал столько, сколько им было нужно.

- И что с ним стало? – заинтересовался Данила.

- Что стало, известно что – дисквалифицировали пожизненно! – криво усмехнулся защитник. – Да только разве этим можно все исправить? – он безнадежно махнул рукой. – Чего далеко ходить, сам все сегодня видел.

- Думаешь, судью подкупили?

Долбоносов покровительственно похлопал товарища по плечу.

- А ты не совсем безнадежен.

- К Бескову пойду! – решительно заявил Данила. – Надо протест подавать.

- Эх, рано я тебя похвалил, - вздохнул Володька. – Как есть, дите неразумное. Ну, сходи, сходи.

И вот сейчас, сидя в кресле «тушки», Мельник с тоской думал, что его товарищ был на сто процентов прав, когда сомневался в возможности побороть сложившуюся в советском футболе систему. Но это не означает, что надо сложить лапки и сидеть, пришла вдруг в голову мысль, мы еще поборемся!

[1] Ян Спарре – известный комментатор того времени

Глава 4

1968 год. Май. Киев

Когда Бесков возглавил ЦСКА, он ввел в практику систему ежедневных двухразовых тренировок. Поговаривали, что он подсмотрел этот прием у знаменитого танцора Игоря Моисеева. Вроде бы именно в его ансамбле подобные двухразовые репетиции. У футболистов, разумеется, содержание этого процесса отличалось своей спецификой.

Перейдя в московское «Динамо, Константин Иванович не стал изменять своим старым принципам. На первом тренировочном занятии, до обеда, акцент делался на технико-тактическое обучение: много били по воротам, отрабатывая удары, играли в «квадрат», выполняли различные упражнения на развитие ловкости, но без больших нагрузок. Обязательно разъяснялись всевозможные тактические нюансы предстоящей игры.

Во время второй тренировки, которая проходила вечером, упор делался на многочисленные игровые упражнения. Или проводился двусторонний матч. Причем, что интересно, правила игры Бесков мог предложить самые необычные. Сегодня, например, передачи по всей площадке можно было отдавать только руками, но бить по воротам исключительно головой и не ближе, чем с пяти метров. А голы нарушителей попросту не засчитывались.

Необычное упражнение пришлось футболистам по вкусу. Играли азартно, в быстром темпе, беззлобно подкалывая друг дружку при ошибках. Данила с его ростом и скоростью оказался одним из лучших. Он ужом ввинчивался в оборонительные порядки соперников, ловко подавал на голову партнеру или сам взмывал над площадкой и бил головой по воротам. Парень все полнее сливался со своим новым молодым и тренированным телом, все глубже постигал его возможности и оттого пребывал в состоянии форменной эйфории. Ах, как же здорово не мучиться одышкой из-за лишнего веса, не корчиться от болей в спине и не прищуриваться, пытаясь разглядеть что-то незаметно ослабевшими глазами.

И вот опять, получив пас от Жоры Рябова – добродушный гигант взял своей огромной лапищей футбольный мяч, словно теннисный, и запулил его шикарным диагональным пасом через полплощадки – Мельник вонзил кожаную сферу в нижний угол. Есть!

- Да валите вы его уже! – орал в сердцах вратарь Сашка Ракитский, доставая мяч из сетки. – Какого черта он все время на ударную позицию выскакивает, почему не держите?

- Сам попробуй, - вяло огрызался защитник Вадим Иванов. – Такого остановить можно разве что с пулеметом. И то, наверняка увернется. Зараза!

- Константин Иванович, - попытался схитрить и немного перевести дух Володя Беляков, - а вот то, как мы сейчас играем, нам что дает?

- А это, Беляков, - старший тренер усмехнулся, - одно из упражнений, что практикует в миланском «Интере» Эленио Эррера. Знаешь такого? Ну, так вот, эта игра развивает у вас чувство паса, выбор места и, конечно, в ней вы отрабатываете удары головой. Отдохнули, бездельники? Продолжаем! – Бесков пронзительно свистнул. – Мельник, чаще оглядывайся. У тебя три-четыре предложения, а ты лезешь напролом. Следовательно, теряешь мяч. А надо иначе: отдал – открылся. Обыгрывайся с партнером, обыгрывайся. Понял? – Данила согласно кивнул. – Работай!

После окончания тренировки Мельник немного задержался на поле. Его «почетной» обязанностью, как самого молодого игрока, было собрать все мячи в сетку и оттащить их в автобус.

- Дядь, подари мячик!

Данила обернулся. Несколько мальчишек лет восьми-девяти прижались мордашками к прутьям решетки, что окружало тренировочное поле. Один из них, белобрысый и отчаянно чумазый радостно улыбался щербатым ртом. На Мельника вдруг накатило щемящее чувство дежавю – он вспомнил, как однажды, лет в восемь или девять, пришел с приятелями к стадиону и, прижавшись лбом к нагретым прутьям, стоял и заворожено смотрел за игрой настоящих футболистов. По крайней мере, он тогда считал именно так, ведь они были одеты в настоящую форму, бутсы и носились по зеленому травяному газону, а не по песчаному пустырю, где проходили баталии малышни. И не было в мире на тот момент такой силы, что могла бы оторвать его от этого зрелища!

Странно, но Данила не мог точно сказать, чьи это воспоминания, его – нового, из этого времени, или же прежнего? Выходит, слияние двух личностей шло полным ходом.

- Извини, племяш, не могу, они все на счет.

- У, жмотяра, - разочарованно протянул маленький нахаленок. – Ну и ладно, подавись. Все равно завтра продуете!

- Поглядим, - задумчиво качнул головой Мельник.

Пацаны то были недалеки от истины – матч на самом деле предстоял сложный. Киевские одноклубники выиграли два последних чемпионата, а в 66-ом еще и Кубок. Несколько динамовцев завоевали бронзовые медали на чемпионате мира в Англии, многие признавались лучшими на своих позициях в опросах среди специалистов и заслуженно занимали высокие места в символических сборных. Фамилии: Рудаков, Поркуян, Мунтян, Биба, Сабо, Серебряников и других знала вся страна.

В этом году киевляне шли без поражений, одержав на старте сезона четыре победы, и пять раз завершили матч вничью. Сейчас они занимали второе место, набрав поровну, по тринадцать очков с лидером – «Спартаком», но сыграли на игру больше чем красно-белые. В предыдущем туре был обыгран со счетом 2-1 ЦСКА. Команда Бескова болталась на унизительном четырнадцатом месте, набрав всего восемь очков.

Надо заметить, что играли динамовцы из столицы Украины здорово - с полной отдачей, самоотверженно и умело. А главное, как бы эфемерно не выглядело это понятие, но в их команде царил поистине дух победителей, который наделял каждого игрока непоколебимой уверенностью в том, что именно они обязательно выиграют. Некоторые соперники буквально ломались психологически от этого, уступая киевлянам еще до начала матча и выходили на поле с трясущимися коленками. Хотя, злые языки поговаривали, что другие украинские команды не особо и старались в играх с флагманом республиканского футбола по указке с самого верха.

Многие ломались, но не все! Мельник мог дать голову на отсечение, но в московском «Динамо» царили совсем иные настроения. Игроки были по-хорошему злы из-за того, что команда не добрала ряд важных очков и горели желанием исправить ситуацию. И завтра, на поле Республиканского стадиона они жаждали доказать – их рано списали со счетов!

