Цена свободы

Пролог

Император Гарадата стоял у окна, заложив руки за спину. Его взгляд был устремлен на роскошный сад с удивительными цветами и деревьями, часть которых не росла на этом материке. Но вот мысленно он явно был не здесь. Для того, кто морально готовился в любой момент рухнуть в демонический мир, навеки превратившись в демона, неожиданная ремиссия состояния оказалась настоящим стрессом.

Император внешне никак не демонстрировал своих эмоций. За столько лет у власти научишься этому, хочешь того, или нет. Однако недавний поступок взбалмошной девчонки стал тем маленьким камешком, который должен был начать камнепад. Раз уж угроза демонизации перестала нависать над его шеей, словно острый меч, Шагар был вынужден пересмотреть некоторые свои взгляды. В том числе, и на политическую ситуацию. Пора было заканчивать это бесконечное противостояние с Арумом. И дело даже не в том, что у двух Империй были кардинально разные политический строй и государственная религия. А в том, что Арум стал излишне навязчиво распространять влияние на другие страны. Уже во многих королевствах государственная религия была официально изменена на культ Златоликого.

Занятая постоянной войной Темная Империя видела происходящее, но ничего не могла предпринять против пошедших «в мир» светлых проповедников. Проповедников темных религий народ встречает, почему-то, всегда менее радостно. И сейчас Гарадат оказался перед угрозой окружения враждебными государствами. Светлые Церковники очень ловко запудривали мозги обывателям, получая практически неистощимые добровольческие ресурсы от своих религиозных сателлитов. Еще век-другой, и Гарадат окажется в тисках фанатиков. Единственное, что сдерживало амбиции Арума – это их нетерпимость почти ко всем расам, кроме человеческой. Вся нелюдь причислялась светлыми к «нечисти». Собственно, именно походы против «Тьмы» и стали залогом расширения Светлой Империи до ее нынешних границ. И не будь у них мощнейшего оружия в виде паладинов, их история закончилась бы, так и не начавшись. Но паладины, обладавшие пугающим, пусть и заемным, могуществом, стали настоящим бедствием. Когда-то, много веков назад, под их давлением прозванные ими «темными» люди и нелюди были вынуждены объединиться, чтобы дать отпор зарвавшимся церковникам. И именно так возник огромный многонациональный Гарадат.

Но в последние годы разведка стала доносить информацию о постепенном послаблении расовой ненависти. В светлых храмах все чаще проповедовалось о возможности принятия нелюди при условии их отречения от собственной греховной сущности.

Раньше Шагар опасался просто не успеть довести до конца сложные и долгосрочные меры противодействия. Восемьдесят процентов заготовленного плана он не доверял даже бумаге, храня в себе – настолько хрупкими они были. Прознай хоть что-то вездесущие шпионы – и Арум немедленно начнет предпринимать ответные меры. А сейчас для этого было слишком рано, не все было готово. Поэтому Император собирался постепенно передать всю информацию малявке-Иллит, растолковав с глазу на глаз свои мысли перед уходом в демонический мир. Он только надеялся, что успеет это сделать до своего ухода. Но теперь все изменилось. Он оставался у власти. И это значило, что пора делать первые шаги.

- Мой Император, - позади Шагара склонился средних лет мужчина с едва заметной серебристой сединой на висках.

- Тагрир, подними голову и подойди. Наш разговор не официальный.

Мужчина поднял взгляд на обернувшегося к нему Императора и с неверием замер, так и не разогнув спину до конца.

- Мой Император… Как?

После того, как Иллит осушила в его теле демоническую энергию, правитель еще не являл себя обществу. О произошедшем знали только ректор с магистром целителей, Иллит и престарелый дворцовый распорядитель. Никто из этих людей не распространялся об увиденном, так что удивление гостя было вполне понятным.

- Расстроен, герцог Ларанский? – Шагар по-звериному осклабился, наслаждаясь реакцией своего дальнего родственника. – Ты ведь метил на мой трон, даже не скрывая амбиций.

- Я счастлив, мой Император, - совершенно искренне произнес герцог. – Вы – сильнейший маг нашей страны, самая крепкая опора. Моя сила не стоит даже сравнения с вашей. Это великое счастье для Империи! Но… как?

Ларанский не кривил душой. Да, он себя считал значительно более подходящим претендентом, чем иностранная девчонка, которая понятия не имеет о том, что значит для магов Гарадата их страна. Однако… Звучало напыщенно, но каждый представитель знати очень гордился своей могущественной родиной, каждый был готов отдать свою жизнь ради процветания своей страны. И сам Ларанский был готов сотню раз пойти в безнадежную битву, если бы это было нужно для Гарадата. Что может знать эта странная девочка, по какой-то причине родившаяся в Аруме, о чести темных магов? Она получила статус знатной особы, но была ли в душе столь же предана Империи, как и потомственное дворянство? Ларанский не верил в это и не считал ее подходящим наследником. А насчет Императора… В Гарадате сила ставилась во главу всего. Император был сильнейшим, часто одного его имени было достаточно, чтобы заставить врагов содрогаться от ужаса. Мощный маг во главе страны – это залог стабильности и процветания. Ни у кого, включая самого герцога, даже мысль не могла возникнуть о том, чтобы восстать против своего правителя, тем самым повергая собственную родину в междоусобный хаос, тем более, перед лицом не менее сильного и опасного врага.

- Как - это не твое дело, Тагрир. Я позвал тебя, чтобы рассказать о моем личном задании.

- Я слушаю, - напрягся герцог.

- Для начала, прекращай тратить ресурсы на Меженских. Они тебе скоро понадобятся совсем для другого. Узнаю, что ты вновь притесняешь моего прямого вассала - накажу.

- Слушаюсь, мой Император, - покорно склонил голову Ларанский.

- Дальше. Твой старший сын уже вернулся с западной границы?

- Неделю назад, мой Император.

- На фронт ему в ближайшее время возвращаться нет нужды. Бери его в свое распоряжение. Ваша задача – разработать методы противостояния распространению религии Златоликого в сопредельных нам странах. Жду проект плана в течение двух месяцев. То, что у нас имеется сейчас – никуда не годится. Арумцы уже забрались на соседний материк. Их торговцы разносят свою веру, как чуму. Нужно пресечь это!

- Я уже думал об этой проблеме, мой Император.

Еще бы он не думал. Герцог же считал, что скоро займет трон. Как он мог заранее не озаботиться многими назревавшими проблемами, угрожавшими проявить себя в период его правления?

- Есть предложения? – Шагар, так и не сдвинувшийся с места на протяжении всего разговора, вытащил из-за своего стола тяжелый резной стул и уселся на него, оставив герцога стоять.

- Пираты. Они обосновались на своем Архипелаге почти сразу же, как образовавший его материк ушел на дно из-за землетрясения. Сейчас это анархическое, но вполне устоявшееся общество. Пираты, конечно, публика разношерстая, но они держат под своим контролем все торговые пути. Их беспощадно отлавливают и казнят кермцы и ашмарцы, но меньше головорезов не становится. Более того, в последние годы некоторые пиратские шайки так усилились, что практически оккупировали ряд портовых городов и часть побережья. Если заручиться их поддержкой, то можно отсечь Арум от соседнего материка и попробовать самим пощупать там почву.

- Идея здравая. Вот только среди пиратов нет никакого порядка. Они постоянно режут друг другу глотки, сменяют себе лидеров по пьяному угару… - Император задумчиво затих. Затея была рискованной.

- Именно поэтому наш пантеон им идеально подойдет, - рискнул нарушить тишину герцог. - Там многие уже давно верят в наших богов, хотя главной религией остается вера в Морского бога – Ганула. Но постепенно эту ситуацию можно исправить. Есть и другие наработки. Наших прямых соседей можно элементарно подавить одной быстрой и мощной военной кампанией. Стоит им оказаться в когтях нашей профессиональной армии – и все мысли о помощи светлым испарятся.

- Такое решение напрашивается само собой. И все же, не стоит зацикливаться только на этом. Я жду от тебя более масштабного, продуманного и разветвленного плана. Примешь у Советника Ханана управление разведкой. Нужно постепенно начинать активизировать наши зарубежные шпионские сети. Пусть начинают понемногу выходить из тени. Это направление ты курируешь лично!

- Да, мой Император, - глаза Ларанского лихорадочно блестели. Начало подобных действий могло значить только одно: Шагар готовился нарушить сложившийся веками паритет между Гарадатом и Арумом!

Глава 1

После получения тяжелого золотого медальона с изображенным на нем мечом с драконьими крыльями, Иллит отправилась в Темную Башню дожидаться возвращения ректора Глера. Именно у него она должна была получить артефакт для борьбы с горными демонами. Ждать пришлось во все еще сохранившихся за ней личных покоях, поскольку никаких комнат ожидания возле кабинета ректора в Башне предусмотрено не было.

Магистр Глер вернулся только через сутки и буквально ворвался в покои своей ученицы. Вернулся он без магистра целителей, по приказу Императора оставшегося во дворце. Сам же ректор был в возбужденном состоянии. Иллит знала, что сделала нечто важное для страны, но не до конца осознавала, насколько. Все ее понимание ограничивалось личным восприятием. Перспектива оказаться на троне для нее отдалилась за воображаемый горизонт – и это было очень хорошо.

- Вот, - магистр Глер протянул девушке прозрачный шар размером с куриное яйцо, исписанный миниатюрными магическими рунами. – Это сосуд для духовной сущности. В гномьих подземельях проживает особый вид горных демонов колониального типа. Собственно, это рой младших духов с разумной маткой во главе. Коснешься сосудом матки – и ее засосет внутрь. Остальные сами нырнут следом. Потом вернешь заполненный сосуд в Башню. Артефакт, как и рой, принадлежит Империи и должен оставаться под соответствующим присмотром.

В Башне было много подобных сосудов с различными тварями. Учеников в место их хранения впускали очень редко и под строжайшим присмотром магистра-демонолога.

- А как найти матку? – поинтересовалась Иллит, принимая артефакт.

- Она будет в центре роя, само собой. Все, иди, мне срочно нужно вернуться во дворец!

Девушку буквально вытолкали из собственной комнаты. Следом выскочил ректор, растворяясь в воздухе. У него действительно оказался прямой телепорт во дворец. Необычайная честь, свидетельствующая о высочайшем доверии правителя. Иллит даже представить себе не могла, как именно ректор заслужил к себе такое отношение Императора.

Задумчиво повертев в руках артефакт, Иллит убрала его во внутренний карман своей студенческой униформы, после чего отправилась на поиски Риты. Служанка уже должна была закончить свои дела, так что девушка планировала забрать ее с собой в Эльзир. Впрочем, Рита нашла свою хозяйку сама. Узнав о количестве раненых в крепости, она наспех собрала несколько сумок с разнообразными артефактами и ингредиентами, изъявив немедленную готовность отправляться. Больше Иллит в Темной Башне ничего не держало. Она поймала извозчика и вместе с Ритой отправилась в столичную резиденцию Меженских за Хель.

Обратный путь в Эльзирскую крепость ничем примечательным не ознаменовался. Вскоре Хель частыми взмахами крыльев подняла пыль с внутренней площади крепости. Стоило уставшей девушке сползти со спины виверны, как перед ней немедленно возник Сергей. Он внимательно изучил свою ученицу, задумчиво хмыкнул и повернулся в сторону донжона, в подземельях которого обосновался.

- Иди за мной. Нужно поговорить.

Иллит ничего не оставалось, кроме как послушно последовать за своим странным учителем, оставив Риту разбираться с некоторыми прихваченными из столицы вещами.

- Откуда в тебе столько демонической энергии?

Вечно беззаботный Сергей сейчас выглядел непривычно серьезным. Тяжело вздохнув, девушка в который уже раз рассказала обо всем случившемся во дворце. Император не приказывал ей держать в тайне произошедшее, но провожавший ее дворцовый распорядитель настоятельно советовал никому не говорить, что именно она стала причиной изменений правителя Гарадата. Этот с виду обычный слуга имел совершенно особенный статус и к его словам стоило прислушаться.

Тем не менее, этот совет не мог касаться Сергея, так как он обязан был следить за ее состоянием и быть в курсе всего происходящего. Удивительно, но раньше он казался ей едва ли не вездесущим. А теперь чего-то не знал.

- Это плохо, - продолжал хмуриться Сергей, когда она закончила свой рассказ.

- Почему плохо? Это же решает столько проблем!

- И намертво привязывает тебя к Императору. Поверь, в этом нет ничего хорошего.

- Почему намертво?

- Ай, все равно уже поздно что-то менять, - Сергей отмахнулся, показывая, что разговор закончен.

Так и не получив от него никакого вразумительного ответа, девушка была вынуждена удалиться в выделенные ей покои.

А на утро Иллит спустилась с крепостной стены и направилась в сторону вставших лагерем гномов. Ей навстречу вышел Сугур. Гном был очень напряжен, следя за каждым движением девушки.

- Каков ответ Императора? – не стал он ходить вокруг да около.

Иллит достала из рукава тяжелый медальон. Она не носила его на шее из-за громоздкости цепи, на которой тот висел.

- Присягу принимать поручено мне.

- А что с демонами? – Сугур был немного обеспокоен тем, что Император не пожелал встретиться с их представителем лично. Гномы были готовы отправить в Рух свою делегацию и никак не ожидали того решения, которое оказалось принято в итоге.

- Мне дали артефакт, с помощью которого можно нейтрализовать матку горных демонов. Вот только придется подобраться к ней максимально близко. Пока не представляю, как это сделать. Если позволите, я бы хотела попасть в ваше поселение и осмотреться.

- Поселение… - Сугур криво улыбнулся. – Мы будем рады приветствовать посланника Императора под нашими сводами.

Далее они обсудили различные нюансы, вроде свиты Иллит при визите в пещеры, а также договорились, что гномы примут подданство после того, как вопрос с демонами будет решен. Иллит не возражала, ведь изначально условие гномов было именно таким. Деваться им все равно было уже некуда – бывший клан стальной черепахи сейчас представлял собой очень жалкое зрелище. Их единственная надежда теперь была на помощь Гарадата.

- Это исключено! - мастер Кеф, комендант крепости, был решительно не согласен с договоренностью Иллит, как только та об этом ему рассказала, возвратившись на стены.

С точки зрения коменданта, Иллит, за которую он отвечал, была всего лишь ребенком, пусть и невероятно одаренным, с демонической силой – но ребенком. Комендант не хотел рисковать ее жизнью и свободой, отправляя в логово врага! Да она же там будет практически заложником! У командира, много лет своей жизни посвятившего отражению атак этих самых гномов, не было никакого доверия к их племени. А после истории с орочьими шаманами и нашествием огненных волков карлики в его глазах не причислялись даже к разумному виду.

- У меня приказ Императора! – девушка махнула перед носом мастера Кефа тяжелым медальоном. – Личный приказ. И особые инструкции по поводу горных демонов.

Этому комендант не нашел, что противопоставить. Только тяжело вздохнул, рассматривая золотой медальон с гербом Империи.

- Возьмите хотя бы с собой моих людей! Они костьми лягут – но вашу жизнь сберегут!

- Все со мной будет хорошо. Мне будет вполне достаточно защиты Муги. Вы же видели, на что он способен. Да и доверяю я гномам. Им не чуждо понятие чести.

- Да что вы можете о них знать? Какая честь, если нам постоянно приходится отлавливать их отряды! Они воруют скот, зерно, убивают крестьян. Ведь они тайно обходили крепость не раз и не два! Поймите же, что я головой отвечаю за вашу безопасность!

- Мастер Кеф… - девушка уже просто не знала, что возразить. Мага можно было понять. Он постоянно терял людей в стычках с гномами. Но и гномы не просто так лезли к людям. – Вы не обязаны отвечать за меня. Если Император дал мне это задание – значит уверен, что я с ним справлюсь. Я благодарна за ваше предложение охраны, но мне это не нужно.

Иллит намеревалась отправиться в гости к гномам немедленно. Рита уже вовсю занималась сборами ее вещей, Муга стоял позади, готовый сопровождать свою хозяйку хоть в глубины ада, а Килат… Своего названного брата она практически не видела. Неугомонный парень окончательно переселился в казармы и предпочел жить среди солдат, легко найдя с ними общий язык.

- Я вас понял, энра, - сдался мастер Кеф, осознав, что ему не переубедить юную магессу.

К этому времени из стоящего в отдалении небольшого особняка, в котором проживал командный состав гарнизона и сама Иллит, выскочила Рита с двумя сумками в руках.

- Вот, - сунула она Муге свою ношу. Первоначальный страх перед легендарным Чиумуганом давно иссяк, и девушка снова вернулась к привычному поведению. – Будь осторожен с коричневой сумкой, там магические инструменты энры. Некоторые очень хрупкие.

Каждый маг в своей работе был вынужден пользоваться рядом специализированных приборов и артефактов, вроде увеличителей, определителей типа энергии, аурных чтецов и других подобных инструментов. Некоторые из них просто не могли быть укреплены магией из-за возможного конфликта энергии, от чего с ними приходилось обращаться с особой осторожностью.

- Понял, - коротко ответил Муга, принимая багаж.

- Вот, это тебе, - девушка сунула в могучую ладонь полуорка небольшой мешочек. – Оркам ведь тяжело под землей. Просто положи под язык щепотку – и паника пройдет.

Муга с некоторым удивлением посмотрел на врученный предмет. Рита была вовсе не обязана заботиться о нем. Оркам действительно было трудно в пещерах. Жители Степи испытывали сильный стресс от довлеющих над головой тонн земли и ограниченности пространства. Рита знала об этом. Даже догадалась, что орку, рано или поздно, придется попасть в пещеры гномов. Все предусмотрела.

- Спасибо, - произнес здоровяк, пряча мешочек за ремень.

- Я не нуждаюсь в благодарностях раба, - Рита раздраженно фыркнула, после чего попрощалась с Иллит и ушла в сторону Лекарского Дома.

Сергей явился буквально к отбытию своей ученицы. Попрощаться и напомнить о необходимости самоконтроля. Он с ней идти отказался, сообщив, что будет ждать ее возвращения в своих лабораториях. У него был в самом разгаре очередной безумный эксперимент по скрещиванию твари Хаоса с мелкими грызунами. Ну и еще ящик красного вина. Зачем он его пьет в таких количествах, если все равно не может опьянеть – бывший земляк Иллит так и не признался. Махнув на него рукой, она кивнула полуорку, после чего спрыгнула с крепостной стены.

Сугур ожидал их внизу в компании своего отца – того самого гнома, носившего золотой шлем. Остальные гномы уже свернули свой лагерь и построились в «ежи», готовые отправиться в обратный путь. Осаждать дальше Эльзирскую крепость было бы с их стороны демонстрацией непокорности, а этого подгорный народ себе позволить в сложившихся обстоятельствах не мог.

- Это верховный старейшина нашего клана, Хирг, - представил Сугур златошлемного гнома.

- Рад знакомству, энра, - произнес старейшина уважительным тоном, но, при этом, его слова были наполнены чувством собственного достоинства. Так разговаривают повидавшие жизнь старцы с высоты своего жизненного опыта. – Надеюсь, мы не пожалеем о том, что доверились вам.

- Я сделаю со своей стороны все возможное, чтобы оправдать ваше доверие, старейшина Хирг.

Правитель не был магом, так что обращаться к нему с приставкой «энр» было бы неуместно. Хотя в других странах эту приставку используют для всех знатных особ, в Гарадате, где магическая сила была возведена в Абсолют, к этому было совершенно иное отношение.

Муга, собравший на себе кучу любопытных взглядов гномов, могучей скалой возвышался позади хрупкой на вид хозяйки, готовый уничтожить любую возможную опасность. От него веяло такой мощью, что даже Сугур посматривал на полуорка с опаской и предвкушением. Можно было не сомневаться, что эти двое сойдутся в тренировочном поединке при первой возможности.

- Энра не взяла ездовое животное…

- Я пока еще умею ходить, - прервала Иллит Хирга. Старейшина произнес это из вежливости, но девушке почудилось в его тоне какое-то скрытое издевательство.

- Как пожелает энра, - уже более искренне улыбнулся старейшина, после чего удалился к своему войску.

- Сопровождать вас поручено мне, - сообщил Сугур. – Мой отец бывает излишне эмоционален. Ведь когда-то именно он отклонил подданство Империи. Мы его не виним, тогда ему пришлось всего лишь озвучить общее мнение клана, но это не значит, что он не винит сам себя.

Иллит не нашлась, что на это ответить. Отказ гномов пойти под руку Императора был исключительно их решением. Более того, это было исключительно их правом. И не поступи правитель Гарадата с ними так, как поступил – кто знает, насколько бы усилились они спустя несколько десятилетий. Девушка искренне сочувствовала несчастьям подгорного народа. Но, в то же время, она прекрасно понимала политическую необходимость, толкнувшую Императора поступить столь жестоко. Гномы были нужны ему полностью послушными и зависимыми от его воли, а для этого их положение должно было стать максимально невыносимым. И, судя по тому, насколько охотно гномы уцепились за предложенную девушкой соломинку, именно так и обстояли сейчас дела.

Через некоторое время Иллит ступила в не так давно проделанный гномами проход. Сугур с каждым шагом становился все более молчаливым и задумчивым. Проход был довольно широким и достаточно высоким, чтобы провести по нему осадные орудия. Здесь даже Муге не пришлось пригибаться. На самом деле, как пояснил Сугур, у гномов практически не было узких и невысоких тоннелей, так как используемая для раскопок техника требовала достаточного простора. Подгорный народ отнюдь не всегда стучал киркой по камню, как представлялось девушке ранее. На самом деле, они были вполне технологически развитой расой. Беда заключалась в том, что все громоздкое оборудование им пришлось бросить на нижних уровнях пещер. Сейчас быт гномов выглядел крайне жалким.

Вскоре проход вывел их в просторное помещение. Довольно большая пещера представляла собой самое жуткое зрелище, какое только приходилось видеть Иллит в своей жизни.

Если кто-то произнесет при ней «лагерь беженцев», то отныне ей будет представляться только и исключительно это место.

Бледные худые гномы спали вперемешку на кучах тряпья. Полуголые детишки, многие из которых были с явными признаками рахита, вяло бродили среди таких же апатичных взрослых. Женщины штопали и перешивали жалкого вида одежду. Кто-то готовил в котелке нечто со столь мерзостным запахом, что было страшно представить, как кто-нибудь стал бы это есть. В отдельной части пещеры лежали совершенно немощные гномы. У многих на теле были глубокие гнилостные язвы, от некоторых остался только скелет, обтянутый костями. На этом фоне довольно бодрые и воинственные «ежи» создавали явный контраст.

- Воинам отдается лучшее, - пояснил Сугур, заметив странный взгляд Иллит. – Если не поддерживать армию в наилучшей форме – то клан погибнет гораздо быстрее. Ведь без вылазок за продуктами голод давно бы выкосил мой народ.

Девушка шла через это нагромождение пожитков, спальных мест, очагов… Запах немытых тел просто сшибал с ног.

- Мы нигде не можем обосноваться, - продолжил пояснять гном. – Унесли с собой все, что могли. Остальное пришлось законсервировать. Демоны постоянно выдавливают нас все ближе к поверхности. А здесь нам просто не подходит воздух. Дышать можно, но это плохо сказывается на здоровье. Особенно детей и женщин. Это было бы еще терпимо, но голод и постоянные налеты демонов почти не оставляют нам шансов. Эти твари каждый раз вынуждали нас бросать не собранным посаженный урожай грибов. Раньше у нас было несколько мудрецов, способных противостоять демонам, но они умерли от старости, а их ученики… Ученики не справляются.

Вот почему они так отчаянно раз за разом бросались на неприступные стены Эльзирской крепости, вот почему они пошли на сделку с орками. Отчаяние. Глубокое, въевшееся в кровь и кости. Оно виднелось в глазах каждого гнома, молчаливо провожавшего взглядом заявившихся к ним чужаков.

Иллит подошла к полуорку, достала из сумки на его плече лист бумаги и перо с закупоренной баночкой чернил. Быстро нацарапав несколько строк, она простейшим бытовым заклинанием высушила чернила и свернула записку в трубочку, передавая своему телохранителю.

- Муга. Бросай свой багаж. Ты должен сменить форму и со всей возможной скоростью вернуться в крепость. Передай коменданту Кефу мою записку. А на словах скажи, что это мое распоряжение, как представителя Императора. Продукты, теплые вещи и медикаменты нужны срочно! Потом возьмешь Риту – и немедленно сюда.

На татуированном лице полуорка сменилась целая гамма эмоций. Учитывая, что он практически не контролировал свою вторую ипостась, приказ хозяйки был для него неожиданностью. Ведь она знала о его проблемах, но все равно отдала такое распоряжение.

Однако волчья часть души охотно пошла ему навстречу. Уже через мгновение огромный волк с красной шерстью смотрел на Иллит горящими глазами, вынудив отшатнуться от неожиданности Сугура. Со стороны гномов послышались сдавленные восклицания. Пламени на шерсти волка сейчас не было. Чиумуган контролировал свою силу потомка степного пожара. Он аккуратно принял зубами протянутый свиток, после чего нежно толкнул носом красноволосую девушку.

- Поторопись, друг мой. У нас еще куча дел, - прошептала она так тихо, что расслышать слова могли только чуткие волчьи уши.

Обдав напоследок лицо Иллит горячим дыханием, он исчез в пещерном тоннеле, которым их привели сюда гномы.

Глава 2

Комендант нервно расхаживал по стене. Его взгляд то и дело обращался в ту сторону, куда ушли гномы и Иллит. Он понятия не имел, как отреагирует Император, если с девушкой на самом деле что-то случится.

- Да все с ней будет хорошо! – Сергей, рассевшийся на вершине одного из зубцов крепостной стены, снисходительно посмотрел сверху вниз на беспокоящегося мага, после чего приложился к бутылке с вином.

- Откуда вам знать, энр Сегел? Она же в их логово пошла без всякой охраны…

- Иллит в пределах моего духовного видения, так что я очень хорошо знаю, что с ней все в порядке. Да я не удивлюсь, если гномы после этого визита возведут мою ученицу в святые. Если у них есть такое понятие. Что у них там за вера?

- Бог огня и стали Гуруд, - машинально ответил комендант. – Да и при чем здесь святые?

- А сейчас и узнаете, мастер Кеф, - хихикнул Сергей, допивая остатки вина и обращая пустую бутылку в песок.

А в следующее мгновение вдали показался очень быстро мчавшийся огромный волк с красной шерстью. Добравшись до крепости, он в один прыжок оказался на стене, вызвав испуганные вскрики солдат гарнизона, после чего сменил облик.

- Муга? – комендант от всего увиденного на минуту даже растерялся. – Почему ты здесь?

Полуорк протянул мастеру Кефу записку Иллит. Прочитав ее, командир даже не знал, как реагировать.

- Как она себе это представляет? – мастер Кеф нахмурился, о чем-то размышляя.

- Хозяйка велела передать, что это ее распоряжение, как представителя Императора.

- Ну кто так поступает! Между прочим, это ее распоряжение даже не по назначению направлено! Поставками заведует градоначальник Эльзира. Проклятье! Хорошо, я возьму этого скрягу на себя. Надеюсь, энра понимает, что делает.

- Не сомневайтесь, комендант, - отозвался с интересом наблюдавший за его метаниями Сергей. – Очень верное решение.

Комендант ничего не ответил. Только наградил учителя Иллит не самым доброжелательным взглядом. Он не мог не опасаться этой странной духовной сущности, но выглядевший обычным парнем дух обладал редким умением выводить из себя кого угодно. При этом, он даже не говорил ничего такого. Просто одно его присутствие очень быстро начинало раздражать.

Муга же, удостоверившись, что указания хозяйки приняты к исполнению, спешным шагом направился к Дому Лекарей. Отыскав Риту, хлопотавшую над ранами одного из солдат, полуорк подошел к ней и схватил за руку.

- Здоровяк? – Рита, которая видела своими глазами, как полуорк покинул крепость вместе с Иллит, была очень удивлена его появлением. – Как ты здесь оказался?

- Иди за мной, женщина, - коротко ответил полуорк, буквально потащив светловолосую служанку за собой.

- Стой, подожди! Да стой же ты, образина!

Девушка, которую буквально волоком тянули к выходу из лечебницы, упиралась ногами, как могла, а в конце изо всех сил укусила полуорка за руку. Муга невольно запнулся. Такого от Риты он не ожидал. Сумев, наконец, притормозить его, Рита свободной рукой дотянулась до шеи Муги и… подцепила пальцем ошейник.

Рабский ошейник отреагировал согласно вложенной магической установке. Парализовал раба, выпустив в его тело мощный болевой импульс, от которого Муга даже слегка застонал.

- Отпусти мою руку, бестолковое животное! Я с тобой никуда не пойду, пока ты не объяснишь, что происходит! Ты понял меня?!

- Понял, - прорычал полуорк. – Отпусти ошейник!

- Ну? – недовольно посмотрела на Мугу Рита, растирая запястье, на котором уже начинали проявляться синяки.

- Приказ хозяйки. Срочный, - поморщился полуорк, в свою очередь растирая шею, на которую пришлась большая часть болевого удара. – Я должен доставить тебя к гномам.

- Судя по спешке, там есть больные? Мне нужно знать, что взять с собой! Опиши, как выглядят заболевшие.

Пока Муга пересказывал увиденное им в гномьей пещере, девушка забралась на лекарский склад и стала спешно выбирать разнообразные ингредиенты. На гарнизоне Империя не экономила, так что ее маленький грабеж на фоне общих запасов был практически незаметен.

- Я готова, - произнесла Рита, появляясь со склада и указывая полуорку на волоком тащимый ею нагруженный разнообразными ингредиентами солдатский вещмешок, который Муга немедленно подхватил.

Вместе они покинули Лекарский Дом. Выбравшись из пропахшего алхимическими зельями здания, полуорк вновь принял облик волка.

«Поедешь на моей спине, девчонка», - раздался в голове Риты мощный голос, в котором звучали угрожающие нотки. – «И только посмей схватиться за ошейник!»

Девушка нервно сглотнула. Эта ипостась полуорка имела совершенно иной характер. И с ним ей хотелось шутить в последнюю очередь.

Иллит отошла обратно в тоннель, чтобы немного отдышаться. Увиденное, да и запах… Все это вызывало головокружение и напоминало ее жалкий побег из борделя, когда девушке приходилось жить какое-то время в канализации с другими бездомными. Увы, даже здесь не удалось избавиться от удушающей вони, но, по крайней мере, стало немного легче.

- Куда делись ваши воины? – с некоторым недоумением Иллит заметила, что все «ежи» куда-то исчезли.

- Там временная оружейная, - указал рукой Сугур на видневшийся в отдалении проход. – Сейчас они сменят экипировку и отправятся в горы на охоту. В этих горах мало добычи. Каменный лес не привлекает животных с мягким мясом. Но, если повезет, то попадется детеныш саханги. Это такие крупные лоси с двумя парами рогов. Они в этом лесу процветают, а их детеныши, если тщательно отварить, вполне съедобны.

- Я послала Мугу за припасами. Думаю, очень скоро сюда доставят все необходимое.

- Я слышал ваш разговор, энра. Вот только в этой пещере далеко не весь наш клан. Как много сможет предоставить нам Эльзир до того, как гномы присягнут Империи? Да и не привыкли мы рассчитывать на чужую помощь. Нам бы только добраться до нижних уровней. Там и грибные поля, и рассада пещерных злаков имеется. Как-то сможем на ноги встать. Уберите только этих тварей, ведь это вы их…

Сугур осекся. Это была запретная тема. Нельзя было винить Империю, пусть это и были справедливые обвинения. Иначе последняя надежда будет потеряна.

- Мне очень жаль, что с твоим кланом так получилось.

- Вы еще слишком юны, энра. Пусть отвечают за времена раздора те, кто стал их причиной.

Вскоре вернулся Чиумуган с Ритой на спине. Ссадив девушку, он сменил облик и вновь занял свое законное место позади Иллит.

- Какой ужас! – добросердечная Рита, увидев развернувшийся лагерь беженцев, чуть сознание не потеряла. Здесь болен был буквально каждый! Просто одни еще держались на ногах, а другие медленно отходили в мир иной у дальней стены. Именно к ним она бросилась, едва перекинувшись с Иллит парой слов.

Сугур смотрел за ее действиями молча и почти безразлично.

- Там дальше есть еще пять жилых пещер. Ее сил просто не хватит на всех.

- Она, по крайней мере, сможет оказать им первую помощь и обеспечит лекарствами самых тяжелых, - ответила Иллит. – А нам нет смысла задерживаться. Муга вернулся. Пора спускаться к месту, где обосновался рой. Вы можете показать нам план пещер?

- Я пойду с вами, - Сугур впервые за все время довольно искренне улыбнулся. – Нельзя, чтобы гномов спасали чужаки. Нужно, чтобы гномов спасал гном. Герой, на которого возложены все чаяния моего клана. А вы… Будете меня всего лишь сопровождать. И помогать советом.

