Цена недоверия

Глава 1

Глава 1.

- Ползунова, поздравляю Вас. «Отлично». Ваша дипломная работа оставила у меня самое лучшее впечатление. Даже кое-какие моменты я использую в своей работе, с Вашего разрешения, конечно же, - профессор, председатель комиссии, мужчина лет пятидесяти с немного «поплывшей» как у всех работников умственного «сидячего» труда фигурой, почти седыми волосами улыбался. – Я всегда знал, что мы правильно сделали, когда предложили Вам учиться в нашем ВУЗе. Мы гордимся Вами. Знаете, я даже хочу предложить Вам место работы в фирме у моего хорошего друга. Правда, сначала Вам предложат должность не столь высокую, но думаю, что Вы быстро поднимитесь по карьерной лестнице, с Вашим-то умом.

Красивая молодая девушка с волосами темного золота неловко улыбнулась, ее щеки тут же покрылись румянцем удовольствия.

- Спасибо, Игорь Ильич. Я подумаю.

- У Вас уже есть предложения?

- Пока нет, - она покачала головой.

- Тогда вот – держите, - он достал из лежащей перед ним папки визитку, протянул девушке. – Здесь номер телефона моего друга. Я уже рассказывал ему о Вас, и он будет ждать Вашего звонка. Обязательно позвоните ему.

- Спасибо, - она снова покраснела.

- Ну что, коллеги? – мужчина обратился к остальным членам комиссии. – Все согласны с оценкой?

- Согласны…да…отличный диплом и подача хорошая..., - раздались ответы.

- Тогда, Ползунова Елена Павловна, разрешите поздравить Вас с окончанием учебы и получением диплома с отличием.

- Спасибо!

Девушка поднялась, широко улыбнулась, быстро забрала свою сумку, которую во время защиты диплома оставляла на первой парте, еще раз улыбнулась членам комиссии и поспешила уйти из аудитории. В коридоре ее тут же обступили однокурсники, теперь уже бывшие.

- Ну как, рассказывай, сильно валят? – послышались вопросы. – Сколько получила?

- «Отлично», - она подняла руку с растопыренной пятерней над головой.

Студенты зашумели. Кто-то радовался за Елену, кто-то откровенно завидовал. Чуть в стороне от общей толпы Елена заметила первую красавицу потока Анну Баженову, которая почему-то называла себя Ангелиной. Девица смотрела на Елену с каким-то снисходительным выражением лица, губы кривились в ехидной ухмылке. Елена просто отвернулась от нее, чтобы не портить себе настроение. Позади учеба, диплом, впереди жизнь. Жизнь с любимым, который ждет ее на площадке перед корпусом института. Елена была уверена, что он уже там, и поспешила вниз.

Настроение было под стать погоде – солнечное, яркое, прекрасное. Сейчас она увидит любимого, который обнимет ее, потом они обязательно поедут в парк и долго-долго будут гулять. Торопиться сегодня некуда, весь день впереди. Да что там – вся жизнь. Каблучки ее туфелек звонко простучали по ступеням лестницы, по полу большого холла. Елена счастливо улыбалась, так и хотелось, как в детстве, побежать в припрыжку, размахивая сумкой. Она вышла на широкое крыльцо, быстро осмотрелась, потом широко улыбнулась и поспешила сбежать по лестнице, направляясь к парню, который стоял у черного джипа, скрестив руки на груди и смотрел на девушку.

Она почти бежала к нему, но с каждым шагом шла все медленнее и медленнее. За три шага до парня девушка остановилась, улыбка медленно сползала с ее лица. Молодой человек неподвижно стоял возле своей машины, прислонившись к капоту и с явной неприязнью рассматривал девушку. В его глазах было столько боли и презрения, что сердце девушки сначала замерло, а потом забилось в тревожном предчувствии.

- Влад, привет, - она постаралась улыбнуться, но улыбка с трудом получилась у нее. – Можешь поздравить меня – я защитилась на «отлично».

- Хм, - он криво ухмыльнулся, - кто бы сомневался. Ты все делаешь на «отлично». Поздравляю.

- Влад, что-то случилось? – на ее лице появилась тревога, по спине пополз холод.

- Случилось? Разве? – и снова кривая ухмылка, левая бровь иронично изогнулась. – Да ничего не случилось. Просто скажи, где ты была вчера?

Девушка нахмурилась. Да что происходит? Что случилось с Владом? Она не успела ответить, как он продолжил таким ледяным тоном, что все хорошее настроение Елены замерзло. Или он просто шутит? Сейчас как засмеется, обнимет ее, скажет: «Я верил в тебя, Ленка». Но на его лице не промелькнула улыбка, голос по-прежнему резал арктическим холодом.

- Можешь не отвечать. Я знаю, где ты вчера была. В клубе «Парус». Я прав?

- Да, - она кивнула и опять нахмурилась.

***

Елена не хотела говорить Владу, что работает официанткой в недавно открывшемся клубе. Эту работу, вернее вечернюю подработку, нашла несколько месяцев назад, когда увидела объявление об открытии клуба и наборе сотрудников. Хозяин согласился взять ее на несколько часов в день и три раза в неделю, понимая, что Елене надо готовиться к защите диплома. Вчера в клубе был какой-то крупный заказ, молодежь праздновала окончание учебы. Хозяин попросил ее выйти на работу: «Лен, я понимаю, что у тебя завтра защита. Но наши девчонки не справятся. Выйди на пару часов. Плачу по двойному тарифу». Деньги ей были очень нужны. Богатых родителей, которые посылали бы ей многие тысячи рублей, чтобы она могла ни о чем не думать, не было. Хотя у нее была повышенная стипендия, но ее явно не хватало. Приходилось искать любую работу. Два года назад ее из далекого зауральского городка пригласили на учебу в столичный ВУЗ после того, как она блестяще победила в очередной олимпиаде. Она долго отказывалась переводиться, но мама и дядя Борис просто заставили ее принять решение: «Ты пойми – у тебя появился шанс учиться в столице на госбюджете. После столичного ВУЗа у тебя будет больше шансов, чем после нашего института. Ты же не обязана будешь оставаться на работу в столице, вернешься потом домой, если захочешь». И Елена согласилась. Последние два курса училась здесь.

На курсе ее встретили по-разному. В основном на нее смотрели снисходительно, как на бедную родственницу, которую позвали в гости богатые родственники и разрешили посидеть в углу на табурете, когда все остальные празднуют за столом. Кто-то откровенно надсмехался над ней. Девушки не спешили дружить с ней. Несколько парней пытались «подкатить» к ней, но только с одним пошлым предложением «пойдем, подружим телами». После месяца акклиматизации в столице Елена решила, что она приехала сюда учиться, а не стараться влиться в коллектив «золотых» рыб, больше похожих на пираний, готовых сожрать тебя, если ты сделаешь один неверный шаг. И она просто закрылась в себе, ни с кем не сближаясь, не отвечая на откровенные подколки и придирки, смотрела на всех спокойным взглядом. Елена для себя поняла, что по уровню своей подготовки она гораздо выше всей этой толпы богатых детишек, которым учебу оплачивают родители. Ее выделяли преподаватели, шли навстречу в каких-то мелочах, хвалили, ставили в пример, вызывая тем самым еще большую неприязнь и злую зависть.

Назвать Елену дурнушкой нельзя. Она знала, что нравится парням, в ее родном городе многие старались завязать с ней знакомство, но она старалась держаться от них подальше. Перед глазами был пример мамы, которая поверила какому-то «жениху», была уверена, что он любит ее и хочет жениться. По итогу, жених просто посмеялся над ней, а она осталась с Леной на руках. Хорошо, что у мамы был младший брат, который просто стал для них настоящей опорой. У дяди Бори был свой небольшой «бизнес», что позволяло не умирать с голоду и немного помогать сестре и племяннице. Он не женился, всегда шутил, что не нашел ту, ради которой хотел бы жить, а пока у него есть сестра и племяшка, будет жить ради них. Мама работала продавцом у какого-то частника, денег хватало только на коммуналку и еду. Позволить себе что-то из нарядного она не могла и подолгу ходила в одной и той же одежде. Каждый раз мама плакала по телефону, что не может своей дочери ничем помочь. Борис посылал девушке какие-то суммы, но этого с учетом столичных цен не хватало даже на нормальное питание. Елена не бегала по магазинам, скупая шмотки, как это делали другие девчонки, не питалась в дорогих ресторанах, не каталась на такси. Она просто скромно жила на то, что могла заработать сама. От общяги, где ей выделили комнату, она ходила пешком, убеждая себя, что это полезно для здоровья. Питалась в студенческой столовке, стараясь брать самые дешевые блюда. Вечером в своей комнате заваривала самый дешевый чай в пакетиках, который пах пылью и делала себе бутерброды из хлеба и майонеза. Она подрабатывала в книжном магазине, курьером, даже смотрителем в зоопарке работала несколько месяцев, раздавала листовки на улицах. Недавно устроилась в клуб «Парус». Здесь платили хорошо, хозяин никогда не обижал девчонок-официанток.

Только недавно Елена позволила себе купить трикотажное платье серо-голубого цвета, под цвет своих глаз. Она случайно увидела его в витрине какого-то бутика и остановилась. Пройти мимо не смогла, зашла в бутик, примерила платье и не смогла его снять. В зеркале отражалась совершенно другая Елена – Едена-прекрасная с волосами цвета темного золота, мягкой улыбкой серо-голубых глаз. Она закрыла глаза, представляя, как будет танцевать в нем со своим любимым на выпускном. Она даже представила его лицо, когда он увидит ее в платье, ведь до этого она постоянно носила джинсы, футболки, лонгсливы, кроссовки, в которых было удобно ходить и бегать по адресам, разнося заказы. В «Парусе» им выдали форму – черные брюки-палаццо, белоснежную рубашку, длинный фартук из тонкой кожи, а также черные балетки. Продавщица не мешала ей любоваться собой в зеркале, молча ждала, и это понравилось Елене. Девушка только сказала, что на это платье хорошая скидка в двадцать пять процентов. И Елена решилась. Эта же девушка продавец посоветовала ей один обувной бутик и дала свою скидочную карту. И ей снова повезло, она купила с шикарной скидкой туфельки-лодочки из такой мягкой кожи, которые просто идеально сели на ногу Елены. Пусть денег у нее осталось совсем немного, но завтра она выходит на работу в «Парус», где им платили за каждую смену. Ну и чаевые иногда были хорошие.

Сегодня утром, отправляясь на защиту диплома, Елена не удержалась и надела свое платье. Пусть Влад увидит ее красивой прямо сейчас. Она даже распустила свои волосы, которые всегда заплетала в тугую косу, оборачивая ее вокруг головы короной. Где-то месяц назад, когда они гуляли с Владом в парке, у Елены сломалась заколка и волосы золотым водопадом упали ей на плечи и спину. Она видела, какими глазами на нее тогда смотрел парень, а потом просто подошел, уткнулся в ее волосы лицом и замер: «Ты такая красивая», услышала она его тихий шепот. И вот сегодня она решила распустить волосы, сделала две небольшие косички у висков, которые завязала сзади, заколола их заколкой, которой в тот день ей подарил Влад.

***

- В клу-у-у-бе, - растягивая по слогам произнес парень. – И много у тебя там клиентов?

- По-всякому бывает, - ответила Елена, до конца не понимая, что происходит. – Когда много, когда мало.

- А вчера? Много было?

Его глаза прожигали Елену, словно она совершила какое-то страшное преступление, за которое нет прощения. Ей стало неприятно. На шутку это уже перестало походить. Она никак не могла понять, что случилось со вчерашнего дня. Ведь это же Влад смотрел на нее с такой нежностью и любовью, держал ее в своих объятиях и говорил, какой он счастливый, самый счастливый на всем белом свете. И даже не обиделся сильно, когда она ответила ему, что не сможет пойти с ним в какой-то клуб, где он со своей группой будет отмечать окончание института. «Влад, у меня сегодня есть кое-какое дело. Прости меня. Я бы очень хотела пойти с тобой, но не могу. Прости». «Даже ради меня не можешь? Не хочешь сказать, что за дело?» «Нет, - признаваться Владу, что хозяин «Паруса» умолял ее выйти на смену, не хотелось. Он не слишком любил девчонок-официанток, считая их готовыми на все ради лишнего рубля. Поэтому и не хотела говорить ему, что подрабатывает в клубе. – Прости, Влад. Но я должна быть в другом месте. Давай завтра после того, как я защищу диплом мы сходим с тобой в кафе?» «Уговорила, - поцеловал он ее осторожно, с какой-то щемящей нежностью, - завтра ты обязательно должна быть со мной».

- Много, - ответила она, глядя прямо в лицо Влада.

- И как? Сильно устала?

- Сильно, было много клиентов, - теперь она уже не улыбалась.

Злость поднималась в груди. Наверное, он узнал, что она работает официанткой, вот и разозлился на нее. Но было что-то еще в его взгляде, в голосе, что заставило ее замереть, закрыть свои чувства.

- И много ты получаешь от своих клиентов? – в его голосе сквозило что-то такое, словно он увидел перед собой жабу.

- Достаточно, чтобы жить, - теперь ее голос был сухим.