- Обратите внимание, - настраивал команду на предматчевой установке Бесков, - в прошлой игре с армейцами Киев раз за разом применял один и тот же прием. А именно – старший тренер начал двигать фишки на доске - их правый защитник Медвидь проходил по краю, откуда нападающие намеренно уводили за собой соперника, дожидался, пока защитники уйдут глубоко в штрафную, ожидая традиционный навес, а сам или бил по воротам, или простреливал низом! Собственно, свой гол Пузач забил именно после такого прострела. Отлепился от опекуна и здорово пробил. Поэтому…

Данила внимательно слушал старшего тренера. Было по-настоящему интересно. Хотя, с учетом того, что Константин Иванович разошелся и «митинг-накачка» длился уже минут сорок, хотелось уже, чтобы Бесков потихоньку закруглялся. Ну а что, все уже по три раза разжевал.

Кто-то тихонько толкнул Данилу в бок. Парень обернулся. Маслов, который, как «вспомнил» попаданец, в команде славился своим остроумием, всевозможными шутками и розыгрышами, чуть повернул голову и явно пытался что-то показать. Мельник пригляделся и невольно прыснул – его товарищ вставил в ухо вату и преспокойно балдел, не слушая тренера. Но сидел при этом с серьезным видом и периодически важно кивал, будто соглашаясь с Бесковым.

- Я что-то смешное говорю?! – взъярился старший тренер, заметив улыбку на лице молодого форварда. – На цирковое представление собрался, Мельник? Что ж, тогда отдохнешь в партере. То есть, в запасе!

Вот те раз, растеряно охнул Данила. На ровном месте так спалиться! И ведь не сдашь Маслова, не поймут. Парень покаянно опустил голову, молча соглашаясь с решением наставника. Хотя и бушевала внутри злость из-за невозможности проявить себя с самого начала встречи. Оставалось теперь надеяться лишь на то, что Бесков сменит гнев на милость и выпустит его на замену.

Семьдесят тысяч зрителей встретили команды оглушительным ревом. Данила в первую секунду едва не оглох. Оглянулся по сторонам – если сосредоточиться, то вся эта огромная рокочущая масса, схожая с могучим гигантским зверем, вдруг распадалась на отдельные лица. И тогда можно было увидеть ровно сидящего в терпеливом ожидании благообразного старичка, или скачущего от избытка чувств пацаненка в школьном пиджачке, которого напрасно пытался утихомирить отец, а то и раскрасневшуюся дамочку, белозубо улыбающуюся своему кавалеру.

Длинный свисток судьи. Понеслась! Мельник бросил разглядывать зрителей и сосредоточился на игре.

А на поле с самого начала разворачивалась интереснейшая борьба. Уже на третьей минуте Анатолий Пузач получил в штрафной отличный пас от Сабо и мощно пробил по воротам. Ракитский в красивом броске отбил мяч, на добивание рванул другой нападающий киевлян и лишь отчаянный подкат Володи Долбоносова позволил отвести эту угрозу. Через пару минут глупо завозился при приеме левый защитник москвичей Зыков - Мунтян тут же воспользовался его нерасторопностью, подхватил мяч, прошел по своему правому краю и хлестко приложился метров с пятнадцати. Выше ворот!

Но и москвичи не стали отсиживаться в обороне. На десятой минуте Козлов совершил фантастический рейд с центра поля, красивыми финтами обыграл одного за другим троих киевлян, выскочил один на один с Банниковым и…

- Бей, Вовка! – подскочил со своего места Данила. – Бей!

…нападающий вдруг ни с того, ни с сего решил отпасовать мяч набегавшему Дудко. Видать, решил, что уж товарищ точно забьет в пустые ворота без помех. Но Банников каким-то звериным чутьем разгадал этот маневр, кинулся на перехват и забрал мяч в ногах противника. Стадион взвыл от восторга, а скамейка запасных московского «Динамо» от досады.

- Пижон! – зло сплюнул в сторону побледневший Бесков.

Пока москвичи предъявляли друг другу претензии, последовала ответная комбинация и Пилипчук, опередив защитника, пробил в дальний угол. Ракитский лишь задел мяч и всем показалось, что тот сейчас закатится за ленточку, но в последний момент он ударился в основание штанги и отскочил в руки голкипера.

До конца первого тайма игра так и шла, будто на качелях – то в одну, то в другую сторону. И киевляне, и москвичи не раз имели прекрасные возможности, чтобы отличиться, но мяч упорно не шел в ворота. На перерыв так и ушли с нулями на табло, но сказать, что это были унылые нули не мог бы никто.

В раздевалке Бесков молча прохаживался перед игроками, что-то обдумывая.

- Играем неплохо, - высказался он наконец. – Уверенно, агрессивно. Молодцы. Но! – старший тренер остановился. – Надо добавить в скорости атак. Много возитесь и делаете поперечных передач. А надо отдавать вертикальные. Экономия времени запредельная, опять же, оставляете не у дел сразу нескольких соперников. – Старший тренер подскочил к доске с макетом поля и резко передвинул несколько разноцветных фишек, наглядно иллюстрируя свои слова. – Медвидя ловите, когда он убегает вперед, Соснихин не всегда успевает его подстраховать. Поэтому сразу диагональ в свободную зону и туда подключается наш нападающий. Например, Вшивцев.

- А если не успею? – неосторожно поинтересовался Юра.

- Значит, ты бездарный футболист! – мгновенно припечатал его Бесков своим любимым эпитетом. – И зря занимаешь чужое место.

А Данила в это время во все глаза наблюдал за тем, как морщась от боли, Володька Козлов, стянул футболку и как-то странно выворачивает согнутую в локте под прямым углом руку. Щелчок – Мельник вздрогнул – и товарищ уже подмигивает ему: - Все в порядке, Малой! Не дергайся так, у меня привычный вывих плеча – вот и научился сам вправлять его на место. Вылетает, паскуда.

Данила невольно сглотнул. Игра вдруг перестала выглядеть манящим, завораживающим зрелищем и показала свою темную изнанку, где властвовали боль и кровь.

- Неужели нельзя сделать операцию?

- Ага, и пропустишь минимум полгода, - невесело усмехнулся Козлов. – Так и место в составе потерять недолго. Вот, к примеру, ты его и займешь, - он ткнул пальцем в грудь Даниле. – А что, молодой, борзый! - Мельник растерялся. Он не знал, что нужно сказать в ответ и лишь растерянно хлопал глазами. – Да шучу я, шучу, расслабься, - засмеялся товарищ. Но как-то грустно.

Второй тайм начался так, словно команды никуда и не уходили. Мяч метался от одних ворот до других, заставляя зрителей то радостно кричать, то досадовать. Но постепенно киевляне начали прибирать нити игры к своим рукам. А контратаки москвичей проходили все реже и реже. Бесков заволновался.

- Мельник, - обернулся он к Даниле. – Переодевайся, разминайся и вперед. Заменишь Вотоловского – что-то он совсем ноги перестал двигать. Не забывай о партнерах, в одиночку на защитников не лезь. Иначе они тебя съедят на раз-два. Надо отодвинуть игру от наших ворот. Зацепись за мяч, подержи, отпасуй, заставь их за вами побегать. Понял?

Форвард торопливо закивал. Сердце от волнения, казалось, забухало с утроенной скоростью и, того и гляди, сейчас выскочит из груди. Несколько торопливых упражнений на разогрев и на растяжку и вот уже он стоит на кромке поля, приплясывая от нетерпения.

