Цепи Судьбы: Сердце Демона, Душа Ведьмы

Глава 1. Скованные одной цепью.

Инанна застыла в боевой стойке, широко расставив закованные в кандалы ноги. Тяжёлые путы сковывали щиколотки, неумолимо напоминая о ее положении узницы. Цепи оказались не такими простыми, как казалось на первый взгляд: на них была особая печать, которая нейтрализовала магические силы. Несомненно, печать наложила очень сильная ведьма, Инанна не смогла избавиться от уз своими силами. Кто же помогал наместнику, пока оставалось загадкой, кто бы это ни был, он никак себя не проявил.

- Если бы не эта цепь, ух … задала бы я им жару, - подумала Инанна.

Но сейчас она была практически бессильна. Ведьма могла использовать лишь мелкие заклятья, используя свою кровь, предварительно начертив ею знак. Она практиковалась всю ночь, будучи в темнице. Но этого было недостаточно, чтобы сбежать, поэтому она усердно искала способ, сбросить проклятые путы. Ее сердце клокотало от обиды, несправедливости, нелепости ситуации и злости. Арена была заполнена людьми, они шумели, гоготали, ожидая представления. Женщины обмахивались веерами, мужчины прикрывались от солнца, оно светило, но в воздухе чувствовалось приближение дождя, и от того было душно и жарко. Некоторые откровенно скучали. Кто-то брал с собой детей, которые бегали между рядами.

Земля вокруг была усыпана песком, ристалище имело округлую форму, окруженное каменной стеной, в стене имелось несколько дверей и одни массивные металлические ворота, через них на поприще выходили участники сражения, а точнее кровавой бойни. Зрители сидели наверху, полукругом. В середине виднелся помост, на нем восседал сам наместник, правитель Урука[1].

По его вине Инанна здесь оказалась и провалила миссию, которую на нее возложила наставница. Ее схватили, отобрали тайную шкатулку, которую наставница велела доставить в царский дворец, избили и заковали, используя магическую печать. Девушке очень хотелось заглянуть в глаза ведьме, помогавшей ее пленить. Потому что магия, примененная к ней, была до боли знакома.

Сейчас, пиная ногами песок она была полна решимости, постоять за себя, отомстить и сбежать.

- Страж, ты так легко попалась, я думал, ваш брат, - наместник осекся и засмеялся басом, - ну или сестра, будут покрепче! Как по мне, у захудалой собаки сил побольше, чем у тебя!

- А ты подойди сюда поближе, сними с меня цепи и глянем у кого сил то побольше! – нахально крикнула Инанна, грозя ему кулаком, - Или у тебя кишка тонка. Только и можешь, что гадости говорить, пока за людей своих прячешься!

По арене прокатился шепот и смешки, зрители обсуждали новую пленницу, которая так нагло отвечала свирепому наместнику. Он, в свою очередь, нахмурился, а потом недобро усмехнулся, предвкушая очередное зрелище, обещавшее развеять его скуку. Девчонка выглядела дерзко, бойко и надменно. Она только вчера попала в темницу и еще не успела сполна вкусить местных правил тюремной жизни. Пробудет здесь еще какое-то время и будет петь совсем другие песни.

Наместника звали Иддин-Даган[2]. Он был большой, с грузным животом, имел грубые черты лица и львиную золотистую гриву. Широкоплечий с крупными руками, он сидел, вычурно одет. На нем была голубая шерстяная канди[3], украшенная бахромой, вышитая узорами, заключенными в концентрические круги. Поверх был повязан пояс, украшенный кисточками и тонкий плащ синего цвета, украшенный золотыми пластинами. Весь его облик свидетельствовал о власти, любви к роскоши и упоении богатством.

- Проживи хотя бы неделю, посмотрим, как ты запоешь! - рявкнул он в ответ.

Зрители начали улюлюкать и поддакивать.

- Эй ты, ведьма в красном! - громко обратилась Инанна к женщине, сидящей рядом с наместником, - Я поквитаюсь с тобой, клянусь всеми богами! Я повыдираю твои космы!

Рядом с Иддин-Даганом восседала женщина, ее лицо и волосы были скрыты накидкой вуалью. Вид ее был не менее роскошен, складывалось впечатление, что она желала переплюнуть царицу, своим нарядом. Ее одеяние было красного цвета, как у жрицы храма, такое не положено было носить пусть и знатной даме, но она себе это позволяла.

И платье, и накидку украшал орнамент символизирующий древо жизни, в виде ветвей, извивающихся и покрытых цветами. Голову украшал венец с драгоценными камнями, в ушах блестели серьги, а на руках красовались браслеты

Инанна мельком увидев девицу, клацнула зубами. Хоть ее и сковывала печать, ограничивающая магию, ее чутье безошибочно указало ей на женщину в красном, именно она та самая, ведьма, что помогла ее поймать, наложила заклятье и очевидно, во всем способствовала наместнику в его делах, используя свой дар.

Девушка перестала разглядывать женщину, ибо толпа зашумела, по-новому, что-то должно было произойти и зеваки явно знали, что. Инанна понимала, что находится на арене, и что ей придется сражаться, вот только с кем, она знать не могла. Судя по крикам, пришедших поглядеть представление, здесь имелся фаворит и вскоре он должен был предстать перед ведьмой.

Наместник небрежно махнул рукой одному из солдат, тот послушно кивнул, отдав приказ. Через некоторое время открылись двери дубовых ворот, в стенах каменной арены и несколько солдат вывели под руки демона. Они протащили его на середину, напротив девушки и швырнув его на землю, прикрепили цепь самой Инанны к его кандалам на ногах, тем самым связывая их между собой. Длина цепи позволяла, им двигаться по периметру арены, но не больше.

Инанна поняла, что демон пребывал здесь длительное время, публика его знала, кому-то он порядком наскучил, судя по неодобрительным выкрикам, кто-то по-своему за него болел, кто-то всего лишь ждал очередного представления.

На нем не было живого места, он был изранен, тощ, одежда, если так ее можно было назвать, или то что от нее осталось, свисала лохмотьями, оголяя руки и ноги, сквозь эти лохмотья виднелись, раны и шрамы, засохшая кровь, выпирающие кости позвоночника. Он был практически наг. Черные крылья демона, были разорваны из них сочилась кровь, когда его вели солдаты, она капля за каплей тянулась за ним, оставляя ужасающий след пыток.

Очевидно крылья были изувечены перед бойней. Не уже ли его мучители, по какой-то необъяснимой причине, все еще опасались, что он улетит. Но как? Вид его был настолько жалок, что казалось мысли о побеге оставили его давным-давно. На лице был животный оскал и клыки. Демоническая форма напоминала звериную, полуоборотня, получеловека. Руки были вытянуты, черные нечеловеческие когти, готовы были рвать на куски. Такие же когти красовались и на ногах. Демон поднялся и уставился на металлические ворота, изогнувшись, как волк готовящийся к прыжку.

На мгновение Инанна подумала, что будет сражаться с ним. Но демон даже не смотрел в ее сторону.

Наместник поднял руки, призывая толпу к тишине, и она свершилась. Власть его не оспаривалась, ибо он был кровожаден и жесток, все это знали, поэтому никто не смел перечить.

Большие металлические ворота стали медленно открываться. Люди занимавшие места зрителей, защебетали, ожидая кого выведут сегодня. Инанна поняла, что с демоном они будут сражаться против кого-то. Демон не создавал впечатления свирепого бойца, способного выстоять бой, казалось он готов свалиться и от ветра.

- Эй, демон-зверь, - крикнула она, обращая его внимание на себя и пытаясь увидеть его реакцию.

Но он оставался к ней глух, продолжая смотреть на ворота, изогнувшись в боевой готовности. Инанна схватила короткий меч, который к ее ногам швырнули солдаты, осмотрела его, недовольно фыркнув.

Посмотрев на ворота, которые почти открылись, она увидела огромную клеть, на деревянных колесах, которую медленно и тяжело катили несколько человек.

В этой клетке сидели, четыре пса. Они рычали, скалили пенные пасти и царапали когтями, металлические прутья. Но самое необычное было, то что с помощью магии звери были увеличены до размеров взрослого медведя, поэтому вид их действительно устрашал и заставлял покрепче держать рукоять меча.

- Эй демон-зверь, - снова окликнула девушка, - мы в одной упряжке!

Демон по-прежнему не обращал, никакого внимания на девушку, она его просто не интересовала. Когда клетку выкатили, один из солдат снял замок и спешно побежал к воротам, опасаясь, что вырвавшиеся животные сожрут его самого. Массивные ворота медленно стали закрываться.

Сверху раздался свист и собаки ринулись из клетки, как по щелчку, получившие команду дрессировщика. Три из них бросились навстречу демону, последняя выбрала своей целью Инанну.

Ведьма рубанула пса в прыжке, меч издал звук удара о камень, чары, усиливающие монстра, сработали не навредив, животному. Пес обошел ведьму полукругом скалясь, и снова напал. Девушка хотела отразить удар, но в один миг неожиданно упала. Она не сразу поняла, что это цепь натянулась, так как демон схватился с места, повалив одну из собак в песок. Обороняться и следить за объединяющей их целью было невозможно. Вгрызаясь собаке в горло, как шакал демон начал рвать шкуру и мясо. Другое животное набросилось на его спину, раздирая и без того изувеченные крылья. Инанна попыталась встать, но псина, улучив удобный момент кинулась к голове девушки, и та едва успела выставить вперед руку, прикрывая лицо. Собака вцепилась в локоть, причиняя адскую боль. Лай, рык, скулеж смешались с криками толпы.

Убив одну собаку, демон скинул с себя другую, и набросился на нее на четвереньках, как пантера. Инанну снова оттащило в сторону, от резкого прыжка демона, больно дернув ногу. Он был очень силен, несмотря ни на что и таскал девушку за собой, словно она ничего не весила.

Инанна кубарем откатилась ближе к нему, и подскочила на ноги. Собака, преследовавшая ее, прыгнула, но девушка выставила меч вперед, направив острие в пасть, и не промахнулась. Прокрутив меч, в разинутой, окровавленной пасти животного, то издало угасающий вопль и обмякло. Стряхнув мертвую собаку с меча, она обернулась и увидела жуткую, до отвращения картину. Демон пожирал третью собаку, он не убивал ее, он именно ел плоть животного, как если бы был львом или тигром, охотящимся в своих угодьях, бешенным и голодным. К горлу подступила тошнота, от вида получеловека, питающегося, как зверь.

Но в этот же момент она увидела, что крылья демона чудесным образом срастаются, раны затягиваются, так действовала кровь убитых животных. Не может быть! Он исцеляется. Воистину демон.

- Так вот почему, они калечат ему крылья и рвут. Кровь! Съедая ее, он восстанавливается, -эта мысль обожгла.

В ее голове промелькнула совершенно сумасшедшая идея! Стоило попробовать, чтобы спасти свою жизнь. Она в секунды смерила расстояние между ними, осмыслила свои действия и побежала навстречу пленнику, на другом конце цепи.

-Эй демон-зверь!! - Снова заорала она. Но он и в этот раз не оглянулся.

Инанна полоснула, мечом себе и без того рваную от укуса руку и набрала полный рот крови. В три прыжка она подбежала к демону и оторвала его от бездыханной добычи, с которой он продолжал расправляться. Тряхнула за грудки. Слегка подпрыгнула, притянув демона к себе, ибо он был высок, и осуществив подобие поцелуя, влила ему в рот свою кровь.

Все произошло настолько быстро, что не сразу стало понятно зачем девушка все это проделала. Толпа подскочила на ноги, все остолбенели. Крылья демона, начали стремительно заживать и принимать исходную форму, ту которую имели, до того, как их безжалостно исполосовали ножом. Инанна кровавой рукой, начертила на лбу демона некий знак, и он пыхнул голубым

Демон повел глазами, словно пробудившись от сна и устремил взгляд сверху вниз на девушку.

-Спаси нас, лети! - что есть мочи орала она, крича ему в лицо и трясла его за плечи.

Инанна оказалась права, магическая кровь, сработала, как мощный катализатор.

-Лети! Ты можешь летать! Чего уставился, как скотина!

Она обхватила его шею. Кровь ведьмы разлилась по горлу демона живым эликсиром. Он взревел, и этот рык прокатился, таким оглушающим эхом, что люди на трибунах попадали. Женщины стали, кричать.

- Схватите их! –раздался, вопль наместника, - не дайте им уйти!!

Ворота стали открываться медленно, они были достаточно тяжелы. Демон расправил, крылья! Раз, два, три. Взмахнул ими, как будто пробуя сделать то, чего не делал давно. И снова взревел! Раз, два, три…

-Демон Лети!! Чего ты ждешь! Спаси нас!

Инанна снова чиркнула кровавый знак на его лбу. Пых … пых… пых... полыхнуло голубым огнем. Демон озирался по сторонам, как будто впервые видел все вокруг.

Девушка инстинктивно прижалась к нему и неожиданно почувствовала дрожь во всем теле демона, он слегка затрясся, содрогнулся и по его телу прошелся мелам[4]. Считалось, что это нечто, наполненное божественным происхождением и наделяющим своего владельца неимоверной силой, способной других заставить трепетать. Такие демоны встречались, крайне редко. Инанна испугалась, хотела отпрянуть, но уже не смогла. Багровые языки пламени охватили ее тело. Страж впервые увидела мелам и испытала леденящим душу страх, демонической ни[5] и снова умоляюще воскликнула.

- Летиииииии.

Подавив свой страх, она влепила ему по щеке. Демон тряхнул головой и тяжело взлетел. Люди кинулись врассыпную, кричали, военные отдавали приказы. Наместник сыпал проклятья. Солдаты выбежали на арену, взяв на изготовку луки, подожгли отравленные стрелы.

Поднявшись ввысь, демон прорвал магический барьер, все озарилось голубой вспышкой и бордовой. О существовании барьера страж не догадывалась, ибо действовала наугад, на удачу! Вдогонку беглецам полетели стрелы, одна горящая стрела впилась в бок демона, на лету он качнулся, но продолжил лететь. Его рык пронесся по долине, как смерч.

Пока Инанна и демон сражались с псами, небо затянуло, пошел дождь, подул холодный ветер.

- Почему ты ничего не сделала? - орал наместник на женщину в красном-. Почему дала им уйти?!- Он махал руками, сжатыми в кулак, ноздри его раздувались, лицо покраснело от злости.

Но она молчала. Она даже с места не поднялась, только сузила глаза от ярости, под вуалью, прикрывающей лицо и смотрела за горизонт, куда демон уносил беглянку, стремительно, как орел и морщила нос, от падавших капель дождя на ее лицо.

[1] Урук — древнейший город-государство шумеров

[2] Иддин-Даган — имя, означающее «данный Даганом». Даган (также встречается форма имени — Дагон) — божество месопотамского пантеона.

[3] «Канди» — основная мужская одежда шумеров, представляющая собой рубашку с короткими рукавами. Канди носили мужчины всех сословий, качество материала было разным. Чем знатнее и богаче человек, тем длиннее его одежды.

[4] Мелам - термин из шумеро-аккадской мифологии, который обозначал неоднозначную субстанцию, которую носили божества. Мелам — по-шумерски — сияние вокруг тела.

[5] Эффект, который оказывает на человека вид мелама божества, описывается словом «ни», что означает «физическое ползание плоти». И шумерский, и аккадский языки содержат много слов, чтобы выразить ощущение «ни», в том числе слово пулухту, означающее «страх».

Глава 2. Дом табличек

Сколько Инанна себя помнила она всегда жила в школе - эддуба[1] или Доме Табличек. Наставница - учительница, она же мать, как к ней обращались ученики, Нис-Инису[2], была доброй и строгой одновременно. Она нашла девочку, подброшенной к дверям храма богини Иштар и дала ей имя Инанна[3], дала приют, надежду на жизнь и образование. В школе табличек обучались девочки ведьмы, с рождения, обладавшие даром магии.

Возможно, именно дар девочки-подкидыша стал причиной, по которой родители от нее отказались. Без должного обучения и контроля, люди с магическими способностями часто теряли рассудок. Необученные, невоспитанные дети с даром редко доживали до юности, принося окружающим лишь хлопоты и беды. Поскольку такое обучение было платным и доступным не каждому, маленьких ведьм подбрасывали не только к дверям храма, но и к самой школе. Инанна порой задумывалась: будь она обычным ребенком, забрала бы ее Нис-Инису в школу? И как тогда сложилась бы ее жизнь, оставалось лишь гадать. В доме табличек не было места для обычных детей. Инанна также знала, что первые годы младенчества провела в какой-то семье, а наставница содержала ее, ведь быть одновременно матерью школы и матерью младенца было ей не под силу.

Нис-Инису назвала свою ученицу именем богини, что, к сожалению, приносило девочке немало неприятностей. Сёстры по школе постоянно подшучивали над ней, а порой и откровенно издевались, придумывая обидные прозвища вроде «не совсем богиня» или «поддельная богиня». Поэтому, когда Инанна повзрослела и начала выполнять задания и поручения школы, она предпочитала представляться как На-на или Ина. Никто не задавал лишних вопросов и не смеялся. Да и кому было смеяться, беднякам в деревне, куда ее приглашали, изгнать духов, мелких демонов, убивающих скот. Они сами ее боялись, ведьм не все жаловали и недолюбливали.

Инанна, выпускница школы табличек, стала превосходным стражем. С детства талантливая, но дерзкая и неусидчивая, она не раз получала линейкой и подвергалась наказаниям. Вспыльчивая по натуре, Инанна могла натворить дел, а затем, как ни в чем не бывало, смотреть щенячьими глазами на доброе лицо матери-наставницы. Сестры-ученицы подтрунивали над ней, и в отместку она могла с ними подраться. Однако ей всё сходило с рук: Нис-Инису покровительствовала ей и относилась снисходительно.

***

-Инанна, проходи, — мать-наставница жестом пригласила любимицу войти. - У меня есть задание для тебя, и на этот раз оно будет весьма серьезным.

Ее доброе лицо, испещренное морщинками у глаз, на миг стало суровым. Но девушку это не смутило.

-В прошлый раз духи реки меня изрядно потрепали, я едва ноги унесла! Чуть не стала русалкой на дне, разве это не было серьезным заданием? - Инанна небрежно развела руками.

Нис-Инису сдвинула брови, кашлянула и сложила руки в замок. Инанна поморщилась: эти знаки ясно давали понять, что наставница не в настроении для шуток. Девушка склонила голову и скромно произнесла: «Я вся во внимании. Исполню все, что прикажете, мать-наставница».

«Ты отправишься в Киш, во дворец А, и кое-что…» — но не успела она договорить, как Инанна удивленно воскликнула: «Куда? В Киш, во дворец? Я? Может, Ташмету туда отправиться будет уместнее…»

Ташмету была одной из первых учениц, давно выпускницей и стражем. Она выполняла сложные поручения и порой пропадала месяцами, даже вместе с самой наставницей. Более сдержанная, опытная, взрослая — по мнению Инанны, она гораздо лучше подходила для этого задания.

-Инанна! -на выдохе произнесла Нис-Инису, - Ты считаешь, что вправе оспаривать мое виденье, кому уместнее выполнить мое поручение? -ее лицо вмиг стало ястребиным, а черные глаза сверкнули.

-Я виновата, - тихо сказала девушка, склонив голову. Она никогда не покидала родного Эриду и близ лежащих сел. Отправляться так далеко было для нее в новинку. Да еще и во дворец. А если она что-то не так сделает, как чувствовала она. А все действительно пойдет не так, совсем ни так!

-Ты отправишься в Киш[4], во дворец А[5]! Царь Арвиум болен, его наложница А-Машу, моя давняя подруга, мы должны ей помочь. Если царь умрет, начнется война и она затянется, претендентов на трон много, юный принц Этана[6]молод некому его поддержать. Наместники как стервятники ждут его смерти. - Это, - Нис-Инису достала из тумбы резную шкатулку, - то что ты должна передать А-Машу.

Инанна нутром ощутила мощную магию, несмотря на печать, скрывающую содержимое ларца. Артефакт источал сильную энергетику, подобно тому, как раскаленные угли, помещенные в холщовый мешок, прожгли бы его насквозь.

- Ты отправляешься завтра утром, на рассвете. Возьми коня.

Инанна удивленно подняла брови. Обычно она добиралась до места назначения пешком или на перекладных.

-Здесь... можно даже взять коня, - усмехнулась она про себя, вспоминая детские наказания за угон лошадей. Школа не могла позволить себе большую конюшню, но несколько лошадей у них все же было.

-Это деньги на расходы, ночлег и еду. Ты уезжаешь тайно. Никто, ни одна живая душа не должна знать. Иначе – гибель.

"Мать-наставница всегда так говорит…"

-Инанна, – беспомощно вздохнув, произнесла Нис-Инису. На этот раз всё очень серьёзно!

[1]Эдубба (эдуба, э-дуба) — так назывались шумерские школы, в которых обучали писцов. Дословный перевод - «дом табличек». Название происходит от глиняных табличек, на которые наносилась клинопись.

[2]Нис-Инису «Поднятие его глаз» (бог положил глаз на девушку и назначает ее своей слугой).

[3] Инанна- центральное женское божество в шумерско-аккадской мифологии и религии. В древне аккадский период Инанна слилась с богиней Иштар.

[4] Киш — один из древнейших шумерских городов-государств в Древней Месопотамии.

[5] Дворец «А» в Кише — один из ранних примеров дворцового типа сооружений на территории Месопотамии.

[6]Этана (шум. Энтена) — мифический царь (лугаль) древнего шумерского города Киша.

Глава 3. Неудачливый демон.

Демон несся сквозь бушующую стихию, его полет был долгим и неумолимым. Инанна, пытаясь перекричать рев ветра и хлещущий дождь, хотела призвать его к снижению, но ее голос тонул в грохоте непогоды. Под ними проносились реки, леса, горные хребты и мерцающие города. Их полет напоминал отчаянный рывок парусника в сердце штормового моря. Девушка вцепилась в его шею мертвой хваткой, страшась соскользнуть. Смерть казалась ей теперь невыносимой перспективой – она устала, замерзла до костей, а вынужденная поза сковывала мышцы невыносимой болью. Демон же, словно, не замечая ее страданий, продолжал свой стремительный полет, удерживая ее железной хваткой.

Внезапно его полет стал прерывистым, поврежденное крыло пронзало иглами боли. Дыхание участилось, превратившись в хрип, и он начал неравномерно снижаться. Луна скрылась за тучами, а мерзкий, сильный дождь хлестал без остановки. Изредка небо пронзали раскаты грома и вспышки молний.

Демон, изможденный ранами и увечьями, неудержимо оседал. Инанна вскрикнула – кто бы на ее месте не закричал? Собрав последние силы, он пытался смягчить падение, спасти их обоих. В самый последний миг, перед неизбежным ударом, он обернул ее своими крыльями. Они рухнули на землю с чудовищной скоростью, кувыркаясь по мокрой траве. Инанна отчетливо услышала хруст кости. После нескольких оборотов ее выбросило из его объятий, и, прокрутившись еще раз, она врезалась в валун. Демон упал неподалеку.

Лежа на животе, он с трудом приподнялся на локтях и пополз к Инанне, издавая рычание и корчась в агонии. Молния осветила его искаженное, неестественно дергающееся лицо. Полусидя, девушка инстинктивно отшатнулась, но уперлась в валун за спиной и замерла. Его вид внушал ужас, на мгновение ей вспомнилось, какое впечатление произвел на нее его демонический облик. "А я его по щеке хлестала, чтобы в чувство привести", – промелькнуло в голове. "Может, он убьет ведьму, или попытается восстановиться за счет моей крови", – подумала страж.

Вспышка молнии осветила лицо демона-зверя, и Инанна замерла: он превращался в человека!

Большинство демонов ограничены своей формой, неспособные даже произнести слово. Лишь немногие сущности обладали даром речи и редкой способностью принимать человеческий облик, но это никогда не было их истинной природой. Этот же демон был явно иным. Сейчас он словно боролся с самим собой, будто невидимая сила внутри него сопротивлялась трансформации. Его превращение напоминало мучительную агонию. Он подполз к девушке, окончательно обретая мужской облик, бросил взгляд в её потрясённые глаза и безвольно рухнул, уронив голову ей на бедро.

Инанна не двигалась, давая себе пару минут, чтобы осознать случившееся и продумать дальнейшие шаги. Дыхание ее было тяжелым, каждый мускул напряжен от страха сделать лишнее движение. Дождь, заливавший их с ног до головы, явно набирал силу, а над головой простиралась непроглядная ночная тьма.

-Эй, демон-зверь, - тихо позвала она, внимательно рассматривая юношу, что лежал, уткнувшись ей в бедро. Трансформация завершилась, и крылья исчезли, но на его боку зияла жженая рана от стрелы. Нога была неестественно вывернута под ним – очевидно, сломана при падении. — Ты живой?

Демон молчал. Его черные волосы, спускавшиеся ниже пояса, свидетельствовали о давнем отсутствии стрижки. Сколько же времени он провел в этой тюрьме?

В народе было принято тщательно ухаживать за волосами, веря, что они служат оберегом от злых духов. Их заплетали, укладывали с помощью масел и кремов, расчесывали расческами из слоновой кости – и мужчины, и женщины. На патлах демона, казалось, злые духи могли бы основать целое поселение. Спина его была исполосована, представляя собой сплошное кровавое месиво. Вся его одежда была разодрана и разорвана.

Инанна ужаснулась жестокости Иддин-Дагана, глядя на демона, упавшего ей в ноги.

Какое же ей выпало везение – встретить это чудовище! Без него она бы ни за что не сбежала. Два дня она провела в заточении, а на третий ее вывели на арену. Даже обещанные Даганом пытки не успели применить. Ее лишь избили, отобрали шкатулку и два дня держали без еды. Что пришлось пережить этому мужчине, ее разум отказывался постичь. Она отделалась так легко. Демон ли он, зверь ли – она перед ним в неоплатном долгу. Нис-Инису учил ее: долги нужно возвращать, а в долгу оставаться нельзя. Чувства чести и справедливости были впечатаны в ее сознание ежедневной, изнурительной зубрежкой клинописных табличек.

- Демон… - прошептала она, но ответа не последовало. Неужели умер? В грохоте грозы и шуме ливня различить его дыхание было невозможно. Девушка огляделась. Прямо за их спинами чернел вход в пещеру.

- Какое удобное место ты выбрал для своего падения, - пробормотала она. - Возможно, ты удачлив! Хотя нет, с твоим видом удача явно не дружит.

Она подхватила его под мышки и, кряхтя, потащила к укрытию, продолжая говорить вслух, самой себе:

- Как же плохо выглядит твоя нога, того и гляди оторвется, - пыхтела она. Демон, несмотря на кажущуюся худобу, оказался невероятно тяжелым. - А знаешь, что самое обидное? Если ты вдруг умрешь, а твоя нога оторвется, то мне, скорее всего, посмертно придется оторвать тебе и вторую, потому что-цепь-то на ней! Ха-ха! Ты явно неудачлив! — заключила страж.

Затащив его в пещеру, она огляделась. Вспышка молнии на мгновение осветила их временное убежище. Пусто. Логично, чего еще она могла здесь найти. Хорошо хоть, что медведя нет – и на том спасибо богам. Сегодня они были к ней благосклонны.

Инанна опустилась на камень. Посидев пару минут, размышляя и хмыкая себе под нос, она сотворила слабое заклинание. Посреди пещеры затрепетал огонь.

-Боюсь, ненадолго меня хватит, – пробормотала она, взглянув на рану на локте. Собака цапнула ее несильно, но рана все равно была неприятной. Жизненно важные сосуды не были задеты, кровь уже запеклась коркой.

Придвинувшись к демону, она склонила голову ему на грудь. Он едва дышал. Его вывернутая наружу нога выглядела неестественно, а грудина казалась перекошенной, словно ребра с одной стороны были сломаны. Выживет ли он? Демонов вообще-то сложно убить. Он мог бы так лежать годами, восстанавливаясь и копя силы. Но у Инанны столько времени не было. Ей нужно было срочно вернуться в дом табличек и повиниться Нис-Инису в проваленном задании. Кто же теперь спасет царя?

Поразмыслив, девушка решительно выдернула шпильку из волос и, не колеблясь, проткнула ею вену на здоровой руке.

-Открывай рот! Только не привыкай слишком сильно, мне самой пригодится, - проворчала Инанна.

Запрокинув его голову, она поднесла свою руку над лицом демона, и капли крови упали ему на губы. Мгновение спустя его тело затряслось. Инанна отчетливо услышала его дыхание, биение сердца. По израненной коже побежали бордовые искры, тело демона начало оживать. Девушку охватил страх, скованная демонической силой, она на секунду застыла, не в силах пошевелиться.

Грудь демона вздымалась и опускалась ровно, словно наполняясь воздухом. Ребра встали на место. Нога несколько раз хрустнула в суставах, возвращаясь в правильное положение. Инанна могла двигать лишь глазами, с тревогой наблюдая за происходящим. А вдруг ей суждено так и остаться неподвижной, истекая кровью? Словно услышав ее страхи, демоническое оцепенение начало рассеиваться. Сковывающая ее сила исчезла, и девушка обмякла. Демон выглядел гораздо лучше, его дыхание стало ровным, но он все еще не приходил в сознание.

Инанна почувствовала себя очень уставшей, последние дни, наполненные злоключениями, вымотали ее. Начертав наспех руну выше укола, она остановила кровь. Легла на холодные полы пещеры и уснула, несмотря на звуки грома.

Глава 4. Союзники поневоле.

Инанна проснулась с первыми лучами солнца. Ночью, когда последний уголёк погас, она, ещё не до конца осознавая происходящее, прижалась спиной к тёплому боку демона, спасаясь от холода. Утром, обнаружив себя в таком положении, девушка ощутила волну неловкости. Она быстро успокоила себя: это была лишь инстинктивная реакция на мороз, и корить себя за это не стоило. К тому же, демон так и не пришел в себя. «Наверное, он был не против", - промелькнула мысль в голове стража.

Направляясь к выходу из пещеры, Инанна услышала предательский звон цепи, волочащейся по каменистому полу. Она с горечью осознала, что сейчас у неё совершенно нет средств, чтобы её разрубить. Это было удручающе. Демон по-прежнему пребывал в беспамятстве, но выглядел уже не так плохо. Поить его своей кровью Инанна больше не считала необходимым. У самого входа в пещеру она заметила небольшое углубление, куда всю ночь стекала дождевая вода.

- Слава богам! - вырвалось у девушки, и она поспешно наклонилась, чтобы утолить жажду. В темнице ей тоже не давали воды, и прохлада, разливающаяся по горлу, мгновенно улучшила её настроение.

Ночная гроза, сотрясавшая горы, наконец утихла. Утро выдалось на удивление добрым и солнечным. Инанна вышла из пещеры, но на этом её краткая иллюзия свободы оборвалась. Цепь натянулась до предела. Намертво прикованная к демону, она была лишена возможности свободно выбирать свой путь.

Пещера находилась в массивной скале, протянувшейся на 100 гар[1], далее местами была зеленая степь и залесок. Живот предательски заурчал. Кушать хотелось очень.

Вернувшись в пещеру Инанна попыталась напоить демона водой, слегка наклонив его на бок. Он же, не открывая глаз проглотил воду. Какой поразительной живучестью он обладал, подумалось ей.

- Как ловко, лежишь тут, а мне голову ломай, как же нам быть. -продолжала свой монолог ведьма.

День тянулся очень долго. Бездействие раздражало. Хотелось уже, что-то делать, куда-то двигаться. От нечего делать Инанна оторвала кусок ткани, от своего белого короткого канди, из простой грубой ткани, и смочив лоскут в воде, протерла демону лицо. Его черты оказались, прямыми, острыми возможно из-за худобы, а из-за разросшейся растительности, сложно было особо понять каков он. Но разглядывая демона так и эдак, она могла предположить, что он вполне себе даже красив. Демон был нетипично бледен, для народов Двуречья, возможно из-за долгого нахождения в темнице.

Инанна же, напротив, отличалась смуглой кожей, но светлые, кудрявые волосы, обрамлявшие ее миловидное, заостренное личико, создавали непривычный контраст.

Вечером страж долго ворочалась во сне, живот настойчиво урчал. В голову лезли противоречивые, неприятные мысли. Вытащив заостренную шпильку, она проткнула палец и начертила ту самую руну, что прежде наносила демону на лоб. Теперь она сделала это себе.

Однажды, из-за неусидчивости и шалостей, Нис-Инису решила наказать Инанну, объявив об ее изгнании из школы. Девушку отдали в семью пастухов, а сама наставница надолго исчезла. Там Инанна изо дня в день пасла стадо овец. Сначала это ее забавляло, потом наскучило, а вскоре сменилось неимоверной тоской. Она молилась богине Иштар, обещая всегда быть послушной матери-наставнице, если та вернется и примет ее обратно.

К тому же, она сама сочинила несложное заклинание, которое оказалось удивительно действенным. Оно отрезвляло, прогоняя ненужные мысли, и помогало сконцентрироваться, занимаясь часами учебой, неотрывно. Инанна называла это "чистым сознанием". Она прибегала к нему, когда ее одолевали грусть, тоска или гнев. Все, что омрачало дух, рассеивалось. Именно эту технику ведьма применила к демону, когда тот, словно погруженный в забытье, не отзывался на ее призывы. Инанна знала, что заклинание простое, но на удивление действенное.

Раз уж кровь уже была на руках, Инанна нарисовала знак "чистого сознания" и на лбу демона. - Хочу, чтобы ты проснулся и не забыл поблагодарить меня, - прошептала она, зная, что демон все равно ей не ответит. - Ведь не только ты меня спас, но и я тебя.

Когда Нис-Инису вернулась, счастью изгнанницы не было предела. Девочка раскаивалась и благодарила. А когда представилась возможность, сообщила наставнице, что за заклинание придумала она сама. Нис-Инису и не собиралась бросать Инанну, но хотела приструнить ее – уж больно несносной та была. То, что девочка талантлива и создала рабочую технику, ее, впрочем, ничуть не удивило.

***

Инанна не помнила, как уснула. Утром, проснувшись, она обнаружила, что демона рядом нет. Сердце ёкнуло от неожиданности. Вскочив, девушка увидела его в проеме пещеры, заложившего руки за спину. Её резкое движение вызвало лязг цепи, и демон обернулся. Инанна посмотрела в его глаза, и её поразил их пронзительно голубой цвет – такая редкость, считавшаяся уделом богов.

Запинаясь, она представилась: — Меня зовут На-на. Как тебя зовут, демон?

Он лишь отрешенно взглянул на неё, не произнеся ни слова.

— Эта цепь… от неё нужно избавиться! Думаю, у тебя, как и у меня, есть дела, — Инанна говорила медленно, пытаясь уловить хоть какое-то понимание в его голубых глазах. — Я очень спешу вернуться в Эриду. Предлагаю отправиться в ближайшее поселение и попытаться сломать цепь, но для этого мне нужны кое-какие ингредиенты. Возможно, разживёмся оружием, если найдём приличного кузнеца. Ты проспал два дня, — объяснялась ведьма. — Я, между прочим, ухаживала за тобой, — добавила она, вкладывая в слова особый смысл.

Инанна всё ещё не могла понять, чего ожидать от демона. Опасен ли он для неё? Но голубоглазый просто молчал. Не назвал имени, не отреагировал на её заботу. Ничего. Просто стоял и молчал.

Инанна медленно подошла к углублению с водой и утолила жажду. Никаких вещей у них не было, и ничто не удерживало их в пещере.

-Мы можем идти? - спросила девушка, её голос звучал так же неторопливо, как и её движения. Хотя обычно она была куда более словоохотлива.

Демон на мгновение замер, окинул взглядом пещеру и согласно кивнул. Инанна, довольная, вскинула руки и направилась к выходу.

- Прекрасно! Тогда идём! - она ослепительно улыбнулась и шагнула навстречу новому дню.

Голубоглазый демон вышел вперёд и двинулся прочь.

"Такой могучий демон не может быть немым, — размышляла страж. — Наверняка у него есть причина молчать. Возможно, он от природы неразговорчив, или просто не желает говорить. А может, ему отрезали язык..."

- Мне же как-то нужно к тебе обращаться, не звать же тебя «демон-зверь»? - щебетала Инанна, не отрывая взгляда от его затылка.

Парень резко остановился. Страж, неловко уткнувшись ему в спину, тут же отшатнулась.

- У тебя есть имя? — настойчиво повторила девушка.

Он прикрыл глаза, погрузившись в глубокие раздумья.

- Может, ты его забыл? — Инанна удивлённо приоткрыла рот и выдохнула: - Не может быть!

Демон отрицательно покачал головой, развернулся и вновь двинулся вперёд.

Девушка засеменила следом. Он шёл быстро, широким, размашистым шагом, и ей никак не удавалось идти с ним вровень.

- Слушай, а ты не хочешь полететь?! - вдруг озарило её. - Ты ведь можешь нас донести. Что тебе это стоит?

Демон вновь резко остановился, и Инанна по инерции толкнулась ему в спину. Он бросил на неё хмурый взгляд сверху вниз, недвусмысленно давая понять, что лететь и нести их он никуда не намерен. Лицо его выражало явное недовольство, брови сошлись в одну суровую линию. Девушка мгновенно считала этот сигнал. Болтливость болтливостью, но глупой она никогда не была. Поняв, что разговор бесполезен, она замолчала и послушно последовала за демоном.

«Наверное, решил, что я его как вьючное животное использовать собираюсь», – мелькнула мысль у стража.

Солнце начинало припекать, что было вполне типично для сезона эмеш[2]. В это время свободные общинники и батраки занимались выращиванием ячменя – культуры, идеально приспособленной к сухой, засоленной почве и палящим температурам Двуречья.

Инанна вспомнила о ячменной каше, которую подавали в Доме Табличек, о свежих булочках, сладких финиках и сочном винограде. И тут же её живот снова предательски громко заурчал. Четыре дня без еды – неудивительно, что желудок так отчаянно требовал насыщения.

Так молча они шагали несколько часов, пока на горизонте не показался берег реки. Вдоль берега тянулись ивы и тополя. Демон уверенно свернул к воде, приблизившись к краю, он остановился и начал раздеваться, скидывая свои никчемные лохмотья.

- Что… что ты делаешь? - Инанна прикрыла лицо рукавом, чтобы не смотреть на голого юношу, отвернулась и тихо запричитала. - Ты собираешься купаться? У нас нет на это времени.

Не обращая внимания на её ворчание, демон полностью разделся и с блаженной улыбкой вошёл в воду. Страж услышала всплеск и поняла, что он уже в воде. Она убрала рукав от лица, взглянула на разбросанные на берегу тряпки и на демона, который с удовольствием мыл запутанные волосы, руки, плечи и лицо. Ей самой тоже можно было бы искупаться, но мысль раздеваться перед ним смущала, а купаться в одежде не хотелось. Поэтому девушка просто села боком на берегу, ожидая, когда он выйдет из воды, чтобы отвернуться.

Голубоглазый никуда не спешил — он наслаждался водой, свободой, тёплым солнцем, а заботы Инанны его совершенно не волновали. Она чувствовала, как раздражение поднимается к горлу и вот-вот вырвется наружу, но сдерживалась, опасаясь его реакции.

Наконец девушка поняла, что он заканчивает, и отвернулась, ожидая, когда он оденется. С другой стороны, она понимала, что они могли бы устроить привал — ведь шли уже несколько часов, — но ей не терпелось избавиться от цепи и распрощаться с этим непонятным молчуном.

Инанна выждав некоторое время, оглянулась чтобы проверить не оделся ли молодой человек, но снова прикрылась рукавом, ибо демон сидел, по прежнему нагой и стирал свою одежду!

-О Боги, - взмолилась она, - О великий Энки[3], вытолкни его из воды!

Она замолчала, не желая тратить силы на пустые слова. Терпеливо ожидая, она надеялась, что стирка скоро закончится. Когда всплески стихли и воцарилась тишина, она осторожно оглянулась, ожидая, что демон готов продолжить путь. Щеки снова вспыхнули. Он же, совершенно невозмутимый, просто лежал, наслаждаясь солнцем!

Не в силах больше ждать, она нетерпеливо дернула цепь. Терпение иссякло, а вместе с ним и желание соблюдать приличия.

- Ты даже не пытаешься торопиться! - возмущенно воскликнула она. - Иддин-Даган, с этой ведьмой украли нечто важное! Я должна как можно скорее добраться до наставницы! Кто знает, какие козни они плетут! - Девушка снова резко дернула цепь, привлекая внимание демона. Его нога шевельнулась

При упоминании Дагана парень вздрогнул, его глаза сверкнули, и он резко дернул цепь. Этот рывок сбил Инанну с ног, отправив ее на землю. Демон замер, его глаза расширились – он явно не рассчитал силы, смахнув ее, как тряпичную куклу, хотя и не собирался. В его взгляде мелькнула досада и сожаление, но Инанна, ошеломленная падением, этого не заметила.

Огорченная, она потерла ушибленное бедро и обиженно надула губы. Нападать на демона было глупо и бессмысленно. Смирившись, Инанна села к нему спиной, не желая больше спорить:

-Когда будешь готов идти, дай мне знак, – тихо сказала она, смущенно добавив, -И оденься уже, пожалуйста. Мне неловко.

Демон затих. Затем послышался всплеск и движение цепи. Инанна решила не оборачиваться. Что делал голый демон, ее больше не волновало. Она нашла тонкую палочку и начала чертить ею на земле, пытаясь отвлечься.

Всплески продолжались некоторое время. Затем цепь дернулась и раз, и два, и три. Видимо это был знак, о котором она просила, для привлечения внимания.

- Ну что, закончил наконец? - фыркнула девушка. Обернувшись, она увидела четыре внушительных рыбины. Уголки её губ, словно против её воли, поползли вверх, растягиваясь в довольной улыбке. Негодование уступило место живому любопытству. - Это для нас? И для меня тоже? Демон утвердительно кивнул. К тому же, он накинул на себя полумокрые одежды, что сразу расположило её к нему. Лицо девушки озарилось радостью, раздражение сменилось предвкушением грядущего обеда. - Я так голодна! Нам нужен костер. Давай приготовим её и съедим – это будет лучшее решение! Настроение улучшилось в одно мгновение. Девушка не любила долго таить обиду и пребывать в унынии, сознательно направляя свои мысли в позитивное русло. Инанна заметила трухлявое дерево у самой воды, суетливо отломила от него рыхлые поленья и сложила кострище. Достав шпильку, она привычно проколола палец, произнесла заклинание и вспыхнул огонь.

