Цирк

Глава 1. Вдох-выдох, пожар

Цирк. В этом месте никогда не пахло поп-корном, сладостями, адреналином или уж тем более детской радостью. Здесь за яркой картинкой, красочными декорациями, улыбками до ушей и светом софитов прячется холодная и вечная война за место под Солнцем. Приходя сюда работать ты можешь забыть про свои интересы, про свою уникальность, про семью с друзьями и даже про своё собственное здоровье. Если ты не улыбаешься во все зубы здесь и не скручиваешься в буквальном смысле в трубочку перед публикой - зритель уходит, томно зевая, цирк остается без денег, ты становишься чем-то вроде приставучего банного листа и тебя выкидывают. В этом месте ты из человека просто превращаешься в куклу - тебя привязывает за ниточки к своим пальцам кукловод и начинает с тобой играть. А если ты не дай Бог сломаешься, порвешься или захочешь избавиться от этих ниток, готовься к тому что тебя навсегда забросят в дальний угол. А зрителю все равно, кто перед ним, сюда приходят отдохнуть, отвлечься, посмеяться с клоунов, поудивляться фокусам. Но никто не задумывается через что проходят сами артисты. Что им приходится переживать каждый раз, когда они выходят на арену. Зрителю абсолютно зачастую плевать, какой человек прячется за маской клоуна или какой животный страх может испытывать дрессировщик во время номера. Или как сильно акробаты могут бояться высоты, но прячут этот страх за улыбкой и гримом.

Когда люди узнают, что ты цирковой артист - обычно тебя перестают воспринимать всерьез даже. Все время слышно вот это: "ой, в цирке выступаешь да? Клоуном работаешь, верно? "

"А можешь сальто сделать? А покажи фокус с зайцем? ". Это все выматывает. Чтобы заработать себе хотя бы на хлеб, сначала нужно доказать что в этом зоопарке ты хищник. А чтобы это сделать, нужно сломать себя ради одной мечты стать артистом. А потом, забыв про все и про всех продолжать подниматься и быть выше своих соперников и коллег. И если кто-то тебя обгонит или обыграет - можно и про свой кусок хлеба забыть, он будет отдан другому.

И это самое тяжелое бремя для "юной легенды цирка". То есть для меня. Я стою за кулисами из ярко-красного бархата и жду, когда погаснет свет символизирующий начало шоу. На мне мой фирменный бордовый костюм с пришитыми небольшими ангельскими крылышками из красных перьев, из укороченного пиджака и шорт- атласная ткань с золотой расшивкой сидит как влитая. На ногах любимые ботинки до колена - это уже стало одной из самых узнаваемых деталей в моем образе. Огненно рыжие волосы собраны в два идеальных пучка. Я не любила свои волосы, это была огромная копна огненно рыжих кудрявых волос, которые чтобы расчесать нужно минимум полдня, троих человек и стальную расческу. Иногда они меня так раздражают, что хочется из просто сбрить и не мучиться. Они очень длинные, кудрявые и огненно рыжие. "Раз они такие огненные, когда же они сгорят и мои мучения закончатся? "-подумала я. Какой же роковой была эта мысль.

Вокруг пахнет суетой, новыми костюмами, косметикой, а на языке даже чувствуется слегка вкус лака для волос. Все бегают, прогоняют основные элементы номеров, декораторы шныряют из одной кулисы в другую, перетаскивая все новые вещи и снаряжения артистов. Акробаты, эквилибристы, клоуны, дрессировщики, фокусники - все суетятся, все переговариваются, смеются, Кто-то трясется от волнения, воздух был наполнен яростным шепотом:

-А зрители уже там?

-Ало, где моё Колесо Сиро, мне Ванька его должен был приготовить, где его носит?!

- Запах как в сортире! От кого воняет потом?! Задонский это от тебя?

-Э-э, офигела, я вообще то даже не мокрый! Может это от тебя, Синичкина?

Даже слышатся звуки небольших телесных перепалок.

-Ой, Джей-Джей, ты такая красивая в этом платье! Как всегда шикарно!

