Туманы над Твирлин Тайдс

Предисловие. Мир Твирлин Тайдс

Если вспомнить о квантовой механике, можно предположить, что Вселенная — это бесконечное множество вероятностей, где каждая частица существует одновременно во всех возможных состояниях до момента наблюдения. Подобно объектам, выхваченным из темноты лучом фонарика, вероятности становятся реальностью через акт наблюдения, "коллапсируя" в одну конкретную версию мира. Это похоже на ситуацию, когда в кинотеатре на полке лежит множество фильмов, и пока мы не начинаем «наблюдать» — смотреть какой-то конкретный фильм, все их сюжеты существуют одновременно. И среди этих «фильмов» есть тот, где разворачивается история мира, на карте которого можно найти город со странным названием Твирлин Тайдс (The Twirling Tides).

Это место, куда невозможно войти, покинув салон самолёта и заказав такси из аэропорта. Хотя свои аэропорты там, конечно, есть. Есть и дороги, есть железнодорожные станции. Но нельзя купить билет в этот город ни из одной точки земного шара. Однако это не значит, что это место абсолютно недоступно. Во снах, когда дневное сознание теряет контроль над происходящим, границы между измерениями становятся зыбкими, как утренний туман. И сон вполне может привести нас на улицы Твирлин Тайдс, так похожего на обычный земной мегаполис, в котором что-то неуловимо намекает на то, что тот мир и этот разделяет пропасть иного пространства.

Глядя на карту, там можно увидеть те же названия, что и здесь. Есть свои Рим, Москва, Сантьяго, Сидней, много малых городов, существующих как бы здесь и там, повторяются имена и истории. Но чего-то, что есть здесь, там не было никогда. И наоборот есть люди, которые не приходили в наше пространство, есть книги, что не были написаны здесь, есть города и дороги, отсутствующие на наших картах. Эта вселенная очень похожа на нашу, но всё же другая.

И она — не идеальна. Она не место, где кругом разлилась благодать, никто не совершает ошибок и дурных поступков. Но что-то там чуть легче, чуть проще, словно часть тяжести нашего мира остаётся за гранью его горизонтов. Представьте себе знакомый город, на который вы смотрите через немытое окно. Его дома, улицы, парки… И вдруг вы видите мойщика, который, улыбаясь, приводит в порядок ваше окно. Город за окном стал ярче, живее, приятнее. Вот примерно такое ощущение создаёт Твирлин Тайдс — глядя на него, ты как будто смотришь на свою вселенную, но через чистое, светлое, прозрачное окно. И даже обычная городская суета с её шумом и напряжённой спешкой воспринимается как часть общей гармонии.

Этот город наполнен движением — ведь оно суть жизни. Но вместо бесконечной гонки за недостижимым здесь чувствуется что-то другое — игра. Не всегда лёгкая, но увлекательная и живая. Здесь живут, словно в танце, подстраиваясь под переменчивый ритм своего мира. Люди остаются людьми со всеми их сильными сторонами, слабостями и пороками. Они делают глупости, поддаются страхам, иногда завидуют, а порой теряются в собственных амбициях. Корни большинства проблем в том же, что и у нас, — в человеческой природе.

По сравнению с нашей — та реальность похожа на благополучный район мегаполиса, где жизнь течёт плавнее, меньше хаоса и проблем. Означает ли это, что его жители лишены забот? Нет. Здесь тоже есть те, кто стремится к власти любой ценой, закрывает глаза на чужую боль ради собственной выгоды. Есть конфликты, несправедливость и одиночество, прячущиеся за блеском витрин и уютом кафе. Бывают моменты, когда пустота, неуверенность или тени прошлого накрывают с головой. Но все же люди чуть чаще находят в себе силы остановиться, услышать другого или хотя бы задуматься, что скрывается за внешним фасадом реальности.

Как и здесь, там есть своя магия. И также как в нашей вселенной она незаметна. Амулеты и заклинания — атрибуты развлекательной литературы и кино. А магия — в умении видеть и чувствовать, раскрывать разные слои реальности, замечать тонкие связи между вещами, людьми и событиями и вкладывать энергию в нужный момент туда, где она способна изменить реальность. Однако эта способность присуща не каждому, и не всем удаётся использовать её на благо. Магия здесь как редкий навык: она сопровождает тех, кто научился её видеть.

И, возможно, самое удивительное — это то, как этот мир взаимодействует с нашим. Сны — это лишь один из мостов между реальностями. Есть ещё один способ проникнуть в пространство Твирлин Тайдс. Читая эту историю, вы словно шагаете за пределы своей вселенной, на мгновение становясь частью другой.

В мире квантовых возможностей наблюдение работает в обе стороны. И точно так же, читая о Твирлин Тайдс, вы становитесь больше, чем просто наблюдателем. Почему? Происходит сонастройка. И тогда открываются новые слои. В том числе внутри вас. Или вы остаетесь на разных частотах, резонанса не возникает и пространство остается плоским. Но каждое ваше ментальное путешествие в этот мир, каждый взгляд на его улицы, людей и события что-то затрагивает там, а что-то — в вашей собственной реальности. Ваше внимание становится ключом, или модулем настройки, как в радиоприемнике. Вы можете стать не просто читателем, а исследователем нового мира. Есть вероятность, что какие-то его оттенки откроются исключительно вам. И тут стоит иметь ввиду — открывая для себя другой мир, есть "риск" потерять и свою невидимость для него. На тонком плане все взаимосвязано, поэтому деликатность и осмотрительность не помешает.

Так что, если вы готовы, закройте глаза, сделайте глубокий вдох… И представьте, что перед вами открываются двери. Это не просто тексты. Это билет в другой мир, который уже ждёт вас.

Добро пожаловать в иную реальность.

Пролог. Студия «Радио Лунной Бухты»

Саманта ведет эфир

Казалось, что вечер в студии «Радио Лунной Бухты» начинался, как обычно. Те же мягкие звуки винтажного джаза, тот же гомон персонала за пределами рубки. Звонки слушателей в эфир. Всё шло своим чередом, кроме неуловимо изменившегося внутреннего ощущения. Как будто мир чуть сдвинулся. Саманта бросила взгляд через высокое монолитное окно на поредевшие, но все еще оживленные улицы города, освещённые фонарями и разноцветной городской иллюминацией. Шум жизни мегаполиса не проникал на высокий этаж студии. Вдруг отражение циферблата настенных часов на мгновение вызвало тень паники, будто время эфира уже наступило. Но быстрый взгляд ведущей на таймер обратного отсчета эфира ее успокоил.

Свет свисающих с потолка приглушённых ламп растекался по пространству. Тени играли на кирпичных стенах со вставками цвета морской волны и благородного серого. Уютно разместившийся у стены небольшой диван с небрежно раскиданными подушками, хаотично развешанные по стенам элементы абстрактной живописи – все это словно каким-то непостижимым образом проникало в эфир, складываясь в мозаику аутентичного эмоционального фона.

