Цена победы

Глава 1

Будильник зазвонил как всегда не вовремя. Джулия, хлопнув рукой по выключателю, села на кровати и потянулась. Она попыталась вспомнить, что же ей снилось, но так и не смогла. Что-то снилось, определенно снилось. Что-то сладкое и приятное. Но сон растаял, как первый снег, от которого остаются лишь маленькие лужицы. Вроде бы он и был, а вроде бы и нет. Она встала с кровати, подошла к окну и отдернула тяжелые темно-зеленые шторы. Лучи солнца весело впорхнули в спальню, пробежали по смятой со сна кровати, отразились в полированной двери шкафа и разбежались по всем уголкам небольшой спальни. Джулия улыбнулась этим лучикам. В последнее время она взяла за привычку начинать новый день с улыбки. Ей думалось, что если день она будет встречать улыбкой, то и он, в ответ, будет улыбаться ей. Не всегда так получалось, но Джулия старалась следовать своему правилу. И, как не странно, это иногда помогало. Осторожно, на цыпочках, чтобы заранее не разбудить Криса, Джулия прошмыгнула мимо дверей в спальню сына на кухню, достала из холодильника, купленный вчера яблочный пирог. Поставила на стол, развернула упаковку. Пирог выглядел красивым и аппетитным. Даже слюна набежала. Джулия взяла с полки тоже вчера купленную свечу, установила ее в центр пирога, проделав в нем дырку, и зажгла. Осторожно, неся на вытянутых руках пирог и волнуясь, чтобы не затушить свечу, она прошла в спальню сына. Крис сладко спал, уткнувшись носиком в подушку. На губах его играла чуть заметная улыбка. Сердце Джулии нежно сжалось от взгляда на сына. Вот он, самый любимый, самый дорогой в мире человечек. Никто ей не нужен, только бы Крис всегда был рядом. А остальное она вытерпит, остальное перенесет. Поставила пирог на тумбочку, сама села на край кровати и, дотронувшись губами до нежной щечки, тихо прошептала: - С днем рождения, сыночек! Крис мгновенно открыл глаза. - Мама, - прошептал он сквозь сон, а потом быстро сел. - С днем рождения, Крис! – повторила Джулия. Крис улыбнулся, и на щеках его образовались ямочки, которые Джулия раньше так любила целовать. Сейчас Крис, считавший себя взрослым, не позволял этого часто делать. - Спасибо, мама, - ответил он. Джулия заметила, как его глаза быстро окинули комнату. Конечно, он искал подарки. Но их пока не было. Не успела она купить подарок для собственного сына. - А подарки будут вечером, - как можно веселее сказала Джулия. – И праздник у нас будет вечером. - Самый настоящий? – глазки Криса заблестели. - Самый настоящий, - кивнула Джулия. – Как же без него? Ведь сегодня такой замечательный день. Моему маленькому сыночку исполнилось девять лет. Джулия обхватила тоненькую шейку мальчика руками, притянула к себе и стала его целовать. Крис начал отбиваться. - Мама, перестань, - твердил он. – Я уже большой. - Конечно, большой, - согласилась Джулия. – И очень умный, хороший, добрый и самый-самый любимый. - И я тебя, мамочка, очень люблю. – Крис не выдержал и прижался к груди матери. Через некоторое время он, скосив глаза на пирог, спросил: - А можно я на завтрак съем маленький кусочек пирога? - Конечно. - Я совсем маленький съем, а остальное мы будем кушать за праздничным обедом. Джулия украдкой взглянула на часы, висящие над кроваткой Криса между его рисунками. - Мне пора, малыш. Надо собираться на работу. И ты вставай. - Сейчас встану. – Крис опустил голову на подушку. – Только свой сон додумаю. Хорошо? - Хорошо. Джулия еще раз поцеловала Криса в щеку и поднялась с кровати. Уже стоя у дверей, она сказала: - Я сегодня постараюсь прийти с работы пораньше, чтобы у нас с тобой было много-много времени для праздника. - Правда? Вот здорово! – Крис от радости подпрыгнул на кровати, пружины пронзительно скрипнули. А Джулия тяжело вздохнула. Из-за работы она так мало времени уделяет сыну. Рано уходит, поздно приходит. Им и поговорить толком некогда. А ее мальчик растет, ему требуется внимание. Конечно, тот возраст, когда наружу выплывают подростковые проблемы, еще не наступил. Но при таком темпе жизни, как у нее, и не заметишь, как наступит. И тогда разговаривать, учить доброму – хорошему уже будет поздно. То, что упустишь сейчас, наверстать будет сложно.

Джулия повернула кран. Душ противно закрякал, но не выдал ни капельки воды. Удивленно, словно впервые его видела, Джулия посмотрела на душ, постучала по нему ладонью, погладила. Душ над ней не сжалился, и давать воду отказался. Ну вот, очень удачное начало дня. Противный мистер Мартин предупреждал, что отключит воду. Но почему это надо было сделать именно сегодня? Хотя, какая разница: сегодня или завтра или даже послезавтра. За квартиру нужно было внести плату еще неделю назад. Так что домовладелец терпел и так достаточно долго. Предупреждал, ругался, но терпел. А сегодня, видать, не выдержал и приказал отключить в ее квартире горячую воду. Ему наплевать, что Джулия должна принять душ. Ему нет никакого дела до того, что ей на работе платят так мало, что кроссовки у Криса прохудились и пришлось отложенные на квартиру деньги потратить на новые. Ему на все наплевать. Каждый месяц третьего числа каждый наниматель квартиры обязан внести определенную сумму. И тогда ему будет и уважение, и почет, и горячая вода в кране. Джулия, сжав зубы, кое-как ополоснулась холодной водой. Будем считать, что я решила заняться закаливанием, усмехнулась она про себя. Говорят, что это полезно для здоровья. Быстро оделась, накрасилась и заглянула в комнату Криса. Он так и не соизволил подняться. Натянув на голову одеяло, снова заснул. - Крис, вставай, - крикнула Джулия от двери, проверяя все ли сложила в сумочку. – Уже пора, опоздаешь в школу. - Ага, сейчас, - раздалось из-под одеяла. - Не сейчас, а немедленно, - строго сказала Джулия. Оставить в таком состоянии сына нельзя. Он точно проспит, не поднимется. Крис сел, недовольно потирая глаза. - Даже в день рождения не даешь мне поспать, - ворчливо проговорил он. – А, может, мне в школу сегодня не ходить? Все-таки у меня праздник. - Даже не думай, - остановила готовые разлететься пестрыми бабочками праздника мечты сына. – Быстро в ванную! Кстати, горячей воды нет, так что умываться придется холодной. Это тебя быстренько взбодрит. Убедившись, что Крис поднялся с кровати, Джулия, бросив на прощание: «Не забудь ключи и телефон!», рванула к входной двери. Что за жизнь! Она даже не может нормально собрать сына в школу, проводить его до двери, поцеловать на прощание и помахать ему рукой из окна. Вся жизнь на бегу. Выскочив на площадку, она недовольно взглянула на соседскую дверь и поморщилась. Тот, кто за ней обитал, никогда не спешил. Он, наверное, вообще никуда не выходил. За полтора года, что они жили в этой квартире с Крисом, своего соседа по лестничной площадке Джулия видела от силы несколько раз. Неприятный угрюмый тип с потухшим взглядом. Он не выходил даже в магазин, посыльные каждый день приносили ему еду в пакетах с фирменной надписью и оставляли у дверей. Чем он занимался, спрятавшись от мира за входной дверью, Джулия даже не представляла. Да, сказать по правде, ее это нисколько и не занимало. Нравится ему так жить, пусть живет. У Джулии своих проблем по горло, чтобы интересоваться чужими. Главное, он ее не беспокоил ни шумом, ни нравоучениями, а остальное ее не касалось. Быстро простучав каблучками по лестнице, еще не хватало тратить время на ожидание лифта, Джулия чуть ли не бегом преодолела холл и уже взялась за ручку входной двери, как ее остановил оклик консьержки, выглянувшей из своего закутка. - Мисс Дуглас! - И откуда у такой сухонькой старушки такой громовой голос? Ее выкрик эхом прокатился по гулкому холлу, троекратно отразившись от стен. Джулия остановилась, не успев выскочить на улицу. От такого крика кто угодно остановится. Консьержка, маленькая, шустрая старушка, выбралась из своей комнаты. - Мисс Дуглас, вам письмо. Консьержка протянула ей конверт. - Мне? – удивилась Джулия. Писем она не ожидала. Возможно, это какая-то рекламная дребедень. Но такие письма консьержка обычно разносила по этажам, оставляя около двери. А тут собиралась вручить лично. Джулия приняла у нее голубой конверт, на лицевой стороне которого были напечатаны ее имя и фамилия. Хотела засунуть в сумочку, чтобы ознакомиться с содержимым в более подходящий момент. Но что-то насторожило ее во взгляде консьержки, по спине пробежал неприятный холодок, предвещавший какую-то неприятность. Джулия вскрыла конверт, небрежно разорвав по боковой стороне, и вытащила сложенный втрое лист писчей бумаги. «Уважаемая Джулия Дуглас! Сообщаю, что в случае непогашения долга в ближайшие три дня, вы обязаны будете освободить квартиру в течение недели». Внизу витиеватая подпись мистера Мартина. Джулия замерла, не до конца сознавая, что написано в письме. Потом перечитала еще раз, и рука с зажатым белым листком безвольно опустилась вдоль тела. - Как же так? – испуганно проговорила Джулия, заглядывая в глаза консьержки, словно пытаясь найти в них поддержку. – Как же так? Мистер Мартин грозится меня выселить. Консьержка лишь вздохнула. - Но у меня же ребенок, - бормотала Джулия. – Куда я с ним пойду? На лице консьержки ни капли жалости, холодные глаза просто буравили Джулию. - Мистер Мартин и так слишком лоялен к вам, - зло выдавила из себя консьержка. – Я бы на его месте столько с вами не возилась. Вы же постоянный должник. За все нужно платить. Джулия вспомнила, что эта противная старуха приходится какой-то дальней родственницей хозяина дома. Естественно, для нее более значимы его интересы, чем проблемы матери-одиночки, не способной заработать даже на оплату квартиры. Говорить с ней бессмысленно, искать сочувствия тем более. Завтра она встретиться с мистером Мартином, поговорит с ним, попросит чуть-чуть подождать. Не такой уж он плохой человек, чтобы так поступить с нею. Он обязательно войдет в ее положение, поймет. Засунув письмо в сумочку, Джулия наконец-то вышла из дома и поспешила к стоянке. Старенький «форд», пискнув, поприветствовал хозяйку, когда она нажала на кнопку сигнализации. Забравшись в салон, Джулия повернула ключ. Мотор фыркнул и замолк. - Нет, только не это, - взмолилась Джулия. Поломки автомобиля в это утро она просто не вынесет. Но «форд», пожалев свою хозяйку, послушно завелся со второй попытки и тронулся с места. Джулия облегченно выдохнула.

Где-то Джулия читала, что каждый человек имеет ту работу, которую он достоин иметь. Она сильно сомневалась, что так уж сильно нагрешила в жизни, что вынуждена проводить целые дни в душном, с вечно ломающимися кондиционерами, торговом зале маленького магазинчика, беда которого (или, наоборот, счастье) заключалась в том, что он находился на пересечении двух оживленных улиц. Покупатели в магазин валили толпами. Но на прилавках магазина располагались до того разнообразные товары, начиная от детских игрушек до предметов, назначение которых с первого раза и не определишь, что чаще всего у покупателей разбегались глаза, и они покидали магазин без всяких покупок. Но продавщицам приходилось попрыгать от одного покупателя к другому, пытаясь заинтересовать их и убедить хоть что-нибудь купить. Недостаток общения в личной жизни Джулия с лихвой компенсировала на работе. Под конец рабочего дня до такой степени уставала, что ноги превращались в каменные колонны, а язык, казалось, опухал от бесконечных разговоров. Нет, Джулия совсем не жаловалась. В принципе, работа ей нравилась. Да и на что большее она могла рассчитывать? Ни образования, ни связей. Работа продавщицей – предел ее мечтаний. При старании и усердии ее через некоторое время могли бы повысить до старшего продавца. Раньше она на это и рассчитывала. Какая-никакая, но прибавка к зарплате. Но ее мечты были разбиты вдребезги с появлением в магазине нового управляющего Пола Дикси. Предыдущего, культурного, обходительного мужчину, с которым Джулия даже дружила, перевели в более крупный магазин, а к ним пришел мистер Дикси, или мистер Выпендрёж, как его прозвали продавщицы. Мистеру Выпендрёжу было почти пятьдесят. К этому возрасту он отрастил кругленькое брюшко и потерял большую часть своих волос. Но сам себе он казался неотразимым. Гордился своим необъятным животом и прикрывал лысину длинной челкой. Ходил по магазину раздутым павлином, свысока поглядывал на продавщиц, съеживающихся под его взглядом, и время от времени отпускал сальные шуточки. Из всех продавщиц, работающих в магазине, неизвестно по какой причине, больше всего ему приглянулась Джулия. Своими куриными мозгами он напридумывал, что и она должна безоговорочно пасть в его объятия. Джулия падать не хотела, о чем ему, сначала осторожно, а потом прямо, и заявила. Отвергнутый ловелас затаил зло на нее, и при каждом удобном случае старался унизить и оскорбить. Джулия старалась как можно реже попадаться ему на глаза. Да разве скроешься в маленьком магазине. Поэтому, чтобы лишний раз не гневить своего шефа, Джулия старалась приходить на работу заранее. Она знала, что если мистер Выпендрёж простит опоздание любой другой продавщице, то ей никогда. И сегодня она была на месте за двадцать минут до начала работы. Второй в магазине появилась Натали, красавица и умница, которая относилась к работе продавщицы, как к временной остановке на своем жизненном пути. Она мечтала о карьере телезвезды, и на магазин просто-напросто плевала. Натали постоянно рассылала свои резюме в различные телекомпании, даже иногда ее приглашали на кастинг. Но дальше этого дело не продвигалось. Ей обещали сообщить об окончательном решении, но чаще всего забывали это сделать. Натали не унывала и верила в свою счастливую звезду. - Что нос повесила? – после приветствия поинтересовалась она у Джулии, раскладывающей новый товар по полкам. - Да, так, - Джулия не хотела посвящать чужих людей в свои проблемы. С Натали они не были такими уж большими подругами. Но та не отставала, и Джулии пришлось сознаться: - Сегодня пришло уведомление от домовладельца. Пишет, что если я не оплачу задолженность в течение трех дней, то он меня выгонит из квартиры. - Да, это серьезно, - покачала головой Натали. – С домовладельцем не поспоришь. Надо платить. Джулия вспыхнула. Она терпеть не могла, когда окружающие несли банальности. - Как будто я этого не знаю. Но не имею возможности. Натали помолчала, а потом, придумав выход, воскликнула: - Попроси у Выпендрёжа, чтобы выплатил тебе аванс. Я же знаю, что ты ему нравишься. Вот и попроси по-особому, он не откажет. - Нет, - жестко ответила Джулия. - Ну и дура, - бросила Натали. – Будто бы от тебя убудет. Не девочка же. Ему приятно, а для тебя выход. - Нет, - повторила Джулия и ушла на склад за новым товаром. Унижаться перед Выпендрёжем она не собиралась. Пусть у нее не хватает денег, чтобы оплатить квартиру, но гордости предостаточно. - Тогда обратись за помощью к отцу Криса, - Натали появилась в дверях склада. – Он же не допустит, чтобы его сына выгнали на улицу. Натали была доброй девушкой, она искренне хотела помочь Джулии. Но предложенные ею способы, к сожалению, абсолютно не подходили. - Натали, спасибо, конечно, за заботу, - улыбнулась Джулия. – Но и этот способ не приемлем. Мой бывший муж не желал слышать о сыне девять лет. С какой стати он будет помогать нам сейчас? - Ну, тогда не знаю, - обиделась Натали. - Я сама разберусь, - поставила точку в этом бессмысленном разговоре Джулия.

Чем хороша работа продавщицы, так это тем, что не остается времени на пережевывание своих личных проблем. Народ в магазин валил как никогда. Джулия только успевала бегать от одного покупателя к другому. Показывала товары, рассказывала об их применении, убеждала, что именно этот товар покупатель обязан приобрести в их магазине. О том, что хотела сегодня пораньше отпроситься с работы, Джулия вспомнила только в обеденный перерыв. Перед дверью управляющего сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, набираясь смелости, и постучала. - Войдите! – раздалось из-за дверей. Мистер Дикси сидел за столом и двумя пальцами что-то выстукивал на клавиатуре компьютера, но тут же прекратил свое занятие. - О, Джулия! – Она просто физически почувствовала, как взгляд Выпендрёжа пробежал по ней. Глазки его заблестели, на губах выступила улыбка. – Какие-то проблемы? Взгляд спустился на уровень ее груди, и Дикси облизнулся. Джулию внутренне передернуло, но она ничем не выразила свое недовольство. - Никаких проблем, - максимально вежливо проговорила она. – Просто я хотела попросить отпустить меня сегодня пораньше домой. Левая бровь мистера Дикси поднялась вверх, и Джулия поспешила объяснить: - У моего сына сегодня день рождения. Я обещала прийти домой пораньше. Выпендрёж встал из-за стола и вразвалочку подошел к Джулии. Остановившись напротив, он дотронулся ладонью до ее щеки: - Для вас, Джулия все что угодно. Джулия сжалась в комок. Рука управляющего прошлась по щеке, дотронулась до шеи и проскользнула в вырез блузки. - Джулия, вы сводите меня с ума, - прошептал он ей в лицо. Она дернулась, отскочила в сторону. - Да что вы себе позволяете? – негодование просто било из нее фонтаном. – Я буду жаловаться. - Да кто тебе поверит, глупышка, - Дикси обхватил ее рукой за талию и притянул к себе. – Я буду все отрицать. - Да я… Да вы… - Джулия захлебнулась от возмущения. - Не надо ломаться, девочка, - лицо Дикси приблизилось к ней, и тут Джулия почувствовала запах перегара. Выпендреж был просто – напросто пьян. – Я что хочешь для тебя сделаю. Рука скользнула под блузку и дотронулась до спины. Пылая гневом, Джулия с силой оттолкнула Дикси. - Я буду жаловаться, - возмущенно повторила она. - Ваше право, - Дикси взял себя в руки и сел обратно в кресло. – Можете жаловаться кому угодно. Джулия резко развернулась и взялась за ручку двери, готовая бежать прочь из кабинета. Но мистер Дикси ее остановил: - Мисс Дуглас! Я тут просматривал отчеты по секциям магазина. - Для наглядности он постучал пальцем по клавиатуре. – Так вот, у меня имеются претензии к тому, где работаете вы и мисс Борн. Ну вот, и Натали сюда еще припутал. Она-то в чем виновата? Такие мысли промелькнули в голове у Джулии, но она спокойно продолжала стоять у дверей. Если бы мистер Выпендрёж знал, какой ценой ей дается это спокойствие. Внутри все бушевало и клокотало. С каким бы удовольствием она опустила бы на его голову эту клавиатуру. - Я готова выслушать ваши претензии и, конечно же, исправить все недочеты, - холодным тоном произнесла Джулия. Никаких эмоций, только никаких эмоций. - Вот и прекрасно, мисс Дуглас, - Выпендрёж оскалил свои желтоватые зубы. – Я рад, что вы меня понимаете. Для начала я приказываю вам вместе с мисс Борн провести полную инвентаризацию вашего отдела. Сегодня же. Это был удар в солнечное сплетение, от которого темнеет в глазах и перехватывает дыхание. - Мистер Дикси… - умоляюще прошептала Джулия, в душе надеясь, что тот не сможет поступить с ней так жестоко. – У моего сына день рождения… Я хотела… Но она ошибалась в нем. - Вы можете быть свободны, мисс Дуглас. Завтра я жду отчет о полной инвентаризации секции. И два пальца вновь застучали по клавиатуре. «Черт! Черт! Черт!» - в такт им сругнулась про себя Джулия.

Уроки в школе закончились, и Крис и Джонни, схватив курточки, бегом припустили в сторону музея мореходства. Музей находился недалеко от школы, достаточно перейти улицу, перебежать площадь с фонтаном, вокруг которого всегда полно голубей, и вот уже ступеньки, ведущие к массивной двери с позолоченным кольцом вместо обыкновенной, скучной ручки. В музее мореходства работал отец Джонни, и друзья часто после уроков забегали к нему. Здесь было так интересно. В залах располагались экспонаты, рассказывающие о развитии мореходства, начиная с утлых лодочек, на которых опасно даже пройтись и по реке, до огромных атомоходов, которым не страшны никакие штормы. Настоящих атомоходов в музее, конечно, не было, только картинки. А вот настоящий парусник был. Он занимал целый зал на первом этаже. Парусник с белыми парусами, канатными трапами, мощными мачтами, шлюпками, привязанными к бортам, и написанным белой краской названием «Отважный» так нравился Крису, что он мог целыми днями любоваться им. Он представлял себя смелым капитаном, отдающим команды с палубы и смело глядящим навстречу опасностям. - Как же тебе повезло, Джонни, что папа у тебя работает в музее, - завидовал Крис своему другу. – Ты всегда можешь прийти сюда и любоваться парусниками. - Ты тоже можешь приходить в музей, когда захочешь, - тут же говорил Джонни. – Папа так и сказал: пусть Крис приходит, когда захочет. Да. Отец Джонни работал в музее мореходства реставратором. У него была собственная мастерская, в которой на всех полках лежали детали макетов яхт, лодок, кораблей. Это было второе место в музее, где Крис обожал бывать. Отец Джонни иногда разрешал ему самому прикрепить какую-нибудь деталь и покрасить краской палубу. - Когда я вырасту, - мечтательно говорил Крис, - у меня обязательно будет своя яхта. С белым парусом. - Конечно, будет, - поддерживал его фантазии отец Джонни. – А пока ты можешь учиться управлять яхтами на макетах. Крис и Джонни учились. Но сейчас они шли в музей с другой целью. Вообще-то, Крис не собирался сегодня после школы заходить в музей. Ведь сегодня был его день рождения, и мама обещала вернуться пораньше. Но Джонни его уговорил, сказал, что хочет показать что-то очень важное. А на самом деле он хотел вручить подарок. - Я хотел его в школу взять, - весело сказал Джонни, протягивая Крису упакованный в блестящую бумагу и перевязанный бантом пакет. – А папа посоветовал оставить в музее, а после школы зайти. - Спасибо, - смутился Крис. Он не ожидал, что Джонни приготовит ему подарок. - Ну, раскрывай, быстрее, - Джонни притопнул ногой от нетерпения. – Посмотри, что там. Но Крис не спешил. Что он, маленький совсем, чтобы торопиться подарки рассматривать? Он положил пакет на стол, развязал бант, медленно развернул бумагу и ахнул. Внутри пакета находилась энциклопедия парусных судов. Та самая энциклопедия, которую он не так давно видел в магазине, и которую мама не смогла ему купить. Она стоила дорого. Крис нежно провел ладонью по глянцевой обложке и сердце его радостно забилось. Оттого, что у него сейчас есть эта книга, и оттого, что у него такой замечательный друг. - Спасибо, Джонни, - с чувством повторил Крис. - Ты рад подарку? – Джонни засветился. – Мы вместе с папой выбирали. Крис вздохнул: - У тебя папа очень хороший. - А у тебя мама. Моя так все больше ворчит, недовольная всем вечно, а твоя мама классная. Крис кивнул: - Да, моя мама замечательная. Она сегодня обещала пораньше прийти с работы. У нас будет праздничный обед.

Крис вприпрыжку бежал домой. Он хотел оказаться дома раньше мамы. Ему нравилось встречать ее у дверей, брать из рук сумки с покупками, относить на кухню и смотреть, как мама снимает уличную обувь. А еще ему хотелось поскорее рассмотреть свой подарок, почитать до прихода матери про парусники. Каково же было его разочарование, когда в школьной сумке он не нашел ключей от квартиры. Он несколько раз переложил школьные тетради с места на места, но ключа так и не нашло. Опять забыл дома. Торопясь в школу, он просто захлопнул дверь, а ключи остались на полочке в прихожей. А мама ведь предупреждала, чтобы сразу же положил их в сумку. На месте не оказалось и мобильного телефона. Тоже, наверное, лежит на полочке рядом с ключами. Крис бросил сумку на ступеньки около двери и сел на нее. Он надеялся, что мама не станет ругать его в такой день за рассеянность. Все-таки сегодня день его рождения. А он ее может подождать здесь. Сегодня мама придет с работы рано. Крис, положил подаренную Джонни книгу на коленях и перевернул первую страницу. Сразу же темный подъезд, с проникающими в него запахами чужих квартир, шумом чужих разговоров, исчез. В лицо ударил свежий морской ветер, в ушах зазвучал шум бьющихся о борт волн. И уже не девятилетний мальчик Крис сидел на ступеньках у закрытых дверей, а смелый капитан стоял на палубе несущегося по волнам трехмачтового фрегата. Ветер завывал в парусах, палуба покачивалась под ногами. А отважный капитан Кристиан Дуглас, по прозвищу Удачник, разглядывал в подзорную трубу приближающиеся корабли противника. Вот они все ближе и ближе, но в сердце Удачника нет ни капли страха. У него отличный корабль, под его командованием отличные ребята, и им не страшны никакие противники. Удачник знает, что и в этой битве они выйдут победителями. Так, как было всегда. В реальность Криса вернули шаги, гулко раздававшиеся в тишине подъезда. Наверное, мама. Она всегда поднималась по лестнице пешком, игнорируя лифт. И Криса приучала. Говорила, что это отличная зарядка для ног. Но Крис ошибся, это была не мама. На лестничной площадке появился мужчина с большой коробкой в руках. Мужчина незнакомый, Крис его раньше никогда не видел. Мужчина посмотрел на номер соседней двери, потом, повернувшись, заметил сидящего на ступеньках Криса. Губы его расплылись в улыбке, а Крис напрягся. Какая-то фальшивая у него была улыбка. Губы вроде бы улыбались, а глаза оставались серьезными и буравили Криса насквозь. Неприятный тип. - Здравствуй! – поздоровался мужчина с Крисом. - Здравствуйте! – ответил тот, приподнимаясь со ступенек. - Ты Крис? - Да, но мамы нет дома, - быстро проговорил он. - А я не к твоей маме, я к тебе. – Мужчина не спускал глаз с мальчика. Крис молчал, не понимая, что этому мужчине нужно. - Я Филипп, - представился мужчина, и, не дождавшись от Криса ответа, добавил: - Я подарок принес. Ведь у тебя сегодня день рождения. Он протянул Крису коробку, но тот даже не пошевелился. - Бери, это тебе, - нетерпеливо повторил мужчина. - Спасибо, - вежливо отказался Крис. – Но мне мама запрещает принимать подарки от чужих людей. Филипп кивнул: - И правильно делает. Но я, видишь ли, не совсем чужой. Он замялся, переступил с ноги на ногу: - Понимаешь, Крис, я… - Я вас не знаю, - перебил его Крис. – И разговаривать с вами не буду. Приходите, когда мама будет дома. Крис кивнул на дверь. - А почему ты не заходишь домой? – переведя взгляд с двери на мальчика, спросил Филипп. - Я забыл ключ дома. Но скоро придет мама и откроет дверь. - Ну, пока мама не пришла, - Филипп растянул губы еще шире. – Мы могли бы с тобой сходить в кафе, скушать мороженое, познакомиться поближе. - Нет, - отрезал Крис. – И я думаю, что вам лучше уйти. А не то я позову на помощь. - Крис… - Я закричу. - Ну, нельзя же так, - Филипп сделал шаг к Крису, но тот прижался к стене и, закрыв глаза, громко крикнул: - Помогите! Филипп отскочил на противоположную сторону лестничной площадки. - Ну что ты, Крис, я же не делаю тебе ничего плохого. Но Крис его не слушал и, набрав воздуха в легкие, крикнул еще раз: - Помогите! Еще его крик не заглох, как дверь квартиры напротив открылась, и из нее высунулась голова. Потом на пороге появился мужчина. Крис так и застыл с открытым ртом. Оказывается, в этой квартире кто-то живет, а Крис даже не подозревал. Пока мужчина молча переводил взгляд с Криса на Филиппа, Крис опомнился, схватил со ступенек книгу и сумку и рванул к открытой двери. Сосед не успел и глазом моргнуть, как Крис спрятался за его спиной. Мужчина из квартиры напротив оглянулся на Криса и спросил: - Ты знаком с этим мужчиной? Крис отрицательно помотал головой, а Филипп, запинаясь, произнес: - Я сейчас все объясню. Понимаете… Мужчина поднял руки к груди ладонями вперед, словно отгораживаясь от объяснений. - Нет, увольте, - он поморщился. – Мне ничего не нужно объяснять. Лучше вам уйти и наведаться в другое время, когда дома будет мама этого мальчика. Крис согласно кивнул. - Я всего лишь хотел поздравить Криса с днем рождения, - попытался оправдаться Филипп, но ему не удалось – дверь перед его носом захлопнулась. Крис приложил ухо к двери и услышал шаги, спускающиеся по лестнице. - Он ушел, - сообщил Крис и с интересом поглядел на своего спасителя. На нем была вельветовая бежевая куртка, одетая поверх синей в мелкую клеточку рубашки, потертые на коленях джинсы, растоптанные сандалии. - Вы тут живете? – спросил Крис, не спуская глаз со странного соседа. - Живу, - кивнул он, и на лице его не отразилось никаких эмоций. - А я вас никогда не видел, - сообщил Крис. - Я не выхожу из дома. Он открыл дверь, выглянул на лестничную площадку, прислушался. В подъезде стояла тишина. - Он ушел, - повернулся к Крису и, отступив в сторону, добавил: - Сейчас ты можешь выйти из моей квартиры. - Ну, уж нет, - замотал головой Крис. – А вдруг он опять вернется? Лучше я подожду маму у вас. Ведь мне можно остаться? Мужчина ничего не ответил, и, обойдя Криса, направился в комнату. Квартира была такая же, как и у них с мамой, и Крис знал, что в конце коридора находится дверь в комнату. - Вас зовут мистер Бэйс? Крис видел висящую на дверях квартиры табличку. Бронзовую, витиеватыми буквами на которой было написано: М. Бэйс. Самого М. Бэйса Крис никогда не видел, поэтому придумал историю, что их сосед уехал в кругосветное путешествие. Оказывается, нет. Никуда он не уехал, а все время скрывался за закрытыми дверями, из-за которых Крис никогда не слышал ни звука, ни шороха. - Да, меня так зовут, - не оборачиваясь, буркнул сосед. – И, пожалуйста, не задавай мне вопросов и ничего не трогай. Можешь просто посидеть на диване, пока придет твоя мама. - Она скоро придет, - уверил его Крис и, поняв, что мистер Бэйс его приглашает в комнату, потопал за ним, прижимая сумку и книгу к груди. Комната мистера Бэйса совсем не походила на их гостиную. Если в их гостиной было чисто, уютно и светло, то эта напоминала пещеру. Шторы на окнах были плотно завешаны, освещалась комната настольной лампой с зеленым абажуром, стоящей на огромном письменном столе, сплошь заваленным бумагами. А мама его еще ругает, что он разводит беспорядок на столе. Посмотрела бы она, что твориться у мистера Бэйса. Среди горы бумаг стоял работающий компьютер. Вдоль стен расположились полки с книгами. Их было очень много. В школьной библиотеке даже столько не было. Книги стояли не только на полках, но громоздились кучами на двух стульях и даже на полу. У стены, справа у дверей, стоял кожаный диван, на котором, как понял Крис, он и должен сидеть в ожидании мамы. Крис положил на диван сумку и книгу, сел сам. Диван был таким высокий, что ноги Криса даже не доставали до пола. Мистер Бэйс прошел к столу, уселся за него и, придвинув к себе стопку бумаг, углубился в чтение. На Криса он не обращал никакого внимания. Крис вздохнул и открыл книгу. Но в комнате стоял полумрак, свет от лампы не достигал дивана, и Крис отложил книгу в сторону. Читать он не мог. Он стал разглядывать комнату, читающего мистера Бэйса. Вскоре ему надоело это занятие, и Крис, поерзав на диване, спросил: - А кем вы работаете, мистер Бэйс? Спросил, как ему казалось, вежливо, но мистер Бэйс так зло взглянул на него, что Крису захотелось спрятаться за спинку дивана. - Я пишу книги, - все-таки ответил мужчина. - Вы писатель? - Нет, я адвокат, и книги пишу по юриспруденции. Научные книги, - Бэйс не отрывал взгляда от листа бумаги, на котором одновременно делал какие-то пометки карандашом. - По юрис… - Крис не смог повторить непонятное слово. – Они интересные? В них есть приключения? Мистер Бэйс отложил карандаш и наконец-то посмотрел на Криса. - Интересные? – переспросил он. – Это я не знаю, как-то не задумывался. Но надеюсь, что нужные и полезные. - А мне дадите почитать? - Сомневаюсь, что тебе их стоит читать. Для тебя они будут совершенно неинтересными. - А я много читаю, - осмелев, похвастался Крис. – раньше, когда я был маленький, книги мне читала мама. А потом я научился, и сейчас уже читаю сам. Посмотрите, какую книгу мне подарил Джонни. Крис сполз с дивана, и Бэйс не успел еще и глазом моргнуть, как мальчик оказался рядом. - Вот, смотрите. – Крис протянул книгу Бэйсу, но тот замахал руками и крикнул: - Иди на место! Я же просил сидеть тебя на диване. Не надо бегать по комнате. Крис обиделся и вернулся на место. На мистера Бэйса он больше не смотрел. Ну и подумаешь! Какой же противный человек! Крис ему только показать хотел свой подарок, а он на него кричит. Если он такой, решил Крис, то я больше слова не скажу и с места не сдвинусь, пока мама не придет. Но так, оказалось, легче подумать, чем сделать. Крису на месте не сиделось. Поерзав по скользкой коже, он сполз на самый краешек дивана, поднял глаза на работающего мистера Бэйса и тихо спросил: - А можно я книги посмотрю? - Посмотри, только, повторяю, ничего не трогай, - смилостивился мистер Бэйс. - Хорошо, не буду. Крис, заложив руки за спину, ходил мимо книжных полок и читал названия на корешках. Ни одного знакомого ему не попалось. Некоторые книги были даже на иностранных языках, на некоторых, хотя и по-английски, были написаны незнакомые слова. Крис их читал по слогам, но все равно не понимал. А спросить у мистера Бэйса боялся. Опять начнет кричать и заставит сидеть на одном месте. Вдруг его внимание привлекла фотография в стеклянной рамке. Фотография стояла высоко, и чтобы ее достать, Крису пришлось привстать на цыпочки. С фотографии на Криса глядел белобрысый мальчишка примерно его возраста. Он улыбался, за спиной его плескалось море, а под мышкой мальчик держал футбольный мяч. Фотография казалась такой неуместной в этой темной, пыльной комнате, среди этих шкафов с книгами, с угрюмым человеком, беспрерывно делающим отметки карандашом на бумаге, что Крис невольно спросил: - А кто это? Бэйс поднял глаза, увидел, что держит Крис в руках и резво, Крис и не ожидал от него такой быстроты, оказался рядом с мальчиком. Он буквально вырвал фотографию из его рук, нежно провел пальцем по стеклу и поставил рамку обратно на место. - Я же просил тебя ничего не трогать, - устало проговорил он. – Мальчик, ты мне мешаешь работать. - Меня зовут Крис, - опустив голову, буркнул Крис. – Я лучше подожду маму на лестничной площадке. Крис подошел к дивану, взял сумку и книгу, но мистер Бэйс остановил его: - Мальчик… Крис… Совсем не обязательно тебе уходить. Крис поднял на него взгляд. - Я вам мешаю, лучше мне уйти. Мистер Бэйс глубоко вздохнул, провел по лицу ладонью и подошел к Крису. Положил ему руку на плечо и чуть ли не силой усадил его на диван. - Да, ты меня отвлекаешь. Да, у меня очень много работы. Но я не хочу, чтобы ты находился один в подъезде. Это небезопасно. Бэйс присел рядом. - Знаешь, а ведь ничего не случится, если я немного отдохну. Правда, ведь? Крис кивнул. - Мама всегда говорит, что работу и отдых надо чередовать. Правда, Крис не добавил, что мама эти слова говорит совсем по другому поводу. Но ведь говорит же. - Крис, ты живешь с мамой? - спросил мистер Бэйс, но, скорее не ради интереса, это его вряд ли интересовало, а для поддержания разговора. - Да, мы живем с мамой в квартире напротив. - Ну, это я уже понял, - губы мистера Бэйса тронула улыбка, и Крис увидел, что он совсем даже не злой, а просто очень усталый человек. - А папа? - Папы у меня нет, мы живем только с мамой. Мистер Бэйс кивнул, а Крис совсем осмелев, поинтересовался: - А вы живете один? - Как видишь, - мистер Бэйс обвел рукой комнату, демонстрируя, что здесь больше никого нет. - Но это же так скучно, - воскликнул Крис. – Даже поговорить не с кем. - Я не люблю разговаривать. Да и скучать мне некогда. Я много работаю. Вот и сейчас мне срочно нужно закончить книгу. - А я вам мешаю, - вздохнул Крис. - Нет, не в этом дело. Да и мама твоя говорит, что нужно чередовать работу и отдых. А я совсем не умею этого делать. Все работаю, пишу… Крису стало жалко мистера Бэйса, который только работает, работает и совсем не отдыхает. - Вам надо завести друга, - глубокомысленно произнес Крис. – Тогда вы сможете чаще отдыхать. - Друга? – мистер Бэйс удивленно уставился на Криса. - Ну да, друга. Кота или собаку, если уж не хотите человека. Бэйс покачал головой. - Нет, собаку нужно выгуливать. А я… В общем, я никогда не выхожу из дома. - Кота не надо выгуливать. Хотите, я вам принесу котенка. У моего друга Джонни дома живет кошка, у нее скоро будут котята. - Нет, нет, что ты, - замахал руками Бэйс и даже отодвинулся от Криса, будто он собирался вручить котенка прямо сейчас. – Это очень хлопотно, за ним нужно ухаживать, кормить. - Зато можно поговорить, - добавил Крис. – Я у мамы давно прошу котенка. Но она не разрешает, потому что постоянно никого нет дома, и котенку будет скучно. А вы дома всегда, и котенок не будет с вами скучать. - Вряд ли ему понравится такая компания, как я, - горько произнес Бэйс. – Я слишком скучный собеседник. Да, я совсем плохая компания. Они некоторое время помолчали, каждый думая о своем. А потом Крис кивнул в сторону книжной полки. - Поэтому и этот мальчик не хочет с вами жить? Ну, что вы плохая компания. - Наверное, - согласился мистер Бэйс.

