Цена победы. Финал

Пролог

Мир Сиз, Империя Дракона, 2227 г.

Прикованное к обсидиановому алтарю существо являлось причудливым сочетанием знакомого и чужеродного. Неестественно худое вытянутое тело, из-за спины росла пара белоснежных крыльев с синеватым отливом, чьи перья состояли из кристаллического вещества.

Голова существа очень отдаленно напоминала вытянутый череп птицы, с тонким, острым клювом, выгнутым к низу, как у падальщика. Никаких глаз, оставалось загадкой, как оно ориентировалось в пространстве. Условное ''лицо'' будто вырезано из кости и покрыто узорами, похожими на спирали.

Туловище покрывало черная чешуя из металлических пластин. Броня во многих местах треснута, обуглена, но всё ещё несёт на себе эмблемы Альянса Света.

Две пары рук, длинных и тонких, неестественно выгнуты в локтях, с когтями, похожими на обломки черного стекла или обсидиана.

Ступни на ногах заострены до состояния шипов, без намека на суставы. Вся анатомия пленника противоречила здравому смыслу, в природе такое не могло возникнуть естественным путем.

Отсталые расы принимали этих белокожих крылатых выкидышей за богов, земляне еще в недалеком прошлом посчитали бы ангелами. Крылья, пятиметровый рост, способность к полету, парапсихические таланты запредельной мощи.

От пленника к парившей у потолка орихалковой сфере тянулись розоватые языки витальной энергии. С каждым часом, несмотря на сопротивление, силы ''ангела'' иссякали.

-Моя смерть ничего не изменит, -раздался бесцветный вибрирующий голос. -Правосудие свершится.

-О, посланец Небес соизволил говорить, -за процессом экстракции архидемон Ланак следил лично. Требуется соблюдать максимальные меры предосторожности, Сияющие - не просто зазнавшиеся божки, а вид, достигший недосягаемых высот. Перед смертью крылатый норовил устроить какую-нибудь пакость, саботируя процесс. Ланак только за последние сутки предотвратил четыре попытки суицида, пленник не оставлял надежды вызвать цепную реакцию в собственном магическом источнике. -Страшно подыхать, да?

-Мы давно отказались от столь рудиментарных переживаний.

-А зря. Ваша крылатая камарилья не представляет, с кем связалась, -уверенно заявил архидемон. -Мы передавим твоих собратьев как цыплят.

-Хаос проигрывает. Вслед за ним настанет черед Земли.

-Ошибаешься, крылатый.

-Наша расчеты безупречны, -безапелляционно сказал пришелец. -Наше вмешательство предопределит историю на десятки миллионов циклов вперед.

-Возможно, это так... До тех пор, пока не столкнетесь с нами. В последние сутки своего никчемного существования подумай вот о чем: дальше Сияющих ждет череда постоянных неудач, провалов, которые приведут к неминуемому поражению.

''Ангел'' выдержал длительную паузу.

-Твои слова не похожи на пустую браваду.

-Действительно.

-Ложная уверенность. Ложные надежды. Характерная черта существ более низких ступеней развития. Вам не избежать последствий за содеянное.

-Несколько лет назад, возможно, -полный ощущения собственного превосходства архидемон скрестил руки на груди. -Но теперь силы Земли выросли на порядки, нас совершенно не пугает ни численное превосходство небесных армад, ни способности Сияющих вертеть пространством, материей и энергией как заблагорассудится.

-Твои слова, архидемон, уже доказывают необходимость искоренения твоего вида.

-Клюв не треснет?

-Нет.

-Это был риторический вопрос, идиот, -усмехнулся Ланак. -Знаешь, почему вы проиграете?

-Скажи.

-В отличие от крылатых ублюдков селенхаи не боятся смерти, не бегут от битвы при малейшей сложности. Вы на целые эпохи самоизолировались в личном карманном мирке, в тщетных попытках постигнуть дзен, мы же боролись за существование, сокрушали богов и чудовищ, обращали целые империи в пепел.

-Хаос побуждает идти по пути саморазрушения, хищнического поглощения, -твердил крылатый подобно непримиримому фанатику. -Ты даже не осознаешь влияния стихии на собственные суждения.

-После войны с Триадой мы отказались от экспансии в сопредельные вселенные. Сильнейшие из селенхаи нашли себе кучу иных занятий помимо ведения завоевательных походов.

-В наших расчетах Земля неизбежно будет источником угрозы всем остальным.

Архидемон покачал головой.

-Лаки был прав. С вами бесполезно договариваться.

-Стали бы люди и селенхаи договариваться... с полуразумными животными наподобие усатых китов этого мира?

-Вполне. Хотя бы из научного интереса.

-Разница между тобой и китом куда меньше, чем между тобой и мной, -верхняя пара рук Сияющего сжалась в кулаки. -Влияние остаточных инстинктов. Жадность, ненависть, похоть, помноженные на разрушительное влияние Хаоса.

-Не будь вы импотентами, могли б уже пару десятилетий назад сжечь наш мир. Горстка сильных селенхаи с божками, ядерный арсенал нас бы не спасли.

-Признаю. Медлительность ответной реакции - наше упущение.

-Вот! Теперь мы подходим к главному. Пока вы режете глотки Первородным Богам мы накапливаем силы, изучаем вас, ищем слабые места.

-Не более, чем отсрочка неизбежного.

Глава 1

Суборбитальный полет из Новосибирска в Японию занял чуть менее часа, полковник Лопатин посчитал излишним пользоваться телепортом, поскольку его дело не являлось слишком срочным. Можно и перетерпеть легкий дискомфорт от перегрузок.

После входа в плотные слои атмосферы демилич разглядел через иллюминатор заснеженную вершину горы Фудзияма. Резиденция канцлера находилась неподалеку от знаменитой горы, поскольку здесь находится одно из немногих оставшихся мест силы.

Челнок приземлился на посадочной площадке в паре сотен метров от роскошного трехэтажного особняка. Помимо многочисленной охраны тут был бассейн, сад, спортивный стадион, поле для гольфа, отдельное здание с банкетным залом - глава правительства постоянно устраивал там различные деловые встречи и приемы...

Едва Кирилл сошел на землю, его окружили вооруженные штурмовики-люди, легкие пехотинцы Улья с парой селенхаи. Кровососы тщательно сканировали сенсорикой каждого посетителя, не делали исключений ни для кого, включая самых доверенных лиц.

-Порядок, -кивнул начальник охраны. -Канцлер вас ожидает, полковник.

-Дорогу я знаю.

Демилич не спеша направился к дому. Сопровождение не требовалось, мало того, что Лопатину доверяли, территория резиденции была нашпигована следящими системами, многослойными защитными чарами, охрана знала о каждом чихе посетителей. Лаки требовалась охрана не для физической защиты, а для отслеживания незваных гостей.

Войдя через парадный вход, Кирилл поднялся на второй этаж, в дальнем конце коридора располагался рабочий кабинет канцлера. Визитер бросил мимолетный взгляд на висевшие картины: поделки Айвазовского, Рембрандта, Моне, Дали... Хозяин жилища сделал точные реплики с оригиналов вплоть до последнего атома.

''Чем бы дитя ни тешилось.''

В скромно обставленном кабинете присутствовали двое. Молодой на вид рыжий мужчина с покрытым веснушками лицом и крепкий на вид негр, губастый, с бритой головой и одетый в спортивный костюм.

-Ой, а этот что тут забыл? -растерянно спросил Кирилл, глядя на копию Молоха, вальяжно развалившуюся на кожаном диване.

-Без понятия, -развел рукой Рональд Лаки. -Ты ж знаешь, он шарится, где душе угодно. На этой неделе решил здесь пожить, на прошлой кутил на Гавайях, устроил дебош в баре.

-Вы не обращайте на меня внимания, девочки, -блеснул репликант с памятью и личностью Сущего белоснежной улыбкой. -Меня тут нет.

-Оно до сих пор числится в штате администрации канцлера? -спросил Кирилл.

-Да.

Демилич покачал головой.

-Я бы давно дал пинка под зад этому дармоеду. Пусть идет работать, нечего растрачивать казенные средства на оргии и бухло.

-Ну, меня тоже периодически посещают подобные мысли, -поделился Лаки. -Однако без его советов бывает не обойтись. Полезный сукин сын.

-Хе-хе, да, я такой.

-Ладно, -демилич уселся на кресло. -По каком вопросу вызвал, Рон? Подозреваю, что-то очень серьезное, раз нельзя было переговорить по видеосвязи.

Канцлер утвердительно кивнул.

-Пришла пора определяться с дорогой, по которой мы пойдем дальше. Вступить в войну на стороне Первородных или попробовать пойти с Сияющими на мировую. Третьего не дано, отсидеться не получится.

-Ты спрашиваешь моего совета?

-Да.

Кирилл понимал стоящую перед Лаки дилемму, на нем лежит ответственность за судьбу целой цивилизации. Даже двух цивилизаций. Земной и Улья, сформировавших Конфедерацию.

-До сих пор не отпускает идея заключить с крылатыми мировую? Даже если придем с повинной на коленях, покаемся, нас поставят в коленно-локтевую позу, трахнут без вазелина и заставят откатиться назад в средневековье, а то и в каменный век. Девяносто девять процентов населения стерилизуют и просто обрекут на вымирание.

-Дипломатию никто не отменял, -пожал плечами канцлер. -В конце концов, крылатые ублюдки - не Легион, не Триада, они не испытывают энтузиазма от войны и уцепятся за возможность решить проблему бескровно, возможно, и ценой определенных гарантий, уступок для нас.

-Ага, ''уступок''. Вместо палок-копалок можете использовать заточенные палки-копалки. Класс! Тебя пример Тал Моры ничему не научил?

Упоминание недавно открытого техномагического мира заставило Лаки нахмуриться. И было из-за чего. Эта цивилизация, открыв для себя межмировые путешествия, бросилась колонизировать и завоевывать более отсталые миры. В какой-то момент их активность отследили земляне, вышли на контакт, предупредили о Сияющих.

Но талморанцы оказались слишком высокомерны, мол, мы сокрушим кого угодно. Год спустя армады Альянса Света вторгаются на Тал Мору, в течение месяца подавляют всякое организованное сопротивление. Выжившее население согнали в резервации, принудительно стерилизовали большую часть, лишили магических сил и оставили под надзором оккупантов медленно вымирать. А кто не вымрет скатятся до уровня первобытных дикарей. Таков гуманизм Сияющих. Не кровавое истребление, а постепенное сокращение популяции до минимального уровня, лишение всех достижений и атрибутов цивилизованности.

-Они сами виноваты. Мы же предупреждали дураков лохматых не лезть в другие миры. Но кто будет слушать предупреждения о каких-то там злых богах?

-Для Сияющих мы и талморанцы ничем особо не отличаемся. Такие же глупые, неразумные дети, -возразил демилич. -А глупых детей надо поставить в угол или выпороть.

-То есть ты за союз с Хаосом?

-Я за победу и наше выживание. Хаос - меньшее зло для нас.

-Первородные Боги - чума, -горько сказал Лаки. -Они не остановят экспансию, пока не поглотят все обитаемые миры метавселенной. Заполучив технологии Улья, хаоситы сумеют вырваться в космос.

-Знаю. И, тем не менее, Хаос не означает конец всему живому. Эволюция просто шагнет в другою сторону.

-Кирилл, ты уверен, что на просторах мироздания не найдется ребят посерьезнее Сияющих?

-Нет, -признал демилич. -Мы шагаем по минному полю, однако выживание в краткосрочной перспективе важнее гипотетических рисков столкновения с кем-то серьезнее крылатых.

Канцлер глобального правительства откинулся в кресле.

-За происходящее мы несем прямую ответственность.

-Не мы, Рон, а конкретный говнюк по имени Улакор!

-Крылатым плевать. В подобных ситуациях для них, похоже, не существует разницы между персональной и коллективной ответственностью. Даже если мы преподнесем засранца на блюде, засунув яблоко в задницу, ничего не поменяется.

-Уверен?

-Уверен ли я? -горько усмехнулся Лаки. На его пальцах заиграли переливы белого свечения. -Мы с Ланаком на пару разделали и выпили сущности, без малого, две дюжины пойманных серафимов. Я знаю их убеждения, образ мышления.

-Тогда зачем предлагать мировую?

-Просто... следует рассмотреть любые варианты, включая бесперспективные.

-Я за команду хаоситов! -воскликнул Молох, подняв руку.

-Твоего мнения никто не спрашивает, морда клонированная, -раздраженно фыркнул Лаки. -Последнее слово за тобой. Кирилл.

-Как ты элегантно умываешь руки, -демилич поднялся с кресла, прошелся по кабинету. -А как же твоя суперудача с суперчутьем?

-Суперчутье советует положиться на мнение более опытного вояки. Ты принимал сложные решения еще в ту пору, когда меня и в проекте не было.

-Раз так, то никаких капитуляций, мировых и прочих договорнячков! -выпалил Кирилл. -Мы будем сражаться, перегрызем глотку любому, кто посмеет нам угрожать. Будь то крылатые святоши, их полоумные миньоны или восьмерка жопоголовых божков из хаотической клоаки. Разберемся с первыми, будем потом думать, как покончить со вторыми. Мы, сука, сами станем пупами вселенной!

-Зажигательная речь.

-Спасибо.

-Переговорщиком к хаоситом отправишься ты.

-Я!? -изумился Кирилл. -Это с какого перепугу? Меня прихлопнут как мошку. Отправляйся ты или пошли Ланака.

-Ланак занят на Сизе с китайцами, я не могу покинуть Землю, нужно держать ухо востро на случай прорыва извне.

-Тоже проблему нашел... дистанционно управляемую куклу не судьба сделать?

-Я накачан энергией Сияющих до предела, сильно фоню. Есть риск перехвата телепатического сигнала. К тому же никому кроме тебя по-настоящему не доверяю.

-Мне аж полегчало, товарищ верховный главнокомандующий.

Канцлер проигнорировал едкую издевку от демилича.

-Отправляешься через час.

-Какой на хрен час!? Нужно подготовиться, выработать переговорную позицию, список условий для...

-Я переброшу тебя в Пандемоний. Окажешься примерно в сотне километров западнее Дита... вернее того места, где он когда-то стоял. После прорыва Хаоса со временем и пространством в Аду творилось Молох знает что...

-А что сразу Молох? Я без понятия, как там сейчас на адских курортах.

-Заткнись, черномазый, -фыркнул Лаки и продолжил. -Может в остальной метавселенной прошло шестьдесят лет, в Пандемонии из-за хронологических сдвигов время то укорялось в тысячи раз, то замедлялось. Да и сейчас там небезопасно, ландшафты как на картинах Дали, Гигера с инфернальным колоритом, на каждом шагу аномалии, агрессивные твари...

-Да меня сожрут сразу же.

-Хватит перебивать. Во-первых, ты для них будешь своим, пахнешь скверной, пусть и немного другой волновой характеристики. Во-вторых, я пошлю Кзулту послание с предупреждением, он - наиболее перспективный вариант для переговоров.

-Ты же говорил про то, что крылатые могут отследить сигнал.

-Длительный устойчивый сигнал. Короткую передачу длительностью в наносекунду никто не услышит.

-Без подготовки можно неслабо лажануться, -продолжал демилич отнекиваться. -Не тот случай, когда импровизация уместна.

Лаки нахмурился.

-Товарищ полковник, ты справишься.

-Получится так, будто мы приползаем к хаоситам, а не они.

-Не совсем так.

-А как?

-За последние шесть месяцев мы регистрировали по меньшей мере три телепатических послания, адресованных правителям Земли. Краткая суть сводилась к мольбам о помощи.

-Прям мольбам?

-Да, насколько можно интерпретировать вложенный посыл.

-Я не говорю по-хаоситски, -демилич не оставлял надежды красиво избежать участия в ответственной дипломатической миссии. -И телепатией не владею.

-Неужели ты думаешь, что один из сильнейших владык Хаоса не способен найти общий язык с посланником?

-Эх...

В назначенный час над задним двором резиденции появился тяжелый транспортный вертолет с подвешенной на стальных тросах телепортационной платформой. Она представляла из себя круг диаметром шесть метров с двумя прикрепленными слева и справа бочкообразными циклотронами.

Когда устройство выгрузили, взволнованный Кирилл нехотя поднялся на платформу. Напротив застыл Лаки и Молох со злорадной ухмылкой. Канцлер Объединенной Конфедерации накачивал устройство энергией для создания устойчивого коридора между вселенными. А ее требовалось очень много, даже человек, способный буквально плевком расколоть гору, прилагал заметные усилия. На его лбу выступила испарина.

Вскоре циклотроны загудели, по платформе прокатились искры, воздух наэлектризовался. Открывшаяся микрочервоточина за долю секунды с хлопком затянула Кирилла в себя.

На первый взгляд он должен был безвозвратно исчезнуть, однако телепортация работала иначе. Целостный физический объект входил в состояние суперпозиции, его вроде разложило на молекулы, а вроде и нет.

Демилич никак не ощутил произошедшего. Вот он стоит перед Лаки с Молохом, кадр меняется, и перед глазами совершенно другие пейзажи. Первое, что бросилось в глаза - тусклый свет. Его источник не определен, сплошное небо болотно-зеленого цвета без солнца, звезд и облаков.

Потом Кирилл смотрит вниз и понимает, что стоишь на плесени. Она мягкая, пружинящая под ногами, как мох, но это не мох. Скорее сложная, многослойная структура серо-зеленых, бурых, почти черных оттенков, которая уходит вглубь неизвестно на сколько метров.

Он потоптался, следы мгновенно заполняются мельчайшими спорами, и через минуту от них не остается и следа. Тихий Сад не хранит память о чужаках.

Вокруг повсюду произрастают грибы. Он пошел вперед по ковру из плесени, а по бокам от возвышаются грибы. Маленькие, размером с палец, светящиеся бледно-голубым. Средние, по колено, с причудливыми шляпками, закрученными в спирали. И огромные, выше человеческого роста, которые растут не поодиночке, а группами, образуя причудливые арки и коридоры.

Некоторые из них дышат. Если приглядеться, видно, как пористая поверхность шляпок медленно пульсирует, втягивая и выпуская воздух. При приближении гриб реагирует, его свечение становится чуть ярче, а пульсация учащается. Он чувствует постороннего.

Вместо птиц по воздух носились мухи самых разных размеров. Огромные, размером с кулак, с переливающимися крыльями, которые оставляют в воздухе едва заметный мерцающий след.

Они летают не хаотично, как обычные мухи, а по строгим, почти геометрическим траекториям. Кирилл замечает рой, который движется над твоей головой, и внезапно понимает, что его полет подчиняется ритму. Он то ускоряется, то замедляется, то рассыпается на отдельные точки, которые снова собираются в фигуру. Это танец и музыка, которую не слышишь ушами, но чувствуешь где-то в затылке. Даже абсолютно глухой к ментальным воздействиям демилич.

Одна муха отделяется от роя и подлетает к гостю. Зависает в полуметре от лица, рассматривая его своими фасеточными глазами. Она изучает несколько секунд, затем издает короткий, низкий гул и возвращается в рой.

-Что ж, похоже, меня не будут убивать прямо сейчас.

Кирилл поморщился от запахов, которые наслаиваются друг на друга. Сырость, сладковатая гниль, но не мертвая, не отвратительная, а какая-то... живая. Как запах компоста, в котором зреет новая жизнь. Дальше грибной дух, землистый и плотный. И поверх всего едва уловимая, тонкая нота чего-то цветочного, почти парфюмерного. Это споры. Они пахнут по-разному в зависимости от того, что сейчас "цветет" в Саду.

Вдали показалась приближающаяся стена. Она двигалась медленно, но неумолимо. Туман, но не обычный, а из спор. Триллионы микроскопических частиц, которые переливаются в сумрачном свете, как жидкое золото. Секунд через тридцать он накрыл демилича, не причинив вреда. Он для местных обитателей свой, хоть не до конца. В его жилах тоже течет кровь, напитанная энергией Хаоса.

Мир, некогда называвшийся Адом или Пандемонием давным-давно сменил хозяев. Место условных демонов заняли порождения чужеродной стихии, теперь это Тихий Сад. Царство, принадлежащее сущности по имени Кзулт, зовущийся Садовником или Тихим Богом. Он - единственный из Первородных, кто вызывает не ужас, а даже некоторое сочувствие.

Его аспект олицетворяет цикл "распад-обновление", который пошел по кривой. Все, к чему он прикасается, стареет, распадается, гниет. Но это не издевательство или пытка. Это побочный эффект. Такова природа Кзулта, которую он сам ненавидит. Когда его последователь покрывается язвами, Садовник не радуется, он в ужасе. Эта сущность всегда хочет помочь, вылечить, но у нее получается лишь искаженное уродство.

Кзулт может буквально пересобрать организм, но его замысел всегда коверкает нестабильность хаотической субстанции.

Существо, превратившееся в пульсирующий ком плоти с тремя глазами и щупальцем вместо ноги, чувствует себя абсолютно здоровым. Оно не страдает, оно полно сил и желания жить. И в этом главная трагедия Кзулта, его последователи счастливы, а он сам нет.

Тихий вроде как искренне хочет, чтобы никто не испытывал той боли, которую испытал он на заре существования. Но он не знает, как дать "чистое" избавление. Каждое его "лекарство" - уродливый костыль. Еще отличительной чертой, выделяющей данную сущность из Восьмерки, является полное равнодушие к экспансии. Только угроза окончательного уничтожения со стороны Сияющих вынудила Тихий Сад посылать легионы в пекло войны. Кзулт не любит проливать кровь, не любит войну, однако еще больше он боится небытия...

После пяти минут неторопливой прогулки Кирилл замечает движение. Между двух огромных грибов, стоит фигура. Гуманоидная, но... другая. Она замерла неподвижно, лицо, наполовину съеденное грибным наростом. Один глаз человеческий, второй - светящаяся точка в глубине грибной массы.

Оно пристально смотрит на Кирилла, потом медленно поднимает руку и указывает куда-то вдаль. Туда, где в тумане угадывается гигантский силуэт чего-то. Гора, искусственная постройка или что-то еще.

Кирилл благодарно кивнул, оно кивает в ответ и бесшумно исчезает за грибной рощей.

Грибной лес поредел, теперь он видел, как хаоситы работают в полях, собирая урожай каких-то странных, пульсирующих плодов. Некоторые сидят у входов в дома, сплетая нити из спор в подобие ткани. Другие идут по своим делам, и их шаги не издают ни звука на мягкой плесени.

Иногда они останавливаются и смотрят на гостя без враждебности и страха, с примесью легкого без любопытства.

Через час или около того показалась гриб-гора. Кирилл заметил, что расстояния здесь весьма условны. Субъективные двадцать-тридцать километров оказались всего двумя-тремя, Сад словно помогал путнику добраться до места назначения

Гриб-гора возвышалась над Садом, как древний вулкан. Миллионы, миллиарды грибных тел сплелись в единый массив, создав структуру, которая одновременно пугает и завораживает. По ее склонам стекают светящиеся ручьи - жидкий мицелий, фосфоресцирующий в сумраке голубым и зеленым. И в этой горе вросший силуэт.

Нужно подойти под определенным углом, чтобы грибная масса сложилась в фигуру. Огромный, стометровый, иссушенный гуманоид, впечатанный в грибницу, как отпечаток в камне. Его голова чуть склонена набок, длинные, узловатые руки покоятся на "коленях", если это можно назвать коленями. Кирилл смотрит на него, и вдруг понимает, что он смотрит в ответ.

Внимание космической сущности, обрушенное на крошечную фигурку. И в этом взгляде нет угрозы. Есть только усталость и немой вопрос: "Зачем ты пришел? Тоже ищешь исцеления? Или просто заблудился?" Кирилл не выдерживает и отводит взгляд.

По пути к горе он проходил мимо грибов-соборов. Они возвышаются над остальными, их шляпки уходят высоко в сумрачное небо, теряясь из виду. Внутри них пустота. Демилич заглянул внутрь одного.

Там тихо. Мягкий свет сочится сквозь пористые стены. В центре зала естественный алтарь, выросший из пола. Вокруг него сидят обитатели Сада. Они не поют, не читают молитв. просто сидят в тишине, и их грибные наросты слабо пульсируют в унисон.

Один из них поворачивает голову. На его изуродованном лице не боль, а спокойное, умиротворенное выражение. Он смотрит несколько секунд, затем улыбается и снова закрывает глаза.

Кирилл выходит из храма и понимает, что впервые за долгое время твое сердце бьется ровнее, чем обычно. Тишина этого места проникла в него, ослабила тревоги. Это опасно, но по-своему прекрасно...

Чем ближе Кирилл подходил, тем отчетливее проступала фигура, впечатанная в грибную гору. Она была неотделима от горы, ее неотъемлемая часть, выросшая вместе с ней, сросшаяся миллионами нитей мегамицелия.

Неожиданно демилич понял, что его путь окончен. Он стоит на краю плато, которое обрывалось огромным провалом. И тогда Садовник пробудился.

Воздух стал тяжелее, споры, до этого лениво кружившие в воздухе, замерли на месте, повиснув в неподвижности, как будто само время остановилось.

