Цилли. Звёзды над пустыней

1

Я снова с грустью посмотрела в окно своей темницы. Эта узкая, шириной не более ладони, зарешёченная, практически щель, под самым потолком была сейчас единственным , что связывало меня с внешним миром. И там в этом мире кипела своя жизнь. Во внутреннем дворе дворца сновали туда-сюда слуги, разнося мешки с зерном и специями. Фыркали вьючные галы, обмахиваясь широкими хвостами. То появлялись, то исчезали тюки с соломой для скота, огромные глиняные кувшины для воды, телеги, гружёные товарами.

С высоты той башни, в которой меня держали, можно было рассмотреть почти весь город.

Тель-Эрия.

Ее называют Восточная Жемчужина или Цветок Пустыни, Прекраснейший из городов. Слишком поэтично, на мой взгляд. Лично мне, ничего красивого в ней не виделось.

Изначально, несмотря на изнуряющую жару и засушливый климат, это было довольно красивое место, полное жизни. Здесь росли огромные деревья, цвели цветы, журчали ручьи и пели птицы. Да, вокруг были все те же пески, но плотный лес не пускал их на свою территорию. И пустыня была не властна над красотой будущей Тель-Эрии. Потом пришли люди и всего за несколько поколений срубили уникальные росшие здесь деревья, которые своими мощными корнями поднимали воду из глубины на поверхность. Тогда-то пустыня и вошла в свои законные права. Но так как под Тель-Эрией текло сразу несколько подземных рек, небольшое количество воды все же выходило на поверхность крупными источниками.

Этот оазис очень полюбили торговцы, гнавшие караваны через Великую пустыню. Здесь можно было отдохнуть, сделать запасы воды, напоить животных и с новыми силами идти дальше. Потом кто-то из проныр решил, что на этом можно неплохо наварится. На месте оазиса появилась деревня тех, кто готов был за достойную плату приютить и накормить путников. Дело это оказалось вполне выгодным. Деревня стала городом, который со временем разделился на богатых и бедных. Точнее на тех кто продолжал привечать путников и тех, кто решил присвоить себе главное , что им нужно - воду. Так со временем часть источников становилась частной, а вода из них продавалась.

Потом Тель-Эрию выбрал своей столицей сам Император. В этом не было ничего удивительного - на тот момент это был самый большой и при этом очень выгодно расположенный город. Всего за семь лет был построен, поражавший своей красотой и величием, императорский дворец. Его сразу же назвали Золотым. Хотя, настоящее золото на всю ближайшую округу тут было всего одно - вода. Даже повидавшие много разных чудес на своем веку, купцы охали и ахали при виде бесчисленных колон, высоких сводов, террас, арок и балконов.

На террасе второго этажа дворца был небольшой бассейн. Купель, где возле воды отдыхало несколько красиво одетых женщин. Очевидно, это были наложницы императора. Вряд ли слуги могли позволить себе такую роскошь. А богатых женщины тоже никто бы не отпустил плескаться полуголыми перед очами Императора.

По коридору послышались шаги и приглушённый шум. Я моментально свернулась в клубок в углу у стены и замерла.

- Она убила уже троих, - зашептались сзади.

От стражников меня отделяла толстая железная решетка, но они вряд ли чувствовали себя в безопасности за ней.

- Ага. Аника, Бора и Хизу.

- Нет, Хизу не жалко. Он был редкостной сволочью. Кого интересно сейчас поставят вместо него? - судя по звукам первый стражник мешкал не решаясь зайти ко мне.

- Ха. Как бы новый начальник не был ещё хуже,- усмехнулся второй.

- Спит? - недоверчиво спросил поборник кадровых перестановок.

- Вроде. Она все время спит.

Сплю- сплю. Только зайдите и уберите то, что притащили ещё позавчера. Это были куски какой то ужасно невезучей и жутко несвежей овечки. Все в крови грязи, желчи и содержимом ее же собственного кишечника. Вонь стояла та ещё.

Двое ещё немного помедлили, потом послышался звон открываемого замка и две пары ног крадучись двинулись в мою темницу. Топоча как слоны.

- Ты смотри, опять ничего не ела. Как сюда попала как и не ест,- удивился один из стражников. Потом поразмыслив вынес свой вердикт. - Сдохнет.

Ха. Не дождётесь.

- Так и пусть сдохнет. Нам мороки меньше.

Ты посмотри какой оптимист.

- Не-е-е. Если сдохнет нам и самим не жить. Император за нее знаешь сколько денег заплатил? - тут он тихонечко присвистнул, забыв про опасность. А затем продолжил, но уже тише. - Нам в тот же день самим голову снесут.

А вот это уже более реалистично.

- Так что же делать? - рассеяно спросил оптимист, которого, очевидно, совсем не радовало такое будущее. - Может ей живого надо?

- Я слышал они людей едят.

Идиоты.

Как же надоели.

Я слегка пошевелила кончиком хвоста, давая понять этим двум дебилам, что надо поторапливаться и их как ветром сдуло.

Ладно, хоть тухлятину свою забрали.

Я медленно поднялась и снова посмотрела в окно. Наложницы у бассейна приняли манящие позы, смеялись, плескались водой, мельком бросая томные взгляды куда-то на окна третьего этажа. Похоже, их повелитель соизволил глянуть на них одним глазком.

Капли воды сверкали на солнце как маленькие бриллианты, звали в прохладную гладь купели и я бы дорого отдала сейчас чтобы хоть на миг оказаться в этом бассейне. Ветер подул в мою сторону, но ни свежести влаги, ни других приятных запахов, он мне не донёс. Один песок. Ненавижу.

За своими мыслями, я не заметила, что кто-то снова вошёл. Это был Хиро. Я обернулась человеком и улыбнулась ему как старому знакомому. Он не боясь подошёл и протянул мне руку через решётку. В его ладони было небольшое яблоко. Сердце сжалось от щемящей благодарности. От взгляда старика не укрылось, то как я вчера посмотрела на яблоко , которое жевал его напарник. И он сегодня решил принести мне такое же. Фрукты в этих краях редкость, но Хиро нашел для меня одно, хотя, они наверно дорогие, да и мало где продаются. Да и вряд ли ему платили прилично, а он тратит свои деньги на меня. Хиро был единственный в этом дворце кто был добр ко мне. В самом начале, когда я попала сюда он принес мне палантин, в который я смогла замотаться как в одежду, обернув один конец вокруг бедер, а второй вокруг груди. Мне были неприятны сальные похотливые взгляды стражников, да и всех любопытных, решивших посмотреть на невидаль. Меня то есть. Поэтому первое время, я больше проводила в змеином облике, хоть и мне и привычнее в человеческом. Если Хиро приносил воду, то она всегда была чистая и свежая, не то что тащили мне остальные стражники. Кроме того, несколько раз он приносил мне кружку молока. Как и все змеи я очень любила молоко.

Я слегка поклонилась в знак благодарности и медленно ,чтобы не напугать, взяла яблоко. Хиро был сегодня особенно бледен, губы плотно сжаты, от боли его слегка трясло. Он схватил мою руку, не давая мне отойти, а его глаза лихорадочно сверкнули. Я знала, что ему надо. Болезнь совсем его доконала, а постоянные приступы сводили с ума так, что и сама жизнь перестала быть ему в радость.

Яблоко покатилось из моих рук. Я осторожно взяла дряблые ладони Хиро, подняла к губам и поцеловала. Один укус и все. Слабый еле заметный укол. Хиро дернулся, не поняв показалось ему или нет. На тыльной стороне его дряхлой морщинистой ладони выступила капелька крови. Ярко алая, она была похожа на крошечный рубин.

- Спасибо,- прохрипел старик и ушел покачиваясь.

Сколько я проспала потом, свернувшись змеей в клубок, я не знаю, но проснулась от какого непонятного звука. То ли писк, то ли стон. Что это? Кролик что ли живой или мышь?

Спросонья, я не сразу определила откуда идёт звук и долго озиралась по сторонам. Каково же было мое удивление, когда я увидела в углу своей темницы маленького плачущего мальчика. Что он тут делает? Откуда он тут взялся? Впрочем, времени на эти размышления у меня не оказалось.

Стоило только нашим глазам встретится, как плачь тут же перешёл в дикий истошный крик.

- Тихо. Не плачь, пожалуйста. Тихо-тихо, - упрашивала я, обернувшись снова человеком.

Привычным жестом обернула вокруг себя палантин. И из-за всех сил пыталась успокоить ребёнка, но он и не думал прекращать плакать. Малыш бился в истерике, звал маму, размазывая крохотными кулачками грязь по своему лицу.

Подчиняясь какому то древнему инстинкту, я протянула к мальчику руки или он прижался ко мне, словно ища утешения. Какой же он худой и грязный. На вид ему было года четыре, не больше.

Я не знала, что делать и просто продолжала без конца шептать слова утешения, обнимать и растерянно гладить малыша по спине.

Откуда он здесь взялся?

Постепенно всхлипывая становились все реже и малыш успокоился.

Тут я вспомнила про яблоко. Так где же оно? А вот нашлось.

- Смотри, что у меня есть. Хочешь яблоко?

Мальчик с осторожностью посмотрел по сторонам и робко протянул руку за едой. Голодный, наверно...

- Почему ты плакал?

- Змея, змея. Большая змея! - всхлипнул малыш, показывая пальцем на пустой угол.

- Там никого нет.

Малыш серьезно посмотрел в направлении своей руки и никого не увидев от удивления даже перестал жевать, а затем повторил, но уже тише :

- Змея...

Я покачала головой.

- Тут только мы с тобой, - я погладила ребенка по голове, успокаивая. - Что ты тут делаешь?

Он промолчал.

Хм... Попробуем снова.

- Как тебя зовут?

Малыш насупил бровки и наконец то ответил:

- Дала... Мама! Я хочу к маме!

Хм.. Кажется, такое имя больше подошло бы девочке.

- Дала, а где твоя мама?

- Мама там. Там!

- Где там? - я постаралась сделать свой голос как можно мягче.

- Там! - малыш начал махать руками, немного злясь, что я его не понимаю, а затем продолжил.- Там где много людей. Очень много!

- А что там ещё есть?

- Там есть большие зверушки! И там много... Много всего !

- Вы с мамой были на площади?

Мальчик кивнул. А потом вдруг заплакал.

- Я звал маму, но она не отвечала. Я тянул маму за руки долго - долго, говорил чтобы она вставала, но она не шевелилась! Мама!

Я не знала, что делать делать, сердце сжалось в комок. Я подняла его на руки , и мои руки совсем не почувствовали веса его тела, так как будто я держала в руках маленькую птичку. Не зная, что сказать или сделать я просто прижимала малыша к себе, немного покачивая, а он продолжал рассказывать:

- Я кричал, плакал. Вокруг стало много людей. И пришли они,- Дала пытался показать куда то в сторону выхода. - Они схватили меня. Кричали на меня. Они принесли меня сюда... Мама. Мама умерла, да?

Что мне ответить?

- Дала... Я думаю, что твоя мама сейчас там, где ей хорошо. Там где всегда прохлада, много вкусной еды, а вокруг деревья и цветы.

- Я тоже хочу туда. Я хочу к маме!

- Нет- нет! Туда попадают только очень старые или больные люди. Детей там быть не должно... Дала, а у тебя есть дом? Кто то жил вместе с тобой и мамой.

Малыш отрицательно покачал головой и ответил:

- Сначала мы жили в большом доме. Мама готовила кушать и мыла полы. Потом мама заболела и хозяин сказал, что ему не нужна больная служанка и выгнал нас. Мы стали жить на улице. Мама... Один дядя сказал маме, что она красивая и мы пошли к нему домой. Только меня домой не пустили, сказали чтобы я ждал на улице. Мама дала мне сушенный хлеб и палочку, чтобы я рисовал чёрточки на песке. Сказала, что посчитает сколько я нарисовал. Я умею считать! Мама научила! Потом дядя дал маме монетку и она купила мне лепёшек, а сама не ела. Мы ещё много раз ходили к тому дяде, но потом он сказал, маме, чтобы она больше не приходила потому, что страшная и некрасивая стала...

Вдруг он вспомнил про змею, которая его так сильно напугала и закричал, тыкая пальчиком в угол где до этого спала я:

- Змея! Там была змея!

- Она тебя напугала?

Дала кивнул.

- Змеи сейчас нет, но она тебя не обидит.

- Правда?- с сомнением спросил малыш.

- Правда. Обещаю, что змея тебя защитит и не даст никому сделать тебе плохо.

- Змея хорошая?

Я утвердительно кивнула, а Дала продолжал расспрашивать:

- Змея не съест меня?

- Нет, змея никого не ест.

- Жалко. Я бы хотел чтобы змея съела хозяина и тех, кто принесли меня сюда.

На тоненьких запястьях мальчика багрянцем разлились свежие синяки. М-да. Определенно, ради этих личностей я бы могла сделать исключение.

- Дала, а зачем они привели тебя сюда?

- Я не знаю.

- А как они выглядели? Один толстый, второй похож на барана?

- Ага, - Дала кивнул. - У него ещё волосы такие.

Он потянул руки к голове, пытаясь изобразить пушистые кудри.

Определенно, мои сегодняшние стражники - большие оригиналы, но до чего они опять додумались я понятия не имею. Похоже, мальчика посадили в тюрьму за бродяжничество. Только вот почему ко мне?

- А почему они говорили, что хотят отдать меня змее на съедение, если змея никого не ест?

Что? Нет, подождите...ЧТО?

- Они так сказали?

- Ага, - пропыхтел Дала. - Тот, который баран, сказал это другому.

Когда прошел первый шок я почувствовала, что начинаю выходить из себя. Мне жутко, прямо до дрожи во всем теле, захотелось придушить своих охранников. Дала был ребенком! Маленьким беззащитным мальчиком. Не преступником, не рабом, и даже первым встречным невезучим прохожим. Ребенком!

- Они... Я думаю, они пошутили, - я не нашлась, что сказать.

М-да... Плохая шуточка.

Мне хотелось отвлечь малыша от этой темы и я начала говорить обо всем подряд и даже петь детские песенки, которые знала.

Дала молчал, то ли от усталости, то ли заново переживая свой недавний испуг. Лишь тихонько пыхтел, повиснув на мне тряпочкой, а я продолжала его покачивать.

Через некоторое время он совсем обмяк, положив голову на моё плечо. Я ещё некоторое время носила малыша на руках, прислушиваясь к его дыханию. От его тела шло необыкновенное тепло и это было очень приятно. Мягкий человеческий запах был таким сладким, даже несмотря на слой грязи на его коже. Как и все дети, Дала пах молоком и медом. Самые приятные запахи для любой змеи. Он был таким милым и трогательно беззащитным и одновременно каким-то хрупким, что мне было даже страшно просто держать его на руках. Казалось, что я могу случайно сделать ему больно. Неужели кто-то мог додуматься скормить этого ребёнка хищнику? Ненависть и злоба чёрной волной поднимались из моей души. И не будь у меня на руках Далы, мне бы было сложно себя сдержать.

Тем более, те кто кого я сейчас хотела убить время от времени мелькали перед моими глазами. Они крались за дверью, заглядывали в клетку со мной, очевидно, желая увидеть представление - змеиный ужин.

Соблазн убить их прямо здесь и сейчас в какой то момент стал почти невыносим. Я знала то, чего не знают они - решётка моей темницы не является для меня существенным препятствием. Но я держалась. С одной стороны, мне не хотелось испугать Далу, который мог проснуться в неподходящий момент. А с другой... надо помнить о цели. Я помню о цели, я снова повторила себе.

Медленно и нехотя, так же как возвращается вода в море во время отлива, моя злость утихала. Да, сейчас не время и не место. Потом.

В углу моей клетке, было что- то отдаленно напоминающие человеческую кровать - широкая деревянная лавка на четырех ножках, застеленная соломенным матрасом без простыни и одеяла. Немного подумав, я подошла к ней и медленно и аккуратно положила Далу.

- Так значит это правда?- раздался властный голос за моей спиной.

2

- Что именно, мой император?- спросила я шутливо , поворачиваясь.

Его красивые глаза смотрели холодно и зло. Их колючий, недобрый взгляд цеплялся за изгибы и округлости моего тела с какой-то особо неприятной дотошностью. Красивая линия губ была плотно сжата, словно он раздумывал стоит ли вообще говорить с таким существом как я. Определенно, было что-то личное и крайне болезненное для него в моем человеческом облике. Император молча сверлил меня взглядом, не задумываясь, что молчание это уже затянулось.

Мне тоже не хотелось с ним говорить, но, всё же, я так долго ждала. А эта жаркая пустыня сводила меня с ума. Определенно, время моего здесь пребывания стоит заканчивать. Поэтому, я шире улыбнулась и продолжила:

- Я отвечу честно на любой Ваш вопрос.

- Разве? - холодно осведомился Император.

- Да. Сердце любого Хаша не приемлет лжи и притворства. И врагу, и другу мы говорим правду, какой бы она не была.

Император скосил взгляд влево, где за его спиной на расстоянии пары шагов стоял одетый во всё чёрное его советник. Я знал этого человека и у нас даже сложились кое-какие отношения. И дружескими их назвать было нельзя. Он считал себя магом. Нет, не так. Магом. Именно с большой буквы. "Маг" на доли мгновения замешкался, очевидно, не зная ответа, а затем еле заметно кивнул, боясь показать своё незнание в этом вопросе.

- Ты понимаешь человеческий язык? - спросил Император.

- Смотря, что понимать под словами "человеческий язык", - сейчас моя задача была разговорить правителя, заинтересовать хоть чем-нибудь. - Я знаю все восемь языков на которых говорят люди в вашей империи. А всего я могу читать и свободно говорить на двенадцати языках. Есть ещё несколько языков, которые я могу худо-бедно понимать, но в них я, к сожалению, не так сильна...

- Ты ошибаешься, змея. В моей империи семь народов и семь языков.

- А как же шиду?

Надеюсь, я сумею заинтересовать его это темой.

- Шиду - мёртвый язык.

- Вовсе нет. Я знаю несколько человек, которые могут говорить и писать на шиду. Кроме того, на языке шиду говорит одно малочисленное племя в горах Воары...

- Вот как? В нашей библиотеке есть несколько философских трактатов на языке шиду. Ты сможешь их перевести?

Я поморщилась. Неудивительно, что до этого желающих перевести сии труды не нашлось.

Язык шиду был очень интересным, один из немногих древних языков с образным словопониманием. И хотя слов было не так много, но каждое из них имело до двадцати, порой совершенно разных, значений. В разговорной речи была важна интонация и контекст в котором произносится это слово. В написании все было немного по- другому. Значение каждого слова передавали точки, которые ставили сверху или снизу слова. Те, что были сверху назывались солнечными, а те, что внизу, соответственно, лунными. Солнечные, в зависимости от количества ( от одного до трёх) в начале слова определяли время - настоящее, прошлое или будущее ,а в конце - количество ( один или множество). Лунные обычно означали стихию (огонь, земля, вода или воздух) или энергию, чувство. Либо даже запах и звук. Если точки ставили между словами, значит, эти два слова были объедины по смыслу в одно. Так чтобы написать слово " девочка" нужно было сначала поставить слово " возраст" над которым будет сверху, ближе к началу, три точки, слово "женщина" и точку-объединение между ними. Причем, если поставить те же три точки ( будущее время ) над словом "женщина" то обозначать оно будет " дочка" . Так что одна и та же фраза : " люби женщину" могла обозначать и " чти свою мать" , и " заботься о дочери" , и как ни странно " вступи в близость с женой".

Эти точки назывались "токка". Причем, солнечные токку могли быть разных цветов. Так, токку зелёного цвета , стоящие над центром слова, означали вопрос. И ставили их над тем словом к которому этот вопрос был адресован. Если таких токку было два, значит, одним предложением было задано целых два вопроса. Токку красного цвета означало повеление : " пойди", " принеси", " сделай" и другое. И что немаловажно, их тоже могли ставить над любым словом в предложении, в зависимости от смысла и важности.

Если с солнечными токку, было все более-менее определенно, то объяснить человеку непосвященному в магию значение лунных токк было просто невозможно. Их можно было только почувствовать. Как капля духов на письме, они раскрывались при прикосновение к ним. Стоило лишь провести пальцем по маленькой точечке как ты чувствуешь томление, тоску, любовь, нежность, радость, грусть или печаль. Чувствуешь тепло огня, прохладу воды, свежесть ветра или плотность земли. Однажды, мне довелось читать на языке шиду поэму о первой встрече Учителя и Ученика. Эта была очень короткая и довольно несуразная вещь, если переводить ее опираясь лишь на слова. Но истинный смысл и глубина этого произведения раскрывался совсем не с первого взгляда. Помню в одном из предложений было целых три красных солнечных току и два лунных. Если это предложение перевести дословно то то было всего лишь: " юноша принес старику нечто". Но вот токки раскрывали его смысл и он был такой :"Кто ты, юноша, что пришел в смятении? Зачем пришел ты и что принес мне, старцу, кроме сомнения?"

Во-истину, язык шиду был прекрасен. Краток, ёмок и полон волшебства. И было время когда я была им просто очарована. Вот только, люди стали терять магию и чувствительность, от того и шиду стал заменяться другими языками. Книги, написанные на шиду, очень ценились, потому что в них часто описывались магические рецепты и ритуалы. Попадая в руки людей, желавших на них хорошо заработать, они часто переписывались неграмотными рабочими, которые ставили солнечные токку где попало, путали их цвета и количество. Про лунные токку и говорить нечего. Читать такие книги - было сплошным наказанием, да и не имело никакого смысла. Думаю, что именно такие несуразицы и хранятся в библиотеке Императора. Я поморщилась снова.

- Определенно, мое знание языка шиду вполне достаточно чтобы сделать переводы. Но стоит ли оно того? Стоит ли терять на это драгоценное время жизни? Ведь в конце- концов, все философы говорили об одном...

- И о чем же? - спросил Император с едкой ухмылкой.

- Радуйся дню... Пей вино... Люби женщину...

Я произносила каждую фразу медленно, растягивая каждое слово и от меня не укрылось как дрогнули губы Императора на моих последних словах. Кажется, я была права в своих догадках и мне удалось нащупать его слабое место.

- Что ты за существо? - голос правителя снова стал железным и холодным.

- Я та, кто на вашем языке называется "Хаша". Я человек и у меня есть и змеиное обличие тоже.

- Где твой дом? Есть ли ещё такие как ты?

- Простите, мой Император, этого я сказать Вам не могу.

- Я могу тебя заставить! - взревел он.

Его мощный голос ударился о каменные стены с такой силой что казалось ещё немного и они затрясутся.

Люди за его спиной правителя стали сереть лицом. Новый начальник охраны , как ни странно, и бровью не повел. Не из робкого десятка. А вот все остальные стражники вытянулись по струнке, кое-кто даже слегка покачнулся, казалось он вот- вот свалится без сознания.

Но я знала правду. Император не злился, ему было безразлично моё непослушание. Ритм его сердца не ускорился ни на долю, продолжая свой мерный ход. И он всего лишь одел одну из своих масок. Так что я спокойно продолжила:

- В конце концов все мы невольно в том или ином вопросе.

- Кроме меня.

Ну-ну. Я лишь ласково улыбнулась.

- Кроме того, я не знаю пытку которая заставит меня страдать больше , чем сейчас. Здесь в башне, воздух сухой и горячий. Мои лёгкие горят и каждый вздох даётся мне с болью. Мне приносят так мало воды, а ведь мне надо много пить , а еще смачивать свою кожу хотя бы два раза за сутки. Я существо полуводное. На моей родине, на острове откуда я родом, всегда влажно, растут деревья и цветы. Много озёр, рек и водопадов, где мы проводим немало времени. Но здесь среди пустыни и без воды моя кожа сохнет и болит, а чешуя потеряла яркость. Смотри!

Я позволила своему телу принять переходную форму. Она поистине была удивительна- сверху всё тот же человеческий облик, но ближе к талии он превращался в змеиное тело - гибкое, сильное и прекрасное. С непробиваемой кожей и чёрно- графитовой чешуей.