Едва вышел и сместился на привычное место в нападении, как Маслов хорошо обыграл на правом краю соперника, прошел до штрафной, убрал на ложном замахе Соснихина, добежал до лицевой и мощно прострелил вдоль ворот. Данила прочитал комбинацию и рванулся на дальнюю штангу, надеясь, что Банников не сумеет прервать эту передачу. Вратарь киевлян и в самом деле замешкался, прозевал момент, и Мельнику всего то и оставалось, что подставить ногу. Гол!

Какая-то другая команда, возможно, и опустила бы руки, получив такой нокаутирующий удар в ситуации, когда ты вроде бы владеешь ощутимым преимуществом. Другая. Но не киевляне!

Они с утроенной энергией навалились на ворота Ракитского. Опасные моменты следовали один за другим и вот уже в суматохе и толчее Серебряников сумел таки найти щель в частоколе ног и аккуратно положил пятнистого в нижний угол. 69 минута - 1-1.

А еще через пять минут Пилипчук совершил рывок по левому краю, выполнил хороший навес и Хмельницкий безупречно пробил головой под перекладину. 2-1

Бесков тут же выпустил на поле вместо явно выдохшегося Юрия Вшивцева другого Юрия – Авруцкого – пытаясь добавить остроты в атаках.

И моменты у ворот Банникова еще возникали. Особенно обидно было, когда за две минуты до конца матча после филигранного паса Козлова защитник Иванов, подключившийся к атаке, получил мяч и, вместо того, чтобы отдать его совершенно открытому Даниле, начал долго обрабатывать завозился и, разумеется, потерял.

Но…свисток судьи застал москвичей в очередной атаке, возвестив, что они потерпели поражение.

- Смотри, Малой, не ляпни сейчас чего лишнего в раздевалке, - предупредил Маслов юного форварда, когда они не торопясь уходили с поля. – Бес[1] сейчас злющий будет, как собака, порвет! Молчи, кивай и соглашайся со всем, понял?

Что тут скажешь?

- Понял.

[1] Бес – прозвище К.И.Бескова

Глава 5

1968 год. Май. Киев – Москва

Экспресс до Москвы отходил в 22-45. По пустынным ночным улицам от Республиканского стадиона до станции Киев – Пассажирский ехать было минут сорок, не больше. Матч закончился в девять вечера, москвичи в темпе помылись, сложились, погрузились и вот уже автобус, любезно предоставленный хозяевами, трогается с места, оставляя позади местную негостеприимную футбольную поляну.

Данила бездумно смотрел в окно. Игровой адреналин схлынул, оставив после себя тягучую усталость. Противно, словно зубная боль, ныла «ошпаренная» в конце матча киевским игроком нога. Тогда, на поле, Мельник в запале толком и не обратил внимания на удар, а вот сейчас ушибленное место давало о себе знать. Кто же это был? А, точно, Серебряников. Кто-то из одноклубников, помнится, предупреждал, что он «злючий» - в запале и землю в глаза может швырнуть, и локтем исподтишка врезать, как следует. Даже странно, что такой классный игрок использует столь грязные приемчики. Хотя, не он первый и не последний. Когда-то давно, еще в прежнем мире, Мельник читал о звездных профессионалах из НХЛ, которые также не отличались повышенным человеколюбием по отношению к сопернику. Взять, к примеру, Бобби Кларка – лидера «Филадельфии Флайрз» - и его откровенную охоту за Валерием Харламовым в Суперсерии-72. Тогда все закончилось тяжелой травмой советского хоккеиста. По легенде, именно после этого эпизода Николай Озеров произнес свое знаменитое: «Такой хоккей нам не нужен!»

- Не спишь, Малой? – бесцеремонно пихнул Данилу в бок Маслов. – Ты как насчет того, чтобы завтра сходить за наших поболеть?

- А кто играет?

-Тю, вот ты дурной, - удивленно присвистнул Валерий. – Сборная наша играет, кто ж еще. От нас Анюта[1], Число[2] и Генка Еврюжихин туда поехали.

- Сборная? – завис Мельник. Странно, вроде бы на игры сборной команды в чемпионате всегда делался перерыв. Так, чтобы лучшие игроки, призванные под ее знамена, потом могли помочь своим клубам. Но здесь – новая память услужливо сделала подсказку – дело обстояло совсем иначе. И, оказывается, в параллели с чемпионатом страны шла ожесточенная борьба за выход в финальную часть Чемпионата Европы и летних Олимпийских игр. И завтра, в самом деле, сборная СССР играла с чехословаками за право поехать в Мексику. Ха, Олимпийские игры заявлены, как летние, а футбольный турнир состоится – барабанная дробь – в октябре! Нет, от такого у кого хочешь, голова кругом пойдет. Логика отдыхает! – А успеем?

- Должны успеть, - прикинул Маслов. – Ехать нам часов пятнадцать, значит, в Москве в начале третьего будем. А матч в полвосьмого начнется. Как раз времени хватит, чтобы вещи домой закинуть, перекусить и чутка отдохнуть.

- Так это вам, - печально вздохнул Данила. – А мне до Новогорска сколько пилить. И потом оттуда? Не, я не успею.

- Ах, ты ж черт, - потер лоб Маслов, - верно, ты ведь на базе живешь. Как же я позабыл то? Жаль, вместе бы за наших поболели. Тем более, Витька Аничкин настойчиво зазывал, предлагал после к нему на дачу честной компанией… Стой, рано тебе, скажут еще, что ребенка спаиваем! – капитан коротко хохотнул. – О, кстати, а что за хрен к тебе у стадиона подходил, я вроде бы морду его откуда-то знаю, только вспомнить не могу, где видел?

Мельник замялся. История была того…с душком. К нему и в самом деле привязался после матча один мутный тип. Сначала все выспрашивал, не украинец ли Данила, знает ли свою родню. А потом начал агитировать на переход в киевское «Динамо». Вот так, ни много, ни мало! Дескать, игра юного нападающего приглянулась знаменитому Деду – Виктору Александровичу Маслову. И, мол, тот лично заинтересован в этом переходе. Горы посланец киевлян обещал поистине золотые. И стипендию от Спорткомитета повышенную, и квартиру однокомнатную чуть ли не в центре города, и экзамены в институт физкультуры совершенно халявные – грозился чуть ли не сам за Данилу все сдать. И еще много всяких - разных плюшек. Смешно.

На местного пацаненка с неокрепшей психикой, каким Мельник, наверное, представлялся, подобные речи должны были оказать поистине завораживающее действие. В стиле: «Где расписаться?.. Кровью? Качайте всю!» Но в данном конкретном случае усилия киевского зазывалы не сработали. В голове сопливого юнца сидел циничный взрослый дядька из XXIвека. И все сладкие обещания он привычно делил на шестнадцать. Стипендия? Накинут рублей пятнадцать, остальное привяжут к премиальным, а ты еще пойди, заработай их. Замучаешься через дубль пробиваться. Квартира? Ага, вот тебе ключи от комнаты в общаге с подселением. А вот когда введут в основной состав… смотри пункт первый. Институт физкультуры? Ну, может и впихнут. Только на кой он нужен? А, погодите, точно, приобретенная память услужливо подкинула справочку – в этом времени на игры чемпионата запрещено заявлять лиц без аттестата о среднем образовании и нигде не обучавшихся. Данила то формально только-только должен был закончить школу, а вот после и правда, стоит озадачиться на предмет зачисления в какой-нибудь ВУЗ.

В общем, покивал вежливо Данила, послушал сладкие речи, помолчал, чтобы не ляпнуть чего лишнего, но, в конце концов, тактично дал понять, что, мол, иди, дядя, нам с тобой не по пути. Юн еще игрок Мельник. Юн и глуп. А потому хочет понабраться ума-разума у старших товарищей в родном московском «Динамо». Опять же, не видит пока этот недоросль себя в одном ряду со звездными футболистами чемпионского коллектива. Не дорос!