Саманта начинала это ламповое радиошоу, с естественной лёгкостью превращая его в особую атмосферу. Тёплый и слегка хрипловатый голос девушки создавал ощущение близости. Открытая манера общения одновременно формировала будто бы второй слой, намекающий, что ей знакомо нечто такое, о чем окружающие могут даже не подозревать. В этот вечер, потеребив небрежно обмотанный вокруг шеи легкий шарф, подтянув рукава теплой клетчатой рубахи, она включилась в эфир с дружелюбного приветствия:

— Добрый вечер, Лунная Бухта! С вами снова Саманта Этридж. Как поживает город под звёздами? Она поправила любимые наушники, приглашая слушателей к откровенному разговору, ловко манипулируя пальцами с разными переключателями и ползунками студийного оборудования.

Её голос таил некую силу, которая заставляла вслушиваться и как бы растворяться в потоке её эфиров. Она рассказывала о своих мыслях, эмоциях, событиях прошедшего дня. Отвечала на вопросы слушателей и всегда оставляла ощущение предвкушения. Будто бы в ближайшем будущем произойдет нечто особенное. Это ощущение недосказанности притягивало внимание и вызывало желание слушать, что же будет дальше.

Среди потока звонков этого вечера был один, который выделился на фоне остальных. Мужчина с мелодичным голосом представился как Эдвард и эмоционально поведал о своём недавнем визите в место под названием Твирлин Тайдс. Саманта оживилась, услышав это наименование. Её голос приобрёл едва уловимую нотку интриги.

— Твирлин Тайдс, — повторила она, будто смакуя эти слова. В этот момент глаза Саманты задержала фотография на стене. Она и ее приятель-метис Джонни Нагава, улыбаясь смотрели друг на друга. Между ними был костер. А на фоне, между пламенем и стеной леса на берегах реки Каяуэ, сидели индейцы. Это была одна из экспедиций, где Джонни был ее гидом и переводчиком среди народа, в который уходили его корни. Та поездка стала вдохновением серии атмосферных эфиров о том, как тайны и легенды того племени нашли свое продолжение в современной этномузыке.

— Я слышала об этом месте, — продолжила она. Говорят, что туда стремятся те, кто ищет нечто особенное в своей жизни! Вы бывали там раньше, Эдвард?

Мужчина рассмеялся.

— Да! И сейчас я снова оттуда! Место действительно удивительное. Атмосфера, люди… И эти ночные прогулки по набережной Каяуэ! Там чувствуется что-то необъяснимое. Как будто время то замирает, то несётся как сумасшедшее, - казалось, Эдвард в момент короткой паузы снова оказался там — в том городе со странным названием.

Саманта задумчиво кивнула, хотя её никто не мог увидеть. Ей показалось, как будто есть нечто незримое за этим вроде бы обычным разговором из рядового вечернего эфира.

— А может быть, это знак? — бодро задала она риторический вопрос, прерывая паузу. — И стоит найти время и самой заглянуть туда? Вы говорите, что там особенная атмосфера – и что же вас там зацепило?

Эдвард явно улыбнулся на том конце линии, его голос стал теплее.

— Если вы решите там побывать, я уверен, вы найдёте то, что ищете. Может быть, даже больше. Вы знаете, мне нравится название этого города, оно очень живо, романтично! Но местные называют его проще – Твирл, или вообще 3Т, —закончил он как будто разочаровываясь выбором жителей как называть их любимый город.

— Твирл, вот как? — удивленно приподняла брови Саманта, поняв, о каком месте идет речь. Но ведь Твирл — большой город! У нее вдруг неожиданно сложилось, что точка притяжения всевозможных искателей из ее воспоминаний и вот этот мегаполис — это одно и то же место.

— Да, большой город, который никто не знает по имени! — со вздохом сожаления добавил загадочный гость.

— Скажите, Эдвард, а чем вы занимаетесь? Вероятно, у вас творческая профессия? Ожидая подтверждения своих предположений относительно Эдварда, ведущая чуть сдерживала улыбку.

— Вы угадали! Я художник.

— Ах вот оно что! — развеселилась Саманта, делая акцент и растягивая слово «вот». Тогда понятно, почему вы не можете простить жителям города столь вольное обращение с его названием!

— И... знаете, еще что? Там есть такая штука, местные называют «Станция-14». По городу можно видеть граффити с этим названием и вместе с ним часто рисуют глаз. Но никто вам толком не скажет, что оно такое. Зато расскажут массу небылиц про лифты, подземелья и непонятные "глюки" навигаторов. В общем — местная легенда!

— Ух ты, да у нас тут целая загадка! — хозяйка Лунной Бухты чувствовала, что разговор затягивается, и преодолевая свое нежелание отпустить собеседника, интонацией намекнула на близкое завершение беседы.

— А самое смешное, — не хотел уходить из эфира Эдвард, — они так говорят про странных людей: "Он как со Станции-14 приехал! Представляете?"

Саманта искренне рассмеялась и пошутила, что было бы интересно побывать в таком странном и забавном месте. Поблагодарив гостя за живые эмоции и подробности, она переключилась на следующего слушателя. Но в её взгляде отразилось чувство некой незавершенности. Эфир близился к концу, а разговор об этом месте — The Twirling Tides — оставил какое-то послевкусие. Как будто ты пытаешься вспомнить что-то, нечто волнующее — и не можешь. Аура тайны вокруг этого места зацепила её и пробудила любопытство. Возможно, это было некое предчувствие. Или просто желание выйти за рамки обыденности.

В тишине студии она коротко взглянула на экран с планом эфира, возвращая мысли, успевшие улететь куда-то за пределы этой комнаты. Запустив следующий трек — мелодию с легким налетом ностальгии, Саманта с наслаждением вдохнула аромат кофе с шоколадно-миндальным оттенком. Она сделала глоток, ощущая как бодрящий напиток скатывается вниз, отдавая телу тепло. В студии было прохладно. Вдруг ее внимание окунулось в уютный городской пейзаж в лунном свете, отпечатанный на подаренной ей когда-то кружке. Ее взгляд погрузился в удивительно объемный и завораживающий кадр жизни незнакомого города. А в голове беспокойным мотыльком кружило: The Twirling Tides...

Легенда о Каяуэ

Каяуэ — река, на которой стоит Твирлин Тайдс. Город, уютно расположившийся в живописном ландшафте на стыке невысоких гор и просторных равнин. На горизонте величественно возвышаются более высокие горные вершины, добавляя пейзажу драматизма. Каяуэ — широкая, полноводная и живописная река. Она является важным связующим звеном между удалёнными уголками региона, так как остаётся судоходной на большом протяжении. Мосты через реку поражают своим величием и функциональностью, соединяя части города. Они выполнены так, чтобы под ними могли свободно проходить достаточно крупные суда.