- Не легко вам, мастер Сугур, - ответила девушка, прекрасно заметившая горькие нотки в словах сильнейшего из воинов гномов.

Чтобы сохранить последние крохи чувства собственного достоинства, старейшины гномов отправляли Сугура в самое пекло. И даже если он не вернется, а Иллит благополучно завершит свою часть сделки, то подгорный народ отольет его фигуру из серебра или золота, сообщая подрастающему поколению о том, что именно этот гном пожертвовал когда-то своей жизнью ради спасения своего народа. И именно он, заплатив эту страшную цену, спас их всех. А Иллит даже не подумала бы препятствовать этим историям. Политика.

- Тогда не станем терять времени. Запас еды у нас небольшой, но есть. В крайнем случае, будем идти на поддерживающих зельях. Их нам Рита упаковала даже больше необходимого, - Иллит покосилась на собранные еще в крепости сумки.

- Обычно на такое предприятие меня бы провожали всем миром, - горько ухмыльнулся Сугур, рассматривая своих апатичных сородичей. – Ну да все это прах. Пойду скажу отцу об уходе – и в путь.

Спустя полчаса Иллит, Сугур и Муга уже спускались вниз по пустынным переходам. В какой-то момент с двух сторон показались проржавевшие рельсы, расходившиеся в разные тоннели. Сугур уверенно свернул в правый. Стараясь не ступать на странно вибрирующие при касании шпалы, девушка след в след ступала за их проводником. Муга незаметно достал из подаренного Ритой мешочка щепотку серого порошка и бросил под язык. Ему здесь было очень неуютно.

- Артефактные линии, - прокомментировал гном, разрушая нависшую над ними хмурую тишину. – Когда-то по ним руда доставлялась на поверхность. Километров за восемь от нас проходит более удобный торговый тоннель, по которому перемещались торговцы и ценные товары. Прибывали гости. Увы, там обрушился свод. Полторы сотни лет без подпитки. Укрепляющие руны выдохлись. Нужно было делать на самовосстанавливающихся чарах, но тогда это считалось дурным тоном. Даже существовала профессия напитщика рун. Престижной считалась. Но плата за глупость, как оказалось, настигает самым неожиданным образом. Теперь потребуются десятилетия, чтобы восстановить все торговые и грузовые артерии. Само собой, обрушились только самые крупные пути, те, что выставлялись на показ чужеземным гостям. Так что нам придется идти производственными тоннелями. Все технические шахты остаются исправными. Ведь там кичиться было не перед кем.

Иллит была немного удивлена. Для нее изучение самозапитывающихся магических формаций казалось каким-то чудом. Это было невероятным подспорьем в любой сфере деятельности! И вдруг оказывается, что среди гномов самовосстановление заклинаний считалось чем-то вроде дурного вкуса. А вот требующие регулярной подпитки – наоборот, признак престижа. Хотя, в прошлой ее жизни такое тоже встречалось. К примеру, отказ от супернавороченных и напичканных электроникой автомобилей, где все создано для комфорта, в угоду допотопному форду, который держался на трех гвоздях, но был, при этом, одним из первых в мире автомобилей. И престиж такого автовладельца взлетал выше неба в глазах окружающих. Да уж, некоторые заскоки, как оказалось, были интернациональными.

- Стоп!

Их неспешный спуск в подземные глубины не омрачало абсолютно ничего. Не было видно никаких демонов, не ощущалось присутствия и пещерных монстров. Полнейшая пустота. До этого момента.

Грубо схватив гнома за плечо, Иллит не дала ему сделать следующий шаг. Сугур даже крякнул от удивления. Тонкие девичьи пальчики буквально пригвоздили его к месту.

- В чем дело, энра? – нахмурился мастер. Сугуру не нравилось то, что девушка явно заметила какую-то опасность, а он – нет.

Иллит же смотрела на нечто, напоминающее стоячую воду, в глубь которой уходил тоннель. У самой кромки этой «воды» и был остановлен гном.

- Сколько же их здесь? Если мы только начали спуск, а энергетика в этом месте уже настолько отравлена демоническими эманациями…

Места, где селились демоны, очень быстро пропитывались их энергией, тем самым как-бы определяя границу ареала их обитания. Обычные люди и даже маги не могли этого увидеть, но легко могли почувствовать. К примеру, на зараженном перекрестке дорог путнику вдруг может стать нехорошо, он может сомлеть и даже потерять сознание, став легкой добычей какого-нибудь низшего духа, незаметно вытягивающего часть энергии жертвы. У существ посильнее, вроде бесов, импов или тех же леших, территория может охватывать довольно большую местность. И тогда они в пределах своих владений могут кружить свою двуногую добычу, вынуждая снова и снова возвращаться к одному и тому же месту, попутно вытягивая из них жизненные силы. Все это было не смертельно, но неприятно, так что такие проклятые места простой народ очень быстро вычислял и обходил стороной. Ну или задабривал духов, преподнося им вместо себя разнообразные подарки.

Здесь же дальнейший спуск вниз напоминал погружение в бесконечную ядовитую бездну. Духовный яд демонов, скорее всего, и стал причиной бегства гномов. И становилось понятно, почему маги подгорного народа ничего не смогли с этим поделать. Даже просто находиться в этой энергетике дольше часа без узкоспециализированных знаний по демонологии было крайне опасно для здоровья. Демонический яд был таким концентрированным, что начинал разлагать духовные тела всех живых существ в него попавших. И это только на краю ареала. Что было дальше – даже представить себе трудно. Иллит, как кирмовый ученик Башни, в свое время получила необходимые знания. Но вот сейчас, когда предстояло их впервые в жизни применять на практике, ее оторопь брала. Обычно ученик делал подобное под строгим присмотром своего наставника. Но конкретно ее наставник… Мда.

- Дальше нам пока идти нельзя. Нужно нанести на наши тела магические знаки, защищающие от одержимости. А еще… Надо сообразить какой-то фильтр окружающей нас энергии. Я что-то читала, но не очень хорошо помню последовательность этапов…

- На мне уже есть защитные татуировки от одержимости, - произнес Муга, спокойно усевшийся прямо там, где стоял, и принявшийся править лезвие своей глефы. Океан демонической энергии он видел не хуже, чем Иллит, но он полуорка совершенно не пугал. Потомок высшего элементаля не боялся энергии демонов. Опасность была только для девушки и гнома.

- Я ничего не понимаю, - признался Сугур, сделав осторожный шаг назад. Что бы там впереди ни находилось, ступать туда он желанием не горел.

- Демоны, заселяя какую-то территорию, отравляют ее своим присутствием, - начала пояснять Иллит, вытаскивая несколько склянок с реагентами из коричневой сумки. – Там дальше все заполнено демонической энергией, которая будет растворять энергетические тела вошедших, передавая их энергию обитающим здесь духам. Чтобы было понятно, представьте себе, что все ваши пещеры превратились в один огромный желудок. А демоническая энергия – это желудочный сок. Рой потом фильтрует полученную энергию, сгущает ее и передает матке.

- Ну и мерзость, - гном невольно вздрогнул. Он не был магом и всегда предпочитал сражаться с противником честной сталью. Но здесь враг был совершенно иным. Невидимым и неуязвимым даже для антимагических гномьих клинков. Очертания демонов можно было увидеть только в тот момент, когда они напрямую нападали на самых слабых из них – женщин, стариков, детей.

- Мастер Сугур, мне неловко говорить это, но я должна нанести на ваше тело руны, защищающие от одержимости. Я знаю, какие строгие у вас традиции, но без этого просто не обойтись.

Гном без лишних вопросов несколькими движениями что-то отстегнул, после чего его латный нагрудник с гулким грохотом упал на каменный пол пещеры. Рядом легли наручи, перчатки, наплечники. Избавившись от металла, он стащил с себя плотный поддоспешник и, наконец, нательную рубаху. Иллит только диву давалась, как Сугур умудрялся во всем этом так ловко орудовать своим боевым топором.

Вскоре их проводник оказался по пояс обнаженным. Девушка аккуратно нанесла ему на грудь ряд демонологических защитных символов. В краску она добавила кирмовый порошок для стойкости рисунка. Нанесенные письмена должны были продержаться больше недели. Этого с лихвой должно было хватить на их предприятие.

Закончив с гномом, она сделала тоже самое и себе. Муга с Сугуром на это время тактично отвернулись. Если бы она раньше знала, с чем конкретно столкнется, то подготовилась бы заранее. Увы, но состав чернил для рунописи подбирается всегда под конкретный случай. Только у Муги были орочьи руны, практически универсальные по своему действию. Но разобрать их было невозможно, так как шаманы половину узора и энергоструктуры умудрялись внедрить под кожу. Секреты Степи. Даже прогрессивные маги Гарадата признавали, что им было, чему поучиться у шаманов.

- Выпейте, - Иллит передала Сугуру небольшой флакончик с белой, как молоко, жидкостью.

Не задавая лишних вопросов, гном выпил зелье, после чего его лицо резко покраснело, глаза широко распахнулись, а сам гном надсадно закашлялся.

- Клянусь милостью Гуруда, даже моя жена не варит такой забористой дряни! Что это? Мне невероятно жарко.

- Это ваша защита, мастер. Я решила очищать энергию вокруг нас заклятьем из ледяной магии. Муга, ты обернешься или тебе тоже дать зелье?

- Не нужно, - коротко ответил полуорк и выбрал третий вариант. Он покрылся пламенем прямо в своем орочьем обличье.

- Тогда начнем, - тихо прошептала Иллит, после чего впервые за долгое время позволила себе воспользоваться собственным магическим потенциалом в полную силу.

Даже в Башне магистры ей этого не позволяли, ограничивая ее максимальными тридцатью процентами. Слишком опасно это было для окружающих. Но в данный момент ничего лучше она просто не смогла придумать.

Буквально на глазах все поверхности тоннеля обледенели и покрылись сверху изморозью. Температура в подземелье упала до такого показателя, что пару минут назад едва не сварившийся от действия зелья гном сейчас ощущал, что замерзает! Полуорк, казалось, тоже переоценил свою кровь полуэлементаля и сейчас неприязненно ежился. Когда Иллит вновь предложила ему зелье – он уже отказываться не стал.

- Полудемоны – страшные противники, - проговорил Сугур, наступая на хрустнувший под ногами лед.

- Поспешим, - произнесла в ответ девушка, без всякой опаски шагая на то место, где когда-то начинался ядовитый океан демонической энергии. Сейчас он был полностью нейтрализован вложенной в заклинание силой Хаоса. Уроки Сергея, пусть и казались ранее бестолковыми, сейчас показывали свои плоды.

Глава 3

Следующие несколько часов продолжался спуск по обледеневшим шахтным тоннелям. Чем ниже они спускались, тем чаще натыкались на многочисленные развилки. В каждый такой тоннель-ответвление уходило две пары рельсов. Все чаще встречались полуразвалившиеся вагонетки, иногда сцепленные в целые составы. Некоторые были даже груженые.

- Где же эти демоны? – недовольно пробормотал Сугур, которого нервировало отсутствие явного противника.

- Скорее всего, они чувствуют угрозу и собрались возле матки, - ответила Иллит. – Магистр как-то рассказывал, что в этом инстинкты демонических колоний очень напоминают животных. Насколько глубоко нам еще предстоит спускаться?

- Энра, мы еще, можно сказать, на самой поверхности, - заявил гном. – Вы себе просто не представляете масштабы работ, которые проводились здесь когда-то нашим народом.

- Как вы столько смогли сделать за пару веков? Тем более, постоянно отступая от демонов.

- Все не совсем так, энра. Эти горы были изначальной вотчиной нашего клана. Когда-то мы переселились ближе к подгорной столице, но наша территория продолжала сохраняться за нами и обслуживалась должным образом. После изгнания мы просто вернулись сюда. Местные шахты никогда не были заброшены.

- Но тогда сколько же дней нам придется идти, чтобы добраться до места?

Девушка нахмурилась. Ледяное заклинание медленно, но верно поглощало ее силы. Сколь много бы их у нее не было, но всему есть предел!

- Часа через два пути будет рабочий грузовой лифт. Он доставит нас на нижние уровни.

Иллит вздохнула с облегчением. Безумно хотелось закончить здесь поскорее и выбраться из-под земли на солнечные лучи. Ведь только гномы чем глубже – тем лучше себя чувствовали. Это даже по Сугуру было заметно. Чем ниже они спускались – тем веселее и словоохотливее становился гном, в отличие от своих спутников, с каждым шагом все сильнее устававших от давящего на разум замкнутого пространства.

Время тянулось очень медленно. Одни мрачные тоннели сменялись другими. Особенно тяжело приходилось Муге. Полуорк держался только на гордости воина и подаренном Ритой порошке.

Но все когда-нибудь заканчивается. В конце концов, перед троицей путешественников открылась ровная квадратная каменная платформа, сияющая по краям набором гномьих рун. Именно так и выглядел грузовой лифт.

- Предлагаю здесь немного отдохнуть и перекусить, - предложил Сугур, хлюпая носом. Путешествие в условиях арктического холода наградило гнома стойким насморком.

Иллит была не против. Постоянное поддержание заклинания сильно истощало энергию, в том числе и физическую, от чего есть хотелось неимоверно.

- Чтобы осквернить такое большое пространство требуется столько духов, что трудно представить, - тихо произнес Муга, без особого аппетита хрустя галетами. – Если они все собрались в одном месте…

- Ты прав, Муга. Скорее всего, там духовные слои слились с физическими, - девушка поправила выбившуюся из прически прядь волос.

Знания полуорка были специфическими, но и он был в курсе того, что происходит при большом скоплении демонов на ограниченном пространстве.

Иллит было страшно. Она мысленно крыла Сергея всеми известными эпитетами за то, что заставил разбираться с этим в одиночку. Только и оставалось тешить себя надеждой, что духовным сущностям тоже может икаться!

У нее не было к демонологии ровно никакого таланта. Да, ей все равно пришлось освоить это направление магической науки, но она не тешила себя иллюзиями. Помощь опытного наставника ей бы сейчас очень пригодилась.

После короткого отдыха они перебрались на грузовой лифт. Сугур нажал на какие-то руны у самого края, после чего тяжелая платформа сдвинулась с места и плавно поползла вниз, постепенно набирая скорость. Через какое-то время у девушки сложилось стойкое ощущение, что платформа стала просто падать вниз. Однако гном не проявлял никакого беспокойства, так что Иллит постаралась тоже себя успокоить. Ей необходимо было поддерживать постоянную концентрацию на защитном заклинании, иначе они все пострадают от разъедающей демонической энергии, которая становилась все плотнее по мере спуска. Так продолжалось около получаса. Потом, вопреки опасениям Иллит, платформа постепенно начала замедлять скорость падения, пока, наконец, не замерла.

- Добро пожаловать в Суадун, подземный город звезд, - как-то немного грустно произнес Сугур, сходя с остановившейся платформы.

- Потрясающе, - выдохнула из себя девушка.

В абсолютной темноте, которую нарушали лишь созданные Иллит магические светлячки – простейшее самовосстанавливающееся осветительное заклинание, над головой светили самые настоящие звезды. Их было неисчислимо много! Одни были довольно крупными, другие напоминали мелкие пылинки, плотными туманностями раскрашивающие местный «небосвод». Казалось, они каким-то образом оказались на поверхности и смотрели в бесконечно глубокое звездное небо.

- Даже когда здесь освещался каждый угол, каждый дом и даже каждый забор – звезды не меркли. Подняв голову их всегда можно было увидеть.

- Это же не могут быть настоящие звезды! Что это?

- Конечно, это не настоящие звезды, энра. Это совершенно бестолковый минерал, лертист. Обычно он не светится. Здесь совпало множество факторов, создавших это природное чудо. Даже моим сородичам в столице не удалось его повторить. Эти звезды светят только над Суадуном.

В отличие от своих спутников, гном смотрел на пустые каменные здания, одиноко зиявшие провалами окон. По округе уже расползалось ледяное заклинание Иллит, заключавшее город в ледяные оковы. Мрачное, но завораживающее зрелище.

- Я надеюсь, когда-нибудь вы меня пригласите в это чудесное место вновь. И тогда я смогу увидеть всю красоту вашего родного города.

- Если все получится – то вы, энра, станете навеки почетным гостем нашего клана. Когда бы вам ни захотелось нас навестить – это будет праздником. Да… У нас очень давно не было праздника…

- Я что-то чувствую, - произнес Муга, цепким взглядом изучая окружающее его пространство.

Иллит не чувствовала ничего. Сугур – тоже. Тем не менее, полуорк был прав в своих ощущениях. Краем глаза, если не всматриваться, а рассредоточить взгляд, можно было заметить какое-то движение. В другом месте промелькнула какая-то тень. Странный шум, словно шипение сковороды на плите. Момент его появления оказался незаметным для троицы путешественников, но по мере нарастания он не мог не обратить на себя внимания. Девушка сунула руку в рукав и нащупала там хранящийся в скрытом кармашке духовный сосуд. Стоило ей коснуться его – как странные звуки исчезли, а тени перестали мелькать на периферии зрения.

- Кажется, нас заметили, - произнес Муга.

- Демоны, - прорычал сквозь зубы Сугур. – Проклятые твари!

- Что-то мне не хорошо, - прошептала Иллит, медленно оседая на аккуратно вымощенную разноцветную брусчатку.

- Энра!

Но она уже ничего не слышала. Девушку сковала такая слабость, что даже держать открытыми глаза не получалось.

«Тебе не стоило лезть сюда. Твоя душа еще слишком слаба».

«Наргот?»

Жившая в глубине ее души тварь Хаоса после стольких лет молчания решила, наконец, заговорить.

«Этот глупый раб должен был тебя сопровождать!»

«Какой еще раб…»

«Учитель твой! Сейчас слушай меня внимательно. Здесь действительно обосновался младший демон. Но этот демон уже на грани перерождения. Он практически вступил в средний круг. То, что тебе дал твой ректор, тебе не поможет. Столько лет эта сущность отжиралась на гномах! Было бы странно, не достигни она новой ступени!»

«Но что делать? Ты можешь помочь…»

«Нет! Мне нельзя вмешиваться, иначе твоя душа начинает рассыпаться. Найди выход сама! Не забывай, кто ты такая. И того, что демоны это очень хорошо чувствуют. Любой замок можно открыть!»

- Энра!

- Любой замок можно открыть! – повторила она совет Наргота.

Иллит распахнула глаза. Хлопотавший над ней гном невольно отстранился. В них царила чернота, из которой выглядывали две пары тлеющих углей зрачков. Девушка села, начав тереть пальцами саднящие от разразившейся мигрени виски. Наргот говорил правду. Даже простой разговор сильно на ней отразился. Сейчас, после обучения в Башне, она это очень хорошо осознавала.

- Ты как? – Муга был обеспокоен. Казалось, ситуация выходила из-под контроля. Ледяное пространство, очищавшее окружающую энергию от демонических примесей, сузилось до двух метров в диаметре и продолжало уменьшаться.

- Чиумуган, наклонись. Я сниму с тебя ошейник. Мне нужна будет твоя помощь.

- Иллит… - полуорк застыл. Он впервые назвал свою хозяйку по имени. Его тело дрожало. Это было самым сладким желанием, но одновременно… Он понимал, что позже будет вынужден вновь его на себя надеть.

- В чем дело? – Сугуру очень не нравилось происходящее.

- Демон близок к эволюции. Он стал сильнее за счет твоего народа. Гораздо сильнее. Так просто его в артефакт будет не загнать. Чиумуган, я прошу тебя. Мне придется использовать ту силу. Если что… Тебе нужно будет лишить меня сознания, чтобы остановить начинающийся неконтролируемый выброс энергии. Мастер Сугур не сможет этого сделать. Мы слишком мало знакомы, чтобы в момент потери контроля я подпустила его к себе за спину.

- Хорошо, - Муга присел на брусчатку рядом с Иллит.

Переделанный мастером-наказателем артефакт больше не снимался простым приказом через контролирующий перстень. Девушка коснулась ключ-руны на ошейнике, после чего тот раскрылся. Полуорк подобрал ненавистную полоску кожи и спешно убрал в одну из сумок, которые нес. Ему было невыносимо держать ее в руках. Казалось, ошейник прожигал ладонь. Он был символом его унизительного статуса. Но без него Муга не мог следовать за Иллит. То, что девушка в такой момент настолько ему доверилась, говорило о правильности сделанного им выбора.

- Ничего себе, - Сугур, наблюдавший за происходящим, окончательно потерял нить реальности.

У гномов рабства не было. Они его не осуждали, но сами предпочитали все делать лично, не перекладывая на кого-то другого. Особенный менталитет. Тем не менее, система рабства тайной ни для кого в этом мире не была. И то, что сделала девушка, было из ряда вон выходящим. Она освободила сильного и опасного раба, полностью ему доверяя! А тот в ответ остался рядом, оправдывая ее доверие.

- Рабское положение Чиумугана тяготит меня не меньше, чем его. Он для меня друг, учитель, помощник. Но не раб, мастер Сугур. Если бы не проклятое противостояние Степи с Гарадатом, я давно бы сняла с него эту дрянь.

- Ты слишком добрая, - проворчал полуорк, пытаясь скрыть радость, которую ощущал от этих ее слов. – Будь вместо меня кто-то другой, любой другой орк – ты давно бы погибла.

- Будь на твоем месте кто-то другой, мне было бы безразлично его положение. По крайней мере, ты единственный, кому было на меня не наплевать еще тогда, у мамы Ули. Так что просто подожди. Я найду способ тебя освободить, о ужасный пожиратель детей, Чиумуган!

- Я их ел, - совершенно серьезным тоном произнес полуорк. – Запеченные на углях попки человеческих детей – традиционное блюдо моего народа. Деликатес. И сейчас бы я от него не отказался. Очень нежное мясо…

Иллит посмотрела на скалящегося полуорка, после чего фыркнула и поднялась с земли.

- Мне плевать, чем ты питаешься. Главное, чтобы это было не на моих глазах. Потому что, если я увижу, как ты пытаешься убить ребенка – мы с тобой подеремся. Всерьез подеремся, Муга.

- Твое заклинание почти рассеялось, - поторопился сменить тему полуорк.

Гастрономические пристрастия орков были одной из основных причин, почему между степняками и людьми никогда не было мира. Прожив столько лет среди людей, Муга вполне научился сдерживать свои желания. Люди понятия не имеют, насколько вкусно они пахнут. Даже сырое мясо на вкус орков было несравнимо лучше любого другого, даже приготовленного с особым искусством. И единственной причиной, по которой Муга тогда, в борделе, отнесся к Иллит по-особенному, было то, что она не пахла человеком. Она не пахла едой и поэтому воспринималась наравне с орчатами.

Гном с интересом наблюдал за оживившимся полуорком. Казалось, отсутствие ошейника коренным образом изменило его характер.

Тем временем, Иллит добавила энергии в почти иссякшее ледяное заклинание, но расширила его только до десяти метров в диаметре. Ее глаза продолжали оставаться черными с двойными багровыми зрачками. Она полностью погрузилась в себя, аккуратно бомбардируя заблокированную силой Хаоса энергию Бездны. Именно сейчас она была ей нужна.

- Муга, подай мне сумку с инструментами.

Полуорк без лишних вопросов протянул коричневую сумку. Иллит достала оттуда бесформенный природный кристалл, аккуратно вырезала на нем маленьким ножом несколько магических рун, после чего внедрила на скорую руку созданную структуру поискового заклинания и отбросила кристалл как можно дальше от себя, за пределы очищающего демонические энергии заклинания. Вопреки ожиданиям, кристалл не разбился о мостовую, а завис в полуметре над землей, начав медленно мутнеть.

- Подождем, - вновь уселась на землю девушка.

Холода камней она даже не ощущала. По сравнению с космическим холодом, поселившимся в ней, даже глыба льда не будет казаться холодной. Но она привыкла. Разве что рядом с Императором ей становилось тепло, даже жарко… Стоп. Сейчас не время.

- Что это такое? – с любопытством посмотрел на зависший в воздухе кристалл Сугур.

- Хочу сделать что-то вроде компаса, который будет указывать в сторону наибольшей концентрации демонической энергии. Именно там и должна быть матка. Иначе я просто не представляю, сколько мы будем здесь блуждать. Кристаллу нужно около часа на адаптацию к демонической энергии. Раньше ее уровень, хоть и был высок, но недостаточен для создания компаса. А в этом месте концентрация энергии даже выше необходимого.

Ожидание никогда не бывает приятным. Никто не любит ждать, особенно в тишине. Но атмосфера не располагала к общению. Демоническая энергия, хоть и не проникала через ледяное заклинание Иллит, но все равно продолжала витать вокруг, вынуждая брошенный город казаться еще более мрачным и пугающим. Периодически на периферии зрения мелькали смутные тени, что-то шевелилось, иногда слышались различные звуки, вроде шагов, шепота, скрипа. Раз за разом поднимался непонятно откуда бравшийся ветер. Очевидно, что духовные слои кишели мелкими демонами. Вот только даже Иллит не могла их увидеть. Она была способна заглянуть в самые верхние, близкие к реальности слои, но не туда, где обитали младшие духи.

- Ну наконец-то, - выдохнул гном, когда кристалл, став полностью черным, плавно опустился на землю. Даже для сильнейшего воина подгорного народа напряженное ожидание в окружении непонятных тварей было форменной пыткой.

Иллит подошла к кристаллу, подняла с земли и внедрила в него еще одну магическую формацию. Кристалл в ответ на мгновение покрылся темной дымкой, которая очень быстро рассеялась, оставив после себя короткий черный луч. Эту странную полоску темноты не развеивали даже магические светлячки, освещавшие им путь.

- Нам туда, - девушка посмотрела в том направлении, которое указывал луч.

- Надеюсь, нам не во дворец Совета, - с некоторой нервозностью произнес Сугур.

Иллит и полуорк посмотрели на гнома с недоумением. Вокруг кишели демоны, где-то было гнездо их матки – крайне опасной твари, десятилетиями кормившейся энергией десятков тысяч гномов. А Сугура беспокоил дворец Совета? Это было, мягко говоря, странное явление.

- Уж лучше к демонам в пасть, чем туда, - ответил их проводник на молчаливый вопрос своих спутников.

Больше он ничего пояснять не стал. Их компания двинулась в направлении, которое указывал поисковый артефакт. В совершенно пустом городе их шаги отдавались гулким эхом, разносившимся по всей округе. Это добавляло нервозности. Луч указывал прямо, но гномьи кварталы и небольшие улочки оказались довольно запутанными. Часто приходилось сворачивать. Здесь без способности Сугура к ориентированию они бы сотню раз безнадежно заблудились. Иногда, чтобы двигаться в нужном направлении, приходилось сворачивать в переулки, которые, казалось, шли в совершенно противоположную сторону! Но гном ловко прокладывал путь вперед. В конце концов, они оказались на широкой площади, украшенной сейчас не работающими фонтанами, скульптурами и резными скамейками. В центре этой площади располагалось приземистое овальное строение, по бокам входа в которое были высечены две каменные статуи гномьих воинов, возвышавшиеся даже над крышей здания. Здесь луч компаса резко развернулся, указывая вниз и вправо.

- Проклятье, - сплюнул в сердцах Сугур. – Нам все-таки туда!

Глава 4

Иллит посмотрела на нервничавшего гнома.

- Что там? – спросил Муга, ничего особенного в здании не заметивший.

- Да одни демоны знают, что там. Нам же не в сам дворец. Нам в его подземелья. А там чего только нет. Секретные лаборатории, темницы для политических заключенных, склады с такими вещицами, рядом с которыми даже ветры пустить нельзя – взорвется! И везде нужны особые допуски, чтобы отключить ловушки. А у нас их, как вы понимаете, нет. У моего отца был до третьего уровня, но не возвращаться же за ним.

- Да и демон может находиться значительно ниже, - произнесла Иллит. – Придется пробираться. Муга, ты не знаешь каких-нибудь шаманских методов воздействия на тварей Хаоса? Очень хочется если не навалять, то хотя бы напакостить кое-кому, не соизволившему мне помочь!

- Нет, - оскалился полуорк, прекрасно понявший, кому предназначалась затаенная месть его хозяйки. – Твой учитель – это первая тварь Хаоса, которую я вообще увидел. Раньше даже не знал, что такие есть.

- Очень жаль, - огорченно вздохнула Иллит, мысленно продолжая искать варианты. Ну не может же он быть неуязвимым?

- Давайте зайдем, - как-то обреченно произнес Сугур, направляясь ко входу в овальное здание.

Внутри оказалось… пусто. Если не считать возвышавшегося в центре каменного постамента по середине которого располагался небольшой круглый стол с десятью коваными стульями.

- Дворец Совета – это место, где самые уважаемые гномы собираются для обсуждения разнообразных вопросов, - голос Сугура эхом прозвенел в пустом помещении. - Посоветоваться с уважаемыми членами общества и найти удовлетворяющее всех решение. Сюда мы не приводим иностранных гостей. Для них есть дворец приемов. Там все и украшено достойно, и выглядит им привычно. Нам сюда.

Они прошли через весь зал и остановились возле неприметных, практически сливавшихся со стеной двустворчатых окованных сталью дверей приблизительно двухметровой высоты. Двери оказались заперты, что гнома вовсе не остановило. Он размахнулся своим топором и изо всей силы врезал по створке, но та устояла.

- Позвольте мне, мастер Сугур.

Иллит подошла поближе. Гном покорно отступил в сторону. С тех пор, как у Иллит почернели глаза, он смотрел на нее с некоторой опаской. Ее вид вызывал в нем какой-то иррациональный страх.

Девушка коснулась замочной скважины ладонью. Холод, вырвавшийся из ее руки, был совершенно не похож на то, что она использовала для очищающего заклинания. Казалось, этот холод не просто остужал все вокруг, он пожирал любое тепло, любую энергию. Дверь на глазах покрылась инеем, после чего осыпалась невесомой ледяной крошкой.

- Иллит? – полуорк обеспокоенно взглянул на тяжело дышавшую магессу. Каждое использование Пустоты, как орки называли силу Бездны, ставило ее на грань неконтролированного выброса. Последние годы ее обучали держать собственные способности в узде, стараться подавлять эту часть силы. Но сейчас она делала совершенно обратное.

- Я держусь, Муга. Пока все в порядке. Пойдем, - она запустила в темный проем перед собой осветительное заклинание и шагнула внутрь. За ней сразу же последовал Муга.

- Да поможет нам Гуруд, - пробормотал гном, ныряя следом за своими спутниками.

Вопреки ожиданиям, здесь не было мрачных подземелий с осыпающейся на голову штукатуркой. Все было очень чистым и аккуратным. Коридоры, освещенные магическими светлячками, расходились в разные стороны. Не было ни грязи, ни разрухи. Все находилось в идеальном состоянии. Каждый сантиметр поверхностей стен и потолка был исписан гномьими рунами, назначение которых Иллит распознавала с огромным трудом. Того, что по артефакторике ей преподавали в Башне, было явно мало, чтобы понимать окружающие ее формации.

Тем не менее, идеально ровные квадратные проходы выглядели очень солидно. Впечатление портили только полупрозрачные бесформенные тела демонов, опасливо отползавших от ледяного заклинания, но при этом стойко преследовавших вторгшихся в их владения чужаков.

- Не нападут? – несколько нервно перехватил гном топор.

- Обязательно нападут, - произнесла Иллит, подавая гному небольшой флакон с коричневого цвета зельем. – Смажьте свой топор. Это их не убьет, но вышвырнет в глубокие духовные слои, откуда им вернуться будет очень трудно. Была бы здесь моя приемная матушка… Она такую мелочь одним только взглядом усмиряет. Но так как среди нас нет ни одного демонолога, придется отбиваться оружием.

Вскоре прогнозы девушки сбылись. В какой-то момент под их ногами разверзлась пропасть. Сработала одна из ловушек уровня. И пропастью стал весь пол коридора до ближайшего поворота, который, нужно сказать, был метров за двести от путников. Это вам не голливудские фильмы, где слегка напрягшись, провал можно перепрыгнуть. Иллит удержалась только на природной ловкости и скорости реакции, вцепившись пальцами в открывшиеся в стенах квадратные отверстия. Гном вогнал в стену лезвие своего топора и старательно хватался за любые неровности и отверстия. Полуорку также удалось уцепиться пальцами и мысками сапог за появившиеся выемки. Вот только эти отверстия также были частью западни. Из них в помещение пошел ядовитый газ. К счастью, ледяное заклинание Иллит нейтрализовало его не хуже, чем демоническую энергию.