Мужичок попытался было слегка припугнуть, перейдя от пряников к кнуту, начал намекать весьма прозрачно, что патрон киевлян – САМ! – председатель Совета министров УССР товарищ Щербицкий, может щелкнуть пальцами и тогда строптивого форварда привезут на базу в Конча-Заспе на блюдечке с голубой каемочкой. На что Данила окончательно включил дурака, изобразил, что сейчас хлопнется в обморок, с придыханием и восхищением, сказал, что тогда конечно, уже прям бежит. Прям вот, как только товарищ Щербицкий узнает вообще, что есть такой футболист Мельник, так сразу и помчится.

Селекционер, или кем он там являлся, поскучнел, поскольку и идиот бы сообразил, что никто покамест всерьез из-за начинающего футболиста на такой серьезный уровень выходить не станет. Смысл палить из пушки по воробьям? Так что, разговор завял и стороны разошлись, не придя к консенсусу, как любил говаривать один меченый комбайнер.

Вот это все Данила и поведал вкратце своему умудренному жизнью одноклубнику. Маслов долго молчал, переваривая услышанное, а потом твердо сказал:

- Не вздумай Бескову рассказать!

- А что такого, я же отказался, - удивился Мельник. – Не собираюсь я никуда уходить.

- Дурашка, - с жалостью посмотрел на него Валерий. – Бес мнителен и везде заговоры видит. Налажаешь где-то, так он мгновенно сам себя до небес накрутит, что ты это специально сделал, что купили тебя с потрохами. Не киевляне, так армейцы или «Спартачок». А после в труху перемелет. Тем более, что вспомнил я этого мужичка. Это Рафа Фельдштейн, их администратор. Не слышал? У, брат, такой артист, без мыла в жопу влезет! Поэтому, забудь этот разговор. Не было его! Усек? Вот и молодец. О, - Маслов повернулся к окну, - приехали, кажись, давай к выходу. Кстати, я в купе со старичками еду, сам понимаешь, обсудить кое-что требуется, - полузащитник заговорщицки подмигнул, - так что ты к кому-нибудь другому заселяйся. Без обид.

- Да ну, какие обиды, - засмеялся Данила. А потом вдруг вспомнил давным-давно читанную историю о том, как Юрий Гаврилов спалился перед Николай Петровичем Старостиным, зазвенев не вовремя сумкой с бутылками, и решил пошутить. - Ты только, Валерий Палыч того, вымпела не разбей!

- Чего?!

- Да в сумке у тебя ведь вымпелы спортивного общества «Горилка» так характерно гремят, правда? Вот и говорю, не разбей при посадке.

- Иди, зараза! – отвесил ему шутливый подзатыльник Маслов и засмеялся. – Придумал же, стервец, «вымпела»! Надо будет запомнить, ребят при случае повеселить.

Путешествие из Киева в Москву прошло как-то буднично, без особых приключений. Динамовцы разбрелись по указанным администратором команды купе, покидали на полки свои вещи и дальше занялись кто чем. Именитые старожилы засели дегустировать плоды украинской винно-водочной промышленности – по-тихому, разумеется, чтобы не попасть на глаза старшему тренеру. Кто-то наладился расписать пульку. А некоторые, к числу которых относился и Данила, завалились спать. Нет, ребята и его звали к себе в компанию, но Мельник сослался на усталость и пошел к себе. В принципе, даже душой особо не покривил, вымотался и правда изрядно. За эту неделю потратил кучу и душевных и физических сил. Тренировки, игры, переезды-перелеты – все это страшно утомляло. Наверное, не втянулся еще в этот сумасшедший график, не подстроился. Хотя, каждый по-своему все воспринимает. Вон, великий Яшин тоже шумным компаниям всегда предпочитал медитативную рыбалку.

На следующий день, на подъезде к столице, Бесков расщедрился и объявил, что сегодня все отдыхают. Навещают жен, детей и прочую родню. А вот завтра с утра, чтоб, как штык, были на базе на утренней тренировке.

Данила робко заикнулся на тему того, заберут ли тех, кто и так живет в Новогорске, с вокзала. На что Константин Иванович, немного подумав, заявил, что, по-хорошему, у некоторых юных балбесов явно наблюдается головокружение от успехов. И электрички пока еще ходят исправно. Но, принимая во внимание, что эти самые юные безалаберные бестолочи потеряются по дороге или обязательно влипнут в какую-нибудь историю, он заранее распорядился прислать за ними клубный автобус. Цените! Молодежь встретила это известие бурными и продолжительными аплодисментами. Черт, одернул сам себя Данила, не ляпнуть бы подобное вслух, здесь завуалированную издевку над стандартными оборотами из газетных отчетов о партсъездах не оценят.

Словно в отместку за крамольные мысли одного не в меру наглого попаданца, на базу ехали на таком древнем детище отечественного автопрома, что становилось страшно – как бы не пришлось толкать его до конечной точки маршрута вручную, того и гляди рассыплется. Но повезло, добрались относительно нормально. Разве что потрясло изрядно на дорожных ухабах, но тут уж ничего не поделаешь, одну из двух главных российских бед преодолевать пока не научились. Да и в будущем, помнится, с этим делом тоже все обстояло совсем не радужно.

Сама база откровенно разочаровала. Скромные двухместные номера, единственный на весь корпус телефон в холле, возле которого сразу образовалась очередь, здесь же, на тумбочке довольно простенький телевизор. Понятное дело, простенький по меркам здоровенных плоских панелей на полстены, к которым привык Мельник. Да уж, не «Шератон» и точно не «Хилтон».

- Малой, - окликнул его кто-то из одноклубников, - айда на ужин. А то игра скоро начнется, не пропустить бы.

- Успеем, - отозвался Данила. – Займи мне место, если что.

Сказал, и вдруг задумался, насколько легко вылетела у него это просьба. Словно в подсознании прошита программа, отвечающая за окончательное врастание в местные реалии. Эдак, чего доброго, скоро пойдет у кого-нибудь рекомендацию в партию просить. Кстати, шутки шутками, а как обстоит дело с его партийной принадлежностью? Ух ты, память опять не подвела, нужная информация выскочила мгновенно. Поздравляю – в прошлом году Данилу приняли в ряды ВЛКСМ. Это что же, второй раз?! Ладно, во всем надо искать плюсы, по крайней мере, не придется снова заучивать за что и когда комсомол был награжден тем или иным орденом.

Бред, помотал головой парень, и решительно направился в столовую.

[1] Анюта – прозвище В.Аничкина

[2] Число – прозвище И.Численко

Глава 6

1968 год. Май. Москва

Игра сборной Данилу разочаровала. Ему всегда импонировала тонкая, ажурная, артистичная манера бразильцев с их кошачьей пластикой, удивительной техникой и цирковыми финтами. А большинство игроков сборной СССР и по физическим данным и по стилю явно тяготели к англичанам. Тем более, что действующие чемпионы мира вроде как всем все доказали, поставив во главу угла размашистый и суровый напор.