-Принеси те прутья, - бросила она демону, - насадим на них рыбу.

Он немного постоял, проводил её взглядом, задумался и отправился за прутьями. Но цепь оказалась коротка. Он дёрнул её, и Инанне пришлось идти гуськом за демоном.

Девушка ловко разделала рыбу и принялась её жарить. Парень присел у костра и наблюдал.

"Кривовато, конечно, ножа-то нет! А если бы ещё специи, соль, хлеба кусочек..." – болтала она, держа две палки с рыбой. – "Возьми эти прутья, жарь. Чего сидишь без дела, только смотришь?"

Её просьба прозвучала так задорно, что отказаться было невозможно. Инанна знала, как расположить к себе кого угодно – человека или демона. Не зря ведь она ведьма. И голубоглазый снова послушно взял прутья и принялся вертеть их над костром.

-Ты их так сожжешь, держи чуть выше, ты что рыбу не готовил никогда! Надо было до углей подождать, но уж больно кушать хочется.

Девушка смерила демона хитрым взглядом, прищурилась и сказала:

- В таком виде если мы появимся, то распугаем всех селян, с твоей одеждой надо что-то делать, да и цепь надо будет скрыть. Знать бы куда ты нас унес, насколько мы далеко от Эриду.

По лицу вообще не было понятно, слушает он или нет. Но рыбу жарил, как Инанна говорила: перевернуть - переворачивал, поднять выше - поднимал, опустить ниже — опускал. Всё исполнял.

- Знаешь, я так и не поблагодарила тебя за спасение. За твой триумфальный полет, — она опять показала белые зубки в улыбке. — Без тебя мне бы пришлось туго.

Демон молчал. Что у него там в голове творилось, было непонятно. О чем он думал, что его грызло.

Пища была готова. Не дожидаясь, пока остынет, Инанна начала отламывать куски. Ворчала, обжигалась, но всё равно довольно причмокивала. Демон же к еде и не притронулся.

-Ты не хочешь есть? - спросила девушка, заметив заминку в глазах демона. А что, если он питается только кровью или сырым мясом? Невольно вспомнилось, как он пожирал собаку. Глядя на него сейчас, было сложно представить, что он превращается в зверя, способного так разорвать добычу. Пытаясь отогнать тошнотворные мысли, она, привлекая внимание к аппетитно выглядящей тушке, сказала: - Рыба очень вкусная, сочная и жирненькая! Улов удался! Если не хочешь, то съем я! Демон инстинктивно притянул к себе прутик с рыбой. - Моё! — произнёс он. - А-а-а, так ты всё-таки можешь говорить! — обрадовалась Инанна совершенно по-детски, неподдельно. Она погрозила пальцем в воздухе и деланно-сердито сказала: - Я знала, что такой сильный демон не может быть немым! Чего же ты молчишь? - Я давно не использовал речь, - просто ответил он. - Разучился говорить? - хмыкнула девушка. - Разве такое возможно? - Она почесала подбородок, призадумавшись. Когда она жила в семье пастухов, в деревне повадился воровать скот злой демон. Однажды он до полусмерти напугал молодого пастуха. Мальчишка потом долго не мог говорить, а когда смог, после лечения, навсегда остался заикой. Тогда Инанна не могла ему ничем помочь: она была молода и мало сведуща в магии.

-Эта цепь сковывает меня, не даёт мне помочь тебе. Я бы попробовала тебя подлечить, но сейчас я совершенно беспомощна. На ней печать! Её наложила та ведьма в красном. И печать эта — на совесть, сколько я ни пыталась, она не поддаётся.

Инанна довольно погладила свой сытый живот, прищурившись посмотрела на демона, погружённая в свои мысли.

-Знаешь, давай так: я отвернусь, и ты отвернись. Мне стало ужасно жарко, зайду в воду ненадолго. А ты пока поешь…

Так и поступили. Девушка не стала раздеваться, просто вошла в воду, наслаждаясь прохладой, омывающей её тело.

Ей и в голову не могло прийти, что долгие месяцы в темнице демон скрывался под личиной зверя. Порой он сам забывал о своей человеческой сущности, сомневаясь, сможет ли когда-нибудь вновь обрести ее. И уж тем более она не знала, что он давно не вкушал человеческой пищи, как человек, и теперь, бережно относясь к своему нынешнему состоянию – то ли опасаясь испугать ее, то ли отчаянно доказывая себе, что человечность еще не утрачена, – он боялся прикоснуться к рыбе, по привычке оскалив демоническую пасть.

Насытившись купанием, Инанна выбралась из воды. Солнце стояло в зените, его жар обещал, что одежда высохнет в мгновение ока. Тем временем демон уже разделался с рыбой. Как именно он это сделал, девушка не видела, да и не слишком интересовалась.

Они двинулись дальше. Инанне больше не хотелось ни допытываться у демона, ни выведывать его имя. Она тихонько напевала себе под нос, изредка комментируя окружающую местность или высказывая предположения о своем местонахождении. Все это не требовало ответа от ее голубоглазого спутника. Путь их был долог. Когда солнце начало клониться к закату, никаких признаков поселений поблизости не было, и стало ясно: им предстоит провести ночь под открытым небом.

- Нам нужно приглядеть место для ночлега.

Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалась бескрайняя степь, где буйно цвели тамариск и полынь. Ни признака еды или воды. К счастью, демон проявил предусмотрительность, устроив привал у реки, как позже признала Инанна. Там они смогли утолить голод, жажду и освежиться в воде. Сейчас, после изнурительного перехода, это было бы немыслимо.

Инанна, привычным движением шпильки проткнув палец, вызвала пламя. Оно, скорее всего, угаснет, как только ее одолеет сон – поддержать его было нечем, вокруг не нашлось ни единой сухой ветки. Девушка была измотана, ее обычная словоохотливость покинула ее.

Темп и направление их пути диктовал демон. Инанна робко пыталась узнать, остались ли у него воспоминания о тех местах, что они пролетели, но он, как всегда, хранил молчание.

Они устроились у костра, и сон мгновенно окутал девушку.

[1]Гар – единица измерения длины у шумеров, – 12 амматумам, составлял 5,94 м

[2]Шумерские календари были лунно-солнечными. Они состояли из двух полугодий — Энтен (холодное и влажное время года) и Эмеш (сухое и жаркое время года) — и 12 месяцев. В шумерское время сезоны не были выделены.

[3] Энки (Эа) — бог рек в шумеро-аккадской мифологии. Это один из трёх великих богов (наряду с Ану и Энлилем).

Глава 5. Утукку.

Ведьма в алом, чье лицо оставалось тайной под покровом вуали, склонилась над Инанной, впиваясь взглядом в изумрудную зелень ее глаз. -Ты полагаешь, что сможешь одолеть меня? - прошипела она, и ее хватка на подбородке девушки была болезненно резкой. - Кто ты? И почему так бездумно растрачиваешь свою силу на злодеяния? -вымолвила Инанна, потрясенная происходящим до глубины души. - Что ты вообще понимаешь под злом? И что тебе известно о добре? — отрезала противница, и ее голос звучал неестественно.

Инанна напряженно вглядывалась в лицо незнакомки, пытаясь запечатлеть каждую черту, каждую линию. Она жаждала запомнить его, чтобы в решающий момент, среди тысяч других, безошибочно узнать эту женщину. Но образ ускользал, оставаясь размытым и неуловимым.

Внезапно грудь сдавило невыносимой тяжестью, словно кто-то обрушился на нее всем своим весом. Инанна хотела бросить ведьме привычный дерзкий ответ, но слова застряли в горле, превратившись в беззвучный крик. Неприятное, парализующее чувство. И тут же мир вокруг нее преобразился. Ведьма оказалась на арене, окруженная ревущей толпой, скандирующей имя демона.

-Голубоглазый…

В центре на трибуне сидел Иддин-Даган, он призывал толпу, кричать громче, и те послушно бесновались.

Инанна испытала головную боль и почувствовала, что не может дышать. Она протянула руки к демону, но он безучастно смотрел на ворота, при этом выглядел, как человек.

- Постойте. Что все это значит? Где это я?

Почуяв неладное, и видя неувязки в происходящем, ее сознание воспротивилось, она побежала навстречу юноше, развернула его к себе и крикнула:

-Демон зверь!

Посмотрев на него, страж обнаружила, что на нем не было лица, вместо него было просто черное пятно.

Все что происходило, не было реальностью. Тяжесть в голове и чувство давления на груди, все это не по-настоящему, все это иллюзия в ее воображении.

- Хорошая ведьма всегда отличит реальность ото сна! Кто ты, паршивец! Прекрати сейчас же. И будешь жить, - приказала девушка в пустоту.

Страж проснулась от неприятного визга. На небе сияли звезды, огонь давно погас так, как Инанна уснула и не поддерживала магию. Открыв глаза, она увидела руку демона, черную с когтями, державшую маленького злого утукку[1] над ее головой, он прилетел поживиться дыханием и кровью человека.

Инанна провела пальцами по укушенной шее, пытаясь унять дрожь и осмыслить кошмар. В черной, когтистой ладони голубоглазого извивался мелкий демон, издавая отчаянные, тонкие визги. Существо было мелким, темным, с кожистыми крыльями летучей мыши. Его мохнатые лапки судорожно дёргались, человеческие руки сжимались в кулачки, а голова украшалась парой острых рожек. Завершал его облик тонкий, гибкий хвост с ядовитым жалом на конце. Убить Инанну он бы не смог – слишком ничтожен – но испить её жизненной силы или наслать порчу было ему по силам.

-Ну ка давай его сюда! - возмущенно скомандовала она и схватила за когтистую руку своего попутчика, она выдернула маленького утукку и стала трясти его, ее негодованию не было предела.

То, что Инанна могла без страха касаться демона и одного и другого, не скрылось от глаз юноши, он не внушал ей отвращения или ужаса, не был предметом насмешек и упреков. Хотя с его силой и могуществом, насмешки его мало волновали, но все же ему стало немного приятно.

Но стоило ему вспомнить, как глупо он попался в руки Иддин-Дагана, так в нем вскипала злость, и демоническая ни исходила помимо его воли. Он обратил свою руку в человеческую и стал наблюдать за ведьмой, что она предпримет и как расправится с утукку. Мелкий дурачок и правда сглупил, когда решил ей полакомиться, все-таки она была ведьмой и с легкостью могла его убить.

-Если бы не эта цепь, посмел бы ты приблизиться ко мне хоть на один убану[2] или куш[3] мерзавец ты эдакий.

Встав на ноги, привычным движением руки Инанна вытащила шпильку, в этот раз ее кудрявые волосы рассыпались по плечам, и демон отметил, что девушка необычайно хороша. Ноздри на ее маленьком носике раздувались, не обидные на его взгляд ругательства делали ее вид не столько грозным, сколько дерзким.

Девушка сунула утукку демону.

-Подержи его!

Проткнула себе палец, и начертила в воздухе, магический голубой знак.

Демоненок, завизжал, что есть мочи, вырываясь и сопротивляясь, говорить он не мог.

Инанна сотворила маленькую веревку, накинула ее на шею повизгивающего духа, другой конец связала с своим запястьем. Веревка мерцала голубым, сбежать он бы не смог.

-Не будешь убивать? -невзначай спросил демон.

-Не буду пока, он совсем недавно обратился, совсем слабый, где-то поблизости должна быть деревня, иначе он бы погиб, без человеческой крови и дыхания. И кроме того, такого духа должно было что-то породить. Возможно в этой деревне мы и узнаем, что там приключилось, почему он стал злым, я видела добрых утукку. Пусть покажет нам дорогу. А то мы блуждаем с тобой, и я совсем не знаю где мы, мне приходится полагаться только на тебя, а ты неразговорчив.

- Меня зовут Энгирр, — внезапно застав Инанну врасплох произнес демон.

- Можешь так ко мне обращаться. Во сне ты кричала «демон-зверь», но больше так меня не называй.

Охо-хо, - в голосе Инанны зазвучала насмешка. - Сколько слов! Скоро ты совсем разговоришься!

Однако, то что юноша заговорил, пришлось девушке по душе, его молчаливость настораживала. Утукку, почувствовав, что его не собираются убивать прямо сейчас, перестал дрожать. Он безвольно махал крыльями, пытаясь поспеть за рукой стража, которая двигалась в воздухе. - Хорошо послужить - и, может быть, я тебя отпущу, - ухмыльнулась она, оценивающе глядя на него. - Не думаю, что ты успел напиться крови. Маленький чертенок утвердительно закивал, словно никогда в жизни и не знал вкуса крови.

***

На следующий день, путники ни свет, ни заря отправились в путь. Инанна шикнула на утукку, чтобы он стал невидимым и не раздражал ее мельтешением своих крыльев и тот исчез, но оставался привязанным.

Солнце жгло, воды нигде не было. Инанна изнывала от жажды. Демон выглядел совершенно безразличным.

-Вот что тебе стоит унести нас на своих крыльях, - наконец процедила она.

-А что тебе стоит отдать половину своей крови? -ответил он.

-Для полета тебе нужна моя кровь? -удивилась страж.

-Нет.

-А к чему тогда эти разговоры?

-А зачем задавать вопросы, на которые я уже ответил отказом.

Энгирр не хотел превращаться в демона. Присутствие болтливой спутницы помогало ему постепенно возвращаться в привычное русло жизни, из которого его выбили пытки и издевательства в тюрьме наместника.

Он обезумел, потерял рассудок, последние месяцы находясь в обличье демона, день слился с ночью, люди в одну сплошную массу, он не всегда распознавал, обращенную к нему речь, не разбирал, какое время года, день или ночь.

Теперь ему приходилось заново учиться, ее заклятье «чистое сознание» здорово привело его в чувство. Но попросить ее о помощи вновь или лечении ему не позволяла гордость или злость, или чувство недоверия к девушке, или все вместе. И кроме того она была связана по рукам и ногам, наложенным заклятьем на цепь.

Он не помнил последние дни узничества, все было как в тумане, день за днем, одно сплошное месиво. Иддин-Даган давно не устраивал игрищ. И сколько демон сидел голодным на цепи, он не мог уже посчитать. Раньше он вел счет дням, еще превращаясь в человека, но последние месяцы перестал. В голове его мелькнула мысль о крови и еде, привычная боль, раны, сводящие с ума, беспокоили фоном.

Он не помнил, как оказался на арене, знакомый шум толпы, проносился эхом.

Когда его оглушило заклинание, как глоток свежей воды, как ливень, который пролился над его головой, после долгой засухи, демон услышал крик.

- Лети!!

- Разве я могу летать? - пронеслось, тогда в его голове, -Нееет…. Когда-то я летал, я был беззаботен, я упивался своим могуществом, мало кто мог сравниться со мной в силе. И да я мог летать, но это было настолько давно. Мои крылья изорваны. Сейчас я жалкое подобие себя…

И вдруг, сознание снова опалило вспышкой, он осмотрелся по сторонам, как будто проснулся от долгого сна. Услышал крик толпы и увидел, лицом к лицу девушку, она мельтешила перед ним, открывая рот, но слова он едва разбирал.

- Кто ты такая, почему обнимаешь меня, что происходит? –искрой пронеслась в его мозгу, неожиданно ворвавшаяся действительность.

-Лети!!Чего ты ждешь?

Демон ощутил, как срастаются его крылья, как залечиваются раны. Реальность накрыла его с головой. Он увидел ненавистного Иддин-Дагана и вспомнил все!!Как он мог забыть?

Сила потекла по его венам, словно мифическая живая вода. Лицо девушки перед ним стало отчетливым, голос живым, она прижималась к нему и вопила снова, и снова.

-Спаси нас!

Энгирр ощутил мелам и взревел, что есть мочи, он улетел, схватив в охапку девушку. Единственный ключ-спасение, единственное, что связывало его с реальностью. Вдруг это ему всего лишь снится, а когда он проснется то снова окажется на цепи и ему снова будут рвать крылья, это так испугало его, что он взметнулся с быстротой молнии, разрушил барьер и унесся прочь.

Когда демон, наконец, исчерпал силы, и рана от стрелы в боку, которую он не ощущал в безумии побега, начала вытягивать из него жизнь, он начал падать. Свалившись на землю, он отчаянно попытался принять человеческий облик, но тщетно! Зверь слишком глубоко укоренился в нём. Бессилие сотрясало его, разум снова погружался в хаос. Дождь хлестал по лицу, грохотала гроза. Образ девушки мерцал, становясь всё более призрачным.

-Не исчезай, -умолял он про себя, протянув руки к ней, как к свету.

А после этого все погасло.

О да, Энгирр отчетливо услышал, что Инанна торопится и это важно было для нее. Но в первые мгновения, когда он очнулся он вообще не мог осознать в человеческой он форме или демонической, разумение, возвращалось поэтапно.

Магия девушки, а тем более её кровь, пробуждали в нём первобытную силу. Вспыхивали ли в его сознании дикие желания – испить её до капли? О да! Без остатка! Вернуться к Иддин-Дагану и обратить его обитель, его Колизей для кровавых зрелищ, в прах, не оставив и камня на камне.

Когда он очнулся и увидел спящую Инанну, свернувшуюся клубком рядом, первые порывы были далеки от рассудка. Лишь неимоверным усилием воли он заставил себя вспомнить, кто он.

Перед его внутренним взором пронеслись картины прошлой, беззаботной жизни: бесконечные развлечения, пустые удовольствия, дальние путешествия. Он просто жил и наслаждался. Любил красивых женщин. Но сейчас... сейчас никакие женщины его не волновали!

В нём клокотала месть, жгучая злость и глубокая обида. И всё же он был в долгу перед этой девчонкой, в неоплатном долгу. Как он мог выпить её кровь?

Ее присутствие требовалось пока, чтобы восстановиться, насколько растянется это «пока», покажет время.

Иногда проваливаясь в воспоминания или мысли, Энгирр тонул в темноте, болтовня Инанны возвращала его к жизни здесь и сейчас, он открыл это для себя случайно, когда она обращалась к нему.

-Демон зверь!

-Я просил меня так не называть.

- Но ты не отзываешься на имя, я уж раза три зову тебя. Где летаешь?

Девушка поравнялась с ним и заглянула ему в лицо, своими озорными зелеными глазами. Инанна знала, что обаятельна, не зря она страж, магия дарует ведьмам частичку шарма, но Нис-Инису учила этим не злоупотреблять.

- Когда избавимся от цепи, куда пойдешь? У тебя есть дом? Я раньше не встречала демонов подобных тебе, только в книгах. У тебя есть семья? Нис-Инису будет интересно послушать о таком какой ты. Возможно она создаст серию табличек и будет рассказывать сестрам.

Энгирр ничего не отвечал. Быть частью табличек, в школе Инанны, в его планы не входило. Он смерил девушку изучающим взглядом, нахмурился и продолжил путь.

«Как сердито смотрит»-думала Инанна, -«Испепеляет просто, может я его раздражаю»

Они и в этот день шли долго, порядком устали. Маленький утукку указывал путь. Когда вечер приближался, на горизонте они увидели деревушку. Страж подпрыгнула от радости.

Она наложила иллюзию на Энгирра, чтобы он выглядел чуть приличнее, иначе с ними никто не захочет иметь дела и скрыла цепь. Правда предупредила, что иллюзия продержится несколько часов не дольше и было бы неплохо к этому времени, разжиться хотя бы одеждой.

Деревня оказалась малочисленной. Путники вызывали у всех интерес.

Расспросив одного из прохожих, где они находятся. Им ответили, что это мелкая деревушка, расположенная недалеко от города Лагаш, до Киша семь дней пути, и до Эриду семь дней пути, от деревушки до Лагаша, при желании можно, и за день добраться, от Лагаша[4] до Урука, где наместник схватил Инанну, было два дня пути в сторону Киша.

У Инанны отобрали помимо шкатулки и деньги, что выделила Нис-Инису на дорогу. Но все деньги в одном месте страж не хранила, и несколько монет серебра предусмотрительно были зашиты в подол ее канди, сейчас это оказалось очень мудрым решением.

- Нам нужно где-то переночевать, в деревне нет таверны, может кто-то из местных может нас приютить, я заплачу. - спрашивала Инанна, приветствуя жителей деревни.

Селяне переглядывались и отправляли их в дом старосты, говорили все незнакомцы и путники у него находят приют.

Страж приближаясь к деревне, уловила присутствие злой ауры, на такое ее нос был заточен, почувствовав работу она ощутила некий азарт. Как и предполагалось утукку появился здесь неспроста.

Им объяснили куда направляться и где живет семья старосты. Обойти деревню вдоль и поперек не составляло труда, они быстро нашли нужный им дом. Простые жители строили дома из глины, крыша была соломенной, позволять себе дом из обожженного кирпича и камня им и не мечталось. Этот маленький домик источал черно-синюю энергетику злого духа, распространяясь на пол деревни, обычные обыватели этого видеть не могли.

-Видишь? -Инанна толкнула локтем Энгирра, тот молча кивнул, - А с тобой приятно иметь дело, Энгирр. Только знаешь, что…Не путайся у меня под ногами! -потирая руки ляпнула ведьма.

Сначала, он вздрогнул, когда услышал свое имя из уст девушки, а после брови демона поползли вверх. Наверно если бы они встретились несколько лет назад, он счел бы ее выскочкой и непременно случился конфликт, в лучшем случае молчаливая неприязнь.

Но теперь демон знал, страж действительно, храбрая, смышлёная, такое поведение было позволительным, ее манера не столько отталкивала, сколько не являлась тем, на чем он сейчас мог зацикливаться.

-Вряд ли нам заплатят, -бубнила ведьма, - такая бедная деревня, в лучшем случае дадут еды или воды, может даже одежду для тебя

Дверь распахнула старушка, чей вид был на редкость мил и приветлив. Окинув гостей внимательным взглядом с головы до ног, она жестом пригласила их войти. Внутри обнаружилась единственная комната, разделённая перегородкой, где умещались и кухня, и спальня, и всё необходимое для скромного жилища.

Старушка указала им на стол, приглашая присесть. Несколько свечей, закреплённых на стене, скудно освещали этот непритязательный приют.

- Меня зовут Набу-Усур, — представился старик-староста и хозяин дома. Он был сухощав, сгорбленные плечи и синюшный оттенок кожи придавали его облику некоторую болезненность.

Злая энергетика высасывала из пожилых силы, они и без того усыхающие от тяжкого труда, теряли жизненную энергию за счет некоего существа, притаившегося в их доме. Инанна огляделась.

-Кто же еще с вами проживает, почтенный староста? -обратилась она, отчеканивая каждое слово, обращаясь скорее ни к старику, а к тому, кто затаился, как она поняла за ширмой.

- С нами живет наша дочь, госпожа, -учтиво сказал старик, - она больна и ей сложно даже поужинать с нами.

Старушка положила на стол миски, на дне было по нескольку ложек бобовой каши. Запах еды, ударил в нос, как только они вошли в дом.

Инанна положила серебряную монету на стол, в уплату за приют и пищу. Хотя за работу, обычно платили ей. Глаза старушки округлились, едва ли бобы столько стоили, а на эту монету их скудными запросами, можно было прожить месяц.

-Нам нужна одежда на этого господина, -она указала в сторону Энгирра, - имеется ли у вас что-либо подходящее?

Бабуля заковыляла, к плетенной корзине, стоящей у стены, видимо служившей шкафом и порылась в вещах. Достала оттуда простую рубаху и шубату[5].

- Это одежда нашего сына, он очень давно ушел в Лагаш в поисках работы и не вернулся. С нами осталась лишь наша дочь, и она плоха здоровьем.

Как будто в знак согласия со словами старика, за ширмой закряхтела, та самая дочь.

- Уважаемый староста, могу ли я осмотреть вашу дочь, я изучала врачевание и медицину, возможно я смогу назначить ей лечение. - сообщила Инанна, присматриваясь и принюхиваясь, как ищейка, вперившись взглядом на злополучную ширму.

Старики переглянулись и испуганно заводили глазами.

-Мы обращались к лекарям, но все они разводили руками.

Инанна поняла, что старики в курсе, что с дочерью не все ладно, но видимо потеряв сына, не готовы были расстаться и с дочерью пусть она возможно их дитем уже и не являлась.

Ну что ж. Страж бегло поблагодарив хозяев, в два счета съела бобы. Энгирр к пище не притронулся, он неотступно глядел за занавеску и за тем, кто за ней притаился.

-Ешь кашу, -ущипнула его девушка, - не оскорбляй их.

Щипок отвлек Энгирра от ширмы. Демон нахмурился, и как будто неумело, усилием воли заставил себя взять в руки чашку и выпить содержимое, и сам, впрочем, остался доволен, тем, что просто смог в присутствии посторонних сделать это, почти непринужденно.

-Отец, - раздался хриплый голос из-за перегородки, ни с того ни с сего, -я выхожу.

-Простите нас, - извиняющимся тоном прошептал староста и попятился к двери, старушка, молча кланяясь и всхлипывая последовала его примеру. - Боги прокляли нашу семью.

Из-за ширмы на четвереньках неспешно выползла девушка, правда девушкой она уже не была. Голова ее кренилась набок, как будто грозилась оторваться. Лицо было покрыто синими трупными пятнами, на спине торчал позвоночник, как у ящерицы, словно она не ела много дней. Старики со страху забились у двери, сев на колени и ударив головы в пол. Вид монстра был противен и вселял в стариков, леденящий душу ужас.

Инанна же напротив увидев девушку, громко засмеялась. Энгирр слегка удивился.

- Посмотри во что же ты превратилась! Покинь это несчастное тело, что ты отобрала силой и оставь этих людей в покое! Набу-Усур, это уже давно не твоя дочь! -прорычала она.

Страж подскочила на ноги, резким движением перевернув стол. Выхватила шпильку и нарисовала кровавый знак.

-Ааааарррр! - прохрипело нечто.

Злой дух не естественно выгнулась, ибо кости человека не способны так выворачиваться, разве что одержимые духом и бросилась на Инанну. В мгновение ока Энгирр выбросил вперед свою демоническую, угольно-черную руку, увенчанную хищными когтями, и в стремительном прыжке перехватил горло перевертыша. В его хватке оборотень вспыхнул багровым пламенем, извиваясь и корчась, словно змея, брошенная на раскаленную сковороду.

-Духа надо изгнать! -крикнула Инанна, закончив рисовать магический знак, голубой всполох перекинулся на дочь старосты, и та, злобно рыча, выворачиваясь барахталась, еще пару минут и враз обмякла. Энгирр стряхнул ее, как тряпку на пол, одарив презрительным взглядом, такое существо, даже близко не могло противостоять ему.

В нос ударил резкий запах разлагающейся плоти, которого до этого не наблюдалось, ибо он был скрыт уловками перевертыша, теперь же от одной мысли, что девушка трапезничала в присутствии трупа, бобы просились наружу.

Ведьма обернулась к старикам, голос ее был суров и строг:

-Вы знали, что она хочет убить нас, но все равно пригласили в дом, даже покормить решили напоследок! Уууу, - она замахнулась на них рукой, -но те и так не поднимали головы от страха.

Внезапно утукку на руке Инанны начал трепыхаться, стал видимым и попытался преградить стражу путь, порхая между ней и людьми. Девушка подняла руку, переводя взгляд с духа, на стариков и снова туда и обратно. В ее голове сложилась головоломка и цепь событий.

- Ах. Ну теперь все понятно. Ты и есть их дочь…это тебя дух изгнал из тела, поэтому ты стала злым эддиму[6]. Набу-Усур твоя дочь здесь.

Староста поднял глаза, наполненные слезами.

- Где я ничего не вижу? - он отчаянно озирался по сторонам, в поисках своей горячо, любимой дочери.

-Конечно не видишь, -вздохнула Инанна, -Скольких погубила оборотень? -требовательно вопросила она-, Отвечай мне!

Утукку трепыхалась.

- Двоих путников…съела как шакал зайца…-запричитал староста.

Инанна закатила глаза.

-Какого же справедливого суда ты хочешь, и как должен понести наказание? У этих людей ведь тоже были семьи.

Утукку бился в бессильной ярости, пытаясь вырваться из хватки ведьмы, хотя это было совершенно бесполезно. Инанна сама разжала пальцы – он не представлял угрозы ни для неё, ни для Энгирра. Ей хотелось увидеть, что он сделает. Демоненок порхал над головами родителей, лёгкий, как мотылёк. Вероятно, душа девочки ещё какое-то время витала здесь, наблюдая за каждым уголком дома, пока оборотень владела её телом. И только потом, истерзанная обидой и горечью, она обратилась в утукку.

Кружа над ними и издавая жалобные, молящие звуки, дух внезапно вспыхнул нежным розовым сиянием. Струйки света, словно волшебная пыльца, осыпали стариков. Она не желала им погибели, её сердце болело за них, и, не в силах произнести ни слова, она издавала протяжный, скорбный вой.

Инанна с интересом наблюдала за происходящим, она понимала, что простому человеку невозможно справиться с оборотнем, даже пожелай староста противиться оборотню, он бы этого сделать не смог. Но она опять нарочито строго сказала.

- Вы должны быть наказаны за проступок!

Набу-Усур закивал головой.

- Пожалей мою жену, это я во всем виноват! Она добрая женщина, когда я распознал, что моя дочь переменилась и убила человека… жена настолько была напугана, что ничего не могла сделать. Убей меня, лишь я заслуживаю наказания, -сокрушенно плакал старик.

Инанна понимала, что это правда. Утукку в этот момент окончательно завершил свою метаморфозу. Его мышиные крылья сменились на крылья орла, тело стало львиным, а голова человеческой, рога и хвост исчезли. Размер остался тот же, в силу недавнего перевоплощения.

Девушка смешливо прищурилась.

-Ты стала добрым шеду[7]! - заулыбалась она. - Теперь будешь охранять этот дом и деревню от зла! Совершай добрые поступки и однажды сможешь защитить местных жителей от любого демона.

Инанна перестала разыгрывать судью и помогла подняться с колен старикам. Она объяснила им, что их дочь, не желая им зла превратилась в доброго шеду, и будет охранять их дом. А им теперь нужно посвятить оставшуюся жизнь искуплению вины, за загубленные души. Хоть вина их была косвенной, но все же была.

***

Как хорошо, что они оказались в этой деревне! Сколько ещё жизней унёс бы оборотень, не появись они здесь? Возможно, вся деревня была бы обречена.

Набу-Усур рыдал. Инанна, напоследок сжалившись, сотворила заклинание, позволив родителям украдкой увидеть дочь и её приятное сияние. Старики расплакались, их слёзы были смесью скорби, раскаяния и радости.

Позже Энгирр спросил, почему Инанна не убила их всех, ведь она вполне могла это сделать. Девушка ответила, что, если бы она наказала стариков смертью — а это всё же не ей решать, ведь она не богиня — тогда утукку окончательно бы озлобилась. Однажды она могла бы стать настолько сильной, что начала бы убивать людей, и тогда её пришлось бы уничтожить раньше. А так есть шанс, что добрыми делами они смогут заслужить прощение. Так учила Нис-Инису: "Если можешь сделать добро, всегда сделай!"

[1]Утукку — дух или демон в шумерской мифологии. Злые утукку предпочитали по ночам пить человеческое дыхание и кровь.

[2]Убану- палец. Равен 20,6 мм (позднее — 16,5 мм.

[3] Куш — локоть. Примерно равен 0,495 м.

[4]Лагаш— шумерский город-государство в Древней Месопотамии.

[5] Шубату — так в Шумере называли набедренную повязку (набедренник). Это был элемент мужской одежды. В большинстве случаев шубату обматывали вокруг тела (иногда поверх туники) и закрепляли поясом. Однако, скатав набедренник на талии в плотный жгут, его можно было носить и без пояса.

[6] Утукку — разновидность духа или демона, который мог быть как доброжелательным, так и злым. Злых утукку называли Эдимму или Экимму, добрых — шеду.

[7] Шеду- в шумеро-аккадской мифологии — добрый дух-хранитель человека. Помогают людям в свершении добрых дел и оберегают жилища от зла.

Глава 6. Неприятности.

В деревне царил шепот: жители радовались внезапной кончине дочери старосты. На следующее утро, позавтракав бобовой кашей, демон и ведьма отправились в Лагаш. Как и предсказывали крестьяне, дорога заняла у них всего полдня. Энгирр переоделся в новую одежду, и его облик стал куда более привлекательным. Рубаха скрывала изможденные части тела и старые шрамы, скрывая его крайнюю худобу.

Прибыв в шумный, многолюдный Лагаш, они без труда затерялись в толпе. Здесь, среди незнакомых лиц, где каждый одевался как ему вздумается – от нищего до знатного вельможи – они были совершенно неузнаваемы.

Инанна скрыла иллюзией цепь, и стала расспрашивать у прохожих, где находится кузница и есть ли в городе хороший ковач. Из всех, ей насоветовали самую лучшую, туда они и направились.

Ведьма и демон переступили порог кузницы, над входом висела табличка. Это был оберег, от злых демонов, воров и сглаза. Правда табличка устарела, ей было лет десять не меньше, табличку стоило обновить.

Помимо оружия: мечей, кинжалов, крючьев, наконечников для стрел. Имелись в продаже различная сельскохозяйственная утварь, посуда и различная мелочь, гвозди, булавки и зеркала.

На самом деле Инанна видала оружейные и по интереснее, будучи слегка разочарована, тем не менее она понимала, что все не так печально, да и на самое дорогое оружие она просто не имеет средств.

Она осматривала мечи, брала их в руки, перекидывая справа влево, делала выпады и махи, насколько позволяло помещение. Энгирр молча ходил между рядами, осматривая утварь, удаляясь настолько, насколько позволяла невидимая цепь.

Выбрав меч, Инанна позвала продавца.

- Кто здесь главный, кто симуг галь[1]? -добавив голосу важности, поинтересовалась она, готовая торговаться.

Простым мечом цепь было не рассечь, каким бы искусным он не был. Нужно было его заговорить, а для этого необходимы были некоторые травы и магическая кровь.

-Уважаемый, симуг галь, сколько стоит этот меч? -уважительно обратилась она, к крупному мужчине, вышедшему на ее зов, с сильными руками, крепким мускулистым телом, как и полагалось быть кузнецу, способному ковать сталь и раздувать меха.

Смерив путников оценивающим взглядом, прикидывая какую цену они способны заплатить, кузнец ответил.

- Три серебряных монеты, и я не продаю оружие женщинам, - басовито сказал он. Видимо хрупкая Инанна и тощий Энгирр в одежде крестьянина не произвели на него впечатления. Цена явно была завышена.

Вспоминая свою жизнь в деревне, семье пастуха. Страж задумывалась о том, какую иногда безрадостную жизнь могут влачить женщины, занимаясь только хозяйством и деторождением. Если еще доставался злой муж, который поколачивал жену, тогда существование, женщины становилось просто невыносимым.

- Господин, -сдерживаясь произнесла девушка, не обращая внимания на явное оскорбление, - Могу предложить один серебряный и я обновлю твою табличку на входе, она явно устарела! -намекала ведьма на свои магические способности, давая понять, что она не совсем обычная простолюдинка.

-Я не продаю оружие женщинам, -отчеканил он и взял в руки чашку, -могу продать это, -лицо его искривилось в улыбке. -И я не знаю, что это за табличка на входе! Не умею читать!

Не много помолчав, громила обратился к Энгирру, разглядывавшему расческу.

- Положи как это на место.

Симуг Галь не испытывал ни малейшего желания соблюдать приличия. Появившиеся гости явно вызывали у него лишь раздражение, и он жаждал как можно скорее избавиться от их присутствия, отчего и позволял себе откровенную дерзость.

«Какой неумелый торговец, — пронеслось в мыслях девушки, — должно быть, он работает себе в убыток». Инанна задумчиво потёрла переносицу, готовясь что-то произнести, но её внимание привлёк здоровенный кузнец. Его лицо внезапно начало меняться, а медленное отступление к стене сопровождалось тем, как прежняя ухмылка постепенно сменялась маской неприкрытого ужаса.

Не понимая, что послужило такой перемене, ведьма бросила взгляд назад и сразу все стало ясно. Энгирр стоявший за ее спиной, принимал демоническую форму, Его голова полыхала бордовым, рот расширился, обнажая нечеловеческие клыки, он медленно увеличивался в размерах.

-Забирайте, за-забирайте бесплатно, - заикаясь сказал кузнец, - все что хотите, все ваше…

-Энгирр не нужно, нам не нужны неприятности. -тихо отметила страж.

Но демон уже, смотрел мимо нее и продолжал расти, отодвинув деревянный стол с утварью. Как запущенный механизм, который уже нельзя было остановить.

-Энгирр, - Инанна положила руку на его плечо и тряхнула. Демон ее не замечал. Схватив шпильку, страж сотворила «чистое сознание» и начертила знак на лбу юноши.

-Демон зверь остановись! -закричала она, понимая что ситуация выходит из-под контроля.

Энгирр не превратился в человека, но тряхнув головой уставился на Инанну черными глазами. Ведьма держала его за плечи и призывала остановиться.

- Хочешь я убью его?

Инанна никогда не слышала голос демона, когда он принимал эту ужасающую форму. Будучи человеком, он был не многословен и голос его был обычным, присущим мужчине его возраста. Но сейчас звуки, которые издавало его существо были пугающими, рычащими, клокочущими. Она испугалась. Если появится мелам, остановить она его уже не сможет.

Кузнец рухнул на пол и дрожа всем телом запросил пощады. Ведьма собралась и снова начертила, чистое сознание.

-Энгирр не нужно никого убивать, возьмем, что нам нужно и уйдем, пожалуйста, -мягко попросила она, -Прошу тебя.

Демон завертел головой, борясь с собой, ему понадобилось несколько минут, чтобы принять форму юноши и обуздать свое пламя.

Инанна начертила очередной магический знак, после того, как голубоглазый стал человеком и направилась к кузнецу. Тот трусил как заяц, вся его бравада исчезла. После того, как ведьма произнесла заклинание, мужчина грузно распластался.

-Поспит пару часов, потом ничего не вспомнит. Ты напугал его до полусмерти.

Её и саму охватил страх перед Энгирром. Только сейчас она ясно увидела, что он не всегда владеет собой. Осознание пришло: выводить демона из себя – значит рисковать жизнью. И ее просьба о превращении, ради полёта оказалась опрометчивым шагом, чьи итоги могли быть самыми мрачными.

Страж взяла меч и направилась к выходу, юноша задержался. Он взял пару чашек, расческу и что-то еще.

- Что? -спросил он недовольно, увидев удивленный, вопросительный взгляд Инанны, -Кузнец сказал берите, что хотите!

-Ни чего, бери уже и пойдем, - девушка постаралась придать своему голосу обычный тон, но ей это с трудом удалось, - нам не нужны неприятности, -повторила она, -не хочу, чтобы по городу бегала стража в поисках демона и ведьмы.

Неожиданно удачно сэкономив, они прошлись по рынку и прикупили кое-что в дорогу.

- Почему ты сразу не стёрла ему память и не взяла всё, что тебе нужно? - поинтересовался Энгирр.

- Магией нельзя так бездумно пользоваться. Где-то убывает, в другом месте прибывает. За всё нужно платить. Следует быть справедливым и неторопливым на гнев, — монотонно произнесла она, повторяя учение Нис-Инису.

- Как по мне, ты пользуешься ею направо и налево, - пожал плечами Энгирр.

- Жгу огонь ночью и создаю иллюзию на цепь - это мелочи! Что касается кузнеца… Моя жизнь дорога, мёртвая ведьма - бесполезная ведьма. В данном случае магия оправдана. Кроме того, разве это магия, когда я избавлюсь от цепи? Вот где будет магия. А вот твоё поведение я обсуждать не буду.

- Он сам разрешил всё брать, - как будто не понимая, к чему клонит Инанна, просто ответил он.

- Он конечно грубиян, но ты напугал его до полусмерти, - Инанна предпочла умолчать о том, что и сама слегка струсила.

- Я что, на святого похож, что ли? — буркнул демон, в свое оправдание. Девушка задумалась на секунду, потом повела плечами. - Да откуда мне знать? Мы ж почти не знакомы. - Ну так давай знакомиться, — голубоглазый звякнул цепью. — Все равно пока нам не куда деваться.

Энгирр осознал, что ему нравится путешествовать с ведьмой. Ее неподдельная натура и твердые, как скала, идеалы производили на него впечатление. В ее искреннем желании творить добро и справедливость, он видел нечто, что вызывало у него глубокое уважение

Иногда эти мысли отвлекали его от всепоглощающей жажды мести Иддин-Дагану. Неуемная злость отступала, уступая место некоему умиротворению, что приносило сердцу временное затишье. Сделав покупки, они направились в таверну.

-Скромно перекусим и послушаем сплетни, - погладила пустой желудок Инанна.

Таверна оказалась довольно просторной: здесь была и летняя веранда, и большой зал со столами и скамьями, и кухня, откуда, из-за пылающей печи, доносились чудесные запахи. Разнообразное пиво хранилось в зире – особых глиняных горшках, засыпанных песком. Днем, когда солнце стояло в зените, посетителей было немного, но к вечеру таверна оживала, наполняясь гомоном и смехом.

Инанна подозвала разносчика и, скрепя сердце, заказала лишь ячменную кашу, хлеб и воду. Мясо и пиво были для них непозволительной роскошью – каждую оставшуюся монету нужно было растянуть как можно дольше.

Инанна положила деньги на стол и спросила разносчика.

- Поведай мне, как здравствует нынешний царь Арвиум? Одолел ли он свой недуг? Собеседник изумлённо воззрился на путников. - Госпожа, царь Арвиум отошёл в мир иной два дня тому назад! - Что?! - Инанна, потрясённая до глубины души, выдохнула: -Неужто принц Этана взойдёт на трон?

-Никто не знает, где принц Этана, он исчез, царя нет. Во дворце назревает смута, мы опасаемся войны. Говорят, дед Этана лугаль[2] Ниппура[3] Асархадон претендует на трон, наместник юга энси[4] Урука Иддин-Даган и северный правитель Ису-Нергал. «Все они сильны, мы захлебнемся в крови, если быть войне», -шепотом добавил слуга.

Инанна закрыла глаза, тяжесть известий давила на нее. Ее провал имел непоправимые последствия, и теперь единственным решением было как можно скорее вернуться в Дом Табличек.

Оплатив скромный ужин и оставив разносчику медную монету, путники поспешно покинули таверну и Лагаш.