- И это только начало, - прокряхтел Сугур, рассматривая острые колья внизу провала. Он, как и его спутники, аккуратно перемещался по стене в сторону выхода. – Одно радует меня в этой ситуации. Живые твари передохли. Так что ловушки, их выпускающие, нам не страшны. А вот магические…

- С магическими я разберусь, - ответила Иллит, уже перебравшаяся вдоль стены через пропасть и ловко спрыгнувшая на твердую поверхность. И тут же поймала выпущенный ей в лоб арбалетный болт.

Здесь коридоры значительно расширялись. Вдали виднелись какие-то крупные механизмы. Вероятно, для их проходимости дальнейшее обозримое пространство было значительно расширено. Девушка с любопытством подошла к заброшенному механизму, напоминавшему помесь роботизированного носорога и экскаватора.

И вот именно в этот момент демоны решились на атаку. Их полупрозрачные тела уплотнились. В этом месте, где концентрация демонов была особенно плотной, они могли влиять на живых существ не только энергетически, но и физически.

В руках Иллит возникла подаренная Сергеем глефа. Муга также призвал неизвестно откуда, так как никаких пространственных артефактов у него не было, собственную глефу.

Низшие духи редко обладают какой-либо определенной формой. Как правило, они напоминают нечто вроде подвижного желе. Эти отличались. Они были похожи на помесь ящерицы с муравьем. В раскрытых пастях виднелись концентрические круги острых иглоподобных зубов. Их ряды у каждого круга имели собственный наклон. Первый демон ринулся на полуорка, закономерно оказавшись располовиненным орочьей глефой. Разумеется, это не убьет духовную сущность. Но заговоренный шаманами металл отнимал у демонов накопленную энергию. Духи больше не могли поддерживать себя в плотных верхних духовных слоях, буквально проваливаясь в самые их глубины, откуда им было почти невозможно вернуться обратно.

Следующая тварь ринулась на гнома. Иллит с изумлением обнаружила, что ее саму демоны форменным образом игнорируют. В чем была причина – она знала. Еще при изучении демонологии ее учителя сильно удивлялись тому, как сильно опасаются демоны аловолосую магессу. Впрочем, в данный момент это было ей только на руку.

Если Муга с трудом, но справлялся с навалившимся на него бесконечным потоком демонических тварей, то гному приходилось туго. Нет, он не был хуже в бою, чем полуорк. Даже наоборот, он в чем-то превосходил слегка утратившего былые навыки Чиумугана. Вот только по какой-то причине именно гнома демоны сочли слабейшим, направленно выбрав его главной своей целью. А, может, и не демоны, а управлявшая ими матка. В любом случае, именно гному на помощь и поспешила Иллит.

Дальнейший их путь становился с каждым шагом все труднее. Демоны могли мирно следовать за ними по пятам в верхних слоях духовного мира, могли вообще пропускать путников мимо себя, безразлично наблюдая за ними со стен и потолка. А в следующий момент эта шевелящаяся масса срывалась в яростном наступлении.

Все это усложнялось постоянно срабатывающими ловушками, которые то заливали проход кислотой, то сдвигали стены, пытаясь расплющить нежелательных визитеров, поднимали температуру в переходах или, напротив, замораживали все вокруг, в ход шли заклинания замедления, проклятия темной магии…

С магическими ловушками разбираться приходилось Иллит, снова и снова выпуская на свободу силу Бездны. Каждый раз ей требовалось все больше усилий, чтобы затолкать Бездну обратно в глубины своей души. Полуорк сильно переживал за нее, но помочь ничем не мог.

Наконец, в голове у уставшей от бесконечных боев и ловушек Иллит появилась сумасшедшая идея. Как долго им придется блуждать по этим бесконечным лабиринтам, прежде чем они найдут матку? Да и кто сказал, что матка позволит к себе так просто приблизиться? Даже если она сама не может перемещаться, ее могут переместить ее демоны. Да и почему все считали, что матка не может двигаться? Потому что так в учебниках написано? Если демон на грани повышения ранга, то как к нему можно применять какие-либо стандарты? Он ведь может переродиться во что угодно!

Иллит посмотрела на луч компаса. Он едва заметно менял направление, доказывая, что ее предположения были верны.

Девушка до боли прикусила губу. Они изначально все делали неправильно. Но никто и не рассчитывал на то, что она собиралась сделать сейчас. Даже ей самой это казалось дикой идеей.

На эту мысль ее натолкнуло опасливое отношение демонов роя. Собственно, у демонов колониального типа рой – это один-единственный организм. Все члены роя являются частями одного-единственного демона. А матка – это мозг, управляющее ядро.

- Муга, мастер Сугур, отойдите от меня шагов на сорок, - произнесла она, дождавшись очередного затишья в бою и убедившись, что в радиусе пары сотен метров не осталось никаких ловушек.

- Что ты задумала? – полуорк не торопился выполнять приказ. Ошейника не было, так что сейчас он вполне мог себе позволить ее ослушаться.

- Доверься мне, - ее потусторонние глаза были прикованы к оккупировавшим поверхность стен демонам.

У Муги просто не было иного выбора. Во всем здесь происходящем он разбирался не больше, чем тот же Сугур. Они зашли так далеко только благодаря Иллит. И что бы она сейчас ни задумала – приходилось полагаться на ее решения.

Девушка наблюдала, как недовольный тем, что не понимает происходящего полуорк отошел от нее на достаточное расстояние. За ним последовал Сугур, уже привыкший к тому, что здесь он ничего не решает.

Иллит сделала глубокий вдох, закрыла глаза, доводя себя до максимальной концентрации. А затем Бездна вырвалась на свободу, окутывая потусторонним холодом всех попавших в радиус ее воздействия демонов. Алые волосы покрылись инеем, добавляя облику девушки загадочности. Почти не изменившись внешне, она, почему-то, утратила всякую схожесть с человеком.

Неторопливо приблизившись к замороженным, но все еще не погибшим демонам, она коснулась одного из них рукой. Дух после касания к нему бледного женского пальца осыпался мелкой крошкой льда, которая немедленно стала растворяться, превращаясь в чистую энергию. Эту энергию Иллит с наслаждением вдохнула в себя, ощущая растекающийся по энергоканалам горячий поток свежих сил.

- Кажется, у демонов есть такое выражение: развеяться в Бездне, - проговорила она, подходя вплотную к еще одному демону. – Очень точное определение. Я знаю, что ты слышишь меня через них. Ты знаешь, зачем я здесь. Мне надоело за тобой гоняться. Вот тебе два варианта. Первый. Ты отзываешь свой рой и приходишь ко мне по собственной воле. В этом случае я гарантирую тебе жизнь. Думаю, найдется темный маг в Башне, который добьется права заключить с тобой духовный договор и даже поможет переродиться. Иметь в услужении демона среднего круга, пусть и младшего демона – это престижно. Очень хороший вариант. Второй вариант – плохой. Для тебя плохой. Если ты продолжишь упрямиться, мы просто развернемся и уйдем. И я прихвачу с собой вот это, - она указала на черный кристалл-компас. – Здесь слепок твоей энергии. Имея его, не потребуется знать твоего истинного имени или печати. Я просто отдам кристалл своей приемной матери-демонологу. И можешь не сомневаться, она легко тебя призовет в подчиняющий круг. И когда ты явишься, я сожру тебя. Поглощу также, как этих демонов. Честно говоря, мне наплевать, который вариант ты изберешь. Я жду три часа. После этого мы разворачиваемся и уходим. Время пошло.

Иллит села на пол прямо там, скрестив ноги «по-турецки». Бездна продолжала выжигать вокруг нее всю энергию. Ей приходилось прилагать огромные усилия на то, чтобы пожирающая сила не распространилась на материю и не вышла за границы трех десятков шагов. Не хотелось бы лишить себя воздуха или рухнуть в нижние подземелья из-за того, что пол обратился в труху. Она дала демону три часа. Себе в таком состоянии она давала максимум четыре часа. После этого Бездна может выйти из-под контроля.

Но столько времени ждать не пришлось. Демоны в чем-то очень простые существа. Они врожденно предрасположены подчиняться более сильному. На этом держится вся их иерархия. И именно на это сделала ставку Иллит. И не ошиблась.

Они просидели в тишине чуть больше часа. Сугур хмурился, не находя в происходящем ничего героического. Он напряженно о чем-то размышлял, довольный уже тем, что демоны прекратили всяческие попытки их атаковать. Муга же, не отрываясь, смотрел на хрупкую девичью фигурку в центре незримой сферы потустороннего холода. Полуорк хорошо знал свою хозяйку. Он видел, что она на грани и был готов вмешаться в любой момент.

Тихие шаги, звук которых разносило по пустым коридорам царящее здесь эхо, заставил всех напрячься. Звук медленно приближался. Он был очень своеобразным, словно идущий шел босиком.

Через время из-за поворота показалась полностью обнаженная фигура темноволосой гномы. В отличие от мужчин своего племени, женщины гномов были внешне очень похожи на человеческих девушек. Разве что рост их редко превышал полутора метров.

Эта гнома была не просто красива, она была прекрасна той роковой красотой, которая лишает разума мужчин, отправляя их совершать безумные подвиги ради одного только благосклонного взгляда возлюбленной.

- П-принцесса Наяра, - выдавил из себя Сугур, у которого глаза на лоб полезли от зрелища приближающегося силуэта. – Это… Это невозможно!

Однако девушка не удостоила гнома даже каплей своего внимания. Она неотрывно смотрела в сторону сидящей на полу Иллит. Остановившись в паре метров от границы сферы Бездны, гнома качнула головой. Распущенные длинные черные волосы мягкой волной прикрыли полные тугие груди. Сугур нервно сглотнул, стараясь смотреть куда угодно, только не на это прекрасное обнаженное тело. Вот только взгляд предательски раз за разом возвращался к сладострастной фигуре.

Девушка не мигая смотрела на Иллит глубокими карими глазами.

- Я подчинюсь, - весенним ручейком прозвенел хрустальный голос. – Но не стану заключать духовный договор с тобой.

Это было ожидаемо. Демоны предпочитали любые пытки и смерть, но не подчинение ей. Причиной было то, что живший в ее душе Наргот являлся тварью Хаоса, исконным врагом демонов. Склониться перед извечным врагом для демонов было совершенно невозможно! Все их естество протестовало против этого.

Иллит ничего не ответила. Она взглянула на Сугура, пытаясь полностью понять происходящее. Не хотелось сделать ошибку, в будущем способную повлиять на отношения Гарадата и гномов.

- Это тело – принцесса?

- Тело? – Сугур не сразу понял, о чем шла речь. – Одержимость! Простите, энра, я был так шокирован, что утратил способность к ясному мышлению. Да, это принцесса Наяра. Собственно, она и стала причиной нашего изгнания. Когда король подгорного народа умер, не оставив наследника, принцесса была следующей в очереди на трон. Но женщина не может управлять гномами. Это закон. Ее должны были выдать замуж, а ее супруг уже сел бы на трон. Вот только принцессу попытались выдать за очень богатого гнома, но не имеющего знатного происхождения. Гном был очень амбициозен. Принцесса бежала! Ее так и не нашли. За это ее заочно изгнали. В конце концов, тот гном женился на женщине из другой ветви. Гномы, нарушив традиции, впервые в истории презрели одного из претендентов, который шел следующим по списку и был также из нашего клана. Они выбрали безродного толстосума, купившего их лояльность! Наш клан не согласился с этим. К тому же мы подозревали, что именно этот гном что-то сделал с принцессой! Мы попытались отстоять престол, но оказались изгнаны из столицы. Кто бы мог подумать, что принцесса окажется также здесь, да еще и в таком виде! Мы же по ней поминальную Гуруду отпели!

- Носитель жив? – задала вопрос Иллит никак не реагировавшей на разговор темноволосой девушке.

- Носитель мертв. Если вам нужно это тело, я добровольно покину его. Но ты дашь клятву не уничтожать меня и не оставлять при себе. Я не стану тебе служить, но и погибать не хочу. Мне до перерождения осталось совсем немного, всего пара десятилетий. Поклянись!

Иллит сделала на ладони надрез.

- Клянусь тебе кровью, что в том случае, если ты добровольно покинешь носителя и после этого сама войдешь в духовный сосуд – я не оставлю сосуд при себе надолго и при первой возможности передам его магам Темной Башни или Императору, если он того пожелает. Я не стану тебя преследовать за случившееся до этой клятвы и не стану пытаться тебя подчинять.

Будь демон слабее, то достаточно было бы духовному сосуду оказаться рядом, чтобы втянуть в себя духовную сущность. Но сейчас единственный способ завершить эту историю с гномами - заставить демона войти в сосуд добровольно.

Выслушав клятву, демон выбрался из занимаемого тела. Бездыханное тело девушки опустилось на пол, а перед Иллит предстало нечто, напоминающее исполинскую личинку, своим телом занявшую практически все обозримое пространство тоннеля. Из белесого тела во все стороны торчали извивающиеся щупальца, оставлявшие на поверхностях стен, пола и потолка выжженные следы.

Демон на мгновение замер, после чего перетек в духовный сосуд. Исписанный рунами шар раскалился, вынудив Иллит отбросить его от себя. Когда сосуд откатился в сторону, в него один за другим стали нырять простые члены демонического роя. Но девушке уже было на это наплевать. Увидев, что дело сделано, она неосознанно расслабилась. Бездна немедленно воспользовалась этим. Неконтролируемый выброс мог разразиться в любое мгновение.

Чиумуган, увидев происходящее, бросился к своей хозяйке. Кажется, пришло время и ему исполнить свою роль. Он аккуратным ударом погасил сознание Иллит, после чего обернулся в волчью форму и стал вливать в нее свою энергию. Муга не жалел сил, едва ни досуха осушая свои энергетические каналы. Так было нужно. Именно для этого с него сняли ошейник.

Глава 5

Иллит раскрыла глаза. Затылок беспощадно ломило, а во всем теле была какая-то пугающая слабость и пустота. Сила Бездны растеклась по энергоканалам, пожирая любые крохи магической энергии, какую она неосознанно впитывала из окружающего мира. Радовало только то, что эта сила не вырывалась из ее тела.

- Ты как, полудемон? – каким-то тоскливым голосом спросил Сугур.

Иллит перевела взгляд на гнома. Он нежно баюкал на коленях бездыханное тело принцессы, которую успел укутать в свой походный плащ. Сугур был сам на себя не похож. Казалось, в нем что-то сломалось от этого вида. Это было глубинной и искренней печалью.

Рядом с Иллит, опираясь спиной о стену, сидел Муга с закрытыми глазами. Он не был без сознания. Просто отдал ей все свои силы до последней капли и сейчас стал слабее котенка.

- Спасибо, Чиумуган, - тихо прошептала она полуорку, после чего с трудом села в медитативную позу и стала восстанавливать магическую энергию.

Муга только приоткрыл глаза. Девушка даже не представляла, чего ему стоило остановить ее спонтанный выброс. Не будь он полукровкой-элементалем - ни за что не смог бы сдержать рвущуюся из ее тела пожирающую силу. Он настолько истощил свои жизненные силы, что в ближайшие несколько дней вряд ли сможет даже принять волчью форму.

Следующие два часа никто не сдвинулся с места. Иллит тщательно собирала из окружающего пространства энергию, что было нелегко, так как духовные слои все еще хранили в себе остатки демонической энергии и перемешивали все энергопотоки в материальном мире. Муга также старался восстановиться. Ему было сложнее. Лучшее топливо для его энергетики – это огонь. Но где здесь его взять? Тем не менее, силы постепенно восстанавливались.

Что касается гнома, то он продолжал баюкать на своих коленях мертвую принцессу, шепча какие-то неразборчивые молитвы.

Наконец, Иллит открыла глаза. Она еще не восстановилась полностью, но уже вполне могла контролировать собственную энергетику. Если не использовать Бездну, то никаких эксцессов не случится.

- Мне очень жаль, мастер Сугур, - тихо произнесла она, видя, какое горе испытывал гном. – Скорее всего, ее души уже давно не было в этом теле. Демон пользовался ею, как сосудом.

- По крайней мере, теперь мы сможем похоронить ее, как полагается, - хриплым голосом отозвался Сугур. – Поверьте, для нашего народа это уже значит немало. Что дальше? Здесь все закончено? Наш народ может возвращаться?

- Не сразу. Нужно будет все здесь очистить от демонических энергий. Иначе твои сородичи продолжат болеть. Я попрошу Императора прислать кого-нибудь из малефиков. Они лучше всех разбираются в проклятых энергиях.

Путники переместились в другой коридор, где обильно перекусили, запивая еду восстанавливающими зельями, после чего устроились на ночлег. Тело принцессы гном бережно перенес в одно из ответвлений тоннеля, мотивируя это тем, что спать рядом с покойницей у их народа считалось тяжким оскорблением.

Иллит не могла уснуть. Она слушала мерное сопение своих вымотавшихся за прошедший день спутников и думала о всем случившемся. Сергей заблокировал силу Бездны не просто так. Рука непроизвольно коснулась одного из рожек на голове. Они стали чуть длиннее. Она даже опасливо копчик пощупала. К счастью, хвост пока еще не рос. Но если так продолжится – может и вырасти.

Очевидно, она решила проблему вовсе не тем способом, который предполагался. И Сергей, и Император должны были быть в курсе о предполагаемой силе матки демонов. В конце концов, правитель Темной Империи не мог не знать о том, какой силы должен был достичь его «подарок» строптивому гномьему клану. А Сергей… Почему-то она была уверена, что ее учитель магии Хаоса знал о том, что здесь происходило. Был другой способ разрешить ситуацию? Или не было? Как понять?

Она подняла на вытянутой руке сферу духовного сосуда, в котором сейчас находился целый рой. Все же странные существа, эти демоны. Их истинные тела могут быть размером с корабль, а, в итоге, они способны поместиться на кончике иглы.

«Ты меня слышишь? Я знаю, что все демоны способны к ментальному общению»

«Ты поклялась, тварь Хаоса! Твоя кровь еще не горит?»

Матка демонического роя была крайне недружелюбна. И ее можно было понять.

«Я не собираюсь нарушать клятву. Да и сама по себе я – не тварь Хаоса. Собственно, я хотела поговорить с тобой как раз по этому поводу»

«По поводу того, что не считаешь себя Тварью Хаоса? И служишь ты не воплощенному Хаосу, да? А на лбу твоем печать случайно совпала с печатью сильнейшей сущности Мироздания?»

Иллит машинально потерла лоб.

«Все очень запутано. Но мне не об этом хотелось поговорить. Я знаю, что демоны воюют с тварями Хаоса. Не подскажешь, как можно навредить одной их них?»

«Ты хочешь напасть на одного из своих и не знаешь как это сделать?!»

В ментальном голосе демона звучало откровенное веселье. Наверное, не каждый день демоны встречаются с такой ситуацией.

«Я не тварь Хаоса! И да, я хочу знать, как это сделать»

Ее очень беспокоило присутствие непрошеного «учителя». Пусть этот парень представился бывшим человеком, вероятно, он действительно им когда-то был. Но сейчас являлся совершенно непонятным существом. Девушка не могла ему доверять, не знала, как ему противостоять, если возникнет такая необходимость! Со знаниями, полученными в Башне, и ее нынешней силой, она могла бы продержаться какое-то время даже против высшего демона. Не в противостоянии, а методом сдерживания. Но твари Хаоса – это совершенно другое дело! Иллит не знала о них ничего и ничего не могла противопоставить. И это с первого дня нервировало магессу, для которой были совершенно не понятны цели Сергея и причины его присутствия рядом с ней. Конечно, он дал соответствующие клятвы и заключил с ректором духовный договор, который не мог преступить. Но это не мешало ему параллельно добиваться каких-нибудь собственных целей, участие в которых для Иллит могло закончиться не самым приятным образом.

«Похоже, ты на самом деле не тварь Хаоса. Скорее, ты похожа на сосуд. Которому, зачем-то, оставили свободу воли. Как странно» - демон затих. Казалось, матка о чем-то размышляет. - «Раз уж ты так настаиваешь... Ах, хотелось бы мне присутствовать при этом зрелище! Хорошо! Я расскажу тебе кое-что, но с одним условием.»

«Это было твоим желанием – чтобы я как можно скорее передала тебя в руки других магов», - Иллит не преминула напомнить матке о ее упрямстве. - «Теперь я отнесу твой сосуд в Башню, так что никаких разборок ты не увидишь. Какое у тебя условие?»

«Вначале ты отнесешь мой сосуд этому полукровке, вашему Императору. Из всех магов он единственный достоин моей службы! Мне совершенно не хочется сидеть в сосуде, а кому попало я служить не стану!»

«Ему может не понадобиться твоя служба», - девушка задумалась. Уговаривать Императора от имени демона казалось глупой идеей.

«Это будет только моей проблемой. Ты должна просто доставить мой сосуд сперва ему. А мы уж с ним сумеем договориться.»

«Я согласна»

«Слушай тогда…»

Трудно было понять, какое сейчас время суток. Здесь, в подземельях гномов, биологические часы беспощадно сбивались. Они отправились в обратный путь сразу же, как только все проснулись и перекусили. По просьбе Сугура Иллит применила на теле погибшей принцессы заклинание из бытовой темной магии. Оно создавало нечто вроде савана из Тьмы, в который и оказалось укутано тело. Можно было бы и, как в сказках, заковать ее в ледяной гроб. Вот только гном настаивал на том, чтобы нести тело лично. Чтобы подгорному жителю не пришлось тащить на руках глыбу льда, девушка и использовала темную магию. Возвращались они уже знакомым путем, так что никаких неожиданностей не встретили и уже через несколько часов оказались под искусственным звездным небом Суадуна.

- Не могу дождаться, когда этот город вновь оживет. По улицам будет бегать детвора, бабы будут ругаться на базаре, вон, площадь, видите? Раньше там был рынок.

Сугур с каждым шагом выглядел все более бодрым. Он с упоением рассказывал о былых временах, как об очень древних, так и о тех, когда их только-только изгнали из столицы.

- У вас будет много работы. Все здания выглядят обветшалыми, - произнесла Иллит, радуясь тому, что гном немного отошел от осознания смерти своей принцессы.

- Это ничего, - ухмыльнулся Сугур. – Хорошему гному всякий труд – только в радость. Восстановим.

Они вновь пересекли город по извилистым и непредсказуемым улочкам. Теперь их не преследовали по пятам потусторонние звуки, шорохи и мелькания теней на периферии зрения. Город оставался погруженным в безмолвие. Но в этом безмолвии больше не чувствовалось напряжения и опасности. Наоборот, город как будто застыл в торжественном ожидании.

- Иллит.

Возле лифта Муга, не проронивший за весь обратный путь ни единого слова, окликнул свою хозяйку. Иллит повернулась к чуть приотставшему полуорку.

Он достал из сумки кожаную полоску ошейника и держал ее в руках, словно ядовитую змею. Девушка прикрыла глаза. Она и забыла.

- Муга…

Полуорк опустился перед ней на колени и протянул ошейник.

- Иначе нельзя, я знаю это. Но… не могу сам его надеть. Лучше ты.

- Прости… - выдавила она из себя, нехотя принимая ошейник. Муга не мог выйти из пещер без него, иначе его ждет смерть. Таков Имперский закон для орков. На территории страны они могли находиться или в ошейнике, или в земле.

Муга, стоя на коленях, низко склонился, подставляя шею. Он все еще оставался рабом. С ошейником или без. Прежний орочий воитель, едва заполучив свободу, немедленно бы скрылся, перед этим убив своего «хозяина». Но Муга поступил совершенно иначе. Он остался рядом с Иллит, помогал ей всеми своими силами, отдал ей всю свою энергию. Полуорк жил не ради себя, а ради нее. И именно это свидетельствовало о его положении, а вовсе не наличие ошейника на горле. И сейчас он по собственной воле стоял на коленях и ждал. Шаман был прав. Он больше не степной волк. Он пес, телом и душой преданный своей хозяйке.

- Давайте скорее вернемся, - тихо произнесла Иллит, отворачиваясь от все еще стоявшего на коленях полуорка. Она это сделала. Надела на него рабский ошейник, отчего чувствовала себя просто ужасно.

Не вмешивавшийся Сугур аккуратно положил свою печальную ношу на серый камень лифта. Он дождался, когда все его спутники ступили на платформу, после чего активировал несколько гномьих рун. Лифт стал медленно набирать скорость, оставляя глубоко под ногами безмолвный город Суадун.

Как только они вернулись в жилые пещеры гномов, Иллит поспешила покинуть это место. Рита, которая сильно вымоталась, оказывая первую помощь заболевшим гномам, тоже рвалась под солнечные лучи. Улыбчивую девушку угнетали давящие на психику своды пещер.

Как оказалось, в подземельях они провели чуть больше четырех дней. Просто непрерывные бои и ловушки держали их в напряжении и не давали возможности отдохнуть и поесть. В такой ситуации никто из них даже не думал об усталости. Обратный путь занял меньше времени, но все равно был неблизким. Их появление и известие об освобождении подземелий от демонов привело гномов в восторг. Сугур, который принес тело пропавшей много лет назад принцессы, произвел настоящий фурор. В пещерах витала странная атмосфера смеси счастья из-за освобождения от демонов и торжественной печали по поводу их принцессы. Конечно, они заочно отпели ее много лет назад. Но в сердце каждого гнома теплилась искра надежды, что прекраснейшая из представительниц их рода еще жива. Увы, их надежды оказались разбиты. Но уже сама возможность похоронить тело принцессы по традициям гномов была для них очень важна.

Иллит же думала только о том, как добраться до своих покоев и хорошенько отоспаться. Именно эта мысль неотступно преследовала ее на протяжении всего пути к Эльзирской крепости. С отцом Сугура они договорились, что церемония принятия гномов в состав Империи пройдет через десять дней. Именно такой срок потребуется им на повторное поминовение своей принцессы. Со своей стороны, Иллит, как представитель Императора, обещала им предоставить малефиков для очищения от скверны подземного города, это было в ее полномочиях. Но только после присяги.

Гномы уже начали получать гуманитарную помощь пропитанием, вещами и лекарствами из Эльзира. Градоправитель Эльзира даже троих опытных лекарей направил – очень уж хотел заполучить расположение прямого вассала Императора. Идти на большее до того, как гномы выполнят свою часть сделки, она не могла по политическим соображениям.

Увы, мечтам об отдыхе не суждено было сбыться. Мастер Кеф, выслушав кроткий рассказ о случившемся, вручил Иллит перо и пергамент и усадил в изолированной комнате донжона писать отчет для Императора, который следовало направить через находившийся здесь же миниатюрный телепорт.

Поверхностно описав все произошедшее в пещерах, Иллит попросила Императора предоставить полтора десятка мастеров-малефиков для очищения города. Свиток исчез в телепорте, а усталая девушка, не имея сил подняться с показавшегося таким удобным стула, опустила голову на скрещенные на столешнице руки. Сон сморил ее сразу же.

В последующие дни Сергей так себя и не показал. Казалось, он что-то почувствовал и не торопился навестить свою ученицу.

Спустя десять дней в Эльзирскую крепость прибыла целая куча разнообразных делегаций. Все готовились к церемонии принятия вассалитета гномьего клана. Из столицы Эльзирским порталом, открытым магами ради такого случая по специальному разрешению Императора, прибыли самые разнообразные личности. Здесь были и запрошенные Иллит малефики (всего десяток, а не полтора), и какие-то чиновники, которые должны были помочь гномам наладить свой быт (а на деле - надзиратели), представители армии, торговых гильдий и даже священники Темных богов. Что они забыли у гномов – было отдельным вопросом, но Иллит это не особо волновало. Да и сами жрецы посматривали на ставшие очень заметными рожки Иллит со священным трепетом. Для них полудемоны олицетворяли божественную силу и власть. Перед ними преклонялись, их превозносили, им радостно подчинялись.

Сама церемония оказалась очень нудной и долгой. За Иллит по пятам ходил невысокий плешивый мужчина, даже не маг, заунывно бубнивший, что и как ей делать, как стоять, кому улыбаться. Когда официальная часть, в которой весь совет старейшин гномов поклялся в вассальной верности Императору, наконец, завершилась, Основные действующие лица перебрались в город Эльзир, где во дворце градоправителя должен был состояться бал. Девушка изначально не собиралась туда идти, но все тот же плешивый «советчик» достал ее нотациями о том, как важно ей там присутствовать. В конце концов, ей пришлось туда пойти.

Вот и пригодились уроки танцев, которыми ее донимали в детстве, как и уроки этикета и прочей ерунды. Единственной пакостью, которую себе в этот день позволила Иллит – это отказаться от нарядного платья. Ей было ужасно неудобно в этих пышных юбках. Когда Рита увидела, что ее энра отправляется на бал в форме Темной Башни, то едва чувств не лишилась. Но обошлось. Хотя девушке казалось, что ее служанка весь вечер слегка заикалась. И когда она смотрела на Иллит – у нее вроде бы глаз слегка подергивался.

Поздним вечером, окончательно устав от бесконечных кавалеров, жаждущих с ней потанцевать, она выбралась в сад позади дворца. После душного помещения прохладный ночной ветерок показался ей небесным благословением. Она прошла мимо прогуливающихся парочек в самую глубь сада. Здесь, среди цветущих деревьев, ей навстречу неожиданно вышел силуэт, закутанный в темный плащ.

Странный вид и неожиданность появления незнакомца немедленно привели девушку в полную боевую готовность. От ее тела поползли ледяные дорожки, а в руках появилась подаренная Сергеем глефа.

Однако незнакомец не собирался нападать. Он поднял над головой раскрытые ладони.

- Я не буду нападать, маленькое чудовище. Я здесь только для того, чтобы поговорить.

Иллит смотрела на поднятые руки незнакомца, с которых слегка приспустились рукава. В неверном свете звезд едва заметно блестела обвившаяся вокруг правой руки тонкая золотистая цепь, буквально вросшая в кожу своего носителя. Она нахмурилась, не спеша расслабляться.

- Что забыл паладин Светлой Империи за десять тысяч километров от Арума?

Рух. Столица Гарадата.

Перед Императором склонился все тот же маг-разведчик. Правитель отставил от себя кубок вина и взглянул на коленопреклоненную фигуру.

- Они вступили в контакт, мой Император. Все так, как вы предполагали.

Полудемон на мгновение застыл, после чего резко расслабился.

- Началось, значит.

- Согласно вашему приказу, за девушкой тайно следуют два Советника. Они ее защищают, но в любой момент готовы исполнить любой приказ.

- Не спешите. При любом исходе она должна оставаться живой! Это наиважнейший приоритет!

- Как прикажет мой Император, - произнес разведчик, после чего покинул кабинет правителя.

Глава 6

Зиргрин незримо следовал за своим новообретенным хозяином и королем Агмиром, который вел сына в сторону своего кабинета. Рядом с королем перемещалась его тень. Тот самый практически выгоревший убийца, которого когда-то заметил Зиргрин. К слову, Зиргрин его, скрывавшегося в вуали тьмы, заметил. А вот коллега архана его заметить не сумел, что немного грело самолюбие юноши.

Королевский дворец архан успел изучить вдоль и поперек. И пусть подконтрольные духи не могли предоставить привычную картинку, но это вовсе не мешало запомнить планировку и по энергетике определить кто и где обитает.

Король толкнул дверь в свой кабинет, пропуская сына. За ним незаметно проскользнул и Зиргрин. В душе парня бушевала буря самых разнообразных эмоций. Ему сейчас было так тяжело, что он даже боялся сойти с ума. Хуже всего было то, что он понятия не имел, как ему поступать дальше. Все, что он мог сейчас – послушной собакой следовать за принцем Ренаном и надеяться, что ему кто-то все же разъяснит элементарные бытовые вещи, вроде места проживания, тренировок и прочего. Ведь сам он никого спросить не мог.

В роскошно обставленном дорогой мебелью кабинете короля в мягком кресле их уже ожидал одетый в темную одежду пожилой мужчина. Этот мужчина был худощав, в каждом его жесте, привычке сидеть или держать бокал были видны манеры истинного аристократа. Вот только взгляд напоминал голодного бульдога, расценивающего на предмет съедобности кусок вырезки. Энергетическое зрение духов говорило, что это герцог Кимир, родной брат короля и глава Тайной Канцелярии. Его энергетику архан успел запомнить.

- Садись сын, - король кивнул в сторону второго свободного кресла, а сам занял место за своим рабочим столом.

Ренан, непонимающе хмурясь, занял предложенное место. Король положил на стол перед сыном две серебряные фибулы с изображением оскалившейся собачьей головы. Принц невольно обернулся в сторону герцога Кимира, уставившись на его ничего не значившую фибулу в виде скрещенных клинков.

- Отец… Ваше Величество, что… Это же…

- Это герб главы Тайной Канцелярии, - подтолкнул правитель одну из фибул поближе к принцу. Если внимательно присмотреться, они оказались все же разные, фибула принца была украшена мелкими драгоценными камнями. - С этого дня ты займешь этот пост. Пока, разумеется, формально. Герцог Кимир останется твоим заместителем и поможет войти в курс дел.

