Твоими глазами

Четверг

Вика наконец-то вырвалась из шума общежития, в котором жила уже несколько лет. Девушка любила, когда после пар всё вокруг начинало резко оживать. По комнатам начинали ходить ребята в поисках компаний, а кто-то вторгался к соседям, принося с собой веселье. Начинало пахнуть едой, что выводило из убежищ вечно голодных студентов. Когда шум и веселье начинали стоять гулом, Вика выползала из-под одеяла и шла на кухню. Комната граничила с ней, поэтому от суеты вечера девушке никак нельзя было укрыться. Она выбирала смириться и влиться в происходящее. Обычно кухня становилась самым живым и интересным местом. Важные разговоры об учёбе сменялись душевными. Выяснения отношений одной пары перетекали в поцелуи или эмоциональный уход. Вика любила сесть на подоконник и сливаться с пространством. Она была невидимой частью суеты и не чувствовала себя одинокой, находясь среди постоянно меняющихся людей. Но постепенно запас энергии у неё заканчивался. Девушка тихонько выходила, одевалась и шла гулять по вечернему городу.

Вика ходила одними и теми же маршрутами и каждый раз открывала для себя что-то новое. Фасады домов хранили в себе столько секретов, что слегка изменившийся градус освещения выдавал новые. Вика остановилась под фонарем, завороженная тем, как капли падали, выделялись в свете. Они становились золотыми, отбрасывая блик, и пропадали в темноте. Девушка стояла, задрав голову, и внутри у неё что-то сжималось. Город наконец-то замолчал, оставляя её один на один со своей тенью.

В тишине мысли начинали звучать иначе. Они не носились из угла в угол, как в общежитии. Они начинали медленно течь, будто вода по стеклу. Вика подставила лицо дождю, думая о том, что, возможно, она тоже летит в чей-то свет, на секунду становится значимой, а потом исчезает. Капли падали на лицо, на щёки и губы, становясь холодным поцелуем ночи. Она закрыла глаза — и мир вокруг неё исчез. Остался только дождь и его касания, только бесконечное «сейчас», не требующее ничего взамен. Губы сами собой растянулись в лёгкую, почти неуловимую улыбку. Она стояла — маленькая фигурка в луче фонаря. Дождь шёл, словно сквозь неё, оставляя блеск на мокром асфальте.

Будильник орал как сумасшедший. Ничего не было тяжелее, чем встать рано утром. Привычка переводить таймер на десять минут играла с ней на грани опоздания. Но Вика ничего не могла с собой поделать. Выключив в третий раз источник шума, она уткнулась лицом в подушку и громко замычала. Сегодня был четверг, а это значило, что страдать ещё два дня, прежде чем она спокойно сможет выспаться. Далее предстояла трудная задача для человека, который до сих пор не открыл ни разу глаза: найти ногами тапки. Один оказался под кроватью, второй — под тумбочкой.

На кухне уже слышны были люди. Обрывки разговоров, шум плиты, звон тарелок. Захватив кружку, Вика неспешно выползла из комнаты, растирая глаза и шаркая ногами. На входе в кухню висело старое зеркало. Создавалось ощущение, что оно старее самого здания. Отражающий слой под стеклом ещё до рождения Вики пошёл чёрными пятнами, а изображение слегка желтило. Трещина, идущая через всё стекло, тоже не улучшала изображения. Остановившись напротив него, она наконец-то сделала попытку разлепить глаза. Толстовка, на удивление, выглядела так, будто только что вышла из-под утюга. На ней она была огромная, закрывая ноги чуть выше колена. В ее жизни присутствовала дурацкая привычка: понятия пижамы не существовало. Спать в домашней одежде было комфортнее всего. Озорные олени на носках с красными носами поглядывали, будто подмигивая, хоть уже и выцвели от стирок. Волосы, собранные крабиком перед сном, смялись и создавали солнечный ореол вокруг головы. Единственное, что выдавало её состояние, — один открытый глаз. После секундной борьбы она поняла, что проигрывает эту схватку, ведь открывая второй глаз, первый сразу закрывался. Из процесса разглядывания себя её, в прямом смысле, вытолкнула соседка Катя с третьего этажа.