[1] Среди кузнецов у шумеров существовала иерархия: во главе мастерской стоял «симуг галь» — «большой (главный) кузнец», в подчинении у которого находились менее опытные мастера.

[2] Лугаль (шумер. «большой человек») — военный вождь шумерского города-государства.

[3] Ниппур (современное название — Нуффар) — священный город и религиозный центр Шумера в Южной Месопотамии (современный Ирак).

[4] Энси — правитель города-государства в Древней Месопотамии.

Глава 7. Подлый Ашипу.

Глубоко за полночь они наконец достигли соседнего города Адаб. Ночное небо было усыпано мириадами звёзд, и полная луна щедро озаряла путь. На подступах к городу их взору предстали пальмовые рощи, раскинувшиеся на окраине. Деревья, явно ухоженные и возделанные, были отягощены гроздьями сочных фиников. Над городом возвышалась верхушка зиккурата[1], со святилищем. Верхний ярус, примыкавший к святилищу, сиял лазурью, его купола отливали золотом, а нижний утопал в зелени. Это было зрелище дивной красоты, поистине завораживающее.

Инанна шла быстро, погруженная в молчание. Весть о гибели царя повергла ее в глубокое уныние. Она знала: Нис-Инису не похвалит ее. Наверняка последуют выговор, брань, наказание. Перед внутренним взором стража предстало хмурое лицо матери-наставницы, пронизывающее до костей укоризненным, испытывающим взглядом. Возможно, в шкатулке хранилось лекарство, способное спасти царя, но теперь страна стояла на пороге войны.

Мысль о том, что Нис-Инису может исключить её из школы, была нелепой. Инанна давно выпустилась и оставалась в Доме Табличек исключительно по своей воле.

-Ты знакома с царём? Его смерть так сильно потрясла тебя? - наконец спросил Энгирр, прервав их молчаливый путь. Он заметил резкий контраст между её недавней болтовнёй и внезапно нахлынувшей задумчивостью.

-Нет, конечно, - Инанна отрицательно покачала головой. - Я не знала его. Но мне нужно было доставить во дворец некий артефакт. Возможно, тогда войну за власть удалось бы предотвратить.

Эта мысль грызла её, но, с другой стороны, считать себя виновной в назревающей войне казалось чрезмерным.

"Чем бы ни был этот артефакт, Иддин-Даган и ведьма отобрали его у меня. Вещь, созданная Нис-Инису, не должна попасть в их грязные руки. Неизвестно, как они могут её использовать. Мать-наставница должна была доверить это поручение Ташмету, моей старшей сестре, она ведь одна из её первых учениц. Я не оправдала её доверие..."

-Уже ничего не изменить. Терзаниями дело не исправить, - спокойно произнёс Энгирр, стараясь проявить понимание.

-Да, это так...- отозвалась Инанна, натягивая улыбку.

***

Войдя в город, они брели по узким улицам, ища ночлег. Внезапно, из-за угла донесся приглушенный женский крик, затем он стал громче и ближе – пленница явно сопротивлялась.

Инанна, сжимая меч, не раздумывая бросилась на зов о помощи. Энгирр последовал за ней. В темном переулке двое мужчин скручивали девушке руки, волоча ее в неизвестном направлении.

- Стойте! - крикнула страж. - Отпустите ее!

Увидев ведьму, пленница взмолилась о спасении. Бандиты же, раздосадованные неожиданным вмешательством, рассердились.

- Не лезь не в свое дело, или мы и тебя прихватим! - грубо рявкнул один из них.

– Посмотрим, кто кого прихватит, – Инанна заняла боевую позицию, крепко сжимая рукоять меча. Энгирр, как всегда, стоял позади нее. Его спокойствие могло ввести в заблуждение, но это было бы роковой ошибкой.

Бандиты ринулись на Инанну. Тем временем, воспользовавшись суматохой, испуганная девчушка сбежала, продолжая кричать и звать на помощь.

Разбойники были вооружены лишь ножами, мечами они владели неумело. Инанна, ловко парируя, резанула одного по плечу, второго – по бедру, молниеносно переключаясь между ними.

– Ах ты, паршивка! – выругался один из нападавших.

Сделав обманное движение и запутав одного из противников, ведьма пронзила его острием. Он закашлялся и начал оседать на землю.

Внезапно послышались крики и лязг металла. На шум прибежала стража – около восьми вооруженных солдат. Они окружили путников, и старший из них приказал сдаться.

От момента спасения до того, как страж оказалась почти убийцей в незнакомом городе — всё это пронеслось для Инанны в мгновение ока. Ни на йоту это не приближало её к заветной цели — возвращению в Эриду. С разочарованным вздохом она сдалась, подняв руки и с неохотой бросив меч, который не пробыл в её руках и суток. Взгляд её встретился с глазами Энгирра, и в нём читалась безмолвная просьба не сопротивляться, а также невысказанное извинение за то, что втянула их в эту передрягу.

Путников, к их немалому удивлению, привели не в мрачную темницу, а в кабинет некоего чиновника. За столом, заваленным стопками табличек, сидел человек с умным, но измождённым лицом. Ночь была в разгаре, но он всё ещё корпел над делами. Его одежда, сшитая из дорогих материалов, недвусмысленно говорила о высоком положении.

— Господин Минам, это они, — услужливо доложил один из стражников.

Похоже, чиновник уже был в курсе произошедшего и приказал доставить к нему спасителей девочки. Минам внимательно оглядел спутников. Выглядели они, надо признать, весьма необычно.

- Добро пожаловать в Адаб, я местный тамкар[2] Минам, - спокойно и доброжелательно сказал он. - Не хотите представиться? Вы видно впервые в нашем городе.

Тамкар был навязчиво услужлив, его лицо скрывало хитрость, подобную той, что таится в глазах лисицы, выжидающей кролика из тени укрытия.

— Меня зовут На-на, я страж многоуважаемой наставницы Нис-Инису из дома табличек, что в городе Эриду. Моего спутника зовут Энгирр. Мы направляемся в Эриду, и это наш первый визит в ваш город. Мы случайно стали свидетелями нападения на девочку, а чем все закончилось, вы знаете сами. Мы не ищем неприятностей, - устало произнесла она.

Глаза Минама расширились, а лицо внезапно исказилось изворотливой гримасой. В его голове уже зарождался выгодный план.

— По долгу службы я веду торговые дела с различными городами, включая Эриду. Я много слышал о школе Нис-Инису и ее стражах. Вы, насколько мне известно, выполняете определенные поручения за вознаграждение.

Минам махнул рукой, приказывая солдатам оставить их наедине, те кланяясь удалились

-Присаживайтесь, вы, кажется, совсем выбились из сил после долгой дороги. Я так понимаю, вы прибыли из Лагаша? - Тамкар приглашающе указал на скамью.

Инанна опустилась на сиденье, но Энгирр остался стоять, его взгляд скользил по помещению. На лице не было и тени страха - он был готов в любой миг вырваться отсюда, унося с собой ведьму.

Поняв, что спутники действительно измотаны, и история с пленением никак не вписывается в их планы, Тамкар решил не тянуть и сразу перейти к сути.

-Я хочу предложить вам работу и готов щедро заплатить. Вы чужаки, не знакомы с тем, что творится в Адабе. У нас есть одна весьма деликатная ситуация, - Минам запнулся, тщательно подбирая слова. -Видите ли, мало кто из местных жителей осмелился бы заступиться за девочку, которую тащили прислужники нашего ашипу[3]. Если быть точным, не вступился бы никто. Наш здешний заклинатель Су-Илису, держит в страхе пол города.

При упоминании имени жреца, выражение лица, казалось доброжелательного тамкара менялось и становилось озлобленным, видно было, что они досаждали друг другу и уступать никто не хотел.

-Он мне как кость в горле! - губы Минама вытянулись в тонкую, побелевшую от напряжения ниточку. - Наш энси стар, и с возрастом стал суеверен, много думает о загробной жизни. А Су-Илису преподносит ему волю богов, приправленную собственным ядом. Покровительство энси делает ашипу неприкосновенным: он творит свои бесчинства скрытно, запугивает простой люд и остается безнаказанным. Избавьте нас от него, назовите свою цену.

-Я не убиваю людей, – холодно ответила Инанна. – И не вмешиваюсь в политические интриги чиновников.

Минам тяжело вздохнул. Видимо, он начал разговор не с той ноты и неверно преподнес информацию путникам.

-Ну что вы, что вы! Что значит 'убить'? Боги услышат и покарают нас, – подозрительно заюлил он. – Во-первых, что касается убийства людей: прислужник ашипу, возможно смертельно раненый вами, Ина, не согласится с тем, что вы не убиваете. За его убийство вас, кстати, многоуважаемая страж, тоже можно судить.

-Что касается Су-Илису… – он на мгновение замолчал, погрузившись в мысли. – Выясните, что он творит с пропавшими женщинами, девушками и юношами. Ведь большинство из них находят обезумевшими, ведущими себя как малые дети, а многих и вовсе не обнаруживают. Добропорядочные горожане страшатся его и божественной кары, полагая, что этот выживший из ума старик возвещает благую волю богов. И, как я уже упоминал, я щедро вас вознагражу.

Инанна слушала, пытаясь уловить скрытый смысл. Угроза суда за ее поступки звучала с двойным подтекстом. Минам, возможно, и не призывал напрямую к убийству ашипу, но в его словах отчетливо проглядывало такое желание. Совсем иное дело – выяснить, куда исчезают люди. Здесь могла быть замешана нечистая сила, а это уже было ее давней специализацией и основной работой.

Взвесив все возможные варианты, она осознала, что пути назад нет. Придется браться за это дело.

- Хорошо, - произнесла она. - Мне нужны тридцать серебряных монет, за работу, новая одежда для нас и два коня. Мы очень торопимся в Эриду. И сегодня, остаток ночи хотелось бы провести в таверне, поужинать, продумать план действий и хоть немного выспаться.

Инанна прикинула в голове, не слишком ли много она запросила, возможно тамкар откажется или будет торговаться.

- По рукам! -Минама не смутила стоимость услуг и запросы стража, а значит дело было крайне важным для него.

-Верните мне мой меч. - завершила диалог ведьма и взяв под руку Энгирра, направилась к выходу.

***

Инанне вернули меч и проводили в весьма приличную таверну. Шинкарю объявили, что все расходы берет на себя тамкар Минам. Тот, предвкушая солидную выручку, расплылся в подобострастной улыбке, хотя поначалу был явно недоволен тем, что его потревожили.

- Вам приготовить две комнаты или одну? - Одну, - процедила Инанна, прекрасно понимая, что на большее им рассчитывать не приходится, как бы это ни раздражало их обоих. - Прикажете налить ванну для омовения? - еще более учтиво осведомился шинкарь, растягивая губы в такой улыбке, что девушке казалось, будто его рот вот-вот лопнет.

Инанна была приятно поражена такой предупредительностью. - Д-две ванны, - тихо проговорила она. - Как прикажете. Кухня уже закрыта, могу предложить вяленое мясо, сыр, хлеб и пиво!

У ведьмы заурчало в животе. "Какая прекрасная жизнь, когда есть деньги," - пронеслось в её мыслях.

-Принесите. Принесите всё, - неожиданно для самой себя произнесла страж. Ей вдруг наскучили недавние трудности, и она решила, что пришло время себя побаловать.

Слуги засуетились, словно мотыльки. Не успели путники переступить порог просторной комнаты, как следом уже вносили горшки с тёплой водой, наполняя ванны. Вскоре появились и аппетитные закуски с напитками, зажглись свечи, и гостей оставили наедине. Две смежные комнаты разделяла дверь. В одной стояли ванны, столик с зеркалом, мылом, маслами и бритвенными принадлежностями. В другой — огромная кровать, стол, уставленный едой, и скамья.

-Мы не можем спать вместе, - сухо произнесла девушка. -Можем сыграть на спор, кто займёт кровать, - с улыбкой предложила она.

-Я посплю на полу, - без колебаний ответил Энгирр.

– Мыться вместе мы тоже не можем, – продолжила Инанна, её голос звучал немного смущенно. – Сам посуди, это было бы уж слишком неприлично. Но, как оказалось, длины цепи не хватало, чтобы один мог уединиться в ванной, пока другой ждал в комнате. В любом случае кому-то пришлось бы остаться на виду, у входа. – Надо же, какие просторные хоромы, – надулась девушка, торопясь, чтобы вода не успела остыть. – Что ж, буду надеяться на твою честность. В моей можешь не сомневаться. Отвернувшись, Инанна спешно разделась и погрузилась в теплую ванну. Усталость, дорожная пыль и рой дурных мыслей на мгновение притупили её бдительность, сделав равнодушной. К тому же, с момента их знакомства демон вёл себя на удивление прилично и сдержанно. Если не считать того, что сам он щеголял перед ней почти голым – но и это девушка списывала на досадное стечение обстоятельств, вынудившее его так поступить поневоле.

-Боже, как хорошо! – выдохнула она, утопая в аромате ладана. – Шинкарь постарался на славу. Страшно представить, какой завтра тамкару выставят счет!

Энгирр погрузился в ванну, ощущая себя в раю. Он, как всегда, молчал, пока ведьма томно раздевалась. Он, словно последний подлец, не мог отвести взгляд от её стройного тела. Спустя долгие месяцы заточения, он почувствовал себя безмерно счастливым.

Вода быстро остывала. Помывшись вдоволь, Инанна приказала Энгирру закрыть глаза, выскользнула из ванны и надела приготовленный слугами халат.

-Ты тоже выходи. Покушаем, и нужно хоть немного поспать.

Энгирр поднялся из воды без предупреждения. Он знал, что ведьма снова начнет ворчать и причитать, и это его забавляло. Храбрая в бою, она, однако, краснела, стоило ему лишь чуть оголить плечо.

-Ну что за привычка – ходить голым передо мной! – воскликнула она, прикрываясь рукавом. Отвернувшись, Инанна была уверена, что впервые уловила улыбку на лице демона.

Она уже метнулась в комнату с кроватью, но демон остановил ее: он хотел привести в порядок волосы и бороду. Ведьма знала, что это давно назрело, но у них не было такой возможности. Инанна согласилась, перенеся еду, а Энгирр – скамейку.

Она откусила кусок хлеба с сыром, с аппетитом пережевывая, и принялась разглядывать демона, который с явным раздражением пытался распутать свои скомканные волосы.

-Слишком уж тамкар щедр, видно, задание не из легких, - проговорила она, набивая рот едой. - Есть план на завтра?

-Нет, - демон пожал плечами. - Можешь просто сбежать.

-Я не могу опозорить школу табличек и наставницу-мать! Как тебе вообще такое в голову пришло? Разве ты не рад такому приему? Это же подло! - она продолжала жевать вкусную еду, запивая пивом.

Энгирр молчал, неспешно продолжая свое занятие и дело у него явно не спорилось. Инанна наблюдала за ним, уплетая мясо и потягивая напиток. Немного расслабившись, возможно, под действием алкоголя, она вдруг предложила помочь ему с волосами. Не дождавшись ответа, ни согласия, ни отказа, она приблизилась. Ополоснув руки, девушка взяла расческу. Осторожными движениями она принялась распутывать длинные черные волосы. Они были ужасно спутаны, но после купания уже выглядели гораздо лучше.

-Мы приведем твою шевелюру в порядок и нам будет сопутствовать фортуна, - сияя проговорила она.

Демон не сопротивлялся. Он замер, точно кот, греющийся на солнце. Маленькие пальцы девушки нежно касались его головы, плеч и спины, и это было приятно. По спине и рукам пробежали мурашки, но он боялся пошевелиться. В зеркале Энгирр наблюдал, как она старательно выполняет свою работу, полностью поглощенная ею и с легкой улыбкой на губах. Внезапно его пронзила мысль: если ведьма не остановится, он схватит ее, и тогда ей придется винить только себя.

Находясь в плену, демон совершал поступки, которые вызывали у него отвращение к самому себе. В итоге он просто "выключился", перестав осознавать реальность и что-либо запоминать.

Он ощущал тепло ее прикосновений, пусть и совершенно невинных. В его сознании вновь возникла мысль: он ей не противен.

-Когда я увидела тебя впервые, – произнесла Инанна, заметив зеркале взгляд демона, – я подумала, что злые духи могут свить гнездо в твоих волосах.

Осознав, что вернула его к воспоминаниям о его жалком облике, она тут же пожалела о сказанном и мысленно назвала себя глупой.

Энгирр поднялся. Его рука легла на ее запястье, останавливая. Он возвышался над ней, пристально глядя в глаза.

Она действительно слегка опьянела. Смущенная взглядом голубых глаз, страж инстинктивно захотела укрыться, привычно прикрывшись рукавом.

-Не смотри на меня так, - прошептала она, высвобождая руку и касаясь его кисти другой. - Я совсем не умею пить, и мне пора спать. Неспешно направившись к кровати, она махнула ему рукой: «Возьми скамью».

Ведьма мгновенно уснула, едва коснувшись воздушного ложа.

Энгирр принялся за еду, но пиво оставил. Собственная реакция пугала его: не спалит ли он всё вокруг? Одна лишь мысль об Иддин-Дагане вызывала в нём волну ненависти, а глаза застилала огненная пелена. Он потёр виски, чувствуя, как далёк он теперь от беззаботной юности.

Закончив с едой, он долго смотрел на спящую ведьму. А что, если бы он сейчас всё бросил, обратился демоном и унёс её? Зная характер Инанны, такой поступок сделал бы их непримиримыми врагами. Слишком дорога ей её миссия и эта наставница. Энгирр удивился, что подобная мысль о похищении девушки вообще возникла, и усмехнулся про себя. В конце концов, его главная цель – месть.

Он взял второе одеяло, постелил на пол, и опершись о стену уснул.

***

Инанна не смогла проснуться ни свет, ни заря. Уставшая от недавних происшествий, она спала так сладко, видя чудесные сны, что, очнувшись, принялась собираться в спешке.

Энгирр сидел напротив, на той же скамье, пристально глядя на ведьму.

-Надо было разбудить меня! - проворчала она. -Ты не просила, - честно ответил он. - У нас задание, а не медовый месяц! Чего сидишь и смотришь? Давно пора было поднять.

Сказав ему чтобы отвернуться, Инанна надела новую одежду, принесенную слугами. Энгирр уже был при параде: отмытый, в свежем наряде, он выглядел на удивление хорошо, отметила про себя страж. Никакого сравнения с тем несчастным, которого она встретила на арене.

Спустившись вниз шинкарь, приказал накормить их горячим жареным мясом, булками и виноградом. Снова предложил пиво, но на этот раз отказались все. Взяв свой скромный скарб, они отправились в условленное место к Минам тамкару.

Минам заметил, что путники выглядят куда свежее, чем после долгого и утомительного пути, и даже отпустил Инанне комплимент, который, к сожалению, остался ею незамеченным.

-Уважаемый Минам, - обратилась она, -где сейчас те бандиты, которых вы схватили вчера? - В темнице, - отозвался он. - Раненый, выживет. — Мы хотим их увидеть. У нас есть план.

Выражение лица Минама преобразилось. - Мне импонирует ваш деловой настрой, Ина. Стражи, как всегда, на высоте, - с одобрением произнес он.

Войдя в темницу, путники обнаружили двух бандитов. Те сидели, закованные в тяжелые цепи, прикрепленные к массивным крюкам, вбитым прямо в каменную стену.

- Вам стоит сотрудничать с нами, - серьезно произнесла Инанна.

Сопротивления не последовало. Оказалось, что эти двое — братья, поразительно похожие друг на друга. Один из них явно страдал за раненого родственника, и это обстоятельство Инанна решила использовать. Ведьма заранее попросила Энгирра лишь слегка припугнуть их, и демон согласился. Увидев его лицо, бандиты пришли в такой ужас, что были готовы выложить абсолютно всё.

- Для чего ашипу нужны девушки? - Мы не знаем, клянусь богиней Иштар! - Ашипу знает вас в лицо? - Нет, госпожа, мы всего лишь мелкие сошки. Мы воруем людей и приводим к нему в указанное место, но никогда не в его дом.

Инанна приблизилась к тому, кто не был ранен, заглянула в его испуганное лицо, и четко произнося слова сказала.

-Ты доставишь меня в назначенное место в качестве добычи. Нас будет сопровождать он, – Инанна указала на суровое лицо Энгирра, – вместо твоего брата. И если ты посмеешь сопротивляться, твоему брату не поздоровится, ясно?

Молодой разбойник, бледный от страха, поспешно закивал. Спустя некоторое время, трое путников двинулись к указанному дому. На голову Инанны накинули плотное покрывало, соорудили подобие кляпа и некрепко связали руки. Это позволяло ей в любой момент освободиться, скрыв свои действия под тканью. Так, стараясь не привлекать лишнего внимания прохожих, они направились к цели.

Разбойник с незамысловатым именем Селебу[4], напуганный Энгирром, выполнял, все в точности, как ему было указано.

Когда они пришли в обозначенное жилище и постучались, за дверью недовольный голос спросил.

- Вы должны были прийти еще вчера, почему так долго, Су-Илису зол, нам всем досталось с утра!

Стражник распахнул дверь, его цепкий взгляд скользнул по путникам, задержался на Энгирре. - Это кто? Где твой брат? - спросил он. - Это тоже мой брат, - просто ответил Селебу. - Разве ты не знал, что у меня их много? Кто мне подставит плечо, тот мне и брат. Стражник кивнул, приглашая их войти. Сбросив плотное покрывало, он внимательно осмотрел Инанну. - Старовата, - хмыкнул он, оценивающе. - Ашипу любит помоложе. Инанна вспыхнула. Ей едва исполнилось двадцать, а ее уже назвали старой. - После комендантского часа тамкара украсть кого-то почти невозможно. Эту нам пришлось выкрасть прямо из дома, — как на духу сочинял Селебу, его слова звучали убедительно. - Мы слышали, вчера личная гвардия Минама кого-то повязала, - полушепотом добавил провожатый. - Думали, это вы. Старик так рассвирепел, совсем из ума выжил. Тем временем охранник провел их к небольшой, тесной комнатке, предназначенной для Инанны. - Ну все, шагайте на выход. Держите свою плату, - сказал солдат, протягивая Селебу четыре серебряные монеты. — Девчонка, заходи.

Инанна ловко избавилась от веревки, едва удерживающей ее руки, и с помощью заготовленной шпильки, изобразила магический знак. Охранник застыл, он не мог двигаться и ошарашенно водил одними лишь глазами. Говорить он тоже не мог. Ведьма посмотрела по сторонам, чтобы никто ничего не видел. И приказала Селебу возвращаться в дом Минама, где был в заключении его брат, изначально условившись, что если он не вернется, то его брат будет казнен. Тот послушно ушел.

Заколдованного мужчину затащили в комнату и прикрыли дверь.

- А теперь мой дорогой друг, ты расскажешь старухе, что у вас здесь происходит, - обиженно и сердито сказала ведьма, - Иначе участь твоя будет незавидна. Энгирр…

Инанна обратилась к голубоглазому, чтобы тот запугал магически связанного человека, и демон сделал это с легкостью. Вдоволь приручив испуганного охранника, ведьма дала ему возможность говорить, но не шевелиться.

Он рассказал, что старый ашипу использует молодых девушек и юношей для своих сладострастных оргий, якобы это являлось религиозным ритуалом, позже он спаивает их каким-то зельем и те сходят с ума, чтобы бедняги никому ничего не могли рассказать. Тех, кто становится смиренным и покладистым, он может использовать повторно, тех кто после потери рассудка становится агрессивным, он приказывает связать по рукам и ногам и сбросить в реку, с камнем. Ибо какое влияние окажет зелье на каждого отдельного человека, предугадать невозможно.

Иногда случалось такое, что сумасшедшие сбегали, но они не могли ничего рассказать о проделках ашипу, те кто работал на него тоже держали язык за зубами, ибо Су-Илису пользовался авторитетом у местного энси.

Инанна услышав это покраснела от злости и сжала кулаки. Она терпеть не могла людей прикрывающихся именами богов, чтобы творить свои непотребства!

О существовании противоядия охранник не имел сведений. Доступ в покои Ашипу был ему заказан: этот дом, не принадлежавший жрецу, служил лишь прикрытием. В случае внезапного появления гвардии тамкара или энси, доказать причастность Су-Илису было бы невозможно.

-Проводи нас к пленникам, и без лишних слов! – распорядилась Инанна. – Я здесь новенькая, а Энгирр – твой новый помощник».

Охранник повел их в помещение, где содержались пленники. Проходя мимо пары слуг, он лишь кивнул им, бросив: «Новенькие».

В комнате без окон, погруженной в полумрак, сидело несколько юношей и девушек. Их поведение было тревожным: одна, будто ребенок, прижимала к груди старую куклу. Другой водил рукой в воздухе, чертя невидимые круги. Третий тихо раскачивался, бормоча что-то себе под нос. Одежды на них были скудными, едва прикрывавшими наготу: прозрачные туники, едва достигавшие середины бедра, на девушках, и крошечные набедренные повязки на юношах.

Для Инанны также был приготовлен подобный наряд.

-Ни за что не надену! - пророкотал её низкий голос. – Тот, кто увидит меня в этом, лишится глаз!

Вид беззащитных пленников, столь жалких и скорбных, лишь распалил ведьму ещё сильнее. Нетерпение охватило её: она жаждала личной встречи с ашипу Су-Илису.

Она подозвала одну из девушек, ту, что сжимала в руках куклу. Обращаясь к ней, словно к ребёнку, ведьма попыталась осмотреть её, ища хоть малейшую надежду на исцеление несчастных. Но девушка лишь смущённо смеялась, теребя куклу у груди и не позволяя себя трогать. Было ясно: их необходимо показать знающему асу. Лечение ашипу зашло слишком далеко.

Дождавшись появления ашипу в доме, и приглашения, Инанну повели в зал, где должно было состояться представление.

Однако, к тому времени, когда ее привели, в назначенном месте уже находилась молодая девушка. Посреди зала, устланного коврами, шкурами животных и разноцветными подушками находился алтарь, на нем распластавшись лежала связанная по рукам и ногам, полуголая пленница. Она по-детски бормотала и хихикала. Голый, согбенный старик, восседал над ней с кружкой пива в руках, он был весел и пьян.

Один взгляд - и Инанна всё поняла: жрец был пустышкой, ни капли магии. Этот старый, мерзкий ашипу держал людей в ежовых рукавицах, играя на их вере, своём ядовитом красноречии и больном уме. Ведьма знала: вера – это оружие, способное отправить воина на смерть или бросить к ногам жреца. Религия одурманивала, а власть имущие пировали на этом.

Заметив её, старик, пошатываясь, сполз с алтаря и, пьяно покачиваясь, двинулся навстречу.

- Что за наряд на моей маленькой Матукту[5]? -пьяно промямлил он.

Энгирр сжал кулаки. Зрелище вызывало у него глубокое отвращение. Он всегда любил женщин, но никогда не прибегал к насилию, а уж тем более к такому. Внутри него разгоралось яростное пламя. Ему казалось, что, если старик осмелится прикоснуться к Инанне, он немедленно отгрызет ему руку.

Когда Су-Илису, шаркающей походкой, приблизился к Инанне и протянул к ней свои липкие, дряблые ручонки, она свободной рукой влепила ему такую пощечину, что тот отлетел на несколько кушей[6].

От внезапного изумления ашипу мгновенно протрезвел. Ведьма, сбросив покрывало, в два стремительных прыжка настигла его. - Ну сейчас я тебе устрою, сладенький Матукту! - прорычала она, прижимая острие меча к его горлу. - Существует ли противоядие от твоего зелья? Старик, к ее удивлению, не испугался, а лишь разразился смехом. - Что ты сделаешь, девочка? Убьешь меня? Я заплачу тебе гораздо больше, чем тебе обещали. Отпусти меня, я не последний человек в Адабе, я тебя озолочу! Инанна подняла меч и, ни секунды не колеблясь, вонзила его в руку старика, прокручивая лезвие вглубь. - Я повторю свой вопрос: если противоядие существует, где оно?! - Из ее глаз посыпались настоящие искры. - Его нет! Нет! И никогда не было! Я не знаю, как излечить болезнь души! - заверещал старик, корчась от боли. Ведьма заметила кувшин с зельем, приготовленным специально для нее, и попросила Энгирра подать его. Она крепко держала жреца, и в очередной раз её поразило, как такой тщедушный старик смог внушить страх половине города. Запрокинув его голову, она призвала демона на помощь и начала вливать в его рот зелье, сводящее с ума. Это наказание казалось ей единственно верным.

Минута тянулась мучительно долго, прежде чем жрец перестал вырываться и сопротивляться. Инанна слезла с него, ощущая волну отвращения – ей пришлось почти оседлать этого старика.

Внезапно Су-Илису встал на четвереньки и издал лай.

– Хозяйка, хозяйка, Матукту, я твой песик! – вырвалось у него с истеричным смешком. Кровь струилась из раненой руки, но он не обращал на неё никакого внимания, продолжая лаять и судорожно пытаясь изобразить виляние хвостом.

Минам сиял от радости. Хотя Су-Илису выжил, он больше не представлял для Минама никакой угрозы. Безумных пленников отправили в лазарет на осмотр к асу. К удивлению, удалось даже найти кого-то из их родственников. Минам мог сам решать, какую версию произошедшего представить энси. Жреца, словно собаку на поводке, увели, накинув на него канди. Старик при этом переворачивался на спину, требуя погладить его.

Тем временем Тамкар щедро наградил Инанну и Энгирра обещанным серебром и одеждой. Он выделил им двух отличных скакунов, а также запас продуктов и снаряжения для дальнейшего пути. Тамкар предложил им переночевать в уже знакомой таверне, но Инанна жаждала как можно скорее покинуть город и забыть о мерзком жреце.

Прежде чем отправиться в путь, она узнала последние новости из Киша от самого тамкара. Временно всем в столице заправляет визирь Син-Убалит. Иддин-Даган, Асархадон и Ису-Нергал готовятся к войне, собирая армии.

- О местонахождении принца Этана что-нибудь известно? — напоследок, с легкой тревогой, спросила ведьма.

- Увы, ничего, - вздохнул Минам. - Перед смертью царя Арвиума он исчез из Киша. И, возможно, это к лучшему, потому что, насколько я осведомлен, — Минам многозначительно понизил голос, — во дворце произошел бунт. Его подавили, но, кто знает, может быть, участники переворота были причастны к смерти правителя. Так или иначе, Син-Убалит временно возглавляет совет, и, похоже, он не благоволит ни наместнику, ни Асархадону, и уж тем более этому дикарю Нис-Нергалу.

[1] Зиккурат — многослойное культовое сооружение в Древней Месопотамии и Эламе, типичное для шумерской, ассирийской, вавилонской и эламской архитектуры.

[2] Тамкар (дамгар) — царский (иногда храмовый) торговый агент шумеров. Тамкар проникал в чужеземные страны для торговли и военного грабежа, внутри страны занимался ростовщичеством и скупкой земель.

[3] Ашипу — жрец-экзорцист, заклинатель и маг в древней Месопотамии. Считалось, что боги участвуют в исцелении каждого заболевшего, а общаться с богами могли исключительно представители жреческого сословия.

[4] Селебу- лис.

[5] Матукту – сладенькая.

[6] Куш — локоть. Примерно равен 0,495 м.

Глава 8. Мушхуши.

Заночевали в этот раз, под открытым небом, больше Инанне не требовалось колоть палец, чтобы развести костер. Теперь для этого у них имелись кремниевые камни. Путники разложили одеяла вокруг костра, поужинали, лошади щипали траву, небо было ясным.

Минам выдал Инанне некие ингредиенты, лекарственные травы по списку, как она просила, прежде, чем они отправились в дом ашипу. Некоторые из них были редкими, тамкар не скупился на благодарности, за устранение соперника.

Разглядывая склянки, Инанна что-то бурчала под нос, Энгирр присел рядом.

-Не терпится избавится от цепи? - спросил он

-А то, - ответила она, - разве тебе не надоело, ходить друг за другом по пятам.

Учитывая, то сколько раз им приходилось быть в интимно неловких ситуациях, Инанна сложила губы в трубочку и присвистнула, Энгирр не ответил.

- Что если ее не удастся разрушить?

- Шутишь? -ведьма наложила печать, ведьма и может снять, - если не удастся мне, это сделает Нис-Инису, - Так как цепь на мне, конечно, мне сложно, а ей труда не составит.

Инанна была настолько непоколебимо уверена в своей наставнице, в её способности решить любую проблему, что это воспринималось как нечто само собой разумеющееся, как аксиома.

Ведьма уснула не сразу. Мысли, словно клубок нитей, путались в голове. Она ворочалась, пытаясь обрести чистоту сознания, отогнать гнетущие предчувствия и утихомирить свой мятежный разум. Лишь после долгой борьбы с собой она наконец погрузилась в сон.

Когда она проснулась, её слух уловил низкие, рычащие звуки. На небе ещё горели звёзды, и луна освещала глубокую ночь. Моргая, отгоняя остатки дремоты, девушка осмотрелась. Рычал демон – его терзал кошмар. Судя по всему, это был не просто плохой сон: под ним уже разгоралось пламя, руки почернели, и он, не открывая глаз, отчаянно рыл землю. Лошади, охваченные страхом, испуганно заржали и встали на дыбы.

"Того гляди разбегутся, и пойдем опять своими двумя..."

- Энгирр, - окликнула она, подползая ближе. Ее охватило предчувствие; в таком состоянии демон ее пугал. Инанна понимала, что его терзают призраки заточения Иддин-Дагана, но старалась не затрагивать эту тему, зная, что он тут же теряет контроль. Осторожно приблизившись, она увидела, как он рычит, извивается, меняет облик. Под ним уже тлело одеяло, черное пламя разрасталось, словно живое.

– Энгирр! – крикнула Инанна. Когда имя не достигало его, она добавила, как делала это всегда: – Демон-зверь, очнись!

Ведьма, по привычке, попыталась начертить на его лбу знак чистого сознания, зная, что это помогает голубоглазому. Но прежде чем она успела, он рывком притянул ее к себе, заключив в крепкие объятия, и продолжил свою трансформацию.

Инанна с леденящим ужасом почувствовала, как неумолимый мелам пробуждается, разливаясь по телу юноши. Ее парализовал страх: ни один смертный не мог противостоять этой демонической силе. Она потеряла дар речи, не могла пошевелиться, и каждый вдох давался с трудом. В ушах стоял звон, а сердце отчаянно трепетало, словно крылья пойманной в ловушку птички. Девушку охватил обжигающий жар, и на мгновение ей показалось, что она вот-вот обратится в пепел. Но, к ее изумлению, этого не произошло.

— Я убью тебя, — прорычал Энгирр.

Инанна, уже готовая распрощаться с жизнью, крепко зажмурила глаза. Но спустя несколько мгновений она поняла: угроза предназначалась вовсе не ей. Демон, казалось, сам был в плену своих призраков, мучительно терзавших его.

Когда пришло осознание, что она не умрет и не сгорит, но и вырваться из его объятий не сможет, Инанна смирилась с неизбежным.

Через некоторое время Энгирр наконец затих, перестав метаться. Девушка, всё ещё измученная страхом, вызванным меламом, тревожно озиралась по сторонам.

- Энгирр, - позвала она, внимательно разглядывая его и прислушиваясь к каждому вдоху. Ведь, несмотря ни на что, он оставался демоном.

Его кожа мерцала язычками пламени. За время их знакомства Инанна уже привыкла к его демонической внешности. И пока он был спокоен, мирно дремал, не представляя никакой опасности, девушка даже ощутила странную безмятежность. Она ощущала, как пламя проникает в кожу, принося лишь тепло и лёгкий трепет, удивляясь тому, что нет ожогов.

«И вот что самое неловкое: страж поняла, что ей это, черт возьми, нравится!»

Ее призыв остался без ответа. Голубоглазый лишь сильнее прижал ее к себе, уткнувшись лицом в шелковистые волосы, и вскоре его дыхание выровнялось, возвещая о глубоком сне.

Ведьма пробудилась на рассвете, ощущая неприятную ломоту во всем теле. Пролежать столько часов без движения было, мягко говоря, некомфортно. Рядом Энгирр, вновь в своем человеческом обличье, мирно спал, его рука нежно покоилась на талии Инанны.

Девушка подпрыгнула, как ошпаренная, голубоглазый проснулся.

- Кажется, у тебя проблемы, - колко, с ноткой раздражения, произнесла девушка. - Ты напугал меня до полусмерти.

Энгирр отчаянно пытался собрать воедино обрывки воспоминаний о прошедшей ночи, но тщетно. Вид обугленного одеяла, глубокие борозды на земле и то, как Инанна выскользнула из его объятий, позволяли лишь строить предположения. Он был крайне недоволен этой неясностью.

- Ты только сейчас это заметила? - голос Энгирра был резким, выдавая его стремительно ухудшающееся настроение.

Его собственное состояние вызывало отвращение. Невозможность контролировать происходящее бесила, порождая чувство беспомощности, смешанное с ощутимой долей злости.

Одеяло под ним превратилось в пепел, а земля вокруг его импровизированного ложа была глубоко разрыта когтями.

- Хорошо хоть лошади не убежали, - проворчала Инанна, оглядывая беспорядок.

Ведьма ответила так, что настроение демона рухнуло окончательно. Его можно было понять: впервые за все время их знакомства ему самому захотелось просто развернуться и уйти. Самолюбие было растоптано. Но проклятая цепь, будь она неладна, держала их вместе уже который день.

Заметив, как потемнел голубоглазый, став чернее самой безлунной ночи, Инанна смягчилась. — Ладно, хоть ты не спалил меня, как это одеяло. И на том спасибо, — пробормотала страж, тщательно подбирая каждое слово.

-Как долго ты был в плену? Ты никогда не говоришь о том, что там произошло.

-Шесть лет, – коротко бросил Энгирр. – Я понял это, когда мы пришли в Лагаш и увидел местные таблички.

Ведьма опешила. В ее голове роились слова: утешения, поддержки, даже шутки, но все казалось неуместным, нелепым. Над ним так долго издевались – простому человеку такое не вынести.

-Это… очень долго, – выдавила ведьма. – Странно, что ты вообще выжил. Ты невероятно силен. Как тебя вообще смогли поймать?

В ее голове это никак не укладывалось: как можно было пленить такого могущественного демона?

-Может, когда-нибудь расскажешь? – уже совсем примирительно спросила девушка.

-Нет, – сухо отрезал голубоглазый.

Позавтракав, они двинулись дальше. Инанна, следуя своему обыкновению, скрыла цепь иллюзией и сотворила для Энгирра чистое сознание. - Я могу применить на тебе несколько заклинаний. Они очень простые, и хуже от них не будет. На более сложные у меня просто нет магических сил, но, возможно, ты почувствуешь облегчение. Демон неохотно дал свое согласие.

- Почему я не сгорела, как одеяло? - поинтересовалась девушка в дороге.

Для самого демона это стало откровением. Изначально он лишь пользовался присутствием ведьмы, чтобы ускорить свое восстановление. Но то, что мелам не тронул ее, могло означать лишь симпатию со стороны Энгирра.

- А стоило сжечь тебя? -ответил он вопросом на вопрос.

Инанна решила больше ни о чем его не спрашивать.

Следующим городом на их пути оказался величественный Гирсу. Оставив лошадей на попечение конюха, путники направились в трактир. Энгирр хранил молчание всю дорогу, и Инанна, уже привыкшая к его переменчивому нраву, начала ощущать гнетущую тишину. Чем дольше длилось это безмолвие, тем мрачнее становился демон, погружаясь в пучину горьких воспоминаний. Весь его вид кричал о желании остаться наедине со своими мыслями.

Но, увы, это было пока невозможно. Ведьма ясно понимала: если бы не эта проклятая цепь, их пути давно бы разошлись. И тут же, к собственному изумлению, она осознала, что, несмотря на охватывающий её страх, демон был удивительно полезен – с ним можно было безбоязненно браться за любое, даже самое сложное дело.

Где бы и с кем она не вела разговор, он неизменно стоял за ее спиной и одним своим взглядом внушал всем, что к девушке стоит прислушаться, как великий Нергал[1].

Он отказался от еды, Инанне его поведение начинало казаться мальчишеским, но что-либо сказать она никак не решалась, и уговорить его покушать не смогла. Все ее доводы, о том, что впереди им предстоит дорога, казались невесомыми в глазах демона.

Жители города во всю готовились к весеннему празднику Акиту[2], торжество судеб. На базаре, куда они отправились пополнить запасы, было людно и шумно. Фасады зданий украшали, самодельными бумажными гирляндами и цветами. Люди готовились, чтобы испросить у богов благословения на предстоящий сезон, возделывания полей. Так же это было благоприятное время для женитьбы, сватовства и помолвки.

- Говорят нити судьбы сплетаются на небесах, жизненный путь или проведение, человеку суждено испытать, то что ему предначертано - начала разговор девушка.

Инанна была уверена: Нис-Инису обладала даром предвидения, хотя сама мать-наставница никогда об этом не говорила. Но совпадения были слишком частыми: она знала то, что было сокрыто от всех. В такие моменты Инанна невольно погружалась в размышления о предназначении.

- Энгирр, ты веришь в судьбу, в предопределенность?

Демон демонстративно проигнорировал вопрос, но его взгляд скользнул к старушке, сидевшей среди торговцев. На её крохотном столике лежали гадальные камни – очевидно, это был её хлеб. Рядом с ней примостилась маленькая девочка. Инанна заметила, куда смотрит Энгирр. Неожиданно схватив его за руку, она потянула юношу к старушке: - Погадайте нам, пожалуйста.

Старушка подняла на них свои белые, лишенные зрачков глаза – она была слепа. Рядом сидела девочка, очевидно, служившая ей поводырем и "глазами".

- Дайте какой-нибудь предмет, который принадлежит вам, - попросила девочка.

Инанна задумалась и извлекла шпильку из своих волос.

Старушка повертела шпильку в руках, затем переложила ее в правую ладонь, а левой, нащупывающими движениями, взяла камни для гадания. Она поиграла ими, перекатывая и подбрасывая, и на ее лице появилась улыбка.

- Ты отмечена богами, они благоволят тебе, пока ты держишься своей праведности и веры. Ты непременно добьешься своего, — старушка цокнула языком и добавила: - Но в нужный момент стоит проявить не только силу, но и смирение.

Прорицание показалось Инанне зыбкими кругами на воде, ветром в поле, пустыми словами, но она промолчала, не желая обидеть гадалку.

У Энгирра не было личных вещей, но ему тоже хотелось услышать предсказание. Немного поразмыслив, он протянул старушке свою ладонь.

