Туда, куда ведёт дорога

Глава 1

У подножья горы Ханнен располагался город Сандген — шахтёрский город, выросший вокруг старых рудников.

Исторически эти земли принадлежали гномам. Ещё почти век назад здесь жили преимущественно они, но со временем в Сандген начали переселяться люди. Теперь людей в городе было гораздо больше, хотя гномы всё ещё часто приезжали сюда на работу в шахты.

Сандген сильно отличался от большинства городов. Его улицы были узкими и запутанными, словно кто-то строил их без единого плана. Между двухэтажными домами проходили тесные переулки, которые порой внезапно заканчивались тупиками или выводили на совершенно незнакомую улицу. Город казался лабиринтом, к которому невозможно было привыкнуть за несколько дней.

Днём Сандген выглядел почти мёртвым.

Большинство мужчин с самого утра уходили в шахты, оставляя после себя пустые улицы. Женщины обычно оставались дома, занимаясь детьми и хозяйством. Лишь на центральной улице города сохранялась какая-то жизнь — там работал рынок, и торговцы пытались перекричать друг друга, предлагая прохожим еду, одежду и всё необходимое для шахтёрского быта.

Но стоило солнцу опуститься за горы, как Сандген менялся.

С шахт возвращались мужчины, и вместе с ними в город словно возвращалась сама жизнь. В окнах зажигался свет, на улицах становилось тепло и шумно. Из таверн доносились песни, смех и громкие разговоры. Шахтёры собирались после тяжёлого рабочего дня, пили, спорили и рассказывали друг другу истории.

Дети выбегали на улицы и до самого позднего вечера носились между домами, пока матери не начинали звать их домой. Женщины выходили встречать мужей, а на улицах становилось всё больше людей.

Днём Сандген спал.

Ночью он оживал.

Именно поэтому местные жители называли его городом ночи.

Сандген только начинал просыпаться от своего дневного сна.

Солнце уже клонилось к горам Ханнен, и первые лучи вечернего света пробивались между крышами двухэтажных домов. Из шахт постепенно возвращались рабочие, и улицы, ещё недавно почти пустые, одна за другой начинали наполняться людьми.

По одной из узких улиц медленно шёл незнакомец.

Он был невысоким и худощавым. На нём висел старый чёрный плащ, почти полностью скрывавший его фигуру. Одной рукой он опирался на деревянный посох, а при ходьбе заметно прихрамывал на левую ногу.

От него исходило нечто, что трудно было объяснить словами.

Тёмная аура.

Но жители Сандгена почти не обращали на него внимания. Город находился далеко от других государств и редко принимал чужаков, однако здесь привыкли к странным людям. К тому же после тяжёлого рабочего дня мало кому хотелось разглядывать прохожих.

Незнакомец дошёл до небольшой таверны, которая уже начинала заполняться вернувшимися с шахт рабочими.

Он открыл дверь и вошёл.

Тихо. Почти бесшумно.

Никто не обратил на него внимания.

Незнакомец прошёл к свободному столу, снял капюшон лишь настолько, чтобы видеть перед собой, и спокойно заказал самую дешёвую еду и кружку пива.

Пока хозяин таверны выполнял заказ, несколько посетителей всё же начали поглядывать в его сторону.

Кто-то задерживал взгляд дольше обычного. Кто-то, наоборот, поспешно отворачивался.

Незнакомец не обращал на них внимания.

Он спокойно ел и время от времени делал глоток пива, словно находился в совершенно обычной таверне.

Но среди посетителей оказался молодой человек, недавно приехавший в Сандген в поисках работы.

Он несколько раз посмотрел на незнакомца, после чего его лицо изменилось.

Парень знал, кто перед ним.

— Я с проклятыми не пью, — буркнул он и поднялся со своего места.

В таверне стало немного тише.

Незнакомец продолжал есть, будто вообще не услышал этих слов.

Парень нахмурился.

— Этот тип проклятый. Я видел таких раньше.

Незнакомец даже не поднял глаз.

— Там, откуда я приехал, таких, как он, в приличные места не пускают.

Теперь разговоры прекратились окончательно.

Люди и гномы один за другим повернули головы в сторону незнакомца.

Несколько человек переглянулись. Кто-то отодвинул свою кружку, будто даже находиться рядом с Незнакомцем было неприятно.

Сам Незнакомец продолжал спокойно есть.

Только старик, сидевший за соседним столом вместе с несколькими шахтёрами, тяжело вздохнул.

— Хватит, парень, — сказал он.

Молодой человек повернулся к нему.

— Но он же…

— Я сказал, хватит.

Старик посмотрел на него спокойно, без злости.

— Уйди по-доброму. Как видишь, тебе здесь не рады.

Парень ещё несколько секунд стоял, сжимая кулаки, но спорить не стал.

А незнакомец всё это время продолжал сидеть за своим столом, словно происходящее его совершенно не касалось.

Он сделал ещё один глоток пива.

— А ну хватит! — громко бросил гном, подходя к ним тяжёлыми шагами. — Этот чародей — мой человек. Я его сюда позвал.

Все вокруг посмотрели на Гнара.

Гнар был одним из самых уважаемых гномов Сандгена. Он жил здесь ещё до того, как люди начали заселять город, и за долгие годы успел заслужить уважение как среди гномов, так и среди людей. Если Гнар что-то говорил, обычно его слушали.

Он посмотрел на незнакомца в плаще.

— Чего молчишь, чародей проклятый? Скажи им, что ты здесь по работе. Из-за тебя мне тут шум устроили.

Незнакомец спокойно посмотрел на него, но ничего не ответил.

Гнар махнул рукой в сторону остальных.

— А ну все по местам! Не мешайте доброму проклятому чародею кушать.

Кто-то усмехнулся, кто-то пожал плечами.

Через несколько секунд посетители снова отвернулись и вернулись к своим разговорам. Таверна постепенно наполнилась прежним гулом: звоном кружек, смехом и громкими голосами шахтёров. Казалось, будто несколько минут назад ничего и не происходило.

Гнар сел напротив незнакомца.

— Так, чародей, ты всё-таки пришёл. Я твой заказчик. Гнар меня звать. Рад тебя видеть. Только плащ убери. Я привык разговаривать с человеком глаза в глаза.

Незнакомец немного помолчал, затем снял капюшон и расправил плащ.

В таверне снова стало тихо.

Теперь его лицо было видно всем.

Бледная, почти болезненно худая кожа. Острые черты лица, тонкий нос и впалые щёки. Одно обычное человеческое ухо, другое — слегка заострённое. И самое заметное — глаза разного цвета. Один был обычным, второй отливал яркой зеленью.

На несколько секунд даже самые разговорчивые посетители забыли о своих кружках.

Гнар тоже не смог скрыть удивления.