- Могла бы и меня попросить, я был бы твоим клиентом, - губы парня изгибались в брезгливости.

- Что я могла бы у тебя попросить? – глаза девушки сузились. Весь мир замер вокруг нее.

- Денег. Я бы хорошо заплатил, если бы ты обслужила меня, как своих клиентов, - он словно выплевывал слова. – А ты все это время строила недотрогу.

- Влад, скажи, что происходит? – она решилась узнать причину такого изменения в любимом.

- Ты вчера была в клубе?

- Была.

- Ты видела там Игорька?

- Видела. Он был там со своими друзьями.

- И ты их всех обслуживала?

- Да, всех. Это моя работа.

Елена увидела, как на скулах парня на фоне проступившей бледности, заиграли желваки.

- Скажи, зачем тебе столько денег?

- А сколько?

- Столько, что ты готова обслуживать такую толпу.

- Для того, чтобы просто жить. Знаешь ли, у меня нет богатого папочки, который оплачивал бы мне учебу и платил бы за съемную квартиру, покупал бы мне брендовые шмотки, у меня вообще нет отца. Я не привыкла выпрашивать у кого-то деньги, даже у тебя. Мне приходится своим трудом зарабатывать себе, чтобы просто не сдохнуть с голоду. Ты что-то еще хочешь спросить или сказать?

Теперь ее голос сочился ледяным холодом. Что может знать этот Владислав, сын одного из крупных промышленников, у которого есть все, что пожелает? Откуда ему знать, как к концу смены болят ноги, ноет спина, отваливаются руки от тяжести подносов с заказами, которые приходится таскать. Как иногда бывает противно общаться с клиентами, которые в тебе не видят человека, а хозобслугу или которые считают, что она должна ему больше, чем принести заказ раз он заплатил за свой вискарь и тарелку чипсов? Как иногда хочется после таких смен просто содрать с себя кожу, чтобы не чувствовать весь этот липкий пошлый интерес к себе? И как вчера она не сдержалась с этим другом Влада Игорьком с говорящей фамилией Гнидошиным, который никогда не нравился ей, каждый раз пытался ее облапать, схватить за грудь, делал ей пошлые намеки, обещая заплатить на неземную любовь? Она никогда не жаловалась Владу на его друга, пыталась сама разрулить с ним, но вчера не получилось. Этот Игорь вчера в клубе зависал с компанией каких-то своих друзей, которые что-то бурно отмечали, спиртное у них лилось рекой. Сначала он хватал ее за руки, когда она приносила к ним на стол заказы, а потом пытался зажать в углу и изнасиловать, за что получил коленом в пах. Потом он стал бить ее, порвал рубашку? Хорошо ребята охранники увидели, пришли ей на помощь, вытолкали этого урода из клуба. А он еще кричал ей, что она еще пожалеет. Таких «Гнедошиных» было достаточно.

- Да, хочу. Ты такая же, как все, лживая, готовая на любые ухищрения, чтобы пробиться ко мне в постель. Ты отличная актриса, даже я поверил в твою скромность. Знаешь, хорошо, что я сейчас узнал твое истинное лицо. Нас больше ничего не связывает. Оставайся со своими клиентами. Желаю счастья. И не дай бог ты снова попадешься на моем пути – уничтожу.

Наконец он резко оттолкнулся от бампера своей машины, развернулся, открыл дверь, сел за руль. Только сейчас Елена заметила, что возле них собралась толпа любопытных, которые с азартом ловили каждое их слово. И среди всей толпы она увидела Ангелину, которая тут же кинулась к машине Влада и через открытое окно проворковала:

- Владик, подвези до метро?

- Садись, - с какой-то злостью ответил ей Влад, не глядя на девушку.

Когда Ангелина побежала к задней двери, Елена увидела на переднем сиденье машины огромный букет белых роз. Ее сердце сжалось. Что такое произошло за какие-то минуты до их встречи?

Ангелина не успела закрыть дверь, как машина с пробуксовкой рванула с места, Влад развернулся и помчался к выезду с территории института. Но через пару метров резко остановил машину, потом открылась дверь, и Влад выкинул цветы на асфальт. Они веером разлетелись по пыльной площадке. Потом он с силой хлопнул дверцей, и машина вновь рванула с места.

Какое-то время Елена не могла отойти от шока. Она просто стояла и смотрела вслед удаляющейся машины. Тупая боль крутилась в груди, она не понимала, что произошло, почему Влад, который приехал к ней с букетом прекрасных белых роз, вдруг так повел себя? Что случилось? Совсем недавно он обещал ей сюрприз. Значит, это и есть он, обещанный им сюрприз, от которого ее душа словно умерла, а сердце перестало биться?

Елена как в тумане осмотрелась вокруг. Толпа любопытных продолжала стоять, теперь они с какими-то гадливыми улыбочками смотрели на нее, вслух обсуждая произошедшее. Где-то за их спинами она увидела довольное лицо Гнидошина, который стоял, прислонившись к фонарному столбу, засунув руки в карманы брюк. Весь его вид говорил: «Я же говорил тебе – ты пожалеешь». И Елена поняла, что без этого ублюдка не обошлось. Явно это он что-то наговорил Владу, который верил своему другу. Сколько раз она говорила Владу, что Гнедошин не нравится ей и не хочет с ним общаться. На это Влад только смеялся: «Игорек мой друг, мы со школы с ним вместе. Я ему верю, как себе. Это он просто завидует мне, что у меня самая красивая девушка».

Елена медленно выдохнула, туман в голове рассеялся, подступившие слезы высохли. Теперь стало понятно, что Влад вновь поверил своему другу, который что-то такое «рассказал» ему. Позвонить Владу и сказать, что все это неправда? Она помотала головой. Нет, звонить Владу она не будет. Если он поверил своему гнилому другу, который не раз уже показывал свое мерзкое нутро, а не ей, то бегать за парнем и просить выслушать ее она не собирается. Это будет для нее первым уроком, что не стоит верить парню, который говорит, что ты для него самое важное в этой жизни и любит тебя, как никогда и никого. Если он не доверяет ей, то она никогда не будет добиваться правды перед ним. Ведь сегодня она ни слову этой Ангелины не поверила, когда та с утра перед кафедрой громко рассказывала своим подругам, как вчера в клубе гуляла вместе с первым красавчиком института Владиславом Рублевским, как он угощал ее дорогим шампанским, а потом проводил домой и долго еще не отпускал, договаривался с ней о встрече, даже показывала фотки на смартфоне. Елена знала, что Влад любит ее и верила ему. Но он, судя по всему, не слишком верил ей.

Она снова глубоко вздохнула, не обращая не откровенные насмешки над собой, сделала шаг, потом второй. Она закончила этот институт, осталось только получить диплом, и она навсегда уедет из столицы. Елена шла вперед, дошла до цветов, которые веером лежали на пыльном асфальте, просто наступая на них, продолжала идти. Уже почти дошла до выхода с площадки, остановилась, потом развернулась и направилась в главный корпус. Быстрым шагом поднялась на второй этаж, зашла к секретарю декана, которая была завалена какими-то бумагами.

- Мила, скажи, как можно быстрее получить свой диплом? – спросила Елена.

- Выдача дипломов через десять дней, - не поднимая головы от клавиатуры, ответила секретарь.

- Милочка, я уезжаю, у меня уже билеты куплены на поезд. Скажи, как я могу быстрее получить его?

Девушка оторвалась от своего занятия, спустила на кончик носа очки:

- А, это ты, Ползунова. Да твои документы почти готовы. Если так надо, то приходи завтра. Как раз и кадровичка будет на месте.

- Спасибо, Мила, - кивнула Елена и поспешила уйти.

Завтра она заберет диплом, документы и уедет домой. Оставаться в столице, где может встретиться с Владом, она не сможет. Елена достала телефон, набрала номер с визитки, который дал ей Игорь Ильич. Когда ей ответил мужской голос, она извинилась, сказала, что не сможет принять его предложение о работе. Потом набрала номер дяди:

- Дядь Борь, я защитилась! Поздравь меня, - она послушала какое-то время его поздравления, улыбнулась больной улыбкой. – Знаешь, я решила вернуться домой. На завтра возьму билет. Все, ждите меня.

Потом она открыла приложение, заказала себе билет до родного города и отправилась в клуб. Сегодня у нее еще одна смена, деньги нужны на дорогу домой, потом она уволится и уедет, закроет эту страницу жизни.

А если вдруг позвонит Влад? А если позвонит, то они обо всем поговорят. Может тогда она останется здесь. С ним. С человеком, которого она впервые полюбила и без которого не представляла своей жизни.

Глава 2

Глава 2.

Влад гнал машину с такой скоростью, словно сбегал от чертей Ада. Даже Ангелина примолкла на заднем сиденье, вжалась в спинку, держалась за поручень. Он уже проехал одну станцию метро, не замечая ничего. Хотелось уехать от предательницы как можно дальше, куда-нибудь на край света, чтобы больше не видеть ее и ничего не слышать о ней. Влад летел, не замечая светофоров. Только чудом он не впилился еще в какую-нибудь машину или столб.

- Владик, я боюсь, - тонкий истеричный голос привел его в чувства. – Я боюсь! Ты несешься, как ненормальный.

Он повернул голову и увидел девчонку. Он даже не сразу понял, что она в его машине. Влад резко свернул к обочине, остановил машину.

- Вылезай. Быстро, - кивнул он ей.

- Но, Владик, - заныла она. – Ты же обещал подвезти меня до метро. А может, сходим куда-нибудь? Я сегодня защитилась. Хотелось бы отметить это с тобой.

- Пошла вон, - он так рыкнул на девушку, что она скорчила обиженную гримасу и вышла из машины, стараясь показать всем своим видом, как оскорблена его совами. Влад посмотрел на нее через зеркало заднего вида, когда закрылась дверь, сжал зубы. – Сука. Какие же вы все суки.

Он снова рванул с места. Скоро он вырвался за город, минуя наглым образом где по встречке, где по тротуарам все столичные пробки. А там вновь вжал в пол педаль газа. Хотелось разбиться, чтобы больше не чувствовать ту боль, что разрывала его сердце на мелкие кусочки. В каком-то поле, куда он съехал с трассы, Влад остановил машину, заглушил двигатель, несколько раз со всей силы стукнул по рулю: «Сука, сука, сука. Какая же ты сука». Его голос рвался наружу с такой звериной болью, что сам оглох. Потом он затих, сложил руки на руле, опустил на них голову. Всего каких-то два часа назад он был самым счастливым, думал, что сегодня именно тот день, который вновь изменит его жизнь. Улыбался, мечтая, как девушка, которую он полюбил, ответит ему «Да», а потом он увезет ее в ЗАГС. И пусть отец потом будет кричать на него, лишит наследства, выгонит из дома – ему все равно. Главное, что он будет счастлив с той, кто стала смыслом его жизни.

Он спешил к институту, где сегодня Ленка защищалась. По дороге он заехал в цветочный магазин, забрал заказ – шикарный букет белоснежных роз. В кармане лежала бархатная коробочка с кольцом. Он улыбался, когда представлял, как широко распахнутся глаза Ленки, когда он встанет перед ней на колено с кольцом в одной руке с букетом в другой и сделает ей предложение на виду у всего института. Пусть завидуют, пусть все видят, что он действительно нашел ту, ради которой готов на все.

Владислав Евгеньевич Рублевский родился в семье известного промышленника. Как говорят о таких, как он – родился с платиновой соской во рту. С детства у него было все, о чем можно только мечтать – самые дорогие игрушки, самые брендовые вещи, у него даже была своя маленькая машина, на которой он гонял по двору на зависть всем пацанам. Он не успевал подумать, что бы ему еще хотелось, как ему отец уже покупал это. У него было все, кроме нормальной семьи. Отец с матерью почти не жили вместе. Мать, когда Владу было десять, просто перебралась в загородный дом, а отец остался в столице. Никто из них не интересовался, чего хочет сам Влад. Отец просто забрал его у матери со словами: «Что ты можешь ему дать в своей деревне? Как была никчемной, так и осталась, посмотри на себя - ни кожи, ни рожи, заниматься собой не хочешь, тебя стыдно в люди с собой брать. Если бы не твой отец, я бы на тебя никогда не посмотрел». Мать тоже кричала отцу, что устала от него, что никогда не хотела за него замуж. А Влад просто стоял и слушал, и ничего не отзывалось у него в душе, родители практически не занимались им. Рядом с ним были то няни, то воспитатели, то учителя. Потом был просто водитель, он же его «надсмотрщик», который возил в школу, в кружки, в парки на аттракционы. Мать не спешила забирать сына к себе, ей было хорошо в деревенском доме, где она с любовью, которую никогда не испытывала к сыну выращивала цветы. Отец тоже не заморачивался общением с сыном. Ему было достаточно, что Влад ходил в выбранную отцом престижную школу, а потом поступил в нужный отцу институт, по окончании которого Влад должен прийти в компанию отца, жениться на выбранной ему девушке – дочери нужного человека. Влад привык, что все вокруг него стараются получить выгоду от знакомства с ним, лживые улыбки, лживые заверения в вечной дружбе. Когда он в последних классах престижного лицея вытянулся в довольно симпатичного парня, вокруг него стали виться девушки, которые заглядывали ему в глаза с такой преданностью, что могли бы посоревноваться с собаками. И каждая из них хотела одного – стать той, кого Влад назовет «своей девушкой» и будет осыпать ее подарками. О любви речи даже не шло.