— Извиняюсь! — пролетела девушка.

Катя всегда ставила кашу и уходила умываться. Стабильно её подгоревший завтрак кто-то отставлял с плиты. Катя же, опомнившись во время нанесения макияжа, врывалась в кухню, пытаясь спасти то ли овсянку, то ли общежитие от пожара. Вике нравилось смотреть на то, что в этот раз подруга забыла накрасить. То один глаз был при параде, а второй — нет, то губы наполовину накрашены. Однажды вместе с Катей на кухню ворвалась расчёска, вылетевшая из волос и прилетевшая точно в ковшик с завтраком.

Вика направилась к чайнику с кипятком. Что-что, а это было священным объектом на кухне. Существовало негласное правило: допил воду — налей новую. На стенке холодильника даже красовался список «эгоистов» — тех, кто забыл налить воды. Вика безумно гордилась собой, что за три года ни разу не фигурировала в расследованиях старосты и не красовалась в этом списке. Насыпав растворимого кофе и плеснув кипятку, она отправилась на своё законное место, которое по тем же негласным правилам занимали либо чтобы покурить или Вика с утра. Подоконник стал её пристанищем во время завтрака. Обычно на кухне собирались одни и те же компании, поэтому у Вики был даже небольшой чек-лист в голове: всё происходило примерно по одному сценарию. Катя уже спалила кашу, следующим должен был ввалиться Лёша — здоровенный парень с пятого этажа, который стабильно переливал кипяток в чашку и обжигал руку. Удивительно, как на ней не оставалось никаких следов, но глазомер у парня явно был сломан. За Лёшей обычно заходили двое первокурсников. Их имён Вика не знала — ребята были крайне деловые, как и подобает тем, кто только начал учиться. Уже одетые, умытые, они появлялись в разгар обсуждения между собой какой-нибудь лекции, садились за стол и начинали есть из принесенных контейнеров.

На этом моменте девушка уходила в себя, глядя куда-то вперёд и не моргая. Локон периодически выпадал из-за уха, и она машинально прятала его обратно. Минут через десять такого задумчивого состояния Вика одёргивалась, залпом выпивала кофе, окидывала всех взглядом и желала приятного аппетита. В ответ всегда получала улыбки и пожелания того же. Почему-то это заряжало позитивом на оставшееся утро. Она бодро вскакивала, теребила волосы Лёше, обнимала Катю за плечи, желала всем «хорошего дня» и, сделав шутливый реверанс, выходила спиной с кухни.

Наконец-то начало теплеть. Можно было скинуть неудобные зимние вещи и надеть свое старое пальто. День был солнечный. Купаясь в лучах и подставляя солнцу щёки, Вика спешила на пары, на которые, как обычно, опаздывала. Она уже много раз пыталась понять, почему, вставая со всеми, завтракая одновременно и недолго собираясь, всё равно опаздывает. Подходя к остановке, девушка заметила автобус и побежала, чтобы успеть запрыгнуть. Но когда Вика была в двух шагах от дверей, они захлопнулись. Гордо распрямившись, она проводила автобус испепеляющим взглядом.

— Я, конечно, понимаю, что маленькая, но не настолько же! Нельзя было подождать? — фыркнула она.

Смущенно оглянувшись вокруг, Вика решила, что это знак свыше. На пары опаздывает, автобус закрыл двери перед носом, погода прекрасная. А значит, можно отправиться гулять по городу. Сессия еще не скоро, так что бояться нечего. Решено было пойти по знакомому маршруту, по которому она ходила ночью.