-Заткнись, я это и без тебя знаю!

-А как тебе мой?

-Как всегда нелепо, не понимаю почему вообще тебя поставили со мной в номер?

А вот этот противный голос я всегда узнавала из тысячи. Джейн Филин, дочь нашего бывшего директора. Считает себя королевой цирка и ставит себя даже выше тренеров. Она всегда пытается отобрать мой статус, слепо веря, что я испугаюсь её шуток и сама назову её "Королевой".Джейн-ведущая танцовщица и эквилибристка нашего цирка. Но она всего лишь ведущая, а я в свои семнадцать уже "главная принцесса" и это важно. Что в Академии, что на работе, я всегда была на шаг впереди неё. Она часто бесилась по этому поводу, но в любом случае то, что я зарабатывала потом и кровью я не отдам и никогда не позволю, чтобы мое имя было стерто в пепел. Как странно, что именно в этот день я впервые очень сильно ошибусь в своих словах.

От раздумий меня отвлёк резкий, немного басистый и хрипловатый шепот :

-Так, я не поняла! Господа Суетологи, что за шум и гам?! Вас уже на всю округу слышно! Уже все зрители услышали, от кого воняет и где Ваньку носит! Хватит! - это была Наталья Андреевна, наш главный тренер. Именно она взяла меня лично под своё крыло, когда я была ещё маленькой и я всегда буду считать, что именно благодаря ней я полюбила цирк и вообще перестала бояться его. Мы ее все называем тётя Наташа, она не очень любит своё полное имя, как и почти все женщины в возрасте. Наташа поистине роковая женщина. Она проработала в этой сфере сорок лет и на её счету не один успешный артист, за всю карьеру она как минимум пять раз была в Европе и семь в Америке. Она даже дала руку Юрию Никулину, даже немного общалась с ним. От чего среди персонала она была второй по авторитетности после директора, моего отца. Она была очень строгой и требовательной, но справедливой. Она никогда не ругала просто так и разбиралась в конфликтах прежде чем наказывать, что делало её в наших глазах кем-то вроде второй мамы. И пошутить, и покричит, и жизни научит.

-Так, ну-ка быстро, все сюда! Все! Давайте давайте бегом - подгоняла она, созывая всех в круг. Это привычное дело - общие наставления, несколько правил и коронное:"Ну, с Богом. Вдох-выдох, огонь"

Я не подошла потому что было одно негласное правило:перед представлением минуты за три ко мне может подходить только Наташа. Потому что не смотря на опыт и амбиции все равно перед каждым выходом меня кроет страх. Но это страх не столь сцены и зрителей, это скорее тот самый приятный страх, адреналин, который у меня в крови с рождения. Каждый раз , за считанные минуты я словно столбенею, что-то во мне перерождается и я чувствую что-то вроде эйфории. Даже на секунду я забываю все слова - я просто стою, смотрю вдаль и уже представляю, как выйду на середину и снова буду летать. Это была одна из причин почему я люблю цирк - там законно можно летать и мыслями и душой и телом, даже без крыльев.

На мое плечо мягко опустилась тяжёлая, но до боли знакомая и родная рука. Я обернулась, нехотя приломляя это шикарное чувство предвкушения:

-Геля? - её лицо было полно гордости решимости, но чувствовался некий страх что-ли. Её карие глаза слегка уставшие,с морщинками на уголках, короткие светлые волосы, плавно переходящие в седину, помятый спортивный костюм цвета морской волны с логотипом нашего цирка на боку.

Она понимала меня почти с первого взгляда, как и я еë.

-Как ты?

-Да, все хорошо - ответила я, скрывая что у меня неспокойно на душе именно сегодня. С самого утра, на генеральном прогоне и здесь в метре от сцены меня преследовала нотка нехорошего предчувствия, будто что-то сегодня будет, что-то, что перевернет мою жизнь. И мне все больше казалось, что в не очень хорошем ключе. Наташа это чувствовала и посмотрела мне прямо в глаза:

-Геля, ты уверена? Ты точно готова? Учти, это смертельный номер. В прямом смысле. Огонь - это не шутки все таки. У нас три происшествия было уже с этим трюком. Да, сейчас оборудование новое, все проверено до малейшего гвоздя, но...