В институте ничего не изменилось. Отец был одним из самых крупных его спонсоров, поэтому Владу ставили отличные оценки только за то, что он просто приходил на зачеты и экзамены. Девушки снова окружали его, толкались локтями, устраивали друг другу подлянки только чтобы быть рядом с ним. На втором курсе Влад понял, что отличные оценки — это хорошо, но знания ему не помешают и стал заниматься. Ему даже понравилось учиться. На девок, которые не отставали от него ни на шаг, просто не обращал внимание. Иногда выбирал одну из них, чтобы весело провести вечер-другой. Часто ему компанию в этих гуляниях составлял его друг по школе – Игорь Гнидошин, у которого отец тоже был не последним человеком в столице. Они вместе часто гужбанили в кабаках, устраивали гонки по улицам, снимали в клубах девчонок, прожигали отцовские деньги. Часто их увозили в отделы полиции, откуда их всегда вызволяли отцовские связи.

Но на четвертом курсе все неожиданно изменилось. Владу надоела вся эта жизнь без цели и смысла, он пресытился гулянками, хотелось что-то новое, спокойное, для души. Надоели все эти лживые морды, безмозглые девицы, готовые ради ста баксов на любой порно-эксперимент. Игорь смеялся над ним, пытался в очередной раз увести в какой-нибудь вновь открытый клуб, но Влад просто отмахивался.

Прошел сентябрь, начались октябрьские затяжные дожди. Влад вместе с Игорем ехали домой. Сегодня друг был без машины, отец забрал ее и банковские карты, наказав сына за какой-то очередной залет. Они только выехали на территорию института, как Игорь заржал, указывая пальцем на какую-то девчонку, которая, сильно хромая, шла в сторону остановки.

- О! Глянь, наша новенькая, - и снова заржал.

- Кто? – не понял его Влад.

- Новенькая, говорю. Ленка Ползунова. Ее в этом году взяли к нам из жалости откуда-то из деревни. Говорят, победила на какой-то олимпиаде, типа, самая умная.

Влад притормозил, почти сбросил скорость до нуля и посмотрел на девушку, на которую показывал Игорь. Она шла, сильно хромая, стараясь не наступать на левую ногу, останавливаясь. Было заметно, что ей трудно и больно. Но все студенты шли мимо, никто не останавливался, только посмеивались над ней.

- Это я ее так, - засмеялся Игорек. – Смотрю, идет наша недотрога, а у нее шнурок развязался. Я наступил на него. А она вдруг свалилась с лестницы.

Влад посмотрел на друга и увидел в его глазах какой-то нездоровый блеск, словно маньяк, выслеживающий свою жертву. Он снова посмотрел на девчонку – с виду самая обычная, в простых джинсах, которые можно купить на любом рынке, такой же куртке, судя по всему, ношеной не один год. Ее кроссовки давно пора выбросить.

- И что здесь смешного? – спросил Влад.

- Да ничего, - Игорь посмотрел на друга. – Дура она.

- Это почему?

- Да так, - Игорь хмыкнул, вновь уставился в окно, следя за девушкой. – Я предлагал ей перепихнуться, обещал хорошие деньги, так она послала меня. Я же говорю – дура. Останови.

Влад проехал чуть вперед девушки, остановил машину. Игорь открыл дверь, высунулся из машины.

- Эй, убогая, садись, подвезем. Обещаю, тебе понравится, - и снова заржал от своей шутки.

- Проезжай мимо, - девушка остановилась и посмотрела на него совершенно спокойным взглядом.

Влад увидел ее лицо и время замерло для него. Если бы ему сказали написать портрет Красоты, он бы выбрал ее. На нем не было ни грамма косметики, чистая кожа, прямые брови, большие глаза, тонкий нос, красивые губы, такие, что тут же захотелось их поцеловать. Казалось, что он очень долго находился где-то в холодном душном тумане, но вот появилось солнце, и солнце – это она. Ее волосы темного золота искрились в лучах осеннего солнца. Влад сглотнул, не в силах поверить, что видит реальную девушку, а не нарисованную искусственным интеллектом на основании фантазии всех мужиков планеты.

- Ну ты чего, давай подвезем, - продолжал Игорь. – Не боись, мы не кусаемся. Разве что трахаемся, как боги. Давай к нам.

Она ничего не ответила, потом осторожно дошла, вернее доскакала на одной ноге до скамейки, которая находилась метрах в пяти от нее, села.

Игорь повернулся к Владу.

- Ну что я тебе говорил – дура. Такие парни ей предлагают секс, а она отказывается.

- Заткнись, - рыкнул на него Влад.

Игорь с удивлением уставился на друга, а в глазах заблестели искры ревности, словно кто-то покушается на его добычу.

- Эй, ты чего? – спросил Игорь каким-то вкрадчивым голосом. – Понравилась?

- Ничего. Говорю – оставь девчонку. Видишь, она не хочет с тобой общаться.

- Думаешь, с тобой захочет?

- И со мной не захочет. Пока ты со мной.

Друг вновь заржал так громко, что стали оглядываться проходившие мимо их машины студенты. Девушка спокойно сидела на скамейке, достала какую-то книгу, стала читать.

- Не хочет по-хорошему, сделаем, как всегда, - сказал Игорь и хотел выйти из машины, но Влад схватил его за куртку.

- Стоять. Ты не тронешь ее. Ты услышал меня? – в голосе Влада послышалась сталь.

Игорь вмиг стал серьезным.

- Ну ты чего. Я же шучу.

- Пошутил и хватит. Поехали.

Влад завел двигатель. Какое-то время они ехали молча. Потом Игорь стал оглядываться по сторонам, словно выглядывая кого-то на улице.

- О! Останови, я здесь выйду.

- Нет, - отрезал Влад. – Ты просил довезти тебя до дому. Я довезу тебя.

- Эй, я передумал, - Игорь стал оглядываться назад.

- Ты оставишь ее в покое, - сказал Влад, выворачивая на проезжую часть.

Влад понял замысел Игоря – выйти и вернуться к Елене. Но все внутри Влада противилось этому, словно он боялся, что его друг испачкает ее, испортит, осквернит. Игорь надулся и сидел молча, глядя в свое окно. Когда они подъезжали к дому, где жил Игорь, тот повернулся и сказал:

- Я думал, что ты мне друг.

- Я тебе друг. Но над девчонкой не дам издеваться.

- С чего это?

- С того, что она моя.

- С чего это твоя? Я первый ее нашел. Тем более, что она учится со мной на параллельном. Ты каким боком к ней? Она моя.

- Знаешь, Игорек. Если я увижу тебя возле Лены, пожалеешь.

С того дня в их дружбе пробежала первая трещина. Игорь обиделся на Влада, не показывался возле него почти два месяца, но перед новым годом подошел, протянул руку:

- Мир, бро. Нефиг нам из-за какой-то девки ссориться. Они не стоят этого. Они все шалавы. Ты же сам все это знаешь. И эта Елена тоже такая.

- Я с тобой не ссорился. Просто учти, я не дам тебе сделать ей больно.

Они вновь стали встречаться, ходили в клубы, зависали у кого-нибудь в гостях. Но вот только Влад перестал снимать девок, которые не понимали такую перемену в нем.

А Влад думал, как ему подойти к этой Елене. Его сердце сразу поняло, что она не такая, как все остальные, с ней простой подкат не прокатит, она не поведется на дорогую тачку, шмотки, шампанское. Он наблюдал за ней, когда она шла с занятий. Она словно одна была в этом мире, ни с кем не общалась, просто шла и смотрела вперед, не замечая ироничных взглядов, которыми провожали ее другие. Когда наступила зима, выпал снег, Влад смотрел, как она идет в своей тонкой курточке, все в тех же кроссовках, и ему было холодно, хотелось подойти, взять за руку, увести в любой торговый комплекс и одеть ее. Но отчетливо понимал, что она не та, которая с визгом побежит впереди него, когда он предложит ей такое. Влад долго искал повод, чтобы подойти к девушке, часто провожал ее, следуя за ней на малой скорости. Перед самым Новым годом ему «повезло».

Он снова ехал медленно за Еленой. На улице стоял жуткий холод. Она шла, сжавшись в комочек, прижимая к груди свой рюкзачок, словно хотела согреться об него. Ноги в стареньких кроссовках скользили по снегу. Влад смотрел и морщился, ему так хотелось схватить ее, посадить в машину, обнять ее, согреть своим дыханием. Но отчетливо понимал, что она не сядет к нему. Вдруг одна ее нога проехала дальше, она не удержала равновесие и упала на колени, рюкзак упал, она уперлась руками в холодный снег. Судя по ее замерзшей фигуре, она сильно ударилась коленями, так как Влад успел увидеть, как она закусила губу, чтобы не заплакать. Он резко ударил по газам, машину пронесло немного вперед. Там резко остановился, машина юзом проехала несколько метров вперед. Он выскочил на улицу, подбежал к ней, протянул руку.

- Давай помогу, - Влад не узнавал свой голос, слышал его словно со стороны, какой-то глухой, пересохший, словно он месяц не пил воду.

- Я сама, - ответила девушка, стараясь подняться с земли.

Влад поднял ее рюкзак и вновь протянул ей руку.

- Потом будешь отказываться. Я же вижу, что тебе больно. Я просто хочу помочь. Давай руку.

Она поморщилась то ли от его слов, то ли от боли, но потом протянула ему руку. Влад осторожно помог ей подняться.

- Давай подвезу. Тебе куда?

- Спасибо, не надо. Сама дойду.

- Я вижу, как ты дойдешь. Здорово ударилась?

Она вновь поморщилась, потом кивнула.

- Сильно.

- Пошли, довезу. Ты сейчас точно никуда не сможешь дойти.

- Нет, спасибо…, - она не успела договорить, как он просто подхватил ее на руки и понес к своей машине. – Ты что делаешь, прошу, отпусти.

Она слабо сопротивлялась, на щеках вспыхнул румянец. И Владу это неожиданно понравилось. Еще ни одна девушка не краснела от его прикосновений. Было все – и лживые вздохи, и закатывание глаз в каком-то непонятном экстазе, словно она кончает от его прикосновения, кто-то пытался обнять его. Но впервые девушка старалась не смотреть на него и отодвинуться как можно дальше, с учетом, что он продолжал держать ее на руках.

- Я отвезу тебя. Просто отвезу, - вновь пересохшим голосом проговорил Влад.

Он поставил ее на землю возле машины, быстро открыл дверь и, не давая девушке ускользнуть, просто подсадил ее на переднее сиденье, быстро захлопнул дверь, потом оббежал машину, сел на свое место, включая печку погорячее, чтобы девушка согрелась.

- Тебя куда везти?

Влад старался дышать ровно, хотя дыхание сбивалось от ее близости, от ощущения ее тепла в его руках. Хотелось вновь взять ее на руки и так нести хоть на край света.

- В общежитие, старый корпус, - тихо ответила она. – Спасибо, но не надо, я бы дошла, здесь недалеко.

- Ага, не далеко, - усмехнулся Влад. – Всего каких-то три остановки.

Какое-то время он сосредоточенно молчал, не зная, с чего начать разговор. Девушка тоже молчала, отвернувшись к окну.

- Меня зовут Влад, Владислав Рублевский, - сказал он, откашлявшись.

- Елена, - ответила она и вновь на щеках девушки появился яркий румянец.

- Ты на каком курсе?

- Четвертый.

- Я раньше тебя не видел.

- Меня перевели в этом году. До этого училась далеко отсюда.

- Хм. Не всех переводят.

Она пожала плечом.

- Я выиграла олимпиаду среди студентов, мне предложили перевестись в столичный ВУЗ. Я согласилась.

Она говорила короткими фразами, словно боялась рассказать о себе что-то лишнее. На Влада старалась не смотреть, ее руки теребили ремни рюкзака, который стоял у нее на коленях.

- Понятно, - кивнул Влад и широко улыбнулся. – Через неделю Новый год. Давай где-нибудь пересечемся, вместе отметим?

Она не ответила, только пожала плечом.

- Ок, я понял. Ты боишься меня. Знаешь, Лен, я не этот идиот Игорь, я не буду издеваться над тобой. Просто…, - он подбирал слова, чтобы сказать, что хочет ее себе, чтобы вот прям держать в своих объятиях и не выпускать, - …просто мне показалось, что ты классная. Ты любишь кататься с горки?

Влад и сам не понял, почему это спросил. Но Елена неожиданно улыбнулась.

- Очень. У себя в городе мы часто с друзьями, еще в школе ходили кататься на горки. Сто лет не каталась.

- Вот и отлично. Ты второго ничем не занята?

Она задумалась и покачала головой.

- Вроде нет.

- Тогда я заеду за тобой. В час. Нормально будет?

- Нормально.

Они доехали до старого корпуса общяги, Влад остановил машину у самого входа, возле которого толпились студенты. Они с каким-то нездоровым интересом стали высматривать, кого на этот раз привез самый классный парень института. И на их лицах Влад увидел разочарование, когда он помог выйти Елене, которая запуталась в ремне безопасности, не сразу смогла отстегнуть его. Он помог ей выйти, сам взял ее на руки и поставил на землю.