Девочка что-то шепнула прорицательнице на ухо, та кивнула, и взяла руку Энгирра в свою, подержав ее, она так же, как и с ведьмой, взяла в левую руку камни.

В процессе гадания, женщина вздрогнула и тяжело вздохнула.

- Твой недуг нельзя излечить, - с примесью горечи в голосе произнесла она, - некоторые события оставляют неизгладимый отпечаток на теле и душе. - Но один недуг, можно ослабить другим, время придет, и ты поймешь.

Старуха протянула ладонь Инанне и знаком дала понять, что хочет и ладонь девушки. Держа за руки путников, старушка подытожила:

- Вас связывает, нечто чего я понять не могу, - гадалка посмотрела слепыми глазами в небо.

Ведьма ухмыльнулась, она предположила, что старуха имеет в виду цепь.

Гадалка отпустила руку Инанны и призвала демона, подойти поближе, она собиралась что-то шепнуть ему на ухо, видимо что-то достаточно личное. Страж послушно отступила, давая возможность секретному общению состояться.

Энгирр немного изменился в лице, услышав слова старухи и согласно кивнул головой.

После, когда они расплатились и пошли дальше, Инанна сгорала от любопытства, до неприличия.

Она скептически относилась к такого рода гаданиям, за деньги. Чего уж проще сказать, что-то приободряющее, позитивное, расплывчатое и обязательно со счастливым концом. Возможно что-то такое же приятное, прорицательница сказала и демону. Чтобы это ни было голубоглазый повеселел.

Может она пообещала ему сладкую месть.

-Что же старушка тайно наговорила тебе? – наконец не выдержала она, и вопрос сорвался с губ Инанны. -Тайно, на то и тайно, – коротко ответил он. "Ну хоть не молчит," – пронеслось в голове Инанны, и волна облегчения смыла напряжение: кризис, казалось, миновал.

Прогуливаясь по извилистым улочкам, высматривая что-нибудь полезное для предстоящего пути, путники остановились у лавки с амулетами. -Мне никак не удается собрать нужные ингредиенты, чтобы усилить магию и разорвать эту цепь, – произнесла страж.- Зайдем, может, здесь найдется что-нибудь интересное.

Едва они переступили порог магазинчика, как в нос ударил резкий запах полыни. "Ох," – Инанна удивленно огляделась. "Какого же злого духа отгоняет хозяин?"

Помещение было буквально увешано амулетами, табличками, всевозможными бусами и заколками, расческами, якобы заговоренными, на предмет защиты от недобрых посягательств и нечестивых духов.

Энгирр насторожился, увидев его замешательство, страж подумала, что полынью сложно отпугнуть такого сильного демона, поэтому она прямо поинтересовалась.

- Что-то не так?

Он отрицательно покачал головой.

- Можно подумать, ты бы мне сказал, если бы что-то и вправду было не так, - пробормотала девушка, стараясь чтобы голубоглазый ее не услышал, не желая развития новой причины для конфликта.

Но видимо это было напрасно, потому что Энгирр все равно, сжал губы в линию, услышав ведьму.

- Может быть начнешь практиковать смирение, о котором говорила прорицательница, - неожиданно добродушно сказал он.

- Это будет не просто, не забывай, что я страж, - так же улыбаясь ответила девушка.

Напряжение между ними спадало, и ночное происшествие постепенно теряло свою остроту. Инанна, к счастью, не умела долго злиться. В конце концов, что такого? Ну, сжег одеяло. Ну, обнял так, что она от страха успела помолиться всем известным богам и застыла, не в силах пошевелиться. Внезапно, к её собственному удивлению, случившееся показалось даже немного комичным. В иной ситуации Инанна бы сгорела от стыда, но сейчас ей было совершенно не до приличий – ведьма уже почти отправила свою душу в нижний мир Иркала[3]. И больше ее разозлил, скорее не тот факт, что она перепугалась, а что ей было приятно. Думая об этом она украдкой поглядывала в сторону юноши.

Большая часть содержимого лавки показалось Инанне побрякушками, но внезапно ее внимание привлек нож с красивой резной рукояткой и зеленым камнем в центре.

От него веяло печатью, как и от цепи, что связывала ее с голубоглазым.

Как будто почувствовав выручку, в лице вошедших, откуда-то из-под прилавка показалась маленькая женщина, среднего возраста. Инанна почувствовала ведьмовскую магию и пригляделась.

- Вроде ничего серьезного, -подумала она, - простые бытовые навыки, которым при желании, могла обучиться любая усердная женщина.

-Уважаемая хозяйка, сколько стоит этот нож? - страж обращалась к людям с неизменной вежливостью. Так наставляла ее Нис-Инису: быть достойной своего высокого звания.

-Вижу, вы цените редкие, диковинные вещи, - вдруг прозвучал льстивый голос женщины. — Меня зовут Закуту. Я буду рада вам услужить».

Она легко выпорхнула из-за прилавка, бережно взяв нож в руки.

-Это древний клинок, говорят, он заколдован, - начала Закуту, произнося слово «говорят» с нарочитой небрежностью, словно признаваясь в полном невежестве относительно магии,- Но если его «накормить», он станет верным спутником своего владельца.

-Я готова его приобрести. Назовите цену.

Глаза хозяйки лавки вспыхнули таинственным огнем — словно именно этого момента она и ждала.

-Три серебряных монеты. Совсем немного за столь уникальный предмет-.

-Три? - переспросила Инанна, ее брови удивленно взлетели вверх. Она ожидала высокой цены, но не настолько же!

- Да, госпожа, вам непременно, стоит приобрести эту вещь, вы меня еще вспоминать будете, и возносить молитвы благодарности великому Энлилю[4], за этот подарок.

Каков же это подарок, за три монеты, однако рассмотрев нож, Инанна обратила внимание на камень, и ей отчетливо показалось, что в нем она увидела, чье-то отражение. Зажмурив глаза, страж подумала, не показалось ли ей. Но присмотревшись к нему снова, она ничего не увидела. Ведьмам никогда не кажется! Напомнила она себе, это для обывателей отговорки, в ноже и камне, определенно что-то или кто-то был!

- А это что? - страж указала на пилюли в красивой баночке.

Закуту завертелась и рекламируя свой товар, чинно нараспев произнесла.

- Это придуманные мной таблетки для сна, если вас мучает бессонница, вы можете принять одну и будете сладко спать, видеть красивые сны, а утром проснетесь отдохнувшими и полными сил! Желаете приобрести? Они очень популярны у жителей.

Девушка повертела баночку в руках, но приобрести не захотела.

В итоге оплатила назначенную цену за нож и приготовилась уходить, но Закуту как маленькая ласка, вдруг обхватила девушку.

-Не желаете приобрести благовония или масла, все девушки любят сладко пахнуть, -жеманно похихикала хозяйка и моментально нанесла каплю пахнущую жасмином на запястье Инанны, - мужчинам тоже нравятся вкусно пахнущие девушки, - она двусмысленно взглянула на Энгирра и снова расхохоталась.

Страж отстранила от себя владелицу лавки и нахмурилась.

-Не надо злоупотреблять нашим расположением. - строго произнесла девушка.

Скорчившись в виноватой гримасе, она отступила:

-Простите, я всего лишь торговка, это мой хлеб, – пробормотала она, сложив руки и пятясь назад.

Вернувшись в таверну, путники обнаружили, что лошади уже отдохнули. Расположившись на веранде, Инанна сделала заказ.

- Я уговорю тебя поесть во что бы то ни стало, на этот раз, - с непоколебимой уверенностью произнесла она. - Закуту не показалась тебе странной? - Энгирр прервал её самоуверенный тон. - Она ведьма, ну и что с того? Это не ускользнуло от моего внимания, - Инанне совершенно не хотелось выглядеть простушкой, пропустившей нечто важное прямо у себя под носом. - Это не запрещено. Всё, что она продаёт, - подделка. Единственная ценная вещь во всём магазине - это тот самый нож, и, по сути, она отдала его почти даром! - Этот нож был скрыт от обывателей такой же иллюзией, как наша цепь, - заметил демон. - Для чего это ей? Тебе не кажется, что она ждала того, кто сможет его увидеть? Инанна резко подалась вперёд. Вот это она действительно упустила! Разглядывая амулеты и безделушки, она просто наткнулась на нож среди прочего хлама, лишь ощутив на нём слабые следы магии. «Мой ведьмин глаз замылился, и это не к добру», - пронеслось в её голове. В этот момент разносчик принёс еду и питьё. - Уважаемые гости, в честь наступающего праздника Акиту, не желаете ли отведать пива? - любезно предложил слуга. Инанна бросила взгляд на Энгирра. Уловив в его глазах недвусмысленный отказ, она ответила: - Благодарим, нам предстоит долгая дорога, мы откажемся. Спустя несколько минут слуга вернулся с их заказом: дымящимся супом, лепёшками, щедро сдобренными мёдом, водой и молоком. - Может быть, ты сладкоежка? — игриво спросила девушка, потирая руки в предвкушении. Слегка покачиваясь на скамье, страж уже поднесла ложку к губам, готовясь отведать суп. Но внезапно Энгирр резко подскочил и выбил чашку из её рук. Лицо девушки мгновенно исказилось, как у обиженного ребёнка, готового разрыдаться: уголки губ опустились, щёки надулись от возмущения. - Что всё это значит?! — надрывно выкрикнула она. - Я ни с чем не спутаю этот запах! - прорычал демон, его голос был полон ярости.

Внезапно за спиной ведьмы раздался оглушительный хлопок, посыпались искры, и клубы пара окутали пространство. Из ниоткуда возникла Закуту. Разносчик, принесший еду, с грохотом рухнул на пол.

В руке хозяйки лавки амулетов, словно по волшебству, оказался тот самый нож с зеленым камнем. Она резко взмахнула им, целясь Инанне в спину. Но демон, вовремя выставив руку, сумел изменить траекторию удара: лезвие вошло не в спину, а глубоко рубануло в плечо.

Страж вскрикнула от боли и неожиданности, мгновенно сообразив, что происходит, и отскочила в сторону.

- Хотела напоить нас! - гневно процедил голубоглазый. - Второй раз я это не выпью!

Закуту расхохоталась.

- Ты уже пробовал мой дурман? Глупцы! Думали, сможете скрыть от меня вашу цепь, словно сторожевые псы, связанные между собой?

Видимо, на это и был расчет. Ослабленная цепью, Инанна не смогла распознать чары колдовки. Та усыпила её бдительность, обвела вокруг пальца - всё ради того, чтобы снять печать с ножа. Своих сил Закуту для этого не хватало. В чём-то Инанна не ошиблась: ведьмой та была достаточно посредственной, но оказалась достаточно смышлёной, чтобы обмануть стража.

- Этот нож вместилище древнего мушхуши[5], - он не признавал никого почти десять лет, но для тебя девчонка он проявился, именно твоя кровь нужна чтобы освободить его. Вот только служить он будет мне!

В воздухе повисло напряжение, когда демон начал менять облик. Языки пламени вырывались из него, разрастаясь с пугающей скоростью. Таверна погрузилась в хаос: посетители с криками бросились к выходу, опрокидывая столы и скамьи. Инанна, прикрывая раненое плечо, отступила в сторону.

-Как ты думаешь укрыться от меня теперь, ведьма? – его голос превратился в низкое, угрожающее рычание.

Закуту планировала опоить и усыпить путников. Чего она действительно не планировала, так это сражение с демоном – тем более, что она даже не сразу поняла, кто перед ней. С искаженным от ужаса лицом, и поняв какую глупость совершила, она начала чертить магический знак в воздухе, намереваясь сбежать. Но рука Энгирра, почерневшая и покрывшаяся когтями, мгновенно вцепилась в шею колдуньи.

Знак был завершен. Все вокруг закружилось, завертелось, и таверна с ошарашенными людьми исчезла. Закуту, используя свой трюк с дымом и хлопком, невольно переместила их всех в свою лавку.

От резкой смены обстановки у девушки сильно закружилась голова. То ли это были последствия чар хозяйки лавки, то ли сказывалась рана, но ее неприятно стошнило. Демон, все еще сжимавший шею колдуньи, прорычал.

-Ты продала дурман Иддин-Дагану? - он тряс ее как котенка, добиваясь признания.

-Да-да… - прохрипела она, осознав свое положение. Женщина завыла, причитая: - Не убивай меня! Умоляю, не убивай! Энгирр швырнул ее на пол. Закуту, откашлявшись, продолжила ныть: - Я не хотела вас убивать! Только опоить, чтобы вы уснули и временно потеряли силу! Иддин-Даган ничего не покупал, он все у меня отобрал! Уууу… Разве бы ты отдала мне по доброй воле свою кровь? — резонно обратилась она к Инанне, а затем, упав на колени, стала биться лбом об пол. - Я слабая ведьма, меня даже в школу не приняли. Все, что я умею, я научилась сама-а-а… - Мне тебя хвалить, что ли?! - взревел демон.

Инанна молчавшая все это время, пораженная тем как ловко ее, обвели вокруг пальца наконец то вклинилась в разговор.

- Как призвать мушхуши?

- Обычным призывом…-проныла Закуту.

Такой призыв под силу даже ученице младших классов в школе табличек. Ведьма, если захочет, может заставить кого-то думать о себе, и человек, сам не понимая почему, вдруг возжелает встречи — именно так действует призыв.

Дверь резко отворилась, и в помещение вбежал мальчик лет восьми. Он упал рядом с хозяйкой лавки и жалобно захныкал:

- Не обижайте мою маму... Дяденька, пожалуйста, не трогайте её!

Прижавшись к лежащей на полу Закуту, он прикрывал её собой и, разводя руками, повторял:

- Не трогайте мамочку!

Демон схватил мальчика, и прежде чем Инанна успела открыть рот, сжал его так сильно, что тот лопнул, рассыпавшись в искры и дым.

- За дураков нас держишь!? Не уймёшься никак! - рассвирепел Энгирр.

Но это была очередная иллюзия. Стоит отдать должное - страж была готова поверить, что мальчик настоящий. Фальшивки Закуту получались настолько идеально, что не отличались от яви!

- Энгирр, - обратилась Инанна к демону и положила ему руку на плечо. - Позволь я расспрошу ее.

Закуту продолжила стучать головой в половицу и просить сохранить ей жизнь.

- Я все скажу, все скажу, сохраните мне жизнь! Пощадите меняя-я.. –рыдала женщина, протягивая слова.

- Чем ты ослепила меня, почему я не распознала чары?

Колдовка трясущейся рукой указала на бутылку в дальнем углу лавки.

- Жасминовые капли и зелье моего приготовление я окуриваю им помещение иногда, для привлечения покупателей, полынь усиливает эффект.

Инанна взяла пузырьки, повертела в руках и кинула в сумку.

- Где дурман, которым ты хотела напоить нас?

Хозяйка указала, где находится другое зелье. Страж взяла и его, в качестве расплаты за свои переживания.

- Где нож? -продолжила она.

Закуту захныкала и вытащила нож из складок юбки, как он вообще у нее там оказался. Не ведьма, а трюкач какой-то.

Оглядев всю добычу Инанна прихватила и пилюли для хорошего сна.

- Я закончила, - обратилась она к Энгирру, развернулась и вышла прочь из лавки, оставляя демона самому принимать решение, что делать с незадачливой ведьмой. Девушка услышала, скоротечную борьбу, как посыпались некие предметы с прилавка и взвизг ведьмы. Спустя еще несколько минут голубоглазый вышел из лавки уже в виде человека, отряхивая подол канди. Когда они вернулись в таверну разносчик и шинкарь, увидев их так испугались, что готовы были тут же отдать душу Эрешкигаль[6] и Нергалу[7], богам нижнего мира.

-Закуту сказала, что вы подло обманули ее и взяли дорогую вещь, не оплатив…-объяснялись они.

Инанна закатила глаза от возмущения.

-И вы поверили ей?

- От чего нам было не поверить, я пятнадцать лет покупаю у нее пилюли для сна, жена покупает масла и мыло. - оправдывался шинкарь, - Она всегда такая обходительная с покупателями.

-Да да да, -кивал разносчик, - скидки делает.

Совсем не подходит под описание своего имени, хитрая как змея, изворотливая.

Страж перевязала свою рану. Она была не глубокой, но все же неудобство доставляла.

- Давай поскорее уйдем, - фыркнула девушка и они, собрав свой небольшой скарб, спешно покинули таверну и Гирсу[8].

***

Ее безумно уязвлял тот факт, что Закуту обвела ее вокруг пальца. Дерзкая Инанна не разглядела подвоха, так легко поддалась на, казалось бы, простые чары и даже получила ранение. Теперь пришел ее черед дуться и молчать. Энгирр тоже не проронил ни слова. Видя, что девушка переживает, он все же не знал, что сказать и как утешить.

Когда сумрак застал их в пути, не доезжая следующего города, они остановились на привал и ночлег. Ведьма вытащила нож и сделала призыв, чтобы освободить мушхуши. Холодное оружие засияло, задрожало в руках девушки и покрылось голубым пламенем. Из камня в рукоятке просочился свет, и показалась маленькая лапка рептилии, затем голова змеи. Существо увеличивалось в размере по мере того, как выползало наружу, ведь его истинный облик не совпадал с крошечным пристанищем. Маленькое чешуйчатое тело блестело, отражая отблески костра. Показались передние львиные лапки и задние хищной птицы, а завершал описание хвост скорпиона.

-Приветствую, хозяйка. -прошипел зверек размером, не превышающий кошку.

-Кто ты? – спросила Инанна

- Я Мухшуши[9], грифон, дракон, -как хозяйке будет угодно протяжно говорил он. Двести лет я пробыл в заточении. Моя прежняя владелица была ведьмой, хотя жизнь ее по человеческим меркам, была довольно длина, конец ее был неизбежен, она не пожелала перед смертью ни освободить меня, не передать другому. Просто запечатала и почила.

- Я думала мухшуши, грозный зверь, а ты так мал, - удивилась Инанна.

Демоненок вспыхнул, если бы он имел лицо оно бы стало пунцовым.

-Я ослаб за годы заточения, мне нечем было питаться эти двести лет, - угрюмо прошипел он, - Другие ведьмы были недостаточно сильны, чтобы освободить меня, я уже отчаялся обрести свободу, думал сгину, не покинув треклятого ножа!

Удивляясь, тому что зверек бранится девушка спросила.

-Чем же ты питаешься?

-Магией конечно, - ответил грифон, но увидев, что глаза девушки округлились он добавил, -Тебе ничего не нужно для этого делать, почтенная хозяйка, используй магию, как обычно и я смогу служить тебе.

- Ладно. Я буду звать тебя Шуши. – немного призадумавшись придумала имя слуге Инанна.

Ведьма конечно, знала кто такой грифон, он мог быть очень полезным в ее делах, становилось понятно, почему Закуту пошла на крайние меры, ради освобождения фамильяра, которого караулила десять лет. Даже стало ее немного жаль.

-Скажи-ка Шуши, ты можешь разделить эту цепь? -она тряхнула ногой.

Грифон, сделал опоясывающее движение по руке, как змея и спустился к ноге, обнюхивая и разглядывая, опоясывающее щиколотку Инанны кольцо.

-Умелая ведьма наложила, я бы сказал с душой подошла, -прошипел демоненок смешно склонив голову на один бок, потом на другой.

Инанна была готова поклясться, что змееголовый пытается шутить. Она почему-то, сразу прониклась к зверьку симпатией. Чего не сказать об Энгирре, он смотрел хмуро, с недовольным видом.

-Нет сейчас я не в силах сломать цепь, мне нужно самую малость восстановиться.

Инанна вскинула руки.

- Мы как сборище калек каких то, сильные демон, грифон, ведьма и никто ничего сделать не может!

Когда поужинали и приготовились ко сну, Инанна приблизилась к Энгирру и достала шпильку. Демон, понимая, что она хочет сделать «чистое сознание», отрицательно взмахнул руками, желая остановить девушку.

- Ты ранена.

- Хочу выспаться сегодня, как следует и хочу быть уверена, в том, что все пройдет без происшествий, -поддельно серьезно, сказала она, села напротив и заглянула в глаза демону.

Выражение лица его было, как всегда серьезным, пронизывающим, смотрящим куда-то в глубь души. Инанна смутилась. По мере того, как демон приходил в себя, оказалось, что он прекрасно сложен, красив лицом, умен, бесстрашен. Разве что молчалив и имеет дурной, на ее взгляд, характер.

- Ты снова спас меня, - добавила девушка, - мне не хочется оставаться в долгу. Это такая малость из того, что я могу сделать.

Начертив на лбу голубоглазого магический знак страж спросила:

- Ты сказал, что не с чем не спутаешь это зелье? Так тебя поймали?

-Да, я выпил отравленное пиво, последнее время я зачастил в одну таверну, - он осекся, стоило ли добавлять, что он посещал женщин в этом заведении, скорее всего не стоило и этот факт он утаил. Теперь его самого злила та неосмотрительность, с какой он попался и желание прибегнуть к продажной любви стало внушать отвращение - Меня опоили, и я потерял силу и сознание, когда очнулся был в темнице, в цепях с перерезанными сухожилиями и крыльями, чтобы не сбежать.

Инанна вздрогнула.

- Зачем? -только спросила она.

- Он хотел, чтобы я служил ему.

- Бесполезная идея, демоны такой силы и сознания не станут служить человеку. Это же чушь! Шуши другое дело, он сам зависит от хозяина. -всплеснула руками ведьма. Всем это известно.

Шуши услышал свое имя, и взобрался на колени хозяйке.

- Д-да Шуши сам зависит от магии.

Когда Инанна начертила знак на лбу Энгирра зверек приятно облизнулся, выпустив язык.

Видимо поэтому Иддин-Даган пытал и мучил юношу, чтобы сломить его и заставить сдаться. Или просто забавлялся, развлекая толпу, устраивая игрища.

Какую бы цель не преследовал наместник, оправдать его жестокость никак не получалось.

- Что ты сделал с Закуту?

- Разорвал и съел, - глядя в глаза ведьме, цинично произнес демон.

Инанна на секунду отстранилась, но увидев это Энгирр добавил:

- Я сделал с ней то же, что и ты с ашипу, опоил ее же дурманом, пусть отдохнет денек.

Инанна закатила глаза. Но видимо такой исход ее вполне устраивал. Представлять картину, как Энгирр убивает ведьму и выходит из лавки в крови своей жертвы ей не хотелось. В целом Закуту жила, делала свои пилюли, продавала масла и зелья. Увидев Инанну, ощутила некую алчность до магии и возможности обладать мушхуши.

- Не думаешь, что она захочет преследовать нас? - предположила страж.

- Думаю нет, - задумчиво ответил демон.

-Простите, что вмешиваюсь, хозяйка. Я много лет наблюдал за Закуту, я вообще удивлен, что она посмела напасть на вас.

Когда легли спать. Шуши свернулся калачиком возле головы девушки, почесывая задней лапой голову, как щенок.

Энгирр дождался, когда Инанна уснет, тихо поднялся и подойдя к спящим, сильно пнул Шуши, тот отлетел в сторону. Одним прыжком демон настиг его и поднял над землей.

- Думаешь я поверю, что твоя предыдущая хозяйка просто так замуровала тебя?

Грифон извивался, он хотел что-то шипеть в свое оправдание, но Энгирр слишком сильно сжал его горло.

- Я слежу за тобой и днем и ночью, знай это. И если задумаешь что-то сотворить, я сожру тебя и сожгу тебя, - при этом лицо Энгирра обратилось и страшные зубы неприятно клацнули.

Он бросил зверька на землю, тот откашливаясь молча волочился в сторону хозяйки, обернулся и прошипел.

- Шуши относится к хозяину, так же как хозяин относится к Шуши, - обиженно защищался он.

То, что грифон использовал имя данное ему, озадачило Энгирра.

- Помни мои слова! Иначе тебе несдобровать. - повторил голубоглазый.

[1]Нергал — божество шумеро-аккадской мифологии, владыка подземного царства.

[2] Акиту (шумерское название Загмук] — «праздник судеб»]) — праздник весны, проводившийся с участием как знати, так и простого люда.

[3] Иркалла — подземный мир или царство мёртвых в религии Древней Месопотамии. Это «нижний мир», из которого нет возврата.

[4] Энлиль (букв. «Владыка-ветер», аккад. Эллиль) — бог ветра, воздуха, земли и бурь в шумеро-аккадской мифологии. Верховный бог

[5] Мушхуши (мушуссу) — птицелапые рептилии, которые занимались персональной опекой смертных. Мушхуш -мифическое существо из вавилонской мифологии, грифон, дракон.

[6] Эрешкигаль (дословно «великая подземная госпожа») - богиня в шумеро-аккадской мифологии, властительница подземного царства, известного под названием Иркалла.

[7] Нергал — астральное и хтоническое божество аккадской мифологии, бог войны, мора, истребления и смерти, владыка преисподней.

[8] Гирсу — древний шумерский город, расположенный в современном Ираке.

[9] Мушхуши - сочетает признаки различных существ- имеет голову змеи на тонкой шее с раздвоенным жалом, чешуйчатое тело, передние лапы льва и задние лапы хищной птицы, хвост скорпиона.

Глава 9. Предательство.

Следующую деревушку просто прошли мимо, остановившись на отдых за ее пределами. Два дня прошли без происшествий.

Единственным событием, было то что Инанна попыталась разрубить цепь, она смешала собранные ею ингредиенты, заговорила меч, и что есть силы рубанула им оковы. Но лезвие с лязгом и искрами отскочило.

Девушка предложила попробовать Энгирру, тот согласился, но и у него ничего не вышло.

Путники ехали, ели, спали. Вечером немного говорили у костра. Инанна пробовала на Энгирре не сложные заклинания, чтобы избавить его от кошмаров. Демон молчал, пожимая плечами, но на самом деле, после них он хорошо и крепко спал. Шуши довольный облизывался, сидя у девушки на коленях.

Пилюли для сна, Закуту, пробовать почему-то опасались, но грифон вызвался быть испытуемым, отвечал, что много лет наблюдал, за благодарными покупателями. В итоге, проспал без задних ног ночь, и проснулся в хорошем расположении духа.

Оказалось, что грифон может поймать кролика или птицу, даже каким-то образом разделать тушку и зажарить. Это оказалось очень полезным навыком в пути, он лебезил возле Инанны, а она, довольно жуя жаренное мясо, делилась с грифоном и хвалила его. Даже гладила по голове, как котенка. Энгирру он не говорил ни слова, исподтишка лишь недовольно поглядывал на него.

Они приближались к Уру, а этот город был Инанне уже совсем знаком, потому как за ним располагался ее родной Эриду. Кроме того, в этом городе жила одна из бывших учениц Нис-Инису, она давно покинула школу табличек и вышла замуж. На самом деле для ведьм это было не частое явление, несмотря на свой шарм красоту и способности, большая часть стражей семьи не создавала.

Эрэсти, была скорее, исключением из правил. Она была из хорошей семьи, при рождении ее родители обратились к волхвам[1]. Те посоветовали отдать девочку в школу на обучение, предрекая ей благодатную жизнь.

Девочка была скромной ученицей, на праздники родители навещали ее и дарили подарки. Ее не подбрасывали на ступеньку храма как Инанну и не оставляли возле ворот школы, как Ташмету. Многие ученицы завидовали ей, Нис-Инису говорила, что испытание может быть не только нищетой, но и достатком. Она говорила это всем подопечным, если видела, что Эрэсти задирают.

Инанна подружилась с девочкой и ревностно её защищала, считая нападки других учениц подлыми.

Эрэсти была помолвлена с детства. Её жених, поначалу остерегавшийся чародейки и лишь выполнявший приказ родителей, без памяти влюбился, когда увидел кроткий нрав и очарование девушки. Он с нетерпением ждал окончания школы, чтобы сыграть свадьбу.

Придя в город, Инанна направилась в дом своей подзащитной. На поместье она обнаружила мощную защиту – побочный эффект ведьмовства. "Почему бы не воспользоваться тем, чему научили?" – подумала она.

Слуги доложили хозяйке, и путников сию же минуту приняли.

Эрэсти вышла навстречу, мило улыбаясь и раскрывая объятия для своей соученицы. - Я так рада тебя видеть, Инанна!

- Я с дальней дороги, - намекая на пыльную одежду сказала Инанна, предупреждая объятья подруги. - Это Энгирр, - указала она на демона.

Шуши она приказала спрятаться в нож, чтобы он не пугал домочадцев.

- Друзья Инанны, мои друзья. - хозяйка дома почтительно кивнула Энгирру, тот ответил тем же.

Эрэсти была одета в зеленое платье, на ней брякали бусы и браслеты, создавая приятную какофонию звуков, при ее ходьбе. Выглядела она очень женственно и мило, в противовес дерзкой Инанне.

- Где твой муж? - подмигнула ведьма.

- Ты же знаешь, он служит энси. Последнее время он пропадает допоздна, все готовятся…-девушка невольно изменилась в лице, - к возможной войне.

-Я хочу знать все новости, - весело сказала Инанна, -Что-нибудь слышно о школе табличек?

Эрэсти снова нахмурилась, уловив эту перемену, Инанна спросила - Что случилось? Что-то с матерью-наставницей?

- Инанна, тебе нужно отдохнуть с дороги, привести себя в порядок. Я прикажу подать обед, и тогда всё расскажу, — мягко ответила Эрэсти. - Плевать на церемонии! - встревоженно воскликнула страж. - Что случилось, скажи мне сейчас же! Эрэсти тяжело вздохнула. - На школу напали несколько дней назад. Нис-Инису установила барьер и отразила атаку! Есть раненые, но это не самое страшное, - девушка опустила глаза. - Кто-то задолго до этого начал... - она запнулась, подбирая слова, - ...истреблять нас. Нападать на тех, кто был на заданиях в одиночку! Есть убитые и пропавшие без вести. Кто-то желает уничтожить школу Нис-Инису. Глаза Эрэсти заблестели. Она перечислила несколько знакомых стражу имён, пропавших сестёр, и, изящно промокнув платком уголки глаз, смахнула слезу. Инанна задохнулась от негодования. К горлу подступил комок, но слова застряли.

- Мы должны сейчас же отправляться в эддуба! - твердо сказала она.

- Инанна прошу отдохни всего лишь немного с дороги. На школе сейчас установлен барьер, ей ничего не грозит. Несколько часов не сделают погоды, завтра ты уже будешь в Эриду.

Уговаривать Инанну было бесполезно, она попросила у Эрэсти свежих лошадей, наспех перекусили холодное и помчались в дорогу.

Прощаясь хозяйка дома плакала, уговаривая Инанну быть осторожней и беречь себя. Эрэсти была абсолютно не воинственной, не выполняла заданий и не сражалась с злыми духами. Свое обучение она направила на обуздание дара, а свое умение на бытовые нужды. Это удивляло Инанну, к чему впустую тратить дар, но говорить это подруге она никогда не решалась.

Кроме всего прочего Эрэсти передала, какой-то кулек для Нис-Инису и для самой Инанны, положила в дорогу лепешек, булочек и фиников. От нее так и веяло домашним уютом и теплом. Было понятно почему ее так обожал муж. Обнимая подругу на прощание, Инанна почувствовала, что девушка беременна.

-Эрэсти…

Девушка смущенно отвернулась.

Страж ничего не стала говорить, еще крепче обняла подругу и развернулась спешно покидая гостеприимный дом.

Спустя какое-то время, Энгирру с трудом удалось остановить скачки.

- Если мы загоним лошадей, быстрее в Эриду не прибудем! –резонно сказал демон.

Лошади были взмылены и тяжело дышали, едва не начиная пускать пену.

- Хозяйка отдохните, позвольте Шуши сходить на разведку в Эриду? -зашипел грифон.

Инанна кивком указала ему в сторону города и тот мгновенно исчез.

***

Инанна и Энгирр расположилась, но тревога не отпускала. Ее взгляд метался в сторону Эриду, где на Нис-Инису напали. Ведьма сражалась, но кто мог осмелиться на такое? В школе, помимо Нис-Инису, учились в основном девочки. Были ли там взрослые стражи? Или кто-то из них был ранен? Эти мысли, словно волны, захлестывали разум девушки, не давая покоя.

-Инанна, – прервал ее смятение Энгирр. – Ты всегда говорила, что мать-наставница сильна. Возможно, все не так плохо, как тебе кажется. Сейчас Эддуба под защитой барьера, и обитатели школы табличек в безопасности.

Желание подбодрить ведьму, исходящее от обычно молчаливого и сдержанного в эмоциях демона, подействовало на нее благотворно. Инанна слабо улыбнулась.

-Чтобы напасть на ведьму уровня Нис-Инису, нужно самому быть ведьмой не меньшей силы, – размышляла она вслух. – Скажи, та ведьма, что сидела с Иддин-Даганом, ты что-нибудь знаешь о ней?

Инанна старалась не заговаривать с Энгирром о событиях, связанных с его пленением, чтобы не бередить старые раны. Да и он сам не стремился ворошить прошлое. Но сейчас обстоятельства требовали этого, и демон это прекрасно понимал.

-Кто-то явно знал, что я несу во дворец А, артефакт особой важности, и решил мне помешать. В этом, без сомнения, замешана та ведьма в красном. Больше некому, – пришла к выводу страж, анализируя события.

Энгирр нахмурился, погружаясь в воспоминания.

-Она появилась не сразу… может, два года назад, а может, и раньше. Последние месяцы… они словно стерлись из памяти.

Он запнулся, его взгляд стал рассеянным.

-Она всегда скрывала лицо, молчала. Я ничего о ней не знал. Но с ее появлением…

-Что же произошло? – с тревогой спросила девушка.

-Животные… они были усилены магией. Иногда появлялись демоны. Не такие, как я, не имеющие человеческой формы. И демоны пришли вместе с ней, – Энгирр задумался, словно пытаясь ухватить ускользающую мысль,-Да, демоны не появились сразу. Они пришли спустя какое-то время моего пленения. Можно было бы предположить, что мое попадание сюда было лишь случайностью Иддин-Дагана. Но с ее появлением демоны стали… закономерностью.

-Может быть, она и сама демон, раз они ей так послушны? – прошептала девушка, ее голос был полон сомнения.

Инанна очередной раз подумала, как же безжалостно обошлась с голубоглазым судьба. Подло несправедливо, на нем ставились опыты, двумя извращенными умами.

- Такой мерзавец, не должен стать царем, -она сжала кулаки, так что побелели маленькие костяшки. - Нис-Инису всегда учила меня, что месть отравляет, того кто мстит, разрушает его жизнь, что нет большей силы, чем принять! Как можно принять, то чего принять нельзя?

Этот вопрос она задала, скорее в небо, чем Энгирру.

Немного успокоившись Инанна развернула кулек, предназначенный для нее, от Эрэсти. В нем лежали ленты, жгуты для украшения волос и пара искусственных цветов. А также бусы в тон лент. Она растерянно посмотрела на все это, такими вещами она никогда не увлекалась. Нис-Инису призывала к скромности и независимости от подобного рода вещей, и сама имела довольно непритязательный облик. Говорила, что ведьма и так по природе обаятельна, если же стражи будут рьяно разукрашивать себя, то будут похожи на надиту[2].

Повзрослевшая Эрэсти удивительным образом сочетала в себе скромность и умеренность в украшениях. Нис-Инису никогда не упрекала ее, видя, что это не развращает девушку, и позволяла ей пользоваться всем, что родители дарили ей, когда она вступала в брачный возраст.

Энгирр вспомнил, что прежде его привлекали яркие женщины: с губами, тронутыми красной охрой, и глазами, обведенными черным антимонитом, облаченные в роскошные наряды. Если бы он встретил Инанну в толпе в прошлом, она вряд ли смогла бы зацепить его взгляд. Но теперь, как он заметил, она казалась ему необыкновенно красивой, особенно в те моменты, когда она вынимала шпильку, и ее кудряшки свободно рассыпались по плечам.

Инанна покачала головой, уже собираясь вернуть всё в кулёк. - Что мне с этим делать? - Она беспомощно пожала плечами. Энгирр, не спрашивая разрешения, взял одну из лент и принялся осторожно вплетать её в косу ведьмы. Инанна, совершенно не ожидавшая такого жеста, робко прошептала: - Кто научил тебя плести косы? «Неужто женщина?» — мелькнула мысль. - У меня есть младший брат. В детстве я часто дурачился, плетя ему девчачьи косички, а он всегда сердился. Энгирр никогда прежде не делился ничем личным, касающимся его прошлого. Это был первый раз, когда он приоткрыл завесу над своей прежней жизнью. Инанна невольно улыбнулась, живо представляя себе эту картину. Лошади, восстановив дыхание, мирно щипали траву. Путники терпеливо ждали возвращения Шуши. - Где же его носит?

- Можем и без него ехать, найдет, - проворчал Энгирр. - Чем он так не нравится тебе? - спросила девушка, заметив их неприязнь с первого дня. - Ничем, - отмахнулся Энгирр, - мне вообще все равно.

Словно услышав, что о нем говорят, внезапно вспыхнул дымок, и появился мухшуши. - Хозяйка, я нашел школу табличек. На ней мощный барьер, мне не пробиться. В городе вроде все спокойно, но я ощущаю демоническую энергию. - В городе всегда может присутствовать какой-нибудь демон, — произнесла Инанна. - Ничего нового, зря сходил, - сухо заявил Энгирр.

Шуши виновато опустил голову. Увидев это, ведьма подала ему знак, и тот послушно запрыгнул ей на руки.

Они сели на отдохнувших коней и снова отправились в путь, не много перестав переживать, коней уже не гнали. Спать легли поздно, продолжили путь еще ночью, ближе к утру должны были прибыть в Эриду.

Сердце Инанны забилось в предчувствии, когда на горизонте показался знакомый город. Она боялась опоздать. Школа табличек, служившая ей убежищем и ориентиром все эти дни, должна была стать местом, где она наконец избавится от тревог пути. Но реальность оказалась жестокой: безопасного места не существовало. Внутри нее словно рухнул целый мирок, и она неслась вперед, отчаянно пытаясь восстановить утраченную картину безопасности. Инанна – сильный страж, она могла бы поддержать Нис-Инису. Ее вера в мать-наставницу была настолько крепка, что она убеждала себя: все будет хорошо. Она найдет наставницу и младших сестер целыми и невредимыми, и никакая поддержка хозяйке школы табличек не понадобится.

По мере приближения к городским воротам, Инанна заметила всадника, стремительно несущегося к ним. Он безжалостно гнал уставшего коня.

Поравнявшись страж с удивлением увидела Ташмету[3], будучи старше девушки на двенадцать лет, она несомненно была более опытна и сильна. Всегда серьезная, ответственная, исполнительная, не умевшая улыбаться Ташмету, казалась Инанне заносчивой, скрытной выскочкой. Старшая сестра всегда пыталась заслужить расположение Нис-Инису, но наставница почему-то была с ней холодна и отстранена. Подкидыш, как и сама Инанна, Ташмету получила в школе имя и пристанище.

- Инанна, - окликнула ее соученица.

Они остановили коней, те жалобно заржали.

- Я услышала, что на школу напали! Вот уже два дня я спешу, с задания к матери-Наставнице. Тебе что-нибудь известно?

Лицо красивой, высокой Ташмету было испуганным и беспокойным.

Инанна отрицательно покачала головой.

- Я ничего не знаю, так же, как и ты спешу домой!

Даже не представив Энгирра, далее они направились вместе, не желая тратить время. Когда вихрем ворвались в город и мчались по знакомым улицами, слышали приветственные крики. Проносились знакомые лица, торговцев едой, тканями, скотом. Некоторые получали помощь от стражей, некоторые вели торговые дела со школой.

Оказавшись у ворот дома табличек, Инанна практически на бегу спешилась.

На школе действительно стоял мощный барьер, но для своих учениц Нис-Инису должна была оставить лазейку. Быстро сообразив это, девушка достала шпильку проигнорировав недоумевающий взгляд Ташмету, ей не хотелось рассказывать про цепь, и объясняться.

Страж начертила голубой знак в воздухе и в барьере, оказалась пробоина, она поспешила войти, тоже самое сделали все остальные. Миновав мощную защиту, Инанна увидела следы погрома во дворе школы и пару маленьких девочек, носивших воду в одном ведре на двоих. Увидев ее, они уронили ведро и закричали.

- Инанна вернулась, Инанна вернулась! Мать-наставница!

Они побежали навстречу девушке, но резко остановились, как будто увидели призрака. Одна из них упала и закричала, показывая пальцем.

Инанна не понимая, что происходит, проследила, за тем куда указывает маленькая ручка развернулась и увидела за спиной Ташмету двух демонов, они парили в воздухе. Похожие на мушхуши, но большие и имевшие не много другое строение тела, львиная голова, тело собаки, ноги копытного животного. Их глаза были завязаны, а пасти устрашающе открыты.

- Глупышка, спасибо, что помогла мне войти. - на лице Ташмету ни дрогнул ни один мускул, ни улыбки, ни ухмылки, ни злорадства.

- Так это ты! -лицо Инанны перекосилось от удивления и обиды, - Но почему, за что? Это ведь твой дом!

- Здесь никогда, не было моего дома! -зло вскрикнула Ташмету, - Я никогда и никому, здесь не была нужна! Все, что говорила наставница полное вранье!

Она обратилась к демонам и скомандовала.

- Ловите девчонок!

На крики девочек выбежала Нис-Инису, суховатая женщина, в простой одежде, с проседью в голове.

- Инанна, - вскрикнула она и взмахнула рукой.

Голубая сильная волна смела Ташмету и демонов в сторону барьера, не теряя времени, Инанна бросилась бежать к матери наставнице, подхватив одну из девочек и крикнув второй, чтобы та бежала за ней.

Когда они вбежали в дом. Нис-Инису установила новый барьер. Помимо нее в классе находилось еще семь девочек.

-Наставница! -Инанна бросилась в объятья той, которую всегда считала, ближе и дороже матери. На ее глаза навернулись слезы, младшие ученицы, испуганно забились в угол комнаты и плакали. Самой старшей, было едва лет тринадцать, она храбро держалась.

- Инанна, на это нет времени, -мягко отстранив девушку, -произнесла Нис-Инису, - ты должна бежать, спаси сестер и принца Этана.

-Принца Этана? -недоумевала страж.

Только сейчас она заметила, что в классе помимо девочек, находился юноша лет семнадцати. Ты должна отвести его к деду Асархадону, он лугаль Ниппура и позаботиться о сестрах

Инанне так много нужно было сказать, но все происходило, так стремительно, что она не успевала, за ходом мыслей наставницы. Лишь сейчас до нее дошло: женщина ранена. Сквозь ткань рубахи проступало темное пятно крови.