Он внимательно посмотрел на незнакомца, несколько раз моргнул, а затем хмыкнул.

Впрочем, прожитые годы научили его быстро привыкать к странностям.

— Ну и рожа у тебя страшная, — наконец сказал он. — Зато уши неплохие.

Незнакомец несколько секунд смотрел на него, не понимая, была ли это шутка или Гнар действительно так считал.

Затем спокойно кивнул.

— Рад знакомству, Гнар. Меня зовут Алтан. Я тёмный чародей. Проклятый.

Он произнёс это своим тихим и мягким голосом.

Гнар снова удивлённо посмотрел на него.

К такому голосу он явно не был готов.

Но удивление продлилось всего пару секунд.

Слишком старым был Гнар, чтобы долго удивляться новым вещам.

Таверна, как обычно, была шумной и весёлой. Играла музыка, звенели кружки, а из-за столов то и дело доносился громкий смех. После целого дня работы в лабиринтах Ханнен шахтёрам было нужно именно это.

Гнар допил свою кружку и поставил её на стол.

— Так, перейдём сразу к делу.

Алтан посмотрел на него.

— В южных лабиринтах Ханнен, говорят, поселился демон.

— Говорят или утверждают? — спросил Алтан.

— И говорят, и утверждают, — хмыкнул Гнар. — Очевидцы есть. Пострадавшие тоже. Если тебе интересно, трупы имеются.

Гном снова взялся за кружку и сделал несколько глотков.

— Странность в другом. Каждый очевидец описывает это существо по-разному.

Он нахмурился, пытаясь припомнить все рассказы.

— Одни говорят, что видели огромного козла. Стоит на двух ногах, метра три ростом, не меньше.

Гнар сделал ещё один глоток.

— Другие клянутся, что видели тёмный силуэт крылатого существа. Тоже на двух ногах. А вместо головы у него, говорят, голова крысы.

Алтан внимательно слушал, не перебивая.

Гнар на секунду замолчал, а потом продолжил:

— А третий говорит, что видел женщину. Стояла посреди шахты и плакала кровавыми слезами. А заметит кого-нибудь — сразу бросается следом.

— И что случилось с теми, кто не успел от неё убежать? — спросил Алтан.

— Умирали. В агонии. И в таких позах, что лучше тебе их не видеть.

Гнар поморщился.

— Но это ещё не всё. Некоторые утверждают, что слышали пение. Будто сирена или русалка какая-то — хрен их разберёт. Говорят, пела так красиво, что люди сами шли на голос.

Он поставил кружку на стол.

— А потом не возвращались.

Алтан медленно допил своё пиво.

Поставив кружку на стол, он некоторое время молчал.

Гнар терпеливо ждал.

Несколько секунд.

Потом ещё несколько.

Наконец старый гном не выдержал.

— Ну?

Алтан поднял взгляд.

— Что думаешь?

— Это я тебя спрашиваю, что ты думаешь, — проворчал Гнар. — Не заставляй старика ждать.

— Мне нужен список всех пострадавших от этого демона, — сказал Алтан после недолгого размышления.

Гнар поморщился, сделал глоток пива и задумчиво почесал бороду.

— Я тебе что, переписчик какой-то? — проворчал он. — Половину этих людей я даже не знаю и знать не хочу. У меня работа есть. Шахта. Я должен следить за этими лентяями и контролировать, чтобы они хоть что-нибудь делали.

Он снова взял кружку.

— Выжившие сейчас в храме Матери Луны. Там их лечат. У них и спросишь.

Гнар откинулся на спинку стула.

— А завтра меня с утра не ищи. Я буду в шахтах. Вечером встретимся здесь.

Алтан некоторое время смотрел на него.

— Из твоего рассказа мне кажется, что от этого демона пострадали только люди. О гномах ты ничего не сказал.

Гнар ничего не ответил.

— И мне кажется, Гнар, ты не очень-то веришь в существование этого демона.

Зелёный глаз Алтана сверкнул в тусклом свете таверны.

Гнар тяжело выдохнул.

— Не подумай обо мне плохо, но я считаю, что людишки просто слабые. Не хотите признавать, что не способны нормально работать в шахтах великого Ханнена. Вот когда у людей в шахте случается какая-нибудь неприятность, они сразу придумывают демона, который не даёт им работать.

Он пожал плечами.

— Хотя, обращаясь к тебе, думаю, я ошибаюсь.

Алтан слегка приподнял бровь.

— Ведь таких, как ты, за людей всё равно не считают, — продолжил Гнар. — Заранее извиняюсь за грубые слова.

Он сделал паузу.

— Хотя мне всё равно.

Гнар невозмутимо продолжил есть, запивая еду холодным пивом.

Алтан снова задумался.

На этот раз он не стал ждать, пока Гнар сам продолжит разговор.

— Во-первых, я человек. Хоть и проклятый.

На его лице появилась лёгкая улыбка.

— Так что твои слова ранили меня в самую душу.

Гнар посмотрел на него с подозрением, не понимая, шутит Алтан или говорит серьёзно.

— А во-вторых, я в какой-то степени согласен с тобой. Возможно, никакого демона действительно нет.

Алтан немного наклонился вперёд.

— Но тогда почему ты вызвал меня?

Гнар затянулся, после чего устало зевнул.

— Я и не хотел тебя вызывать.

Он выпустил дым и посмотрел куда-то в сторону.

— Людишки начали ныть. Мол, боятся за свои жизни, работать больше не могут. Потом я попросил церковь о помощи.

Гнар усмехнулся.

— А церковь, как обычно, стоит на месте и молится, чтобы Луна защищала людей под землёй. Тоже мне богиня.

Старый гном расхохотался.

— В итоге пришлось вызвать тебя. Хочу доказать, что люди всё выдумали.

Он снова взял кружку.

— А насчёт оплаты не переживай. Начальник вычтет её из зарплаты этих людей.

Гнар довольно усмехнулся.

— Раз ноют — пусть платят. Мы, гномы, работаем.

Алтан молча посмотрел на него.

В таверне становилось всё душнее. Запах алкоголя, табака и пота смешивался в тяжёлом воздухе, а от множества голосов вокруг становилось почти невозможно разобрать отдельные разговоры.

И всё же Алтан чувствовал себя здесь неожиданно уютно.

Люди и гномы сидели за одними столами, вместе пили, спорили и смеялись. Кто-то громко рассказывал историю, которую, судя по реакции окружающих, уже слышали не один десяток раз. В другом конце таверны несколько шахтёров пытались петь под музыку, но получалось у них не особенно хорошо.

Алтан видел подобное далеко не в каждом городе.

В больших городах материка он уже привык наблюдать, как одни расы стараются держаться подальше от других. Он видел ссоры, взаимное недоверие и даже настоящие межрасовые столкновения.

Здесь всё было иначе.