По преданиям Каяуэ — живая река, дух которой оберегает местные земли, дарует силу и вдохновение тем, кто ищет его у её берегов. Название ее сохранилось от древних племён, живших некогда на этих землях.

Вот легенда, которая рассказывает о происхождении имени этой величественной и живописной реки. «Когда-то в этих краях жил народ, название которого не сохранилось в памяти людей, но остались легенды о далеких событиях. Мужчины того народа были славными воинами и ходили в неизведанные земли. Был среди них один воин, кто слышал от старейшин о том, что и за краем земли - есть еще земли. Если знаешь путь - то сможешь найти их. Там многие дары приносит земля и небо полно птиц, а реки и озера - рыбы. А кто сможет войти туда и вернуться - обретет многую мудрость и будет почитаем своим народом и другим народами.

Очень хотел тот воин увидеть неизвестные края и просил старейшин дать ему мудрость, чтобы найти путь. Видя его настойчивость, старейшины решили ему помочь. Шаман племени говорил с духами, и они дали наставления. Мать же этого воина чувствовала сердцем, что может не увидеть уже своего сына, но отговаривать его не стала. Когда наступил подходящий момент, племя напутствовало воина и мать дала "часть своего сердца", чтобы оно помогало ему. Сын ее ушел по тропе, указанной духами. Долго ждали его возвращения, но не приходил он из тех далеких мест.

Просила женщина тогда старейшин и шамана поведать ей о судьбе сына. Но духи сказали, что он ушел "далеко" и домой ему идти долго и что "может не впустить его назад земля племени, потому что не узнает в нем сына своего". Мать же его опечалилась и просила их сказать, как сделать так чтобы родная земля приняла сына? Духи же говорили, что кто-то должен встречать и ждать его здесь, на тропе пока не придет он. Тогда сказала мать воина - я останусь здесь, войду в реку и дух мой сольется с духом реки. Когда сын мой придет - я встречу его. И она вошла в реку. Говорят, с тех пор тот проход, по которому ее сын ушел, иногда открывается, будто мать отворяет дверь, ожидая сына. Предание того народа говорит, что до сих пор тот, кто знает, может пройти вслед за ушедшим воином по его пути. Реку же, в которую вошла мать, с тех по стали называть Каяуэ – что на языке того народа означает Женщина».

Маки из воздуха. Когда открываются двери

Эвелин и маки

Утро в офисе NexaVision-VR началось не с кофе, а с неожиданной находки. На столе в зале для совещаний, где обычно царили минимализм и порядок, лежал огромный пучок алых маков. Не букет, а именно пучок. Ни тебе упаковки, ни ленточки, ни открытки. Никто не знал, откуда они взялись. Как будто их только что сорвали на маковом поле и закинули сюда через окно. На большом настенном мониторе уже призывно светился список задач на текущую неделю, виновато подсвечивая ответственных за выполнение в конце каждого пункта. Парни, поглядывая на экран, препирались друг с другом на тему, кто и кому притащил цветы. Их аромат наполнял воздух провокационной смесью умиротворения и беспокойства. Технический монитор выводил результаты запущенного Ларри утреннего теста VR-оборудования. Ползунок загрузки SNArK упорно полз к финишу. А зеленая надпись Simple Native Architecture Keyframe внизу экрана бессовестно намекала, что сегодня явно придется работать.

Эвелин вошла, застав коллег стоящими полукругом вокруг стола с маками, словно они были каким-то сакральным объектом. Солнце сквозь окно чиркнуло по ее беджу, запустив едкий блик в глаза стоявших напротив и подсветив крупные буквы «Координатор» для остальных. Нарастающую какофонию из звуков клавиатуры, чьих-то шагов и разговоров, работающего принтера, запущенной уже кофемашины и еще десятков офисных шумов непонятного происхождения, прервал голос Ника: — Возможно, это знак… — проговорил он, задумчиво склонив голову. Из уст главного автора офисных мемов это звучало практически язвительно. Не удержавшись, он добавил: — Или у нас новый флорист вместо Ларри.

— Ларри едва успевает с серверами, не до того ему. Ну и ты представляешь Ларри в цветочном ларьке? — буркнула Джен, картинно сдвигая брови.

Ник кинул быстрый взгляд на Ларри и хихикнул. Координатор молча подошла ближе, провела рукой по лепесткам, почувствовав едва заметный холодок. Маки были аномально большими, прямо гротескными, а их лепестки — плотными и упругими. Казалось, этот маковый пучок занимал свое законное место, как будто он должен был быть здесь. Ее пальцы, будто желая помочь ей разобраться в происходящем, принялись крутить локоны свисающих с плеча рыжих волос.

Продолжая закручивать свои волосы, она окинула взглядом собравшихся коллег, и, слегка ехидничая, спросила: — Ребят, а слабо было лично вручить? Или у нас тут все капец какие стеснительные?

В конференц-зале витала напряжённость, как перед грозой, как будто кто-то боялся быть раскрытым и оконфузиться. Эвелин заметила, как Феликс постоянно поправляет ворот рубашки, Джен рассеянно крутит ручку, озирая парней любопытствующим взглядом, а Ларри сидит в углу, словно тень.

Феликс тем временем застыл перед монитором, с неопределенным цветом кожи, будто еще не решил – покраснеть сейчас, или побледнеть. Ему не хватало духа сказать Эвелин, что он наконец понял, что стопорило рендер после недавнего апдейта. В голове звучал её голос: глубокий и мягкий, вселяющий уверенность, когда она поддерживала его прошлые начинания. А ее пальцы, сворачивающие огненные локоны в тугие кольца, дезориентировали его еще больше. Но, вдохнув глубже, он уже было собрался с мыслями. Но тут все испортила Джен, бросившая ему мячик для стресса.

— Ты чего застыл, как на собеседовании? — ухмыльнулась она. — Давай, удиви нас.

— Это… ннн… не я, — тихо пробормотал Феликс, приходя в ужас от мысли, что все примут тот маковый букет за его инициативу. Кровь, предательски хлынувшая к лицу, сделала его похожим на самые алые из маковых лепестков. Идея, которую Феликс только что собирался озвучить, сбежала, не попрощавшись.

Тут Джен расхохоталась и разразилась язвительной репликой в адрес озадаченной Эвелин: — Ну что, Фокси, если это не Феликс — значит цветы не тебе!

Она радостно подскочила со стула, будто почувствовав шанс, что загадочный букет мог предназначаться ей. Практически требуя от парней признания и жизнерадостно улыбаясь, Джен заявила: — Баста! Хватит играть в молчанку. Кому из вас не хватило духа подарить цветы из рук в руки? По-человечески, а?

Эвелин, не отрывая глаз от маков, протянула: — Да ладно, Джен. Если бы это был твой букет, ты бы уже знала об этом.