Лица охранников резко перекосило. Шок, испуг и неприятие читалось на них. Вот только не у Императора. Его, совсем недавно смотревшие со злобой, серые глаза теперь светились неподдельным интересом. Взгляд то и дело перебегал со змеиной половины на человеческую и обратно.

- Значит, это не сказки и ты можешь быть одновременно и змеёй и человеком.

- У меня три формы: человеческая, змеиная и переходная.

Я медленно провела руками по блестящей чешуе и продолжила:

- Я знаю, что вы считаете меня животным. Но даже животному в клетке предоставляют соответствующие условия. Вряд ли кто-то бросит лань в бассейн как крокодила и никто не станет кормить льва сеном. Так и я не ем ни мяса, ни маленьких испуганных мальчиков.

- Так что же ты ешь, змея? - Император изогнул одну бровь.

- Мне нужна сладкая и мягкая пища. Любые спелые фрукты, медовые лепешки. Размягчённые на пару зерна и коренья тоже подойдут. А любимое наше лакомство это цветы и плоды дерева Иру.

Император продолжал с любопытством меня разглядывать, выхватывая взглядом детали моей внешности, не свойственные человеку. И я в этом раз не хотела его прерывать, мне надо было понять его истинные мотивы. Было заметно, что он о чем то серьёзно раздумывает. Пульс его заметно ускорился, а запах усилился, что говорило о том, что кровь быстрее побежала по телу. В какой-то момент, в его глазах мелькнул какой то шальной огонёк, но быстро погас. Губы снова плотно сжались и лицо превратилось в каменную маску.

Мой острый слух донес приглушённые звуки с угла в котором спал Дала. Мне не хотелось его пугать поэтому я снова приняла полностью человеческий облик.

Глаза Императора продолжали меня разглядывать, хоть и интерес в них перестал быть таким острым. Это было... любопытно...

- Зачем ты убила охранников?

- Охранников? Один из них плохо со мной обращался. Как-то он попытался ударить меня плетью... Второй,- я посмотрела прямо в глаза правителя и словно невзначай провела рукой от груди до бедра. - Второй... Похоже, он соблазнился моим человеческим телом. Полагаю, что он не все обо мне знал и решил, что я просто беззащитная женщина, которой можно воспользоваться... В конце концов, они оба были на службе, а значит должны были строго выполнять приказ, а не творить то, что им заблагорассудится. Не думаю, что в их обязанности входило бить, оскорблять или насиловать меня. Если бы я их не убила, от их рук могли пострадать другие люди, попавшие к ним. Так что... я решила, что так будет правильно.

- А начальник охраны Хиза?

- Он обозвал меня "мерзкой чешуйчатой тварью". Я ничего плохого ему не делала, так что он не имел права меня оскорблять. Кроме того, я его не убивала, а просто сломала руку...

И ногу... В нескольких местах...

Да, наши стычки и взаимное недовольство с местным начальством имели довольно обширный характер и начались сразу как я попала в этот цирк. Но, всё таки, я не планировала вредить этому человеку. Просто... В один момент, я не сдержалась. Что могу сказать? Местный климат сводит меня с ума.

- А тот старик? Он-то тебе что плохого сделал?

- Ничего. Хиро всегда был добр ко мне. И я его не убивала.

- Ты его отравила!

- Вовсе нет. Мой яд опасен лишь в том случае, если был впрыснут в чрезмерном количество. Тогда, и только тогда, он может привести к негативным последствиям. Таким как паралич, кома и даже смерть... Мой яд - это лекарство. Он дарит людям необыкновенный сон! И проснувшись после такого сна они чувствуют себя моложе на много лет. Кроме того, он способен излечивать болезни.

- Все болезни? - в голосе правителя вдруг появилась едва заметная дрожь, а сердце, пропустив удар, забилось вдруг быстро и неровно.

Взгляд его был недоверчивым, но в глазах появилась какая - то безумная искорка. Что это? Надежда?

- Многие.

Только глупец или слепой мог не заметить, что тема болезней чем-то сильно задевает Императора. Но вот почему? Чем он может быть болен?

Я осторожно втянула воздух. Обычно запах человека может многое рассказать о его здоровье, но не в этот раз - запаха болезни я не почувствовала. Конечно, кое-что было. Император, похоже, мало спал. Об этом, кроме изможденности и синевы под глазами, говорило его дыхание - тяжёлое и глубокое. Людям, которые недосыпают, обычно не хватает воздуха. Сердце его билось часто и немного неровно, но, вслушиваясь в его ритм, я не находила в нем свойственных сердечным недугам нот. Скорее, это было следствием нервного истощения. Держался Император горделиво, но свободно. Движения не причиняли ему ни боли, ни неудобств. Кожа отливала приглушённым полуматовым блеском, свойственным здоровому молодому мужчине. Наверно, его можно было назвать красивым... И от чего бы не страдал Император, это не было связано с физическим недугом.

- А Хиро был серьезно болен, - я продолжила, исподволь наблюдая за реакцией своего собеседника. - Мне об этом сказало моё обояние и простая наблюдательность. Его мучили приступы почечных колик. И похоже, болезнь с ним очень давно. Возможно, он когда-то жил в плохих условиях, при недостатке хорошей воды и еды или получил сильное переохлаждение. Или и то и другое... А сейчас... Сейчас он проспит три дня и проснется абсолютно здоровым человеком... Крепким и полным сил, слова юноша...

До этого жесткое, лицо Императора преобразилось. Строгость в нем сменило какое-то совершенно несвойственное ему напряжение за которым читалось волнение. Словно у человека, который не решался спросить о чем-то очень важном для себя. Холодные глаза загорелись огнём жгучего интереса.

Похоже, мне удалось заинтересовать правителя.

Вот только он молчал.

Шум в углу моей клетки-камеры сообщил мне о том, что Дала проснулся. Я отвлеклась на него. Малыш испуганно смотрел на толпу народа по ту сторону клетки. Мне хотелось подойти и успокоить ребёнка, но я понимала, что не стоит привлекать к нему внимания. Наверно, со мной сейчас ему безопаснее всего.

Тихой тенью в помещение прошел кто-то из советников. Он полушепотом сообщил Императору о приходе каких-то людей, на что тот кивнул, напустив на себя прежнее надменно-холодное выражение лица.

- Что ж,- сказал он. - Я услышал достаточно, змея. Мы подумаем, что с тобой делать.

Один едва заметный жест рукой, шелест одежд, негромкий топот множества ног по каменным плитам и мы с Далой снова остались одни.

- Зачем приходили эти люди? - голос малыша был угрюм и серьёзен, а брови сердито сведены. Не удивительно, что ничего хорошего он от них не ждал.

- Они приходили поговорить со мной.

- Зачем?

- Ну... Я этого ещё не знаю. Но думаю, что скоро узнаю.

- Кто был этот человек в халате?

Я улыбнулась. Только ребенок мог назвать расшитую золотыми нитями и драгоценными камнями одежду Императора халатом.

- Это был Император.

Малыш помолчал.

- Мама говорит, что Император - хороший. Он даёт хлеб бедным.

Ну-ну. Где ж был этот хороший, когда умерла твоя мама.

Я тяжело вздохнула. Ну что мне делать с этим бедолагой? Сердце разрывалась от жалости и желания защитить. Вот только стоит ли оставлять его рядом с собой? Всё таки меня держат взаперти, за решеткой, в крайне ограниченном пространстве. Детям нужно много двигаться, играть, бегать, а не сидеть в четырех стенах, глотая пыль.

То, что еду мне принесут в ближайшее время, я не сомневалась. Всё таки, не зря я так старалась. У меня получилось заинтересовать Императора, а значит , как минимум, он позаботится чтобы я не умерла с голода. Да, мой обмен веществ отличается от человеческого, и я могу голодать очень длительное время. Но вот малышу Дале надо покушать.

Мои предположения подтвердились и через некоторое время, нам действительно принесли обед. Вот только, он был скромнее, чем я ожидала.

Худощавая девушка и немолодая женщина расставили на подносе несколько лепёшек, кувшин с водой и блюдо с нарезанными фруктами. Потом они вдвоем внесли большой таз с водой. Делали они все молча и не поднимая глаз. Чтобы их не пугать, я отошла в угол, держа малыша на руках. Стражник закрыл за ними двери на ключ.

Я понюхала принесенные кушанья. Ядом не пахло. Обед был словно специально довольно скромным. Я бы даже сказала "показательно скромным" словно этим мне пытались сказать, что не особо то и заинтересованы во мне.

- Дала, кушай,- я подтолкнула к малышу поднос едой.

- А ты?

- А я поем потом.

- Мама тоже так говорила и не ела.

- Ну, хорошо. Давай поедим вместе, - я взяла с подноса лепешку разломала и надкусила. - М-м-м... Вкусно.

Да, лепешка на самом деле была очень вкусной, свежей и даже немного смазана медом.

Фрукты тоже были неплохие. Глотнув из кувшина воды и напоив водой Далу, мы быстро расправились с большей частью принесенных продуктов, когда в коридоре снова послышались шаги. Осторожно, насколько это было возможно для ее тяжёлой походки, к нам зашла та же женщина, что принесла недавно еду. В руках у нее была небольшая глиняная кружка с молоком. Она просунула ее через железные прутья решётки и поставила прямо на пол, мельком взглянув на ребёнка. Похоже, худоба Далы разжалобила не только меня.

Как и все змеи Хаша, я очень любила молоко, но эта кружка явно была принесена не для меня. Вот только Дала снова отказался от молока, не желая пить его один. Так что , мне пришлось разделить с ним этот внезапный подарок судьбы.

- Ты расскажешь мне сказку? - спросил Дала, допивая молоко. - Про хайлилу- птицу. Мама мне её рассказывала.

На сколько я понимала местный язык, "хайлила" значит "волшебница", "маг". Вот только я не знала этой сказки.

- Давай я расскажу тебе другую сказку? Про хайлилу-змею.

3

Давным-давно жила одна девочка. И была она, ну... Не то что принцессой... Но из очень очень богатой семьи.

- Как ее звали?

- Хм.. Дай вспомнить... Думаю, что ее звали Таира. Так вот... Была Таира девочкой доброй, хорошей, красивой и мама с папой её очень любили. Вот только не было у неё одного...

- Чего?

- Здоровья.

- Она была больная?

- Да. С самого рождения у нее было больное сердце и лекари даже говорили, что она не доживёт до взросления.

- Почему?

- Что почему?

- Почему она была больная?

-Ну... В сказке об этом ничего не говорится..

- Она умрёт?- нетерпеливо перебил Дала.

- Подожди. Слу-у-шай! Однажды эта девочка гуляла в саду со своей няней. Нянечка у нее была старенькая, она села на скамеечку и задремала. Девочка не стала ее будить и пошла бродить по саду одна. Ее раньше никогда не оставляли без присмотра и ей было очень интересно. В одном месте в саду была хозяйственная постройка в которой слуги варили еду для животных. Там на солнце стояли большие - пребольшое пузатые кувшины и котелки. В один из кувшинов попала маленькая змейка и никак не могла выбраться. Девочка пожалела змейку, достала, положила на траву и пожелала ей удачи. Вот только змея вместо благодарности укусила ее в ногу.

- Она умрёт?- нетерпеливо снова перестроил Дала.

- Девочка тоже думала, что умрёт от укуса змеи, очень боялась, и молилась богу чтобы мама с папой не сильно плакали когда ее не станет. Она никому не сказала, что с ней произошло. Вечером она долго обнимала родителей, понимая, что больше их не увидит, а когда осталась одна в кровати, мысленно со всеми попрощалась - своими близкими, игрушками, старушкой-няней, цветами в саду и птичками, что поют на ветках деревьев под окном ее спальни. Однако, этой ночью ничего плохого не случилось. Наоборот, всю ночь ей снились удивительные сны. Во сне она видела себя здоровой, могла бегать и прыгать как обычные дети и даже летать как птица выше облаков, плавать как рыба в огромном бескрайнем море. Она видела дальние края, реки, горы, чистые озера, бескрайние леса и необычные города, в которых никогда не была. Побывала внутри домов из цветного стекла, бродила по дорогам, мощённым жёлтыми монетками и разноцветными камушками, поднималась на изумрудную башню. Она могла стоять на одной ножке на вершине самой высокой горы и купаться в солнечном свете, могла потрогать яркую рыбку на глубине моря, любуясь тем какие диковинные узоры плетёт солнечный свет, пробиваясь через толщу воды. Ветер был ее другом, а свобода казалась безграничной. Порой во сне она видела себя принцессой в далекой прекрасной стране, где вокруг были только бесконечные пески. Слуги одевали ее в дорогие одежды, расшитые драгоценными камнями, и кормили такими вкусными явствами, которые она никогда в жизни не ела. Она могла по своему желанию стать очень маленькой и кружиться среди снежинок в заснеженном лесу. Или падать вместе с каплями дождя на зеленые листья деревьев. Могла петь песни вместе с птицами и многое-многое другое... Но когда она проснулась и хотела рассказать о своих снах маме, которая была рядом, та только плакала и сжимала ее руку. Оказалась, что Таира проспала всю ночь, утро, день, вечер и всю следующую ночь. Никто не мог ее разбудить.

- Они думала, что она умирает? - спросил Дала.

- Да... Они ждали худшего... Однако, девочка, наоборот, проснулась бодрой и полной сил. Она больше не чувствовала себя больной. К ней вернулись энергичность и бодрость. Она с удовольствием двигалась и хорошо кушала. Лекари, которые ее осматривали, не могли поверить своим глазам. Болезнь, которая мучила маленькую Таиру с самого рождения, вдруг неожиданно отступила. Всем вокруг казалось, что это самое настоящее чудо!

- А что было дальше?

- А дальше девочка выросла и стала очень красивой молодой девушкой. И в нее влюбился настоящий принц и захотел чтобы она стала его женой.

- Зачем?

- Что зачем?

- Зачем он захотел женится на ней?

- Так бывает. Девушка и юноша встречаются, влюбляются, потом женятся. И у них появляются дети. Когда ты вырастешь, станешь мужчиной, ты тоже встретишь свою единственную, самую прекрасную и лучшую.

- А если не встречу?

- Конечно встретишь! Я тебе обещаю. Хочешь узнать, что было дальше в сказке?

Дала уверенно кивнул и я продолжила...

4

Ночь вступала в свои права медленно и неспешно. И лишь когда луна воцарилась на небе, а звёзды чинно расселись по своим местам на небосводе, малыш Дала наконец то уснул. Тяжелые, насыщенные эмоциями, переживания этого непростого дня взбудоражили неокрепшее детское сознание, надолго прогнав ночной сон. До самой темноты мы с Далой разговаривали, я рассказывала ему сказки и всякие истории, пытаясь отвлечь от разлуки с мамой и пребывания в клетке. Я даже пыталась поиграть с ним в игру-угадалку, рисуя на полу фигурки животных и предметы типа чашек-ложек. Хотя, временами Дала замыкался и уходил в себя, было заметно, что он очень активный и любознательный малыш. Что было даже странно, учитывая в каких непростых условиях он жил в последнее время. Он еще несколько раз спрашивал про маму, я лишь отвечала, что пока ничего не знаю, но скоро попробую узнать. Я и вправду надеялась, что она жива, но что-то мне подсказывало, что это не так.

Сопение спящего Далы навевало на меня дрему, но я чувствовала, что не время сейчас спать. Я ждала. И смотрела на звёзды, пытаясь себе внушить, что это те же самые звезды, что светят над моей родиной. И хоть это и было правдой, моё сердце отказывалось в это верить. Ведь оно знало, что даже звёзды, что сияют над домом, всегда ярче.

Ночью температура немного падала, дневной зной и жара на время отступали. Воздух становился не таким горячим, а значит и не таким сухим и мне дышалось немного легче. О столь желанной прохладе не шло и речи, но все таки ночь была намного приятнее знойного дня. Темнота плотной пеленой окутала все вокруг, все звуки стихли. И в императорском дворце и далеко за ним в городе. И лишь ветер продолжал играть с песком под светом луны. Мгновения складывались в минуты, минуты в часы и часы неторопливо проходили..

Я же терпеливо ждала. И он пришел. Абсолютно один глубокой ночью когда лишь свет луны освещал негостеприимные стены моей клетки. Я осторожно выпустила из объятий спящего Далу, убедилась, что он не проснулся и тенью скользнула ближе к решетке. На мгновение я заколебалась, размышляя какую форму принять. Но все же осталась в человеческой.

Какое-то время он просто стоял и смотрел.

- Ты знаешь зачем я пришел, змея? - спросил Император.

- Нет, - честно ответила я. - Я не умею читать мысли и тайны чужой души для меня неведомы.

Кажется, мой ответ понравился Императору и в его лице стало на толику меньше напряжения. Однако, продолжать разговор он не спешил. Поэтому, после небольшой паузы я вкрадчиво добавила :

- Но так как ты пришел один поздней ночью, то... Думаю , что это что важное .

Император кивнул и я продолжила :

- Возможно, то, чего не должно попасть в чьи-то еще уши.

- Я слышал, что такие как ты никогда не врут и готовы держать данное обещание даже ценой своей жизни.

Это было правдой. Хаши не приемлют лжи, но все же, говорить правду и не лгать - это разные вещи. Можно промолчать, утаив правду, можно заменить одну правду другой либо увести собеседника в "иную сторону". Но врать откровенно и бесстыдно, либо нарушать данное обещание - ниже нашего достоинства. Так что я ответила кратко:

- Да, это так.

- И ты можешь мне дать обещание, змея, что наш сегодняшний разговор останется между нами?

Я некоторое время молча обдумывала это, но все же, других вариантов у меня нет. В конце концов, это было честно.

- Да, пожалуй, я могу дать тебе такое обещание. Обещаю, что все, что ты скажешь сейчас останется тайной. И от меня об этом никто не узнает. Также я могу обещать, что попробую помочь тебе и откровенно расскажу о том ,о чем могу рассказать.

Для меня сейчас самое важное было втереться в доверие к Императору. Он глубоко вздохнул и затем рявкнул:

- В моих землях полно предателей! Они хотят моей смерти!

Я прислушалась к ритму его сердца, которое лишь на мгновение ускорило свой бег, а затем продолжило биться ровно. Похоже, эта была не самая значимая для него тема. Нет, важная конечно, но не та, что затронула бы самые глубины его души.

- Я была в разных частях твоей страны, но не слышала о таком. Император может мне рассказать подробнее?

- У моего отца было два сына от рабыни и один от любовницы. Мои враги хотят посадить одного из них на престол, убив меня.

- Разве незаконнорождённые дети имеют право на престол?

- Нет. Но мои шпионы доносят, что вокруг меня плетутся интриги.

- Возможно, так и есть. Не знаю. А возможно, Император просто хорошо платит за такие доносы. И не понимаю, чем могу быть полезна в этих политических играх.

Конечно, я рисковала, но все же правитель местных земель ответил вполне спокойно.

- Мне нужны слуги. Возможно... такие как ты. Которые могут проникнуть туда куда мне надо, добыть необходимые сведенья или убить нужного человека.

Я едва не засмеялась, но все невероятным усилием воли удержала спокойствие на лице. Это же надо такое придумать - сделать из змей Хаша наёмных убийц.

- Император, позволь мне ответить на твой вопрос наиболее полно и абсолютно откровенно. И в взамен я прошу лишь того же... Нас не так много и мы не особенно любим вмешиваться в чужие дела, особенно когда они касаются сильных мира сего. И все, что мы делаем - мы делаем лишь потому что хотим, и никак иначе. То есть, нас трудно заставить, трудно подкупить, практически невозможно запугать или принудить. Мы - не люди со всеми их слабостями и страхами, мы сильно отличаемся и не только физически. Мы можем быть и слугами, и шпионами, и ворами и даже убийцами, но лишь по велению своего сердца. А никак не иначе.

Он молчал и казалось, что его лицо ничего не выражало, но все же в глубине его внешне равнодушных глаз что-то колыхалось.

- Кроме того, разве у вас не считается, что любая власть дается свыше? - добавила я.

- Чем выше дерево, тем больше качается в бурю.

И тем быстрее упадёт. Да, кажется я уже слышала эту поговорку.

- Император, позволь мне поделиться своими мыслями о вас, людях... Мне кажется, что есть люди, как рыбы. Они плавают в своей реке, озере, ручье или болоте... Есть мелкие, есть крупные и даже хищные, но все они хороши лишь в своей стихии. Они и не слышали никогда ничего ни про какие горы, не знают где это, а заставь их ползти туда, они сразу выпучат глаза, откроют рот и возможно, будут лишь барахтаться рядом со своим водоемом. Но есть и другие, как горные львы - сильны, храбры, свирепы. Они могут залезть на вершину горы и верят лишь силе своих мышц. А могут и упасть с неё если лапы или удача подведёт...И есть третьи - горные орлы. Им не стоит бояться, что камень под ними рухнет вниз, ведь у них есть крылья. Они вольны летать так высоко как хотят. И это право дается им от рождения. Так скажи же мне, Император, почему ты перестал доверять своим крыльям?

Он молчал какое-то время, потом просто сказал, решившись:

- У меня нет наследника.

- О... - я не смогла скрыть свое удивление.

До этого абсолютно ровный и спокойных ритм сердца моего собеседника неожиданно ускорился, а глаза заблестели лихорадочным блеском.

Да, я знала о этом, но точно не ожидала, что наш разговор повернет в это русло.

- Ты сказала, змея, что можешь лечить болезни. Какие?

- Я могу лечить болезни тела. Болезни душевные и болезни духа, а также те физические боли, что ими вызваны, мне недоступны.

- Что это значит?

- Иногда бывает, что сильное душевное переживание ведет к болезни тела. Либо к потери каких-то возможностей.

И без того быстрое сердцебиение Императора резко усилилось и я поняла, что нащупала верную дорогу.

- Например? - нетерпеливо потребовал он.

- Например... - в раздумьях повторила я. - Император, слышал ли ты историю про мальчика , который упал в яму?

- Нет, - жестко ответил он.

По непонятной мне причине, он начинал злиться.

- Хорошо, тогда я расскажу её, если будет позволено... Я одной деревне жил мальчик. Как-то он гулял по лесу, и увидел большую яму, которую кто-то когда-то и зачем-то выкопал для своих нужд. Мальчик решил перепрыгнуть ее. Он был очень смелым и это показалось ему весёлым. Он разбежался, прыгнул, но перепрыгнуть яму не смог и упал в нее. И вылезти из нее тоже не смог. Его нашли и вытащили лишь через три дня. Но часть его души навсегда осталась там. В этой яме. Эта часть души называется " смелость"... Душевные травмы так же как физические оставляют раны и даже вызывают увечья... Это и есть болезни духа.

- Хватит сказок, змея. Ответь! Ты сможешь меня вылечить?!

Я тяжело вздохнула. Кажется, в этот момент я как никогда поняла значение слов "ходить по лезвию бритвы".

- Император, позволь мне кое-что рассказать о себе. Сама природа создала меня так, что я могу улавливать малейшие знаки, которое посылает человеческое тело, давая знать о своей болезни... Запах, тембр голоса, ритм дыхания и сердца... Всё это может мне многое поведать о том, чем болеет конкретный человек, о том, что его беспокоит. Причем, даже , задолго до того как болезнь проявит себя... Но не у тебя. Возможно, я могла бы попробовать на вкус каплю твоей крови, но боюсь, что и это мне ничего не даст. Могу лишь предположить, что, чем бы не было вызвано твое беспокойство, причина лежит другой плоскости и имеет более тонкий характер, нежели физический. А значит, и лечить ее нужно другими способами... Да, я могла бы тебя укусить. Ты бы проспал некоторое время и твое тело прекрасно бы отдохнуло, но твоя проблема от этого вряд ли бы решилась.

- То есть ее можно решить? Ты же говорила, что не способна лечить болезни духа.

- Но тем не менее, их можно вылечить.

- Как?

- Все зависит от ситуации. И от того, готов ли сам больной признать свою болезнь, а, значит, и вылечится. Ведь люди редко готовы смотреть правде в лицо. Иногда сильной воли человека достаточно, иногда нужно идти к началу его болезни и искать решение там. Ведь, даже самая большая и полноводная река начинается с небольшого ручья. Порой нужно человека подтолкнуть в верном направлении, либо наоборот показать другой более правильный путь... Помочь, если нужно...Но все же, болезнь душевную сможет побороть лишь сам человек...