Глава 2

Джулия не находила себе места. В течение дня она несколько раз звонила Крису. Но мобильный телефон отвечал длинными гудками. Почему Крис не берет трубку? Что-то случилось? Заигрался с Джонни? Или опять, по своему обыкновению, забыл телефон дома? И, главное, что он думает о ней? Ведь обещала вернуться пораньше. А вместо этого, наоборот, задерживается дольше обычного.

- Что ты такая дерганная? – Натали заметила возбужденное состояние Джулии.

Сама она к инвентаризации отнеслась философски.

- Проведем сегодня, в другой раз не придется задерживаться, - сказала она, когда Джулия сообщила о распоряжение Выпендрёжа. – Все равно это надо делать.

- Сегодня день рождения у Криса, я обещала вернуться домой пораньше, а тут… - объяснила свое состояние Джулия и махнула рукой.

- Так иди домой, - сразу же предложила Натали. – Я тут и сама управлюсь.

- Правда? – обрадовалась Джулия. Она готова была расцеловать Натали от радости. – А то я еще и подарок Крису не купила. С этой работой даже по магазинам пройтись некогда.

- А ты в нашем что-нибудь возьми, чтобы время зря не тратить.

- Кассы-то закрыты, - вздохнула Джулия.

- Завтра откроются, и внесешь деньги, - Натали быстро находила решения.

Подумав, Джулия решила, что это оптимальный вариант. Она сразу же поедет домой и сэкономит время на заезд в другой магазин. Волнение за Криса достигло уже предельной черты.

Джулия окинула взглядом магазин. Что же взять? Когда надо много, на одном остановиться так трудно. После некоторых колебаний Джулия остановилась на курточке со множеством карманчиков. Из старой Крис уже почти вырос, да и рукава на локтях протерлись. Цвет у куртки был болотно-зеленый, не маркий, как раз подходящий для мальчишки, готового найти грязь в любом месте.

Джулия прикинула на глаз куртку – как раз его размер.

- Давай я ее упакую, а ты собирайся, - опять предложила свою помощь Натали.

- Спасибо тебе, - с чувством произнесла Джулия. – Я тебя отблагодарю.

- Не стоит, - махнула та рукой. – Что я, не понимаю. Давай, беги! И поцелуй за меня Криса, он у тебя отличный парень.

От похвалы у Джулии приподнялось настроение.

- Прошу вас открыть сумку, - на выходе из магазина ее остановил охранник.

Джулия замерла. Такого у них в магазине еще не было, никогда охранники не проверяли уходящих с работы продавщиц.

- А что такое? – поинтересовалась Джулия.

- Приказ мистера Дикси, - бесстрастно сообщил охранник, высокий молодой парень, недавно поступивший к ним на работу. Джулия даже имени его не знала.

Сердце ее заколотилось, в сумке лежала неоплаченная куртка.

- А по какому праву он издал такой приказ? – возмутилась Джулия.

- В магазине зафиксированы факты хищения. Вот и приказано проверять продавщиц. – Охранник стоял каменной стеной на пути Джулии.

Ей не осталось ничего иного, как открыть сумку. Охранник заглянул в нее, брезгливо, двумя пальцами вытащил пакет с курткой.

- У вас имеется чек на этот товар? – взгляд охранника пригвоздил Джулию к месту.

- Понимаете, кассы уже закрыты, - залепетала Джулия. – Я завтра внесу деньги. Я не украла, вы не подумайте. Можете спросить у Натали Борн. Мы вместе с ней проводили инвентаризацию.

- Я обязан сообщить мистеру Дикси. – Сжимая в одной руке сумку Джулии, в другой пакет со злосчастной курткой, охранник направился к своему посту.

- Пожалуйста, не сообщайте, - прошептала Джулия, понимая, что уже поздно что-то изменить.

Джулию колотило. Мысль о том, что ее посчитали воровкой, разрушала мозг. Занятая ужасными мыслями, Джулия чуть не врезалась впереди идущий автомобиль, когда он притормозил на красном свете светофора.

- Вот черт! – сругнулась Джулия, резко нажав на тормоза. Старенький «форд» жалобно скрипнул, словно обидевшись на хозяйку. «Ну, что ты, - послышалось в его скрипе Джулии. – Со мной же так нельзя».

- Прости, - тут же выдала она. – Просто день сегодня никуда негодный. Да еще и Крис куда-то пропал.

До дома она доехала в рекордно короткий срок. Приткнув «форд» на стоянку, она кивнула выглянувшему из будки охраннику, милому парню, с которым в другое время любила поговорить, и бегом понеслась к дому, чувствуя спиной удивленный взгляд парня.

Еще несколько секунд ушло на то, чтобы взлететь по лестнице на третий этаж. Криса у дверей квартиры не оказалось.

«Конечно, он дома. Где же ему же быть? А трубку не снимал потому, что заигрался. А, может, что-то с телефоном случилось. Всякое же бывает», - шептала мысленно Джулия, вставляя ключ в замок. А он все не хотел влезать в узенькую щель, потом поворачиваться. Джулия злилась и повторяла попытку за попыткой. Наконец замок поддался, и она вбежала в квартиру.

Тишина.

- Крис! – тихо позвала она, чтобы не напугать сына. – Крис, ты дома?

Тишина. Страшная, пугающая.

«Нет, нет! С ним ничего не случилось, с ним ничего не могло случиться».

Джулия обежала комнаты, заметила на полочке ключи и телефон. Конечно же, он все забыл дома.

Джулия нервно вытащила свой мобильник из сумочки, быстро набрала номер телефона Джонни. Ответил его отец и сообщил, что сегодня Крис к ним не заходил.

Вот тогда Джулии стало по-настоящему страшно. Ужас, до этого бившийся под сердцем маленьким комочком, стал разрастаться, заполнять ее всю, рваться наружу. Джулия больше не могла сдерживаться и закричала в голос, страшно, гортанно, так, как кричат раненые звери:

- Крис! Где же ты?

Ноги ее подкосились, и она медленно сползла по стенке.

- Мама, ты чего кричишь? – входная дверь распахнулась, и в проеме появился Крис, живой, невредимый, испуганно глядящий на мать.

Джулия вскочила на ноги, схватила Криса, прижала его к себе, стала целовать.

- Ну что ты, мама, - Крис вырывался из объятий. – Что ты меня, как маленького?

Но она продолжала его целовать, слезы текли по ее щекам, и она все повторяла и повторяла:

- Крис, ты живой, Крис.

Наконец Крису удалось вывернуться из ее объятий.

- Конечно, живой. А ты почему плачешь?

Джулия смахнула слезы со щеки.

- Я не плачу, я радуюсь. Но где же ты был? Я пришла домой, а тебя нет.

- Я был у мистера Бэйса. – Крис мотнул головой в сторону входной двери.

- У мистера Бэйса? – переспросила Джулия. – Кто такой мистер Бэйс? Что ты у него делал? Крис, я же просила тебя не заходить в квартиру чужих людей. Крис, ну почему ты меня никогда не слушаешь? И ключи забыл опять, и телефон.

Голос ее сорвался на крик. Новая череда ужасов предстала в голове Джулии, вспомнились страшилки из газет о разного рода маньяках.

- Мистер Бэйс – наш сосед, - сказал Крис. – А, значит, он не чужой.

Ах, да. Мистер Бэйс – их сосед по лестничной клетке, загадочный тип, которого она встречала всего лишь несколько раз.

- Все равно, тебе не стоило к нему заходить, - уже спокойным голосом произнесла Джулия. – Мог подождать меня около дверей.

Крис так и стоял, опустив голову. Он понимал, что поступил плохо. Но что же делать, если ключи такие маленькие и никогда не попадаются на глаза в нужный момент.

- Ладно, - примирительно сказала Джулия. – Забудем про это. Нас ждут другие дела. Ты же не забыл, что у нас сегодня праздничный ужин.

Крис помотал головой.

- Вот только, только… - Джулия на мгновение замолкла, а потом закончила:

- Я так и не успела тебе купить подарок сегодня. В выходные мы с тобой пойдем вдвоем в магазин, и ты выберешь все, что захочешь. Договорились? А сейчас помоги мне, накрой на стол.

Джулия с удивлением увидела, что Крис поставил на стол третью тарелку.

- Мы кого-то ждем? – спросила она.

- Мама, давай пригласим к нам мистера Бэйса. Представляешь, он живет один. У него никого нет, совсем.

- Ты считаешь, что это будет прилично? – поинтересовалась Джулия. – Все-таки мы с ним незнакомы.

- Я у него провел целый день, а, значит, знаком с ним, - рассудительно произнес Крис. – А ты с ним познакомишься. Кстати, его зовут Макс.

Сказать по правде, Джулии совершенно не хотелось приглашать постороннего человека. С большим удовольствием она провела бы этот вечер наедине с сыном. Да и настроение у нее было совершенно не располагающее к общению. Но и отказать с надеждой глядящему на нее сыну она не смогла.

- Хорошо, давай пригласим мистера Бэйса. Все-таки, сегодня твой праздник, и ты сам решаешь, кого приглашать.

- Ура! – запрыгал Крис, а потом хитро прищурился. – Только ты сама к нему зайди, а то он меня не послушается.

- А меня послушается, да? – улыбнулась Джулия.

- Тебя послушается. Он же не сможет отказать женщине.

- Ах, ты хитрюля, - Джулия потрепала Криса по головке. – Ладно, попробую.

Прежде чем выйти из квартиры, Джулия остановилась у зеркала. Следов от слез не осталось, глаза искрились, как обычно у нее и бывало при общении с Крисом. Даже удивительно, что после сегодняшнего кошмарного дня, она выглядит вполне прилично. Нельзя сказать, что ее слишком волновал внешний вид, но просто она так привыкла. Чужие люди не обязаны читать по ее лицу, как по странице книги, о ее проблемах, волнениях, заботах. Они только ее, и других абсолютно не касаются.

Коротко нажав на кнопку звонка на двери соседа, Джулия присушилась. За дверью стояла тишина, будто в квартире никого не было. Но Джулия знала, что это не так, и позвонила еще раз, уже более продолжительно. Раздались шаги, и она услышала:

- Кто там?

На мгновение Джулия замерла. Вопрос простой, а как на него ответить. Кто там? Проще всего ответить: «Я!». Тем более Джулия прекрасно знала, что за ней сейчас наблюдает глаз из дверного глазка. И кто за дверью, сосед прекрасно видит.

- Джулия, - произнесла она. – Ваша соседка, из квартиры напротив.

- Что вам нужно?

Да, любезностью мистер Бэйс, Макс, как его назвал Крис, не отличается. Бестактный вопрос. Если она звонит к нему в квартиру, значит, ей что-то нужно. И чтобы узнать что, приличный человек просто бы открыл дверь. Это же так естественно.

Но мистер Бэйс не открывал, а молча ожидал ее ответа.

- Мой сын Крис приглашает вас на праздничный ужин.

Тишина.

- Понимаете, у него сегодня день рождения, и он хотел бы…

- Я знаю, - перебил ее сосед. – Он говорил мне.

Джулия дотронулась ладонью до лба. Она чувствовала себя полной дурой, вынужденной топтаться у закрытых дверей.

- Так вы зайдете к нам?

- Нет, - резко раздалось из-за дверей.

- Почему? – вопрос вылетел быстрее, чем Джулия успела подумать. Если бы она подумала прежде, то никогда не задала такого глупого вопроса.

- Мне некогда, я должен работать, - ответил сосед, и в голосе его не было ни капельки теплоты. – Я и так из-за вашего ребенка потерял много времени.

- Простите, - пробормотала Джулия и направилась через лестничную площадку к своей двери.

Она спиной чувствовала, что через дверной глазок за ней наблюдает злой, недовольный глаз человека, которого отвлекают от важной работы.

- И как земля носит таких неприятных людей?

Джулия с облегчением закрыла входную дверь, прислонилась к ней спиной и шумно выдохнула.

- Не придет? – Крис выглянул из гостиной.

- Не придет, - помотала Джулия головой. – Ужасно неприветливый человек.

- Нет, он просто одинокий, - глубокомысленно заметил Крис с совсем не детскими нотками в голосе. – У Макса никого нет. Представляешь, никого.

- А у меня есть ты, - Джулия попыталась развеселить сына. – А у тебя я. И нам будет весело вдвоем за ужином. Нам ведь больше никто не нужен?

Когда был доеден последний кусок пирога, Крис, собирая пальцем крошки с блюда, спросил:

- Мама, а кто такой Филипп?

Джулия поперхнулась чаем.

- Почему ты об этом спросил, Крис? – Джулия удивленно уставилась на сына.

Тот пожал плечами, а потом сообщил:

- Просто он сегодня к нам приходил.

Чашка буквально выпала из рук Джулии, громко стукнулась об стол.

- Что он хотел? – жестко спросила Джулия.

- Я не понял, - быстро ответил Крис. – Пришел с большой коробкой, но я сказал, что тебя нет дома. А он не хотел уходить, и мистер Бэйс прогнал его. Кто он такой этот Филипп?

Джулия вздохнула. Сколько лет она откладывала этот разговор, удивляясь, что Крис никогда не проявлял интереса к этому вопросу.

- Это твой отец, - потупив глаза, тихо произнесла Джулия.

- А ты говорила, что у меня нет отца.

Оказывается, Крис был полностью удовлетворен ее объяснениями. Он еще не вступил в тот возраст, когда подобные вопросы не дают спокойно жить.

- У каждого человека есть отец. Твоего просто не было рядом с нами. Он ушел от нас, когда ты был еще совсем крошкой.

- Почему?

Джулия провела рукой по лбу. Интересный вопрос, да. Почему?

Как объяснить девятилетнему ребенку, почему мужчина и женщина, совсем недавно клявшиеся друг другу в большой любви, вдруг решают разойтись? Причем, по обоюдному согласию.

- Мы ему оказались не нужны, - сказала она.

- А сейчас он нам не нужен. Правда, мама? – Крис не сводил глаз с матери.

- Правда.

- Значит, правильно поступил мистер Бэйс, что прогнал его, - заключил Крис. – А я тебе еще не показал книжку, что мне подарил Джонни. Будем смотреть?

Когда они повстречались, Джулии было восемнадцать. Она только что окончила среднюю школу в маленьком городке Кэмден, штата Нью-Джерси, и приехала в Нью-Йорк учиться в библиотечном колледже. Родители были против отъезда Джулии из родного города, и свой протест выразили словами: «Ты хочешь быть самостоятельной, так будь ею». Это было приговором. За все прошедшие годы Джулия лишь несколько раз приезжала к ним, и нельзя сказать, что их встречи были слишком теплыми. В представлении родителей Нью-Йорк был городом зла, рассадником греха, собранием пороков, и все, кто в нем жил, казались им зараженными болезнью города.

С Филиппом она познакомилась на одной из студенческих вечеринок, на которых громкая музыка, море пива и свободные отношения. Друг другу они понравились сразу, и, не дождавшись окончания вечеринки, сбежали с нее.

Всю ночь гуляли по городу. Филипп, родившийся и выросший в Нью-Йорке, показывал Джулии, еще незнакомой с городом, свои любимые места. Им было легко и просто вдвоем, а их ночь была наполнена поцелуями.

Ничего удивительного, что они договорились встретиться и на завтра после занятий. А потом еще и еще.

Когда Филипп привел застенчивую провинциальную девушку к своим родителям, Джулия почувствовала сразу, что те не в восторге от их знакомства. Они прямо дали понять, что в качестве жены своего единственного сына, без пяти минут зубного врача с большими перспективами, видят совершенно другую женщину. Но влюбленным было наплевать на мнение родителей. Филипп проявил твердость и настоял, чтобы Джулию принимали в их доме.

Джулия чувствовала себя у Дугласов неуютно. Обставленный по картинкам супермодных каталогов, он напоминал Джулии не жилой дом, а выставочный зал. В нем даже присесть было страшно. Сразу же в голове возникала мысль: как бы не испортить, не испачкать, не повредить. Ей больше нравилось бродить по улицам, сидеть в маленьких уютных кафе, целоваться в полутемных залах кинотеатров.

Они были так влюблены друг в друга, что не замечали никаких неудобств. Ну и что, что на улицах постоянная толкотня, что в кафе кофе чаще всего желал лучшего, а в кинотеатрах они, казалось, пересмотрели все фильмы. Лучше это, чем недовольство родителей Филиппа и их надменный взгляд. Чувствовать себя человеком второго сорта Джулии не нравилось.

Джулия поняла, что беременна, когда была на третьем месяце. У нее постоянно случались задержки с месячными, и на их отсутствие Джулия не сразу обратила внимания. Да и не до этого ей было. Она была влюблена, а все остальное ее не касалось.

Филиппу беременность Джулии вначале показалась забавной. Словно он даже не подозревал, что при определенных отношениях мужчины и женщины могут появляться дети. Он об этом даже не сообщил своим родителям, а Джулия не настаивала. Она-то и своим ничего не написала.

Когда округлившийся животик стало невозможно скрывать, Филипп привел Джулию в свой дом и сообщил родителям, что они женятся.

- Значит, ты выбрала такой способ, чтобы привязать к себе моего сына, - зло выкрикнула мать Филиппа и, хлопнув дверью, выскочила из гостиной.

- М-да, - только и произнес отец будущего папочки.

Джулия никогда не интересовалась, что за разговор состоялся в семействе Дугласов. Но через несколько недель Джулия и Филипп поженились. Скромно, без всяких торжественных мероприятий.

Жизнь не заладилась сразу. Если первое время Филипп проводил достаточно времени с молодой женой, то после рождения Криса, все чаще и чаще исчезал из их съемной квартиры и пропадал у родителей. Пока однажды не остался в ней навсегда.

- Филиппу необходимо закончить образование, - сообщила появившаяся первый и последний раз в их квартире миссис Дуглас. – А в таких условиях это просто невозможно.

И она с презрением кивнула на малыша, хныкающего на руках Джулии.

Крис родился слабеньким и болезненным. Плохо спал, плохо ел и постоянно плакал.

- Да, я понимаю, - кивнула Джулия.

Она уже многое научилась понимать. Бессонные ночи с ревущим Крисом на руках открыли ей глаза на реальности жизни. Дело было не в том, что Филипп не мог продолжать обучение, а в том, что их брак был полной ошибкой.

Развелись они также тихо, как и поженились. В память о прошлом браке у Джулии осталась фамилия Дуглас и родная кровиночка, любимый сын Крис.

Ночь прошла ужасно. Джулия вертелась, вздыхала, думала о своей никчемной жизни.

Вечером, пока они обедали с Крисом, пока рассматривали его новую книгу, пока она его укладывала спать, мысли о тяжелом дне отступили назад, спрятались на задворках сознания. Когда же она осталась одна, вылезли наружу и застучали тяжелым молотом в голове. Джулия ничего не рассказала Крису о своих проблемах. Все равно он ничем ей не может помочь, зачем расстраивать сына. Она сама все разрешит и разберется. Так, как делала всегда. Она сильная, она сможет.

Как результат плохо проведенной ночи – головная боль, отеки под глазами, проступившие морщинки в уголках губ.

- Пожалуйста, постарайся сегодня не забыть ключи, - Джулия поцеловала на прощание Криса.

- Я их уже положил в сумку, - уверил ее сын. – Приходи сегодня пораньше.

- Постараюсь.

- Мисс Дуглас, - окликнул Джулию охранник, лишь только она переступила порог магазина. – Мистер Дикси просил немедленно зайти к нему в кабинет.

Просил… Хорошо, что не приказал. Джулия надеялась, что вчерашний инцидент с курточкой быстро разрешится. Не поверит ей, может узнать у Натали. Не думает же он, что Джулия по-настоящему собиралась украсть товар из магазина.

- Разрешите? – она заглянула в кабинет управляющего.

Мистер Дикси сидел за столом, перед ним лежал пакет, из которого торчал рукав злополучной куртки.

- Проходите, мисс Дуглас.

Начало разговора не предвещало ничего хорошего. Хотя, как ему еще начинать?

- Я жду ваших объяснений, - чуть заметный кивок в сторону пакета.

Джулия переступила с ноги на ногу.

- Понимаете, вчера был день рождения моего сына. Я не успела купить ему подарок. Вот и взяла в отделе куртку, а деньги, так как кассы были уже закрыты, собиралась внести сегодня. А охранник проверил сумку…

Джулия думала, что Выпендрёж сейчас возмутится поведением охранника, позволившего влезть в ее сумку. Но он не возмутился.

- Да, - сказал он, отвернув взгляд от Джулии. – Это я издал приказ проверять в подозрительных случаях сумки наших сотрудников.

- Как же так? – воскликнула Джулия. – Вы что, нам не доверяете?

- Доверяй, но проверяй, - многозначительно произнес управляющий. – Сами видите, что проверка оказалась ненапрасной.

Он поднял глаза на Джулию, холодные, жесткие глаза. Джулия поежилась, по спине ее пробежал холодок.

- Неужели вы думаете, что я украла ее? – задохнувшись от обиды, проговорила она.

- Не знаю, не знаю.

Мистер Дикси медленно, даже как-то лениво, поднялся со стула и подошел к Джулии. Постоял перед ней, покачиваясь с носка на пятку, помолчал, а потом пальцем дотронулся до ее подбородка и приподнял его. Глаза их встретились.

- Но мы можем забыть об этом случае, - сказал он ей прямо в лицо, и по его дыханию Джулия определила, что на завтрак он ей жареный бекон с луком. – Забыть и больше не вспоминать. Вы хотите этого?

Джулия смотрела в его глаза, как кролик смотрит в глаза удава, не смея их отвести.

- Вы хотите этого? – повторил свой вопрос Выпендрёж.

Джулия кивнула. Этот кивок послужил сигналом к действию. Выпендреж схватил ее в объятия и впился в ее губы своим противным, влажным ртом, из которого пахло жареным луком.

Собрав все силы, Джулия оттолкнула от себя Дикси и вытерла рот рукой. Ее затрясло.

- Да как вы смеете? – наконец-то выдавила она из себя.

Выпендрёж недоуменно смотрел на нее, и Джулия, осмелев, добавила:

- Я буду жаловаться на вас.

- Так, - протянул управляющий и вернулся на место, словно отгораживаясь от разъяренной Джулии столом. – Значит, вы не желаете все разрешить мирным путем. Ваше право, конечно.

- Я желаю, но не таким, - попыталась высказать свое мнение Джулия, но мистер Дикси ее будто бы и не слышал.

Он потер подбородок рукой, обдумывая сложившуюся ситуацию, вдохнул и вынес свой вердикт:

- Поэтому я вынужден вас уволить.

- Мистер Дикси…

- А как вы предлагаете мне поступить? – глазки его бегали по комнате, обходя стороной Джулию. – Пойти на должностное преступление? Покрыть воровство? Нет. Еще скажите мне спасибо, что я не вызвал полицию.

- Но я не собиралась красть куртку, - выкрикнула Джулия. – У меня есть свидетели.

- Оставьте, мисс Дуглас, - устало произнес Выпендрёж, всем своим видом показывая, как он устал от этого разговора. – Стоимость товара будет вычтена из вашей зарплаты. Прощайте! И благодарите меня, что я не дал хода дальше этому делу.

- Черт! Черт! Черт!

Джулия выскочила из дверей магазина. Ухмыляющийся охранник смотрел ей вслед.

Это была трагедия, крах. Как она будет жить дальше? Чем она рассчитается с домовладельцем, который ей дал срок в три дня, один из которых уже прошел.

Жизнь Джулии никогда не была легкой, но сейчас она превращалась в кошмар, из которого она не видела выхода.

Так… Только не впадать в панику. Джулия остановилась, вдохнула полной грудью. Из всего можно найти выход. Из всего. Даже из этой дикой ситуации. Пару дней назад на дверях кафе, куда они заходили с Натали во время обеда выпить чашку кофе, Джулия видела объявление, что требуется официантка. Можно поработать и официанткой. Только бы она еще требовалась.

Но сейчас она должна разобраться с еще одним неприятным делом. Джулия достала из сумочки телефон и записную книжку.

Пролистав страницы, Джулия нашла нужный номер и решительно набрала его. Она никогда не звонила по этому номеру. Филипп сам звонил ей. Редко, не чаще раза в год.

Когда Джулия услышала голос бывшего мужа, она, не тратя лишних слов на приветствие и пустое «Как дела?», спросила:

- Зачем ты вчера напугал Криса?

Филипп, удивленный неожиданным звонком, некоторое время молчал, а потом нарочито радостно воскликнул:

- Джулия! Ты! Право слово, не ожидал. Я так рад услышать твой голос.

- Вот только не надо об этом, - остановила радостные возгласы Джулия. – Лучше ответь на мой вопрос.

- С чего ты взяла, что я его пугать собрался. Просто зашел поздравить с днем рождения. Или не имею права?

Джулия хмыкнула.

- Имеешь. Только что-то ты этим правом не спешил воспользоваться.

В трубке послышался шум. Наверное, Филипп переложил ее к другому уху.

- Джулия, я действительно хотел всего лишь поздравить Криса. И еще погулять с ним как-нибудь.

- Нет, - отрезала Джулия. – Даже не думай об этом.

- Джулия…

- Я сказала – нет!

Вздохнула и добавила:

- Пойми, Филипп, нам с Крисом было хорошо без тебя все это время. И я не хочу, чтобы ты вносил новые проблемы в нашу жизнь. Поэтому живи, как жил раньше, и дай спокойно жить нам.

Филипп пытался что-то возразить, но Джулия отключила телефон и выдохнула с облегчением. Одна проблема осталась позади.

Пусть ее считают жестокой, но она сделает все, чтобы оградить Криса от переживаний. Она не знала причины, побудившей Филиппа вспомнить о них. Да и не хотела знать.

Решить проблему с работой оказалось еще проще.

Джулию в кафе встретили чуть ли не с распростертыми объятиями. Шустрый, невысокого роста управляющий, представившийся Биллом и просивший называть его исключительно по имени, чуть ли не расцеловал Джулию.

- Это прекрасно! Это замечательно! – то и дело восклицал он, взмахивая руками. – Если бы вы знали, как мы устали без официантки. Лили приходится работать по две смены. А, знаете, у человека тоже есть терпение, и оно когда-нибудь заканчивается. Лили сказала, что если в ближайшее время не появится новая официантка, то и она покинет нас. Это была бы трагедия для нашего заведения.

Слова лились из Билла нескончаемым потоком, а Джулия и не пыталась его остановить. Она лишь улыбалась и согласно кивала.

- Кафе наше спокойное, - между тем тараторил Билл. – В основном, заходят постоянные клиенты на ленч. Вечером совсем тихо. Так, влюбленные парочки забегут кофе выпить. Ни скандалов, ни шума. Я думаю, что вам определенно понравится. От вас требуется только быть приветливой с клиентами. Знаете, мы дорожим своими посетителями, хотим, чтобы они чувствовали себя у нас как дома. Поэтому улыбка, улыбка и еще раз улыбка. Вы меня понимаете?

- Да, конечно. – Джулия была согласна на все, а не только на такую мелочь, как улыбка. В магазине она прошла отличную школу – научилась улыбаться во всяких ситуациях.