— Ой, а сама-то точно уверена, что он твой? — парировала Джен, прищурившись. — Может, кто-то решил сделать тебе приятное, но испугался твоей реакции?

— Моей реакции? — координатор подняла бровь. — А что? Я была бы очень рада! Искренне поблагодарила бы и пошла дальше работать, — задумчиво добавила она.

— Вот именно! — расхохоталась Джен. — И дари тебе цветы после этого! Феликс, как я тебя понимаю, — она подбежала к Феликсу и демонстративно обняла его, внеся тем самым еще больше смущения.

Пока девушки продолжали перепалку, Оуэн молча взял большую пластиковую бутылку от кулера. Достав из ящика стола канцелярский нож, он аккуратно отрезал верхнюю часть, чтобы расширить отверстие, затем демонстративно поставил маки в воду, не проронив ни слова. Его взгляд, полный осуждения, скользнул по всем присутствующим, как будто говоря: «Вы тут все спорите, и даже цветы в воду никто не додумался поставить».

Ларри, всё это время наблюдавший за происходящим из своего угла, наконец подал голос: — Никто цветы не приносил. Они просто появились.

Его слова повисли в воздухе, как дым от благовоний. Все замолчали и повернулись к нему. Ларри сидел спокойно, его уверенность была такой абсолютной, что никто не решился усомниться в его словах. Однако его тон лишь усилил ощущение загадочности.

— Да ладно! Просто появились? — выдержав паузу, переспросила Эвелин, медленно склоняя голову. — Из воздуха. Оп, и тут. Да?

Ларри пожал плечами: — Я не знаю. Может и из воздуха. Но в офис никто не заходил, — его вид был совершенно невозмутим.

Джен фыркнула: — Магия, прямо. Серьёзно?

— Почему нет? — ответил Ларри, поднимаясь с места. — Мы же живём в мире, где все возможно.

Ник аж поперхнулся свеженалитым кофе. Реплика Ларри притянула к нему любопытные взгляды. Пространные философские фразы в его повседневный стиль общения не входили. Он прошёлся мимо стола, бросив мимолетный взгляд на маки. Цветы словно сияли изнутри, источая едва заметное, иллюзорное свечение, которое невозможно было объяснить.

— Прекрасно, — сказала Эвелин, качая головой. — Если это магия, то пусть так и остаётся. А "магу", - она растянула это слово, намеренно подчеркивая его, - пусть будет стыдно за свою нерешительность.

Джен закатила глаза: — Если что, принимаю признания до конца дня. Не успеете, завтра пойдете за новым букетом! — хихикнув она плюхнулась на рабочий стул и включила экран.

Маки стояли себе на небольшом столике у стены в конференц-зале, как будто так и надо, то и дело притягивая к себе озадаченные взгляды. Координатор хлопнула в ладоши и громко проговорила, так что слышал весь офис:

— Ребята, наливаем кофе, кто не успел. Через десять минут планерка в конференц-зале. Не опаздываем!

Она двинулась к своему рабочему месту, которое располагалось за залом для совещаний. Поравнявшись со стоявшим за стеклом букетом, Эвелин на мгновение ощутила тот странный еле заметный импульс, который пробежал по ее руке, когда она прикоснулась к лепесткам. Но уже копошащийся в голове ворох текущих задач настойчиво требовал внимания, оттесняя ощущения странности сегодняшнего утра куда-то на второй план. В то же время ее подсознание успело сохранить слепок этого ощущения, будто предполагая, что его зачем-то стоит запомнить.

Поворот на S-14. Кофе и тишина

Возможно, тот самый поворот.

Саманта сделала глоток, задержала кружку у рта и вдохнула пряный аромат горячего чая. На языке все еще таял кисло-сладкий вкус лесных ягод. Что это за запах? Официант сказала, это сбор трав с берегов Каяуэ. Но что-то тут прямо сильно бодрит и будоражит, как будто старается вызвать какие-то воспоминания. Я... яр... Что? Женщина никак не могла вспомнить название ароматной травы. Той, что считалась почти брендом в местах, куда ей все хотелось отправиться. Но как-то не представлялось случая.

- Я тогда взял груз от Твирлин Тайдс до..., - последнего слова Саманта не расслышала. Но ее привлекло знакомое название, которое последнее время часто крутилось в голове. Хозяйка Лунной Бухты чуть повернула голову. Через проход чуть позади нее сидели двое мужчин, одетых просто и свободно. Голос, видимо, принадлежал одному из них.

- Ну так вот, километров 40 от города отъехал, и там развилка, мне налево нужно было уходить. Я той дорогой не то чтоб часто езжу, но помню хорошо. Так вот смотрю - там знак стоит, типа указатель и надпись - крупно так: S-14.

Саманта поймала себя на том, что непроизвольно вовлеклась в разговор. Мужчина говорил негромко, за хриплым голосом и не очень четкой дикцией слова приходилось вылавливать.

- То есть, я про себя знак-то отметил, что прошлый раз не было вроде, и дальше еду. Там где-то еще часа через полтора смотрю - заежка у дороги. Дай, думаю, встану кофейку выпью.

- И чего там с этой заежкой не так? - подал голос второй.

- Ну ты слушай. Я, значит, из кабины выхожу, иду. Слышу, щебень так и хрустит под ногами, я аж встал. А там тишина - ни птиц, ни ветра, ни из заежки самой звуков никаких. Думаю, закрыто может, нет никого?

Саманта отвлеклась от ленты мессенджера, которую параллельно листала и затихла сама, будто стараясь соответствовать описываемой незнакомцем тишине.

- Ну? Так чего тебя напрягло-то? - нетерпеливо спросил второй.

- В общем захожу, там девка какая-то за стойкой. Улыбается. Я говорю, добрый день, кофе мне, покрепче, двойной. Она молча делает. И ты слушай, вот эта тишина. Кофе машина работает - а как будто паровоз. Я девку-то спрашиваю, а давно тут стоите, мол? А она мне: так всегда стояли. Я здесь, говорит, лет семь работаю...

Саманта чувствовала, как воздух у соседнего столика ощутимо электризуется. Ей показалось, что от этого даже ее волосы сзади чуть приподнимаются.

- А дальше-то вообще швах был. Я, значит, кофе допил. Девке спасибо сказал, чаевых кинул. Выхожу... иду к машине... А она...Ты прикинь, не приближается... Я как на месте топчусь! - голос водителя стал совсем низким и наполнился напряжением так, что казалось сейчас посуда зазвенит. Саманта слушала совершенно не шевелясь.

- Я в общем влево, вправо, туда-сюда. А не могу подойти. Постоял, на месте покрутился. И тишина эта, мать ее! И потом резко раз, шаг - и я в двух метрах от грузовика своего. Ну я пулей в кабину и по газам оттуда!