Император долго молчал, его сердце билось ровно.

- А этот мальчик из твоей истории? Что он должен сделать чтобы снова обрести свою храбрость?

- Если ты что-то потерял, то есть лишь один путь снова это обрести... Разве нет? Нужно пойти туда, где оставил и забрать.

- Ему, что нужно снова прыгнуть в яму?

Было заметно, что это метафорическое падение в яму вызывало у Императора целую бурю эмоций. Он старался их не показывать, но это удавалось ему лишь частично.

- Да, - абсолютно спокойно спокойно ответила я.

- Чтобы снова застрять в ней?!

Страх и непонимание явственно проступили на лице правителя.

- Но ведь он уже другой человек. Он стал взрослее, сильнее, мудрее. Он сможет выбраться из нее, победить свой страх, обрести снова свою смелость.

- А если нет?

- Тогда, возможно, ему не стоит прыгать в эту яму одному. Ему нужен тот, кто прыгнет вместе с ним, а не просто будет стоять наверху с веревкой. Особенный человек. Или не человек...

Император прищурился и внимательно посмотрел на меня. Казалось, что его каменное лицо ничего не выражает, но я то знала, что это не правда.

- То есть ты?- ехидно спросил он.

- Возможно... Возможно, я бы могла. Но всё имеет свою цену. И я не совсем уверена, что даже Император сможет предложить мне то, что меня по-настоящему заинтересует.

- С чего ты решила, что я пойду на это?! Ты - отвратительное создание, не человек, полузмея. Я даже не могу представить себе такое!

Император изобразил на лице презрение и даже отвращение, но вместе с тем кровь прилила к его лицу, глаза заблестели, запах тела усилился и сердце забилось в особой тональности. Я уже слышала раньше этот ритм - так бьется сердце мужчины когда он хочет женщину и вожделеет близости с ней. Сладкая мучительная истома.

- Разве? - я тихонько рассмеялась и приняла переходную форму, погладила блестящую чешую на хвосте и продолжила, - Поверь, Император, природа ничем нужным не обделила ни одну из моих форм. Кроме того, я просто ответила на твой вопрос и, кстати, ничего не предлагала! А тебе следует самому ответить на тот вопрос хочешь ли ты этого и пойдешь ли на такое. Тут я тебе не помощник, но знай что то возбуждение и трепет , которые ты чувствуешь прямо сейчас, и есть ответ на многие - многие вопросы.

Император долго молча смотрел на меня, а потом ушёл так ничего и не сказав. Темнота сомкнулась за его спиной, снова воцарилась тишина и я осталась обдумывать ситуацию. Наверно, я наболтала много лишнего, но все таки, похоже, мне удалось достигнуть своей цели. Так что уснула вполне довольная собой.

5

Следующие два дня прошли спокойно. Мы с Далой играли, разговаривали, плескались в ванне. Нам приносили лепешки, фрукты, немного молока и кашу с мёдом или финиками. Возможно, трудно было назвать это кулинарными изысками, но для мальчика с улицы казалось чем-то удивительным и почти волшебным. Он каждый раз с радостью бежал смотреть что нам принесли, а вот есть не спешил, требуя моего участия.

В целом, хотя, пережитый стресс оказал свои последствия,

Дала, на самом деле, оказался очень активным и любознательным малышом. Даже в ограниченном пространстве моей камеры он умудрялся бегать, прыгать, кувыркаться и плескаться в большой ванне, которую раз в день заносили к нам. Но с еще большим удовольствием он слушал мои рассказы. Мне раньше не приходились проводить столько времени с ребёнком, и сказок я знала не так много. Поэтому когда мой запас кончился мне пришлось придумывать новые, а потом еще и еще... Когда моя фантазия иссякала, я начинала рассказывать про свой дом, про то где я жила, про интересные места, где мне довелось побывать. Наверно, эти рассказы были для Далы чем-то вроде тех же сказок, и от того он слушал их с упоением, не понимая как это все может быть вокруг зеленым, что такое деревья и как воды может быть настолько много, что в ней можно плавать. Я снова и снова подробно объясняла - что такое водопад, река, озеро, рыба, горы, деревья и цветы, на что похоже птичье пение и как выглядят морские ракушки. Дала слушал меня с открытым ртом. Хотя, справедливости ради, стоит сказать, что мне и самой доставляло огромное удовольствие говорить о доме и путешествиях.

Неожиданное и такое внезапное появление Далы в моей жизни здорово ее скрасило. Наверно это было неправильно и очень эгоистично держать возле себя малыша, учитывая все обстоятельства. Поэтому на утро третьего дня я решила поговорить с Далой:

- Помнишь ту тетю, которая иногда приносит нам еду? Она еще вначале принесла тебе кружку молока?

Дала недоверчиво кивнул, похоже не понимая к чему я клоню.

- Я думаю, что она добрая и хорошая и разрешит тебе пойти с ней.

Дала насупился и обиженно засопел.

- Нет, - буркнул он. - Я не хочу.

- Знаешь, со мной тебе наверно сейчас не стоит быть. Ведь я здесь, а здесь мало места, мало света и воздуха. А дети должны быть свободными.

- Почему тебя держат здесь? Ты что- то сделала не так?

Наверно, в своей жизни я много что сделала " не так", но причина моего заключение все же была в другом. И как объяснить Дале, что я змея, я не знала. Подумав немного я ответила просто:

- Понимаешь, малыш, я не совсем такая как все... Не совсем такая как все те кого ты знаешь...

- Я знаю, ты - хайлила! - радостно воскликнул Дала.- Хайлила- змея!

Ого. Такого поворота событий я никак не ожидала.

- Что? Откуда?

- Я видел тебя тогда, в первый день. Но я тебя не боюсь. Ты хорошая! И добрая!

Кажется, я немного прослезилась в этот момент. И крепко обняла малыша.

- Дала... Понимаешь, я не знаю точно сколько еще времени мне придётся провести тут.

- Но я хочу быть с тобой! Скажи им чтобы они тебя выпустили!

- Они меня не выпустят.

- Но ты ничего не сделала, - искренне возмутился Дала.

Я стала раздумывать , что ответить , но отвлеклась на необычный звук. За дверью, по коридору по направлению к нам шло сразу несколько человек. Топот их ног, шуршание одежды и звон оружия дополнялся каким- то металлическим звоном и клацаньем. Х-м-м..

Впрочем, гадать мне предстояло не долго, дверь с грохотом распахнулась и на входе появился новый начальник охраны. Он был довольно молод, высок и хорош собой. Тёмные густые брови на его сильно загорелом, но довольно красивом лице были сведены вместе, а челюсти плотно сжаты. Вместе с ним было еще четыре стражника, никого из них я не видела раньше.

- Ты пойдешь с нами, змея. Император хочет тебя видеть. - сказал Начальник охраны.

Казалось, что его каменное лицо ничего не выражало, но сердце билось так как будто он только что убегал от разъярённого хищника.

Я кивнула головой и обратилась к Дале :

- Малыш, я сейчас схожу с ними, ладно?

- Ты вернёшься?

- Да, конечно!

Он внимательно посмотрел, кивнул и ушел в угол камеры, там где мы с ним недавно складывали разные фигурки из косточек от фруктов. Взяв в руки одну начал царапать что-то на каменном полу, всем видом показывая, что будет терпеливо ждать меня здесь. Пока стражники возились с замком, я стояла в растерянности, не зная, что делать с Далой. Мне не дадут взять его с собой, да и вряд ли стоит привлекать внимание к ребенку. Но с другой стороны, мне жуть как не хотелось оставлять его здесь одного. Кроме того, я не знала куда меня поведут и смогу ли я вернутся. Один из стражников протянул в мою сторону железные оковы-обручи. Мои брови поползли вверх от удивления. Конечно, понятно , что люди хотели хоть как-то обезопасить себя, но они должны были понимать, что стоит мне лишь трансформироваться в змею эти бесполезные цацки окажутся на полу. Однако, все же, поцокав языком и покачав головой, я протянула ему обе руки, показывая полное подчинение. Пусть думают, что у них все под контролем. Когда железные обручи застегнули на замок на моих запястьях, а ключ передали старшему охраннику, Начальник охраны скомандовал:

- Пошли.

Когда мы выходили из комнаты, я обернулась. Дверь моей клетки-темницы оставили открытой.

6

Меня очень долго вели по узким и плохо освещенным каменным коридорам. Два стражника шли впереди, два сзади. Новый начальник стражи замыкал отряд. Это было умно, ведь так он мог видеть сразу всех и имел больший простор для маневра. Прежний начальник охраны, Хиза, пошёл бы первым. Он был чванлив и ему нравилось показывать свое превосходство даже в мелочах. Идти позади подчинённых он бы счёл ниже своего достоинства. Проблемы безопасности его волновали куда меньше, чем собственное не в меру раздутое эго. Другое дело, тот кто его заменил. Определенно, этот парень совсем не дурак и с ним надо держать ухо востро.

Мы несколько раз меняли направление, сворачивая то направо, то налево. Я старательно запоминала даже самые мелкие детали.

Через некоторое время наша небольшая группа прошла через деревянную дверь и вышла, как мне тогда показалось, прямо на улицу. Горячий ветер ударил прямо в лицо, а яркий солнечный свет, от которого я уже совсем отвыкла , в глаза. Это было так неожиданно, что я даже зажмурилась, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. А когда вновь открыла глаза, то была очень удивлена открывшемуся виду. Нам предстояло идти по открытой галерее , вплотную пристроенной к каменной стене дворца примерно на уровне третьего этажа. Отсюда открывался вид на внутренний двор, окруженный со всех сторон толстыми стенами. В нем расположили зверинец. Я насчитала около двадцати больших железных клеток. Нет, в том, что у Императора есть свой личный зверинец не было ничего удивительного. Поражало другое, кроме привычных гепардов и антилоп, в клетках группами, парами или по одному сидели магические животные. Чёрные рукокрылые обезьяны, похожие на страшных гигантских летучих мышей, цеплялись конечностями за железные прутья, щетинили жесткую шерсть, в тщетных надеждах поймать хоть каплю прохлады . Довольно агрессивные и злобные создания. Знала я это не по наслышке, потому что успела лично с ними познакомится у Падающей Реки. Их родина была очень далеко - в Долине Тысячи Рек, в вечно влажных лесах, там где реки во времена своих разливов объединялись в одну. Деревья заливало водой почти на половину, но они были привычны к этому. Тем более, реки вместе с илом приносили много питания для растений. Если можно было придумать среду обитания более отдаленную от этой душной раскаленной вечным зноем пустыни, то родина рукокрылов была идеальным кандидатом. Представляю, как им тут тяжко. Определенно, вряд ли легче было паре снежных грифов. Очень редкие создания, они жили высоко в горах, в довольно суровых условиях. Сильные ветра, вечный холод и снег были их спутниками. А горные козы - практически единственной добычей. В клетке была пара - самка и самец. Удивительно, что над ними даже не было элементарного навеса.

Еще я успела заметить крупного пирейского льва. Хотя, на обычного льва он был мало похож. Если не считать густую оранжево-зелёную гриву, конечно. Скорее, он был чем-то средним между обезьяной и пауком, с густой и длиной шерстью, по которой пробегали маленькие молнии электрических разрядов.

Я бы и дальше стояла рассматривая местный зоопарк, если бы не поймала на себе растерянный взгляд стражников. И только тогда поняла, что мы уже пару минут стоим без движения. По моей вине. Но никто не решился меня окрикнуть, толкнуть или дернуть за руку. Все присутствующие просто стояли и ждали когда я наконец удовлетворю свое любопытство. Они лишь осторожно переглядывались между друг другом и бросали косые взгляды на начальника стражи. Я тоже не удержавшись, обернулась. Мне было любопытно как он отреагировал на эту ситуацию. Однако, он снова меня удивил, ни злости, ни страха на его лице видно не было, лишь брови сведены вместе.

- Иди, - абсолютно спокойно сказал он. Х-м-м..

Миновав открытый переход, мы попали в другую часть дворца. Внутреннее убранство помещений тут было куда богаче, слышались разговоры, звон посуды, доносились приятные запахи еды. То там, то здесь на пути нам попадались суетливые слуги. Они спешно опускали глаза и торопливо семенили прочь от нас. Еще немного попетляв среди коридоров, мы вышли в просторный зал со множеством людей, где к нам сразу подошел, а точнее почти подбежал высокий грузный богато одетый мужчина и начал что то резко выговаривать начальнику охраны на незнакомом мне резком лающем языке. Как я ни старалась, но не смогла разобрать ни слова. Похоже, я переоценила свои умения, заявив что знаю все языки, в которых говорят люди в Империи. Можно было лишь предположить, это это был один из языков маленьких горных народов или даже племен, живущих далеко у восточных границ Империи. И хотя, значения слов я не понимала, общий посыл был куда более открыт. Не знаю, что именно не поделили эти двое, но подошедший был явно чем-то недоволен, и не собирался этого скрывать. Его лицо раскраснелось, кулаки были плотно сжаты, того и гляди бросится словно злой пес, сорвавшийся с цепи. Начальник охраны принимал его оскорбления молча, лишь в конце что- то грубо ответил на том же языке. "Огрызнулся"- я бы даже сказала. Даже когда наша маленькая процессия ушла уже довольно далеко, толстый мужчина продолжал что-то выкрикивать и грозиться в нашу сторону. Интересно какая кошка пробежала между этими двумя? Эта мысль занимала меня еще некоторое время пока мы не вошли в просторный широкий коридор, отделанный белоснежным мрамором и плиткой. Великолепные резкие колоны упирались в высоченные потолки с лепниной. Под ногами была белая плитка, покрытая светло-серыми искусными узорами. Окон не было вообще, лишь многочисленные узкие щели-проемы под самым потолком, но света было достаточно. Коридор был прямой , но к нему примыкало множество дверей и других таких же коридоров. Здесь не было посторонних, не слышно было никаких отвлекающих звуков, и даже слуги без нужды не показывались. Зато охраники стояли практически перед каждым поворотом и дверями. Похоже, мы пришли в ту часть дворца где находились личные покои Императора. Это конечно было хорошо, но всё таки немного дезориентировало. Возможно, сейчас состоится решающий разговор, который определит мою дальнейшую судьбу. По крайней мере, на близжайшее время. Должна признаться, что я заметно нервничала. Считаются, что змеи, как никто другой, спокойны. Это не совсем так, скорее, мы просто умеем, как говорится, "держать себя в руках", не давая нахлынувшим эмоциям брать верх над разумом и здравым смыслом. Вот и я сейчас пыталась держать мысли " в узде". " Помни о цели!"- еще раз напомнила я себе.

Когда мы вошли в одну из дверей, среди моих охранников произошла перегруппировка - двое встали у дверей, двое позади меня, начальник охраны выдвинулся вперед. Я огляделась. Благо, взгляду, определенно, было за что зацепиться! Комната была потрясающей. Просторной, светлой, богато украшенной, но при этом необыкновенно уютной. Оформлена она была очень богато. Шикарные ткани, дорогая узорная мебель, стены покрашены красками с позолотой. Все внутреннее убранство комнаты было оформлено в золотистом, бирюзовом и небесно- голубом цветах, создавая эффект лёгкости и света. На небольших столиках стояли напитки в золотых кувшинах и красивые подносы со сладостями и фруктами. Чего там только не было! Пирожные со взбитыми сливками, медовые орешки, протертые фисташки в сиропе, виноград нескольких сортов, золотистые яблоки, груши, айва, нарезанные кусочками и многое-многое другое. Все это источало божественный аромат! Видел бы это все Дала! Представив бурную реакцию малыша, я невольно улыбнулась.

- Нравится? - этот голос я точно ни с кем не перепутаю.

Император сидел в небольшом круглом бассейне , выложенном яркой голубой плиткой. Обе руки он закинул на его широкие бортики, свободно откинувшись назад. По обе стороны от него стояли девушки, одетые в белые, и довольно открытые по местным меркам, одежды. Что одна, что другая, стояли неподвижно, как статуи, и старательно смотрели в пол, опустив темноволосые головы.

Я кивнула.

- Эта одна из моих личных комнат. Хочешь подарю? - он рассмеялся громко и заливисто.

Я промолчала.

- Это лишнее, снять, - Император указал на мои наручники.

Начальник охраны потемнел лицом, но не издал не единого звука, расстегивая мои оковы. Не надо было быть очень уж проницательным чтобы понять, что эта идея ему совсем не нравилась, однако приказ он выполнил незамедлительно и также быстро вернулся на свое место.

- Ты не соврала, змейка. Тот охранник, которого ты укусила, проснулся. Он абсолютно здоров, бодр. Люди, которые его знали, говорят, что он выглядит на десять лет моложе.

Я кивнула.

- Выйдите! - рявкнул Император и все люди вокруг вздрогнули, но не сдвинулись с места. Возможно, от неожиданности, возможно страже требовался приказ от начальника охраны. Девушки - служанки ( думаю, это были, все таки, служанки) продолжали изображать каменные статуи, низко опустив головы.

- Мой Император, простите, но мне кажется, что это... опасно...

Ого! Новый начальник охраны не переставал меня удивлять. Он выдвинулся вперед и на его лице впервые читались яркие эмоции, затем он продолжил :

- Это существо - убийца, находиться с ним наедине может быть ошибкой.

- Вот как? - с усмешкой спросил Император, подняв одну бровь. Сегодня он был определено в хорошем настроении. - Но, змейка, ведь обещает, что ничего плохого мне не сделает? Так ведь, змейка?

Такой расклад мне определено не нравился. Он лишал меня свободы действий, однако, выбора у меня не было, поэтому я кивнула и спокойно ответила:

- Обещаю.

Определенно, это многое усложняло и отсекало некоторые варианты на непредвиденный случай, хоть и отчасти играло мне на руку. Возможно, вызвать доверие Императора так будет легче.

- Хорошо. Иди, Хавишер.

Вот значит как зовут нового главу охраны. Конечно, я знала Императора совсем недолго, однако, впервые видела чтобы он обращался к кому то по имени. Да и моего собственного имени он также не спросил. Интересно, чем сменщик Хизы заслужил такую честь?

- Мы будем за дверью, - новый Начальник Охраны, обревший наконец то имя, низко поклонился и вышел. Я проводила их взглядом.

- Ну и ? Какова цена?

- Цена чего? - я слегка растерялась, не поняв о чем спрашивает Император.

- Ты сказала, что у всего есть цена. Ты излечила старика-охранника, дала ему вторую жизнь. Какова цена?

- Цена за такое всегда высока, но он ее уже заплатил.

- Вот как. Чем же?

- Он единственный кто был добр ко мне с тех пор как я попала сюда. Хиро принес мне отрез ткани, в который я смогла замотаться как в одежду...

- Зачем?

- Что зачем?- не поняла вопроса я.

- Зачем тебе одежда?

- А зачем одежда людям?

- Для людей одежда - это условность...или необходимость. Да и ты не человек.

Честно говоря, вопрос Императора поставил меня в тупик. В культуре моего народа нагота не считалась чем противоестественным или постыдным, но оголятся было не принято. Также как и люди, мы носили одежду. Хоть и не такую закрытую как большинство человеческих женщин.

- Возможно... Да, я не человек. Но у меня тоже есть чувства и гордость. И мне неприятны похотливые взгляды стражников и прислуги.

- Ах вот как, - Императора мой ответ, похоже, позабавил. Мне пришлось стиснуть зубы чтобы не сказать ему какую-нибудь колкость.- Что ж... Продолжай... Чем еще тебя отблагодарил старик- охранник?

Я глубоко вздохнула чтобы унять бушевавшие внутри меня эмоции.

- Хиро несколько раз приносил для меня молоко, а один раз яблоко. Воду он приносил только чистую и свежую, а отличие от остальных.

- Вот значит как... Молоко, яблоко, тряпка... И все? И это ты называешь " высокой ценой"?

- Доброта и бескорыстие не могут измеряться чем-то материальным... И разве истинное великодушие и благородство - не достаточно щедрая цена?

Император молчал, задумчиво рассматривая отблески света на воде. Шутливо- ехидное настроение больше не читалось на его лице.

- Как долго будет длиться эффект? У этого старика... Неделю, месяц?

- Я не могу сказать это точно... Потому что это зависит , в первую очередь, от его организма. В течение следующих нескольких лет, его тело полностью восстановится и омолодится. Не думаю, что до возраста юноши... но, скорее всего, до стати мужчины 30-40 лет, затем он проживет несколько десятилетий в этом состоянии... А затем начнет медленно стареть...

- Х-м-м... То есть, если через время укус повторить, а затем снова и снова, то можно быть бессмертным?

Определенно, разговор повернул не в то русло.

- Я думаю, что смерть, в конечном итоге, все равно неизбежна. И если не от старости или болезни, то от другой причины. Но значительно продлить человеческую жизнь - возможно.

- И такие примеры есть?

- Да.

- И ты ничего мне про это не расскажешь, я правильно понимаю?

- Да.

- Почему?

- Потому что я не в праве выдавать чужие секреты. Могу лишь сказать, что самому старому человеку, которого я знаю пятьсот двадцать восемь лет.

Брови Императора невольно дернулись вверх. Он погрузился в свои мысли. Казалось, что в этот момент не стоит его беспокоить, но все же я продолжила:

- Жизнь - бесценный дар, какой бы длинной или короткой она не была. Мы, змеи Хаша, знаем это как никто другой. И мы сами, смертны. Наша жизнь длиннее вашей, человеческой, но она тоже конечна.

- Странно слышать о ценности жизни от убийцы.

- Жизнь личности и души не заканчивается со смертью физического тела. Иногда, смерть - это лучшее лекарство...

Император снова задумался, но уже по другому. Не спокойно- созерцающе и отрешенно, а как-то обречено. Его сердце резко забилось сильнее и я поняла, что у него есть еще один страх - он боится смерти.

7

Наверное, страх смерти свойственен всем человеческим существам в той или иной мере. Причем, в не зависимости от того, что они сами об этом говорят или думают. И одна из причин - скоротечность их жизни.

Я начала размышлять стоит ли пытаться сыграть на этом, а если и стоит, то как.

На самом деле, этот страх , хоть и считается свойственным всем людям, намного более "приземлен", чем может показаться. Если так можно выразится, конечно. На сколько я знаю людей, под страхом смерти они прячут куда более прагматичные опасения, чем сам процесс физического умирания. Например, страх старости, немощности и бессилия. Или боли и страдания. Часто со смертью люди связывают такие вещи как бедность, болезни, голод. Хотя, это, конечно, не одно и тоже. Наверно, стоит признаться, что о человеческих страхах я знала даже больше, чем о болезнях, ведь порой стоит только показать свое второе обличие как они, эти самые страхи, вылезают из людей как пчелы из разворошённого улья. Порой, припугнуть - это самый лучший метод добиться своего.

- А что будет если ты, змея, укусишь здорового и вполне молодого человека?

Мне хотелось ответить что- то типа :" это смотря с какой целью я его укушу". Ведь, стоит ввести совсем немного больше яда и этот самый человек уже не проснется. Однако, Император всё же спрашивал не об этом, его занимали вопросы целительности моего яда.

- Ничего, - я пожала плечами. - Он просто хорошо выспится.

- И всё? - то ли недоверчиво, то ли слегка разочарованно спросил Император.

- Да. Я даже не вижу в этом смысла... Если конечно, изначальная цель была благая.

- А если нет?

- Мы, змеи Хаша, можем использовать укус также с целью защиты или нападения... И тогда жертва может получить не пользу, а урон. Яд в количестве чуть большем, чем нужно, может привести к параличу, коме или даже смерти - в зависимости от впрыснутой дозы.

- Интересно. И как же ты определяешь эту дозу?