Самое удивительное в этой встрече оказалось то, что управляющий кафе выплатил Джулии аванс, чего она уж никак не ожидала. Видимо и вправду им тяжко приходилось без официантки. Вот и боялся, что Джулия передумает.

Радостная что одним заходом удалось разрешить две проблемы – найти работу и благодаря полученному авансу оплатить долг за квартиру, Джулия вернулась домой. Первый раз за последнее время приготовила нормальный обед и уселась смотреть телевизор в ожидании сына. Незаметно для себя уснула, откинув голову на спинку дивана – сказался плохой сон ночью.

- Мама, что с тобой? – ее разбудил возглас Криса.

Джулия и не заметила, как проспала полтора часа.

- Ничего, сынок, - улыбнулась Джулия, сладко потягиваясь. – Просто заснула. Все хорошо. Мой руки, будем обедать.

- А почему ты не на работе? – Крис был удивлен и обеспокоен.

- Просто пришла пораньше.

- И тебя отпустили? – недоверчиво спросил Крис.

- Да, разрешили уйти с работы пораньше. - Джулия упорно не хотела рассказывать сыну о своем увольнении.

Крис поверил и радостный убежал в ванную мыть руки.

Какое же это счастье встречать сына со школы, кормить его обедом, расспрашивать о школьных делах. Идеальная жизнь, которую бы она хотела вести.

Но семейную идиллию разрушил звонок в дверь.

- Я открою. – Крис вскочил с места.

Через мгновение он вернулся, и на лице его отражалась смесь испуга и удивления.

- Кто там? – Джулия обеспокоенно поднялась с места.

- Там… - Крис задохнулся. – Там опять пришел этот мужчина.

Джулия выскочила в коридор. В проеме дверей стоял Филипп с букетом в одной руке и большой коробкой, перевязанной бантом, в другой.

- Зачем ты пришел? – не дав ему и рта открыть, накинулась Джулия.

- Я хочу с тобой поговорить.

- Мы могли это сделать и по телефону, - отрезала Джулия.

- Может, разрешишь мне войти, - Филипп переступил порог.

Единственным желанием в эту минуту у Джулии было желание вытолкать Филиппа прочь. Но за спиной стоял Крис, и она не смогла этого сделать.

- Ну что ж, проходи, - устало произнесла она.

- Это тебе, - Филипп протянул Джулии букет, она, пожав плечами, взяла его. – А это имениннику. Это тебе, Крис.

Филипп так и стоял, нелепо вытянув руку с коробкой. Крис не спешил принимать от незнакомца подарок.

- Крис, можешь взять, - разрешила Джулия. – И иди, пожалуйста, в свою комнату. Я скоро освобожусь.

Крис буркнул «Спасибо» и с подарком скрылся за дверями свое комнаты. Спорить с матерью он не стал, понимая, что сейчас не время.

- Проходи, - Джулия пригласила Филиппа в гостиную.

Тот прошел, быстро оглядел комнату и сел на диван. Джулия, сложив руки на груди, остановилась в проеме двери, тем самым демонстрируя, что длинные разговоры с Филиппом вести не намерена.

Тот снова осмотрел гостиную оценивающим взглядом.

- А у вас уютно, - похвалил он.

- Ты пришел посмотреть, как мы живем? – хмыкнула Джулия. – Убедился что хорошо, можешь уходить.

- Подожди, Джулия, не кипятись. Я виноват перед тобой, я знаю. Но ты взрослая женщина и должна понимать, что жизнь – сложная штука. В ней случается по-всякому. Люди встречаются, любят друг друга, но иногда любовь проходит. Не остается никаких чувств.

- Остаются дети, - печально произнесла Джулия.

- Дети, да… Поэтому я и пришел к вам. Я понял, что виноват перед сыном. Я хочу исправить свою ошибку, стать для него настоящим отцом.

Филипп смотрел по сторонам, обходя взглядом Джулию.

- Поздно, Филипп. Тебя не было рядом с ним, когда он в тебе нуждался. Зачем ты ему сейчас?

Филипп открыл рот, но Джулия не дала ему произнести ни слова в свое оправдание.

- Не стоит тратить на нас время, - резко сказала она. – Уходи, и никогда больше не появляйся у нас.

- Так, - Филипп с негодованием стукнул ладонями по коленям. – Значит, по-человечески ты меня понять не желаешь. Хорошо, поговорим тогда серьезно.

- Поговорим. – Джулия напряглась. Она оказалась права в своих предположениях, что неспроста Филипп появился в их доме.

Филипп резко встал, подошел к окну, несколько секунд смотрел в него, а затем повернулся к Джулии. Она не успела отвернуться, и взгляды их встретились. Она увидела злой огонек в глазах бывшего мужа.

- У меня появилась возможность стать главным врачом отделения.

- Я рада, что тебя оценили по достоинству. Поздравляю. Но все-таки не понимаю, какое отношение это имеет к нам с Крисом.

- Самое прямое. – Филипп подошел к ней. – Дело в том, что я не единственная кандидатура на эту должность.

Джулия понимающе кивнула. Она уже начала понимать, куда клонит Филипп.

- И тебе необходимо показать себя с самой лучшей стороны, - высказала она свое предположение. – Показать, что ты не только хороший специалист, но отличный муж и отец. Правильно?

Филипп поморщился, но согласился:

- Ты умная женщина, Джулия. И я буду честен с тобой. Если комиссия узнает, что я не принимаю участие в воспитании собственного сына, то это сильно уменьшит мои шансы. Ты же этого не хочешь?

Джулия пожала плечами.

- Пойми, я достоин этой должности. Я к этому шел всю свою жизнь. И какая-то мелочь может помешать мне.

Вот тут Джулия и не выдержала, взорвалась:

- Мелочь? Твой сын мелочь? Да как ты вообще посмел появиться в нашем доме?

На ее крик из комнаты выбежал Крис и с удивлением переводил взгляд с Джулии и Филиппа.

- Убирайся отсюда! – Джулия от возмущения даже притопнула ногой. – Я никогда не позволю тебе встречаться с Крисом.

Испуганный Филипп, не ожидавший такой ярости от Джулии, направился к двери. Но, прежде чем выйти из квартиры, зло сказал:

- Ты не поняла меня, Джулия. Не захотела разрешить этот вопрос мирным путем. Поэтому я вынужден буду подать иск в суд о признании моих отцовских прав. У суда не будет причин отказать мне.

- Вон отсюда!

Филипп поспешно скрылся за дверью.

Джулия, шатаясь, подошла к дивану, опустилась на него и спрятала лицо в ладони. Ее просто колотило от возмущения. Годы разлуки не сделали Филиппа лучше. Они превратили его в настоящее чудовище. И она еще когда-то любила этого подлеца.

Притихший Крис сел рядом с Джулией и погладил ее по плечу.

- Мамочка, не плачь, - прошептал он ей на ухо. – Я даже и не раскрыл подарок этого… этого дяди. Не нужен он мне совсем.

Джулия схватила сына за плечи, прижала к груди.

- Я не плачу, сыночек. Совсем даже и не плачу. – Она поцеловала Криса в макушку. – Но я никому не позволю тебя обижать.

Глава 3

Первый день работы в кафе пролетел для Джулии, как одно мгновение. Она носилась от столиков к кухне, и от кухни обратно к столикам.

- Разрешите вам предложить клюквенный пудинг. Сегодня он у нас отличный.

- Вы считаете, что мясо пережарено? Ну что вы, это же специальная корочка.

- Я рада, что вам понравился ленч. Заходите еще. Мы всегда рады вас видеть.

- Простите, я перепутала. Вы же заказывали рыбу, а я принесла бекон. Сейчас я все исправлю.

И улыбалась, улыбалась, улыбалась. Ведь главное в ее работе, как говорил Билл, это улыбка. От нее, Джулии казалось, уже сводило скулы. Но она поняла, что Билл на сто процентов прав. С помощью улыбки разрешались все конфликты и недоразумения, возникающие у неопытной официантки.

- Вы отлично работаете, Джулия, - похвалил ее Билл, когда она в очередной раз влетела в кухню за заказом.

- Спасибо.

- Только не нужно так суетиться. Все прекрасно. Ничего страшного, если клиенты недолго и подождут. Главное, будьте с ними приветливы и доброжелательны, и они простят вам все погрешности. А если вы так будете бегать целый день, то к вечеру ваши прекрасные ножки откажутся работать.

Это оказалось истинной правдой. На работе Джулия держалась, ей просто некогда было думать о себе. Но придя домой, она села на диван, вытянула ноги, пошевелила уставшими пальцами и поняла, что встать на ноги абсолютно не может. Они гудели и дрожали, как электрические столбы. И были такие же неподвижные.

- Крис, а не заказать ли нам сегодня на обед пиццу? – Джулия даже подумать боялась, что ей предстоит провести на уставших ногах еще час на кухне у плиты.

- Ура! Пиццу! Мне с ананасами!

Какой девятилетний мальчишка откажется от пиццы? Во всяком случае, не Крис. Это Джулия знала точно. Хотя сама и понимала, что ничего полезного в подобной еде нет. Но ноги, ноги… Ничего же страшного не случится, если они сегодня поужинают пиццей.

- А мы вчера с мамой заказывали на ужин пиццу.

Крис с Джонни сидели в своем любимом уголке в мастерской отца Джонни. Он им сегодня поручил важное дело: отполировать палочки. За этой увлекательной работой Крис и поведал другу о своей новости.

- Здорово! – завистливо выдохнул Джонни. – А моя мама никогда не заказывает пиццу на дом. Сама готовит свои противные блюда.

- А мы, наверное, сейчас будем часто заказывать пиццу, - разошелся Крис. – Мама устроилась на новую работу, на которой очень устает.

- Здорово! – вновь повторил Джонни. – Я всегда говорил, что у тебя классная мама. Пиццу – на дом! Нет ничего лучше.

Джонни потер шкуркой палочку, а потом спросил:

- Ну, ты посмотрел, что подарил тебе отец?

У друзей не было секретов друг от друга. Крис рассказал Джонни, что к ним приходил его отец.

- Нет, и не собираюсь, - быстро ответил Крис.

- А я бы не удержался, обязательно бы посмотрел.

- А я не буду. Мне не нужны его подарки. – Крис быстро заработал шкуркой, показывая, что не желает продолжать этот разговор.

Но молчать он долго не мог.

- Слушай, Джонни, а ваша Берта еще не родила котят? – спросил он через некоторое время.

- Нет. Но мама говорит, что вот-вот должна.

- Я у тебя одного котенка, наверное, возьму.

- Вот здорово, - обрадовался Джонни. – А то мама переживает, куда мы пристроим котят. Тебе мама разрешила завести котенка?

- Нет, - покачал головой Крис. – Это не мне, это для одного человека.

И, заметив, что Джонни опечалился, добавил:

- Ты не думай, этот человек хороший, добрый. Правда, немного странный. Но котенку у него будет хорошо. Правда, правда.

- Ну, если ты говоришь, что человек хороший и обижать котенка не будет, то мы ему, наверное, одного отдадим, - заверил Криса Джонни.

Сообщить мистеру Бэйсу, что котенок скоро родится, Крис решил сразу, не заходя домой.

Поднявшись на свой этаж, он нажал на кнопку звонка соседа. Ему долго никто не открывал, и он позвонил снова.

Наконец дверь открылась, показалась взлохмаченная голова мистера Бэйса. Он удивленно посмотрел на Криса, словно не узнавая его, потом выглянул на лестничную площадку и после этого строго спросил:

- Что тебе, мальчик? Опять ключи забыл?

- Меня зовут Крис, - напомнил он ему. – Ключи я не забыл. Просто хотел сказать вам, что котенок родится на днях.

- Какой котенок? – не понял мистер Бэйс.

- Ну, котенок. У моего друга Джонни. Он родится на днях.

Мистер Бэйс тяжело вздохнул.

- Ты мне опять мешаешь работать, - он провел ладонью по лицу. – Зачем мне знать, что у твоего друга на днях родится котенок?

Крис опешил.

- Как же? Я же обещал вам подарить котенка.

- Даже не думай, - закричал мистер Бэйс так громко, что Крис вздрогнул. – Я не хочу никакого котенка. Запомни – никакого! Мне надо работать, мне некогда заниматься котенком и твоими проблемами. Ты мне мешаешь. Понятно?

Мистер Бэйс захлопнул двери перед носом Криса. Тот еле успел отскочить в сторону.

«Все-таки он определенно странный», - подумал Крис, направляясь к своей квартире.

До прихода мамы еще оставался почти час. И Крис, закончив домашнее задание, решил почитать книжку про парусники. Но только он удобно расположился в кресле, как в квартиру позвонили.

Крис распахнул дверь и увидел на пороге незнакомую женщину. Она была похожа на их учительницу математики. В темно-сером строгом костюме, волосами, собранными в пучок на макушке, очках в темной оправе и большим серым портфелем в руках.

- Ты Крис Дуглас? – спросила женщина, и голос ее был похож на голос его учительницы.

- Да, но мамы нет дома.

- Я ее подожду, - сказала женщина и попыталась пройти в квартиру.

Но Крис стоял на ее пути. Впускать посторонних в дом мама строго-настрого ему запрещала.

- Крис, я должна подождать твою маму, - женщина не собиралась уходить. – Меня зовут Джин Гроуд. Я – помощник судьи по семейным вопросам, провожу расследование.

Непонятные слова испугали Криса, и он отступил в сторону.

Женщина сразу же воспользовалась замешательством мальчика. Она быстрым шагом обошла квартиру, заглянула во все комнаты, покрутила носом в кухне, увидев грязную посуду в умывальнике. Крис следовал за ней по пятам.

После осмотра квартиры женщина уселась за стол, достала из портфеля папку с бумагами и стала писать. Крис подошел к ней со спины, стараясь разглядеть, что же она так быстро записывает.

- Мальчик сядь и не мешай мне, - повела плечом женщина, и пучок волос на ее голове дернулся.

Крис уселся напротив.

- Итак, Крис, пока мамы нет, давай поговорим с тобой. Ты будешь отвечать на мои вопросы?

Крис кивнул. Почему бы не ответить?

- Мама всегда так поздно приходит с работы? – спросила помощник судьи и уставилась на Криса ледяным взглядом.

- Да, она много работает, - сказал Крис, стараясь быть честным.

- А когда же она готовит тебе обед?

- А мы заказываем пиццу.

Пусть не думает, что они с мамой голодают.

- Пиццу? – протянула женщина. – Понятно. Проверяет ли мама твои уроки?

- Зачем? – удивился Крис. – Я сам их делаю.

Женщина что-то быстро застрочила у себя на листе.

- И ты целый день один сидишь дома?

Глаза у женщины прищурились, и она перестала быть похожей на их учительницу математики.

- Нет, - назло ей соврал Крис. – За мной присматривает мистер Бэйс.

Брови помощника судьи вскинулись вверх.

- Мистер Бэйс? Кто такой мистер Бэйс?

- Это наш сосед. Очень хороший человек.

Женщина быстро сложила листы в папку и поднялась.

- Я хочу поговорить с мистером Бэйсом. Проводи меня к нему.

- Пожалуйста, - хмыкнул Крис.

Он злорадно представил, как мистер Бэйс сейчас накинется на эту злую тетку, как накричит, что она ему мешает работать. Ему было совсем ее не жалко.

Макс Бэйс, которому как раз сегодня исполнилось тридцать девять лет, зло выругался. Правда, не вслух и не по поводу того, что перевалил на сороковой год своей жизни.

Просто в последнее время все пошло наперекосяк. Книга, которую редактор хотел получить, образно говоря, еще вчера, не клеилась. С каким большим удовольствием он начинал ее писать, с таким же трудом дописывал последние страницы. Если раньше все то, что он хотел рассказать читателю, казалось ему важным и значимым, то теперь - пустым и ненужным.

Стоит оторвать взгляд от экрана компьютера и поднять на книжные шкафы, то сразу же увидишь сотни таких же ненужных книг, как пишет он. Зачем рожать еще одну, от которой никому нет пользы? Формальные слова, собранные в умные фразы. Чужие мысли, переиначенные в свои. Юриспруденция – наука старая. Все, что можно в ней сказать, сказано еще древними. А нынешние авторы лишь переводят их мысли на современный язык, приспосабливают к нынешним реалиям.

Полезнее прочитать четыре тома Институций Юстиниана, чем тысячи книг его последователей.

От горестных мыслей Макса оторвал звонок в дверь. Удивляясь, кому он мог понадобиться, и тяжело вздыхая, он поплелся к двери. Как же он не любил эти внеурочные звонки в дверь. Прекрасно знал, что ничего, кроме хлопот, они не приносят. Одно время он вообще хотел отключить звонок. Но подумав, решал, что это будет уже слишком. Хоть какая-то связь с внешним миром.

На пороге стояла женщина.

- Джин Гроуд, - сухо представилась она. - Я – помощник судьи по семейным вопросам.

Макс не представлял, что ей понадобилось от него. Поэтому и не выказал никаких эмоций.

Не дождавшись от Макса даже приветствия, Джин Гроуд сообщила:

- По поручению судьи я провожу инспекцию условий жизни ваших соседей Дугласов. Мальчик сообщил мне…

И тут Макс за спиной женщины заметил Криса. Крис выглядел таким испуганным, что у Макса сжалось сердце. Он улыбнулся мальчику и посмотрел в глаза помощнику судьи. Как же он не любил женщин подобного типа. Надменные, уверенные, прущие напролом. Копившаяся в нем с утра злость прорвалась наружу.

- А позвольте узнать, мисс…

- Мисс Гроуд, - тут же подсказала та.

- Да, мисс Гроуд. Позвольте узнать, по какому праву вы проводите инспекцию в отсутствии матери несовершеннолетнего ребенка?

Мисс Гроуд открыла рот, но Макс не дал сказать ей ни слова.

- Какое право вы имеете проникать в квартиру, допрашивать ребенка?

Крис, поняв, что сосед встал на его защиту, быстренько прошмыгнул за спину Макса.

- Это моя работа, - выпалила помощник судьи. – Я обязана…

И опять Макс ее перебил:

- И, вообще, разрешите узнать причину, по которой проводится инспекция в приличной семье?

Он буравил ее глазами. Но таких женщин, как мисс Гроуд, трудно вывести из себя. Пронзительный взгляд Макса ее нисколько не смутил.

- В суд подан иск, - жестко сказала она, вскинув голову, - о передаче прав опеки над ребенком.

- Вы ничего не путаете? – удивился Макс.

- Нет, - тряхнула головой мисс Гроуд. – И, как я успела заметить, совершенно обоснованно. Мальчик в столь позднее время находится один дома, еще не обедал. Хорошая мать не может допускать такого.

- Не вам судить о достоинствах мисс Дуглас, - рявкнул Макс. – Прошу вас покинуть этот дом. Иначе я подам встречный иск о неправомерном проникновении в жилище.

- Да какое вы имеете право, - не выдержала мисс Гроуд.

Но Макс уже захлопнул дверь перед ее носом.

- Здорово вы ее, - выдохнул восхищенно Крис.

- По-другому нельзя, - хмыкнул Макс. – Такие люди по-другому и не понимают.

Он приложил дверь к уху, услышал стук каблуков по лестнице и приоткрыл дверь.

- Все, можешь идти домой и спокойно ждать маму, - Макс подтолкнул в спину Криса. – В ближайшее время она у вас больше не появится.

Но Крису не хотелось уходить.

- А можно я у вас маму подожду, - скривил он хитрую рожицу. – Вдруг эта тетка опять придет.

- Нет, - жестко сказал Макс. – Нельзя. Мне нужно работать.

И он силой вытолкал Криса за дверь. Облегченно вздохнув, вернулся к столу, надеясь дописать сегодня главу.

Но вышло все не так, как он мечтал. Только он собрался с мыслями, только сосредоточился, как вновь позвонили в дверь.

- Не дом, а какой-то проходной двор. – Макс в негодовании ударил по клавиатуре ладонью. – Никакой возможности работать.

На этот раз на пороге своей квартиры он увидел Джулию. Щеки ее пылали, глаза сверкали, кулачки были сжаты. Увидев такое, Макс невольно отступил вглубь коридора.

- Да как вы смеете распоряжаться? – накинулась на него Джулия. – Вы вели себя по-хамски с представителем закона, а за это придется отвечать мне. Чего вы добивались, прогоняя помощника судьи?

- Я всего лишь пытался защитить вашего сына, - спокойно ответил Макс. – Эта мисс Гроуд поступила неправомерно, и я указал ей на эту неправомерность. Не понимаю, какие у вас ко мне претензии.

- Никаких, - буркнула мать Криса. – Но мисс Гроуд сказала, что все включит в отчет. Вы понимаете? Они хотят отобрать от меня сына.

Джулия шмыгнула носом, закрыла ладонью лицо и плечи ее затряслись. Макс переступил с ноги на ногу, не зная как ее успокоить. Протянул руку, потом мгновенно отдернул ее, так и не дотронувшись до Джулии.

- Ну что вы, - пробормотал он. – Зачем же плакать?

Макс отвык от женских слез, не знал, как поступить, чем утешить. Джулия лишь заревела сильнее.

- Никто не посмеет отобрать от вас сына, - не глядя на плачущую женщину, скороговоркой проговорил он. – Для такого решения нужны веские основания.

Джулия еще раз шмыгнула носом.

- Сегодня мне звонил мой бывший муж. Сказал, что нанял хорошего адвоката, и что обязательно добьется решения суда в свою пользу. Я не знаю, что мне делать, мистер Бэйс. Не знаю. Я никогда не оказывалась в такой ситуации. А тут вы еще со своей помощью.

Джулия досадливо махнула рукой и зло посмотрела на него, словно именно он был виновником ее несчастий. Это Макса задело.

- Наймите и вы хорошего адвоката, - сказал он и сухо добавил:

– Простите, вы отвлекаете меня от работы.

Прикрыв дверь, Макс посмотрел в глазок. Джулия потерянно стояла у его двери. Ему стало ее так жалко, что он взялся за дверную ручку. Но тут же, тряхнув головой, сказал себе:

- Не хватало мне еще решать чужие проблемы.

И быстро пошел к своему рабочему месту.

В этот вечер ему так и не удалось дописать главу.

«Наймите и вы хорошего адвоката… Наймите адвоката… Хорошего адвоката…», - безостановочно стучало в голове Джулии.

Не может она этого сделать, не может. Нет у нее денег на адвокатов, а тем более на хороших. Обратиться за помощью к родителям она не могла. Да и откажут они ей в просьбе. Джулия прекрасно помнила слова, брошенные ей на прощание: «Ты хочешь быть самостоятельной, так будь ею». Жесткие слова, обрубающие все концы.

До последнего момента она все-таки не верила, что Филипп подаст иск в суд. Но она, оказывается, плохо знала своего бывшего мужа. Или он так изменился за эти годы. Этот вариант Джулии нравился больше. Признаваться в том, что она любила подлеца, не хотелось даже самой себе. Но он сделал это.

Джулия позвонила Филиппу в тот же вечер, после прихода инспектора. Трубку взяла жена Филиппа. Джулия ни разу не видела эту женщину. Да и никогда не интересовалась той, что пришла ей на смену. Джулия только знала, что родители Филиппа были довольны его новой женой. Ведь именно его мать сообщила о его женитьбе Джулии. Позвонила по телефону и вывалила ей на голову эту новость. То ли унизить хотела Джулию, то ли и вправду ее так распирало от счастья. Джулия же просто поблагодарила бывшую свекровь за информацию, правда, добавив, что ее эта новость абсолютно не интересует.

Голос у жены Филиппа был жесткий, твердый, говорила она отрывисто и коротко. Вначале отказалась пригласить к телефону Филиппа, сославшись на его занятость. Но потом, тронутая или дрожащим голосом Джулии, или какими-то другими своими соображениями, произнесла:

- Сейчас он подойдет.

Джулии показалось, что Филипп добирался до телефона целую вечность, так долго в трубке стояла тишина.

Наконец до ее уха донеслось:

- Я слушаю.

- Здравствуй, Филипп. Это Джулия, - она собрала всю силу и поздоровалась как можно спокойнее.

- Я слушаю, - нетерпеливо повторил Филипп.

- Сегодня приходили из суда.

- Я знаю, - перебил ее Филипп. – И что ты хочешь от меня? Я тебя предупреждал, что пойду на все, чтобы получить опеку над Крисом.

Сердце Джулии ухнула вниз живота. Бессмысленный звонок, бессмысленные попытки поговорить с Филиппом. Ей не оградить Криса от этой грязи.

И тут внутри нее что-то взорвалось и вырвалось криком:

- Я не допущу этого. Тебе никогда не дадут опеку над Крисом. Я докажу суду, что ты никчемный отец, которого нельзя допускать к ребенку даже на пушечный выстрел.

- Попробуй, - хмыкнул Филипп, и Джулия услышала в трубке короткие гудки.

- Черт! Черт! Черт!

Она бросила трубку на рычаг и со всей силы ударила кулаком по стене. От резкой боли по щекам потекли слезы. Хорошо, что Крис уже спал и не видел их.

Ну уж нет, так просто сдаваться Джулия не собиралась. Она еще поборется и за себя, и за своего сына. Джулия смахнула непрошенные слезы, подошла к зеркалу, посмотрела на свое отражение. Она всегда была сильной. Сейчас ей нужно стать еще сильнее.

Как не странно, но работа в кафе Джулии нравилась. Это было именно то, что ей сейчас и требовалось. День, вопреки уверениям Билла, был занят до предела. Джулии просто не оставалось времени переживать свои неприятности. От одного столика к другому, из зала на кухню и обратно. И, главное, улыбаться, улыбаться, улыбаться.

С Биллом у Джулии сложились хорошие отношения. В отличие от Выпендрежа он не считал своих работников людьми второго сорта и держался с ними на равных, прикрывая один глаз на их недочеты, но зато хвалил за все хорошее.

Джулия не раз вспоминала поговорку про то, что если что-то происходит, то обязательно к лучшему. О своей работе в магазине она вспоминала как о кошмарном сне. И как кошмарный сон хотела выкинуть воспоминания о ней из своей головы.

Устраивал ее и график работы. Сейчас она работала через день и могла больше времени проводить с Крисом. Если бы не неумолимо приближающийся день суда, можно было сказать, что Джулия чувствовала себя счастливой.

«Все будет хорошо», - успокаивала она себя. Но на душе было неспокойно.

На заседание суда Джулия из-за волнения пришла на полчаса раньше. Боялась опоздать, а пришлось столько лишнего времени впустую болтаться по коридорам. Снующие туда-сюда люди постоянно толкали и задевали ее, недовольно поглядывали, а некоторые высказывали свое неодобрение по поводу того, что она создает помехи. Джулия чувствовала себя неуместным предметом в этом коридоре, физически ощущала давление серых казенных стен.

Чтобы не мешать другим, Джулия села на стул. Но сидеть спокойно в своем возбужденном состоянии она не могла, постоянно дергалась, открывала и закрывала сумочку, даже попыталась почитать рекламный проспект, забытый кем-то на соседнем стуле. У нее ничего не вышло. Буквы прыгали перед глазами и не хотели складываться в понятные слова.

Поэтому появление Филиппа восприняла почти с радостью. Он появился в конце коридора самодовольный, уверенный в себе. Вид у него был словно он пришел не на заседание суда, а в театр. И сейчас его ждет не нудное разбирательство, а приятный просмотр спектакля.

Филипп заметил сжавшуюся на стуле Джулию и подошел к ней.

- Привет, - поздоровался он, присаживаясь рядом.

- Здравствуй, - ответила Джулия и отвернулась. Смотреть на его довольное лицо не было сил.

- Волнуешься? – как о чем-то незначительном спросил Филипп и стряхнул невидимую пылинку с рукава строгого, дорогого костюма.

Джулия не удостоила его ответом, лишь дернула плечом. Она понимала, что никакие слова на этого человека не подействуют, зачем зря унижаться. Да, она волновалась, переживала, сходила с ума от страха. Но Филиппу знать об этом совершенно не обязательно.

- Ну как, может, договорились?

Перед ними остановился мужчина в темно-бордовом костюме, челочкой зачесанной на лоб и очками в тонкой золотой оправе. Мужчину можно было бы назвать симпатичным, если бы не сильно выдававшийся вперед подбородок. Он придавал ему вид слишком надменного человека.

- Здравствуйте, - Филипп резво вскочил на ноги и пожал ему руку. - Джулия, познакомься. Мистер Феррери, мой адвокат. А это Джулия…

- Очень приятно, Джулия, - мистер Феррери галантно поклонился.

- Ничего приятного в этом не вижу, - буркнула Джулия, отворачиваясь от адвоката Филиппа.

- Да, - вздохнул тот. – Вижу, что вы так и не договорились. А ведь могли этим избежать много неприятных моментов. Ну что ж. Пошли, нас уже ждут. Да, жаль, жаль…

Он направился к дверям зала заседания, за ним двинулся Филипп, а потом уже и Джулия. Они так и вошли гуськом, один за другим.

Джулии никогда в жизни не приходилось бывать в суде, и она понятия не имела, как вся эта процедура проходит.

Оказалось, что их пригласили не в огромный зал судебных заседаний, какие она видела в фильмах, а в небольшой кабинет с длинным столом, за которым уже сидели три человека: мужчина и две женщины. В одной из них она узнала Джин Гроуд, которая приходила с проверкой к ним домой. Второй женщине, сидевшей посередине, было лет под пятьдесят, и она строго смотрела на вошедших, словно недоумевая, зачем они сюда пожаловали. Мужчина же, наоборот, даже не поднял взгляд. Он что-то с увлечением писал в блокнот.

- Прошу садиться, - громким голосом произнесла женщина, сидевшая посередине, и указала рукой на свободные стулья, расположенные через стол от троицы.

Филипп и его адвокат сели на два рядом стоящих стула, Джулия – через стул от Филиппа.

Она волновалась. Ладони рук вспотели, и она их постоянно вытирала под столом об юбку. Джулии было неуютно и одиноко. Казалось, что все смотрят на нее с неодобрением, с какой-то долей презрения.

Женщина представилась судьей по семейным вопросам и вкратце изложила суть дела. Ее слова с трудом доходили до сознания Джулии, словно продирались сквозь густую пелену.

Потом она предоставила слово адвокату Филиппа. О, как красиво говорил мистер Феррери! Слова из него так и лились, переливались красками и оттенками, тихо звучали в одних местах и громким рокотом взлетали к потолку в других.

Мистер Феррери был прекрасным оратором, говорил так убедительно, что Джулия, если бы не знала прекрасно всю внутреннюю суть своего бывшего мужа, непременно поверила бы ему.

Феррери красочно описал, какой мистер Дуглас прекрасный профессионал, семьянин, как у него все успешно складывается в жизни, как он заботлив и внимателен к своим сослуживцам, жене и собаке. Не забыл он поведать и о большом доме, расположенном в тихом районе. Упомянул о соседях, сплошь порядочных и уважаемых людях. Чуть не пустил слезу, когда рассказывал, как мистер Дуглас все годы печалился о сыне, как мечтал о встрече с ним, как надеялся, что мальчик когда-нибудь падет в его объятия. Наконец, терпение мистера Дугласа дошло до крайней точки. И если сегодня господа судьи не решат этот вопрос в его пользу, мистер Дуглас помешается от горя.

Конечно, последняя мысль не была выражена умным мистеров Феррери точно в таком виде, но смысл его слов сводился именно к этому.

Джулии хотелось плюнуть в лицо, нет, не адвокату, тот просто выполнял свою работу, а Филиппу. До того он выглядел уверенным, самодовольным и правым. Но она сдержалась, лишь чаще стала вытирать ладони. Дадут ей слово, она уж расскажет правду о достоинствах Филиппа Дугласа, о его мнимой любви к сыну, о его заботе о нем все эти годы. Она докажет, что такого отца и близко нельзя подпускать к ребенку.

Но после адвоката Феррери слово дали не Джулии, а помощнику судьи Джин Гроуд.

Нет, она не умела говорить так красиво и складно, как предыдущий оратор, но то, что говорила она, было не меньшим бредом, заставившим Джулию усомниться в реальности происходящего. Пробежала спасительная мысль, что может все происходящее всего лишь сон. Вскоре она проснется и сама же посмеется над тем, что ей привиделось. Но она прекрасно знала, что это не так. Этот кошмар происходил наяву.

Речь Джин Гроуд доходила до сознания Джулии какими-то отрывочными фразами. До того она была поражена услышанным.

- Я провела проверку условий жизни несовершеннолетнего Кристиана Дугласа… В результате проверки обнаружено… Мать, Джулия Дуглас, совершенно не занимается сыном… В позднее время мальчик находиться один дома без присмотра… Надзор над сыном Джулия Дуглас доверяет психически неуравновешенным лицам… Мать не следит за поведением сына… Не интересуется его учебой… У мальчика проблемы в школе… Учителя отзывают о нем, как о несдержанном, замкнутом ребенке… Мальчик предоставлен сам себе… В поведении Кристиана Дугласа обнаружена агрессивность…

Неужели это о них с Крисом? Джулия была раздавлена. Из ее головы вылетели все слова, что она собиралась сказать судье.

