Туалетный маркетинг

Глава 1

Случилась эта история так давно, что даже количество прошедших лет не хочется озвучивать.

Мне тогда вот-вот должно было стукнуть 16 лет, и конечно, как многим моим подружкам, страсть как хотелось романтической любви. Чтобы как в книгах: прекрасный герой, одна роковая встреча, подвиг ради возлюбленной – и жили они долго и счастливо.

Это теперь я понимаю, что многие серьёзные произведения скорее вредили неокрепшему мозгу, от чего произошёл несанкционированный изгиб в извилинах. Моему идеальному воображаемому принцу самое главное было быть самым лучшим, остальное – несущественные детали.

Грудь выросла у меня достаточно рано, что очень поспособствовало мальчишечьему интересу ко мне. Наверняка, это как-то подчёркивало красоту моей души.

Караваны из обожателей за мной не увязывались, но одноклассник Вовка регулярно провожал меня домой, конечно же с моим портфелем «в зубах».

Учиться целоваться на помидорах мне тоже не посчастливилось. После возвращения мне портфеля начинались регулярные тренировки по этому вопросу.

И до того рокового дня жизнь текла обыденно, даже скучно. А произошло следующее:

Сижу я значит на литературе, скучаю, зеваю, сил нет. За окном пасмурно, слякотно. Ещё и учительница монотонно знакомит нас с произведением Пушкина «Дубровский».

Домашку я не сделала, заснула прямо вместе с книгой ещё на первой главе и сейчас очень боялась, что монолог учителя перейдёт в диалог, например со мной.

Анна Яковлевна начала говорить вдохновенно:

– Владимир Дубровский был харизматичен: он сочетал в себе и силу, и некую таинственность, и способность на смелые, даже отчаянные поступки ради защиты того, что ему дорого.

Тут чувствую, как меня толкают сзади в спину ручкой.

Я поворачиваюсь, и одноклассник, хихикая, суёт мне записку. В ней криво и коротко:

«Чмоки, чмоки»

Смотрю на лыбящегося с пятой парты Вовку и думаю: «Ты уж точно не Дубровский».

– Анна Яковлевна, а вы будете сегодня нас спрашивать по пятой главе? – с нетерпением спрашивает Нина, наша зубрила.

«Вот клизма ушастая! Что ж тебе неймётся», – думаю я и прижимаюсь к парте, в надежде стать невидимкой.

– Обязательно буду, Ниночка, договорю свою мысль и начну опрос. Надеюсь, все готовы?

– Можно выйти? – спрашиваю я, изо всех сил имитируя недержание.

Она кивнула, а я вышла в коридор и вздохнула свободно. Нужно вернуться под конец урока, тогда точно пронесёт.

Погуляв по коридорам, я чуть было не попалась на глаза заучу и для поддержания своего праведного отсутствия на уроке зашла в туалет. Первое, что мне бросилось в глаза, – это ярко-красная надпись на серо-голубой плитке:

«Паша из 9-В лучше всех!».

Буквы были выведены старательно и явно с чувством, иначе бы не стала незнакомка тратить свою помаду, такой драгоценный для подростка в то время ресурс.

«Надо же... Лучше всех! Проверю!»

Эта мысль, как заноза, засела в моей голове. Вернувшись в класс и дождавшись перемены, я помчалась к расписанию, выяснила, где сейчас урок у 9-В, и побежала, сверкая пятками, на 3-й этаж. Разыскала свою знакомую, мы ходили вместе в художку. Она как раз была из заветного 9-В:

– Скажи, а кто из них Паша? – шепнула я ей на ухо, показывая в сторону кучковавшихся парней.

– Вон тот высокий, в бордовом свитере, а тебе зачем?

– Надо, не важно, – медленно протянула я, рассматривая этого красавца. Туалетная реклама не соврала, он действительно был неотразим!

Высокий, широкоплечий, тёмные густые волосы обрамляли идеальное лицо с искристыми карими глазами и пухлыми губами.