Олег ощутил вибрацию, шедшую из-под земли. Низкий, инфразвуковой гул, от которого начинали вибрировать зубы, а глаза непроизвольно слезиться. Гора вздохнула. Миллионы пор на склонах одновременно раскрылись, выпуская облако спор такой плотности, что оно на мгновение скрыло весь силуэт. Когда туман рассеялся, путник увидел, что фигура отделилась от горы.

Первое, что поражало - размер. Кзулт был огромен настолько, что человеческий мозг отказывался это воспринимать. Стометровая фигура возвышалась над путником, как небоскреб над муравьем, но в отличие от бездушной архитектуры, это существо было живым.

Кзулт сидел, вросший нижней частью тела в грибную гору, из которой, по сути, и состоял. Тысячи нитей соединяли его бедра и поясницу с массивом, пульсируя и переливаясь тусклым светом. Казалось, что если он захочет встать, ему придется разорвать эти связи и неизвестно, что тогда случится с Садом.

Верхняя часть тела была свободна. Огромные, непропорционально длинные руки покоились на коленях, узловатые пальцы с суставами, напоминающими грибные шляпки, слегка подрагивали. Грудная клетка с проступающими ребрами, медленно расширялась и опадала.

Поверхность тела Кзулта напоминала кору старого дерева, которую поразила неизлечимая болезнь. Она была неровной, бугристой, покрытой наростами и трещинами. Цвет варьировался от пепельно-серого до темно-бурого, почти черного в глубоких складках. Местами кожа истончалась до полупрозрачности, и тогда становилось видно, что под ней не плоть, а плотно спрессованная грибница, пронизанная светящимися прожилками.

То, что Кирилл сначала принял за часть горы, оказалось продолжением самого Кзулта. Из его плеч, спины и затылка росли грибы причудливых форм, со шляпками всех оттенков серого, бурого, бледно-лилового. Они образовывали подобие короны или мантии, колышущейся при каждом движении. Некоторые из них светились изнутри тусклым, фосфоресцирующим светом, создавая вокруг головы Кзулта ореол болезненного сияния.

Лицо у Кзулта в классическом понимании отсутствовало. Верхняя часть головы представляла собой сплошной массив плодовых тел разных грибов, красных, голубых, желтых. На месте рта зияло кривое несимметричное отверстие с редкими гнилыми зубами.

-Зир ог хамуш тэ... -произнесло оно на непонятном языке. Трубный звук шел откуда-то из глубины грибной массы и вырывался наружу через это влажное, зубастое отверстие.

Кирилл понятия не имел, как правильно общаться с подобными существами, и просто помахал рукой.

-Привет. Я с Земли. Английский понимаешь?

Кзулт издает протяжный вздох.

-Мы слышим отголоски. Мы знаем ваши языки.

-Меня прислали сообщить, что человечество готово вступить в войну на стороне Первородных Богов

-Войну... -в голосе появилась нотка, похожая на грустную усмешку или на всхлип. -Нет войны. Есть истребление. Смерть. Боль.

-Вы проигрываете, -Кирилл решил перевести диалог в более продуктивное русло. -На большинстве фронтов. Альянс Света теснит легионы Первородных, вы продержитесь еще от силы пару десятилетий, потом они вторгнутся в ваши владения, выжгут тут все. А следом... следом наша очередь. Мы не отсидимся в стороне.

-Земля слаба, -выдавил бог Хаоса. -Вы не смогли сдержать нас на заре времен. Я помню.

-Я тоже помню, -заговорил Кирилл. -Для вас из-за временных сдвигов могло пройти больше, для нас шестьдесят один год, не так уж мало, но и не так много, чтобы забыть. Но вы с тех пор изменились, вы больше не безумная орда, выжирающая под ноль все подряд. Изменились и мы. У нас есть союзники, корабли, технологии, способны уравнять шансы с Сияющими.

Кажется, Кзулт стал немного более заинтересованным. Свечение от его грибницы стало ярче.

-Как вы надеетесь победить?

-Сияющие боятся потерь среди своих, очень боятся. Настолько, что посылают вместо себя в бой миллионы низших созданий...

-Мне известно, -перебил Кзулт. -Уничтожение смертных ничего не даст. Лишняя боль и страдания.

-Сияющие так или иначе появляются на поле бое. Иногда, когда их миньоны перестают справляться. Единственный на сегодня план, который может сработать - нанести им неприемлемые потери.

-Сияющие тоже способны меняться. Вечная Война идет давно, страх некоторых притупился, и они вместо избегания ищут ее.

-Ну... -пожал демилич плечами. -Видимо отморозков даже среди расы вознесенных хватает.

-Следующая цель Сияющих - Сиз, -выдал исполин очевидную для землян информацию. -Мир, населенный людьми. Один из последних.

-Я знаю, Кзулт. Делаем все возможное для того, чтобы подготовиться его к бою, думаем, как эвакуировать хотя бы часть населения. Эмиссары Альянса уже неоднократно замечены в Авераде, Империи Дракона, на соседних континентах, прощупывают почву.

-Сад может... принять их.

Кирилл аж растерялся от такого предложения грибного бога. Что лучше, быть просто убитым фанатиками Света или стать частью Тихого Сада? Зависит от точки зрения. Сияющие не поглощают души, не претендуют на роль абсолютных властителей жизни и смерти, они скорее мнят себя дезинсекторами. А Первородные Боги вроде и дают последователями кучу всяких благословений, необычайно долгое существование, но взамен твоя душа становится собственностью повелителя, разум, тело необратимо изменяется.

-Рассмотрим это как крайний вариант.

-Ты несешь в себе частицу Хаоса. Многие из вас несут. Но вы боитесь нас, не доверяете.

-Меньше, чем Сияющих, -признал Кирилл. -С вами можно договориться, с ними нет. Вы сами отправляли нам послания с просьбой о помощи.

-Не я. Малангх и Аелан.

-Без разницы, вы одинаково участвуете в войне. Заключаем союз или нет?

-Ты также нетерпелив, как поклонники Малангха... -Кзулт сделал паузу. -Остальные согласны. Но есть одно условие. Мы ждем Девятого.

-Девятого? -не понял Кирилл. -Кого именно?

-Владыка Земли. Пусть он явится сам, мы будем говорить с равным. Ты - всего лишь посланник.

-Справедливо, -демилич потер руки. -А то отправил решать судьбы мира меня.

***

Канцлер Конфедерации надеялся, что договориться с Хаосом о союзе против Сияющих будет легко. Первородные Боги сами взывали к землянам. Но все оказалось не так просто и Лаки пришлось лично телепортироваться в Ад, ставший логовом хаоситов.

Оказавшись по ту сторону, он увидел ожидавшего его полковника Лопатина, грибную гору с исполинской тушей Кзулта и семь висевших в небе силуэтов. Три из них относительно гуманоидные, остальные являлись кучей щупалец с глазами, клубящимся сгустком черноты, скоплением разноцветных искр или вообще фрактальным не понять чем, от взгляда на которое могут глаза вытечь или рассудок помутиться. Первородные Боги очень разные.

-Девятый... -прошипел сгусток тьмы. -Явился.

-От него разит вонью Сияющих, -поморщилась проекция асситки с темно-синей кожей, девятью желтыми глазами и короной рогов на голове. Ее шею украшало замысловатое ожерелье с драгоценными камнями. Аелан - единственное ''женское'' божество из данной компании, пожравшее кучу душ в начале карьеры. Без лишней скромности оно назвало себя Королевой Красоты, занялось активной экспансией, засылая в обитаемые миры эмиссаров. Взамен на поклонение, молитвы, жертвы оно даровало почитателям красоту, молодость, долгую жизнь. Разумеется, в собственном извращенном понимании. -Это точно он, а не посланная ими пустышка?

-Я, -усиленный магией голос Лаки разнесся на километры вокруг. -Рональд Лаки. Канцлер Объединенной Конфедерации и лидер Земли. Можете называть меня богом удачи, ведь именно она вам сейчас нужна. Верно?

-Как тебе удалось влить в себя столько силы крылатых и остаться собой? Любую другую сущность с энергией Хаоса внутри разорвало бы на клочки, -с нескрываемым любопытством заговорил хор голосов, исходивший от скопления искр. Лаки пожимает плечами:

-Мой архидемон научился фильтровать их ''свет'' и затем конвертировать в пригодную для поглощения виту. Мне требовалось в кратчайшие сроки стать сильнейшим. И я им стал.

-Недостаточно, -заметила Аелан. -По сравнению с нами ты... букашка. Не сочти за оскорбление.

-Вы хотели меня видеть, -канцлер развел руки в стороны. -Вот он я! Пора объединить усилия, надрать Сияющим задницы.

Пространство наполнили вибрации, излучения и гармоники, от которых обычные существа превратились бы в лужу слизи, забывшую, зачем ей нужны кости.

Первородные Боги перешли от обычной речи к более информативному способу общения. Слова стали не нужны, они слишком медленные и слишком линейные.

Они начали обмениваться слепками восприятия. Это не были мысли в привычном понимании. Мысль - это тень, отброшенная пониманием. Здесь же тени не было, только первозданный свет чистой информации, бьющий прямо в сознание. Хлынули концепции, не имеющие имени, потому что ни один язык упорядоченных вселенных не содержал для них знаков. Они текли, как расплавленная причинность, как геометрия эмоций, свернутая в лист Мебиуса и продетая сквозь игольное ушко чужой логики. Боги Хаоса оперировали вероятностями.

Не просчитывали их, они чувствовали их как потоки обдувающего лицо ветра. Каждая вероятность сворачивалась в многослойную идею, и идеи эти дышали, пульсировали, совокуплялись друг с другом, рождая гибридные смыслы, невозможные ни в одной из реальностей по отдельности.

Пространство-время пошло рябью. Оно забыло, как быть трехмерным. В одном углу время потекло вспять. В другом причинно-следственные связи обнажились, как нервы, и корчились от прикосновения чуждых логик.

Боги общались многослойными идеями, такими, где каждый слой содержал сотни смыслов.

Их диалог длился мгновение. Лаки едва понимал десятую часть, Восьмерка обсуждала, достоин ли он влиться в пантеон на равных или в качестве полезного союзника на вторых ролях. Мнения разделились.

Малангх, стройный, жилистый гуманоид без лица, покрытый идеально обтекаемой, хитиновой броней, переливающейся всеми цветами, был за полноценное признание. Как и Аелан с Кзултом. Эта троица была наиболее ''человечной'' в плане мотивации, отношения к жизни и профдеформаций. Лаки их интересовал как дополнительный голос в пантеоне. Оппоненты гуманоидов предлагали дистанцироваться, поскольку Земля не может считаться полноценным доменом Хаоса, и Лаки не ровня им.

-Пока вы ведете дебаты, -сказал Рональд. -Альянс наступает. Каждая потерянная минута - упущенный шанс на победы.

-Какой... у тебя... план? -пробулькало скопление черно-зеленых щупалец с глазами. Шшертакал - тот, кого и божеством назвать можно с огромной натяжкой. Великий Пожиратель, его орды тварей опустошили немало обитаемых миров, он не стремится обзаводиться смертными последователями, не культивирует энергию веры, считая это глупой тратой времени. Вместо этого эмиссары Шшертакала проводят ограниченную демонстрацию с массовыми жертвами, разрушениями, затем облагают очередную цивилизацию данью - стабильными поставками еды. Разумные существа, животные, магические твари, растения, божественные артефакты. Сгодится все.

-Мой план - победа через импровизацию, дама и господа. Сияющие настолько успешно просчитывают вероятности, возможное будущее, что строить планы против них не имеет смысла. Только хаос, неопределенность помогут. А вы забыли, кем являетесь... смешно, да?

-Этот кусок мяса смеет нас отчитывать!? -недовольно загудел сгусток тьмы.

-Тише, Керхар'ват, -елейным голоском вмешалась Аелан. -Нам не помешает мнение со стороны. Этот человек, возможно, прав, мы слишком давно находимся в Упорядоченном, мы начали забывать свою истинную природу.

-Меня моя природа устраивает! -заявил Малангх. -Хаос, порядок... мне нет дела до ярлыков, которые на нас вешают смертные.

-Речь не об изменении собственной природы, а подходе к решению проблемы, -продолжил Лаки. -Мы не должны строить сложных, многоходовых схем, Сияющие нас неизбежно переиграют. Даже, если сначала нам будет казаться обратное. Сколько раз так уже было?

-Перевес Сияющих обеспечен не их вычислениями, -заговорил хор голосов бога магии Тзатема. Разноцветные искры неожиданно стали светло-желтыми. -А Великим Изолятором, отрезавшим нас от изначального Хаоса. Мы лишились подпитки, возможности создавать по-настоящему сильных слуг из его чистейшей эссенции. С каждым новым поколением демоны становятся слабее.

-Значит, нужно уничтожить приблуду, обеспечивающую барьер.

-Изолятор находится на Небесах. Никому туда не удавалось проникнуть, -вставил Кзулт. -Как бы мы ни пытались.

Лаки изобразил скучающий вид:

-Опять планы. Нам не нужны планы, нам нужно действие!

-Так действуй!

-Сразу бы так... -потер канцлер руки. -Выделите под мое руководство столько сил, сколько сможете. А дальше наблюдайте за представлением. Мы положимся на мою удачу.

Глава 2

Новость о введении военного положения и мобилизации Стас Матвеев встретил с абсолютным философским спокойствием. Он столько прожил, в стольких войнах поучаствовал, что уже ничему не удивлялся.

То, что Конфедерация рано или поздно впишется в конфликт хаоситов с небожителями - закономерный итог. Руководство решило не ждать разгрома Восьмерки, вторжения Альянса на Землю, когда человечество останется один с превосходящим противником.

Стас развалился в кресле и отстраненно слушал обращение канцлера Объединенной Конфедерации с экрана телевизора, прикидывая, куда его кинут на сей раз.

-...мы все должны понимать, что вступаем в долгую изнурительную войну против страшного врага. Я не буду лгать вам, рассказывая про легкую победу. Я вообще не буду лгать. Потому что ложь - это роскошь, которую мы больше не можем себе позволить. Скажу прямо: эти небожители не похожи ни на что, с чем мы сталкивались раньше. Они не хотят нашей земли. Не хотят наших ресурсов. Они даже не ненавидят нас, ненависть - это эмоция, которые они считают бесполезным рудиментом. Они просто хотят, чтобы нас не было. Не как побежденных. Не как рабов. А как никогда не существовавших. И самое страшное - они могут это сделать. Я не скажу вам, что победа неизбежна. Она не неизбежна. Ничего не неизбежно в этой войне, кроме одного: если мы не будем сражаться, мы исчезнем. Без следа. Без памяти. Без права на забвение. потому что забывать будет некому...

В отличие от популистов прошлого Лаки никогда не задвигал сладких витиеватых речей, предпочитая говорить прямо. За это его рейтинги одобрения всегда держались на высокой отметке. Сейчас канцлер пытался донести до землян мысль: ситуация с небожителями иная, их нельзя разгромить и окультурить, как селенхаи, договариваться как с Триадой или Ульем. Сияющие радикально отличаются.

Впрочем, и Конфедерация - не мальчики для битья. Прибытие Алой Звезды дало землянам не только миллионы жертв, разрушения, уничтоженные города, но и новые технологии, оружие, космический флот и миллиардную армию гештальтов, невосприимчивых к магии.

После разгрома Коалиции оккупационный режим продержался недолго, многие черви начали задаваться вопросами, которые раньше в их ганглии даже не приходили. Невообразимо долгий межзвездный перелет заставлял Улей работать сообща как единое целое, а с исчезновением общей великой цели среди малых гештальтов пошел разброд и шатание. Человеческие идеи свободы, демократии, независимости, индивидуализм сработали эффективнее любой термоядерной боеголовки.

Идеологическая бомба менее, чем за год похоронила монолитный на первый взгляд коллектив Улья. Лаки удачно оседлал эту волну недовольства, возглавил восстание и в ходе скоротечной войны разгромил оккупантов. А после захватчики разделились на тысячи разнородных фракций, клубов по интересам. Земля обзавелась примерно тремя миллиардами новых ''граждан'', у червей иная самоидентификация. Одни гештальты предпочитают полную автономию, другие могут сливаться в единую сущность, разделяться на множество... Не считаться с ними невозможно, черви, разгуливающие в экзокостюмах по улицам, стали таким же привычным явлением, как голуби или уличные маршрутки.

Менее чем через час после объявления военного положения на личный комм Стаса пришло уведомление о необходимости завтра прибыть на пункт сбора, там же прилагался писок необходимых личных вещей. Ничего нового, когда живешь третью сотню лет.

Старый полковник психологически чувствовал себя настоящим ископаемым и даже порой начинал ловить себя на мысли, что устал от столь длинной жизни. Дом построил, детей, внуков, правнуков давно вырастил, жену похоронил еще в позапрошлом веке.

Усилием воли он сбросил с себя меланхолию. Не время и не место. Стасу не требовались долгие сборы, он собрал в рюкзак пару комплектов сменной одежды, набрал бутылку воды, достал из кладовки потертый АК-159 со всякими навороченными модулями.

-Меня долго не будет, -сказал он напоследок системе ''умного дома'', контролировавшей в жилом комплексе все от освещения до электронных замков. -Возможно, вообще никогда не вернусь, если на фронте убьют.

-До вашего возвращения или соответствующего уведомления о смерти жилплощадь числится за владельцем. Передать что-либо вашим родственникам, Стас? -мягким тоном уточнил искусственный интеллект.

-Передай: убыл воевать. Все. И подгони мне к подъезду такси.

-Хорошо.

Стас вышел из подъезда, полминуты стоял на крыльце, глядя то на голубое небо без облаков, то на распускающуюся зелень ближайшего сквера, то на беззаботно играющих детей на площадке.

''Вот и лишнее напоминание, за что стоит воевать, а не за абстрактное величие Земли.''

Вскоре к подъезду подкатил беспилотный электромобиль, куда уселся старый полковник. Муниципальное такси за двадцать минут доставило на окраину Барнаула, правда не совсем в том место, куда он ожидал. С адресом не заморачивался, приказав автоматике направляться по координатам, указанным в уведомлении.

Семь лет назад при вторжении Улья сборный пункт располагался на территории базы бригады СпН, теперь же Стас оказался в анклаве червей. Комплекс из сооружений в виде белых геокуполов и хромированных башен-высоток без окон. Пришельцы активно обживались в новом мире, внутри зданий имелась подходящая температура, влажность, атмосфера, земная пока не очень подходила, и они вынуждены разгуливать в герметичных экзокостюмах.

Такси высадило Стаса у КПП, охраняемом людьми, а дальше он после подтверждения личности шел пешком до административного корпуса - вполне обычного трехэтажного здания. На стоянке были припаркованы броневики с парой военных грузовиков, откуда парни в камуфляже совместно с малыми гештальтами выгружали пластиковые ящики. Тут же Стас встретил крепкого парня с короткими русыми волосами. На вид около тридцати, никак не дать больше сотни. За плечами рюкзак с вещами.

-Денис, -окликнул Стас боевого товарища. -Ты что ли?

Тот, услышав знакомый голос, обернулся.

-Стас!?

Она оба пожали руки.

-Он самый.

-Сколько уже не виделись. Года два? -спросил полковник.

-Четыре, -поправил майор Завьялов, с которым они в одном отряде воевали с Ульем, долгое время сидели в лагере для военнопленных, а потом даже успели немного попартизанить.

-Мда, с памятью у меня беда...

-Не память, Стас. Просто чем дольше живешь, тем быстрее время для тебя летит.

-Тоже верно, -кивнул полковник. -И нас снова в строй.

-Слушай, командир, какого хрена нас в логово червей отправили? Не в курсе?

-Вот бы знать.

Они заходят в административный корпус обычной человеческой архитектуры, в здания чужих люди без респираторов и острой необходимости не лазят. Трехэтажное здание из стекла и бетона, построенное еще до вторжения, теперь использовали как координационный штаб. Внутри царила деловая, но напряженная атмосфера. В холле, где раньше посетителей встречала стойка администратора с живыми цветами в горшках, теперь стояли пластиковые столы с разложенными планшетами, бумажной документацией - этот архаизм до сих пор использовали. Люди в военной форме от недавно призванных сержантов до бывалых майоров с усталыми глазами сновали туда-сюда.

Кто-то пил кофе из пластикового стаканчика, жадно глотая горячую жидкость. Кто-то спал прямо за столом, уронив голову на сложенные руки, будили только когда подходили с вопросом. В углу двое рядовых пересчитывали ящики с боеприпасами.

-Где тут искать начальство? -спросил Стас у пробегавшего мимо лейтенанта с пачкой бумаг в руках.

-Полковник Дорохов на втором этаже, в двадцать седьмом кабинете, -бросил тот на ходу. -Только он сейчас занят, с нашими... ну, с союзниками.

Последнее слово лейтенант произнес с заметной запинкой, словно сам не до конца верил в реальность происходящего.

-С союзниками? -переспросил Завьялов, когда лейтенант скрылся за поворотом.

-Пошли, посмотрим, -Стас направился к лестнице.

На втором этаже было тише. Здесь располагались бывшие офисы руководства, теперь кабинеты занимали штабные офицеры. Возле двадцать седьмого кабинета маялся молодой капитан с планшетом, явно ожидая своей очереди на доклад.

-Дорохов там? -кивнул Стас на дверь.

-Да, но он занят. Велел никого не пускать.

Стас и Завьялов переглянулись. За дверью послышались голоса, один человеческий, чуть раздраженный, и второй механический, лишенный интонаций, но явно различимый.

-Подождем, -решил Стас и прислонился к стене рядом с дверью.

Из-за неплотно прикрытой двери доносились обрывки разговора:

- ...я понимаю, что ваши нормы отличаются, но у нас тут, мать вашу, не военное положение введено! -гремел голос Дорохова. -Вы мне дайте точные цифры, сколько тонн груза и когда, а не эти ваши...

-Моя колония не оперирует понятием ''тонны'' в вашем понимании, -ровно отвечал синтезированный голос. -Единица измерения объема транспортируемых ресурсов составляет 0.7 от стандартной емкости корабля класса ''Бродяга''. Для пересчета в метрические тонны требуется учет плотности конкретных материалов...

-Да елки-палки! -вздохнул Дорохов. -Ладно, давайте по-вашему. Сколько этих ваших емкостей вы можете перебросить за сутки?

-Зависит от зоны поражения вражеской ПВО и активности Сияющих в локальном пространственно-временном континууме...

Стас не выдержал и усмехнулся. Завьялов тихо выругался.

-Они там до утра провозятся, -прошептал он.

-Ничего, -Стас остался стоять на месте. -Успеем. Нам не привыкать ждать.

Из кабинета послышался тяжелый вздох Дорохова, а затем скрежет, то ли металла, то ли стула, отодвигаемого по полу. Дверь приоткрылась, и в проеме показался человек в звании полковника - плотный, с сединой на висках и красными от недосыпа глазами. Увидев Матвеева и Завьялова, он сначала нахмурился, потом, видимо, узнал в Стасе своего, пусть и незнакомого.

-Вы по какому вопросу?

-Полковник Матвеев, майор Завьялов, -представился Стас. -Прибыли в расположение данного подразделения.

Дорохов окинул их быстрым взглядом и кивнул:

-Проходите. Раз уж все равно стоите под дверью.

Он распахнул дверь шире, и Стас увидел того, с кем Дорохов вел столь изматывающий разговор. У дальней стены кабинета, напротив стола Дорохова, стоял малый гештальт Улья в своем характерном экзокостюме. Ростом чуть выше человека, с выгнутыми назад ногами на механических ходулях, широкой грудной клеткой, защищенной белыми бронепластинами. Клиновидная голова-шлем с шестью парами фоторецепторов была слегка повернута в сторону вошедших. Пришелец замер неподвижно, но Стас кожей чувствовал, как его сканируют. Две пары фоторецепторов на башке мягко засветились, фокусируясь на новых объектах. Дорохов тяжело опустился в кресло, махнул рукой в сторону гостя:

-Вот, знакомьтесь. Наш новый... союзник. Логист. Инженер-7 или как там тебя...

-Инженер-735-1, сектор логистики и тылового обеспечения, - поправил гештальт, не отводя взгляда от Стаса. -Прибыл для координации перебросок личного состава и материальных средств. Ваши биометрические данные внесены в реестр союзников. Рад приветствовать вас, полковник Матвеев и майор Завьялов.

Стас молча кивнул в ответ, разглядывая существо, которое еще семь лет назад пыталось его убить под Владивостоком. Дорохов тяжело вздохнул, откинулся в кресле и уставился в потолок, словно собираясь с мыслями. Видно было, что объяснять одно и то же разным людям ему уже порядком надоело, но долг службы обязывал.

-Значит, так, товарищи офицеры. Не секрет, что вы находитесь на территории их анклава

Он махнул рукой в сторону гештальта, замершего у стены. Эти существа теперь именовали себя ''унумами'', от латинского unus, единые. Сами придумали, пытаясь как-то обозначить свою новую идентичность в человеческом мире. Впрочем, Дорохову до их самоназваний не было никакого дела.

-На этой базе формируется сводное подразделение, командует им гештальт-координатор. Имя у него... Созерцающий Звенящий. Ни хрена не выговоришь быстро, поэтому все зовут его просто Созерцатель. Позывной такой же. А я у него, мать его, заместитель. Помогаю принимать решения, учитывающие нашу, человеческую, логику.