- Наставница, избавь нас от цепи, - она указала на оковы, причинившие ей столько неудобств, - И я сражусь с Ташмету!

Нис-Инису бегло оглядела, Энгирра, цепь, Инанну и покачала головой.

- Сейчас не нужно тебе с ней сражаться!

Старая ведьма, призывно махнула рукой в сторону девочек и те как куколки взмыли в воздух, объятые голубой волной, закружились и через некоторое время вращений, превратились в маленькие жемчужинки, она поманила их к себе, и они послушно прилетели ей в руку.

Нис-Инису положила камушки в ладонь Инанне.

- Береги их! Слышишь меня, сохрани их во чтобы то не стало! -резко сказала она.

Очнувшись, страж поняла: наставница прощается с ней. Энгирр принял демоническую форму, готовый к битве с демонами, чей рев, скрежет зубов и шелест крыльев доносились из-за барьера. Мать-наставница взмахнула руками, затем резко хлопнула ими и сложила в молитвенном жесте. Оковы с Инанны и Энгирра пали, но женщина дернулась, и на ее губах выступила кровь. — Какой сильной стала Ташмету, — произнесла она, вытирая кровь. — Я всегда думала, что она займет мое место. Инанна приобняла Нис-Инису, осознав серьезность раны. Сама она ощутила, прилив сил после освобождения. Энгирр же, впервые за долгие годы свободный, взревел так, что юноша, безмолвно стоявший в углу, подпрыгнул, словно пораженный громом. — У меня есть послание для Ташмету, — добавила наставница, снова сплюнув кровью.

- Нис-Инису! - закричала преемница, за барьером. Голос, усиленный с помощью магии, раздавался громким эхо, наполненный необъяснимой горечью и злобой!

- Ты сломала меня!! Использовала меня, проклятая ведьма!!Выходи, я поквитаюсь с тобой! -голос Ташмету звучал отчаянно, как будто она хотела, чтобы ее пожалели, при этом грозясь всех убить.

Нис-Инису обняла Инанну, и их окутал знакомый голубой вихрь. Наставница что-то шептала девушке на ухо, и по ее щекам текли слезы. Страж никогда прежде не видела слез наставницы; та всегда казалась ей незыблемой, сдержанной, словно богиня, спустившаяся в этот смертный мир. Для Инанны она всегда была богиней. Услышав слова матери, Инанна отпрянула, ее лицо исказилось от гнева.

Голубой вихрь, словно обретя собственную волю, отделился. Из него показались несколько змееподобных отростков, которые впились в Нис-Инису. Они начали вытягивать из нее силы, подобно присоскам или пиявкам, питаясь жизненной энергией ведьмы и наполняясь ею. Закончив свою работу, отростки вновь слились с вихрем и начали уменьшаться.

Обессиленная наставница, опираясь на плечо Инанны, сотворила последний знак. Голубой вихрь, и без того тающий, окончательно угас, превратившись в жемчужину, упавшую на ее ладонь. Жемчужина сияла в руке женщины.

-Такова моя последняя воля! Обещай, что выполнишь ее, - прошептала Нис-Инису. Сжав голубую жемчужину, она, придерживаясь за ученицу, приложила руку к груди Инанны. Сила и энергия, заключенные в крошечном предмете, обрели новую форму, повиснув на шее девушки в виде маленького кулона.

-Скажи ей сама! Она послушает тебя, - заупрямилась Инанна.

-Уже нет, - едва слышно прошептала Нис-Инису, но тут же добавила с улыбкой: «Ты всегда была моей любимой дочерью, Инанна. Я так горжусь тобой! Ты - моя надежда!

Женщина обхватила лицо девушки, и в ее глазах отразилась безмерная печаль.

-Мне так жаль, что я не увижу, как ты будешь жить, – прошептала она.

Эти слова, полные искренней скорби, пронзили Инанну до глубины души, и она не смогла сдержать слез.

-Ты должна во всем разобраться! Все слишком запуталось, - проговорила ведьма, ее лицо стало мертвенно бледным, а взгляд потерял фокус, словно сознание ускользало. Но, собрав последние силы, Нис-Инису обратилась к Энгирру:

-Демон…

Он почувствовал, как будто ведьма видит его насквозь и как будто он знал ее всю жизнь, почувствовал, что готов выполнить любую просьбу женщины, о которой он так много слышал, за последние дни.

- Унеси их отсюда, как можно дальше! Твое время еще не пришло, позаботься о ней! Дольше мне их не сдержать, - выдохнула Нис-Инису, имея в виду демонов, пробивающихся за стеной, и из последних сил толкнула Инанну в полыхающие багровым огнем, объятия Энгирра. - Прошу не вини себя, Инанна! Это я во всем виновата…

Собрав волю в кулак, она взмахнула рукой и между ними возникла преграда. Девушка вырвалась и начала стучать, как будто в стекло.

На ее глазах в комнату ворвалась Ташмету, а вместе с ней демоны. Не пытаясь разговаривать и церемониться с наставницей, влетевшая в класс, разъяренная, красноглазая ведьма, воткнула в спину Нис-Инису нож.

Женщина, припавшая к барьеру, медленно сползала вниз. Инанна видела, как закрываются ее глаза, как последние жизненные силы покидают ее.

-Нет!!-она заколотила ладошками в барьер, - Ташмету! Берегись!

В этот момент Энгирр подхватил Инанну и окаменевшего от увиденного принца Этана, он вырвался сквозь барьер, видимо оставлявший для него такую возможность и взмыл в воздух.

Ташмету и демоны, удерживаемые барьером, не кинулись в погоню. Освободившись от цепей Энгирр почувствовал прилив сил, в моменте, не понимая, как справиться с пьянящей свободой он взмыл так высоко и быстро, что несчастные Инанна и принц едва не потеряли сознание.

В первые, когда Инанну уносил демон прочь от треклятого наместника, девушке, казалось, что они летят быстро, она не могла говорить, от ветра и дождя, хлеставшего в лицо, теперь же она едва успевала дышать, поля, реки, деревья проносились под ними сплошной разноцветной линией, дорогу запомнить было невозможно.

Позади остались павшая Нис-Инису и разъяренная Ташмету.

[1] Волхвы — общее название, которое ранее применялось к колдунам, астрологам.

[2] «Надиту» — храмовые проститутки, считавшиеся служителями богов.

[3] Имя Ташмету происходит от аккадского корня šemû, который означает «слушать». Есть предположения, что имя богини может означать «слух» или «примирение».

Глава 10. Дом.

В этот раз приземление было мягким, прежде чем, спуститься Энгирр завис в воздухе, не двигаясь вперед, он контролировал потоки ветра и с легкостью держал свою ношу.

Внизу раскинулась деревушка, завидев демона, к ним навстречу побежали люди, они кричали, показывали руками вверх и приветственно махали.

Когда демон бережно опустил ведьму и принца на землю, те, непривычные к твердой опоре после полета, не удержались и упали. Голова Инанны закружилась, и из ее ладоней посыпались белые жемчужинки. Они покатились по траве, издавая легкий щелчок, и на глазах стали превращаться в крошечных девочек-ведьм. Малышки опускались в траву, растерянно озирались по сторонам, не понимая, где оказались, а некоторые из них уже начинали плакать. Внезапно раздался хлопок, и в клубах дыма появился встревоженный Шуши.

Инанна протянула руку и взяла Энгирра за подол канди, при этом продолжая сидеть на земле, так как ноги ее не слушались, она не могла встать, а руки тряслись.

-Мы должны вернуться… возможно, еще не поздно, - прошептала девушка умоляющим голосом, но, не успев договорить, закрыла глаза и безвольно рухнула, потеряв сознание.

Она не видела, как навстречу им спешили жители деревни. Эти люди не испытывали страха перед Энгирром; они знали его. Демон бережно поднял Инанну на руки и обратился к собравшимся вокруг него.

-Передайте Кушиму и Майрис, что Энгирр вернулся домой, - с этими словами он направился в дом главы, неся на руках ведьму.

-Энгирр вернулся! – эхом разнеслись возгласы.

Этана и девочки последовали за ним, сердобольные женщины, видя перепуганных и зареванных детей заохали. Шуши завершая шествие, шипел на толпу, показывающую на него пальцем, делал несколько шагов оборачивался и высовывал язык.

***

Когда Инанна очнулась, она обнаружила, что находится в уютной маленькой комнате, ее плечо было перевязано свежей повязкой, на ней было чистое платье.

Распахнув одеяло, она первым делом оглядела свои ноги – оков не было. Затем, с тревогой, ощупала шею: кулон Нис-Инису был на месте, и девушка облегченно выдохнула, зажав его в кулак. Ощущение магии переполняло каждую вену, каждую жилу. Она приятно пошевелила пальцами, поднесла руку к глазам, щелкнула – и в ее ладони вспыхнул голубой всполох. Инанна улыбнулась. Как же приятно вновь ощутить себя свободной и сильной! Однако вместе с этим чувством свободы пришло и странное, необъяснимое ощущение пустоты.

Обычно пробуждаясь, она неизменно видела перед собой Энгирра, цепь не позволяла им разлучаться. Он стоял, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел в окно. Именно таким она увидела его в тот первый раз, когда он очнулся в пещере – спокойным, с устремленным взглядом вперед. Но где он теперь? И где девочки? Минувшие события пронеслись в ее сознании, словно россыпь падающих звезд.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла женщина. На вид она была ровесницей матери-наставницы, но отличалась более полным телосложением, в отличие от худощавой Нис-Инису. Ее волосы были лишены седины, а лицо, красивое и полное сердечности, излучало здоровье.

– Ты очнулась?

Инанна растерянно озиралась, не понимая, кто перед ней и где она оказалась.

-Тише, тише, - успокаивающе сказала женщина, заметив решимость в глазах девушки, - Меня зовут Майрис, я лекарь этой деревни. Тебе не стоит так волноваться.

-Где девочки? Где Энгирр? Как долго я проспала? - вырвалось у Инанны.

Майрис держала в руках поднос с едой.

-Все в порядке, с ними все хорошо. Поешь, и ты сразу их увидишь. Присядь, взгляни в окно.

Женщина поманила девушку рукой к окну, возле которого, был стол, куда она поставила пищу.

Инанна приблизилась и увидела принца Этана, он сидел на улице на скамье, поодаль от него играли мальчишки. Принц сидел ровный, как струна и серьезно наблюдал за ними.

- Он очень задумчивый и серьезный для своего возраста! Рассуждает, как мудрый муж, удивительно для такого молодого парня.

-А девочки? - не отпуская тревогу уточнила девушка.

- Девочки, пока что будут жить со мной, - Майрис посмотрела испытующе в зеленые глаза Инанны, - девочки особенные, я должна приглядеть за ними, я не могу пока их никому доверить, так будет лучше и для них, и для окружающих.

У Майрис было очень умное лицо и пронзительные глаза, такой взгляд был у Нис-Инису. Инанна очередной раз заметила некое сходство между женщинами и отвела взгляд в сторону, от нахлынувших чувств и обиды.

- Они ведьмы, с ними не всегда просто справиться. - разъяснила страж.

- Ни чего страшного, - спокойно ответила Майрис, чуть позже ты сможешь их увидеть. Вы прилетели вчера, ты потеряла сознание, а потом просто уснула, я дала, тебе отвар, чтобы ты могла отдохнуть и набраться сил.

- Где Энгирр? - вопрос вырвался сам собой. Инанна ощутила зияющую пустоту, словно из её мира исчезло что-то неотъемлемое, подобное дыханию. Сердце болезненно сжалось и заколотилось в груди. Привыкшая к постоянному присутствию демона, она оказалась совершенно не готова к этой внезапной разлуке.

- Он у Кушима, в его доме. Это его младший брат и глава деревни. Возможно, завтра вы увидитесь. Он приходил… уже не раз. Даже успел надоесть своей назойливостью, - с лёгким фырканьем ответила лекарь.

- Брат? - неожиданно, почти с вызовом, перебила Инанна. - Это что, деревня демонов? - в ее голосе звучало неприкрытое изумление. Майрис на мгновение застыла, на ее лице отразилось искреннее удивление, а затем она вдруг разразилась смехом. - Да что ты такое говоришь, какие демоны? Здесь живут обычные люди, Кушим - человек! Разве Энгирр не удосужился тебе ничего рассказать? Девушка лишь отрицательно покачала головой, подтверждая свои слова. Слова о том, что Энгирр беспокоится о ней, вызвали у Инанны волну смущения и разлившегося внутри тепла. Внезапно ей захотелось увидеть его. Раньше его присутствие было для нее обузой, особенно в первые, трудные дни. Приходилось постоянно информировать его обо всем, и о – о своих нуждах. Это было тяжело, но теперь, когда его нет рядом, Инанна осознала, как сильно ей не хватает этого демона.

- А где мой грифон Шуши? - вдруг вспомнила Инанна, - почему его то нет!

Майрис махнула рукой и как нечего делать бросила:

- Я запретила ему, он шипел на всех и все звал «хозяйка, хозяйка». - передразнила женщина. – Здесь лечебница, здесь нужен отдых и покой. Он тоже у меня дома, с девочками, он лепешки жарил, когда я уходила, он хороший нянька, оказывается.

- Лепешки…нянька …- глаза Инанны расширились, грифон должен был подчиняться только ей, а он кашеварил в доме Майрис. Хотя ведьма заметила, что демоненок подозрительно отзывчив на ласку, как котенок, возможно женщина нашла к нему подход, неведомый никому.

Инанна услышала шум за дверью и ворчание, дверь распахнулась, в проеме появился Энгирр, хмурый и недовольный.

- Сказала же завтра проходи, - проворчала Майрис.

- Сам решу, когда мне прийти, - пробубнил он в ответ, это было очень в его стиле.

Инанна улыбнулась. Энгирр был одет в черную тунику и шубату из овечьей шерсти, волосы были красиво уложены. За время путешествия он загорел, мертвенная бледность сошла, болезненный вид сменился вполне приятным здоровым оттенком. Когда он вошел, девушка уловила легкий запах масел и поймала себя на мысли, что ей нравится. Демон был чертовски красив. Она привстала из-за стола.

-Не пущу! – вырвалось у Майрис, её голос дрожал от отчаяния. – Она же совсем ничего не ела! Демон, невозмутимый, словно не замечая её мольбы, мягко отстранил женщину. -Мы поедим вместе, – произнёс он, и в его голосе не было места для возражений. Инанна, которой совсем не хотелось этой пресной каши, и чья душа тянулась к демону, а не к заботливой женщине, без колебаний последовала за ним.

Энгирр взял ее за руку. Он сделал это впервые, рука его была теплая и большая. Он крепко сжал ее маленькую кисть, и Инанна вспыхнула.

Майрис хмуро посмотрела им вслед, но, когда они ушли довольная потерла ладошки, а после вскинула руки к небу в немой мольбе.

- Куда мы идем? - спросила Инанна.

Потому что Энгирр вел ее за пределы деревни и это было странно. Она оглядывалась, не понимая, что происходит.

Демон резко остановился, и как когда-то впервые она уткнулась в его спину.

- Как ты себя чувствуешь? - вдруг как-то не своим голосом спросил он и кашлянул, - Голова не болит?

Возможно он что-то другое хотел спросить, но спросил про голову. Демон не отличался красноречием, Инанна уже поняла это. Но в его голосе слышалось, то ли сочувствие, то ли переживание. Конечно он имел в виду душевное состояние Инанны, связанное со смертью Нис-Инису. И хорошо, что он спросил именно так, потому что тогда Инанна бы не знала, что ему сказать.

- Нет, не болит, - просто ответила страж и опустила глаза вниз.

- Тогда держись, - Энгирр нежно обнял девушку и подхватил.

Инанна этого не ожидала и вскрикнула.

Он не спешно поднялся в воздух и так же плавно полетел, а еще девушка заметила, что он не обратился, что у него отросли только крылья, это очень удивило ее.

- Энгирр, ты можешь и так принимать форму? -за счет плавности полета она могла говорить.

- Могу, -коротко ответил он и добавил. - Я вспомнил, что могу. Майрис помогла.

Инанна ощутила и увидела мощь демона ведьминским зрением. Раньше, притупленные цепью, её чувства не позволяли познать это в полной мере. Теперь, ничем не ограниченные и не скованные, они с демоном заново приглядывались друг к другу. Словно прежде их глаза были закрыты, уши слышали не до конца, а нос не улавливал запахи. Сейчас же всё обострилось: магия Инанны и демоническая сила нащупывали друг друга, смешиваясь.

Инанна вдруг вспомнила, как ударила его на арене, чтобы привести в чувства, или как ругала, когда он вошёл в реку. Сейчас она, скорее всего, не решилась бы на такое.

Энгирр принес ее на вершину скалы, внизу бурлил хрустальный водопад, вокруг росли деревья и бурно рос цветущий тамариск. Он осторожно опустил ее и привел к приготовленному им заранее месту, где горел огонь, возле костра, лежало одеяло и еда. Мясо, ячменный хлеб и пиво.

Инанна оглядела все это, и подумала, что демон романтик в душе. А что, если он и раньше приводил сюда девушек. Эта мысль уколола ее неприятным холодком ревности, но она не решилась задать ему такой вопрос.

Они сели и принялись за еду. Инанна от тоски и горечи выпила целую кружку пива и следом еще одну. Она опьянела так быстро и так сильно, как не пьянела никогда. Желание забыться и почувствовать облегчение после тяжелой утраты, толкнули ее на этот поступок.

- Что это за деревня? Где мы? -прервала молчание девушка.

- Это мой дом, я здесь родился и вырос. Деревня изолирована от внешнего мира горами. Здесь разводят лошадей, коров и овец, из шерсти овец изготавливают ткань, красят ее. Выращивают ячмень, бобы, финики и виноград. Иногда молодежь покидает эту деревню, но многие возвращаются, здесь спокойно.

- Это хорошо, - сказала Инанна и положила голову на плечо демона. - Майрис сказала твой младший брат глава, почему не ты? Ты ведь старший.

Энгирр тоже легонько наклонил свою голову к ее, он изучал энергетику ведьмы, прислушиваясь к тому, что она говорит.

- Они люди, я нет, - зачем им такой глава, в детстве я отличался от всех. Мог поранить кого-нибудь во время игры, не всегда мог контролировать свое превращение. Девушек в юношестве я пугал.

Энгирр умолчал, что поэтому он не любил перевоплощаться при женщинах, его раздражало, то отвращение и страх, какое он вызывал у них. Если страх еще можно было стерпеть, то отвращение ни как. Инанна первая не испугалась его, не робкую ведьму, он не смутил, своим видом. Даже когда он был так уродлив и в таком уязвимом положении, девушка каким-то образом сумела не задеть его гордость.

- Мой брат лучше подходит на эту роль, ты познакомишься с ним и все сама поймешь.

- Спасибо, - едва слышно сказала девушка, - за все.

Энгирр посмотрел на нее и увидел, что она тихо плачет, прикрывая лицо руками. Образ Нис-Инису неотступно преследовал ее, всплывая перед глазами снова и снова, несмотря на все ее попытки отогнать дурные мысли.

Недолго думая он поднялся с места, не желая видеть слезы или не зная, как реагировать на них и заявил:

- Пора увидеть девочек.

Может быть Инанне стоило расплакаться, может быть нет. Может быть Энгирр не хотел и не умел утешать. Но он подхватил девушку на руки и стремительно полетел в дом Майрис. Ведьма, прижилась к демону особенно крепко, полет позволял ей это сделать, не страшась, что он подумает о ней. Она почувствовала себя в такой безопасности, которую раньше ей могла даровать лишь мать наставница.

Они ворвались в дом с запахом костра.

-Инанна! Инанна! Сестрица! - девочки бросились к ней, и Инанна, растроганная до глубины души, крепко обняла первую подбежавшую.

-Амат, Ая, Шат! - шептала она, перебирая имена соучениц, нежно гладя их по головам и целуя в щеки. Их встреча была пронзительно трогательной, словно они не виделись целую вечность. Присутствие девочек мгновенно вернуло её к жизни, наполнив мощным приливом энергии и неистовой жаждой действовать. Казалось, она могла свернуть горы. Видя, что соученицы в безопасности, Инанна ощутила глубокую благодарность к Энгирру, хотя понимала, что её долг перед ним уже настолько огромен, что и нескольких жизней не хватит, чтобы расплатиться

- Инанна, Шуши рассказывает такие смешные истории, - пролепетала самая маленькая Ая, ей было около шести лет, она щелкнула пальчиком и в комнату влетел охваченный голубым огнем грифон.

Девочки смеялись и галдели.

- Шуши, Шуши! - расскажи еще.

- Хозяйка-а-а, - взмолился мухшуши.

Инанна щелкнула пальцем, и грифон бухнулся на пол, освобожденный от магии.

Девочки снова прыснули и защелкали по очереди пальцами. Шуши опять взвился в воздух, страж не выдержала и скрывая смешок, строго сказала.

- Девочки не обижайте его хватит, уже!

- Инанна, когда мы вернемся в школу? - спросила переставшая смеяться Матим.

Страж улыбнулась и погладила маленькую ведьму по голове.

- Пока не могу ответить на твой вопрос, - честно проговорила она.

- А мне здесь тоже нравится, - пискнула Ая, она была самой младшей. - Здесь нас ничего не заставляют делать, воду таскать, например, или посуду мыть.

- Это пока. -прозвучал требовательный голос Майрис.

Инанна обратила внимание, что Энгирр незаметно ушел, а на смену ему вошла хозяйка дома. Девочки притихли.

- Скоро будем спать ложиться, идите умывайтесь. Кто не прибрал посуду за собой на столе? -взмахивая руками перечисляла женщина.

Девочки, опять, на удивление для Инанны, послушно пошли выполнять поручения Майрис.

- Хозяйка, - откуда не возьмись появился над ее ухом грифон, - Она демоница, очень сильная.

- Я все слышу, - шикнула Майрис.

Шуши сразу исчез.

-Я сама хотела сказать, - лекарь развела руками, её улыбка казалась немного загадочной. - Я мать Энгирра. - Но я не почувствовала никакой силы, никакой энергетики? - страж удивлённо оглядела свои руки. - Разве… я? Я ранена! - Нет, нет. С тобой всё в порядке, - женщина успокаивающе замахала руками и подмигнула. - С тобой более чем всё в порядке. Ты очень сильна. Просто я живу давно и многое умею. Но если хочешь, я покажу тебе свою истинную форму и… ме-лам, если осмелишься встретиться с моей демонической сущностью.

Внезапно её глаза моргнули неестественно, не как у человека, а по вертикали, в противоположном направлении, и потемнели. Инанна не испугалась, но видеть истинную форму женщины не захотела.

- Благодарю, я воздержусь.

- Вот и я думаю, что незачем, - улыбнулась Майрис.

- Теперь понятно почему, вас девочки слушаются и Шуши притих, да еще лепешки готовит! Не буду уточнять, как вам это удалось.

- Я не притих. - пикнул Шуши, но видимым не стал.

Инанне показалось, что он храбрится, чтобы не упасть в глазах хозяйки больше, чем он уже упал.

- Шуши ты большой молодец, что заботишься о девочках, - похвалила страж.

Он мигом объявился и запрыгнул на руки.

- Значит отец Энгирра человек? - спросила осторожно Инанна.

- Да, - вздохнула женщина, - Но он погиб, Кушим почти не помнит его, а вот Энгирр да, его смерть сильно сказалась, на нем.

Еще одна боль и шрам, на сердце демона, - подумала ведьма.

- Это печально.

Майрис снова вздохнула.

-Энгирр хранит молчание о пережитом. Он лишь обмолвился о заточении, но не раскрывает подробностей своего исчезновения. Я вижу, как изменился его облик, замечаю скрытые, хоть и тщательно маскируемые раны. Он сильно похудел. Может быть, ты сможешь пролить свет на обстоятельства вашего знакомства?

- Если Энгирр сам не желает говорить, то как же я могу раскрывать его тайны? — уклончиво ответила страж, её голос звучал сдержанно. Как можно было рассказать матери, о том, что она видела на арене Иддин-Дагана?

В глазах Майрис мелькнул огонек разочарования. Очевидно, она ожидала иного ответа, но благоразумно решила не настаивать.

В комнату вернулись девочки.

- Мы готовы, - по переменке заявляли они.

Женщина поманила рукой Инанну и указала куда идти, все прошли в комнату.

На полу были расстелены ковры и козьи шкуры, лежали подушки с кисточками по числу девочек и одеяла, в комнате было тепло, горели свечи.

- Лежаки, так быстро не сделать на всех, на это нужно время, - обходимся пока так. - сказала Майрис.

Девочки забежали в комнату и стали бросаться подушками.

- Я не знаю, как отблагодарить вас, -глаза Инанны снова заблестели, - У меня есть кое какие деньги.

Женщина махнула рукой.

- Оставь их при себе, мы здесь ими не пользуемся и кроме того, Энгирр сказал ты спасла его из темницы, где он был шесть лет, это я в долгу перед тобой навсегда, - серьезно сказала Майрис и обратилась к девочкам.

- Не шумите сильно и ложитесь спать, на сегодня уже никакой магии.

Майрис выдохнула, и тонкие язычки пламени на свечах, стоявших в дальнем углу комнаты, мгновенно потухли. Они прикрыли дверь и услышали, как девочки продолжают шептаться и тихо смеяться.

- Хорошие девочки, все хорошие. – кивнула демоница.

Майрис проводила Инанну в ее комнату, дом оказался довольно большим и добротным.

Инанна захотела услышать историю любви демоницы и человека. Ведь в её представлении такие чувства существовали лишь в легендах и сказках, далеких от реальности. Преодолев внутреннюю борьбу с любопытством, девушка нерешительно задала женщине вопрос о знакомстве с отцом Энгирра, совершенно не ожидая, что Майрис согласится поделиться столь личной историей.

Демоница отреагировала на просьбу с теплотой, ей нравилось вспоминать любимого человека и хранить память об их отношениях. Девушка выпила приготовленный для нее отвар и приготовилась слушать, улегшись на чистую постель.

Майрис поведала, как однажды вступила в ожесточенную схватку с тысячелетним демоном. Их битва длилась несколько дней, ни один не уступал другому, пока демон не нанес ей ранение. Пришлось спешно отступать. Майрис мгновенно приняла облик крошечной птички, полностью скрыв свою демоническую ауру – так же, как она сделала это сегодня. Это позволило ей ускользнуть от грозного демона, который, к счастью, был слеп от рождения.

Она долго летела, но рана настолько ослабила ее, что та упала, пролетая над городом, в военном гарнизоне. Свалилась прямо в сборище отдыхающих солдат, их позабавила птица с раненным крылом, они стали, подгонять ее веточками, кидать камушки и посмеиваться. После они притащили кота, думали он съест птицу. Но животное, в отличии от людей почувствовало демоническую ни и со страху удрало. Люди слепы, если демон не принимает человеческую форму, они могут и не распознать нечисть.

Насмешки солдат не утихали, пока на их заливистый хохот не явился тот, кто должен был стать ее спасителем и будущим мужем – начальник гарнизона, Саргон. Он сурово отчитал солдат за их ребячество, заставив их взяться за работу, а несчастную птицу унес в свой кабинет. Там, в тишине, он посадил ее в клетку, обронив, что прежде в ней обитал попугай, но тот ушел из жизни от старости. Не возлагая особых надежд на выздоровление подранка, Саргон, тем не менее, ежедневно приносил ей воду и зерна, и нежно почесывал пальцем взъерошенный затылок птички.

Майрис понадобился месяц на выздоровление, и восстановление от нанесенных ран. Все это время она ничем не выдавала своего демонического происхождения и с интересом наблюдала, за молодым капитаном. Он оказался, умен, красив, начитан, справедлив и совершенно притягателен, для нее.

Когда птица к удивлению, Саргона выздоровела, он хотел ее отпустить, но Майрис уже совсем не хотелось улетать и как рассказать правду о себе она не знала. Тогда юноша спросил у птицы почему она не хочет улетать, не ожидая ответа, но внезапно получив его. Женщина сообщила, что улетать не хочет, что она давно живет и очень сильно скучает, а здесь ей пока интересно.

Проницательный Саргон, догадывался, что с птицей что-то не так, либо ее чудесное выздоровление, либо то с каким живым интересом она наблюдала за ним, выдали ее, но он к удивлению, Майрис он совсем не испугался, а наоборот стал расспрашивать ее, о местах где она была, что видела, какой полет на вкус и еще много чего.

Они много разговаривали, смеялись, привыкая к обществу друг друга, со временем не желая расставаться, Саргон оказался очень неординарным собеседником.

-Энгирр совсем не хороший собеседник, - вдруг отметила Инанна, - он всегда был такой молчун?

Майрис засмеялась.

- Так Кушим пошел в Саргона, Энгирр больше похож на меня в молодости. Поэтому меня так привлек, его отец, по сравнению с ним, я была неразговорчивой, драчливой и имела не самый лучший характер. Но для Саргона я старалась быть милой, показаться ему в своем привычном амплуа мне не хотелось, я боялась разочаровать его! -покрутив в воздухе указательным пальцем, подмигнула хозяйка дома.

Когда мужчина спросил, не является ли Майрис демоном, та ответила, что это так, и это тоже не остановило юношу, уже смирившегося с присутствием необычной гостьи.

Однажды в городе назрело восстание, люди ополчились против энси и подняли мятеж. Войны сражались, Саргон был ранен, пришел черед демонице спасти возлюбленного, да именно тогда женщина осознала, что влюбилась и смириться с возможной гибелью, она никак не может. Он думал, что его рана смертельна и стал сокрушаться, что никогда не увидит своей родной деревни, кроме того, служба жадному энси, разочаровала его.

Тогда Майрис впервые приняла свой истинный облик и унесла его из города. И в этом облике она не напугала его. Тогда женщину страшило только то, что мужчина умрет, и она больше никогда не увидит его. Со злости, демоница принесла его в Киш, в царскую семью, устроив там чудовищный переполох и потребовала, чтобы его излечили царские лекари.

И они действительно вылечили его, после она унесла его в родную деревню.

Майрис думала, что, увидев ее истинный облик, мужчина больше не возжелает видеть ее, но он упрашивал женщину остаться вместе с ним, хотя даже ни разу не видел ее человеческий облик. Когда демоница превратилась в девицу, счастливый Саргон предложил ей жениться и прожить с ним вместе жизнь. Он стал главой и родились сыновья. Майрис стала изучать медицину, видя, как короток век людей… но …

Женщина посмотрела на Инанну, девушка крепко спала. Она вздохнула и ушла, тихонько прикрыв дверь.

Глава 11. Принц Этана.

Кушим был поразительно похож на Энгирра, но лицо его было добрым, открытым, харизматичным и остроумным. Он был широк в плечах и высок. Возможно за время пленения, демон изменился и исхудал, а раньше был таким же.

Кушим располагал к себе с первой минуты общения, за ним хотелось следовать и прислушиваться к его мнению.

Он радушно встретил Инанну, положил ей руки на плечи, как-то по-отечески, хотя был старше не на много лет. Возможно опыт управления деревней и людьми сделал его таким, возможно таким он был сам по себе.

- Друзья Энгирра, мои друзья. Тебе всегда будут рады в этом доме, Инанна.

- Вы очень гостеприимны, благодарю, мы весьма признательны, вам за приют.

Инанна вспомнила, что Энгирр плел косички этому, внушительных размеров, мужчине и невольно улыбнулась. Страж думала, что Майрис тоже будет присутствовать, но женщины не было, видимо та в управленческие дела сына не вмешивалась, за то были Энгирр и Этана.

Принц с серьезным лицом сидел за столом и следил за происходящим. Инанне еще не удалось толком пообщаться с ним и узнать, что он за человек. Нис-Инису сказала, что его нужно сопроводить к деду Асархадону в Ниппур, и она исполнит волю наставницы.

Девушка была в мятежном расположении духа. Цепь больше не связывала ее и демона. Он, если пожелает может не следовать за ней, и возможно именно так и поступит. Страж открыла для себя, что очень нуждается в его помощи, она осознала это, как никогда раньше и предстоящий разговор ее тяготил, ибо планов голубоглазого она не знала. Кроме того, как быть с девочками-ведьмами, забрать их с собой, оставить здесь, было бы самым надежным местом, под крылышком Майрис, но предложения остаться, пока не прозвучало. Ведьмы сомнительные гости, все же. От них избавляются собственные родители, что уж говорить о посторонних людях. И как бы восприняли деревенские эту новость. Все эти мысли, клубились в ее голове не давая покоя.

Утром Майрис принесла кучу табличек, сказала они увеличились в размере, подобно девочкам -жемчужинам и находились в ее сумке. Возможно Нис-Инису сделала это, каким-то образом передав ей послание, в тот краткий миг, что они успели увидеться. Таблички Инанна изучить не успела, решила сделать это после собрания.

- Вам нужно отправиться в путь и помочь принцу добраться в Ниппур, - продолжил Кушим и нахмурившись добавил, - Все осложнилось тем, что наместник Иддин-Даган собрал войско и выступил в Ниппур, желая устранить соперника, возможно он считает, что Асархадон укрывает Этана, а он все-таки наследник.

Позже Инанна узнала, что Энгирр слетал на разведку, пока она отсыпалась и узнал последние новости.

- Про Ташмету ничего не известно, - также проинформировал Энгирр, - но вероятно она заодно с Даганом.

Голос демона при упоминании ненавистного имени, становился грозным.

- Сколько нужно дней, чтобы добраться до Ниппура? - уточнила Инанна. - Я ведь даже не знаю, где мы находимся.

- Я унесу вас, - отрезал Энгирр. - У меня свои счеты с наместником, рано или поздно мы встретимся.

Демон пойдет с ней.

“О, слава богам!”- подумала ведьма про себя. Как будто тяжкая ноша упала с ее плеч, и она почувствовала небывалое облегчение. Ее переполняла надежда на успешный исход миссии. Демоном руководила месть, и она была оправдана, но это почти неважно, а значимо лишь, то, что он будет рядом.

- Что касается девочек, - начала Инанна, - я могу их забрать с собой, такими же жемчужинами...

- Это слишком опасно! Не за чем так рисковать, они еще совсем дети. Майрис присмотрит за ними. - улыбнулся Кушим.

Страж вновь отметила, его добросердечный нрав и как легко глава располагал к себе.

- Но ведьмы — это сложно, - осторожно сказала страж, боясь, как бы Кушим не передумал со своим предложением.

- Так решила сама Майрис, - только повел плечами глава. - Когда вернешься, будешь вольна поступить с ними, как тебе заблагорассудится.

Вернется ли? Пронеслось в голове девушки. Доставив принца, ей непременно нужно разыскать Ташмету

-Хорошо пусть так и будет. - облегченно кивнула Инанна

- Позвольте мне высказаться, - кашлянул принц Этана, обращая всеобщее внимание на себя.

Все озадаченно обернулись к юноше. Он был молод, с точеными чертами лица, и держался с такой гордой осанкой, что в каждом его движении читалось благородное происхождение. Ему хватало легкого поворота головы, чтобы без слов дать понять: он здесь — господин, а остальные — лишь свита. И что удивительно, это не вызывало ни тени раздражения, лишь воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Его проницательный взгляд, словно клинок, пронзал троицу.

- Мы должны отправиться не в Ниппур, а в Киш, -произнес он, — к визирю Син-Убалиту. Наша цель - убедить его выступить с войском на помощь деду, против наместника Иддин-Дагана.

Инанна и Энгирр удивленно переглянулись, услышав неожиданное предложение юноши. Принц не собирался прятаться за спиной деда. Напротив, в его голове уже формировался четкий план, разрабатывалась стратегия. Этана видел себя только на передовой, в гуще событий, грядущей битвы. Его предложение было предельно простым и логичным.

- Ха, - вдруг отозвался Кушим, - Кто и как убедит это сделать визиря?

- Я это сделаю! - серьезно изрек Этана, - Вы должны довериться мне.

Инанна открыла рот от удивления. Она сама бывала заносчивой и дерзкой, но Этана, кажется переплюнул ее. Он говорил так, что волна царского благоговения, исходящего от юноши, едва не опрокинула, ее со скамьи, на которой она сидела

- Громко сказано, как ты собираешься убедить его? - ставя под сомнение высокопарные речи молодого наследника, спросил Кушим, требуя аргументов.

- Во-первых, я рос и воспитывался, как будущий царь. Син-Убалит служил мне с детства и сейчас, просто продолжит делать, то что делал всегда. А во-вторых, я просто покажу ему и членам совета его! - Этана многозначительно указал рукой на демона, стоящего с серьезным лицом, скрестив на груди руки.

Теперь рот открыл Энгирр, настолько просто принц решил использовать его в своем тайном замысле, даже не испросив его согласия предварительно, словно мироздание и все планеты вращаются вокруг его благородной воли.

Кушим рассмеялся, почесав черные волосы, под маленькой повязкой.

- Энгирр точно умеет убеждать! - поддакнул он, отмечая, что с этим сложно не согласиться и аргумент оказался вполне весомым.

Нис-Инису говорила о другом, пронеслось в голове девушки, но конечной целью была помощь принцу Этане.

- Большое войско у Иддин-Дагана? - спросила Инанна.

- Большое, - кивнул Энгирр.

- И неизвестно, что с Ташмету.

Идея юного принца и возможно будущего царя, оказалась отличной. Спорили они не долго и вскоре разошлись. У Инанны отлегло от сердца, демон отправится с ней, а девочки останутся в безопасности.

***

Большая часть табличек была учебным пособием по воспитанию ведьм, уроки, заметки, наблюдения. Многолетний труд Нис-Инису, бесценные записи по формированию и становлению людей с даром.

Малая же часть, была скорее дневником, личными откровениями, посвященным Ташмету, и велась довольно давно. Способная, талантливая, исполнительная ведьма, обладающая блестящим умом, должна была занять место Нис-Инису в школе. Все безропотно выполнявшая сиротка, безоговорочно разделявшая традиции эддуба и учения.

Между тем за минувшие годы, Нис-Инису с прискорбием для себя увлеклась, поиском и разработкой артефакта, способного подчинить разум как демона, так и человека. С полным контролем над любым существом и созданием марионетки.

Инанна изумилась, как ее благочестивая наставница пришла к таким результатам, противоречащим, учению свободолюбивых обладающих достоинством ведьм, не понятно.

Подчинить волю демона и заставить безоговорочно служить невозможно. А используя такой магический предмет на людях, можно совершить множество сомнительных преступлений.

Некоторые места текстов, были переписаны и перечеркнуты, словно Нис-Инису, временами была не в своем уме, образовывались пустоты в повествовании, как провалы в памяти и это насторожило Инанну, словно что-то руководило матерью-наставницей и подталкивало к сотворению порочной реликвии.

Многолетняя борьба со злыми духами, демонами и всякого рода нечистью, возможно натолкнула ее на это. Непростительно было, то что наставница вовлекла послушную Ташмету в свои изучения, поручая ей различного рода задания, по сбору составляющих для артефакта и поиску информации.

У Инанны в голове назревал конфликт, между светлой памятью о Нис-Инису и неожиданно открывшимися подробностями.

И если изучения демонов еще, как-то принимались разумом девушки, то остальные откровения ошеломляли.

Иддин-Даган одержимый извращенной жаждой власти, пытался покорить демонов и использовать их в качестве оружия. Об этом Нис-Инису узнала, исходя о различных волнениях демонов, пропажах или вспышках демонической активности на территории наместника.

Наставнице доводилось общаться с наместником и обсуждать с ним некоторые вопросы связанные, с общими интересами! Это совершенно не сходилось в сознании ведьмы. Ничто не могло объединять этих двух людей! Но судя по записям дневника, они поддерживали общение.

Самым мерзким заданием для Ташмету, стало втереться в доверие Иддин-Дагана, что закончилось тем, что они стали любовниками.

Инанна вспыхнула! Такая грязь! Ее накрыло волной справедливого гнева. И что же Ташмету, она все спокойно выполняла, с холодным беспристрастным лицом, как всегда.

Инанна не могла поверить, читать дальше ей стало противно. Собравшись и отдышавшись, она продолжила. Артефакт был создан!

Именно его и просила передать царю Арвиуму Нис-Инису, для помощи подруге А-Машу.

Инанна взорвавшаяся от негодования швырнула табличку в пол, и та разбилась в дребезги, закричав девушка сожгла ее магическим пламенем.

-Никто не должен об этом узнать, особенно девочки. Их мир не должен разрушиться. В их памяти Нис-Инису должна остаться чистой и непорочной.

Такой артефакт необходимо уничтожить во что бы то ни стало, никто не имеет права владеть им и превращать живых существ в послушных марионетках. Как Нис-Инису могла так отступить от учения! Наставница и сама осознала это, но было уже поздно. Когда она стала подозревать Ташмету в двойной игре, то поручила доставить тайную вещь, которой она дала имя, Око Нергала в Киш. Так в игру вступила Инанна.

И теперь этот артефакт находится в руках ополоумевшей Ташмету!

Вот почему она кричала, что Нис-Инису сломала ее...

Инанна никак не могла уложить в голове происходящее. Повествование рассыпалось на части, оставляя лишь тревожные вопросы. Но что бы ни происходило, Ташмету нужно было остановить. Она не только убила Нис-Инису, но и хладнокровно расправилась с невинными сестрами, действуя скрытно, поодиночке, пока никто не успел понять, что происходит. Теперь Ташмету снова затаилась, и никто не знал, что творится в ее голове.

Инанна развернула кулек от Эрэсти – подарок для матери-наставницы, содержащий целебные пилюли. Ведьма сжала кулак, стиснув зубы, и сожгла их голубым пламенем. Ей не кому было передать этот дар. Горечь, словно яд, разливалась по венам, разрушая и отравляя ее мир до самого основания.

***

Покинуть деревню, решено было ночью, по расчетам Энгирра, ночью же они и вторгнутся во дворец А.

Инанна попрощалась с девочками, те послушно стояли в ряд. Она вручила таблички Нис-Инису Майрис, чтобы та имела представление, о том, что такое ведьмы. Демоница обладавшая любознательностью, с удовольствием погрузилась в изучение.

Инанна собрала с собой некоторые вещи, уменьшив их с помощью магии. Так же она наложила заклятие на их троицу, чтобы они были невидимыми для посторонних глаз и могли добраться до дворца не замеченными.