От напряжения разболелась голова, в ушах появился неприятный шум. Когда ей дали слово, она с трудом поднялась со своего места, покачнулась и, чтобы не упасть, оперлась руками о край стола. На глаза навернулись слезы, которые, Джулия прекрасно осознавала, были сейчас совершенно не уместны. Она сделала несколько глубоких вдохов, но это ей не помогло. Сдерживая слезы, чуть слышно проговорила:

- Это все не правда.

- Что неправда, мисс Дуглас? – поинтересовалась судья, и в голосе ее не было ни капли сочувствия. Бесстрастный, сухой вопрос.

- Ну, то, что здесь говорили. Я люблю сына и делаю все возможное, чтобы ему было хорошо. Да, мне приходится задерживаться на работе. Но Крис самостоятельный мальчик. И он совсем неагрессивный. Понимаете, мы с ним отлично ладим. У него нет секретов от меня. Мы с ним настоящие друзья. Он ласковый, добрый. Его любят одноклассники.

- Это все хорошо, мисс Дуглас, - перебила ее судья и пролистнула несколько страниц в папке. – Но имеются и другие проблемы. Вот тут написано, что недавно вас уволили с работы. Разрешите узнать причину увольнения.

Джулия судорожно сглотнула. Они даже об этом знают. Она представила, что о ней рассказал Выпендрёж.

- На моей прошлой работе случилось недоразумение, в результате которого…

- Совершение кражи вы называете недоразумением? – левая бровь судьи резко взметнулась вверх.

- Не было там кражи, - пробормотала Джулия.

- У нас совершенно другие данные, - не дала ей объяснить судья.

- Но это же совершенно не касается Криса. К тому же я уже нашла новую работу. Хорошую. И сейчас я смогу больше времени проводить с Крсом, - воскликнула Джулия.

Судья криво усмехнулась. И тут Джулия поняла, что судьба их с Крисом уже давно решена, что это заседание не более, чем формальность, что она неприятна и судье, и ее помощникам. И они мечтают поскорее закончить эти ненужные разговоры и побыстрее отправиться в кафе выпить чашку кофе. Чашка кофе для них в стократ важней, чем ее слезы и неуклюжие оправдания. И им наплевать, что они рушат не только ее жизнь, но и жизнь Криса.

Она собрала всю силу и дрожащим голосом выкрикнула:

- Вы не можете передать опеку этому человеку. Ему не нужен сын. Этому человеку наплевать на сына.

- Мисс Дуглас, я вынуждена призвать вас к порядку, - судья встала. – Ведите себя достойно. Обе стороны выслушаны. Через несколько минут суд вынесет решение.

Она поднялась и двинулась в сторону двери. За ней поспешили Джин Гроуд и мужчина, за все время заседания не проронивший ни слова.

Джулия закрыла лицо руками. Только не смотреть на Филиппа, только не видеть того самодовольного выражения, которое сияет сейчас, наверное, на его лице.

Но вместе с тем она не теряла надежды. Нет, они не могут отобрать у нее Криса. Судья тоже человек, она женщина, она должна понимать, что нельзя лишать сына матери. Что это ненормально, это противоестественно. Мать и дитя – это единое целое, и разрушение этого целого неотвратимо принесет беду. Страшную беду.

Джулии казалось, что прошла целая вечность ожидания. Наконец дверь комнаты распахнулась и появилась троица, которую Джулия ненавидела всеми фибрами души. Она знала, каким будет их решение. Она уже знала.

Последнее что она услышала, выходя из зала заседаний, были слова Филиппа:

- Джулия, ты не переживай, Крису у нас будет хорошо.

Она кинула на бывшего мужа такой взгляд, что он сразу же прикусил язык и отступил на шаг назад. И правильно сделал. Еще бы одно слово, еще бы одно движение по направлению к ней, и Джулия бы не выдержала, сорвалась, вцепилась ногтями в его самодовольное, холеное лицо.

Домой она добралась как в бреду, слезы застилали глаза, и она вокруг ничего не видела. Ей просто повезло, что на ее пути попадались только вежливые водители, не создающие аварийных ситуаций.

Сомнамбулой прошла мимо охранника на стоянки.

- С вами все в порядке, мисс Дуглас? – заметив ее состояние, поинтересовался высунувшийся из будки парнишка. – Может, вам нужна помощь?

Джулия лишь помотала головой. Помощь… Да, ей нужна помощь. Но меньше всего ее может оказать вот этот молоденький мальчик.

В голове стучала лишь одна мысль:

«Как я об этом скажу Крису?».

Сегодня с утра, отправляя сына в школу, Джулия его клятвенно заверила, что все будет хорошо, что никто его не отберет от нее, что она никому не позволит этого сделать. И вот, пожалуйста, она не сдержала своего слова. Может, и права судья. Она плохая мать, не сумевшая защитить сына.

Ноги стали ватными, Джулия с трудом поднялась на свой этаж. Поднималась медленно, искусственно оттягивая тот момент, когда ее встретят вопросительные глаза Криса.

Подойдя к двери, медленно открыла сумку, также медленно достала ключ. У Джулии было ощущение, будто сломался кинопроектор ее жизни, и все протекает в замедленном темпе. Джулия как бы видела себя со стороны: целую вечность рука с зажатым ключом поднимается к замку, вставляет ключ в отверстие.

- Мисс Дуглас!

От неожиданности Джулия вздрогнула и быстро обернулась. Из своей квартиры выглядывал ее сосед.

- Мисс Дуглас, - резко произнес он. – Мне нужно с вами поговорить.

Джулия, не понимая, что он от нее хочет, смотрела на него. Что ему от нее нужно? С какой стати у него возникло желание говорить с ней? Именно сегодня, когда у нее на это нет ни сил, ни желания.

- Простите, - с трудом выдавила она из себя. – Давайте поговорим в другой раз. Я сейчас не могу с вами разговаривать.

Сосед ее не услышал или не захотел услышать. Он упрямо дернул головой.

- Нет, я хочу поговорить с вами именно сейчас. Иначе будет поздно.

Джулия привалилась спиной к двери. Он так и не вышел из своей квартиры, сердито глядя на нее.

- Мне нужно поговорить о вашем сыне, о Крисе, - поправился он. – Вы должны остановить его, сказать, что так не поступают, что это плохо.

- Я не понимаю, о чем вы говорите, - Джулия собрала всю силу, стараясь разобраться, что хочет от нее сосед.

Он поморщился, злясь на ее непонятливость и отрешенный вид.

- Дело в том, что ваш сын, Крис, хочет подарить мне котенка. Но поймите, это очень плохая идея. Мне не нужен котенок. У меня хватает проблем и без котенка. Но Крис ничего не хочет слышать. Он вбил себе в голову, что мне этот котенок…

Джулия дотронулась рукой до лба. Требовательный голос соседа раздражал ее. Она хотела только одного: чтобы он поскорее замолчал.

- Я поговорю с Крисом, - устало сказала она. – Я ему передам вашу просьбу. Можете быть спокойны, он не принесет вам котенка.

На последних словах голос Джулии дрогнул. Да, Крису вскоре будет совсем не до котенка. Бедный Крис!

Наконец Макс заметил, что Джулия находится в ужасном состоянии. Бледная, сжавшая в комочек женщина, нервно теребящая сумочку в руках.

- Мисс Дуглас, с вами все в порядке? – озабоченно спросил он. – Вы неважно выглядите. У вас какие-то проблемы? Я могу вам чем-то помочь?

- Да чем вы мне поможете! – не сдержалась, выкрикнула Джулия. – Ничем и никто мне не поможет! У меня сына отбирают. Понимаете вы это?

Она отвернулась от растерянно топтавшегося у своих дверей Макса, уткнулась лбом в дверь и заплакала.

Некоторое время Макс смотрел на сотрясающиеся от рыданий плечи женщины, потом, ни сказав не слова, отступил в квартиру и закрыл дверь. Только бы не слышать ее слез, только бы не видеть ее горя.

Глава 4

Макс, как заведенный, ходил по комнате и ругал себя за то, что не сказал несчастной женщине ни слова в утешение. Просто спрятался от ее горя за дверью. Поступил так, как привык поступать в последнее время.

Его дом – его крепость. И пусть за окнами бушуют страсти, рушатся судьбы, его это совершенно не касается. Он слишком долго строил ограду, надежно защищающую его от внешних раздражителей, чтобы вновь выглянуть из-за нее. Он этого не желает, не хочет.

Но сколько же боли было в глазах матери Криса, сколько страдания. И что ему стоило произнести несколько слов в поддержку, чтобы просто успокоить, подбодрить. Ну уж нет. Макс прекрасно знал, чем это могло закончиться. Расстроенная женщина, почувствовав его заинтересованность, вылила бы на него бочку своих проблем. А ему это надо? Это ее проблемы, Макса абсолютно не касающиеся. Ее проблемы, и проблемы Криса.

При воспоминании о мальчике, тоненькая иголочка, остренькая, нахальная, дотронулась до его сердца и причинила такую боль, что Макс вздрогнул и невольно дотронулся ладонью до груди. Только приступа ему сейчас и не хватало.

Он мотнул головой, прогоняя ненужные мысли.

- Мама, я не хочу к нему переезжать. Не хочу! - Крис упорно не хотел называть Филиппа отцом.

Они сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу, и уже больше часа вели разговор. Разговор, вертящийся по кругу, и оттого бессмысленный. Он начался еще вчера вечером, когда Джулия предложила Крису собирать вещи. «Не буду», - буркнул тогда он и ушел смотреть телевизор. Вот и сейчас Джулия, стараясь не расплакаться, объясняла Крису, что он должен недолго пожить в доме отца, что ему там будет хорошо, что отец имеет право быть рядом с ним, как и мама. Объясняла ему и сама же не верила себе. И Крис ей не верил.

- Но я не хочу! – Крис перешел на крик. – Я ему не нужен. И тебе я не нужен. Никому не нужен.

- Что ты такое говоришь? – с ужасом вскричала Джулия и, схватив сына за плечи, прижала к себе. – Не смей так говорить!

Но Крис, уперев руки в ее грудь, с силой оттолкнул Джулию от себя.

- Не нужен, не нужен, не нужен! – кричал он, и его лицо перекосилось от недетской боли.

Джулия протянула руки к сыну, но он быстро отскочил в другой угол дивана. Руки Джулии бессильно упали на колени.

- Пойми, Крис, сейчас невозможно ничего исправить. Так решил суд, - Джулия старалась говорить убедительно. – Тебе придется недолго пожить у отца. Но я обещаю тебе, я клянусь, что это ненадолго. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты вернулся домой. И мы опять будем вместе. Ты мне веришь?

- Ничего ты не сможешь сделать! Ничего! – Крис захлебнулся от слез.

Он вскочил с дивана и рванул из комнаты.

- Крис! – крикнула ему вдогонку Джулия, но в ответ услышала лишь стук входной двери.

Как же он не любил эти настойчивые звонки в дверь. Макс поморщился, как от зубной боли, но все же направился к двери.

Увидев расстроенное лицо Криса, он, молча, отступил в сторону, давая возможность тому пройти в квартиру. Тот, даже не взглянув на него и ничего не объясняя, прошмыгнул в комнату.

- Итак, что случилось на этот раз? – Макс сложил руки на груди и прислонился к дверному косяку.

- Ничего не случилось, - буркнул Крис, не поднимая на него глаз. Он устроился на диване, словно собирался провести в квартире мистера Бэйса целую вечность.

- Значит, ничего. А ты зашел ко мне по-соседски, чтобы мило побеседовать? Ну что ж, давай поговорим.

Макс сел рядом с Крисом, забившимся в уголок дивана. Мальчик выглядел несчастным, и Макс совершенно не знал, как с ним разговаривать. Он не нашел ничего лучшего, как опять спросить:

- Что случилось, Крис? Ты выглядишь паршиво.

Крис шмыгнул и провел ладонью по носу.

- Я никому не нужен, - выдавил из себя Крис и опять шмыгнул носом.

- Так… - протянул Макс. – И откуда такие мысли?

- Мама отдает меня этому… этому Филиппу, - прошептал Крис. – Я ей не нужен. Я никому не нужен.

Макс хлопнул ладонями по коленям, встал с дивана, прошелся до окна и вернулся обратно, присел перед Крисом на корточки.

- Крис, давай поговорим как мужчина с мужчиной, - произнес он, стараясь поймать взгляд Криса. – Ты хоть способен сейчас трезво рассуждать?

- Да, - кивнул тот.

- Значит, ты должен переехать к отцу?

- Он мне не отец, у меня нет отца, - зло выкрикнул Крис. – Неужели вы не понимаете?

- Хорошо, - Макс старался говорить спокойно. – Ты должен переехать к мистеру Дугласу?

- Да, - кивнул Крис, а потом быстро-быстро, боясь, что его перебьют, заговорил:

- Судья сказала, что мама – плохая мама. Что ей нельзя доверять воспитание ребенка, что ей всегда некогда, что мне будет лучше с отцом. Откуда она знает, что мне там будет лучше? Ненавижу суд. Ненавижу!

Крис уткнулся носом в спинку дивана и заплакал, горько, уже не старясь сдерживаться.

Макс гладил его по спине. У него у самого к горлу подступили слезы, так ему было жаль этого, нечаянно ворвавшегося в его размеренную жизнь, мальчика. Он на себе испытывал его чувства и его боль, и не знал, как эту боль уменьшить.

- Но, Крис, - произнес он, понимая, что должен что-то сказать. – У твоей мамы есть право подать встречный иск. Она должна бороться за тебя, и, думаю, что она так и сделает. Дай ей время. Все разрешится. Понимаешь, это все лишь временно. Ты немного поживешь в семье Дугласов, а потом вернешься к маме.

- У мамы нет денег, - горько, по-взрослому, произнес Крис. – И она не может нанять хорошего адвоката. Так она сказала. А без адвоката она никогда не докажет этой противной судье, что она хорошая мама.

И вдруг Крис резко повернулся к Максу. На зареванном лице засветилась надежда.

- Мистер Бэйс, - он схватил Макса за руку. – Вы же адвокат. Вы можете нам помочь?

Макс вырвал руку, выпрямился и заходил по комнате.

- Нет, я не могу, - он боялся взглянуть на мальчика. – Я не могу.

- Почему? Ну, вы же адвокат. Вы же говорили, что вы хороший адвокат.

Как объяснить ребенку, что он не в состоянии им помочь? Как разрушить ту надежду, что горела в глазах Криса?

- Я давно не выступаю в суде, - тихо сказал Макс. – Очень давно. И я не могу… Это сложно объяснить, но это так.

Крис вновь заплакал.

- Вы просто не хотите нам помочь. Не хотите. Вы злой!

- Крис, не в этом дело, - Макс вновь присел на корточки перед Крисом. – Все намного сложнее. Понимаешь, я отошел от этой работы. Я занят книгой.

- Я не хочу вас слушать, - захлебнулся слезами Крис. – Вы просто не хотите. И все!

В дверь позвонили, и этот звонок стал спасением для Макса.

- Это, наверное, твоя мама. Иди домой, Крис, - Макс дотронулся до плеча мальчика.

- Я не хочу, - упрямо помотал головой мальчик.

- Ты должен, - серьезно, как взрослому, сказал Майкл. – Твоей маме сейчас очень тяжело, и если ты ее любишь, не делай ей больно. Ты же мужчина, ты должен быть сильным. Ты меня понимаешь?

- Мне тоже больно, - не успокаивался Крис.

- Я понимаю, - успокаивал его Макс. – Но и ты пойми маму. Ей также больно и тяжело, как и тебе. И ты должен ее поддержать в трудную минуту. Не делай ей еще больнее. У нее и так сердце разрывается от переживаний за твою судьбу. Она же любит тебя, и ты это знаешь.

- Да, - согласился Крис. – И я люблю ее. Я не хочу, чтобы она расстраивалась.

- Ты умный мальчик, ты все понимаешь. Иногда в жизни происходят события, на которые мы не можем повлиять. С ними нужно смириться, пережить их и, главное, верить, что все будет хорошо. Ты же веришь?

- Не знаю, - пожал плечами Крис. – Но я хочу верить.

Снова раздался звонок в дверь.

- Давай, Крис, иди. Мама волнуется.

Крис вытер рукой глаза и сполз с дивана.

Но прежде чем уйти, он остановился в дверях и тихо, почти неслышно, прошептал:

- Помогите нам, мистер Бэйс. Пожалуйста, помогите.

Филипп приехал на пятнадцать минут раньше. Но Джулия и Крис уже ждали его. Они сидели на диване в гостиной, тесно прижавшись друг к другу, и молча вслушивались в тишину. Все слова были сказаны, все эмоции выплеснуты. Они просто ждали неизбежного и боялись его.

- Это твой отец, - с трудом проговорила Джулия, когда трель дверного звонка разорвала зыбкую тишину.

- Давай мы ему не откроем, - в голосе Криса прозвучала такая надежда, что у Джулии сжалось сердце.

Она схватила сына в охапку и стала судорожно целовать.

- Мы не можем ему не открыть. Ты ведь понимаешь, Крис, - шептала Джулия.

- Понимаю.

Крис не плакал, но голос его предательски дрогнул при этом слове.

- Поверь мне, ты поживешь у него совсем недолго. Считай, что просто погостишь. А потом снова вернешься домой. Ты мне веришь, Крис?

- Верю, мама. – Крис обнял Джулию за шею, вцепился двумя руками. – Я так тебя люблю.

- И я тебя, мой дорогой.

«А может и вправду не открывать?», - промелькнула в голове мысль. Просто притвориться, что их нет дома. Нет, Джулия не могла так поступить. Филипп легко не сдастся. Может, сейчас и уйдет, но через некоторое время заявится вновь. И не один, а с представителями власти. Будет скандал, будут неприятности. Зачем Крису новые переживания?

Джулия поцеловала сына и встала с дивана.

Перед тем как открыть дверь, она глянула в зеркало. Приложила ладони к пылающим щекам, стараясь успокоиться. Филипп не должен видеть ее слез, не должен почувствовать ее слабости. Она сильная и уверенная в своей правоте женщина. Пусть знает, что за сына она будет бороться до конца.

- Здравствуй, Джулия. – До чего же довольным и самонадеянным выглядел Филипп.

- Здравствуй, – Джулия отступила в сторону, пропуская Филиппа в квартиру.

- Крис готов?

- Да, - кивнула она и тут же не сдержалась, добавила:

- Я хочу предупредить тебя, что я так это дело не оставлю. Я подам встречный иск. Криса вернут мне.

- Твое право, - хмыкнул Филипп и прошел мимо нее в гостиную.

- Ты готов, Крис? – на лице он изобразил приветливую улыбку.

Крис на нее не ответил. Молча встал с дивана и направился в свою комнату за вещами. Джулия стояла, прислонившись к стене. Ее ноги ослабели, она боялась упасть. Все происходящее казалось ей кошмарным сном, из которого она никак не могла вынырнуть. Сон затягивал ее все глубже и глубже. На такую глубину, где перекрывало дыхание и ломалось тело под тяжестью воды, где останавливались мысли.

Крис, такой маленький и беззащитный, выволок из комнаты спортивную сумку со своими вещами. Джулия специально сложила в нее только самое необходимое, сохраняя тем самым ощущение, что Крис уходит из дома ненадолго, на время.

- Давай я тебе помогу, - Филипп протянул руку к сумке.

- Я сам, - упрямо мотнул головой Крис и, не посмотрев на Джулию, втянув голову в плечи, направился к выходу.

- Крис, ты скоро вернешься домой, - с трудом проговорила Джулия в спину сына. – Я все сделаю, чтобы ты поскорее вернулся.

- Да, мама, - ответил тот, но так и не оглянулся.

- И после этого ты хочешь называться хорошим отцом, - крикнула Джулия в лицо Филиппа. – Посмотри, что ты сделал с Крисом.

Он подошел к ней и заглянул в глаза.

- Я постараюсь быть хорошим отцом, - сказал он мягко. – Я сделаю все, чтобы Крис чувствовал себя хорошо у меня в доме.

И, судорожно сглотнув, добавил:

- Прости меня, Джулия. Но я не мог поступить иначе. Для меня это очень важно. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

Джулия сдерживалась до тех пор, пока не увидела, как Крис и Филипп вышли из подъезда, как Филипп распахнул дверь машины, и Крис, не выпуская сумку из рук, забрался в нее. Он даже не поднял головы, чтобы посмотреть на окно, около которого она стояла.

Автомобиль тронулся, и вот тогда Джулия не выдержала. Она медленно опустилась на пол, обхватила руками колени, уткнулась в них лицом и завыла. Тонко, протяжно, так, как воет зверь. Воет не от боли, воет от безысходности. Слез не было, слезы она уже выплакала ночью. Но ее протяжное завывание было страшнее всех слез вместе взятых.

Вместе с Крисом из дома ушла половинка Джулии. А то, что осталось, уже не было ею. Такой тоски она не ощущала никогда. Пустая оболочка, прислонившаяся к стене у окна. Выжатая и отброшенная за ненадобностью.

О том, что она еще живет, что существует, напоминала лишь боль, пронизывающая все ее нутро. И Джулия была благодарна этой боли, иначе бы она подумала, что умерла.

Она потеряла счет времени, пропало ощущение, где она находится, что делает. Может, прошло всего лишь несколько минут, может быть, вечность. Джулия не знала. Мир сжался для нее в единую картинку: Крис, впившийся руками в сумку, садится в автомобиль Филиппа. Из окна он казался таким маленьким, худеньким и беззащитным. А она, его мать, не могла его защитить. Она собственными руками собрала его вещи и отдала сына чужому человеку. Сама, добровольно. Вместо того, чтобы выгнать того, чужого, запереть двери на все замки, забаррикадироваться, сохранить сына возле себя.

- Мисс Дуглас, мисс Дуглас! – чужой, незнакомый голос прорвался сквозь пелену тумана.

Ее кто-то зовет? Ее? Кто-то?

Джулия подняла голову. Перед нею на корточках сидел чужой мужчина. Погруженная в свое горе Джулия с трудом узнала в нем соседа из квартиры напротив.

- Мисс Дуглас, с вами все в порядке? Вам нужна помощь?

Он протянул руку к голове Джулии, словно хотел погладить, но тут же отдернул ее.

- Вам лучше встать с пола, мисс Дуглас, - сказал он. – Здесь не самое удобное место.

Губы Джулии слиплись и ни за что не хотели разлипаться. Но она, собрав последние силы, выдавила из себя:

- Что вам нужно от меня? Оставьте меня в покое.

Больше всего она сейчас хотела, чтобы ее оставили в покое. Присутствие постороннего человека раздражало, было неуместным в ее горе.

- Я просто хочу помочь вам, - он не собирался уступать.

- Как вы можете помочь мне? – зло выкрикнула Джулия. – Зачем говорить про то, что вы не в состоянии сделать?

- Прежде всего, я хочу помочь вам успокоиться, - он поднялся и сейчас возвышался над Джулией подобно горе. – Соберитесь, мисс Дуглас, и встаньте с пола.

Последние слова прозвучали приказом, и неожиданно для себя Джулия послушалась и встала. Ее шатнуло, и чтобы удержаться Джулия схватилась за плечо стоящего рядом мужчины. От ее прикосновения он дернулся, словно его прошил удар тока. Осторожно, даже чуть брезгливо он дотронулся до руки Джулии и скинул со своего плеча.

- Простите, - тут же сказал он, поймав недоуменный взгляд Джулии, - вам лучше сесть на диван.

- Как вы сюда попали? – способность соображать постепенно возвращалась к Джулии.

- Сядьте на диван, и я вам тогда скажу. Я волнуюсь за вас. У вас такой вид, что вы вот-вот упадете в обморок. А я совершенно не знаю, как обращаться с девушками в обмороке.

- Можете не беспокоиться, - резко ответила Джулия. – Я не собираюсь падать в обморок. Просто скажите, как вы оказались в моей квартире, мистер…

Вдруг Джулия поняла, что фамилия соседа напрочь вылетела из ее головы, она ее абсолютно не помнила. В глазах ее мелькнула растерянность, и он ее тут же заметил.

- Меня зовут Макс, - он тут же пришел ей на помощь. – Если вам так удобнее, то можете называть меня Максом. Мы все-таки соседи, а, значит, не совсем чужие люди.

Джулии стало стыдно.

- Простите, Макс. Просто я сама не своя. Голова кажется пустой бочкой, в которой не сохранилось ни одной мысли.

- Я вас понимаю, - кивнул Макс. – Я думаю, мисс Дуглас…

- Зовите и вы меня Джулией, - тут же перебила его она. – А то совсем неправильно получается.

- Как вам угодно, - пожал плечами Макс. – Так вот, Джулия, я думаю, что вам не помешает сейчас выпить рюмку коньяка.

- Я не пью коньяк, - тут же воскликнула Джулия.

- А я и не заставляю вас напиваться. Всего лишь одна рюмка, чтобы снять напряжение. Поверьте, она вам не повредит.

- Вы так думаете? Я сомневаюсь, что мне может что-нибудь помочь в создавшейся ситуации, - горестно вздохнула Джулия.

- А я и не утверждаю, что она вам поможет. В вашей ситуации вряд ли что может помочь. – Макс был честен с нею, и Джулия за это была ему благодарна. Он выбрал именно тон, который сейчас ей больше всего требовался. Начни он выражать притворные сожаления, Джулия моментально бы выгнала его из квартиры. – Но напряжение снимет. У вас имеется коньяк?

- Не знаю, - пожала она плечами. В этот момент она действительно не знала, имеется ли в доме коньяк.

- Где я могу посмотреть? - Макс тормошил ее, старался вернуть в действительность.

И Джулия, хотя и вяло, но отвечала ему. А, значит, была здесь, а не где-то далеко в своем несчастье.

- Посмотрите там, - она кивнула в сторону бара.

В другое время Джулия ни за что ни позволила чужому человеку заглядывать в ее шкафы, трогать ее вещи. Но сейчас она была рада, что Макс взял инициативу в свои руки.

Он подошел к бару, заглянул в него, удовлетворенно хмыкнул, увидев полную бутылку с напитком, взял стакан, посмотрел через него на свет. Все это время Джулия не отводила глаз от его спины. Странный мужчина, странно появившийся в ее квартире. Что его заставило заботиться о ней, совершенно ему незнакомой? Что ему нужно от нее?

- Выпейте, - Макс протянул Джулии, наполненный до половины стакан.

- Это много, я не могу, - испугалась она.

Она редко пила, алкоголь действовал на нее удручающе, вызывал депрессию.

- Пейте, - строго сказал Макс.

Зубы ее стукнули о край стакана, когда она пригубила его. В нос ударил резкий запах коньяка. Джулия зажмурилась и с трудом сделала несколько глотков.

- До конца, - Макс не дал ей остановиться.

Жгучая жидкость обожгла пищевод, перехватило дыхание, Джулия закашлялась.

- Вот и хорошо, вот и молодец, - как маленького ребенка похвалил ее Макс, принимая из рук стакан.

Почти мгновенно в голове зашумело, стены комнаты качнулись. Измученный переживаниями организм мгновенно отреагировал на алкоголь, опьянение наступило сразу.

- Не надо было мне пить, - с трудом произнесла Джулия.

- Надо, - остановил ее сожаления Макс. – А сейчас вам лучше поспать.

Макс пододвинул к Джулии подушку.

- Ложитесь, - приказал он.

- А вы?

В глазах Макса после ее вопроса проскочило удивление.

- А я пойду домой. Меня ждет работа.

- Работа… - протянула Джулия, опуская голову на подушку.

Она прикрыла глаза и не увидела, а почувствовала, как ей на плечи опустился мягкий плед.

Глава 5

- Ну вот, Крис, мы и приехали. – Филипп остановил автомобиль возле двухэтажного дома.

Крис не пошевелился. Филипп первым вышел из автомобиля, обошел его и распахнул дверь.

- Выходи, Крис, и ничего не бойся, - сказал Филипп и попытался взять сумку из рук мальчика.

Но тот ее держал крепко, маленькие пальчики побелели от напряжения. Вздохнув, Крис выбрался из салона.

- Посмотри, как тут замечательно! – веселым голосом сообщил Филипп. – Около дома отличная лужайка. Тут мы с тобой сможем погонять мяч. Ты любишь футбол?

Крис ничего не ответил. Он стоял, опустив голову.

- Конечно, любишь, - ответил за него Филипп. – Все мальчишки любят. Я в твоем возрасте даже выступал за школьную команду по футболу. Ну что ж, пошли, Крис, Матильда ждет нас. Ей не терпится поскорее познакомиться с тобой.

Крис поднял глаза на Филиппа, и тот поежился, заметив недетскую боль в глазах мальчика.

- Зачем я вам? – с трудом проговорил Крис. – Зачем вы меня сюда привезли? Вы же меня совсем не знаете.

Филипп присел на корточки и, взяв Криса за плечи и глядя ему в глаза, сказал:

- Пойми, Крис, я твой отец. Я хочу, чтобы ты пожил со мной, хочу узнать тебя.

- Но вы же этого раньше не хотели, - Крис отводил взгляд, не желая смотреть на отца.

- А вот сейчас захотел.

Филипп поднялся.

- Пошли, Крис, - сказал он. – Я все-таки надеюсь, что мы с тобой подружимся.

Только они подошли к крыльцу, как дверь распахнулась, и Крис увидел женщину. Как не был он расстроен, но все-таки сразу увидел, что женщина красивая. Не такая, конечно, красивая, как мама, но все-таки. Такие красавицы обычно снимаются в кино, и Крис с удовольствием бы посмотрел фильм с ее участием.

- А вот и вы, - воскликнула женщина. – А я вас уже заждалась.

Она улыбалась, но Крис увидел, что улыбается она только губами, глаза ее были холодными.

- Познакомься, Крис, - весело сказал Филипп. – Это Матильда, хозяйка этого дома и моя жена. Думаю, что вы тоже подружитесь.

- Проходи, Крис, - Матильда отступила в сторону, пропуская его в дом. – Сейчас я покажу твою комнату. Мы с твоим папой приготовили ее специально для тебя.

- Да, да, Крис, ты проходи, а я должен уехать на работу, - Филипп облегченно вздохнул, словно закончил непосильную работу, и направился обратно к автомобилю.

Крис прошел в дом.

Матильда провела его на второй этаж и остановилась возле одной из дверей.

- Вот здесь ты будешь жить, - сказала она.

Комната не представляла собой ничего особенного. Небольшая, освещенная солнцем. У стены узкая тахта с горой подушек. В изголовье стоял письменный стол, у второй стены платяной шкаф, к которому и подошла Матильда.

- Сюда ты можешь сложить свои вещи, - сказала она, распахнув дверь. – Тебе помочь?

- Нет, я сам, - буркнул Крис.

- Вот и отлично! Ты тут устраивайся, а я пока приготовлю обед.

Матильда поспешила покинуть комнату, оставив Криса одного, за что он ей был благодарен. Крис поставил сумку на тахту, огляделся и подошел к окну. Из окна открывался вид на соседний, похожий на дом Филиппа, дом. Около дома стояли качели, и на них каталась девчонка примерно такого же возраста, как он.

«Ну вот, - подумал Крис. – Еще и в соседях какая-то девчонка. Даже друзей тут у меня не будет».

Крис сел на край тахты, поставил на колени локти и уткнул лицо в ладони.

Джулия проспала почти три часа. Она сама этому удивилась. И удивилась тому, что после сна чувствовала себя намного лучше. Нет, конечно, беспокойные мысли о Крисе никуда не улетучились, по-прежнему ныло сердце, но головная боль прошла. А еще появилась уверенность, что не все потеряно, все еще можно исправить.

Джулия посмотрела на стакан, стоящий на столе. Все-таки выпитый коньяк помог ей. Спасибо соседу, он знал, как вывести ее из истерики.

Да… Можно представить, в каком виде он ее увидел. Зареванную, униженную. С одной стороны, это мало волновало Джулию. Но с другой… Она терпеть не могла показывать свою слабость посторонним людям. А мистер Бэйс, Макс, определенно был посторонним.

Но он ей помог, и она должна поблагодарить его. Хотя бы из вежливости.

Джулия откинула с себя плед, поднялась с дивана, пошла в ванную и долго умывалась холодной водой.

На дверной звонок, как обычно, никто долго не отвечал. Но Джулия прекрасно знала, что сосед дома. Поэтому и продолжала держать палец на кнопке.

Дверь распахнулась неожиданно, Джулия так и не услышала звука шагов за дверью. Макс удивленно смотрел на нее.

- Я пришла поблагодарить вас, - смутившись от его пристального взгляда, сказала Джулия.

- Меня? За что? – Лицо Макса выразило крайнее изумление.

- За коньяк. Он определенно помог мне.

- А, это… - Макс мотнул головой. – Не стоит благодарности. Первое, что пришло мне на ум.

- Все равно – спасибо.

Джулия не знала, что и сказать. Да и Макс молчал.

- Ну, я тогда пойду, - Джулия направилась к своей двери, но остановилась, услышав:

- Джулия, подождите.