- Но… Я не могу! Это же… Это… Нет, отец, прошу тебя! Только не это! Я не могу стать палачом!

- Можешь и станешь, сын. Это мое окончательное решение.

- Нет… Почему я? Почему не Ликир? Ему же нравится такое, он лучше справится!

- Поначалу я и сам так подумал, но Кимир наотрез отказался от его кандидатуры.

- Юный Ликир находит удовольствие там, где я нахожу не самую приятную работу. Это недопустимо. Ему лучше заняться чем-то иным, не связанным с пытками, - вмешался в разговор до этого молчавший герцог.

- Ренан, послушай. Твой старший брат – балбес. Бестолковый повеса! Но он – наследник трона. Я уже немолод, рано или поздно мне придется передать ему трон. И если у него не будет достаточной опоры – то нашей стране не позавидуешь! Ты должен стать для него такой опорой, сын. Ты спокойный, рассудительный и не желаешь власти. Ты идеально подходишь на эту роль. Знать постоянно копошится, только и мечтая улучить момент и оторвать от короны пару зубцов. Тебе придется следить за всем происходящим, вовремя реагировать на внутренних и внешних врагов. И остужать горячую голову Имиса!

- Иными словами, племянник, тебе придется делать для Имиса то, что я делал все эти годы для Агмира. Ты – член королевской семьи, а это налагает обязанности. Отсидеться в библиотеке до старости у тебя не получится.

Ренан выглядел жалко. Он нервно кусал губы, смотря на лежащую перед ним фибулу как на ядовитую змею. В конце концов, у него не было иного выбора. Приказы короля неоспоримы. Он дрожащей рукой подобрал фибулу и с тяжелым вздохом приколол вместо своей привычной в виде раскрытой книги.

- Рад, что ты все понял, сын, - удовлетворенно кивнул Агмир. – Теперь позови свою Тень и отдай вторую ему.

- Тень, - позвал Ренан, на какой-то момент даже забывший, что у него теперь есть собственный телохранитель.

Зиргрин сбросил с себя иллюзию и подошел к креслу Ренана. Королевские тени рабами не считались. Более того, по сравнению с другими, в том числе и знатными особами, включая даже королеву, их статус был выше. Королевская тень подчинялась только одному-единственному человеку – своему хозяину. И, при этом, королевской тени приходилось вставать на колени только один-единственный раз. При принесении присяги. После этого вопрос исполнительности регулировался заклятьем полного подчинения и не требовал от тени вставать на колени, подобно слугам и рабам. Но вассальный статус требовал, чтобы тень вставала на одно колено перед своим сюзереном. Именно это сейчас и сделал Зиргрин. Встал перед креслом Ренана на одно колено и склонил голову в ожидании приказов.

Частью души, находившейся в подконтрольных духах, архан констатировал свое унизительное положение. Но ничего не мог с этим поделать. Противоречия буквально раздирали его изнутри, хотя внешне он оставался абсолютно спокоен.

- Возьми фибулу, - произнес Агмир, рассматривая телохранителя своего сына внимательным взглядом серых глаз.

Зиргрин не сдвинулся с места. Он не был обязан подчиняться королю.

- Возьми, - тихо и обреченно произнес Ренан. – У нас с тобой просто нет выбора.

Архан поднялся и взял со стола фибулу, приколов ее к воротнику куртки.

- Привяжешь ее кровью. Это пространственный артефакт. В фибуле хранится походный плащ. Его тебе придется связать кровью отдельно от фибулы. Обычным теням он выдается вместе с экипировкой, но королевские тени получают фибулу в зависимости от рода деятельности.

Действительно, на груди тени Агмира Зиргрин видел фибулу в виде королевской короны. У тени наследного принца должна была быть похожая, но меньше. Ренан же, заняв пост главы тайной службы, получил фибулу в виде оскаленной собачьей пасти. Именно так выглядела в глазах обывателей Тайная Канцелярия. Цепным псом королевства. И Зиргрин предчувствовал не самую простую службу. Не ошибся ли он, отказавшись от Ликира?

- Ренан, отведи свою тень к дворцовому распорядителю. После присяги ему нужно прийти в себя, поэтому по традиции этот день и ночь ты не должен его трогать. Распорядитель все ему покажет и расскажет.

- Хорошо, отец, - произнес Ренан, поднимаясь с кресла. Он взглянул на стоящего рядом архана, после чего тяжело вздохнул. – Пойдем…

Он не знал, как себя вести с собственным телохранителем, что улыбнуло архана. Скрывшись за иллюзией, он занял место за спиной принца.

- Ты можешь так не делать? – попросил Ренан, едва за ними закрылись двери королевского кабинета, оставляя Агмира с герцогом наедине. – Не исчезай. Мне не уютно. Вроде бы ты здесь, а вроде бы и нет.

Зиргрин про себя хмыкнул и сбросил иллюзию, немедленно собрав на себе взгляды прислуги и гвардейцев на постах. И что в нем такого, чего они не видели в других тенях? Черный силуэт в маске, ничем не выделяющийся. И только спустя некоторое время до архана дошло, что все глазели на фибулу в виде собачьей головы. Всех взволновало назначение Ренана. Так как на принца было глазеть неприлично, то глазели на его Тень. Все равно он без веской причины ничего не мог им сделать – заклятие бы не позволило.

Действие заклинания было очень интересным. Подчиняя не только тело, но и душу, заклинание берет информацию из мыслей и поступков своего носителя. Например, если Зиргрин захочет убить натирающую полы рабыню просто так, то не сможет этого сделать, заклятье не позволит, так как он будет осознавать, что она не сделала ему ничего плохого. Но если он будет уверен, что эта рабыня сейчас достанет нож и попытается зарезать принца – то без проблем сможет ее убить. При этом, самого себя обмануть не получалось. В итоге, королевские тени становились сами себе надзирателями. А заклятье лишь воплощало результат их мышления в жизнь.

- Локар, добрый день, - поздоровался Ренан с подтянутым высоким мужчиной лет пятидесяти на вид. – Его Величество сказал привести Тень к тебе.

- Разумеется, Ваше Высочество, у меня все уже готово. Вы можете оставить вашу Тень со мной.

Принц обернулся к Зиргрину.

- Локар – дворцовый распорядитель. Он все тебе объяснит и покажет. Честно говоря, я и сам понятия не имею, что тебе может потребоваться, но он знает.

Архан чуть наклонился, показывая, что все понял. Если бы он просто кивнул – под капюшоном этого бы никто не увидел.

Убедившись, что его Тень все понял, Ренан развернулся и направился в сторону своих покоев. За принцем неотступно следовали сотни подконтрольных духов. А еще несколько тысяч внимательно наблюдали за всем и всеми во дворце. Архан был уверен, что всегда успеет прийти к Ренану на помощь. Хотя это у него, кажется, начинала развиваться паранойя. Никто Ренану во дворце не угрожал.

- Возьмите, энр, - уважительно поклонился Локар Зиргрину, протягивая лежащее на бархатной подушечке простенькое на вид артефактное кольцо. Всего-лишь полоска стали без лишних украшений. Очевидно предполагалось его ношение под перчаткой. – Его только нужно связать кровью. К этому кольцу уже привязан ошейник вашей рабыни. Сейчас ее готовят для служения вам. Девушка должна принести клятву, что ни словом, ни делом, ни намеком не выдаст вашего истинного облика или иной информации о вас. Ей, разумеется, будет отрезан язык, но это не отменяет способности некоторых рабов писать и читать. А так как на них нет таких заклинаний, как на вас, приходится варварски приводить ее к клятве на крови. Его величество не любит лишних трат, потому я вынужден предупредить энра не убивать рабынь слишком часто. Согласно королевскому указу, новая рабыня может быть вам предоставлена не раньше, чем через месяц после предоставления предыдущей. Потому, если вы убьете рабыню слишком рано, то до истечения месяца вам никто не сможет прислуживать. Если вам понравится какая-то из дворцовых рабынь, за исключением личных, вы можете приложить кольцо к ее ошейнику, и подчиняющая связь будет переведена на вас. Но, опять же, это можно сделать только после истечения месяца с последней активации новой связи. В кольце внедрено соответствующее ограничение.

Парень нахмурился. С чего бы ему так часто убивать несчастных девчонок?

Зиргрин взял кольцо и спрятал в кармане. Надевать его поверх перчатки было нельзя – артефактный предмет одежды просто становился скользким, избавляясь от надетой на палец вещи. Это было заложено в артефакт на случай, если тени придется выпутываться из веревок или кандалов. Снять же перчатку здесь, на глазах у дворцового распорядителя, было невозможно. Даже пожелай парень того, одной только мысли было достаточно для начала действия заклятья, молотом выбивающего из головы любую мысль о подобном и переводя нить размышлений на более безобидные идеи. Архан заметил такое воздействие не сразу и только благодаря разделению сознания между телом и подконтрольными духами. Да уж, к такому привыкнуть будет очень трудно.

- Прошу за мной, энр. Я отведу вас к вашим покоям, - вновь уважительно заговорил Локар, после чего повернулся и неспешно побрел по коридору в сторону покоев принца. – Ваши комнаты располагаются рядом с комнатами Его Высочества Ренана. Между покоями есть артефактный переход, который будет пропускать только вас. Королевским особам ни к чему знать, что именно происходит в ваших покоях. Его Величество как-то уговорил свою Тень показать… Ох, беда. Не стоило ему этого делать. Войти в ваши комнаты после активации кровью прохода сможете только вы и привязанная к вам рабыня.

К этому моменту они подошли ко входу. Ренан находился рядом, но вход в его покои располагался не здесь. Более того, двери покоев архана выходили в довольно мрачный коридор, который не очень часто убирался, так как кое-где можно было заметить пыль и паутину.

- Проем состоит из двух частей, - указал на двери Локар. – Первые двери должны быть закрыты прежде, чем откроются вторые. Если первые двери не закрыты, то вторые открыть будет невозможно. Это сделано для того, чтобы заходящая в ваши покои рабыня случайно не показала ваш истинный облик или состояние ваших комнат посторонним.

Зиргрин прошел следом за дворцовым распорядителем в свое новое жилище. Обставлено внутри все оказалось на удивление богато. Пушистые ковры, диван с креслами, магические лампы на стенах.

- Как видите, покои достаточно просторные и имеют выход на нижний этаж. Здесь проход в покои принца Ренана. Он выполнен по принципу телепорта и буквально переносит вас через стену. Также и обратно. Это сделано для того, чтобы вы не тратили время на открывание дверей. И, разумеется, чтобы принц случайно не увидел происходящее в ваших покоях. Здесь имеется отдельная комната-лаборатория. Вы всегда можете использовать дворцовые запасы зелий, лекарскую со складами довольно просто найти, она справа по коридору, но если захотите что-то приготовить самостоятельно, то лаборатория оснащена наилучшим оборудованием и подходит под любые требования.

Зиргрин оторвал взгляд от серого марева в стене, которое являлось порталом в комнаты Ренана, и посмотрел в проем услужливо открытой Локаром двери. Там действительно была лаборатория. Да такая, что даже покойный маг Самур бы позавидовал.

- Все стены оснащены специальными заклятьями и не пропускают из ваших покоев никаких звуков. Однако звуки со стороны покоев принца проходят свободно. Это сделано для того, чтобы вы всегда могли услышать, если принц позовет вас. За той дверью купальня, здесь спальня, а здесь спуск в тренировочный зал. Как я уже говорил, он располагается этажом ниже. Никаких входов и выходов на тот этаж там не предусмотрено. Полагаю, на этом все. О вашем питании и прочем быте будет заботиться рабыня. Если вам что-то потребуется – любые ресурсы в вашем распоряжении. Разумеется, в разумных пределах. Если потребуется новая рабыня – просто принесите мне свое кольцо, и я обо всем позабочусь. Если потребуется замена оружия – просто покажите мне любой ваш кинжал – и я отведу вас к кузнецу-артефактору. Это если вы сами его не найдете, но обычно королевские тени находят его очень быстро. В остальном вы вольны делать все, что только позволяет вам заклятье.

Ну да. Проблема была в том, что заклятье как раз ограничивало практически во всем.

- С вашего позволения, мне пора возвращаться к своим обязанностям. Прошу вас сразу же после моего ухода привязать кровью оба прохода.

Локар вежливо улыбнулся, после чего покинул комнаты. Зиргрин, как и было сказано, привязал к себе оба прохода, потом капнул кровью на кольцо. Он стянул перчатки и надел узкое кольцо на указательный палец, после чего с облегчением избавился от маски и куртки, оставшись полуобнаженным. Архан носил все это меньше дня, а уже чувствовал легкую ненависть к собственному снаряжению.

В висящем на стене ростовом зеркале отразилось его покрытое татуировками рельефное тело. На душе было очень тоскливо. Он испытывал гнев, отчаяние и страх. Страх, что это навсегда. Конечно, Урташ намекнул ему, что он вполне способен справиться со всем. Да и Совет вел себя странно. Вот только архан пока даже представить себе не мог, с какой стороны подойти к этому. Даже мысли о свободе немедленно и беспощадно уничтожались заклятьем.

«Черт»

Даже матернуться вслух он больше не мог.

Взгляд невольно вернулся к собственному отражению и черной решетчатой татуировке на плече. Пять продольных линий, означавших его статус королевской тени, и четыре более узких поперечных. Годы, проведенные им в «клетке». Впрочем, о его учебе у теней напоминала не только статусная татуировка. Шрамы. Их было так много, что одни накладывались на другие и сосчитать их было почти невозможно. Шрамами было покрыто все тело, за исключением лица. По иронии судьбы, на лицо еще не пришлось ни единого ранения.

Замысловатые татуировки частично скрывали эти отметины, но некоторые шрамы они только подчеркивали. И особенно ярко черные руны смотрелись на белоснежной чешуе, словно оскверненной этими проклятыми надписями.

Архан так и застыл посреди комнаты, рассматривая яркие черные татуировки на покрытой белоснежной чешуей руке. Он замер, пытаясь понять, как ему жить дальше. Буря в душе медленно утихала. Ей на смену приходило смирение. Однажды он найдет способ все изменить. Но пока это невозможно – придется служить. Служить самоотверженно, как того требует заклятье полного подчинения.

Входная дверь бесшумно отворилась. В комнату нерешительно ступила рыжеволосая девушка лет двадцати на вид. В руках она держала сломанную небольшую арфу, а саму ее трясло от страха. Из глаз текли слезы, капая на пушистый ковер. О том, что королевские тени делают с рабынями, во дворце знали все. Попасть в услужение к таком монстру было самым страшным кошмаром дворцовых рабынь. Это был путь в один конец. Жизнь длиной максимум в месяц. И мучительная смерть.

Но наибольший ужас девушка испытала, увидев, кто именно стал ее хозяином!

Посреди комнаты неподвижно застыл покрытый татуировками зург! Демон, питающийся душами женщин и детей! Ее матушка, до того, как их разлучили, рассказывала такие ужасы про них…

И вот, один из этих чудовищ стал ее хозяином! Теперь не только ее жизнь была под угрозой, но и душа!

Зиргрин обернулся на движение. Девушку его духи заметили еще в коридоре, так что ее появление не удивляло. Он взглянул на рабыню желтыми глазами с узким вертикальным зрачком.

Рабыня от страха больше не могла стоять. Она рухнула на колени и в ужасе закричала, потеряв после этого сознание.

Глава 7

Архан подскочил к потерявшей сознание девушке. Он взглянул на нее и задумчиво потер переносицу. В «клетке» парень как-то отвык от такой реакции на свою расу окружающих. Там, пусть и не полностью, но различия сглаживались под давлением тяжелого быта. Каждый был озабочен собственным выживанием. А ведь его народ, из-за замкнутого образа жизни и экзотического облика, люди причисляли к демонам. И если те, кто получил достаточное образование, имели вполне обоснованные сомнения насчет «демонического» происхождения змеиной расы, то простые обыватели этих сомнений были лишены. В среде обычных людей про зургов ходили такие истории, что можно было только удивляться их фантазии! Люди всегда боялись того, что не могли понять. Это их качество, вероятно, общее для всех миров.

Зиргрин аккуратно приподнял все еще прижимавшую к себе арфу девушку. Сломанный музыкальный инструмент хоть и не был таким здоровым, как ему помнилось из прошлой жизни, но все же довольно большой. Разжав судорожно уцепившиеся за арфу пальцы рабыни, архан перенес ее в ванную комнату. Здесь была даже не ванная, а целый бассейн с подогреваемой магическими артефактами водой. Парень положил девушку на край этого бассейна, зачерпнул рукой воды и вылил всю пригоршню ей на лицо.

Рабыня распахнула глаза, резко села и закашлялась. Вода попала ей в нос. Через пару мгновений она вспомнила все произошедшее, подняла взгляд на невозмутимо стоявшего рядом с ней архана. Глаза широко распахнулись, рабыня глубоко вдохнула, готовясь испустить из себя очередной вопль, но Зиргрин ее опередил, прикрыв девушке рот чешуйчатой рукой. Она замерла от этого прикосновения. Ее тело била крупная дрожь.

Архан только тяжело вздохнул, после чего когтем полоснул по свободному от чешуи месту на руке, которой все еще зажимал рот рабыни. Выступили алые капли крови. Все знали, что у демонов кровь может быть какого угодно цвета, но не красная. Не такая, как у людей.

Рабыня немигающим взглядом уставилась на потекшую по руке красную дорожку крови. Ее тело постепенно расслаблялось. Убедившись, что она не станет кричать, Зиргрин убрал ладонь от ее лица.

Слегка успокоившись, девушка внезапно о чем-то вспомнила. Сперва она судорожно схватилась за висящий на ее шее кулон с полудрагоценным зеленым камнем в цвет ее глаз. По сути, безделушка, но изящно выполненная оправа делала кулон настоящим произведением искусства. Убедившись, что камень на месте, она бросила взгляд в открытый проем ванной комнаты, отыскав взглядом частично видневшуюся арфу, лежавшую на полу. После этого она окончательно пришла в себя.

До того, как сюда попасть, с ней обращались по-особому, так что девушка даже успела забыть, что значит быть обычным рабом. Но это было в прошлом. Она покорно опустилась на колени. Взгляд невольно вновь метнулся к видневшейся сломанной арфе, а потом уперся в пол перед собой.

Зиргрин поморщился и поднял девушку с колен. Сейчас над ним не было сурового куратора, способного заставить его пытать свою прислужницу, едва заметив, что он к ней неравнодушен. Парень был уверен, что Ренан не отдаст подобного приказа – не такой у него был характер. Этой девушке предстояло о нем заботиться, жить с ним не один год. Ему хотелось наладить с ней хоть какой-то контакт.

Рабыня ощутила небольшую надежду. Быть может, ее не постигнет такая же участь, как других рабынь королевских теней? Ей хотелось верить, что этот ее хозяин не был суров и жесток. Она осмелилась поднять взгляд и заглянуть в его холодные змеиные глаза. Они завораживали, как завораживает вид потрескивающего горящими поленьями костра или грохочущего водопада. Но это ощущение не продлилось долго.

- Тень, - тихо донеслось из покоев Ренана.

Стоявший напротив нее парень словно растворился в воздухе – так быстро переместился из ванной комнаты в гостиную. А в следующее мгновение он уже был полностью одет во все черное. Артефактный костюм тени был намеренно создан так, что надевался практически мгновенно. Юноша бросил странный взгляд на свою рабыню, после чего надел на лицо маску и нырнул в серое марево прохода между покоями.

Девушка прижала руки к груди. Сердце бешено колотилось о ребра. Она была так сбита с толку всем происходящим, что не сразу обратила внимания, на то, что ее хозяин был очень юн! Да он же был еще подростком! Но при этом, королевской тенью! Опаснейшим из слуг королевства, в подчинении у которого она оказалась! Через что же нужно пройти, чтобы достичь подобного уровня в столь юном возрасте?

А Зиргрин в это время уже стоял на одном колене перед Ренаном. Подконтрольные духи давно заметили метания принца по своему кабинету. Он нервно вертел в руках фибулу с изображенной на ней головой оскаленного пса. Казалось, этот новообретенный герб жег ему руки.

- Прости. Отец говорил, что тебе нужно дать время. Я не должен был тебя звать.

Архан не сдвинулся с места, продолжая стоять на одном колене.

- Проклятье, я чувствую себя ужасно! Наверное, ты тоже. Дьявол! Мне просто не с кем поговорить обо всем этом! Для всех это назначение – высшая привилегия, - Ренан в который раз отмерил шагами расстояние от одной стены до другой – и обратно. - Прости, Тень, ты можешь вернуться к себе.

Зиргрин поднялся и подошел к мельтешащему принцу. Ренан остановился. Его воспаленные белки глаз еще сильнее покраснели. Местами сосуды лопнули и растеклись небольшими кровавыми пятнышками. Принц явно был на грани нервного срыва.

Архан резко переместился к столу, заставив Ренана вздрогнуть от такой скорости. На столе стоял графин с обычной водой. Зиргрин налил воду в высокий хрустальный бокал, после чего на глазах у все еще замершего принца достал хранившийся в одном из многочисленных кармашков костюма небольшой флакон. Он откупорил флакон и добавил из него в стакан всего одну каплю, после чего покачал бокалом, перемешивая содержимое, и протянул Ренану.

- Что это?

Принц не решался принять питье, в которое добавили что-то ему неведомое, но Зиргрин буквально втиснул бокал в руку юноши. Ренан около минуты смотрел на воду, после чего зажмурился и выпил его содержимое. Королевская тень не может навредить своему хозяину. Об этом знали все. По какой-то причине принцу хотелось продемонстрировать свое доверие. Пусть они не могли общаться, но какой-то контакт им был необходим!

- Ну вот что я сейчас выпил? – недовольно проворчал он, ставя бокал на стол.

Архан просто стоял рядом и ждал. Очень скоро веки Ренана потяжелели, и он протяжно зевнул.

- Ты что… усыпил меня…

Зиргрин перехватил оседающего на пол принца. Доза снотворного яда в бокале была довольно концентрированной, тем не менее, Ренан продержался удивительно долго, демонстрируя крайнюю степень возбуждения. Если бы парень не отдохнул – то могло пострадать его здоровье. Учитывая, что их жизни с этого дня оказались связаны, в интересах архана было позаботиться о своем хозяине. Это стало исключительно его решением, но заклинание никак на него не прореагировало. Действия Зиргрина не несли никакого вреда. Исключительно пользу. Парню нужно было поспать. На самом деле этим он одновременно тестировал рамки дозволенного. Ведь королевская тень - не раб в прямом понимании этого слова. И хотя ограничений на архане было даже больше, чем у раба, в некоторых случаях его полномочиям мог позавидовать любой знатный дворянин.

Аккуратно подхватив оседающего Ренана, Зиргрин перенес его в спальню и уложил на кровать. Убедившись, что все в порядке, он вновь вошел в серое марево прохода. Конечно, принцу нужно было с кем-то поговорить, кто-то должен был успокоить его и подбодрить. Вот только безмолвная королевская тень для такого совершенно не годилась. Сон – единственное, чем архан мог облегчить переживания своего хозяина.

Немного замучено выдохнув, Зиргрин стащил с себя снаряжение и залез в бассейн. Сколько же лет он не принимал нормальной ванны? Отборочный бой, процесс нанесения заклятья, лишение языка, клятва верности… Все это накопилось в нем, требуя выхода. Парень надеялся, что горячая ванна поможет расслабиться. Рабыня принесла сухие полотенца, после чего сама разделась и стала помогать ему мыться. Архан получал эстетическое удовольствие от созерцания подтянутой обнаженной фигуры, ощущал приятную негу от прикосновения ее пальцев к коже. Но только и всего. Демоново заклятье!

Девушка, которая вначале с некоторой опаской прикасалась к чешуе и шрамам на его теле, в конце концов, взяла себя в руки. До сих пор Зиргрин не проявил к ней никакой грубости, так что она уверилась в том, что он вовсе не жестокий. Ошибочное мнение, но архан не собирался ее разубеждать. Он поклялся себе, что пальцем не тронет свою рабыню. Ни за что! В этом он «зверинцу» не поддастся. Ему придется найти иной способ выпускать пар. Ванная явно не помогала.

Выбравшись из бассейна, Зиргрин вновь облачился в свой костюм. Ренан будет спать до самого утра. Его сейчас даже война не разбудит. Подконтрольные духи всегда витают вокруг него, изучая обстановку. Стоит появиться хотя-бы намеку на опасность – он сразу узнает. Но было тихо.

Хотя казалось, что с момента принесения клятвы прошла уйма времени из-за целого вороха произошедших событий, на самом деле солнце только начинало приближаться к горизонту. Благодаря подконтрольным духам он уже давно знал столицу Керма, как свои пять пальцев. Но сейчас была возможность осмотреть все своими глазами. Архан просто не знал, куда себя деть. Сидеть в собственных покоях совершенно не хотелось, так что он набросил на себя иллюзию и вышел в коридор. Несколько минут потребовалось на то, чтобы покинуть дворец. Вскоре Зиргрин уже находился в богатых кварталах города. Здесь жизнь была размеренной и неторопливой. Важно вышагивали упитанные слуги в безупречно выглаженных ливреях. По чисто выметенной мостовой периодически проезжали замысловато украшенные кареты и просто крытые коляски.

Незримо пройдя мимо них, архан остановился у ворот, всех проходящих через которые тщательно изучали стоящие на страже королевские гвардейцы. Кого попало сюда не допускали. Проскользнуть мимо стражи для обученной королевской тени не составляло ровным счетом никакого труда.

Здесь уже начинались кварталы среднего класса. Ближе к воротам проживали более знатные горожане, а ближе к трущобам, соответственно, бедные.

У Зиргрина чесались руки. Пережитый стресс, резкая перемена в жизни и тоскливое будущее пробуждали в нем неистребимое желание кого-нибудь убить. Он был убийцей, его сделали таковым. Он просто не мог после всего пережитого не отвечать ставшим привычным способом. Пытками и убийством. И если пытать, кроме собственной рабыни, ему сейчас было некого, то убить…

Контролирующее его заклятье имело определенные установки. Все, что не подпадало под них, было разрешено. Сейчас Зиргрин решил еще раз проверить границы дозволенного.

Какое-то время он просто бесцельно перемещался по городу, все ближе пробираясь к бедняцким районам. Здесь жили простые мастеровые и рабочие, которые с трудом зарабатывали на кусок хлеба себе и своей семье. Здесь же располагались различные таверны и кабаки, где рабочий люд напивался до ловли зеленых чертей по углам. Драки, поножовщина и прочее в таких местах были в порядке вещей.

К тому моменту, когда Зиргрин оказался здесь, солнце уже скрылось за горизонтом. Все же пешие прогулки по немаленькому городу, даже со скоростью архана, были делом небыстрым.

Сейчас на улицах было тихо. Затишье перед бурей. Местное отрепье выходило на охоту немного позже. Когда часть горожан будет пьяна, другая часть просто окажется случайно в темном переулке. Тьма укрывает всех, и героев, и злодеев. Вот только расширившиеся в подступающих сумерках змеиные зрачки архана отчетливо все видели даже в самую беззвездную ночь.

Вот засобирались уличные торговцы, заторопились все реже встречающиеся прохожие, захлопали ставни. Люди стремились укрыться в своих домах. Бедные кварталы начинали жить совершенно иной жизнью. Один за другим на свой ночной промысел начали выбираться двуногие хищники. И среди них затаился самый опасный.

Зиргрин прошел мимо уснувшего пьяницы, которого, практически не скрываясь, обирала стайка беспризорных мальчишек. Не то. Вор затаился у стены небольшого магазинчика, дожидаясь, когда его хозяин закончит считать выручку и уйдет. Не то. Драка в кабаке. Нет.

Женский крик донесся из отдаленной подворотни. Никто даже не обернулся в ту сторону. Кроме двух довольно богато одетых парней лет по восемнадцать на вид. Глупые дети, решившие, вероятно, собрать коллекцию острых ощущений в ночных бедняцких подворотнях. Парни ринулись спасать «незнакомку», которой была обычная шлюха. Зиргрин знал эту банду. Они часто так охотились, заманивая богатеньких глупцов, жаждущих восстановить справедливость. Детишек пощиплют и отпустят домой в одних портках.

Архан пошел дальше. Это все ему было не интересно.

И вот, на соседней улице он заметил кое-что интересное. Безликая карета с плотно зашторенными окнами мчалась в сторону городских ворот. В карете подконтрольные духи заметили двух детей, явно связанных. Большего энергетическое зрение дать не могло, но этого было достаточно. Детей охраняли двое, третий правил лошадьми. Архану припомнилось, как его самого когда-то вот таким образом вывезли в «клетку». Нет, это, разумеется, не были кандидаты – магического дара у них не было. Да и везли детей явно не тени, уж их энергетику трудно с чем-то спутать.

Спустя пару минут архан по крышам домов нагнал карету, вынужденную притормозить, въезжая на захламленную узкую улочку, чтобы не потерять колесо в каком-нибудь особо глубоком ухабе. То, что они не ехали главной дорогой, утвердило парня во мнении, что детишек вывозили незаконно. К тому же, от всей троицы сильно пахло свежей кровью. Очень вкусный запах…

Отметив, что ему нужно как можно скорее перекусить, чтобы не начать кидаться на людей, Зиргрин мягко спрыгнул на крышу кареты. Разумеется, нового попутчика никто не заметил.

- Думаешь, оторвались, - произнес один из похитителей, находившийся внутри кареты.

- Уверен, - ответил второй. – Барон ручался, что обо всем позаботится. До сих пор он меня не подводил. Ты просто в деле первый раз, но мы с Шипом уже раза три так мальчиков ему доставляли. На воротах свои люди, там все уже договорено. Возле реки нас будут ждать лошади. Детвора много не весит, так что бодренько уйдем. Уже к полудню будем в баронском поместье.

- Это все понятно, - отмахнулся уже знавший план похититель. – Не понимаю, зачем Козару мальчики? Да еще не какие-нибудь, а детки уважаемых горожан.

- Затем, зачем тебе шлюхи. Много вопросов задаешь. Деньги, они, брат, не пахнут. А насчет уважаемых горожан… Так ты сам подумай, ты какую бабу предпочел бы? Замарашку, от которой разит, как от выгребной ямы, или дочку торговца? Вот то-то! Не хочет он рабов и нищих. Ему детишек холеных подавай. Гурман, чтоб ему демоны кишки проели, старому скряге. За серебрушку удавится!

- Он что, он мальчиков… - похитителю-новичку стало дурно.

- Тебе не наплевать? Свечу же никто не вручает и смотреть на это дело не заставляет.

Зиргрин продолжал спокойно сидеть на крыше кареты и слушать разговор. Вскоре они окольными путями добрались до городских ворот. Один из стражников в карету заглянул, увидел детей, но ничего не предпринял. Получив от кучера увесистый кошель, он коротко кивнул и дал сигнал напарнику, чтобы тот помог открыть одну из створок ворот.

Выехав из города, карета резко ускорилась, что не устраивало Зиргрина. Слишком отдаляться от столицы он не планировал, так что решил начать действовать. Перегнувшись через край крыши, он рукой отодвинул матерчатую шторку окна, в которое запустил парализующие иглы. Убедившись, что эти двое не могут пошевелиться, архан разогнулся, плавно переместился по крыше и накинул удавку кучеру на шею. Спустя какое-то время он столкнул ногой обмякшее тело, перехватывая поводья и останавливая лошадей. Все это происходило в полнейшей тишине. Зиргрин даже похвалил сам себя. Впервые ему удалось удержать скрывающую иллюзию во время убийства. Конечно, будь это полноценным боем, то иллюзия слетела бы практически мгновенно. В бою архану требовалась максимальная концентрация на противнике. Он не мог позволить себе умереть.

Спрыгнув с козел, Зиргрин открыл двери кареты. Заплаканные мальчишки лет по семь-восемь с кляпами во рту и слезами на глазах смотрели на то место, где стоял их спаситель. Они никого не видели, отчего им становилось еще страшнее. Сообразив свой промах, архан избавился от иллюзии и залез в карету. И что ему с ними делать? Развязать и бросить здесь?

Какие-то остатки сострадания, можно сказать, их рудименты, не позволили парню так поступить. Он, конечно, не герой, да и детей убить пришлось немало в «клетке». Но там была другая ситуация.

Парализованные похитители, которых Зиргрин воспринимал как мебель, могли только в ужасе вращать выпученными от напряжения глазами. По уникальной фибуле они сразу поняли, кто именно пришел за их жизнями! У всех теней были фибулы в виде кинжала. И только у королевских они отличались! Шансов нарваться на королевскую тень у обычных бандитов не больше, чем попасть под упавший метеорит! Практически невозможно, они были просто слишком мелкой сошкой для элитных телохранителей короны.

Наконец, вспомнив об их присутствии, Зиргрин молниеносными движениями сломал им шеи и вытолкал из кареты тела.