- Честно говоря, мне сложно ответить на этот вопрос... Позволю себе привести небольшое сравнение... Когда человек смотрит на воду, он не знает какой она температуры, он может лишь предположить это. Может быть она холодная, потому что в ней лёд, может быть горячая - ведь от нее идет пар... Его разум лишь строит догадки, но точно он знать не может. Однако, стоит этому человеку коснутся воды рукой, как его тело сразу точно скажет ему, что она теплая и приятная. Или слегка прохладная, бодрящая и всё ещё приятная, или наоборот - ужасно холодная, ледяная или обжигающе - горячая. Так и я, укусив человека, могу безошибочно определить его дозу - ту что излечит его ото всех болезней, а также ту дозу которая надолго лишит его возможности двигаться, либо, вообще, убьет мгновенно. Эту способность мне дала сама природа.

- Интересный пример... А на тебя твой собственный яд действует?

Не в первый раз слышу этот вопрос.

- Нет...

Я попыталась вернуть наш разговор в прежнее русло и продолжила:

- Важно не то, как долго живет человек, а для чего именно он живет... Иначе... Иначе бесконечно долгая жизнь может свести с ума слабого и безвольного человека.

- И для чего же стоит жить? В чем смысл жизни по твоему, змея?

- Человек в свободен в этом выборе.

- Ты думаешь, что смысл жизни - это именно выбор?

- Да, в той или иной степени это так.

- А если человек не может жить той жизнью, которой хочет? Например, он беден, но хотел бы путешествовать, что тогда?

- Тем не менее, у него есть ноги. Этого более чем достаточно, чтобы увидеть новые города и даже страны. Наверно, это больше вопрос не возможностей этого человека, а желания. Не делать свой выбор - это тоже выбор.

- И в чем твой выбор?

- Мой выбор - служить своему народу и быть с ним до своего последнего вздоха. Но мы... Мы другие... Служение в нашей крови. Мы должны были служить людям, исцелять их недуги, телесные и душевные. Но люди видели в нас лишь возможность осуществления своих корыстных и алчных желаний. И мы заменили служение человечеству служением своему народу... В конце концов, нас не так много... И лишь от нас зависит сможет ли наш вид выжить.

- Интересно... А что на счёт людей? В чём может быть смысл жизни человека?

- Мне кажется, что люди делятся на три категории... Одни готовы идти и через горы и через пустыню, лишь бы побыстрее оказаться у своей цели... Неважно что это - богатство, власть, признание... Они готовы на многое и считают, что цель в любом случае оправдывает средства. Про таких многие знают и многие про них слышат - они могут взобраться на самую высокую вершину, но самые страшные падения тоже будут их...

- Почему?

- Возможно, потому что не на все горы стоит лезть...

Император слегка усмехнулся:

- Ха. Может быть. Продолжай.

- Есть и те кто в горы не полезет. Те кто обойдет и трясину, и дебри, и вообще любую кручу. Они не ищут коротких дорог к мечте, идут медленно и не спеша. Лишь бы тропинка была пологая... Остановятся поболтать со старым знакомым, отдохнут в тени деревьев, полюбуются полевыми цветами на обочине...

- А если я не тот и не другой?

- Значит, Император, ты - другой. Ты из третьей категории... Истинный творец! Тот кто может превратить тяжелую горную дорогу в милую лесную тропку... Тот, кто вырастит дерево, дающее тень, тот кто посадит цветы, радующие взгляд усталого путника... Это те люди, способные выйти за пределы своей личных желаний ради чего-то большего и значимого.

- Разве именно таким не должен быть истинный правитель?

- Возможно... - согласилась я. - Но признаться, я не так много знаю о властителях мира сего.

- О чем или о ком ты знаешь много, змейка?

Я немного подумала над этим вопросом, но если честно, он был не так прост.

- Мне довелось за свою жизнь немало путешествовать, я знаю несколько языков и прочитала множество книг...

- Интересно... Расскажешь мне, змейка?

Я невольно улыбнулась:

- Конечно! Разговоры о путешествиях и книгах доставляют мне огромное удовольствие!

Император откинул голову на бортик бассейна. Его губы слегка приоткрылись в чувственной полуулыбке, показывая ряд белоснежных идеально ровных зубов, сильно контрастировавших со смуглой кожей.

- Вот как?- он изогнул бровь. - А что еще доставляет тебе удовольствие?

Ого... Такого поворота разговора я явно не ожидала. Намек был слишком заметный чтобы просто проигнорировать его. Похоже, я сильно перегнула палку в нашем вчерашнем разговоре. И сейчас Император сводил весь интерес ко мне к банальному флирту.

Не знаю почему, но в этот момент я начала внимательно приглядываться к девушке служанке, которая все также стояла абсолютно неподвижно, опустив голову. Но, всё же, было заметно, что она начала нервничать - на её лбу выступили бисеринки пота, сердце резко застучало сильнее, а сложенные вместе пальцы слегка захватили ткань одежды. Что с ней? Готова биться об заклад, что это не было связанно с каким то физическим страданием... Но тогда с чем?

Эта внезапно всплывшая загадка в какое-то мгновение полностью захватило мой разум и мне пришлось приложить некоторое усилие чтобы вернуть свое внимание к разговору с Императором.

- Много чего, - я решила ответить максимально нейтрально. - Но могу ли я спросить чем вызван этот вопрос?

- Ну... допустим, любопытством. Или ты не находишь разговоры о удовольствиях достойными?

Это был ,определено, вопрос с подвохом.

- Почему же... Моя жизнь вообще полна радостей и множества самых разных приятных моментов... Ну, по крайней мере, была, если не считать последних дней...

Я не удержалась чтобы не поворчать. И, хотя, я сказала последнее предложение намного тише, Император его услышал и похоже мой недовольный бубнёж его здорово развеселил. Он рассмеялся громким заливистым смехом:

- Ах, вот как? Так может мы вернём в твою жизнь немного "радостей"?

- Может быть, но только что я за это должна буду сделать?

Он какое-то время молчал, продолжая улыбаться, а затем спросил заговорческим голосом:

- Похоже, мне стоит назвать тебя весьма проницательной...

- Вовсе нет, ведь этот вывод напрашивается сам собой и весьма очевиден.

- А что, если я скажу, что пока не знаю ответ на твой вопрос? Кроме того... Я бы не советовал тебе торопиться с выводами... Вдруг, я хочу порадовать тебя просто так...

- Порадовать? - неуверенно переспросила я.

- Допустим, именно так...

- Я никогда не отказываюсь от подарков, которые мне дарят от чистого сердца. Но разве я могу принять подарок, который мне дарит человек, держащий меня в плену.

- А ты бы хотела стать в моем доме не пленницей, а допустим... Гостьей?

Император выжидательно посмотрел на меня, вскинув бровь.

Он снова и снова задавал мне вопросы, отвечая на которые я чувствовала, что хожу по лезвию ножа.

Я слишком мало о нем знала и сильно рисковала в попытке сближения... Однако, чутьё мне подсказывало, что наш разговор движется в правильном направлении...

- Да, я бы этого хотела... Но ведь гость всегда приходит в дом друга, того кто ему будет рад, и всегда волен уйти...

- И что из этого ты хочешь? - спросил Император каким то особенным голосом, очень проникновенно. - Хочешь уйти в любой момент или хочешь чтобы я был твоим другом?

- Я думаю, что на свете нет ничего приятнее свободы, но... И друг также бесценен.

Император снова засмеялся:

- А ты хитрая, змея! Не зря говорят, что только змея усидит на двух стульях.

- Да, я слышала это выражение. Если я не ошибаюсь, то это из одной айверской сказки.

- Что за сказка? Расскажешь мне?

- Это сказка про одного деревенского парня, который никак не мог выбрать между невестой красивой и невестой богатой. И пытался женится и на одной и на другой... И в конце он остался бедным, холостым и даже немного...

- Мертвым? - ехидно осведомился Император.

- Возможно это один из концов этой сказки, - пожала плечами я.

И учитывая нравы горных айверов, не такой уж маловероятный.

- Как ты считаешь , парень получил по заслугам? Или любимая неправа и стоило его простить?

- Человеческие нравы мне непонятны и не мне судить.

- Вот как? Но, всё же? Как на её месте поступила бы ты?

Я помедлила с ответом, но все решила ответить откровенно:

- Если честно, мне сложно ответить на этот вопрос потому что я никогда не была в любовных отношениях и не знаю, что чувствует девушка в такой ситуации... Но я вряд ли бы убила или обрекла на смерть близкого человека, только потому что он меня обидел, сделал плохо или даже предал. Однако, сделать вид, что ничего не было, переступить через себя, я бы тоже не смогла. Думаю, с таким человеком наши пути разошлись бы навсегда.

- Вот как? Разве каждый человек не имеет право на ошибку?

- Ошибки совершаются по глупости или незнанию, а вот предательство это - всегда хитрый расчёт и поиск собственной выгоды.

- Что ж, - Император помедлил. - Не могу не согласиться... Но вернемся к подарку. Что ты хочешь получить, змейка?

- Разве подарки просят?

- А почему бы и нет? Почему бы просто не сказать, что хочешь? Ведь это проще, чем заставлять кого-то гадать, ломая голову над подарком. Разве просить не также естественно и просто как получать?

- Возможно... Я могу попросить всё, что захочу?

- Ну, ты сначала попроси и я подумаю над твоей просьбой.

Похоже, это был мой шанс и стоило рискнуть. И мне дико захотелось попросить именно Змеиный Пояс, то ради чего всё это и затевалось. Но это была заранее провальная идея, обреченная раскрыть меня. Однако, возможно, я смогу приблизится к своей цели. Поэтому я выдохнула и сказала:

- Ну... Я хочу что- то красивое и необычное...

- Красивое? - переспросил Император, вскинув одну бровь. - И необычное?

- Ну да... В конце концов, ничего женское мне не чуждо.

- Вот как. Ну что ж, пошли посмотрим, найдется ли у меня что- то красивое и необычное.

8

Лёгким ленивым движением, он вылез из бассейна и встал в полный рост, не сводя с меня глаз. Похоже, Императору было интересно смутит ли меня его вид. И врать не стану, меня он очень смутил. Я никогда раньше, не видела голого мужчину настолько близко. Наверно, стоило выдержать этот взгляд, не подать виду и не отводить глаз, но я не смогла. Эту маленькую битву я проиграла. Кровь мгновенно прилила к щекам, пытаясь отвлечься я начала усиленно разглядывать мозаичный узор, выложенный из плитки на полу, а потом на стенах, изрезка скашивая взгляд на Императора. Он был хорош собой, это не скрыть. Высокий, сильный, отлично сложенный, очень мускулистый. Девушки-служанки быстрыми торопливыми движениями принялись обтирать его белоснежными отрезами ткани, которые до этого лежали сложенные аккуратной стопочкой на небольшом столике рядом. Затем помогли одеть такой же белоснежный халат.

- Пошли, - сказал Император, завязывая пояс.

Я кивнула, не зная, что еще можно сказать.

Он шёл спокойно, но из за того что его шаги были очень размашистые, мне приходилось почти бежать. Коридоры, галереи, просторные залы и переходы быстро сменяли друг друга. Я старательно пыталась запомнить дорогу. Сразу как мы вышли из комнаты, за нами увязались охранники. Те же самые, что привели меня сюда. Но и им тоже приходилось плестись сзади как и мне. Не знаю зачем именно, но я несколько раз оборачивалась чтобы посмотреть на них. И когда обернулась последний раз, не заметила, что Император остановился и поэтому случайно налетела на него и даже чуть не упала. Вообще, моя реакция намного выше обычной человеческой, но внезапно оказавшись в такой близости к Императору, я сильно растерялась и от этого начала терять равновесие. Он придержал меня одной рукой, каснувшись спины и плеча, второй взял ключи, которые ему дал начальник охраны. Смущенная и обескураженная, я ойкнула и отступила на два шага, чудом не врезавшись в стену. Я и сама не знала, что меня больше вывело из равновесия в тот момент: то ли моя собственная неловкость, то ли внезапная и такая неожиданная близость к мужчине. Именно к этому мужчине. Тепло его тела, запах кожи и даже мягкое касание его дыхания были так мимолетны, но долго не давали успокоится моему сердцу. Казалось, что там где его рука прикоснулась ко мне, моя кожа горела огнем. Я попыталась взять себя в руки и выдавить дежурное извинение за случайную неловкость, но оказалось, что мой собственный язык перестал меня слушаться.

Дверь была уже открыта, но Император не торопил меня, лишь удивленно наблюдал, от чего мне становилось еще более не по себе. Усилием воли, мне удалось кое как выпрямиться и встретится наконец взглядом с Императором. Он лишь слегка кивнул в сторону двери, приглашая войти.

Комната в которую мы вошли была полна драгоценных предметов. На специальных подставках лежали сверкающие украшения из золота, серебра и драгоценных камней. Здесь же хранились золотые статуэтки, фигурки животных из слоновой кости. На стенах висело дорогое оружие разных времен и народов. Рукоятки многих мечей и сабель были богато украшены рубинами, сапфирами и горным хрусталем. По полу стояло множество закрытых сундуков, а на пристенных полках коробок. На столах стояла дорогая посуда - тарелки, кубки и вазы из золота. Все это великолепие сверкало и переливалось даже в неярком свете этой сокровищницы. Конечно, меня трудно было удивить драгоценностями, но сейчас я потеряла дар речи. Трудно было представить картину более подходяще описывающую сказочную пещеру с сокровищами.

- Ого! - я не удержалась от восклицания. Император лишь улыбнулся.

- Здесь хранятся подарки, которые мне или моей семье когда-либо дарили. Нравится? - спросил Император.

Я кивнула и не удержалась от соблазна потрогать кончиком пальца маленькую фигурку рыбки, искусно сплетенную из нитей серебра и сверкающих прозрачных камней бирюзового, голубого и изумрудно-зеленого цветов. Подставка у нее была выполнена в форме морских волн, щедро украшенных розовым и белым жемчугом.

- Тогда выбирай - продолжил Император.

Оторвавшись от разглядывания рыбки, я снова обвела взглядом комнату. И конечно же сразу нашла то, что было нужно. Змеинный Пояс. Украшение покойной принцессы Тамиры. Фамильная ценность их рода, передаваемая по наследству от матери к дочери. И хоть эта вещь была окружена аурой грусти и боли, ведь с ней была связана очень тяжелая история смерти самой принцессы, но все же она была цена для нашего народа как память о ней. Я специально не стала задерживать на ней взгляд чтобы не привлекать внимания и выбрала первое за что зацепился глаз - какое-то колье из серебра, аквамарина и голубых топазов. Оно было довольно броское, но красивое. То что надо.

- Вот это, - уверенно указала я.

- Это? - переспросил Император. - Точно?

Я кивнула.

- Что ж, у тебя неплохой вкус, - он подошел к подставке с колье и снял его. - Померишь?

Я снова кивнула, не ожидая подвоха и уже собиралась протянуть руку чтобы взять украшение. Но вместо того чтобы передать его мне, Император зашел мне за спину, встав так близко, что я могла кожей чувствовать тепло его тела. Тяжелость холодного металла легла мне на грудь, обогнув шею. А сильная мужская рука осторожно убрала мои волосы, застегнула застежку колье и двинулась от шее к плечу, едва касаясь.

- Нравится? - спросил Император, кивком указывая на одно из зеркал, висевших на стене.

Я впала в ступор. Он был так близко, что почти касался меня всем телом, а его горячая рука продолжала уверенно лежать у меня на плече. В отражение в зеркале я видела только его. Я силилась что-то ответить или хотя бы кивнуть, но тело и язык снова подводили меня, а мысли разлетались как испуганные птички. Тогда он наклонил свое лицо к моей шее и практически выдохнул:

- Тебе нравится... Цилли?

- Да-да-да. Мне очень-очень нравится. Очень красивое, - я почти отпрыгнула в сторону, схватившись рукой на шею сбоку. Мне казалось, что там где к коже прикоснулось мужское дыхание остался ожог. Сердце билось как бешенное, а кровь с огромной силой прилила к лицу. А отвернулась, пытаясь скрыть волнение.

Император рассмеялся:

- Ну что ж... Тогда будем считать это первым подарком к нашей будущей возможной... дружбе, - сказал он.

- Ага... Я пойду?

- Пойдешь? - переспросил Император, выгнув одну бровь.

Я растеряно кивнула, так и не решившись снова снова взглянуть ему в глаза.

- Ну иди, - он снова рассмеялся тихим заливистым смехом.

Второго разрешения на выход мне не требовалось. Я пулей вылетела из комнаты с драгоценностями и понеслась по коридору, почти бегом. Мои охранники не сразу сообразили, что к чему и бросились меня то ли сопровождать , то ли ловить. Потом просто тащились за мной, едва поспевая. Для них это было тяжело из за оружия и железных доспехов. Я и сама толком не особо помнила как ноги пронесли меня почти через весь замок тем же маршрутом , а затем наконец то привели в знакомый коридор, который вел к моей камере. Только тут я смогла немного успокоится и замедлится. Стражники догнав меня, выстраились в привычном порядке и все мы сделали вид, что именно так и шли всю дорогу до сюда.

Дала, увидев меня засиял от радости и сразу же повис на шее, стоило мне только переступить порог нашей клетки. Обнимая его, я заменила перемены, которые произошли за мое отсутствие. Первое что бросилось в глаза - было очень чисто. Возможно, эта была первая уборка, которую вообще видела моя камера. Страшную деревянную лавку заменили на добротную кровать, с матрасом и одеялом. Рядом поставили маленький столик. На полу положили небольшой пушистый коврик. Стражники поспешно ушли и нас с Далой больше никто не беспокоил.

Остаток дня я старалась все свое внимание уделять только ребенку, пытаясь отвлечь не столько его, сколько саму себя. Я прекрасно понимала, что мне сейчас не совладать со своими мыслями и тем более эмоциями. Но стоило ночи войти в свои права, а Дале счастливо заснуть на новой мягкой кровати, все вернулось на круги своя. Я снова и снова ворочала в своем уме одни и те же вопросы. Конечно же связанные с тем что случилось в той комнате- сокровищнице. Зачем Император прикоснулся ко мне, зачем что-то шептал почти уткнувшись в мою шею? Было ли в этом что-то особенное или мне показалось? Нет, точно не показалось. В этом я была уверенна. Был ли это жест желания или он просто хотел повеселится. Или быть может ему хотелось что-то проверить? И если да, то что? "Тебе нравится, Цилли?"- кажется, что эта фраза горела в моем возбужденном сознании как лесной пожар. Про что он спросил? Только ли про украшение? Или это был еще какой-то намек? И если да, то какой? Кстати, откуда он знает мое имя, ведь он про него никогда не спрашивал? Только на один из своих вопросов я знала точный ответ. Правильно ли я поступила. Нет, точно не правильно. Представляю на сколько глупо я выглядела. Но как надо было поступить, как отреагировать? Постепенно я дошла до самого страшного вопроса. Почему меня вообще этот по сути своей малозначительный эпизод так взволновал? Разве я в первый раз попадаю в подобную ситуацию? Нет, точно не в первый. Так в чем же дело ?

С каким-то ужасом я осознала, что не понимаю саму себя.

Какая то разумная часть меня самой уговаривала успокоится и поспать. Она убеждала, что люди часто бывают непредсказуемы, да и сейчас я точно не смогу разобраться. Что лучше свежая голова днем, чем бесконечные ночные гадания. Однако, этой разумной части так и не дано было быть услышанной.

Лишь когда звездные потоки начали замедлять свой ход, а небо светлеть, сон понемногу стал вступать в свои законные права.

9

Свою ошибку я, конечно же, поняла лишь утром. Бессонная ночь проведенная в тяжелых , но абсолютно бесплодных раздумьях, имела свои последствия. Я чувствовала себя совершенно вымотанной и физически и морально. События вчерашнего вечера теперь уже казались такими далекими и неважными и хотелось лишь одного - спать.

Раздались чьи-то шаги и шум, но даже просто открыть глаза не было сил. Принюхавшись, я решила, что нам с Далой принесли завтрак, потому что пахло кашей, мёдом и сливками. Еда меня мало волновала в этот момент и я просто перевернулась на другой бок, пытаясь засунуть голову под подушку. Сон снова дружелюбно принял меня в свои объятия.

Однако, поспать в это утро подольше мне было не дано и меня почти сразу разбудил истошный крик Далы. Он из-за всех своих цыплячьих сил тряс меня за плечо:

- Цилли! Цилли!

- Дала, что случилось? - я пыталась оглядеться чтобы понять, что могло так сильно испугать ребенка, но зрение отказывалось фокусироваться и все плыло перед глазами.

- Цилли, смотри! - Дала пытался тащить меня за руку.

Из кровати я не встала, а почти скатилась, все еще плохо соображая. Вокруг , как обычно, никого не было.

- Вот смотри! - Дала протянул руку в сторону столика с едой.

- Что там? - я усиленно пыталась понять причину детского волнения.

Вроде ничего необычного. Может на стол заползло какое-то насекомое или прилетела птичка. Но нет, ничего такого не было.

- Вот! - Дала с восторгом показал на центр стола.

Там рядом с большим блюдом с кашей и кувшином с молоком стояла яркая сине-голубая тарелочка с пирожными. Корзиночки из сладкого теста были щедро украшены разноцветными аппетитными ягодками, кусочками фруктов, дроблёнными орешками и взбитыми сливками. Они, и в правду, выглядели очень красивыми. А пахли еще лучше! Волшебный аромат меда, ягод и душистой розовой воды разливался в воздухе. Эти манящие лакомые кусочки лежали на своей красивой тарелке словно сказочные тучки-кораблики на фоне лазурного неба.

- А-а-а... Это пирожные. Сладости,- объяснила я.

Похоже, для Далы такое было в новинку.

- Мы что будем их... есть? - глаза Далы сияли восторгом и удивлением.

- Конечно будем! Но сначала - каша!

Дала не стал спорить и мы сели завтракать. Обычно не в меру разговорчивый, Дала сегодня ел молча, постоянно поглядывая в сторону пирожных, словно проверяя на месте ли они. С одной стороны, это было хорошо, ведь пока малыш был отвлечен, мне удалось его хорошенько накормить кашей и споить почти все молоко. А он этого и не заметил. Сложно было сказать, получилось ли у меня всего за несколько дней хоть немного откормить этого бродячего ребенка с улицы . Но, все же, я очень надеялась, что хорошее регулярное питание вернет его организму часть силы, которая так нужна детям для роста.

- Ну, что теперь будем пробовать пирожные?

Дала кивнул, но не торопился хватать заветные корзиночки со сливками, наверно не понимая с какой стороны к ним подступиться. Я взяла одну за нижний корж и передала малышу. Он аккуратно, насколько мог, подхватил его, но есть не стал:

- А ты? - удивленно спросил он.

- Я тоже ем, - я взяла ещё одно пирожное со столика и откусила.

Оно, и вправду, было просто изумительное по вкусу. Кто бы мог подумать, что здесь в тюремной камере, в самом сердце ужасной жаркой пустыни я буду угощать своего маленького сокамерника изысканными сладостями.

Наблюдая за тем, как малыш Дала поглощает пирожные, я думала о том, что было что-то очень неправильное и почти дикое в том, что дети растут и не видят таких простых вещей как молоко, фрукты и даже обычная каша. Везде где мне довелось побывать этого добра было в избытке. Наверное это было для меня почти также дико и ужасно как и то, что дети могут расти без мамы. Интересно, где отец Далы? Не похоже, что он интересовался его судьбой. Но все же, вдруг ребенок ему не безразличен. Мама была служанкой в богатом доме и отцом был кто угодно. Однако, вглядываясь во внешность малыша Далы, появлялись догадки что его отец не самый простой человек. Возможно, потому что он был мало похож на местных. Очень светлая кожа, тонкие аристократические черты лица и ярко-голубые, почти синие, глаза. Наверное, все же стоит попробовать поискать отца ребёнка когда мы окажемся на свободе.

Расправившись с пирожными, мы с Далой прихватили поднос с персиками и уютно устроились на новом пушистом коврике. Этот ковёр еще вчера произвел на малыша неизгладимое впечатление. Он без конца трогал его, гладил густой ворс и рассказывал на что похож каждый узор. Где-то они напоминали ему облака, где-то баранов или кувшины для воды." Ни у кого такого ковра нет, а у нас есть!"- хвастался малыш.