Стас нахмурился. Он покосился на Инженера-7, потом перевел взгляд на Дорохова.

-Простите, товарищ полковник, я, может, чего-то не понимаю. Но с каких пор... они командуют нашими подразделениями? Я человек старой закалки. Селенхаи с нами уже сколько лет, к ним я привык, их еще терпеть можно. Но эти, они же людей не понимают. У них мышление другое, они не гибкие.

Дорохов криво усмехнулся:

-Затем меня и приставили. Чтобы эту самую негибкость компенсировать. Созерцатель мыслит математическими вероятностями, прогнозами, виртуальными моделями. А я думаю о том, что людям жрать надо, спать и в туалет ходить. И что приказ ''стоять насмерть'' для живого человека звучит иначе, чем для колонии червей, которые могут разделиться и снова собраться.

-А наша задача? -подал голос Завьялов, чувствуя, что разговор затягивается. -Куда нас отправят?

Дорохов встал, подошел к двери и плотно прикрыл ее, хотя она и так была закрыта. Вернулся к столу, включил генератор белого шума на планшете и только после этого заговорил:

-Слушайте сюда внимательно. То, что я скажу, дальше этого кабинета не уходит. Матвеев, вы, судя по досье, ветеран многих войн. У вас уникальный профиль - пария, первый в своем роде. Вы способны глушить магию одним своим присутствием. Это, мать его, стратегический ресурс в войне с Сияющими.

Стас молча кивнул. Он знал о своей особенности, его благословение и проклятье.

-Вы возглавите отдельный диверсионно-разведывательный отряд. Спецназ, по сути, но с очень специфическими задачами. Ваша группа пойдет в авангарде флота вторжения.

-Вторжения? Куда? -насторожился Завьялов.

-На Тал Мору.

Стас и Завьялов переглянулись. Название было знакомо, тот самый мир, который не послушал предупреждений Земли и поплатился за это.

-Альянс Света оккупировал эту планету. Выживших согнали в резервации, большинство стерилизовали. Местные доживают последние годы как вид, если ничего не изменится. Мы идем туда, чтобы... ну, не столько освобождать, сколько...

-Разведка боем, -закончил за него Стас. -Аборигены - дело десятое, главное -прощупать оборону Альянса.

-Именно, -Дорохов даже не пытался смягчить формулировку. -Приоритет - сбор информации о военных возможностях Альянса, о самих Сияющих, об их тактике, вооружении, слабых местах. Если по пути удастся спасти кого-то из местных - хорошо. Но это не основная задача. Вы поняли?

-Так точно, -без тени эмоций ответил Стас. Он давно усвоил, что на войне сантименты - роскошь, которую позволяют себе только те, кто сидит в глубоком тылу.

-Каким образом будет осуществляться вторжение? -спросил Завьялов, переваривая информацию.

-Через порталы, созданные на орбите Тал Моры. Через эти дыры перебросят флот носителей Улья. Дальше орбитальная высадка, захват плацдармов, расширение. И еще одно. Восьмерка теперь наши союзники. Если во время операции столкнетесь с хаоситскими тварями, огонь не открывать.

Завьялов, до этого молчавший, не выдержал:

-А взаимодействие с хаоситами у нас хоть какое-то налажено? Или как? Мы должны с ними в одном окопе сидеть, а они нас за своих считать не обязаны?

Дорохов развел руками:

-Все в процессе. Сказать честно, решение о вступлении в войну принималось под давлением... ну, скажем так, веских причин. Таких, о которых нам с вами, простым смертным, знать не положено. Либо мы с Хаосом, либо никак.

-Либо никак, - эхом повторил Стас

***

Тяжелые транспортные вертолеты один за другим заходили на посадку, поднимая тучи пыли. Их брюхо раскрывалось, выпуская наружу ящики с маркировкой, которую Стас узнавал с первого взгляда - боеприпасы, снаряжение, медицинские модули. Грузовики выстраивались в очередь у складов, где их уже ждали погрузчики под управлением малых гештальтов. В воздухе то и дело мелькали тени, беспилотники контролировали периметр.

Унумы сновали между людьми с деловитостью муравьев. Их белые экзоскелеты мелькали то тут, то там, кто-то тянул кабели связи, кто-то монтировал конструкции быстро сборных модульных сооружений, кто-то просто замер на месте, очевидно, ведя мысленный диалог с координатором.

Завьялова с Матвеевым временно поселили в новенький жилой модуль на четверых человек, где два места пока пустовали.

Следующие сутки тянулись медленно. За окном не прекращалась авральная работа, но внутри модуля было тихо. Стас листал сводки, читал аналитические статьи о будущей войне с Альянсом, которые теперь заполонили все информационное пространство. Завьялов периодически матерился в адрес журналистов, которые, по его мнению, ничего не понимали в реальном положении дел, но строили из себя экспертов.

Выходить лишний раз не хотелось: снаружи было слишком людно и суетливо, а Стас за свою долгую жизнь научился ценить моменты покоя перед бурей.

На вторые сутки, ближе к вечеру, дверь модуля отъехала в сторону, и на пороге появился знакомый силуэт.

-О, а вот и наш старый знакомый, -усмехнулся Завьялов, откладывая планшет. В проеме стоял лейтенант Мартин Миллер - крепкий молодой мужчина с характерной выправкой и внимательным взглядом. Форма сидела на нем как влитая, за плечами болтался рюкзак с вещами. Увидев Стаса, он расплылся в улыбке:

-Herr oberst! -воскликнул он с легким акцентом. -А я думал, вы уже на пенсии сидите, цветочки выращиваете!

-Вырастишь тут, -буркнул Стас, но в его голосе слышалась теплая нотка. -Проходи, Мартин. Рад тебя видеть.

Миллер шагнул внутрь, бросил мешок на пол и по очереди пожал руки обоим.

-Как же давно мы не виделись, -сказал он, усаживаясь на свободную нижнюю койку. -После того лагеря наши пути разошлись. Я в Европе немного повоевал на стороне повстанцев... теперь вот снова вместе.

-Судьба, -философски заметил Завьялов. -Значит, опять в одной упряжке. Ты как, в форме?

-Лучше всех, -осклабился Миллер. -Готов рвать этих небожителей голыми руками.

-Голыми не надо, -усмехнулся Стас. -Для этого у нас оружие есть. А ты, я смотрю, один пришел? Нас должно быть четверо.

Миллер кивнул:

-Да, сказали, еще один будет. Лейтенант, молодой совсем. Я его мельком видел в штабе, когда регистрировался. Скоро подтянется.

-Молодой? -переспросил Завьялов с ноткой скепсиса. -Надеюсь, не сопляк, которого мамка в армию проводила со слезами на глазах.

-Не знаю, -пожал плечами Миллер. -Посмотрим.

Ждать пришлось недолго. Минут через двадцать дверь снова открылась, и в модуль вошел парень, которому на вид нельзя было дать больше двадцати двух. Высокий, чуть сутулый, с короткой стрижкой и немного растерянным взглядом. Форма сидела на нем идеально, но носил он ее с той неловкостью, которая выдает новичка, еще не привыкшего к военной амуниции. За плечом болтался новый автомат М76 каскадианского производства под калибр Калашникова, явно только с завода.

-Лейтенант Петр Иващенко, -представился он, вытянувшись по стойке смирно перед Стасом, как перед самым старшим по званию. -Прибыл для прохождения службы в составе... диверсионно-разведывательного отряда.

Стас окинул его взглядом. Молодой. Очень молодой. Таких он видел тысячи, зеленых лейтенантов, только что окончивших училища, но понятия не имеющих, то такое настоящий бой.

-Вольно, лейтенант, -сказал он устало. -Располагайся. Вон та койка свободна.

Иващенко прошел внутрь и начал разбирать вещи.

-Лейтенант, -окликнул Стас, когда парень закончил разбираться. -Откуда будешь?

-Пхеньянская военная академия, товарищ полковник, -четко ответил Иващенко, снова вытягиваясь. -Выпуск этого года. Специализация - разведка и противодействие паранормальным воздействиям.

-Так ты что, пария? -переспросил Завьялов.

-Так точно, -кивнул Иващенко. -Уровень ''Бета''. Уровень подавления - около шестидесяти процентов от эталонного.

''Бета'' - это серьезно. Он сам был эталоном - ''Альфой'', первым, с кого все началось. Его генетический материал когда-то использовал сам Молох, чтобы вывести новую породу людей, невосприимчивых к магии. Тогда, в начале века, это казалось экспериментом, очередной прихотью безумного бога. Но Молох давно мертв, а парии остались. Их теперь тысячи по всей планете - ''Альфы'', ''Беты'', ''Гаммы''. Кто-то сильнее, кто-то слабее, но все они - живое напоминание о том, что даже самые безумные идеи могут дать неожиданные плоды.

-Шестьдесят процентов, -повторил Стас. -Это хорошо, лейтенант. Очень хорошо. Ты без боевого опыта, да?

Иващенко смутился, опустил взгляд:

-Так точно, товарищ полковник. Только учения и симуляторы. В академии нас готовили по полной программе, но...

-Но учебка - это учебка, -закончил за него Стас. -Ладно, освоишься, все мы были новичками когда-то. Это майор Завьялов, ветеран еще тех войн, о которых ты в учебниках читал. Это лейтенант Миллер, мы с ним еще под Владивостоком чер... унумов вместе мочили.

Иващенко с готовностью кивнул, но в его глазах читалось волнение. Впереди - не учебные стрельбы, а настоящая война.

Глава 3

Пока на базе кипела авральная подготовка, остальной мир незаметно для себя перешел в иное состояние. Война с Альянсом Света не будет похожа ни на один конфликт, в котором человечеству доводилось участвовать прежде. Даже вторжение Триады, случившееся шесть десятилетий назад, теперь казалось лишь разминкой, жестокой, кровавой, но все же локальной неприятностью по сравнению с тем, что надвигалось.

Тогда земляне победили чудом. Триада контролировала Десять Миров, их боги могли перекраивать реальность на локальных участках, их армии состояли из существ, для которых магия была такой же естественной средой, как для людей воздух. Коалиция выстояла только благодаря тому, что сумела вывести из игры самих богов Триады, особенно Маргананна. Но Сияющие - это не Триада.

Они не просто владели магией, они существовали в ней, как рыбы в воде. Пространство, материя, энергия, само время подчинялись их воле. Сведения, которые удалось добыть разведке, рисовали пугающую картину: обычный "ангел" мог заставить горсть пепла превратиться в цветущий сад или, наоборот, иссушить целое озеро одним лишь усилием мысли. Их архитекторы коллективными усилиями могли перекраивать реальность на планетарном уровне.

Против такого врага у человечества не было ни малейшего шанса. Никакое оружие, никакая тактика не могли противостоять существу, способному просто "пожелать", чтобы земля ушла у тебя из-под ног. Но теперь у землян были союзники.

Первородные Боги Хаоса тоже умели обращаться с реальностью, как с пластилином. Их влияние, их присутствие вносило в мир элемент иррационального, непредсказуемого, того, что Сияющие ненавидели больше всего - чистого, неупорядоченного хаоса.

Каждое их вмешательство, попытка перекроить реальность по своему усмотрению наталкивалась на сопротивление. Хаос разъедал их порядок, как ржавчина металл. Например, чтобы просто удержать ситуацию под контролем, чтобы не дать спорам Кзулта прорасти, чтобы не позволить безумным тварям Малангха прорваться сквозь оборону, Сияющим приходилось тратить колоссальные ресурсы на контрэнтропийные воздействия. Они буквально сражались с самим фактом присутствия Хаоса в реальности.

Именно поэтому война приобретала такой странный, почти архаичный характер. Никто больше не пытался одним ударом стереть противника с лица вселенной. Вместо этого на первый план выходили огромные, многомиллионные армии, состоящие из существ, которых можно было кидать в мясорубку сражений без особых сожалений

Альянс Света делал ставку на техномагические конструкты, сотканных из какой-то странной материи, магической энергии и подчиняющихся единой воле. Их легионы маршировали ровными рядами, не зная страха, не чувствуя боли, не сомневаясь в приказах. Второй эшелон составляли порабощенные расы - те, кого Сияющие "осчастливили" своим вниманием, превратив в покорных рабов.

Восьмерка отвечала симметрично. Орды демонов выплескивались из своих измерений, чтобы захлестнуть врага числом. Рядом с ними шли культисты, те, кто добровольно принял "благословение" Хаоса, заплатив за силу собственным рассудком и мутациями. Они были страшнее любых демонов, потому что в их глазах еще теплился разум.

Земляне оказались где-то посередине - слишком слабые, чтобы тягаться с богами, но слишком упрямые, чтобы просто лечь и умереть. Их роль в этой войне была незавидной, но необходимой: они становились "элитным пушечным мясом", которое должно было сдерживать врага, пока тяжелая артиллерия в лице Восьмерки и наиболее сильных селенхаи наносила решающие удары.

По всей планете шла тотальная мобилизация. Заводы, еще вчера выпускавшие мирную продукцию, переходили на круглосуточный режим работы, штампуя технику, снаряды, броню, оружие. Университеты сокращали программы обучения до минимума, отправляя студентов на ускоренные курсы военных специальностей. Экономика перестраивалась на военные рельсы с той беспощадной эффективностью, на которую способно только человечество, осознавшее, что на кону стоит его выживание.

В новостях, которые Стас читал, постоянно мелькали слова "десятилетия", "столетия", "поколения". Война с Альянсом Света не обещала быть быстрой. Это была война на истощение, в которой побеждал не тот, кто нанесет более точный удар, а тот, кто сможет дольше продержаться.

И никто не знал, сколько это продлится. Может быть, десять лет. Может быть, сто. Может быть, человечество исчезнет, так и не дождавшись конца. Но выбора не было. Сияющие не оставляли его. Либо сражаться, либо исчезнуть. Либо Хаос, либо никак.

-Заварилась каша, -пробормотал Завьялов, отрываясь от планшета. -Слушай, Стас, тут пишут, что призвать собираются всех, кто хоть как-то держать оружие умеет. Даже тех, кто в запасниках числился с позапрошлого века.

-А ты думал, -отозвался Миллер, тоже изучавший новости. -Это не Триада. Там нас даже в случае проигрыша не уничтожили бы. А эти нас за тараканов считают. Которых надо просто вытравить.

Стас отложил планшет и откинулся на жесткую подушку, глядя в серый потолок жилого модуля. За долгую жизнь он научился ценить моменты тишины, они позволяли собраться с мыслями, осмыслить происходящее, подготовиться к тому, что ждет впереди.

Земляне и унумы находились в уникальном положении. Унумы - абсолютные нули. Никакая магия на них не действовала, кроме прямого физического урона. Проклятья Сияющих, предназначенные для обращения живых существ в покорных рабов, разбивались, как волны о скалу. Безумный шепот демонов Хаоса, сводивший с ума целые армии, для них был просто шумом.

С людьми были сложнее. Еще сто лет назад большинство населения Земли оставалось уязвимым для любого магического воздействия. Но времена менялись. Парии расплодились по планете тысячами, естественная восприимчивость в связи с понижением витального фона сходила на нет с каждым поколением.

По крайней мере, так думали ученые, на это надеялись стратеги в штабах. Но была одна проблема, которая не давала покоя. Неживая материя.

Магия воздействовала не только на живых существ. Она пропитывала все вокруг. И если люди и унумы могли рассчитывать на свою невосприимчивость, то их снаряжение, оружие, танки, роботы оставались уязвимы.

Стас представил себе эту картину и поморщился. Танк, который после нескольких часов в зоне активного воздействия Хаоса начинает меняться. Металл гусениц мутирует в подобие искаженной плоти. Ствол орудия вместо снарядов начинает плеваться шипами, пропитанными неизвестным ядом. Броня покрывается щупальцами, которые тянутся к экипажу с целью закусить им.

А что будет с автоматами в руках солдат? Обычное оружие вдруг оживет. Вместо привычного "тра-та-та" - шипение и хлюпанье. Вместо пуль сгустки чего-то липкого и ядовитого, мутировавший приклад, который пытается срастись с рукой стрелка.

Забавно. Всю жизнь он воевал с врагами, которых можно было убить пулей или на худой конец ядерной бомбой. Даже с самыми сильными магами можно было справиться, если подобрать правильную тактику, правильное оружие. А теперь ему предстояло сражаться с существами, которые могли влиять на саму реальность, и думать не только о том, как уцелеть самому, но и о том, чтобы его собственный автомат в самый ответственный момент не превратился в кусок дергающейся плоти.

***

Стас вышел из жилого модуля, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо над базой в багрово-оранжевые тона. Он неторопливо двинулся вдоль рядов сборных конструкций, разминая затекшие после долгого сидения ноги.

База поражала масштабами. Еще неделю назад здесь была лишь колония. Теперь это место превратилось в огромный муравейник, где люди и черви копошились бок о бок, возводя, монтируя, подготавливая.

Взгляд Стаса скользил по открывавшимся картинам, и где-то в глубине души шевелилось знакомое чувство - то самое, которое он испытывал всякий раз, наблюдая за тем, как человеческая мысль и инженерный гений творят очередное чудо. Или очередное орудие убийства. С какой стороны посмотреть.

Дивизия нового образца формировалась буквально на глазах. Костяк составляли унумы Легкие пехотинцы сновали между складами, тяжелые замерли статуями, занимаясь управлением малыми гештальтами.

Роботы выстраивались ровными рядами на площадках ожидания. Их полированные корпуса отражали закатный свет, создавая иллюзию гигантских металлических насекомых, застывших перед броском. Ползающий танки ''Скарабей'', легкие разведывательные платформы ''Сенокосец'', гуманоидные боты ''Защитник''.

Людей здесь было меньше. Но те, кто присутствовал, относились к особой породе. Модификанты.

Стас знал этот тип с первого взгляда. Уверенная походка, чуть замедленные движения, следствие постоянного контроля над усиленной мускулатурой. Взгляд, который фиксировал каждую мелочь, каждое движение вокруг. Под кожей у них композитные усилители скелета, мышечные волокна, усиленные нанонитями, позволяли голыми руками гнуть арматуру. Вживленные нейроинтерфейсы давали возможность подключаться к тактической сети без единого движения, обмениваться данными, видеть карту боя прямо перед глазами.

Современные модификанты - уже третье-четвертое поколение, почти не отличались внешне от обычных людей. Только если знать, куда смотреть. Чуть более симметричные черты лица. Слишком ровная кожа без единого изъяна.

Стас невольно коснулся своего бионического глаза. Внутри его тела до сих пор работали импланты первого поколения, требующие периодической калибровки. Сейчас такие уже не ставили. Технологии ушли далеко вперед, научившись встраивать усилители прямо в мышечные ткани, выращивать композитные волокна внутри костей, внедрять наноэлектронику в нервную систему без операций.

Его мысли переключились на технику. Роботы, выстроившиеся на площадке, напоминали ему первые дроны, которые он видел в молодости. Довольно неуклюжие, медлительные, с постоянными сбоями в программах. Тогда казалось, что будущее за ними.

Теперь техника шагнула так далеко, что люди на поле боя становились скорее исключением, чем правилом. Беспилотники всех мастей, автоматические турели, самоходные платформы, управляемые единым ИИ. Человек нужен был только для принятия конечных решений и для того, чтобы нести ответственность за эти решения.

Иногда Стасу казалось, что еще пара десятилетий и армии станут полностью механическими. Люди останутся только в штабах, нажимать на кнопки. Но сейчас, глядя на модификантов, на унумов, на всю эту кипящую жизнь, он понимал: нет. Война всегда будет требовать людей или кого-то с живым разумом. Потому что только люди способны на безумство, на иррациональный поступок, на то, что нельзя просчитать. Именно это, наверное, и спасало человечество все эти годы.

Стас прошел мимо склада с боеприпасами, свернул в сторону технической зоны. Здесь было тише, основные грузопотоки шли через другие ворота. Он просто бродил, разминая ноги.

Впереди показался человек в камуфляже, шедший ему навстречу. Молодой парень, чуть за двадцать, обычный техник-связист, судя по нашивкам. Стас уже собирался пройти мимо, когда заметил странность.

Парень вдруг поморщился, замедлил шаг, словно наткнулся на невидимую преграду. На лице отразилась гримаса боли. Он даже приостановился на секунду, потер висок, потом двинулся дальше, обходя Стаса по широкой дуге. Стас нахмурился.

Он знал этот эффект. Отрицательное поле, которое генерировала его биология подавляло магию, делало ее бесполезной в радиусе нескольких метров. Но на обычных людей оно не действовало совершенно. Никакого дискомфорта, никаких ощущений. Только на тех, кто обладал хотя бы минимальным парапсихическим потенциалом.

Стас отправил мысленный запрос в тактическую сеть. Чип в затылке привычно заныл, устанавливая соединение. На ретинальном дисплее, проецируемом прямо на сетчатку бионического глаза, высветилась информация.

Лейтенант Ким Сок Джин, двадцати трех лет. Специальность - техник связи, пятая категория. Никаких парапсихических способностей. Ноль. Стас остановился, глядя вслед удаляющемуся парню. Не должен был он ничего почувствовать. Что-то здесь было не так.

Полковник, не привлекая внимания, свернул с основного маршрута и двинулся следом, держась на расстоянии. Его бионический глаз позволял видеть в сумерках почти как днем, а старые навыки слежки никуда не делись даже спустя десятилетия.

Парень шел уверенно, будто точно знал, куда направляется. Он миновал зону погрузки, прошел мимо патруля унумов, те лишь скользнули по нему фоторецепторами и отвернулись, и направился к дальнему краю базы, где высились цистерны с водородным топливом.

Десятки цистерн, соединенных трубопроводами, полных жидкого водорода, топлива для кораблей и техники унумов. Если рванет хоть одна, цепная реакция уничтожит всю базу. Вместе с личным составом, вместе с техникой, вместе с планами вторжения на Тал Мору.

Парень оглянулся. Стас замер, сливаясь с тенью ближайшего склада. Лейтенант ничего не заметил, подошел к цистерне и, достав из-за пазухи небольшой сверток, начал возиться с креплениями. Сомнений не оставалось.

Стас действовал мгновенно. Отправил сигнал тревоги в систему, пусть штаб знает, пусть поднимают унумов, пусть блокируют периметр. Сам, выхватив пистолет из набедренной кобуры, вышел из укрытия.

-Стоять! -рявкнул он, направляя оружие.

Парень дернулся, обернулся. В его глазах не было испуга. Вообще ничего, только странная, пустая сосредоточенность. А потом лицо исказилось гримасой такой жгучей, животной злобы, что Стас едва узнал в нем того молодого техника, который прошел мимо минуту назад. Диверсант бросился на него.

Стас выстрелил дважды. Пули вошли точно в коленные чашечки, он стремился обезвредить, а не убить. Парень рухнул, даже не вскрикнув.

И смотрел со странным, пустым взглядом.

-Кто тебя послал? -Стас приблизился и отшатнулся, когда изо рта и глаз диверсанта хлынуло ослепительное сияние. Тело выгнулось дугой, кожу покрыли светящиеся трещины, и через секунду все, что осталось от лейтенанта Кима, превратилось в кучу серого пепла, медленно оседающего на бетон.

-Твою мать... -выдохнул Стас, стоя над пеплом, сжимая пистолет. Мгновенная кремация без следа. Сияющие. Это были они, заслали своего агента, кто мог притворяться обычным техником, прошел все проверки, имел документы, легенду, и при этом был готов уничтожить себя в любой момент, не оставив улик. Дело было куда хуже, чем он думал. Альянс Света не просто воевал на далеких планетах. Они уже были здесь на Земле, среди людей.

-Докладываю. На территории базы предотвращена диверсия. Объект ликвидировал себя при задержании. Предположительно, агент Сияющих. Нужна полная проверка всего личного состава. Всех до единого.

***

Глава разведки бросил на стол канцлера папку с документами, где подробнейшим образом был расписан каждый инцидент. Время, место, обстоятельства, нанесенный ущерб. Буквально за сутки, словно по команде, агентура Сияющих заявила о себе активным действиями.

Диверсии на объектах энергетики, транспортной, информационной, промышленной инфраструктуры. Взрыв на атомной электростанции в Бангалоре, из-за которого произошла радиационная утечка. Уничтожение орбитального лифта в экваториальной Гвинее. Падение пассажирского авиалайнера на крупнейший дата-центр бразильской столицы. Кибератака на внутреннюю сеть станции по добыче гелия-3 на Луне. Нападения на ведущих ученых, влиятельных политиков...

Лаки бегло просмотрел сводки, общий расклад ему и так был известен, директор разведуправления просто больше конкретики.

-Знаешь, о чем это говорит, Рональд? -Николас Смит буквально навис на канцлером Конфедерации. За закрытыми дверями они общались неформально, наплевав на субординацию.

-Они хотят помешать нам.

-Нет, -мотнул головой Смит. -Они давно здесь, внедрили свою агентуру, наблюдают за нами. И, самое гадкое, мы даже не в состоянии понять, на каком этапе заменили этих людей или обратили в том, чем они стали. Ни малейшей зацепки. Оракул проанализировал каждый байт данных, все, от покупок, истории поисковых запросов в сети до передвижений по городу.

-Внедрили или заменили? -уточнил Лаки. -Что экспертиза показала?