На удивление, улица оказалась меньше, чем была в темноте. Фасады по-прежнему красивы, но в них исчезла та тайна, что раскрывалась лишь при свете фонарей. Дойдя до столба, под которым простояла, как ей казалось, вечность, Вика взялась за него рукой и начала кружиться, разойдясь смехом. Она всегда боялась осуждения окружающих, особенно если нечаянно что-то говорила вслух, но смех был единственным, чего она не боялась показать. Он звучал слегка глуховато, на легком при дыхании, но вместе с тем мило — достаточно высоко, без перебора. Да и что может быть плохого в молодой девушке, крутящейся вокруг столба в чудесный весенний день? Тепло распахнуло свои объятья, и Вика была готова провалиться в них полностью.

Завершив свой порыв, девушка расправила пальто и с улыбкой двинулась дальше. Ей захотелось где-нибудь присесть, отчитать себя за прогул пар, а заодно угостить булочкой и вкусным кофе. Физику она не любила, но помнила, что сила действия равна силе противодействия. Поэтому старалась всегда поругать себя, если сделала что-то хорошее, и наградить, если сделала что-то плохое. Кофеен на улице оказалось четыре штуки, и Вика решила подойти к выбору со всей ответственностью. Подходя к первой, она встала напротив дверей и внимательно изучила витрину и вход. Взаимной симпатии не случилось. Театрально вздохнув, она пошла дальше. Во второй тоже не было ничего особенного — скорее, точка розлива кофе в дорогу. А вот третья оказалась тем, что надо. Единственная кофейня на улице, у которой стояли столики снаружи. Несколько деревьев в горшках и какое-то вьющееся растение вокруг входа тоже добавляли плюсик в копилку выбора «за». Зелени в городе не хватало, а потребность в ней была.

Как раз в сумке уже несколько месяцев каталась книга, купленная возле метро. Наконец-то появился повод спокойно почитать под кофе и булочку. Достав книгу, Вика прижала её левой рукой к груди и направила взгляд на вывеску, окончательно определяясь с выбором. Постояв так пару минут — раскачиваясь на носках вперед-назад и смешно двигая губами, сложенными в трубочку, — она шагнула вперёд. Войдя в кофейню, она попала в облако запахов корицы и кофе. Сидеть внутри Вика не собиралась, поэтому, получив напиток, сразу пошла к выходу. Спохватившись, что забыла положить деньги в баночку для чаевых, вернулась обратно и гордо кинула купюру внутрь. И уже окончательно направилась к выходу своей кокетливой походкой, одарив бариста смущенной улыбкой.

Сев за столик, Вика раскрыла книгу и погрузилась в другой мир. Была у неё ещё одна привычка, помимо сна в одежде, — по-детски водить пальцем по строчкам. Она съежилась, как воробей на ветке, и начала читать. В какой-то момент Вика заметила, что давно уже сидит не одна. Она чувствовала на себе взгляд и решилась поискать его источник. Подняв голову, она увидела за соседним столиком молодого человека. Он читал книгу и аккуратно поглядывал на нее через очки. Вика подставила руку под голову, чтобы заправить прядь за ухо, а заодно удостовериться, что за ней следят. Парень был хорош собой, с лёгкой щетиной и светлыми волосами. Выглядел неряшливо, но это было скорее творческим беспорядком, нежели чем-то отталкивающим.

Вика решила нарушить эти гляделки — в них ведь можно играть и вдвоем. Заправив волосы за ухо, она начала кидать слегка смущенный взгляд на своего соседа, однако тот словно не замечал этого. С каждым разом Вика всё сильнее делала акцент на своём внимании, но оставалась как будто незаметной — и при этом центром чужого. В какой-то момент она просто состроила грустно-укорное лицо и напрямую посмотрела на оппонента, чем застала его врасплох. Парень в панике стал искать глазами место в книге, за которое можно зацепиться, чтобы сделать вид, будто он читает, но так и не смог. Вика тихо захихикала, уже и сама потеряв строку, на которой остановилась.