Счастливые и довольные жизнью, мы с Далой валялись на нем, слишком сытые чтобы заняться чем-то еще.

- Ты обещала дорассказать мне ту сказку, - требовательно попросил Дала.

- Какую?

- Про хайлилу-змею.

- Ну, хорошо. Тогда слушай... Кажется, мы с тобой остановились на том, что Таира выздоровела, выросла и даже собиралась выйти замуж за принца, будущего короля. Но этому не суждено было случится. В жизни иногда приходит беда и в нашу сказку она тоже пробралась.

- Беда?

- Да. Но беды не стоит бояться, малыш. В бедах иногда рождаются настоящие герои. И самое главное, сложности позволяют нам увидеть героев в нас самих.

- Мама говорит, что я вырасту большим и сильным и обязательно стану героем! Я еще мама говорит, что я не должен расстраиваться, что мы с ней больше не живем в большом доме и спим на улице, потому что скоро все станет еще лучше, чем было. И бы обязательно когда-нибудь будем жить хорошо. Я ведь стану героем?

- Конечно! - мне безумно захотелось сказать Дале, что он уже герой. Ведь он через столько прошел. Но я понимала, что не стоит углублять эту тему. Глаза предательски щипало, я держалась чтобы не расплакаться. Я все еще отчаянно надеялась, что мама Далы жива и я смогу им помочь, хоть и понимала в глубине души, что это не так.

- Так вот... - продолжила я. - Беда, в той сказке про хайлилу, была большая-пребольшая, огро-о-мная. И пришла она не к одному человеку и не к двум. Пришла эта беда к целому городу, городу где жило много-много людей. И не выбирала эта беда, а хватала всех до кого смогла дотянуться. И старых и молодых и богатых и бедных.

- Разве так бывает, разве беды приходят к богатым? - удивился Дала.

- Да. Так бывает, беды часто приходят к богатым, - мне ли этого не знать. - Слушай дальше. Беду в той сказке звали болезнь. Принесли ту болезнь на своих спинах крысы.

- Почему крысы? У них, что не было кошек?

- Не знаю. Наверное, кошек было недостаточно. И в городе все начали болеть. Семья Таиры заперлась в своем большом богатом доме, решив переждать. У них все для этого было - и еда, и вода, и все необходимые вещи. Наверное, это было правильно, вот только сердце Таиры все больше печалилось. Каждый день из окна своей спальни на четвертом этаже она видела как ее любимый город все больше и больше пустеет . Больше не цвели яркие цветы в горшках вдоль домов, их некому было поливать. Не тек фонтан на площади, не толпились люди перед лавочками, не ездили туда-сюда повозки, запряжённые лошадьми. Каждое утро Таира садилась перед своим окном и ждала когда по улице кто-нибудь пройдёт и каждому прохожему радовалась как старому знакомому. Но однажды, настал день когда никто не прошел по улице. Ни утром, ни днем, ни даже вечером .Тогда Таира выбежала в сад и стала плакать и звать змею. Ту самую, которую укусила ее в детстве. Просила чтобы змея помогла людям, прогнала беду. Она сказала: " Забери жизнь, которую ты мне подарила, но вылечи людей. Всех тех, кого я знаю и не знаю. Всех кто заболел в этом городе". И тогда она почувствовала, что кто- то укусил ее в ногу и упала.

- Она умерла? - ошарашенно спросил Дала. - Умерла чтобы все выздоровели?

- Нет, она не умерла, - я улыбнулась. - Она стала хайлилой. Хайлилой-змеей.

- И она всех-всех вылечила?

- Да, всех кого можно было вылечить.

- Она их кусала, как та змея?

- Не-е-ет. Думаю, это было не совсем возможно. Когда Таира наконец поняла кем стала, она пошла к большому колодцу, от которого по трубам шла вода в каждый дом в городе и пустила туда свой змеиный яд.

- И все выздоровели ?

- Ага.

- Ого. А она стала принцессой?

- Нет. Она не вышла замуж за короля.

- Почему?

- Ну... потому что она стала хайлилой...

- И что? Хайлилам нельзя быть принцессами?

Я немного растерялась:

- Не знаю. Наверное, можно, но такого раньше никогда не было.

- Почему?

- Не знаю.

- А люди? Они узнали, что она их спасла? Она им сказала?

- Нет, не сказала.

- Почему?

- Ну, я думаю, что ей вряд ли стоило всем об этом говорить.

- Почему? - в который раз спросил Дала.

- Мне кажется, что некоторые люди бы не поняли такого. Может быть кто-то даже бы испугался или даже захотел сделать хайлиле что-то плохое.

- Почему? - глаза Далы были полны искреннего удивления.

- Потому что люди всегда ненавидят то чего боятся.

Как не странно следующего "почему" не последовало. Малыш напряженно замолчал, что-то обдумывая. Я решила продолжить, пытаясь замять неприятную тему:

- Но знаешь, у Таиры все было хорошо. Она ушла из дома, отправилась путешествовать, лечила людей, увидела множество новых городов и стран. И у нее было множество интересных приключений.

- А ее мама с папой? Разве она их не любила?

- Любила.

- А зачем тогда ушла?

Детские вопросы ставили меня в тупик.

- Понимаешь, малыш, всему свое место и время. Пока Таира была просто человеком она была частью своей семьи, но когда она превратилась в хайлилу , то ее место стало где-то не рядом с ними...

- И ее перестали любить?

- Нет, конечно. Думаю, она ушла чтобы близкие люди не видели как она изменилась.

- А король? Он искал ее?

- Не знаю.

- Это плохая сказка, - вынес свой вердикт Дала. А потом добавил: - Неправильная.

Сейчас, после таких простых детских вопросов, я уже не могла с ним не согласиться. Как красивая сказка так быстро стала грустной историей?

" Как и у нас всех, как у всех Хаша" - подумала я.

- Может быть тогда ты расскажешь мне сказку, - предложила я и Дала радостно согласился. И пока малыш сбивчиво рассказывал свои сказки, я смогла немного расслабиться и хорошенечко подумать. Как ни странно, но мое теперешнее состояние даже помогло мне мыслить рационально. Ведь сил на эмоции уже не было и можно было взглянуть на ситуацию под другим углом. Да, я не знаю, чего хочет Император. Можно сколько угодно строить догадки, ломать голову и мучить себя бесполезными раздумьями, но лучше просто понаблюдать. Думаю, все очень скоро прояснится. Как бы там ни было, это самое правильное решение в текущей ситуации. И да, я не совсем понимаю свои собственные реакции в отношении Императора. Но с другой стороны, последнее время, я побывала в ситуациях, в которых никогда раньше не находилась. Временная изоляция и оторванность от мира, возможно, сыграли со мной плохую шутку. Я кажется, даже слышала о чем - то похожем. Подобное объяснение меня абсолютно устроило. В конце концов, чтобы это не было, в целом, это не имело значение. Важны были сейчас лишь две вещи. Во-первых, я здесь со вполне определенной целью. И во-вторых, только холодной головой можно что-то решить.

Вот только эта фраза крутилась не переставая в моей голове. " Тебе нравится, Цилли?". И в какой-то момент я даже сама себя спросила понравилось ли мне? Что я почувствовала тогда когда это мужчина прикоснулся ко мне? И с ужасом признала, что, да, ощущения были скорее приятные, чем нет. Мне понравилось.

10

В прочем, мне повезло. После обеда очень скоро Дала начал зевать, тереть глазки, мы решили "немного полежать" и он почти сразу заснул. Я конечно же, последовала его примеру и мне даже удалось немного поспать. Проснулась я от звука приближающихся шагов. Это были те же стражники, что и вчера во главе с начальником охраны, которого, как я знала теперь, звали Хавишер. Он был столь же немногословен и как вчера, но сегодня к просто хмурому выражению лица присоединилось ещё и вполне заметное недовольство. Похоже, что ему идея водить меня куда-то не особо нравилась. Или не этом дело?

Я жестом показала чтобы не шумели, кивнув на спящего ребенка и стражники, конечно же, сделали грозные лица, но шуметь и вправду не стали. Почти на цыпочках, мы вышли из камеры. Мне было не охота оставлять Далу одного, но выбора не было. Надеюсь, что я вернусь раньше, чем он проснётся.

Я надеялась, что снова увижу императорский зверинец, но меня повели другой дорогой в западную часть замка. С одной стороны, это было даже хорошо, потому что так я смогу больше изучить все пути из замка. А это мне скоро понадобится. Я старательно запоминала любые мелочи. Обоняние подсказывало мне назначение соседских помещений. Вот это склад , кладовка, комната слуг, оружейная... В некоторых местах вдруг появлялся едва заметный сквозняк - значит где-то близко выходы во двор или на открытую галерею либо террасу. Очень важное наблюдение.

Удивительно, как столь короткий дневной сон смог расставить все на свои места. Из головы резко пропал сумбур, я была полна решимости продолжать действовать по заранее выбранному плану.

А между тем, наш с охраной путь продолжался и мы все больше и больше поднимались наверх. В какой то момент, мы вошли в очень узкий коридор, переходящий в столь же узкую винтовую лестницу.

Наверное, это было очень странно, учитывая мое положение здесь и все обстоятельства, но все же я была в волнительным и даже немного приятном предвкушении.

Когда меня привели в небольшое помещение, я не сразу заметила в нем Императора. Наверное, это случилось потому что я не привыкла видеть его таким. В первые две наши встречи я видела его суровым, рассерженным, взволнованным и даже порой обескураженным. Вчера, наоборот, он был весел, шутил и смеялся. И лишь одно было неизменным - он всегда притягивал к себе взгляд, словно один он занимает все пространство. Сейчас же Император был настолько спокоен и сосредоточен на своем занятии, что как будто сливался с окружающей комнатой, полной книг и канцелярских принадлежностей.

Я огляделась. Это было небольшое помещение, вдоль всех стен которого стояли шкафы с книгами и рукописями. Вытянутые полукруглые окна, нашедшие себе место между бесконечных шкафов и полок, открывали вид с высоты почти на весь город.

Император сидел за небольшим столом, на котором хаотично были разложены рукописи и что-то писал, заглядывая поочерёдно сразу в несколько из них. Он, не поднимая глаз, жестом отослал охрану.

Когда мы остались одни, я сдержанно поздоровалась. Император кивнул, все также не отрывая взгляда от бумаг. Мне ужасно сильно захотелось узнать, что там, но немалым усилием воли я смогла победить свое любопытство.

- Садись, - сказал он, указав на стул напротив себя.

Мне не очень это понравилось, ведь это было очень близко, а я не особо привыкла вести важные переговоры лицом к лицу. Однако, другого выбора у меня не было, пришлось принять это предложение.

Какое-то время мы сидели молча, но я все же решилась и заговорила первой.

- Кажется, вчера я забыла поблагодарить за подарок...

- Возможно, - Император слабо улыбнулся, словно вспомнив какую-то шутку.

- Поэтому, я бы хотела сказать " спасибо"...

Я хотела еще что-нибудь добавить к этому, но Император меня прервал:

- Пожалуйста! - он улыбнулся чистой доброй улыбкой, которую я никогда у него не видела. И впервые посмотрев на меня, добавил. - Тебе очень идет, носи его.

Эта простая фраза и улыбка снова сбили меня с толку и, кажется, я вновь потеряла весь настрой, который едва обрела. Щеки снова залил предательский румянец. Чего-чего, но комплиментов, я в своей жизни слышала предостаточно. Но почему-то именно этот так обескуражил.

- Кажется, ты обещала рассказать о том, что доставляет тебе... М-м-м... Удовольствие?

- Что? - от этого странного вопроса я была в шоке.

" Он просто шутит с тобой, не ведись на провокации. Он играет с тобой как кошка с мышкой" - повторила я себе.

- Ну... Книги, природа, путешествия... Что там еще вчера ты говорила? - в отличии от меня, Император был абсолютно спокоен и размеренно продолжал своё занятие. - Я подумал, что , возможно приятная беседа поможет мне немного скрасить скучную работу. Расскажешь мне что-нибудь?

- О чем именно Император хотел бы услышать?

- Ну, допустим, о природе. Расскажешь, мне о самом красивом месте, где ты побывала?

- О... Сложно выбрать самое красивое, - понемногу мне удалось вернуть себе холоднокровие.

- Что ж тогда расскажи о самом необычном месте, где тебе приходилось бывать.

Я снова задумалась. Какое же было самым необычным? Может дождевой лес или долина цветных гор или остров водопадов.

- Два года назад я была в долине соли, - начала я определившись. - Это очень необычное место. Это дно огромного высохшего соленого озера. В сезон дождей вода скапливается в небольших углублениях. И получается множество маленьких озер. Но вода в них настолько соленная, что в ней практически невозможно утонуть. Она тебя выталкивает наружу, как воздушный пузырь. Во все остальное время - все, что видно вокруг это песок и соль. Она белая-белая с маленькими ярко-голубыми озерцами. Кажется, что соли вокруг так много, что местность похожа на огромную соленую пустыню.

- Ну, пустыней меня не удивить. Расскажи лучше про то где много зелени, рек, озёр.

Первой мыслью конечно же было начать рассказывать о доме. Однако, не думаю, что это будет правильно. В конце концов, я не знаю Императора и не знаю какие цели он преследует. Определено, стоит быть осторожнее и даже близко не касаться этой темы.

- У основания кроны звездного дерева, почти под домом третьей луны, есть особое место, которое мне очень дорого. Это родина моей мамы. На всех картах она обозначена как долина Байтури, по имени реки Байтура. Если перевести название реки с местного наречия то это значит "богатая". Мне кажется, что это самое полное и подходящее определение не только этой реки, но и всей природы вокруг, настолько она насыщенная всем, что только можно. Там в небо взлетают величественные горы, между которыми текут быстроводные хрустальные речки. Холмы и равнины покрыты густой травой как коврами, а озера настолько прозрачные, что некоторые из них видны насквозь до самого дна, так словно они из стекла. Можно плыть на лодке и видеть сквозь воду серые круглые камни, которые лежат от тебя так далеко. А кажется, что просто руку протяни. Главный приток реки Байтура - Арак, на своем пути огибает гору Хакра и делится на два течения, или, как говорят местные, два "рукава". Левый рукав, до того как снова соединиться со своим братом, падает с большой высоты одного из хребтов Хакры и становится водопадом. Местные называют этот водопад "Речной Жемчуг".

- Почему, - спросил Император заинтересовано.

- Этот водопад так расположен, что освещается солнцем большую часть дня и множество брызгов, преломляя свет, создают особое сияние над водой. Оно похоже на множество радуг одновременно. Наверно, и вправду напоминает жемчужный перламутр. Днем там очень красиво, но вечером на закате - поистине фантастично!

Я не надолго замолчала, собираясь я мыслями.

- Продолжай...

- Горы, холмы, равнина все прекрасно в любое время звездного года, но особенно волшебным становится это место именно весной, когда вся земля вокруг покрывается яркими луговыми цветами... Местные говорят, что когда Бог раздавал людям земли, им ничего не досталось и Всевышнему пришлось выделить им кусочек Рая.

- Похоже на правду, если верить твоим словам, - Император рассмеялся.

Он сделал это так просто, словно уже не пытался держать маску Гроздного Властителя. Так как будто мы были добрыми приятелями и я только что рассказала забавную шутку. Почему-то когда Император так смеялся он становился каким-то особенным - ярким, интересным и при этом простым. Было что-то непостижимо притягательное то ли в его смехе, то ли озорном в блеске его глаз в этот момент. То от чего у меня сладко защемило сердце.

Я снова покраснела. Чтобы не выдать свое минутное замешательство, я поспешила продолжить рассказ. К моему огромному удивлению, Император оказался прекрасным слушателем - внимательным и тактичным. Не смотря на то, что он продолжать делать свои заметки и даже, как мне показалось, небольшие вычисления на бумаге, ни одна нить нашего разговора не была потеряна. Причем, было заметно, что его заинтересованность вовсе не показная или не вызвана какой-то скрытой выгодой. Императору, действительно, нравилась беседа со мной.

И надо признаться, найдя благодарного слушателя, я говорила и говорила, потеряв счет времени.

Наверное, несколько часов подряд. Не заметив как свет в комнате незаметно сменился и в него начали вкрадываться красноватые оттенки заката.

- Скажи, - Император отложил бумаги, откинулся на спинку стула, приложив пальцы к верхней губе. - Что чувствуешь, когда смотришь на все это?

- О... Это то, что никогда не приедается, никогда не надоедает. И не потому, что постоянно меняется. Нет. Это то чем не возможно насытиться и ты впитываешь это как губка. Все это: зелень деревьев, шелест травы, пение птиц и рассветные краски, прохладу росы... И это все становится частью тебя... Остается навеки в тебе...

Почему то мы оба сразу одновременно посмотрели в окно, туда где дальше крыш домов в пустыне разливался закат. Он был сегодня особенно прекрасным, но почему не радовал взор. Было в нем что-то сиротливо-грустное. И на душе тоже стало тоскливо. Мы какое-то время молчали.

- Я пойду? - спросила я осторожно.

- Куда? - брови Императора дернулись вверх.

- К себе.

- Иди, - он кивнул.

Когда я снова оказалась в своей камере и стражники закрыли за мной дверь на замок, я облегченно выдохнула. Не знаю почему. Это жуткая клетка - самое ужасное место где мне довелось побывать, но все же хоть что-то привычное, после той сумятицы что происходила в моей голове за ее пределами. Смешно.

Было уже довольно поздно. Ночь почти полностью вступила в свои права.

На кровати Далы не было. Оглядевшись, я нашла его спящим на ковре. Похоже, малыш, до последнего ждал меня и не ложился спать.

Аккуратно подняв, я переложила его на кровать, обняла и закрыла глаза.

" Я слишком устала чтобы думать" - сказала себе и провалилась в сон. Всю ночь мне снился дом, мама и любимые люди.

11

Утро встретило меня тоской одиночной тюремной камеры. Не было рядом ни любимой мамы, ни близких. Ни привычного буйства природы родного острова. Только пыль и бесконечный песок за окном. Да, моя клетка немало изменилась за последнее время. Появилась мебель, ковер, стало намного чище. Но все же

это мало что меняло. Тюрьма есть тюрьма.

- Почему ты грустная? - спросил удивленно Дала.

- Мне приснился мой дом и семья.

- Ты скучаешь?

- Да, очень.

- А где твой дом?

- На острове про который я тебе рассказывала.

- Ты не можешь туда попасть потому что тебя держат здесь взаперти?

- Да, но не только по этому. У меня есть важное дело здесь. Только я не могу рассказать какое. Но думаю, что я скоро его сделаю. И я смогу вернуться к себе домой.

- Ты возьмёшь меня с собой?

- Это не безопасно, путь очень длинный и сложный.

- Ну и что.

- Знаешь, я думаю, что будет лучше найти тех кто о тебе позаботится.

- Нет, я не хочу! Я хочу с тобой, - Дала насупился и даже слегка обиделся.

Кажется, он не считал кого-то вправе распоряжаться его судьбой. И был в чем-то прав. Я и сама сильно привязалась к ребенку, но и понимала прекрасно, что не смогу взять его с собой. Я молчала, ища слова утешения. В голову, как на зло, ничего не приходило. Меня спасло то, что в этот момент нам принесли завтрак.

Он был еще шикарнее, чем вчерашний и Дала счастливо бросился изучать эти "диковинки" , а я облегченно выдохнула. Определенно, сейчас я была не готова сказать ребенку, что скоро мы расстанемся навсегда. И не только потому что, он недавно пережил утрату матери. Для меня самой эта мысль была как нож в сердце.

Завтрак, и в правду, был королевский. Фрукты, свежайшие лепешки с медом и толченными орешками, сладкие напитки, горячий травянной чай, горшочки с кашей и толченными клубнями и даже ягоды со взбитыми сливками. Удивляло не только разнообразие блюд, но количество. Определенно, тут еды хватило бы на четверых.

Конечно же, Дала был просто в восторге. Но вот я его радости не разделяла. Конечно же, хорошо, что ребенок отлично питается, но все это все не просто так. И все имеет цену в мире людей, мне ли этого не знать.

Еще больше мне не понравилось, когда принесли еще один подарок.

Это был небольшой свёрток. Все та же женщина, которую, похоже, приставили ко мне, лишь кратко сказала, что это от Императора. Развернув, я увидела, что это была одежда - дорогая и красивая. Белоснежная туника-халат, длинный палантин, широкие брюки-юбка и нагрудная повязка-топ, какие носили местные женщины под платьем. Все они были из тончайшей ткани самой высокой пробы. Практически безо всяких украшений и вышивки, но потрясающе красивые. Внимательно рассмотрев, я снова аккуратно сложила все это и случайно уронила что-то на пол. Я наклонилась и с удивлением подобрала с пола браслет из крупных бусин. Похоже, что служанка положила его сверху, но он затерялся в складках одежды и поэтому я его не заметила сразу. Приглядевшись повнимательнее, я поняла, что бусины были из речного жемчуга. Ого... В местных краях, это даже еще большая редкость, чем жемчуг морской. Дорогой подарок.

Конечно же, сразу вспомнился мой вчерашний рассказ про водопад “Речной Жемчуг". Совпадение ли?

Я нерешительно примерила браслет на запястье. В отличие от преведущего подарка, этот мне нравился. Даже не знаю почему. Хотя, я точно не была падка на украшения. Скромный, но прекрасный, благородный блеск перламутра оттеняла тонкая серебрянная цепочка.

А может быть дело было в другом. Конечно, каждая клеточка моего тела рвалась на свободу, но сейчас что- то изменилось. Словно часть меня навсегда осталась в той маленькой комнате со столом, заваленным бумагами и шкафами, полными книг. Второй рукой я накрыла браслет и казалось, что он был теплый. Это было непривычное, но приятное ощущение.

Дала с интересом наблюдал за мной, но молчал.

- Ты сегодня тоже уйдешь? - выдал он в конце.

- Не знаю, наверное.

- Зачем?

- Я не знаю.

- Они тебя обижают?

- Нет. Мы просто разговариваем.

- Скажи им чтобы они тебя выпустили.

- Хорошо, можно попробовать.

А вдруг Дала прав? Может быть можно просто договориться? Конечно, я буду не первой, кто попытается просто выкупить Святыню нашего народа, но, вдруг, повезет именно мне?

Нет! Это все бред! Ничего не бывает бесплатно в человеческом мире. И эти дорогие кушанья, и подарки, и одежда. Императору что-то нужно от меня. И что мне предстоит узнать. Думаю, это не займет много времени.

Кроме того, раз Император не согласился продать Змеиный пояс за цену в несколько раз дороже, то вполне очевидно, что у него на него другие планы. Уж кто, но он точно не глуп.

Чем бы мы с Далой не занимались в этот день, мои мысли неизбежно возвращались к одному и тому же. Ко вчерашнему вечеру, проведенному с Императором. Я нервничала, томительно ожидая когда стражники заберут меня и поведут на встречу с ним. Однако, этого не произошло. Ни в то утро, ни днем, ни даже вечером, когда накал моего ожидания уже достиг придела. Лишь ночью я поняла, что никто не придёт за мной. Почему -то эта мысль отозвалась для меня огромной тоской. Засыпая, я пыталась думать о доме, но получалось плохо. Мысли путались, терялись и неизбежно возвращались к одним и тем же заезженным темам.

На следующее утро я проснулась необычно рано. Свет лишь слегка коснулся мрачных стен моей тюремной камеры и в воздухе еще оставался след ночной прохлады. Ночь нисколько не помогла мне навести порядок в голове.

Я осторожно выскользнула из кровати, стараясь не потревожить спящего Далу. В помещении оставили на ночь большую ванну. Обычно на ночь ее забирали чтобы помыть и сменить воду, но вот сегодня почему-то забыли. Вода в ней была приятной, чистой и даже немного прохладной. Я с удовольствием забралась в нее прямо в одежде, если, конечно, то что было на мне можно было назвать одеждой. Не знаю сколько я просидела в прохладной воде, но выбраться из нее я решила только услышав в далеке шаги. Это были все те же стражники во главе со своим Начальником. Сегодня он был даже мрачнее, чем всегда. Он угрюмо кивнул, ничего не сказав. Все и так было понятно.