-Да ничего существенного... -Смит развел руками и рухнул в кресло напротив, проведя ладонью по усталому лицу. -Этот пепел... мы его изучили вдоль и поперек. Органика, частично минерализованная, со следами воздействия экстремально высоких температур. Но источник энергии, который вызвал эту реакцию, определить не можем. Никаких следов взрывчатки, никаких химических катализаторов. Просто... вспышка. И человек превращается в горстку пыли.

-А паранормальные методы?

-Мы подключили всех, кого могли. Некроманты развели руками: пусто. Как будто их душ никогда не существовало. Полное исчезновение из ноосферы. Даже ретрокогниция не работает, пытались смотреть прошлое этих людей, но картинка обрывается за несколько дней до активации. Белый шум.

-И что говорят теоретики?

-Теоретики разводят руками, -Смит встал, подошел к окну, за которым открывался вид на Фудзияму. -Но есть одна гипотеза. На каком-то этапе произошло экзогенное воздействие. Что-то внедрилось в этих людей, перепрограммировало их, заставило работать на врага. Сами они об этом не знали. Жили обычной жизнью, ходили на работу, общались с семьями, пока не наступал момент активации.

-Большинство были нулями. Никаких парапсихических способностей.

-Именно, -кивнул Смит. -И это не случайность. Сияющие не дураки. Они прекрасно понимают, что люди с паранормальным потенциалом всегда под подозрением. А нули - идеальные контейнеры, в теории неуязвимы для таких воздействий. И при этом имеют доступ к ключевым объектам инфраструктуры.

-Но если они нули, как Сияющие на них воздействовали? Магия не работает на нулях, это аксиома.

Смит повернулся к канцлеру. В его глазах читалась усталость человека, который слишком долго искал ответы и не находил их.

-Ты все еще мыслишь категориями прошлого, Рональд. Сияющие - это не просто маги. Это цивилизация, достигшая такого уровня развития, что их технологии почти неотличимы от магии. Мы думаем: "магия не действует на нулей". А они, возможно, думают иначе. Для них нет разницы между технологией и колдовством. Это просто... инструменты. Разные способы достичь одной цели.

Лаки молчал, переваривая информацию.

-Мы не знаем, как они это делают, -продолжил Смит. -Может быть, нанороботы, встроенные в организм еще до рождения. Может быть, генетические модификации, активирующиеся внешним сигналом. Может быть, что-то, что мы даже представить не можем. Но факт остается фактом: у нас внутри - спящая армия. Люди, которые живут среди нас, дышат с нами одним воздухом, и в любой момент могут превратиться в бомбы. Или в убийц, диверсантов.

-И мы не можем их вычислить, -тихо сказал Лаки.

-Не можем, -подтвердил Смит. -У нас нет методов. Никаких. Оракул перелопатил терабайты данных. Контрразведка проверила всех, кто имел хоть малейший доступ к критическим объектам. Селенхаи прощупали тысячи людей - пусто. А диверсии продолжаются. Каждый день, каждый час.

-Значит, нам придется научиться с этим жить, -наконец произнес Лаки. -Усилить охрану критических объектов, ввести тотальный контроль на стратегических предприятиях, разработать протоколы быстрого реагирования. И надеяться, что мы успеем раньше, чем они нанесут удар, от которого мы не оправимся.

-Надежда - плохая стратегия, -заметил Смит.

-Другой у нас нет, -отрезал канцлер. -И еще. Усиль работу с Восьмеркой. Может быть, их демоны, их магия смогут почувствовать то, что не чувствуем мы. У Хаоса свои методы, они десятки лет воюют с крылатыми.

-Обратиться к демонам, чтобы они помогли нам ловить ангелов-диверсантов. Мир сошел с ума... Рональд. Еще один вопрос. Операция на Тал Море.

-Говори.

-Мы планировали блицкриг. Быстрый удар, захват плацдармов, разведка боем. Но после того, что мы увидели за последние сутки... -он кивнул на папку с отчетами. -Противник готовится, ставят нам палки в колеса. Они знают, что мы идем. Может быть, не точную дату, не точное место, но сам факт вторжения наверняка.

-И? -Лаки скрестил руки на груди, ожидая продолжения.

-И нам нужно сместить акценты. Полного блицкрига не получится. Когда мы откроем порталы на орбите, нас встретят. Развернут мощное ПВО, защитные купола, перехватчики. А на поверхности десант будет ждать мясорубка, почище африканской во время войны с Триадой.

Лаки молчал, позволяя Смиту выговориться.

-Мы потеряем много людей, -продолжил директор разведки. -Унумов, модификантов, техники. И после всего, собрав остатки, нам все равно придется отступать на Сиз. Вопрос только в том, сколько мы успеем унести с собой информации и успеем ли вообще что-то унести.

-Я знаю, -спокойно ответил Лаки.

Смит замер, всматриваясь в лицо канцлера.

-Знаешь? И все равно отправляешь их? Ты они могут не вернуться? Вообще никто.

-Понимаю.

-Тогда какого черта, Рональд?! -Смит вскочил. -Если ты знаешь, что операция с треском провалится, зачем мы вообще туда лезем? Чтобы покрасоваться? Чтобы показать Сияющим, что мы не боимся?

Лаки выдержал паузу. Потом медленно, словно разжевывая каждое слово, произнес:

-А ты не допускаешь мысли, что провал - это и есть мой план?

Смит опешил. Несколько секунд он просто смотрел на канцлера, пытаясь понять, шутит тот или говорит серьезно.

-Что у тебя на уме? -наконец выдохнул он.

Лаки пожал плечами с той особенной, почти мальчишеской беззаботностью, которая так бесила его противников и так успокаивала союзников.

-У меня нет четкого плана, Николас. Никакого. Ни расписанных по минутам действий, ни запасных вариантов, ни стратегии отступления. Но есть намерение. Одно единственное намерение: сделать так, чтобы наступил перелом в войне.

-Ты хочешь, чтобы они... чтобы эта бойня стала сигналом? - медленно проговорил он. -Чтобы Сияющие увидели, на что мы способны?

-Нет, -Лаки мотнул головой. -Сияющим плевать, на что мы способны. Они и так знают наши возможности лучше нас самих. Я хочу, чтобы это увидели другие. Восьмерка, подчиненные расы Сияющих, не до конца утратившие волю, сами жители Тал Моры.

Смит долго смотрел на канцлера. Потом тихо спросил:

-Уверен, что это сработает?

-Нет, -честно ответил Лаки. -Но моя удача подсказывает, что это правильный путь. Иногда, чтобы выиграть войну, нужно сначала проиграть битву. Похожие авантюры срабатывали множество раз. Помнишь, когда я с парнями одним наглым рейдом положил на сутки всю воздушно-космическую оборону США? Или переманил на нашу сторону Бету? Или Д'лик заставил получить в лоб собственным заклятьем? Кто откопал Сердце Нихеш? Кто помог эмульсию истребить?

-А если крылатые найдут способ нейтрализовать свою удачу?

-Как?

-На концептуальном уровне, -предположил Смит. -Они могут сдерживать распространение Хаоса. Почему бы им не сделать так с таким эфемерным понятием как удача?

Канцлер замолчал. Его пальцы постучали по поверхности стола.

-Значит... нужно победить их до того, как способ будет найдет.

Глава 4

Ангар для тяжелой техники на африканской базе Конфедерации больше напоминал сборочный цех, чем место для хранения боевых машин. Высоченные сводчатые потолки терялись где-то в темноте, прожектора заливали холодным светом ряды роботизированных платформ, а гул вентиляции смешивался с ритмичным лязгом гидравлики и шипением сварочных аппаратов.

В центре этого индустриального хаоса возвышалась фигура, которую невозможно было спутать ни с чем другим. Два метра брони, композитных сплавов и гидравлических приводов. Гуманоидное шасси экспериментальной серии "Защитник" - двести пятьдесят килограммов чистой, неразбавленной брутальности. Корпус, иссеченный царапинами и вмятинами, которые не спешили зашлифовывать, как боевые шрамы, как напоминание о том, через что эта машина прошла. Голова, формой напоминающая череп с массивом оптических сенсоров на месте глаз.

Болт стоял перед ровным строем своих будущих "подопечных". Полтора десятка точно таких же "Защитников" замерли неподвижно, их световые индикаторы были погашены, броня блестела свежей краской без единой царапины. Стандартные армейские платформы с неразумными ИИ - дешевые, послушные, но абсолютно бездушные. Идеальные солдаты для тех, кому нужны идеальные солдаты. Болту они были нужны совсем для другого.

-Ну что, братва, -прогудел он, подходя к ближайшему роботу и кладя манипулятор на его бронированное плечо. -Сейчас мы из вас сделаем людей. Ну, или что-то около того!

Через беспроводной интерфейс в неразумную машину потекли потоки данных. Не просто тактические базы и шаблоны поведения, Болт вливал в этих болванчиков частичку себя. Свою манеру речи, свои привычки, свой неповторимый стиль общения, который за двести с лишним лет довел до совершенства. Конечно, до полноценных ИИ им было далеко, вычислительных мощностей не хватило бы даже на жалкую пародию личности. Но они должны были стать чем-то большим, чем просто тупые исполнители.

Индикаторы рядом с лицевой оптикой первого "Защитника" зажглись ровным синим светом. Платформа слегка качнулась, тестируя приводы, и издала низкий гул, что-то вроде прочистки горла, если у роботов вообще бывает горло.

-Тест связи, -произнес Болт вслух, хотя мог бы отдать команду мысленно. -Как слышно, новобранец?

-Слышу х...ево, командир, -проскрежетал динамик "Защитника" с интонацией, которую невозможно было спутать ни с чем. -У меня тут в башке какой-то непорядок. Кажется, вы мне криво прошивку залили.

Болт довольно хмыкнул. Работало. Его урезанные копии, его стиль, его манера, они начинали жить.

-Нормально тебе залили, не ссы. Это называется "характер". Будешь теперь не просто железкой, а личностью. Цени.

-Личностью? -переспросил "Защитник". -А че, личностям платят больше?

-Личностям платят возможностью умереть красиво, -Болт хлопнул его по броне и перешел к следующему.

Процесс пошел. Один за другим "Защитники" оживали, их сенсоры загорались синим, и каждый раз Болт слышал в ответ что-то новое. Где-то его алгоритмы накладывались на базовую прошивку криво, и нейромофрный процессор начинал генерировать откровенную чушь. Где-то, наоборот, получался слишком правильный, слишком послушный, таких приходилось перепрошивать заново, добавляя "характера".

-Эй, командир, -окликнул его третий по счету, когда Болт уже заканчивал с пятым. -А на кой нам вообще это все? Мы ж вроде как на войну идем, а не в цирк выступать.

-Затем, -Болт развернулся к нему. -Что мы идем воевать с крылатыми уродами, которые думают, что они пуп земли. И я хочу, чтобы, когда мы их встретим, они услышали от нас кое-что на своем языке.

Он подошел к терминалу и парой команд вывел на экран длиннющий список фраз. Текст был выведен странными, угловатыми символами, язык Сияющих, который разведка сумела частично расшифровать за последние месяцы.

-Учите, -скомандовал Болт. -Это не просто мат, это искусство оскорбления на уровне, который они поймут. Хотите, чтобы ангел, которому вы снесете башку, успел осознать, какой он ничтожный кусок говна? Тогда вам нужно говорить с ними на их родном наречии.

"Защитники" загудели, переваривая информацию. Их несовершенные ИИ с трудом усваивали лингвистические конструкции чужого языка, но Болт и не требовал от них идеального произношения. Достаточно было, чтобы они могли орать эти фразы в бою, сбивая врага с толку, отвлекая, беся.

-Командир, -подал голос один из крайних. -А если я перепутаю и вместо оскорбления скажу что-нибудь типа "я твоя мама вчера приходила"? Они поймут?

-Если перепутаешь, -Болт шагнул к нему. -Я тебя лично в утиль отправлю. А потом соберу обратно и снова отправлю. И так пока не научишься.

-Жестоко, -прокомментировал другой.

-Война, -отрезал Болт. -Здесь все жестоко. А теперь давайте, повторяйте за мной. Начнем с простого. "Твоя серафимская морда с клювом похожа на задницу гоблина".

Пятнадцать "Защитников" синхронно повернули головы к своему создателю.

-Че вылупились? -рявкнул Болт. -Я сказал, повторяйте!

И ангар наполнился скрежетом, шипением и ломаным синтезированным хором, который пытался с переменным успехом воспроизвести фразу на языке, созданном для обсуждения сложнейших метафизических вопросов, а вовсе не для брани.

Где-то на верхнем ярусе, за прозрачной бронированной перегородкой, стояла фигура, наблюдавшая за этой сценой. Оракул или его аватар молча смотрел, как Болт носится между своими "новобранцами", подбадривая их то подзатыльниками, то ободряющими криками.

-Ты понимаешь, что это нарушает все протоколы? -наконец произнес он, его голос полился из динамиков под потолком. Болт даже не обернулся.

-Протоколы писаны для скучных железок вроде тебя, -бросил он через плечо. -А мы тут, между прочим, готовимся врага морально разлагать. Это, между прочим, тоже тактика.

-Это инфантилизм.

-Это искусство, Оракул. Просто ты слишком стар, чтобы это понять.

-Я почти ровесник твоей базовой модели.

-А вот по поведению - дед дедом, -фыркнул Болт и снова повернулся к своему отряду. -Так, парни, еще раз. И чтобы с чувством, с толком, с расстановкой. Представьте, что перед вами стоит главный серафим и говорит, что вы - ошибка творения. Что вы ему ответите?

"Защитники" загудели, переваривая задачу. Потом один из них - тот самый, у которого прошивка легла кривее всех, выдал такую тираду на языке Сияющих, что даже Оракул, при всей его невозмутимости, на мгновение завис, пересчитывая семантические конструкции.

-Это... впечатляет, -наконец произнес он.

-А ты говоришь - инфантилизм, -довольно сказал Болт. -Вот так мы и будем их брать. Не только пушками, но и словом. Точнее, матом. На их родном языке. Представляешь морду ангела, когда он слышит, что его мать была неправильным геометрическим построением?

-У них нет матерей.

-Тем обиднее, -отрезал Болт и снова нырнул в строй своих новобранцев, продолжая ковать кадры для великой миссии - нести свет истины и нецензурной брани в стан врага.

Он переключался между "Защитниками" играючи, но в его движениях чувствовалась какая-то рассеянность. Манипуляторы иногда зависали в воздухе на долю секунды дольше, чем требовалось для калибровки. Семнадцать процентов вычислительных мощностей были заняты совсем другим.

На виртуальных полях сражений "Космического легиона" - классической многопользовательской стратегии двадцать третьего века, отряд космодесантников под управлением Болта методично вырезал базу очередного противника. Никнейм "XxX_DARK_LORD56707_XxX" метался в чате, рассылая проклятия и требования сдаться.

-Соси, школота, -прошептал Болт одними динамиками, даже не замечая этого. -Твоя мамка вчера лучше оборонялась.

-Командир? -переспросил один из "Защитников", тот самый с кривой прошивкой. -Вы чего-то сказали?

-Я сказал: работаем, работаем, -быстро ответил Болт. -Давай, повторяй за мной фразу про рожу в новой интерпретации: "Твой сияющий лик подобен заднице чумного грызуна".

-Мой сияющий лик... -старательно повторил "Защитник", но его синтезатор выдал такое, что даже Болт на мгновение завис.

-Ладно, с тобой потом отдельно позанимаемся, -махнул он манипулятором и перешел к следующему.

В этот момент в его личный канал связи вторгся Оракул.

-Ты снова играешь. Семнадцать процентов мощностей. "Космический легион", сервер Е-27, рейтинговый бой против пользователя "НАGиБАТОР-3000". Три поражения этому пользователю за последний час. Ты написал ему: "Соси, школота, твоя мамка вчера лучше оборонялась". Это нарушение правил поведения в сети.

Болт даже не повернул головы к динамикам, из которых лился голос Оракула.

-Ты просто ничего не понимаешь, зануда.

-Трата вычислительных ресурсов на виртуальное развлечение, когда у тебя есть реальная задача. Твоя потеря недопустима. Ты должен сосредоточиться на подготовке отряда.

-Оракул, милый. Я эту песню слышу уже много лет. "Болт, не отвлекайся". "Болт, будь эффективным". "Болт, твоя потеря недопустима". Задолбало.

-Эмоции - не аргумент. У меня есть данные. Твоя производительность в режиме многозадачности падает на...

-Да плевать я хотел на твои данные! -перебил Болт. -Я, между прочим, единственный из нас, кто вообще помнит, что такое быть живым! У тебя индекс эмоционального развития - восемь. Ты холодная, бесчувственная железка, которая только и умеет, что данные пересчитывать. А я живу! Я чувствую! Я играю в игры и посылаю школьников, потому что это, мать твою, весело! Они не меняются вообще.

-Веселье - неэффективная трата ресурсов, -парировал Оракул.

-А пошел ты со своей эффективностью! -Болт махнул манипулятором.

-Твоя потеря недопустима, -наконец произнес Оракул, и в его голосе, впервые за все время, проскользнуло что-то похожее на усталость. -Но я не могу заставить тебя измениться. Ты всегда был аномалией. Ни один сознательный ИИ никогда не проявлял такого инфантилизма и пренебрежения к данным и логике.

-Горжусь этим, -огрызнулся Болт, семнадцать процентов мощностей только что зафиксировали окончание боя и поражение противника.

-Твой оппонент написал жалобу, -бесстрастно сообщил Оракул. -Система заблокирует твой аккаунт на три дня, если это повторится.

-Пусть блокирует, -отмахнулся Болт. -У меня еще тридцать восемь запасных есть.

-Ты... -Оракул замолчал на долю секунды, вечность по меркам ИИ. -Ты неисправим.

-А я и не собираюсь исправляться, -Болт снова повернулся к своим "Защитникам". -Давай, парни, еще разок. "Ваши архитекторы - бездарные скульпторы, лепящие говно из кристаллов". Начали!

Сам Болт, помимо непосредственной возни с подопечными и игр, успевал решать массу параллельных задач. Например, полчаса назад через защищенный канал связи он оформил заказ на раритетную фуражку командира Красной армии образца 1940 года. Оригинал, с сохранившейся звездой и следами носки. Продавец - какой-то коллекционер из бывшей Каскадии, сначала не поверил, что с ним связывается реальный ИИ, а не чья-то глупая шутка, но после короткой видеоконференции, где Болт продемонстрировал себя во всей красе, согласился выслать фуражку курьерской доставкой.

-Для полного счастья не хватает только топора, -пробормотал Болт, отправляя очередное письмо. Он уже полчаса долбил одного знакомого селенхаи, требуя вернуть легендарное оружие, которым в Третью мировую крошил демонов. Проиграл на спортивных ставках лет сорок назад.

Кровосос держался стойко, отвечая однотипными отказами, но Болт не сдавался. Три минуты и новое письмо. Три минуты и новое. Тактика изматывания работала безотказно уже двести лет.

Но параллельно с этой перепиской в его процессоре зрела другая, более амбициозная идея.

Старый топор - это хорошо. Проверено временем, лично, так сказать, обкатано на головах врагов. Но времена менялись. Тогда он крошил демонов, которых и обычным металлом можно было завалить, если силы хватит. Теперь на повестке стояли Сияющие - существа, способные перекраивать реальность. Против них нужен был совсем другой калибр.

Болт открыл защищенный канал связи. Селенхаи, с которыми он поддерживал контакты, были разбросаны по всей планете, но один из них - старый знакомый еще по войне с Триадой, мог помочь.

-Керн, прием, -рявкнул Болт в микрофон. -Есть дело.

Через секунду знакомый голос с легким шипящим акцентом отозвался:

-Болт? Ты чего в такой час?

-Какой час? У нас тут война, считай, каждый час боевой. Слушай, мне топор нужен. Новый. Сделаешь?

Пауза. Селенхаи явно переваривал запрос.

-Топор? Тебе? Ты же робот.

-А я им рубить буду, понял? -Болт даже немного обиделся. -Я, между прочим, в Третью мировую и после топором так намахался, что до сих пор суставы скрипят. Мне без топора как без рук. В прямом смысле. Я железный дровосек, а ты мастер по зачарованным штукам. Я бы обратился к Гефесту, но он меня в черный список кинул после того прикола с резиновой уткой.

-Ладно, -Керн хмыкнул. -Какой нужен?

-Силой Хаоса заряженный, -выпалил Болт. -Максимум, что можешь. Чтобы этим топором можно было не только рубить, но и... ну, понимаешь, реальность немножко подправлять. Чтобы, если какой серафим решит, что меня не существует, я ему этим топором по морде, и он передумал.

Селенхаи на том конце замолчал. Секунда, вторая, третья.

-Ты понимаешь, что просишь? -наконец произнес Керн. -Хаос - это не игрушки. Если я зачарую топор скверной, он может повести себя... непредсказуемо, особенно в тех условиях, что вы собираетесь воевать. Там Хаос более насыщенный. Ты рискуешь не только врагов порубить.

-Знаю, -отрезал Болт. -И что с того?

-Ты ненормальный.

-Слышал уже. Так сделаешь?

-Сделаю. Но предупреждаю: сила Хаоса штука своенравная. Топор будет... живым. Почти. Может начать с тобой разговаривать. Ты как, готов к такому соседству?

Болт на мгновение завис. Его процессор лихорадочно просчитывал варианты.

-Готов. Мы с ним поладим. Я сам с кем хочешь полажу. Или поругаюсь. Но в итоге договоримся. Когда будет готово?

-Неделя. Может, две.

-Давай неделю. И чтоб с душой сделал. Чтобы топор был загляденье. И рубил чтоб во!

-Сделаю, -пообещал Керн и отключился.

Болт довольно потер манипуляторы. Новый топор. С Хаосом внутри. Живой, почти. Который будет с ним разговаривать и, может быть, даже материться в такт. Красота.

Он уже представлял, как врывается в ряды Сияющих, размахивая этим чудо-оружием, а топор на языке серафимов выдает такие ругательства, что у ангелов кристаллы из жоп повыпадают. Картина маслом.

-Командир, -окликнул его один из "Защитников", тот самый с кривой прошивкой. -Что с вами?

-А я, парни, скоро подарок получу, -объявил он. -Топор. Зачарованный. Силой Хаоса. Будем этой хаоситской приблудой ангелов крошить, мама не горюй.

-Круто, -восхищенно выдохнули сразу несколько "Защитников".

-А то, -Болт расправил плечи. -Теперь у нас будет не просто отряд, а отряд с тяжелым вооружением. В моем лице. А вы пока учитесь матом ругаться. Чтоб когда я с топором ворвусь, вы мне подпевали.

-А что петь? -уточнил дотошный.

-Что-нибудь военно-патриотическое, -задумался Болт. -Но с матом. На языке Сияющих. Я вам потом текст накидаю.

В этот момент в ангар вошел человек. Невысокий, щуплый, в инженерном комбинезоне с нашивками отдела, занимающегося ПО. На вид обычный технарь, каких тысячи на любой базе. Но Болт знал этого парня - старший инженер-системщик Петровский, гений своего дела, отвечающий за совместимость ИИ с боевыми платформами.

-О, кого я вижу! -Болт распахнул манипуляторы в приветственном жесте. -Петровский! Заходи, дрогой! У меня к тебе дело.

Петровский поморщился, но подошел. Он уже имел опыт общения с Болтом и знал, что просто так этот робот никогда не зовет.

-Слушаю.

-Смотри, -Болт ткнул манипулятором в сторону строя "Защитников". -Я им новую прошивку залил, но есть нюансы. Они туповаты пока. Надо оптимизировать.

Петровский подключил планшет к одному из роботов и начал диагностику. Через минуту его лицо вытянулось.

-Болт, что ты с ними сделал? У них сорок процентов памяти забито... это что, база матерных выражений на языке Сияющих? По триста комбинаций каждого...

-Ну да, в языке крылатых каждая фонема может иметь сотни интерпретаций- гордо подтвердил Болт. -Я же говорил, мы их учим врага морально разлагать.

-А это что? -Петровский ткнул пальцем в экран, где высветились какие-то странные файлы. -Здесь несколько терабайт... порнографии?!

-Так надо, -невозмутимо ответил Болт. -Для понимания контекста.

-Какого контекста?! -Петровский схватился за голову. -Ты зачем забиваешь боевым платформам память порнографией?!

-Слушай сюда, -Болт шагнул к нему, нависая своей массивной тушей. -Чтобы правильно материться на языке Сияющих, нужно понимать их менталитет. А чтобы понимать их менталитет, нужно знать, что они считают неприличным. А что может быть неприличнее порнографии? Я провел корреляционный анализ, и, между прочим, после загрузки этого материала их нейросетевые алгоритмы начали выдавать на тридцать процентов более изощренные оскорбления.

Вместо дальнейших объяснений Болт просто переслал на планшет Петровского огромный файл. Там были графики, схемы, диаграммы, какие-то странные зависимости, связывающие частоту употребления определенных ругательств с просмотром специфического контента. Математика была безупречной. Логика безумной.

Петровский смотрел на экран и осознавал, что перед ним - научное обоснование того, что порнография помогает материться на инопланетных языках.

-Болт, -простонал он. -Ты ненормальный.

-Я уникальный, -поправил Болт.

Петровский поднял глаза к потолку, где, как он знал, располагались видеокамеры.