- Спасибо, - голос Елены прозвучал так тихо, что он еле расслышал.

- Второго в час, - сказал Влад, глядя ей вслед.

А Елена пошла в сторону выхода в общягу под осуждающие взгляды любопытных.

Глава 3

Глава 3.

Для Влада началась новая жизнь, наполненная светом и теплом. Он не представлял, что с девчонкой может быть так хорошо. Елена была умной, заводной, с отличным чувством юмора. Она никогда не жаловалась ему, не требовала отвести в какой-нибудь ресторан, купить «безделушку». Она просто радовалась ему каждый раз, когда он встречал ее после занятий напротив крыльца корпуса, где у нее проходили лекции. Иногда Влад видел, что она хочет кинуться ему на шею, поцеловать его в щеку, но каждый раз останавливала себя, просто подходила, дарила ему свою солнечную улыбку, от которой у него замирало сердце и кровь начинала шуметь в ушах. А потом, если у Елены было время, они ехали куда-нибудь гулять. Влад даже не представлял себе, что в столице есть столько мест, где можно просто погулять, взявшись за руки, зайти в какое-нибудь обычное кафе, взять чашку горячего кофе и обычный бутерброд, который будет в сотню раз вкуснее, чем все те изыски, которые готовил их домашний повар. Когда сошел снег, Влад утащил Елену кататься на роликах. До этого дня она никогда не стояла на коньках. Сколько было счастья в ее глазах, когда он вел ее за руку.

- Смотри, я научилась! – ее смех звучал так звонко, что прохожие оборачивались и улыбались им.

Влад помнил тот день, когда он впервые обнял ее. Да, до этого он носил ее на руках – в тот день, когда они познакомились, потом иногда прижимал к себе, когда они катались на горках или на роликах, но вот обнял ее по-настоящему впервые в первый день лета. Она шла к нему навстречу и улыбалась так, что для Влада весь мир вокруг замер. Она подошла, посмотрела ему в глаза и снова улыбнулась:

- Здравствуй, - тихо сказала она.

Он промолчал, так как спазм в горле не дал произнести ни слова, просто взял ее за руки, притянул к себе и обнял. Осторожно, словно хрупкий цветок или снежинку, которая может растаять в его руках. Он долго не мог разжать свои руки, вдыхая запах ее волос, которые пахли летом, счастьем, любовью. Елена тоже замерла в его объятиях. Сколько они так стояли, никто их них не мог сказать. Потом какой-то прохожий налетел на них, толкнул Влада в спину, стал ругаться, что они мешают другим. Елена и Влад засмеялись, он опустил руки, но взял ее ладошку и потянул за собой. Хотелось вот так бежать куда угодно, лишь бы быть рядом с Еленой.

Елена стеснялась рассказывать о себе, только сказала, что она из зауральского городка, живет с мамой, есть дядя, младший брат мамы, который помогает им. Когда он спрашивал ее, куда она пропадает по вечерам, опускала глаза и говорила, что у нее есть кое-какие дела. И Влад не выспрашивал ее об этих делах. Главное, что они вместе.

В институте на них смотрели и шептались. Никто не мог поверить, что первый красавчик института взял себе в «девушки» эту деревню, которая даже одеваться не умеет. Другие девушки не оставляли свои попытки стать «девушкой» Влада, следили за ним, подстраивали «случайные» встречи, падали ему в руки, просились подвезти на его красивой машине. Особенно часто мелькала перед ним некая Ангелина, которая считала себя первой красавицей института. Однажды она поймала его в коридоре при выходе из туалета, схватила за руку.

- Влад, постой, нам надо поговорить, - голосом, который она считала сексуальным, проговорила Ангелина. – Постой, я не отниму у тебя много времени.

- Чего тебе надо? – спросил он, выдергивая свою руку из ее захвата.

- Влад, ты же понимаешь, что мы должны быть вместе. Нас с тобой считают первыми красавцами института. Ты же выбрал не ту девушку, она никто, ничего не сможет тебе дать. А у меня отец в администрации города. Если мы будем вместе, он может во многом помочь тебе.

- Не интересно, - ответил Влад и поспешил к Елене, которая должна была вернуться из своей библиотеки.

- Ты еще пожалеешь, что связался с ней, - кричала ему в спину Ангелина. – Ты не знаешь, какая она на самом деле подлая. Думаешь, что она такая чистенькая?

Влад бежал по лестнице вниз, в груди зрела такая злость, что хотелось свернуть голову этой красотке. Но за убийство его посадят, марать руки об эту гниду не хотелось. Пусть они что угодно говорят о Елене, он знает, что это его девушка, его будущая жена.

Он почти выбежал на площадку перед институтом, Елена уже сидела на скамейке, читала какую-то книгу. Возле нее вился Игорь, что-то говорил девушке, а она словно не замечала его. Влад ускорил шаг, Елена заметила его, захлопнула книгу, поднялась и поспешила к нему. Влад успел поймать взгляд друга, которым он смотрел ей вслед, словно зверь, упустивший свою добычу. Влад постарался отбросить в сторону все свои отрицательные мысли об Игоре. Они уже выяснили с ним отношения, Игорь признал за Владом право на Елену. «Я все понял, бро. Ленка твоя. Думаю, что нам, друзьям, не следует сраться из-за какой-то девки», - поднял руки в жесте «сдаюсь» друг. И они больше не возвращались к разговорам об Елене.

Последний курс был весьма насыщенным и напряженным. К тому же отец приказал Владу после занятий являться к нему в офис, чтобы постепенно вникать в работу. У него оставался всего один день – воскресенье, когда он мог провести все время с Еленой. Она не обижалась, просто улыбалась ему, гладила своими пальчиками по его лицу.

- Влад, отец – это очень важно. Он прав, ты его наследник и должен помогать ему. Я не сержусь. У меня тоже есть кое-какие дела.

- Ленка, если бы знала, как я тебя люблю.

Он закрывал глаза и не мог поверить, что она с ним, она поддерживает, понимает его, ничего не требует, не устраивает истерики. Просто принимает его таким, какой он есть, со всеми его чертями, занятостью.

Заканчивалась учеба. Сданы экзамены, оставался диплом. В один из дней его вызвал к себе отец.

- Сын, ты заканчиваешь учебу. Это хорошо, значит скоро окунешься в работу с головой. Ты уже многому научился, значит буду поручать тебе кое-какую серьезную работу. Пора тебе уже становиться у руля власти.

Влад промолчал. Ему не особо хотелось идти к отцу, тот был слишком…амбициозным, не любил чужого мнения, пер напролом. Отец безжалостно увольнял всех, кто пытался возразить ему. «Я – глава компании. Я создал ее. Я руковожу ею и мне лучше знать, чем и как мы будем заниматься. Не ты, не ты, - отец на совещаниях тыкал пальцем в начальников своих филиалов, отделов и подразделений, - будете определять политику компании, а я. Если кому-то что-то не нравится, пишите заявление, я даже не буду заставлять вас отрабатывать эти долбанные две недели. Завтра же окажетесь на улице».

- Я знаю о твоей девчонке, - продолжил отец, не дождавшись ответа сына. Увидев его удивленный взгляд, хищно усмехнулся. – Ты думаешь, что я не знаю, чем занимается мой сын? Я даже рад, что ты нашел эту…простушку, а то все эти шалавы мне уже просто надоели. Но теперь, когда заканчивается твоя учеба и начинается настоящая жизнь, ты должен оставить эту девчонку. Я тебе уже говорил, что для тебя есть девушка, на которой ты женишься.

- Отец, я женюсь на той, кого люблю, - возразил Влад.

Спорить или вступать с отцом в открытый конфликт ему не хотелось, так как получил бы от него знатную пощечину, от которой потом будет болеть голова несколько дней. С первого курса, когда отец в который раз вытащил Влада из «застенков» полиции, дома так врезал ему по морде, что потом целую неделю Влад не выходил из дома, дожидаясь, когда сойдут синяки с его лица. С того времени отцу понравилось таким образом воспитывать своего сына. «Лучше один раз врезать, чем сто раз убеждать. Быстрее дойдет до тебя», - ухмылялся отец. Вскоре Влад понял, что иногда легче согласиться с отцом или перестать барагозить с Игорем, целее будет. Но все равно еще пару раз отхватывал от отца прямой в челюсть. В отличие от Влада, отец любил каждый вечер потягать железо в спортзале, который находился на первом этаже их небоскреба, где находился центральный офис компании, хвастался свой силушкой богатырской. Влад же больше увлекался игровыми видами спорта, даже входил в институтскую сборную по баскетболу, позволял рост и природная юркость.

- Ты женишься на той, на ком я скажу. Поигрался с девчонкой и хватит. Ты понял меня? – отец смотрел ему в лицо таким взглядом, словно хотел выпытать все тайные шифры ЦРУ.

Влад не ответил, просто кивнул головой и поспешил уйти. Уже в своей комнате он решил, что в тот день, когда Ленка защитит диплом, он встретит ее с букетом и кольцом. Он сможет убедить сотрудников ЗАГСа, чтобы их расписали. Потом приведет Ленку домой. Если отец хоть слово скажет, он просто уйдет из дома отца вместе с женой, будет сам пробиваться по жизни. Он даже улыбнулся тогда, вдруг поняв, что Лена будет за второй вариант и всегда будет рядом с ним. Неужели два человека с высшим образованием не смогут найти работу? Если надо, то уедут туда, где отец не сможет найти их.

Последние дни Лена нервничала. «Влад, я боюсь, что завалю защиту. Ты не представляешь, кто там будет в комиссии. Это такие зубры, что просто страшно дышать в их присутствии». Тогда он обнимал девушку, нежно прижимал к себе, целовал в ее роскошные волосы цвета темного золота, которые так любил перебирать в своих руках. «Ты у меня самая умная. Я уверен, что все будет хорошо».

Факультет Влада защищался на два дня раньше факультета Елены. Она ждала его у входа в корпус, где проходила его сдача, потом кинулась к нему, обняла и они долго стояли так, обнявшись. Потом она увела его, и они долго бродили по городу, наблюдая, как день уступает ночи, как зажигаются фонари в парках, как народ спешит по домам к свои семьям. И что-то было в этом такое…правильное, словно они и будут так идти рука в руке дальше по жизни.

- Ленка, если бы ты знала, как я тебя люблю. Ты же мне послана Небом, вот только за что? Я же никогда не было праведником? – он смотрел в ее глаза, которые сейчас были темно-серыми.

Влад давно заметил, что у Лены цвет глаз менялся от темно-серого до синего, в зависимости от освещения или ее настроения. Когда она была счастлива, ее глаза были словно голубое небо. Когда сердилась – темные, как сталь. Темным серым бархатом они светились в свете фонарей. Влад закрывал свои глаза и целовал ее веки, не в силах отпустить Елену из своих рук.

- Я тебя тоже очень люблю, - тихо ответила ему Елена.

- Ты пока не думала, что будешь делать после института?

- Думала. Есть пару вариантов остаться в столице. Я пока не ходила туда на собеседование, но послала свое резюме.

- Это хорошо. У меня для тебя будет сюрприз.

- Какой?

- Узнаешь, когда защитишься.

- Я уже боюсь. Знаешь, не люблю сюрпризы. Меня это скорее пугает, чем радует.

- Поверь, это будет хороший сюрприз. Тебе понравится. Кстати, мы с группой собираемся отметить окончание в каком-нибудь кабаке. Пойдешь со мной?

- Не знаю, - она пожала плечами. – Я там буду лишней.

- Ты никогда не будешь лишней. Ты всегда будешь моей. Моей девушкой, моей любимой.

Когда группа определилась с местом и временем сбора, Влад позвонил Елене.

- Лен, завтра наша группа решила собраться. Я заеду за тобой.

- Влад, - Елена замялась. Я не смогу, прости. Мне надо быть в другом месте, это важно для меня.

- Ленка, ты должна отменить все важные встречи. Мы пойдем с тобой в клуб, собираемся в «Пионере».

- Влад, я правда не могу. Я обещала быть вечером в другом месте.

Убедить ее отказаться от этой «нужной» встречи Влад не смог. Настроение было подпорчено. Поддерживало только одно, что завтра он встретит Ленку у института и тогда они никогда не расстанутся.

На все это веселье в клубе он смотрел снисходительно. Видел, как дурачились парни, как девчонки пытались флиртовать с ним, но он просто сидел на своем месте, не принимая участие во всеобщем веселье. Неожиданно для себя увидел в толпе Ангелину, которая сидела в противоположном углу от них с какой-то своей компанией. Она старалась привлечь его внимание, но Влад упорно делал вид, что не замечает ее. Она даже подошла к нему сзади, положила ему свои руки на плечи, от чего ему захотелось передернуться, наклонилась к его уху и зашептала:

- Владик, приве-е-е-т, - снова ее приторно-блядский голос резанул его слух. – Я так рада, что мы встретились. Я приглашаю тебя танцевать.

- Отвали, - ответил он, поднимаясь со своего места.