— Экспонат зовут Викой, и он умеет разговаривать. Не обязательно так сверлить взглядом, — тихонько сказала девушка, смущаясь и уходя лицом в книгу, будто закрываясь от соседа.

Молодой человек удивлённо посмотрел на Вику, уже не стесняясь.

— Извини, если смутил. Вика? Приятно познакомиться, я Марк. — Голос прозвучал уверенно, абсолютно не соотносясь с человеком, который почти полчаса украдкой следил за девушкой, стесняясь познакомиться.

Вика, чувствуя, как заливается краской, быстро встала, попутно хватая стаканчик и запихивая книгу в сумку. Развернулась к Марку и, сделав самое серьёзное лицо, какое могла, сказала:

— Экспонат, к сожалению, уже собирается домой. Но в следующий четверг он снова планирует тут почитать.

После чего резко развернулась и уверенной походкой пошла вперёд, хотя её общежитие находилось в абсолютно противоположной стороне. Вика шла, сохраняя лицо, но вскоре поняла, что вся залита краской. Оглянувшись на Марка, она увидела, как тот еле сдерживает смех. От этого она сама засмеялась и, возвращаясь, остановилась возле него.

— Я буду рада познакомиться в следующий четверг, а сегодня мне действительно надо идти, — пряча глаза в пол и держа перед собой сумку за ручки, уже спокойно сказала Вика.

— Договорились, — сведя смех в улыбку, ответил Марк.

Вика пошла вперёд, начав заново смеяться, понимая, что ей никуда не надо. Она никогда не становилась центром чьего-то внимания, и к этому надо было подготовиться, хотя бы морально.

Дорога домой выпала из памяти. Вика переоделась и вплыла на кухню. За столом сидела Катя. Напевая что-то себе под нос, Вика заварила чай и плюхнулась на стул, но даже сидя продолжала покачиваться в такт мелодии.

Катя замерла с чашкой у губ.

— Вика, ты… заболела? Или тебя отчислили? Куда ты дела нашу Вику, признавайся?

— Всё в порядке, просто настроение хорошее. И чай вкусный, — ответила удивлённо Вика.

Встав со стула, она подмигнула Кате и вприпрыжку отправилась в комнату. До четверга оставалось семь дней.

***

Вика нервно постукивала пальцами по столу, аккуратно поглядывая во все стороны. Она сидела в кафе почти с открытия и ждала встречи. Только придя домой в прошлый четверг, она поняла, что они с Марком не договорились о времени. Бедная Катя уже лезла на стену от того, сколько слов в минуту Вика выдавала о предстоящем свидании. Подруга уже собиралась идти по городу и искать Марка, лишь бы перестать слушать про него.

День близился к вечеру. Состояние Вики много раз менялось: от нервного изучения шагов прохожих до спокойной, почти холодной уверенности в себе. А вдруг он забыл? Вдруг передумал? Эти мысли заставили девушку сжаться на стуле. Такого бы она не пережила. Наверное, уже вся общага дружно отмечала наступление четверга. Даже первокурсники со своими контейнерами, вместо привычного обсуждения лекций, каждое утро выслушивали о том, как они отлично выглядят и как её птенчики изменились за те месяцы, что живут в общежитии. Вика даже слегка накрасилась. Обычно она подрисовывала только ресницы, но в этот раз на лице появились небольшие стрелки и легкий блеск помады — чуть темнее тона её губ. О чем-то задумавшись, Вика впервые за весь день села спокойно.

-И тут подходит, он, абсолютно спокойно садиться и спрашивает, не замерзла ли я! Ты представляешь, Кать! - подпрыгивая к столу сказала Вика.

Катя сидела и внимательно слушала подругу. Хоть ей порядком надоели истории про Марка, которые лились бесконечным потоком, но радость за подругу перекрывала все.

Вечер начался необычно. Катя спокойно лежала и читала книгу. Но безмятежность была нарушена ворвавшимся смерчем в комнату, который плюхнулся на пол у лица девушки.