Вот и советская команда играла под девизом «быстрота и натиск». Что не игрок, то атлет и боец. Даже нападающие хоть и не отличались гренадерским ростом, зато выглядели крепко сбитыми крепышами. Поразило еще, что у нашей сборной отсутствовал, как класс, диспетчер. Ну не считать же таковым Валерия Воронина, который больше тяготел к воротам соперника. Поэтому немудрено, что советские футболисты пытались задавить противника, постоянно включая бешенный темп и усиливая натиск на ворота чехословаков. Мельник даже поймал себя на мысли, что невольно морщится, наблюдая за игрой, поскольку смотрелась она достаточно прямолинейно. Похоже, наши игроки надеялись добыть победу малой кровью, не затратив много усилий.

Гости в этом смысле действовали гораздо техничнее и тоньше. Они много и интересно комбинировали в центре поля, лучше подстраивались под партнера, отрезая иногда умелым красивым пасом сразу нескольких игроков хозяев. Единственное, что вызывало недоумение, так это тот факт, что чехословацкие игроки редко угрожали воротам Юрия Пшеничникова.

Тем удивительнее, словно гром с ясного неба, прогремел гол советской сборной. Это тбилисский динамовец Муртаз Хурцилава загнал мяч в ворота Венцела за минуту до перерыва. Но наших соперников такое развитие событий не обескуражило. Отдохнув, они уверенно забрали нити игры в свои руки, нейтрализовали четверку наших форвардов и сначала после очередного углового сравняли счет, а затем и вовсе вышли вперед. Пшеничников, к сожалению, в обоих эпизодах не выручил.

- Эх, жаль, Лев Иванович травмирован! – скорбно вздохнул кто-то из зрителей, собравшихся в холле базы перед телевизором. – Он бы такие плюхи точно не пропустил.

- Если бы у бабушки были яйца… - тихонько проговорил себе под нос Данила. Кто знает, как развивались бы события, играй сейчас в воротах сборной Яшин? Вдруг и он запустил бы «бабочку»? Писал же наш, без сомнения, великий вратарь, в своих мемуарах, как пропустил однажды мяч, выбитый от своих ворот голкипером соперников.

Хорошо еще, что советская сборная с утроенной энергией пошла вперед, не желая разочаровывать девяносто тысяч зрителей и с интервалом буквально в две – три минуты сначала Численко замкнул прострел неутомимого Хурцилавы, а потом еще один одноклубник Данилы – Виктор Аничкин – вернул сопернику должок, поразив дальний угол ворот Венцела аккуратным ударом после розыгрыша углового. Так что по итогу сборная СССР одержала трудную победу 3-2.

А ведь впереди ответный матч в Остраве. И форы всего в один мяч может оказаться недостаточно для попадания на Олимпийский турнир. Черт, никогда не интересовался статистикой футбольных матчей шестидесятых – семидесятых годов, невольно подумалось Даниле. Нет, какие-то знаковые для отечественного спорта результаты он, конечно, знал, но так, чтобы досконально… жаль, но мимо! Как тут не позавидовать книжным попаданцами из модного в его прежнем времени направлении альтернативной истории – у них и память компьютерная при перемещении прорезалась, и ноутбуки со смартфонами при себе оставались. Нет, грех жаловаться, и ему ништяков перепало – одно только тело с великолепными физическими данными, да впридачу с недюжинной техникой чего только стоит! Ладно, проехали. Будем отталкиваться от того, что имеем.

- Мельник, - окликнул Данилу Олег Иванов, вратарь дубля, - ты как насчет того, чтобы до Олимпийской базы прогуляться?

- А что там?

- Как что, с дуба рухнул? – искренне удивился товарищ. – Там же девчонки-«художницы»[1] на сборах кукуют. А на волейбольной площадке у них танцы по вечерам организованы. Магнитофон, рок-н-ролл, все такое. Настоящие богини! – Иванов закатил глаза и, разве что, не причмокнул от восхищения.

- Поздно уже, - буркнул Данила. – Давай в другой раз. – Тащиться куда-то в ночь не хотелось. Да и в голове после просмотра трансляции засела интересная мысль, которую хотелось хорошенько обдумать в преддверии предстоящего матча с «Торпедо».

- Оставь его, - презрительно произнес стоявший рядом с Ивановым невысокий светловолосый крепыш с водянистыми глазами навыкате. Вроде тоже из дубля, но фамилию его Мельник почему-то не помнил. И память не спешила с подсказкой. – Пусть мальчик выпьет теплого молочка и в люльку.

Мельник усмехнулся. А парень то ли на слабо берет, то ли на драку провоцирует. Интересно, где их пути-дорожки успели пересечься? Или это банальная зависть из-за того, что Данилу взяли в основной состав? Хотя, может зря он себя накручивает, обычные подростковые игры из серии кто выше на забор писает.

- Не нагнетай, Мишка, - поморщился Олег, - не хочет и ладно. Пошли быстрее, пока все не закончилось.

О, точно, теперь вспомнил. Мишка. Фамилия Микрюков вроде. Полузащитник дубля. Чуть старше Данилы, на год или два. И в молодежной команде «Динамо» числился среди подающих надежды. Но к основе его пока не подпускали.

Мельник проводил глазами удаляющихся товарищей. Что же он хотел обдумать? А, точно, пришло в голову, что порой в игре динамовцам, как и сборной, не хватало игрока, что выполнял бы роль мозгового центра атак. Дирижера-диспетчера, если хотите. Вопрос, правда, заключается в том, а потянет ли он сам эту роль, хватит ли видения поля и футбольного мышления. Интересно. Да и как к подобной идее отнесется Бесков, не влетит ли за несоблюдение тренерских установок?

Остапа понесло, невольно усмехнулся столь амбициозным мыслям Данила. Уже возомнил себя невесть кем. Тоже мне, Зинедин Зидан из Вешняков выискался! Кто вообще сказал, что Константин Иванович решит выпустить молодого игрока в следующем матче? То-то.

На утренней тренировке сразу целый ряд игроков выглядел не лучшим образом. Упражнения выполнялись без огонька, достаточно формально. А стоило Бескову и его помощникам чуть отвернуться, как футболисты откровенно включали режим энергосбережения и норовили остановиться. Данила наблюдал за этим с тягостным недоумением. Что произошло, почему команда так наплевательски себя ведет? Важная ведь игра впереди, да и незавидное турнирное положение обязывает.

- На даче у Числа победу отмечали, - просветил его Маслов, когда они уселись на травку и начали выполнять упражнение на растяжку. – Башка трещит, сил нет! Эх, сейчас бы в баньку, через часик как огурчик был бы. Да разве Бес отпустит?

А ларчик, оказывается, просто открывался. Теперь понятно, почему в СССР спорт считается любительским. Нет, зарплату за свои спортивные подвиги игроки, ясное дело, получают. Пусть и формально числятся при этом работниками заводов, фабрик, шахт или носят погоны. Но отношением профессиональным к своей настоящей работе у них, как правило, и не пахнет. Курение, выпивка, походы по ресторанам были вполне обыденным делом. Не случайно Валерий Воронин как-то сказал, что русский футбол по колено в водке стоит. Преувеличивал, наверное, но проблема такая и правда имелась. Печально, что даже тренеры подчас не придавали серьезного значения загулам своих игроков. Считалось, что всегда можно дать шанс провинившимся отработать свои грешки на поле. А тренер киевского «Динамо» Маслов, как поговаривали, вообще иногда мог сесть за один стол с лидерами команды и пропустить с ними рюмочку-другую. Обидно, что с каждым годом ситуацию будет лишь ухудшаться, а разрыв между советским футболом и ведущими странами начнет нарастать. Да, будут отдельные всплески у того же Лобановского, но в целом…эх!

Ладно, не время предаваться унынию, решил Данила. Мы еще повоюем!