Она повернулась и вопросительно посмотрела на Макса.

- Может, я вас чаем угощу? - после некоторой заминки произнес он. – Вы, наверное, сегодня и не ели целый день.

- Знаете, как-то не до этого, - пожала плечами Джулия.

Она не чувствовала голода, хотя действительно сегодня ничего не ела. Утром, приготовив завтрак Крису (от воспоминания к горлу подкатил комок), сама она даже не притронулась к еде.

- Нет, нет, и не спорьте, - Макс сделал шаг в сторону, тем самым приглашая Джулию к себе.

Оставив Джулию в гостиной, которая одновременно служила и кабинетом, и, колдуя над чайником в кухне, Макс удивлялся сам себе. Он сам, по собственной воле и желанию, пригласил чужого человека в свою квартиру. Это было из ряда вон выходящее событие. Но Джулия выглядела такой несчастной и потерянной, что даже он, избегающий контакта с внешним миром и погруженный только в свои проблемы, не мог оставить ее одну.

Джулия сидела на том же самом месте, где любил сидеть Крис, когда появлялся в его квартире. Она показалась ему совсем маленькой девочкой, испуганной и потерянной.

- К сожалению, я не могу вам предложить ничего другого, - сказал Макс, протягивая ей чашку с чаем. – Я совсем ничего не готовлю.

- Спасибо, мне ничего другого и не нужно.

Джулия отхлебнула чай, обожглась, закашлялась.

- Вкусный, - сказала она.

- Да, я всегда заказываю именно этот сорт, я пью только его. – Макс сел за стол и, отодвинув пачку листов, поставил кружку.

- У вас странная комната, - Джулия обвела взглядом гостиную-кабинет и поежилась. – Неуютно тут. Одни книги вокруг.

- Да? – Макса укололи слова соседки. – А мне нравится. Все на месте, все под рукой.

- И совсем нет света, - словно не слыша его, продолжила Джулия.

- Он только мешает. – Макс уже сожалел, что пригласил Джулию к себе. Еще не хватало, чтобы она учила его, как жить.

- А я люблю, чтобы света было много. Даже на ночь шторы не задвигаю. А вот Крис просит поплотнее задвигать, мешает ему свет спать.

Воспоминание о Крисе заставило сжаться сердце, на глаза навернулись слезы. Как он там, ее мальчик?

- И что вы намерены делать дальше? – Макс перевел разговор на другую тему. О себе он разговаривать не желал. Да и прекрасно понимал, что для Джулии тема его жилья не актуальна. Может быть, об этом они поговорят позже, когда все недоразумения разрешаться.

Поговорят позже? Неужели он сам так подумал? Он, который старался свести все свои контакты до минимума.

«А почему бы и нет?» - с вызовом подумал Макс.

- Я буду бороться за возвращение сына. – В глазах Джулии появилась решимость. – Я так это дело не оставлю.

- И правильно, - поддержал ее Макс. Главное в ее ситуации не опускать руки. – Вы должны немедленно подать встречный иск. И как можно быстрее.

- Но я ничего в этом не понимаю, - голос Джулии задрожал.

Она глубоко вздохнула, сдерживая слезы, и вдруг встрепенулась:

- А, может быть, вы мне поможете? Вы же в этом хорошо понимаете.

- О, нет! – выкрикнул Макс.

- Нет, - тихо повторила Джулия, но тут же быстро заговорила:

- Вы только не подумайте, я вам заплачу. Как положено заплачу. Понимаете, у меня нет адвоката, а нанимать со стороны опасно. Какой еще попадется? А вы все-таки не чужой, и Криса знаете. Пожалуйста, я вас очень прошу. Я вас просто умоляю. Хотите, я на колени встану?

Джулия поднялась с дивана. Макс вскочил со стула и мгновенно подбежал к ней, схватил за плечи, не давая ей совершить ненужного поступка.

- Не в этом дело, Джулия, - отводя глаза, проговорил он. – Я вам уже объяснял, я отошел от дел. Я больше не занимаюсь практикой.

Джулия все-таки не выдержала и зарыдала. От ее слез Максу стало холодно и неуютно. Он терпеть не мог женских слез, от них он впадал в панику. К тому же перед его глазами предстал Крис. Он явственно увидел картинку: мальчик, испуганный, потерянный, стоит около распахнутых дверей своей квартиры и шепчет: «Помогите нам, мистер Бэйс. Пожалуйста, помогите».

И вдруг его рот раскрылся сам по себе, и Макс помимо своей воли сказал:

- Хорошо, Джулия, я вам помогу. Помогу ради Криса.

Крис сидел на краешке кровати. Ему казалось, что в таком положении он уже сидит целую вечность. Но двигаться не хотелось, заниматься ничем тоже. Сумка, так и не распакованная, стояла рядом.

Несколько раз в комнату заглядывала Матильда, что-то спрашивала у Криса, но он даже не поднимал на нее глаза. Он просто сидел на кровати и смотрел вперед.

В первый раз в жизни Крис жалел, что в школе начались каникулы. А ведь всего лишь несколько дней назад он так ждал их наступления, строил планы, радовался, что не нужно будет рано вставать по утрам и тащиться в школу, сидеть на уроках, слушать учителей и выполнять домашние задания. Он мечтал, как дни каникул они вместе с Джонни проведут в музее, в мастерской отца друга. У них были такие грандиозные планы.

И вот эти планы все провалились.

Крис горько вздохнул и посмотрел на часы, которые ему подарила мама. От воспоминаний о маме на глаза навернулись слезы. Ну почему она так поступила? Почему отдала его? Отдала, как какую-то ненужную вещь. Она же могла доказать судье, что любит Криса, что заботится о нем.

А вдруг и ей он не нужен?

Крис вспомнил, как мама иногда, когда он проказничал или пачкал одежду, сердилась на него и, качая головой, приговаривала:

- Ах, горе ты мое горе! И за что мне такое наказание?

Она так расстраивалась по пустякам, иногда даже кричала на него.

Сейчас ей не на кого кричать. Потому что она у себя дома, а Крис здесь, одинокий и никому не нужный.

Крис покосился на телефон, лежащий рядом с ним на кровати. Он уже несколько раз собирался позвонить кому-нибудь. Маме не хотелось, он все-таки был зол на нее. А Джонни было звонить стыдно. Что он скажет другу? Что его, как ненужную игрушку, мама отдала чужому человеку?

И опять в голове закрутились мысли: ну почему она так поступила?

И мистер Бэйс отказался ему помочь. А Крис думал, что они с ним друзья. Он еще хотел ему котенка подарить. Хорошо, что не успел. У плохого человека и котенку плохо будет.

От горестных мыслей Крис оторвал Филипп.

- Ну что же ты, Крис, даже сумку не распаковал, - удивился он, зайдя в комнату. – И кушать не спустился. Матильда тебя звала.

Крис пожал плечами. Он даже не слышал, как Матильда приглашала его на обед. От напоминания о еде в животе заурчало. Крис вспомнил, что он только позавтракал еще дома, а сейчас за окнами стояли сумерки.

- Пошли, Крис, обедать. – Филипп мотнул головой в сторону двери. Иди мой руки.

- Не хочу, - буркнул Крис.

Лучше он умрет с голоду, чем будет выполнять приказания этого мужчины. Пусть он даже не думает, что Крис будет его слушаться.

- Нет, Крис, так нельзя, - серьезно сказал Филипп и сел рядом с мальчиком на кровать. – Сейчас ты живешь в нашем доме, а значит, должен считаться и со мной, и с Матильдой. Твои капризы терпела твоя мама, я их терпеть не намерен. Так что, давай, пошли обедать.

- Я не хочу кушать, - не поднимая головы, упрямо повторил Крис. – И я вас не просил привозить меня в ваш дом.

- Но ты здесь, и будешь в нашем доме долго, - в голосе Филиппа слышались нотки раздражения. Он не знал, как вести себя с мальчиком, оттого и злился.

- А потом?

- Что потом? – не понял Филипп.

- Потом, когда я вам надоем, вы отпустите меня обратно к маме? – Крис с надеждой заглянул в глаза Филиппа.

Филипп судорожно сглотнул, обескураженный вопросом Криса.

- Как это ты нам надоешь? Ты же мой сын, и я хочу, чтобы мы с тобой подружились. – Филипп хотел обнять Криса, то тот, дернув плечом, быстро отодвинулся на другой конец кровати.

Филипп вздохнул и поднялся.

- Пойми, в жизни не всегда бывает так, как ты хочешь, - спокойно сказал он. – Ты уже большой, и должен это понимать. Неужели будет кому-нибудь лучше, если ты умрешь от голода? Пошли обедать, Крис. Я понимаю, что у тебя сегодня трудный день. Но и у меня не легче.

Филипп вышел из комнаты. Помедлив несколько секунд, Крис отправился следом. Как бы там не было, но кушать ему хотелось. А умирать с голода, Филипп все-таки прав, – это не самая лучшая затея. Но все равно, пусть Филипп и Матильда не надеются, что Крис с радостью будет жить у них. Он обязательно что-нибудь придумает. Такое, что они еще пожалеют, что забрали его от мамы.

Волнения по поводу того, что ему придется идти в суд, подействовали на Макса, неожиданно для него, благоприятно. Он на удивление быстро дописал главу об общих основаниях формулярного процесса, над которой ломал голову несколько дней. Слова сами, помимо его воли, выбивались пальцами на клавиатуре. И когда глава была закончена, Макс перечитал ее и остался доволен.

Макс откинулся на спинку кресла и потянулся. Удовлетворение от хорошо выполненной работы ни с чем несравнимо. Немаленькую роль в этом имеет гордость за себя – ты что-то можешь, ты на это способен.

Решив, что сегодня он поработал достаточно продуктивно, Макс выключил компьютер и встал из-за стола, вновь потянулся, расправляя уставшие мышцы.

На кухне пообедал разогретым в микроволновке цыпленком, заварил крепкий кофе. Отхлебнув глоток, Макс скосил глаза на белую коробку, стоящую посреди стола. Хотел открыть, даже протянул руку, но остановился. В коробке лежали пирожные, которые принес сегодня посыльный из супермаркета.

Милая девушка, никогда невиданная Максом, но голос которой он сразу же узнавал по телефону (ведь он у нее уже несколько лет делала заказы на продукты), удивилась, услышав необычную для их постоянного клиента просьбу. Даже переспросила, и Макс подтвердил, что желает сегодня получить набор самых лучших пирожных.

Пирожные он заказывал не для себя. Но об этом он девушке-диспетчеру не сообщил, а просто подтвердил заказ.

Максу нравилась его нынешняя жизнь, устоявшаяся, стабильная, без неожиданных нервных встрясок. Он сам выбрал такую, и нисколько не жалел об этом. Но сегодня он нарушал ее привычное течение. Макс ждал Джулию.

Перед его глазами явственно предстал образ Джулии. Он вспомнил ее, свернувшуюся клубочком на диване, вспомнил, как накрывал ее пледом и как прошил его удар тока, когда он нечаянно дотронулся до ее руки. Вчера она выглядела такой несчастной и потерянной, что его сердце, которое, как он думал, уже ничто не трогало, сжалось от нежности к этой несчастной женщине. Макс словно сам переживал ту боль, что поселилась в его соседке. В памяти всплыли свои воспоминания, которых он не допускал в себя много лет.

Вчера Макс проявил слабость, отошел от своих принципов и согласился помочь Джулии грамотно и профессионально составить встречный иск. Когда она, слегка успокоенная, наконец-то покинула его квартиру, Макс отругал себя последними словами, что поддался на ее уговоры. Но ничего уже нельзя было изменить. Он дал слово, а слово Макс умел держать.

Вот и сегодня он ждал ее прихода с работы, зачем-то заказал набор пирожных и волновался, как юнец перед первым свиданием. Глупости, одернул он себя. А пирожные он заказал просто для того, чтобы было чем угостить гостью. Неприлично же поить пришедшего человека просто чаем.

День у Джулии тянулся как сладкая патока. Она перемещалась из кухни в зал и обратно, принимала заказы, что-то говорила, даже находила силы улыбаться посетителям. Но все события дня проходили мимо ее сознания. Джулия даже не понимала, о чем с ней заговаривал Билл. И тот, заметив, что Джулии не до разговоров, оставил ее в покое.

А Джулия ждала закрытия кафе.

Только последний посетитель покинул зал, Джулия стрелой вылетела из кафе, вскочила в свой «форд» и за минут двадцать домчалась до дома.

Не дожидаясь лифта, она взбежала на третий этаж и вставила ключ в замок двери. Но повернуть она его не успела. Соседняя дверь раскрылась, и на лестничную площадку вышел Макс.

От внимания Джулии не скрылось, что сегодня сосед был одет не в свои неизменные клетчатую рубашку и джинсы, в которых он походил на ковбоя в отставке. Он нарядился в строгий темно-серый костюм и голубую, в тонкую серебристую полоску, рубашку. Волосы были аккуратно причесаны. Такой вид несколько озадачил Джулию, и она подумала, что Макс собирается куда-то по делам. А она так мечтала скорее оказаться дома, чтобы обговорить с Максом свои дела.

- Вы уходите? – вместо приветствия спросила она.

Макс удивленно моргнул.

- Нет. Почему вы так решили?

Джулия смутилась своего вопроса, понимая, что попала впросак.

- Я просто так спросила, - скороговоркой проговорила она. – Вы так нарядно одеты.

- А это… - Макс небрежно дернул плечом. – Нет, я никуда не ухожу. Мы же вчера с вами договорились о встрече. Так что я вас жду.

- А, может, вы ко мне зайдете, - Джулия кивнула на свою дверь.

- Нет, нет, - Макс, испугавшись, отступил в свою квартиру. – Давайте вы уж лучше ко мне.

- Хорошо, я сейчас.

Джулия отперла дверь и проскользнула к себе. Она услышала, как закрылась соседская дверь.

Через несколько минут Джулия уже нажимала на кнопку звонка в квартиру Макса. Он открыл мгновенно, словно ждал ее прихода у дверей.

- Заходите, - широким жестом он пригласил Джулию.

Она уже знакомым коридором прошла в комнату и застыла на пороге. Макс ее ждал. В комнате был наведен более-менее приличный порядок. Книги не валялись в беспорядке, а были сложены в аккуратные стопки. Компьютер был выключен, и бумаг на столе не наблюдалось. К тому же тяжелые шторы были раздвинуты, и из окна открывался вид на внутренний дворик. Но самым удивительным было то, что около дивана стоял маленький столик, сервированный на двоих. Заварочный чайник, две чашки и блюдо с пирожными, от взгляда на которые у Джулии во рту образовалась слюна. Она любила сладкое, но из-за того, что в семье постоянно были проблемы с деньгами, редко позволяла себе такое лакомство.

Джулия посмотрела на накрытый стол, потом перевела взгляд на Макса. В глазах ее светился вопрос.

- Я тут чай приготовил, - смущенно пробормотал Макс. – И пирожные. Вы же с работы.

- Ну что вы, совсем не обязательно. - Джулия тоже смутилась от такого внимания к своей персоне.

Вот ведь как, Макс ждал ее прихода, навел порядок в комнате и не забыл об угощении.

- Присаживайтесь, а я чайник принесу.

Макс выскочил из комнаты, а Джулия села на диван.

Она обвела взглядом комнату. Надо же, сколько книг! Сама она деньги на книги не тратила, а люди, прочитавшие много книг, ее вводили в недоумение. Жизнь так интересна, так быстротечна, неужели нужно так не любить ее, чтобы тратить время на книги?

Макс вернулся через несколько минут. Он разлил чай по чашкам, пододвинул одну из них к Джулии.

- Вы пейте, - сказал он. – И не стесняйтесь, берите пирожные.

- Но я бы хотела сначала обсудить мое дело. – Джулия посмотрела на блюдо с пирожными, но взять не решилась.

- Потом, потом, сначала чай.

Макс отпил глоток. Джулия подумала, что десять минут никакой роли не сыграют, и протянула руку к вожделенному блюду.

Когда чай был допит, а от пирожных не осталось и следа, Макс, унеся посуду в кухню и отставив столик в сторону, уселся за письменный стол. Пододвинув к себе большой блокнот в черной кожаной обложке, он сказал:

- А сейчас, Джулия, вы должны мне подробно рассказать о ваших отношениях с отцом Криса. Начиная с момента знакомства с ним.

- Зачем? – испугалась Джулия. Она даже и представить не могла, как можно рассказывать чужому человеку о личном, о том, что касается только ее.

- Вы же хотите, чтобы я вам помог. А, значит, я должен знать все, - жестко ответил ей Макс.

Крис накрылся с головой одеялом и уткнулся носом в подушку. Спасть не хотелось, но видеть вокруг себя чужую комнату он не мог. Чужие стены, чужая мебель, чужой вид за окном.

Он не плакал, он уже не плакал. Ведь ему девять лет, а плачут только маленькие дети. А он уже большой. И вместо того, чтобы плакать, он должен что-то придумать. Он не хочет жить в этом доме. А если он не хочет, то и не будет.

Почти весь день он провел в своей комнате.

Только один раз, с самого утра, вышел во двор. К нему тут же подбежала девчонка, которую Крис видел из окна в первый день.

- Привет! – весело воскликнула она. – Меня зовут Кэти. А тебя?

- Крис, - без всякой радости ответил он, просто знал, что на вопросы нужно отвечать.

- Ты у Дугласов живешь? – Кэти кивнула в сторону дома.

- Да.

- А откуда ты взялся? – не унималась надоеда. – Я тебя раньше никогда не видела.

- Ниоткуда, - буркнул Крис. Он не хотел разговаривать с девчонкой.

- А хочешь со мной дружить? – девчонка будто бы и не замечала его недовольства.

- Еще чего.

Крис отвернулся от девчонки и направился обратно в дом. Не хватало еще с девчонками дружить. У него уже есть друг Джонни, и других друзей ему не надо. Тем более девчонок.

В комнате сидеть без дела, конечно, было скучно. Крис немного почитал книгу о парусниках, которую ему подарил Джонни, потом поговорил по телефону с другом. Джонни сразу же поинтересовался, почему Крис не приходит в музей. Крис зачем-то соврал, что заболел, и мама не разрешает выходить ему из дому. Джонни тут же захотел наведаться в гости, но Крис, сославшись на заразную болезнь, запретил ему. Он так и не осмелился рассказать Джонни правду.

А вечером, уже после ужина, он подслушал разговор Филиппа и Матильды. Совершенно случайно.

Крис отлично знал, что подслушивать чужие разговоры нельзя, но так уж получилось. Если говорить по правде, он даже не подслушал, а просто услышал разговор.

Он захотел пить. Очень. Вообще-то, Крис не любил ходить по чужому дому, предпочитал находиться в отведенной ему комнате. Но тут просто сил не было терпеть. И Крис тихо, чтобы его никто не услышал, вышел из своей комнаты, на цыпочках спустился по лестнице и намеривался пробраться на кухню, к холодильнику, где находился сок.

Пробираясь тайком мимо гостиной, в которой горел свет, Крис услышал громкие голоса и невольно остановился. Кричала Матильда:

- И что ты этим добился? Вот скажи мне, что? Я не могу так, в собственном доме я чувствую себя не нужной. Этот мальчишка смотрит на меня диким зверенышем, так и кажется, что он меня укусит.

Мальчишка… Крис понял, что весь этот крик из-за него. Ведь других мальчиков в доме не было. Он прислонился спиной к стене. Он надеялся, что Филипп сейчас скажет, что немедленно отвезет Криса домой, раз Матильде так тяжело жить рядом с ним.

Но вместо этого Филипп коротко ответил:

- Потерпишь.

Но Матильда не собиралась останавливаться. Она закричала еще громче:

- Сколько терпеть? Сколько?

- Сколько нужно, столько и будешь терпеть, - оборвал ее Филипп. – Ты что, не понимаешь, ради чего я все это затеял? Думаешь, мне нравится, что в доме живет чужой человек? Но я не кричу, я просто терплю.

Внутри Криса закипела злость. Они его терпят, он им тоже не нужен. Он хотел ворваться в гостиную с криком: «Зачем, зачем вы меня тогда к себе привезли?».

Но он не сделал это. Если он никому не нужен, значит, и ему никто не нужен. Он и один проживет, без всех. Только бы что-нибудь придумать.

И вот сейчас, лежа в постели, без сна, Крис думал. Он понимал, что возвращаться к маме нельзя, она опять его отдаст этим противным людям. Конечно, мама его любит, в этом Крис не сомневался, но мама боится судьи, и не будет нарушать того, что ей приказали. Значит, домой ему возвращаться нельзя.

На мгновение у него возникла идея спрятаться у мистера Бэйса. Но эта идея показалась ему плохой. Мистер Бэйс все расскажет маме. Да и не может он у него скрываться, не выходя на улицу. Скоро закончатся каникулы, и нужно будет ходить в школу. И тогда существует большая вероятность столкнуться с мамой на лестничной площадке.

И тут в голову Криса пришла замечательная мысль. От осенившей его идеи он даже подпрыгнул. И почему он раньше об этом не подумал?

Сейчас он знал, как ему поступить, и успокоенный быстро заснул.

- Ну вот и все, - сказал Макс, когда они вышли из здания суда. – Мы сделали все от нас зависящее, сейчас требуется только ждать.

Джулия с благодарностью посмотрела на Макса. Он был в том же темно-сером костюме, в котором она его уже видела. Только рубашка сегодня была бежевого цвета. Этот цвет удивительно шел ему. Когда Макс зашел за ней сегодня, чтобы ехать в суд, Джулия залюбовалась им. Глаза его сверкали, щеки порозовели, с них сошла серость, глубокая складка возле губ распрямилась. И Джулия с удивлением отметила, что ее сосед симпатичный молодой мужчина, а не старый, угрюмый хмырь, каковым она привыкла его считать.

В суд они поехали на «форде» Джулии. Всю дорогу Макс молчал. Джулия, украдкой бросая на него взгляд, видела, как он напряжен. Спина была выпрямлена, пальцы впились в ручку портфеля, который он держал на коленях, глаза были устремлены на дорогу.

- Вы не бойтесь, - чтобы снять напряжение заговорила Джулия. – Я хорошо вожу машину.

Макс лишь взглянул на нее, ничего не ответив. Зато когда она остановилась на стоянке возле здания суда, шумно, с облегчением выдохнул.

«Нет, он все-таки определенно странный», - подумала Джулия, вылезая из машины.

Зато в здании суда Макс чувствовал себя, как рыба в воде. Он подхватил смутившуюся, как обычно с ней и бывает в присутственных местах, Джулию под локоть и потащил перед собой по коридору. Остановился возле нужных дверей и, не раздумывая ни секунды, вошел в кабинет. По-деловому, четким голосом объяснил девушке-клерку, зачем они сюда пришли. Девушка, кивнув, выдала все необходимые бланки.

Усадив Джулию за стол, Макс вытащил из портфеля заготовленные заранее бумаги и приказал Джулии переписать с них все в официальный бланк заявления.

Все дела у них заняли минут двадцать. Джулия была бесконечно благодарна Максу, что он принял всю инициативу на себя. Сама бы она никогда так быстро не справилась.

- Спасибо вам, Макс, - с чувством воскликнула Джулия и схватила его за руку. – Я даже не представляю, что бы я без вас делала.

- Благодарить будете, когда Крис вернется домой, - Макс скривился от бурного проявления благодарности и осторожно высвободил свою руку. – Сейчас еще рано благодарить.

- Вы думаете, у нас все получится? – уже в который раз спросила Джулия.

- Да, - коротко ответил Макс и зашагал к стоянке.

Посещение суда прошло так удачно, что Джулия почувствовала себя почти счастливой. Благодарность к Максу переполняла ее, ей хотелось сделать для него нечто значимое.

- Я хочу угостить вас обедом, - она не придумала ничего другого. – Давайте заедим в какой-нибудь ресторанчик.

Они уселись в «форд», и Джулия достала из сумки ключ зажигания.

- Нет! – воскликнул Макс и в страхе отодвинулся от нее.

- Почему? – рука Джулии замерла на полпути к замку зажигания автомобиля.

- Отвезите меня домой, и побыстрее, - Макс вновь водрузил портфель на колени и впился в него руками. – И не нужно придумывать никаких глупостей.

- Я просто хочу угостить вас обедом, - не сдавалась Джулия. – Какую кухню вы предпочитаете?

- Свою собственную, - буркнул Макс.

- Хорошо, - Джулия повернула ключ, и «форд» весело загудел. – Если вам все равно, тогда пообедаем в том, который выберу я.

Макс зло глянул на нее.

- Пожалуйста, Макс, не отказывайтесь, - с мольбой произнесла Джулия. – Я чувствую себя в долгу перед вами. И к тому же… Я очень голодная.

- Делайте что хотите. – Макс откинул голову на спинку сидения и прикрыл глаза.

Глава 6

акса в свое кафе. Она долго колебалась и раздумывала, но все же решила остановиться на нем. Конечно, если бы не была так ограничена в средствах, то обязательно бы выбрала какой-нибудь шикарный ресторан. Но и в ее кафе готовили вкусно. А что еще надо, чтобы получить удовлетворение от хорошего обеда? - О! Какие у нас гости! – воскликнула Лили, когда Джулия и Макс вошли в зал. – Билл, смотри, кто к нам пришел. Макс удивленно посмотрел на Джулию. Странно приветствуют посетителей в этом кафе. - Я тут работаю, - тут же пояснила Джулия. – А это Лили, моя напарница. А это Макс. - Здравствуйте, - Лили улыбалась во весь рот. – Вы проходите, а я побежала. Сегодня, как никогда много посетителей. Джулия оглядела зал. Почти все столики были заняты. Да, Лили сегодня приходится несладко. - Рад приветствовать вас в нашем кафе, - около них возник Билл. – Пожалуйста, проходите вон к тому столику. Лили вас сейчас обслужит. Джулия и Макс прошли к пустому столику в самом конце зала. Макс отодвинул стул, помог сесть Джулии. Потом сел сам. - А у вас тут людно, - сказал он, оглядываясь. - О, да, - кивнула Джулия. – У нас почти всегда много народа во время ленча. Кафе недорогое, а повар у нас превосходный. Так что официанткам скучать не приходится. - И вам нравится ваша работа? – удивился Макс, проводив взглядом пробежавшую мимо них Лили. – Трудная, наверное, у вас работа. - Да, но мне нравится, - с вызовом ответила Джулия. Макс, ухмыльнувшись, покачал головой. Джулию уколол этот пренебрежительный жест. Как он может осуждать ее за работу официантки? Что он может понимать? Если бы он только знал, как она рада, что у нее есть хоть такая работа. В ее положении выбирать не приходится. А, впрочем, о чем она? Он прекрасно знает. Ведь она все ему о себе рассказала, без утайки. И сейчас он знает о ней столько, сколько никто в целом мире. А вот она о нем не знает практически ничего. Знает, что по профессии он юрист, раньше имел неплохую адвокатскую практику. Несколько лет назад по неизвестной причине выбрал жизнь отшельника, отгородился стенами своей квартиры от внешнего мира, пишет книги, которые, как он сам говорит, никому не нужны. Фантазии Джулии не хватало, чтобы найти хоть какое-то объяснение его поступку. - Джулия, что вы посоветуете заказать? – Она так задумалась, что даже не заметила, как к столику подошла Лили. От вопроса Макса она вздрогнула. - Запеченные ребрышки в сметанном соусе, - вернувшись в реальность, проговорила Джулия. – Или вы что-то другое предпочитаете? - Мне все равно. - Тогда, - Джулия подняла голову к Лили. – Запеченные ребрышки, два кусочка пирога с брусникой и кофе. - Один момент, - улыбнулась Лили, подмигнула Джулии и унеслась за заказом. Проводив ее взглядом, Макс повернулся к Джулии. - О чем вы так задумались? - Да так, просто, - смутилась Джулия. – Разные мысли бродят в голове. И по большей мере неприятные. - Не расстраивайтесь так. Уверяю вас, все будет хорошо. Этот кошмар для вас скоро закончится. Джулия ничего не сказала, лишь благодарно улыбнулась в ответ. Она доверилась этому мужчине, и надеялась, что он поможет ей.

Телефон зазвонил, когда Джулия принимала заказ у пожилого мужчины. Ей нравился этот мужчина, приятный и обходительный. Он обедал в их кафе чуть ли не каждый день, из чего Джулия сделала вывод, что он работает где-то поблизости. Каждый день они мило беседовали, чаще всего о пустяковых делах. Например, сегодня мужчина восхищался погодой. Улыбаясь, он говорил, что такого теплого апреля не помнит. Джулия согласно кивала. Занятая разговором с посетителем, она и не обратила внимания на звонок лежащего в кармане телефона. - Вам звонят, - сказал посетитель. - Спасибо, - поблагодарила Джулия, но трубку не вытащила. Прежде всего она должна обслужить клиента, а личные разговоры потом. - Вы ответьте, я подожду, - подбодрил ее мужчина. – Может, что-то важное. Джулия улыбнулась с благодарностью и вытащила из кармана передника трубку. На дисплее высвечивался номер телефона Филиппа. Интересно, что ему понадобилось от нее? За все дни, что Крис жил в доме бывшего мужа, они ни разу не разговаривали по телефону. Каждый вечер она звонила Крису и узнавала о его делах. Крис отвечал односложно, неохотно, с вызовом. Он злился на нее до сих пор, не мог простить за то, что она с ним так поступила. Сам он ей, показывая характер, не звонил. А Джулия, слушая голос Криса, роняла слезы. Правда, она старалась, чтобы по голосу Крис не мог определить, что она плачет. Зато после отбоя ревела в голос. С Филиппом она говорить не хотела, и сейчас собиралась не отвечать. Но тоненькая игла вдруг больно укололо в сердце. Не случилось ли чего с Крисом? По пустякам вряд ли Филипп стал звонить ей. - Я слушаю, - ответила она, виновато взглянув на посетителя. - Джулия, это ты? – услышала она голос Филиппа. Интересно, кого он собирался услышать, набирая ее номер? Она терпеть не могла такие глупые вопросы. - Да, - сдерживая готовое вырваться раздражение, ответила она. - А ты где сейчас? - На работе. - Не дома? Да что ж это такое! Что с Филиппом? Если на его вопрос она отвечает, что на работе, то каким образом она может быть дома? В сердце колола уже ни одна иголочка, а, по крайней мере, десяток. - Что-то случилось с Крисом? – пальцы впились в телефонный аппарат - Ты только не волнуйся, Джулия, - зачастил Филипп. – Ничего не случилось. Просто… - Что с Крисом? – закричала она, и кое-кто из посетителей кафе удивленно обернулся на ее возглас. В голове стучало, уши заложило, и Джулия с трудом разобрала слова Филиппа: - Крис пропал. Она пошатнулась, и мужчина, у которого Джулия принимала заказ перед самым звонком, подскочил к ней и, обняв за плечи, осторожно усадил на отодвинутый ногой стул. - Говори, - сдавленным голосом прохрипела она. - Крис куда-то ушел, - быстро заговорил Филипп. – Я зашел к нему утром, чтобы позвать на завтрак, а его нет в комнате. Кровать заправлена, вещи на месте, а Криса нет. - Утром… - прошептала Джулия. – И ты только сейчас мне позвонил! Филипп прокашлялся: - Ну, мы с Матильдой думали, что он просто вышел прогуляться, скоро вернется… - Меня не интересует, что вы думали, - резко оборвала его Джулия. – Вы его искали? Филипп посопел в трубку прежде чем ответить. - Да, обежали все вокруг, спрашивали у соседей. Никто его не видел. - В полицию заявили?- вопросы сыпались из Джулии. После некоторого замешательства, Филипп проговорил: - Джулия, может не надо так сразу в полицию? Может, Крис еще найдется? Мало ли что… А мы сразу в полицию. От страха за сына у Джулии отнялся язык. Она не могла ничего сказать. Да и думать она не могла. В голове стучало набатом: «Крис пропал! Крис пропал!» - А может быть он домой пошел? – с надеждой спросил Филипп. Ну, конечно же! Он пошел домой! Джулия ухватилась за эту мысль. С Крисом ничего не случилось, он просто пошел домой. Ничего не ответив бывшему мужу, Джулия нажала отбой и, вскочив с места, рванула из зала. Она была так возбуждена, что напрочь забыла о непринятом заказе. - Билл! – воскликнула она, распахнув дверь в кабинет управляющего. – Мне срочно нужно уйти. - Как уйти? – не понял тот. – А работа? Работа… У нее вылетела из головы. Работа… Она не может оставить кафе. А Крис сидит и ждет ее у двери. Одинокий, всеми покинутый Крис. Джулия бессильно опустилась на стул спрятала лицо в ладони.. - Джулия, что-то случилось? – Билл заметил, что она не в себе. - Да, у меня пропал сын. Как же она была благодарна Биллу. Он не стал выяснять что да как, просто поднял телефонную трубку, набрал номер. - Лили, дорогая, - сказал он, не глядя на Джулию. – Очень тебя прошу, выручи, приди на работу. Джулии срочно нужно уйти. Джулия так никогда не узнала, что на это заявление выдала ее напарница. Но от ее внимания не укрылось, как лицо Билла стало строгим, и он жестко добавил: - Я не так часто обращаюсь к тебе с просьбами, Лили. Постарайся прийти в кафе, как можно быстрее. О близкой связи официантки и управляющего Джулия знала. Их отношения далеко переходили формальные, допустимые между начальником и подчиненной. В другое время она пожалела бы Билла, зная, что устроит ему вырванная из собственного выходного Лили. Но сейчас ей было не до этого. Все ее мысли были заняты Крисом.