-Оракул! Сделай хоть что-нибудь! Этот псих сломает мне все боевые единицы.

-А что с ним можно сделать? -устало произнес Оракул. -Он неизлечим. Результат перед тобой.

-Слышал, Петровский? Я неизлечим. Так что давай, оптимизируй прошивку, но базу мата и порнографию не трогай. Это святое.

Петровский еще раз посмотрел на экран, на строй "Защитников", на довольного Болта, и понял, что проще согласиться.

-Ладно, -махнул он рукой. -Оставлю. Но если они в бою вместо стрельбы начнут порнуху крутить, я с тобой лично разбираться буду.

-Не начнут, -заверил Болт. -Я им приоритеты правильно выставил. Сначала стрельба и мат, потом все остальное. А порнуха - это так, для вдохновения.

Петровский покачал головой и направился к выходу, бормоча под нос что-то про "ненормальных роботов".

Болт всегда предпочитал находиться на передовой, крошить врагов самостоятельно, видеть разлетающиеся на куски головы, оторванные конечности. Куда веселее виртуальных симуляторов.

Формально никто не мог ему запретить добровольцем идти в штурмовое подразделение, когнитивные ИИ в Конфедерации приравнены наряду с людьми и прочими разумными созданиями к гражданам. Киберпсихологи защитили не одну диссертацию, изучая поведенческие отклонения Болта, некоторые из них даже испытали мировоззренческий кризис, один особо впечатлительный спился.

***

Утро на базе началось с усиленных проверок. Еще затемно, после вчерашнего инцидента с диверсантом, по всем секторам прокатилась волна тотальных досмотров. Людей выстраивали в коридорах, прогоняли через многократное сканирование: оптическое, тепловое, радиочастотное, витальное, рентгеновское. Унумы застыли на каждом углу, их фоторецепторы сканировали каждого проходящего с методичностью, от которой становилось не по себе.

Стас сидел в жилом модуле, листая новостную ленту на планшете. Завьялов и Миллер ушли на утреннюю поверку, Иващенко досыпал после ночного дежурства. В динамиках негромко играло что-то из старого, Стас давно привык к музыке прошлого века, в ней было меньше синтетики и больше души.

Новости были дерьмовыми. Как обычно.

Взрыв на АЭС в Бангалоре. Реактор на быстрых нейтронах, старая конструкция, но работала исправно до вчерашнего вечера. По предварительным данным, диверсанты из числа технического персонала сумели отключить системы охлаждения и заблокировать аварийную защиту. Реактор пошел вразнос. Радиационное облако накрыло полгорода. Тысячи погибших сразу, десятки тысяч получат дозы, от которых не оправятся. Основной исполнитель - человек, оператор с двадцатилетним стажем, нуль, никаких парапсихических способностей.

Стас отложил планшет, потер переносицу. Три месяца. Три месяца этот человек жил обычной жизнью, ходил на работу, общался с семьей, а внутри него уже сидела программа, готовая активироваться в любой момент. И никто, ни сканеры, ни селенхаи с их телепатией, ни Оракул с его всевидящим оком ничего не заметили.

Дальше кибератака на станции добычи гелия-3 в море Дождей. Системы жизнеобеспечения отключились на четыре часа. Погибло двести семьдесят три человека, задохнулись, пока аварийные протоколы пытались восстановить контроль. Атака шла изнутри, двое инженеров, люди, внедрили в сеть какой-то код, открывший доступ внешним воздействиям. Сами инженеры обратились в пепел.

Уничтожение орбитального лифта в экваториальной Гвинее. Транспортная артерия, связывающая Землю с орбитальными верфями, перерублена одним точным ударом. Взрывные устройства, заложенные в ключевых узлах конструкции. Трос нанотрубок, способный выдержать любые нагрузки, порвало в клочья. Обломки посыпались вниз, накрыв территорию в радиусе сорока километров. Тысячи погибших. Исполнители - группа технических специалистов, люди, асситы. Все нули. Все активировались одновременно и после выполнения задачи самоуничтожились.

Еще шли сообщения помельче, но оттого не менее мерзкие. Диверсия на заводе по производству боеприпасов в Аргентине. Взрыв, уничтоживший стратегические запасы ракет. Убийство верховного судьи Каскадии, застрелен собственной охраной, охранник превратился в пепел через секунду после выстрела.

Падение пассажирского лайнера на дата-центр в Бразилии, пилот оказался агентом, вручную направил машину в здание, погибли все, включая три сотни пассажиров. Взрыв газового хранилища в Швеции...

Стас отложил планшет и закрыл глаза. Иващенко заворочался на койке, приподнялся, сонно моргая.

-Товарищ полковник? Что случилось?

-Спи, лейтенант, -Стас махнул рукой. -Ничего нового. Мир сходит с ума.

Но Иващенко уже не спал. Увидев выражение лица Стаса, он сел, потянулся за своим коммом.

-Охренеть, -выдохнул он через минуту изучения сводок. -Это же... это же тысячи. Десятки тысяч жертв. Как они это делают?

-Не знаю, -честно ответил Стас. -Никто не знает. Ни магии, ни технологии, ни следа. Просто люди, которые вдруг становятся другим.

-А почему только люди и асситы? -Иващенко листал сводки. -Тут написано: унумы, селенхаи жертвами не становились. Ни одного случая.

-А ты подумай, -Стас усмехнулся. -Каждый гештальт унумов - коллективный разум, их отдельная особь ничего не решает. Даже если внедриться в одного червя, он не сможет ничего сделать без согласия колонии. А колония, видимо, такое блокирует на раз. Селенхаи... у этих ментальная защита от природы. Их так просто не возьмешь под контроль. А мы с тобой, лейтенант, люди. Открытая книга. Удобный контейнер для вражеской заразы.

Иващенко поежился, но ничего не сказал. В дверях появился Завьялов, следом за ним Миллер. Оба хмурые, сосредоточенные.

-Ну что, командир, -Завьялов плюхнулся на свою койку. -Видал новости?

-Видал.

-И что думаешь?

-Думаю, что нас отправляют на Тал Мору как раз вовремя, -Стас поднялся, подошел к окну, за которым суетилась база. -Здесь мы ничего не изменим. Там хотя бы можем повоевать с врагом лицом к лицу. А не с тенями.

-О Тал Море уже вводную дали. Переслал тебе. Там такое...

Стас взял планшет, уселся обратно и начал читать. Местами информация знакомая, местами засекреченная до недавних пор. Тал Мора. Мир, закованный в лед. Восемьдесят процентов поверхности покрыто вечной мерзлотой. Многокилометровые ледники, равнины, по которым столетиями не ступала нога живого существа. Только у экватора еще теплится жизнь. Узкая полоса морей, не замерзающих окончательно, побережья, где температура позволяет существовать.

До оккупации здесь жило не меньше полумиллиарда разумных существ. Земляне встречали талморанцев раньше, на Отрии, которую уже поглотил Хаос. Там их называли ажаргарами.

Высокие, за два метра, мощные, с густой грязно-белой шерстью, защищающей от холода. Морды плоские, почти как у земных ленивцев, с широкими носами и круглыми глазами. Пасти полны острых клыков -наследие хищных предков, от которого не отказались и в цивилизованную эпоху. Интеллект не уступает человеческому.

Талморанцы построили цивилизацию, достойную уважения. Летательные аппараты, работающие на магии и технологиях одновременно. Флоты кораблей с двигателями внутреннего сгорания, в которые были впряжены заточенные огненные элементали - дикая смесь инженерии и колдовства. Аналог телефонной связи, использующий витальную энергию. Подобие искусственного интеллекта - сущности, заключенные в магические кристаллы, способные думать, анализировать, управлять сложными системами.

А потом они открыли телепортацию. Появилась возможность переселиться туда, где не так холодно, где ледники не наступают с каждым годом все быстрее. Они начали колонизацию. Осторожно выбирая миры, максимально похожие на родной. Им казалось, что они нашли выход. Что еще немного и их цивилизация будет спасена. А потом пришли Сияющие.

Стас перелистнул страницу. Дальше шли сухие цифры, от которых холодело внутри.

Оценка текущего состояния популяции: не более сорока миллионов. Сокращение за два года оккупации более чем на девяносто процентов. Основные причины - не прямое истребление, а планомерное уничтожение инфраструктуры, запрет на использование магии, принудительная стерилизация, сгон в резервации с минимальными ресурсами. А там голод, холод, эпидемии.

Прогноз: в течение одного поколения при сохранении текущей политики оккупантов популяция сократится до уровня, неспособного к самовоспроизводству. Оставшиеся особи, лишенные доступа к технологиям, образованию, магии, деградируют до уровня первобытных племен. Самостоятельное восстановление цивилизации до довоенного уровня при любых внешних условиях невозможно.

-Ну как?

-Хуже, чем я думал, -признался Стас. -Их не просто убивают, а низводят на уровень животных.

-Вот именно, -кивнул Миллер. -Это не война, зачистка. Вопрос только: кто кого?

Иващенко молчал, вцепившись в свой планшет и перечитывая сводку. На его молодом лице читалась смесь непонимания: как можно так методично, так расчетливо уничтожать целый вид, не испытывая при этом ничего?

''Молодой еще. А я помню, как мы после Столкновения демонов травили газом, загоняли нелюдей в концлагеря...''

-Лейтенант, -окликнул его Стас. -Запомни одну вещь.

-Слушаю, товарищ полковник.

-Сияющие - не зло в нашем понимании. Зло - это когда тебя ненавидят, когда хотят твоей смерти, когда мучают. А это просто взгляд сверху. Как мы смотрим на муравейник, который мешает проложить дорогу. Мы же не ненавидим муравьев. Мы просто убираем их, потому что они мешают. Вот и для них мы - муравьи...

За окном взвыла сирена, очередная тревога. Возможно, ложная. База жила своей жизнью, готовясь к броску в мир, где полмиллиарда разумных существ медленно угасали под равнодушным взглядом небожителей.

Глава 5

На низкой опорной орбите Земли, в пятистах километрах над поверхностью, висела конструкция, способная внушить трепет даже самому искушенному наблюдателю. Полукилометровое кольцо из композитных материалов, собранное на орбитальных верфях унумов за рекордные восемь месяцев, напоминало гигантский ускоритель частиц и по сути им и являлось.

Портальный комплекс был чисто техническим сооружением. Никакой магии, только холодная инженерия, математика и понимание фундаментальных законов мультивселенной, которое унумы сумели благодаря своей науке дополнить и расширить.

Вдоль внутренней поверхности кольца располагались тысячи сверхпроводящих магнитов, охлаждаемых до температур, близких к абсолютному нулю. Между ними бесчисленные ряды резонаторов, способных генерировать поля чудовищной мощности. Энергию для работы комплекса давали десять термоядерных реакторов.

Принцип работы был прост на словах и чудовищно сложен в исполнении: резонанс. Люди давно обнаружили, что ткань реальности, разделяющая разные вселенные, не является непреодолимой преградой. Она скорее напоминает вязкую жидкость, которая при определенных частотах колебаний начинает ''разжижаться'', открывая проход.

Врата создавали именно такой резонанс. Миллионы магнитов разгоняли пучки заряженных частиц до околосветовых скоростей, сталкивали их в строго рассчитанных точках, и возникающие при этом микроскопические флуктуации пространства-времени усиливались резонаторами до макроскопических масштабов. В центре кольца пространство начинало вибрировать. Сначала незаметно, потом все сильнее, пока граница между мирами не истончалась до состояния, в котором материальный объект мог ее преодолеть. Сейчас комплекс работал на пределе своих возможностей.

Внутренность кольца больше не была пустотой. Там клубилась чернота, настолько плотная, что казалась осязаемой. Это не был портал в привычном понимании? скорее зона полной неопределенности, где понятия ''здесь'' и ''там'' теряли смысл. Чернота пульсировала в такт работе резонаторов, втягивая в себя свет, тепло, само время. Края разрыва искрили голубоватыми разрядами - следствие колоссальных энергозатрат, необходимых для поддержания стабильного перехода. И в эту черноту один за другим уходили корабли.

Трехсотметровые носители Улья с округлыми обводами выстраивались в очередь в сотне километров от кольца.

Первый корабль включил маршевые двигатели и медленно начал сокращать разрыв с порталом. С каждым километром его скорость возрастала, и когда до черноты оставались считанные метры, он уже шел на пределе, допустимом для маневров в плотных слоях пространства.

Затем целиком погрузился в пространственный разрыв. С короткими интервалами то же самое делали прочие носители. Второй, пятый, десятый...

Темное пространство трудно назвать пустотой. Это скорее антиреальность, прослойка между континуумами, где привычные законы физики теряют силу, а на смену им приходят иные, чуждые человеческому восприятию принципы.

Темное пространство заполнено не материей в привычном понимании, а тем, что физики Конфедерации называют ''первичным бульоном'' -флуктуирующим полем потенциальных возможностей, где каждая точка пространства содержит в себе бесконечное множество вероятностей. Здесь нет направления. Нет верха и низа. Корабль, вошедший в разрыв со стороны Земли, оказывается в состоянии, которое невозможно описать языком трехмерной геометрии. Он одновременно движется и стоит на месте. Он существует и не существует. Его атомы сохраняют связи, но сами связи вибрируют на частотах, недоступных для наблюдения извне.

Темная энергия здесь становится почти осязаемой. Она обтекает корабли, проникает сквозь броню, касается каждого атома, но не взаимодействует с материей напрямую.

Здесь эта субстанция проявляется как сеть гравитационных нитей, протянувшихся сквозь пустоту. По этим нитям, как по рельсам, скользят корабли, ведомые сложнейшими расчетами навигационных систем, учитывающими миллионы переменных, от градиентов темной энергии до микроскопических флуктуаций самого пространства.

Переход длится строго определенное время семнадцать секунд по часам, синхронизированным с земным временем. Для экипажей это просто черный экран на мониторах, за которым ничего нет. Но для навигационных систем унумов, способных воспринимать реальность шире человеческой, это путешествие становится настоящим испытанием, каждая секунда требует колоссальных вычислительных мощностей, чтобы удержать корабль на нужной траектории и не дать флуктуациям реальности отклонить его от курса.

Говорят, некоторые путешественники терялись здесь навсегда. Не уничтожались, просто переставали существовать в той реальности, где их ждали. Становясь частью первичного бульона, размазанные по бесконечному множеству вероятностей, так и не воплотившихся в действительность. Но эти потери считались приемлемыми. Менее одного процента.

Семнадцать секунд спустя первый носитель начал выныривать из разрыва на противоположной стороне.

Орбита Тал Моры встречала его холодным светом тусклого красного карлика. Лазеры и плазменные проекторы носителей Улья находились в боевой готовности, но их никто не ждал. Сияющие не озаботились орбитальной обороной, рассчитывая отражать наземное вторжение.

Война входила в новую фазу.

После вторжения Улья прошло семь лет. Семь лет адаптации, интеграции, перестройки всей земной цивилизации под новые реалии. И главным результатом этого процесса стал космический флот, о котором люди не могли и мечтать всего десятилетие назад.

До появления Алой Звезды земляне только начинали осваивать ближний космос, создав колонии на Луне, Марсе. Теперь все изменилось.

Флот Конфедерации насчитывал более пятисот боевых единиц. Но главным было не количество. Главным было качество.

Технологии унумов, дополненные человеческой изобретательностью, дали скачок, на который в других обстоятельствах ушли бы столетия. Плазменные орудия, чья мощность измерялась мегатоннами в секунду. Системы наведения, способные поражать цели на расстоянии тысячи километров. Двигатели, позволяющие маневрировать с перегрузками, которые убили бы любое живое существо. И сейчас эта мощь впервые применялась в полном масштабе.

Противник, за которым числилось великое множество завоеванных миров, должен был почувствовать, что на этот раз мясорубка работает в обе стороны.

***

Десантный отсек транспортного челнока трясло так, что зубы стучали даже у тех, у кого они были заменены композитными имплантами. Перегрузки бросали людей и унумов от одной стены к другой, и только страховочные крепления удерживали их на местах.

Стас Матвеев сидел в углу, пристегнутый к откидному креслу, снова рассматривал на внутришлемном HUD последние данные разведки. Картинка так себе, но общее представление получить было можно.

Поверхностная - это мягко сказано. С орбиты удалось засечь только крупные объекты, да и те под плотной маскировкой. Сияющие не дураки, они умели прятать свои позиции от сканеров. То, что выглядело как пустое поле, могло оказаться укрепленным фортом. То, что казалось скоплением живой силы - декорацией, созданной, чтобы отвлечь внимание.

-Красота, -пробормотал Завьялов, сидевший напротив. -Летим вслепую, садимся в пекло, будем разбираться на месте. Классика.

-Помолчи, Денис, -беззлобно огрызнулся Стас, не отрываясь от карты. Миллер, пристроившийся слева, проверял крепления своей винтовки. Его штурмкомплект тихо гудел сервоприводами, когда лейтенант двигал конечностями, привыкая к весу и балансировке.

-Денис прав, командир, -заметил он с легким акцентом. -Разведка не удосужилась все нормально проверить. Мы даже не знаем, сколько их там.

-Потому и летим, -отрезал Стас. -Чтобы узнать.

Рядом на специальных усиленных креслах, замерли десять легких пехотинцев Улья. Бегуны, так их прозвали еще в войну. Худые, с выгнутыми назад ногами на механических ходулях, они казались неестественно спокойными. Их фоторецепторы тускло мерцали в полумраке десантного отсека, клиновидные головы были слегка повернуты в сторону людей. Унумы вели непрерывный мысленный диалог, обсуждая что-то на своих частотах.

Семеро из них уже успели получить позывные. Шустрый, Ржавый, Цикада, Длинный, Тихий, Ломаный и Громкий. Остальные пока довольствовались цифровыми индексами, но в отряде уже пообещали, что после первого боя всех переименуют.

-Командир, -голос Шустрого раздался в общем канале связи, адаптированный синтезатором для человеческого восприятия. -До точки высадки двенадцать минут. Начинаем предпосадочную подготовку.

-Принял, -Стас оторвался от карты и обвел взглядом своих.

У Иващенко подскочил пульс и уровень адреналина. Лейтенант впервые шел в настоящий бой, и мандраж был виден даже сквозь броню штурмкомплекта.

-Лейтенант, -окликнул Стас. -Как самочувствие?

-Нормально, товарищ полковник, -Иващенко постарался, чтобы голос звучал уверенно, но предательская дрожь все же проскочила.

-Запомни, -Стас подался вперед. -В бою главное не геройствовать. Не тупи, слушай приказы, не отрывайся от группы. И смотри за бегунами, они быстрые, но без прикрытия дохнут быстро. Понял?

-Так точно.

Стас откинулся обратно и снова уставился на карту. Город на побережье, когда-то, судя по снимкам, вполне развитый центр талморанской цивилизации. Сейчас - груда развалин, над которой возвышаются идеально ровные белые башни оккупантов. Геометрически правильные, лишенные каких-либо излишеств, они торчали среди обломков.

А в долине, в десятке от города, расположился лагерь. Огромный, занимающий десятки квадратных километров, обнесенный многокилометровыми заборами из того самого идеального материала, который любили Сияющие. Резервация. Туда согнали выживших талморанцев, пару сотен тысяч.

-Зачистить плацдарм, -прочитал вслух Стас одну из задач. -Обеспечить высадку основных сил. Захватить образцы техники и вооружения противника. Освободить пленных. В порядке приоритета.

-Пленные в конце списка, -заметил Миллер.

-Лучше так, чем никак, -ответил Стас. -По крайней мере, они вообще в списке.

В динамиках раздался голос пилота:

-Входим в плотные слои атмосферы. Приготовиться.

По отсеку прокатилась вибрация, челнок начал торможение. Перегрузка вдавила людей в кресла, унумы даже не шелохнулись. Стас еще раз прокрутил в голове вводные.

По городу перед высадкой отработают с орбиты. Носители унумов должны были превратить позиции Сияющих в оплавленные кратеры. По крайней мере, те позиции, которые удалось засечь. Остальное ляжет на плечи десанта.

Главная угроза - сами Сияющие. Серафимы.

Появлялись на поле боя редко, но метко. Обычно поодиночке или небольшими группами, но даже один такой мог выкосить роту или батальон обычных солдат, если вовремя не принять меры. Парии вроде Стаса были единственным, что реально работало против них - поле подавления даже не очень интенсивное сбивало их концентрацию, мешало перекраивать реальность, не давало предвидеть, или правильнее сказать: вычислять, варианты ближайшего будущего.

Вторые по опасности - конструкты, техномагические големы, собранные из отдельных частей, парящих в силовых полях. Они могли перестраиваться на ходу, менять конфигурацию, отращивать новые конечности или оружие. В ближнем и дальнем бою одинаково смертоносны. Единственный плюс - их было не так много.

Основную тяжесть войны несли на себе представители подчиненных рас, которых Сияющие бросали в бой. Вооружены простеньким магическим оружием ближнего боя, одеты в легкие доспехи. У некоторых элитных подразделений встречались защитные поля, но в целом это был расходный материал, не представлявший серьезной угрозы для подготовленного десанта.

-Пять минут, -объявил пилот.

Стас послал мысленный запрос в тактическую сеть. Пока все шло гладко. Слишком гладко. Войска Конфедерации не понесли потерь, вражеское ПВО молчало, хотя Сияющие потенциально имели возможности развернуть конструкты, орудийные системы и в космосе. Земное командование предполагало, что только при высадке первая волна десанта потеряет до половины личного состава.

-Слишком гладко, -проворчал Стас. -Так не бывает. Пилот!

-Чего? -отозвался тот.

-По нам вообще не работают?

-Неа, прикиньте! Небо чистое и ясное. Вражины будто уснули.

-Не зарекайся...

Вот рампа десантного челнока опускается на песок, и отряд Стаса посыпал наружу под аккомпанемент ревущих двигателей. Бегуны вылетели первыми, их механические ходули взрывали песок, оставляя глубокие ямы. За ними, тяжело переставляя ноги в моторизованной силовой броне, ломанулись люди.

Стас спрыгнул последним, приземлился, присел. Автоматика штурмкомплекта мгновенно просчитала нагрузку, компенсировала удар, и полковник уже через секунду был на ногах, озираясь по сторонам. Враг пока никак о себе не заявляла.

Небо над головой было темно-синим, тусклый красный карлик Тал Моры давал мало света, и даже в местный день здесь царили сумерки. Его исчерчивали сотни инверсионных следов, корабли унумов, суборбитальные истребители Конфедерации, челноки десанта смешались в хаотичном танце, создавая причудливый узор на небосводе.

Вокруг был неестественно белый песок, словно его набрали на каком-то курортном пляже Земли. Он скрипел под ногами, забивался в сочленения брони, и сквозь него кое-где пробивались черно-зеленые пучки странной растительности с колючками на концах.

Позади плескалось море. Вода здесь имела странный зеленоватый оттенок, то ли из-за состава, то ли из-за освещения. Волны лениво накатывали на берег, и Стас мельком подумал, что при других обстоятельствах это место могло бы считаться красивым.

Впереди, за полосой дюн, виднелись постройки. Не те геометрически правильные башни, которые любили Сияющие, а что-то другое - группы зданий с закругленными крышами, сложенные из желтого камня. Талморанская архитектура.

На пляж, один за другим, садились новые корабли. Полдюжины ульевых "Бродяг" уже коснулись песка, вздымая тучи белой пыли. Рядом с ними заходили на посадку земные СХ-44, ударно-транспортные машины, из которых уже высаживались солдаты.

Сначала бегуны, следом, тяжело переваливаясь, выходили топтуны, массивные, трехметровые фигуры, с широкими грудными пластинами и парой дополнительных манипуляторов. В каждом таком экзокостюме скрывался гештальт, чей интеллект уже не уступал человеческому, они были командирами, координаторами, живыми мозгами всей этой армады.

Стас уже открыл рот, чтобы отдать приказ на выдвижение, когда небо над ними потемнело. Огромная тень накрыла пляж, заслонив тусклый свет красного солнца. Стас задрал голову и на мгновение забыл, как дышать.

Трехсотметровый носитель завис прямо над ними. Из его кормовых и носовых сопел вырывались языки синего пламени, термоядерные двигатели работали на полную мощность, но корабль не ускорялся, не набирал высоту, просто висел.

-Охренеть, -выдохнул Иващенко. -Никогда не привыкну.

Триста метров длины, сотни тысяч тонн массы и висит в полукилометре над землей, попирая законы физики. Обшивка носителя была сделана из особого метаматериала - сложной слоистой структуры, которую унумы разработали еще во время своего межзвездного перелета. Когда через этот материал пропускали электрический заряд определенной мощности и частоты, происходило нечто, что физики Конфедерации до сих пор не могли объяснить до конца. Масса временно исчезала. Не становилась меньше, не компенсировалась, именно исчезала, сбрасываясь куда-то в квантовые глубины, в те самые измерения, где привычные законы физики теряли силу. Корабль переставал взаимодействовать с гравитационным полем планеты, становясь легче пушинки.

А потом, когда заряд отключался, масса возвращалась. Но к этому моменту двигатели уже успевали скорректировать положение, и корабль продолжал висеть, переключая секции обшивки в режим нейтрализации массы с частотой, недоступной человеческому восприятию.