Странное дело, когда отрабатывали удары по воротам, Мельник обратил внимание, что Бесков совершенно открыто тиранит и унижает их вратаря Сашку Ракитского. Старший тренер то и дело отпускал в адрес голкипера язвительные замечания и высмеивал малейший промах.

- Чего это он? – тихонько поинтересовался Данила у Юрки Семина.

- А ты что, не слышал, как Бес в поезде еще сказал, что Сашка чуть ли не нарочно мячи в наши ворота привез? И сокрушался, что, дескать, ждет не дождется, когда же Яшин в рамку вернется. А, ну да, ты ж дрых, как сурок.

- Охренеть! – пришалел Мельник. – Нам же с «Торпедо» вот-вот играть, а кроме Ракитского только Олег Иванов в дубле. На кой черт основного вратаря в дерьмо втаптывать?

- Так ты пойди и поинтересуйся, - Семин лукаво глянул искоса, словно проверяя, поведется товарищ или нет.

- Сожрет, - мрачно заметил Володя Эштреков, стоявший рядом. – И косточек от Малого не оставит. Нашел, что предложить, Сэм. О, бей, давай, Бесков на нас смотрит!

После свистка об окончании тренировки Данила подошел к вратарю и попросил:

- Сань, можно я тебе пяток-другой пеналей пробью? – и, видя, что товарищ колеблется, быстро добавил, - Я ненадолго тебя задержу, буквально пятнадцать минут.

Ракитский, который уже начал снимать перчатки, задумался на секунду, а потом как-то обреченно махнул рукой.

- Давай. Бей.

- Ракитский, Мельник, не задерживаемся надолго, - крикнул им Адамас Голодец, помощник старшего тренера. – Через сорок минут обед!

Мельник установил мяч на одиннадцатиметровой отметке и отошел на несколько шагов назад. Поднял руку вверх, сигнализируя о том, что сейчас ударит, рванул вперед и хлестко пробил. Мяч с тихим шелестом влетел в сетку в нижний угол. Ракитский вяло дернулся, но даже не стал падать. Данила взял другой мяч. Удар. Та же картина, только теперь мяч оказался в другом углу.

Нет, так не пойдет! Как там в пособиях по мотивации персонала рекомендовали, нематериальное поощрение и прочие глупости? А почему бы не попробовать, чем черт не шутит, вдруг поможет? Только мы иначе поступим.

- Ты не вратарь, а дырка! – презрительно заявил Данила. – Моя бабушка лучше тебя отстояла бы.

Сашка дернулся, словно его обожгло кипятком.

- Ты…ты что несешь, Малой?! Белены объелся?!

- Ага, ее, родимую! Тебе тоже не помешало бы – глядишь, взбодрился бы чуток. А то застыл, как беременная баба, упасть боишься. А разговоров то, разговоров было: «Ракитский – это смена Яшина!» Да тебя на первенство водокачки только заявлять.

- Что ты сказал?! – взвился Сашка. – А ну, повтори!

- Без проблем, - отозвался Данила и неожиданно, без разбега, пробил по мячу.

Ракитский, кипящий, словно перегретый чайник, машинально, на вбитых инстинктах кинулся за пятнистым, точно за классовым врагом. И, вытянувшись в струнку, отбил таки.

- Молодец, Сашка! – заорал Мельник и, не давая товарищу опомниться, принялся обстреливать его ворота. Благо, мячей на траве валялось десятка полтора.

Ракитский, рыча от злости, буквально летал из угла в угол, бросаясь даже за самыми безнадежными мячами. Что-то ловил, что-то пропускал, но, самое главное, от его прежнего обреченного равнодушия не осталось и следа!

- Все, Саня, шабаш! – Данила остановился, потому что мячи закончились.

- Не, все только начинается! – зловещим шепотом сообщил вратарь, тяжело дыша, и не торопясь пошел к форварду, сжав кулаки. – Сейчас ты у меня, сволота, землю жрать будешь!

- Запомни это состояние, - сказал вдруг Данила, глядя на товарища без всякого страха. Это было настолько странно и неожиданно, что Ракитский замер на месте. – Запомни и не отпускай. И когда Бесков тебя в следующий раз начнет унижать, просто вспомни эту секунду. Ты большой молодец, Саня. Это я тебе серьезно говорю, без иронии. Другой бы на твоем месте лапки сложил, всплакнул в уголочке и, глядишь, перед матчем травмой придуманной отговорился бы. Зассал, в общем! А ты в драку кинулся. Это дорогого стоит.

- Так ты что, нарочно меня заводил? – неверяще спросил Ракитский.

- Конечно, - широко улыбнулся ему в ответ Данила. – Как тебя иначе растормошить можно было? Ты зажался и уже белый флаг выбросил, приходите и берите. Зато сейчас вижу – все у нас с «Торпедо» будет пучком!

- Ох и гад же ты, Малой! – восхищенно покачал головой голкипер. – Смотри, доиграешься, воспитатель хренов, таким макаром тебе точно кто-нибудь ребра пересчитает.

- Ничего, - легкомысленно отозвался Данила. – Как утверждают советские ученые, в организме человека находится аж двенадцать пар ребер. Что-то, да останется.

Ракитский ошалело посмотрел на него, а потом вдруг расхохотался.

[1] «Художницы» - представительницы художественной гимнастики

Глава 7

1968 год. Май. Москва

«Но упрямо едет прямо на «Динамо» Вся Москва позабыв о дожде…» - слова «Футбольной песенки» разносились над стадионом из репродукторов. Сегодня, правда, никаким дождем и не пахло. Стояла ясная сухая погода, на термометре шестнадцать – семнадцать градусов – играть одно удовольствие. Да и зрителям на трибунах вполне комфортно. Не случайно, что посмотреть дерби «Динамо» - «Торпедо» пришло почти сорок тысяч. По крайней именно такая цифра высветилась на электронном световом табло. К слову, оно лишь несколько лет тому назад появилось вместо башен восточной трибуны, на которых раньше аршинными буквами и цифрами отображали названия играющих команд и счет матча.

На предматчевой разминке, выйдя на зеленый газон, Данила с удовольствием оглядел заполненные трибуны. Что не говори, но играть со зрителями или без – это две большие разницы. Давно известно, какое поистине магическое влияние оказывает та бешенная энергетика, что выплескивают болельщики во время спортивного состязания. И как безрадостно отбывают номер игроки, когда на стадионе пусто. Не случайно, Бесков на своих тренировках обычно включал какую-нибудь бодрую, энергичную музыку, чтобы придать настроение занятиям. Это, конечно, не рев десятков тысяч зрителей, но все-таки.

- Эй, Малой, хорош ворон считать, Голодец зовет, - хлопнул Мельника по плечу незаметно подошедший Вадим Иванов. - Установку пропускать нельзя.

Но вместо указаний старшего тренера динамовцы неожиданно нарвались на выволочку. Причем, даже не от Бескова. Когда футболисты зашли в раздевалку, расселись по местам и приготовились слушать своего наставника, дверь неожиданно распахнулась и в комнату быстрым шагом зашли несколько человек в форме. Что характерно, отнюдь не в спортивной. Хотя нет, один в штатском все-таки обнаружился – председатель московского совета общества «Динамо» Лев Евдокимович Дерюгин, высокий и полный мужчина. Сейчас, кстати, здорово нервничающий.

А вот все остальные гости ослепляли блеском больших звезд на погонах. Вот ведь странность, вроде бы на словах «Динамо» – это общественная организация, но по ведомственной принадлежности главных «спонсоров» - органы внутренних дел и чекисты. Так уж сложилось с самого начала, когда почетным председателем был сам Дзержинский. И с тех пор никто не удивлялся обилию людей в форме, отвечающих за спорт в динамовском коллективе.