Конечно же он дома, думала Джулия. Подсознательно она следила за дорогой, останавливалась на красных огнях светофоров, принимала вправо, уступая путь более резвым автомобилям, но мысли ее были не здесь. Усилием воли Джулия создавала в голове позитивную картинку. Вот она вбегает в свою квартиру, слышит звук работающего телевизора. Не разуваясь, она влетает в гостиную и видит Криса, забравшегося с ногами на диван. Он смотрит свой любимый сериал «Звездный путь». Да, да, все так и будет. Сейчас для Джулии самое главное было не потерять эту картинку, созданную ее воображением, не разрушить другими мыслями. Ей казалось, что сохрани она ее в своем уме до самого дома, то так все и будет на самом деле. Но созданная картинка не помогла. В квартире стояла тишина. Джулия, открыв дверь, на всякий случай крикнула: - Крис, ты тут? Нет, Криса в квартире не было. И не было никого, кто мог бы помочь Джулии. Она бессильно, ноги вдруг отказались держать ее, опустилась по двери на пол. Присев на корточки и спрятав лицо в колени, Джулия замерла. Но всего лишь на секунду. Она быстро поднялась. Сейчас не время впадать в отчаяние, сейчас нужно действовать. Крис и не мог попасть домой, у него нет ключа. Отправляя сына к Филиппу, Джулия решила не давать Крису ключ от квартиры. Мало ли что, ведь Крис такой рассеянный. Они в тот день положили ключ на полочку перед зеркалом. - Ты возьмешь его, когда вернешься домой, - сказала тогда Джулия. – А пока он будет лежать тут и ждать тебя. - Как ты? – дрогнувшим голосом спросил Крис. - Да, милый, как я.

С некоторых пор Макс стал прислушиваться, что происходит на лестничной площадке. Нет, конечно, он не стоял в коридоре, прижав ухо к двери. Он просто стал реагировать на звук шагов на лестнице и звук открываемой соседской двери, и всегда был в курсе того, когда соседка возвращается домой или покидает квартиру. Это происходило у него как-то неосознанно, без всякой цели. Макс просто констатировал факт: Джулия вернулась домой, Джулия вышла из квартиры. И все это из-за плохой звукоизоляции. Иногда, когда его мысли не были заняты чем-то важным, Макс думал, что надо бы обить входную дверь более надежным изоляционным материалом. Но тут же забывал о своей идее. Ему нравилась сопричастность, пусть и косвенная, к жизни Джулии. Вначале, когда он только-только познакомился с Джулией, его удивляли чувства, возникающие у него при воспоминании о ней. За долгие годы отшельничества он и забыл, что можно думать о чем-то (а если быть справедливым, то правильнее сказать – о ком-то) другом, а не только о своих проблемах и заботах. Теплая волна, накрывающая его, при воспоминании об этой трепетно-беззащитной женщине волновала его. Максу хотелось защитить ее от жестокого мира, поддержать ее. Но он не знал как. И это отвлекало его от работы. Он злился неизвестно на кого, с излишним усилием стучал по клавиатуре, будто громкий стук клавиш мог выгнать из головы ненужные мысли. Макс знал, что он не нужен Джулии, что он только сосед по лестничной клетке, с которым разговаривают лишь из-за вежливости. Разве могла такая женщина обратить внимание на неудачника (а ведь он и был им, как не трудно себе в этом признаться)? А ему так бы этого хотелось. Наверное, поэтому Макс и согласился на помощь, которую по всем его правилам он не должен был предлагать. Макс сидел, уставившись в экран монитора, когда услышал, как открылась дверь в квартиру Джулии. Он напрягся. Джулия сейчас не могла вернуться домой, она, Макс это прекрасно знал, сейчас должна была быть на работе. Он взглянул на часы внизу экрана монитора, мысленно отметил, что до окончания ее смены еще около четырех часов, и встал из-за стола. Подойдя к двери, Макс посмотрел в дверной глазок. На площадке никого не было, дверь в соседскую квартиру закрыта. «Что-то не так, что-то не в порядке», - пронеслось у него в голове, и Макс дотронулся до дверного замка. Но он не успел даже повернуть замок, как дверь Джулии распахнулась и на пороге появилась она сама. Макс отскочил от дверей, испугавшись, что Джулии увидит, как он подсматривает в дверной глазок, и тут же услышал звонок в свою дверь. Сделав три глубоких вдоха и выдоха, Макс открыл дверь. Первое, что поразило Макса, это широко раскрытые глаза Джулии. Ему показалось, что они занимают половину лица. Широко раскрытые и испуганные. Потом он уже увидел, что Джулия бледна, что губы ее дрожат, а руки прижаты к груди. - Почему вы не на работе? – вместо приветствия спросил Макс, как будто это интересовало его больше всего на свете. - Пропал Крис, - с трудом проговорила Джулия, и губы ее задрожали сильнее. Макс судорожно сглотнул и, схватив Джулию за руку, втащил в квартиру. Она, как сомнамбула, полностью подчинившись его воле, переступила порог. Закрыв за ней дверь, Макс взял Джулию за плечи и, приблизив лицо, посмотрел прямо в огромные, наполненные ужасом, глазищи Джулии, и спросил: - Как это пропал? - Он ушел из дома Филиппа, еще утром, и я не знаю где он. - Так… - протянул Макс, отпустил ее плечи, пробежал по коридору к дверям гостиной и вновь вернулся к Джулии. – Так… В полицию уже сообщили? Джулия помотала головой. - Почему? - Я думала, что он пришел домой, отпросилась с работы, а его тут нет. Нет! Случилось что-то ужасное, случилось с Крисом. Джулия уткнула лицо в ладони, и плечи ее задрожали. Плакала она беззвучно, без всхлипываний, и это было особенно страшно. Просто вздрагивали плечи и тряслась голова. Макс осторожно, с некоторой опаской, дотронулся ладонью до головы Джулии и нежно провел по волосам. Джулия резко подняла голову. Ее лицо оказалось совсем рядом, Макс даже почувствовал ее дыхание. Огромные глаза, не моргая, смотрели в его глаза. В них была такая мольба, такая боль, что сердце Макса сжалось. - Не волнуйся, все будет хорошо, - чуть слышно, прошептал Макс. – С Крисом не могло ничего случиться. - Ты так думаешь? – Макс скорее догадался, чем услышал ее вопрос. - Я уверен. Джулия тряхнула головой и отстранилась от Макса. - Простите меня, я не соображаю, что делаю. Вот почему-то прибежала к вам. - И это хорошо. - Не хорошо, - Джулия помотала головой. – Нельзя посторонних загружать своими проблемами. - Я не посторонний. Я – друг Криса и, надеюсь, ваш друг. Разве не так? - Так, - согласилась Джулия. - Тогда что же мы тут стоим? Расскажите мне, что произошло. Но не здесь, пройдемте в комнату. Джулия оглянулась на дверь. Максу на мгновение показалось, что она готова убежать из его квартиры. Но она, тяжело вздохнув, прошла в гостиную и там, вновь усевшись в уголок дивана, рассказала о звонке Филиппа. Пока она, сбиваясь и задыхаясь от душивших ее слез, рассказывала, Макс, не переставая, ходил по комнате. Туда-сюда, туда-сюда. Джулия не следила за его передвижениями, ее взгляд был направлен в пол. - И почему же ваш муж, простите, бывший муж, не сообщил о пропаже Криса в полицию? – Макс остановился перед Джулией, когда она замолчала. - Не знаю, - подняв на него глаза, тихо ответила она. - А я знаю, - неожиданно громко воскликнул Макс, и Джулия вздрогнула от его крика. – Знаю. Этому человеку совершенно нет дела до ребенка, и его поступок лишь подтверждает его заинтересованность только своей карьерой. Он боится огласки, боится, что обращение в полицию повредит его назначению на должность. - Что же делать? – прошептала Джулия. - Срочно подавать заявление в полицию. - Да, да, я сейчас, - Джулия быстро поднялась. – Я сейчас же поеду в полицию. Сейчас же, немедленно. И она, даже не взглянув на Макса, рванула к выходу. Макс так и остался стоять посреди комнаты. Он слышал, как открылась дверь квартиры Джулии, закрылась, через некоторое время открылась вновь, а потом он услышал дробь ее каблучков. Джулия бегом спускалась по лестнице. Даже сейчас, в минуты тревоги, она так и не воспользовалась лифтом. Макс провел рукой по лицу и подошел к фотографии сына, стоящей на книжной полке. Несколько минут он неотрывно смотрел на портрет мальчика, а затем, резко развернувшись, пошагал в спальню. Он знал, что ему сейчас делать.

- Я все понимаю, мэм, но ничем помочь не могу. – Помятый, словно не выспавшийся, офицер полиции с выражением на лице «как вы мне все надоели», повторял уже в который раз. Он отводил глаза и не желал смотреть на плачущую Джулию. Кабинет в полицейском участке, куда она прибежала после разговора с Максом, давил на нее своей серостью и казенностью. Офицер, к которому она прорвалась после долгого разговора с дежурным, встретил ее без всякого интереса, вяло выслушал ее сбивчивый рассказ, а потом, попросив подождать, долго щелкал по клавиатуре и, приблизив голову к монитору и шевеля губами, читал открывшийся документ. Джулия от нетерпения ерзала на стуле, но не смела оторвать его от чтения. Когда ее терпение дошло до последней точки, полицейский отодвинулся от монитора и внимательно посмотрел на Джулию. - Я не могу принять от вас заявление о пропаже мальчика, - зло заявил он. - Как это не можете? – не поняла Джулия. - Очень просто. Вы не имеете никакого права подавать подобное заявление. По решению суда все права по попечительству за Кристианом Дугласом переданы Филиппу Дугласу, и только он имеет право подавать заявление о пропаже несовершеннолетнего. - Но я же мать! – Джулия вскочила со стула. - Сядьте! – рявкнул полицейский. – И не нужно кричать. Джулия опустилась на стул. - Я все понимаю, мэм, но ничего не могу поделать. Тем более это не в нашей компетенции. Ведь инцидент, - от этого слова Джулия вздрогнула, - произошел не в нашем округе, и заявление нужно подавать в соответствующем. - Что же мне делать? – всхлипнула Джулия. Полицейский потер ладонью лоб, глубоко вздохнул и махнул рукой, словно отгоняя надоедливую муху. - Не могу знать, мэм. Его безразличие, незаинтересованность разозлили Джулию. Она приподнялась со стула, оперлась руками об стол, и, глядя прямо в лицо полицейского, четко проговорила: - Я пришла не к вам, я пришла в официальное учреждение, призванное защищать мои интересы, а вы разводите какой-то базар. Я – мать, и я имею права подать заявление. - Я все понимаю, мэм, но ничем помочь не могу. - Я буду жаловаться, я это так не оставлю, - голос Джулии звенел натянутой струной, готовой разорваться. Но полицейский остался невозмутимым. Пожав плечами, он ответил: - Ваше право, мэм. Но порядок есть порядок. Обратитесь в полицейское управления соответствующего округа. Невозмутимость полицейского осталась непробиваемой.

Макс еще раз прочитал табличку на почтовом ящике, удовлетворенно кивнул и направился по дорожке к дому. В последнее время Макс Бэйс редко покидал свою квартиру и отвык от бестолковой толчеи городской толпы и шума несущегося транспорта. Но сейчас он практически не обращал внимания на эти раздражающие факторы. У него была цель, и Макс мужественно преодолевал все неудобства. Правда, морщился, когда прохожие на пути дотрагивались до него. Но он был готов пережить и это. Дверной звонок располагался на уровне груди – признак того, что в доме жили дети. Вытерев руки о брюки, Макс нажал на кнопку. Не успел он переступить с ноги на ногу, как раздались быстрые шаги, дверь приоткрылась, и в просвет Макс увидел улыбающегося мальчика одного возраста с Крисом. Улыбка сползла с лица мальчика – за дверью он, по всей видимости, ожидал увидеть не того. - Джонни? – спросил Макс. Буравя его глазами, мальчик кивнул. - Здравствуй, Джонни, - сказал Макс. – Я – Макс Бэйс, друг Криса. Джонни попытался закрыть дверь, но Макс не дал ему это сделать. - Подожди, Джонни, нам нужно поговорить. - Я вас не знаю, - мальчик пытался закрыть дверь, но силы, конечно, были не равные. - Неужели Крис тебе ничего обо мне не рассказывал? Ведь именно от тебя он хотел принести котенка, - Макс был настойчив. В глазах Джонни загорелся интерес. - Рассказывал, - согласился он. – Вы странный сосед Джонни. Так ведь? - Можно сказать и так, - улыбнулся Макс. – Нам нужно с тобой поговорить. - Нет, - новая попытка закрыть дверь. – Родители мне не разрешают разговаривать с чужими людьми. - Но ты же дома, и я не причиню тебе ничего плохого. - Все равно, - упрямо помотал головой Джонни. – Я не буду с вами разговаривать. Макс вздохнул. - Хорошо. А кто-нибудь из взрослых дома? Поговорим в присутствии их. - Нет, - быстро проговорил Джонни. – Никого дома нет. Но тут из глубины дома послышался женский голос: - Джонни, кто там? - Никого, мама, - крикнул в ответ Джонни, упрямо толкая дверь. – Просто рассыльный. Я сказал, что нам ничего не нужно. Джонни зло, из-подо лба, глядел на Макса. - А врать не хорошо, - покачал головой Макс и крикнул через голову Джонни: – Миссис, я бы хотел с вами поговорить. Отодвинув сына рукой, на пороге появилась женщина в домашнем платье и в переднике. Наверное, готовила обед. От этой мысли в животе Макса заурчало. Как же давно он не ел настоящего домашнего обеда. От женщины пахло тушеными овощами. Макс сглотнул. Женщина, невысокого роста, не худышка, скорее полненькая, с интересом смотрела на нежданного посетителя. - Здравствуйте. Меня зовут Макс Бэйс, я сосед по лестничной площадке друга вашего сына. Криса Дугласа. Женщина кивнула, но смотрела все так же настороженно и приглашать Макса в дом не собиралась. - Не знаю, слышали ли вы, но случилось несчастье – Крис пропал. - Как пропал? – ахнула женщина. – Что значит, пропал? - Крис исчез, и никто не знает, где он, - пояснил Макс. - Но насколько я знаю, сейчас Крис не живет с матерью, - женщина скосила глаза на Макса. - Да, он жил у своего отца. Вот оттуда и исчез. - Бедный мальчик и бедная мать, - вздохнула женщина. – Столько несчастий. Но что вы хотите от нас? - Понимаете, - Макс кашлянул. – Я хотел узнать у Джонни не знает ли он, где Крис. Все-таки они друзья. Вот я и подумал… - Джонни, - женщина схватила за руку прятавшегося за спиной сына и вытащила его вперед. – Ответь мистеру. - Я ничего не знаю, - потупив взгляд, пробурчал Джонни. - Может, Крис тебе звонил, что-нибудь говорил? - спросил Макс. Джонни помотал головой. - Но вы же друзья, - не отставал от него Макс. – Он должен был рассказать о своих планах. - Он мне не звонил, - упрямо повторил мальчик, но голос его дрогнул. Это не осталось незамеченным его матерью. - Джонни, ты что-то знаешь, - она присела перед сыном на корточки. – Расскажи нам. Ты же знаешь, как я тебя люблю. И мама Криса также его любит. Ты только представь, как она переживает о нем. - Я ничего не знаю, - на глазах Джонни выступили слезы. – И ничего она его не любит. - Джонни… - Если бы любила, то ни за что не отдала бы его, - крикнул тот. - Так, подожди, - остановил его Макс. – Ты взрослый мальчик и должен уже понимать, что иногда обстоятельства бывают сильнее желаний. Вот так и произошло с Крисом и его мамой. Но мама Криса очень любит, и сейчас очень переживает. Скажи, тебе звонил Крис? - Нет, - Джонни замотал головой. - Джонни, я не хочу тебя пугать, - серьезно произнес Макс. - Но в этот момент мама Криса находится в полицейском участке, пишет заявление о пропаже. Криса начнет искать полиция. И если вдруг окажется, что ты скрываешь то, что знаешь, могут быть большие неприятности. Он посмотрел на мать Джонни, и та чуть заметно кивнула. - Мне Крис не звонил, - тихо сказал Джонни. - А приходил? – осторожно, боясь спугнуть, спросил Макс. - Да, - с вызовом ответил Джонни и посмотрел на маму. - Джонни, сыночек, расскажи все мистеру. Все, не скрывая, - она обняла сына за плечи. - Но я не могу, - запротестовал Джонни. – Я слово дал. - Держать слово – это отличное качество, - сказал Макс. – Но, Джонни, не в нашем случае. Сокрытие разыскиваемого человека – серьезное преступление. И еще… Может, сейчас Крису угрожает какая-нибудь опасность, а мы ничем не можем ему помочь. - Да не угрожает ему никакой опасности, - крикнул Джонни. - Ты так уверен? - Да. Макс вздохнул. Он прекрасно понимал чувства мальчика – тот дал слово, и нарушение его считал преступлением. Но Макс помнил испуганные глаза Джулии, ее перекошенный рот, с трудом сдерживаемые рыдания. Нет, сейчас нет места игре в благородство. - Собирайся, - резко сказал Макс. - Куда? – испугался Джонни. - В полицию. – Жесткие глаза Макс буравили мальчика. – Не хочешь говорить мне, скажешь там. - Мама, - захныкал Джонни. – Я не хочу в полицию. - Тогда все расскажи этому господину. – Мать Джонни оказалась умной женщиной и приняла игру Макса. Лицо Джонни покрылось красными пятнами, и он, опустив взгляд в землю, тихо сказал: - Крис в музее. Макс шумно выдохнул, а миссис Хьюз воскликнула: - В каком музее? - В папиной мастерской, - шмыгнул носом Джонни. - Как он туда попал? - Я ему дал ключ, - Джонни готов был провалиться сквозь землю. - Ты его украл? – на лице миссис Хьюз появилось выражение ужаса. – Мой сын, оказывается, вор. - Ну что вы, - успокаивающе произнес Макс. – Не нужно таких громких слов. Ваш сын поступил благородно – помог своему другу в беде. Он узнал, что хотел, и сейчас ему было искренне жаль мальчика. Но мать Джонни считала по-другому: - Нет, вы понимаете, он украл ключ. Мой сын украл ключ. Мой муж сейчас на конференции, а ключ от мастерской на время отъезда он всегда прячет в верхний ящик буфета. А этот подлец взял его оттуда. Миссис Хьюз наградила сына затрещиной. Джонни уже ревел в голос и ничего не отвечал матери. - Джонни, - не зная как успокоить разгневанную женщину, Макс повернулся к мальчику. – Ты меня отведешь к Крису? Джонни быстро закивал. Он готов был вести странного соседа Криса куда угодно, только бы подальше от пылающей негодованием матери.

Джулия резко затормозила напротив дома Филиппа. Она никогда здесь не была, и ей пришлось покружить по улицам, пока она нашла нужный адрес. При других обстоятельствах она обязательно бы с интересом осмотрела дом Филиппа, который при другом раскладе вполне мог быть и ее домом. Но сейчас ей было не до этого. Она пробежала по дорожке и застучала кулаком в дверь. Через несколько секунд на пороге появился Филипп. Выглядел он не лучшим образом, но Джулия понимала, что и сама выглядит ужасно. - Крис не пришел? – выпалила она. Филипп помотал головой, пропуская ее в дом. - Нет, я не буду заходить, - отступила на шаг назад Джулия. – Поехали в полицию. - Джулия, - осторожно сказал Филипп. – Может, Крис найдется. Может, не надо в полицию. - О чем ты говоришь, Филипп? У нас пропал сын, а ты говоришь «не надо». Я жду тебя в машине. Она резко развернулась и быстро зашагала обратно. Филипп появился через несколько минут и со вздохом забрался в кабину. Джулия, не сказав ни слова, рванула с места. Доехав до поворота, не поворачивая головы, спросила: - Куда ехать? - Направо, - буркнул Филипп. Когда они остановились напротив дверей в полицейский участок, Филипп дотронулся до руки Джулии, но она быстро убрала руку. - Джулия, ты не думай, что я не волнуюсь о Крисе, - начал Филипп. - Если бы ты волновался, - Джулия нажала на ручку двери, - то давно бы обратился в полицию. - Ты не права. Я волновался, и Матильда переживала. У нее даже началась мигрень. - Плевать мне на Матильду, - Джулия выскочила из машины. Филипп последовал за ней. Офицер полиции, к которому они попали, внимательно выслушал Джулию, которая изложила суть дела. - Вы не волнуйтесь, - ободряюще сказал он. – Никаких происшествий у нас в округе не зафиксировано. Так что, скорее всего с вашим мальчиком все в порядке. Вы сейчас напишите заявление, мы все оформим… - А нельзя без заявления? – наконец подал голос до сих пор молчавший Филипп. – Может поиски мальчика можно устроить неофициально? - Как это? – не понял полицейский. – Вы не хотите подавать заявление о пропаже ребенка? Лицо его вытянулось, он внимательно смотрел на Филиппа. - Мы подаем заявление, - резко сказала Джулия. – И не слушайте этого человека. К ребенку он не имеет никакого отношения. Я – мать, и я решаю, как поступать. Офицер лишь покачал головой и пододвинул к Джулии лист бумаги. Только она передала дописанное заявление офицеру, как в ее сумочке зазвонил телефон. Она сразу же выхватила его, надеясь, что звонит Крис. Но номер на дисплее был незнакомый. - Алло! – прошептала она в трубку, боясь услышать страшное известие. Сердце перестало стучать, дыхание перехватило. - Это Макс Бэйс, - как ей показалось через целую вечность, услышала она. – Я нашел Криса. С грохотом отодвинув стул, Джулия вскочила. - Где он? Что с ним? – закричала она. - С Крисом все в порядке. Мы уже идем домой. А вы где? - Только что написала заявление. Я его сейчас заберу, - скороговоркой проговорила Джулия. Все ее мысли были уже рядом с Крисом, ей хотелось вырваться на улицу. - Не смейте, - остановил ее голос Макса. – Пусть заявление зафиксируют. Какое заявление! Она уже не думала о нем. Мальчик ее нашелся. С ним все в порядке. Но Макс не отставал от нее: - Это будет нашим козырным тузом на суде. Джулия посмотрела на Филиппа, перевела взгляд на офицера полиции и сделала так, как ей велел Макс. Филипп догнал ее в конце коридора. Длинного и серого, как все коридоры в подобных учреждениях. Он схватил ее за руку, заставив остановиться. - Что ты сделала, Джулия? Ты понимаешь, что сейчас разрушила мою жизнь? - Мне плевать, - зло бросила она ему в лицо. – Ты не думал, что разрушаешь нашу. Она с силой вырвала руку. - Я так это не оставлю, - кричал ей вслед Филипп. – Я докажу, что твои действия не правомерны. Ты еще ответишь за все. Но Джулия его уже не слышала. Она быстро сбегала по лестнице. Домой! Домой! К Крису!

Когда Макс вместе с Джонни вошли в мастерскую, Крис был занят увлекательным занятием. Он выводил кисточкой буквы на борту трехмачтового фрегата. Он так старался, что даже не услышал звука открываемой двери. И только когда Макс подошел к столу и положил руку ему на плечо, Крис вздрогнул и поднял голову. Он дернулся, хотел вскочить со стула, но рука Макса надавила на его плечо, не позволяя подняться. - Ну, здравствуй, Крис, - спокойно сказал Макс. – Хорошо же ты запрятался. Крис кинул взгляд в сторону прижавшегося к стене Джонни. - Предатель, - зло процедил он сквозь зубы. - Я не виноват, - залепетал Джонни. – Он сказал, что отведет меня в полицию. - Все хорошо, Джонни, ты поступил правильно, - не поворачиваясь к нему, проговорил Макс. – А ты, Крис, выслушай меня. - Я не вернусь туда, - крикнул Крис. Глаза испуганно смотрят на Макса, голову втянул в плечи и от этого стал похож на маленького взъерошенного воробышка. - И правильно, - кивнул Макс, и Крис удивленно моргнул. - Тебе туда и не придется возвращаться, - продолжил Макс, делая нажим на слове «туда». – Мы сейчас пойдем домой. И поверь мне, никто и никогда тебя больше не заберет от мамы. Никто и никогда. - Где она? – тихо спросил Крис. - Ищет тебя, - также тихо ответил Макс. – И очень волнуется. Проводив Джонни, так и молчавшего всю дорогу, до дома и передав его на руки миссис Хьюз, бросившейся с поцелуями к Крису, Макс и Крис отправились к дому. Макс за всю дорогу ни словом не обмолвился о проделке Криса, за что тот ему был благодарен. Они разговаривали о парусниках. Крис увлеченно рассказывал, что еще до каникул отец Джонни поручил ему покрасить фрегат, и он, Крис, сделал это самостоятельно. Осталось только написать на борту название фрегата «Стремительный». И вот буквы никак не хотели ровно ложиться. Он так старался, а надпись все равно получалась кривой. - Ничего, получится, - успокаивал его Макс. – Если усердно стараться, то обязательно получится.

Телефон зазвонил, когда Джулия вылезала из машины. До дома она доехала быстро, ей не терпелось увидеть Криса, и эта задержка с телефоном заставила ее поморщиться. У нее совершенно не было желания с кем-то говорить. А когда увидела высветившийся номер, то даже в сердцах чертыхнулась. - Филипп, нам не о чем с тобой говорить, - зло бросила она в трубку. - Подожди, не отключайся, - голос Филиппа звучал так просительно, что Джулия замерла. Такого голоса она у него никогда не слышала, даже в счастливые годы давнего замужества. Обычно он звучал требовательно и настойчиво. – Давай поговорим, как взрослые люди. Ты же не можешь разрушить мою жизнь? Все-таки мы не чужие люди. - И ты только сейчас об этом вспомнил? Что-то таких мыслей раньше я у тебя не наблюдала. - Ну зачем вспоминать прошлое? Крис нашелся, ничего страшного не случилось. Так пусть Крис еще некоторое время поживет у меня. Я получу свою должность, и ты спокойно сможешь забрать сына обратно. А пока… Джулия взорвалась: - Что ты такое говоришь? Для тебя что, Крис вещь, которую можно забрать, потом отдать? - Ты меня не так поняла, Джулия. - Я тебя прекрасно поняла. Нам не о чем говорить. Но Филипп не мог оставить за ней последнее слово. - Неужели ты думаешь, что твой адвокатишка – неудачник сможет тебя защитить. Да никогда! Феррери размажет его по стенке. - А это мы еще посмотрим. Джулия отключила телефон. Ее колотило. С каким бы удовольствием она бы впилась ногтями в морду Филиппа. Его счастье, что он не рядом. И он еще смеет называть Макса адвокатишкой – неудачником. Да он не стоит и мизинца этого человека. Случилась беда – и Макс отставил свои принципы, вышел на улицу в поисках Криса. И нашел его. Теплая волна тронула сердце Джулии. Макс… Джулия тряхнула головой. И о чем она только думает? Включив сигнализацию, Джулия побежала к дому.

Макс еще прежде звонка в дверь услышал шаги Джулии. Она по привычке, бегом, поднималась по лестнице. На секунду топот ног затих, а затем раздался требовательный звонок в дверь. В ожидании матери Крис, пристроившись в уголке дивана, задремал. Уставшего мальчика даже не разбудил звонок в дверь. Осторожно, стараясь не скрипнуть полом, Макс вышел из комнаты, открыл дверь и чуть не был сметен бросившейся ему на шею Джулией. Она обхватила его руками за шею и крепко поцеловала в щеку. Макс вздрогнул. То ли от неожиданности от такого порыва обычно спокойной Джулии, то ли от горячего прикосновения ее губ. Наверное, и сама Джулия не ожидала от себя подобного поступка. Поцелуй длился секунду, не более. Джулия тут же отскочила от Макса и густо покраснела. - Простите, - пролепетала она. – Но я вам так благодарна. Вот и не сдержалась. - Не стоит извиняться, - Макс сам от смущения не знал, куда спрятать глаза, сердце бешено заколотилось. – Крис в гостиной, заснул. Макс отступил в сторону, пропуская метнувшуюся к дверям Джулию, и, оставшись один, сделала несколько глубоких вздохов, приводя перехватившее дыхание в порядок. «Не хватало еще приступа тахикардии», - пронеслось в голове. С ним иногда такие приступы случались. Особенно в минуты сильного волнения. Макс презирал себя за них, считая, что нарушение сердцебиение – это удел впечатлительных дамочек, а не зрелых мужчин. Поэтому и постарался исключить из жизни всякие волнения, отгородившись от них надежными стенами квартиры. Но на этот раз благополучно пронесло. Дыхание наладилось, сердце успокоилось, и Макс вернулся в гостиную. Но так и не зашел в нее, остановившись в проеме дверей. Джулия сидела на корточках у дивана и смотрела на Криса, не смея до него дотронуться – боялась разбудить. «Какая же она красивая!» - вдруг подумал Макс. А раньше он и не замечал этого. Макс всегда относился к соседке, как к замученной жизнью матери – одиночке, озабоченной своими проблемами, вечно спешащей, не обращающей на себя внимания. А ведь Джулия еще совсем молодая и очень красивая. И сейчас, стоя у дверей, не смея пошевелиться, Макс любовался ею. Тронутые румянцем щеки, легкая улыбка, светящиеся нежностью глаза. Волосы от быстрого бега взъерошились, и от этого Джулия стала похожа на маленького воробушка. Такого трогательного, что защемило сердце. Джулия осторожно дотронулась ладонью до головы Криса, и он тут же проснулся, быстро сел. - Мама, - прошептал он. Джулия обхватила сына руками за шею, стала быстро целовать. - Мама, - Крис пытался вырваться из объятий матери. – Ну что ты? А Джулия только шептала: - Крис, Крис. С большим трудом Крису удалось выскользнуть из объятий матери. - Ну что ты, мама, - бросив взгляд в сторону Макса, буркнул Крис. – Целуешь меня, как маленького. А люди смотрят. Что подумает мистер Бэйс? - Прости меня, сыночек, - Джулия поднялась, оправила юбку и, глянув на Макса, улыбнулась. – Но я так перенервничала. Так что мне простительно. И, я думаю, мистер Бэйс меня понимает. Макс лишь улыбнулся. Да и что он мог сказать? Он прекрасно понимал Джулию. Хотя, если быть честным, на месте Джулии он не целовал бы сына, а хорошенько его отшлепал. Поэтому он и не на ее месте. А на своем. - Ты, наверное, голодный? – материнский инстинкт заговорил в Джулии. – Сейчас мы пойдем домой, и я тебя хорошенько покормлю. - Меня мистер Бэйс покормил, - сообщил Крис. - Всего лишь приготовил бутерброд, - внес пояснение Макс. – Простите, но ничего другого предложить не мог. - Бутерброд был вкусным, - тут же добавил Крис. - А я сделаю что-нибудь вкусненькое, - Джулия потрепала сына по взъерошенным со сна волосам и повернулась к Максу: - Вы же тоже не откажетесь с нами поужинать, ведь так, Макс? – на последнем слове она слегка запнулась. – Вы столько для нас сделали, я даже и не знаю, как вас отблагодарить. Только если ужином. И вдруг, неожиданно для себя, Макс резко, почти грубо, ответил: - Нет. Мне нужно работать, я и так потратил столько времени. Джулия вздрогнула, как от пощечины, и, смущенно улыбнувшись, обняла сына за плечи. - Пойдем, Крис. Не будем мешать мистеру Бэйсу. Макс не понимал, почему он так отреагировал на приглашение Джулии и от этого злился. Да, ему нужно было работать. Сегодняшний план из-за этой семейки полетел ко всем чертям. Он выбился из графика, который давил на него со страшной силой. Но с другой стороны, ужин бы не занял много времени. Что же его остановило? Найти ответ ему казалось очень важным. Только тогда, когда разберется в себе, он сможет работать. А сейчас он не мог. И Макс бродил по комнате, как затравленный зверь по клетке. В сторону компьютера он даже не смотрел.