-Через десять… минут… на кухне - пропыхтела Вика, чмокнула в лоб и испарилась так же быстро, как появилась.

Диалог явно намечался интересный, поэтому Катя быстро спустилась на кухню. Не прошло явно и пяти минут, а Вика уже сидела на стуле, с чашкой, ожидая подругу. Волосы были собраны кое как. Лицо растянуто в широкой улыбке, а глаза следили за Катей, пребывая в какой-то эйфории.

-Ну, рассказывай, что случилось?- садясь на стул с ноткой удивления спросила Катя.

И Вика взорвалась. Первое время Катя сидела в шоке. Она никогда не видела Вику такой возбужденной. Да что там, она никогда не видела Вику бегающей по кухне и переходящую в разговоре с интимного шепота на почти крик и визг радости.

Катя успевала лишь периодически спрашивать: а он что? А ты? А дальше? И что? Причем вопросы эти, скорее, лишь случайно попадали в рассказ Вики, ибо она их не слышала.

-Мы стояли на переходе, он надел на меня свои очки и сказал, что так я похожа на маленького гномика. Ты представляешь!? - Вика изображала очки и разглядывала сквозь них подругу.

Катя встала, подошла к Вике и аккуратно опустила ее руки вдоль тела, потом взяла за плечи и улыбаясь сказала:

-Солнце, я понимаю, что ты вне себя от радости, но, пожалуйста, давай ты спокойно сядешь и расскажешь все? Пока что я знаю только то, что у него очки, вы гуляли и ты болтала без умолку. Можно я включу режим мамы и узнаю, чем мальчик занимается, симпатичный ли он? - Катя смущенно засмеялась и вернулась к себе на место.

Вика в ответ смущенно улыбнулась, надула щеки и, подложив под себя ноги, села на стул.

- Ладно, слушай, раз так интересно - Вика покраснела и начала водить пальцем по столу перед собой - Он работает инженером. Он… красивый. Глаза умные. - Вика посмотрела на Катю и убрала руки в рукава.

- Я знаешь… Я все болтала и болтала. Никогда себя так не чувствовала. Мне хотелось просто все ему рассказать. Может я перестаралась? - Вика выдохнула и отпила чай.

- Если ты скакала так же, как пару минут назад, то, думаю, ты его напугала своей активностью. Я так понимаю, бегает он тоже быстро?

- Не знаю, но, выглядит спортивно. А чего ты спрашиваешь?

- Я бы на его месте, от такой занозы болтливой, бежала быстрее ветра - Катя искренне рассмеялась, расплескав чай по столу.

Дверь на кухню снова хлопнула. На пороге стоял Лёша — взъерошенный, в мятой футболке, с горящими глазами человека, который только что проснулся и сразу почуял интересное.

— Ну что, герой-любовник, рассказывай, как прошло? — выпалил он, глядя на Вику и даже не заметив, что перебил разговор. После чего сел на стул, не отрывая взгляд от Вики.

Катя, которая только что смеялась, резко выдохнула и с грохотом уронила голову на сложенные на столе руки.

— Господи, Лёша... Я этого второй раз не выдержу... — простонала она в стол, и ее голос перешел в невнятное мычание.

Вика, глядя на эту сцену, вдруг снова залилась краской. Катя, не поднимая головы, издала еще один утробный стон обречения. Лёша же уставился на них в полном недоумении, переводя взгляд с одной на другую.

— Чего вы? — спросил он с искренним, почти обиженным видом. — Я ж просто спросил… Я же переживаю за нашего гномика!

В наступившей тишине Катя медленно подняла голову, сохраняя абсолютно невозмутимое лицо. И сделав два полукруга возле глаз пальцами, посмотрела на Вику. Девочки разразились искренним смехом, смотря на ничего не понимающего Лешу.