Сандген ему не нравился. Не нравились его тесные улицы, старые дома и мрачные горы, нависшие над городом.

Но у этого места была своя атмосфера.

Гнар тем временем молчал. Он откинулся на спинку стула и тихо напевал что-то себе под нос на старом языке гномов.

Некоторое время Алтан просто слушал.

— Знаешь, — неожиданно заговорил Гнар, — я не всегда был шахтёром.

Алтан посмотрел на него.

Гном продолжал смотреть куда-то перед собой.

— В молодости я был воякой. Воевал вместе с братьями. С эльфами, орками… Даже с драконами пару раз доводилось сталкиваться.

Гнар усмехнулся.

— Мы, гномы, никогда никому не проигрывали. Всегда забирали своё.

Он ненадолго замолчал.

— А потом пришли люди. И время без войн.

Гнар покрутил кружку в руках.

— И постепенно отобрали у нас всё.

Он тихо рассмеялся.

— Я не виню людей. В конце концов, они просто жили своей жизнью. Просто иногда думаю… интересно, что бы я сказал обо всём этом, если бы увидел Сандген таким, каким он стал, когда был молодым?

Старый гном снова усмехнулся.

— А теперь я работаю вместе с людьми. Да ещё и на людей.

Он покачал головой.

— Смех да и только.

Алтан посмотрел на Гнара внимательнее.

На мгновение ему показалось, что глаза старого гнома наполнились слезами.

Хотя после нескольких кружек пива было трудно сказать наверняка. У гномов и без того глаза начинали слезиться после того, как они выпивали достаточно, чтобы утопить в пиве половину своих воспоминаний.

Алтан едва заметно улыбнулся.

Некоторое время они сидели молча.

— Никто не выбирает свою судьбу, — наконец сказал Алтан. — Возможно, она уже уготована нам заранее. Мы лишь ждём, что принесёт завтрашний день, а потом удивляемся тому, что увидели.

Он посмотрел на Гнара.

— А боги смотрят на нас и смеются.

Алтан поднялся из-за стола.

— Мне пора отдыхать. Дорога была долгой.

Он поправил плащ.

— Завтра я пойду в храм и осмотрю пострадавших.

Гнар лишь кивнул.

Алтан оставил его одного.

Старый гном ещё долго сидел за столом, молча глядя на почти пустую кружку.

Потом положил голову на руки и уснул.

Позже его нашли жена и дочь. Они забрали старика домой, пока тот что-то бормотал во сне и продолжал крепко держать в руке пустую кружку.

В ту ночь Гнару приснился сон.

Он снова был молод.

Рядом сидели его братья. Они смеялись, спорили и передавали друг другу кружки, а перед ними потрескивал костёр.

За их спинами возвышалась гора Ханнен.

Огромная и величественная.

Такой Гнар помнил её в молодости.

И во сне ему снова казалось, что впереди у него целая жизнь

Глава 2

Алтан проснулся в комнате, которую ему выделил хозяин таверны.

Комната была старой. На стенах виднелись трещины, а сырость чувствовалась буквально во всём — от холодного воздуха до затхлого запаха старого дерева. Кровать скрипела при каждом движении, а матрас был настолько жёстким, что казался набитым досками. Где-то под кроватью время от времени слышалось шуршание — тараканы явно чувствовали себя здесь хозяевами.

Но Алтану этого было вполне достаточно.

Последние несколько дней дороги он почти не спал. Поэтому сейчас даже этот ужасный матрас казался ему набитым перьями ангелов.

Алтан обычно просыпался ещё до восхода солнца. Сегодня же позволил себе немного полежать.

Он открыл глаза, посмотрел в потолок и снова закрыл их.

Ещё пять минут.

Через некоторое время Алтан всё-таки заставил себя встать.

Подойдя к единственному окну, он выглянул наружу.

Дневной Сандген сильно отличался от того города, который он видел прошлой ночью.

Улицы почти опустели. Двери большинства домов были закрыты, окна — занавешены. Иногда где-то проходил человек, но в целом город казался почти мёртвым.

Алтан собрал вещи и задумался.

— Осмотрюсь немного. Всё равно демон никуда не убежит, — пробормотал он.

Сегодня он решил отказаться от привычного чёрного плаща.

Вместо него Алтан надел зелёный — тот, который когда-то считал довольно красивым. Заодно он надеялся, что так будет меньше привлекать внимание жителей Сандгена.

Левый глаз он прикрыл повязкой.

Кулон, который могли носить только проклятые, спрятал под рубашкой.

После этого Алтан вышел из таверны.

Дневной Сандген понравился ему гораздо больше ночного.

Тихий. Спокойный. Без толпы, громкой музыки и десятков любопытных глаз.

Гуляя по улицам, Алтан внимательнее рассматривал дома.

Почти все они были двухэтажными, а некоторые казались настолько большими, что в них спокойно могли жить сразу несколько семей.

Постройки явно принадлежали гномьей архитектуре.

Люди пока так строить не умеют, — подумал Алтан, разглядывая очередной дом.

Но кое-что его удивило.

Несмотря на то что почти все здания были построены гномами, самих домов, в которых жили бы гномы, он так и не увидел.

Сандген когда-то принадлежал гномам.

Теперь же в их собственном городе большинство домов занимали люди.

Эта мысль почему-то не выходила у Алтана из головы.

Он направился к центральной улице, где находился городской рынок.

Рынок был далеко не таким оживлённым, каким Алтан видел его прошлой ночью, но здесь всё же было достаточно людей и гномов.

Пройдя между торговыми рядами, Алтан заметил кое-что интересное.

Один из торговцев продавал одинаковые товары по разной цене.

Людям — дешевле.

Гномам — дороже.

Алтан остановился возле старого купца.

Несмотря на возраст, тот обладал громким и резким голосом и успевал одновременно разговаривать с покупателями, пересчитывать товар и следить за своим прилавком.

— Удачной торговли, — мягко произнёс Алтан.

— Спасибо. Хотите что-нибудь купить? — спросил купец.

— Нет, я просто посмотрю.

Алтан сделал вид, будто заинтересовался товарами.

Купец несколько секунд изучал его, словно пытался понять, кто перед ним.

— Вы не местный.

— Нет, не местный.

Алтан ответил коротко, как и прежде.

— И что вы забыли в Сандгене? Неужто на старости лет решили поработать в шахтах? — усмехнулся купец.

— Нет. Я просто путешественник. Путешествую по миру и собираю сувениры, — без малейшего колебания солгал Алтан.

— Так берите что хотите! — глаза купца сразу загорелись. — Я вам хорошую скидку сделаю.

Алтан посмотрел на товары.

— С удовольствием, но денег у меня немного.

Он понизил голос.

— Хотя я заметил, что гномам вы продаёте дороже.

Купец замолчал.