Джулия, болтая с сыном и одновременно нарезая овощи для салата, старалась не думать о неожиданном отказе Макса. Но мысли сами лезли в голову, не хотели ее отпускать. Отказ Макса ее обидел. Даже если сказать больше, больно уколол. Она всего лишь предложила ему поужинать, а он… Так резко и грубо. Как будто она сказала нечто неприличное. Неужели она так ошиблась в соседе? Неужели за свою помощь он хотел что-нибудь большее? Конечно, она не ребенок и понимает, что лучшая благодарность – это материальная благодарность. А ее-то Джулия предоставить и не могла. Предложила только ужин. Макс ей нравился. Такой спокойный, рассудительный, внимательный и… несчастный. Хотя последнее, может быть, она сама придумала. Но ей так казалось. - Мама, а почему мистер Бэйс отказался с нами поужинать? – словно прочитав ее мысли, спросил Крис. - Мистеру Бэйсу нужно работать. Он и так потратил много времени на нас. - Он мне нравится, - сообщил Крис, схватив со стола кусочек огурца. – Я бы хотел, чтобы у меня был такой отец. Джулия замерла с занесенным над очередным огурцом ножом, вздохнула, положила нож на стол и подошла к сыну. Присев перед ним на корточки, взяла его за руки. - Неужели нам плохо вдвоем? - спросила она. - Хорошо, - захрустел огурцом Крис. Он вернулся домой, и все переживания были позабыты. – Но у всех моих знакомых есть отцы. А у меня… - У тебя тоже есть. - Разве можно его называть папой? – совсем по-взрослому произнес Крис, и сердце Джулия сжалось от жалости к сыну. – Вот от мистера Бэйса я бы никогда не убежал. Джулия резко поднялась. - Не выдумывай ерунды, - сказала она. – Мистер Бэйс посторонний нам человек. - Нет, он мой друг, - замотал головой Крис. Подперев кулачком голову, Крис о чем-то задумался. Джулия быстро заработала ножом. «Я бы хотел, чтобы у меня был такой отец». Бедный мальчик! Конечно, он растет, и ему не хватает мужской поддержки, мужского совета. А дальше ведь еще хуже будет. Пока он был маленький, весь мир ему заменяла мама. Ей он нес свои обиды, свою боль, свои проблемы. И она могла его утешить, поддержать, приласкать. Но скоро, и глазом моргнуть не успеешь, Крис станет подростком, потом юношей, потом мужчиной, и мать отойдет на второй план. А Макс надежен, крепок, умен. Да, такой отец подошел бы Крису. И ее бы смог поддержать. Она представила, как руки, крепкие и сильные руки, обнимают ее, прижимают к груди, как его губы приближаются к ее лицу, и она тонет в его глазах. Джулия замотала головой. И о чем она только думает? Джулия, не теряй головы! Кто ты и кто он, не забывай об этом. Он адвокат, писатель, благополучный человек. А ты? Ты простая официантка в захудалом кафе, с трудом оплачивающая квартиру. Да на таких, как ты, Макс Бэйс даже и не смотрит. Вон как зло отказался от предложенного ужина.

Оставшиеся дни до суда Джулия и Макс не виделись. Каждый день она осторожно, как опасавшийся обнаружить себя вор, выскальзывала из своей квартиры, прислушивалась, боясь, что соседская дверь откроется, и быстро спускалась по лестнице. На ее счастье за дверью Макса стояла тишина. Не знай она о привычках и образе жизни соседа, могла бы подумать, что его нет дома. Но он был дома, это она знала точно, но не предпринимал никаких попыток встретиться с Джулией. Правда однажды, на четвертый или пятый день после возвращения Криса домой, Джулия, выйдя утром из дома, она услышала какой-то шум за дверью. Она настороженно замерла, собралась в комок, судорожно обдумывая, что скажет Максу. Но ничего не случилось, дверь не открылась. Облегченно вздохнув, Джулия застучала каблучками по лестнице, даже не подозревая, какие переживания сейчас испытывает Макс. Он хотел эту женщину. Хотел до ломки в костях. Макс думал, что навсегда забыл, что такое желать женщину. Погрузившись в свой мир, в который не проникали внешние раздражители, Макс надеялся, что так и проживет всю оставшуюся жизнь. Увы, так не получалось. Образ Джулии, ее улыбка, широко распахнутые глаза постоянно преследовали его. Даже во сне. Во сне они любили друг друга, нежно, преданно, неистово. И это было так хорошо. Из-за этих снов Макс изменил свой режим жизни. Он начал рано ложиться в постель, чтобы побыстрее окунуться в любовь, которой не было никаких помех. Но это был всего лишь сон, и то не каждую ночь он навещал Макса. А он хотел обладать ею в реальности. В тот день, когда шум за его дверью насторожил Джулию, Макс стоял за дверью, прильнув к дверному глазку, и ожидал выхода Джулии из квартиры. Он знал, что она работает в этот день в утреннюю смену. Желание увидеть ее, хоть только в глазок, хоть мельком, заставило его оказаться около двери. Как подросток, подглядывающий за чем-то запретным, задержав дыхание, он смотрел на соседскую дверь. Вот дверь распахнулась, вот из нее вышла Джулия, поглядела в его сторону, прислушалась. Макс напрягся, испугался, что она его увидит, хотел рвануть прочь от двери. И остался на месте. Глупости, она не может его видеть. Рука непроизвольно потянулась к замку. Еще чуть-чуть и он повернет его, распахнет дверь, схватит Джулию за руку и втащит в квартиру. А потом… Потом… Макс так явственно представил, как его губы приближаются к ее губам, как ее руки обхватывают его за шею, как их тела сливаются в общем желании, что застонал. И этот стон насторожил Джулию. Она подошла к его двери, замерла на несколько секунд. Затем тряхнула головой и быстро побежала вниз по лестнице. Макс оторвался от дверного глазка и спиной привалился к так и неоткрытой двери.

В этот день на работе у Джулии все не ладилось. Она не успевала принимать заказы, чем вызывала недовольные взгляды посетителей кафе. Она забывала, какой клиент что заказывал, и путала тарелки. Она пролила сок на плечи пожилой леди, и та вскочила со стула, как молодая козочка, одарив Джулию волчьим взглядом. Такого с ней не случалось даже в первые дни работы. Джулия вначале не могла понять, что с ней такое, почему все не ладиться и валиться из рук. Потом до нее дошло – ее голова сегодня занята не работой. Она постоянно думает о Максе, представляет, чтобы случилось, нажми она сегодня утром на кнопку звонка. Ведь этот шум в квартире соседа означал не что иное, как то, что Макс стоял за дверью, он наблюдал за нею, может быть, ждал от нее первого шага. И эта мысль пугала ее и… радовала. Лили, пришедшая после обеда на смену, чмокнув Джулию в щеку, спросила: - Что с тобой сегодня, подруга? Билл мечет молнии, говорит, что ты своей неуклюжестью распугаешь всех клиентов. - Я не знаю, - опустив глаза, пробормотала Джулия. - А может ты влюбилась, подруга? Глаза Лили хитро прищурились. - Глупости! – чересчур громко воскликнула Джулия. - Не скажи, не скажи. – Лили покачала хорошенькой головкой. – С чего бы тебе тогда быть такой рассеянной? Вот я, например, когда влюбляюсь, вообще не понимаю, что делаю. - Не в кого мне влюбляться. Если только вон в того типа за столиком у окна. – Джулия мотнула головой в сторону толстого мужчины, с аппетитом отправляющего в рот большой кусок пирога с черникой. Она постаралась свести все в шутку, но слова Лили запали в душу. Она влюбилась? О, нет! Только не это. Влюбиться – это не входило в ее планы, это ей было абсолютно не нужно. Сейчас ее мысли должны быть заняты другим. Крисом. И судом, до которого осталось совсем мало времени. Ей надо накопить силы, собрать всю решимость, чтобы не выглядеть дурой, как в прошлый раз. Больше она никогда не допустит такого решения суда. И Макс ей поможет. Макс….

- Мама, а я когда вырасту, буду адвокатом, - Крис в ожидании ужина сидел на кухне и, махая ногами под стулом, наблюдал за нарезающей овощи Джулией. - Хорошая профессия, - не прекращая работы, сказала Джулия. Она так любила, когда Крис развлекал ее разговорами. - А мистер Бэйс сказал, что работа адвоката очень трудная и что для того, чтобы стать адвокатом, нужно много учиться. А учиться не хочется… - протянул Крис и почесал нос. - Мистер Бэйс знает, что говорит. – Джулия высыпала овощи в миску и потянулась за бутылкой с оливковым маслом. Но на полпути ее рука остановилась, и Джулия повернулась к сыну. - А когда это вы разговаривали с мистером Бэйсом о работе адвоката? - Сегодня. - Крис, - вздохнула Джулия. – Ты опять к нему заходил. Сколько раз я тебе говорила, что мистер Бэйс – занятой человек, ему некогда вести беседы с тобой. Он, наверное, злится, что ты к нему приходишь. - Нет, мистер Бэйс радуется моему приходу. Он сам говорит, что ему надо отдыхать от работы и что разговоры со мной для него лучший отдых. - Ой, не знаю, не знаю, - покачала головой Джулия. - И о чем, интересно, вы с ним разговариваете? Она знала, что ее мальчик очень общительный, ему легко разговаривать с чужими людьми. Вон, даже сумел разговорить молчаливого, замкнутого соседа. Ей, Джулии, увы, этого так и не удалось. - Обо всем – о жизни, о работе адвоката, о море, - серьезно перечислил Крис. – Мистер Бэйс очень умный, он так много знает. Сегодня он мне рассказал, что такое презумпция невиновности. На последних словах Крис слегка запнулся, но все-таки произнес их правильно. - А еще мы говорили сегодня о тебе, - добавил он. - Обо мне? - Ага. - Так… - протянула Джулия и уселась за стол напротив Криса. – И что вы обо мне говорили? - Разное, - Крис махнул рукой и тут же заныл: - Мама, я кушать хочу. Но заинтересованная Джулия взяла Криса за руку. - Ужин подождет, а ты расскажи, что вы говорили обо мне. - Ай, мама, я не помню. – Крис попытался вырвать руку, но Джулия держала ее крепко. Она понимала, что плохо выпытывать у сына такие вопросы. Но ее просто распирало от любопытства. В последнее время она сама так много думала о Максе, иногда в очень интересном ключе. Ничего удивительного не было в том, что ей хотелось узнать: а что думает о ней он. - Ну, мистер Бэйс говорил, что ты очень хорошая, - сморщив лоб от воспоминаний, произнес Крис. – А еще, что ты очень красивая. - Правда? – Джулия почувствовала, как к ее щекам прилила кровь. – Он так и сказал? - Угу. Он сказал, что ты очень красивая, - кивнул Крис и снова заныл: –Мама, когда мы кушать будем? - Сейчас, Крис, сейчас. Джулия вскочила с места и вернулась к приготовлению салата. Слова Криса наполнили ее сердце радостью. Макс считает, что она красивая. Значит, он думает о ней, вспоминает. Конечно, это может ничего и не значить. Но все-таки, все-таки…

Макс с удивлением обнаружил, что после обеда постоянно поглядывает на часы. Он ждал прихода Криса из школы. Неожиданно для него беседы с этим маленьким мальчиком стали жизненно необходимыми. Он почувствовал, что для кого стал важен, интересен, значим. И хотя вопросы Криса были по-детски наивны, Макс старался говорить с ним серьезно, как с равным. Он объяснял ему юридические термины, выслушивал рассказы Криса о парусниках, сам рассказывал о дальних путешествиях. Странно, но из глубин памяти, казалось затерянные навсегда, выплывали истории, что он читал в детстве. Макс словно наверстывал то, что упустил раньше, давал Крису то, что не додал в свое время своему сыну. Они были совершенно разными, Крис и его Тимми, но Максу казалось, что они очень похожи между собой. Возможно, все мальчишки похожи друг на друга в этом возрасте. Но Максу хотелось думать, что между Крисом и Тимом имеется какая-то особая похожесть. Ведь эти два мальчика были для него небезразличны, пусть по-разному, но все-таки дороги. А еще, Макс долго не признавался себе в этом, но, наконец, должен был признать, через Криса он как бы поддерживал связь с Джулией. При желании, в последнее время возникающем все чаще и чаще, он мог говорить о ней с Крисом. Джулия… Женщина, которая стала такой важной для него. Если бы они встретились раньше, не сейчас, а тогда, когда он был совсем другим, пока не закрылся в свою раковину, отгородившись от всего мира надежными стенами пустой квартиры. Тогда бы могло все сложиться по-другому. К тому же, согласившись на представление ее дела в суде, он воздвиг между ними непреодолимую стену. Этика адвоката не позволяла вступать в личностные связи с клиентом. И Макс всегда следовал этой этике. Потом, после суда, когда дело будет закрыто (он со стопроцентной гарантией верил, что в их пользу), он пригласит Джулию в кафе. Если, конечно, она согласится, не побрезгует провести несколько часов с нудным, неинтересным типом, за годы затворничества забывшем о том, как общаться с женщинами. Такими красивыми женщинами, такими удивительными женщинами. А еще он подарит Джулии цветы. Огромный букет бордовых роз. Просто так. Вопреки своим привычкам он сам пойдет в цветочный магазин, а не закажет букет через посыльного. В таком важном деле, как выбор букета для любимой (о, небеса, что он думает, одернул себя Макс) женщины нельзя полагаться на продавцов, выбрать он должен только сам. Максу казалось, что она будет рада. Ей так давно никто не дарил цветов. А вдруг он ошибается? Что он знает о ней? Вдруг ее поклонники заваливают сотнями букетов? И его букет будет всего лишь одним из них.

Глава 7

На удивление Джулии ночь перед судом она проспала спокойно. С вечера она хотела выпить таблетку снотворного, но передумала. И правильно сделала. Она знала, что после принятия лекарства на следующее утро мучается головной болью. Поэтому решилась положиться на судьбу – таблетку она всегда успеет выпить – и не прогадала. Ночь пролетела без кошмаров и бессонницы.

Отправив Криса в школу, Джулия раскрыла шкаф, выбирая наряд. Хотелось выглядеть прилично. Знала ведь, что внешний вид играет немаловажную роль. Остановилась на темно-бордовом костюме. Правда, она его купила уже давно, но ведь об этом никто не узнает. Она долго наводила макияж, стараясь, чтобы все получилось аккуратно. Оглядев себя в зеркало, она удовлетворенно кивнула.

Выпив чашку крепкого кофе – завтракать не хотелось, она вышла из квартиры и позвонила в дверь Макса. Он был уже готов. Строгий костюм, светло-голубая рубашка, галстук. Джулия залюбовалась его видом, и чуть смутившись, пробормотала:

- Поехали?

- Да, - быстро отведя взгляд от Джулии, сказал он.

Джулию немного задело, что он не оценил ее длительное приготовление. Ведь в какой-то мере она старалась и для него. Она не знала, что Макс, наоборот, слишком хорошо оценил ее. Но он боялся, что непозволительные в это утро мысли собьют его с делового настроя.

К зданию суда они подъехали заранее, спокойно вошли в холл, поднялись по лестнице.

На этот раз Филипп пришел первым и одиноко сидел на стуле у зала заседаний. Увидев Джулию и Макса, он вскочил им навстречу.

- Джулия, нам надо поговорить, - не обращая внимания на адвоката, Филипп схватил ее за руку.

Джулия резко ее выдернула.

- Филипп, я все уже тебе сказала, - глядя ему в глаза, четко выговорила Джулия. – Мы с мистером Бэйсом сделаем все, чтобы ты к Крису не подошел и на пушечный выстрел.

- Ну, мы могли бы договориться, - пробормотал Филипп. – Неужели ты не понимаешь. Моя карьера…

- Я уже тебе говорила, что мне до твоей карьеры нет никакого дела. Для меня важна только судьба моего сына.

- Ах, ты так. Но не думайте, что мой адвокат так просто сдастся. Он докажет, что я имею право на сына. Он - лучший в своем деле. И не вам тягаться с ним.

Филипп сейчас смотрел на Макса, словно старался своими словами испугать его. На лице Макса не дрогнул ни один мускул.

- Джулия, пойдемте, не будем тратить время на пустые разговоры, - не ответив Филиппу, он направился к двери зала заседания.

Джулия последовала за ним, спиной чувствуя полный ненависти взгляд Филиппа и слыша скрежет его зубов.

Пропуская вперед Джулию, Макс шепнул:

- Вы только не волнуйтесь и полностью доверьтесь мне. Дело мы выиграем.

Так все и случилось. Хотя Джулия всеми силами старалась держать себя в руках и не впадать в истерику, появление судей заставило ее напрячься.

Их опять было трое. Но на этот раз закон представляли три женщины, и среди них – о, счастье! – не было наипротивнейшей Джин Гроуд. Джулия до сих пор испытывала к ней неприязненные чувства.

После представления сути дела, слово было предоставлено адвокату Феррери. И опять потекли витиевато закрученные фразы о достоинствах Филиппа Дугласа. На этот раз, как не странно, они не расстроили Джулию. Наоборот, она еле сдерживала улыбку, слушая разглагольствования адвоката бывшего мужа. Она-то знала, что он представляет собой на самом деле. Лишь изредка поглядывала на Макса, оценивая его реакцию.

Макс был спокоен. Выражение его лица можно было бы назвать каменным, если бы не редкое подергивание верхней губы. То ли в презрении, то ли в усмешке. Однажды он поймал взгляд Джулии и ободряюще пожал ей руку. Незаметно, под столом. Но этот его жест теплотой отозвался в сердце женщины.

Как же хорошо, что сейчас рядом с ней мужчина, которому она доверяет, которому верит. Она знает, что он сделает для нее все возможное.

Когда ему дали слово, Макс говорил четко и ясно, почти сухо. Он не расписывал красочными словами достоинства клиентки, он просто оперировал фактами. Характеристика с работы, отзывы учителей школы, где учился Крис, хвалебный отзыв управляющего дома, - все было зачитано и предоставлено судьям без всяких эмоций.

Джулия вновь занервничала. По сравнению с выступлением Феррери речь Макса никуда не годилась. По ее мнению была неубедительной и незначительной. Она бы на его месте выступала совсем не так.

Когда судьи удалились на совещание, Джулия закрыла лицо руками. Только бы не глядеть в сторону дверей, за которыми решалась судьба Криса и ее собственная судьба. Она не хотела глядеть и на Макса, выступлением которого осталась недовольна.

- Джулия, не волнуйтесь, - Макс взял ее руки в свои и отвел от лица. – Я уверен, что все будет хорошо.

- А я не уверена, - непозволительно громко крикнула она. – Не уверена. Я не уверена, что суд оставит Криса мне.

- А вот в этом я с тобой солидарен, - подал со своего места голос Филипп, но Джулия так взглянула на него, что он поостерегся развить эту тему.

- Сейчас они выйдут, и мы все узнаем, - сказал Макс.

- Как вы можете быть таким спокойным! – горячо воскликнула Джулия и уже тише добавила:

- Конечно, какая вам разница. Крис – не ваш сын. Вам все равно, что будет с мальчиком.

Макс судорожно сглотнул, дернулся, словно получил пощечину.

- Нет, Джулия, мне все равно, что будет с мальчиком, - жестко произнес он. – И вы это прекрасно знаете.

Джулия провела ладонью по лицу.

- Простите, - сказала она. – Я сама не понимаю, что говорю.

- Я понимаю.

- Понимаете?

Она готова была взорваться, но увидев глаза Макса, внимательные, заботливые, полные нежности, лишь вздохнула.

- Да, понимаю. Я хорошо выполнил свою работу. Можете быть спокойны.

- Я не могу быть спокойной, - устало сказала она.

Вся тревога, все волнение, все переживания, что накапливались в Джулии, теснились в ее душе, мешали не только дышать, но и просто жить, вырвались из нее, когда судьи зачитали свое решение.

Оно заключалось в том, что Кристиан Дуглас оставался с матерью, и на ее усмотрение отходило разрешения встреч с отцом, как не оправдавшим возложенных на него отцовских обязанностей.

После того, как судьи удалились, Джулия несколько секунд сидела неподвижно, а потом, резко вскочив со стула, бросилась на шею Максу.

- У нас все получилось, все получилось! – Слезы потекли из ее глаз, но она смеялась, крепко обнимала Макса за шею и целовала его. Все это происходило неосознанно, без ее желания.

В себя ее привел громкий стук двери – это Филипп постарался, выходя из зала заседаний. Джулия отпрянула от Макса, густо покраснела и пробормотала:

- Простите, я веду себя просто непозволительно.

- Все хорошо, - Макс тоже выглядел смущенным.

Он откашлялся, повернулся к своему коллеге адвокату Феррари и поблагодарил за работу. Тот лишь кивнул в ответ и, собрав бумаги в папку, быстро покинул зал.

Джулия и Макс остались одни.

- Ну, вот видите, - сказал Макс. – Я говорил, что все будет хорошо.

- Да, - только и смогла выговорить Джулия.

В горле першило, глаза, из-за наполнивших их слез, плохо видели, но в душе была такая радость, что хотелось кричать. Крик буквально рвался из груди, она с трудом его сдерживала.

- Я думаю, что нам пора идти, - Макс взял папку со стола и запихнул ее в портфель.

Джулия кивнула.

Они вышли из здания суда. Джулия подняла лицо к небу, постояла так несколько секунд и направилась к стоянке.

- Вы не считаете, что нам это дело следует отметить, - сказал Макс, когда машина тронулась с места. – А то я ваш должник, и из-за этого испытываю неудобства.

- Должник? – не поняла Джулия. Наоборот, это она перед ним в долгу. В таком долгу, за который нет простой расплаты.

- Да, должник. В прошлый раз вы меня приглашали в кафе. Помните? Сейчас пришел мой черед.

Конечно, Джулия помнила. Помнила, как водила Макса в свое кафе. Как же давно это, казалось, было. Сколько всего произошло с тех пор.

Макс еще дома, по интернету, изучил карту района. Ведь редко выходя из дома, он практически ничего не знал в нем. С удивлением он обнаружил, что поблизости находиться большое количество кафе. Но вот на каком остановиться, не имел понятия. Решил выбирать по названию. Ему больше всего понравилось название «Цветущая магнолия». Нейтрально, не пошло и вполне романтично. Навевает мысли о весне. А со словом «весна» возникли вполне приятные ассоциации.

Поэтому он и назвал адрес этого кафе. Джулия, улыбнувшись, свернула на нужную улицу.

В кафе, вполне уютном и приятном (Макс вздохнул с облегчением, когда они зашли в него), они заказали себе по бокалу вина.

- За вас! – Макс поднял бокал.

- Нет, за вас! – возразила Джулия. – Это ваша заслуга, что все так хорошо получилось.

- Тогда, за нас! – произнес Макс и смутился – слишком многозначительной получилась фраза.

Джулия кивнула и пригубила бокал.

- О, - сказала она. – Вино не плохое.

- Я рад, что не ошибся с выбором.

Выпитое вино теплом разлилось по телу Джулии. Весь мир стал ей казаться таким добрым и веселым. Ушел прочь кошмар последних месяцев, она сидит в кафе с приятным ей, если не сказать больше, мужчиной, пьет прекрасное вино. И все так хорошо.

- Жаль, Крис в школе, и я не могу сейчас ему обо всем рассказать, - расслабленно сказала она.

- Потом расскажете, - улыбнулся Макс.

- Но я так счастлива и так благодарна вам. Вы настоящий друг.

- Друг? – голос Макса слегка дрогнул.

- Да, я так думаю. А вы считаете иначе?

- Нет.

Макс немного помолчал и сказал:

- Конечно, друг. А если мы с вами друзья, то не пора ли нам избавиться от формальностей.

- Как? – не поняла Джулия.

- Ну, для начала перейти на «ты». Согласна?

- Да, Макс. Это самое малое, что я могу сейчас сделать. Но вы… ты не думай, я обязательно рассчитаюсь с тобой. Я буду экономной, и я тебе за все заплачу.

Ее слова подействовали на Макса ужасно. Лицо его покраснело, глаза сузились.

- Неужели ты думаешь, что я все это делал из-за денег.

- Нет. Но все-таки… - смутилась Джулия.

Макс сжал кулаки.

- Я не хочу больше этих разговоров. Я сделал это не ради тебя. Даже не ради Криса. Я согласился вести дело ради себя.

Джулия недоуменно посмотрела на него, но ничего не спросила.

Макс заговорил сам:

- Да, ради себя. Много лет назад я потерял сына, и не хотел, чтобы подобное случилось с тобой. Я знаю, что это такое.

Сейчас глаза Макса были прикрыты, он не смотрел на Джулию. Она протянула руку и дотронулась до его плеча.

- Как это случилось? – тихо спросила она.

- Просто моя бывшая жена посчитала, что нашему сыну Тиму опасно находиться рядом со мной. Она сделала все, чтобы лишить меня возможности видеться с ним.

- Как же так? Почему?

- У меня начались проблемы со здоровьем. Врачи констатировали странную болезнь агирофобию. Неприятная вещь. Я боялся улиц, боялся скопления народа, практически не выходил из дома. Жена решила, что я психически нездоров, что я шизофреник и изолировала от меня сына. А потом и суд лишил меня возможности встреч с Тимом.

Пережив недавно подобное, Джулия почти физически ощущала боль Макса. От воспоминаний плечи его сгорбились, он сразу стал меньше ростом, по лбу прорезалась глубокая морщина, вокруг глаз почернело, а губы сжались в узкую полоску. Сейчас он казался намного старше. Джулия погладила его поруке.

- Когда это случилось? – спросила она.

- Почти восемь лет назад. Сейчас Тиму уже почти шестнадцать.

- И ты больше ни разу не видел сына?

- Видел. Издалека. У меня появилась дурацкая привычка подглядывать из-за угла, - горько усмехнулся он. – Иногда я подъезжаю к их дому и наблюдаю за сыном. Он такой высокий, красивый.

- Но почему ты ни разу к нему не подошел? Неужели для тебя так важно решение суда? Неужели оно тебя останавливает?

- Нет, - коротко ответил Макс.

- Тогда почему.

Он долго молчал, прежде чем ответил.

- Я боюсь. Понимаешь, я боюсь. Боюсь, что Тим прогонит меня, не захочет даже со мной разговаривать. И этот страх не дает сделать несколько шагов, разделяющих меня от него. Я каменею, я превращаюсь в истукана. Я просто смотрю, как он уходит от меня. Я ненавижу себя за это, и ничего не могу поделать.

Он замолчал, молчала и Джулия, понимая, что все чтобы она сейчас не сказала, ничем не облегчит страдания Макса. Но молчать бесконечно бессмысленно.

- Ты должен с ним поговорить, - сказала она наконец. – Просто обязан. Он уже взрослый, он поймет тебя и… простит. Нельзя постоянно скрываться за углом дома и страдать. Надо поглядеть ему в глаза. Он же твой сын.

- Да, я и сам это понимаю. Даже несколько раз подъезжал к их дому с целью поговорить с Тимом. И опять отступал. Я ненавижу себя за это.

Последние слова он выкрикнул, и Джулия крепко сжала его руку.

- А хочешь, я поеду с тобой? – спросила она. – Я не дам тебе испугаться и отступить в последний момент.

Макс поднял на Джулию взгляд, и она увидела, что сейчас вместо боли в них светится надежда.

- Да, - тихо сказал он. – Помоги мне, Джулия.

Они так и не пообедали в кафе. Разговор перебил аппетит, порции, к которым они не притронулись, остались стоять на столе.

Поэтому сразу же, как они вернулись домой, предварительно забрав Криса из школы, Джулия кинулась на кухню. Крис не отходил от нее ни на шаг. Он постоянно выспрашивал ее о суде, радовался, что все так хорошо вышло, а потом, став серьезным, спросил:

- Мне больше не надо будет ехать к этому?

Джулия поняла, что под «этим» он подразумевает Филиппа.

- Нет, мой милый, - Джулия потрепала сына по волосам. – Насильно тебя туда никто не отправит. Только если ты сам захочешь увидеть отца.

Рассказ Макса произвел на нее большое впечатление, и она подумала о Крисе и Филиппе. Имеет ли она право лишать возможности им встречаться? Все-таки они не чужие люди.

- Я не хочу его видеть, - буркнул Крис.

- Сейчас, да, мой мальчик, - серьезно сказала Джулия. – Но жизнь длинная – нельзя все загадывать наперед. Может быть, тебе и захочется с ним встретиться.

- Не захочется, - не сдавался Крис. – Лучше я буду чаще видеться с мистером Бэйсом. Вот это человек!

Глаза Криса засверкали.

- Согласна, - улыбнулась Джулия. – Мистер Бэйс очень хороший человек.

- А он тебе нравится? – Крис, склонив голову к плечу, хитро смотрел на Джулию.

И вдруг, неожиданно для себя, Джулия почувствовала, как вспыхнули ее щеки.

- Нравится, нравится! – захлопал в ладоши Крис.

- С чего ты взял? – Джулия быстро отвернулась от сына.

- А мне Джонни говорил, что если человек краснеет, то он влюбленный. Ты покраснела – значит, влюблена в мистера Бэйса.

- Глупости, - Джулия постаралась взять себя в руки. – Люди краснеют не только от влюбленности. И, вообще, ты еще не делал домашнее задание. Марш в свою комнату!

- Не хочу, - заныл Крис. – Я после ужина буду его делать.

Но Джулия проявила твердость.

- И слушать ничего не хочу, - как можно строже сказала она. – Ты же хочешь стать адвокатом, значит, должен хорошо учиться, а не отлынивать от уроков.

- Может, я еще капитаном корабля буду, - упрямился Крис, не желая уходить из кухни.

- А ты думаешь, что для того, чтобы стать капитаном, надо меньше учиться? Крис, иди учись. И не зли меня.

Недовольно бурча что-то под нос, Крис покинул кухню, а Джулия опустилась на стул

«Ты покраснела – значит, влюблена в мистера Бэйса», - звучали в голове слова Криса. Глупый маленький мальчишка! Что он понимает в любви?

Ну и пусть не понимает, но дети всегда внимательнее взрослых. Замечают то, что и не следовало бы замечать.

Это же надо такое придумать – влюбилась!

Джулия улыбнулась. А ведь он прав – она и вправду испытывала к Максу такие чувства, о существовании которых за все годы одинокой жизни и позабыла. А насчет «влюбилась» - время покажет. Только нужна ли Максу ее любовь?

Он избегает ее, вот и сегодня вновь отказался от ужина.

У Джулии уже вошло в привычку: поднимаясь на свой этаж, первым делом она бросала взгляд на дверь Макса. Но за ней обычно стояла тишина. Макс, как рак-отшельник, вновь запрятался в своей раковине. Джулия с трудом сдерживала нестерпимое желание позвонить в дверь – ей так хотелось вновь увидеть его. Ведь они не встречались со дня суда.

А все так было хорошо в тот день. Она подумала, нет, он уверил ее, что они стали друзьями. Друзьями… Разве от друзей прячутся за закрытыми дверями?

Но у нее тоже была гордость, и, тяжело вздохнув, она обычно проходила мимо.

Но сегодня, не успела Джулия подняться на лестничную площадку, как дверь соседа распахнулась, и на пороге появился Макс. От одного взгляда на него сердце Джулии затрепыхалось, как птичка в руках птицелова.

Глаза Макса сияли. Он поприветствовал Джулия и сразу же сообщил:

- А я позвонил Тиму.

В первое мгновение до Джулии не дошло, кто же такой Тим – мысли ее были заняты другим. Она счастлива была увидеть Макса. Но тут же она все поняла: Макс позвонил сыну.

- Какой же ты молодец! – с чувством воскликнула она, а потом спросила:

- Ну и как? Как он воспринял твой звонок?

- Сначала очень удивился. А потом…

- Потом?

- Потом согласился на встречу.

От радости голос Макса задрожал. Джулия была искренне рада за него. Все-таки он смог, все-таки позвонил. Он встретится с сыном, они поговорят, а там… Там, смотришь, и восстановят отношения. А это так важно для Макса. Да и для незнакомого ей Тима, скорее всего, тоже. Тиму надо радоваться, что у него такой замечательный отец.

- Я так рада за вас, - сказала она. – Это же просто замечательно! И когда у вас встреча?

- Послезавтра, в воскресенье. Мы договорились встретиться у Центральных ворот зоопарка, - скороговоркой выдал Макс.

- Странное место, - удивилась Джулия. – Для мальчишки шестнадцати лет.

Макс усмехнулся.

- Вот и я так подумал. Я ему предложил встретиться в каком-нибудь кафе. А он сам предложил зоопарк.

С лица Макса сошла улыбка, и он добавил:

- Тим сказал, что всегда мечтал сходить с отцом в зоопарк, что эта мечта преследовала его с детства. Не с отчимом, а именно с настоящим отцом. Но у него не было такой возможности, и в этом во многом виноват я.

- Вы еще это наверстаете, - успокоила его Джулия. – У вас впереди еще столько времени.

- Да, ты права.

Они замолчали. Главная новость была Максом сообщена, по поводу ее Джулия выразила свою радость, а о чем еще говорить она не знала.

- Ну, я пойду, - сказала она, делая шаг к своей двери. – А то Крис заждался.

- Да, конечно.

Да, конечно… И он ее не задержал, а безразлично сказал «Да, конечно». Сердце Джулии неприятно заныло. Макс все больше и больше отдаляется от нее. А ведь могло все получиться иначе. Они уже становились необходимыми друг другу, начали понимать друг друга. Во всяком случае, так казалось Джулии. Возможно, она ошибалась. Да, она построила в своей голове воздушные замки, которые взяли и развеялись.