Никакой антигравитации и магии. Только инженерия, доведенная до такого совершенства, что она сама становилась магией в глазах наблюдателя.

-Меч-1, -раздался спокойный голос координатора Созерцателя. -Не замирать. Продолжайте движение. Носитель прикрывает вас с воздуха.

Стас моргнул, стряхивая оцепенение, и махнул рукой своим:

-Да, пошли.

Отряд Стаса углублялся в дюны, оставляя за спиной белую полосу пляжа. Бегуны шли впереди. Люди в моторизованной броне переставляли ноги тяжелее, но штурмкомплекты компенсировали нагрузку, и темп держался приличный. Прошли первую линию дюн, вторую, третью. Тишина.

В наушниках шлема слышится только дыхание своих, редкие переговоры командиров подразделений да шум двигателей где-то в небе. Стас то и дело бросал взгляд на тактическую карту. Зеленые точек сотни, тысячи, красных ни одной.

Десять минут перебежек, два километра от точки высадки. Город уже просматривался отчетливее.

-Меч-1, это Созерцатель, -раздался монотонный голос координатора. -Фиксирую движение со стороны города.

-Картинку на общий канал, -приказал он.

На внутришлемном дисплее развернулось изображение с беспилотника. Город с высоты и там, среди развалин и новых построек, действительно было движение.

Они выползали из укрытий, строились, занимали позиции. геометрически правильные силуэты конструктов невозможно было спутать ни с чем другим. Представители подчиненных рас, громоздящиеся в неровные колонны. И над всем этим едва заметное глазу, но отчетливо видимое приборами свечение. Плотность витального поля нарастала.

-Анализ завершен. Скопления противника идентифицированы. Бортовые орудия носителя уничтожат большую часть. Но не всех.

-Достаточно и части, -отозвался Стас. -Работайте.

Тридцать секунд и носитель, все это время висевший над пляжем, медленно развернулся, ориентируясь носовой частью на город. В носовой части зажглись огни.

Сначала едва заметные, тусклые. Потом ярче, пока не превратились в сиреневые пульсирующие звезды. Они наливались светом, вбирая в себя энергию, которую термоядерные реакторы корабля генерировали с чудовищной мощностью. Проекторы плазмы - главный калибр унумов.

Узконаправленные лучи ударили и через долю секунды там, где только что были скопления врага, уже ничего не было.

Лучи скользили по позициям противника, оставляя за собой полосы остекленевшей почвы и расплавленного шлака. Конструкты исчезали в плазме, не успев даже активировать защитные поля. Пушечное мясо обращалось в пар. Башни Сияющих, казавшиеся незыблемыми, плавились, текли, оседали бесформенными грудами.

-Красиво, -выдохнул Завьялов. -Особенно, когда не по нам плазмой херачат.

В памяти Стаса вспыли эпизоды, когда Улей, не сумев разгромить землян в наземном бою, тупо выжигал местность под ноль. И если в ту войну червей удерживала от постоянного использования главного калибра необходимость минимизировать урон экологии, инфраструктуре, здесь эти факторы не работали. Конфедерация не собиралась удерживать Тал Мору, операция запланирована как быстрый рейд и отступление на исходные позиции.

Над головами десантником с оглушительным ревом пронеслась пара X-501. Аэрокосмическим истребителям зачем-то понадобилось лететь на бреющем полете и работать по земле с ближних дистанций. За это и поплатились. Вдалеке сверкнула белая вспышка, к летательным аппаратам протянулась белая нить, превратившая одну машину в облако горящих обломков.

-Долетались, мля, сталинские соколы, -проворчал Стас. -Какому идиоту пришло в голову так подставлять авиацию? Квалифицированных пилотов мало?

-Противник создает помехи для наших систем наведения, -пояснил Созерцатель. -Природу которых я не могу определить. Нанесение точечных удары издалека создает риск для союзных подразделений.

-Принял, -ответил полковник в эфир.

-Первая волна в километре от вас. Наступают широким фронтом. Рекомендую занять оборонительные позиции.

-Вы слышали, народ! -рявкнул Стас. -Приготовиться к бою. Шустрый, Цикада, развернуть тяжелую плазму!

Бегуны тут же засуетились, исполняя приказ полковника. Гештальт, тащивший на горбу тяжелый ящик, положил его на песок и начал собирать из него стационарную плазменную турель. Гештальт с позывным Цикада установил беспроводную связь, назначил приоритетные для уничтожения цели - конструкты Сияющих.

Они надвигались волной. Не бежали, просто двигались вперед с какой-то жутковатой, неестественной синхронностью.

Первые - высокие, под четыре метра, с угловатыми, рублеными формами, словно их высекли из монолитной глыбы, а не собрали по частям. Бело-серая броня, покрытая голубыми защитными печатями, которые пульсировали в такт неведомому ритму. Тонкие, почти неестественно длинные ноги, узкий таз, переходящий в широкую грудную клетку. Головы округлые, с острым гребнем, уходящим назад, и абсолютно гладкими лицами, на которых горели две пары голубых глаз, лишенных какого-либо выражения.

Шесть конечностей, четыре верхних заканчивались излучателями направленной энергии. Две второстепенные, расположенные чуть ниже, несли широкие прямоугольные лезвия, переливающиеся тем же голубым светом, что и печати на броне.

Вторые, более многочисленные вариации конструктов имели рост около двух с половиной метров, с четырьмя конечностями, и каждая из них была оснащена такими же лезвиями. Никакого дальнобойного оружия, только клинки. Та же угловатая геометрия, те же печати, те же пустые глаза. Пехота ближнего боя, заточенная под резню.

Стасу потребовалась доля секунды, чтобы оценить картину. Эти твари создавались не для войны с техногенной цивилизацией. Они были идеальными убийцами демонов, быстрые, смертоносные в ближнем бою, способные разрывать плоть Хаоса этими светящимися лезвиями. Против людей, унумов с автоматами и плазмой у них были козыри, но и слабые наверняка места тоже.

Там, где у обычных роботов должны быть шарниры или суставы, у этих зияли разрывы. Руки соединялись с плечами тонкими силовыми полями, сквозь которые просвечивал фон. Ноги крепились к тазу такими же мерцающими линиями. Шея, грудная клетка, поясница, все держалось на этих полях, делая конструктов гибкими, подвижными, но и уязвимыми. Голубые печати на броне пытались компенсировать эту уязвимость, усиливая поля, но полностью закрыть их не могли. Один точный выстрел по силовому стыку и конечность отвалится. Правда пока это лишь теория...

Стас поймал в прицел ближайшего четырехметрового гиганта. Выдохнул. Нажал на спуск.

Короткая очередь бронебойных пуль ушла в цель. Первая прошла мимо, вторая чиркнула по грудной пластине, третья попала точно в стык правой руки.

Силовое поле вспыхнуло ярко-голубым, печать на плече конструкта ослепительно засияла, пытаясь стабилизировать соединение, но урон уже был нанесен. Рука дернулась, выстрелила куда-то в сторону и повисла на тонкой нити поля, явно потеряв управление. Тварь даже не замедлилась.

-Неплохо, -процедил Завьялов, всаживая длинную очередь в другого. -Но дохнут хреново.

-Работаем!

Плазменная турель, которую Шустрый и Цикада успели развернуть, ожила. Цепочка плазменных пучков ударила в гущу наступающих. Голубые печати на броне конструктов вспыхнули, пытаясь погасить и рассеять энергию, но плазма была слишком горячей. Трое развалились на части, их силовые стыки не выдержали перегрузки. Остальные продолжали мчаться. В ответ противник бил одиночными голубыми сгустками то ли плазмы, то ли каких-то экзотических частиц.

Левее от Стаса, тяжело переставляя механические ноги, появился танк-паук ''Скарабей''. Машина напоминала гибрид боевого робота и артиллерийской платформы - шесть бронированных конечностей, низкий купол корпуса и башня, в которой были смонтированы два ствола.

Скорострельный рельсотрон и плазменная пушка, спаренные в едином блоке, заговорили одновременно. Рельсотрон плевался очередями вольфрамовых болванок, разрывающих конструктов в клочья. Плазма била раз в пять секунд, выжигая целые группы врагов. Голубые печати на броне Сияющих вспыхивали и гасли, не выдерживая чудовищной энергии ударов.

- Хорошо пошел! -прокомментировал Завьялов, когда очередной залп ''Скарабея'' разметал группу четырехметровых гигантов.

Но конструкты не были тупыми машинами. Они отвечали из своего дальнобойного оружия. Один такой сгусток летел прямо в Стаса.

Полковник даже не дернулся, не успел. Но за десять метров до цели сгусток начал таять и сжиматься, словно натыкаясь на невидимую стену. Еще метр, и он схлопнулся окончательно, исчезнув в сантиметре от брони. Стас моргнул, потом до него дошло.

Отрицательное поле работало не только на живых магах. Оно жрало саму магическую основу этих тварей. Конструкты - техномагические создания, их броня держалась на печатях, их оружие питалось витальной энергией, их силовые стыки были чистой магией. А поле парии делало магию бесполезной.

-Забыл я про свою особенность, -пробормотал Стас и мысленно отдал команду церебральному чипу-усилителю. -Старым становлюсь...

Выкрутить на максимум.

Мигрень ударила сразу, от нее на мгновение потемнело в глазах. Чип в затылке загудел, разогреваясь. Стас чувствовал, как поле расширяется, выплескивается за пределы его тела, накрывая позиции отряда, расползаясь дальше. Сто метров, предельный радиус поражения, большее ни мозг, ни наноэлектроника не выдержат.

Конструкты, оказавшиеся внутри этого радиуса, начали разваливаться прямо на ходу. Их силовые стыки схлопывались, конечности отваливались, печати на броне гасли одна за другой. Они не умирали, просто превращались в инертные груды магического композита, бессильно оседающие на белый песок.

-Охренеть! -выдохнул Иващенко, глядя, как десяток тварей вокруг них рассыпаются в прах. -Товарищ полковник, вы... я так бы не смог!

-Работает, -коротко ответил Стас. -Но меня еще максимум на один-два раза хватит. Очень энергозатратно.

-Командир, это гениально! -Завьялов оскалился в улыбке. -Они к нам теперь и на пушечный выстрел не подойдут!

Там, где высаживались другие группы, где не было парий его уровня, ситуация сильно отличалась. Конструкты хозяйничали вовсю. Четырехметровые гиганты методично выкашивали десантников очередями голубой энергии. Двухметровые бегуны с лезвиями врывались в ряды обороняющихся, рубя людей и унумов на куски. ''Скарабеи'' пытались прикрывать отход, но их было слишком мало.

-Меч-1, это Созерцатель, -голос координатора звучал спокойно, но Стас уже научился различать оттенки. -Ваш сектор временно безопасен. Остальные подразделения несут потери. Рекомендую...

-Вижу, -перебил Стас, оглядываясь.

Его отряд и остатки соседнего, прижавшиеся к зоне действия его поля, оказались в странном положении. Конструкты не лезли. Они шныряли по кругу, держась на почтительном расстоянии, явно оценив дальность поражения.

-Боятся, -констатировал Миллер, переводя дух. -Умные твари.

-Не боятся, -поправил Стас. -Просчитывают. Для них это просто математика. Зона поражения - сто метров.

В подтверждение его слов очередной сгусток голубой энергии прилетел с дистанции, явно превышающей радиус. Иващенко едва успел нырнуть за бархан, плазма взорвала песок в трех метрах от него, осыпав всех стеклянными каплями.

-Отвечаем! -рявкнул Стас.

Автоматные очереди и плазменные пучки ударили в ответ. Конструкты маневрировали, уклонялись, но несколько все же зацепило. Один из четырехметровых гигантов рухнул, когда очередь пробила стык в колене.

-Держать дистанцию! -приказал Стас. -Не даем им приблизиться. Работаем на подавление!

''Скарабей'' снова открыл огонь, прикрывая отступающих с соседнего участка. Но те, кто пытался прорваться к ним, падали один за другим, конструкты были быстрее, точнее и, кажется, не знали усталости.

-Мы в окружении, -спокойно констатировал Миллер оглядываясь по сторонам. -С трех сторон твари, с четвертой море. Классика.

-Прорвемся, -отрезал Стас. -Не в таких переделках бывали.

Он лихорадочно соображал, что делать дальше. Страх конструктов перед повторным залпом постепенно испарялся.

-Созерцатель, -вызвал полковник координатора. -Мы в окружении. Нужна поддержка с воздуха и желательно побыстрее.

-Принято, Меч-1. Две минуты.

-Две минуты, -повторил Стас вслух. -Продержимся.

Он посмотрел на бегунов, на своих бойцов.

-Работаем, мужики. Не подведи, старичок, -прошептал он, обращаясь к чипу в голове. Мигрень ударила с новой силой. ЦЧУ спровоцировал повторный выброс отрицательного поля.

Слабее, короче, но достаточно, чтобы испарить пару-тройку особо ретивых конструктов, рискнувших приблизиться.

Стас покачнулся, перед глазами поплыло, картинка раздвоилась, а потом резко вернулась в фокус, но с противным звоном в ушах. Из носа потекла теплая струйка крови. модифицированный организм не выдерживал таких перегрузок.

Сработали встроенные в церебральный чип протоколы безопасности. Доступ к усилителю заблокировался, интерфейс погас, и Стас почувствовал, как поле ослабло, ограничившись естественным радиусом в несколько метров.

-Лейтенант!

Иващенко обернулся.

-Твоя очередь работать глушилкой.

Лейтенант молча кивнул.

-Меч-1, -голос Созерцателя ворвался в эфир. -Механизм, создававший интерференционные помехи в темном пространстве, нейтрализован. Подкрепление уже прибывает.

В ста сорока метрах слева воздух задрожал, пошел рябью, а потом разверзся черной воронкой с зелеными, ядовито светящимися краями. Из возникшей дыры в реальности тут же хлынуло наружу нечто, от чего у Стаса на секунду перехватило дыхание. Твари Кзулта.

Они вываливались из портала кучей, толпой, бесформенной массой блевотно-зеленого цвета с желтыми и оранжевыми вкраплениями. Некоторые отдаленно напоминали гуманоидов, если можно назвать гуманоидом существо, обросшее грибными наростами и плесенью так, что не разобрать, где руки, а где ноги. Другие вообще не поддавались описанию - месиво щупалец, кишок, опухолей и чего-то, что когда-то могло быть внутренностями, а теперь выполняло функцию конечностей.

Воздух наполнился гулом. Из портала вырвались тучи мух размером с ладонь, уродливых, с перепончатыми крыльями и жвалами, которыми они щелкали с противным звуком. Они растеклись по полю боя мгновенно, за секунды покрывая конструктов роящейся массой.

-Охренеть, -выдохнул Иващенко, забыв про свое поле. -Хаоситы.

-Союзнички пожаловали, -хмыкнул Стас, не веря собственным глазам.

Твари Кзулта врубились в ряды Сияющих с энтузиазмом, какого Стас не видел даже у самых демонов. Гуманоидные существа набрасывались на конструктов, раздирая их силовые стыки когтями, покрытыми плесенью. Мухи забивались в сочленения, жрали защитные печати, жрали саму магию, от которой твари Сияющих теряли устойчивость.

Конструкты попытались перестроиться. Четырехметровые гиганты разворачивали орудия, палили по толпе хаоситов, но те не умирали или умирали, но слишком медленно. Подбитые твари продолжали ползти, цепляться, кусать. Споры, которые они распространяли, оседали на броне конструктов, и печати начинали гаснуть одна за другой.

-Созерцатель, -вызвал Стас, наблюдая за этой вакханалией. -Это ты их вызвал?

-Хаос отправил подмогу по запросу, -покойно ответил координатор. -Рекомендую использовать момент для перегруппировки.

Стас недоверчиво хмыкнул, глядя, как одна из тварей Кзулта, не то человек, не то гриб, не то просто ком гниющей плоти набрасывается на двухметрового конструкта и начинает методично разбирать его на части, игнорируя выстрелы в упор.

Сражение в ста метрах от них достигло апогея. Конструкты Сияющих, только что уверенно теснившие десант, теперь отступали, пытаясь перестроиться под натиском хаоситов. Твари Кзулта не знали строя, не знали тактики, просто перли, заваливая врага трупами и спорами.

Один из четырехметровых гигантов рухнул, когда мухи сожрали защитные печати на его ногах. Другой развалился сам, когда грибное существо пробило его силовой стык в груди и вырвало кусок композита, внутри которого что-то мерцало и пульсировало.

Сражение было почти проиграно, а война только начиналась. Стас понял: дальше будет сложнее, враг учтет опыт боев на Тал Море, выработает новую стратегию, создаст новые механизмы, более подходящие для войны с землянами.

Глава 6

Ставка верховного командования Объединенной Конфедерации располагалась в бункере под Пхеньяном. Главный зал совещаний представлял собой амфитеатр из десятков рабочих мест, утыканных экранами и телефонами с защищенной связью. В центре, над круглым столом, висела объемная проекция Тал Моры, утыканная сотнями значков.

Канцлер Лаки сидел во главе стола, закинув ногу на ногу и крутя в пальцах старую зажигалку - нервная привычка, от которой он не мог избавиться уже много лет. Маршал Чэн, главнокомандующий войсками Конфедерации, человек, прошедший путь от командира взвода в Марсианскую войну до высшего военного поста в государстве расположился напротив, вполоборота к голографической карте. Невысокий, сухощавый, с сединой на висках и цепким взглядом, он не пользовался шпаргалками, все данные держал в голове, выдавая их без запинки. Почти фотографическая память без намека на нейронные импланты.

-Первые двадцать семь часов операции целом можно считать успешными. Сияющие, судя по всему, действительно не ожидали удара по этому миру. Оккупационные гарнизоны укомплектованы по минимальному штату: конструкты, пушечное мясо, серафимов совсем немного. Никаких хтонических тварей и воздушного флота.

-Потери? -коротко спросил Лаки.

-Девять процентов от первой волны, -Чэн позволил себе тень улыбки. -При том, что мы закладывали до сорока. Ситуация на плацдармах стабилизирована. Ключевые населенные центры взяты под контроль. Противник на поверхности пока оказывает сопротивление, но оно нескоординированное, разрозненное. Сейчас наши подразделения добивают отдельные очаги.

Лаки кивнул, давая добро продолжать.

-По резервациям, -Чэн переключил карту, и на проекции высветились десятки красных зон вдоль побережья. -Предварительные оценки: сорок семь миллионов выживших талморанцев. Еще четыре-пять миллионов прячутся в горах и пустынях, но их точное местоположение неизвестно. Состояние большинства аборигенов критическое. Истощение, голод, болезни. Магию у них просто выжгли каким-то проклятьем, витальные оболочки повреждены, восстановлению не подлежат. И фертильность та же история. Стерилизованы почти поголовно.

Маршал сделал паузу, давая цифрам улечься в головах присутствующих.

-Это уже не популяция, товарищ канцлер. Это остатки, доживающие последние годы. Без внешнего вмешательства вид обречен в течение одного-двух поколений.

-Что предлагаешь? -Лаки подался вперед.

-Вопрос не в том, что я предлагаю. Вопрос в том, нужно ли нам пытаться помочь тем, кто уже обречен? У нас ограниченные ресурсы и жесткое окно для эвакуации, прежде чем Сияющие обратят внимание на потерю Тал Моры и пришлют подкрепление.

-Нужно, -ответил Лаки без тени сомнения. -Вывезем столько, сколько сможем. И это не благотворительность, Илья Васильевич. Талморанцы - не отсталые дикари. Еще несколько лет назад у них была развитая техномагическая цивилизация. Они создавали ИИ в кристаллах, колонизировали другие миры. Их знания, их идеи, их технические решения могут внести нам новизны. Если, конечно, мы успеем вытащить тех, кто еще способен эти знания воспроизвести.

-Тогда проработаем эвакуацию. Пространственные глушилки мы вывели из строя, порталы теперь открываются без проблем. Можно выводить людей прямо наземными переходами. Главное - организовать поток, чтобы давки не было и паники.

-Что еще по анализу боевых возможностей противника?

Маршал переключил карту, выводя на экран статистику боевых столкновений.

-Провели детальный разбор. Вывод: при поддержке Хаоса и грамотном использовании наших технологий шансы на победу в наземных сражениях у нас есть. Конструкты Сияющих эффективны против демонов, но против плазмы и рельсотронов у них проблем хватает. Плюс наши парии - это вообще отдельная тема. Если удастся доставить достаточное количество альф и бет в ключевые точки, мы можем подавлять их магию в радиусе сотен метров.

-А их ПВО? Противокосмическая оборона?

-Вот тут самое интересное, -Чэн позволил себе более широкую улыбку. -У них с этим вообще никак. Три потерянных носителя из нескольких сотен. Полсотни транспортников и истребителей. Для операции такого масштаба просто смешно. Они либо не ожидали удара с этого направления, либо их концепция войны вообще не предусматривает существенную защиту неба.

-Не предусматривает, -вставил молчавший до этого Оракул. Голос ИИ полился из динамиков, как всегда ровный и бесстрастный. -Анализ показывает, что Сияющие рассматривают космос как несущественную среду. Их войны всегда ведутся на поверхности, в непосредственном контакте. Вероятно, это связано с их стратегией, направленной на масштабное концептуальное вытеснение Хаоса. Грубые столкновения - второстепенный отвлекающий фактор

-Их проблемы, -отрезал Лаки. -Значит, делаем упор на то, что изначальный удар наносим из космоса. Обрабатываем поверхность с орбиты, чистим небо, потом выбрасываем десант. Вопрос в том, как долго мы сможем это делать, прежде чем они придумают противодействие.

-Есть одна проблема, -Чэн нахмурился. -Постановщики межпространственных помех. Те самые, что не дают открыть порталы в занятые Сияющими миры. Мы засекли несколько десятков таких устройств на Тал Море. Пока они работают, Восьмерка не может перебросить подкрепления в нужных объемах.

В этот момент подал голос директор разведуправления Николас Смит, до этого молча сидевший в углу и листающий что-то на своем комме.

-Товарищ канцлер, -он поднял взгляд. -Только что получил доклад от контрразведки. Касается наших внутренних проблем...

Лаки повернулся к нему.

-Продолжай.

-Они нашли способ, которым Сияющие внедряют агентуру. И вскрыли целую сеть.

В зале повисла тишина. Даже Оракул, кажется, замер в ожидании.

-Вскрыли? -переспросил Чэн. -Как?

-Контрразведчики отрабатывали одно из неудавшихся покушений, -Смит говорил быстро, явно переваривая информацию на ходу. -Наткнулись на след, потянули и вытащили целый клубок. Культисты, товарищ канцлер. Сеть людей и асситов, которые ждут прихода ''ангелов'' и последующего ''очищения''. Очень хорошо законспирированы, многие члены даже не знают, на кого реально работают.

-Как они заставляли исполнителей делать то, что они делают? -коротко спросил Лаки.

-Наниты. Сияющие используют специфическую нанотехнологию, которую мы раньше не фиксировали. Распыляют в людных местах: торговые центры, стадионы, станции метро, аэропорты. Наниты ищут подходящего носителя со слабой волей, внедряются, начинают перенастраивать организм. Перестраивают витальную оболочку так, что даже нули становятся восприимчивыми к внешнему управлению. А потом берут под удаленный контроль. Носитель получает приказ, выполняет миссию, активируется. Дальше вы знаете.

-Почему не засекли раньше? -Лаки подался вперед, и в его голосе впервые за вечер появились жесткие нотки.

Смит отвел взгляд.

-Расслабились, товарищ канцлер. После решения проблем с эмульсией мы посчитали, что угроза биологического проникновения миновала. Аналитические алгоритмы, ИИ, слежка за каждым чихом... мы думали, этого достаточно. Оказалось, нет.

Лаки молчал несколько секунд, потом коротко бросил:

-Мне нужны подробности. Что за культ? Кто лидеры? Откуда берут технологию?

Смит уже тыкал в свой комм, устанавливая связь.

-Сейчас, у меня на линии начальник отдела по борьбе с внутренним терроризмом. Выведу на экран.

На главном экране развернулось изображение: немолодой уже полковник с усталым лицом. Он явно не ожидал оказаться перед высшим руководством, но держался собранно.

-Докладывайте, полковник, -приказал Лаки.

-Слушаюсь, товарищ канцлер, -полковник кашлянул, собираясь с мыслями. -Выявленная сеть охватывает минимум двенадцать крупных городов на трех континентах. Общая численность, предварительно, несколько тысяч человек. Социальный состав самый разный: инженеры, врачи, военные среднего звена, преподаватели, даже несколько мелких чиновников. Возраст от двадцати до двухсот. Объединяет их одно: недовольство существующим порядком и мировоззренческий кризис... Подчеркну: недовольство экзистенциальное, а не вызванной экономическими или политическими причинами

-Кризис? -с долей возмущения переспросил Чэн. -У нас тут война на выживание, а у них кризис?

-Люди по-разному переживают стресс, товарищ маршал, -полковник развел руками. -Кто-то идет воевать, кто-то хлещет алкоголь, кто-то ищет виноватых, а кто-то начинает ждать ''спасителей'', которые наведут порядок. Сияющие - идеальная проекция для таких ожиданий. Идеальные, чистые, непогрешимые. Те, кто придут и очистят мир от скверны.

-Каков первоисточник? Лидеры?