Я наскоро вытерла мокрые волосы и одежду. И, немного поколебавшись, накинула подаренный Императором халат-тунику, а на голову и плечи палантин.

Дала ещё спал самым настоящим детским сном. Таким глубоким и сладким, каким и должны спать все детки. Бросив беглый взгляд, я невольно залюбовалась спящим малышом. Было что-то по-настоящему неправильное в том, что маленький ребенок спит тюремной камере. Я наполнила себе, что мне придется взять на себя ответственность раз уж больше некому. А значит, нужно быть вдвойне осторожнее.

Меня довольно долго вели узкими длинными коридорами и галлереями. Я старательно запоминада любые мелочи. Потом легонько подтолкнули в большую дверь и закрыли ее за моей спиной. Никто из стражников со мной не вошёл. Я огляделась и посмотреть, поистине, было на что! Это было огромное помещение, которое могло спокойно потягаться с тронным залом. Высота тоже поражала - тут было как минимум три этажа. И почти все пространство вдоль стен было заставлено шкафами с книгами. Королевская библиотека.

В центре стоял Император. Удивительным образом, он не терялся в этом огромном помещении, скорее он его дополнял. В нем было столько достоинства и величия и при этом простоты.

Увидев меня, он улыбнулся теплой ласковой улыбкой, как старому другу.

- Привет! Я тут кое-что нашел, думаю что могла бы мне помочь?

- Помочь? С чем? - от удивления я даже забыла поздороваться.

- Вот с этим, - он кивнул на какую-то маленькую книжку, которую держал в руках, а затем продолжил. - Ты сказала, что знаешь язык шиду. Пришло время показать свое умение!

Он рассмеялся и протянул мне свою маленькую ношу. Я тоже невольно улыбнулась и подойдя взяла с его рук книгу.

Одного беглого взгляда хватило чтобы понять, что в моих руках действительно была самая настоящая книга, написанная на языке шиду. Ого! Вот это да! Огромная редкость.

Вместо обложки были две деревянные дощечки, обработанные специальным способом. Переплет из толстых коноплянных нитей. На взгляд любого другого человека, возможно, книжка была довольно неказистая и не представляюшая особого интереса, но я то понимала, что моих руках настоящее сокровище! Я раскрыла книгу и начала аккуратно прослистывать страницы.

- Ну что? Что скажешь, змейка? - задорно спросил Император.

- Да, это настоящая книга на шиду, истинный след былых эпох.

- И о чем она?

- О яблонях.

- Ну это я понял, я расчитывал на более полный перевод.

Я снова углубилась в книгу.

- Тут почти все про яблони... Как их сажать, как общаться с яблоней чтобы плоды были вкусные и целебные... Как меняется дерево со временем и с течением звездного года... Чем отличаются яблоки разных цветов и кому они полезнее...

- Ну что ж, давай посмотрим. Давай читай. Вот здесь, - Имперетор уверенно ткнул пальцем в строку.

- Хорошо, - я вдохнула воздуха и побежала глазами по строке. - " В тот день, когда войдет в зенит седьмая луна, возьми три семечка яблони из плода, который показался тебе особенно вкусным и приятным глазу... "

- Стой, - перебил меня Император. - Почему ты прочитала вот здесь "семя" , а вот здесь "плод"? Ведь слово написано одно и тоже.

- Это зависит от времени, - начала я расплывчато, подбирая слова.

- Времени? - удивился Император.

- Д-да...

Слова так и не нашлись... Я силилась что-то из себя выжать, но потому-то столь близкое присутствие рядом этого мужчины, лишило меня былого красноречия.

- Объяснишь? - спросил Император.

- Наверно это легче написать на бумаге...

Император жестом руки пригласил меня за небольшой столик. Я села, взяла в руки писчую палочку и один из листов, лежавших в стопке рядом.

- Можно? - на всяких случай спросила я.

Император подсел рядом и кивнул.

- Все дело вот в этих точках, - я указала на нужное место в книге. - Они называются "токку".

- Есть токку времени, хотя это конечно не совсем правильное их определение, есть объединяющее два слова... Вот это слово "яблоня"...

Я старательно перерисовала нужный знак с книжки, хотя конечно же помнила его и так и смогла бы написать даже с закрытыми глазами.

Император кивнул и я продолжила:

- Между ним и соседним словом стоит точка, значит эти два слова объединяются в одно по смыслу.

- Следующее слово "плод"?

- Не совсем... На самое деле это слово трудно перевести. Это зависит от времени. Вот эти точки, которые стоят сверху над словом, они определяют его время. Не то время, как мы его понимаем, скорее более глубокий смысл... Их может быть от одного до трех. Одна точка - прошлое, две настоящее и три будущее, точнее то, что обращено в будущее. То есть, в данном случае, семя.

Я уверенно дописала нужное слово и тщательно раставила все токку.

- Ого. Интересно, - Император внимательно рассмотрел мою запись. - А если бы токку времени была бы одна?

- Тогда бы это слово означало "цветок".

- Прошлое время? - удивился Император.

- Не совсем... - я замялась, боясь что неправильно подобрала слова. - Наверно, я неправильно перевожу значение токк. Одно токку - это не прошлое время, а скорее то, что дало начало. Два - это какой-то результат, в данном случае, плод... Ну а три, это нечто, что скорее обращенно в будущее. Как семя или какая-то идея или маленький ребенок у которого еще вся жизнь впереди... Ну или что- то такое время чего ещё не пришло...Простите, что непонятно объясняю.

Не знаю, почему меня это расстроило. Император поспешил убедить меня в обратном:

- Ну что ты! Нет, мне все понятно. Хоть, и очень необычно. Скажи, а что значит вот этот токку зеленого цвета?

- Это приказ к действию. Повелительное наклонение. Здесь оно стоит над словом "брать" и, стало быть, его можно перевести как "возьми".

Имперетор внимательно слушал и я решила продолжить:

- Есть еще токку красного цвета. Они означают вопрос. Сейчас попробую найти...

Нужное место в книге, как на зло, не находилось. Меня смущала эта заминка, но Император терпеливо ждал. Наконец-то, я нашла что- то подходящее.

- Вот тут.- продолжила я и начала читать вслух. - " Какие яблоки нужно есть человеку, который находится в сметении, не может сделать сложный выбор или не может разобраться в своих мыслях и чувствах?"

- И какие же? - спросил Император и я продолжила свое чтение:

-" Определенно, такому человеку стоит есть яблоки преимущественно зеленых сортов. Зеленые яблоки гармонизируют рассудок человека, делаю его более уравновененным, приводят в надлежащий порядок чувства и энергии..."

- Хмм... Полезный совет, - пробормотал Император и продолжил, но уже громко. - Но скажи, в первом предложении где слова, описывающие чувства. Я тоже учил язык шиду и вижу тут только пять слов : цвет, яблоко, плод, настроение и человек.

- Вот тут, под словом "настроение" есть особые токку, они называются "лунные".

- И как их переводить и читать? - поинтересовался Император.

- Никак, - я пожала плечами. - Их можно только почувствовать.

- Как?

- Нужно просто к ним прикоснуться. Потрогать пальцами. И тогда нужное знание придет само.

Император приложил палец к маленькой точечке, сосредоточенно замолчал, но вскоре покачал головой:

- Я ничего не чувствую.

- Возможно, это не самое подходящее токку для начала.

Я осторожно забрала книгу из его рук и стала перелистывать страницы, водя по ним пальцами, пока не нашла то что искала.

- Вот, - показала я нужное место в книге. - Думаю, это подойдёт. Здесь про определение спелости плодов.

Император приложил пальцы к указанному токку, замер , но потом снова тряхнул головой, убрав руку:

- Нет, я все равно ничего не чувствую.

Было заметно, что это его расстраивает. Сама не знаю почему , но мне не хотелось видеть огорчение на его лице. Повинуясь какому-то порыву, я вернула его пальцы на книгу и накрыла своей ладонью.

- Все получится, - сказала я смотря Императору прямо в глаза. - Нужно лишь на мгновенние освободить свою голову ото всех мыслей и отпустить все чувства. Это как очень тихий звук, к нему нужно лишь немного прислушаться.

Наверно, Император сначала немного удивился моей своевольности, а затем закрыл глаза и выдохнул. И я сама перестала дышать, смотря на его красивое лицо. Крошечная морщинка между его бровей сначала появилась, но вскоре разгладилась. Еще через мгновение уголок его рта немного дернулся вверх.

- Я чувствую, - изумленно пробормотал он.

- Что?

- Не знаю... Точнее, не знаю как это описать. Наверное, я почувствовал запах. Это запах свежих спелых яблок, напитанных солнцем. Мне трудно это объяснить...Я как будто побывал в яблоневом саду... Но это потрясающе.

Только в этот момент я поняла, что моя рука все еще лежит на его. Я поспешно одернула ее, сильно смутившись.

- Да, все правильно, - пробормотала я, краснея и старательно смотря вниз на деревянную столешницу.

На мое счастье, Император не заметил моего состояния, углубившись в книгу.

- Скажи, а как тогда написать " перезревшее яблоко"? - спросил он, оторвавшись от страниц.

- О! Это очень просто, сейчас покажу, - я с радостью вновь потянулась к бумаге. - Вот, сначала пишем слово "плод", потому что по смыслу оно все же будет первым... Потом слово "время". Объединяем эти слово через связующую токку... Вот так. И ставим над словом "плод" две токку, а над словом "время" три.

- Ого. Интересно. Дай угадаю, чтобы написать "недозревший плод" нужно слелать все тоже самое, лишь над последним словом будет не три точки, а одна?

- Да, совершенно верно, - я улыбнулась и неглядя попровила браслет на руке.

Похоже, мой мимолетный жест привлек внимание Императора. Он взял мое запястье в свою руку. У него были большие ладони и тонкие длинные пальцы, и от этого казалось, что моя кисть терялась в них.

- Кажется, тебе понравился мой подарок? - он вернул мне улыбку.

- Д-да... Спасибо большое. Мне он очень понравился.

- Тебе идет, и одежда тоже. Хотя... Знаешь, то что было на тебе до этого, мне нравилось больше. Наверно потому что ее меньше, - Император продолжал улыбаться и держать мою руку, игнорируя мои робкие попытки ее забрать.

Если я до этого и была смущена, то то что было сейчас не шло ни в какое сравнение. Краска залила мои щеки.

- Скажи, - Император отпустил наконец-то моё запястье, но слегка придвинулся, развернувшись ко мне. - Кто научил тебя шиду?

- Хороший друг.

- Возлюбленный? - Император вскинул одну бровь.

- Нет-нет, ничего такого, просто друг, - ответила я куда более поспешно чем следовало бы.

- Человек?

- Да. Он большой любитель книг. В былые времена мы много дней провели, обсуждая тонкости перевода, - я невольно улыбнулась, вспомнив приятные моменты. - Наверное, он специально обучил меня читать и понимать шиду, чтобы было с кем подисскутировать на эти темы. Книги - его давняя любовь. У него огромная библиотека. Но, конечно, не такая большая как эта...

Я снова оглядела огромное помещение.

- Нравится?

- Да, - честно ответила я.

- Если хочешь, можешь остаться здесь на время.

Я снова обвела жадным взглядом библиотеку. Было бы очень здорово тут провести время, и точно лучше, чем в моей камере-клетке, но мне не хотелось оставлять Далу на долго.

- Спасибо за столь приятное предложение, и за оказанное доверие, но я не смею так сильно злоупотреблять оказанным мне гостеприимством.

- Вот как, - Император слегка вскинул брови, но лезть с распросами не стал, тактично оставив эту тему.

- Скажи, - продолжил он. - А остальным языкам тебя тоже обучил этот друг?

- Нет, почти всем языкам, которые я знаю, меня обучила мама. Она их знает огромное количество. Она необыкновенно одаренный и талантливый человек.

- А отец? Тоже?

- Я не знала своего отца. Мама говорит, что была с ним лишь однажды и их пути навсегда разошлись.

- И тебе никогда не хотелось разыскать его? Увидеться?

- Не знаю, - честно ответила я. - В любом случае, это уже невозможно.

- Почему?

- Потому что он обычный человек, а мне уже сто шестнадцать лет. Ни один человек не проживет столько долго...

- Что? Твой отец - человек?

Я внимательно посмотрела на Императора. Он выглядел крайне изумленным. Почему в моем рассказе его удивило не то, сколько мне лет, а то, что мой отец просто человек?

- Да, - ответила я кратко, раздумывая как сойти с этой скользкой темы.

- То есть ты полукровка? И поэтому ты не похожа на других?

На меня словно вылили ведро ледяной воды. В этой жаркой пустыне я впервые почувствовала, что мерзну. Ледянной озноб пробежал по моей коже. Романтический флер и очарование этой встречи развеялись так быстро, как будто их и не было вовсе. Мгновенно.

- Что значит других? Каких других?

Если он видел других Хаша, то только кого-то из погибших девушек. Иных вариантов просто не существует. И возможно, даже причастен к их гибели. Мы так мало знаем про обстоятельства смерти Лейлы и Тиры. Их лица мгновенно всплыли в моей памяти.

- Тех, что я видел в книге, - спокойно ответил Император. - Могу и тебе показать.

Ни один мускул не дрогнул на лице Императора. Разве, что оно слегка потеряло недавную теплоту. А сердце забилось чаще лишь на самую маленькую толику и это могло быть совпадением. Но было что-то в его голосе, отдаленные нотки чего-то еще непонятного мне.

Я так и не смогла определенно сказать соврал Император или нет. Он слишком хорошо умел "держать лицо". Очевидно, этот навык он развивал еще с детства.

Я осторожно принюхалась. Его запах не изменился. Когда человек злится, сердится, печалится и вообще испытывает какие-то негативные эмоции, или даже просто вспоминает о них, его запах резко меняется. Чье-либо убийство трудно отнести к приятным воспоминаниям. А Император вовсе не выглядел как маньяк.

- Но ты не ответила, - спокойно продолжил он. - Если твой отец-просто человек, значит ты полукровка?

Я вздохнула. Определенно эта была не та тема, на которую я бы хотела разговаривать с малознакомым человеком. Правда была в том, что у каждой змеи Хаша человеческий отец. А я не похожа на остальных всего лишь странной прихотью судьбы.

- Есть некоторые темы, которые я не могу обсуждать, просто потому что они ставят под удар весь мой народ. Ведь нас так мало осталось. Не все секреты принадлежат нам самим, - я грустно вздохнула. - Могу лишь сказать, что существуют причины по которым мы находимся под угрозой вымирания.

Определенно, эта была очень больная тема для всех Хаша. Я всегда считала, что было бы лучше, если бы существовали Хаши обоих полов. Тогда бы мы могли жить изолировано, а мои сестры Тира, Лейла и даже принцесса Тамира были бы живы.

Император промолчал и кивнул. Кажется, он без слов понял все о чем я молчала.

- Ты грустишь? - неожиданно спросил он и его теплая рука вдруг накрыла мою ладонь.

В этом прикосновении не было чего-то интимного. Оно больше походило на дружеское.

- Да, - честно ответила я.

- Почему?

- Меня печалит судьба моего народа, моих близких. Мы все как одна семья - безмерно дороги друг другу...

- Но ты мне ничего не можешь про них рассказать, так?

- Да.

Какое-то время Император просто смотрел на меня изучающим взглядом, внимательно вглядывался в лицо.

- Возможно, я бы смог помочь вам.

Была какая глупая ирония в том, что помощь мне предлогал тот, кто держал в темнице. Было что-то в этом одновременно и смешное и печальное.

- Боюсь, тут вряд ли чем-то поможешь.

Между нами снова воцарилось тяжелое молчание.

- Пройдемся? - предложил Император, протянув руку.

Я кивнула и быстро поднялась, приняв его помощь. В этот раз он не стал задерживать мою руку. И мы пошли вдоль книжных шкафов, все так же молча.

Я любовалась книгами, Император шел спокойным размеренным шагом, погрузившись в свои мысли. Потом встал и погладил кончиками пальцев корешок книги. Мягкий розоватый утренний свет из длинного вытянутого окна под самым потолком отбрасывал на него свое теплое свечение.

- Как ты думаешь, Цилли, много ли людей мне завидуют?

- Думаю, что да. Много.

- Почему?

Я пожала плечами:

- Власть, деньги...К этому стремятся многие люди.

- А ты?

- Нет, я никогда к этому не стремилась.

- Почему?

- Мне всегда была дороже свобода.

- А я никогда не знал абсолютной свободы.

- Мы все не свободны в чем-то.

- И ты тоже?

- Я тем более.

- И в чем же твоя несвобода?

- Разве это не слишком очевидно? В текущем моменте, я имею ввиду. Разве я не пленница здесь?

- А до этого? В чем была твоя несвобода?

- Я принадлежу своему народу. Сердцем, душой, любыми своими устремлениями. Возможно, это не самая большая несвобода... Но все же. Кроме того, моя природа, моя принадлежность к Змеиному Роду Хаши накладывает свой след...

- И что же делать если ты не свободен?

- Сложно сказать. Думаю, что надо искать свою свободу и найти ее даже в глубине своей собственной темницы.

- Интересно. И какая может быть свобода для человека, который связан по рукам и ногам обязательствами и долгом?

- Мне кажется, что самая высшая свобода это возможность воплощать свои мечты в реальность.

- Ооо... Моя мечта столь трудновоплотима, что я сам до сих пор не уверен, что это вообще возможно.

- Даже для императора?

- Да, даже для меня.

- Но если Правитель Тель-Эрии не сможет воплотить задуманное в жизнь, то кто тогда?

Император посмотрел куда-то далеко вдоль стен библиотеки и кивнул, словно потверждая какие-то свои мысли.

- Сегодня особенный день, - сказал он , посмотрев на меня с улыбкой. - Увидемся вечером?

Это был не приказ и даже не просьба, а именно вопрос. Неужели он предлагает мне встретится и спрашивает моего мнения? Ведь я тут пленница, а он правитель, владыка и император. От неожиданности я потеряла дар речи и просто растерянно кивнула.

- Хорошо. Сейчас мне надо идти... До вечера. Тебя проводят... И спасибо!

- За что?

- За аромат спелых яблок!

Когда дверь за ним захлопнулась, я так и осталась стоять каменной статуей, крайне обескураженная и удивленная. Все те же стражники зашли в библиотеку и мы какое-то время просто смотрели друг на друга. Они почему-то не решались что-то мне приказывать и даже просто говорить что делать.

- Пошли? - деликатно спросила я, взяв наконец себя в руки.

Начальник Стражи кивнул, мы молча выстроились в привычном порядке и начали мое "конвоирование".

Я пыталась запоминать все мелочи и незначительные детали, которые встретились нам на обратном пути, но мысли то и дело сбивались на другое.

12

Когда я снова вошла в камеру, то с удивлением заметила, что Дала из-за всех своих цыплячьих сил толкает, а точнее пытается толкать, стол к окошку. Окно было под самым потолком, узкое и длинное. И единственный способ в него посмотреть наружу это встать на стол.

- Что ты делаешь, Дала?

- Я хочу посмотреть, что там!

Он упорно продолжал упираться плечом в ножку тяжелого стола, который этого и не особо замечал.

- Не надо, подожди, давай вместе! - мне не хотелось чтобы ребёнок надорвался.

Дети часто переоценивают свои силы, Дала, похоже, был не исключением.

Командными усилиями мы быстро перетащили непокорный стол куда надо. Дала легкой пташкой вспорхнул на него, но дальше дело не пошло. Его роста, все равно, не хватало чтобы заглянуть за решётку. Он отчаянно прыгал чтобы зацепиться хотя бы одним пальчиком за край каменного подоконника. Это мне чтобы выглянуть за окно достаточно было лишь стать змеёй, а вот для малыша это была та ещё задача.

"Упёртый" - подумала я и со вздохом встала на стол ногами. Мне это не особо нравилось. И не столько по вопросам гигиены, просто не хотелось вставать туда куда кладут пищу.

Довольный Дала с радостью принял мою помощь. Я подняла его на руки и поднесла ближе к окну. И мы оба и интересом прильнули к нему.

Что же так заинтересовало ребёнка?

Во дворе замка, и даже в самом городе царило какое-то необычное оживление. Конечно, Тель-Эрию трудно было назвать спокойным местом. Тут всегда что-то происходило. Встречали грузовые караваны, сталкивались торговые потоки сразу из нескольких мест, что-то покупали большими партиями, что-то обменивали. В общем, большой и шумный город жил своей обычной жизнью. Но сегодня привычное оживление сменилось настоящим столпотворением , в центре которого были мы. Точнее, Императорский дворец. К главным воротам постоянно прибывали новые и новые богато украшенные колоны из тележек, шатров и повозок, которые тащили вьючные животные. Что было в них, сложно было сказать. Все они были покрыты полотнами, украшенными гербами, лентами и живыми цветами. Вокруг суетились слуги и охранники.

Каждая такая процессия чем-то отличалась от соседней. Словно павлины, пытаясь привлечь внимание именно к себе.

Из внутреннего двора дворца широкой рекой тянулись ряды повозок, груженные самыми разными предметами.

- Что это? Что это? - нетерпеливо тараторил Дала, тыкая пальцем то в одно, то в другое.

- Не знаю, - абсолютно искренне ответила я.

- Что они делают?

- Похоже что-то везут куда-то.

- Зачем?

- Возможно, сегодня какой-то праздник или что-то в этом роде...

Дала сразу же изменился в лице. Счастливая улыбка мгновенно засияла на нем.

- Да! Пускай нас отпустят на праздник!

Детские глаза лучились неподдельной радостью и надеждой. У меня защемило сердце. Никогда до этого собственная несвобода не ощущалась настолько болезненно, как сейчас. Насколько тошно бы мне не было сидеть в этой клетке до этого, это не шло ни в какое сравнение с тем насколько больно мне было сейчас. Дала был ребенком, просто маленьким мальчиком, который верил в чудеса и то, что все может быть настолько просто. Да что это за мир такой в котором малыш, пускай и сирота, нужен лишь тюремной пленнице? Внезапно нахлынувшая обида подточила мои силы, лишив даже голоса.

- Дала, послушай... - проклятый ком в горле мешал мне говорить. - Знаешь, давай я попробую договорится чтобы тебя сегодня выпустили? Тогда ты сможешь немножко погулять на празднике. Я могу попробовать сделать так чтобы о тебе позаботились и сегодня и потом...

- А ты? - Дала нахмурился.

- Я останусь здесь.

- Я никуда не пойду без тебя!

Дала упрямо свел брови вместе, он явно решил твёрдо стоять на своем.

- Когда нас отпустят? - серьезно спросил он.

- Мы сами уйдём.

- А так можно?

- Мы не будем никого спрашивать.

- А охранники?

- Они не заметят. Мы просто уйдем и всё.

- Да! - Дала радостно вскинул вверх свои маленькие кулачки.

Я улыбнулась. Что ж, похоже, ни чудеса местной кухни, ни пушистый ковер не смогли его увлечь. И хотя, Дала был пока всего лишь, ребенком, за ним уже чувствовалась сильная и свободолюбивая личность. Мне в нем это, определенно, нравилось. Классный малый.

- Только ш-ш-ш! - я демонстративно поднесла палец к губам, призывая к тишине. - Никто не должен нас слышать, даже случайно. Мы сбежим отсюда, но сначала мне нужно сделать одно дело. Когда придет время, я все расскажу тебе.

Дала довольно кивнул. Идея стать заговорщиками ему очень понравилась, возможно, даже больше, чем приближающаяся свобода.

- Мы найдем маму? - тихо спросил Дала.

Было что-то очень тяжёлое в его голосе, какая-то отдаленная грусть и боль. Похоже, какая-то часть Далы начала принимать как данность эту потерю. И хотя, его тоска по матери, все же, еще была сильна, надежда увидеть ее живой уже не была столь незыблема.

- Да, мы обязательно разузнаем всё-всё. Мы сделаем всё возможное.

Не похоже, что этот ответ удовлетворил Далу, но он все же кивнул.