Алтан немного наклонил голову, а затем продолжил:

— Я, как-никак, старый полуэльф.

Он отодвинул волосы и показал заострённое ухо.

Купец несколько секунд смотрел на него.

Потом улыбнулся.

— Что вы говорите, мудрый старец! Гномам мы действительно продаём дороже. А остальным — по обычной цене.

Он ещё раз посмотрел на ухо Алтана.

— Тем более не каждый день увидишь старого эльфа.

Купец помолчал.

— Полуэльфа, я хотел сказать.

Алтан едва заметно улыбнулся.

Алтан, продолжая изображать старого полуэльфа, купил несколько безделушек. Купец, похоже, проникся к нему особым уважением и без лишних разговоров сделал несколько скидок.

Убрав покупки, Алтан ещё раз посмотрел на прилавок.

— А почему вы продаёте гномам дороже?

Купец пожал плечами и принялся пересчитывать деньги.

— Это не я придумал. Так решил глава рынка.

— Глава рынка?

— Да. Как вы уже заметили, у нас в городе нет ни мэра, ни короля. А глава рынка — самый богатый человек в Сандгене. Поэтому фактически он и управляет всем городом.

Алтан внимательно посмотрел на купца.

— И почему он это придумал?

Купец на секунду замолчал, продолжая считать монеты.

— Откуда мне знать?

Он оглянулся по сторонам и заговорил немного тише:

— Говорят, он гномов терпеть не может. Мол, они мешают ему полностью контролировать город. Вы же знаете гномов — живут по старым правилам, не любят, когда им указывают, что делать.

Купец положил последнюю монету на прилавок.

— А глава хочет построить завод. Большой. Только гномы против. Они хотят работать по-старому, как привыкли.

Он пожал плечами.

— Но это всё слухи, конечно. Я ничего такого не говорил.

Алтан несколько секунд молча смотрел на него.

— Вот оно как, — мягко произнёс он.

Он кашлянул, поправил плащ и забрал свои покупки.

— Удачной торговли. И спасибо за скидки.

— Всегда рад помочь, господин полуэльф.

Алтан кивнул и направился дальше по улице.

Теперь он смотрел на Сандген немного иначе.

Похоже, у города были проблемы посерьёзнее демона в шахтах.

Церковь Матери Луны сильно отличалась от других религий, которые Алтан встречал во время своих странствий.

В отличие от государственных религий многих стран, Мать Луна не требовала от своих последователей ничего, кроме веры. Не призывала воевать за неё, не вмешивалась в дела королей и не обещала своим последователям власти.

Это была древняя и довольно редкая вера.

Ходили слухи, что поклонение Матери Луне существовало ещё до появления людей. Некоторые утверждали, что именно её почитали одними из первых среди раанов и эльфов.

Сам храм выглядел так же просто, как и всё остальное в Сандгене.

Он был большим, но не величественным. Ни высоких башен, ни золотых украшений, ни огромных статуй. На фоне суровых гор и старых домов храм скорее казался спокойным и тихим местом, случайно оказавшимся в таком городе.

Когда Алтан подошёл ближе, перед входом он увидел двух девушек, подметавших каменную дорожку.

Обе были одеты в простые белые платья без каких-либо украшений.

Первая была высокой, со светлыми волосами и строгим выражением лица. Вторая — чуть ниже ростом, полноватая, с россыпью веснушек на лице и короткими седыми волосами.

Обе сразу заметили Алтана.

Девушки замерли.

Лейна — светловолосая — крепче сжала метлу.

— Богомерзкое создание, не подходи ближе, — резко сказала она. — А то пожалеешь.

Альма ничего не сказала. Она лишь испуганно спряталась за Лейной, крепко сжимая свою метлу.

Алтан остановился.

— Извиняюсь, — тихо произнёс он.

Он слегка наклонил голову.

— Я думал, Мать Луна принимает всех.

На лице Алтана появилась намеренно странная улыбка.

Он прекрасно понимал, что от этого выглядел ещё страшнее.

Лицо Альмы побледнело.

— Ах ты проклятый! Сейчас я…

Лейна замахнулась метлой, но вдруг замолчала.

Двери храма открылись.

Из них вышла женщина.

Высокая, с длинными чёрными волосами, которые почти касались земли. Её кожа была белоснежной, а простое белое платье почти сливалось с ней.

Она двигалась тихо и спокойно.

Алтан на мгновение подумал, что перед ним эльфка.

Но нет.

Он сразу почувствовал — перед ним человек.

Женщина остановилась возле девушек.

— Лейна. Альма. Нельзя так разговаривать с гостем, — мягко, но достаточно твёрдо сказала она.

— Но, госпожа Шая, он проклятый! — с отвращением возразила Лейна. — Просто посмотрите на него. От него несёт тёмной аурой. Он оскверняет это место!

Шая спокойно посмотрела на неё.

— В храм.

— Но…

— Живо.

Лейна недовольно буркнула что-то себе под нос.

Альма же заметно облегчённо вздохнула.

Обе девушки скрылись внутри храма.

Алтан проводил их взглядом, после чего повернулся к Шае.

Он опустился на одно колено и склонил голову.

Перед ним стояла жрица.

И не просто жрица.

Алтан чувствовал силу, исходившую от неё.

— Не стоит, — спокойно сказала Шая.

Алтан поднял голову.

— Назови своё имя.

— Алтан. Из ордена тёмных чародеев и проклятых.

Он говорил спокойно, словно представлялся совершенно обычному человеку.

— Гнар отправил меня к вам. Он сказал, что здесь находятся люди, пострадавшие от демона.

Шая ничего не ответила.

Она лишь развернулась и жестом показала Алтану следовать за ней.

Они прошли через храм и вышли в небольшой сад.

Алтан остановился на мгновение.

Сад казался ему почти невозможным местом для Сандгена.

Вокруг была зелень. Свежая трава, цветы и небольшие деревья. Всё выглядело живым и ухоженным.

После серых улиц города сад казался другим миром.

Шая продолжала идти, не оборачиваясь.

— Вы верите в богов? — неожиданно спросила она. — Почитаете кого-нибудь?

Алтан несколько секунд молчал.

— Я верю в богов, — сухо ответил он.

Ещё одна короткая пауза.

— Но никого не почитаю.

— Странно, — сказала Шая с улыбкой. — Я думала, такие, как вы, давно потеряли веру во что-нибудь.

Алтан почувствовал раздражение.

Ему совершенно не хотелось находиться здесь. И дело было не в храме. В Шае было что-то, что заставляло его чувствовать себя неуютно. Он не мог объяснить почему, но рядом с этой женщиной ему хотелось держать дистанцию.

— Извиняюсь. Я ни в коем случае не хотела тебя обидеть, — добавила Шая.

На её лице всё ещё оставалась мягкая улыбка.