Саманта пыталась оценить услышанное как журналист, и она чувствовала, что на бред, или попытку навешать лапши на уши ради смеха это совсем не походило.

Рассказчик продолжал:

- В общем скажу, мне потом пришлось по тому маршруту снова ехать. Так я напарника с собой позвал, но ничего ему говорить не стал. Вот как ехали, я следил, чтоб не промахнуть, и рядом с тем местом потихоньку прокатить, понаблюдать. Так ты знаешь, что? Нет ее, той таверны-то! Я все глаза проглядел, пока ехал. Ну напарнику так ниче и не сказал. И вот думаю, у меня может с головой что?

В этот момент мужчины поднялись и медленно двинулись к выходу, прекратив разговор.

Хозяйка Лунной Бухты пребывала в легком замешательстве от услышанной истории. Точнее даже не от самой истории, а от эмоций, с какими рассказчик ее поведал. Проводив взглядом мужчин она подумала, что они оба, вероятно, водители дальнобойщики. Да, у всех, конечно, есть свои байки, но этот рассказ создавал впечатление, что участник событий делился искренними переживаниями, а не желал произвести дешевую сенсацию. Саманта отметила про себя, что о знаке на развилке дороги мужчина больше не говорил. А вот ей он почему-то запомнился. Так и не допив чай, она вышла из кафе, и, вдохнув прохладный городской воздух, направилась в сторону своей студии. В десять вечера очередной эфир Лунной Бухты. И сегодняшняя история, похоже, уже задает ему определенное настроение.

- Джонни, дорогой! - Саманта поприветствовала приятеля, дождавшись соединения, - Джонни, мы меняем тему эфира!

- Привет, привет, Сэм! Что там у тебя? - Джонни сразу уловил, как быстрый шаг чуть сбивает ее дыхание. А, возможно, не только шаг.

- Через полчаса буду в офисе, - она почти бежала. Сегодня у нас тема "Истории без объяснений". А контекстом пойдет Твирлин Тайдс. Думаю, мы можем услышать кое-что интересное. Если повезет...

- Отлично, Сэм! Даю новое объявление в эфир, пару раз успеет покрутиться.

- Спасибо, друг. Аста луэго!

Операция Немезида. Ч-1. Шайтан-коробочки

Паникомодулятор 1.0

О том, как сисадмин Ларри изобрел «паникомодулятор», а Эвелин решила, что это отличная идея для наведения порядка в городском парке.

В городе был парк. Уютный, симпатичный, с ровными дорожками, ухоженными клумбами и удобными лавочками. С освещением все было хорошо - дизайнеры поработали на славу, спроектировав стильные фонари, наземные светильники и различную дополнительную подсветку. Парк пользовался заслуженной популярностью, в том числе у офисных сотрудников, возвращающихся домой после долгого рабочего дня.

Но однажды это прекрасное место немного подпортило свою репутацию. Нет, там не произошло ничего чудовищного — никаких кровавых разборок, ограблений или погромов. Просто появилась молодежь. Компания шумных, нагловатых ребят, которые почувствовали себя хозяевами этого клочка зелени. Их неуклюжие попытки знакомиться с проходящими девушками быстро превратились в навязчивое преследование. Шум, громкий смех, какие-то нелепые выходки — мелкое хулиганство, не дотягивающее до уголовного.

Софи однажды еле отбилась от их «внимания», на что эмоционально пожаловалась Эвелин. Та выслушала подругу с задумчивым лицом, кивнула и сказала:

— Разберемся.

В один из дней неприятная ситуация повторилась. На этот раз под раздачу попала коллега Эвелин — Джен. Хотя там еще нужно посмотреть, кому больше досталось — ей или незадачливым пацанам. Выслушав наутро в офисе грубую тираду тестировщицы «как она их там всех», Эвелин поняла, что надо что-то делать. Оказалось, что в полицию уже обращались, но после вежливой профилактической беседы с подростками, ситуация не изменилась. Вернее, изменилась — в худшую сторону. Теперь компания молодчиков хохотала еще громче и добавила к своим развлечениям мелкие кражи.

В офисе НексаВижн вместе с Эвелин работал Ларри. Системный администратор, инженер, изобретатель и большой ребенок. Ларри любил мастерить странные штуки. Иногда они работали, чаще — нет. Эвелин не удивлялась, видя, как он вечерами крутит отверткой или паяльником что-то непонятное, что напоминало смесь чайника с радиоприемником. Ну или нечто, еще менее функциональное.

В один из вечеров, задержавшись в офисе, Эвелин столкнулась с его очередным «шедевром». Ларри, сдерживая улыбку, попросил ее помочь протестировать устройство.

— Что это? — спросила Эвелин, глядя на две странные коробочки.

— Преобразователи. — Ларри произнес это слово с такой гордостью, словно только что изобрел вечный двигатель.

— Преобразователи чего и во что? – поинтересовалась Эвелин.

— Они создают инфразвуковое поле. Знаешь, что такое инфразвук?

Эвелин, кивнула так, словно всю жизнь занималась исследованием звуковых волн. Ларри что-то там поколдовал, несколько раз выругался и хмыкнул. Потом все же, как выяснилось, он сумел подключить свои преобразователи к колонке. Эвелин с интересом наблюдала за происходящим. Ларри же, оставив один «преобразователь» на столе, второе устройство отнес на другой.

Получилось так, что Эвелин оказалась между коробочками, а сам Ларри встал чуть дальше за столом, где лежал первый "преобразователь". Потыкав в телефон, он подсоединил его к колонке и включил звук. Сначала пошел какой-то едва различимый шум. Потом Эвелин услышала музыку. А дальше... Внутри вдруг все сжалось, голова загудела и ей вдруг стало казаться, что сейчас проломится стена и потолок и в офис ворвутся ужасы из всех страшных фильмов стразу. Эвелин вылетела из офиса, как пробка из бутылки шампанского. Ларри в это время катался по полу от смеха.

Когда Эвелин поняла, что причиной ее бегства были не потусторонние силы, а Ларри со своим дьявольским устройством, она ворвалась обратно. Ее глаза метали молнии, а кулаки, казалось, ждали команды «в бой!».

— Ты из ума выжил что ли?! — заорала она.

Операция Немезида. Ч-2. Зловещий чих

Душераздирающий чих Софи дал старт локальному апокалипсису

После случившегося Ларри, все еще смеясь, объяснил принцип работы преобразователей. По его словам, инфразвук воздействует на подсознание и организм человека, вызывая необъяснимый страх. При этом он с гордостью добавил, что устройство абсолютно безопасно.

— Безопасно?! — Эвелин едва не швырнула в него один из преобразователей.

— Да успокойся ты, — вздохнул Ларри. — Лучше расскажи, какие ощущения у тебя были.