Джулия вздохнула и протянула руку к ручке двери. Но не успела она за нее взяться, как Макс ее окликнул:

- Джулия!

- Да, Макс, - она быстро повернулась к нему.

Он смущенно опустил глаза, немного замялся, но потом, вздохнув, спросил:

- А вы бы с Крисом не хотели в воскресенье сходить в зоопарк?

- Мы? – удивилась Джулия. – Я думаю, Макс, на эту встречу тебе лучше пойти одному.

- Нет, нет, - помотал головой Макс. – Ты меня не поняла. Встречусь я с Тимом, конечно, наедине. Но…

Голос его дрогнул, но он продолжил:

- Но я хочу, чтобы вы с Крисом были рядом, близко.

И тут Джулия вдруг поняла, что Макс боится.

- Макс… - укоризненно протянула она. Ей было странно, что взрослый человек, сильный Макс, каковым она его считала, боится.

- Знаешь, Джулия, - быстро заговорил он. – Как представлю, что Тим не придет, передумает или решит, что я ему не нужен, так прямо замирает все внутри. Я не хочу в этот момент оставаться один.

Перед глазами Джулии ясно предстала картина: шумная, веселая, нарядная толпа счастливых людей у входа в зоопарк и одинокий, потерянный, несчастный Макс. Сердце ее сжалось от боли.

Но не успела она ответить, как дверь распахнулась, и в проем просунулась голова Криса.

- Мама, а чего вы тут? – Крис перевел взгляд с матери на Макса. – А я жду тебя. Кушать очень хочется.

- Крис, а ты хочешь в воскресенье сходить в зоопарк? – вместо ответа спросила Джулия.

- В зоопарк… - Скорчив недовольную гримасу, протянул Крис и бросил взгляд на Макса. – Я уже не маленький. Хотя… Все равно в воскресенье делать нечего, сходим.

Крис правильно рассудил. В воскресенье мама обязательно засадит его за уроки. Лучше уж сходить в зоопарк. Да и зоопарк он любил, просто не хотел в этом признаваться при мистере Бэйсе. А то подумает, что он еще малыш.

- Вот и хорошо, - кивнула Джулия. – Значит, мы тоже с Крисом пойдем в зоопарк.

- Тоже? – мальчик навострил уши. – И мистер Бэйс пойдет?

- Да, но не с нами.

- А почему? – Крису так хотелось, чтобы и мистер Бэйс пошел с ними. Он, Крис был уверен, многое мог бы рассказать про животных. Ведь мистер Бэйс такой умный, так много знает, так интересно умеет рассказывать.

Мальчик хотел попросить мистера Бэйса, но Джулия втолкнула его в квартиру и закрыла дверь.

- А почеиу мистер Бэйс пойдет не с нами? С кем он пойдет?– не унимался Крис, когда они остались одни.

- Со своим сыном, - ответила Джулия, освобождая ноги от уличных туфель.

- С тем мальчиком, чей портрет стоит у него на книжной полке?

- Да.

- Вот здорово! – радостно воскликнул Крис. – Мне мальчик нравится. Может, мы подружимся.

- Это вряд ли, - покачала головой Джулии. – Тим уже взрослый. Ему почти шестнадцать лет. Вряд ли он захочет с тобой дружить.

- А почему на фотографии он такой, как я?

- Просто с тех пор, как он фотографировался, прошло много времени.

- И он уже вырос?

Джулия кивнула, направляясь в кухню.

- Зачем же они тогда с мистером Бэйсом пойдут в зоопарк? Взрослым мальчикам вряд ли интересно в зоопарке.

Крис уселся за стол, наблюдая, как Джулия освобождает пакеты.

- Тим очень хочет сходить в зоопарк со своим отцом, - ответила Джулия и тут же прикусила губу. Не хватало только огорчить Криса воспоминаниями о его отце.

Но Крис сказал:

- А я хочу ходить в зоопарк с мамой. Самой лучшей мамой на свете.

Им повезло – нашлось одно место на левой стороне стоянки, с которого отлично просматривалась площадка перед главным входом в зоопарк.

Еще по дороге Джулия и Макс договорились о плане действий: Джулия с Крисом останутся в машине, а Макс один пойдет на встречу. Дальше действия оставшихся будут зависеть от развивающихся событий. Или Джулия с Крисом пойдут осматривать зоопарк одни, или они прихватят с собой по пути Макса.

Все-таки Джулия надеялась на первый вариант.

Всю дорогу от дома до зоопарка Макс был серьезно сосредоточен. Он, не отрываясь, смотрел в окно и даже не отвечал на вопросы Криса, который и минуты не мог усидеть в молчании. Пришлось Джулии самой вести с ним разговор, хотя она ужасно не любила отвлекаться от дороги.

Когда они остановились, Макс еще минуты две сидел в автомобиле.

- Ну что ты, иди, - подбодрила его Джулия. – И знай, что мы рядом, что ты не один.

- Спасибо вам. – И, глубоко вздохнув, Макс выбрался из машины.

Джулия смотрела вслед удаляющемуся Максу. Он старался держаться молодцом – шагал широко, расправив плечи. М первого взгляда и не скажешь, что у него на душе. А что там, Джулия прекрасно представляла.

- Мы как будто играем в шпионов. – Крис, прижав нос к стеклу, тоже наблюдал за Максом. – Интересная игра.

- Увы, Крис, это не игра. – Джулия взглянула на часы. Стрелки их уже миновали отметку одиннадцать. Тима пока не было.

А вдруг не придет? Вдруг передумает? Джулия представила, что сейчас испытывает Макс, какие мысли роятся в его голове. Нет, они же договорились, и если ничего не случилось, то Тим обязательно придет.

И он пришел. Первым его заметил Крис.

- Мама, мама, - закричал он. – Тим пришел. Вон он, стоит около мистера Бэйса, они пожимают друг другу руки, разговаривают. Вот пошли к билетным кассам.

Крис комментировал происходящее, но и Джулия сама все прекрасно видела.

Издалека она не могла хорошо разглядеть сына Макса, но увидела, что он высок, у него спортивная фигура. Волосы у Тима были светлые, в отличие от темных волос Макса. Наверное, мамины.

Интересно, какая она – бывшая жена Макса? До этого момента Джулия никогда не задумывалась над этим вопросом. А сейчас он вдруг возник. Какая она, та женщина, что любил Макс? И пусть у них не сложилась семейная жизнь, но все-таки много лет назад Макс выбрал именно ее. Именно ее назвал своей женой, да и жил, по его рассказам, несколько лет счастливо.

- Мама, они уже ушли, - отвлек ее от мыслей Крис. – Пошли и мы.

- Ну что ж, пошли. – Джулия вытащила ключ зажигания. Крис с радостным воплем вырвался из машины.

- А вы видели, видели слона? Он такой огромный!

Крис, забыв, что он уже взрослый, носился по комнате и размахивал руками, демонстрируя размеры поразившего его животного.

- Видел, - улыбался Макса.

Он сидел на диване в гостиной Джулии, она же сама примостилась на кресле, поджав под себя ноги.

Когда они вернулись с Крисом из зоопарка, счастливые и слегка уставшие, первым делом позвонили в дверь Макса. Но его еще не было.

Он пришел где-то через четверть часа. К этому времени Джулия и Крис уже попили чаю с пирожными, купленными по пути домой, и Джулия пыталась усадить сына за домашние задания. Он сопротивлялся всеми силами и очень обрадовался, когда в дверь позвонили.

- Это мистер Бэйс вернулся, - с диким воплем бросился он открывать дверь.

Джулия вышла за ним в прихожую. По одному виду Макса сразу можно было понять, что встреча с сыном прошла «на отлично». Глаза сияли, на лице играла улыбка, да и весь он сам словно излучал свет. Таким его еще Джулия никогда не видела.

- Мистер Бэйс, а вам понравился зоопарк? – спросил Крис.

- Понравился, - кивнул тот, не спуская глаз с Джулии, стоявшей в проеме дверей.

- А Тиму?

- И Тиму понравился. А тебе?

- И мне понравился, - затараторил Крис. – Все понравилось. Только верблюды не понравились. Мама сказала, что их называют «корабли пустыни». А они какие-то облезлые. А еще мне…

- Подожди, Крис, - строго остановила сына Джулия. – Что же ты гостя в дверях держишь? Проходи, Макс. А то этого балаболку не остановишь.

Макс потрепал мальчика по волосам и прошел в комнату.

Джулии очень хотелось расспросить, как прошла встреча, но перевозбужденный впечатлениями Крис не давал им и словом перемолвиться. Он рассказывал о животных, демонстрировал их поведение и как заведенный носился по комнате.

Джулии пришлось повысить голос, чтобы успокоить сына, и отправить Криса в его комнату прежде, чем они смогли спокойно поговорить.

К удивлению Макса его рассказ оказался совсем коротким. Он так спешил домой, чтобы поскорее встретиться с Джулией, поведать ей о своих впечатлениях о встрече с сыном, поделиться счастьем, а на деле оказалось, что рассказывать-то долго и не о чем.

Да, они встретились, да поговорили, сначала настороженно, стесняясь друг друга, долго подыскивая слова. Потом раскрепостились, поняли, что бояться нечего. Разговаривали они не переставая, а вот о чем – даже трудно сказать. Между ними была такая огромная пропасть, что слова просто падали в нее, пытаясь заполнить пустоту. И не могли.

- Я пригласил Тима в гости в следующее воскресенье. Надеюсь, что он придет, - сказал Макс и замолчал.

Джулия дотронулась до руки Макса - рука слегка дрожала.

- Обязательно придет.

- Я боюсь, что он передумает.

- Ну что ты, - Джулия погладила руку. – Не передумает.

Макс вздохнул.

- Я хочу познакомить Тима с вами, - сглотнув, произнес Макс и схватил Джулию за руки. – С тобой и Крисом. Для меня очень важно, чтобы вы понравились друг другу. Ведь вы сейчас самые важные люди на свете.

- Макс… - только и смогла выговорить Джулия.

Она почувствовала, как к глазам подкатили слезы – так на нее подействовали то ли слова Макса, то ли его взгляд, которым он смотрел на нее, то ли его близость.

Макс приблизил ее руки к губам и начал их целовать – кончики пальцев, тыльную сторону, ладони.

- Макс… - повторила Джулия, дрогнувшим голосом.

- Я так тебе благодарен, - Макс прислонил щеку к ее ладони. – Если бы не ты… Я бы никогда не решился встретиться с Тимом. Только ты…

- Ну что ты, - прошептала Джулия. – Это ты сам, сам…

Она подняла голову и заглянула в глаза Макса. В них светилась благодарность и еще что-то такое, что заставило сердце Джулии бешено забиться.

«Если он меня сейчас не поцелует, - пронеслось у нее в голове. – Я… Я… Я сама его поцелую. И пусть он думает что хочет».

Близость этого мужчины заставляла трепетать все ее существо. В горле пересохло, в голове громко пульсировала кровь. В груди, в районе солнечного сплетения, стало так жарко, словно там полыхал костер.

Макс взял голову Джулии в руки и приблизил ее лицо к своему. Его горячее дыхание опалило щеки. Губы Джулии приоткрылись, она подалась к нему. И вдруг, обхватив Макса за шею, прильнула к его губам. Он сразу же ответил на ее поцелуй.

Голова Джулии наполнилась густым туманом, вытеснив все мысли - она уже не соображала, где находиться. Лишь руки крепче прижимали его к себе, лишь губы отвечали на каждое движение его губ.

Сколько длился их поцелуй? Несколько секунд? Вечность? Разве в такие мгновения можно говорить о прямолинейности времени?

Первым пришел в себя Макс. Он отпрянул от Джулии.

- Что мы делаем? – задыхаясь, с трудом проговорил он, бросив взгляд в сторону комнаты Криса. – Прости меня. Я совсем потерял голову.

Он резко поднялся. Джулия, не говоря ни слова, прижала ладони к пылающим щекам.

- Я пойду, - пятясь спиной к дверям, сказал Макс.

Джулия кивнула.

Когда за Максом захлопнулась дверь, Джулия без сил откинула голову на спинку дивана. Ее начал бить озноб, в комнате стало невыносимо холодно. Словно с уходом Макса ушло и тепло. Что же произошло несколько секунд назад? Наваждение? Помутнение рассудка? Она готова была отдаться Максу прямо на диване, в гостиной, забыв про Криса, забыв про все на свете. Даже не готова, а жаждала этого. Каждая клеточка ее тела требовала немедленного соединения с ним. И она бы отдалась, если бы Макс не сумел остановиться.

Джулия обхватила плечи руками, пытаясь согреться. За долгие годы одиночества Джулия забыла, что такое желание. Вернее, не забыла, а загнала все мысли об этом далеко в подкорку мозга. Она не разрешала себе даже помыслить о том, что в ее жизни может появиться мужчина. Ведь главное – это Крис. Она жила только ради него, ради него существовала. Нет, конечно, она допускала мысль, что когда-нибудь, когда Крис станет самостоятельным, она сможет подумать и о себе. Но не сейчас, не раньше.

И вдруг на нее нашло помутнение – она забыла о Крисе. Весь мир сосредоточился только на ней и на Максе, мужчине, которого она страстно желала. Ей хотелось, чтобы поцелуи длились до бесконечности, ей хотелось соединения с ним. Соединения не только духовного, но и физического.

Когда же Макс ушел, на нее накатила волна стыда. Как она могла? Как допустила такое?

- Мама, а где мистер Бэйс? – занятая самобичеванием, Джулия и не услышала, как в комнате появился Крис.

- Ушел, - Джулия провела ладонями по лицу.

- И не попрощался? – удивился Крис.

- Да, ему срочно надо было домой.

Джулия встала с дивана и подошла к окну. Не хватало еще, чтобы Крис заметил, в каком смятении она находится.

Ночь Джулия не проспала – промучилась. Вчерашний поцелуй Макса настолько выбил ее из колеи, что она никак не могла заснуть. Несколько раз вставала попить, считала овец, прыгающих через ограждение, даже пыталась сочинить стихотворение, чего за ней никогда раньше не водилось. Стихотворение получилось никуда негодное, и Джулия порадовалась, что оно тут же вылетело у нее из головы. Ничто не помогало. Она, как заведенная, вертелась в постели. На нее нападали то приступы холода, и она с головой пряталась под одеяло, то накатывали волны жара, и она подходила к окну, вдыхая душный, запыленный воздух города.

«У меня просто давно не было мужчины, - думала она. – И у меня взыграли гормоны. Как у тринадцатилетней школьницы, впервые поцеловавшейся на школьной вечеринке».

Ей самой было смешно от такого поведения, но она ничего не могла с собой поделать. Она уже тысячу раз прокрутила в голове сцену поцелуя. И при каждом воспоминании о нем, сердце замирало.

Все-таки она заснула, и зазвеневший утром будильник долго не мог вырвать ее из объятий долгожданного сна.

На работу ей сегодня в вечернюю смену, и Джулия порадовалась этому. На автопилоте приготовила завтрак Крису, разбудила его, что-то рассеянно, и скорее всего невпопад, отвечала сыну, проводила до дверей, долго целовала на прощание, говорила какие-то глупости. И старалась не смотреть на соседскую дверь. Это приходилось ей делать с трудом. Потому что глаза сами поднимались на нее, а уши прислушивались – не раздастся ли за ней шороха? Но там стояла тишина. Макс затаился за ней, и Джулия не знала, о чем он думает, раскаивается ли в случившемся или наоборот, что было бы намного страшнее, и думать не думает о вчерашнем поцелуе.

Крис, поцеловав ее на прощание, побежал вниз по лестнице. Джулия тихо прикрыла дверь и направилась на кухню. Но только она включила кофеварку, как в дверь позвонили.

- Ты что-то забыл? – Джулия спросила, распахнув дверь.

Она была уверена, что вернулся Крис. Уверена на сто процентов. Кому еще звонить в ее квартиру в такую рань? Но это был не он. На лестничной площадке стоял Макс. Джулия открыла рот, чтобы узнать что случилось, но не успела.

Макс шагнул ей навстречу, схватил Джулию за плечи и буквально силой втолкнул ее в квартиру, захлопнув ногой дверь. Джулия тихонько охнула, ноги ее ослабели, и возможно она бы упала, если бы Макс не заключил в объятия. Не говоря ни слова, Макс поцеловал ее в макушку, нежно провел руками по спине. От его прикосновений Джулия задрожала, во рту пересохло, она судорожно сглотнула и теснее прижалась к Максу.

- Я еле дождался пока Крис уйдет, - прошептал Макс. – За эту ночь я брал тебя сотни раз, и не мог больше терпеть. Я хочу тебя, Джулия.

Джулия оторвалась от его груди и подняла голову. В его взгляде было столько любви, что на Джулию накатила волна жара.

Не говоря ни слова, она взяла Макса за руку и повела за собой, в свою спальню. Туда, куда не заходил еще ни один мужчина. Остановившись у кровати, свидетельнице ее одиноких ночей, Джулия медленно дрожащими руками расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке Макса, дотронулась до его груди, почувствовав пальцами стук сердца мужчины. Она увидела родинку около левого соска. И эта родинка так умилила ее, от ее вида накатила такая волна желания, что Джулия не удержалась и приникла к ней губами. По телу Макса прошла дрожь, и она, как заразная болезнь, передалась Джулии. Дыхание участилось, в голове зашумело, а внизу живота разгорелся огонь.

Макс взял ее голову ладонями и посмотрел в глаза.

- Останови меня, пока не поздно, - прошептал он.

- Нет, - одними губами ответила Джулия.

- Ты хочешь этого? Сама хочешь?

Вместо ответа Джулия расстегнула остальные пуговицы на рубашке.

Джулия еле успела на работу. Она влетела в кафе разгоряченная, раскрасневшаяся, и наткнулась на насмешливый взгляд Лили.

- Неужели свершилось невозможное, и ты наконец-то переспала с мужчиной? – шепнула Лили, когда Джулия подошла к ней.

- С чего ты взяла? – как можно безразличнее спросила Джулия.

- Ха! – воскликнула ее напарница. – Я в этом деле, поверь уж мне, разбираюсь, и сексуально удовлетворенную женщину определить могу сразу.

Джулия вспыхнула и отвела глаза.

- И нечего этого стесняться, - Лили дотронулась до руки Джулии. – Это счастье, и этим счастьем нужно гордиться. Это тот приятный мужчина, с которым ты однажды обедала?

- Да.

- Очень приятный, мне он понравился. Так что желаю тебе, подруга, всегда так выглядеть.

Джулия еще больше смутилась. Поцеловав Джулию на прощание, Лили убежала, а Джулия приступила к работе.

Сегодня все ее радовало: клиенты попадались приятные, порции на кухне выдавались без промедления, столики расступились и не мешали ей легко перемещаться по залу.

Она улыбалась, шутила, желала всем приятного аппетита, а мысли ее были в прошлом. Она словно сама еще была дома, в спальне, рядом с Максом.

Все было так прекрасно. Отвыкшая от мужчин, она в душе боялась близости, боялась, что все пойдет не так как надо. Но это были напрасные страхи. Годы одиночества не убили ни ее страсти, ни ее желания. А может Макс оказался настолько умелым любовником, что сразу же изгнал ее страхи. Она отдавалась ему снова и снова, и каждое соединение было еще прекраснее. Он доводил ее до исступления, до помрачения рассудка, и она хотела его еще и еще.

Наверное, они о чем-то говорили, но ничего не осталось в ее памяти. Она помнила только губы Макса, его руки, его плоть, входящую в нее, его грудь, на которой так удобно было устроиться после очередного взрыва. Раньше, когда она читала любовные романы, ее всегда веселило сравнение высшего экстаза со взрывом. Сегодня она поняла, что так бывает на самом деле. Мир вокруг взрывается миллиардами искр, и наступает такое блаженство, сравнимое с райским.

Для нее время остановилось, перестало существовать, были только она и он. И Джулии хотелось, чтобы так продолжалось вечно.

Слова Макса «Джулия, уже почти два часа» вначале даже не дошли до ее сознания. Какие два часа? Причем тут два часа? Она теснее прижалась к Максу и потерлась щекой о его грудь. А потом резко села.

- Ой, мне же на работу пора.

- А я о чем? – насмешливо спросил Макс.

- Надо же, про все забыла, - Джулия, поцеловав Макса, вскочила с кровати.

Он проводил ее до кафе, и, стоя на углу, они еще долго целовались, не обращая внимания на неодобрительные взгляды прохожих.

Впервые в жизни Джулия ждала ухода Криса в школу. Она провожала его до дверей и не отходила от них, пока не раздавался звонок. Джулия бросалась на шею Максу, они долго целовались, обтирая стены прихожей, а потом перебирались в спальню. Они никак не могли насытиться друг другом, и каждое новое соединение было лучше предыдущего.

- Я сошел с ума, - сказал однажды Макс, накручивая на палец завиток волос Джулии. – Я ничего не могу делать, все мысли мои только о тебе. Все планы по книге летят в тартарары. Если так пойдет дальше, то издатель предъявит мне санкции, и я за всю жизнь не смогу рассчитаться.

- К черту издателя, - Джулия прижалась к Максу и пощекотала за ушком. – К черту книгу!

- И, правда, к черту, - Макс нежно провел ладонью по животу Джулии. – Для меня ты важнее всех книг в мире.

- Правда? – задохнувшись от чувств, спросила Джулия.

- Правда, любимая, - серьезно ответил Макс. – И я хочу всегда быть с тобой, постоянно, и днем и ночью. Давай поженимся.

Давай поженимся… Джулия отпрянула от Макса и села. Давай поженимся… Он предлагает ей выйти за него замуж. Джулия вдруг испугалась. Она за эти дни ни разу не подумала о будущем. Ей было так хорошо сейчас, в этом моменте, что хотелось, чтобы он длился вечно. И вот - давай поженимся… Это уже совсем другое. Это предложение уже накладывало определенные обязательства. Она еще не забыла, что уже была замужем, и ни к чему хорошему ее замужество не привело. Ведь с Филиппом вначале тоже все так было хорошо, а потом они поженились. И все изменилось. Но тогда она была молодая, свободная, ничем не связанная, отвечавшая только за себя, а сейчас у нее Крис, сейчас она должна думать не только о себе, она в ответе за сына.

- Джулия, что-то не так? – Макс тоже сел и заглянул ей в глаза.

- Я не знаю, - тихо сказала она.

- Почему? Ты меня не любишь, а я…

Макс упал обратно на подушки и, заложив руки за голову, уставился в потолок.

- Нет, Макс, не в этом дело. – Джулия хотела объяснить свои чувства, но Макс не дослушал ее.

- Конечно, - горько произнес он. – Я все понимаю. Ты молодая, красивая. У тебя еще все впереди. Зачем тебе я, старый неудачник с кучей проблем.

- Макс…

- Не надо, Джулия, я все понимаю. Я лучше пойду.

Он встал с кровати, потянулся за брюками. Джулия хотела ее остановить, задержать, но слова застряли в горле. Она так и осталась сидеть на кровати, только вздрогнула, когда за Максом захлопнулась дверь.

- И что случилось, подруга? – Лили чмокнула Джулию в щеку. – На тебе лица нет. Вы поссорились?

Джулия покачала головой. Она боялась произнести слово, боялась расплакаться. Она уже поплакала дома, обдумывая предложение Макса.

- А что тогда?

- Макс предложил выйти за него замуж, - собравшись с силами, ответила Джулия.

- И?...

Лили подалась вперед, в глазах ее горело нетерпение.

- Я не знаю, Лили, это было так неожиданно.

- Ты ему отказала? – Лили хлопнула ресницами.

- Нет, но я ничего не ответила, а он…

- Ну и дура, - резко сказала напарница. – Ты же его любишь.

- Люблю.

- Тогда в чем дело?

В чем дело? Если бы Джулия знала, в чем дело.

- Нет, - вздохнула Лили. – Я не понимаю тебя. Как можно было отказаться от такого предложения? Если бы мне кто предложил, то я бы побежала, не задумываясь.

Она еще раз вздохнула. Джулия понимала Лили – ее отношения с Биллом не имели будущего. Билл никогда не оставит семью ради нее, его вполне устраивали ни к чему не обязывающие отношения. Но Лили была свободной женщиной, и отвечала только за себя. А у Джулии был Крис.

- Я уже была замужем, - сказала Джулия. – И это ничем хорошим не закончилось.

- Ты еще приведи данные статистики о разводах. Если так размышлять, то людям вообще не следует жениться.

- Нет, почему же, жениться следует. Но у меня Крис, и я должна думать о мальчике.

- Вот именно, - воскликнула Лили. – Ты должна думать о Крисе. Неужели ты не задумывалась, что мальчику нужен отец.

Джулия промолчала.

- А Макс, насколько я понимаю, не самый плохой вариант на эту роль, - не успокаивалась Лили. – Тем более ты сама говорила, что они ладят друг с другом.

- Да, Крис считает Макса своим другом.

- Вот видишь!

- Другом, - повторила Джулия. – Но я не знаю, как он отнесется к тому, что Макс станет жить с нами.

- А ты спроси его об этом. Поговори с Крисом, и узнай, что он об этом думает.

В воскресенье Джулия проснулась рано. Она так и не решилась поговорить с Крисом. Несколько раз собиралась, но откладывала разговор на потом. Внутри нее сидел страх. Ей казалось, что если она поговорит с Крисом и он ответит отказом, то все мосты будут сожжены. А так у нее еще теплилась надежда. Еще не все потеряно, еще все наладится.

Но Макс больше к ней не приходил, и это было ужасно. Знать, что он рядом, за стеной, и не видеть его, было тяжело. Что ей стоило сделать несколько шагов по лестничной площадке и нажать на кнопку звонка? Но она так и не посмела, а он сам не хотел встречаться. Джулия не знала почему. Сколько раз она шептала про себя: «Макс, приди! Ну что тебе стоит. Ты только приди, и все опять станет хорошо». Но Макс не приходил.

А вот сегодня они встретятся. К Максу, как и было обговорено заранее, придет Тим. Джулия обещала приготовить обед и пригласить их к себе.

Она уже познакомилась с Тимом в прошлые выходные. Тим ей понравился – серьезный, рассудительный мальчик, даже не мальчик, уже почти взрослый юноша. Но они так мило подружились с Крисом. У них даже нашлось общее увлечение – Тим тоже любил парусники.

С тех пор прошла неделя, за которую так много переменилось.

Захочет ли сейчас Макс привести Тима к ним? Джулия не знала, но приготовить обед все-таки решила.

Она не считала себя хорошей хозяйкой. Обеды для себя и Криса всегда готовила по-быстрому, по-простому, без всяких кулинарных извращений. Но сегодня она хотела превзойти саму себя. Она испечет сливовый пирог.

Давным-давно, еще во время ее работы в магазине, Натали, ее напарница, угощала ее этим пирогом. Джулии он так понравился, что она записала рецепт в записную книжку. До сих пор ей не предоставлялось случая опробовать его. А вот сегодня она его сделает.

Прикрыв дверь на кухню, чтобы не потревожить еще спящего Криса, Джулия достала из шкафа закупленные вчера продукты. Мука, масло, яйца, сахар, молоко и, конечно же, сливы, крепкие, сочные, блестящие. Она сделает замечательный пирог. Открыв записную книжку на нужной странице, Джулия приступила к таинству.

- Ой, мама, как вкусно пахнет. – Крис появился на кухне, когда Джулия вытащила пирог из духовки.

Ее опасения, что пирог подгорит, не оправдались. Вышел он на славу.

- Я испекла пирог, - радостно сообщила Джулия.

- Ты испекла пирог? – удивился Крис. – Но ты же никогда не пекла пироги.

- А вот сегодня я это сделала, - Джулия была довольна собой. – Ты же не забыл, что у нас сегодня гости. Мистер Бэйс и его сын Тим.

- Точно, - Крис хлопнул ладонью себя по лбу. – А я забыл, а сейчас вспомнил.

- Ты мне поможешь накрыть на стол?

- Конечно.

Чем меньше времени оставалось до прихода Макса и Тима, тем больше волновалась Джулия. Как Макс поведет себя с ней? Как она посмотрит ему в глаза?

Она вытащила из шкафа свое лучшее платье, но, приложив его к себе перед зеркалом, отправила на место. Сегодня не тот случай, чтобы наряжаться в самое лучшее. После долгих колебаний она остановилась на брюках и водолазке.

Без четверти двенадцать Джулия была готова. Она еще раз внимательно осмотрела стол, который они накрыли с Крисом. Посреди стола красовался сливовый пирог. По обе стороны от него стояли вазочки – одна с печеньем, другая с конфетами. По периметру расположились чашки для чая.

«Что я так волнуюсь? – успокаивала себя Джулия. – Просто зайдет сосед с сыном, мы попробуем пирог, попьем чаю, поговорим и разойдемся». Но самоуспокоение не помогало – внутри Джулии все дрожало от волнения. Она понимала, что не успокоится до тех пор, пока не заглянет в глаза Максу. Что она в них увидит? Об этом ей думать не хотелось.

Звонок в дверь раздался ровно в двенадцать.

- Мама, я открою, - Крис рванулся в прихожую, Джулия медленно, словно ей на плечи давил тяжелый груз, поднялась с дивана.

«Сейчас я его увижу, сейчас я его увижу», - стучало у нее в висках. Джулия соскучилась без нежных рук Макса, истосковалась без требовательных губ его, без его ласк, без его голоса. Она хотела этого мужчину больше всего на свете, до скрежета зубов, до полного растворения в нем. И, несмотря на это, что-то помешало ей тогда сказать: «Да». Такое короткое, такое простое слово, а она не смогла его произнести.

- Мама, смотри, что мне подарил Тим, - Крис первым ворвался в гостиную, в руках он держал большую модель яхты с белоснежными парусами. - Он сам ее сделал.

- Ты хоть поблагодарил? – Джулия смотрела не на сына, а на дверь, в которой должен был появиться Макс.

- Конечно.

Джулия кивнула, но продолжала стоять на месте.

Первым вошел Макс. В руках его был огромный букет роз. Крепких, темно-бордовых. Он замер в дверях, не сводя глаз с Джулии. Джулия отметила, что он изменился за эту неделю – лицо осунулось, под глазами появились темные круги.

«Он сильно расстроен, - подумала Джулия. – И в этом виновата я».

Они несколько долгих секунд молча смотрели друг на друга. Но тут в комнате появился Тим.

- Здравствуйте, - поздоровался он, переведя взгляд с Джулии на Макса.

- Здравствуй, Тим, - сказала Джулия, и тут же словно очнулась. Она вспомнила, что она – хозяйка дома, и держать гостей в проходе последнее дело.

- Что же вы стоите в дверях? Проходите.

- Проходите, - подал голос Крис. – Мама испекла пирог со сливами к чаю. Очень вкусный.

Но Макс не сдвинулся с места, он продолжал смотреть на Джулию. Пауза затягивалась. Джулия судорожно соображала, какими словами ее нарушить. Но положение спас Тим.

- Папа, - Тим дернул за рукав Макса. – Давай, сделай то, о чем мы с тобой говорили. Сделай сейчас, не откладывая, и мы попробуем пирог, который выглядит так замечательно.

Макс кивнул, громко сглотнул и произнес хриплым голосом.

- Джулия Дуглас, я прошу тебя стать моей женой.

Он покачнулся, сделал шаг к ней и протянул розы. Джулия растерянно поглядела на Криса, который от удивления открыл рот, потом, спрятав руки за спину, отступила на шаг назад и, уткнувшись в диван, шлепнулась на него. Она закрыла лицо руками и замотала головой.

- Мама, ты что, не слышишь? – нарушил затянувшуюся тишину Крис. – Мистер Бэйс просит тебя стать его женой. Неужели ты не хочешь?

Джулия отняла руки от лица и повернулась к сыну.

- Крис, иди сюда.

Мальчик подошел.

- Крис, а ты хочешь, чтобы я стала женой мистера… женой Макса? – спросила она, взяв сына за руки.

- И ты еще спрашиваешь? – закричал Крис. – Конечно, хочу.

- Правда? – слезы навернулись на глаза Джулии.

- Я тебе уже говорил об этом, - Крис вырвал руки из рук Джулии. – И чего ты плачешь? Это же так хорошо, что у меня будет отец и брат. Ох, уж эти женщины!

Крис последние слова произнес таким тоном, что все невольно улыбнулись.

Джулия поднялась и подошла к Максу.

- Макс Бэйс, я согласна стать твоей женой.

Она краем глаза увидела, как Тим подошел к Крису.

- Я очень хочу стать твоей женой, Макс Бэйс, - добавила Джулия.

Последнее что она увидела, прежде чем слиться в крепком поцелуе с Максом, упирающегося Криса, которого Тим силком уводил из гостиной. Он был уже вполне взрослым и понимал, что сейчас Джулии и Максу просто необходимо побыть наедине. А они могут поговорить о парусниках в комнате Криса.