Понятное дело, после не слишком впечатляющих результатов, показанных в предыдущих матчах динамовскими футболистами, их кураторы с «чистыми руками и холодным сердцем» пребывали не в самом лучшем расположении духа. О чем поспешили сообщить игрокам, не выбирая особо выражений. А на робкие попытки старшего тренера хоть как-то оправдаться следовала очередная многоэтажная матерная конструкция и обещание разогнать к чертовой матери «кривоногих дебилов» и отправить охранять белых медведей за Полярным кругом в случае очередного проигрыша.

Данила невольно заслушался. Где еще можно услышать столь артистичное применение ненормативной лексики. Страха особого он почему-то совсем не испытывал. Может быть потому, что в силу возраста особой власти над ним грозные начальники попросту не имели. Ну какая служба в семнадцать лет?

Видимо, своей безмятежной физиономией, резко контрастировавшей с понурыми лицами остальных игроков, он привлек внимание руководителя этой спецбригады «психологической помощи».

- А этот сопляк почему лыбится? – злобно поинтересовался у Бескова генерал с пятью рядами орденских планок на кителе. – Не помню что-то такого. Как фамилия?

- Это наш молодой нападающий, - нехотя ответил Константин Иванович, - его только перед поездкой в Одессу из молодежной команды перевели. Мельник. Данила. – И незаметно погрозил форварду кулаком.

- Постойте, - задумался генерал, - это не тот ли Мельник, что «Черноморцу» два мяча положил и в Киеве отличился?

- Второй гол морякам не засчитали, товарищ генерал, - подал голос Данила. – Судья совсем, как из анекдота попался.

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался генерал, - давай, рассказывай.

Все притихли. Бесков побледнел.

- Нападающий спрашивает у арбитра матча. - Неспешно начал Мельник. - Товарищ судья, а как зовут вашу собаку? - Тот ему отвечает: - У меня нет собаки. - Как, - удивляется игрок, - слепой и без собаки?!

После секундной паузы генерал захохотал. А следом грохнули и все присутствующие. Правильно говорят, к месту сказанное слово подчас дороже золота! Так-то футболисты «Динамо», получая разнос, здорово зажались и, чувствовалось, вместо того, чтобы выйти на поле и порвать соперника, заранее боялись допустить ошибку. Но сейчас вместе со смехом уходила ненужная напряженность и страх.

- И без собаки! – утирал слезы генерал. – Молодец, пацан, хвалю. Развеселил. Но! – многозначительно поднял он указательный палец вверх. – Жду, что сегодня ты меня еще и порадуешь. Скажем, забьешь торпедовцам.

- Он в основной состав не планировался, - заикнулся было старший тренер.

Но генерал отмахнулся от него, как от назойливой мухи: - На замену выйдет. Ладно, готовьтесь. Пойдемте, товарищи, не будем мешать команде…И без собаки!

Чиновничья делегация удалилась посмеиваясь. Константин Иванович внимательно проследил за тем, как закрывается дверь за последним обладателем золотых погон и повернулся к Даниле. Помолчал некоторое время, разглядывая парня, точно диковинное насекомое, а потом вдруг негромко сказал: - Молодец!

Бесков не изменил своему слову. Начало матча Мельник встретил на скамейке запасных. И за игрой наблюдал от бровки. Особенно интересным было то, что на поле в составе «Торпедо» вышел знаменитый Эдуард Стрельцов. По непонятной причине он не попал в состав сборной страны на грядущий матч с чехословаками – говорили, что, вроде бы, сам отказался играть, - и потому сегодня бился лишь за свой родной клуб. Не было и Валерия Воронина. Но про него тихонько судачили, что, мол, опять загулял, исчез с очередной девицей и где сейчас пребывает…сие тайна великая есть.

Но, если вернуться к игре, то стоит заметить, что в начале встречи в центре внимания оказался вовсе не Стрельцов. Динамовцы вышли на игру раскрепощенными, с улыбками на лицах, и со стартовым свистком бросились в атаку. Хитроумный Бесков предложил своему визави Валентину Иванову довольно интересный тактический ход: в стартовых протоколах все видели, что «Динамо» выставило четырех нападающих – Эштрекова, Козлова, Авруцкого и Семина. Но по факту, Семин занял место атакующего полузащитника, Козлов и Авруцкий сдвоенным центром таранили оборону автозаводцев, приковывая к себе внимание защитников и уводя их за собой, а Володя Эштреков реактивным истребителем носился по правому краю в освобожденной партнерами зоне. И левый защитник «Торпедо» Янец раз за разом проигрывал ему в этих забегах.

Центральный защитник Леонид Пахомов голос едва не сорвал, пытаясь подсказать партнерам, как именно надо держать юркого форварда «Динамо». В конце концов плюнул на все и попытался помочь ему, но, как оказалось, сопернику только того и надо было.

Семин выдал прекрасную передачу на ход Эштрекову, тот обыгрался с Авруцким выскочил один на один с Анзором Кавазашвили, воспользовавшись неразберихой защитников. Вратарь «Торпедо» кинулся на перехват, но поздно - динамовец уже четко пробил мимо него. 1-0

Только после пропущенного гола торпедовцы завелись и, в свою очередь, пошли в атаку. Минут десять они подбирали ключики к обороне и воротам «Динамо», где феерил, поймавший кураж Ракитский, и… пропустили опять!

Это левый защитник бело-голубых Зыков ракетой пронесся по своему флангу, навесил в штрафную, а там уже не сплоховал и показал свою филигранную технику Володя Козлов. Он принял мяч на грудь и, не давая опуститься, мощно пробил под перекладину. Кавазашвили только и успел, что вскинуть руки. 2-0

На скамейке запасных «Динамо» началось радостное ликование, но Бесков остудил его коротким: - Рано! Матч идет девяносто минут. Веселиться будем после финального свистка.

Потом кое-кто из игроков ворчал, что, дескать, Бес сглазил. Но, на самом деле, просто в игру на всех оборотах включился Стрельцов. Именно он повел за собой свою команду. Сначала, в самом конце первого тайма, когда главный арбитр Алимов уже начал поглядывать на секундомер, нападающий буквально смял, протаранил молодого защитника «Динамо» Долбоносова и от души разрядил свою пушку в дальнюю девятку ворот Ракитского. Сашка прыгнул и, на мгновение показалось, что вот-вот достанет хотя бы кончиками пальцев кожаную сферу, но нет, не сейчас. 2-1

Гол «в раздевалку» ошеломил динамовцев. Он сработал, словно холодный душ. От былой эйфории разом не осталось и следа. Игроки вяло переругивались, отводя глаза от разъяренного Бескова, который глядел на всех волком и рычал точно так же. Низко и страшно. Того и гляди, кинется в горло!

Данила тихонько сидел в углу, чтобы не попасть под горячую руку разбушевавшегося старшего тренера. Что тут скажешь, не дотерпели. Чуть-чуть, но не дотерпели. А Стрельцов, конечно, хорош! Тридцать лет – по нынешним меркам уже ветеран, а фору даст и молодому игроку.

- Я ведь честно его пытался остановить, - Володька Долбоносов едва не плакал. – Честно, Константин Иванович! А он здоровый, как бык, будто и не замечает ничего, стряхнул, как пушинку и дальше прет. Ну что мне ему, ноги ломать надо было?