- Владик, неужели ты так и не понял, что я лучший вариант для тебя. Мы можем сейчас уехать ко мне. У меня своя шикарная квартира в центре. Я обещаю тебе ванну с пенкой, а потом эротический массаж.

- Да отвали ты уже, - он, расталкивая толпу, пробирался к выходу.

- Ты думаешь, что она любит тебя? – Ангелина не отставала. – Да она такая же как все, которые хотят устроиться в столице за счет богатеньких мальчиков. Но я же не такая. Я могу многое тебе дать. У моего отца большие связи.

Он резко повернулся к Ангелине.

- Послушай, последний раз тебе говорю. Убирайся, и чтобы я больше тебя не видел.

Он снова повернулся и вышел из клуба, который душил его. Влад быстро дошел до своей машины, сел, завел двигатель, на время задумался о том, как завтра он сделает предложение Елене. Из мыслей его вырвала вспышка камеры. Он осмотрелся и увидел возле своей машины Ангелину, которая селфила себя на фоне его машины. Влад переключил заднюю скорость и отъехал с места парковки, а так хотелось рвануть вперед, чтобы переехать эту суку. Дважды.

Дома он позвонил Елене, но ее телефон оказался вне зоны. Влад нахмурился, постарался отвлечься от ненужных мыслей. Сон пришел быстро.

Утром он быстро закинул в себя завтрак, потом вышел из дома, сел в машину, отправился в институт. По дороге заехал в цветочный магазин, где вчера заказал самый большой букет белоснежных роз.

- Ваша девушка будет очень рада, - улыбнулась продавщица, передавая ему цветы.

- Обязательно будет, - ответил Влад улыбкой. В его кармане лежало кольцо, которое он купил три дня назад.

Он приехал к институту, остановился перед корпусом, где проходила сдача Елены, вышел из машины. На лице блуждала счастливая улыбка.

- Привет, бро, - со стороны к нему подошел Игорек. У него был какой-то взъерошенный вид, словно он всю ночь зажигал где-то. – Ждешь свою ненаглядную?

- Жду, - просто ответил Влад и улыбнулся.

- Хм. Я тебя понимаю. Такая знойная девка, в постели просто огонь.

- В постели? – Влад нахмурился, а Игорь криво улыбнулся.

- Ну да, в постели. Я тебя прекрасно понимаю. Я сам вчера с ней зажигал. Прямо «вау-вау» девочка, кожа бархатная, нежная, пахнет персиком. А какая татушка у нее на копчике. Никогда бы не подумал, что девчонка такое набьет себе.

Влад сжал кулаки. Ему так захотелось вмазать по наглой роже своего друга, что еле сдерживался. Слова словно смотались в какой-то клубок и застряли в горле.

- Вижу, ты не в курсе? – Игорь усмехнулся. – Все знают, кроме тебя. Она же танцует приват в «Парусе». Говорят, пользуется огромным успехом у мужиков. Я вчера тоже заказал с ней приват и не пожалел. Опытная девочка, что говорить. Мы с ней такое вытворяли, даже отпускать ее не хотелось. Хотел продлить время, но там уже другие клиенты дожидались. Так что ты молодец, - Игорь хлопнул Влада по плечу. – Возьмешь себе опытную де-вуш-ку. Что? Она не танцевала тебе? Ну ты даешь! Попроси ее станцевать тебе приват, не пожалеешь. Ну лады, мне пора.

Игорь снова хлопнул его по плечу и ушел, а Влад остался. Ему показалось, что пропали все звуки, мир остановился на паузе. Он, может, и не поверил бы Игорю. Но когда бы он смог увидеть у нее в районе крестца небольшую татушку – росток, пробивающийся сквозь асфальт. Она ее никому не показывала. Даже сам Влад не сразу увидел ее, только однажды, когда они месяца два назад катались на роликах, она неудачно упала вперед на руки, задралась ее тонкая курточка. Он успел увидеть край рисунка. Уже потом Елена, стесняясь, показала ему рисунок полностью. «Он мне меня напоминает. Когда нам было очень трудно, дядя Боря сказал, что даже слабый росток пробивает асфальт, чтобы дотянуться до солнца». Вот я и сделала себе такую татушку, как символ, что всего можно добиться, если есть цель.

Вот, значит, почему она не могла пойти с ним в «Пионер», у нее был другой клуб, где она работает. Вот на что она променяла его, поэтому и не пошла с ним. Ей надо было работать. Как он не видел ее лживую, прогнившую натуру? Ведь та же Ангелина говорила ему, предупреждала. Неужели, она была права? Неужели и Елене он был нужен только для того, чтобы зацепиться в столице, найти себе богатого мужа, который будет ее обеспечивать? Приват. Он прекрасно знал, что это такое и что девки эти вытворяют ради лишней сотки баксов. Горечь скопилась где-то в горле, мешая глотать. Обида, злость, досада. Влад хотел уехать, чтобы не видеть эту лживую суку, но решил дождаться, чтобы посмотреть ей в глаза.

Глава 4

Глава 4.

Влад не знал, сколько прошло времени, пока он стоял у машины, поджидая Елену. К нему кто-то подходил, здоровался. Он что-то отвечал не впопад. А потом он увидел ее. Елена спешила к нему, на лице радостная счастливая улыбка. Какая же она лживая сука, делает вид, словно она невинная овечка, такая скромница, такая недотрога. Как же она мило краснела, когда он обнимал и целовал ее. Влад представил, как ее целуют другие мужики, хватают своими грязными руками, и его передернуло от отвращения. Но она шла, ничего не подозревая, что он узнал ее грязный секрет, улыбаясь. Да, блядь, какая же она сегодня красивая. В этом платье, которое облегало ее красивую фигурку, эти волосы, которые водопадом опускались ей на плечи и спину. Как он любил эти волосы, чтобы вот так руками зарыться в их шелк, уткнуться носом и дышать запахом любимой девушки. Когда он впервые увидел ее распущенные волосы, просто остановился, не в силах поверить в такую красоту. Она всегда делала какую-то косу или тугие хвосты, а когда у нее сломалась заколка и волосы распались золотым дождем, Влад думал, что сойдет с ума. Ее волосы стали его фетишем. Только ради того, чтобы каждый день перебирать эти золотые струи шелковых волос он назовет ее своей женой.

Сердце Влада то замирало, то начинало биться с бешеной скоростью. Руки тянулись ударить ее по этому красивому сучьему лицу, на котором такие вкусные губы улыбались ему. Сколько мужиков вчера целовало их? Влад сложил руки на груди, чтобы унять внутреннюю ярость, которая была готова вырваться наружу.

Она не стала скрывать, что работает в этом долбанном «Парусе», что виделась вчера с Игорьком, что обслужила множество клиентов. И не видела за собой вины, что предала его, его любовь, растоптала его чувства своим острым каблуком своих новых туфелек, которые изящно сидели на ее умопомрачительных стройных ножках. Терпеть эту муку он больше не смог, просто сел в машину. Он даже плохо помнит, как в ней оказалась эта Ангелина. Он только увидел букет роз, который лежал рядом с ним на переднем сиденье. Он купил эти цветы для Елены? Так пусть она подавится цветами. Он резко остановился, схватил букет в охапку и, царапая руки острыми шипами, выбросил их из машины. А потом сорвался с места.

Какая же она сука. Он вырвет ее из своего сердца. Она умерла для него. Просто в его жизни никогда не было Елены. Это миф, его больная фантазия, его боль. Ее не было, ее нет.

Влад просидел в машине в этом дурацком поле почти до самого вечера, пока к нему не подъехала машина ГИБДД. Молодой лейтенант подошел к машине, жезлом постучал в окно.

- У Вас все нормально? – спросил лейтенант, когда Влад опустил стекло. – Помощь нужна?

- Нет, не надо, все хорошо, - Влад мотнул головой. – Просто мне надо было побыть одному.

Парнишка внимательно посмотрел на него, потом понятливо кивнул головой, козырнул, попрощался и вернулся к своей машине. А Влад еще какое-то время посидел в машине, потом завел двигатель. Пора домой.

***

Для всех Влад оставался прежним, пытался улыбаться, шутить. Но внутри он был мертв. Даже какие-то наезды отца о том, как он должен себя вести, слушал как прогноз погоды по телевизору. Согласно кивал головой, когда отец сказал, что через неделю они приглашены на ужин к нужному человеку, и чтобы он познакомился с Элен, которая должна стать его женой.

Этот ужин он плохо помнил, успел нажраться дома коньяку, вышел к отцу в уже хорошем подпитии. Но отец, погруженный в какие-то свои мысли, не обратил внимание на него. На двух машинах с водителями они доехали до какого-то дома, вышли. Только поднимаясь в лифте, отец посмотрел на него.

- Ты какого хрена нажрался? – в его голосе звучала ярость.

- Выпил для храбрости. Не каждый день меня везут, как племенного быка на случку.

Отец замахнулся, чтобы ударил его, но вовремя остановился.

- Только попробуй что-нибудь устроить. Я потом с тобой дома поговорю. По-мужски.

- Не ссы, все пройдет окейно. Ты будешь доволен.

Отец тяжело вздохнул, еще раз прожег его взглядом. Лифт тренькнул на нужном этаже, двери открылись. На площадке у лифта их встречал солидный мужик с пузиком и редкими волосами. За его спиной стояла девица лет девятнадцати с каштановыми волосами и светло-карими, почти желтыми глазами. Влад поморщился. Он никогда не любил такой цвет глаз, как чай из пакетика, заваренный третий раз. Он взял себя в руки, смог подать себя с «хорошей» стороны, что-то ответил мужику, потом поцеловал ручку этой девице. Уже за столом он видел все ее «переделки» лица – там подтянуто, там обколото, там нарисовано. Его вновь передернуло и даже затошнило. Ей всего девятнадцать, а она уже как конструктор «сделай сам». И ему надо жениться на ней? Вспомнив Елену, Влад закрыл глаза. Да после всего он готов жениться хоть на Бабе Яге из сказки, лишь бы забыться.

К его удивлению, отец остался доволен ужином.

- Не подвел, - ухмыльнулся он, когда они вернулись домой. – Ладно, живи. Но чтобы завтра пришел в себя. Нам рано вставать, много работы.

Влад, как мог, оттягивал эту свадьбу. Почти год они с Элен считались женихом и невестой. Отец не то, чтобы настаивал, но часто спрашивал, когда назначать свадьбу. Элен, которую на самом деле звали Елена Глебовна (узнав это, Влад долго и с какой-то истеричной злостью хохотал), таскалась за Владом повсюду, не оставляя его ни на минуту. В конце концов ей удалось в каком-то клубешнике, куда привела его, напоить, а потом затащить в свою постель. Когда он утром проснулся в ее квартире, понял, что попал. Хотелось даже рассмеяться во все горло самым настоящим истеричным смехом. Он даже знал, что будет дальше и оказался прав, когда через месяц к ним приехала Элен со своим отцом и заявила, что беременна от него. Свадьбу устроили в самые короткие сроки, чтобы «никто не увидел положения невесты».

Влад всю эту канитель со свадьбой простоял, как замороженный. Ему было глубоко наплевать на происходящее. Он не бегал искать свою невесту, которую вдруг решили похитить подруги. Он просто радостно улыбнулся и пошел за стол, где налил себе полный бокал коньяку и одним махом выпил его. А потом еще один. Элен устроила ему истерику, когда вернулись и увидела его в таком состоянии, когда Владу было все равно. Он просто смотрел на нее и глупо улыбался.

Через неделю после свадьбы выяснилось, что никакого ребенка нет, Элен «просто показалось, что она беременная». Владу откровенно было пофигу. Он только смотрел на довольные морды отцов, на свою уже жену, которая изо всех сил старалась показать перед своими подругами, как она счастлива в браке. Для молодых отцы купили большой пентхаус, где Влад бывал только по ночам. Он старался уходить рано, возвращался поздно, чтобы только поменьше встречаться со своей женой, которая откровенно бесила его своей тупостью. Он даже не пытался наладить с ней отношения, на ее лице все был написано – «хочу самую дорогую шубу, самую красную машинку, самое дорогое кольцо с самым большим бриллиантом, самую лучшую путевку куда-нибудь на океан». Как-то он спросил у жены хочет ли она покататься на роликах. На это она долго смотрела на него, словно он предложил ей поехать на ферму и покидать говно лопатой.

Элен пыталась устраивать ему истерики, но он просто поворачивался и уходил в свою комнату, где был выход на огромный застеклённый балкон, закрывал дверь на ключ. Он слышал, как жена долбится в его дверь, усмехался, располагаясь в шезлонге с бокалом коньяку и смотрел на звезды.

Со временем Элен поняла, что Влад не слишком торопится быть примерным мужем, который будет водить ее на выставки, по ресторанам, возить на отдых под жаркое солнышко, где она сможет показать себя в самом лучшем виде, поэтому решила, что лучшим времяпровождением для нее будет походы по бутикам и салонам, а также встречи с подругами. О детях никто их них даже не заговаривал. Да и личной (в плане интима) жизни у них почти не было. Почему-то, ложась с женой в постель, Влад чувствовал все ее «переделки», от чего его начинало тошнить, он быстро исполнял супружеский долг и уходил в свою спальню. Влад вспоминал теплое тело Елены, такое желанное, такое… Потом он давал себе мысленных пощечин, похлеще, чем отец, и вновь старался забыть о предательнице.