Этана сообщил о наличии придворного колдуна при царе. Однако, сравнивая увиденную принцем магию в школе табличек с тем, что мог предложить придворный вещун, принц пришел к выводу, что последний, скорее всего, является астрологом и шарлатаном. Уровень мастерства, продемонстрированный даже самыми юными ученицами школы, значительно превосходил то, что принц мог ожидать от дворцового предсказателя. Поэтому магического противодействия со стороны последнего принц не предвидел.

Они и не собирались проникать во дворец абсолютно незамеченными. Нет. Принц Этана спустился с небес, величественный и грозный, с высоко поднятой головой, окруженный пульсирующим магическим сиянием. Энгирр принял свою пугающую форму, заставляя всех встречных в панике отступать. Инанна, не скрывая вызова, демонстративно зажигала огонь на глазах у всех. Их появление было настолько впечатляющим, что внушало неподдельный трепет. Стража, сбежавшаяся на грохот и крики слуг визиря, замерла и отступила, когда юноша выступил вперед и громко произнес...

-Я ваш принц! Я желаю видеть визиря?!

Его голос прозвучал так легко и уверенно, будто он каждый день так объявлял о своем возвращении.

Стражники тут же бросили оружие.

-Принц вернулся! Принц Этана во дворце! - зашумели вокруг.

-Но с ним демон...

-...И ведьма, - перешептывались они, пятясь назад.

-Принц жив! Он не пропал! - это было просто невероятно!

Визирь, примчавшийся почти в чем мать, родила, увидел принца и просто не мог поверить.

-Ваше величество! Вы вернулись! Я уже думал, что все потеряно, - запричитал он, с опаской косясь на Энгирра.

Насколько визирь был честен, сейчас определить было сложно.

- Господин, Син-Убалит всегда к вашим услугам! -продолжал кланяться он. - Я запретил, что-либо менять в ваших покоях и трогать ваши любимые книги. Я ждал вашего возвращения.

Спустившийся с небес принц Этана, не собирался откладывать дела в долгий ящик, он объявил себя преемником, ибо его отец почил, и он по праву рождения готов принять на себя роль исполняющего обязанности царя, до коронации!

После этих слов, неожиданно заревел Энгирр. Все это было оговорено заранее и сработало именно так, как и предполагал принц.

Этана приказал Син-Убалиту собрать совет старейшин и жрецов, для обсуждения вопросов надвигающейся войны и вопроса престолонаследия.

После они удалились. Инанна приказала Шуши следить за принцем и держать ее в курсе дела.

Мухшуши едва заметно подрос, как показалось ей. Ведьмам никогда не кажется, напомнила она себе, а значит грифон действительно быстро восстанавливался, как и всякий демон.

Предоставленные сами себе Энгирр и Инанна отправились в город.

Инанна пребывала в смятенье, не решаясь открыть демону правду о совершённом Нис-Инису проступке. Возможно, Ташмету планировала применить Око Нергала на самом Энгирре, но не успела осуществить задуманное, учитывая их побег. Демоны, находившиеся под контролем Ташмету, атаковали школу, по всей видимости, не по собственной воле. Инанне было крайне неловко признавать, что её наставница, чью праведность она столь высоко ценила, создала подобный артефакт, который теперь оказался во владении Ташмету. Тем не менее, она осознавала необходимость сообщить ему о существовании столь значимого предмета.

- Хочу показать тебе одно место, - прервал ее мысли демон. - Я часто здесь раньше бывал.

- Ты часто бывал в столице? - сначала удивилась страж, а потом подумала почему бы и нет. Он волен летать, где и когда хочет.

Наверно это здорово, иметь возможность — вот так вырваться куда пожелает душа. За последние дни на Инанну навалилось слишком много противоречивой информации и событий. Она немного утратила былую дерзость и смешливость.

Может быть так угасает вера или надежда, с тоской подумала она.

Энгирр направил Инанну к таверне, которая с виду ничем не отличалась от других. Однако, подойдя ближе, девушка уловила нежные переливы музыки, доносящиеся изнутри.

Внутри, помимо обычных, грубо сколоченных столов, было выделено место для музыканта. Там, с добродушной полнотой, сидела женщина, чьи пальцы ласково касались струн лютни. Рядом с ней стояла кружка с пивом. Посетителей было немного, и мелодия звучала неспешно, словно убаюкивая, прерываясь лишь на короткие, задумчивые глотки. Но стоило ей заметить Энгирра, как она вздрогнула и подскочила, едва не расплескав свое пиво.

- О боги, Энгирр, каким попутным ветром Энлиль[1] наконец то привел тебя сюда! -женщина бесцеремонно набросилась на демона. Она была дородная, пышная и громкая. -Ты совсем позабыл, старушку Наршум.

Она обхватила демона и поцеловала его в обе щеки, едва не приподняв его над землей. Неожиданно увидев Инанну, Наршум отстранилась, и слегка недоуменно посмотрела на девушку.

- Это еще кто? - указала она, на нее как-то недовольно.

Инанна потерла пальцами переносицу. Странное место же решил показать ей демон. Эта женщина, сейчас испепелит ее взглядом или сожрет на месте.

Энгирр тоже не ожидал такого приветствия. Что-то пошло не совсем так, как он планировал.

- Энгирр! - прервал их разговор шинкарь, - Куда ты запропастился, без таких клиентов как ты и разориться не долго. Он оттолкнул Наршум и учтиво пригласил Инанну пройти к столу, - Энгирр не один, прошу вас господа присаживайтесь!

Инанна испытующе посмотрела в голубые глаза демона, задавая немой вопрос.

- Я хотел угостить спутницу финиковым сиропом, конфетами и познакомить с лучшей исполнительницей музыки на всем белом свете, - он посмотрел на Наршум, как зверь, которого неожиданно укусил шакал.

Шинкарь вскинул хлопотливо руки.

- Сейчас, сейчас все будет! - сказав это он убежал.

Инанна подумала, так вот как Энгирр любил проводить время. Довольно беспечно.

Наршум уселась, напротив. Снова выпив пива, она с интересом наблюдала за Инанной, а затем повернулась к Энгирру.

- С твоим исчезновением, мне совсем не с кем поиграть, - жеманно сказала она.

- Ты играешь на инструментах? - удивилась Инанна, услышав фразу, брошенную музыкантшей.

Наршум расхохоталась как сумасшедшая, и начала колотить большой ладошкой по столу, грозясь его сломать на пополам.

- Что за котенка ты привел? - не унималась женщина, дыхнув в лицо девушке изрядно выпитым. - Наивная простота.

Обида захлестнула Инанну, и она уже готова была встать и уйти. Назвали наивной – это было слишком. Но прежде чем она успела двинуться, рука Энгирра легла на ее ладонь, словно говоря: "Постой". Его взгляд, полный явного неодобрения, метнулся к пьяной Наршум, и та, наконец, угомонилась.

- Мы пили на спор, - шепнул он ведьме, - Кто больше выпьет пива. Я тебе скажу проще умереть, чем ее перепить! Как бездонная бочка! И кроме того она знает, все новости столицы.

Это Инанне показалось уже куда более полезным умением, чем пить до упаду. Девушка присела.

- Ну ладно, ладно, - успокаивала саму себя Наршум, чтобы уже перестать смеяться, - Как представлю, как ты на арфе играешь, так сразу остановиться не могу опять.

- Где ты был так долго? -она подсела к демону и по-свойски положила руку ему на плечо.

Хозяин таверны принес сладости, орешки и пиво. Энгирр незаметно положил ему какие-то деньги, тот довольно взял, осмотрел и с еще более счастливым лицом удалился.

- У меня были трудности, - серьезно произнес демон.

То доверие, с которым голубоглазый поделился своими неприятностями, пусть и всего одним словом, заставило стража предположить, что Энгирр доверяет странной музыкантше.

Развязная Наршум, иронично ухмыльнулась.

- Я рада, что ты жив, здоров. Чтобы не произошло, надеюсь это в прошлом.

- Нет. -отрезал демон, - Скажи, что ты слышала о наместнике Иддин-Дагане?

Женщина почесала подбородок, накрашенным пальчиком.

- Жестокий человек. Поднял стяг против Асархадона, а когда он расправится с ним, придет по наши души. Правда есть еще Ису-Нергал, но он дальше на севере, мы ближе. Я всем говорю об этом. Быть большой войне.

- Многие думают, так же, как и ты? -полюбопытствовал Энгирр.

- Многие, - кивнула Наршум. - Иддин-Даган снискал себе славу злого человека и тирана- правителя. Никто не хочет иметь с ним дело. Но не это самое главное. Говорят, ему помогала ведьма, а у нее в услужении имеются сильные демоны. Она учинила резню в Эриду.

- Помогала? -переспросила Инанна. - Почему в прошедшем времени?

- Да, котенок, - кивнула Наршум, - Говорят, она где-то затаилась, или может они не поделили что. Но в Ниппур Даган идет один.

Стоило ли верить информации этой женщины, проверить не предполагалось возможным.

Энгирр сжал кулаки, без Ташмету шансы Дагана уменьшаются, это было очевидным. Если только это не ловушка. Ведьма-перевертыш таилась. Она не выдала себя тогда на арене. И тем самым смогла обмануть Инанну, чтобы та провела ее через барьер в школе табличек. Так же скрытно, Ташмету охотилась на сестер. Но если ведьма и вправду отступила от Дагана, то самое удобное время напасть на него именно сейчас.

- А еще…- музыкантша щелкнула пухлым пальчиком по носу Энгирра, - Этой ведьме служат демоны, она подчиняет их себе магией.

- Не может быть, -демон призадумался, - разве есть такая магия, которая может заставить свободного демона служить без договора или контракта, против его воли.

- Око Нергала, - прошептала Инанна.

Наршум и Энгирр посмотрели на девушку.

- Есть такой артефакт, он подавляет волю любого существа делая из него марионетку, Око Нергала. - повторила девушка.

- Впервые слышу о таком, -махнула ручкой Наршум.

Инанна ради приличия съела пару орешек и конфеты, которые оказались на удивление вкусными. Шинкарь увидевший, что гостья ничего не ест любезно обратился к Наршум.

- Гости совсем не притронулись к еде, милая моя сыграй что-нибудь для аппетита.

Женщина, глядевшая на потухшего Энгирра, который видимо, как-то по-другому планировал встречу, вздохнула и приятно улыбнулась.

- Хорошо, - податливо ответила она, упорхнула на свое место и взяла в руки лютню.

Ничего особо не ожидавшая Инанна, была приятно удивлена, сладострастными звуками и мелодии изливающейся из-под пальчиков умелой музыкантши.

Ведьма не заметила, как мыслями унеслась далеко, в красивое путешествие, которое дарило благодать и покой в мыслях. Она ощутила себя птицей, парящей в небесах, греющейся в лучах солнца. На сердце потеплело, на душе стало светло. В голове вдруг пронеслось, что она может справиться с любой неприятностью и помехой.

Когда Наршум прекратила, страж очнулась, ощущая приятное послевкусие в груди.

- Как красиво. - выдохнула ведьма.

- Лютня, - сказал Энгирр, - Все дело в ней. Она зачарована. И слушается только Наршум. Только в ее руках она может издавать такие звуки.

Инанну очень заинтересовал такой инструмент. Переговорив с демоном и испросив разрешения у Наршум, она осмотрела необычную лютню. Провела над ней ладонью с голубым пламенем и глаза ее загорелись. В голове возник замысел.

- Многоуважаемая, Наршум, ваша музыка...

От такой вежливости у женщины перехватило дыхание и осознание того, что сейчас от нее что-то будет нужно охватило ее.

- Скажите, ваша музыка всегда столь приятно чарующа или же она может погрузить в уныние, испугать и наслать смертельно опасные мысли?

Музыкантша довольно улыбнулась, осознав, что произвела впечатление на девушку, а поняв, что перед ней ведьма заинтересовалась еще больше.

- Я могу заставить людей плакать от грусти, смеяться от радости, веселиться и плясать до упаду, но страх...ужас, - она призадумалась. - Нет, пожалуй, такого я не пробовала, зачем мне это, я люблю пить и веселиться. Люблю людей сильных и радующихся, зачем мне уныние, страх...нет это не по мне.

-Я могу усилить звук магией, – сказала Инанна Энгирру. Если бы Наршум сыграла что-то, что могло бы дезориентировать противника, это пригодилось бы в битве с Иддин-Даганом.

Мысль демону пришлась по вкусу. Однако может быть, лютня потому и выбрала Наршум, что та обращалась с ней просто, для души, даря людям приятные мгновения и наполняя воздух гармонией. В её сердце не было и тени желания причинить кому-то боль.

- Мы не будем причинять вред, мы просто немного отвлечем их, - сжав кулаки, убедила Инанна голубоглазого, - Стоит попробовать. Уговорим ее, -и сама обратилась к женщине.

- Многоуважаемая Наршум, а вы когда-нибудь бывали во дворце А?

[1] Энлиль (букв. «Владыка-ветер», аккад. Эллиль) — в шумеро-аккадской мифологии бог ветра, воздуха, земли и бурь.

Глава 12. Похищение.

Дворец А, напоминающий неприступную крепость, был окружен системой оборонительных стен, защищавших его как от внешних врагов, так и от жителей города. Внутри располагалось множество жилых комнат и внушительная парадная лестница, ведущая во двор. На ее вершине царь иногда появлялся перед подданными. Дворец также включал просторную галерею-зал с колоннами и мозаикой из раковин, изображающей военные сцены. Царские покои были украшены росписями и перламутровой инкрустацией. Конечно, многоуважаемая Наршум не бывала во дворце А. Откуда простой музыкантше из таверны, посетить пристанище царя и вельмож.

Приглашение ей крайне польстило, она сказала, что должна надеть свой самый лучший наряд и удалилась. Когда Инанна и Энгирр озвучили ей свои предположения, как можно использовать ее музыку, при этом никого, не убивая и даже имея возможность избежать большого кровопролития, женщина призадумалась. Ей отводилась некая роль мифического героя, в этой немой сцене, описываемой Инанной.

Главная роль миротворца, в воображении Наршум рисовала сцены из легендарных битв, где боги храбро сражаются с безжалостным врагом и побеждая, прославляются в песнопениях и увековечиваются в истории.

Они вернулись в дворец и как оказалось, собрание только завершилось. Принц Этана из простой одежды облачился в парадный наряд, для приема. Вид его и без того серьезный и взрослый, внушавший некое благоговение, стал еще более притягательным и величественным.

Несмотря на усталость и голод, преемник, отбросив все прочее, внимательно выслушал предложение Инанны.

Принц приказал, накрыть стол для него и гостей и приготовить комнаты для Инанны и Энгирра. Слушок о том, что принц вернулся и ему прислуживает ведьма и демон, очень быстро облетела округу.

Наршум довольная и красивая, уплетала изысканные блюда. Этана был учтив и вежлив. Идея о том, что с помощью музыки можно воздействовать на многочисленного врага, крайне заинтересовала его.

Женщина, выпив впервые вина[1], настолько раздобрела и повеселела, что обещалась сочинить самую лучшую музыку, усыпляющую врага. Мелодия устрашения, претила дородной певице, а наслать сон на войско противника, казалось вполне возможным и достойным для ее лютни занятием.

Когда они разошлись, было уже глубоко за полночь.

Инанна и Энгирр задержались в беседке под открытым небом, прежде чем разойтись по своим комнатам. Демон увлек девушку под навес, желая разузнать подробности об опасном артефакте.

- Почему ты ничего не рассказала мне про Око Нергала? - серьезно спросил демон.

Ведьма повинно склонила голову.

- Я узнала подробности из записей Нис-Инису. Мне было стыдно признаться, в том, что подобную вещь сотворила наставница.

Брови демона удивленно поднялись.

- Око сотворила Нис-Инису? - он прокручивал в своей голове и сопоставлял, какие-то факты, -Это смертельно опасная вещь. Если Ташмету захочет применить ее против меня и использовать меня как слугу, я могу нанести непоправимый вред. Как Око работает?

- Этого я не знаю, - расстроенно покачала головой ведьма.

Вид ее был настолько грустным и угнетенным, словно она сама совершила, какой-то проступок и теперь искренне раскаивается в этом. Ее скорее хотелось пожалеть, нежели поругать. Демон предполагал, что страж и без того себя корит и скорее всего испытывает не самые приятные эмоции, ведь дело касалось памяти ее любимой матери-наставницы.

Энгирр приблизился к Инанне и слегка приподнял ее подбородок, заглядывая ей в глаза, как будто пытаясь прочесть ее мысли. Он ждал, затаив дыхание ответа, одобрения или отказа.

Страж окинула взглядом его прекрасное лицо, встретившись с пронзительными голубыми глазами демона. Когда он приблизился, знакомый, нежный аромат масел окутал её. Его пальцы обожгли кожу, и она всем своим существом желала, чтобы это прикосновение не прекращалось, независимо от его намерений.

Взгляд Инанны скользнул с глаз Энгирра к его губам, и в глубине ее сознания вспыхнула жгучая, дерзкая мысль. Демон уловил этот невысказанный, красноречивый жест, и легкая, самодовольная улыбка тронула его губы. Он чувствовал всем своим существом, что ее ответ – "да".

Девушка смущенно закрыла глаза, лицо стало пунцовым, сердце отчаянно забилось, как маленькая птичка, но ей было все равно, словно во всем мире остались только они вдвоем, и она болезненно желала этой близости.

В этот миг губы Энгирра коснулись её губ — нежно, ласково, так, что дыхание перехватило. Его рука сжала талию, притягивая к себе, другая скользнула по руке и шее, затем запустила пальцы в её кудрявые волосы, крепко держа за затылок и прижимая к себе сильнее. Поцелуй стал требовательным, страстным, жадным. Девушку охватило пламя, а в животе запорхали бабочки.

Он привлек ее к себе сильнее, так что Инанна почувствовала изгибы его сильного тела и поддавшись напористому желанию, она обхватила демона в ответ, вцепившись руками в его спину. Энгирр вздрогнул, не ожидая от обычно стыдливой Инанны такого поведения, по его коже предательски прошелся мелам, теряя контроль. Девушка ощутила всем своим существом демоническую ни, но вместо обычного страха, испытала жгучее возбуждение, разливающееся по ее чреслам, желая подчиниться демону.

От нахлынувших на нее не испытанных ранее чувств Инанна испугалась и неожиданно для себя, с силой оттолкнула демона.

Энгирр молча отошел и нахмурился, словно увернулся от пощечины. Глаза его в свете луны блеснули, каким-то странным огнем. Инанна дышала глубоко и прерывисто, разгоряченная поцелуем и взъерошенная от его нежностей. Не выдерживая взгляда демона и то ли от смущения, то ли от неожиданности, она прикрыла руками лицо и начала считать про себя, чтобы успокоить дыхание. Ее счет прервал звук вспорхнувших крыльев, когда она убрала руки с глаз, демон взмыл в небо.

В ее голове произошел такой взрыв, что она присела и прижала ладонь к губам, которые вот еще секунду назад ласкал Энгирр.

Ей был нужен демон, его сила и ум – неоспоримая поддержка. Но как она умудрилась не увидеть, как между ними разгорается связь, стало для нее самой загадкой.

Инанна была настолько поглощена событиями последних дней, что совсем не думала о зарождающейся симпатии, кроме того Энгирр был так сдержан, что ей не пришло в голову, что подобное может случиться здесь и сейчас.

Поцелуй стал неожиданностью, такой приятной и волнительной, что, будучи не подготовленной и не искушенной, ведьма совсем растерялась.

Теперь, взирая на лунное и звездное небо, туда, куда исчез демон, она с сожалением осознала, что он, возможно, неверно истолковал её жест.

Она направилась к себе в комнату с твердым намерением, на следующий день объясниться и примириться с Энгирром.

В душе Инанны бушевало пламя, которое она никак не могла потушить. Девушка пришла в свою комнату и пару секунд стояла не шевелясь, чтобы глаза могли привыкнуть к темноте.

-Хозяйка! – вырвался сдавленный писк Шуши. Внезапная голубая вспышка ослепила, ударив совсем близко. Девушка, не ожидавшая такого подвоха, такого нападения, рухнула на пол. Попытка произнести хоть слово захлебнулась – язык словно прилип к нёбу. Ее сковало заклятие.

-Когда я услышала, как легко вы проникли во дворец, я подумала: а почему бы и мне не повторить ваш успех? - Голос Ташмету, словно шепот из самой тьмы, прозвучал зловеще тихо. Она выговаривала каждое слово с пугающей ясностью, чтобы Инанна сполна ощутила всю тяжесть момента.

"Не может быть!" – эта мысль пронзила сознание скованной девушки. Ташмету напала на неё прямо в её же покоях. Какая глупость! Нужно было установить барьер сразу по прибытии, или хоть как-то обезопасить себя. Они готовились атаковать Иддин-Дагана, и никто, абсолютно никто, не ожидал, что нападут на них самих. В руках бывшей стражницы бился Шуши. Её ладонь, объятая голубым пламенем, сжимала его тонкую шею. Он едва дышал, судорожно высунув свой змеиный язык.

- Самый бесполезный грифон, которого только можно встретить. Ты и в школе табличек никак не проявил себя и здесь, словно червяк извиваешься- она произнесла это с презрением и швырнула демона в колонну, тот ударившись упал на пол, продолжая задыхаться охваченный магическим огнем, как силком, казалось он не выживет.

Инанна вытащила шпильку из волос, но Ташмету резким движением предупредила ее действие и ударила девушку по лицу, при этом уронив столик, на котором стоял кувшин с водой. Страж выронила шпильку, ее охватило пламя, которое наслала противница и двигаться девушка больше не смогла.

В сознании Инанны застряла лишь одна мысль: она так и не сможет объясниться с Энгирром, не сможет поведать ему о своих чувствах. Смирившись с худшим исходом, она напряглась до предела, пытаясь разрушить заклятие. На ее шее вздулись вены, отражая внутреннюю борьбу.

- Сестра...- выдавила она.

Лицо Ташмету не дрогнуло, хотя обращение, принятое в школе табличек, привели ее в замешательство. После убийства Нис-Инису вряд ли она уже могла называться сестрой.

- Мне не интересно, что ты хочешь мне сказать, - бросила разъяренная бывшая соученица и небрежно махнув рукой, заставила Инанну молчать.

Видимо она слегка переусердствовала, потому что страж потеряла сознание. Ташмету огляделась и щелкнула пальцами.

- Заберите ее. -сердито приказала она.

Из темноты выступили все те же два демона с повязками на глазах. Один перекинул девушку через плечо и вспыхнув исчез, второй последовал ее примеру.

Ведьма окинула взглядом извивающегося у стены Шуши и с досадой вздохнула.

-Ты настолько бесполезен, что даже не стоишь моих усилий. Ну же, прояви хоть какую-то инициативу! - c этими словами, резко взмахнув руками, она растворилась в воздухе.

Шуши задыхаясь вытаращил глаза, он пытался ползти, неизвестно для чего, но пытался изо всех сил. Демона убить сложно, пусть и в таком состоянии он оставался довольно сильным, чтобы просто так сдаться. Кувыркаясь, как рыба, которую вытащили на берег, он увидел практически у себя под носом шпильку Инанны.

Не питая надежд, он из последних сил пополз к ней. Внезапно, шпилька, пропитанная магией хозяйки, стала для мухшуши глотком спасительной силы. Рев, вырвавшийся из его груди, был полон отчаяния, но позволил высвободить одну лапу. Почувствовав проблеск свободы, он схватил шпильку и вонзил ее наугад в себя. В магическом поле, что сжимало его, образовалась крошечная брешь. Шуши взвизгнул – надежда на спасение забрезжила.

***

Плененная Инанна висела, распятая на стене темницы. Вокруг царила кромешная тьма, лишь изредка пробиваемая слабым светом, не дающим ни малейшего представления о ее местонахождении. В этом мраке, она различила силуэт своего тюремщика – демона. Он стоял, застывший, как каменная статуя, и только едва слышный ритм его дыхания напоминал о том, что перед ней не просто изваяние, а живое, хоть и безмолвное, существо.

«Так вот как действует Око» - подумала страж, она хотела обратиться к демону, но поняла, что говорить она не может.

Ташмету напрочь не желала ее слышать. Чего она опасалась? Проклятий, угроз, слез, признаний. Инанна несмотря на всю тяжесть сложившейся ситуации, вспомнила Энгирра и ей стало горько от этой мысли. Что он подумает, когда обнаружит, что ее нет. Будет ее искать? В душе девушки горел огонек. Конечно он захочет ее найти! Или же нет, вдруг он решил, что она отвергла его, а он достаточно горд и своенравен. А если и будет искать, как же он ее найдет. Ташмету опасный враг, и ее демоны ей под стать, как же быть.

Девушка не сразу ощутила легкую боль в руке. Привыкнув к полумраку, она увидела, что к ее руке присоединена трубка и с помощью голубого огонька это устройство качает ее кровь, в небольшой прозрачный сосуд. Недостаточно быстро, чтобы она умерла здесь и сейчас, капля по капле. Так можно вполне еще пожить какое-то время.

Для чего Ташмету ее кровь? Ее мысли прервал слабый стон, доносившийся из другого конца темницы. Инанна не могла разглядеть, кто там. Но с ужасом предположила, что это может быть одна из пропавших соучениц.

Раздался скрип отворяющейся двери, послышались поспешные шаги, маленьких женских ног. В помещении появилась Аманиту. Ведьма сразу узнала, того кто приближался к ней. Это была одна из ее маленьких соучениц из школы табличек, ей было лет десять на тот момент. В руке она держала кувшин с водой, предназначенный, как оказалось для пленников. Возле Инанны находилась, небольшая скамья, девочка пододвинула ее и протянула кувшин Инанне, чтобы та могла попить.

Увидев маленькую ведьму, страж округлила глаза.

- Инанна пей пожалуйста, - сказала маленькая Аманиту, испуганно поглядела на демона и шепотом добавила, кивая в его сторону, - Стоит, как истукан не живой такой страшный…

Девушка увидела на руках девочки маленькие кандалы, похожие на те, что носила сама Инанна с Энгирром. Скорее всего Аманиту не могла колдовать. Ташмету использовала ее в качестве слуги, заставляя выполнять мелкие поручения.

Снова послышался легкий стон. Инанна кивнула в сторону, задавая Аманиту немой вопрос.

- Это Марха, - ответила грустно девочка и опустила блеснувшие мокрым глаза, - Ей уже очень плохо...

Марха тоже была одной из соучениц и кроме того стражем, она как Инанна выполняла задания школы табличек, избавляясь от нечисти и демонов. Марха была простой, не умела красиво говорить, не отличалась особыми талантами, не лезла на рожон, и ни с кем не конфликтовала. При этом была достаточна приветлива.

- Она одна из первых здесь. Боюсь вдруг она умрет. - шептала Аманиту.

Инанна опять кивнула головой, пытаясь объяснить, чтобы девочка продолжала говорить о том, что здесь происходит.

- Ташмету высасывает кровь из сестриц, я не знаю зачем ей это. Может быть это нужно, чтобы поить этих демонов или еще для чего. Меня и Небу, она не трогает, мы работаем по дому, колдовать не можем, из-за этого. -девочка указала на оковы, - Но мы боимся, что придет и наш черед!

Инанна продолжала кивать, словно пытаясь удержать Аманиту рядом. Сколько ещё сестёр томится в неволе, где они? Ей отчаянно хотелось знать ответы. Но маленькая девочка, соскальзывая со скамьи, прошептала: - Мне нужно напоить остальных. Прости, Инанна, я не могу здесь долго оставаться. Мне страшно.

Уходя она обернулась и с мольбой посмотрела на девушку.

- Ты придумаешь что-нибудь, чтобы спасти нас? Мы с Небу слышали, что вы сбежали вместе с сестрицами… Помоги нам.

Инанна дернула веревки, пытаясь вырваться и разбудить в себе подавленную магию, она рвалась снова и снова. Ей хотелось кричать от безысходности, но даже этого она сделать не могла!

***

Маленькая Аманиту в тот день так и не пришла. Зато появилась Ташмету. Инанна, обессиленная от бесконечных попыток вырваться, задремала, потеряв счёт времени. Её разбудил лёгкий шлепок по щеке.

Лицо Ташмету оставалось неизменно холодным, прекрасным и непроницаемым. Лишь лёгкая бледность, возможно, намекала на усталость ведьмы, на её недосып.

-Слушай внимательно, ибо я не стану повторять дважды, – голос ведьмы был холоден и резок. – Одно лишнее слово, и ты будешь мычать, как твои никчемные сестры. Отвечай лишь на мои вопросы. Только на них! Забудь о жалобах, слезах, мольбах – они мне отвратительны. И если в твоей голове мелькнула мысль, что я способна на раскаяние или что именно ты сможешь меня образумить, – выкинь ее прочь! Это понятно?

Инанна сдержанно кивнула. Ташмету махнула рукой, сняв заклятие в ожидании, что с пленницы польется брань или слезы, как было до этого прежде. Но в ответ ей была тишина. Инанна тяжело дышала, стиснув зубы.

Ташмету выдержала паузу, пронзительно глядя в лицо бывшей сестры. С легким, презрительным хмыканьем она выпятила нижнюю губу, затем перевела взгляд на свои безупречные пальцы.

"Твоя сообразительность всегда была твоей отличительной чертой, Нис-Инису не зря выделяла тебя среди прочих," – произнесла бывшая страж, внутренне сжимаясь в ожидании привычной волны истерики. Неужели даже упоминание о матери-наставнице не спровоцирует ведьму? Но Инанна лишь тяжело дышала, не отводя от неё пристального взгляда.

Ташмету удивленно пожала плечами.

- Что ж, тогда приступим, - с удовлетворением произнесла она. - Каждой ведьме я предлагала выбор: либо служить мне и быть заодно, либо остаться здесь и продолжать служить источником силы для демонов.

Глаза Инанны изумленно расширились.

- Возможно, ты ничего не знаешь, - прошептала она, не ожидая ответа и медленно расхаживая по комнате. - Око Нергала… это тот самый артефакт, который я забрала у тебя, когда мы поймали тебя с Иддин-Даганом. - При одном лишь упоминании этого имени ее лицо исказилось отвращением.

Инанна внимательно вглядывалась в лицо бывшей соученицы, вслушиваясь в каждое слово. Ташмету всегда была скрытной и недосягаемой, но теперь в её рассказе о минувших днях Инанна уловила лёгкий налёт безумия. Это было не буйное помешательство ашипу, виляющего хвостом, а нечто куда более опасное. Умная и здравомыслящая от природы, Ташмету теперь выглядела зловеще и была совершенно непредсказуема.

Что ею двигало, оставалось загадкой. Она отомстила Нис-Инису за причинённый вред, но чего хотела теперь? Помочь Иддин-Дагану взойти на трон и захватить власть в Междуречье, став его спутницей? Или, быть может, сама желала стать царицей, управляя демонами и людьми, променяв скромное существование стражей на богатую, полную преимуществ жизнь? Однако, насколько Инанне было известно, Ташмету скрылась от Иддин-Дагана.

- Когда Око подчиняет себе демона или человека, у него есть один недостаток, знаешь ли, - продолжила свое повествование Ташмету, - оно высасывает из подчиненного все жизненные силы, и тот может служить лишь непродолжительное время, а после умирает, засыпает обессиленный. Иддин-Даган сгубил многих, пока пытался найти решение этой проблемы и выяснял как это устранить. Возможно мы бы так и топтались на месте, пока он не решил испробовать Око на мне…, - та запнулась и продолжила, - оказалось, что ведьма совсем по-другому реагирует на Око, не умирает и не совсем подчиняется. И тогда я кое-что начала вспоминать… странно

Ташмету тряхнула головой, напоминая плененных ашипу девочек, и продолжила, немного сбивчиво:

-Именно ты, помнится, подала мне эту идею – испытать, как кровь ведьмы подействует на подчиненного демона. Тот случай на арене, когда ты своей кровью исцелила раненого... Да, это был весьма искусный ход с твоей стороны.

"Инанна удостоилась похвалы от Ташмету."

У Инанны зрели вопросы, но задавать она их опасалась, понимая, что Ташмету вновь лишит ее голоса. Словно уловив замешательство Инанны и прочитав ее мысли, бывшая соученица ответила.

-Знаешь можно использовать не только кровь ведьмы. Кровь демона тоже подойдет, просто от нее меньше толку. Совсем мало толку от крови какой-нибудь овцы или козы. Нис-Инису хотела использовать кровь жертвенных животных[2] В принципе, чтобы подчинить несколько неугодных людей царю Арвиуму понадобилось бы маленькое стадо. Видимо, так и предполагала сделать Нис-Инису. Она приказала мне выкрасть Око у Иддин-Дагана, а тебе доставить его в Киш! И я действительно так сделала, украла смертельное Око у Дагана, заменив его очень похожей подделкой, и мне удавалось водить за нос этого…, - девушка опять сделала немного странноватое лицо и добавила, - этого человека.

Инанна пораженная услышанным, продолжала молчать и внимать каждому слову бывшей соученицы. Ташмету высказавшись наполовину, вновь обратилась к пленнице, довольная ее молчанием и послушным поведением.

- Готова ли ты послужить мне Инанна, по своему желанию? Дело в том, что Око сейчас находится у Дагана, а он крайне опасен и жесток, этих демонов, - она окинула взглядом и указала рукой на стоящего в темноте, - я подчинила и сейчас поддерживаю в них силы с помощью пилюль, что я изготавливаю из вашей крови. Сначала я использовала свою…, но ее оказалось маловато на этих двоих.

Ташмету постояла призадумалась, стоит ли говорить дальше с пленницей, пытаясь считать с ее лица ее мысли и намерения. Складывалось впечатление, что на секунду она прозревала ото сна, а после опять продолжала свой монолог.

-Иддин-Дагану помогает маг. Я видела его лишь дважды, и оба раза он был словно призрак, ускользающий из памяти. Но его сила неоспорима. Я никогда не встречала магов-мужчин, хотя Нис-Инису утверждала, что они всегда превосходят нас в могуществе. Мотивы этого колдуна мне неизвестны. Иддин-Даган хранит молчание о нем, а мои вопросы лишь вызывают его гнев. Он называет меня сумасбродкой, говорит, что я все выдумываю. Но ведьмам, как известно, никогда не кажется... – она вновь потупила взгляд, словно пыталась что-то вспомнить.

Появление нового загадочного ведьмака, еще больше насторожило Инанну. Раньше существовала целая гильдия магов, магистров, верховный маг назывался архимагом. Но от природы они были более конфликты и жадны до власти. Одно время на них велось гонение, со стороны властей, новорожденных мальчиков, обладающих даром, убивали. Как бы там не было, с тех пор о магах мужчинах мало что было известно. Школы для ведьм подобные школе табличек, открывались с разрешения царя, а стражи служили на благо народа истребляя нечисть.

- Я опасаюсь за свою жизнь, Иддин-Дагану, не очень-то и понравилось, что я в конечном счете сбежала от него, пытаясь украсть при этом Око.

Инанна запуталась, еще день назад она предполагала, что основной ее враг это Ташмету и Око у нее. Теперь же поняв, что артефакт у наместника и в его услужении есть маг, который возможно тоже преследует какие-то свои цели, акцент опять сместился.

-Вчера Иддин-Даган обрушился на Асархадона, одержав сокрушительную победу в первом же сражении! Его сила не случайна: он давно одержим жаждой власти и стремлением повелевать нечистью, подчиняя себе легионы демонов всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

"Я тоже помогала ему," - пробормотала бывшая соученица, её лицо исказилось странным выражением, словно она сама пыталась понять мотивы своих прошлых поступков.

Инанна подумала, что Ташмету стоило объединить силы вместе с Нис-Инису против Иддин-Дагана, но по какой-то причине этого не произошло. Известие о нападении наместника встревожило прикованную вкдьму.

- Присоединись ко мне! - наконец повторила свое предложение похитительница. - Мне нужен демон, с которым ты сбежала. Он был любимой игрушкой Иддин-Дагана, но оказался чертовски упрямым! Мы столько раз пытались сломить его Оком, но он не поддавался. Рассудок его помутился, но не сломался. Я уже думала, он совсем сошел с ума, но когда увидела вас, гуляющих по Кишу, как ни в чем не бывало, словно парочка, я просто остолбенела от его живучести!

Услышав это, сердце Инанны сжалось в ледяной камень, кровь прилила к лицу. Она изо всех сил старалась скрыть нахлынувшие чувства, не желая выдавать бывшей сестре своих переживаний.

Энгирр ничего не помнил о проведенных над ним опытах, даже не подозревал, что Око использовали на нем. Неудивительно, что первое время он не мог говорить, есть, летать. Только сейчас ведьма начала осознавать всю глубину его плачевного состояния. Видя его физические раны и увечья, она и представить не могла, что творилось в его голове и душе. Каким же сильным он ей теперь казался! Она и раньше это понимала, но теперь ощутила всем своим существом. Чувства переполняли девушку, и в ней просыпалась не просто злость, а опустошающая, грязная, жаждущая мести, низкая, мерзкая, подлая ненависть. Ненависть за всё! За смерть Нис-Инису, за страдания сестер и Энгирра. Эта ненависть расплывалась, ища выхода и того, на кого ее можно было направить.

-Нет, - прохрипела она, и этот звук, казалось, царапнул воздух между ней и Ташмету. Надзирательница лишь пожала плечами, словно ожидала подобного ответа. -Значит, не будешь, - произнесла она, но в голосе не было ни удивления, ни осуждения. -Не спеши с решением. Подумай хорошенько. Иддин-Даган куда страшнее, чем ты, можешь себе представить. И куда более серьёзный противник, чем я. Не торопись с выводами. Ташмету молча собрала склянки с кровью, заменив их новыми, и покинула помещение. Демону, что застыл в тени, она коротко приказала: -Сними Марху со стены. Унеси её.

***

На следующий день пришла маленькая Аманиту. Она принесла не много воды и еды.

- Сестрица, - разбудила Инанну девочка.

- Аманиту, где мы находимся, в каком городе? -спросила страж.

Девочка, удивленная тем, что пленница может говорить, отрицательно замахала головой.

- Если ты хочешь спастись, надо быть смелой! - уговаривала страж, призывая девочку сотрудничать.

- Я, сначала дам воды всем, если Ташмету узнает или примчится вихрем сюда, она оставит всех без еды и воды, а я прихожу только один раз в день!

Аманиту сделала, как решила и вернулась к Инанне.

- Мы в Эриду! Это тайное убежище и кабинет самой Нис-Инису, я нашла здесь ее некоторые вещи и записи, а еще так говорит Небу, что это записи наставницы. Мы находимся на окраине города. Я знаю это, потому что хожу на рынок за продуктами. Только Ташмету приказывает нам менять внешность, чтобы никто не знал, что мы из школы табличек и что мы ведьмы.

- Аманиту, мне нужен острый предмет, чтобы я могла проткнуть себе палец и создать заклинание, сможешь принести мне?

- Я боюсь, - всхлипнула девочка.

- Я знаю сестрица, -уговаривала ее Инанна и пытаясь отвлечь задала вопрос, - Где сейчас Ташмету и демоны?

Аманиту покачала головой, испуганно озираясь по сторонам, как будто пугающая ее старшая сестра может услышать сквозь стены, а услышав примчаться и наказать младшую не послушную сестру.

- Не знаю, они улетели еще вчера.

- Значит сейчас самое время, прошу Аманиту!

[1] Пиво было более распространенным напитком у шумеров, чем вино. В Древнем Шумере условия для произрастания винограда были не самыми лучшими, поэтому вина там делали мало, только для избранных.

[2] Шумеры приносили в жертву животных как часть религиозных ритуалов и праздников. Наиболее распространёнными жертвенными животными были овцы (особенно ягнята) и козы.

Глава 13. Поединок.

Энгирр, сидя на крыше неподалеку от дворца, кипел от злости на самого себя. Под нос он глухо бормотал проклятия и ругательства. Ну почему он не сдержался? Да, он давно вынашивал мысль об откровенном разговоре с Инанной, но ведь ждал подходящего момента, чтобы не спугнуть её. И этот момент, черт возьми, был не сегодня – демон прекрасно это понимал. Но ведьма... она была такой милой, такой манящей, с этими надутыми щёчками, когда пыталась оправдаться за свой мнимый проступок. Конечно, он ни в чём её не винил, ни на йоту. Всегда готовая прийти на помощь, справедливая, добрая – она просто не способна была причинить ему вред.

И с чего она вообще решила, что в чем-то провинилась перед ним. Энгирр посмотрел на свои руки, которые еще несколько минут назад обнимали девушку и довольно улыбнулся. Сердце его часто билось, тепло приятно разливалось по всему телу.

Стоило извиниться перед ведьмой, он наверно ошарашил ее, тем что так набросился на нее, может даже напугал. Конечно девушка была не особо пугливой, но в некоторых вещах действительно была немного наивна, как и сказала Наршум.

Энгирр закрыл глаза, вспоминая, с какой нежностью она была готова отдаться ему. Это было приятное воспоминание. Что делать? Ждать утра и поговорить с ней, или появиться сейчас и, возможно, сделать только хуже?

Его терзали сомнения. Рассудок, холодный и расчётливый, шептал о необходимости сдержаться, но сердце, пылающее и непокорное, неумолимо влекло его к ней, прямо сейчас. Лишь бы не поддаться вновь, не совершить ту же ошибку, не прижать Инанну к себе снова.

Энгирр терзался сомнениями: не поставит ли его ночное появление в неловкое положение ведьму? Она не раз выговаривала ему за столь непотребные выходки, будь то его купание в реке без одежды или, что еще хуже, почти совместное принятие ванны, спровоцированное злосчастной цепью.

После того, как злополучную цепь сняли, он ощутил дикий прилив силы, разрывающей его вены и внутренности, а еще он вдохнул запах долгожданной свободы, которая ускользала от него долгие мучительные месяцы.

А позже к нему пришло понимание, что, приобретя желанную свободу кое-что он утратил, нечто важное, незаменимое и желанное. Он утратил возможность быть всегда рядом с Инанной, это ощущение пронзило его как стрела, как меч разрывающий его крылья. Его грудь саднило, он изнывал от неожиданно свалившейся на него невыносимой тоски, вот что он ощутил, когда расстался с Инанной впервые. Когда им приходилось спать в одной комнате или под открытым небом он часто засыпал позже и просыпался раньше, наблюдая затем как ведьма спит, ему казалось, что богиня Иштар [1] спустилась с небес.