— Я из тех, кто искренне верит, что такие, как ты, делают добро. Вы убиваете себе подобных ради людей.

Шая спокойно опустилась на траву.

Алтан посмотрел на неё.

— Ради монет, — серьёзно ответил он.

Шая тихо рассмеялась.

Затем подняла взгляд и посмотрела прямо ему в глаза.

Улыбка всё ещё была на её лице, но глаза…

Алтану они показались тяжёлыми и угрожающими.

— Сядь рядом со мной.

Шая похлопала ладонью по траве рядом с собой.

— Нет, спасибо. Мне удобно стоять, — ответил Алтан и отвёл взгляд.

— Сядь.

На этот раз голос Шаи изменился.

Всего одно слово.

Но по телу Алтана пробежали мурашки.

Во рту пересохло.

Голова закружилась, а внутри мгновенно возникло чувство опасности — такое, которое не появлялось у него даже перед лицом самых страшных существ.

Алтан резко сорвал повязку с глаза.

Он хотел произнести заклинание, чтобы защитить свой разум.

Но не успел.

Алтан вдруг понял, что уже сидит рядом с Шаей.

Он посмотрел на собственные руки.

Тело больше ему не подчинялось.

Будто оно принадлежало кому-то другому.

Алтан медленно повернул голову к женщине.

— А я думал, вы обычная женщина… — с трудом произнёс он.

Его голос впервые за всё время разговора звучал напряжённо.

— Не думал, что в таком месте встречу раана. Да ещё и молодого.

Шая спокойно посмотрела на него.

— Я не желаю тебе зла, Алтан.

Она ненадолго замолчала.

— А то, что я раан, ничего не значит. Мы, рааны, как и эльфы, — существа прошлого. Только, в отличие от эльфов и гномов, мы так и не смогли приспособиться к новому миру.

Алтан почувствовал, как напряжение постепенно ослабевает.

Пальцы снова начали слушаться.

Он глубоко вдохнул.

— Так это твоих рук дело? — спросил Алтан.

Он почувствовал странную вибрацию в воздухе. Едва заметную, но вполне знакомую.

— Зачем тебе люди? Почему ты мучаешь их в шахтах Ханнена?

Алтан старался говорить спокойно, хотя внутри всё ещё чувствовал последствия воздействия Шаи.

— Это не я, — спокойно ответила она.

Шая посмотрела на него.

— Я знаю, что изначально ты не верил в существование демона. Я прочла твои мысли, тёмный чародей.

Она положила ладонь ему на плечо.

— И я знаю, что ты человек с добрыми намерениями.

Алтан поморщился.

Он только начал приходить в себя, а теперь ещё и должен был следить за каждой своей мыслью.

И почему-то особенно его раздражало последнее слово.

Человек.

— Я знаю, что если бы демон действительно существовал в шахтах Ханнена, он погубил бы не только людей, но и гномов, — продолжила Шая. — Я знаю, что тебе было их жаль. И людей, и гномов. Ты просто стараешься оставаться в стороне.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

В её взгляде была печаль.

И почему-то именно это разозлило Алтана ещё сильнее.

— То, что губит людей в шахтах Ханнена, — это дух раан.

Шая говорила всё тише.

— Рааны ненавидели людей. Ненавидели за то, что те ведут себя так, будто являются богами этого мира. Гномы же всегда уважали Ханнен. Для них эта гора была частью их жизни.

Она опустила взгляд.

— Но дух одного из раан не смог отпустить свою ненависть. Он превратился в демона. В тёмное существо.

Шая снова посмотрела на Алтана.

В её глазах появились слёзы.

— И теперь он по праву губит людей. Они заслужили это.

Алтан усмехнулся и отвернулся.

Несколько секунд он молчал.

Затем медленно посмотрел на Шаю.

— И ты хочешь, чтобы я ушёл?

Его голос стал холоднее.

— Оставил всё как есть?

Алтан поднялся на ноги.

— Хочешь сказать, что люди заслуживают смерти? Что они поступили неправильно? Что всё это справедливо?

Он усмехнулся.

— И что люди поступают со мной точно так же?

Шая молчала.

— Не смеши меня.

Алтан посмотрел ей прямо в глаза.

— Я не такой альтруист, каким ты меня считаешь.

Он сделал шаг назад.

— Я убью этого демона не ради людей. Не ради их благополучия. И этим я не говорю, что я на стороне людей или против гномов.

Его голос становился всё твёрже.

— Нет. Это моя работа.

Алтан взялся за посох.

— Я уничтожу демона потому, что могу. Потому, что хочу.

Он усмехнулся.

— Мне плевать, что скажут боги. Плевать, что обо мне подумают мёртвые души раан.

Алтан развернулся к выходу.

— Я пойду в Ханнен и убью этого демона.

Он остановился у края сада.

— И получу от этого удовольствие. Как получаю удовольствие от убийства других демонов.

Алтан рассмеялся.

На этот раз в его смехе не было ничего доброго.

Он резко повернулся к Шае и посмотрел на неё сверху вниз.

— И ещё кое-что.

Шая молча подняла глаза.

— Твои фокусы с разумом второй раз не сработают.

Алтан говорил тихо, но от этого его слова звучали только страшнее.

— Если ты снова попробуешь залезть мне в голову, я буду вынужден защищаться.

Он сделал паузу.

— А когда я защищаюсь…

На лице Алтана появилась зловещая улыбка.

— Я могу сделать так, что ты пожалеешь об этом.

Шая застыла.

Алтан видел, как дрогнули её руки.

Она боялась.

И это неожиданно подействовало на него сильнее любых слов.

Он хотел сказать ещё что-нибудь.

Хотел выговориться.

Хотел поставить её на место. Доказать, что она совершенно неправильно его поняла.

Но остановился.

Алтан глубоко вдохнул.

Через несколько секунд его лицо снова стало спокойным.

Он развернулся и молча ушёл.

Шая осталась сидеть в саду.

Её руки всё ещё дрожали.

И впервые за долгое время жрица Матери Луны почувствовала настоящий страх.

Глава 3

Алтан чувствовал одновременно удовлетворение и раздражение.

Он был зол на Шаю за то, что она читала его мысли. За то, что подчинила его тело одним словом. За то, что заставила его на несколько мгновений почувствовать себя беспомощным.

Он злился и на себя.

Ему хотелось вернуться и сказать ей ещё пару слов. Хотелось доказать, что она ошибается насчёт него.

Но больше всего его раздражало другое.

Шая вполне могла оказаться права.

Алтану не нравилась эта мысль.

Он покинул храм, оставив Шаю сидеть в саду и дрожать от страха.

Вернувшись в свою комнату, он принялся за работу.

На столе появились флаконы, травы и несколько старых книг. Алтан приготовил несколько зелий, которые могли пригодиться против демона, после чего принялся изучать записи о раанах и существах, возникавших из сильных эмоций определённых рас.