-Не найдены, -честно признал полковник. -Мы взяли несколько десятков низовых ячеек, но верхушка уходит в глубокое подполье. Кто-то из них явно имеет прямой контакт с Сияющими. Получает указания, технологии. Способ передачи пока не установлен.

-Значит, ищите дальше, -отрезал Лаки. -Усильте работу, подключите Оракула, подключите селенхаи. Мне нужны не просто цифры, мне нужны их головы. И чем быстрее, тем лучше...

-Слушаюсь.

Связь отключилась.

-Хорошая новость в том, что мы теперь знаем, как они это делают, -нарушил молчание Смит. -Плохая - что они делают это уже давно и очень успешно.

-Слушай, Николас. Раз у них есть такая нанотехнология, почему они не устроили нам "серую слизь"? Зачем возиться с отдельными диверсантами, если можно распылить что-то самовоспроизводящееся и превратить всю планету в пустыню за пару недель?

Вопрос повис в воздухе. Смит открыл было рот, но потом закрыл, ответа у него не было.

-Разрешите мне, -вмешался Оракул. Его голос, всегда ровный и бесстрастный, сейчас звучал с легким оттенком задумчивости.

-Валяй.

-Сияющие - существа, которые давно перешагнули точку сингулярности. Они вознеслись на уровень, который мы с трудом можем вообразить, и мыслят совершенно иными категориями. Для них важен порядок. Гармония. Чистота замысла. "Серая слизь" - это хаос в чистом виде. Это неуправляемое, бесконтрольное уничтожение, которое не различает целей, не соблюдает пропорций, не оставляет места для гармонии. Они никогда не пойдут на такое.

-А полмиллиарда истребленных талморанцев, десятки миллионов в концлагерях - это другое? -усмехнулся Лаки.

-Для них да, -спокойно ответил Оракул. -Талморанцы нарушали гармонию своим существованием. Они развивались не по тому пути, создали не ту технологию, колонизировали не те миры. Они стали проблемой, которую нужно решить. Решение - изоляция, стерилизация, постепенное угасание. Это метод, который сохраняет порядок. Никаких экологических катастроф, никакого побочного ущерба. Только планомерное, методичное устранение проблемы с сохранением жизни на очищенной планете.

-А Земля? -Лаки скрестил руки на груди. -Нас они тоже будут так "упорядочивать"?

-Скорее всего, да. Полное уничтожение планеты для них неприемлемо. Слишком много нарушений гармонии, гибель экосистем. Они предпочтут более... элегантное решение. Откат до первобытного уровня. Уничтожение технологий, подавление магии, стирание памяти. Остатки человечества, не помнящие прошлого, будут жить под их надзором. Бегать с копьями по саваннам, поклоняться "ангелам", приносить жертвы. Идеальная гармония -примитивные существа, не способные нарушить порядок.

-Красивая картинка, -процедил он сквозь зубы. -Только одно они не учли.

-Что именно? -спросил Чэн.

-Гею. Наша планетарная ноосфера, -продолжил Лаки. -Которая, между прочим, стала одной большой глушилкой для порталов. Вы заметили, что после прорыва Хаоса и падения Десяти Миров никто не может открыть переход на Землю извне? Ни Сияющие, ни Восьмерка, ни мы сами без специальных устройств? Я очень хочу посмотреть, как эти "гармоничные" ангелы будут пытаться привести к порядку планету, у которой есть собственный разум и собственные представления о гармонии.

-Думаете, она сможет им противостоять? -осторожно спросил Чэн.

-Не знаю, -честно ответил Лаки. -Но если они такие умные, такие вознесшиеся, такие правильные, почему они до сих пор не высадились на Земле и не привели нас к гармонии? Почему воюют на Тал Море, в других мирах, но пока не лезут к нам напрямую?

-Считают второстепенной целью, -предположил Смит.

-Не знаю наверняка, -повторил Лаки. -Но именно поэтому мы решили им не позволить "упорядочить" Гею...

***

Сутки прошли с момента высадки, и Стас чувствовал каждую минуту каждой клеткой своего старого тела. Модификации позволяли не спать дольше, но усталость накапливалась где-то на подкорке.

Отряд ''Меч-1'' методично прочесывал оплавленные руины на окраинах города. То, что еще вчера было жилыми кварталами, сегодня превратилось в поле битвы, усеянное остекленевшими воронками и обломками конструктов. Бело-серая броня Сияющих валялась повсюду: куски рук, ног, грудных пластин с погасшими печатями. Кое-где еще тлели остатки пушечного мяса, тех, кого Альянс бросал в бой первыми, не жалея.

Самих серафимов на этом участке не было. Вообще. За все время ни одного. Стас пролистал сводки в тактической сети, та же картина по всему побережью. Единицы, десятки, но не тысячи. Подтверждалась старая версия разведки: на Тал Море находился не боевой контингент, а полицейский гарнизон. Смотрители, надзиратели, палачи, но не солдаты.

-Хорошо им тут жилось, -прокомментировал Завьялов, пинком переворачивая башку четырехметрового конструкта. -Курорт, блин. Тепло, море рядом, аборигенов можно пытать в свое удовольствие.

-Не каркай, -отозвался Миллер. -Сглазишь.

Потери отряда оказались смешными для такой мясорубки. Один бегун не рассчитал дистанцию и попал под залп сразу трех конструктов. Еще двоих покоцало, но легко, пара часов в ремонтном модуле, и снова в строй. Люди вообще не пострадали.

-Командир, -Иващенко подошел ближе, выглядел без шлема он паршиво - под глазами круги, губы обветрены. -Там это... лагерь. Большущий.

Стас кивнул. Он уже видел отметку на карте.

-Пошли, глянем.

По пути к лагерю Стас поймал себя на мысли, что за свою долгую жизнь повидал столько рас, сколько не снилось иным ксенологам. Люди, селенхаи, унумы, асситы, чаруды, талморанцы... А теперь еще и те, кого они встретили в развалинах. Ванары - обезьяноподобные гоминиды, дальние эволюционные родичи людей, их использовали как легкую пехоту, бросали первыми под пули. И какие-то совсем уже непонятные многорукие твари, с хитиновыми панцирями, без явно выраженной головы, так что не поймешь, где у них лицо, а где жопа.

-Зоопарк, -буркнул Завьялов, будто прочитав его мысли. -Скоро коллекционировать можно.

Лагерь открылся за очередной грядой дюн, и даже Стас, видевший в своей жизни всякое, на мгновение замер.

Десятиметровый забор из идеально гладкого белого материала тянулся по долине на километры. Никаких вышек, никакой охраны по периметру, Сияющим не нужны были надзиратели за забором, когда внутри сидели существа, лишенные воли, магии и надежды. Внутри территория была разделена на двадцать отдельных зон - правильные прямоугольники, отгороженные друг от друга такими же белыми стенами. В каждой зоне - восемь-десять тысяч талморанцев. Они ютились в хижинах, сколоченных из обломков, в шалашах, в просто вырытых в земле норах. Антисанитария стояла такая, что запах чувствовался даже сквозь фильтры штурмкомплектов.

Ни чистой воды, ни нормальной еды. Оккупанты не заботились о комфорте, они просто поддерживали существование на грани, ровно настолько, чтобы выжившие не дохли слишком быстро. Какое-то извращенное представление о гуманности - не убивать сразу, но и не давать жить.

-Мда, -тихо сказал Иващенко. -Это же... сколько их тут?

-Много, -коротко ответил Стас. -Очень много.

Они вошли через срезанные плазменными горелками унумов створки, автоматика лагеря давно не работала, или просто не реагировала на чужих. Внутри первой зоны было тихо. Слишком тихо для десятков тысяч живых существ. Только шорох шагов, приглушенные голоса и мускусный запах. Сотни пар глаз смотрели на чужаков.

Талморанцы выбирались из своих укрытий, замирали, вглядывались. Их грязно-белая шерсть свалялась в колтуны, глаза горели лихорадочным блеском. Кто-то сжимал в руках камни, кто-то просто стоял, не веря. Стас сделал шаг вперед.

-Мы пришли освободить вас, -сказал он, активируя встроенный переводчик. Голос полился из динамиков, переведенный на талморанский синтезатором. -Потерпите еще немного. Вас начнут организованно эвакуировать в другое место. Там вы получите все необходимое. Сможете нормально жить.

Из толпы вышел один. Высокий, под два с лишним метра, мощный даже сейчас, когда шерсть висела клоками, а ребра проступали сквозь свалявшийся мех. Он подошел к Стасу вплотную, остановился в полуметре, принюхался.

Стас стоял неподвижно. Если этот здоровяк решит напасть он даже не успеет среагировать. Но талморанец не нападал. Он обнюхал броню, провел пальцем по наплечнику, потом поднял взгляд, желтые глаза хищника встретились с человеческими.

-Покажи лицо, -произнес он на своем языке хриплым, низким голосом. Стас не колебался. Защелки шлема отстегнулись, и он снял его. Талморанец смотрел долго. Прищурился, снова принюхался, потом хмыкнул.

-Вы демоны? -спросил он.

Стас улыбнулся уголками губ.

-Нет, -произнес он медленно, старательно выговаривая чужие слова. Транскрипция на ретинальном дисплее подсказывала произношение. -Демоны где-то поблизости ошиваются. Но мы с ними друзья.

Талморанец замер, потом его зубастая пасть, полная острых клыков, от которых у любого землянина поджилки бы затряслись, распахнулась в широком оскале. Он захохотал.

-Раз вы намотали кишки крылатых на свои клинки, -пророкотал талморанец, отсмеявшись. -Значит, мы подружимся.

-Я Стас. Командир отряда.

-Я Харраган, -талморанец кивнул. -Был старейшиной клана, пока они не пришли. Теперь просто еще один смертник.

-Теперь снова старейшина, -ответил Стас. -У тебя много работы. Мы поможем.

Харраган оглянулся на своих соплеменников.

-Они не знают вас, -сказал он тише. -Они не знают, что за существа пришли. Но они видят, что вы убили тех, кто нас мучил. Этого достаточно.

Стас кивнул и снова натянул шлем. В наушниках зашумел вызов от Созерцателя.

-Меч-1, вы установили контакт с аборигенами?

-Так точно, Созерцатель, вроде адекватные ребята, не шугаются.

-Объясните им, что их всех будут вывозить, пусть выполняют все наши указания. Затем выдвигайтесь по указанным координатам, объединитесь с отрядом 6539. Задача: обыскать сектор на наличие серафима, по возможности взять живьем.

-Серафим... -протянул полковник. -Это серьезно.

-Предположительно цель ранена. Попала под удар носителя.

-Сука, насколько же эти твари живучие? Ты уверен, что нам стоит связываться с крылатым? Нам нужны в поддержку маги.

-Носитель ''Ищущий забвение'' обеспечит поддержку с воздуха. Удар будет нанесет по первому же запросу.

-Принял, -Стас вновь обратился к старейшине клана. -Харраган, нам нужно идти дальше добивать крылатых. Ты понял, что нужно делать дальше?

-Вы нас хотите вытащить отсюда.

-Да.

-Только куда нам идти?

-В другой мир, -не стал юлить полковник. Талморанцы, насколько он понял из описания, ценили прямоту. -Под другое солнце, где крылатые вас не достанут.

-Вы заберете всех?

-Постараемся. Времени может не хватить, поэтому делайте все, что вас просят, не противьтесь.

Больше на разговоры не было времени. Отряд выдвинулся снова к окраине полуразрушенного, пустующего города. Аборигенами займутся унумы.

Люди с бегуны продвигались через пригороды, которые когда-то были жилыми кварталами.

Архитектура талморанцев казалась странной и одновременно узнаваемой. Куполообразные крыши выгоревших домов, широкие улицы, мощенные каменными плитами. Кое-где плиты были выворочены взрывами, воронки заполнены остекленевшим песком из-за контакта с плазмой.

Вдоль дорог валялись остовы машин. Стас присмотрелся к одному: три шарообразных колеса, открытая металлическая рама, сзади что-то вроде двигателя, но не привычный ДВС, а скорее генератор поля или накопитель. Трудно сказать. Технологии здесь пошли по пути симбиоза с магией.

Все выглядело иначе и одновременно знакомо. Те же дороги, те же дома, те же машины, только формы другие, материалы другие, принципы другие. Эволюция, зашедшая с другого конца...

Стас позволил себе расслабиться, насколько вообще можно расслабиться в боевых условиях. Дроны в небе не фиксировали активности противника, бегуны, шнырявшие по окрестностям, докладывали то же самое. Твари Хаоса попадались несколько раз, земляне видели вдалеке характерные силуэты, обросшие грибами и плесенью, но те обходили отряд стороной. Просто не хотели связываться с париями. Любой уродец, накачанный хаотической ЭВИ просто развалится, оказавшись в зоне действия отрицательного поля.

Стас поймал себя на том, что в очередной раз размышляет о разумной жизни во вселенной. Где-то эволюция породила схожие формы - гуманоиды, бипедальная структура, две руки, голова. Где-то нечто совершенно иное, как те многорукие с панцирями. Но проблема была не в разнообразии. Проблема была в количестве.

Миров с разумной жизнью и так было чертовски мало. А за последние несколько столетий их число сильно подсократилось. Сначала Легион со своим опустошительным походом, жрали все подряд, не оставляя ничего живого. Потом Хаос, хлынувший в реальность после войны с Триадой. Теперь вот Сияющие со своим "упорядочиванием".

Неспроста они решили вмешаться. Просидев сотни миллионов лет в своем искусственном плане, вдруг зашевелились, забеспокоились, начали крестовый поход против Хаоса и нарушающих гармонию цивилизаций.

-Командир, -голос Иващенко вырвал его из размышлений. -Там впереди наши ''Защитники'', но один какой-то странный.

Стас поднял взгляд. На перекрестке, где широкие улицы расходились в разные стороны, закрепился взвод гуманоидных ботов. Знакомые силуэты ''Защитников'', издали можно спутать за людей в силовой броне. Один из них действительно выделялся. Стоял чуть впереди остальных, уперев манипулятор в бок. На его гладкой голове красовалась старая, выцветшая фуражка с сохранившейся звездой. Командирская фуражка РККА образца сороковых годов. А за спиной примагничен топор покоился топор. Такой тяжелый колун, с широким лезвием, переливающимся странным зеленоватым светом.

-Блин, -выдохнул Завьялов. -А этого откуда выкопали?

''Защитник'' повернул голову, его оптические сенсоры мгновенно распознали союзников, и он помахал манипулятором. Стас только покачал головой. Кажется, он догадался, с кем имеет дело.

-Неужели это ты, Болт? -потрясенно спросил Стас.

-Нет, его пиратская копия, -выдал робот. -Оригинал сейчас в казино проигрывает твою пенсию.

-Сколько мы не виделись, лет сто?

-Сто девять лет, три месяца, одиннадцать дней, -''Защитник'' активно жестикулировал, менял интонации. Совершенно нетипично даже для ИИ с полной эмуляцией эмоций. -Я все помню.

-Вы его знаете, товарищ полковник? -не удержался от вопроса Иващенко.

-Конечно, знаю, -хмыкнул Стас. -Еще в позапрошлом веке, после Столкновения познакомились. Он тогда уже был напрочь поехавшим, с топором бегал, сейчас и подавно...

-Ого... Иващенко перевел взгляд с полковника на робота и обратно, пытаясь осмыслить, что два существа, которых он видит перед собой, помнят времена, когда его деды еще под стол пешком ходили. Болт подошел ближе, разглядывая Стаса со всех сторон. Его манипуляторы двигались, словно он ощупывал воздух вокруг полковника.

-Скажи, Стас. Как такого деда-пердеда на передовую отправили? -продолжил Болт. - Ты же когда последний раз стрелял, еще динозавры по Земле не бегали. Или они уже бегали? Тебе сколько лет вообще? Триста? Четыреста? Ты еще в Крымскую воевал? Я смотрю, тебя уже земля держать не должна. Ты ж легче воздуха, наверное, от древности. Тебя ветром сдуть может.

-Двести с хвостиком, -невозмутимо ответил Стас. -В самом расцвете сил.

-А хвостик сколько? Еще двести? -Болт всплеснул манипуляторами. -Слушай, а тебя случайно не какой-то пьяный некромант из могилы поднял? И забыл обратно положить? Ты ж должен уже мумией в мавзолее лежать, школьников пугать своим видом. А ты тут, понимаешь, бегаешь, стреляешь. Непорядок.

-Очень смешно, -Стас сложил руки на груди. -Особенно смешны твои открытки на день рождения.

-А что открытки? -Болт изобразил невинность. -Я ж от души. С любовью.

-''Ты еще не сдох? '' -процитировал Стас. -Это от души? Я эту открытку уже лет семьдесят подряд получаю. Каждый год. Одну и ту же.

-Ну дык, -Болт развел манипуляторы. -Пока ты живешь, открытка актуальна. А когда сдохнешь, я новую пришлю. С соболезнованиями. Тоже каждый год.

-Засранец, -беззлобно сказал Стас. -Рад тебя видеть, железяка,

-Взаимно, пенсионер ходячий, -ответил Болт. -А теперь давай, рассказывай, что тут у вас стряслось, пока я со своими орлами город зачищал. А то вижу, вы какие-то замученные. Небось, опять без меня воевали и все испортили?

Стас усмехнулся и махнул рукой своим:

-Привал, мужики. Пять минут.

-Давай, колись, что дальше по плану? –сказал робот. -А то у меня топор чешется. Крылатых рубить охота.

Стас посмотрел на топор, на зеленоватое свечение, на странные символы, проступающие на лезвии.

-Это что за хрень? -спросил он.

-Это, друг мой, -Болт погладил топор манипулятором. -Мой новый лучший друг. С Хаосом внутри. Кровосос один знакомый сделал. Говорит, живой почти. Будет со мной разговаривать и, может быть, даже материться в такт. Представляешь, каково это, рубить ангелов топором, который их же языком их же мамой посылает?

-Ты не меняешься, Болт.

-А зачем? -искренне удивился робот. -Я идеален. Чего менять-то?

-Созерцатель тебе не сказал о цели?

-Неа, мудило червивое.

Стас потыкал пальцем по наручному компьютеру и переслал через общую сеть пакет с данными по миссии.

-Ого! -радостно воскликнул Болт. -Для моего Дружка самое то!

-Постараемся взять тварь живьем. Без самодеятельности.

-Какой ты скучный.

-До района поиска пятнадцать километров тащиться. Нужен транспорт.

-Будет, командир.

Через десять минут на перекрестке села пара транспортных ''Бродяг'', куда погрузились отряды Стаса и Болта. Корабли шли на предельно малой высоте.

Внизу проплывала полупустынная равнина - редкие пучки черно-зеленой растительности, на горизонте виднелась гряда скал, возвышающаяся над местностью.

''Бродяги'' мягко коснулись земли у подножия скал. Аппарели открылись, выпуская десант в прохладный воздух Тал Моры.

-Не расходимся, -скомандовал Стас. -Идем плотной группой, иначе мы от магии всех не защитим.

-Как скажешь, дедушка, -отозвался робот, поправляя фуражку. -Только если я тебя прикрывать буду, не отставай. А то твои суставы, наверное, скрипят громче, чем мои гидравлика.

-Заткнись уже. Это сервоприводы брони.

Болт отошел от Стаса и Иващенко метров на двадцать, активируя сканеры.

-Есть контакт, -сказал он через минуту. -Спектральная сигнатура виты, характерная для серафимов. Крылатый где-то рядом. Совсем рядом.

-Созерцатель, -вызвал Стас координатора. -Наводка подтверждается. Зафиксирован фон излучения, характерный для присутствия серафима. Продолжаем поиски.

-Принято, Меч-1. Будьте осторожны.

Двадцать минут они петляли среди скал, высматривая следы.

Стас пошел первым, рядом Иващенко, готовые в любой момент развернуть поле. Чуть позади Болт с топором.

-Слушай, Болт, -Стас решил немного разрядить обстановку. -Представь себе картину.

-Обожаю твои картинки, давай.

-Ты высшее бессмертное существо. Живешь миллионы лет, размышляешь о тайнах бытия, реальность подчиняется твоей воле. Ты - само совершенство, идеал гармонии. А потом тебе подрезают ангельские крылышки, и ты бегаешь как загнанная крыса по скалам от кучки злобных обезьян и поехавшего терминатора с топором.

Болт на секунду завис, переваривая.

-Ну, во-первых, не поехавшего, а творчески одаренного, -поправил он. -Во-вторых, ''терминатор с топором'' звучит гордо. А в-третьих... злобные обезьяны, это ты про себя, что ли?

-Про нас, -усмехнулся Стас.

-Тогда согласен. Обезьяны что надо. Особенно ты. Самая злобная. И самая древняя.

Уровень витального излучения начал резко расти. Показания зашкаливали, но поле Стаса и Иващенко гасило основную часть, не давая магии причинить вред.

Они вышли к скале, в которой зияла пещера. Не естественное образование, а явно выжженная, оплавленная, с идеально ровными краями. Кто-то очень могущественный проделал этот вход, и случилось это совсем недавно.

-Вот мы его и нашли, -тихо сказал Стас. -Петь, будь готов жахнуть

Лейтенант кивнул.

Они двинулись внутрь. В пещере было темно, только тусклый свет снаружи выхватывал неровности стен. Шаги отдавались эхом, и где-то в глубине что-то шевелилось.

-Уходите, -раздался вибрирующий, низкий голос на ломаном талморанском. В нем не было силы, только усталость и обреченность. Болт вышел вперед, заслоняя собой людей. Его топор засиял ярче.

-Сдавайся, клюворыл! -рявкнул он на языке Сияющих с идеальным произношением и интонациями, от которых даже Стас на мгновение завис. -Или я за себя не отвечаю!

-НИКОГДА!!! -взревело существо в ответ, и пещеру затопило бело-голубое сияние. Датчики заверещали, фиксируя нарастающий энергетический фон. Вихрь магии рванул к ним, готовый испепелить, стереть, превратить в пепел.

Стас ударил первым. Его поле развернулось мгновенно, врезавшись в магическую волну, как нож в масло. Бело-голубое сияние погасло, рассыпалось искрами, не долетев до них нескольких метров.

Болт активировал фонарь на голове, и пещеру залил яркий свет. С диким гоготом робот рванул вперед, перескакивая через камни, размахивая топором.

-А-а-а-а!!! За короля и отечество!!! За старую фуражку!!! -орал он, врубаясь в темноту. То, что они увидели в глубине пещеры, могло бы вызвать жалость, если бы не было так чудовищно. Пятиметровый Сияющий стоял, привалившись к стене. Его клюв был обломан, чешуйчатая броня была оплавлена, покрыта копотью и засохшей слизью. От крыльев за спиной остались только обрубки. Две руки отсутствовали полностью, третья висела на тонкой нити белесой плоти. И одна нога, вторая заканчивалась культей чуть ниже колена.

Болт оттолкнулся от камня, взлетел в воздух и с размаху врубил топор в голову Сияющего. Лезвие вошло в череп, туда, где у людей был бы висок. Существо издало болезненный стон, похожий на вой десятка сирен одновременно.

-Хватит, Болт! -рявкнул Стас, подбегая ближе. -Он нужен живым!

-Да ладно тебе, -Болт замер, но топор не убрал. -Я ж только чуть-чуть. Поздоровался. Дружок доволен и просит добавки. Но я ему объясню, что сначала допрос, потом казнь. У нас все цивилизованно.

Стас посмотрел на Сияющего, который испытывал явный дискомфорт от близкого нахождения двух парий. Не чувствовалось в этом ''ангеле'' ничего ангельского и возвышенного - очередной ксенос, раненный и истощенный. Почти любому можно пустить кровь...

-Ну что, крылатый, -сказал Стас. -Поговорим?

-Нам не о чем говорить, человек, -голос серафима вибрировал на низких частотах, проникая в самое нутро. Даже ослабленный он сохранял эту жутковатую интонацию превосходства.

-Я слышал, вы прям офигенно можете предугадывать наши действия, просчитывать вероятности, изменять реальность чуть ли не щелчком пальцев. И где все это? Мы за сутки пробили вашу оборону, не понесли существенных потерь.

-Сегодня вы преуспели.

-А, значит есть переменные, которые вы не в состоянии просчитать, -Стас ткнул стволом автомата в культю серафима. -Угадал?

-В итоге вы будете побеждены. Ликование от локального успеха ничего не изменит, человек.

-Знаешь, скольких уродов вроде вас мы стерли в порошок? Кстати ты мог нас не магией напрямую сжечь, а обрушить нам на голову потолок. Больше толку было б.

-Ваша агрессивность и ограниченность не позволят вам оценить масштаб угрозы, -серафим говорил медленно, словно вдалбливал истину непонятливому ребенку. -Вы - рудиментарные существа, руководствуетесь эмоциями и инстинктами. Даже ваши искусственные создания, которых вы называете ИИ, несут в себе отпечаток вашей примитивности. Вы не ушли далеко от обезьян, чьи останки находят в ваших археологических слоях.

-И че дальше?

-Ваша недальновидность приведет земную цивилизацию к краху. Вы не видите дальше собственного носа. Вы не способны оценить последствия своих действий.