Связанные мальчики, к удивлению архана, смотрели на него без страха даже тогда, когда он на их глазах убил двоих мужчин. Жестокий мир с жестокими нравами. Парень решил вначале вытащить кляпы и посмотреть на их реакцию. Быть может, ему лучше будет оставить их в связанном виде и спокойно доставить в город. Но дети в очередной раз его удивили!

- Вы ведь королевская тень, да? – спросил один из них, горящими от восторга глазами уставившись на довольно крупную фибулу в виде собачьей головы с оскаленной пастью.

Архан вопрос проигнорировал. Ответить он все равно не мог. Становилось ясно, что детишки его не боялись, так что он вполне мог их развязать.

- Пацаны умрут от зависти! – произнес второй. – Нас спасает королевская тень! Вот это да! Отец не поверит просто!

Зиргрин только глаза прикрыл. Да уж, он совсем отвык от нормальных детей и сейчас чувствовал себя некомфортно. Вышел проветриться, называется. Придержав за плечи двоих мальчишек, он указал по очереди на грудь каждого, а потом ткнул пальцем в сиденье кареты.

- Да поняли мы, энр Королевская Тень. Будем здесь сидеть!

Понадеявшись на то, что они на самом деле будут там смирно сидеть и ждать, когда он вернет карету в город, архан перебрался на место кучера и начал править лошадьми, вынуждая их развернуться. К счастью, это был торговый тракт, так что места на дороге для разворота было достаточно. Зря он надеялся на дисциплинированность бывших жертв похищения. Один из мальчишек каким-то образом вскоре оказался рядом с ним. Видимо, выбрался из окна. Благо, комплекция позволяла. Второй так поступить не мог, поскольку был более упитанным. Детей явно воспитывали по-разному. В перелезшем на козлы пареньке угадывалось спортивное телосложение. Скорее всего, его заставляли тренироваться.

- А что значит голова собаки?

Вдох – выдох. Совсем не обязательно убивать мальчишку за то, что он задает вопросы, на которые невозможно ответить.

- Королевские тени, и правда, совсем не разговаривают, - немного огорченно выдохнул мальчик, не дождавшись ответа. – Я думал, что это просто слухи. Ну, народ же всякое болтает, не всему же верить.

Хотел бы архан, чтобы это были только слухи. Но непривычная пустота во рту всякий раз напоминала о том, что с ним сделали.

- Интересно, как вы становитесь невидимым так, что мое кольцо ничего не замечает. Кольцо видит любых магов, даже если они скрываются магией. Отец подарил, вот!

На пальце мальчика было небольшое колечко, выглядевшее откровенной дешевкой. Скорее всего, именно невзрачность не привлекла внимания бандитов, не преминувших бы возможностью содрать с ребенка артефакт.

А вещь, нужно сказать, действительно стоящая. Это очень хорошая защита от воров с зачатками магических способностей. Такие ребятишки очень часто шарят по карманам под простенькими иллюзиями. Вот только кольцо действовало по принципу радара, испуская вокруг себя волны магической энергии и реагируя на все, что оказалось в их досягаемости. Против теней это не поможет, ведь тени невосприимчивы к внешним магическим энергиям.

- Наверное, вы превращаетесь в призрак, - сделал собственные выводы его юный спутник.

Почти добравшись до городских ворот, Зиригрин остановил карету, схватил болтливого парня за руку и насильно отвел внутрь, невзирая на его протесты. Вновь повторив пантомиму с указанием, где именно им нужно находиться, он скрылся за иллюзией и направился к закрытым воротам.

Подняться по стене для него не составило ни малейшей проблемы. Антимагическая защита на него не реагировала, а высота… Благодаря когтям на руках и ногах, легко при необходимости проходивших сквозь тонкие сапоги и перчатки, он забрался наверх в считанные мгновения. С другой стороны находилась сторожка, в которой и отдыхали дежурившие в эту ночь стражники. Мздоимцы уже вовсю обсуждали, куда потратят полученный гонорар. Вот только Зиргрин не собирался давать им такую возможность. Спустившись, он легко пробрался в сторожку. Ночью у ворот дежурило только два стражника и маг. Остальной дозор был на стенах и в дозорных башнях.

Архан сбросил с себя иллюзию и выверенными точными приемами лишил сознания стражу. Маг, увидевший тень, среагировал довольно быстро. Все знали, что против теней магия не действует. Однако, если сила мага значительно превышала силу обращенного таланта тени, то маг мог без проблем пробить его антимагическую устойчивость и даже убить. Именно поэтому на магистров не отправляли теней ниже трех полосок. Да и то - группами. Самур был обычным мастером. Его силы были скромными, так как наибольший упор старик делал на алхимию. Именно поэтому две тени с одной полоской смогли его одолеть. Но в сторожке был опытный боевой маг. У него вполне могло бы получиться, окажись здесь другая тень. Увы, Зиргрин являлся высшим рангом в Гильдии. К несчастью мага, талант парня был когда-то настолько экстремальным, что даже совокупное нападение группы магистров не смогло бы причинить ему никакого вреда. А ведь он еще и непрерывно развивал свой дар через контроль!

Огненный смерч бессильно опал, даже не достигнув тела архана. Зиргрин скользнул к магу и перерезал ему горло кинжалом, ловко увернувшись от хлынувшего потока крови. Костюм, конечно, самоочищающийся, но все равно не хотелось купаться в подобном душе. Маг умер легко. Его не было со стражей, когда провозили детей. Но он все знал и был в доле. Заклятье не воспротивилось намерению архана его убить.

А вот стражи… Это был особый случай. Они прожили в его руках достаточно долго, чтобы ощутить весь вкус собственного поступка. К взяточникам у Зиргрина еще из прошлой жизни было не самое лучшее отношение. Тогда вся его страна была просто пронизана чиновниками, каждому из которых нужно что-то заплатить. Один прикрывал другого, все они платили вышестоящим, и эта пирамида казалась вечной. Здесь, в этом мире, все было проще и сложнее. Они были на службе у короны. Он тоже на службе. И, как неоспоримый вышестоящий чин, имеет полное право казнить за преступления. Так почему ему этого не сделать?

Архан отошел от распятого на воротах истерзанного стражника. Рядом висел второй в таком же состоянии. Парень прибил их к воротам найденными в небольшом оружейном шкафу сторожки кинжалами. У него было слишком мало времени, чтобы с ними поиграться. С той стороны ворот уже стояли спасенные им мальчишки, не усидевшие в карете.

Вырезав кинжалом глаза стражников, он вставил в них золотые монеты, полученные теми за пропуск бандитов. Закончив с этим, Зиргрин пошел к небольшой калитке в воротах, как раз рассчитанной на проход одного человека.

- Я думаю, он нас бросил, - послышался хныкающий голос пухлого мальчика, который ни разу не полез сам к архану, в отличие от его друга. – Мне холодно!

- Призрачный Пес не стал бы нас спасать, тащить сюда, чтобы бросить!

- Почему ты его так называешь? – немного сменил тон голос пухлого мальчика.

- Ну звучит круто! У него же брошь эта здоровенная в виде злой собаки. И он исчезает так, что кольцо отца не реагирует. Как призрак! Вот я и подумал, что классно звучит. Королевских Теней несколько, а Призрачный Пес – один!

Зиргрин только тяжело выдохнул. Вот уж, действительно, круто. Собакой прозвали! Хотя он сейчас самый настоящий пес и есть, но признаваться себе в этом хотелось меньше всего!

Открыв калитку, парень провел детей к висящему рядом со сторожкой сигнальному колоколу, теми же жестами приказав им стоять там. Детишкам повторять не потребовалось. Раскрыв рот, они смотрели на прибитые к городским воротам окровавленные тела. Да уж, архан с ними действительно обошелся жестковато. Сорвался, хотя все же смог, в итоге, взять себя в руки. Когда дело доходило до пыток, он становился словно сам не свой.

Ударив дважды в сигнальный колокол, магически разнесший звук по всем ответственным офицерам, Зиргрин скрылся за иллюзией и направился во дворец. Приближался час быка, два часа ночи. Учитывая расстояние от городских ворот до королевского дворца, ему стоило поторопиться.

Звук, который, чтобы не сеять панику, был слышен только постам и командованию, поднял всех на ноги. Вскоре у ворот стояла целая толпа, состоящая из стражников и офицеров.

В мертвенной тишине, на фоне двух висящих на воротах трупов дежурных, совсем еще юные мальчишки наперебой рассказывали удивительную историю о том, как королевская тень, которого они прозвали Призрачным Псом, спас их от похитителей.

Зиргрин даже представить себе не мог, что с подачи этих сорванцов к нему намертво приклеится такое дурацкое прозвище! Предположи он подобное, то, вероятно, бросил бы их связанными прямо там, посреди пустой дороги.

Глава 8

Вернувшись, Зиргрин застал в гостиной возле кресла столик с несколькими блюдами, свежесть которых сохранялась артефактной посудой. Архан только немного грустно улыбнулся. Иногда он скучал по многообразию вкусов. Сейчас же для него разнообразие существовало только во вкусах сырого мяса. Иногда сырой рыбы. Эти мысли вновь вернули его к насущной проблеме. Он был голоден.

По запаху отыскав кухню, Зиргрин незаметно проскользнул мимо уже начавших что-то готовить к завтраку поваров. Найдя сырое мясо, он отхватил «чистым», не отравленным кинжалом с ближайшего свиного окорока подходящий кусок, после чего также незаметно вернулся в свои покои.

Рано проснувшаяся рабыня непонимающе взглянула на кусок сырого мяса в руках своего хозяина. Зиргрин избавился от маски и перчаток, подошел к столику с едой и отодвинул накрытые блюда, после чего на освободившемся подносе порезал мясо на куски все тем же кинжалом. Рвать его зубами Зиргрину все же казалось дикостью и без крайней необходимости он старался до такого не опускаться.

Девушка с некоторым страхом смотрела на то, как он ест сырое мясо. Оказалось, что некоторые слухи о зургах были верны!

Архан указал рабыне на блюда с обычной человеческой едой, приглашая присоединиться. Но девушка только отрицательно покачала головой. Зрелище поедающего сырое мясо разумного явно не способствовало аппетиту.

Зиргрин не успел доесть, когда в покои принца ворвался обеспокоенный слуга.

- Ваше Высочество! Просыпайтесь скорее, срочное дело! – донеслось из-за стены.

Архан обреченно забросил в рот последний кусок мяса, после чего натянул перчатки и маску. Намечалась бессмысленная суета. И к чему такая реакция? Не такое уж и событие, чтобы поднимать на уши Тайную Канцелярию, да еще и принца в придачу.

- Тень, - раздался все еще сонный голос Ренана.

Зиргрин шагнул в комнаты принца, встав перед ним на одно колено. Тот сперва хотел устроить разнос, но покосился на многочисленных слуг, которые заполнили его спальню, после чего умылся водой из услужливо поданной одним из слуг чаши.

- Насчет того, что ты сделал вчера, я все выскажу тебе позже.

Ну да, это не касалось длинных ушей прислуги.

Зиргрин никак не отреагировал, продолжая неподвижно стоять на одном колене.

- Поднимись уже. Мы с тобой зачем-то понадобились моему дяде. Боги! Еще даже не рассвело! Ну что могло такого случиться?

Ренан был явно не прочь поспать еще немного. После нескольких дней бессонницы организм просто требовал свое.

Через полчаса за ними зашел личный слуга герцога Кимира. Вежливо поприветствовав Ренана, он попросил следовать за ним.

Бывший кабинет герцога Кимира находился в западном дворцовом крыле. Это было не основное его рабочее место. Основной кабинет находился в здании Тайной Канцелярии, располагавшемся над подземной тюрьмой для особо важных персон. В той темнице не встретишь простого карманника, ее обитателями были знатные дворяне, схваченные за измену, иностранные шпионы и другие подобные личности, к которым у короны был особый интерес. Все это теперь формально принадлежало Ренану согласно его чину. Включая и кабинет во дворце.

- Какого дьявола творит твоя Тень?! – с порога громовым раскатом обрушился яростный голос Кимира, едва за ними затворилась дверь, покрытая глушащими магию и звук рунами.

- Что? – Ренан опешил, с недоумением посмотрев на архана. Принц понятия не имел, что такого мог успеть натворить его телохранитель, пока он спал.

- Не знаешь, выходит?

- Что?! Я только проснулся, когда бы я что-то мог узнать? Что происходит, дядя?

- Тогда послушай весьма любопытную историю! Этой ночью твоя новообретенная Тень перехватил за городом похитителей детей, убив бандитов прямо на глазах семилетних мальчишек! И ладно бы только это. Но он их развязал, потом довез к городским воротам и бросил! А знаешь, чьи это дети? Один – сын очень уважаемого торговца, а второй – внук капитана королевской гвардии в отставке! Внук героя страны! И твоя Тень бросает их, практически раздетых, одних, да еще и такой холодной ночью! Если уж взял на себя ответственность – нужно было заботиться о мелюзге! – Кимир повернулся к архану и стал отчитывать его напрямую. - Ты знаешь, что сын торговца сильно простыл? А винят в этом тебя! Нам только напряжения отношений с торговой гильдией не хватало! А ведь этот самый торговец – один из членов правления! Думай хоть немного головой! Не все же мозги тебе в «клетке» выколотили?!

- Уже узнали, кто организовал похищение? – вклинился Ренан, торопясь сменить тему. Дядю своего принц немного побаивался. Он был всегда крайне строг, а сейчас еще и разозлился. В таком состоянии герцога Кимира даже король старался не трогать.

- Узнали, - отвернулся герцог от Зиргрина. – Виновник сам уже едет в столицу, ему доложили о произошедшем магической связью. Испугался так, что сам решил повиниться, пока кое-кто до него не добрался!

Поймав очередной недобрый взгляд Кимира, архан только плечами пожал, после чего невозмутимо забрался на широкий подоконник, усевшись на нем, скрестив ноги. Ни до кого добираться он не собирался. С чего бы ему так утруждаться ради какого-то много возомнившего о себе сморчка? Странно, что до этого барона раньше ни у кого руки не дотянулись, с его-то пристрастиями.

Да и обвинения в его адрес… Подумаешь, детвора замерзла. Они бы предпочли согреться в объятиях какого-то педофила? Пусть его обвиняют, в чем хотят. Ни намека на сожаление в Зиргрине по этому поводу не было.

- Моя Тень тоже там всегда сидела, - немного грустно произнес герцог, заметив, где устроился архан. Это оказалось совсем неожиданным заявлением на фоне предыдущего разговора. – Не сберег я его. Ты, Ренан, всегда хорошенько обдумывай, куда посылаешь своего телохранителя.

- Так что с детьми? Их, я так понимаю, все же нашли.

- Они сами себя нашли. Он же им жестами приказал ждать. Они и ждали. Часа четыре, пока окончательно не околели и сами не отправились к воротам. А вот твой телохранитель в это время занимался откровенной чертовщиной! Зачем-то он залез в сторожку, убил гарнизонного мага, а двоих постовых пытал. Судя по всему, все то время, что его ждали дети, он именно пытками и был занят! Но самое неприятное, что он прибил изуродованные тела стражников к воротам! К кованным воротам, укрепленным магическими защитными формациями, способными сдержать совместную атаку пары сотен магистров! И в данный момент трупы все еще там висят! Ворота пришлось оставить закрытыми, а всех прибывающих направлять к другому входу в столицу! А знаешь, почему? Потому что никто снять тела не может! Защита не дает! Не оставлять же столицу без охранного заклинания только ради снятия двух трупов? Вокруг уже толпа зевак собралась! К полудню весь город придет посмотреть на кровавую диковинку! Нужен кто-то, кто обладает свойствами теней игнорировать магию, но Гильдия отказывается вмешиваться в дела королевских теней. У них со статусами очень строго. Тень Имиса вместе с принцем в Каирате. Кабанов стреляют. Остается только Тень моего брата! Но я даже представить боюсь реакцию Агмира, если в это все придется вмешаться ему!

- Понятно, - вздохнул Ренан, как-то обреченно глядя на затянутый в черный костюм силуэт. Казалось, ему попался очень своеобразный телохранитель.

Зиргрин же тоже стал чувствовать себя неуютно. Парень защиту заметил, но не придал ей никакого значения. И вот, что получилось. Надо было их к сторожке прибивать. Тогда бы тихо-мирно трупы сняли и до Кимира это не дошло бы. Не ожидал он такого ажиотажа.

- Поехали, - обратился Ренан к архану. – Снимешь трупы. Ну а я хочу увидеть, что же именно ты натворил.

- И на будущее, - несколько устало произнес герцог. – В нашей стране всегда не хватало хороших магов. Даже если они совершают самые страшные в глазах короны преступления, их стараются не убивать. Рабский ошейник для таких случаев всегда можно получить в оружейной.

Вскоре из дворцовых конюшен выехали принц с герцогом Кимиром. Позади ехал Зиргрин, на которого с любопытством косились прохожие. Сопровождал их небольшой отряд внушительно выглядевших гвардейцев на боевых лошадях.

Говорят, преступников и маньяков всегда тянет на место преступления. Архана туда ничего не тянуло, кроме приказа Ренана. Если бы не приказ, он бы предпочел заняться чем-то более полезным. Например, увеличением количества подконтрольных духов. Или обдумыванием способа их усиления. Духи сами по себе развивались очень медленно, для поднятия в ранге им требовались сотни лет, что не устраивало Зиргрина. Ускорить процесс можно было, скармливая им собственную кровь. В крови содержалось огромное количество энергии. Вот только его подконтрольные низшие стихиали не были способны эту энергию поглотить, если она не была отдана им добровольно. Какой-то странный магический закон. Даже не закон, а аксиома. Нечто, не требующее доказательства. Да и не существовало никакого доказательства. Это просто было. А о причинах можно было только гадать. Но кормить собственной кровью всех своих духов уже давно стало невозможно. Их просто слишком много! Нужно искать варианты. Что-то же должно быть.

Кимир не соврал. Бледные, как полотно, стражники стояли плотным оцеплением, охраняя ворота от напиравших на них любопытных. На створках висели распятые стражники, вокруг которых уже вились разнообразные насекомые. Защитная формация периметра столицы на самом деле приняла их за часть стены и не позволяла снять.

Подконтрольные духи исправно подслушивали разговоры окружающих. Произошедшее не было секретом и виновника давно уже сдали спасенные дети. Зиргрин только зубами скрипнул. Верно говорят, не делай добра, и не получишь зла. Хотя, он вроде никакого добра и не делал. Спасение мальчишек было сопутствующим бонусом.

Толпа расступалась перед их отрядом даже без помощи охранявших их гвардейцев. Все смотрели на Зиргрина со смесью страха и любопытства. Парню было не по себе от всего этого. А еще от нависшей над таким скоплением людей гробовой тишины.

- Сними это, - произнес сдавленным голосом Ренан. Его лицо позеленело. Принца явно мутило от увиденного, но он всеми силами держался, стараясь не уронить собственного достоинства. В свою очередь Зиргрин в им же созданном зрелище ничего особенного не видел. Неужели «клетка» настолько отдалила его от остальных людей?

Легко взметнувшись на вершину ворот, где и прибил стражников, архан несколькими движениями выдрал из их рук плохонького качества кинжалы. Тела рухнули на землю. Из глазницы одного выпала золотая монета и с оглушительным звоном в повисшей тишине покатилась по мостовой. И даже нищие и воры, затесавшиеся в толпе, не позарились на эту монетку. Словно на ней лежало какое-то проклятье, принимать на себя которое никому не хотелось.

- Мерзость какая, - нарушил тишину герцог Кимир. – Эти стражи явно совершили преступление, иначе заклятье не позволило бы королевской тени их убить. Но остальное… Так их изуродовать, а после смерти еще и надругаться, засунув монеты вместо глаз… Тебе придется внимательнее следить за своей Тенью, мой принц. Он безумен. Впрочем, как и все они.

- Не думаю, - возразил Ренан герцогу и впервые прямо и без страха посмотрел в холодные глаза своего дяди. – Похитители были остановлены за городом, ведь так ты сказал? Тогда кто же их пропустил? Не они ли? Ренан бросил быстрый взгляд на изуродованные трупы и вновь отвернулся. – Стражи закрыли свои глаза за золото. Они были преданы справедливой казни. И золото вместо глаз – именно то, что они заслужили.

Герцог чуть заметно улыбнулся. Словно принц все понял и сказал именно так, как и было нужно. Импровизированный спор предназначался для зевак.

А вот Зиргрин был очень удивлен. Угадать причины, почему он засунул монеты в глазницы своих жертв… Ренан удивительно точно понял его мотивы.

- Вот, почему он после сделанного сигнальным колоколом поднял на ноги весь гарнизон. Это был хороший урок, - улыбнулся герцог. – После такого зрелища стража долго будет бояться принять лишнюю монету.

А вот это вообще было неправдой! Давать кому-то уроки, предупреждать о чем-то? Да что за бред? Он ударил в колокол, чтобы ворота не остались из-за него без охраны! Его действия активировали одну из установок наложенного на него заклятья! К чему лепить из убийцы героя?

Собственно, Кимир его наглым образом использовал. Вывернул откровенно глупый поступок себе на пользу. Нужно было признать, что Зиргрину до такого таланта манипулирования было очень далеко. Он был простым, как кинжал. Все эти интриги, двойные и тройные смыслы – были не для него.

Совместными усилиями спасенных мальчишек и герцога Кимира с принцем Ренаном из Зиргрина сделали эдакое пугало для предателей и бандитов. Наверное, это было нужно для поддержания авторитета принца, но на жизни архана подобное вряд ли могло отразиться, так что он довольно спокойно воспринял созданный образ. Даже собирался поддерживать его. Чтобы не сорваться на своей рабыне, он будет срываться на городской преступности. А этого в столице было, хоть отбавляй. Даже сотня королевских теней, убивай те по бандиту каждый день, никогда бы не извели их под корень.

Во дворец они не вернулись. Воспользовавшись появившейся возможностью, Кимир повел Ренана знакомиться с Тайной Канцелярией. Весь остаток дня архан маялся от скуки, следуя за своим хозяином, постоянно с кем-то знакомившимся, осматривавшим разные кабинеты, включая тот, что теперь принадлежал ему. Более-менее интересно Зиргрину стало, когда они спустились в подземелья местной привилегированной тюрьмы. Это место вполне могло стать для него еще одной отдушиной!

- Уйдем отсюда, - взмолился Ренан, не выдержав криков пытаемых преступников.

- Нет, - пресек любые возражения Кимир одной лишь интонацией сказанного слова. – В будущем это будет частью твоей службы. Ты должен привыкнуть!

- Да как к такому можно привыкнуть!

- Я же привык, - герцог вошел в одну из пыточных и безразлично наблюдал за работой палача. – Клятва на крови, если ее нарушить, не только разрушает тело, она очень сильно вредит душе. Для того, чтобы кто-то пошел на нарушение такой клятвы, необходимо заставить его страдать настолько, что даже смерть и мучительное посмертие будут казаться более легкой участью…

Архан же смотрел на уверенные, но далеко не всегда точные движения палача с некоторым пренебрежением. Когда он доберется до этого места, то…

- Тень! – окрик успевшего покинуть пыточную Ренана привел Зиргрина в чувство. Он умудрился полностью уйти в себя, представляя, как заменит этого палача. Даже связь с подконтрольными духами ослабла! Такого нельзя допускать. Проклятье, он на самом деле безумен! В «зверинце» это было не так заметно. Там, кроме куратора и рабыни, он больше никого не видел. Здесь же, на фоне других разумных, он чувствовал, насколько сильно отличается от них.

- Архивы я покажу тебе завтра. Последнее место, которое посетим сегодня – это библиотека, - с этими словами Кимир вошел в настолько узкий дверной проем, что в него можно было протиснуться только боком. – Дворцовая библиотека даже близко не сравнится с тем, что собрано в этом месте. Здесь максимальная защита, сильнейшая магия и скрытые ловушки. Позже покажу тебе действие механизмов. Зная тебя, в этой библиотеке скоро будет новый кабинет главы Канцелярии, - пошутил герцог. – Здесь собраны знания, к которым нельзя допускать ни друзей, ни врагов. Запретная магия, изъятая история, демонические и духовные путеводители, учащие разделять на время душу и тело, отправляясь в путешествия по этим мирам. Вот только мало кто из путешественников возвращался, так что не будь идиотом и не испытывай на себе ничего.

- Я же не ребенок, дядя.

Но горящий взгляд Ренана, которым он смотрел на казавшиеся бесконечными ряды книжных полок, заставил Зиргрина беспокоиться. Парень для себя отметил, что нужно присматривать за тем, что именно читает его хозяин. Сам же архан тоже смотрел на это место с немалой радостью. Был ли здесь способ, через который можно увеличивать силу подконтрольных духов? Ведь если не увеличивать их силу, то как еще ему бороться с контролирующим заклинанием? Это была его единственная надежда.

Глава 9

К тому моменту, когда Ренан, наконец, смог вернуться во дворец, на столицу опустились вечерние сумерки. Архан, который не спал уже трое суток, начинал ощущать некоторую усталость. Он, хоть и королевская тень, но не магический же голем. Отдых ему был также необходим, как и другим смертным. И этой ночью он планировал посвятить себя именно отдыху. После расправы над бандитами и стражниками ему стало значительно лучше. Можно было даже сказать, что он чувствовал себя отлично. Вот только поспит немного – и будет готов к новым свершениям.

Иногда Зиргрин вспоминал свою прошлую жизнь в том, другом мире. Это казалось таким далеким прошлым… даже не верилось в то, что она была, та его жизнь. Мог ли представить он тогда, во что однажды превратится? Мог ли он предположить, что не только перестанет быть человеком, но и станет убивать кого-то только ради того, чтобы снять напряжение?

- Графство Тарнское вновь не прислало налоги в казну, - проговорил Кимир, войдя вслед за Ренаном в его покои. – Они пользуются тем, что из-за аномалий в магических потоках там невозможно установить телепортационную арку. Ты со своей Тенью отправишься порталом в Мегир, оттуда вам нужно будет на лошадях добираться в Тарн. Ваша задача – сделать так, чтобы налоги исправно выплачивались в казну. Как этого добиться – тебе придется решить самому, мой принц.

- Но ведь от Мегира да Тарна четыре дня пути!

- И это очень хорошо. У тебя будет больше времени понять своего нового телохранителя и составить понимание его возможностей. Ни один инструмент невозможно использовать в полную силу, не выяснив, на что он способен. В пути испытай его с разных сторон, чтобы составить собственное мнение.

Зиргрин даже не обиделся на то, что его только что назвали инструментом. Его больше обеспокоило это «испытание» в пути. Как себе Кимир это представлял? Ренан должен натравить его на дракона? Хотя, огнедышащие ящерицы давно покинули этот континент. Но, при желании, подходящего монстра отыскать не проблема. Благо, в этом мире не только магия была, но и сопутствующие ей «мелочи». Вроде тех же леших, болотных духов, оборотней, вампиров и прочей дряни.

- Я понял, дядя, - несколько обреченно произнес Ренан. – Прошу меня простить, теперь я должен распорядиться слугам о сборах.

- Желаю легкого пути, мой принц, - с едва заметной улыбкой произнес герцог, покинув покои Ренана.

- Ты тоже иди, Тень. До утра свободен, - пробормотал юноша.

Архан не заставил себя упрашивать, молниеносно скользнув в серое марево перехода. Его мысли витали вокруг кровати. Но стоило ему оказаться в своих комнатах, как желание поспать куда-то испарилось.

Прямо на полу, свернувшись калачиком, лежала его рабыня, обнимая свою сломанную арфу и судорожно всхлипывая.

Пока Зиргрин следовал за Ренаном по Тайной Канцелярии, его духи провели небольшое расследование. Парню хотелось узнать побольше о своей рабыне.

Девушку звали Мика. Она была не так давно лучшей певицей при дворе. Девушка так хорошо пела, что даже удостоилась благосклонности короля. Если король проявляет к кому-то из рабов особую доброту, то традиционно раба освобождают в какой-нибудь ближайший ежегодный праздник. Мике оставалось дождаться всего полтора месяца. Несчастная. Любой успех порождает зависть. Была завистница и у нее. Другая девушка, по имени Милана, так же считавшаяся удивительно талантливой и красивой певицей, лишь самую малость уступавшая Мике. Эта Милана через постель и уговоры упросила Локара, того самого дворцового распорядителя, который показывал архану его покои, выбрать в рабыни новой королевской тени именно Мику. Пока певица носила ошейник, она вполне могла быть выбрана для этой роли. А то, что король обратил однажды внимание на ее голос… Так он уже и не помнит этого. Монархов не волнует судьба рабынь.

Когда-то Мике за ее прекрасное пение один из рабов-эльфов, принадлежавших гостившей во дворце ашмарской герцогине, сделал арфу. Эта арфа была предметом зависти всех девушек, услаждавших слух дворян. Как только стало известно, что Мика будет рабыней Зиргрина, Милана немедленно попыталась отнять у нее арфу. В процессе борьбы хрупкий инструмент и сломался.

Очередная сломанная судьба. В этом мире их было очень много. Но у Зиргрина сформировалось особое отношение к окружающим его разумным. Он или ненавидел их, как ненавидел до сих пор всех тех, кого когда-то поклялся убить, или был безразличен. Вторую категорию он мог убить, а мог не убивать, мог случайно спасти, как тех же мальчиков прошлой ночью, а мог бросить на произвол судьбы. В данном случае его поступки во многом диктовались настроением. Но была и третья группа. Это очень малый круг, находящийся в непосредственной близости к нему. Те, кого он к себе подпустил. За все время в этом мире таковыми для него стали Сарс – древний сильд, отдавший ему свою силу и жизнь в обмен на обещание, которое архан до сих пор не выполнил. Самур, спасший ему жизнь и позволивший ненадолго забыть свалившиеся на него беды. Старик-инструктор – пожилой ашмарец, научивший его выживать в «клетке». И пусть он это делал не бескорыстно, но архан был искренне ему благодарен. Следующими, с легкой натяжкой, шли Рэй и Липучка. Два его соученика, с которыми парень сблизился в «клетке». Так никогда и не представившийся ему эльф-Советник Гильдии Теней. Пусть тоже не бескорыстно, но альвар сделал из Зиргрина настоящую машину для убийств в столь раннем возрасте. Останься архан в «зверинце» еще на пару лет, то результат был бы еще более поразительным, но парень не мог себе позволить оказаться в подчинении Ликира. Тандем из двух психов вряд ли бы закончился чем-то хорошим.

Ренан попал в ближний круг автоматически, как только их жизни стали неразрывно связаны. А вот Мика… Эта рабыня, в отличие от принца, могла смотреть на его лицо. Она видела его, а не безмолвную покорную тень. И за одно только это архан был ей благодарен.

Вот почему, увидев лежавшую в позе эмбриона и горько рыдавшую девушку, он сорвал с себя маску и аккуратно стал ее поднимать. Мика повернула к нему заплаканное лицо, которое словно исцарапала дикая свирепая кошка. В царапинах было все лицо, а на скуле виднелась наливающаяся синевой гематома. Архан перестал следить за ней, когда разобрался с ее прошлым. И сейчас понятия не имел, что произошло. Кто вообще посмел коснуться его собственности?

Мика просто не могла остановить всхлипывания, даже когда увидела перед собой своего хозяина. Ее левая рука потянулась к груди и замерла в районе разорванного декольте. Там также обнаружились царапины, а на шее виднелся алый узкий след, словно от удавки. Но это не был след удавки. Его бы Зиргрин опознал без труда. Это был след от грубо сорванной цепочки. Кто-то варварским способом отнял у его рабыни тот самый искусно выполненный кулон, который парень заметил практически сразу, как только увидел свою рабыню.

Усадив девушку на диван, Зиргрин достал одну из мензурок со своим ядом. Это был целительный яд. Пусть на архана он не действовал, но он был телохранителем у Ренана. Никогда не знаешь, что может случиться. Он стремился быть готовым ко всему. Сейчас яд пригодился.

Зиргрин аккуратно втер вязкую жидкость в царапины, которые на глазах начали заживать, после чего заставил рабыню открыть рот и отправил в него одну каплю.

Спустя несколько минут девушке стало значительно лучше. От повреждений почти не осталось следов. Парень же, вновь надев на лицо маску, скрылся за иллюзией и покинул покои. Его духи уже нашли новую владелицу такого важного для Мики кулона. Архану было плевать на причины. Мика принадлежала ему. Никто не смеет ее оскорблять!

Милана, поливавшая экзотический цветок в вазоне, одновременно крутилась перед одним из множества висящих в этой галерее зеркал. Черные вьющиеся волосы, черные же жгучие глаза и фигура королевы красоты. По внешности она давала Мике сто очков вперед! Неожиданно мужские руки схватили ее сзади и крепко сдавили тугие груди. Милана страстно прижалась всем телом к обнявшему ее мужчине.

- Ты как всегда прекрасна, моя канарейка.