– Он с вашей Нинкой в один туристический кружок ходит. Их команда недавно грамоту получила за 1-е место, – добавила подружка, а я уже и не слушала её. Весь мир вокруг Паши из 9-В начал таять и растворяться в воздухе.

«Нужно что-то предпринять! Записаться в кружок? Ну уж нет! Палатки и костры я терпеть не могу. Попросить подружку познакомить? А может Нинку? Только не эту жабу. Дискотека!» – меня озарило.

Скоро Новый год, а значит, будет дискотека.

Следующие две недели пронеслись как в тумане. Оказывается, мы всё время сталкивались с ним в столовой, в коридорах и на лестницах. Почему я не видела его раньше, ведь я училась в этой школе с первого класса. Вовка был отбрит без объяснения причин.

И вот настал долгожданный день. Короткую чёрную юбку я выпросила у соседки. Порывшись в мамином шкафу, нашла гипюровую кофту с огромным вырезом и перьями вместо воротника и манжет. Ума не приложу, откуда у приличной учительницы взялась такая вещь. Но это к лучшему, как и то, что мама работала в другой школе и не будет присутствовать на вечере моего чудесного преображения. Сперев у родительницы тушь и помаду, я спрятала их вместе с одеждой в рюкзак для конспирации. Жаль, что туфель на шпильке не нашлось, ну что ж, буду брать не ростом, а харизмой.

Выйдя из дома в приличном платье ниже колен, ботинках и пуховике, я прошмыгнула в школьный туалет и нарядилась как следует.

Слышали выражение «Чудо в перьях»? В тот вечер это было точно про меня.

Зайдя в огромный коридор, отданный под дискотеку, я осмотрелась, как главнокомандующий перед решающей битвой. Цель нашлась сразу, и походкой от бедра, я направилась покорять Эверест. Буравить Пашу взглядом я начала из далека и была настолько наполнена решимостью, что он заметил меня, и его прекрасные глаза округлились от удивления. Ребята, стоявшие рядом с ним и болтавшие о чём-то, притихли и разомкнули круг, пропуская меня к цели.

– Привет! Давай потанцуем? – сказала я снизу вверх, так как с моим «метром с кепкой» я доходила ему до груди.

Он улыбнулся, оглядывая моё декольте в перьях, и кивнул, взял за руку и вывел на танцпол. Ребята из его компании разразились хохотом, но мне было плевать на это. Бабочки в животе уже приготовились к взлёту, а сердце просто выскакивало из груди. Быстрая мелодия сменилась медленной, прямо как по заказу, и он обнял меня за талию, точнее даже выше. Мы улыбались, болтали о чём-то, то и дело переспрашивая из-за громкой музыки друг у друга: «Что? А?»

Но это всё было неважно, как и заплаканная Нина, которая почему-то ушла раньше, и разъярённый Вовка, посланный мной на три весёлых буквы.

Паша проводил меня домой и записал на руке номер моего домашнего телефона. На прощание он сказал мне:

– Ты самая смелая девчонка!

В воскресенье мы гуляли с ним по набережной, а в понедельник меня ждал сюрприз. Проходя утром мимо школьного стадиона, я услышала такие жуткие вой и всхлипывания, будто животину какую тиранят. Подойдя ближе, увидела Нинку, сидящую на резиновой раскрашенной шине, вкопанной как спортинвентарь, и облепивших её кудахчущих подружек, моих одноклассниц.

Заметив меня, они притихли и злобно уставились, даже Нинка прекратила свои рыдания и вызверила на меня красные глаза, полные ненависти.

Я ускорила шаг и уже в школе спросила у подружки:

– А что случилось?

– То ты не знаешь, – хмыкнула она и продолжила: – Нина Пашу давно любит, в кружок из-за него ходит, и в туалете надпись её рук дело, а ты?

– А что я? Не надо было рекламу давать!

А сама подумала: «Ведь правда, не наткнулась бы я тогда на эту надпись, то не знакомилась бы с Пашей и не ревела бы сейчас Нинка на стадионе!»