-Теть Наташ, я этот номер с девчонками отрабатывала весь год. Я чувствую что должна с ним выйти, у меня душа к нему лежит, понимаете? Этим номером я вытяну нас на Королевский цирк, я же обещала вам.

-Ангелиночка, ты не должна одна нас всех вытянуть. Может Бог с этим Королевским, если тебе страшно и... - договорить она не успела. Я всегда знала, что именно номер с огнем я должна во что бы то ни стало исполнить, не то что идеально, а сверх идеально. Я "цирковая принцесса", я должна это сделать, чтобы стать Королевой и мне никто не помешает.

Тут из двери гримёрки вышли четыре девушки. Они все были практически одинаково одеты: чёрные блестящие безрукавки с такой же золотой тесьмой и с пуговицами ввиде лошадок. Богато украшенные стразами по богам облегающие штаны чёрного цвета подчёркивали их точеные фигуры. На головах маленькие чёрные шляпки-цилиндры с серебряной полоской. У всех были идеально зализанные волосы в низкий пучок и сверкающие тени на глазах. Даже лица их были одинаковые почти - они все были кореянками, но жили в России всю жизнь. Это были наши "Огоньки", " Четвёрка Огниво" ещё их иногда называют в газетах, они тоже очень известны своими номерами с огнëм. Именно их Наташа поставила со мной для этого номера. Я с ними сдружилась в первый же день, год назад, я им доверяю как себе практически.

Сейчас на их лицах читался тоже легкий страх и волнение, но было видно, что они полны решимости и как всегда вытянуты как струны гитары, подготовлены и полностью горят своим делом. Одна из них подошла ко мне из-за спины тренера, её звали Саша, она тихо спросила:

-Правда, Геля, ты точно готова? - в её голосе, который обычно был полон экстрима и смелости сейчас предательски дрогнул.

-А у меня предчувствие нехорошее - вдруг влезла в разговор Тэя, самая младшая из нас, ей шестнадцать. Но я в этот момент окончательно решила закончить разговор:

-Стоп! Давайте так: мы не будем просирать сейчас то, что готовили так долго, выйдем, отработаем на все сто и счастливые пойдем домой с победой собирать вещи в Америку, на гастроли. Я не собираюсь отказываться выходить, только потому что предчувствие у кого-то там плохое. Если я говорю, что мы выйдем, то мы... - я вплотную посмотрела на Наташу и четко произнесла - Выйдем - сказала шепотом я и отрезала разговор. Девочки лишь покорно кивнули. Женщина дала нам еще пару наставлений, крепко обняла, перекрестила каждую и удалилась.

И вот ответственный момент. Гаснет свет. Зал начинает хлопать, кричать от предвкушения. Я и девочки стояли в отдельной кулисе от всех. Я украдкой посмотрела на зал - он полностью забит людьми и сверху, и снизу. Мой взгляд упал на застекленое окно, где сидел звукорежиссёр и ответственный за свет, музыку и спецэффекты сидел и мой отец. Он её не видел,смотрел куда-то вдаль. Я уверена, он будет смотреть сегодня на меня снова не как на победительницу, не как на человека, а как на экспонат и будет словно рентгеном прожигать её насквозь, ища очередные недочеты и изъяны. Я опустила взгляд в пол. Началась музыка, ритмичная, яркая, зажигательная, это выходили наши парни акробаты. Атлетичный тела, красивое личико, белоснежные улыбки и любовь к своему делу - все при них. Они начали выделывать сложные элементы, постепенно вызывая у зрителя восторженные возгласы. То взберется друг на друга будто башня, то сразу трое синхронно сделают тройное сальто,даже может казаться, что сейчас кто-то зацепится и повиснет прямо на куполе. Я смотрела на них с интересом и улыбкой. Они тоже знали меня и мы были хорошими приятелями. Самому старшему из них 24 года, всего их 15 человек. Классные ребята в общем.