-Да ну вас! Рассказывай, интересно же! - В предвкушении взмолил Лёша.

Сирень

Вика уже минуту стояла перед яблоками, и продавец начинал коситься. Она этого не замечала — в наушниках что-то ритмично играло, отрезая от реальности. Девушка вертела каждое яблоко, искала изъяны, которых не было. Слишком бледное. Слишком мелкое. Следующее с едва заметной вмятиной у черенка. Вика вздохнула, но отложила и его. Всё должно быть правильно, даже если это простом яблоки. И тут в плечо прилетело что-то мягкое. Посмотрев вниз, она увидела пачку брокколи, трагично махающих ей сломанной веткой. Вика подняла голову. За прилавком с овощами стоял Марк и смущенно махал рукой.

— Ты… - она медленно достала наушник. — Ты мог просто поздороваться! Теперь придется покупать эти брокколи!

Марк открыл рот, но ничего не успел сказать.

— А в качестве извинения за свои идиотские шутки, придется еще и мороженным меня угостить! — Вика угрожающе трясла поднятой пачкой в сторону Марка и демонстративно направилась в другую сторону.

Вика расплатилась на кассе. На выходе из магазина, её встретил Марк, протягивая злополучную пачку.

— Цветы для дамы.

Приняв “букет”, Вика покрутила его, прижала к груди и театрально вдохнула аромат букета.

— Ты всем девушкам даришь такие шикарные цветы? Или только тем, в кого кидаешься едой?

— Только тем, кто мне строит глазки в кафе, а потом убегают.

— Я же тебе уже говорила! Я не убегала! — Вика ткнула брокколи в ему плечо.

Марк рассмеялся и указывая рукой прямо, предложил посидеть и поесть спокойно мороженое.

Впереди был сквер. Маленький островок зелени среди плотно стоящих домов. Несколько голубей зачищали асфальт от хлеба, который заботливо раскидали бабушки, сидевшие на лавке. В центре сквера был заброшенный фонтан, явно давно не обслуживаемый и покрывшийся слоем какого-то мха и грязи. Почки уже успели распуститься, так что, лавки закрывались интимной тенью. Подходя к лавке, голуби предательски разлетелись в сторону идущей пары. Вскрикнув от испуга потенциального столкновения, Вика прыжками добралась до лавки и плюхнулась на нее. Прижав ноги друг к другу и положив на колени руки, она стала ждать Марка.

— Я в глазах твоих вижу, что ты ждешь только мороженное — Марк протянул ей стаканчик.

— Конечно. Мороженое - да. А ты пока что на испытательном сроке.

— Ладно, уж так и быть. — Марк с серьезным лицом откусил пол стаканчика за один присест — Знаешь, давно не ел мороженного. А еще, хожу в этот магазин много лет, но не знал, что прямо напротив есть сквер.

Вика смотрела открыв рот на остатки стаканчика в руках Марка.

— Ну ты и проглот… А как же получать удовольствие от процесса? Я в этот сквер давно хожу. Тут даже фонтан есть, видишь? Красивый.

— Угу, красивый. — Марк смотрел на Вику и демонстративно закинул в рот остатки мороженного.

— Ты на фонтан хоть посмотри — Вика начала болтать ногами. — А ты что в магазине то забыл? Следил за мной, что ли? — девушка пристально посмотрела на Марка, откусывая мороженое.

— Шел домой, увидел тебя. Позвал, а ты не услышала. Пришлось обходиться более радикальными методами. Считается, что следил? Кстати, ты очень забавно губы вытягиваешь, когда задумываешься.

— Еще как считается! Еще и разглядывал, как я яблоки выбирала! Шпион! — Вика толкнула Марка в плечо и рассмеялась.

Голуби снова слетелись к лавочке. Девушка отгоняла их ногой, после чего встала и приложила остатки стаканчика к нижней губе.

— Может пройдемся? А то вдруг наши соседи кусаться начнут.