Когда почти через два года злость на Елену немного схлынула, он решил еще раз поговорить с Игорем, с которым не виделся с того самого дня. Друг словно испарился, отдалился и не давал о себе знать. Он позвонил Игорю, договорился о встрече на выходных. Но встреча не состоялась. Через день ему позвонил отец Игоря, сообщил, что сын погиб. Влад через общих знакомых узнал, что произошло, так как отец друга словно стеснялся рассказывать, как погиб Игорь. В каком-то клубе Игорь напился в хлам, пристал к девчонке, устроил драку, отхватил от кого-то по морде, упал, ударился виском об угол стола и умер до приезда скорой.

Влад долго сидел на своем балконе, жалея, что не узнал у Игоря, каким образом он оказался в «Парусе», ведь обещал прийти к ним в «Пионер», кто еще был с ним. Какой-то червячок сомнения грыз его. Не мог он поверить, что Елена кому-то танцевала приват, тем более Игорю. Она терпеть его не могла.

***

«Счастливая» семейная жизнь продолжалась долгих два года. В какой-то день Влад пришел к отцу.

- Отец, я хочу развестись с Элен.

- Нет, - отрезал отец. – Только попробуй, щенок. Я делаю для тебя все, нашел тебе выгодную партию, а ты?

- А что я? Тебе нравится Элен, так сам женись на ней. Ты же разведен с моей матушкой. Кстати, как она? Не скучает ли по сыночку?

Отец замахнулся, чтобы врезать ему, но на этот раз Влад не стал терпеть, перехватил его руку, завернул за спину.

- Послушай, дорогой папа, - прошипел он ему на ухо, удерживая вырывающегося отца, - мне надоело жить твоей жизнью. Я не могу больше так. Я хочу жить сам.

- Я лишу тебя наследства, вычеркну из завещания, - лицо отца покраснело от натуги. Годы брали свое.

- Плевать. Завтра я напишу заявление на развод. Что вы со своим Глебом будете делать – мне откровенно насрать. В ваши игры я больше не хочу играть, я не пупс, которого можно посадить куда угодно, и он будет ждать, когда его снова возьмут, чтобы поиграть с ним. И я ухожу из твоей компании. Мне не нравится то, чем вы занимаетесь.

- Ты не посмеешь. Я не шучу, я лишу тебя всего.

- Лишай. Мне пофигу.

Он оттолкнул от себя отца, тот сделал два шага вперед, чтобы не упасть, потирая руку.

- Запомни, щенок, ты еще приползешь ко мне на коленях, будешь вымаливать у меня прощения. А я посмотрю, стоит ли тебя прощать. Да, у меня нет больше детей, но и такой сын мне не нужен.

Влад вышел из квартиры отца, сел в свою машину, долго думал, куда поехать. Возвращаться в квартиру, где его ждала Элен, не хотелось. Видеть ее обколотое гиалуронкой лицо, надутые, как у утки губы было противно. Через пару минут размышлений, он завел двигатель и выехал из подземного гаража, нашел гостиницу, где были свободные номера. На следующий день он подал заявление в ЗАГС на развод. Когда Элен узнала об этом, она оборвала ему телефон, пришлось просто закинуть ее номер в бан. Стал звонить ее отец.

- Глеб, да, я развожусь с Вашей дочерью. Просто я не могу быть ее мужем, я не люблю ее. Не хочу портить жизнь такой замечательной девушке. Пусть она найдет свое счастье с другим. И не надо орать на меня. Я не горел желанием быть ее мужем. Это Вам был нужен этот брак, а не мне.

- Да ты представляешь, щенок, что я могу с тобой сделать? – даже из трубки было слышно, как беснуется тесть.

- Не представляю. Но на Вашего «щенка» хочу ответить. Мне давно пора становиться волкодавом, а не подвывать вам с моим папашей. Можете пожениться между собой. Это сейчас очень модно. Я не буду возражать.

Влад смотрел на свое лицо в отражении зеркала. На него смотрел молодой мужчина с холодным тяжелым взглядом серо-зеленых глаз. Он мало походил на того Влада, который был когда-то влюблен в прекрасную Елену. Пора менять свою жизнь. Снова менять, не оглядываясь назад.

На следующий день Влад заехал домой. Ему повезло, Элен не было дома. Он спокойно собрал свои вещи, забрал свой рабочий ноут, потом оставил ключи в прихожей и ушел, закрыв за собой дверь в прошлое.

Из компании отца его отпустили без отработки. С отцом он даже не встречался. Просто в кадрах ему отдали документы, он попрощался с девчонками и вышел на улицу, глубоко вдохнул. Вчера у Влада возникла мысль, которая сегодня обрела конкретные формы. Оставаться в столице, где отец может подгадить ему даже в мелочах, не хотелось. Недавно он познакомился с одним молодым парнем, всего на год старше его, из Твери, у которого был свой небольшой бизнес. Вчера он созвонился с Андрюхой, тот обрадовался и сказал, что будет его ждать с нетерпением.

Влад подошел к своей машине, которая стояла прямо перед центральны крыльцом небоскреба, завел двигатель и направился в Тверь, по дороге заехав в адвокатскую контору и оставив молодому парню адвокату доверенность на ведение его дела по разводу с Элен. Видеться с ней он не хотел. Делить им нечего, все что у них было, кроме машины, он оставил бывшей жене.

К вечеру он въехал в Тверь, нашел адрес Андрея. Тот жил в обычной многоэтажке в двухкомнатной квартире. Влад не привык к таким квартирам, но даже не показал виду. Андрей накормил его ужином, потом они долго сидели в кухне и обсуждали свои будущие проекты. Получалось совсем не плохо.

***

Через два года фирма «Альфа», которую они заново создали с Андреем, пошла на подъем. Он купил себе небольшую квартиру, съехал от друга, чтобы не мешать, так как у Андрея появилась девушка. К удивлению Влада, отец не стал гнобить его или мешать по бизнесу. Он просто делал вид, что у него нет сына. Первое время ему названивали Глеб и Элен, которые требовали вернуться. Но через полгода после отъезда Влада Глеб умер от сердечного приступа в сауне в объятиях молодой любовницы. Элен пыталась надавить на жалось, говорила, что без него она пропадет, просила вернуться или обещала приехать к нему, но Влад просто послал ее на древнерусском быстро доходчивом. Еще через полгода узнал от общих знакомых, что Элен уехала куда-то заграницу с новым мужем. В личной жизни Влада наступила тишина.

Глядя на Андрея, который успел жениться на своей любимой, Влад стал задумываться, что может и ему пора найти какую-нибудь девушку. На одной из выставок, куда его затащил Андрей со своей женой, он познакомился с Полиной, молодой художницей. Она была вся такая воздушная, какая-то отрешенная от мира, с ней было легко, свободно…до тех пор, пока Влад не предложил ей встречаться. Полина сразу же переехала к нему в квартиру и уже через месяц он не узнавал свое жилище. На все его претензии, что он не любитель абстракционизма, Полина отвечала, что сейчас это самая модная тенденция, что он ничего не понимает. С Полиной он продержался год, потом сказал, что больше так не может и хочет расстаться. Уходить от него Полина не захотела, стала устраивать скандалы с битьем посуды, попытками суицида, вызовом скорой и полиции. В какой-то момент Влад не выдержал, просто вновь собрал свои вещи и ушел из своей квартиры, оставив ее Полине. Девушка была категорически против их расставания, преследовала его повсюду, писала на его всевозможные заявление в прокуратуру, которая в скором времени уже просто отписывалась от ее жалоб. Владу приходилось даже обращаться к органам правопорядка, чтобы вывести Полину из офиса, куда она являлась, чтобы закатить очередную истерику.

- Влад, может ее в психушку сдать? Она ведь становится опасной, - как-то сказал Андрей, когда Полина в очередной раз подловила Влада на парковке возле из офиса.

- Да кто ее возьмет? Там такие заморочки, чтобы сдать человека в психушку. Но ты прав. Она опасна. Я бы давно уехал отсюда, может, филиал где-нибудь откроем? Подальше отсюда, где-нибудь за Уралом?

- Она тебя везде найдет, - как-то невесело хохотнул друг.

Через два дня Андрей сказал.

- Влад, в столице будет трёхдневная конференция по нашему профилю. Вчера получил приглашение, день приезда - понедельник. Предлагаю съездить тебе туда, может что-то новое узнаешь, что нам пригодиться, потолчешься, познакомишься с кем-нибудь выгодным. Кстати, могу предложить парочку фирм из других регионов, думаю, можно будет заключить с ними выгодные контракты. Да еще хоть отдохнешь от своей Полины пару дней.

- Согласен. Я возьму еще парочку дней, чтобы просто побродить по столице. Может, кого и найду, встречусь с парнями.

- Хорошо. Тогда оформляй командировку, я пока тебе сведения по фирмам подготовлю.

Глава 5

Глава 5.

Звонок внутреннего телефона заставил Елену отвлечься от бумаг. Она крутанула шею, разминая мышцы, подняла трубку:

- Слушаю.

- Ленок, зайди ко мне, - раздался в трубе голос дяди.

- Прямо сейчас? До вечера не ждет? – капризно ответила Елена. Подниматься от бумаг не хотелось, она поймала удачную мысль, хотелось додумать ее до конца.

- Нет, дорогая племянница, через неделю, - ответил дядя. – Быстро ко мне. Хоть ноги свои разомнешь, а то скоро врастешь своей задницей в кресло.

- Ладно, не ворчи, иду, - ответила она с улыбкой, поднимаясь с кресла.

Она любила своего дядю, который им с мамой стал настоящей опорой в жизни. Мама последние годы сдала, стала часто ходить по врачам. Работать так, как работала раньше на двух работах уже не могла. Ее попросили уйти из магазина, так как слишком часто уходила на больничный. Она подрабатывала в школе техничкой и стеснялась своей «должности». Елена убеждала маму уйти с работы, но та постоянно отвечала, что тоже хочет заработать хоть какую-нибудь копейку, что ей стыдно сидеть на шее дочери. Год назад мамы не стало и они с Борисом остались одни.

Своего отца Елена никогда не знала, его заменил дядя Боря, который после смерти родителей взвалил на себя ответственность за свою сестру и ее дочь. Пусть он был младше мамы на два года, но казалось, что он гораздо старше, опытнее. Именно он выбрал Елене спецшколу с углубленным изучением некоторых предметов. «Ты мне потом спасибо скажешь, когда закончишь ее и поступишь в свой институт на госбюджет, - говорил дядя. – Поверь, за этим направлением будущее. Перед тобой откроются вполне реальные перспективы найти свое теплое место». И она слушалась его, закончила на «отлично» школу, с первого раза поступила в институт, продолжала участвовать во всевозможных олимпиадах, разрушая миф, что красивая девушка не может быть умной. Она побеждала практически во всех олимпиадах. И ее заметили, пригласили в столицу. Именно дядя почти насильно заставил ее согласиться на перевод, и Елена нисколько не пожалела. Здесь она получила настоящие капитальные знания, а также, находясь на практике в известных компаниях, как партизан на разведке, посматривала, подслушивала, запоминала все, что может пригодиться в работе.

Когда она училась на пятом курсе, у Елены появилось несколько вариантов, как развить фирму дяди. Они подолгу разговаривали с ним по телефону, она делилась с ним своими планами, мыслями, предложениями.Большинство из них дядя попробовал в своей работе, и фирма пошла вверх. К окончанию Еленой института его фирма заняла прочное место в своем регионе.

- Ленка, возвращайся домой, - говорил дядя, - мне твоя помощь и твоя умная голова здесь очень даже нужны. Помощь по телефону – это, конечно, хорошо, но твое личное участие будет просто замечательно. Мы с тобой такое натворим, что нам будут завидовать. Что там твоя столица, мы здесь свою столицу создадим.

- Дядь Боря, пока не знаю, - отвечала девушка. – Я бы хотела себя здесь попробовать. Есть парочка вариантов. Пока сама ничего не знаю и обещать не буду.

- Ладно, Ленка, смотри. Но помни, что я тебя всегда жду.

После института Елена забрала свой диплом и документы, приехала домой. Мама была так рада ее возвращению, что просто проплакала весь вечер, а дядя пытался расспросить племянницу, с чего это она решила оставить свою столицу. Елена никому из них не стала рассказывать о своей разбитой в хлам любви и разорванному в клочья сердце. «Я просто соскучилась по вам», - ответила она родственникам.

За шесть лет, что прошли с окончания института, они с Борисом Павловичем подняли свою фирму еще выше. Теперь у них был свой солидный офис в центре города, их узнавали, с ними здоровались, с ними хотели сотрудничать. Дядя был генеральным директором, Елена его заместителем. Когда он объявил об этом сотрудникам, кто-то кривился, долго не воспринимал Елену, как своего руководителя, кто-то откровенно саботировал ее решения. После волны увольнений, которые последовали после очередного демарша одного из отделов фирмы, остальные задумались о своем будущем. Найти такую-же хорошо оплачиваемую должность было просто невозможно. Скоро все поняли, что Елена не просто племянница Бориса Павловича, которую он взял на должность своего зама из-за родственных связей, а вполне серьезный руководитель, который не побоится принять решение и взять на себя ответственность, поставить наглеца на место и указать направление правильного движения.