За работой он провёл несколько часов.

Закончил Алтан только глубокой ночью.

Усталый, но всё ещё не желая спать, он решил встретиться с Гнаром.

В таверне всё было почти так же, как и прошлой ночью.

Душное помещение наполняли запахи дыма, алкоголя и человеческого пота. Музыка смешивалась с разговорами, смехом и грохотом кружек.

Гнар сидел за большим столом вместе со своими друзьями.

Рядом с ним расположились двое мужчин и две гномки.

Старый гном выглядел изрядно подвыпившим. Его лицо покраснело, глаза слезились, а голос успел охрипнуть. Несмотря на это, Гнар продолжал петь, ударяя ладонью по столу в такт музыке.

Остальные подхватывали песню.

Алтан остановился неподалёку и прислушался.

Песня рассказывала о женщине-человеке и мужчине-гноме, которых похоронили глубоко в горе Ханнен.

Алтан слышал множество любовных баллад.

О людях, влюблявшихся в эльфов.

О короле, который отказался от своего королевства ради русалки.

О раане, который отказался от бессмертия ради смертной человеческой женщины.

Но о любви гнома и человека он слышал впервые.

И всё же больше всего Алтана удивляло не содержание песни, а то, как её исполняли гномы.

История была трагичной, но они пели громко и весело, будто вспоминали не смерть двух влюблённых, а старую добрую историю.

От этого песня звучала совсем иначе.

Наконец Гнар закончил.

Он тяжело опустился на стул, охнул, схватил кружку и залпом осушил её.

Заметив Алтана, гном тут же поднял голову.

— О, чародей! Сюда садись. Рядом с нами.

Он махнул рукой остальным.

— Мужики, подвиньтесь. Не видите, человек устал на свой посох опираться?

Алтан спокойно подошёл и сел рядом.

— Пиво! — гаркнул Гнар. — Дайте человеку пиво, чёрт возьми!

Кто-то поставил перед Алтаном кружку.

— Ну что? — спросил Гнар, ёрзая на стуле. — Узнал что-нибудь? Видел тела? Людей, которые пострадали?

— Нет.

Алтан сделал глоток.

За столом переглянулись.

— В смысле — нет? — нахмурился Гнар. — А как же демон, который людей жрёт?

— Тела мне не дали посмотреть.

Алтан снова отпил.

— Но демон существует. Я даже знаю, что это за демон и как его убить.

За столом стало заметно тише.

Алтан ненадолго замолчал.

— И ещё кое-что. Ваша жрица — раан.

— Что?

Гнар громко рассмеялся.

— Тоже мне раан! Шая — обычная человеческая баба.

Он махнул рукой в сторону женщины, которая неподалёку недовольно мыла пол.

— Вон, например, тоже баба. Может, и она раан?

Несколько человек засмеялись.

— Она раан, — твёрдо сказал Алтан. — А демон когда-то тоже был рааном.

Смех постепенно стих.

— Теперь он мстит людям. За что именно и почему — спросите у вашей жрицы.

— А мы ведь тебе говорили, Гнар, что демон существует! — вмешался молодой парень, сидевший напротив. — А ты всё твердил, что мы трусы и лентяи, которые работать не хотят.

— А ну закрой свой хлебальник, — буркнул Гнар.

Он повернулся к Алтану.

— Так, чародей. Объясни, что происходит.

В голосе гнома уже не было прежнего веселья.

Алтан допил пиво и поставил кружку на стол.

— Ответь мне только честно, Гнар.

Старый гном нахмурился.

— Этот демон, как говорит ваша жрица, охотится только на людей. Гномов он не трогает.

Алтан посмотрел ему прямо в глаза.

— Как ты к этому относишься?

Гнар долго молчал.

По его лицу было видно, что он готов сорваться и устроить драку.

Но вдруг старый гном рассмеялся.

— Честный ответ хочешь?

Он налил себе ещё пива.

— Так вот. Терпеть не могу я людишек.

За столом никто не перебивал.

— Вы слабые и неуклюжие. Работать не хотите, едите много, спите дольше нас. Ещё и на Ханнене говорите, будто вы тут работаете.

Гнар сделал большой глоток.

— Ханнен — гора гномов. И людям здесь не место.

Он поставил кружку на стол.

На этот раз голос его звучал уже не так уверенно.

— Но времена другие.

Гнар посмотрел на сидящих рядом людей.

— Без людей нам негде продавать то, что мы добываем. Без людей мы бы, наверное, так и не поняли, насколько сильно любили и ценили своё прошлое.

Он усмехнулся.

— Без людей не было бы тех песен, которые я только что пел.

На несколько секунд Гнар замолчал.

— Да, я ненавижу вас.

Он поднял кружку.

— Но без вас никак.

Гном сделал ещё один глоток.

— И я не потерплю, чтобы какой-то демон-раан шастал по Ханнену и губил людей.

Гнар ударил кружкой по столу.

— В Ханнене мне и людей хватает. А демону в Ханнене места нет.

Он допил вторую кружку и громко кашлянул.

Алтан молча смотрел на него.

Чародей всю ночь не спал.

Он слишком хорошо знал себя, чтобы отправляться на работу в таком состоянии. Если перед охотой он не высыпался и выходил на задание уставшим, становился вдвойне опаснее — прежде всего для самого себя.

Поэтому до рассвета Алтан подготовил всё, что могло ему пригодиться.

Зелья, ловушки, несколько свитков и старые амулеты легли в дорожный мешок.

Утром он отправился на центральную улицу Сандгена, где Гнар уже собирался со своими товарищами идти в шахты.

Старый гном заметил Алтана ещё издалека.

Несколько секунд он разглядывал чародея, будто пытался понять, что именно с ним не так, но в итоге ничего не сказал.

— Пошли, — только и бросил он.

Они двинулись к шахтам вместе.

Алтан впервые увидел Ханнен изнутри.

Шахта оказалась совсем не такой, какой он её представлял.

Она была огромной.

Некоторые туннели уходили настолько далеко в глубину горы, что конца им не было видно. В некоторых местах пространство расширялось в целые залы, и Алтану даже показалось, что внутри Ханнена места больше, чем во всём Сандгене.

Но больше всего его удивляло другое.

Магия.

Она была повсюду.

Алтан чувствовал её даже в самых обычных стенах. Из трещин и небольших щелей словно просачивалась слабая энергия, наполняя воздух едва заметным ощущением силы.

Шахта оказалась гораздо светлее и чище, чем он ожидал.

Повсюду работали люди и гномы. Они перевозили руду, управляли странными механизмами и использовали конструкции, которых Алтан никогда раньше не видел.

Он невольно замедлил шаг, разглядывая всё вокруг.