- Ах, господин Локар, вы, как всегда, столь страстны, что у меня кружится голова!

Милана развернулась к престарелому дворцовому распорядителю. Он ей совершенно не нравился, но это было неважно! Важно то, что в руках этого человека была ее возможная свобода. Конечно, у Локара была своя семья, Милана иллюзий по этому поводу не питала. Вот только сильно располневшая после пяти родов мадам с морщинами на лице явно перестала удовлетворять все еще полного сил мужа.

- Это разве не украшение Мики, которое ей подарила мать перед тем, как ее продали? – спросил Локар, отрываясь от полных чувственных губ певицы и прогуливаясь взглядом собственника по высоким упругим холмам груди.

- Да, она всем уши прогудела о том, как важен этот подарок. Мне он больше идет, разве нет? – девушка тряхнула плечами, тем самым заманчиво колыхнув грудью под мало что скрывавшей тканью платья.

- Как он у тебя оказался? Я лично отводил Мику к покоям королевской тени и точно помню, что медальон на ней был, - дворцовый распорядитель все сильнее хмурился.

- Какая разница? Я отобрала его. Она все равно скоро сдохнет! Туда этой выскочке и дорога.

Однако Локар резко выпустил девушку из рук и отстранился. Он смотрел на нее, как на смертницу.

- Ты с ума сошла, женщина?! Тебе надоело жить? Ты знаешь, что они могут сами выбирать себе рабыню? Любую, принадлежащую дворцу! Хочешь оказаться следующей после Мики? Зачем ты привлекаешь его внимание?! Напасть на собственность королевской тени! Безумие!

- Да он же сам ее рано или поздно убьет! Думаешь, королевской тени будет дело до пары царапин на лице этой идиотки?

- Дура, - покачал головой дворцовый распорядитель. – Теперь даже я не смогу…

Он не успел договорить. В этот момент архан, наконец, добрался до указанного подконтрольными духами места. Сбросив иллюзию, он встал перед Миланой и протянул руку.

- Отдай ему то, что взяла, идиотка! – Локар стоял, склонив голову в уважительном поклоне. Как-то вмешиваться и защищать рабыню он даже не собирался.

Но Милана, оказавшаяся прямо напротив темного силуэта, перед которым испытывала подсознательный страх, от ужаса не могла даже пошевелиться. Ей стало так страшно, что даже дыхание сбилось.

Не дождавшись каких-либо действий со стороны наглой рабыни, Зиргрин схватил ее за горло левой рукой, а правой содрал медальон с шеи воровки. Но этого было мало. Этого было недостаточно для того, чтобы она поняла всю глубину своей ошибки.

Когти прошли сквозь тонкую оболочку перчатки. Архан вогнал их в лоб девушки и нарочито медленно повел руку через все лицо. Милана задушено хрипела, дергала ногами, пыталась обеими руками разжать железную хватку своего мучителя, но как могла это сделать хрупкая певица?

Оставив на ее лице четыре настолько глубокие царапины, что местами виднелись кости черепа, Зиргрин перешел на грудь и оставил такие же раны и там. Он поступил с этой рабыней также, как она поступила с Микой. Вот только, в отличие от Мики, эта рабыня вряд ли так легко оправится…

- Тень! – голос Ренана вырвал архана из размышлений над уже посиневшей от нехватки воздуха Миланой. Кто позвал сюда принца? Почему он оказался здесь так быстро? Ответ подсказали духи. Ренану доложил слуга, случайно проходящий мимо и заметивший происходящее. А учитывая то, что Ренан направлялся в этот момент в библиотеку и находился буквально в нескольких метрах от этого места, итог оказался закономерным.

Разжав хватку, Зиргрин повернулся к принцу и встал на одно колено, продолжая удерживать в руке покрытый кровью Миланы медальон. Он наносил травмы, не выпуская этой безделушки. Той же рукой.

- Следуй за мной, - приказал принц.

Обреченно вздохнув, Зиргрин последовал за Ренаном. Что-то он, не успев стать королевской тенью, доставляет своему хозяину одни хлопоты. Нужно было с этим что-то делать.

- Я много наслышан и читал о кровожадности королевских теней, - произнес Ренан, едва они оказались в его кабинете. – Но не настолько же! Если ты хотел ее наказать – забрал бы к себе – и там пытал. Зачем доводить слуг до обморочного состояния кровавым зрелищем? Ты вообще можешь понять, что это - не нормально? Вокруг тебя – люди! Они не привыкли к таким ужасам! Сначала стражи на воротах, теперь рабыня эта. Тебе нравится делать такие вещи публично?

Нравилось ли ему? Он не задумывался. Да он даже не особенно размышлял над тем, что почувствуют другие, увидев то, что он сделал. А ведь стоило. Совсем он одичал в «зверинце».

Движения головы под капюшоном и маской были почти неразличимы. Архан повел свободной левой рукой ладонью вниз справа налево параллельно полу.

- Что значит этот жест? Отрицание?

Зиргрин сложил указательный и большой палец в земном знаке «ок», одновременно склонившись.

- А это, видимо, «да».

Парень вновь сложил пальцы в «ок».

- Замечательно, - выдохнул Ренан, усаживаясь в кресло. – По крайней мере, у нас есть возможность к такому примитивному общению. Значит, публичность тебе не нужна? – очередной отрицательный жест. – Хорошо. Я рад, что ты оказался не настолько безумен, как мне показалось. Спишем это на стресс после клятвы верности. Но впредь я хочу, чтобы ты помнил о том, что на тебя здесь смотрят сотни глаз. И твои действия всегда будут связывать со мной. Это понятно?

Архану было понятно. Своими поступками он задевал репутацию своего хозяина. Он исправится. Просто не привык к тому, что неразрывно связан с чьей-то жизнью. Но парень уже ко многому смог привыкнуть. Сможет адаптироваться и к этому.

- Хорошо, с этим разобрались. Мой дядя прислал мне ряд инструкций, которые необходимо выполнить в рамках моей поездки в Тарн. Одним из пунктов является взять с собой помимо отряда гвардейцев еще и минимум две тени тебе в помощь. Если честно, меня это пугает. Герцог Кимир явно подозревает там что-то совсем уж нехорошее. В любом случае, я вынужден полагаться на тебя при выборе. Сегодня отдыхай. В «клетку» отправишься с рассветом. Сборы все равно - дело небыстрое.

Архану не обязательно было отправляться в «клетку», чтобы подобрать двух подходящих теней. Ему достаточно явиться в ближайшее отделение Гильдии, однако Ренан или не знал об этом, или забыл, распорядившись делать набор в «клетке». К счастью, туда существовал телепортационный проход, которым могли воспользоваться только и исключительно полноценные тени высшего ранга. Он был таковым. Но не очень-то хотелось ему возвращаться в это место, слишком еще были свежи воспоминания о лишении языка и нанесении подчиняющего заклятья. Зиргрин скрипнул зубами. Приказ есть приказ.

Как только принц отпустил его, он вернулся в свои покои. Мика уже пришла в себя, но делала уборку с крайне печальным видом. Осознав, что больше в помещении не одна, девушка подняла голову. Зиргрин протянул ей окровавленный кулон с оборванной цепочкой.

Мика широко распахнула глаза. Она жаждала и одновременно боялась касаться медальона. Что он сделал? Почему медальон в крови? Ее хозяин убил Милану?

Архан, видя ее нерешительность, силой вложил украшение в тонкую девичью ладонь, после чего разделся и нырнул в бассейн. Как он устал, боги! Ему нужно поспать…

- Тень… - голос Ренана вырвал Зиргрина из забытья, в которое он, сам того не заметив, погрузился. Даже не успел заметить, как уснул. Обычно он перемещал основное сознание в духов, чтобы не тратить драгоценное время свободы. Тело отдыхало, а эфирное сознание делало, что только хотело.

Уснул он в бассейне, так что, словно резвый лосось, выскочил из воды, блестя мокрой чешуей, и ринулся в гостиную, где оставил снаряжение. К артефактам никто чужой не мог прикоснуться, они вначале испускали импульс боли, а если послание не было понято – убивали. Даже если их брали не руками, а предметами. Магия. Рабынь об этом предупреждают заранее.

Именно по этой причине элементы костюма валялись на полу, а маска, так вообще в другом углу комнаты. Сделав себе зарубку на память определить место для хранения снаряжения, архан нырнул в серый проход.

- Наверное, разбудил тебя, - произнес Ренан, от которого не укрылась заминка, с которой на этот раз появился его телохранитель. – Прости, обещал не трогать до утра. Просто у меня опять бессонница. Закрываю глаза – и вижу этих парней на воротах. Или пыточную Канцелярии. Собственно, именно поэтому шел в библиотеку, когда ты калечил рабыню. Думал что-то почитать, если не спится. Но теперь и читать уже не хочу. Ты можешь…

Он не договорил. Зиргрин уже и сам все понял. Капнув снотворного яда в бокал воды, он протянул его принцу, но Ренан отставил его.

- Выпью перед сном. Не хочу вновь проснуться в одежде. Спасибо тебе.

Архан развернулся и исчез в сером мареве.

Спать.

Глава 10

Иллит смотрела на поднявшего руки паладина с непониманием. Что ему здесь было нужно?

- Я хочу только поговорить, - вновь повторил мужчина, неизвестно как оказавшийся так далеко от Арума, да еще и пробравшийся в сад градоправителя Эльзира. Вдалеке приглушенно слышалась музыка и смех. Ночь пьянила ароматами декоративных деревьев и экзотических цветов. Где-то ухала сова, в траве стрекотали сверчки. Артефактная цепь на руке паладина отбрасывала яркие блики в лучах почти полной луны.

- Говори, - выдохнула девушка, разрушая повисшую тишину. – Дай мне хоть одну причину не убить тебя прямо здесь и сейчас.

- Ты не сможешь, - мягко улыбнулся незнакомец, опуская руки. – Ты сильна, это бесспорно, но не настолько. У меня всегда есть способ уйти. Но я пришел сюда не для этого. Я пришел спросить. Счастлива ли ты, приняв на лоб печать какой-то темной твари?

Иллит потерла лоб с печатью Урташа, не зная, смеяться ей или плакать. Так обозвать практически всемогущее существо – это смело. Паладины вообще не создавали впечатления умных людей. Она и раньше сравнивала их поведение с характерами Темного Совета. Мозги светлых рыцарей были так промыты жрецами Златоликого, что им казалось, будто любое их слово – это истина в последней инстанции, незыблемая правда. Со стороны же это казалось как-то… по-детски.

- Меня все устраивает, - улыбнулась она. – Это однозначно лучше столба с хворостом под ногами и факела в руках жадного до зрелища чужой боли быдла.

- Тогда… То, что произошло, было неправильным. Святая Империя пересмотрела свои взгляды на некоторых… существ. Таких, как ты, например.

- Мне от этого должно быть легче?

- Темные используют тебя, ты это понимаешь? Тебе разве нравится быть пешкой в чужих руках? Отринь Тьму! Твоя родина в Аруме! Вернись к нам. Я же вижу, что ты не полудемон. Нечто иное, но не демон!

Иллит нахмурилась. Если это видел паладин, то мог ли видеть и Император? И Совет? Они знают, что она не полудемон? Кажется, тогда, годы назад, паладины тоже это видели, загоняя ее в горы драконов.

- Ты или наивен, или самонадеян. Гарадат вложил в меня много усилий и ресурсов. Ко мне наилучшее отношение из всех возможных. Ты же, в свою очередь, предлагаешь мне предательство. Темные используют меня? И что с того? Вы разве не собираетесь сделать то же самое? Лучше уходи. Смогу ли я тебя убить, или не смогу – это легко проверить.

Но паладин не торопился уйти. Он достал из кармана золотистую цепочку. Точно такую же, какая обвилась вокруг его собственной руки. И протянул ее Иллит.

- Возьми. Не сомневайся, бери. Она твоя. Очень скоро ты поймешь, чем является темный правитель на самом деле. Он ни о ком не беспокоится. Это бездушная тварь. Рано или поздно он отдаст тебе такой приказ, выполнение которого разрушит в тебе остатки человеческого. Возьми цепь. Она твоя и будет только с тобой. Цепь невозможно отнять. Если ты примешь ее – то примешь статус паладина. Божественная сила уничтожит данную тобой клятву верности. В Аруме тебя будут ждать в любое время. Поверь, наш Император вовсе не такой ужасный, как проповедуют темные жрецы. Да и сожжения магов – это варварство. Их практикуют только на периферии Империи. К сожалению, именно там ты родилась. Просто приходи в нашу столицу. Ты поймешь, что все совершенно не так, как проповедуют темные жрецы.

Иллит задумчиво смотрела на золотистую цепочку, выглядевшую совершенно безобидно, если не знать о ее сущности.

- Это на самом деле одна из тринадцати?

- Да. И она принадлежит тебе. Это решение Церкви и Императора. Милостью Златоликого, однажды ты поймешь, кто на самом тебе друг, а кто враг.

Девушка нерешительно взяла цепочку и убрала в тот же браслет, где хранилась ее Глефа.

Паладин, довольно улыбнувшись, разломил небольшую блестящую палочку. Перед ним появился портал переноса.

- Не забывай, маленькое чудовище, что за все нужно платить. В том числе и за силу. Святая Империя не скрывает цены от паладинов. И мы всегда идем на это добровольно. Что же касается Темной Империи… Тьма никогда не скажет тебе о цене, пока не настанет время ее заплатить. И цена эта гораздо выше нашей.

После этих слов незнакомец исчез в портале. Будь на месте Иллит кто-то другой, то вполне возможно, вся эта ситуация могла зародить семена сомнений. Но в душе Иллит жил Наргот, бывший демон, превратившийся в тварь Хаоса.

Стоило светлому порталу паладина развеяться, оставив после себя смесь запаха меда и озона, как прямо на макушку девушки приземлился свиток с тяжелой императорской печатью.

«Ко мне, немедленно. Император Шагар.»

Серый портал появился на месте рассеявшегося светлого. От этого портала веяло знакомой силой, которая еще жила в ее энергоканалах. Император лично открыл проход.

Вдохнув поглубже, Иллит шагнула в марево. Оказалась она не в кабинете Императора, а в каком-то просторном зале. Помимо Шагара, восседавшего на довольно просто сделанном троне, явно непредназначавшемся для светских раутов, здесь были еще и все десять членов Темного Совета. Часть из них девушка узнала, так как уже видела некоторых раньше, об остальных догадалась по той ауре силы, которой не обладал даже ректор Глер.

- Мой Император, - Иллит упала на одно колено, как и требовало ее вассальное положение.

- Поднимись. Лирк, докладывай.

- Энра отказала паладину, мой Император. Но она приняла от него божественный артефакт. Мы с Кифилом немедленно прибыли к вам, чтобы известить о произошедшем.

Иллит дар речи потеряла. За ней что, следили? Целый Советник следил? Или даже два?! Зачем? Почему? Ей не доверяют?

- Что в этом странного? – прямо посмотрел на нее Император. – Ты сама знаешь, насколько важна для Империи и меня лично. Ты поверила светлому? Усомнилась во мне, как в сюзерене?!

- Нет, мой Император, - тихо ответила девушка. По какой-то причине она ощущала себя сейчас оплеванной. Ведь даже мысли о предательстве не было! За что к ней такое недоверие?!

- Почему тогда ты приняла цепь паладина?! – рык Шагара разнесся по пустому залу. Даже Советники слегка попятились. Темного Императора опасались не безосновательно.

- Паладинов всегда тринадцать, потому что цепей тринадцать. Как только умирает один – они передают цепь другому. Но пока она у меня – их на одного меньше. Разве я поступила неправильно, мой Император?

Шагар задумчиво постучал пальцем по подлокотнику трона. Он больше не ходил полуголым, на нем сейчас были довольно дорогие черные одежды, украшенные рубинами и черными алмазами. Вот только он по-прежнему создавал ощущение дикости и чуждости этому миру.

- Довод резонный. Но где гарантии, что ты меня не предашь?

- Хотите от меня клятву на крови, мой Император? – спросила девушка. Такую клятву она давать была не готова. Шагар, в конце концов, был полудемоном и, вполне вероятно, станет полноценным демоном рано или поздно. Намертво привязывать себя к потенциально бессмертной сущности было бы невероятной глупостью!

- Нет, - решил чуть ослабить давление Шагар. – Ты все равно ее не дашь. Я таким образом только подтолкну тебя предать.

- Я пришла сюда, спасаясь от паладинов. Я же не настолько безумна, чтобы добровольно идти к фанатикам, едва не сжегшим меня на костре.

- Они видят, что девочка – не демоническое создание, - вмешался самый старший Советник. Его скрипучий голос и иссушенное временем тело говорили о многих сотнях лет, которые он посвятил службе Империи. Последний раз они встречались, когда Совет защитил Иллит от совокупной атаки паладинов. Тогда этот Советник вел с ними переговоры. – Если они переманят ее на свою сторону, то, при усилении божественным артефактом, уже сейчас она могла бы сразиться с вами, мой Император.

- Это и без того понятно. Но я уверен в своей оценке. Девчонка не склонна отдавать свою жизнь ради кого бы то ни было. Ее интересует только поднятие в силе. Я дал ей все для этого, так зачем бы ей меня предавать? Я прав?

Взгляд черных глаз Шагара пронизывал ее насквозь. Он был тонким психологом и разбирался в своих подданных очень хорошо. Правитель с самого начала раскусил ее, понял ее цели и решил, что они могут взаимовыгодно сотрудничать. Он ни в чем не ошибался.

- Все так, мой Император. Светлые не имеют ничего, чем могли бы привлечь меня.

- Не врешь, - довольно кивнул Шагар и слегка расслабился. Следом за этим начала развеиваться и напряженная обстановка в зале. – Полагаю, всем все понятно. Или кто-то сомневается в моих суждениях? Если нет, то возвращайтесь к своим делам.

Никто не смел сомневаться. Один за другим вспыхивали серые порталы переходов. У Совета, как и у ректора Глера, была особая привилегия проходить телепортом не просто в Рух, а в Императорский дворец.

Остались только двое Советников, совершенно никуда не собиравшихся.

- Я ощущаю твою обиду на меня за то, что приставил к тебе незримую охрану, - уже вполне обычным, неофициальным тоном произнес Шагар, спускаясь с трона. Как и демоны, он чувствовал эмоции смертных очень остро. – Но ты должна понимать, что, до тех пор, пока моя демонизация не будет полностью отменена, я не могу позволить себе рисковать. Твоя жизнь в данный момент – это достояние Империи.

- Мне не нравится подобная «охрана», но не мне это решать, мой Император.

- Неприятно знать, что за тобой днем и ночью ходит кто-то незримый и запоминает каждое твое действие? Я так живу уже пару веков! Хорошо. Не хочешь тайно, будет явно… В Эльзире, как я понял, ты закончила?

- Да, мой Император. С гномами вопрос разрешен.

- Да, знаю, уже отправил туда администраторов. Они у меня теперь навечно будут под внешним управлением жить. Но ты очень странно разобралась с демонами. Любой нормальный маг бы вспомнил, что матка там завелась не сама по себе. Она уже была связана с сосудом, который доработали под ее новую силу и вручили тебе. Нужно было просто найти поводок и по нему притянуть демона к артефакту. Но ты выбрала иной путь. Сосуд при тебе? Дай его мне.

Иллит с облегчением вложила сосуд в протянутую руку Императора. Этим самым она фактически выполнила свой договор с демоном и больше ничем не была ему обязана.

Шагар пару секунд покатал артефактную сферу в ладони.

- Заставить демона самостоятельно залезть в сосуд угрозами! До такого даже я еще не додумывался, - хохотнул Император. – С другой стороны, мне и нечем их запугать. Я же не могу демона сожрать, - голос правителя резко изменился на смертельно серьезный. – Но ты, как выяснилось, можешь?

- Мой Император, я лично видел, она поглотила одного из низших демонов роя.

- Учитывая, что ты способна вытягивать из меня демоническую энергию и полностью пожирать духовные сущности, я хотел бы знать, как именно ты связана с правой рукой Повелителя Хаоса, Нарготом?

Иллит замерла, не зная, как реагировать и что отвечать. Ей стало страшно. Татуировка печати на лбу начала жечь кожу. Или ей это казалось.

«Скажи ему. Нет смысла скрывать. Этот смертный очень тесно связан с демоническим миром, если не ты, то демоны ему расскажут».

Тихий голос Наргота в голове немного успокоил. Если он согласен, то все не так страшно, как ей показалось.

- Мы с ним – две части единого целого. Но две разные личности. Когда я стану достаточно сильной магически, мы с ним сможем разделиться. Он отправится в Бездну, которую хочет взять под контроль, а я смогу жить своей жизнью. Без него.

- Так, - Император начал задумчиво подбрасывать духовный сосуд в ладони, о чем-то напряженно размышляя. – Тьма, я ожидал всякого, но не такого! Ты – аватар с собственной индивидуальностью. Даже не представлял, что такое возможно! Ты его видела?

- Кого? – не поняла девушка.

- Хаос!

- Нет. Никогда.

- Хоть это радует, - произнес Шагар. – По крайней мере, это объясняет твою силу. Глер меня уже достал своими сомнениями о природе твоих неконтролируемых выбросов. Бездна, значит.

- Мне необходимо много энергии, чтобы ее сдерживать. Когда я вас… поцеловала… Ваша энергия…

- Переизбыток демонической энергии. Именно из-за него происходит процесс демонизации. Насколько тебе хватило того, что ты взяла у меня?

- Сейчас я способна сдерживать и контролировать силу Бездны. Даже делала это в подземельях гномов. Но я не знаю, как долго еще это продлится. Демонической энергии в моих энергоканалах еще очень много.

- Теперь я полностью уверен в том, что ты меня не предашь, - оскалился Император, показав сохранившиеся после отмены демонизации клыки. – По крайней мере, не в ближайшие десятилетия. Мы взаимозависимы, малявка. Ты больше нигде в этом мире не найдешь такой концентрации демонической силы, как у меня. Император Светлой Империи в похожем со мной состоянии, вот только он удавит любого, но не позволит отменить свою ангельскую трансформацию!

Вот, о чем говорил Сергей. Она действительно крепко себя привязала к правителю Гарадата. И этого было не отменить, так как демоническая сила поглощается Бездной в ее энергоканалах значительно медленнее, чем магическая. Теперь она не сможет развивать свой дар пропорционально развитию силы Бездны. За то время, которое потребуется на поглощение энергии Императора Шагара, разрыв сил увеличится. Теперь для нее единственный способ сдерживать выбросы Бездны – получать постоянную подпитку от правителя Темной Империи. И это было одновременно хорошо и плохо. Хорошо, потому что угроза неконтролируемых выбросов сходит практически на нет. Плохо, потому что это теперь задержит ее развитие. Она будет расти в магическом даре значительно медленнее. Разумеется, все еще быстрее остальных, но недостаточно для нее самой. Девушка мечтала как можно скорее избавиться от Наргота в своей душе. Понятно, почему Сергей смотрел на свою ученицу, как на идиотку! Сама себе проблемы создала. Но, с другой стороны, тише едешь – дальше будешь.

«Не все так просто», - вновь раздался в голове голос Наргота. – «За нами послали Охотника. Где-то в этом мире он сейчас набирается сил параллельно с нами. Любая задержка для нас – это подарок для него»

«Что еще за Охотник?»

«Лучше тебе не знать пока. Просто помни, что у нас с тобой не так много времени».

- Мой Император, - обратилась слегка напуганная девушка к правителю. Она ничего толком не поняла, но слово «Охотник» пробудило в ней неприятные предчувствия. Нужно будет расспросить Наргота подробнее, когда будет свободна.

- Да? – Шагар, от которого не укрылось внезапное изменение эмоций своего вассала, подошел к ней вплотную, игнорируя двух Советников, старательно пытавшихся смотреть в другую сторону.

- Мне нужно стать сильнее! Как можно скорей! Помогите мне!

Правитель пальцем приподнял ее голову за подбородок, вынудив смотреть себе в глаза. Иллит, хоть и была уже довольно высокой, почти на уровне взрослого человека, смотрела на нависшего над ней Императора снизу вверх.

- Я сделаю для тебя все, пока ты остаешься на моей стороне. Но если предашь…

Не договорив, Император резко отстранился и вернулся на свой трон. Перед Иллит появилось серое марево портала.

- Возвращайся, - приказал он.

И девушка послушно шагнула в портал. Рядом с Шагаром ей было очень неуютно. Она его не понимала, не знала, как реагировать, и от этого только сильнее нервничала. Рядом с ней, уже не скрываясь, появился один из Советников.

- Я могу побыть одна? Хоть немного…

- Боюсь, что нет, энра, - произнес довольно молодой на вид мужчина с аккуратной бородкой и короткой стрижкой. Он смотрел на нее чуть насмешливо, но без всякой злости или намерения обидеть. – Наш Император – это самый сильный маг страны. Мы не можем позволить себе потерять его. Это сильно нас ослабит и развяжет руки врагам. Так что, пока у нас есть хоть малейшая надежда на то, что он не рухнет в демонический мир, мы будем за нее держаться. В данный момент этой надеждой являетесь вы, энра. От вас требуется только расти, учиться и периодически извлекать из Императора излишки энергии. Об остальном мы позаботимся. В том числе, о вашей безопасности. Ну и о том, чтобы у вас не было искушения использовать цепь.

- Я же не идиотка!

Сильный взрыв, прогремевший внутри дворца градоправителя Эльзира, оборвал разговор. Со всех сторон послышались крики, небо осветило зарево горящего здания.

***

Императорский дворец Арума больше напоминал собой храм. Золотые стены были покрыты искусными фресками с изображением разнообразных ангелов, святых, верующих, благоговейно склонившихся перед зрелищем восходящего солнца. Через цветные витражи узких окон-бойниц пробивались разноцветные лучи, падавшие на белоснежный мрамор пола, добавляя помещению торжественности.

- Мой Император, - тот самый паладин, который передал Иллит цепь, склонился перед резным золотым троном, возвышавшимся над огромным тронным залом метров на шесть.

- Поднимись, - донесся мягкий бархатистый голос сверху. На троне восседала статная фигура с золотистыми волосами в золотых же одеждах. – Ты все выполнил?

- Да, мой Император. Тварь не приняла благословенного дара. Не отринула Тьму.

- Я и не надеялся на это, - тихо произнес правитель Арума. – Пока цепь при ней – мы всегда будем знать, что она делает, какие приказы исполняет, и какова скорость ее роста в силе. От цепи она не избавится – слишком сильно искушение ослабить нас на одного паладина. Я же готов отказаться от одного паладина ради своевременной и точной информации об этом чудовище. Только так мы поймем, как ей противостоять. Ты хорошо справился, мой слуга.

Глава 11

Во дворце градоправителя стояла форменная паника. Иллит, едва достигнув полыхавшего здания, применила мощное заклинание из ледяной магии. Удивительно, но даже при всей ее силе, девушке едва удалось погасить пламя. Отдельной проблемой было не задеть заклинанием живых разумных, но даже это не объясняло того, насколько неохотно пламя отступало перед ее магией. Взрыв был явно необычным. Сопровождавший ее Советник словно растворился в воздухе, даже не думая как-либо помогать.

Вокруг суетились солдаты, слышались крики раненых. Как назло, по близости не было ни одного целителя! Иллит пробиралась мимо каких-то обломков, кусков недогоревшей мебели, искореженных тел живых и мёртвых разумных, выискивая взглядом Риту и советников гномов. Гномы нашлись в более-менее расчищенном углу. Привычка держаться вместе сыграла с ними злую шутку. Больше половины советников были мертвы, из оставшихся живых почти все получили разной степени ожоги или ранения от разлетевшихся во все стороны обломков мебели и каменной крошки. Сугур, к счастью, отделался лишь легкими повреждениями.

Отыскав взглядом Риту, которую укрыли мощными щитами темные жрецы на другом конце захламленного помещения, Иллит к ней не пошла. Служанка явно была в порядке и уже начала оказывать посильную помощь.

- Что здесь произошло? – магесса вопросительно взглянула на баюкавшего обожженную руку гнома.

- Непокорные, - сплюнул другой гном, тем самым ответив вместо Сугура.

А потом Иллит услышала очень интересную историю, о которой подгорный народ старательно умалчивал раньше.

Общество гномов, хоть и было очень сплоченным, но далеко не однородным. В их среде существовала довольно радикально настроенная группа, ненавидевшая Темную Империю чистой и ничем не замутненной ненавистью. В основном, в эту группу входили сильно пострадавшие от демонов семьи, не желавшие прощать Гарадат и не сумевшие смириться с предстоящим вассалитетом.

Когда совет гномов пришел к решению подчиниться Империи, эта радикальная группа откололась, поклявшись мстить до последней капли крови. Они собрались и ушли в горы, скрывшись в многочисленных переходах верхних пещер. Несколько дней после ухода от них ничего не было слышно. До этого момента. Судя по всему, Непокорные смогли отыскать и расконсервировать некоторые оружейные склады времен активной торговли, когда у подгорного народа были пограничные посты при каждом выходе на поверхность.

- Мы сами с этим разберемся, энра, - произнес носивший золотой шлем отец Сугура.

- Нет, - Иллит взглянула на гнома почерневшими потусторонними глазами. – У вас было достаточно времени, чтобы принять меры.

К этому моменту вокруг девушки уже собрались выжившие малефики, темные жрецы и комендант Эльзирской крепости, чьи воины заполонили полуразрушенный дворец.

- Мастер Кеф, нужно найти и уничтожить группировку. Гномы в полном вашем распоряжении.

У Иллит так и не забрали медальон представителя Империи. Она была в полном праве разобраться с произошедшим. Более того, это было ее обязанностью.

- Понял, энра. Градоправитель Эльзира погиб. Он был слишком близко к эпицентру взрыва. Взрыв прогремел прямо у постамента, где он как раз готовился произнести поздравительную речь. Нужно принять меры, чтобы в городе не вспыхнула агрессия к гномам. Это мастер Гвер, он возглавляет городскую стражу.

- Ждем ваших приказаний, энра, - склонил голову сухой моложавый маг с пшеничного цвета волосами, выдававшими в нем выходца из Арума.

Девушка потерла виски. Как некстати. Она в этом совершенно ничего не понимала! Что-то проходила в Башне, но этого было недостаточно! Да еще эти Непокорные явно только разогревались. Было стойкое чувство, что этот взрыв – лишь первый из череды запланированного ими террора.

- Оказать помощь раненым как можно скорее. Вводите войска в город, мастер Кеф. Перевести крепость в полную боеготовность. Мастер Гвер, в Эльзире объявляется чрезвычайное положение. Установить комендантский час. Запретить скопления разумных группами более трех лиц. Пусть патрули частой гребенкой непрерывно прочесывают город, проверяют каждую хибару, каждый подвал и крысиный лаз. Магов в городской страже мало, пусть каждый отряд сопровождает жрец или послушник храма. Их умений должно хватить на то, чтобы распознать взрывные артефакты или иную опасную дрянь. Обыскивать каждого гнома, вне зависимости от половой принадлежности и статуса. Любые беспорядки жестко пресекать, но никого не убивать. Никто не будет казнен без суда, включая и виновников взрыва.

«Энре стоит приобщить к этому гномов, иначе может возникнуть проблема с лояльными представителями их народа».

Голос Советника в голове прозвучал слегка неожиданно. Иллит даже забыла о его присутствии во всей этой кутерьме.

- Да, еще, - девушка решила послушаться более опытного в этом деле мага. – Пусть мастер Сугур лично отберет доверенных гномов, которые присоединятся к отрядам.

- Немедленно этим займусь, - произнес Сугур, после чего резко развернулся и отошел в сторону, отозвав за собой невзрачного вида гнома. Подгорный народ от взрыва пострадал гораздо сильнее, чем люди. Взрывной артефакт активировал один из их представителей, убив себя и прихватив на тот свет многих уважаемых гномов, которые смогли сплотить их народ в тяжелые времена. Это была настоящая трагедия. Но их жизни гномы будут оплакивать потом.

- Разрешите исполнять, энра? – мастер Гвер был готов отправиться в управу городской стражи немедленно.

- Исполняйте, мастер Гвер, мастер Кеф. Жду ваших докладов.

Следующие несколько дней для Иллит превратились в форменный ад. Она постоянно сидела в организованном при городской управе штабе, принимая отчеты и руководя небольшим, но все же городом. Роль оказалась крайне сложной. Стоило объявить о комендантском часе, как в Эльзире началась тихая паника. Тихая, потому что драк и вандализма не было ввиду присутствия буквально на каждом углу городской стражи и солдат эльзирского гарнизона. Но ушлые торговцы немедленно взвинтили цены на продукты, хлеб стал стоить по цене золотого за одну буханку, что было форменным безумием! На фоне этого, а также из-за сокращения поставок продуктов в город из окрестных поселений и постоянного ощущения опасности, люди очень быстро стали роптать. Перед угрозой голодного бунта девушке пришлось приказать раздавать хлеб из городских стратегических запасов, а перекупщиков и торговцев, отказавшихся принимать искусственно регулируемые цены, пересажать в арестантские ямы. Увы, городская тюрьма заполнилась слишком быстро, так что приходилось копать глубокие ямы, в которые и спускали узников. Устраивать скорые расправы девушка не хотела, хоть на этом и настаивал заместитель градоправителя по снабжению.