Прохожие текли потоком по своим делам. Узкий тротуар не давал идти рядом, поэтому Марк шел чуть позади. Вика увлеченно рассказывала про то, как в детстве любила ездить в деревню к бабушке и, почти не смотря вперед, была обращена к своему спутнику. Для Марка эта прогулка превратилась в целое многозадачное приключение. Ему было искренне интересно слушать Вику, но и приходилось периодически спасать ее от столкновения с идущими навстречу людьми. Да и недавний дождь оставил большое количество своих следов на асфальте, куда так норовила наступить девушка.

— Всегда боялась гусей. У нас была небольшая площадь в деревне, где они гуляли. Когда я проходила мимо, они начинали бегать за мной стаей! — Вика полностью обратилась к Марку, идя спиной вперед.

— У тебя хотя бы гуси были. У меня не задалось как-то с родителями. Они сами по себе, я сам по себе. Зато, было много времени для чтения. — Марк в очередной раз направил рукой Вику.

— А почему так? — девушка наклонила голову вбок, ожидая ответа.

— Много работали. Уходили рано, возвращались поздно. Со временем привык, что особо не общаюсь с ними.

Выйдя на широкую дорогу, Вика поравнялась с Марком. Они шли молча вперед и неосознанно сближались друг с другом. Вика почувствовала, как ее дыхание стало замедляться. У девушки всегда были проблемы с координацией, поэтому она всегда отклонялась от прямой дороги. Но сегодня все было иначе. Ее будто магнитом тянуло к Марку. Время стало тягучим, дышать становилось труднее и ее рука почувствовала ответное тепло руки спутника. Она ждала, что Марк исправит этот неловкий, но такой трепетный момент. Не так. Она мечтала об этом. Но, вместо этого, молодой человек резко пошел в сторону сквера, который они проходили. Вика словно упала с облаков на землю. Перед собой она видели лишь спину и то, как будто с обратной стороны мутного зеркала общежития. Внутри все начало сжиматься. Грудь сдавило, в носу защипало и огромный ком стал разрывать горло.

Марк развернулся так же резко, как отошел в сторону и в легкую припрыжку приблизился к Вике, расходясь в застенчивой улыбке.

— Раз букет из брокколи тебя не устроил, придется пойти у тебя на поводу. — сказал он, держа в руках пышную ветку отломанной сирень. — Позволишь?

Марк протянул руку, чтобы положить сирень за ухо. Его пальцы нежно скользнули по виску, каждое прикосновение отдавало легким покалыванием. Эмоции Вики заняли свои места в таком широком спектре, что она металась между ними, будто перед бесконечным книжным шкафом в поисках нужного корешка, периодически доставая книгу и с агрессией заталкивала обратно, ибо нарывалась на неподходящую. Пальцы аккуратно взяли локон и положили его за ухо. Вика интуитивно начала расправляться и тянуться вверх, закрыв глаза и медленно выдыхая, боясь сдуть потоком воздуха происходящее. Засунув ветку за ухо, Марк сделал шаг назад и нежно оглядывая Вику кивнул.

— Ну вот, теперь ты выглядишь восхитительно! Идем?

Вика забыла как дышать. И, кажется, уже не хотела вспоминать.

— Спа… Спасибо. Только, у меня аллергия на сирень. Ты не против, если я понесу ее в руках?

— Дурацкая аллергия! Ну хоть ты то не порти момент! — взмолила Вика в голове.

— Ой, извини, не знал. Давай тогда понесу.

Марк застенчиво заулыбался и поспешно забрал ветку, после чего взял Вику за руку. Она уже перестала пытаться что-то чувствовать и просто растворилась в моменте, став даже для себя, на удивление, спокойной и уверенной. Ладонь была теплой и слегка влажной. Они шли дальше вперед, оба растворяясь в моменте, наслаждаясь приятным весенним ветерком. Солнечные лучи лились сквозь них, оставляя за ними одну общую тень.