Пытаясь отвлечь ребенка, я предложила вернуть на место стол. Мы радостно принялись за работу. И вовремя! Потому что стоило лишь только вернуть на свое законное место этот предмет мебели, как нам принесли завтрак. Это было грушевое пюре, сваренное на молоке и сливочная крупяная каша. Чуть позже к этому принесли травяной сладкий чай и свежее печенье с цукатами и орешками. Следуя уже сложившейся традиции, мы прихватив сладости и кружки, удобно расположились на ковре.

13

Меня снова вели по длинным плохо освещенным коридорам. В этот раз стражники в буквальном смысле подняли меня из кровати. Мы с Далой уже легли спать. Ни шум, ни суета сегодняшнего дня не помешали ему заснуть, едва солнце склонилось к закату. И если Дала спал сладким сном, то у меня, как говорится, "не было ни в одном глазу". Я все ждала, с каким-то непонятным мне самой замиранием сердца, обещанной встречи с Императором. И лишь когда надежда совсем угасла, за мной наконец пришли.

Начальника охраны, как я теперь знала, его звали Хавишер, сегодня не было в числе моих провожатых. Наверно у него были другие, куда более важные, дела на сегодняшнем празднике, который судя по всему, только лишь набирал обороты. А может ему просто надоело таскаться со мной туда-сюда, теряя свое драгоценное время. Удивило меня не это, а то, что за моей спиной дверь камеры зачем-то закрыли на ключ. Так никогда не делали. Да и зачем? Кого закрывать? Далу? Он был всего лишь ребенком, маленьким мальчиком, а не преступником, которого следовало держать под замком. Да и, кроме того, он никогда не предпринимал попыток сбежать.

Может эта какая-то ошибка или кто-то из охраны решил что лучше "перебдеть, чем не добдеть"? Ответов на эти вопросы или хотя бы более -менее логичных предположений у меня не было. Одно я знала точно, мне все это очень и очень не понравилось.

Путь, которым меня вели, был частично мне знаком. Встречались уже знакомые переходы, коридоры и даже запахи. Из башни, где меня держали, мы пошли сначала в хозяйственную часть замка, а затем в куда более богатую. Похоже, это были жилые покои самого Императора. Все здесь кричало о роскоши и достатке. Коридоры становились огромными и высокими как залы. Дорогая плитка и лепнина на стенах и потолках спорила с яркостью пушистых ковров, в которых ноги утопали по щиколотку. Ярко задекорированные искусной резьбой величественные колоны не уступали в красоте фонтанчикам и статуям. Удивительно, как такое обилие цветов, фактур и ярких красок не вступало в диссонанс с другом другом, а выступало общим ансамблем. Никакая, даже самая маленькая деталь, не выбивалась из общей картины. И не смотря на то, что почти во всех переходах и коридорах было довольно безлюдно, они были ярко освещены. Поэтому когда стражники открыли для меня последнюю дверь, мне даже показалось, что в комнате, куда я попала, было абсолютно темно. Но дав своим глазам привыкнуть, я поняла, что это не так. Это было необыкновенно красивое место, одновременно и роскошное и строгое. Безупречную белоснежность ковров и воздушных невесомых тканей оттеняла теплая благородность и величественность светлого дерева и темного камня.

- Зайдёшь? - где-то в глубине послышался слегка насмешливый голос, стоило только стражникам захлопнуть за мной дверь.

Я огляделась и мой взгляд тут же упал на роскошную, поистине королевскую кровать у дальней стены. Однако, Императора там не было. Он сидел в красивом резном кресле рядом. На нем была свободная одежда. Легкие брюки и дорогой халат, расстёгнутый на груди, не сколько не скрывали красивый и мужественный рельеф его мускулистого тела. А тонкий светлый шелк лишь подчеркивал благородную матовость его смуглой кожи.

Против своего желания, я сразу же отвела взгляд. Рядом с кроватью стоял небольшой столик на котором в плоской чаше лежали зеленые яблоки...

Интимный полумрак королевской спальни, таинственное мерцание свечей в резных подсвечниках, сам Император лишь слегка одетый... Все это немало меня смутило и заставило сердце бешено биться в груди.

- Подойди, - попросил Император. А затем весело рассмеялся. - Я не кусаюсь... А ты?

Я молчала, заливаясь краской. Не думаю, что он ждал от меня ответа. В любом случае, ответить что-то более-менее членораздельное в этот момент я бы вряд ли смогла. Однако, кое как совладав с собой, я приблизилась к правителю, стараясь не смотреть ни на него, ни на кровать. Не знаю почему, но один лишь ее вид вызывал у меня дрожь. В голове мысли устроили бешенные скачки, но все же мне кое-как удалось себя уговорить не паниковать. В конце-концов, все это ничего не значит. А если нет? Эта мысль мгновенно промелькнув едва не обратила меня в бегство, как трусливую лань. Стоп! Стоп! Даже если Император хочет меня сейчас как женщину ( хотя, это конечно же не так), то я в любом случае сильнее. Я намного сильнее любого человеческого мужчины.

Очень увлеченная своими мыслями, я даже не заметила, что почти вплотную подошла к Императору и тут же остановилась , растерянно глядя на него. Он тоже не отводил взгляда и его удивительные глаза цвета черного кофе казалось заглядывают ко мне в душу.

Если до этого мое сердце и билось чаще, то это оказалось лишь маленькой толикой того бешенного ритма, который оно взяло сейчас.

"Успокойся!"- сказала я себе. Я в любом случае, сильнее. А значит, смогу сопротивляться.

" А я хочу?" - почему спросил мой внутренний голос.

И в какой-то момент моя фантазия уже оценила этот вариант. Жаркая ночь за окнами, дразнящий яблочный аромат, мерцающий полумрак, шелковые простыни, наверно такие же гладкие как кожа этого мужчины. Его тесные, горячие объятья... Это мимолетное видение, словно дикая необузданная лавина, мгновенно бросила в жар, лишив возможности и двигаться и говорить.

" А я буду сопротивляться?" - снова переспросила я сама себя растеряно.

Нет, конечно, это наваждение не было реально возможным вариантом развития событий, скорее лишь тем чувством которое возникает когда стоишь у обрыва. Когда огромная высота вызывает одновременно и страх и дикий необъяснимый здравым смыслом восторг.

Усилием воли прогнав внезапный морок и постыдную слабость, я решительно снова посмотрела в глаза Императору.

" Все эти глупости к делу не относятся, я здесь вовсе не за этим," - напомнила я сама себе.

Император встретил мой взгляд спокойно, так же расслабленно сидя в своем кресле.

- Раздевайся, - сказал он.

14

- Раздевайся - сказал он и в его голосе не было и тени иронии.

- Что?

Кажется, в этот момент я просто была шокирована, я рассоединилась с реальностью. Мысли, которые до этого роились в моей голове, мгновенно разлетелись как испуганные птички и единственное что я могла, это просто стоять как глыба льда.

Понятия не имею почему после того, как я мысленно пережевывала именно такое развитие событий, они произвели на меня столь сильное впечатление.

Император же кажется и не заметил моего ступора. Или очень умело притворялся.

- Раздевайся - так же спокойно повторил он начиная деловито копоться за спинкой кровати, а затем что-то сунул прямо мне в руки. Я машинально взяла. Наверно в этот момент, я взяла бы и горячие угли и даже не заметила этого.

- Я отвернусь - сказал Император, развязывая пояс своего халата.

Мои глаза прилипли к его рукам, с ужасом и трепетом наблюдая за ними.

- Зачем? - голос ко мне вернулся, вот только он мало напоминал мой собственный. Скорее это был писк новорожденного котёнка.

- Могу не отворачиваться, могу смотреть. Если ты, конечно же, настаиваешь, - ответил Император, при этом он сам отвернулся и скинул халат, обнажив широкую спину и довольно рельефные плечи. - Давай уже переодевайся. Время не ждет.

Сведя наконец взгляд с его спины на свои руки, я увидела в них одежду. Растеряно помяв ее я приняла наконец то еще одну попытку прояснить ситуацию:

- Зачем мне переодеваться?

- Ну, знаешь, мне нужна твоя помощь.

- Помощь...

- Ага. Мне нужен охранник и... компаньон.

- Для чего?

- Я собираюсь сегодня прогуляться в городе. И подумал, что ты можешь составить мне компанию.

- Зачем?

- Зачем я хочу пойти в город как обычный бедняк? Э-э-э... Может отвернешься? - Император многозначительно взялся за широкий пояс брюк, явно намекая, что сейчас собирается сделать.

Два раза меня просить не пришлось.

- Знаешь, я просто хочу повеселиться. Как все остальные. Мне кажется, что в конце концов, я это заслужил. Я сегодня принял все делегации, выслушал уйму хвалебных од и прочей белиберды и даже помахал толпе народа ручкой с балкона. По моему, я тоже заслужил себе кусочек праздника.

- Но почему я? -я все еще ничего не понимала.

Император тихонько рассмеялся. Как ни странно, сейчас он не был похож на грозного правителя, каким представлялся раньше. Скорее это был хитрый школьник, решивший прогулять парочку уроков.

- Помнишь ты говорила, что у всего есть своя цена. Будем считать, что это твоя плата за минимальные улучшения в твоем столь ужасном тюремном содержании.

- Х.. Хорошо... Что мне нужно сделать?

Кажется, ситуация менялась. Вот только не понятно было в какую сторону. В худшую или в лучшую.

- Ничего особенного. Просто прогуляться со мной в город. Ну и конечно же дать мне слово, что не сбежишь сегодня ночью.

- Хм... - я снова опустила взгляд на свои руки, раздумывая над столь внезапным предложением.

- А в чем подвох? - спросила я наконец бесхитростно.

Император снова рассмеялся. Хотя, скорее правильное было сказать " захихикал".

- Подвоха нет. Но если ты со мной, то стоит торопиться. Идёшь?

- Ладно. Хорошо. Я даю слово не сбегать сегодня. И я пойду.

- Умница. А теперь быстренько переодевайся. - Император махнул в сторону стоявшей неподалеку ширмы.

Одежда, которую он мне дал, оказалась каким-то темным бесформенным балахоном из грубой ткани. Я наспех натянула его, скинув сначала свою накидку.

- Отлично, - Тарон оценил мою расторопность.

Он сам уже был одет во что- то похожее. Черное, грубое, бесформенное. По его одежде трудно было бы что-то сказать. Возможно, мелкий торговец или ремесленник. Обычный горожанин, каких тысячи в этом городе. Но даже в этом тряпье в нем чувствовалось что то особенное.

Словно льва его что-то выделяло среди всего остального. То ли какая- то природная царственность и грация, то ли что-то его. Он быстро подошел к одной стене, присел на корточки и шагающими движениями двух пальцев отсчитал седьмую плитку снизу и с силой зажал на нее. В стене что-то щелкнуло и появилась небольшая щель. Тарон сунул в нее пальцы и резко потянул на себя пока она не стала вполне заметным, но все же довольно небольшим проходом. Не то чтобы я боялась узких пространств и темноты, но все же, идея лезть не пойми куда, да еще и в человеском обличие, мне очень не понравилась. По спине пробежал неприятный озноб. Но Тарон, кажется, и не заметил моего замешательства. Он ловко сцапал мою руку и нырнул в проход. Мне ничего другого не осталось как шагнуть за ним. Темное нутро таинственного лаза приняло нас обоих.

15

К счастью, не смотря на узкую дверь, внутри проход был довольно высоким. Впрочем, даже это не особо радовало.

Шли мы долго, или мне так казалось. Животные инстинкты заставляли меня обходить стороной неизвестные узкие замкнутые пространства. Мало ли какие подарки судьбы могли там ждать. И с врагом, и с другом я бы предпочла встретится в более просторном месте. То, что шли мы в полной темноте и наощупь, тоже не прибавляло приятных ощущений. Не радовало и то, что первое время мы шли вниз, а значит куда-то в подвал дворца. Впрочем, это было недолго и дорога снова стала ровной. Неосознанно я все сильнее и сильнее сжимала руку Тарона. Казалось, что только она дает мне силу не поддаться панике. Она была словно плот, не дающий мне утонуть в этом море непроглядной тьмы. А вот сам Тарон шел вполне уверенно, быстро и даже ловко, так словно каждый день проходит этот путь в темноте по многу раз.

Я считала про себя и тщательно запоминала все повороты. Зная число отсчёта и свою примерную скорость, я смогу потом прикинуть приблизительную длину прохода. Кроме того, это здорово помогало отвлечься.

Когда мы снова пошли наверх, мне тяжело было скрыть свою радость. Похоже, скоро будет выход. Неужели!

И действительно, пройдя еще немного Тарон остановился. От неожиданности я шагнула вперёд и налетела на сплошную стену. Проход кончился настолько резко и внезапно, что мы оба оказались в буквальном смысле приперты к стенке. Тарон мягко отстранил меня от неё, присел на корточки и затих. Я не видела в темноте, что он делает, но эти мгновения показались мне если не вечностью, то долгими часами точно. Прочем, довольно скоро появился слабый свет снизу. Похоже, Тарон вынул какой то небольшой камень в стене и сразу же провернул другой. Света стало больше, и он уверенным движением от души пнул стену, она превратилась в небольшую дверку и мы наконец-то вышли наружу. Это было маленькое складское помещение, заваленное какими-то пыльными тюками и веревками. Через маленькое окошко пробивался яркий звёздный свет. Я хотела было выйти наружу, но Тарон жестом показал подождать. Он аккуратно подошел к двери, приоткрыл ее и застыл вглядываясь в ночь. Затем движением руки, позвал меня. Я встала рядом.

- Смотри, - Тарон указал на толпу народа не вдалеке и притянул меня к себе, практически зажав между собой и косяком двери. - Это слуги, они будут сопровождать обозы с праздничным угощением для горожан. Нам надо будет пройти вместе с ними через главные ворота мимо стражи. Постарайся вести себя естественно.

Затем он крадучись, пробежал к ближайшей стене, надежно скрывшись в ее тени. У него это получилось сделать очень классно, не понимаю как он смог за столь короткое время превратиться из грозного правителя в ловкого ночного хищника, прячущегося во тьме. Только мои глаза мои могли видеть его там. Поборов короткое замешательство, я последовала примеру Тарона. Сейчас я определенно попала в свою стихию. Добежав, машинально, сразу же оглянулась, стараясь заметить какие -то изменения, но тут его тёплые сильные руки легли на мою голову, вызвав ступор.

- Ты слишком красивая, - мгновенно его руки сделали из палантина, лежавшего на моих плечах что-то типа капюшона, - А значит, слишком заметная. Так будет лучше. Пойдем.

Я даже уже и не знаю в какой раз подряд, Тарон одной лишь фразой сбивал мой настрой. Пытаясь хоть как-то скрыть своё смущение, я поплотнее завернулась в палантин.

Незаметно мы примкнули к группе слуг, шедших к выходу. Я шла, низко опустив голову и наверное поэтому не отличалась от других служанок. Пройдя ворота, мы еще какое-то время шли вмести с остальными, но потом Тарон потянул меня в сторону и мы аккуратно свернули в бок.

- Всё, - сказал Тарон, после того так мы прошли его немного и скрылись за поворотом. - На сегодняшнюю ночь мы с тобой абсолютно свободны!

16

"Свободны..." - отозвалось в моём разуме.

И только в этот момент, я наконец-то остановилась, вдохнула глубоко-глубоко, зажмурилась, затем резко открыла глаза и посмотрела на небо. Звёздное Древо сегодня было настолько прекрасно и упоительно, что казалось, что его красоту и великолепие я просто не выдержу. Мерцание и блеск ночных светил вдруг стали не холодными и далекими, какими виделись мне из окна моей темницы, а самыми родными и нежными. Словно встреча любимых друзей.

Свобода затопила меня с головой, опьяняющим, звенящим состоянием невыносимого восторга и счастья. Вокруг не было стен, давивших на меня все это долгое время. Не было всех тех обстоятельств, вынуждающих меня, быть там где я не хочу, и где быть не должна. Лишь ночь, звёзды... И Тарон. Странно, но последнее обстоятельство нисколько не тяготило меня, наоборот, придавало моей столь внезапно нахлынувшей свободе каких-то необычных красок и чувств. И с удивлением заглянув вглубь себя, я поняла, что мне нравится, что он рядом, здесь со мной сейчас.

- И что мы будем делать? - осторожно спросила я.

- Тоже что и остальные, - весело отозвался Тарон. - Праздновать!

- Ого, - я посмотрела на шумную толпу вдалеке. - А что они празднуют?

- День рождения своего Императора.

- О...

- Пойдем, - Тарон бесцеремонно схватил меня за руку и потащил в самую гущу людской круговерти.

Несмотря на то, что была уже глубокая ночь, улицы были полны народа. Люди шли куда-то широкой толпой, словно полноводная река. Все они были ярко одеты, слышались громкие разговоры и смех, бегали туда-сюда дети.

Мне ничего другого не оставалось как влиться в этот поток. Поэтому сделав глубокий вздох, я отдала себя на волю происходящего.

Ночь была потрясающей и необыкновенно богатой на события. Вместе с Тароном мы смотрели представление на большой площади. Он незаметно сунул монету охраннику и тот пропустил на лучшие места, откуда открывался хороший обзор. На сцене пели, плясали, показывали трюки и фокусы циркачи, музыканты, шуты, актеры и прочие умельцы. Сменяли друг друга в бесконечной карусели яркие наряды, костюмы, огромные фантастические существа из бумаги и разноцветных лент. Факиры ловко управлялись с горящими факелами. Казалось, что огонь сам ластился к ним словно домашняя кошка. Я была в восторге и хлопала в ладоши от радости.

Затем мы пошли гулять и присоединились к группе молодежи, игравшей в какую-то игру на деньги в одном из дворов. Пару раз продули, зато три раза выиграли. Похоже, Тарон хорошо умел играть, в отличие от меня. У меня не было денег чтобы сделать ставку и мы договорились с главным, что я играю на поцелуй. Но удача отвернулась от меня и чтобы мне не пришлось целоваться с победителем, Тарон под конец игры выкупил мою ставку. И мы со смехом чмокнули друг друга в губы под скрип зубов соперника. После это Тарон ещё дважды обыграл его, оставив похоже совсем без гроша.

Вдоволь наигравшись, в разгар праздника, мы влились в толпу лихо отплясывающих на мощенных площадях города.

Люди без устали танцевали прямо на улицах и когда невысокий бойкий старичок очень чинно и со всеми почестями пригласил меня на танец, я с радостью согласилась. И хотя все движения были простыми, но все же я с трудом поспевала за своим резвым и не по годам проворным партнёром. В конце старичок снова благородно поклонился, благодаря за подаренный танец. Я ответила ему тем же. После этого я танцевала только с Тароном. Мы кружились, а вокруг была настоящая какофония, хаос, переплетение звуков, света, движения, цветов. Словно в калейдоскопе смешались небесные светила ночного неба с огнями праздничного города. Все это двигалось, менялось, звало и уносило куда-то.

Под конец мы даже сошлись лбами с местной шпаной в одной из темных подворотен города. В одном из парней мы с Тароном легко узнали своего недавнего приятеля по игре на деньги, который, похоже, совсем не был согласен с результатами. И конечно все закончилось дракой. Раскидать их было не сложно, даже весело. Удивительным стало то, как мы Тароном здорово дополняем друг друга в бою. И надо признать, Тарон был отличным бойцом.

- Я не слишком его приложила? - осторожно спросила я, глядя в след убегающим во всю прыть забиякам.

- Пусть скажет спасибо, что ты не предстала перед ним в образе змеи, - со смехом ответил Тарон.

Он был прав, синяки и ссадины заживут быстро, а вот образ огромной змеи являлся бы им в ночных кошмарах еще долго.

Эта шумная потасовка разбудила в нас зверский голод и мы решили перекусить. На улицах раздавали еду и я бы никогда не подумала, что простая лепешка с начинкой из острых бобов может быть настолько вкусной. "Угощайся, красавица!" - подмигнул мне мускулистый красавец, протягивая аппетитное лакомство.

Тарон увел меня на крышу одного высокого здания, куда мы залезли по забору городской ограды. И весь остаток ночи мы провели там абсолютно одни вдали от всего мира. Просто сидели и говорили о звёздах. Только мы и бесконечное великолепие ночного неба.

Обратный путь через темный тесный коридор тайного прохода дался мне куда легче. Может потому что я просто устала и на волнение не было сил. И еще мне нравилось когда Тарон держал меня за руку, хотелось чтобы это ощущение длилось подольше.

Счастливые, уставшие и довольные мы с Тароном были похожи на учеников, убежавших с уроков. Был уже почти рассвет когда мы быстро распрощались у дверей императорской спальни. Я уже открыла дверь и собиралась сделать шаг чтобы выйти, но почему то в последний момент обернулась. И тут произошло то чего абсолютно не ожидала. Тарон обнял меня одной рукой за плечи и поцеловал прямо в губы. Это было не то легкое шутливое касание губ как тогда когда я чуть не проиграла свою ставку случайному парнишке с улицы. Это определенно был поцелуй мужчины женщине. Я ещё не успела ничего понять и даже прийти в себя как Тарон мягко толкнул меня в проход и аккуратно закрыл двери.

"Иди" - тихо сказал он.

Не знаю сколько я стояла неподвижно, пытаясь понять, что только что произошло. На губах всё ещё горел этот внезапный поцелуй. Это было совершено новое потрясающее и ни с чем не сравнимое ощущение.

У дверей было всего двое стражников и оба спали. Один лежал на полу, второй смотрел сны сидя, скрестив на груди руки, прислонившись к стене. Я ненадолго замешкалась, решая что делать. Конечно можно было оставить стражников спать дальше, но это вряд ли будет правильное решение. Поэтому я осторожно потрепала одного из них за плечо. Открыв глаза, он с удивлением пытался понять где он и что происходит.

"Пойдем?" - тихо позвала я.

Стражник быстро пришел в себя, соскочил на ноги, подобрал оружие и пнул второго. Тот очнулся даже быстрее своего напарника и мы двинулись в обратный путь.

Несмотря на море впечатлений от прошедшей ночи, заснула я наверное ещё раньше, чем моя голова коснулась подушки.

17

Утром меня разбудил аромат свежей клубники. Слегка приоткрыв глаза я увидела на нашем с Далом столе пирожные с взбитыми сливками и ягодами.

"Клубника. Откуда она тут? "- подумала я.

Действительно, дорога до Тель-Эрии занимает ни один день, никакие ягоды не выдержат её, тем более при такой жаре. Я пыталась подумать об этом чуть дольше, но мой сонный разум терял эту нить. Так как будто эта мысль была мокрым скользким мылом, которое я абсолютно безрезультатно пыталась поймать. Какое-то внутреннее чутье подсказывало мне, что это очень важно, однако бессонная ночь имела свои плоды и мозг напрочь отказывался работать.

"Просто спрошу об этом у Тарона" - пообещала я себе, проваливаясь в сон и, конечно же, сразу забыла.

Первое что я увидела, открыв глаза, был Дала. Он сидел в иглу камеры спиной ко мне и играл косточками от персиков и маленькими камушками, складывая их в башенки. Он был похож на бездомного котёнка, шуршащего сухим листиком где-то в подворотне. Такой же одинокий, обездоленный и никому не нужный.

На столе абсолютно нетронутые лежали фрукты, сладости, напитки, выпечка. Не смотря на то, что уже давно перевалило за полдень и Дала точно был голоден, к еде он не притронулся.

В голове кружился вихрь вчерашних воспоминаний, ярких красок карнавала.

Вспомнилось как Дала рвался на вчерашний праздник. " Пусть нас отпустят". Он по детски чисто и наивно верил, что может пойти на праздник с новой подругой, но не хотел бросать меня одну. Но вместо праздника Дала сидел здесь в тесной темнице, совсем один. Даже сейчас, он не будил меня и не шумел, продлевая своё одиночество.

Боль, злоба на ситуацию и острое чувство вины пронзили моё сердце отравленным клинком. Что-то близкое на отчаянье забилось в моей груди пойманной птицей. Больше всего остального мне захотелось схватить Далу и бежать из дворца прямо сейчас. А что дальше? Что если никого из его родных не удастся найти? Почему то мысли о дальнейшей судьбе малыша завели меня не туда. Мне представилось, что мы с Далой сидим вместе на берегу моря на моем острове и складываем фигурки из морских камушков и ракушек. Нет. Нет. Нет. Это невозможно. Об этом не стоит даже думать.