- Дурак, не вздумай, - поморщился Маслов. – Эдька если обозлится, то тебе хана. На ногу наступит – оторвет! Уж мне можешь поверить, знаю, о чем говорю.

- А сейчас он, выходит, добрый, - вытер полотенцем пот с лица Жора Рябов. – Слышь, Масло[1], ты бы по дружески к Стрельцу подкатил, попросил бы, чтоб не лютовал? А мы в долгу не останемся.

- Это что за речи, Рябов?! – взвился Бесков. – Не можете прикрыть Стрельцова, потому что вы бездарные футболисты. И сговора я в своей команде не потерплю!

- Да расслабься, Иваныч, - устало отмахнулся Георгий, - я просто пошутил. Никто не предлагает всерьез договариваться.

- Перед игрой надо было, - тихонько сказал кто-то из игроков, сидевших рядом с Данилой. – Сейчас уже поздно.

Вот те раз, присвистнул про себя молодой нападающий, Стрельцов, конечно, глыбища, никто не спорит, но лапки опускать не нужно. Какой бы не был он фигурой, но играет на поле команда!

Но подобный настрой, судя по всему, остался лишь у Данилы. И еще у одного игрока. После перерыва на поле безраздельно хозяйничали торпедовцы. Они раз за разом подходили к воротам Ракитского и наносили по ним опасные удары. Сашка скакал по углам, как цирковая обезьянка, доставая самые безнадежные мячи. Плохо, что его желание отстоять, во что бы то ни стало, свои ворота в неприкосновенности, не передалось партнерам. И на пятьдесят девятой минуте Стрельцов опять забил. Подхватив мяч метрах в сорока от ворот хозяев поля, он обвел сначала Бобкова, затем Маслова и Рябова, ворвался в штрафную, где мастерски обыграл Долбоносова и Вадима Иванова, а потом метров с восьми ударил в правый от себя угол. Ракитский в этот раз даже не шелохнулся. 2-2

Бесков зло сплюнул. Обвел мутным от ярости взглядом съежившихся на скамейке запасных игроков, остановился на Гусарове, но, неожиданно приказал: - Мельник, заменишь Зыкова!

Ух ты, старший тренер решил пойти ва-банк? Сыграть в три защитника, перед которыми должны были располагаться двое полузащитников- Бобков и Маслов, и выдвинуть вперед четверых чистых нападающих плюс оттянутого Семина. Смело!

Выходя на поле, Данила глянул на стоявшего неподалеку от центрального круга Стрельцова. Торпедовский форвард мирно беседовал о чем-то с капитаном динамовцев Масловым. Надо же, кто бы мог подумать, что придется играть против легенды? Естественно, здесь и сейчас Эдика так вряд ли кто назовет – это спустя время люди осознают, с футболистом какого масштаба им довелось соприкоснуться. Хотя… ладно, прочь посторонние мысли!

Следующие минут десять Мельник бегал практически без мяча. «Торпедо» по-прежнему наседало, стараясь додавить соперника. А редкие контратаки динамовцев вязли в оборонительных порядках автозаводцев.

И, Данила аж застонал от досады, очередной момент у ворот Ракитского привел к голу. После мощнейшего удара мяч угодил в перекладину, отскочил в поле и набежавший Гершкович исхитрился протолкнуть его в сетку. 2-3

- Давайте, давайте, не опускаем руки! – попытался приободрить понуро бредущих к центру поля партнеров юный форвард. – Еще есть время!

- Ишь, какой прыткий, - добродушно усмехнулся Стрельцов, проходя мимо. – Масло, откуда такой бойкий малец у вас взялся?

- Данька. Данила Мельник, - нехотя ответил мрачный Валерий. – Наш пацан.

- В смысле «наш»? – заинтересовался Стрельцов.

- Не поверишь, из «Фрезера» пришел.

- Иди ты!

- Ага!

Стрельцов пристально посмотрел на Данилу, а потом добродушно потрепал парня по волосам.

- Ну, поглядим, что умеешь. Не опозорь Перово.

- Я в Вешняках рос, - набычился Мельник.

- Ишь ты, с гонором, - одобрительно хмыкнул Эдуард. – Молоток!

Непонятно почему, но в душе у Данилы вдруг загорелся злой огонек. Захотелось показать, что он и правда кое-что умеет. И после свистка судьи Мельник с удвоенной энергией кинулся в борьбу.

Торпедовцы после того, как вышли вперед, отошли в оборону и умело сдерживали не слишком организованный натиск ошеломленных динамовцев. Бесков выпустил таки Гусарова вместо Семина, но это привело лишь к тому, что атаки бело-голубых окончательно утратили былую осмысленность. Казалось, что матч так и закончится.

Но минут за семь до конца встречи Данила, который явочным порядком оттянулся в центр под нападающих, выцарапал мяч и, подняв голову, двинулся вперед, понемногу ускоряясь. Он старался найти взглядом кого-нибудь из партнеров по атаке в выгодной позиции, чтобы отдать острую передачу, но защитники автозаводцев умело перекрыли всех возможных адресатов.

И тогда вдруг Мельник решился на отчаянный шаг. Как там говаривал в прежнем мире один из тренеров: «Научиться делать переступы может даже средний игрок. Но лишь великий выполнит их на скорости!»

Да-да, те самые знаменитые переступы или «педалады» - педали - бразильца Роналдо, от которых сходили с ума защитники и вратари противника. И сейчас пришло время познакомить местную публику с этим техническим приемом.

Данила пошел прямо на центрального защитника «Торпедо» Шустикова. Тот спокойно двинулся ему навстречу, не заподозрив особой угрозы. А напрасно!

Нападающий коршуном подлетел почти вплотную к автозаводцу, а потом вдруг начал вытворять что-то непонятное. Ноги динамовца поочередно с огромной скоростью проносились над катящимся мячом так, словно форвард крутил педали велосипеда. Раз, два, три, четыре – Шустиков не мог понять, что же собирается выкинуть этот долговязый мальчишка, когда – замершие трибуны дружно ахнули – Данила сделал очередной ложный замах и показал, что идет вправо и, едва защитник, купившись, сделал шаг в том же направлении, мгновенно переложил корпус и ушел влево.

Раз! И перед Мельником уже нет никого, кроме Кавазашвили. Анзор отчаянным прыжком в ноги попытался забрать мяч у динамовца, но тот уже аккуратным «черпачком» перекинул пятнистого через вратаря. Кожаный снаряд по аккуратной дуге полетел в сетку и Данила уже победно вскинул руки, когда налетевший непонятно откуда Володька Эштреков, решил, видимо, что мяч уже пересек линию и мощно пробил по нему.

Пробил, и тут же в ужасе повернулся к Даниле. Что происходит, офсайд, Володька был во вне игры? Мельник в ужасе повернулся. Боковой судья спокойно шел к центру, не поднимая флага. И главный движется в том же направлении. И торпедовцы схватились за головы. Черт побери, что происходит?!

-Малой, прости! – Эштреков бежал к Даниле с испуганным выражением на лице. – Ей богу, не хотел, прости, а?

- Подожди, что случилось? – растерялся Данила. – Вовка, ты чего? Сравняли ведь.

- Да как же, - пробормотал товарищ, - я ведь у тебя гол украл.

- Ну и хрен с ним, еще забью, - не понял его страданий молодой форвард. – Какие наши годы.

- Ты ж генералу обещал забить! – Володька уставился на товарища с жалостью. – Что теперь ему скажешь?

Рука-лицо!

- Бля! – только и сумел ответить Данила.

[1] Масло – прозвище В.Маслова