— Ну что, — наконец спросил Гнар, — как ты от этого демона избавишься?

Алтан посмотрел на него.

— Сначала попробую по-старинке.

Он улыбнулся.

— Жахну каким-нибудь заклинанием посильнее. А дальше посмотрим.

Гнар недовольно хмыкнул.

— Очень обнадёживает.

— Для начала мне нужно осмотреться.

Алтан остановился и поставил мешок на землю.

— Поставлю несколько ловушек, проверю туннели и попробую его найти.

Он начал что-то искать среди своих вещей.

Гнар пробормотал себе под нос что-то неразборчивое и ушёл обратно к рабочим.

Алтан остался один.

Он долго шёл по лабиринтам Ханнена.

Чем глубже он заходил, тем меньше слышал человеческих голосов и стук инструментов.

И странным образом это место успокаивало его.

В глубине горы было что-то знакомое.

Что-то такое, от чего становилось спокойнее.

Алтан не мог объяснить почему.

Он просто шёл.

Пока внезапно не остановился.

Что-то изменилось.

Алтан почувствовал напряжение в воздухе.

Далеко впереди находилось нечто чужое.

И оно двигалось.

Прямо к людям.

Алтан сорвался с места.

Насколько позволяло его тело, он двигался быстро, почти не разбирая дороги.

Каждому встречному он коротко говорил, что засёк демона и нужно немедленно покинуть шахту.

Но люди и гномы не спешили уходить.

Кто-то не поверил.

Кто-то просто не захотел бросать работу.

Алтан уже собирался предупредить следующую группу, когда за очередным поворотом услышал крик.

Он резко остановился.

Перед ним находилось существо, принявшее облик женщины.

Оно преследовало нескольких рабочих.

Алтан мгновенно поднял правую руку.

— Стой.

Слова заклинания сорвались с его губ.

Тёмно-синее свечение появилось в его ладони.

Женщина замерла.

Она медленно повернула голову к Алтану.

Человек, убегавший от неё, остановился и обернулся.

Теперь между ним и существом стоял Алтан.

— Убегайте. Быстрее.

Рабочий не стал спорить.

Он развернулся и скрылся за поворотом.

Женщина всё ещё стояла неподвижно.

Под её ногами мерцало такое же тёмно-синее свечение, что и в руке Алтана.

Она что-то произнесла.

Слова были незнакомыми.

Алтан нахмурился.

Он знал этот язык.

Язык раан.

До этого Алтан встречал людей, эльфов и гномов, которые после смерти превращались в демонов.

Но раана, переродившегося в подобное существо, он видел впервые.

Алтан крепче сжал посох.

Теперь он был готов ко всему.

Алтан попытался заговорить с демоном на древнем языке.

Но всё было тщетно.

Существо отвечало ему на языке, которого тёмный чародей не понимал.

Алтан больше не стал пытаться разговаривать.

Он направил посох на демона и произнёс короткое заклинание.

Такие заклинания были созданы тёмными чародеями специально для уничтожения существ тёмного происхождения. За долгие годы странствий они никогда не подводили Алтана.

Не подвели и сейчас.

Женщина резко выгнулась.

Из её горла вырвался такой крик, что стены шахты задрожали.

Её лицо начало меняться.

На мгновение Алтан увидел одну женщину, затем другую, третью. Черты лица постоянно менялись, словно демон пытался вспомнить, каким когда-то было его настоящее лицо.

Тело существа выгнулось, задрожало в судорогах.

Крик становился всё тише.

А потом наступила тишина.

Тёмное свечение погасло.

Демон замер.

Алтан почувствовал, как что-то покинуло тело.

Душа.

Тело женщины медленно рассыпалось, словно состояло из пепла.

Алтан тяжело выдохнул.

Он даже не ожидал, что всё закончится настолько быстро.

— Повезло, — пробормотал он.

За его спиной послышался топот.

Алтан обернулся.

В туннеле появилась группа гномов во главе с Гнаром. Старый гном сжимал в руках свой старый топор.

— Что случилось?! Где демон?! — заорал он.

— Больше нет, — ответил Алтан, тяжело дыша. — Я убил её.

Гнар замер.

— Так быстро?

Гномы позади него переглянулись, а затем помещение наполнилось радостными возгласами.

Кто-то засмеялся.

Кто-то начал хлопать.

Гнар подошёл ближе.

— Эх, Алтан… Алтан…

На его лице появилась широкая улыбка.

— Ты наш герой.

Алтан уже хотел ответить, но Гнар вдруг заговорил совершенно другим голосом.

— Но зачем ты так печёшься о людях?

Улыбка исчезла.

Лицо старого гнома стало совершенно безэмоциональным.

Алтан почувствовал холод.

По его телу пробежали мурашки.

И прежде чем он успел что-либо понять, его рука сама дёрнулась к поясу.

Алтан выхватил нож.

— Нет…

Он не успел остановить руку.

Лезвие вошло ему в живот.

Боль была невыносимой.

Алтан вскрикнул и упал на колени.

Его собственная рука всё ещё держала нож.

Она медленно повернула его внутри раны.

Алтан почувствовал, как холод распространяется по всему телу.

Он попытался произнести заклинание.

Но не смог.

Он открыл рот и понял, что языка больше нет.

Рот наполнился кровью.

Алтан попытался закричать.

Ни звука.

Вокруг него гномы смеялись.

Они окружили его и начали танцевать.

А затем запели.

Ту самую песню.

Песню, которую Гнар пел прошлой ночью в таверне.

Алтан поднял голову.

Старый гном смотрел прямо на него.

Но это был уже не Гнар.

В его глазах находилось что-то чужое.

Что-то, что смотрело на Алтана из глубины человеческого лица.

Это иллюзия.

Алтан пытался сосредоточиться.

Это всё ненастоящее.

Он закрыл глаза.

Просыпайся.

Песня становилась громче.

Просыпайся.

Боль становилась сильнее.

Я не могу умереть здесь.

Алтан пытался ухватиться хоть за одну ясную мысль.

Я ошибся.

Он вспомнил Шаю.

Я был неправ.

Вспомнил слова Гнара.

Я был наивен.

И вдруг понял.

Демон раан отличается от остальных.

Алтан почувствовал, как страх сменяется холодной ясностью.

Оно у меня в голове.

Песня продолжала звучать.

Если я сейчас не проснусь…

Алтан сжал кулаки.

…оно меня поглотит.

— Просыпайся!

Алтан резко открыл глаза.

Он лежал на каменном полу.

Первое, что почувствовал, — боль.

Затылок словно раскалывался.

Алтан тяжело вдохнул и попытался подняться.

Рядом стоял Гнар.

Вместе с ним были ещё два гнома.

— Что… случилось? — тяжело произнёс Алтан.

Гнар присел рядом.