Расстраивало Иллит и то, что отчет, направленный Императору порталом, тот прочитал, но помощь выслал только магами, добавив к ним каких-то полудемонических порождений магической селекции, похожих на помесь собак и велоцирапторов, покрытых длинными рыжими иголками. Эти «зверушки» были бесценны при выслеживании в подземельях. У них не было глаз, но они ощущали окружающее пространство каким-то иным способом, причем, видели намного лучше людей с факелами. А обоняние у тварей было таким, что они способны почуять даже самый слабый запах, находясь за несколько километров от него.

Нового градоправителя не прислали. Правитель явно решил позабавиться, спихнув управление городом на совершенно неопытную в этом деле девушку. Радовало только то, что при ней было достаточно опытных подчиненных, подсказывавших решения многих вопросов или дававших различные варианты, из которых она выбирала наилучший. Иногда что-то подсказывал ее надзиратель-Советник. Но крайне редко и только в случаях, когда она была близка к критической ошибке.

Иллит предпочла бы спуститься в подземелья с отрядами и искать мятежников в гномьих шахтах, чем изо дня в день собирать доклады и пытаться их анализировать. Но Император был иного мнения, и ей, как его вассалу, приходилось мириться с таким решением, делая все возможное, чтобы оправдать проявленное доверие.

Окончательно переселившись из крепости в город, Иллит погрязла в бумагах не на дни, а на месяцы. Муга, который на прием в честь принятия гномами присяги не был допущен, прибыл из крепости в тот же день и теперь ни на шаг не отходил от своей хозяйки. Он был в ярости от того, что его оставили, не дав возможности защитить Иллит во время такой опасности. И девушка тихо радовалась, что не рассказала ему о появлении паладина. Без того Рита с огромным трудом выгоняла полуорка из покоев Иллит, во время смены нарядов и купания.

Так прошел год. Иллит исполнилось четырнадцать лет, а мятежников так до сих пор полностью и не переловили. За этот период в городе, несмотря на все предосторожности, прогремело еще два взрыва. Каким-то образом гномы смогли подкупить людей из бандитской среды пронести опасные артефакты в город. Всех виновных, разумеется, нашли. Но мятежники продолжали существовать, укрываясь в пещерных лабиринтах, получая снабжение от не примкнувших к ним, но сочувствовавших подгорных обывателей. Сами же гномы, вместо того, чтобы восстанавливать свой быт, были вынуждены охотиться за собственными собратьями. Иллит всех пойманных заговорщиков отдавала гномам, велев им самостоятельно судить и казнить предателей на главной площади Эльзира.

Периодически девушку вызывал к себе Император для обмена энергией. И хотя был способ производить эту процедуру иначе, правитель каждый раз требовал, чтобы все было именно так, как впервые – через поцелуй. Говорил, что не хочет менять проверенный метод и рисковать достигнутыми успехами, но Иллит не верила ему.

Сергей, который перебрался в город следом за своей ученицей, продолжал постоянно без всякого эффекта напиваться самым разнообразным алкоголем, регулярно устраивая девушке уроки по магии Хаоса. Уроки эти были под стать предмету – хаотическими. Иллит часто приходилось переживать не самые приятные моменты в своей жизни. Сергей хотел, чтобы она поняла сущность Хаоса, часто демонстрируя что-то прямо на ней. В конце концов она не выдержала. После того, как под ногами разверзлась пропасть с зыбучими песками розового цвета, в которых копошились яркие зеленые глаза, перемещавшиеся на крепящихся к ним покрытых слизью белесых щупальцах, Иллит шарахнула по своему учителю в ответ заклинанием, которое демоны используют для усмирения тварей Хаоса.

Эффект оказался поразительным! Буквально прибитый сетью Порядка к полу, парень громко вопил от боли и ругался русскими народными матами. Любая духовная сущность в материальном мире будет ослаблена по сравнению с ее силой в духовном. Тварей Хаоса это касалось особенно, так как материальное Мироздание основывалось на силе Порядка. Да, воздействие такой твари на реальный мир могло быть катастрофическим, но одновременно, любое воздействие Порядка на тело твари усиливалось пропорционально. Именно за счет этого довольно могущественную сущность пришпилило к полу, не давая возможности даже пошевелиться, хотя в том же демоническом мире этого заклинания не хватило бы, чтобы удержать что-то, кроме самой тупой и слабой твари. Парадокс, которым защищается материальный мир от пагубного воздействия духовных существ.

С этого момента Сергей стал гораздо более обходительным. К удивлению Иллит, ее бывший соотечественник очень хорошо слышал едкие комментарии Наргота, не удержавшегося от нарушения своего «обета молчания». Наргот откровенно потешался над распятым на полу Сергеем, унижал, как только мог, называя клятвопреступником. Сергей в долгу не оставался, обзывая Наргота предателем. Их перепалка совершенно запутала Иллит. Казалось, оба они были хороши, и у каждого за спиной были какие-то весьма серьезные проступки.

- Энра, - глава городской стражи отвлек девушку от размышлений, в которые она погрузилась над пустым пергаментом с занесенным над ним уже высохшим пером.

Конечно, в этом мире существовали и магические перья, вполне себе похожие на привычную земному миру ручку, но они были очень дешевыми и считались принадлежностями бедняков, не способных потратиться на чернила. Писать Императору отчет такой «ручкой» было бы оскорблением. И хотя девушка была уверена в том, что Шагару абсолютно плевать, чем именно написаны отчеты, всюду преследовавший ее секретарь хватался за сердце, краснел и начинал заикаться от одной только мысли, что благословенный взор Его Императорского Величества коснется этого «непотребства». Пришлось уступить.

- В чем дело, мастер Гвер? – девушка отложила перо и устало потерла виски. Она так и не написала ни слова.

- Хорошие новости. Поисковые отряды смогли заблокировать Непокорных в одной из пещер. Там почти все ядро. Деваться им оттуда некуда.

- Ну наконец-то, - Иллит выдохнула и откинулась на спинку своего кресла. – Хорошо, что я не успела написать отчет. Отнесу его лично с докладом о полной ликвидации угрозы.

- Еще не полной, энра. Там явно не все сторонники мятежа, но с остальными будет уже значительно легче справиться. Без толковых организаторов они обречены.

- Мои поздравления, энра, - буквально из воздуха возник Советник. – Его Императорское Величество уже ожидает вас. Рекомендую приказать вашей свите вместе с виверной переправляться через портал в ближайший к столице город. Сюда вы уже не вернетесь. Вас же я переправлю прямым порталом к Императору.

Иллит нахмурилась. После того, как гномы присягнули на верность, Император велел магам построить грузовую телепортационную арку. Он явно ожидал в будущем крупные гномьи поставки доспехов и оружия. Арка была построена за четыре месяца, но почти не была задействована из-за чрезвычайного положения. До того, как разберутся с радикально настроенными гномами, ни о каком торговом сообщении не могло быть и речи.

Хель в арку пройдет легко. Но девушке очень не хотелось расставаться со своей виверной. Почему-то было ощущение, что она увидит крылатую ящерицу очень нескоро.

- Поторопитесь, энра, Император не любит ждать.

Муга, безмолвно стоявший у стены со своей неизменной глефой, шагнул вперед и встал позади девушки. Он параноидально оберегал ее. Только визиты через открываемый Советником портал к Императору проходили без полуорка. На этом Иллит настаивала в приказном порядке. Однако сейчас девушка не знала, как с ним поступить.

- Раба я перенесу в комнату для дворцовых слуг. Он подождет там, когда энра освободится.

- Хорошо.

Иллит ничего не оставалось, как послушаться Советника. У Темного Совета была какая-то странная ментальная связь с Императором. Они могли поговорить с ним в любое время дня и ночи. Сомневаться в том, что это воля Императора – не приходилось.

Отдав все необходимые приказы и попрощавшись с не желавшей ее отпускать виверной, Иллит шагнула в покои Сергея, который на этот раз оккупировал винный подвал особняка одного из торговцев, оказавшегося в арестантской яме за несвоевременную жадность.

Сергей выглядел немного пришибленным. Перспектива переезда его удивила. Они с Иллит должны были провести весь период стажировки в Эльзире, но Император неожиданно поменял это решение.

- У тебя ведь есть духовный сосуд?

- Есть. Тебе нужен?

- Мне? Да я бы лучше удавился!

- Ты не можешь, - слегка насмешливо произнесла девушка, доставая из внутреннего кармана прозрачный камешек размером с ноготь.

- А иногда очень хочется, - буркнул Сергей, смотря на сосуд, словно на ядовитого скорпиона. – Я не могу перемещаться в качестве твоей свиты! Тем более, во дворец этого полудемона! Мне нужно определенное место, защищенное от влияния моих энергий. И покинуть я тебя не могу – приказ Владыки. Проклятье. Держи сосуд крепче. Для меня это первый такой опыт!

- Ты хочешь войти в сосуд?

Иллит, конечно, не забывала, кем был ее учитель Хаоса, но все же он практически не проявлял своих особенностей как дух. И вот сейчас собирался залезть в духовный сосуд.

- Словно у меня есть выбор! Так. Ладно. Начнем, что ли?

Сергей несколько нерешительно коснулся круглого камня. В следующее мгновение он словно растворился в воздухе, а камень почернел.

«Ты как там?»

«Восхитительно!», - буркнул парень. - «Словно меня сложили сорок раз пополам, а потом засунули под пресс!»

Иллит пожала плечами и вернула сосуд во внутренний карман своей студенческой униформы. Какого-либо сочувствия к Сергею она не ощущала. Он сам напросился к ней в «учителя». Хотя, нужно сказать, его уроки давали ощутимые плоды. По крайней мере, в разрушительной магии она весьма поднаторела. Увы, применить знания пока не удавалось. За унылой бумажной работой девушка чуть в депрессию не впала. Но теперь, кажется, намечались перемены.

В открытый Советником портал Иллит шагнула вместе с Мугой. Но вышла одна, о чем ее и предупреждали. Император стоял, заложив руки за спину, и смотрел ничего не видящим взглядом в окно. Он часто так стоял, о чем-то размышляя. Девушка уже давно заметила за ним эту привычку.

- Сколько времени прошло с нашего последнего поцелуя, - спросил Император, словно интересуясь, как долго шел дождь этим утром.

- Два с половиной месяца, мой Император, - склонилась Иллит.

Он обернулся и подошел к девушке, после чего ставшим привычным жестом поднял ее голову пальцем за подбородок.

- Ты стала еще красивее, малявка.

Иллит мелко дрожала. Всякий раз, оказываясь рядом с этим… существом, она не могла сдерживать свой энергетический голод. Ее тянуло к правителю, словно магнитом. Девушка жадно впилась в губы Императора, а тот не менее страстно ей ответил. Ему нравилась эта их маленькая игра. Всякий раз Иллит возмущалась способом, через который они обменивались энергией, но всякий раз сама же первой набрасывалась на него. Это веселило Шагара.

Когда опомнившаяся Иллит отстранилась от Императора, тот спокойно отошел к своему письменному столу и достал два свитка.

- Здесь карта разведанной нами части Степи. Месяц назад королевство Мирш приняло подданство Светлой Империи. Теперь у орков головная боль не только от соседства с нами. Но и с Арумом. И если мне плевать на кочевников, то светлые уже начинают собирать златоносные походы с целью перебить или обратить орков в свою веру. Идея не самая гениальная, но светлые и не станут загонять орков по всей Степи. Им нужен тот отрезок, который примыкает к нам. Хотят взять нас в клещи и откусить кусок приграничной территории. Само собой, оркам про это знать не обязательно. Они должны думать, что Арум надвигается на них с войной на истребление. Раз уж ты смогла настолько подчинить себе Чиумугана, что он ради тебя едва ни сам на себя ошейник надевает, я просто обязан воспользоваться этим шансом. Когда-то твой раб подмял под себя самые многочисленные и мощные кланы. Я хочу, чтобы он повторил свой подвиг, но под моим флагом.

- Мой Император, вы отправляете меня в Степь? А как же…

- Разумеется, за тобой присмотрит мой Советник, который обеспечит наши регулярные встречи. Он, как ты заметила, высший магистр пространственной магии, так что всегда сможет переместиться к тебе в случае необходимости, где бы ты ни находилось. Всего-то примешь его метку. Но ничем иным он помогать не станет. Добивайся всего сама.

Иллит обреченно приняла у правителя оба свитка. Один, как и было сказано, являлся картой Степи с указанием территорий племен и их кочевых маршрутов. Второй же…

Закончив обсуждение, Император позволил Иллит уйти. Стоявший за дверью уже знакомый слуга провел ее в комнату, где дожидался Муга. Увидев свою хозяйку, полуорк подскочил с деревянной лавки, на которой сидел. Девушка подошла к нему и резким движением сорвала рабский ошейник.

- Поздравляю, Муга.

Она протянула полуорку свиток, которым правитель Темной Империи даровал Чиумугану помилование и статус гражданина Гарадата. Стоило Муге прочитать свиток, как на его лбу проявилась яркая татуировка-печать. На печати было схематическое изображение объемного глаза. Печать Бездны. Печать Наргота. Через время татуировка исчезла. Каждый гражданин мог скрывать свой знак принадлежности к Империи, особенно, если был вынужден путешествовать за пределы Гарадата. Но при этом, каждый имперец ощущал присутствие татуировки на другом таком же имперце, даже если тот ее скрывал. Теперь никто не посмеет поднять руку на Мугу.

Глава 12

- Это – безумие! - рычал Муга, толкнув своего коня пятками в бок и нагнав мышастую кобылу Иллит. – Орки не пойдут за мной! Я раб, хоть и бывший! Я даже не имею больше имени!

- Что значит, ты не имеешь имени? – девушка уже устала от этих разговоров. На протяжении всего пути к приграничному городу Мефу Муга не прекращал возмущаться, всячески порываясь вернуться или хотя бы не участвовать в предстоящем походе. Ехали они вдвоем. Если не считать незримого присутствия Советника. Как он перемещался – одни боги знали. Рита вернулась в Башню, где ей предстояло сдавать очередные экзамены, Килат остался в Эльзире, а Хель… Хель должны были отвести в вивернарий столичного особняка Меженских.

- Ты знаешь, что значит мое имя, госпожа?

- Не называй меня госпожой! Ты свободный! Огненный дух Степи. Такое ведь значение твоего имени?

- Верно, - ухмыльнулся полуорк, показав клыки. – Дух Степи не может быть рабом, моя госпожа. А я – раб. Даже без ошейника. После того, как по собственной воле встал на колени первый раз, я стал рабом. И дело вовсе не в куске выделанной и покрытой рунами кожи. Это здесь, - он коснулся пальцем виска. - Оно живет во мне, словно костный червь. И если ты прикажешь мне – я исполню приказ. Иначе просто не могу.

- Столетие такой жизни не могло пройти бесследно, - ответила Иллит. – Тебе просто нужно прийти в себя и осознать свой статус.

Муга отвернулся. Она не понимала. Он был сломлен. Его сломали наказатели много лет тому назад. Как он мог теперь войти в племя орков и позвать их за собой?

Меф находился у самой границы Степи и довольно далеко от ближайшего портала. Вот уже пять дней они ехали верхом, от чего Иллит давно уже успела отвыкнуть. Полет на виверне сильно отличался.

Когда с верхушки пологого холма ей открылся вид на небольшой город, девушка выдохнула с облегчением. Наконец-то. Мысль о том, что ей долго и нудно предстояло перемещаться по Степи, она отгоняла, словно назойливую муху. Хотя бы пару дней ей было необходимо отдохнуть.

Путь к Мефу пролегал мимо уютных деревень, каждая из которых была обнесена высоким частоколом. Близость к оркам вынуждала людей быть бдительными. Вокруг деревень раскинулись бесконечные пахоты и поля, на которых работали люди и выпасался скот. Крестьяне провожали ехавшего рядом с Иллит полуорка крайне недобрыми взглядами, но ничего не предпринимали. Чувствовали его статус гражданина Империи. Разумеется, видеть орка в таком статусе – редкая диковинка, но факт оставался фактом.

Муга ощущал себя неуютно. Когда-то давно именно эти деревни он жег и разорял, разными способами приготавливая человеческих детей. Взрослых ели обычные орки, но он был вождем, он питался только самым нежным и вкусным мясом.

- Ты последний, кого я ожидал здесь встретить, - сплюнул под ноги своего коня встречавший их градоправитель.

Он даже не смотрел на Иллит. Его взгляд был прикован к Чиумугану. А точнее, к его шее. Больше века тому назад градоправитель был простым офицером гарнизона пограничной крепости, располагавшейся в нескольких километрах от города. Тогда этот еще совсем молодой маг своими глазами видел, что творил орочий вождь. После пленения он сотни раз приходил к прикованному на коленях порабощенному полуорку и избивал его ногами до тех пор, пока кто-то из охраны не оттаскивал офицера от не имевшего возможности сопротивляться Чиумугана.

И вот, эта тварь сейчас спокойно смотрела на него своими черными глубоко посаженными глазами. Он снова был свободен и имел наглость вернуться сюда!

Муга молчал. Иллит тронула пятками свою лошадь, заехав между градоправителем и полуорком.

- Он достаточно заплатил за содеянное. Мое имя – Иллит, я ученик высшего ранга Темной Башни, личный вассал Императора и сейчас выполняю его приказ. Чиумуган является свободным гражданином Гарадата и входит в мою свиту, поэтому я требую соблюдать приличия. Для начала, не соизволите ли представиться?

Иногда установленные правила поведения знати могли быть очень кстати. Игнорировать вышестоящий чин – это не только нарушение закона Империи, но еще и личное оскорбление, которое дворянин просто обязан смыть кровью! А учитывая то, что градоправитель даже не был старшим мастером, итог их дуэли можно было себе представить.

- Прошу меня простить, энра, - градоправитель скрипнул зубами, но взял себя в руки. – Мое имя Шерор, я градоправитель Мефа. Я счастлив приветствовать вас в своем городе, но этот орк…

- Он будет присутствовать там, где присутствую я.

- Энра, вы знаете, кем является эта тварь?

- Вы смеетесь надо мной? – Иллит посмотрела на несговорчивого чиновника черными потусторонними глазами. Налетевший порыв ветра всколыхнул алый каскад волос, из-под которых очень четко стали видны острые демонические рожки, изогнутые назад.

- Нет, энра, - градоправитель сглотнул подступивший к горлу комок. – Прошу за мной.

Меф они покинули на следующий день. Иллит совершенно не хотелось задерживаться в этом негостеприимном городе. Она ощущала наполненные ненавистью взгляды людей, особенно городской стражи. Эти взгляды преследовали ее и сопровождавшего девушку Мугу на каждом шагу. В конце концов, Иллит решила, что компания орков и бескрайней Степи будет более приятной. Конечно, эти люди имели все основания на такое отношение. Их можно было понять. Чиумуган в свое время был здесь настоящим бедствием. Его внешность помнили долгоживущие маги и старики-обыватели. И это повергало горожан в ужас. Накапливавшийся страх и ненависть становились почти осязаемыми. Атмосфера была настолько тяжелой, что Иллит отказалась от всякой мысли об отдыхе в этом месте. Если все это выплеснется на улицы – Император ее не похвалит.

- Нужно было взять с собой Риту, - посетовала Иллит, выезжая на следующее утро из городских ворот. – Она удивительно хорошо умеет отвлекать от мрачных мыслей разговорами.

- Да, - согласился полуорк. – Удивительно болтливая баба. Будь она орчанкой – ее бы муж прибил в первый же день после «танца духов». Но она не орчанка, так что лучше не брать ее. Съедят.

Коротко и ясно. Мирного сосуществования орков с людьми нет и в принципе не может быть. Заставить целую расу отказаться от своих вкусовых пристрастий – задача невыполнимая. Местная эволюция сделала людей пищей для орков. Увы, но здесь ничего нельзя сделать. Не обладай Иллит совершенно иным запахом, то и ей было бы лучше не соваться в Степь. Но поскольку она сама не знала, кем являлась, Муга ее «успокоил», сообщив, что человеком девушка не пахнет.

По мере их неспешного продвижения все реже стали попадаться людские поселения, все реже они проезжали обработанные поля. В какой-то момент дорога исчезла совсем, потерявшись в цветущей растительности. Наконец, проехав жиденький лесок, они поднялись на вершину очередного холма. Иллит замерла. Вдали, насколько хватало взгляда, до самого горизонта тянулась Степь. Теплый ветер беспрепятственно гулял по этим безграничным просторам, поднимая волны разнотравья. Над головой щебетали разнообразные птицы, какие-то пернатые перекрикивались из густого травяного моря, пахло сеном, солнцем и цветами. Вокруг оглушительно стрекотали кузнечики, порхали разноцветные бабочки и жужжали насекомые.

Муга спрыгнул с коня, встал на колени и со слезами на глазах поцеловал укрытую травами землю.

- Здравствуй, мать. Твой сын заблудился, но смог найти путь домой.

Это не был поклон раба. Это был поклон сына, исполненного любви и уважения к своей матери.

Степь никак не ответила. А может быть, очередной порыв ветра, зашелестевший трущимися друг о друга стебельками трав, и был ему ответом. Так или иначе, полуорк поднялся с земли и вновь вскочил в седло.

- Весна, не так давно прошли дожди, - произнес он, с упоением вдыхая приносимые ветром ароматы. - К тому же, недалеко протекает река. Дальше Степь будет не такой яркой.

После этих слов его конь ступил в травяное море, утонув в нем по самый живот. Девушка, которой передалось меланхоличное настроение Муги, направила свою лошадь следом.

- Судя по карте, до ближайшего племени три дня, - произнесла она, удерживая одной рукой свиток.

- Четыре, госпожа. В это время года орки гонят стада пастись как можно дальше от зимнего стойбища, чтобы не вытравливать зимние поля. Этот раб знает путь к племени, но радостно нас там не встретят.

- Муга, если ты и дальше будешь называть себя рабом, а меня – госпожой, то за тобой точно никто не пойдет!

- Прости, - спокойно ответил здоровяк, всматриваясь в бесконечный горизонт. – Напоминай мне.

- Какой смысл напоминать? Если ты хоть раз заговоришь подобным образом среди степняков – нас порвут. Поздно уже будет напоминать!

- Ты права, - полуорк все также задумчиво смотрел на озаренную солнечными лучами степь. – Тогда этот раб не хочет идти к оркам. Этот раб должен идти к отцу.

- К элементалю? – Иллит была удивлена. – Как далеко он?

- Дальше, чем ближайшее племя, но ближе, чем хотелось бы. Туда доберемся за декаду.

Девушка задумалась. Откладывать исполнение приказа своего сюзерена не хотелось, с другой стороны, именно Муга был козырной картой в этом плане. Все зависело только и исключительно от его желания. Заполучив свободу, полуорк мог прямо сейчас умчаться в Степь – и ничего ему Иллит не сможет сделать. Но он этого не делал. Он следовал за ней, как и поклялся.

- Тебе настолько важно его увидеть?

- Этот раб – не орк, пока не чувствует себя орком, а чувствует себя рабом. Раб не сможет помочь тебе, госпожа. Этот раб сейчас недостоин своего имени. Быть может, отец даст ему другое, повернув судьбу в иную сторону.

- Тогда поехали к твоему отцу, Муга. Нужно кончать с твоими комплексами.

Но сразу они туда не отправились. Первым делом Муга достал из седельных сумок несколько пустых бурдюков, после чего, проехав пару сотен метров, спрыгнул с коня и наклонился над практически неразличимым ключом, бившим из-под земли.

- В Степи не всегда есть, где набрать воды, потому нужно иметь с собой большой запас на людей и коней. Кое-где на нашем пути Степь будет переходить в небольшие пустыни, покрытые лишь колючками и опасными кактусами. Кактусы наполнены влагой, но она не несет ничего, кроме пустых иллюзий, способных довести до позорной смерти даже самого могучего из воинов. Потому бурдюки всегда нужно держать наполненными. И даже если истрачена всего половина одного бурдюка, встретив воду, нужно наполнить его. Иначе может случиться так, что именно этой половины не хватит, чтобы выжить. Это закон Степи. Тем более, что моя память о колодцах и родниках устарела на век. Все могло измениться. Колодцы могли пересохнуть, а родники уйти в землю. Нам придется быть особенно внимательными.

- Понятно, - произнесла Иллит. Она могла в любой момент создать ледяную сосульку, вот только тая, эта сосулька не превращалась в воду, а рассеивалась магической энергией, из которой и была создана.

- Пищу я добуду в пути. Степь богата своими дарами, так что много еды брать нет необходимости.

Девушка во всем полагалась на полуорка. В этом месте он знал все, а она не знала ничего.

Следующие несколько дней были похожи один на другой, сливаясь в бесконечную вереницу. Как и обещал Муга, вскоре разнотравье сменилось довольно однообразным пейзажем. Трава все еще была высокой и густой, только больше не было видно цветов и жужжащих насекомых в таких же количествах, как в самом начале их путешествия. Земля здесь была более сухой, а стебли трав более жесткими. Тем не менее, их кони поглощали эту растительность с большим аппетитом.

Пару раз на них нападали довольно большие, но не ядовитые змеи, которых Муга уничтожал со сноровкой, свидетельствовавшей о немалом опыте. Для него тридцатиметровый удав, способный заглотить лошадь целиком, противником не казался. В итоге, дальнейший путь они питались мясом этих самых удавов, закопчённых полуорком в самодельной коптильне. А также иной разнообразной дичи, встречавшейся по пути. Собственно, он просто выкапывал яму, укладывал на какие-то особенные травы мясо, делая вокруг него своеобразный шалаш, который тоже засыпал землей, оставив лишь два просвета. У одного он зажигал костер из пахучих трав, прикрыв его сверху пучком все тех же трав, направляя дым в отверстие. Дым проникал с одной стороны, окуривал мясо и выходил с другой. Процесс длительный, Муга запускал его во время ночной стоянки и к утру мясо было готово. При этом, у него был такой вкус, что даже соли не требовалось. Девушка только удивлялась, как много всего можно сделать из травы.

Еще ее удивляло, что зоркий глаз полуорка умудрялся отыскать в густой траве какого-нибудь зайца или птицу, легко сшибаемую прихваченным из оружейной Мефа луком. Сама Иллит не увидела бы всей этой живности, находись она прямо перед носом!

А спустя девять дней вдалеке показалось зарево пожара.

- Отец, - тихо произнес Муга. Он старался скрыть свое нервное состояние, но Иллит все равно видела, что полуорк боится этой встречи, но одновременно с этим, жаждет ее.

Следующий день они скакали в полной тишине. Муга окончательно закрылся в себе, а Иллит не решалась его беспокоить. В этот день они впервые пропустили совместную тренировку. Здоровяк просто не мог ни о чем другом думать, кроме предстоящей встречи.

К вечеру стало отчетливо видно немалых размеров пожар. Он простирался на многие километры, пожирая каждый миг все новые и новые участки Степи. Постепенно становилось жарко. С неба падал крупный черный пепел, уносимый ветром в неведомую даль. Они продвигались вперед.

В какой-то момент им пришлось оставить коней и продолжить путь пешком. Пожар еще был довольно далеко, так что пройти предстояло немало.

- Если хочешь, я могу подождать здесь, - предложила Иллит, замедляя шаг. Она даже не чувствовала испепеляющего жара. Степной пожар не был способен растопить поселившийся в ее теле холод Бездны.

- Нет. Моя жизнь принадлежит тебе. Ты должна присутствовать.

Иллит только послушно вновь поравнялась со здоровяком.

Элементали делились по рангам. Если опустить подкатегории, то они бывали низшего уровня – это бестолковые, не имеющие собственного сознания создания, ведущие образ жизни перекати-поля. Далее были представители младшего уровня. Это уже разумные существа, по характеру часто напоминавшие маленьких детей. К ним можно причислить болотные огоньки, например. Дальше были духи среднего уровня – это уже способные к материализации и полноценному контакту с другими разумными сущности. К таким можно относить различных водяных дев, саламандр, леших и тому подобных существ. Но были еще и другие стихиали. Они стояли совершеннейшим особняком и во всех мирах признавались разумными за богов. Собственно, они и были богами своих стихий. И именно таковым был отец Чиумугана.

- Пес привел ко мне свою хозяйку? Хочет ли пес умереть вместе с ней?

Голос раздавался, казалось, отовсюду. Степной пожар высоко вздымался над землей, превратившись в сплошную огненную стену.

- Мертвый сын пришел к отцу, чтобы во второй раз получить от него жизнь, - ответил полуорк, низко склонившись в сторону пожара.

Дальше произошло неожиданное. Пламя со всех сторон стало сползаться в одну точку, сгущаясь в человекообразную фигуру с горящими пламенем другого цвета глазами и волосами. Элементаль был обнажен, совершенно не стесняясь своей наготы.

- Ты склонился, раб, - голос стихиаля был груб.

- Лишь половина меня. Они разделили мою душу на две части.

Огненный человекообразный силуэт исчез, появившись прямо перед Мугой. Пару минут они в тишине смотрели друг другу в глаза.

- Пусть тогда умрет в тебе раб и возродится мой сын, Чиумуган, который никогда никому не покорялся!

Огненная рука вошла в грудь полуорка. Муга закричал от боли, но не мог ничего поделать. Иллит же просто не знала, что предпринять! Все происходило слишком быстро! К тому же, у нее было ощущение, что элементаль не нанесет вреда своему потомку. Он был суров, но не безразличен к судьбе собственного сына.

Муга горел, больше не в силах даже кричать. Наконец, тело полуорка безвольной куклой рухнуло под ноги своего отца. Здоровяк потерял сознание, а элементаль обернулся к застывшей от такого зрелища Иллит. Она совершенно не боялась огненного духа, а он никак не пытался ее запугать. Но девушка была обескуражена произошедшим.

- Твоя сила противна мне, но на тебе печать того, кому я также поклялся служить, - после этих слов на груди элементаля на пару мгновений проявилась большая духовная печать. Это была печать Урташа. – Позаботься о моем сыне. Он ничего не знает о таких, как мы. Даже о себе он почти ничего не знает. Рано или поздно он войдет в огненный мир. Но до того ему придется примириться с собой.

Сказав это, дух исчез. Окружающая звездная ночь опустилась на Степь, ранее освещенную багровым заревом пожара. От полыхавшего здесь несколько минут назад ада, как напоминание, осталось лишь уходящее за горизонт черное пепелище.

Иллит подошла к Муге. Полуорк дышал глубоко и ровно. Вздохнув, девушка села на землю рядом с ним и принялась ждать его пробуждения.

Глава 13

- Сергей, - тихо позвала Иллит сидящего в духовном сосуде учителя.

- Я здесь. Очень любопытный способ применил этот стихиаль. Сохранив воспоминания, он уничтожил ассоциацию полуорка с ними. Теперь твой бывший раб будет помнить свое рабство, но не будет чувствовать, словно это произошло с ним. Я так не умею. И не знал, что элементали умеют.

- Как так вышло, что мне встретился именно такой элементаль, который тоже носит печать Урташа?

- Сложнее встретить того, кто ее не носит. Разве что духи, порожденные этим миром, будут без нее. У нашего с тобой Владыки совершенно особые отношения со стихиалями.

- Вот оно что…

- Пока здоровяк отсыпается, предлагаю провести очередной урок по магии Хаоса. Это единственный способ для тебя освободиться от вассалитета этому полудемону.

- Мне совершенно не мешает…

- Ага, не мешает, - язвительно перебил ее Сергей. – Он тебе приказывает – а ты подчиняешься, даже не раздумывая. Тебя отправили в Степь собирать на войну племя орков-людоедов. Это вместо продолжения обучения! А ты даже не задумалась о том, насколько вреден для тебя этот приказ! Просто собралась – и поехала!

- Когда ты представил это в таком вот свете…

- Это действие клятвы! Надо же было дать ему такую! Чтобы преодолеть эту клятву, тебе придется стать значительно сильнее полудемона.

Слова Сергея не казались ложью. Раньше она как-то об этом не задумывалась. Осознавая всю серьезность ситуации, девушке больше не хотелось медлить с обучением. Заимствованная демоническая энергия тормозит скорость развития ее собственных магических способностей. Это значило, что ей придется уделить значительно больше времени занятиям, даже в ущерб отдыху и сну, чтобы суметь избавиться от этого влияния!

Муга проснулся только к полудню. Резко сев на месте, он стал осматриваться.

- Он ушел. Твой отец.

Чиумуган обернулся на голос.

- Ты… Воплощение бога Пустоты.