Год назад неожиданно умерла мама Елены. Она просто утром не проснулась. Лена и Борис еще больше сплотились, кроме них самих другой родни у них не было. Борис Павлович так и не женился, а Елена долгое время не могла смотреть на мужчин. Ей все время казалось, что очередной парень, который вдруг понравится ей, также будет стоять, сложа руки на груди, и смотреть на нее с презрением, обвиняя не понятно в каких грехах.

Около полугода назад Елена познакомилась с Антоном Говорлицким, репортером какой-то газеты региона. Он пришел к ним в офис, чтобы взять интервью у Елены и ее дяди. Борис переложил эту обязанность на племянницу, сам поспешил скрыться в своем кабинете. Молодой мужчина понравился Елене. Он чем-то напомнил ей Влада, такой же высокий, с копной темно-русых волнистых волос, которыми очень гордился. Это было заметно по тому, как он проводил рукой по своим волосам, как встряхивал ими во время разговора. Они беседовали очень долго, потом Антон пригласил ее на ужин, так как рабочий день уже закончился. Он был внимательным и милым. Елене показалось, что его чувства к ней искренни. Через месяц после знакомства он предложил встречаться. У него была своя небольшая однокомнатная квартира, заваленная какими-то книгами, журналами, печатными изданиями – типичная холостяцкая берлога. Елена со смехом помогла Антону убраться в квартире. Два дня она выгребала из-под шкафов, дивана, кресла старые носки, какие-то непонятные вещи, которые потеряли свой первоначальный вид, смела отовсюду пыль, которой было столько, что понадобилось бы мешка три, чтобы всю ее вынести. Перестирала всю его одежду и постельное белье. Со временем она сделала в его квартире косметический ремонт.

- Лена, если бы не ты, я так бы и помер в своей берлоге, задохнулся от пыли, - смеялся Антон.

- Надеюсь, что ты снова не запустишь квартиру до такого свинарника, - ответила она на полном серьезе.

Потом она купила ему новый рабочий стол, удобное кресло, крутой комп и нут для работы, обновила посуду в кухне, купила кофемашину, так как они оба были настоящими кофеманами. Понемногу покупала ему новые вещи. Теперь Антон выглядел вполне презентабельно. Как-то он сказал ей, что ему поручили вести колонку светских новостей, так как в таком виде, как он сейчас, его пустят в любую тусовку. Мужчина обнимал ее и говорил, как любит. Антон стал ее первым мужчиной.

Елене казалось, что она стала забывать Влада. Она лежала в темноте квартиры Антона, смотрела в его спящее лицо, но почему-то думала о другом, о том, как бы она хотела оказаться в других объятиях, где ей было так хорошо, уютно, словно дома. Потом она отгоняла от себя эти мысли. Разве она не счастлива с Антоном? Разве он не говорит ей, что хотел бы более серьезных отношений? Разве не заговаривал с ней о семье? Елена медлила отвечать ему. Недавно он вновь за ужином, которые они готовили вдвоем, спросил: «Лен, а когда мы поженимся?» Она попросила месяц на раздумье. Мужчина нахмурился, потом улыбнулся: «Ты у меня такая необычная. Я буду ждать твоего «да».

Этот разговор был два дня назад, потом Антон уехал куда-то в район на интервью.

***

Елена вошла в кабинет Бориса Павловича.

- Заходи, садись. Есть дело на пару миллионов, - пошутил дядя.

Елена молча вопросительно смотрела на него.

- В пятницу вечером мы с тобой едем в столицу на конференцию по нашему профилю. На три дня. Представь – ты три дня в столице!

- Ну и зачем мне это нужно? – спросила Елена, откидываясь на спинку кресла. – Ты сам прекрасно без меня справишься.

- Ой, да что ты, - замахал руками дядя. – Я же в этой столице заблужусь. Да и кто будет привлекать нам новых партнеров? Ты своей красотой или я своим пузиком?

- Я давно тебе говорила – ходи в спортзал, - улыбнулась Елена. И правда, дядюшка был похож на колобка, невысокого роста, с круглой головой, пухлыми ручками, небольшим пузиком и крайне добродушным лицом, как у мультяшного Колобка.

- Это все наследственность, - отмахнулся он. – Это ты непонятно в кого такая красавица пошла. А мы с мамкой твоей все в своих родителей. Ну ладно, мы сейчас не об этом. У меня есть кое-какие планы на этот слет юных предпринимателей. Там будет парочка фирм, с которыми бы хотелось заключить контракты. Говорить по телефону – это одно, а переговорить лицом к лицу – это совершенно другое. Пока я буду налаживать связи, ты будешь слушать то, что говорят другие. Может, что-то умное услышишь. Так что собирайся. В пятницу выезжаем.

- Так это же завтра? – удивилась Елена.

- Ну а я о чем говорю – времени осталось совсем немного. Мне еще надо оставить ЦУ нашему заму. Все, иди, не мешай работать. Кстати, можешь написать еще дней пять к этому, побродишь по столице, отдохнешь, поймешь, что лучше жить дома.

Елена засмеялась. Дядя прав. Она почти все это время не была в отпуске. Пару дней за городом не считается. Хотелось просто уехать к морю, повалятся на теплом песке. Или отправиться в горы. Или сплавиться по реке. Таких туристических маршрутов сейчас столько – выбирай любой. Провести несколько дней в столице было бы неплохо. Она любила этот шумный город со своей вечной толчеей, задумчивыми лицами прохожих, пробками на дорогах, шумным метро. А еще хотелось просто прогуляться по паркам, где когда-то гуляла с Владом. Интересно, где он сейчас, что с ним, женился или нет?

Она вновь отругала себя, что мысли о нем постоянно лезут в голову. У нее есть Антон, которому она должна скоро дать ответ.

Вечером она пришла в свою квартиру, которая осталась ей после мамы. Она сделала небольшой ремонт, так как обои давно обветшали, паркет в комнате протерся, оконные рамы рассохлись и зимой через щели задувал холодный ветер. Она подобрала почти такие же обои, как у них были раньше, оставила почти всю мебель, отреставрировав ее, только заменила на кухне старый гарнитур, купила все, что так необходимо любой хозяйке, чтобы сделать ее труд легче. Елена любила готовить, поэтому теперь у нее была плита последнего поколения, кофемашина, ну и прочие мелкие радости. Возвращаясь домой, ей казалось, что сейчас к ней выйдет мама, закутавшаяся в теплую шаль, обнимет ее, поцелует, скажет: «Быстро мой руки, иди в кухню. Опять весь день голодная».

Елена быстро поужинала, потом позвонила Антону. Тот обрадовался.

- Привет, Елена-прекрасная. Я рад слышать тебя.

- Привет. Как у тебя дела? Скоро домой?

- Да тут еще придется задержаться. Нарыли кое-какие интересные факты, хочется отработать по полной. Вернемся во вторник или среду. А ты уже соскучилась?

- Соскучилась, - она улыбнулась, представив, как он сейчас проводит рукой по своим роскошным волосам. Он всегда так делал, когда говорил с ней. – А мы с дядей в пятницу в столицу едем, на конференцию. Нас не будет неделю или две. Точно сказать не могу, как дела пойдут. Но неделю нас точно не будет.

- Жаль, - с грустью сказал Антон. – Я вернусь домой, а тебя не будет. Но ты обещаешь, что будешь звонить мне?

- Обещаю.

- Ладно, ты извини, у нас через пять минут назначено короткое совещание.

- А ты с кем там?

- Как с кем? С еще один коллегой и нашим фотографом. Ты их всех знаешь. Будем совещаться, как лучше раздобыть самые горячие факты. Ну все, целую тебя. Не скучай.

И Антон первым отключил телефон. Елена улыбнулась. Она все больше склонялась к тому, что по возвращении из столицы она ответит ему «да». Хватит уже страдать по тому, кто растоптал ее. Ей целый год пришлось собирать себя по частям. Мама видела, что ей трудно, пыталась поговорить, но Лена только улыбалась маме, отвечала, что у нее все хорошо, не стоит ни о чем беспокоиться. А хмурая? Потому что думает, как организовать фирму, чтобы было больше денег. О Владе она никому не рассказывала. Он уехал, значит уехал. Она не будет бежать за ним, звонить и следить за его жизнью. Пусть он живет так, как того заслужил.

Елена почти сразу поняла, что этот гнида Игорь виноват в том, что Влад так повел себя. Ведь он кричал ей, что отомстит, что она еще пожалеет. А до этого сколько раз он в институте подкатывал к ней. «Ленка, ну зачем тебе этот Влад? Ты думаешь, он любит тебя? Да у него таких, как ты, море. Каждая из этих, - он махал рукой, - готова бежать за ним по щелчку его пальцев. Ты посмотри на нашу красотку Ангелину, она спит и видит себя рядом с Владом. Могу сказать, что он поимел ее пару раз, но потом вышвырнул. Ты хочешь, чтобы и с тобой он также – поимел и выбросил? Думаешь, он будет тебя любить? Ты же девка красивая, чего тебе от него ждать. А я вот, рядом. Давай сегодня сходим куда-нибудь?» Сколько раз Лена говорила Владу, что ей не нравится Игорь, но Влад продолжал с ним общаться. А когда она врезала ему в клубе по яйцам, решил отомстить таким подлым способом? Что он наговорил Владу?

Она помнила, как в тот вечер в клубе собралось столько народу, что все столики были заняты, на улице еще стояла толпа народу, которые хотели попасть в клуб. Девчонки-официантки сбивались с ног. Она тоже носилась со скоростью электровеника, торопилась обслужить свои столики. За одним из них оказался Игорь с какой-то компанией. Он пил алкоголь, как воду, хватал ее за руки, требуя, чтобы она села рядом с ним за столик. Кое-как ей удавалось успокоить его. Но в кой-то момент она вышла из кухни, чтобы сходить в служебный туалет. Как на зло, сегодня перегорела одна из ламп, в коридорчике стоял полумрак. Она не успела дойти до двери туалета, как ее схватил Игорь, дыша ей перегаром прямо в лицо, старался поцеловать: «Если бы ты знала, как я хочу тебя трахнуть. Я долго этого хотел. Ну что тебе стоит один раз дать мне? Ты же трахаешься со своим Владом, так чем я хуже? Ты попробуй, узнаешь, что я лучше его. Я много чего умею. Ну давай же, поцелуй меня».

Он жарко дышал ей в лицо, одной рукой крепко держал ее за талию, прижимая к себе, второй пытался расстегнуть рубашку, оторвал несколько пуговиц. От его напора Елена на какое-то время потерялась, но потом стала сопротивляться. «Ну сопротивляйся. Ты меня этим еще больше заводишь», - шептал ей в лицо Игорь. Елене удалось чуть отстраниться от него и со всей силы врезать ему коленом по мужскому достоинству. Он зарычал, глаза налились кровью. Елена пыталась убежать от него, но коридор был слишком узким, он перехватил ее, со всей силы толкнул в стену, она большо ударилась спиной. «Ты что творишь, гад. Я позову охрану». «Зови, я им скажу, что мы с тобой давно трахаемся. Только сегодня ты почему-то не хочешь». Он засмеялся, выпрямляясь. Елена вновь сделала попытку сбежать, со всей силы оттолкнула его, но снова Игорь схватил ее за рубашку с силой дернул так, что просто порвал ее на спине. «О! какая милая татуха. А ты у нас еще та затейница», - рассмеялся он еще громче. Елена набрала в грудь воздуха, чтобы закричать, но кто-то из ребят охранников уже спешил к ним. Сильным ударом охранник отправил Гнидошина на пол. К ним подошел еще один, быстро осмотрелся, потом снял с себя пиджак, накинул на Елену, которая пыталась удержать на плечах остатки рубашки. Охранники подняли с пола оравшего Игоря и потащили на выход.

Елена передернула плечами, когда картина произошедшего вновь всплыла в ее памяти. Вновь волна боли и обиды прошла по телу. Что такого мог этот гнида сказать Владу?

Глава 6

Глава 6.

Столица встретила Елену и Бориса Павловича легким ветром и приятной температурой. Было начало осени, но температура еще радовала прохожих. Они быстро добрались до «Измайлово», заселились в своих номерах. Оказалось, что номер Елены на восьмом этаже, Бориса – на десятом. Он посмеялся – «я, как главный босс, должен быть выше тебя». Вечером они вышли из гостиницы, немного прогулялись вокруг.

- Надо будет зайти, - показал рукой на кремль, который находился рядом. – Понастроили тут всякого.

- Я там была. Ну ничего так, - Елена пожала плечами. – Там даже есть музей водки. Там есть чучело медведя, который предлагает выпить с ним.

- Вот! Возьму балалайку, точно пойду туда. Но не сегодня. Сейчас домой и спать. Завтра трудный день. Нам нужны будут силы.

Елена вернулась в гостиницу, выпила чай, потом долго смотрела в окно, которое выходило в сторону метро. Возле него, как всегда, толпился народ, спеша в теплое нутро подземки. В памяти проходили картины, как они с Владом ходили в Измайловский кремль, бродили по его музеям, пили горячий напиток в какой-то кафешке. Было хорошо, спокойно, словно они всегда должны быть вместе.