Инанна незаметно для себя стала центром притяжения для Энгирра. Он не хотел отпускать ее ни на секунду. Подойдя к окну, он прислушался – в комнате царила полная темнота. Энгирр, не произнося ни слова, вызвал на руке бордовое пламя. Он легко контролировал огонь, используя его, чтобы чуть-чуть осветить помещение.

Слова оправданий рождались на ходу, хаотично, как и его мысли. Сегодня, возможно, он не сможет объясниться, но хотя бы увидит, что она спит спокойно. А если нет? Если она бодрствует, и гнев кипит в ней? Ожидание утра стало пыткой, невыносимо долгой. Внезапно его размышления оборвал странный шорох.

Скребущий по полу звук, непонятный и тревожный, заставил его насторожиться. Демон усилил пламя, осматривая комнату. Опрокинутый стол, разбитый кувшин – явные признаки борьбы. Ледяная волна предчувствия, что здесь произошло нечто ужасное, захлестнула его. Не думая о последствиях, он ворвался в помещение, его тело вспыхнуло багровым огнем, пронзая мрак.

На полу, в объятиях голубой дымки, извивался Шуши, едва цепляясь за жизнь. В его лапе блестела шпилька, которой он отчаянно колол магическое пламя. Энгирр, подхватив грифона, преобразился. Из его ноздрей, впервые за все время, повалил густой дым. Он набросился на магическую оболочку, пытаясь разбить ее, как хрупкую скорлупу. И та, хоть и с трудом, но уступила его натиску.

Глубокий, сотрясающий рык вырвался из его груди, пробуждая ото сна весь дворец. Птицы, дремавшие на крыше, в панике взметнулись в небо, оглашая окрестности пронзительными криками.

Удушающая грифона ловушка сломалась, Энгирр заключил ее в ладонь и черное пламя поглотило голубое, окончательно исчезнув в его руке.

Он встряхнул обессиленного демона, и из его груди вырвался рёв, чуждый человеческому слуху.

- Где она?! Что с ней произошло?!

- Её похитила Ташмету, - пропищал грифон, его голос дрожал от смеси страха и усталости. - Она была здесь, когда вы вернулись во дворец… с ней были демоны, те самые, что теперь подчиняются её воле.

Энгирр снова заревел, раздираемый бурей злости и беспомощности. В его сознании эхом пронеслось: «Только не это… Только не Инанна».

Что же делать? Где их искать? Внезапно демона охватило отчаяние, такое же острое, как в плену у Иддин-Дагана, когда он был на грани полного поражения, или, быть может, уже сдался.

-Я смогу найти их…- прошептал Шуши, едва слышно.

Энгирр, сам того не ожидая, бережно заключил мухшуши в свои огромные черные ладони, словно крошечного щенка.

-Повтори!

-Я смогу найти их. Моя связь с хозяйкой позволяет мне отыскать ее где угодно в этом мире».

Несмотря на крайнюю слабость и изнеможение, Грифон не сдавался. В нём горело жгучее желание помочь Инанне и, наконец, доказать свою значимость. За то непродолжительное время, что им довелось быть рядом, он успел глубоко привязаться к ней.

В глазах маленького демона Энгирр увидел услужливый огонёк и впервые почувствовал к нему симпатию. Он и сам понимал, почему грифону полюбилась ведьма – к ней было трудно не проникнуться тёплыми чувствами. Изначально мелкий Шуши раздражал демона, казалось, он кривил душой. Но позже Энгирр изменил своё мнение, когда мухшуши безропотно выполнял приказы Майрис. Хотя, пожалуй, только глупец в положении грифона мог бы попытаться противиться его матери.

Энгирр глубоко вдохнул и выдохнул черно-бордовое пламя. Языки демонической энергии подхватили маленького грифона, проникая в его плоть, пронизывая насквозь. Шуши поднялся над ладонями Энгирра, начал расти – становился шире, выше. Его крылья расправились, он зашипел, змеиная голова затряслась.

Раздувшись до размеров самого Энгирра, он издал глубокий, раскатистый бас. Его голос, прежде полудетский и шипящий, теперь звучал по-взрослому увесисто, идеально соответствуя его новому, мощному телу.

- Так-то лучше, - пробасил Шуши, склонив голову. - Не совсем ещё я, но уже почти мой размерчик. Благодарю тебя, демон, я этого не забуду никогда.

За дверью послышались крики и топот приближающихся шагов. Рёв Энгирра поднял на уши весь дворец.

Дверь распахнулась с грохотом, и в комнату ворвался Этана. За его спиной, в коридоре, застыли слуги и охрана, их лица исказились от ужаса при виде демонов. Они отшатнулись, не смея приблизиться.

-Что произошло? – воскликнул принц, его взгляд метнулся по комнате, нахмурившись. Всего пара секунд – и он сопоставил факты.

-Где Инанна?!

- На нее напала Ташмету, нет времени объяснять! - Энгирр бросил взгляд на грифона. - Веди меня к ней! Шуши кивнул. Вдвоем они выпорхнули в окно, черными тенями скользнув в ночь и исчезнув из виду за считанные минуты. - Что вы там попрятались? - недовольно спросил принц у дрожащих за дверью слуг. - Приготовьте мою одежду. Сегодня я уже не буду спать.

***

Аманиту ворвалась в комнату. Там Небу, ведьма на пару лет старше, склонилась над иссохшей Мархой. Та была еще жива, но едва дышала. Девочка бережно обтирала ее чистой губкой, смачивая водой, поправляла редкие волосы. Марха была мертвенно бледна.

- Небу, помоги мне! - всхлипнула Аманиту. - Инанна просит что-нибудь острое, чтобы взять кровь из пальца... а я так боюсь.

Небу лихорадочно оглядела комнату в поисках нужного предмета. Когда она узнала, что Ташмету поймала Инанну, в ее голову закрались мысли о побеге.

-Не бойся, глупышка! Ты же будущий страж! - храбро воскликнула Небу и, подбежав к небольшой тумбе, распахнула створку, принявшись лихорадочно рыться внутри, выбрасывая предметы на пол. -Стражей больше нет, и матери-наставницы… нееееет, - последнее слово Аманиту протянула, и глаза её наполнились слезами. -Как же нет? Ведь мы ещё есть! - ответила Небу, протягивая перед собой руку с большой швейной иглой. Вот, это подойдёт. Аманиту замотала головой. -Нет, нет! Сестрица Ташмету придёт и накажет нас! -Никакая она нам не сестрица, слышишь? - Небу одёрнула подругу, схватила её за руку и бегом потащила в темницу.

Спустившись по лестнице вниз, туда где располагалась камера с узниками, девочки взяв на стене фонарь со свечой, торопливо направились к пленницам.

Бедняжка Аманиту так боялась, что каждую секунду объявится Ташмету и им всем несдобровать, что тряслась всем телом, грозясь умереть от страха на месте.

Однако не встретив преград на пути, девочки прибежали в сумрак подземелья.

- Инанна, - вскрикнула Аманиту, - мы пришли.

Девочки подошли к старшей сестре. Одна из них придвинула скамейку, с которой Аманиту поила пленницу водой из кувшина. Встав на неё, девочки протянули ведьме иглу.

-Проткни палец! - приказала Инанна.

Небу, с излишней уверенностью, немедленно выполнила просьбу, проткнув палец Инанны с такой силой, что та невольно вздрогнула.

-Хорошо, - улыбнулась Инанна.

Она размазала кровь по своим пальцам и начала чертить знак в воздухе. В тот же миг вырвалось наружу голубое пламя. Заклятье, которым Ташмету сковала её на этот раз, было многократно слабее того, что удерживало цепь между демоном и ведьмой. Поэтому Инанна, спустя всего несколько минут, разорвала веревку.

Освободившись, она пошатнулась и рухнула на пол. Голова слегка закружилась от потери крови, но, преодолев мимолетную слабость, страж собралась и села. С силой вырвав из рук трубки, откачивавшие ее кровь, она метнула их во тьму. Затем девушка подняла с пола склянку с собственной кровью, стоявшую рядом. Несколько капель на ладонь – и, хлопнув в ладоши, она залила всю темницу всполохом пламени. Остальные пленницы, мгновенно освободившись, попадали на пол, стоная от боли.

- Небу, Аманиту, нужно помочь сестрам, -скомандовала Инанна, продолжая колдовать. - Скоро мы уходим!

Разводя руки в стороны, между ладоней ведьмы колыхалось пламя, пленницы поднялись в воздух и закружились. Инанна превратила их в жемчужины, так же как, когда-то сделала Нис-Инису. Призвав их к себе, драгоценные камни подлетели и оказались в ее ладони.

- Там Марха, - сказала Небу, - мы не можем уйти без нее.

В этот миг сердце Инанны переполнилось гордостью, за младшую соученицу, такую маленькую и храбрую. Нис-Инису оступилась, балансируя над пропастью, она поплатилась жизнью за это, но ее дело было живо и ее последовательницы, были самоотверженны и храбры.

- Показывайте дорогу!

Девочки взявшись за руки побежали наверх, за ними последовала Инанна.

Когда они прибежали в комнату, ведьма превратила обескровленную сестру в жемчужину.

Внезапно мир вокруг содрогнулся, словно земля разверзлась под ногами. Предметы заплясали в воздухе, падая с грохотом. Звук бьющегося стекла смешался с треском осыпающейся со стен глины.

- Что это? - выдохнула Инанна, не веря своим глазам.

- Это Ташмету, - прошептала Аманиту, её голос дрожал от ужаса. - Она всё узнала и пришла за нами.

Девочка закрыла лицо руками, её плечи сотрясались от рыданий. Небу обняла сестрёнку, но даже на её лице проступила тень страха.

Стена затряслась, глиняная штукатурка посыпалась дождём, шкаф с грохотом рухнул. Раздался оглушительный взрыв, и всё вокруг начало обваливаться.

Аманиту вскрикнула, упала на колени, инстинктивно прикрывая голову от летящих обломков. Её слёзы, и без того не прекращавшиеся, хлынули с новой силой.

Инанна приняла боевую стойку, её руки вспыхнули голубым пламенем, готовая отразить надвигающуюся угрозу.

В проломе стены, словно извержение гнева, показались разъярённый Энгирр и не менее устрашающий Шуши.

Ворвавшись в помещение, Энгирр замер. Перед ним стояла живая и невредимая Инанна, а у её ног, сжавшись в комок из глины и пыли, жались девочки. Он лихорадочно озирался, ища врага, но видел лишь испуганных девушек.

- Это друзья! - воскликнула Инанна, её голос звучал успокаивающе. - Девочки, не бойтесь.

Энгирр приблизился к Инанне, вгляделся ей в глаза, а затем, словно смирившись с чем-то, махнул рукой и крепко обнял девушку.

-Ты пришел за мной, – прошептала Инанна, едва слышно.

-Я приду за тобой даже в преисподнюю, найду на дне океана и под землей. -Я всегда найду тебя! И больше никогда не отпущу, – он обнял ее так крепко, что казалось, готов раздавить.

От его слов Инанну бросило в жар.

-Я хотела все объяснить, – тихо добавила девушка, уткнувшись лицом в ямку между его ключиц.

-Я знаю, – ответил демон, не ослабляя объятий.

На мгновение они забыли обо всем, где они и что произошло.

-Какая прекрасная картина, – раздался откуда-то зловещий, громкий голос Ташмету. Она появилась словно из другого мира, будто всегда была здесь, возникнув из ниоткуда. За ее спиной, как статуи, застыли демоны с черными повязками на глазах.

- Ты пришел за ней! Я предположила, что ты придешь за ней, слишком уж ты похорошел за последнее время, твоя воля к жизни поражает и восхищает, -глаза ее хищно блеснули.

Не уже ли похищение Инанны было всего лишь ловушкой для Энгирра, промелькнуло в голове девушки. Не может быть, ведь сейчас у Ташмету нет Ока, если только она говорила правду.

-Взять его! – прозвучала короткая, властная команда похитительницы, и она махнула рукой демонам, застывшим за ее спиной. Те мгновенно ринулись вперед. Энгирр оттолкнул Инанну за себя, и из его груди вырвался звериный рык. Его когтистые руки, объятые яростным пламенем, встали перед ним непреодолимой стеной. Демоны бились о нее, пытаясь прорваться и добраться до цели. -Думаешь, так просто одолеть меня, без твоих магических штучек? – прорычал он, намекая на цепи. – Попробуй, ведьма! Шуши, вторя ярости Энгирра, с грозным рыком бросился на помощь. Под натиском двоих противники дрогнули и начали медленно отступать, пятясь назад.

- Ты все-таки на что-то способен, грифон? - довольно выкрикнула Ташмету в сторону мухшуши. Девочки, обнявшись и прижавшись друг к другу, забились в угол, наблюдая за битвой чудовищ. Инанна в первый миг даже не сразу сообразила, что демон рядом с Энгирром - это ее Шуши. Большой, мощный, сильный, он рычал, отражая натиск врага. Ташмету махнула рукой, отбрасывая Инанну, направлявшуюся к девочкам. - Не тронь их! — крикнула страж, прикрывая собой сестер. Нападающая покосилась. Ее красивое, хмурое лицо исказилось презрительной гримасой. - Если бы я хотела убить их, давно бы это сделала. Разве это не очевидно?

Инанна высвободила голубую волну, но бывшая соученица легко парировала ее, выставив вперед ладонь. Девочек, стоявших за спиной Инанны, отбросило к стене.

Маленькая Аманиту вскрикнула, закрыв лицо руками. Небу тут же поднялась, подхватила сестренку и встряхнула ее за плечи.

-Вставай же! – прокричала она.

Ташмету выхватила нож из-за пояса и ринулась на Инанну. Страж ловко увернулась, но на долю секунды обернулась, чтобы убедиться, что девочки в безопасности. Этого мгновения хватило Ташмету, чтобы нанести коварный удар в спину.

Демоны сцепились в смертельной схватке, ни один не желал уступать.

- Попробуем снять эти повязки, – прохрипел Энгирр.

Шуши хмыкнул в ответ и напрягшись, вдруг прыгнул вверх. Его противник от неожиданности не ослабивший хватку завалился вперед. Шуши свалился на него и вцепился в черную повязку. Тот истошно закричал, под ним и начал извиваться, как будто его лишили возможности дышать. Содрав с него повязку Шуши прыгнул на противника Энгирра и все, они втроем кубарем полетели в стену и проломили ее оказавшись в другой комнате.

Ташмету ударила Инанну в спину, и та упала, а нож летевший обратно к хозяйке слегка поцарапал упавшей плечо.

Лежа на спине, Инанна обратилась к нападавшей, нащупывая что-нибудь подходящее под рукой.

- Сестра, Нис-Инису оставила послание для тебя!

Ташмету на мгновение замерла, прислушиваясь. Возможно, ее снова смутило обращение "сестра", или же сам факт того, что наставница оставила ей последнее слово, вывел ее из равновесия. - Думаешь, мне это интересно? - грубо бросила девушка. - Я ни о чем не думаю, - ответила Инанна. - Секундного замешательства бывшей соученицы оказалось достаточно, чтобы страж, оправившись от удара, поднялась на ноги. - Мне было приказано исполнить ее последнюю волю, и ничего больше!

-Ну попробуй сообщить мне ее последнюю волю! - Ташмету, будто потерявшая рассудок, с ножом в руке неудачно набросилась на младшую соученицу, не рассчитав силы.

Инанна, заметив это, ловко увернулась и перебросила нападавшую через себя, ударив о валявшийся стол. Запрыгнув сверху, она вцепилась в шею Ташмету, пытаясь задушить. Та, в свою очередь, схватила руки Инанны, и, вспыхнув голубым пламенем, обожгла ей локти. Страж вскрикнула, но хватки не ослабила, лишь направила магию на шею противницы.

На мгновение перед озлобленной Инанной промелькнула мысль: не передавать никакого послания убийце ее матери, не исполнять последнюю волю наставницы, которая в ее глазах пала так низко. Хотелось просто уничтожить Ташмету, стереть ее с лица земли без права на прощение.

- Сестра! - выдохнула она с трудом.

Ташмету, задыхаясь, снова сотворила заклинание, крепко держась за руки Инанны. В тот же миг обе ведьмы вспыхнули и закричали от боли. Расцепившись, они тяжело рухнули на пол.

Ташмету оправилась первой. Увидев свой нож совсем рядом, она потянулась к нему. Но Инанна, сорвав с шеи голубую жемчужину, оставленную Нис-Инису, прыгнула на ползущую Ташмету. Та резко развернулась, и Инанна едва не напоролась на выставленный вперёд нож. Страж выбила оружие из её руки, с силой ударив ею о тумбу. Раздался неприятный щелчок — похоже, рука была сломана.

- Боюсь тебе придется это выслушать, сестрица! -на этот раз не используя ни оружие, ни магию, Инанна начала просто таскать соперницу за волосы.

Ташмету запищала. Инанна остановилась, и одной рукой больно сжав сломанную руку, другой сжимая в руке жемчужину, зажгла голубое пламя и сильным движением руки припечатала ладонь с жемчужиной ко лбу соперницы. Ташмету застыла, она не могла больше двигаться. Голубая жемчужина взвилась вихрем на голове девушки, образовав знакомых, уже Инанне змей-отростков, те присосались к застывшей девушке и принялись передавать ей накопленную энергию.

Инанна склонилась к Ташмету, и, окутанная магией, заговорила голосом Нис-Инису. Это было последнее послание наставницы, последнее желание, которое Инанна исполняла. Голос звучал до боли знакомо, точь-в-точь как голос матери – её тембр, её интонации.

«Прости меня, Ташмету, если когда-нибудь сможешь. Прошу, прости не ради меня, а ради себя. Я всегда была твоей наставницей, но никогда не стала той матерью, которой должна была быть. Я не заслуживаю такой дочери, как ты. Я сломалась сама и сломала тебя. Ты всегда была лучше меня. Прими мою последнюю волю и проживи её».

Лицо Ташмету, как всегда, ничего не выражало. Она не могла пошевелиться, не могла и ответить.

Инанна пристально смотрела на соперницу, застывшую под ней.

- Ты знаешь, мне жаль, - начала она, но тут же сорвалась на крик: — Мне очень жаль, что всё так произошло! Мне больно за мать, и больно за тебя!

Инанна ударила обездвиженную Ташмету по щеке. Губа разбилась, и на глазах начал наливаться синяк.

Жемчужина окончательно слилась с неподвижной девушкой, и голубое пламя охватило её. Инанна отпрыгнула в сторону. Ташмету поднялась в воздух, продолжая гореть, и вдруг исчезла. Растворилась, как утренний туман под лучами солнца.

С пронзающей болью на сердце и внутренней борьбой, страж выполнила последнюю волю матери наставницы и передала слова любви ее убийце.

Инанна огляделась. Рев из соседней комнаты стих. Она бросилась к Энгирру и замерла: он был весь в крови, тяжело дышал и смотрел на нее исподлобья. Самые страшные мысли пронзили ее. Девушка вскрикнула и прижалась к демону, судорожно осматривая его.

-Это не моя кровь! – спокойно ответил он. – Я не ранен.

Энгирр и Шуши разорвали демона. Они не смогли снять с него повязку и, защищаясь, убили его. Первый демон, долго корчившийся после того, как прозрел, казалось, придя в себя, просто сбежал, не понимая, что происходит, удирая куда глаза глядят.

Инанна лишь спустя несколько секунд осознала, что Энгирр находится в своей демонической форме, а она этого даже не замечает. Наверное, перед ее сестрами предстала великолепная картина: они обнимались, никого вокруг не замечая.

- С тобой все в порядке? Ты не ранена? Где Ташмету? - демон рассматривал и вертел девушку в руках в поисках видимых повреждений.

- Я не ранена. Ташмету исчезла.

- Что значит исчезла? - нахмурился демон, - она сбежала?

- Просто исчезла. Я не знаю, что с ней и где она. Видимо у Нис-Инису был какой-то план, она сказала передать послание Ташмету и жемчужину, которую она оставила, прежде, чем погибла.

Энгирр был расстроен и озадачен. Возможно рано или поздно они узнают, что произошло, но сейчас было не совсем понятно, куда ведьма исчезла и сможет ли она им помешать и впредь.

- Мне нужно сообщить тебе кое-что важное, это касается Ока и Иддин-Дагана, на едине. - с самым серьезным выражением лица тихо произнесла ведьма.

- Шуши, унеси девочек к Майрис, - приказал Энгирр.

Грифон поглядел на Инанну, и та положительно кивнула, предварительно так же оглядев мухшуши на предмет ранений.

Страж передала Небу жемчужины и предупредила, что в нужный момент они превратятся в ее раненых сестер.

Обняла маленькую Аманиту приговаривая, что грифон добрый и не обидит их и что он отнесет девочек в хорошее место, к их сестрам. Аманиту старалась сдерживать слезы, но они предательски бежали, она просилась остаться с Инанной и говорила, что не хочет в хорошее место. Ведьма обняла сестру, а за ее спиной взмахнула рукой, сотворив заклятье. Девочка тут же обмякла и уснула. Инанна аккуратно передала ее Шуши и объяснилась с Небу.

- Все будет хорошо, Майрис позаботится о вас.

Грифон взял спящую девочку в одну руку, а второй подхватил Небу и подпрыгнув улетел через проем в разломанной стене, полуразрушенного дома.

- Когда Шуши успел так вырасти? - улыбнулась ведьма.

Энгирр так обрадовался, увидев ее привычно радушное лицо, что ему захотелось вновь обнять девушку, но он не решился, вспомнив их последнюю встречу, оставляя нежности для более подходящего момента.

- Тебе что-то еще здесь нужно? –только нетерпеливо спросил он.

Инанна отрицательно покачала головой.

- Тогда летим, - он поднял ее на руки, довольный, тем, что имеет возможность касаться ее обоснованно, почувствовал, как ведьма прижалась к нему и окрыленный приятным прикосновением покинул разгромленное жилище.

[1] Иштар (также Эштар, Аштар) — центральное женское божество аккадской мифологии. В источниках на шумерском языке соответствует Инанне.

Глава 14. Коварный демон.

Когда они вернулись в Киш, мобилизованное войско уже почти дышало готовностью к выступлению. Принц Этана, облаченный в военные доспехи, выглядел воплощением мужества и решимости, отдавая приказы и лично проверяя их исполнение.

Инанна снова ощутила трепет, глядя на то, насколько юн и при этом мудр этот юноша, готовый повести за собой армию.

Оставшись наедине, они обменялись понимающими, дружескими взглядами.

Принц Этана приветствовал Инанну и Энгирра, его слова были полны уверенности:

-Я ни на секунду не сомневался в вас. Я знал, что вы вернетесь.

На сообщение о пропаже Ташмету отреагировал спокойно. Сообщил, что Иддин-Даган во всю ведет сражение с Асархадоном. Война началась и что он с войском выступает на помощь.

Инанна пересказала всё, что узнала от Ташмету, за исключением одной детали: использования Ока на Энгирре. Эту информацию она хотела обсудить с ним лично. Ведь если Иддин-Даган сумеет подчинить себе демона, их планы на битву с противником окажутся под угрозой.

Появление колдуна озадачило всех. - Откуда он взялся? - нахмурился Энгирр. - Кто его знает? - пожала плечами девушка. - Иддин-Даган активно искал демонов, возможно, где-то и наткнулся на этого колдуна. Участие демонов в грядущей схватке также не предвещало ничего хорошего.

Инанна никак не могла ухватить суть разрозненных деталей, они не складывались в единое целое. Слова Ташмету, как и записи Нис-Инису, были испещрены пропусками и вызывали ощущение легкого помешательства.

***

Через несколько часов армия выступила. В авангарде шли колесницы – главная ударная сила. За ними – легкая и тяжелая пехота, вооруженная копьями, кинжалами, булавами и луками. Медные шлемы и латы сверкали на солнце. Провожали воинов женщины, дети и старики, с тоской глядя вслед удаляющимся мужчинам.

Энгирр и Инанна ехали верхом. Демон не отходил от ведьмы ни на шаг, преследуя ее буквально повсюду, даже когда это было неудобно. В нем поселился отчетливый страх потерять ее, не оказаться рядом в нужный момент.

Мысль о том, что он сам может причинить ей вред, лишь усиливала мрачность Энгирра. Его брови сдвинулись к переносице, губы сжались в тонкую линию, а желваки нервно играли на скулах от стиснутых зубов. Он неотступно следовал за ней, словно тень, и при этом хранил молчание.

Наршум же, сочинив новую мелодию, хвасталась, что сможет усыпить любое войско своей лютней. Как всегда, она была весела, болтлива и кажется пьяна. К тому же, при каждом удобном случае она флиртовала с принцем Этаном, который отвечал ей сдержанно и вежливо.

Войско остановилось на привал. Сумерки сгущались, и повсюду вспыхивали костры, освещая процесс установки шатров. Воздух наполнился ароматом вареной каши, к которому примешивались ржание лошадей и несмолкаемый гул многолюдной толпы.

Инанна прислонилась боком к иве и устремив задумчивый взгляд вдаль созерцала окрестный пейзаж. В небе пылало закатное зарево, а вокруг благоухал цветущий тамариск, его нежные цветы словно бисер усыпали все поле и отражая последние лучи солнца озаряли степь волшебным светом.

Её задумчивые размышления прервал Энгирр: он молча стоял за спиной и внимательно наблюдал. Шелковистые локоны девушки были собраны в пучок с помощью её неизменной шпильки, которую любезно вернул ей принц Этана, после ее возвращения, но после долгой дороги пряди растрепались и красиво обрамляли её притягательное лицо. Она рассеянно держала в руках нечто, напоминавшее маленькую куклу, и мысленно уносилась куда-то вдаль. Энгирр не сразу заметил, что она тихо бормочет себе под нос, вплетая в куклу дополнительные элементы из лоскутков ткани. Он дождался, пока она закончит, и тихо окликнул ведьму. Несмотря на попытку сделать голос непринуждённым, у него это не получилось, и в итоге он прохрипел

- Инанна? - Энгирр? — Девушка медленно оглянулась. Демон, едва слышно откашлявшись, протянул ей руку. - Возьми это. - На его раскрытых ладонях лежали несколько небольших пилюль. - Что это? - Инанна, оторвавшись от своих мыслей и прекратив плести куклу, вопросительно взглянула демону в глаза. Тем не менее, она подставила свою ладонь, и голубоглазый осторожно пересыпал ей содержимое. - Это средство, - просто и серьезно произнес он, - на случай, если я стану неуправляем. Ресницы Инанны резко взметнулись, глаза широко распахнулись. Она мгновенно отдернула руку и сжала ее в кулак. - Что еще за средство?!

- Это может обездвижить меня, если вдруг что-то пойдет не так, но возможно оно тебе даже не понадобится. Не к чему беспокоиться. - пытаясь казаться непринужденным Энгирр выдавил из себя натянутую улыбку.

Инанна покачала головой.

- Не убедительно. Оно причинит тебе вред?

Демон хотел солгать, но неожиданно ведьма подступила к нему и посмотрела снизу-вверх, прижавшись к его груди она приложила голову к сердцу, прислушиваясь к стукам.

- В любом случае, даже если ты и потеряешь контроль, думаю дать тебе что-либо будет просто не в моих силах.

Доля правды в ее словах была неоспорима: Энгирр — противник грозный. Плюнув на все приличия, девушка протянула руки к демону. Зародившиеся между ними чувства уже невозможно было утаить, да и к чему отрицать очевидность? Ей хватило времени, чтобы осознать хрупкость их связи, понять, что разлука может настигнуть их в любой миг, оставив лишь горькие догадки о новой встрече. Предчувствие, что предстоящая битва может стать для них последней, вынудило ее начать этот разговор.

Инанна горько сожалела о том злополучном вечере, когда оттолкнула демона, так и не сумев объясниться. Теперь, сжимая его ладони в своих, она чувствовала, как он прижимается щекой к её макушке, вдыхая запах волос. Они стояли так, молча, наслаждаясь близостью, размеренным дыханием, охваченные нежностью. Слова казались лишними, лишь нарушая безмолвное понимание.

Инанна подумала: нет ничего лучше, чем стоять так, прижавшись друг к другу, под кроной душистого дерева, вдыхая вечерние ароматы. Пережив столько испытаний, они нашли друг друга, и теперь мысль о расставании была невыносима.

- Когда все это закончится, я открою для тебя мир удивительных мест, раньше я бывал там один, теперь я могу разделить эту красоту с тобой.

Инанна ничего не ответила, просто наслаждаясь моментом.

-Зря ты не взяла их... – тихо, словно невзначай, добавил он, и слова эти прозвучали совершенно не к месту.

В шею Инанны вонзилась острая, мгновенная боль. Она застонала, чувствуя, как ноги отказываются ей повиноваться.

-Прости меня, – прошептал Энгирр дрожащим голосом, целуя место укола на обмякшей шее девушки. – "Скоро боль пройдет. Ты просто крепко поспишь какое-то время. Я должен сам разобраться с Иддин-Даганом. Ты же знаешь, это моя месть!

-Вот глупец! – мелькнула мысль у Инанны, но произнести хоть слово уже не получалось. Оседая в объятиях Энгирра, она ощутила, как ее неумолимо клонит в сон. Демон решил в одиночку сразиться с наместником, оставляя ведьму в безопасности.

"А что, если Иддин-Даган все же завладеет разумом голубоглазого?" — эта мысль пронзила ее. Разве он совсем не подумал об этом? Неужели он считает ее настолько никчемной, настолько слабой, что не желает сражаться рядом? И как долго продлится этот проклятый сон?

Ярость вскипела в Инанне. На демона, посмевшего так поступить с ней! Она попыталась дернуться, но тело оставалось неподвижным. Только губы слегка надулись, а дыхание стало прерывистым, выдавая ее бессильную злость.

Энгирр слегка ухмыльнулся, оглядывая её лицо, и не удержался – поцеловал. - Прости меня за это, - довольно проговорил он, - и за это, и за это. Он покрыл поцелуями её щеки, глаза и губы. - Я испугался, когда Ташмету похитила тебя, - откровенно признался он. - Ты знаешь, я подумал: если вдруг с тобой что-то случится, как мне жить и зачем жить вообще? Я сошёл с ума уже давно, ещё будучи в плену. Но когда ты исчезла, я вдруг на секунду прозрел, избавился от терзающих меня кошмаров и страхов. Все мои волнения вдруг стали бессмысленными и незначимыми. Моя боль притупилась, потому что меня охватила иная. Понимаешь? Я думал, больше страдать невозможно, но оказалось, я вновь ошибся.

Вспомнились слова старушки-гадалки, о том, что одним недугом можно облегчить другой.

Инанна понимала, что силы покидают ее и одной из последних мыслей, было, что демон ошибается и сейчас!

Энгирр погладил кудряшки на ее лице, а непослушную прядку заправил за ухо.

Трепетно придерживая ведьму, он оперся спиной о дерево и присел на землю, продолжая держать ее в руках, как дитя.

- Я обезумел, - он глядел в глаза Инанне, ожидая, когда она заснет. Когда ведьма закрыла глаза, он слушал как дыхание ее становилось реже и глубже, до тех пор, пока мирно спящая девушка окончательно не провалилась в сон.

Он сидел с ней так какое-то время, прижимая ее к себе и размышляя о том, что собирался сделать. Когда проснется, она будет крайне им недовольна. Хотя он не помнил, чтобы она по-настоящему как-то ненавидела или злилась на него. От природы ведьма была добра, разве что ворчала на него, отчитывала, бубнила себе под нос, когда была в расстроенных чувствах, но не больше.

- И какой же у тебя план? - раздался внезапно голос за его спиной.

Энгирр поглощенный своими помыслами, совершенно не заметил приближающегося к нему принца Этана. Он нахмурился, никто не должен был застать его врасплох.

- Хочу напасть на Иддин-Дагана сам, - решительно ответил демон, сжимая кулаки, у меня свои счеты с наместником. Кроме того, если мы приступим к городу, вряд ли уже получится напасть незамеченным, сейчас меня одного никто не ждет.

- Идея хорошая, - кивнул принц. Он на удивление отговаривать Энгирра не собирался, - Я и сам хотел предложить нечто подобное. Но вот только, - он окинул недовольным взглядом спящую ведьму и добавил, - Не стоило ли взять Инанну с собой и дождаться Шуши? Разве так твои шансы не увеличились бы? А если Иддин-Даган сможет использовать Око на тебе и к тому времени, когда мы прибудем в город, не будешь ли ты стоять в рядах противника. Об этом ты не подумал?

Энгирр думал обо всем, если бы Инанна хотя бы взяла пилюли, которые могли бы обезвредить его, может быть тогда он отверг свой план, но она даже не попыталась.

- Я пойду с тобой, -неожиданно вскинув голову, произнес принц, не желая слушать возражения, - И Наршум возьмем с собой, - глаза его оживленно забегали, казалось было видно, как напряженно работает его мозг, продумывая тактику действий.

-Если с тобой что-то случится, как же народ и Киш, - на тебя возлагают большие надежды, армия останется без командования. Нет решительно, - отрезал Энгирр, - Я не уверен, что ты будешь полезен мне.

-Бесполезен? Не дождешься. Если со мной что-то случится? Нет же, я вернусь. Мне нравится твой план обезглавить врага. Действуем! - лицо принца Этана было очень уверенным. - Я конечно планировал сделать это другим составом, как я уже говорил, но в целом попробуем и так. Нис-Инису, кое-что передала мне, мы не знали, что вы так неожиданно нагрянете, вместе с Ташмету, я должен был бежать один, незамеченным.

Принц извлек из-под лат кольцо на цепочке, снял его с шеи, надел на палец и в тот же миг растворился в воздухе.

- Как тебе трюк? -раздался его насмешливый голос из пустоты, а через несколько секунд, голос раздался над ухом демона, - Чары скрывают не только мое тело, но и все звуки движений, говорить я могу, но остаюсь невидимым и бесшумным.

Сняв кольцо, принц предстал, перед Энгирром, широко улыбаясь.

Внезапно лицо принца омрачилось серьезным выражением:

- Мне донесли, что Ису-Нергал выступил в Киш, он направляется в опустевшую столицу, понимаешь!

Северный энси действовал коварно, пока юный принц отсутствует в столице он собрал заранее подготовленное войско и двинулся на дворец А.

- Скоро это станет известно солдатам, захотят ли они помогать Асархадону, зная, что под угрозой их семьи. У меня нет выбора я должен рискнуть всем!

Энгирр признавал, что Этана хитер и не нужным его, на самом деле не считал.

*****

Инанна проснулась с головной болью, пронизывающей виски, видимо какое-то побочное действие, той отравы, которую Энгирр любезно использовал на ней.

- Хозяйка, - раздался басистый голос Шуши, где-то над ее головой.

Девушка открыла глаза, и голова закружилась.

- Вот проклятье, - сердито пробормотала она, - он обманул меня, так провел! Подлец! Тогда, когда я совсем не ожидала!

Инанна вспомнила объятья и поцелуи, да кто же в здравом уме решит подозревать того, в ком так нуждаешься в такой интимный момент. Конечно же демон, хотел защитить ее, но Инанне это было совершенно не нужно.

Долго размышляя о том, как одолеть неизвестного колдуна, она вспомнила древнее заклятье, кукла Маклу[1], сжигая ее можно уничтожить ведьму или ведьмака. Но нужна была любая вещь последнего, и не сложный обряд.

Инанна тщательно планировала, нападение, а Энгирр просто взял и вычеркнул ее как ненужную вещь. Девушка очень обиделась и оскорбилась, а еще ей стало очень страшно, что она больше никогда его не увидит, она была так сердита, что была готова рычать.

- Шуши, почему так долго? - голос ее дрожал от недовольства.

Рядом с грифоном Инанна неожиданно для себя обнаружила вошедшую в шатер Майрис. Женщина стояла с серьезным лицом, уперев руки в бока. На ней красовались боевые латы и шлем, чей блеск резко контрастировал с обликом целительницы и наставницы юных подопечных.

- Майрис, - поразилась ведьма, ей стало неловко, что она так ругала Энгирра в присутствии его матери.

- Раненые обескровленные ведьмы, рассказали мне про Око Нергала, - заговорила женщина сквозь сжатые зубы и добавила, - Око, с помощью которого, можно подчинить демона, я не хочу, чтобы такая вещь существовала в этом мире! Не желаю оставаться в стороне.

Лицо ее выражало суровость и решимость. Взгляд открыто демонстрировал недовольство.

Инанна так и не знала истинной формы Майрис, но могла предположить, что демоница сильна и в отличии от безрассудного поступка Энгирра, пойти на врага в одиночку, отказываться от помощи не собиралась.

Вглядываясь на улицу в проем в шатре, куда ее принес Энгирр, она пыталась понять который час.

- Как долго я спала? Как далеко он улетел?

Майрис держала в руках маленький пузырек, ее познания в медицине поразили Инанну еще тогда, в поселении, сейчас же она и вовсе удивилась.

- Не знаю, сколько ты должна была проспать, но проснулась явно раньше, чем должна была. Объясни пожалуйста, что происходит, где Энгирр?

Когда Майрис и Шуши прилетели, сразу же направились в шатер Инанны. Шуши за счет связи с хозяйкой быстро разыскал ее. Они обнаружили ее спящей, но ловкое зрение Майрис уловило, по дыханию девушки, что сон ее не естественный и создан искусственно.

- Энгирр, чем-то отравил меня, чтобы я уснула. Он хочет в одиночку напасть на Иддин-Дагана! - ее руки опять недовольно, непроизвольно сжались в кулак.

Инанне пришлось вкратце поведать Майрис о жестокости наместника. Она рассказала о его расправе над ее сыном, о том, как он применил Око на Энгирре, чье воздействие до сих пор остается неразгаданной тайной. И о загадочном колдуне, чьего облика никто толком не видел.

Демоница внимала безмолвно. Ее лик оставался невозмутимым, но в глазах, сузившихся до щелей, разгорелось такое яростное багровое пламя, что казалось, сам шатер готов испепелиться. Шуши, прижавшийся к ее боку, съежился, словно пытаясь исчезнуть. Ему отчаянно захотелось раствориться вдали от столь грозной спутницы, и мысль о схватке с ней вызывала леденящий ужас.

-Шуши, понесешь меня! - скомандовала Инанна, когда головокружение наконец отступило. Она торопливо сунула Маклу в сумку и направилась к выходу. -Мы должны немедленно догнать Энгирра!

Ведьма и не подозревала, что Энгирр улетел вместе с Наршум и принцем Этаном.

Шуши боязливо взглянул на Майрис. Та, преграждая путь, остановила Инанну.

-Я понесу вас обоих, так будет быстрее, - протянула Майрис, и в её красных глазах блеснул зловещий огонь. Спорить с ней не хотелось. -Когда будем на месте, я учиню там погром, отвлекая внимание на себя. Возможно, вам удастся остаться незаметными. Раз уж они так любят развлечения и представления, я устрою им такое шоу, которое они не скоро забудут.

Они вышли из шатра на улицу. Майрис бросила взгляд на Инанну, предупреждая о необходимости быть наготове, и ведьма ответила едва заметным кивком. Однако, была ли она готова по-настоящему, оставалось лишь гадать.

Майрис повела головой, словно разминая затекшие мышцы, и затем медленно, нехотя воспламенилась. Энгирр всегда вспыхивал стремительно, черно-багровые языки пламени охватывали его в мгновение ока, по одному щелчку пальцев. Майрис же покрывалась черным огнем лениво, будто наслаждаясь каждым моментом трансформации. Когда пламя полностью окутало её, она начала расти. Кожа темнела, руки и ноги вытягивались, а за спиной расправлялись огромные, мощные крылья орлицы. Тело принимало очертания величественной химеры – птицы с львиными лапами, но лицо, удивительно, оставалось неизменным, сохраняя человеческие черты.

Демоница росла, превосходя размеры Энгирра и Шуши вместе взятых. Вскоре из шатров стали появляться люди, поскольку исполинское чудовище уже невозможно было скрыть. От ужаса они падали на колени и молились; облик демоницы был настолько страшен, что на неё невозможно было смотреть. Даже когда казалось, что увеличиваться уже некуда, демоница продолжала расти, раздвигая шатры.

Инанна вспомнила рассказ Майрис. Та, будучи ранена, превратилась в птичку, и солдаты в гарнизоне обижали её, даже пытаясь натравить кота, который, впрочем, убежал со страху. Если бы те солдаты увидели её такой сейчас, разве посмели бы они так шутить?

Завершив перевоплощение, Инанна с благоговением увидела перед собой мифическую божественную птицу Анзуд[2]

Та самая про которую, говорят, что она видела богов, и что даже те, без причины не желают вступать с ней в схватку, что взмах ее крыльев может вызывать бурю, а крик сотрясать землю. Она способна источать пламя, сжигая города дотла. Инанна не верила своим глазам, теперь было понятно, чего так боялся Шуши с первого дня, не смея перечить женщине. Под ее львиными лапами проседала земля, при ее движениях, сотрясалась.

Майрис тряхнула гривой, и несколько шатров попадало, по ее шее раздался рокот. Воины, видевшие это, впали в оцепенение, решив, что перед ними небесное божество.

Майрис подняла голову вверх и изрыгнула пламя, озаряющее округу.

-Иддин-Даган! - взревела птица Анзуд и голос этот раздался на многие биру[3] вперед, содрагая землю.

Демоница взяла в свои лапы Шуши и Инанну и улетела, прочь, повалив деревья и шатры, взмахом крыльев.

[1] Создание фигурки ведьмы. Её сжигали, тем самым нейтрализуя силу колдуньи. «Маклу» (в переводе — «сожжение») — древний трактат по защите от колдовства.

[2] Анзуд (также известен как Анзу, Зу, Имдугуд) — божественное небесное существо в шумеро-аккадской мифологии.

[3] Биру — единица измерения больших расстояний у шумеров. Она равнялась примерно 8550–10 800 м.

Глава 15. Смертельный бой.

Приближаясь к Ниппуру, принц Этана предложил сначала проникнуть в поместье лугаля Асархадона, чтобы разведать обстановку.

В дом Асархадона они ворвались так же легко, как и во дворец в Кише, тем более что были скрыты с помощью кольца. Под покровом ночи они проникли в дом, указывая дорогу Энгирру.

Поместье оказалось огромным. Его комнаты и залы были заполнены ранеными бойцами; слышались хрипы, стоны и агония умирающих. Сразу стало понятно, что войско Асархадона несёт большие потери.

Вихрем промчавшись в большой зал, оформленный колоннами справа и слева, они остановились.