Дала повернул ко мне голову и увидев, что я уже не сплю, спросил:

- А у лягушек есть хвост? Почему ты плачешь?

Дала нахмурился и подошел ко мне.

- Тебе приснился плохой сон?

- Нет , малыш, все хорошо. Ты хотел сделать лягушку? - я наскоро вытерла рукавом непрошенные слёзы и приобняла Далу одной рукой.

- Ага.

- Давай я помогу.

- Давай, - радостно согласился Дала.

И мы принялись складывать нечто похожее на лягушку из камушков. Получалось не очень похоже. Я осторожно вглядывалась в лицо Далы, пытаясь понять как он провел ночь, не плакал ли один от страха. Но почему-то мне трудно было это понять. Удивительно, но в таком маленьком ребенке чувствовалась какая-то внутренняя сила. Словно маленький львёнок, он знал, что король зверей, хоть и не сильнее котёнка. Странно, но в этом он мне чём-то напомнил Тарона.

Позавтракав, мы с Далой решили продолжить наше занятие. Любознательность Далы не знала границ, он пытался сделать именно то, что я ему рассказывала про лягушек, но трудно создать то чего никогда не видел. Поэтому когда служанка пришла забрать посуду, я попросила у нее принести бумагу и писчие принадлежности. Она лишь кивнула и вскоре в нашей камере появились широкий лист бумаги, восковые палочки трёх цветов, угольки и даже большие железные ножницы. К моему удивлению, для Далы все это не было чем-то новым. Он неплохо владел карандашом и даже помог мне раскрашивать лягушку. И чтобы она не сидела одна мы добавили ещё парочку, а затем и целое болото для того чтобы зеленым подружкам было где жить.

- Это лягушка-малыш, а эта лягушка - его мама, - при этом он показал на сидевших рядом на нашем рисунке квакушек.

- А это их папа? - спросила я, указав на оставшуюся лягушку, сидевшую чуть подальше.

- Нет, - Дала нахмурился. - Это бабушка.

- А где папа малыша?

- Его нет, - абсолютно твёрдо и спокойно ответил ребёнок.

Конечно, эти вопросы я задала не просто так. Где-то в глубине души я надеялась найти отца Далы, но, похоже, сам Дала такой возможности не особо видел.

- Ой! - раскрашивая край нашего рисунка малыш сильно надавил и случайно оторвал край бумаги.

- Ничего страшного! - я поспешила успокоить Далу. - Сейчас мы кое-что сделаем из этого кусочка.

-Что? - с нетерпением спросил Дала и, кажется, мне удалось заинтересовать малыша.

- Смотри!

Я взяла оторванный кусочек, немного подровняла ножницами чтобы получился ровный квадрат, сложила его диагонали, потом еще раз. Еще несколько движений и у меня получилось что-то похожее на лягушку.

- Ого! - радостно вскрикнул Дала.

- Это еще не всё. Подожди.

На бумажной "лягушке" я сделала складку, нажала на неё и моя поделка метнулась вверх и прямо.

Восторгу Далы не было предела.

Я предложила ему попробовать самому сделать такую же лягушку из другого куска бумаги и с моей небольшой помощью у него все получилось. Потом мы устроили настоящие лягушачьи скачки. И даже не один раз.

После обеда, следуя нашей традиции мы легли отдыхать. Я обняла малыша.

- Сегодня ночью тебя тоже не будет? - спросил он.

- Не знаю... Ты не испугался вчера ночью?

- Нет.

Хоть Дала и сказал "нет" его сердце забилось чаще, похоже, что все же ему было страшно, или по крайней мере неприятно быть вчера в камере одному. Всё же это было не самое лучшее место для ребёнка. Однако, маленький мужчина не хотел показать свою слабость.

- Ты плакал? - осторожно спросила я.

- Нет... Но я ждал.

- Ждал?

- Я ждал, что ты придёшь. Я знал, что ты вернёшься.

- Конечно. Я тебя не оставлю. Ты мой маленький храбрый львёнок.

Дала на удивление легко уснул и мы с ним сладко вздремнули почти до самого вечера. Похоже, малыш, и в правду, не спал добрую часть этой ночи, ожидая меня. Эта мысль не давала мне покоя. Хотя, разумом я понимала, что я лишь была поставлена в такие условия, что мне пришлось покинуть Далу вчера ночью, но всё же чувство вины уже прочно обосновалось в моем сердце.

- Прости меня, малыш. Я постараюсь сделать все чтобы ты был счастлив, несмотря ни на что, - прошептала я в шелковистые локоны спящего Далы и сон подхватил меня и унес куда-то далеко-далеко.

Туда где не было забот, тревог, жаркой пыльной пустыни. Мне снова снился любимый остров, берег моря на закате. В моем сне мы с Далой сидели на песке и собирали фигурки из морских камушков и разноцветных раковин. Лёгкий ветерок ласково трепал волосы малыша, слышались крики чаек и нежное пение волн. Он решил сложить черепаху, вдохновившись ее необычным видом. А какой-то момент, я обернулась чтобы посмотреть на море. Но его там не было. Вместо него был лишь песок, бескрайняя и безжизненная пустыня от горизонта до горизонта. Где-то посреди этого бесконечного океана песка стоял Тарон. Я хотела повернуться к Дале чтобы проверить всё ли с ним в порядке, но мой взгляд уперся в черепаху, сложенную из ракушек и морских камушков. " Как красиво" - подумала я. Но в этот же момент что то произошло, поверхность под черепахой задрожала и части фигурки начали сползать в бок, а затем погружаться в толщу песка затягиваемые какой-то неведомой силой. Это была воронка, подобная той, что бывают в стремильных течениях, но только в песке. Она быстро увеличивалась, разрастаясь в размерах. Я заволновалась за Далу, но почему-то его не было рядом. А воронка все увеличивалась, превращаясь в разрастающуюся огромную яму, пожирающую всё вокруг, словно живая. Я заметалась ища Далу, но не было. Лишь когда я снова посмотрела в сторону Тарона, он был там. Они стояли рядом, но как будто не замечали друг друга. Между нами была эта воронка, которая затягивала их обоих. Я пыталась бежать и что есть силы звала Далу, но он не слышал. Что-то не давало мне бежать и с каждым шагом, с каждой попыткой становилось тяжелее двигаться. Лишь когда песок полностью поглотил Далу и Тарона онемение прошло и я просто упала обессиленная в ужасе от произошедшего.

Я проснулась в холодном липком поту с бешено бьющимся сердцем. Дала спокойно спал рядом, это хоть и успокаивало, но, всё же, не давало полного ощущения спокойствия. Всё в этом кошмарном сне было слишком реально чтобы забыть его в одночасье. Я не могла понять за что мой разум решил сыграть со мной такую злую шутку. Неужели мне хватает неприятных или просто острых ощущений наяву? Даже с появлением ковра и кровати моя клетка так и осталась клеткой. Никогда раньше за всю свою жизнь я не знала, что такое быть пленницей. Свобода была частью меня, частью моей жизни. Сейчас же неволя порой становилась настолько невыносимой, что хотелось кричать. Почему-то с появлением Далы это чувствовалось даже острее. Я привязалась к малышу и мне хотелось видеть его счастливым. И, в моем собственном понимании, счастье было неразрывно связано со свободой и любовью близких людей. Может быть, этот сон просто отражение моего беспокойства о Дале и не более чем? Но почему тогда в нем таким странным образом появился Тарон? Только потому что мне кажется, что они чем-то похожи? Что-то мне подсказывало, что это не так. Мама всегда учила доверять своим ощущениям какими бы странными и нелогичными на первый взгляд они не казались. Снова прислушавшись к себе, я смутно почувствовала, что мой сон словно пытается мне что-то сказать, что-то важное. Но что? Сердце бешено колотилось в груди, гулко отзываясь во всем теле. Весь остаток дня мне трудно было отвлечься и мои мысли все время возвращались к недавнему сну, чем бы я не занималась.

Когда вечером стражники пришли за мной я с радостью подумала о том, что хорошо, что еще не очень поздно. Я с опаской посмотрела на Далу, но он не выказал никакого беспокойства. Кажется, мои отлучки из камеры он воспринимал как что-то само собой разумеющееся. Я пообещала себе, что не стану задерживаться и постараюсь вернуться пораньше.

Заранее в мою камеру принесли красивый наряд из невесомой струящейся ткани светло-бежевого цвета. Я не могла себе отказать в том чтобы не одеть его и драгоценности тоже. Мне стыдно было признаться, что я делаю это для Тарона. Впервые в жизни мне не просто хотелось быть красивой, а хотелось быть красивой именно для кого-то. Думала ли я когда-нибудь, что стану собираться на свидание из тюрьмы? Что именно тут, в неволе, вдали от родного дома я стану с замиранием сердца ждать встречи?

И я нисколько не прогадала.

18

Сегодня стражники вели меня куда-то в новое, совсем непривычное место. Мы долго шли коридорами и поднимались по многочисленным лестницам. Но когда открыли какую-то очередную дверь я просто обомлела. Бесконечное ощущение давящего каменного потолка надо мной пропало. Прямо как вчера когда мы с Тароном тайно сбежали в город вместе. Лишь бескрайнее небо было над моей головой. Это вызывало какое-то удивительное дурманящее ощущение свободы. Оно ворвалось в мою грудь вместе с вольным ветром. Это была площадка на самой крыше дворца, откуда был виден весь огромный город и даже кусок пустыни. Высота захватывала дух.

Жаркий знойный день закончился, сменившись закатным маревом. Небо подсвечивалось розоватыми и золотыми цветами, переплетаясь яркими лентами разных оттенков. Увидев это, я впервые подумала, что пустыня действительно красива. Я часто слышала об этом, но красоты в ней не находила. Она была лишь жалким отголоском того буйства красок и жизни, процветавшей в любом другом месте. На моем родном острове уж точно.

На крыше было очень красиво. Лежали мягкие ковры, в длинный ряд были выстроены круглые витражные светильники. Они отбрасывали вокруг себя разноцветные искорки - отблески. Тут же были установлены прямоугольные конструкции, поддерживающие многочисленные навесы от солнца, свободные края которых развевались на ветру. Эти мерцающие легкие полосы тканей создавали какую-то воздушность и нереальность атмосферы. Но не богатое убранство привлекло моё внимание.

- Вот это да! - искренне удивилась я, удивив в большой глиняной кадке цветущее дерево персика.

Оно было небольшое, но крепкое.

Не в силах противостоять искушению, я присела и потрогала рукой нежные розовые бутоны. А затем и вовсе вдохнула волшебный аромат весеннего цветения. Словно оказавшись в этот момент в саду.

Я встала и оглянувшись увидела ещё пять таких же. Это были вовсе не замученные зноем саженцы. Всё шестеро зелёных обитателей были крепкими маленькими деревцами.

- Нравится? - спросил меня Тарон, обняв одной рукой за плечи.

- Да, - искренне восхитилась я, не удержавшись от любопытства. - Но как они могут жить здесь?

Персики были очень теплолюбивы, но явно не настолько. Местный зной должен был спалить их даже при достатке влаги.

- О них заботятся, - ответил Тарон. - Слуги уносят их в тень на время полуденного зноя. Их подкармливают специальными настоями. Кроме того, это особый сорт. Он был выведен здесь.

Я ахнула, продолжая любоваться живой красотой цветов.

- На самом деле, - продолжил Тарон, видя мое воодушевление этой темой. - Во дворце немало растений. Во внутреннем дворе с северной стороны есть даже небольшой сад. Часть растений там, конечно, притеняют специальными сетками. Но всё же, они растут, цветут и даже плодоносят там.

- Правда? - поразилась я.

- Да, - с каким-то трепетом и даже гордостью ответил Тарон. - Я бы с удовольствием его тебе показал. Но лучше это делать днем, не в сумерках.

Я кивнула соглашаясь. Тарон взял меня за руку и утянул на какие-то пуфики или маты рядом с которыми стоял низкий столик с резными ножками. Устроившись на них поудобнее он сказал:

- Как на счёт того чтобы ещё немного подучить меня языку шиду?

При этом он снова улыбнулся мне. Его улыбка была потрясающей. Одновременно и тёплая, мягкая и в тоже время искорки веселья так и играли в ней. Против своей воли я залюбовалась.

- Конечно, - ответила я, садясь рядом.

Тарон передал в мои руки маленькую книгу в кожаном переплете.

- Читай, - попросил он. - В любом месте.

Я неуверенно приняла из его рук книгу и удивлённо пробежалась по страницам. К моему удивлению, это была любовная поэзия.

Я кивнула, наугад открыв страницу и стала переводить:

- Во тьме ночей я вижу солнце... При свете звёзд хочу сказать "люблю". Одной судьбой с тобою связаны мы...

Я немного нахмурилась, раздумывая над тем правильно ли я перевела, а затем сказала:

- Император, мне кажется, что книга поэзии... Не самый верный способ начать обучение шиду...

- Почему? - спросил Тарон, подняв одну бровь.

Я задумалась и попыталась объяснить:

- Язык шиду образный... В таких произведениях так это автор оставляет очень много простора для... Для личного понимания читателя, ведь оттенки настроений и чувств в лунных токку все люди ощущают по-разному. И следовательно, перевод может быть разный...

- Разве же это плохо? - удивился Тарон. - Давай всё таки попробуем.

Я кивнула и он забрал из моих рук книгу, отрыл на случайной странице и прочитал:

- Всегда я жду с тобою встречи. Весь день я жду закат. Пусть наши встречи быстротечны... Глазам твоим как звёздам буду рад... Я правильно перевел? - хитро спросил Тарон.

Я придвинулась чуть ближе чтобы заглянуть в книгу в его руках. Быстро пробежав по строкам я согласилась, сказав:

- Думаю, что так.

Наверно бы Дерек, научивший меня шиду, стал бы жарко дискутировать о тонкостях перевода, но лично меня он вполне устраивал. Тарон не только перевёл очень даже неплохо. Он поменял несколько слов на похожие, а некоторые переставил чтобы создать простенькую, но явно заметную рифму. Как того и требовали стихи. Похоже, он был очень умным человеком, способным думать практически молниеносно. Однако, Император задал темп и мне не хотелось ударить перед ним в грязь лицом.

Приняв в свои руки книгу, я стала читать, найдя как мне показалось подходящий отрывок, который был написан от лица женщины:

- Какой же ты, мой милый? Ищу тебя среди других. Ищу с тобою первой встречи. Гляжу в чужие лица и глаза... Как мне узнать тебя?

Получилось не очень. Я грустно вздохнула. В стихотворном деле я была не сильна.

Тарон взял книгу и открыл не глядя первую попавшуюся страницу. Он пробежался по строке и сказал, смотря лишь в мои глаза:

- Быть может, все напрасны испытанья? Наивны все мечты? И мне лишь уготовано страданье? Ответ мне дашь лишь ты.

Яркие, темно-карие глаза Императора пылали. И очень смущали.

Я заглянула в строки и кивнула. Тут как раз было допустить максимум вольностей перевода. Ведь слов было всего пять. Это были "испытание", "мечты", "страдание". Над ними стояли зеленые токку означающее вопрос. А слова "ответ" и "ты" объединялись в одно связующим токку. А над словом "ты" стояло красное токку повелительного наклонения. Так что их стоило перевести как "дай ответ" или "будь ответом".

Поэтому, на мог взгляд, Император справился с переводом прекрасно. А размышления о тонкостях языка шиду помогли мне отвлечься от его горящих глаз. Вот только я совсем зря придвинулась так близко к нему, ведь сейчас кожей ощущала исходящий от Тарона жар. Часть моего сознания уже начала видеть другой сценарий... Тот где мы с ним предаёмся страстной любви на этих подушках. Я уже почти почувствовала его прикосновения, поцелуи, гладкость его кожи, услышала как ускоряется его сердцебиение. Мне захотелось узнать тяжесть его тела...

Мне стало то ли стыдно, то ли страшно от своих собственных мыслей. Я жутко покраснела и чтобы отвлечься уткнулась в книгу. Я вздохнула и собравшись с мыслями начала говорить:

- Моя душа с твоею связана как тьма ночей со светом дней... Века назад наша история была предсказана. Мне суждено было стать твоей...

Ура, у меня наконец-то получилось перевести отрывок достойно!

Ничем не хуже Императора. Даже какое-то подобие рифмы удалось выдать.

Тарон кивнул, книга перешла к нему. Он чуть нахмурился, раздумывая над следующим случайным отрывком и сказал:

- Могу ли мечтать о большем? Как смею видеть я тебя во сне... Свет глаз твоих как звёзд сиянье мне обещает поцелуи при луне.

Я заглянула в книгу и впервые решила возразить Императору.

- Боюсь, что перевод неправильный... Наверное, стоит перевести как: "Обещает надежду когда взойдёт луна". Слова "поцелуй" я тут не вижу, есть только "надежда".

- Но под ним лунное токку.

- Да, - согласилась я , прикоснувшись к нужной точке.

И в этот момент я не поняла, что именно почувствовала. Это было какое-то физическое ощущение, но не особо понятно какое. То ли томление, то ли жар, то возбуждение. Оно было связано и с желанием, и с робостью одновременно. Я вздохнула, поняв, что так и не разберусь поэтому просто пожала плечами, сказав:

- Возможно. Я не знаю, что оно значит.

Тарон ладонью одной руки повернул мою голову к себе и с улыбкой сказал:

- Может быть, так будет понятнее?

Я была уверена, что сейчас он снова поцелует меня, также как сегодня утром.

И он действительно потянулся ко мне, но в последний момент замер, заглянув мне в глаза.

Большим пальцем он погладил меня по щеке и тихо спросил:

- Почему ты так красива, Цилли? Что делает тебя столь притягательной для меня?

Я замерла, пойманная в сети трепетом этого волнительного момента. Тарон смотрел на меня с такой теплотой и нежностью, которую я никогда не видела в глазах ни у одного мужчины. Я была не в силах отвести взгляда от его глаз. Это было похоже на дурман.

Ждал ли он какого-то ответа или нет, я не знала. Но всё же тихо сказала:

- Разве Императора можно удивить женской красотой?

Мягкий взгляд Тарона тронули искорки какого-то неведомого мне огня. А может просто первые звёзды, что появились на небосклоне, вдруг отразились в них.

- Одной лишь красотой точно нет, - прошептал он, чуть склонив голову вбок.

При этом его губы накрыли мои. Почему-то в этот момент я не попыталась отстраниться, не стала его отталкивать или вскакивать с места. Я просто замерла, не решаясь двинуться. Он стал ни затягивать, ни углублять наш поцелуй. Его губы лишь мягко прикоснулись к моим, а затем провели по ним. Почему-то это вызвало во мне какое-то чувство, похожее на разочарование. Мне как будто хотелось большего.

Чуть отстранившись через мгновение Тарон прошептал, почти уткнувшись в моё плечо:

- Это токку про поцелуй, Цилли. Страстный, горячий и долгожданный... Если ты позволишь, я покажу тебе, что это такое.

Я резко выдохнула и почему-то кивнула. Лишь через время до меня дошло, что я согласилась. И потому была в ужасе от самой себя. Но деваться уже было некуда.

Тарон обнял меня крепко, опустив одну руку на мою талию, вторую обвил вокруг моего плеча.

Я попросила саму себя успокоится. Только поцелуй, больше ничего не будет. Тарон, возможно, вообще не может вступать в половые связи. Он говорил о чем-то подобном в ту ночь. Хотя, я не была уверена, что поняла его правильно.

Да и вчера он уже поцеловал меня когда мы прощались. Что же теперь нервничать?

Тарон не торопился. Он внимательно наблюдал за мной, крепко обнимая. Неужели ему нравится наблюдать моё беспокойство? Или дело в другом? Я заглянула ему в глаза и поняла чего он ждал. Он хотел увидеть ответное желание. И он его увидел. Я тоже хотела этого поцелуя.

И лишь тогда всё случилось. Горячие губы Тарона прильнули к моим в жарком, страстном поцелуе. Без робости, без сомнений, без промедления. Это ощущалось потрясающе. Очень необычно, волнительно, но бесконечно приятно. Было в этом что-то сумасшедшее, древнее, почти инстинктивное. Отпустив контроль, я смогла отдаться этим ощущениям, мечтая чтобы все продлилось дольше. Жаркая волна возбуждения поднялась из глубин моего тела. Она тоже была чем-то инстинктивным.

В какой-то момент я подумала, что, возможно, ничего подобного больше не повторится и проживу свою необычно длинную жизнь лишь единожды познав эти ощущения. И потому я решила отдаться им полностью. Я обняла Тарона и прижалась к нему всем телом, настолько близко, насколько это было возможно. Жар его тела я чувствовала даже сквозь одежду. А чужое сердцебиение могла ощущать собственной кожей.

Император явно не ожидал от меня такой смелости. И в первое мгновение замер, почувствовав на себе мои руки, а затем обнял меня сильнее. Настолько, что мне стало тесно в его объятиях. Но этот дискомфорт был приятен и даже сладостен. Хотелось ещё большего. В этот момент я поняла как всё происходит. Тело само знает, что ему надо, стоит только его слушать.

Мы целовались долго и страстно.

Когда мы прервались, я прошептала:

- Да, теперь я знаю...

Тарон ничего не ответил, его голодные губы с жадностью продолжили свое дело. А затем он провёл кончиками пальцев по моим щекам, убирая упавшие прядки, они опустились на мою шею и прикоснулись к выступающей линии ключиц.

Когда губы Тарона дотронулись до моей шеи я почувствовала слабую дрожь. Но, всё же, отклонила голову, давая мужским губам свободно гулять по ней. Ему нравилась моя податливость. Его сильные руки без стеснения гладили моё тело и это ощущение оказалось очень приятным. Хотелось дать им волю, позволить проникнуть везде где только они хотят.

Я посмотрела на бескрайнее звёздное небо над нами.

" Неужели всё может случится прямо здесь и сейчас... Под этим упоительным звёздным сиянием?" - спросила я сама себя.

- Мне нужно идти, - вздохнула я, осматривая внезапно наступившую темноту.

Тарон ничего не ответил, но его губы замерли под углом моей челюсти.

- В моей камере ребёнок, - объяснила я. - Я боюсь, что он может испугаться, оставшись один в темноте.

Тарон помолчал, затем мягко сказал:

- Иди, конечно.

Я кивнула и поднялась.

- Завтра я сделаю вам подарок, - заметил он с лёгкой улыбкой.

Я улыбнулась в ответ. Почему-то мне было тяжело уходить, всё моё существо рвалось назад. Это было очень странно.

Когда мы возвращались назад стражники были особенно мрачными. Хотя, возможно, мне показалось.

Мои страхи были напрасными. Дала сладко спал в нашей с ним кровати. Я легла рядом и обняла его, уткнувшись в детскую макушку. Вот только сон ко мне не торопился. Снова и снова в памяти прокручивались события сегодняшнего вечера. Стихи, что мы читали при свете звёзд и мерцающих светильников... Поцелуй... Прикосновения и объятия Тарона... Сейчас у меня уже не осталось иллюзий в отношении его целей. Я хотела заинтересовать его хоть чем... Но не слишком ли я перестаралась в начале? Похоже, из-за моих глупых слов Император думает, что близость со змеёй Хаша может вернуть ему мужскую силу.

Но главная проблема была не в этом. Она была в том, что мне всё это нравилось. Безумно.

Не в силах удержать свою фантазию, я уже начала представлять, что могло бы случится если бы я не ушла. Эти мысли одновременно вызывали и страх, и трепет. В какой момент Тарон собирался остановится? Я и сама не была уверена, что хочу его остановить... Зачем ему это если он не может спать с женщинами? Я это понимала, но воображение уже было не унять... Мерцание разноцветных огоньков от светильников, прохладный ветер на крыше, развивающий навесы от солнца, темнота ночи, освещаемая Звёздным Древом над нами... И горячие руки и губы Тарона... М-да... Чудо будет если я после своих фантазий вообще засну...