Но тут что-то меня заставило посмотреть налево. Я словно чувствовала, что кто-то смотрит на меня из темноты, пожирает меня своим взглядом, как змея, готовящаяся поймать добычу и укусить зубами за горло. Я оборачиваюсь в темноту закулисья и вижу, как в двух метрах от меня стоит фигура, точно змеиная. Её блестящее короткое розовое платьишко я из тысячи узнаю. Руки её покоились на груди, которую подчёркивало безупречное декольте и блестки на теле. Больше всего я смотрела ей в глаза, взгляд которых вызывал холодок по коже. Она смотрела на меня холодным испепеляющим взглядом ярко-зелёных глаз, которые сузились в одну полоску. А губы вытянулись в темной лукавой улыбке. За ней стояли её подружки подпевалы в блестящих платьях. Их глаза сверкали в темноте и все так хищно улыбались. Как будто это настоящие гадюки выползли из своего логова и готовятся съесть жертву, потревожившую их покой. Их взгляд прожигал меня насквозь, внутри все сворачивались от них. Но я не подала виду, я подбоченилась и сделала так, чтобы в моих глазах буквально пылала жажда бросить вызов. Мы мерили друг друга взглядом около пол минуты, а когда выступление парней закончилось, они резко очнулись. Музыка остановилась, послышались взрывы аплодисментов. Подпевалы этой кобры уже развернулись и начали уходить, а Джейн смерила меня с ног до головы холодным взглядом и одними губами прошептала что-то, но я не разобрала и развернулась в друг кулису со своими подружками.

-Эй, Геля - шепотом окликнула меня Настя. Из их огненной четвёрки Настя-самая понимающая и самая заводная. -Слушай, не думай ты о ней! Это банальная зависть. Ты вон сколько готовилась, я точно знаю, что ей тебя не победить. Я видела как вы взглядом буравите друг друга. Это... Хочешь Мы ей волосы подожжем, а? - заговорщики подмигнула она.

-Ох, нет, Настюш. Я не привыкла мстить, вообще не люблю это. Я не стану опускаться до её уровня, ведь я уже на высоте. И если кто кого сожгет, то только я её хрупкое эго и точка. - отрезала я. Я человек мягкий и не тщеславный, но когда дело касается моего труда - я непреклонна.

Наконец объявили номер эквелибристов, там и была Джейн. Началось их шоу. Их номер был красивый, элегантный и очень изящный, тут не поспорю. Их номер длился около четырёх минут. Когда они сделали финальное па зал взорвался аплодисментами, артисты кланялись, а больше всего Джейн привлекала к себе внимание - улыбалась во всю ширь своей самой красивой улыбкой, пахала, слала воздушные поцелуи и все ей умилялись. А ведь никто даже не знает, какой она человек на самом деле. Эти дети не знают, что ей наплевать на них.

Спустя час ярких шоу, улыбок, радостных возгласов и шуток. Наконец объявили нас.

-А сейчас.... Готовьтесь удивляться, дамы и господа!! На сцене... Неповторимые... Незабываемые... Наши прекраснейшие Ангелина Веселовская и "Огненная четвёрка" С настоящей огненной опасностью, ВСТРЕЧАЕМ!!! - кричал голос тёти Наташи в динамик. Зал взорвался с неимоверной силой. Все кричали, апплодировали все десять тысяч человек. Все скандировали "ПЛАМЯ".Потому что, как говорят в сети:"Ангелина + Огненная четвёрка = пламя".Так и зародилась кричалка - " Пламя". Мы встали прямо перед занавесом, взялись за руки:

- Зажжем? - тихо, но с твердостью и решительностью спросила я, глядя на девочек.

- Зажжем - подхватили они в один голос. Мы обнялись на пару секунд все вместе, это обязательный наш жест перед каждым номером.

Я снова невольно взглянула на отца. На этот раз на контрасте с темнотой он, сидевший высоко за стеклом вдали от зрителей. Он смотрел в упор, будто в душу. Хоть он и далеко сидел, на его лице я видела одну единственную фразу, которую я наблюдала на нём с самого начала своего пути: "Провалишься- убью". Хоть я уже и привыкла за годы работы, но все равно каждый раз какая-то часть меня просто впадала в мимолетный ступор, а ладони предательски потели. Я сделал вдох и выдох.