- Ну да. Но лучше называй меня по имени. Как ты себя чувствуешь? – Иллит общалась несколько осторожнее обычного, не зная, чего ожидать от нового Муги. Но полуорк, вроде бы, никакой агрессии не проявлял.

- Как я себя чувствую? Чувствую, словно прежняя жизнь была сном. И ты тоже – сон. Хотя… Я ведь поклялся тебе служить?

На лбу полуорка проявилась печать Наргота – объемный глаз.

- Ты свободен сам решать. Я не стану удерживать тебя, если решишь уйти.

- Нет, - Муга неожиданно широко оскалился в такой искренней улыбке, что показался кем-то совершенно незнакомым. – Разве я не взял тебя в ученицы, женщина? Ты знаешь закон орочьего воина? Каждый великий вождь обязан за жизнь обучить минимум одного ученика. И тот, кого он начал учить, должен закончить обучение или умереть. Ты еще не закончила. Более того, ты очень далека от окончания. До этих пор тебе от меня не уйти. Конечно, это вопреки традициям – обучать женщин мужскому бою. Но даже среди орчанок бывают исключения, а ты – дело особое. Я даже не уверен, что ты смертная.

- Вот какие у нас теперь отношения? Учитель-ученик?

- А еще я буду защищать тебя до последнего вздоха. Ты не просто спасла мне жизнь, ты вернула мне нечто, куда более ценное. А теперь поднимайся!

Следующие три часа Муга отрывался на Иллит, как только мог. Это была самая тяжелая тренировка из всех, какие она только помнила. После нее девушке пришлось пить восстанавливающие зелья. Увы, у нее не было совершенно никаких способностей к целительству. Не выходило вылечить даже простейшей царапины.

- Нам нужно отправляться, - задыхаясь, произнесла Иллит, устало плетясь к стреноженным лошадям, оставленным в паре часов пути от места их встречи со степным пожаром. Там была вода, такая желанная после трех часов изматывающих упражнений. – Мы и так задержались.

- Напомни, зачем мне собирать свой народ, бросая их под магию церковников? Потому что твой Император приказал?

- Он и твой Император тоже. Ты добровольно принял метку гражданина. Назревает что-то нехорошее. Гарадат укрепляет силы в мощный кулак, отсекает от себя дотационные регионы, оставляя их на правах колоний, проводит реорганизацию войск и мобилизацию. От Арума тоже разные слухи ползут. Силу Империй ты видел. Если они всерьез столкнутся в войне, полагаешь, что орков не зацепит? Когда рядом сражаются политические титаны, никто не сможет отсидеться. Если орки не вступят в войну сейчас – то потом может быть поздно. Победит, к примеру, Арум – они несколько десятилетий будут переваривать территории Гарадата, а потом начнут расширяться дальше. А куда им расширяться, если не в сторону степей? Плодородные земли, которые не обрабатываются лишь из-за присутствия агрессивных орочьих кланов. Как много времени потребуется, чтобы смять степняков? Они будут резать вас во славу Златоликого, называя порождениями Тьмы. Даже если орки присоединятся к светлым, я не дам и медяка за их дальнейшее спокойное существование. Если же побеждает Гарадат, то происходит то же самое, только под знаменами крылатого меча. Но если орки своевременно вступят в союз с Гарадатом, то результат окажется совершенно иным. Гарадат – многорасовая Империя. В нем вполне себе уживаются гномы, люди, оборотни, вампиры… Хотя последних я еще не встречала, они предпочитают уединение. Думаю, орки тоже смогут ужиться. В конце концов, статус полноправного союзника куда приятнее статуса поверженного врага.

- Сладко поешь, - ухмыльнулся Муга, выслушав доводы Иллит. – Вот только забываешь, что орки – это не люди. Мы не живем единым государством. Сотни независимых кланов, каждый из которых живет так, как сам пожелает. Если два клана не могут поделить Степь – они сражаются. Если оркам не хватает пропитания или рабов – они могут объединиться в походе на людей. Нет единого правителя, который говорил бы от имени всех.

- Значит, им должен стать ты, Муга.

Полуорк расхохотался, доставая один из бурдюков с водой, чтобы напоить своего коня.

- Скоро ты поймешь, что это невозможно. Иллит, Степь огромна. Собрать в ней все племена и заставить сражаться? Только на то, чтобы посетить каждое, потребуется несколько лет пути!

Муга ненадолго затих, словно прикидывая в голове разные варианты. Идея девушки казалась ему идиллическим бредом, но кое-какой собственный интерес он в этом увидел.

- Ближайшие к Гарадату кланы я собрать смогу, а там посмотрим, как пойдет дальше. Если твой Император не будет возражать против того, что мы сделаем с захваченными светлыми, то орки могут даже немного ему помочь.

- Полагаю, он учел эту возможность. Проклятье, ты мне такой синяк на спине оставил, что даже зелья не спасают. Все равно болит. Эх, сейчас бы Риту с ее массажем.

- Да-а-а, Рита бы сейчас не помешала. Не пришлось бы охотиться.

Иллит посмотрела на полуорка, совершенно растерявшись от такого заявления. Она не нашла, что сказать. Только молча наблюдала, как здоровяк снарядился луком и сноровисто взлетел в седло. Он ведь пошутил? Или нет?

Они отправились не к тому клану, который собирались посетить изначально. Теперь, когда их путь так отклонился от намеченного, ближе находилось более крупное орочье племя. Орки живут гораздо дольше людей, так что Мугу там еще должны были помнить. И если раньше полуорк приходил в ужас от одной мысли о встрече с сородичами после векового рабства, сейчас он сам жаждал туда попасть, он стремился туда.

- Запомни несколько основных правил, - произнес полуорк, когда до встречи с орками оставалось меньше дня пути. – Тебя попытаются унизить, едва рассмотрев твое сходство с человеком. Если стерпишь хоть одно оскорбление – получишь отношение, как к животному. Не бойся убить мужчину, но не трогай женщин. Если тебя оскорбит орк – убей его любым способом. Но если женщина – сражайся только сталью. Впрочем, я тебя уже неплохо обучил, так что здесь для тебя проблем не будет. Свою связь с богом Пустоты лучше не скрывай. Наоборот, показывай это при любой возможности. Падшего бога все орки уважают. Некоторые племена даже молятся ему, несмотря на то, что бог числится погибшим. С шаманами не спорь. Даже если он оскорбит тебя – не спорь. С шаманами я разберусь от твоего имени. У меня на это есть право. Насчет еды. Мой народ создает впечатление грубых варваров, но если тебя примут, как гостя, то на стол выставят лучшую пищу. Отказаться – будет оскорблением.

- Ты про человечину? – Иллит начало мутить от одной только мысли о каннибализме. Она, в конце концов, считала себя тоже человеком!

- У тебя не будет выбора, - пожал плечами Муга. – Если хочешь произвести правильное впечатление – придется есть.

- Но я не смогу!

Полуорк ничего не ответил. Она была не маленькой и должна была понимать, на что идет.

«Я помогу» - прозвучал тихий голос Наргота в ее сознании, от чего ей отнюдь не стало легче. Нет уж, она обойдется без его помощи.

Первым показалось огромное стадо, состоящее из коров, лошадей, баранов и каких-то животных, которых Иллит раньше никогда не видела. Пастухи, в сопровождении десятка крупных лохматых псов, с гиканьем примчались к ним, резко осадив лошадей прямо перед самыми мордами коней путников. Они ничего не сказали друг другу. Один из пастухов развернулся и помчался в сторону виднеющихся вдали круглых жилищ орочьего стойбища. Остальные разделились. Часть вернулась к стадам, а трое орков превратились в молчаливый конвой. Муга ехал спокойно, демонстративно не замечая сопровождения.

Перед въездом на территорию стойбища их встречала целая процессия. Впереди нескольких десятков крепких воинов стояли два орка. Один, скорее всего вождь, был в широких кожаных штанах с обнаженным могучим торсом, на котором виднелось множество шрамов от пережитых боев. Рядом с ним был орк значительно ниже ростом, но не ниже статусом. Он носил на себе множество бус, браслетов, перьев и прочей атрибутики. На голове был череп с тонкими ветвистыми рогами. Шаман. В правой руке он держал посох с навершием из какого-то странного прозрачно-серебристого камня.

- Чиумуган. Не думал я тебя увидеть вновь, - произнес вождь, а Иллит активировала артефакт-переводчик, которым ее снабдил ректор Глер перед самым отъездом. – Ветер всякое носит по Степи. Например, что ты встал на колени перед пищей и верной собакой служил целый век.

- Смогли бы люди поставить меня на колени? - оскалился Муга, ничуть не обидевшись на презрительный тон. – Они запечатали меня внутри тела, позволив телу жить без воли сына Степи. Но нельзя вечно удерживать пламя в ладонях. Я смог освободиться.

- Что освободился – вижу. Да только кто просится под нашу крышу? Огненный дух степей, или же ничтожный раб?

- Раб мертв. Его убил мой отец.

- Ты виделся с Чиугиром? – вмешался в разговор до того молчавший шаман.

В ответ Муга спрыгнул с лошади и подошел к невысокому шаману, возвышаясь над ним на целую голову.

- Смотри сам, нэрэ. Мне нечего скрывать.

Иллит, заранее проинструктированная, никак не вмешивалась в происходящее. Она слезла с лошади и с любопытством наблюдала, как шаман сорвал со своего рукава какую-то кость и приложил ее к уху. Другую руку он положил на грудь полуорка. Магия шаманов существовала на совершенно отличных от привычной Иллит магии принципах. Они взаимодействовали с окружающим миром, с духами мест и стихий, остаточной памятью своих предков, ушедших на перерождение. Все это порождало странное и непонятную волшебство.

- Его дух и разум тверды. Это воин, а не раб.

- Тогда я буду счастлив приветствовать тебя в своей юрте, Чиумуган, - произнес вождь. – Если твой отец не отрекся от тебя, значит, ты не утратил своего достоинства. Вижу, ты и угощение с собой привез.

Вождь соизволил обратить внимание на Иллит. Девушка давно ожидала этого. Ее глаза заполнила Тьма, в глубине которой загорелись две пары тлеющих углей-зрачков. Ледяная волна Бездны медленно поползла от нее, расширяясь по диаметру.

- Подавишься.

Девушка старалась прятать свои демонические рожки под прической, но сейчас она вытащила две шпильки, позволив багровой волне волос свободно рассыпаться по спине. На голове стали отчетливо различимы приобретенные по наследству от Наргота рога.

- Это Иллит. Она является эмиссаром бога Пустоты. И моей ученицей. Именно она помогла мне вернуть свою честь. Я обязан ей больше, чем жизнью.

Муга откровенно развлекался, наблюдая ошарашенные выражения орков. Особенно шамана.

- Она… Действительно владеет силой Пустоты, - произнес шаман, видя, как замороженные стебли трав осыпаются невесомой пылью, обращаясь в ничто.

- Неужели вы не ощутили, что у моей ученицы нет запаха людей. Она – не человек.

- Ты принял в ученики эмиссара бога Пустоты? – вождь произнес это с такой детской завистью, что Иллит стоило немалых усилий сохранить серьезное выражение лица.

Для девушки, проведшей последние годы в среде магов, было необычным видеть настолько открытое проявление чужих эмоций.

- Это малое, что я мог сделать в благодарность за ее помощь.

- Для меня честь принимать в своей юрте тебя и твою ученицу, Чиумуган. Вы – гости. Позволь мне обо всем позаботиться.

К немалому облегчению Иллит, в этом клане к ней больше никто не придирался. Слова вождя и шамана, а также их уважительного отношения, было вполне достаточно для остальных орков, чтобы прикусить свои языки.

Внутри стойбища было очень… самобытно. Крытые шкурами круглые юрты, с крыш которых поднимались сизые дымки от внутренних очагов, боевитые орчанки, занимавшиеся домашними делами, детвора, которая уже с ранних лет активно приобщалась к тренировкам и разнообразной работе. Орки не умели сдерживать своих эмоций. Если они злились на кого-то – то громко ругались при этом, если радовались – то хохот разносился далеко над Степью. Особенно в этом преуспевали орчанки, чей темперамент напомнил Иллит мексиканские фильмы. Эти женщины, которые не хуже мужчин владели луком, верховой ездой и боем на кинжалах, очень часто могли задать своим мужьям такую трепку, что земля вздрагивала. А уж между собой орочьи девицы могли сцепиться так, что всем миром не развести. Все это сдабривалось лаем вездесущих лохматых собак, помогавших в выпасе скота, блеянием коз, мычанием коров, визгом свиней… Про запахи можно было не говорить, витавшие здесь ароматы вряд ли кто назвал бы приятными.

Еще здесь были люди. Их содержали в загонах, как животных, разводя на убой. Девушка лишь раз подошла к загону с человеческими рабами. Она не нашла среди них ни одного осмысленного взгляда. Это был самый настоящий двуногий скот. Со смешанными чувствами Иллит постаралась держаться от этого места подальше. Пахло здесь даже хуже, чем возле свинарника. У нее не было возможности что-то изменить, да и желания тоже. В этом мире у многих разумных была жестокая судьба. Если она начнет носиться с идеями всеобщего равенства, ее просто пристукнут при случае. И будут поступать так, как и раньше.

Одежду орки носили лишь по мере необходимости. Мужчины поголовно ходили с обнаженным, покрытым татуировками, торсом, одетые лишь в штаны из выделанных шкур. Обувь, если и использовали, то легкие шнурованные мокасины. Женщины тоже одевались довольно открыто. Легкие приталенные жилетки на шнуровке, скрывавшие грудь, и все те же штаны. Юбки у орков явно не были в обиходе. В их жизнях случиться могло всякое. Если не нападение врага, то какого-нибудь особо опасного степного зверья. И мужчины не всегда могли везде успеть. В такие моменты оружие в руки брали женщины, не менее храбро отстаивая свои жизни и своих детей.

Внутри юрты вождя было душно от дыма очага, запахов готовившейся пищи и жара двух десятков тел самых уважаемых членов орочьего племени.

- Окажи честь, благословенная богом Пустоты Иллит, - протянул шаман девушке глиняную плоскую чашу с нарезанным мясом. Пахло очень вкусно.

- Благодарю, нэрэ, - приняла она предложенное угощение, с огромным удовольствием принявшись его поглощать.

Она старательно отгоняла от себя мысль о том, что это за мясо. У нее была цель. И она обязана ее достигнуть, что бы ни пришлось для этого съесть или выпить!

- Действительно, лишь выглядит, как человек, - оскалился вождь, не сводивший взгляда с уплетающей мясо девушки. – Люди дохнут сразу от наших специй.

Иллит едва не поперхнулась. Ее пытались отравить? И вот так, запросто, сообщили об этом?

- Принимать человека в юрте вождя – огромное бесчестье, - пояснил сидевший рядом Муга. – Таковы традиции.

- А предупредить мог? – едва слышно прошипела девушка, доедая с видимым удовольствием последний кусочек.

- Зачем? Ты ела те же специи все эти дни. Я тогда забылся и накормил тебя пищей моего народа. А когда понял ошибку, то было поздно. Но с тобой ничего не случилось, так что и в дальнейшем нет смысла волноваться.

Иллит готова была придушить этого полуорка! Это же надо! Он накормил ее отравой. Случайно! Он забылся!

- Мне нравится твой настрой, - продолжал скалиться Муга, наблюдая за покрасневшей и сопящей от злости ученицей, изо всех сил пытавшейся держать себя в руках. – То, что нужно для тренировки!

Глава 14

- Почему ты ничего не сказал о войне? – спросила Иллит, уворачиваясь от мощного рубящего удара Муги.

Вокруг них никого не было. Среди орков считалось большим оскорблением учителя – подсматривать за тем, как он тренирует своего ученика. Оскорблять легендарного Чиумугана дураков не нашлось.

- Первый день – день мира. Запомни, у орков нельзя говорить о войне в первый день твоего прибытия, если случай не срочный. Духи предков не терпят суеты при оказании гостеприимства. День второй – день умиротворения. В этот день ты можешь говорить с шаманом, успокоить разум и мысли. О войне можно говорить только на третий день.

- А вы не очень расторопные, - проворчала девушка, хватаясь за руку. Муга кончиком едва задел ее, но рана все равно оказалась довольно глубокой.

- Все зависит от ситуации, - полуорк даже не подумал останавливать тренировку из-за легкого ранения своей ученицы. – Ты слишком оттопыриваешь локоть. Твой удар получается смазанным, а парирование не отводит мой удар, а принимает его на древко. Конечно, мне далеко до того, чтобы разрубить твою демоническую глефу пополам, но, как видишь, самую малость сместив запястье мне удалось тебя достать. Я бы на твоем месте проведал шамана. Вреда не будет.

Иллит не преминула воспользоваться советом Муги и поговорить с шаманом. В клане на самом деле было четыре шамана. Один – главный, тот самый, который встречал их с Мугой. Остальные трое были его подчиненными. Она решила обратиться к главному.

Звали его Хамур. Ему было больше четырех сотен лет и обещал он прожить еще не меньше. Каждый орк относился к шаману с подчеркнутым уважением. В мирное время шаманы проводили ритуалы бракосочетания, справляли обряды и приношения духам предков, отчитывали молитвы по умершим, лечили от разнообразных болезней. Иными словами, выполняли роль тех же жрецов, только в более своеобразном варианте. Во времена же войны шаман становился грозным магическим оружием, в чем уже успела убедиться Иллит в Эльзире.

- Заходи, благословенная Иллит, - донеслось из небольшой юрты, перед закрытым шкурой входом которой остановилась девушка. Юрта шамана отличалась от других только странным символом, изображенным на закрывающей вход шкуре, да развесистыми, похожими на оленьи, рогами, прибитыми над ней. А, может, и не оленьими. Слишком уж здоровые…

Иллит отодвинула шкуру и вошла внутрь. В нос ударило приятным ароматом трав, развешенных пучками по всей крыше и стенам.

- Присаживайся, благословенная Иллит, - указал шаман на ворох шкур возле очага. Здесь все сидели, спали и работали на выделанных шкурах. По понятным причинам, стульями орки не были богаты.

- Просто Иллит, нэрэ, не утруждайтесь лишними словами, они все равно не меняют сути.

Девушка послушно присела напротив курившего костяную трубку шамана.

- Кажется, душа твоя неспокойна. Ты пришла за советом?

- Вы правы, нэрэ.

- Могу я взглянуть на существо, что ты носишь в рукаве? – неожиданно сменил тему шаман.

Иллит нахмурилась. В рукаве был духовный сосуд Сергея.

Сергей попытался что-то ей ментально возразить, но она его не слушала. Эта сущность вызывала в девушке подсознательные опасения. Что-то с ним не так. Его нахождение рядом нервировало не меньше, чем Наргот внутри ее души. Отринув все сомнения, она передала духовный сосуд Хамуру.

- Как любопытно, - произнес шаман, рассматривая духовный сосуд. - Никогда не видел подобных существ.

- Тварь Хаоса, нэрэ, - пояснила Иллит.

- Тварь Хаоса в материальном мире… Необычно, да...

Хамур вернул духовный сосуд, расставшись с ним без всякого сожаления.

- Ты думаешь, я смогу избавить тебя от твоих страхов, несчастная душа? – он неожиданно резко взглянул на Иллит. Его взгляд, казалось, пронизал ее до самых глубин души. – Я все вижу. Не беспокойся, я никому не скажу, кого именно ты несешь в себе. Ты боишься его, но не можешь избавиться. Страх твой не безоснователен. Как только станешь достаточно сильной, а бог Пустоты достаточно восстановит свою личность – он заберет твое тело и поглотит личность.

- Чт-то? Но он обещал, он клялся, что разделит нас!

- Клялся? Клясться тебе – все равно, что клясться самому себе. Почему бы ему потом не освободить себя от этой клятвы? Вас нельзя разделить.

«Проклятый старик! Обязательно было распускать язык?!» - Сергей ментально ругался, поминая шамана разнообразными эпитетами, а Наргот предусмотрительно молчал.

Иллит чувствовала, что проваливается в ад. Для нее не было спасения… Ей врали! Тогда зачем все это? Если все равно умирать окончательной смертью? Зачем эта гонка за силой, эти изматывающие тренировки?

Шаман посмотрел на замершую с пустым взглядом девушку. Он тяжело вздохнул, поднялся со шкур и подошел к дальней стене, где в клетке обитал черный ворон. Достав трепыхавшуюся птицу, он вытащил из-за пояса кинжал, которым срубил ворону голову. Слив кровь в покрытую орочьими рунами миску, шаман подошел к Иллит и стал рисовать на ее лбу какой-то знак.

- Не шевелись, - произнес он, заметив, как дернулась девушка от неприятного ощущения.

Сама Иллит ничего не понимала. Шаман рисовал кровью на ее лбу, щеках и руках какие-то странные знаки. И по мере их нанесения она ощущала себя все более одинокой, словно отрезанной от чего-то…

Хамур зажег курильницу и поставил ее между собой и Иллит.

- Пока не прогорит, нас не услышит ни бог Пустоты Наргот, ни воплощенный Хаос. Никто. Они, разумеется, сильны, но в материальных мирах у каждой силы имеются уязвимости. Теперь слушай меня внимательно. Помочь тебе я не могу. Вряд ли вообще кто-то на это способен. Но почему-то духи показывают мне, что путь для тебя есть. Одно знаю точно, если сдашься сейчас – спасения тебе не будет. Иди до конца, бери все, что дают, ничего не отвергая. Но никого не слушай и никому не верь. Твоя жизнь и смерть зависят не от тебя. Безвозвратный конец грозит тебе в любом случае, а вот шанс спастись – лишь при условии, что ты не остановишься. Так что постарайся выжить. Это единственное, чем могу тебя обнадежить.

Последний виток благовонного дыма растворился в воздухе. Курильница погасла.

«Что он тебе сказал?!» - в один голос спросили Наргот и Сергей.

«Ты не можешь прочесть мои мысли?» - поинтересовалась она у обитавшей в душе твари Хаоса.

«По какой-то причине, именно эти мысли и воспоминания закрыты от меня!»

«Вот и отлично»

Сообщив это, девушка стала полностью игнорировать обоих. Она низко с уважением поклонилась шаману.

- Спасибо, нэрэ.

- Ступай.

Она поднялась со шкур. Все, что мог, шаман ей уже сказал. Не было смысла ожидать чего-то большего. Но как удивительна сила шаманов! Даже сильнейшие маги не сразу опознали, кого именно хранит в своей душе девушка. Этому же престарелому орку понадобился лишь мимолетный взгляд...

Когда Иллит вышла из юрты шамана, то заметила в центре поселения какое-то странное столпотворение. Девушка даже не заметила, как наступил вечер. Один за другим загорались костры, осветившие очерченный кровью забитого барана большой круг, на который с предвкушением смотрели собравшиеся орки. С одной стороны разминался вождь, а с другой – Чиумуган. Все это было так похоже на намечавшийся боксерский бой, что девушка сморгнула, после чего направилась к полуорку, рассекая послушно расступавшуюся перед ней толпу.

- Что происходит?

- Я поспорил с вождем, кто сильнее. Если он победит, то я пойду и помогу ему вытеснить другой клан с захваченных им пастбищ. А если я – то завтра скажу, куда поведу этот клан. С тобой все хорошо? Ты очень бледная.

- Узнала неприятные новости. Но выбора у меня все равно нет. Ступай, Муга. Желаю тебе победы.

- Моя победа – неизбежна! – прорычал полуорк, запрыгивая в круг.

Следом за ним прыгнул и вождь. По правилам, такие бои проводились без оружия. Никто не хотел нанести смертельное оскорбление племени или воплощению степного пожара, серьезно ранив противника в товарищеском бою.

Иллит меланхолично смотрела на то, как два орка, поигрывая напоказ мускулатурой, сошлись в довольно ожесточенной схватке. Она была сама по себе. Вокруг нее было так много разных друзей, помощников, учителей. Но, в конце концов, она одна. И плевать. Она проживет эту жизнь так, как сама захочет. А там – будь, что будет.

Вождь, двигаясь, словно могучий, но ловкий тигр, атаковал Мугу, целясь в печень, но полуорк сместился, заходя вождю за спину и совершая встречную атаку. Вождь легко уклонился, задев при отскоке Мугу скользящим ударом кулака в подбородок. Муга, получивший довольно ощутимый удар, воспользовался отступлением противника, пощупал разбитую губу и счастливо оскалился.

Несколько секунд они кружили друг вокруг друга, словно два голодных зверя, не поделивших добычу. На этот раз первым атаковал полуорк. Он сделал обманный удар, заблокировал контрвыпад кулака в область груди, после чего поднырнул под выставленную руку и повалил вождя на землю. Муга сжал горло своего противника левой рукой, а правой стал колотить того по корпусу. Но вождь явно не собирался сдаваться. Подняв левую ногу, он закинул ее через шею противника, чуть сдавив сгибом колена тому горло, после чего рывком перевернул Мугу вместе с собой, поменявшись с ним местами. Теперь сверху был вождь, колотивший полуорка пудовыми кулаками. Муга не стал повторять прием своего противника. Он просто воспользовался не совсем правильным положением соперника, не заблокировавшего ему ноги, и пнул его коленом в поясницу с такой силой, что вождя подкинуло на месте. Секундной заминки из-за вспышки боли хватило полуорку, чтобы избавиться от удушающего захвата и со всей силы врезать вождю в подбородок. Тот на какое-то время потерял ориентацию от звона в ушах и помутнения в глазах. Этого Муге было достаточно, чтобы выбраться из-под туши противника и завершающим ударом лишить его сознания.

- Хороший бой, - радостно скалился Чиумуган, стряхивая с себя землю. – Отнесите вождя к шаманам, пусть подлечат его царапины, чтобы мы могли завтра поговорить о войне.

Племя орков загудело. Заявление Муги их совершенно не испугало. Напротив, война – это возможность захватить трофеи и рабов. Воевать орки любили. Особенно они любили воевать с людьми – так как вкус «дикого», не выращенного в загонах человека, считался более приятным.

- Я хочу побегать, - произнес потный полуорк, пробравшись сквозь толпу поздравлявших его кочевников и добравшись до наблюдавшей бой Иллит. – Степь зовет… Так давно я не отдавал ей должное…

- Можно с тобой? Мне тоже хочется побыть в тишине.

- Только если на лошади, - произнес Муга.

Спустя час они, сломя голову, неслись по бескрайней Степи. Муга был в волчьем облике, поливая окружающие травы срывавшимся с его шерсти пламенем. К счастью, покрытые росой стебли не загорались так просто, а время существования огня вне тела носителя было очень недолгим.

Мышастая кобыла Иллит почти не уступала в скорости волку, во всей красе демонстрируя свою породу. Да и Чиумуган не стремился слишком вырываться вперед.

Наконец, убедившись, что оставили стойбище орков далеко позади, волк остановился. Следом за ним придержала свою лошадь и Иллит.

Чиумуган сидел в траве, обернув хвост вокруг себя, и смотрел на почти полную луну с какой-то тоской и надеждой. Рядом, выбравшись из седла, прямо в сырую от вечерней росы траву плюхнулась девушка. Она смотрела вовсе не на луну, а на россыпь удивительно ярких звезд. В глазах у нее была не меньшая тоска. И, может быть, самая малость надежды.

- Интересно, есть ли среди этих звезд та самая, где находится мой прежний мир.

- Не знаю, Иллит, - мысленно ответил волк. Он знал ее историю. Еще в то первое превращение девушка все ему рассказала.

- Как хорошо было бы проснуться однажды в своей кровати там, в прежней жизни, и узнать, что весь этот кошмар мне приснился. Сесть на верный байк и умчаться за горизонт…

Чиумуган ничего не сказал на этот раз. Ему просто нечего было ответить. Иллит что-то беспокоило, но она не торопилась делиться. Вероятно, разговор с шаманом только растревожил ее, но он не знал, о чем они говорили. И не имел права спрашивать.

- Великая война? – в голосе вождя было откровенное недоверие. В их спокойном течении жизни не виделось ни единого намека на нечто подобное.

- Фанатики уже собирают войска, чтобы уничтожить орков, произнесла Иллит. - Или поработить их, заставив служить светлому богу. Они безумны. Считают своим предназначением установить веру в Златоликого по всему миру. И это получается. У них огромное количество последователей из разных стран и даже из-за моря.

- Но они пока еще не нападали.

- Когда нападут, я хочу, чтобы мой народ был готов дать им отпор, - произнес Муга. – Я вновь соберу лучших воинов Степи и поведу против людей. Теперь, когда я прожил среди них более века, я знаю о них очень многое. Больше мы не попадемся на их хитрости. Теперь я готов сражаться по-настоящему. Мы войдем в золотые города и заберем их золото, заберем их женщин и детей, а мужчин съедим на столе из их же костей! Мы возьмем их дорогие одежды, их посуду, их хорошее оружие. Нам не придется больше покупать у торговцев один меч или глефу по цене целого стада скота! Мы все возьмем силой!

- Мне нравится, как это звучит. Но ты хочешь сперва вновь удобрить Степь кровью орков. Я помню те времена. Ты уничтожил много хороших кланов только за то, что они не желали войны. Ты изгнал многих из Степи, клеймив их трусами.

- Я был молод и глуп, - уже не так вдохновенно произнес Муга. – Ты знаешь, чуть больше года назад я встретился с теми, кого изгнал. Это был поистине мой позор. От некогда великого племени остались лишь шаманы. И этих шаманов мне пришлось убить своей рукой, а потом похоронить на чужой им земле очень далеко от Степи.

- Ты начал их беды изгнанием, ты же завершил их достойной воина смертью в бою, - проговорил шаман, попыхивая своей неизменной трубкой. – Судьба совершила полный оборот. И ты закончил порочный круг своей рукой. Вот почему тебе было позволено вернуть свое имя и честь, избавившись от ошейника. Не думай больше о них.

- Эта встреча сделала меня мудрее. Я больше не уничтожу мирные кланы и не нареку их трусами. Я позволю им остаться в Степи и помогать нам продовольствием. За время жизни среди людей мне приходилось участвовать в сотнях боев. Их боев. Тогда я понял, как важно снабжение армии. И не вижу ничего зазорного в том, чтобы перенять у врага то, что будет хорошо и для нас!

- А если племена откажутся снабжать твоих воинов и не пойдут с тобой?

- Они не смогут отказаться, - жестокой ухмылкой оскалился Муга.

Взгляд полуорка был тверд и холоден. Он решил для себя, что станет повелителем Степи, единственным полноправным вождем. Повторит то, что начал век назад. Более того, на этот раз он обязательно завершит начатое! И не только ради войны, на которую его подталкивает Император Гарадата и Иллит. Нет, он сам этого хотел. После сотни лет рабства и подчинения Чиумуган жаждал вернуть себе все то, что потерял! Орки ничем не хуже людей. Они тоже могут сформировать мощную армию! Совершить великий поход. Не только против светлых, но и вообще любого врага!

Кочевникам просто необходим единый вождь, способный объединить племена. Иначе орков так и будут использовать для достижения своих собственных целей то одни, то другие, не давая его народу развиваться. Предстоящая война Арума с Гарадатом виделась Муге замечательным шансом воспользоваться их возней между собой для воплощения его собственных планов.

Занятые друг другом Империи просто не будут иметь достаточно сил, чтобы еще и подавить поднимающих голову степняков. Нет, разумеется, орки не будут жить в каменных городах, окруженные войсками. Для этого в Степи просто не было камня! Да и не тот менталитет у орков. Но создать прочный Совет Племен, который будет собираться в определенном месте и решать насущные вопросы… Это может быть чем-то вроде людской столицы, но одновременно не будет ею. Священный город в центре Степи, место регулярных сборов представителей кланов… Это одновременно сплотит племена и сохранит их автономность… Нужно было хорошенько все обдумать в будущем.

У полуорка было огромное множество планов. Столько, что ему ни за что все это не реализовать в одиночку. Но он не был один! И, собрав достаточно сторонников, может, по крайней мере, попытаться! И если кто-то посмеет встать на его пути к этой цели – то пусть молит предков забрать свою душу до того, как до нее доберется Чиумуган. Или Иллит. Он однажды видел, как его ученица поглотила демона. Полуорк был уверен, что души ей тоже могут прийтись по вкусу. Вообще, у него на Иллит было не меньше планов, чем на орков. После того, как вернул себе целостность сознания, Муга многое переосмыслил. Например, вассальные отношения девушки с Императором. Это ее явно тяготило. Рано или поздно, она сбросит с себя этот незримый ошейник. И тогда у нее останется рядом лишь один-единственный разумный, никогда и никак не пытавшийся ее использовать. Она сама, по своей воле, ему поможет! Он был в этом совершенно уверен.

- Ты не изменился, Чиумуган, - произнес вождь племени. – Я пойду за тобой. Предпочту топтать врага копытами своего коня рядом с тобой, чем оказаться тем, кого растопчешь ты.