В конце помещения восседал сам Асархадон. Он был ранен: на его груди, стянутой повязкой, проступала кровь. Старый, седой и сухощавый мужчина дремал на своём сиденье. Его окружала личная стража и приближённые генералы. Некоторые из них тоже были ранены, кто-то спал, кто-то чистил меч. В зале находились пострадавшие, а между рядами сновали женщины, перевязывающие их раны.

Возле Асархадона сидела измученная женщина, она так же дремала, на ней была простая одежда, перепачканная кровью раненных солдат. Это была дочь Асархадона, наложница царя Арвиума, мать Этана и подруга Нис-Инису, красавица А-Машу.

Когда Этана снял кольцо, вся необычная троица стала видимой. Энгирр прорычал, обращая на себя внимание, но, чтобы люди не подумали, что это нападение принц, вскинув руки громко провозгласил, как и прежде во дворце А.

- Это ваш принц Этана, нечего бояться, мы пришли на помощь! - принц обладал таинственной силой, люди безотказно подчинялись его воле. Паники не случилось.

Увидев сына А-Машу закричала и побежала к нему. Ее лицо залилось слезами, все это время она не знала жив ли он вообще. Когда Арвиум сильно заболел, и на горизонте виднелась борьба за трон, она отправила сына к подруге ведьме, уверенная, что та сможет защитить принца. Но вскоре узнала, что на школу напали и Нис-Инису мертва, новостей о ее сыне не было.

А когда Иддин-Даган напал, известия и вовсе перестали поступать. Мучимая сомнениями и угрызениями, теперь она кинулась, чтобы обнять сына.

Асархадон встал и его окружение тоже. Все устремили взоры, на неожиданно прибывших союзников.

Принц Этана довольно холодно поприветствовал мать, рыдающую от счастья и спешным движением рук, отодвинул ее к Наршум. Не пристало будущему царю на глазах подданных, упиваться слезами матери.

А-Машу ощутила эту холодность, обжигающую ее, но послушно отступила в сторону, видя серьезно лицо сына, который стал мужчиной.

Асархадон выступил навстречу, обнимая внука. Этана осторожно похлопал деда, огибая его рану.

Битва на поле боя складывалась не в пользу деда Этана. Изначально силы были равны, но всё изменилось с появлением демонов. Они обрушились на пехоту, сея смерть и разрушение, словно, не замечая ни стрел, ни копий, вонзающихся в их тела.

Точное число демонов оставалось загадкой. Присутствие собственного демона на стороне Этана вселяло надежду, но весть о появлении неведомого ведьмака вызвала смятение и настороженность. Никто не подозревал о существовании проклятого Ока.

Иддин-Даган был настроен решительно, сражался крайне жестоко, пленных убивал. Асархадон уже намеревался договориться с наместником о капитуляции, ибо чувствовал, что проигрывает, но Иддин-Даган кровожадно расправился с гонцом, отрубил ему голову и воткнув ее на палку, отправил вместе с конем обратно.

Настроение в рядах армии Асархадона было, совершенно отчаянным и даже известие о том, что из столицы к ним на подмогу направляется войско молодого принца, именующего себя царем, не обрадовало людей. Их печалило, то что принц просто не успеет прибыть вовремя, а Иддин-Даган сравняет Ниппур с землей. Им предстояла решающая битва и они готовились к худшему.

Иддин-Даган со своими приближенными занял дом одного богатого вельможи, ибо пол города он уже разграбил.

- Если колдун существует, то возможно над этим домом существует барьер. Инанны сейчас конечно очень не хватает, -недовольно посмотрев на Энгирра, заключил принц Этана.

Когда принц сообщил, что они в одиночку собираются напасть на наместника, обезглавив армию противника, Асархадон конечно улыбнулся и с гордостью посмотрел на внука, понимая риски, но отговаривать его не стал. Больно уж хотелось верить в уверенного себе Этана, само провозгласившего себя царем. Уставшие генералы молча наблюдали, дикая вылазка казалась абсурдной, единственно что внушало надежду это присутствие Энгирра.

Принц Этана попросил Наршум сыграть, для поднятия боевого духа. Сначала недовольные солдаты, изнывающие от увечий и усталости, которым ночью предложили послушать музыки, роптали, но, когда женщина взяла в руки волшебную лютню их лица, вскоре изменились, и исцеляющая музыка наполнила сердца отвагой.

****

Из своего укрытия Энгирр, Этана и Наршум наблюдали за разграбленным домом вельможи, ставшим убежищем для Иддин-Дагана. Крепкая стража окружала его по всему периметру, ни один воин не спал, каждый ответственно занимал свой пост.

Оставалась лишь слабая надежда, что сам наместник, а заодно и проклятый колдун, все же поддались ночной дреме.

Решение было принято: усыпить стражу мелодией Наршум. Едва слышно, кончиками пальцев, она коснулась струн заколдованной лютни. Но буквально через минуту, словно по волшебству, воины начали зевать. Никому и в голову не пришло проверить источник этих звуков или заподозрить неладное. Так действовала волшебная музыка Наршум, окутывая сознание людей, словно густой туман.

Один за другим солдаты начали оседать на пол, прикрывая рты руками. Те, что стояли у входа, просто рухнули на ступеньки, погрузившись в беспробудный сон. Этана и Энгирр, заранее позаботившись о себе, вставили в уши плотные пробки, чтобы самим не поддаться гипнотическим чарам мелодии.

Троица без труда миновала ворота. Этана жестом велел музыкантше продолжать играть, и чарующая мелодия продолжала разливаться в воздухе. Они были невидимы: действие кольца Нис-Инису распространялось на тех, кого касался его владелец.

Держа друзей за плечи, они бесшумно миновали стражу у порога и вошли в дом. Никакого видимого барьера не ощущалось. "Возможно, колдун и вовсе не существует", – промелькнула в голове Энгирра мысль, и это принесло ему облегчение.

В доме горели свечи на стенах, в проходе спали солдаты. Они не спешно обошли половину комнат, но не обнаружили ничего кроме спящих людей.

Яркий свет в конце коридора внезапно привлек их внимание. Приблизившись, они наткнулись на невидимую стену – что-то мешало им переступить порог.

«Барьер!» – разозлился Энгирр.

Он существовал! Мгновенно приняв демоническую форму, Энгирр воспламенился и вцепился когтями в невидимую преграду. Барьер поддался с трудом, но оказался проходимым. Разрушив действие кольца, они оставили невидимым лишь Этана. Ввалившись в светлую комнату, они увидели Иддин-Дагана, спящего на огромной кровати в объятиях женщины.

Пробужденный звуками разрываемого барьера, он вскочил с кровати, схватив меч, лежавший рядом. На нем оставалась лишь набедренная повязка. Не растерявшись, Иддин-Даган мгновенно осознал всю серьезность ситуации и громко закричал, что есть мочи:

-Белет! Белет!

- Сегодня никто не поможет тебе, - прорычал Энгирр и выступил напротив наместника.

Без ведьмы, колдовства и заговоренных цепей Даган был абсолютно беспомощен перед демоном. Полуголый, он выглядел до смешного нелепо, пытаясь противостоять могущественному Энгирру.

Иддин-Даган замер, поражённый, узнав в нём того самого демона, которого он годами подвергал пыткам, но так и не смог сломить.

- А это ты, пожиратель падали и собак! - ехидно бросил наместник Энгирру, смакуя самые отвратительные детали его плена. - Всё ещё жив? Долго же ты потешал нас своими жалкими представлениями!

Наместник заговаривал его, а сам глядя куда-то за спину демона, снова закричал.

- Белет!

- Не медли, убей его, - раздался из пустоты голос принца Этана, - пока не пришла подмога. Не слушай его!

Женщина, спящая рядом с Даганом давно проснулась и прикрываясь одеялом истошно кричала.

Энгирр на секунду впавший в замешательство от оскорблений своего заклятого врага, переполненный ненавистью и накопленным за эти годы гневом, напал на Иддин-Дагана, сотрясая дом демоническим ревом.

Наместник попытался отразить удар мечом, но что он мог сделать без магической поддержки против демона.

Энгирр одним ударом снес его с ног и когтями разорвал бедро, из ноги хлынула кровь, наместник закричал от боли и пополз в сторону кровати, продолжая призывать таинственного Белета.

Внезапно битву прервала вспышка света, Наршум откинула волна к стене, та больно ударилась и потеряла сознание.

Этана был невидим, что стало с ним было не известно. Лишь Энгирр устоял на ногах.

В комнату вошел старик. Его волосы, совершенно белые, ниспадали каскадом на плечи, а длинная борода была столь же белоснежна. На нем было простое белое одеяние, подпоясанное перевязью с кисточками. Опираясь на трость, он казался хрупким, словно жизнь едва теплилась в нем. Но это был он – тот самый Белет, которого так отчаянно призывал истекающий кровью Иддин-Даган, сраженный одним ударом Энгирра.

В руке старик держал сияющий прозрачный камень, испускавший тонкие, белесые лучи света.

-Почему так долго? – прорычал наместник, с трудом сдерживая боль. – Я ранен!

-И что с того? – безразлично проронил ведьмак, обращаясь к женщине, дрожавшей от страха на кровати. – Эй ты, хватит визжать! Перевяжи рану своему господину.

Энгирр взревел и бросился на старика. Тот лишь взмахнул посохом, и демона отбросило в сторону.

-Ты не причинишь мне вреда, нечистый.

Из теней за спиной старика, словно из самой бездны, вырвались два демона. Старик указал на Энгирра, и его безмолвный приказ был услышан.

На этих существах не было повязок, как у подвластных Ташмету. Вместо глаз – лишь пустые, окровавленные провалы, зияющие ужасом. Безвольные, как марионетки, они были так же измождены, как когда-то сам Энгирр. Против собственной воли, они ринулись на того, кого указал старик.

Голубоглазый без труда разорвал их на части. Лишь один успел оставить кровавый след на его плече.

Не смирившись, старик призвал новых чудовищ. Но и они оказались ничтожны перед Энгирром. Их было множество, но они не имели даже подобия человеческой формы – лишь бесформенная, хаотичная масса, лишенная разума.

Пока нападающие пытались хотя бы поцарапать грозного демона. Откуда-то из пустоты появился Этана и напал на Белета с ножом. Старик, не обладающий выдающейся физической силой, однако смог отразить удар с помощью магии и откинуть принца в сторону.

Ведьмак больше не желал тратить время на потасовки, он зашептал заклятие и направил голубые волны, исходящие из его пальцев в прозрачный камень находящийся в его руках. Пламя окунувшись в Око вышло, изменив цвет на белый, старик указал огню костлявым пальцем на сражающегося Энгирра, и волна накрыла демона, поглощая его черно-бордовое пламя.

Спустя несколько секунд Энгирр прекратил отражать атаки мелких демонов, и те стали впиваться зубами в его руки, ноги и тело откусывая маленькие кусочки плоти, пуская кровавые струйки.

- Оставьте его, - крикнул старик и нечисть, мгновенно прекратила бойню

Голубоглазый замер, лицо его застыло без эмоций, он словно не видел окружающего мира.

- А теперь слушай меня! - скомандовал старик, обращаясь к Энгирру.

Демон покорно, повернулся к Белету, ожидая приказа, а погасшее пламя бордово белое пульсировало в такт с тем, как Око высасывало его волю.

- Убей своего спутника! - приказал ведьмак.

Принц Этана использовал кольцо и сгинул. В глазах демона лопнули сосуды, сукровица скопилась в уголках, и он медленно поднял пылающий взгляд, в поисках растворившегося принца.

Земля под ногами затряслась, словно пробудилось само недра и все находившиеся в помещении, не исключая старика повалились наземь.

Охваченный смятением, Белет тщетно пытался постичь природу внезапных толчков, сотрясавших всё вокруг. Едва устояв на ногах, он отдал приказ демонам: выйти наружу. Покорно следуя за ним, они двинулись прочь, и Энгирр, не отставая, присоединился к ним.

Этана, оставшийся в комнате, проверил дыхание у лежавшей Наршум, и убедившись, что та в порядке, побежал следом за стариком.

Выйдя на улицу, он увидел величественное зрелище: могучая птица Анзуд сражалась с многочисленным войском. Она снижалась, испепеляя ряды противников адским пламенем, не щадя никого, кто попадался на её пути. Спасающихся бегством воинов она настигала мощными когтями, разрывая их тела и разбрасывая останки. Охваченные ужасом люди тщетно пытались убежать от неумолимой Анзуд.

Старик, изумлённый силой демонической птицы, вскинул руки к небу, и голубое пламя яркими волнами взвилось вверх. Он призывал всех подчинённых демонов слетаться на его зов.

Источник магии заметила и Инанна. Она отчаянно пыталась найти Энгирра, не зная, где его искать, и словно мотылёк, притянутая огнём, подлетела к нему. В этот момент ведьма и Шуши резким порывом ветра сбили с ног не ожидавшего атаки Белета.

-Глупая девчонка! – старик изрыгнул проклятия.

Инанна, встав на ноги, оценивающе оглядела противника. В нем не чувствовалось могущественной магии; иссохший старик, словно увядающий цветок, цеплялся за последние нити власти.

-Ну здравствуй! Здравствуй! – Белет сверкнул глазами, в которых плескались надменность и злоба. -Как тебе мое представление?! А?

-Кто ты? Я тебя не знаю! – Инанна обошла его полукругом, короткий меч, охваченный голубым пламенем, был наготове.

- Не понимаешь… – процедил Белет. – И даже не помнишь? Мы виделись с тобой в Уруке. Но тогда ты показалась мне совершенно неинтересной. Ты ничего не знала про Око и была в полном неведении о моих делах. Бесполезная пустышка!»

Слова Белета поразили Инанну. Она крепче сжала рукоять меча. Никаких воспоминаний о встрече с этим колдуном не всплывало в памяти, а он знал ее, видел и говорил с ней.

-Я дергал за ниточки твою наставницу и сестру, как марионеток! – не унимался старик. – Сильнейшие ведьмы? Это я внушил Нис-Инису идею Ока, и я помог Ташмету убить вашу мать!

Стража охватило горе. Перед ней стоял убийца ее наставницы и сестер – самых дорогих ей людей. Ее разрушенный мир, казалось, начал собираться из осколков. Но Нис-Инису не виновата! И Ташмету не виновата! Нестыковки и разрозненные детали начали складываться в единую картину, и именно это объясняло, почему наставница говорила так путано, а Ташмету казалась совершенно не в себе.

-Ташмету, правда, начала что-то подозревать, – съехидничал старик. – Почувствовала мое влияние, выставила защиту, вспомнила обо мне и сбежала! Хоть что-то вразумительное смогла сделать!

На горизонте пылало адское пламя Анзуд, и ее рев эхом прокатывался по долине. Но Инанна уже ничего не слышала, кроме противного смеха старика, который звучал в ее голове, словно ледяные иглы, впивающиеся в кожу, как укусы скорпионов.

- Они даже не вспомнили обо мне! Как же ловко я вас всех провел! Ташмету сделала всю грязную работу за меня, убила ненавистную Нис-Инису. Вы - жалкая пародия на магию, убиваете нечисть, помогая ничтожным людишкам за гроши! Разве это призвание ведьмака? - не унимался старик, сыпля проклятиями и плевками в сторону Инанны.

Из оцепенения Инанну вывел вид загипнотизированного Энгирра из глаз которого текли красные ручейки.

Белет продолжая противно скалиться, дал команду демону напасть на ведьму, и тот послушно направился в ее сторону.

Инанна умоляюще вскрикнула, призывая разум Энгирра, но тот был безучастен, лицо его было бесстрастным. На защиту хозяйки встал Шуши, он обхватил голубоглазого своими лапами и крепко держал.

- Вы ничего не сможете сделать! - не унимался одержимый ведьмак.

- Это мы еще посмотрим! -зло ответила Инанна. - Ташмету разгадала твой замысел, потому что ты ослаб! Ты старый дряхлый полоумный дурак!

Шуши обхватил Энгирра со спины, лишь сдерживая его, не пытаясь навредить, но пламя демона обжигало грифона.

- Хозяйка, долго не сдержать! - просипел он.

Инанна выхватила из сумки бутыль и рукой, объятой голубым пламенем направила в демона, пузырек залил лицо рыкающего Энгирра и тот начал стихать на глазах, позволяя Шуши ослабить хватку и облегченно освободить обожженные лапы.

- Инанна, - раздался голос Этана, рядом с девушкой!

Ведьма опешила, она не ожидала увидеть в этой компании и принца. Он вновь появился из неоткуда снимая кольцо.

- Как ты смогла успокоить его? Ты его убила? глупая ведьма, - рассвирепел не ожидавший такого поворота Белет.

Перекинувшись парой фраз с Инанной Этана исчез.

Ведьма же, сложив руки полукругом, образовала в ладонях магический шар и направила его в сторону Белета. Тот отразил атаку слегка отступив назад, недолго думая она повторила это снова и снова. И неожиданно ранила старика в бок. Он не был особо могущественным, Инанна это почувствовала. Возможно когда-то он был молод и в расцвете сил, но сейчас его власть угасала. Его преимуществом было лишь то, что каким-то непостижимым образом он мог воздействовать на умы людей и демонов, не оставляя воспоминаний о своем воздействии и внушении.

Осознавая свою уязвимость, старик тщательно скрывал свое присутствие в этом мире, и плел свои ядовитые интриги и козни, прячась за спиной Иддин-Дагана.

Энгирр очнулся, голова болела и была, как в тумане, последнее, что он помнил, как ранил наместника и напал на старика в белом. Больше не помнил ничего. Он обнаружил, что находится на улице и лежит на земле. Демон услышал ужасный рев, разливающийся вокруг, испуганные предсмертные крики и возгласы. В небе парила беснующаяся Майрис. Мать предстала перед ним в своей демонической форме лишь несколько раз и то вдали от деревни. Он и не знал, какой она может быть устрашающей и свирепой.

Послышались крики Инанны и Белета, мерцали голубые вспышки сражающихся магов. Над ним кружил Шуши и отбивался от демонов нападающих на него, со всех сторон.

Энгирр почувствовал, что его демонические силы не подвластны ему, Инанна опоила его тем самым зельем Закуту, лишая сил, и освобождая из-под власти Ока. Оно сработало, как противоядие. Его маленькая умная ведьма, как ей только пришло это в голову!

Демон, лишившись своей силы, поднял меч, одного из солдат, заснувших от мелодии Наршум, а после сбежавшего в разгар нападения.

Белет понимая, что проигрывает Инанне в открытом бою, призвал демонов на помощь. Один, усыхающий, с изможденным оскалом попытался напасть на стража со спины, видя это Энгирр преградил ему дорогу и отбросил в сторону, продолжая защищать тыл ведьмы. Нападающий был настолько слаб, что даже потерявший силу Энгирр смог отразить его атаку.

Инанна очередной магической волной снесла Белета с ног, пока старик, разразившись проклятиями пытался встать, из темноты появился Этана, и пырнул старика ножом.

- Ах ты щенок, -гаркнул ведьмак, - думаешь этим сможешь прикончить меня, глупец!

Убить царапиной, ведьмака, призывающего демонов было нельзя, но Этана не этого добивался, он устремился в сторону Инанны, окликнул ее указывая на окровавленный нож.

- Дай его! - крикнула страж, протянула руку и магией призвала к себе нож.

Ничего не понимая ведьмак поднялся на ноги, вглядываясь в суету между ведьмой и принцем.

Инанна спешно вытащила куклу, которую заранее приготовила, и вытерла о нее кровь своего врага.

Обряд по сжиганию Маклу, должен был нейтрализовать силу ведьмака и уничтожить его.

Белет разозлился и расставив руки, начал формировать магическую сферу, сверкающую голубыми молниями и изрыгающую языки пламени.

- Сейчас вы у меня узнаете, что такое, истинная магия! - продолжая играть в руках магическим оружием прорычал злобный старик.

Инанна краем глаза уловила, что Энгирр пришел в себя и отчаянно обороняется. Эта картина лишь подстегнула ее решимость: победить ведьмака во что бы то ни стало. Она сосредоточилась на кукле, начиная шептать слова древнего обряда.

В этот критический момент девушка осталась совершенно беззащитной. Шуши, истекающий кровью в схватке с демонами, из последних сил прикрывал друзей от атак сверху.

Старик, заметив идеальный момент, завершил плетение своей сферы и с яростью метнул ее в Инанну. В полете пылающий шар трансформировался в огненное копье.

Инанна склонилась над куклой, но было слишком поздно. Смертоносное копье, пронзительно свистнув, с чудовищной силой вонзилось в грудь Энгирра, который в последний миг закрыл ее собой.

Увидев и подхватив падающего демона, Инанна издала крик, которого никогда прежде не слышала от себя, крик, переходящий в безудержные рыдания.

Она вскинула озлобленные глаза на ведьмака.

- Что?!- начал смеяться он, - Одним демоном...

Старик хотел, что-то сказать, но в руке Инанны вспыхнула кукла, она сжала ее в кулак, продолжая кричать:

- Аааааа….

Энгирр упал, а магическое копье исчезло, растворившись в груди.

Белет захрипел, и начал изгибаться, повторяя движения куклы в огне, его охватил жар, он не естественно корчился, хрипел, и стонал.

- Мерзавцы! Мерзавцы! Не достойные!

Охваченный предсмертной агонией ведьмак упал, вздымая руки к небу. Говорить он уже, не мог его губы и гортань обгорели. Разнесся запах горящей плоти и ткани. Он иссох, так же, как и те, на ком он использовал Око.

- Энгирр, - рыдала Инанна припав к груди демона, бережно придерживая его голову, - Почему?!

Слёзы застилали ей взор, не давая разглядеть ни единого признака жизни. Дышит ли он? Она отчаянно смахивала капли, но глаза мгновенно наполнялись снова, затуманивая всё. Ведьма жаждала услышать стук его сердца, но её руки дрожали, а собственное рыдание заглушало любую тишину, лишая возможности прислушаться.

- Инанна! - пронзительно кричал Этана. - Уничтожь Око! Инанна!

Девушка не отвечала, продолжая безутешно плакать, словно дитя. Этана резко схватил меч и с силой рубанул им по белому камню, что осиротело покоился рядом с обгоревшим ведьмаком.

Око поддалось и рассыпалось на осколки, вдребезги.

Демоны, обрушившиеся на Шуши, застыли в неестественных позах или безвольно рухнули на землю. Вырвавшись из-под власти Ока, они безумно шарили взглядом по сторонам, словно потерянные души, не в силах постичь реальность.

Анзуд же продолжала свой кровавый танец, истребляя остатки армии Иддин-Дагана. Сам наместник лежал, уже ставший добычей смерти, его тело холодело, покрываясь трупными пятнами. Он истек кровью, бесславно завершив свой путь в схватке, что оказалась короче жизни любого из псов, что бились на его арене.

Глава 16. Верните цепь.

Энгирр очнулся. Рядом, у его кровати, дремала Инанна. Она выглядела осунувшейся и исхудавшей. Он осторожно, чтобы не разбудить, коснулся ее ладони. Сердце наполнилось теплом и тихим, безмятежным счастьем. Он жив.

Демон лежал, вслушиваясь в собственное дыхание, в звуки за окном: детский смех, мычание козы. На губах застыла довольная улыбка.

– Энгирр, – тихо позвала Инанна, почувствовав прикосновение.

Он взглянул на нее. Ее глаза были полны слез, лицо раскраснелось. Не веря, что он здесь, она позвала его снова.

Долгие месяцы демон пребывал в глубоком беспамятстве. Последнее заклинание гнусного ведьмака нанесло Энгирру, уже ослабленному зельем Закуту, страшный удар. Майрис, не покладая рук, исцеляла его всеми доступными ей способами, а Инанна, втайне от всех, вновь поила своей кровью, как уже делала однажды. Никто не мог сказать, вернётся ли он к жизни. Демоница, с тревогой в голосе, ворчала на измождённую ведьму, предупреждая, что Энгирру совсем не понравится её истощённый вид, когда он наконец очнётся.

— Энгирр... — выдохнула страж, не веря своим глазам.

Он крепко сжал её руку и, одарив нежной улыбкой, ответил.

-Я вернулся. Я не мог иначе.

В погоне за демоном Инанна неслась, захлебываясь гневом и страхом. В ее голове роились слова, которые она хотела выкрикнуть ему, но еще сильнее ее терзал ужас: что он погибнет, оставив ее одну, как когда-то ушла наставница.

-Я так люблю тебя, – выдохнула она, прижимаясь к его груди, слезы текли по щекам. – Как же я люблю тебя...

-И я тебя, - хрипло прошептал Энгирр, его голос был едва слышен. – "Я не могу жить без тебя. Совсем.

Инанна вскочила на него, осыпая лицо поцелуями.

Демон прокряхтел, когда ведьма навалилась на него, но тут же очнулся, отвечая на её объятия.

- Не плачь, молю, — вымолвил он, опуская руку на голову приникшей к нему девушки, нежно поглаживая её кудрявые локоны.

- Да мне и незачем больше плакать.

Инанна поспешно смахнула слёзы, шмыгнула носом и расцвела улыбкой. Всё завершилось куда лучше, чем можно было представить. И не завершилось, а лишь началось.

- Что с Иддин-Даганом? — спросил Энгирр.

- Истёк кровью и умер.

- Принц Этана?

-Принц ушёл в прошлое; теперь он был царём Этана, возведённым на трон единогласным решением. Ниппур без промедления склонился перед ним. А Ису-Нергал, услышав о страшном погроме в Ниппуре, поспешно отступил от Киша, поджав хвост, и сам принёс ему клятву верности.

-Ташмету объявлялась?

Инанна лишь отрицательно покачала головой. Бывшая соученица, словно призрак, растворилась в воздухе, исчезнув навсегда. Так и не узнав правды, так и не очистив свое имя. Тяжесть этого неведения давила на Инанну, когда она, наконец, поведала пораженному Энгирру о трагической судьбе матери наставницы и самой Ташмету – обеих, ставших безвольными марионетками в коварных руках Белета.

- Майрис?

Инанна вздохнула, закатив глаза.

-Ох... – ведьма с трудом подбирала слова, словно задыхаясь. – Ты не представляешь... Майрис. Она обратила в прах всё войско Иддин-Дагана. А потом... потом она обрушилась на Урук, где тебя держали. Город исчез. Колизей, всё... ничего не осталось. Она уничтожила всё. И вернулась. Просто вернулась в деревню, вся в грязи, в чужой крови, но без единой царапины. Молча прошла к девочкам, и приказала нам с Шуши – не произносить никому ни слова о том, кто она.

Энгирр усмехнулся, в его голосе прозвучала сталь.

-Зря она это. Я хотел смерти лишь Иддин-Дагана.

Инанна пожала плечами, сделанного было не вернуть. Кто же знал, что Анзуд впадет в ярость и начнет беспощадно мстить.

-Шуши знатно досталось, но он защищал меня и тебя, готовый расстаться с жизнью.

- Возможно, грифон не так уж и плох, - Энгирр уселся на кровати, свесив ноги.

-Он вымахал совсем, скоро не поместится на заднем дворе. Придется отпустить его и разорвать договор, — продолжила Инанна, делясь новостями.

Она присела рядом с Энгирром, уже не смущаясь, как прежде. Жизнь была слишком коротка, чтобы тратить её напрасно.

-Если ты ещё когда-нибудь захочешь сбежать от меня, я снова свяжу нас цепью. Не забывай, я страж и могу это сделать, — игриво проворковала она.

Энгирр рассмеялся, заключил девушку в крепкие объятия и страстно поцеловал.

Эпилог

Ташмету очнулась, открыла глаза и сразу закрыла, пульсирующая боль в висках, заставила ее сделать это. Она подвигалась и застонала, от еще одной неприятности, сломанная рука, отдавала режущими волнами. Прикоснувшись другой рукой к лицу, она почувствовала припухлость губ и небольшой отек на лице.

Воспоминания посыпались на нее, как капли дождя, нарастающего во время грозы.

Из глаз девушки полились тихие слезы, дав волю чувствам, она разрыдалась, всхлипывая и шмыгая носом, как маленький ребенок.

Ощущение безысходности, необратимости накрыли ее с головой. Ничего нельзя вернуть, ни чего нельзя исправить и изменить.

Слезы, которым она впервые за всю жизнь дала волю, неожиданно принесли ей пусть мимолетное, но облегченье.

Приподнявшись на локте, здоровой рукой Ташмету огляделась. Она находилась в комнате, судя по простому убранству и обстановке, обитатели ее вели довольно скромный образ жизни.

Нис-Инису всегда прививала простоту, доброту, она учила не зависеть от денег и роскошных атрибутов. Да и откуда знать простым девочкам из школы табличек, про роскошь. С детства они были приучены к труду и к ведению хозяйства, рано вставали, рано ложились, жизнь общины была проста и дружна. Ташмету любила эту простую жизнь в детстве.

Но после столкнувшись с Иддин-Даганом, те побрякушки, которыми он обвешивал ее, наряды, украшения, которые он желал видеть на ней, со временем стали приносить ей некоторое удовлетворение, в качестве маленькой платы за ее страдания и душевные метания.

Возвращаясь в школу, она начала ощущать жизнь в ней убогой, нищенской и лишенной радости. Простые блюда, скромные праздники и посиделки больше не трогали ее. Казалось, душа ее окаменела. Запахи деревни стали раздражать, в то время как благовония и масла в жилище Иддин-Дагана приносили облегчение, давая почувствовать себя частью иного слоя общества. Ведьм недолюбливали и боялись, но в борьбе с нечистью обращались к ним, а после встреч держались отчужденно и с презрением. Ее мироощущение менялось постепенно, и со временем она перестала чувствовать что-либо вовсе.

Когда она огляделась, то смутилась от двух нахлынувших чувств, с одной стороны, воспоминания детства и комнаты в школе, простой и уютной, с другой стороны, легкое раздражение, от того что снова оказалась в стесненных условиях.

Чувство, что чего-то не хватает переполняло Ташмету, но она не понимала с чем это связано.

Она села на кровати, голова поплыла. Прижав пальцы к виску, девушка зажмурилась, и в глазах заплясали мушки. Странная, всепоглощающая слабость, словно ее жизненные силы иссякли.

Ташмету попыталась встать, но тело отказывалось слушаться, скованное болью. На руках и ногах расцвели синяки и кровоподтеки – немое свидетельство яростной схватки с Инанной.

«Вот уж прошлась», – с горькой усмешкой подумала она, рассматривая свои истерзанные локти.

И тут, словно вспышка молнии, разрозненные мысли соединились в единое целое. Девушка щелкнула пальцами, ожидая привычного отклика – голубого огня. Но ничего не произошло. Она пробовала снова и снова, но магия молчала.

- Что ж, - подумала она, - я просто человек.

Ташмету осматривала себя на наличие магических сил, но ничего не находила, можно было предположить, что ее сила запечатана, но узнать так это или нет, не представлялось возможным.

- Что же ты задумала Нис-Инису? - горько произнесла девушка в пустоту, - и на ее уставших глазах, снова навернулись слезы.

Возможно магия вернется, возможно все что угодно. Нис-Инису могла перевернуть вверх дном всю ее жизнь, вытрясти из нее всю душу и не оставить никакой надежды.

- Таково мое наказание? - задала она сама себе беззвучный вопрос, на который никто не ответил.

Но в голове пронеслись, последние слова наставницы, которые обжигали душу, разрывая сердце на пополам. Она просила прощения, за то, что никогда не была матерью, в которой так нуждалась послушная Ташмету.

- Вздор! ничего не изменить! Нельзя просто взять и извиниться. Или же можно...

Ташмету услышала голоса на улице. Сначала она их не замечала — голова гудела, но, придя в себя и всё больше принимая новую себя, она отчётливо расслышала щебет маленькой девочки и спокойный голос женщины.

Прихрамывая, девушка подошла к двери — лодыжка болела от ушиба. «Перестав быть ведьмой, я превратилась в развалюху», — с раздражением осознала она.

Не успев выйти на улицу, её слух пронзил резкий свист. Она вскрикнула и замерла, зажмурив глаза. Несмотря на опущенные веки, перед её глазами чётко проплыла картина: красивый мужчина улыбается, машет рукой, приветствует, обнимает маленькую девочку, которая устремилась к нему, и он берёт её на руки.

Ташмету открыла глаза и четко осознала, что это видение из будущего, она не обладала даром предвидения, но Нис-Инису, да, все это знали или подозревали.

Похоже наставница передала ей свои магические силы, так почему она просто женщина!? И с какой целью все это было сделано.

Открыв дверь, девушка шагнула наружу. Справа виднелись кухня и кладовая, слева – еще одна комната. Дом был скромен, но опрятен. Пройдя по короткому коридору, она оказалась на улице. Яркое солнце слепило глаза. Прикрывшись от лучей перебинтованной рукой, девушка услышала детский возглас:

– Сестренка, ты очнулась!

К ней, задорно улыбаясь и подпрыгивая, направлялась девочка лет семи.

«Знала бы ты, кто я и на что способна, дрожала бы от страха в углу дома и не смела бы называть меня сестрицей», – пронеслось в мыслях у Ташмету.

-Пришла в себя, – прошептала старушка, не отрываясь от своего занятия: она сидела на скамье, перебирая бобы и тщательно отделяя их от сора. Девочка, помогавшая ей, тут же бросилась к раненой гостье, увидев её.

-Ты так долго не приходила в себя, словно душа твоя не желала возвращаться, – ворчала старушка, её голос звучал искренне и просто, полный сострадания. -Кто так обидел тебя? Надеюсь, боги покарают его.

Неожиданно для самой себя, Ташмету молча села напротив старушки и принялась помогать, выдергивая травинки из зерен.

-Тебе незачем это делать, – мягко сказала старушка, убирая руку девушки. -Тебе нужно набираться сил и отдыхать. Быть может, у тебя есть семья, близкие, кто ищет тебя?

Ташмету задумалась. Семья, близкие? Теперь у неё не было никого.

- У меня никого нет...- еле слышно ответила она.

- А как же ты оказалась избитая в лесу? - удивилась старушка, - мой сын ходил за дровами и нашел тебя, думал ты умерла, но ты была едва жива. Он принес тебя вместо дров, - улыбнулась женщина.

- Я ничего не помню, - соврала Ташмету. Да и что ей было рассказывать, как она высасывала кровь из сестер, поддерживая послушание демонов, чтобы прятаться от Иддин-Дагана.

- Сейчас у многих нет семей. Война закончилась, много детей осиротели, много семей уменьшились вдвое.

- Что? - воскликнула Ташмету, - война закончилась? Но кто же? -застыл вопрос.

- Царь Этана победил, говорят он летает на орле[1] и ему подчиняются демоны. Он разгромил войско Иддин-Дагана, остановил кровопролитие. И ему прислуживала сама божественная птица Анзуд.

- Царь. Этана. Божественная птица Анзуд. -медленно произнесла вслух девушка, - А как же колдун?

- Какой колдун? - удивилась старушка, - не знаю о таком, но ты можешь у сына спросить, он был на войне и знает больше нас. Он ушел в город искать работу. Хочет служить местному энси, он хороший воин.

- Сестричка ты останешься, жить с нами? - прощебетала девочка, - я буду плести тебе косы, у тебя такие красивые волосы.

Девочка приблизилась и не спросив разрешения, по-детски запустила маленькие ручки в волосы Ташмету.

Та не ожидавшая такой вольности, слегка отпрянула.

- Ты такая красивая сестрица, - не унималась девочка.

- Маю, не донимай гостью, - шикнула старушка.

- Ташмету, мое имя Ташмету.

- И имя такое красивое под стать тебе, - продолжала ворковать девочка. - Когда вырасту хочу быть как ты. Скажи кто обидел тебя, и брат накажет его, он очень добрый.

- Маю иди в дом, поставь воды. - приказала старушка.

- Меня зовут Нис-Ниназу, можешь просто Ниназу звать, - представилась женщина, поднялась и взяла в руки корзинку с зерном, которое она закончила перебирать. - Маю мне не дочь, сирота, оставшаяся без родителей. Но она два года уже живет у нас, зовет меня матерью. Боги благословили меня, мой сын вернулся живым с войны. Если тебе некуда пойти, ты пока можешь остаться у нас.

Ташмету почувствовала резкий укол в самое сердце, пронизывающий насквозь.

Она поплелась за Ниназу, ноги как подкошенные сами пошли за ней, эти люди оказались приветливыми, мало того, что спасли ее, так еще и проявляют заботу, но заслуживала ли она ее. Куда ей было пойти, у нее нет магических сил, она не может сражаться. В животе вдруг предательски заурчало. Уже и война закончилась, сколько же времени, она не ела, целую вечность.

- Матушка, - раздался голос за ее спиной.

Ташмету обернулась и увидела, ту самую картинку, то видение, что пришло в ее голову, некоторое время назад.

Тот самый красивый мужчина, приветливо улыбавшийся, машущий рукой, направлялся в дом.

- В жизни он куда красивее, - отметила она про себя.

- Братец, братец, - как в видении выбежала Маю и бросилась на руки мужчины.

Мужчина приблизился, его взгляд, полный теплой улыбки, скользнул по Ташмету. Доброе, открытое лицо, сияющие глаза — в них читалось нескрываемое удовольствие и восхищение.

- Ты очнулась. Лекарь сказал, ранение несерьезное, но ты, похоже, решила не спешить с пробуждением, — его голос, приятный и заботливый, коснулся ее слуха.

Они вызывали асу для нее. Пусть Ташмету больше не ведьма, но знания остались, она может создать амулеты на здоровье, защиту дома и удачу для этого мужчины, чтобы он нашел ту работу, о которой мечтает. Ей захотелось отблагодарить этих людей. Она отчетливо почувствовала исходящую от мужчины сильную энергетику, его путь и свершения еще только начинаются.

Внезапно ей стало не ловко, за свой потрепанный вид, она прикрыла разбитую губу перебинтованной рукой и отвернулась.

Ей всегда было плевать, что думал о ней Иддин-Даган, ведьмы от природы наделены шармом. Ей были противны его ласки и весь он был ей отвратителен. Ее не интересовали мужчины от слова совсем и первый губительный опыт отбил желание интересоваться в будущем. Сейчас же она была просто женщиной, к тому же с разбитой губой бесчисленными синяками и ссадинами, наверно она выглядела некрасивой.

Но этот молодой человек, смотрел на нее с таким восхищением, что она совсем смутилась и не знала, что и думать.

Она так ничего и не ответила ему. Они приблизились к дому.

Внезапный свист в голове, неожиданно раздавшийся, как предвестник нового видения, заставил Ташмету зажмуриться и притянуть руки к вискам.

Образы обрушились на неё, словно лавина, один за другим. На них были они – Ташмету и этот мужчина. Они держались за руки, смеялись, обнимались, любили друг друга… целовались, проводили ночи. Каждое видение было слаще предыдущего.

Ошарашенная девушка распахнула глаза, её взгляд остановился на притягательном мужчине. Он, вероятно, подумал, что она страдает от головной боли – возможного последствия травм – и, нахмурившись, протянул к ней руки.

-Кто так обидел тебя? – спросил он, серьёзно вглядываясь ей в глаза.

Ташмету совсем смутилась, растерялась и поспешила войти внутрь, но от свалившейся на нее информации, задрожала всем телом, запнулась и упала. Вот только упала она, в объятия стоявшего рядом мужчины. Он, недолго думая, подхватил девушку, как пушинку, как самое лучшее и драгоценное, что когда-либо попадало ему в руки и уверенным шагом занес ее в дом.

***

За столом сидели Энгирр и Инанна. Девушка была поглощена чтением табличек, а демон, не скрывая нежности, наблюдал за своей женой.

- Царь Этана приглашает нас во дворец, желает говорить с тобой, - нарушил тишину Энгирр. - Известно, чего он хочет, - не поднимая глаз от табличек, произнесла Инанна. Энгирр понимающе кивнул.

Они оба давно знали о планах царя: он мечтал открыть при дворце школу для ведьм. Ему нужны были подконтрольные маги, чтобы держать их под рукой и лично контролировать процесс обучения. К тому же, Этана отчаянно желал заполучить Энгирра на службу в качестве генерала, но демона эта перспектива совершенно не прельщала.

- Сам посуди, какая сейчас из меня мать-наставница, - Инанна сначала закатила глаза, а затем жестом указала на малышей, которые весело копошились на полу.

-Эрэсти постоянно превращается в демона, грозится всё поджечь и улетает от меня! Хоть веревкой привязывай! Если бы не Майрис, как бы я её поймала? Я ведь летать не умею, – жаловалась ведьма на своих близнецов.

Энгирр молчал, давая Инанне выговориться.

- А Саргон? – Девушка беспомощно развела руками. - Этот ведьмак мне совсем не по зубам. Он такой молчаливый, такой умный... Что у него в голове творится? И какой же он сильный! Когда болеет, мы с Майрис вдвоём не можем ему лекарство дать – так он отбивается от матери! Я совершенно не справляюсь с детьми, совершенно! – Инанна вдруг схватилась за голову, причитая.

Энгирр обошел стол, обнял ее и поцеловал в голову.

- Ты прекрасная мать и жена, - заигрывая сказал он, - и наставницей бы была отличной. Ты и есть наставница. И дети у нас тоже прекрасные.

Демон сказал это с гордостью глядя на сына и дочь, как будто услышав его мысли, маленькая Эрэсти, перевоплотилась в демона, взлетела, при этом воспламенившись и обняла отца за шею сзади. Он засмеялся и наигранно зарычал.

- Кто это у меня здесь? Аааа… Сейчас я кого-то съем.

Девочка захихикала и вцепилась в волосы мужчины.

- Только не подожгите ни чего, - не много устало произнесла Инанна.

Энгирр, в общем-то, был прав. Школы в привычном смысле больше не существовало, но ведьмы по-прежнему жили здесь. Майрис и Инанна обучали их: старшие девочки уже подрастали, готовясь к выпуску, а младшие с увлечением постигали азы ведьмачества.

Эта деревня когда-то уже пережила появление Майрис, затем Энгирра. Что ж, теперь им предстояло смириться и с ведьмами. Инанне порой хотелось укрыть их от внешнего мира, но время не стояло на месте. Всё менялось, и скоро эти птенцы будут готовы покинуть родное гнездо – и это было замечательно.

Энгирр подхватил детей на руки и вышел, но спустя короткое время вернулся. - Где же демонята? - спросила Инанна. - Отдал Майрис, она с ними справится, - он улыбнулся и притянул к себе жену. - Всё, хватит этих чтений и писаний, я соскучился! Он легко отодвинул таблички, крепко обнял Инанну и поцеловал.

[1] Полёт шумерского царя Этаны на орле — сюжет семито-аккадской поэмы «Миф об Этане».