Свет погашен. На сцену вышли девочки и встали в идеальную стойку, держа в руках уже горящий реквизит для огня. Я должна была выйти на начале слов в песне. Понеслась музыка. Мы выступали под под песню Fire- BTS. Бит был четкий, огненный и вызывающий мурашки в мозге(а они куда приятнее чем на теле).

Девчонки позади меня умело, со снайперской точностью и боевыми улыбками управляли огнём - они подбрасывали шесты с одним в воздух, делали с ним разные выкрутасы, от чего все в зале от испуга охали и столбенели. Я танцевала в середине. С нами на подтанцовку вышло пару крепких мужчин акробатов в ярко-красных пиджаках и брюках- клëш. Это все смотрелось безумно эффектно. Все подпевали песне,вставали с мест и танцевали. И вот пришёл момент для кульминации. Акробаты выстраиваются в кучку, я встаю им на руки и в моменте мне показалось, что я так высоко, будто я птицей взлетела под самый купол. Раз. Два. Три. Меня подбрасывают высоко-высоко, я делаю петлю в воздухе, будто мои крылья в момент стали настоящими и помогли мне взлететь. Я приземлилась обратно в руки акробатам. И уже оставалось 10 секунд до конца номера, как на моменте когда я подняла ногу, я почувствовала, что мне неимоверно жарко, прям очень и запах гари начал бить мне прямо в нос. Я это ощущала и продолжала танцевать. Потом музыка затихла... Все кричали от восторга, взрывались в буквальном смысле. Я тяжело дышала от интенсивных танцев и улыбалась своей фирменной улыбкой. Но внезапно я почувствовала запах паленой ткани и волос раньше, чем услышала оглушительный крик Тэи:

-АНГЕЛИНА, ТЫ ГОРИШЬ!!! ПОЖАР!!!- все моментально замерают. Только в этот момент я чувствую, как

Мне становится больно и что-то будто меня прожигает... Я медленно опускаю глаза на себя, на своё тело. Я вся в огне....

Я услышала вдали крик девочек. Меня охватила сначала паника, на смену которой пришёл животный ужас. Я начала трясти всем телом, бить себя ладонями, чтобы как-то оттолкнуть огонь. Костюм я не могу снять у меня под ним ничего нет. Ко мне подбежали парни, начали тушить меня тряпками и своими дорогими пиджаками. Это Адская боль была по всему телу - на голове, на теле, ногах. Даже адреналин её не может заглушить. Сердце бешено колотится, все тело трясет. Дыхание само становится частым и неравномерным, а едкий дым летит прямо мне в рот, пока Настя не закрывает мне рот мокрым куском ткани от своего костюма. Все начинают кричать, загудела пожарная тревога, оказывается пламя расползается уже больше чем на половину арены. Я успела только увидеть убегающих людей и испуганную Джейн где-то вдалеке за сценой. Я посмотрела вверх в надежде увидеть отца, бегущего меня вытаскивать, спасать. Но он просто стоял за стеклом и с безумным взглядом смотрел на меня и в панике на бегу что-то орал звукорежиссёру.Он вышел на горящую арену...но он не бежал ко мне, он начал выводить других людей - пятерых мужчин и двух женщин в деловых костюмах, сидевших на первых рядах. Это были люди из Королевского цирка, которых отец пригласил к нам на шоу. Он им кричал что-то вроде:

-Не беспокойтесь! Шоу не заканчивается! Без паники! Выходите все организованно через запасной выход!

А потом... Я вырубаюсь, на меня упало что-то тяжёлое. Я очень мутно ощущаю, как меня кладут на носилки и выносят из здания. Я вижу как горит шатёр. Перед тем, как закрыть глаза, через вспышки папарацци я смотрю на цирк, весь охваченный пламенем. До последнего не хотела, чтобы мое имя не было стерто в пепел. А в итоге я стерла в пепел всю себя одним вечером.