— Лоден. Мужик, которого ты спас, прибежал ко мне и сказал, что ты сцепился с демоном.

Алтан попытался осмотреться.

Шахта была настоящей.

Никаких танцующих гномов.

Никакой песни.

Никакого ножа.

Он осторожно провёл рукой по животу.

Никакой раны.

— Я решил проверить, — продолжил Гнар. — Стало слишком тихо. А мы, гномы, чувствуем всё, что происходит внутри Ханнена.

Он почесал бороду.

— И вдруг я почувствовал, что ты покидаешь это место.

Гнар помолчал.

— Не буквально, конечно.

Алтан нахмурился.

— Я подумал: спасу-ка я чародея. Демон гномов не трогает, значит, чего мне бояться?

Он указал на двух гномов позади себя.

— Эти дурни боялись отправить меня одного и пошли со мной.

Молодой гном виновато опустил голову.

— Когда я сюда зашёл, ты стоял посреди туннеля. А женщина-демон стояла прямо перед тобой.

Гнар нахмурился.

— И, ей-богу, казалось, будто она пытается высосать из тебя душу.

Старый гном махнул рукой.

— Я крикнул и побежал к вам. Демон исчез, а ты так и остался стоять, будто тебя камнем сделали.

Гнар ткнул пальцем в молодого гнома.

— А этот дурень решил, что лучший способ тебя разбудить — ударить по голове.

Молодой гном неловко пожал плечами.

Алтан несколько секунд молчал.

Затем медленно поднялся.

— Вы спасли меня.

Он посмотрел на Гнара и двух гномов.

— Я благодарен вам.

Алтан сунул руку под рубашку и достал свой кулон.

Гнар внимательно посмотрел на него.

И выражение его лица постепенно изменилось.

— Гнар, — тихо позвал Алтан.

Старый гном обернулся.

— Ты должен меня выслушать.

Алтан посмотрел ему прямо в глаза.

— Этот демон сильнее меня. И таких существ я никогда раньше не встречал.

Гнар нахмурился.

— И что ты хочешь мне этим сказать, чародей? Испугался? Решил сбежать?

Он говорил громко, а лицо его становилось всё краснее.

— Нет.

Алтан ответил совершенно спокойно.

— Ты должен вывести всех из шахты.

Гнар удивлённо поднял брови.

— Я разберусь с этим демоном, — продолжил Алтан. — Но если он способен воздействовать на разум, пострадать могут и другие. Эвакуируй всех. После этого запечатай все входы и выходы.

Гнар несколько секунд молчал.

— А ты останешься здесь один?

— Да.

— Ты сам только что сказал, что эта тварь сильнее тебя! — возмутился Гнар. — Выйдем наружу, позовём ещё нескольких таких, как ты, и разберётесь вместе.

— Нет.

Алтан покачал головой.

— Я начал это. Я сам и закончу.

Он снял с шеи кулон и протянул его Гнару.

— Возьми.

Гнар посмотрел на украшение, но ничего не спросил.

Алтан снял плащ, затем рубашку и аккуратно сложил их рядом.

После этого достал из дорожного мешка несколько небольших флаконов с густой чёрной жидкостью.

Он передал мешок одному из гномов.

— Возьмите всё это и уходите.

Алтан попытался подняться ровнее.

Тело всё ещё дрожало после воздействия демона.

— Гнар, послушай меня внимательно. Выведи всех из шахты. Завтра, когда взойдёт солнце, только тогда возвращайтесь.

Он указал на кулон.

— Не надевай его. Просто держи при себе. Он поможет тебе.

Гнар молча слушал.

— Когда утром войдёте в шахту, следи за кулоном. Если он начнёт светиться — немедленно уходите. Снова запечатайте вход и ждите следующего дня.

Гнар нахмурился.

— А ты?

Алтан посмотрел в глубину туннеля.

— Я приму свою истинную форму.

Старый гном впервые за всё время разговора не нашёлся, что ответить.

— В этой форме я не различаю друзей и врагов, — продолжил Алтан. — Кулон защитит тебя от меня.

Гнар посмотрел на него ещё несколько секунд.

Он явно хотел задать множество вопросов.

Но не стал.

— Пошли, — приказал он своим товарищам.

Гномы быстро начали уходить.

Алтан остался один.

Он дал Гнару время вывести всех из шахты, но понимал, что слишком долго ждать нельзя.

Когда последний звук шагов затих в туннеле, Алтан достал первый флакон.

Он посмотрел на чёрную жидкость.

Очень давно он не принимал её.

Настолько давно, что уже начал надеяться, что больше никогда этого не сделает.

Но сейчас всё было иначе.

Демон-раан бросил ему вызов.

Почти убил его.

Забрался в его разум.

Посмеялся над ним.

Алтан открыл флакон и выпил содержимое.

Через несколько секунд последовал второй.

Сначала он почувствовал тепло в животе.

Затем боль.

Резкую.

Острую.

Алтан согнулся, стиснув зубы.

Его руки начали вытягиваться.

Кости с хрустом смещались под кожей.

Пальцы становились длиннее.

Ноги тоже начали неестественно удлиняться.

Алтан попытался закричать, но его рот начал растягиваться, словно сама кожа больше не могла удерживать форму лица.

Левый глаз увеличивался.

Зелёная радужка разрасталась, пока белок полностью не исчез.

Правый глаз, наоборот, начал закрываться.

Из головы проросли два рога.

Они медленно вытянулись вверх, изогнувшись, словно оленьи.

Алтан почувствовал, как сознание начинает уходить.

Он уже почти ничего не слышал.

Не чувствовал собственного тела.

Не понимал, где находится.

Оставалась только одна мысль.

Одна единственная.

Я должен убить демона-раан.

Ещё одна.

Я должен убить демона-раан.

Боль постепенно исчезла.

На её месте появилось странное блаженство.

Алтану стало хорошо.

Настолько хорошо, как не было уже очень давно.

Он чувствовал себя свободным.

Счастливым.

А потом сознание окончательно погасло.

Прошло около тридцати минут.

Гнар всё это время гонял рабочих по шахте, проверяя каждый туннель.

— Все вышли?

— Все!

Гнар пересчитал людей ещё раз.

Он решил выйти последним.

Ему хотелось лично убедиться, что в шахте больше никого не осталось.

Когда Гнар уже направлялся к выходу, он услышал звук.

Сначала очень тихий.

Потом громче.

Вой.

Но это был не волчий вой.

И не звериный.

В нём было что-то другое.

Что-то такое, чего Гнар никогда прежде не слышал.

Старый гном остановился.

По его спине пробежали мурашки.

Он почувствовал страх.

Настоящий, животный страх, который невозможно было объяснить.

Но хуже всего было другое.

Гнар чувствовал, что демон-раан тоже услышал вой, и ему казалось что и демон чувствовал этот страх.