— Ощущения? Ощущение, что я тебя сейчас убью нафиг! Эвелин все еще была в стрессе, и от пережитого ее слегка подбрасывало. Немного успокоившись, она задумалась. "А что, если?.. А что, если одолжить у Ларри эти его штучки? В голове начала выстраиваться схема плана, который позже получил кодовое название «Немезида». Это был первый шаг навстречу большому, и, как потом выяснилось, сомнительному приключению.

Эвелин стояла в дверях кабинета Ларри, прислонившись плечом к косяку. В руке она держала чашку кофе, которую явно никто уже не собирался допивать. Вид ее был задумчивый, но при этом какой-то хищный — будто она приценивается к добыче. Ларри, увлеченный ковырянием в своих микросхемах, сперва её не заметил, но потом поднял глаза и насторожился.

— Ларри, слушай, мне тут твои... э... как ты их назвал? Преобразователи? Очень нужны. Ну, на какое-то время, — начала она, изящно стряхивая с чашки частицы воображаемой пыли.

Ларри уже хотел было спросить, зачем, но вовремя осекся и передумал. Он Эвелин знал — спрашивать бесполезно, она всё равно скажет что-то невнятное и улыбнётся так, что захочется ей помочь, даже если это прямой путь в катастрофу.

— Просто так я их не отдам, — заявил он, откладывая паяльник и прищурившись. — Ты же знаешь, вещь уникальная, даже на заказ не делают.

Эвелин вздохнула и грациозно опустилась в кресло напротив.

— Ладно, выкладывай. Что ты хочешь?

Ларри выпрямился и посмотрел на неё с самоуверенностью лиса, обнаружившего курятник.

— Свидание.

Эвелин захохотала. Не просто засмеялась, а разразилась таким заливистым смехом, что у Ларри даже обидно стало.

— Ой, Ларри, ну?.. Скромность украшает человека. Еще варианты?

— Тогда поцелуй, — буркнул он, но уже менее уверенно.

Эвелин приподняла бровь.

— Ты серьёзно?

Ларри отвёл взгляд и махнул рукой.

— Ладно. Пиво. По две кружки за один преобразователь.

— Вот это уже разговор! — весело заявила она, и через минуту они ударили по рукам.

В пятницу вечером в баре, между первой и второй кружками, Ларри старательно объяснял, как работают его устройства, как их правильно включать, куда ставить и, главное, как самому не попасть под их воздействие. Он несколько раз подчеркнул, что, если кто-то пострадает, он «ни при чём».

Эвелин слушала с серьёзным лицом, кивая в нужных местах. На самом деле она уже представляла себе, как заставит Софи участвовать в этой авантюре.

— Ты что, вообще с ума сошла?! — заявила Софи, когда Эвелин в её квартире продемонстрировала действие устройства.

Софи, спотыкаясь, металась по комнате, одновременно пытаясь успокоить кота, который, казалось, вот-вот выбросится в окно. Эвелин едва стояла на ногах, обхватив живот от смеха. За пару минут до этого, перед тем как она включила адские передатчики, кот мирно спал на спинке дивана. Софи была по мере сил морально подготовлена к «специфическим» ощущениям и переживаниями. Сама же Эвелин заняла безопасную позицию, соединила устройства и включила на телефоне мелодию из известного триллера.

Через пару секунд лицо Софи исказилось, она схватилась руками за голову, закричала как будто увидела воскресшую мумию и с визгом вылетела вон из комнаты. Параллельно с этим кот, спавший на диване, о чьей безопасности стоило позаботиться заранее, вдруг вскинул голову, вытаращив глаза и дико озираясь по сторонам. В следующее мгновение он подпрыгнул, пронесся по спинке дивана перелетев на стену и сделав пару прыжков по ней, завернул невероятный кульбит. Кульбит завершился точным попаданием кота в стоявший рядом фикус. И хотя тот явно превосходил кота в весовой категории, фикус не выдержал атаки и грохнулся на пол, разметав по полу полгоршка земли.

После того как Эвелин выключила все это хозяйство, откуда-то из-за мебелей слышалось паническое урчание кота. Когда Софи вернулась в комнату, Эвелин показалось, что она позаимствовала вместо своего лица маску одного из тех чудовищ, которые только что ломились в комнату изо всех углов и до смерти напугали кота.

— Ты говорила, что эффект будет специфический! — кричала Софи, — Но я не думала, что настолько! Ой, фикус!.. А где Флинт?!

Место нахождения Флинта выдавало продолжающееся гневно-испуганное урчание из дальних углов. Софи заявила, что никогда и ни за что не пойдёт с Эвелин в парк. И не позволит ей делать «такое». Но Эвелин была непреклонна. Она брала любимую подругу измором: уговаривала, напоминала про наглую молодёжь, рассказывала, как они будут героями для всех нормальных посетителей парка.

Через пару дней Софи сдалась.

— Ладно, будь по-твоему. Но если нас арестуют, это будет на твоей совести.

Так началась подготовка операции «Немезида». Название придумала Эвелин, потому что «надо же добавить немного драмы». Они тщательно исследовали местность, выбрали укромное место за густыми кустами и ёлками, скачали музыку из культового фильма — ну, чтобы эффект был посильнее.

В назначенный вечер девушки отправились в парк. Устройства были заранее установлены и замаскированы. Они ждали, пока молодёжь соберётся и при этом вокруг не будет посторонних.

Когда момент настал, Эвелин включила устройства и стала плавно прибавлять громкость. Саундтрек из кустов зазвучал так, будто сам режиссёр того фильма решил поработать над атмосферой.

Происходящее на поляне сложно было описать словами. Кричали все: парни, девушки, даже, собака, которую кто-то притащил в тот вечер на ее беду. Народ разбегался в разные стороны, теряя вещи, обувь и, кажется, остатки уверенности в жизни. Буквально в течение пол минуты местность была полностью зачищена.

Софи и Эвелин вырубили трансляцию из ада и едва не раскрыли свою засаду — они реально давились от смеха. Но, немного успокоившись, опомнились и всё-таки стали тревожиться.

— Ну, вдруг кому плохо стало? — шёпотом произнесла Софи.

Но всё обошлось. Уже через пару дней в соцсетях гуляли заметки о «странных событиях в парке». Девушки следили за обсуждениями и убедились, что никто не пострадал.

Ещё через неделю Софи, проходя мимо того самого места, услышала, как компания обсуждает тот вечер:

— А если это был дух какой-то? Или, не знаю, призрак? — говорил кто-то, понижая голос.

— Ага, б…ь, инопланетяне еще скажи!

— Да ты че, ты же сам видел и слышал! Я чуть в штаны не наложил!

— Ерунда это все, вы пиваса перебрали просто и все! Или обкурились!

Компания наперебой обсуждала инцидент, случившийся накануне, и было заметно, что не все имели счастье при нем присутствовать.

Софи только усмехнулась про себя и прошла мимо. Что тут скажешь? Знакомиться с ней в этот раз никто не пытался.