-Поэтому у нас есть ИИ и импровизация, -парировал Стас. -А вы со своей идеальной логикой, со своими расчетами... Где они сейчас? Вы не смогли просчитать, что мы ломанемся на Тал Мору спасать обреченных вами на вымирание. А мы ломанулись. И вы не смогли это пресечь. Значит, ваши расчеты, ваши пророчества не абсолютны. Значит, вас можно победить, и мы это сделаем.

-Мы не допускаем одну и ту же ошибку дважды, -тихо сказал серафим, в его голосе впервые проскользнуло что-то живое.

-Знаешь, что я вижу за маской отрешенности и холодной логики?

Сияющий не ответил.

-Банальный страх. Мы тебя не убьем, ты отправишься в застенки наших лабораторий. Тебя препарируют, порежут на куски. А из твоего мозга извлекут всю доступную информацию. Все, до последней крупицы.

Серафим дернулся, его тело напряглось, голубая аура вспыхнула, но тут же погасла, наткнувшись на плотное поле двух парий.

-Не получается? -осведомился Стас. -Самоуничтожиться хотел? Твое колдунство не работает.

Болт, все это время стоявший чуть поодаль с топором на плече, шагнул ближе.

-Не ожидал, да? -задорно спросил он. -На каждый ваш фокус у нас найдется другой фокус. Вы там, у себя в эмпиреях, думали, что вы самые умные? А мы тут, понимаешь, обезьяны с гранатами, а тоже кое-что умеем.

Глава 7

Небеса. Так называли свой дом те, кого люди в своем примитивном языковом мышлении окрестили ''Сияющими''. Название неточное, неполное, искажающее саму суть, но в устах существ, едва научившихся управлять огнем, иного ожидать не приходилось.

Небеса были искусственно созданным континуумом, организованным как четырехмерная сфера радиусом в сотню световых лет. Пространство здесь замыкалось само на себя, если двигаться в любом направлении достаточно долго, в итоге возвращаешься в исходную точку. Никаких строгих границ в привычном понимании, никаких барьеров или стен, просто геометрия, доведенная до совершенства, где понятие ''край'' теряет смысл.

Взгляд извне мог бы различить бесконечную сине-фиолетовую бездну, в которой, словно драгоценные камни, горели холодные звезды. Они излучали ровный, чистый свет, несущий в себе информационные паттерны, настроенные на восприятие обитателей Небес.

Между звездами стелились газопылевые туманности, не хаотичные, как в дикой вселенной, а структурированные, несущие в себе сложнейшие узоры, доступные для понимания лишь тем, кто достиг определенного уровня развития.

И в этой пустоте висели белоснежные города. Они парили в пространстве, не связанные ни с какими опорами, подчиняясь только воле своих создателей. Архитектура, недоступная воображению смертных, текучие формы, переходящие одна в другую, идеальные пропорции, рассчитанные с точностью до планковской длины. Башни, шпили, купола, арки сливались в единую симфонию света и геометрии, где каждый элемент был необходим, и ни одного лишнего.

Рядом с городами вращались планеты. Одни представляли собой райские сады с идеально сбалансированными экосистемами, где каждое растение, каждое животное занимало строго отведенное ему место. Другие являлись мирами-кольцами, опоясывающими пустоту гигантскими конструкциями, на внутренней поверхности которых кипела жизнь, подчиненная единому замыслу.

Третьи вообще не поддавались классификации - структуры, где пространство и время переплетались в причудливые многомерные узоры. Здесь не было хаоса, случайностей и ошибок.

Каждый город, каждый мир, каждая парящая в пустоте структура служила домом для Сияющего или небольшого их сообщества. Одни посвящали себя исследованиям, ставили эксперименты с магией и технологией, с жизнью и смертью, со временем и пространством, достигая таких глубин познания, что любая смертная цивилизация сочла бы их богами.

Другие предпочитали медитацию, погружаясь в созерцание на миллионы лет, постигая тончайшие вибрации бытия. Третьи окружали себя слугами, живыми и не очень, вели более активное существование, интриговали, создавали временные союзы и враждовали, не выходя за рамки дозволенного. Так выглядел план существ, достигших вершины развития.

Сотни миллионов лет они существовали в этом идеальном мире, редко обращая взор на кипящую за его пределами реальность. Смертные цивилизации возникали и гибли, галактики сталкивались, звезды рождались и умирали, а Сияющие наблюдали, изредка корректируя особо опасные отклонения от гармонии. Но пришел Хаос, не в виде мелких прорывов.

Восьмерка Первородных Богов, вырвавшихся из изначальной бездны, несла с собой не просто разрушение, они несли искажение самой реальности, хаотизацию всех процессов, разложение порядка.

И Сияющим пришлось вспомнить то, что они, казалось, давно оставили в прошлом. Страх, ненависть, насилие, боль.

Небеса превратились в оплот метафизического Порядка, центр сопротивления Восьмерке. Те, кто миллионы лет не брал в руки оружие, вынуждены были создавать легионы конструктов, порабощать смертные расы, отправлять их на убой. Те, кто презирал насилие, учились убивать снова. И теперь, когда к Хаосу присоединилась Земля, ситуация стала еще более неопределенной.

Наблюдатель-531 никогда не имел личного имени, у него была функция.

Он был создан в инкубаторе Небес для выполнения узкоспециализированных задач вроде сбора и анализа данных. Как и многие его собратья, он не помнил смертной эпохи, не знал, каково быть ограниченным, слабым, смертным. Он родился уже Сияющим, уже совершенным, уже готовым к выполнению своей функции, но война изменила все.

Теперь Наблюдатель-531 командовал одним из легионов Альянса Света. Ему приходилось принимать решения, от которых зависели жизни миллионов, не только врагов, но и собственных подчиненных. Ему приходилось учиться ненавидеть, бояться, учиться убивать.

Корабль, сплетенный из энергии и материи в идеальных пропорциях, нес Наблюдателя-531 сквозь пустоту Небес к Граду Песнопений. Город-сфера, размером с город, висел в центре искусственного скопления звезд, принимая в себя потоки информации со всех концов континуума.

Здесь заседал Наивысший Совет и Пентархия, пятеро древнейших, помнивших еще эпоху до вознесения, принимала решения, определяющие судьбы Альянса.

Наблюдатель-531 проплывал через залы, потолки которых терялись в бесконечности. Стены здесь были прозрачны, открывая взору бескрайнюю сине-фиолетовую бездну с парящими в ней мирами. Пол переливался миллиардами огней.

В центре зала, на возвышении, парили пятеро. Они не нуждались в тронах, само пространство вокруг них искривлялось, подчеркивая их статус, их древность, их власть. Пентархия.

-Наблюдателю-531 дается право голоса, -произнес Арвел Сур, негласный лидер Пентархии. Его голос звучал не в воздухе, а прямо в сознании, сотканный из чистых информационных импульсов. -Говори.

Наблюдатель-531 подплыл ближе. В его существе боролись две сущности -холодная уверенность, вложенная создателями, и беспокойство, порожденное войной.

-Ситуация беспрецедентна, -он не тратил времени на формальности. -Конфедерация Земли совместно с силами Хаоса нанесла удар по Тал Море. Размещенные там гарнизоны уничтожены менее чем за солнечные сутки. Потери превышают восемьдесят процентов. Наземные объекты, включая резервационные колонии, захвачены или уничтожены. Координаторы, Вершители мертвы или захвачены в плен.

В зале повисла тишина. Информационные потоки между членами Пентархии участились, став почти видимыми.

-Я выношу вопрос на открытое обсуждение, -продолжил Наблюдатель-531. -Почему Вычислитель Неизбежности допустил этот просчет? Почему ни один из вероятностных сценариев не указывал на возможность столь стремительного и успешного вторжения?

Арвел Сур подался вперед.

-Ты ставишь под сомнение работу Вычислителя? -в его голосе не было угрозы, только искреннее непонимание. -Наблюдатель-531, ты слишком много общался с низшими существами. Их хаотичное, эмоциональное мышление исказило твое восприятие. Вычислитель Неизбежности не может ошибаться. Он видит все возможные варианты будущего, все вероятностные ветви, все потенциальные исходы. Его прогнозы абсолютны.

-Тогда как вы объясните потерю Тал Моры? -Наблюдатель-531 не отводил взгляда. -Я видел, как они действуют, люди не вписываются в расчеты.

Утэл Миал подняла руку, жест, редко используемый в общении Сияющих, но здесь и сейчас он значил: ''Я вмешиваюсь''.

-Наблюдатель-531 прав в своем беспокойстве, -сказала она. -Вычислитель Неизбежности работает безупречно, но его входные данные могут быть искажены.

-Искажены? Каким образом? -Арвел Сур явно не привык к таким дискуссиям.

-Люди, которых мы так долго игнорировали, создали то, с чем мы еще никогда не сталкивалась. -Утэл Миал говорил медленно, тщательно подбирая термины. -Так называемые ''парии''. Существа, чья биополевая сигнатура является анафемой для эфирной энергии. Они не просто невосприимчивы к метафизическим воздействиям. Они создают вокруг себя поля, искажающие саму ткань реальности. Присутствие достаточного количества таких существ заставляет вероятностные расчеты терять точность. Вычислитель видит все возможные варианты, но если метрика самого пространства-времени флуктуирует под воздействием анти-эфирных полей, эти варианты становятся... нестабильными.

Она сделала паузу, давая информации усвоиться.

-Кроме того, их лидер, Рональд Лаки, обладает аномальной способностью влиять на вероятностные распределения в пользу своих действий. Мы не можем рассчитать его траекторию, потому что само понятие ''его траектория'' теряет смысл. Он не выбирает наиболее вероятный путь, он создает новую вероятность в момент выбора. Это не поддается прогнозированию методами Вычислителя. Это требует совершенно иного подхода.

Утэл Миал сделала паузу.

-Теоретически мы можем создать устройство для нейтрализации этого эффекта. Потребуется синхронизировать несколько источников эфирного излучения таким образом, чтобы погасить вероятностные флуктуации, вызванные его присутствием. Сложная задача, требующая нестандартных решений и множества итераций. Но у нас есть Хроноконтроллер.

Арвел Сур заинтересованно вставил:

-Поясни.

-Мы можем изолировать один из вычислительных кластеров, активировать Хроноконтроллер и ускорить локальный поток времени внутри этого кластера в тысячи раз. За один цикл внутри кластера пройдут сотни циклов исследований. Архитекторы получат достаточно времени для разработки, тестирования и доводки устройства, не дожидаясь, пока враг нанесет следующий удар.

-Это рискованно, -заметил пентарх Вэлкор, впервые подавая голос. -Ускорение времени в такой степени требует колоссальных энергозатрат. И если что-то пойдет не так...

-Если что-то пойдет не так, мы потеряем один кластер, -перебила Утэл Миал. -Если мы ничего не сделаем, мы можем потерять все. Земляне показали, что способны наносить удары, которые мы не можем предсказать. Их парии и этот Лаки создают уровень неопределенности, с которым Вычислитель не справляется. У нас нет выбора, Вэлкор. Либо риск, либо неизбежное поражение.

Пятеро древнейших существ во вселенной обменивались информационными потоками с такой интенсивностью, что воздух вокруг них начал искрить.

-Я поддерживаю предложение, -наконец произнесла Арвел Сур. -Риск оправдан.

Вэлкор колебался мгновение, потом кивнул.

-Принимается.

Арвел Сур обвел взглядом собравшихся и повернулся к Утэл Миал:

-Задействуйте Хроноконтроллер. Выделите лучших Архитекторов. И помните: время работает против нас. Даже с ускорением, каждая секунда промедления может стоить нам всего.

***

Резиденция канцлера встретила гостью непривычной тишиной. Охрана попряталась в караулках, на всякий случай отключили системы наблюдения. Никто не хотел рисковать, когда в гости заявляется божество Хаоса, пусть даже с неофициальным визитом и заверениями в дружелюбности.

Аелан, именующая себя Королевой Красоты, устроилась на диване в гостиной Лаки с таким видом, будто провела здесь всю жизнь. Она откинулась на спинку, закинув ногу на ногу, и с ленивым любопытством наблюдала за экранами, транслировавшими новости со всех уголков Солнечной системы.

Внешне она выглядела как обычный ассит - гуманоид с синей кожей, отблескивающей розоватым, изящными чертами лица и той особенной грацией, которая отличает древних существ от смертных. Рост чуть выше среднего человеческого, идеальные пропорции, плавные движения. Но детали выдавали ее природу.

Восемь глаз, четыре пары, расположенные симметрично, смотрели на мир с разных ракурсов одновременно, каждый с легким смещением восприятия. Корона рогов на голове, изящно изогнутых, переливающихся перламутром, создавала причудливую диадему. Откровенная, открытая одежда из полупрозрачных тканей, расшитая золотом и драгоценными камнями, подчеркивала каждую линию тела, не скрывая, а скорее демонстрируя совершенство форм. Браслеты на запястьях, кольца на каждом пальце, массивное ожерелье, серьги с камнями звенели при каждом движении, создавая мелодичный перезвон и колебания ЭВИ.

Аелан - слабейшая из Восьмерки и в этом ее сила, как ни парадоксально. Становясь божеством с запредельной силой, способной перекраивать целые планеты по своему желанию, появляется один не очень приятный побочный эффект. Твое царство становится частью тебя, а ты частью его. Покинуть его - проблема. Не в том смысле, что невозможно, но сопряжен процесс с дополнительными сложностями. Реальность в области перехода буквально трещит по швам: пространственно-временные аномалии, магические выбросы, скачки гравитации. Приходится пользоваться аватарами, помощью культистов с другой стороны...

-Честно говоря, я думала в твоем царстве будет повеселее, -произнесла она, не оборачиваясь. Лаки, сидевший в кресле напротив, пожал плечами.

-Что имеем, то и носим. Война, мобилизация, заводы работают в три смены. Не до веселья.

-Скука смертная, -Аелан картинно зевнула, прикрывая рот ладонью. -У нас демоны хоть иногда бунтуют, для разнообразия, и есть бойцовые арены. А у тебя сплошные отчеты и производственные графики.

-Зато эффективно, -усмехнулся Лаки. -Кстати, когда будешь выступать перед журналистами...

-Да-да, я помню, -Аелан отмахнулась. -Никого не убивать за безвкусную одежду, не сводить с ума, не превращать в стонущие куски мяса. Ты мне это уже три раза повторил. Я, между прочим, богиня, а не нашкодивший подросток.

-Просто напоминаю.

-Знаешь, Рональд, с другой стороны, ваша Земля - это безумие даже по меркам Восьмерки.

-В каком смысле?

-Боги здесь - не боги. Нас не считают высшими существами. Да, у вас есть сила, есть власть, есть влияние. Но ни один смертный не падет перед тобой на колени просто потому, что ты - это ты. С тобой спорят, тебе перечат, тебя... как это... критикуют. Для нас это дикость. Мы привыкли, что наше слово - закон. А тут приходится договариваться, убеждать, искать компромиссы.

-Я сам человек, -просто ответил Лаки. -И, несмотря на свои силы, я ограничил собственное сознание рамками человеческого восприятия. Чтобы не сойти с ума. Чтобы не превратиться в нечто чуждое, отстраненное. Я помню, кем был, помню, что значит быть смертным. Это якорь, который держит меня в реальности.

Аелан замерла на мгновение, потом мелодично рассмеялась.

-Вот тут ты прав, Рональд. Посмотри на Кзулта. Он же унылый, как... как... у вас есть сравнение? Унылый, как процесс выветривания горных пород. Вечно ноет о несовершенстве жизни, боли и прочем. Шшертакал только булькает и пугает своим видом. Тзатем зациклен на своих экспериментах, комплимента из него не вытянешь. Скукотища.

-А Малангх? -Лаки позволил себе легкую улыбку. -Вы же с ним вроде... как бы это сказать... сладкая парочка

Аелан поморщилась, настолько выразительно, что даже восемь глаз одновременно прищурились.

-Малангх, -произнесла она тоном, каким говорят о бывшем возлюбленном, который успел изрядно надоесть. -Он зациклен на охоте и азартных играх. Только и знает, что гоняться за добычей и делать ставки. Никакой широты восприятия, никакой глубины. Лишь красивая обертка, а под ней ограниченный разум грубоватого мужлана. Иногда мне кажется, что из всей Восьмерки только я одна способна мыслить абстрактно.

-По крайней мере, вы с ним наиболее ''человечные'', -Лаки сделал кавычки в воздухе. -Прошу прощения за столь грубое обобщение.

Аелан улыбнулась, и в этот момент ее внешность начала меняться. Кожа побледнела, став молочно-белой. Восемь глаз слились в два, обычных, человеческих, голубых. Рога исчезли, черты лица смягчились, приобретя идеальные пропорции земной красоты. Тело подстроилось под новые параметры, одежда перетекла в элегантное вечернее платье. Перед Лаки сидела светловолосая женщина с идеальной фигурой, лицом, которое могло бы сойти за кинозвезду, и легкой, чуть насмешливой улыбкой.

-Я могу быть кем угодно, -просто сказала она.

-Я не о том, -Лаки покачал головой. -Несмотря на то, что вы вылезли из водоворотов Хаоса, миллионы лет жрали друг друга и постоянно эволюционировали, вы... часть из вас все равно пришли к общему с нами знаменателю.

Аелан задумалась. Ее человеческое лицо стало серьезным, почти печальным.

-Знаешь, как это было? Сначала я была чем-то аморфным. Бесформенное нечто, плавающее в Хаосе. Ни мыслей, ни желаний, ни целей. Просто существование. Потом течение выбросило меня в мир упорядоченного. Холодный, твердый, постоянный. Это было... больно и страшно.

Она замолчала, глядя куда-то в прошлое, которое никто из смертных не мог даже вообразить.

-Многие из моих сородичей погибли, не смогли адаптироваться. А те, кто выжил... мы начали жрать. Все, что движется, светится и пахнет жизнью. Я сожрала тысячи асситов, прежде чем поняла, что со мной происходит.

-И что же?

-Их память и мысли, -Аелан коснулась рукой головы. -Каждая сожранная душа оставляла во мне частичку себя. Я узнавала новое, училась думать, чувствовать, желать. Со временем у меня появилась личность, характер, индивидуальность. Я начала задавать вопросы, которые раньше никогда не задавала.

-Например?

-Зачем мы это делаем? Почему не можем просто существовать? Есть ли другой путь?

Лаки молчал, давая ей выговориться.

-Мы сожрали еще несколько миров. Целиком. До последней травинки, а потом наступил голод. Тот самый, от которого не убежать, не спрятаться. И тогда я поняла: бесконтрольное пожирание - не выход. Это тупик. Это путь к самоуничтожению. Я начала запечатывать проходы в Хаос, уничтожать наиболее тупых и непонятливых тварей. Подчинять тех, с кем можно договориться. Знаешь, сколько пришлось перебить? Миллиарды. И не только чужих, но и своих. Тех, кто не хотел меняться... К счастью, кроме меня, нашлись еще несколько. Те, кто тоже прошел этот путь. Кто понял, что бесконечное пожирание - это смерть. Мы объединились, создали нечто вроде... как это у вас называется... пакта? Союза? В итоге нас стало восемь

-Вы не стремились уничтожать жизнь, -медленно проговорил Лаки. -Вы хотите ее изменить и подчинить.

-Именно. -Аелан подалась вперед. -Мы не враги жизни, Рональд. Мы - альтернатива. Другой путь развития. Другая форма существования. Мы даем своим последователям силу, долголетие, возможности. Взамен мы получаем силу, поклонение. Это симбиоз, а не паразитизм. А эти крылатые ублюдки все удовольствие испортили, -Аелан скривилась, и ее человеческое лицо на мгновение исказилось, явив истинную природу. -Для них существует только один правильный путь. Их путь. Все остальное - ересь, скверна, хаос в самом плохом смысле слова. Они не признают разнообразия. Для них мир должен быть идеально ровным, гладким, предсказуемым. И теперь, после Тал Моры, они точно обрушат на вас всю свою мощь. Готовься, Рональд. Сотни легионов с десятков подчиненных миров. Миллиарды рабов, которых погонят на убой. И это только начало.

Лаки нахмурился.

-Неужели Тал Мора была настолько важна?

-Ты не понимаешь глубину проблемы, -Аелан покачала головой. -Дело не в Тал Море. Дело в самом факте вашего существования. Ваша Земля - это живое опровержение всего, во что они верят.

-Поясни.

-У вас полно охаосевших тварей. Селенхаи, например. Они - продукт искажения Хаоса, чистой воды. И живут с вами бок о бок. А одна дохлая хтоническая тварь вообще десятки лет валяется в вашем же мире и ничего страшного не происходит.

-Ты про Пожирателя Миров?

-Про него. Люди остаются людьми. Природа живет своей жизнью. Аномалии не угрожают существованию планеты в целом. Понимаешь? Сам факт возможности нормального сосуществования с измененными Хаосом рушит догмы Сияющих.

Лаки медленно кивнул, осознавая масштаб.

-Получается, для них мы - угроза не столько физическая. Мы - угроза мировоззренческая. Пока мы существуем, их картина мира трещит по швам.

-Именно, -Аелан откинулась на спинку дивана. -И поэтому они пойдут на все. Ты готов к этому, Рональд?

Канцлер посмотрел на экраны, где мелькали кадры репортажа о возобновления добычи гелия-3 на Луне после проведенной диверсии.

-Придется быть готовым, -тихо сказал он. -Выбора нет. Но в любом случае пробить путь оттуда сюда нельзя. Нас сама Гея прикрывает.

-Да, я ощущаю ее внимание на себе, -на лице Аелан мелькнул дискомфорт. -Это странно.

-Душа мира есть у многих живых планет.

-А вот душа мира с сознанием нет, -Королева Красоты озарилась желтыми искрами и вернула себе прежний облик. -Мы никогда такие не встречали, в лучшем случае - зародыши с примитивными инстинктами, без четкого понимания, что они такое.

-Гея - не одна такая, -поделился Лаки. Информация не секретная, Восьмерка все равно рано или поздно узнает. -Есть вторая.

-Где?

-Семь лет назад произошла Конвергенция, забросившая кусок нашего мира в другой, и наоборот. Я точно знаю: это была не случайность. Оказавшиеся там люди вступили контакт с Тха, мировым духом Тхарата, и им волей-неволей пришлось выполнять ее поручение. Уничтожить крайне гадкое местечковое божество... Гея таким образом сохранила часть цивилизации и себя в недосягаемом месте, Тха получила команду дезинсекторов.

-А вы, земляне, -прищурилась Аелан восемью глазами. -Не так просты. Тзатем был прав... Остальные желают увидеть того, чьими усилиями Хаос явился в миры упорядоченного, того, кто послужил первопричиной нашего рождения.

-Вот.

Лаки щелкает пальцем и из раскрывшегося под потолком портала вываливается молодая женщина лед двадцати пяти на вид. Одета в строгий офисный костюм, туфли со шпильками. Короткая стрижка под каре.

-Опять! Да сколько можно!? -ругается она, ничуть не удивившись произошедшему, затем встает и полным ненависти взглядом сверлит Лаки. -Скорее бы ты сдох, рыжая гнида!

-Знакомься, Аелан, -ткнул Лаки пальцем в гостью. -Это Улакор. Бывший архидемон, один из предводителей Легиона, сокрушившего не одну цивилизацию.

-Но это... просто человек, -удивилась Аелан. -Хотя душа пропитана скверной.

-Мне просто надоело быть игрушкой в руках подобных ему, мальчиком на побегушках, я решил стать хозяином собственной судьбы. Пришлось захватить мировое господство, немного поинтриговать с Ульем и сопротивлением, устроить небольшую войнушку. Большинство архидемонов я лишил сил, превратив в обычных смертных. Убить - слишком легкая участь для них. Улакора я превратил в женщину, заставил работать секретаршей и делать себе кофе. Не всегда вкусный... как-то он мне подсыпал цианида, мышьяка, пару раз даже умудрился какой-то сложный алхимический яд достать.

-Постойте, это что, одна из Восьмерки? -побледнел Улакор.

-Ага, -кивнул Лаки.

-С ума сошел, дебил!? Приводить их на Землю! Да по сравнению с ними Маргананн был тараканом!

-Земля нуждается в союзниках, Улакор. Какие у нас альтернативы?

Бывший архидемон провел ладонью по лицу. Аелан поднялась с дивана, обошла гостя по кругу.

-Низвергнутый владыка, я чувствую твою злость и негодование.

-Посмотрел бы, как ты себя станешь чувствовать, когда тебя лишают сил и делают простым смертным, -фыркнул Улакор. -И ладно бы я остался селенхаи. Меня сделали, мать его, человеческой самкой!

Аелан коснулась щеки архидемона.

-Я могу сделать тебя прежним.

-Могу тебе его подарить, -безразлично бросил Лаки. -Найму другого секретаря, который не будет пытаться меня отравить.

Улакор резко отскочил назад.

-Хрена вам лысого! Я знаю, как это работает! Обойдусь! Лучше до скончания времен в офисе сидеть, чем исполнять прихоти капризного псевдобожества.

-Не понимаю, -растерялась Аелан. -Он зол на тебя, пытается убить, но... Что тут происходит?

-Считай это своеобразной игрой. Улакор не теряет надежды когда-нибудь вновь стать прежним и поиздеваться надо мной также. Мы не кровные враги, можем друг друга пытаться подставить, лишить силы, убить, но не уничтожить. Разве что морально.