Как выяснилось, "гопники", хоть и были напуганы, все же вернулись на прежнее место. И подруги решили провести второй этап операции "Немезида". Перед этим, надо сказать, было уже несколько заявлений в полицию от жителей о необходимости навести порядок в парке. Но видимых действий предпринято не было, как, собственно, и результаты их никак себя не проявили. В этот момент девушки поняли: если гора не идет к Магомету, Магомету пора перебираться на соседнюю гору.

Снова было решено действовать аккуратно и продуманно. Эвелин и Софи опять предварительно установили и настроили оборудование, предприняв меры, чтобы не быть обнаруженными. В назначенный час устроились в засаде и терпеливо ждали удобного момента для "воспитательной" атаки. Атмосфера была напряженная, почти как перед безумной атакой в каком-нибудь боевике. Они сидели и сосредоточенно ждали момента, сохраняя тишину и спокойствие. Рука Эвелин была на пульте. Но тут неожиданно чихнула Софи, видимо надышавшись ароматом хвои.

Это был громкий, душераздирающий чих, от которого дрогнул даже соседний куст. Эвелин от неожиданности дернула регулятор мощности устройства. Вместо аккуратной минимальной подачи девушка случайно выкрутила его почти на максимум.

То, что произошло дальше, напоминало сцену из фильма-катастрофы. Неслышимый, но осязаемый гул инфразвукового поля под аккомпанемент саундтрека из фильма ужасов поднял панику. Причем не только в гнездышке "гопников", но и на соседних участках парка. Люди бежали врассыпную, сталкивались друг с другом, падали, кричали. Вопли, визги, хаос. Зрелище, которое плохо поддается описанию приличным словами. Софи, испуганная не меньше, чем бедные посетители парка, уставилась на Эвелин с глазами, полными ужаса.

– Выключай, черт возьми! – заорала она, но Эвелин в состоянии шока не сразу смогла сообразить, как это сделать. В итоге адское радио работало почти минуту, хотя по ощущениям – наверное несколько часов.

Операция Немезида. Ч-3. Карма

Эвелин и Софи на общественных работах

Когда звук наконец стих, девушки поняли, что пора ретироваться, причем очень быстро. Они лихорадочно собирали оборудование, прятали провода в рюкзаки и оглядывались по сторонам, чтобы не столкнуться с кем-то из жертв. И тут за их спинами вспыхнули полицейские фонари.

– Прошу оставаться на местах! – послышался строгий голос, – Сержант Паркер, полиция Твирлин Тайдс, Речной округ. Что здесь происходит?

Объяснения девушкам пришлось давать уже в участке, где они и провели ту ночь. Полицейский участок пах чем-то неопределенно неприятным — смесью затхлости, дешевого кофе и еще чего-то, о чем лучше не думать. Офицер, коротко стриженный мужчина с грубым лицом и глазами человека, разуверившегося в людях, лениво оторвался от экрана компьютера и бросил на девушек взгляд, полный усталости.

– Имена, – хрипло произнес он, перекладывая с места на место какие-то папки.

– Эвелин Фоксвуд, – уверенно произнесла Эвелин, откидываясь на стуле.

– Софи Миллер, – выдавила из себя Софи, нервно теребя рукав куртки.

Офицер вздохнул, сел за компьютер и принялся греметь клавишами. Первой он проверил Эвелин.

– Ну-с, мисс Фоксвуд, – сказал он, приподнимая бровь, – а у вас тут, оказывается, история. Нарушение общественного порядка в составе группы лиц.

– Эвелин! – Софи, широко распахнув глаза, уставилась на подругу. – Рецидивистка ты чертова!

Эвелин только пожала плечами.

– Это были старшие классы, Софи. Дружба, тусовки, ночные пробежки по фуд-кортам... ничего серьезного.

– Ничего серьезного? – Софи повернулась к офицеру. – Зато звучит подозрительно!

Тот хмыкнул:

– Обычно так говорят те, кто выбегал на футбольное поле с плакатами или устраивал вечеринки в фонтанах. Что, если не секрет?

– Ну…, фонтан был, да, – без тени смущения выдала Эвелин. – Но только один раз.

Софи фыркнула, но возразить ничего не успела, потому что офицер уже проверял ее.

– А вот и мисс Миллер. Хм... – Он вскинул взгляд. – Секта?

Софи вжалась в стул:

– Это было... я искала смысл жизни!

Эвелин расхохоталась так заразительно, что даже угрюмый полицейский едва не усмехнулся.

– Софи, секта? Ты? Ох, это прекрасно! – Она хлопнула Софи по плечу и загибаясь от смеха, громко объявила: – Один-один!

– Это был йога-клуб, – буркнула Софи, краснея. – Никакая это не секта.

– Йога-клуб, где вам втирали, что через созерцание камней вы обретете просветление? – офицер явно получал удовольствие. – Да, выглядит я бы сказал, безответственно, особенно с упоминанием запрещенных веществ в деле.

– Да мы не знали ничего! – огрызнулась Софи, переводя взгляд на Эвелин. – И вообще, это давно было! Ну и, хотя бы я не купалась в фонтане с незнакомцами!

– Софи, это был культурный акт. Мы протестовали против закрытия библиотеки! – с картинным спокойствием пояснила Эвелин. Даже дремавший в углу дежурный полицейский кот-мышелов дернул ухом и открыл один глаз, понимая, что Эвелин несет чушь.

– И как вам это помогло?

– Откровенно говоря, никак. Но было весело.

Офицер только покачал головой, глядя на них сверху вниз.

– Ну что? Каким образом вам удалось дожить до этого возраста, не угодив в тюрьму?

– Удача, – дружно ответили обе, переглянувшись.

Оборудование изъяли как вещественные доказательства, но один из преобразователей девушки не выдали. Он остался в парке. На утро был суд. Им выписали штрафы, назначили по двое суток общественных работ за мелкое хулиганство. В полиции строго заявили, что, на их счастье, никто заметно не пострадал и не обратился с заявлением. Иначе последствия могли бы быть куда более серьезными.

Когда им наконец вернули телефоны, Эвелин сразу же принялась звонить в офис, стараясь опередить возможный полицейский звонок по месту работы. Уж лучше самой сразу рассказать, что она в полиции и сегодня-завтра ее не будет. А все объяснения потом. Как ей казалось, это поможет уберечь Джима и остальных от суеты и потери времени на выяснения обстоятельств, если все же поступит звонок из полицейского департамента.

Трубку взяла Джен. Эвелин сразу поняла, что это плохой знак. Но делать было нечего.

– В смысле, в полиции?! – возбужденно переспросила Джен.

– Джен, пожалуйста! Не устраивай суеты, все в порядке, через пару дней буду в офисе. Обещаю! – пыталась сгладить нарастающую волну Эвелин.

– Да что случилось-то? – не унималась коллега, - ты что, в аварию попала?!

– Ой, ну все! – раздражаясь оборвала Фокси, - ни в какую аварию я не попадала! Предупреди всех: я ок, буду через пару дней. Все, отбой! Эвелин чувствовала, что ситуация скатывается в непонятное русло, но в какое – пока не могла осознать. В отличие от Джен, которая с видом возбужденной обезьянки стала метаться по офису, поднимая Ника, и дергая остальных.

– Ник, Ник, Ник! Быстро собирайся! – лицо тестировщицы сияло от свалившегося на нее «гениального» плана как сделать этот день.

После суда Эвелин и Софи, облаченные в оранжевые жилеты с надписями на спинах "Общественные работы", убирали мусор на одной из центральных улиц города. Софи была мрачнее тучи и все время ворчала на Эвелин.

– Это все из-за твоих "потрясающих идей"! – бубнила она, с хрустом запихивая в мешок вывалившийся из ближайшей урны мятый тетрапак. – Не ворчи. Медитировать можно, даже выполняя полезное для общества дело, – с легкой долей язвительности заявила Эвелин.

На самом деле, Эвелин радовалась, что все обошлось. Она уже подсчитывала в голове, сколько придется заплатить Ларри за второй преобразователь. И чем. Ведь он был надежно конфискован полицией. Хорошо если первый дождется их в парке.

Софи тем временем диковато озиралась по сторонам, ожидая в каждом прохожем увидеть расплывающееся в язвительной улыбке лицо кого-то из знакомых. Но прохожим не было никакого дела до двух новоиспеченных коммунальных служащих.

– Господи, если нас кто-нибудь увидит, я от стыда сгорю! – стонала Софи.

– Сгорим вместе! – бодро парировала Эвелин, турнув метлой в сторону Софи сплюснутую банку от напитка. Та с противным металлическим скрежетом прокатилась по брусчатке и уткнулась в ботинок подруги словно виноватый пес. Это добавило масла на тлеющие угли раздражения Софи, она сдернула перчатку и замахнулась, чтобы швырнуть ее в Эвелин. Но предательский жилет зацепился за рукоять метлы. Запущенная в воздух месть брюнетки потеряла траекторию и безвольно хлопнулась на траву, даже не сделав попытки настичь ее хохочущую подругу.

– Я тебя задушу когда-нибудь! – дизайнера и любительницу идеального порядка распирало от обиды, стыда и раздражения. Ей уже хотелось схватить Лису за ее рыжий хвост и как следует оттаскать. Но ситуация повернула в еще более драматическую сторону.

– Привет феям чистоты! – разорвал пространство громким смехом дребезжащий голос Джен. Софи накрыл тихий ужас. К внезапному визиту коллег Эвелин с телефонами наперевес, хохотом и пакетом мандаринов, она оказалась совершенно не готова. Ник сновал вокруг них с включенной камерой смартфона, давясь от смеха и стараясь максимально подробно запечатлеть эту эпопею.

– Ник, ну прекрати снимать! Перестань, я сказала! – орала Эвелин, безнадежно пытаясь остановить катастрофу. Софи села на корточки и обхватила руками голову. Ну все. Они стали героями предстоящих выходных в городе. Сейчас эти фотки и видео облетят все соцсети. Джен уже обнимала Эвелин, донимая ее расспросами, как они до такого докатились. Ник, имитируя заботливого культурного джентльмена, подал руку и поднял Софи, которая уже почти смирилась с тем, что имиджевый апокалипсис достиг дна. После нескольких минут пустого и бестолкового, но очень веселого трепа, Ник и Джен удалились с трофеями, оставив подруг с их фронтом работы и пакетом мандаринов.

Эвелин проводила глазами Ника и припрыгивающую рядом с ним Джен. Беспомощно вздохнув, она уже поворачивала голову к Софи, но ее взгляд вдруг зацепился за рекламный баннер. На нем были огромные, объемно прорисованные цветы мака. Что именно там рекламировалось она даже не поняла. Ее взгляд прилип к удивительно реалистичному алому цвету и на секунду показалось, будто сидящая внутри цветка пчела шевелит крыльями…

– …лин!!! Ты спишь на ходу что ли? – Фокси услышала обрывок окрика Софи. Она вдруг сообразила, что голос подруги будто разорвал пузырь, в котором она неожиданно оказалась, и звуки мира снова засуетились вокруг.

– А, да! – встрепенулась Эвелин, – че стоим-то?! Работаем, солнце высоко же еще! Она скорчила гримасу Софи в ответ на показанный ей язык и принялась орудовать метлой поднимая пыль. Снова бросив взгляд на баннер, девушка отметила про себя, что маки сменились какой-то скучной невнятной картинкой. Но она никак не могла отделаться от ощущения шевелящей крыльями пчелы. Списав все на утомление и эмоциональный всплеск последних суток она подумала, что хорошо бы сейчас оказаться, ну, где-нибудь… не тут.

На работе, конечно, тоже не обошлось без последствий. Эвелин пришлось объяснять свое двухдневное отсутствие, что вызвало афтершок волны истерического хохота у коллег. Особенно после того, как Джим решил вычесть из ее зарплаты дни прогулов. Ник, разумеется, не упустил шанс нарисовать мемы про "героинь парков" и «коммунальных ведьм», которые гуляли по офису следующие пару недель.

Однако и в этой истории был приятный итог. Парк больше не беспокоили шумные компании. Местные жители радовались восстановившемуся порядку, а Эвелин в итоге удалось вернуть спрятанный преобразователь Ларри. Правда, за второй тот поставил условие:

— Ладно, я согласен на компенсацию, — сказал Ларри, хитро прищурившись. — Ну? — Эвелин напряглась. — Ужин. Со мной.

Зеленые глаза Эвелин уперлись в переносицу Ларри сверля там дыру. В итоге он не выдержал:

— Ну давай хотя бы пожрем нормально, раз уж ничего другого мне от тебя не светит, – заявил он с обреченным видом.

Эвелин пошла на сделку. Для «свидания» Ларри выбрал пятницу в одном из своих любимых баров — Station-13. Там была неплохая кухня и вполне приличное пиво. Но вот за рассказами о "Немезиде" он едва мог есть, давясь от хохота и слез, когда Фокси выдавала очередные подробности «спецоперации». Ужин превратился в веселую дружескую болтовню с набитым ртом, сдобренную знатным количеством эля, выпитого в основном Ларри. А его бравые рассказы в офисе о "неприступной Фокси", которая все-таки пошла с ним на свидание, вызвали молчаливую зависть Феликса и грубоватые, в ее духе, реплики Джен. Ну и, конечно, энная доля рабочего времени Ника ушла на ставшие легендой мемы. Рыжую лису с метлой, в оранжевом жилете, с прижатыми ушами и виноватым взглядом со стены так никто и не снял. Даже в рамочку поместили.