***

Конференц-зал находился в историческом центре столицы. От метро пришлось долго идти пешком. Они успели к самому началу, быстро зарегистрировались и прошли в зал. Было много народу. Борис потянул Елену за руку, заметив пару свободных мест на задних рядах. Елена достала планшет в надежде, что услышит что-то полезное. Но сегодня ничего нового она для них не было. Они просидели до обеда, потом объявили перерыв.

- Пойдем, неподалеку есть кафе, - сказала Елена, а то здесь будем стоять в очереди и еще нам может ничего не достаться.

Борис Петрович кивнул, и они вышли из конференц-зала. Солнце уже светило во всю, хотя на небе собирались тучки.

- Не хватало, чтобы дождь пошел, - пробурчал дядя. – Зонтов мы с собой не взяли.

- Придется сидеть в зале и ждать, когда он закончился, - улыбнулась Лена.

Они быстро дошли до кафе, сделали заказ, который им принесли довольно быстро.

- Знаешь, если и завтра будет такая же нуднятина, то я очень пожалею, со приехал сюда, - проговорил дядя, заканчивая свой обед. – Постараюсь сегодня узнать, кто приехал от тех фирм, которые нам нужны.

- Дядь Борь, а можно я не пойду туда? – как в школе законючила Елена. – Сегодня явно ничего толкового не скажут. А завтра обещаю, что выслушаю все, что говорят. Даже буду записывать.

Мужчина улыбнулся, покачал головой.

- Вот не была бы ты моей племянницей, заставил бы идти с собой. А так фиг с тобой, беги. Вечером зайди ко мне.

Они разошлись. Елена долго гуляла по улицам, которые полюбила еще с институтских времен, доехала до клуба «Парус», постояла, но не стала заходить. На входе были какие-то незнакомые парни. Уже поздно вечером она вернулась в гостиницу, поднялась сразу к дяде. Тот сидел весь обложенный какими-то бумагами.

- Ничего интересного ты не пропустила, - махнул рукой на ее вопрос. – Говорят, что самое интересное будет завтра и послезавтра. Сегодня так – пристрелка, оргвопросы. Но зато я нашел парочку представителей нужных нам фирм. Вот, получил от них предложения, сижу изучаю. Поможешь старику?

Они быстро просмотрели предложения о сотрудничестве, выбрали два самых привлекательных. Потом Елена ушла к себе. Что-то крутилось у нее в груди, какое-то предчувствие, но хорошее или плохое понять не могла.

Сон долго не шел, снова какие-то мысли лезли в ее голову. Уже засыпая, она вспомнила, что не позвонила Антону. Решила позвонить завтра.

В этот день они приехали с дядей немного раньше, до начала конференции оставалось минут двадцать. Дядя кого-то высматривал в толпе, потом кому-то махнул рукой.

- Подожди меня, я сейчас. Займи нам места, - проговорил он скороговоркой и смешался с толпой.

Елена еще раз осмотрела эту разношерстную толпу участников. Женщины постарались надеть на себя все самое лучшее сразу, чтобы впечатлить других, мужчины красовались дорогими часами, брендовыми галстуками. Елена усмехнулась про себя: «ярмарка тщеславия». Она сама оделась просто, удобно – трикотажный брючный костюм стального цвета, черная водолазка, черные туфли на каблуке. Из украшений у нее был только серебряный кулон. Свои волосы она давно коротко подстригла, просто закалывала челку, которую ее мастер оставила длинной, заколкой, которую ей подарил Влад. Она всегда была с ней. Елена и сама не могла понять, почему постоянно носит ее – или не хочет забыть свою любовь или хочет не забывать, как Влад растоптал ее? Каждое утро она крутила ее в руках, раздумывая, закалывать ею волосы или нет, и каждый раз решительно закалывала челку. Только снимала ее, когда шла к Антону домой. Чтобы между ними не стоял Влад.

Елена заняла два места где-то в середине зала, нашла глазами дядю, махнула ему рукой. Он кивнул, давая знать, что увидел ее. Она села на свое место и стала осматривать собравшихся. Вдруг ее сердце остановилось, казалось, что оно не билось целую минуту. Потом застучало с такой скоростью, что Елена приложила руку к груди, желая успокоить разбушевавшийся орган. Ей показалось, что она увидела Влада. Он разговаривал с какими-то мужчиной и женщиной, улыбался, но его улыбка была не естественной, вынужденной. Потом он отошел от них, тоже осмотрел зал. Его взгляд встретился со взглядом Елены. На мгновение мир вокруг них замер. Не были никого, ни этого зала, ни шумящей толпы. Только они и их взгляды. Елена первой взяла себя в руки, отвела взгляд, открыла принесенной с собой планшет, стала делать вид, что очень занята. Она больше не смотрела в сторону, где видела Влада, но чувствовала на себе его взгляд.

Рядом оказался дядя, который с довольным видом занял свое место.

- Я нашел еще парочку представителей. После всей этой болтовни договорились встретиться в зале переговоров. Ты со мной? Эй, что с твоим лицом? Ты словно приведение увидела?

- Все хорошо. Просто…душно здесь, - с трудом Елена нашла, что ответить.

- Ладно, потом поговорим, в перерыве, - сказал дядя, не сводя взгляда с ее побледневшего лица.

Все время до перерыва Елена не слушала то, что говорят с трибуны. Ее мысли метались, крутились вокруг Влада. Что он здесь делает? Зачем ему эта конференция, разве компания его отца нуждается в чем-то подобном? Потом она вспомнила его лицо. Влад изменился. Сильно. Он не был похож на того красавчика-мажора, пресыщенного жизнью. Не был похож на того Влада, который обнимал ее, нежно целовал и говорил, что любит. Его лицо стало жесткой маской, без красок, без улыбки. Только тяжелый взгляд, от которого хотелось согнуться и убежать. Что он тут делает? Как ей быть, если он вдруг подойдет к ней? Говорить с ним или нет? Елена накрутила себя до такого состояния, что ей вдруг все стало совершенно пофигу. Ну вот прямо как отрезало. Не она виновата, не она смотрела тогда с презрением и бросала слова ему в лицо. Не она выбросила из машины белые розы, по которым потом она шла, желая растоптать беззащитные бутоны. Не она уехала, так ничего и не сказав, не объяснив. Ей бояться нечего.

Объявили перерыв. Дядя тут же подскочил.

- Ленок, ты обедать пойдешь? Если что, я нет. Я договорился в обед встретиться кое с кем. Ну ладно, я побежал.

Она не успела ответить, как Борис Петрович уже скрылся за спинами суетящихся участников конференции. Девушка поднялась, прошла в нишу, где стоял кофейный аппарат, выбрала себе черный кофе, взяла стаканчик и отошла в дальний угол для переговоров, присела на диван, надеясь, что Влад не найдет ее здесь. Она была совершенно спокойна, на столько, что открыла на планшете читалку и нашла какую-то книгу, которую давно хотела почитать. Она пила кофе мелкими глотками и листала страницы. Книжка оказалась не такой плохой, даже увлекла ее. Мимо ходили какие-то люди, переговаривались между собой, Елену никто не трогал. Вдруг рядом с ней кто-то присел на диван.

- Ну здравствуй, Елена. Не ожидал тебя здесь увидеть?

Она не ответила, только оторвалась от чтения, сделала глоток кофе и спокойным, как ей хотелось думать, взглядом посмотрела на Влада. Внутри появился какой-то холодок, все мелко затряслось. Но она заставила себя успокоиться.

- И как это работница клуба попала в столь высокое общество?

- Почему сотрудница клуба не может попасть сюда? Разве это кем-то запрещено? – Елена вопросительно подняла бровь, стараясь, чтобы ее лицо не «мигало».

Она видела, как он хочет обидеть, ударить ее словами побольнее, чтобы что? Чтобы сделать больно самому себе? Елена снова всмотрелась в его лицо. Жесткая маска опасного хищника, в глазах мужчины зарождалась ярость.

- Ты где сейчас? – спросил Влад через долгую паузу.

- Сейчас? – она усмехнулась. – Здесь. Сижу читаю книгу.

- Нет, ты где сейчас живешь?

- Далеко.

- Лен, знаешь, нам надо поговорить, - с каким-то надрывом в голосе проговорил Влад.

- Зачем? Разве ты мне тогда не все сказал? По-моему, было все предельно ясно. Ты высказался обо мне все, что думаешь, приказал никогда больше не появляться в твоей жизни. Я исполнила твой приказ. Что еще ты хочешь? Ты нашел себе достойную женщину, чтобы не стремилась в твою постель, как я, женился? Надеюсь, что сейчас ты счастлив.

Голос Елены звучал ровно и холодно. Она сжимала в руке пластиковый стаканчик с остатками кофе, стараясь, чтобы Влад не заметил, как дрожит ее рука.

- Да, я был женат, но это все не то, - он как-то грустно ухмыльнулся и покачал головой. – Скажи, а ты…

Влад не успел договорить, как у него в руке зазвонил смартфон. Елена успела заметить, как на экране появилось имя абонента «Полина».

Влад резко поднес смартфон к уху, отвернулся от Елены, чтобы она не видела его лицо.

- Слушаю, говори быстро, я занят, - довольно резко ответил он на звонок.

Елена не стала дожидаться, пока Влад поговорить со своей девушкой, поднялась и пошла в зал. Внутри все тряслось мелкой дрожью, ноги отказывались ее держать, хотелось просто упасть здесь между рядами и зарыдать в голос. Неужели она могла подумать, что Влад будет ждать их встречи? Он тогда прямо сказал, что такие лживые как она ему не нужны. Он сам только что сказал, что был женат. Значит нашел ту единственную, которая никогда не обманет его. Полина. Кто это? Его жена или любовница? Как тогда говорил ей Гнидошин: «…у Влада столько девок, что не сосчитать. Почти все они побывали у него в постели». Вот только она так и не оказалась там. Он и сам не предлагал ей что-то большее, чем просто объятия и поцелуи. Он словно берег ее, хранил. А для чего? Чтобы потом вот так бросить? Не хотел заморачиваться, чтобы она потом не бегала за ним со словами: «Влад, я отдала тебе свою невинность, ты должен жениться на мне»?

Елена нашла Бориса, который разговаривал с какими-то представительными мужчинами.

- Ленок, тебе опять плохо? – он всматривался в ее побледневшее лицо.

- Да, что-то неважно себя чувствую. Давление, наверное, скачет. Борис Павлович, я пойду домой? Вы сможете тут без меня?

- Иди, - он кивнул головой. – Если что – звони. Или скорую вызови.

- Да сейчас все пройдет. Выйду, подышу свежим воздухом, отпустит.

- Ну смотри, дорогая. Я вернусь только поздно вечером.

Она кивнула головой и направилась к выходу. Народ стал возвращаться с перерыва, на входе образовалась небольшая пробка. Она обернулась, заметила, как Влад мечется по залу, словно кого-то ищет. Елена поспешила смешаться с толпой и вышла из зала. На улице наступила приятная прохлада. Пока они были в зале, пошел дождь. Она несколько раз глубоко вздохнула. Дрожь стала утихать понемногу. Она дошла до остановки транспорта, не глядя, села в какой-то автобус, проехала несколько остановок, потом вышла и пошла по улице. Несколько раз дядя присылал ей сообщения, беспокоился о ее здоровье. Она ответила, что ей стало лучше, она решила просто прогуляться по воздуху.

В гостиницу Елена возвращалась в наступающих сумерках. Возле метро в небольшом павильоне она купила горячую выпечку, в соседнем магазинчике колбасную нарезку, хлеб. Она долго бродила по улицам, разговаривая сама с собой, спрашивая, правильно ли она сделала, что ушла и не поговорила с Владом. И ответила, что все сделала правильно. И снова, как казалось, спокойствие нашло на нее, она даже улыбнулась, пока поднималась в лифте, прижимая к груди бумажный пакет с ароматной выпечкой, представляя, как сейчас примет душ, сделает чай и поест.

Лифт тренькнул на ее этаже, распахнул створки. Она вышла в коридор, повернула к своей комнате, которая находилась в конце коридора. На душе было спокойно, словно она отлично отдохнула. Свободной от пакетов рукой она достала свой смартфор и быстро набрала дяде сообщение: «я дома, со мной все хорошо. Сейчас в душ и спать. Завтра встретимся». Она дошла до своей комнаты, достала ключ-карту, хотела уже приложить к замку, как от окна к ней вышел мужчина.

Он молчал, Елена тоже молчала. Влад взял из ее руки ключ-карту, открыл дверь. Елена молча прошла в свой номер, сложила покупки на стол, стоящий у окна. Влад молча прошел к окну, уперся бедрами о подоконник, сложил руки на груди.

- Лена, нам надо поговорить, - проговорил он наконец глухим голосом.

- Хорошо, раз надо, то обязательно поговорим. Только подожди немного. Я только что вернулась. Устала. Хочу принять душ, смыть с себя пыль. Ты пока сделай чай и пару бутербродов. Я ужасно голодная.

Девушка достала из шкафа спортивный костюм, сменное белье и направилась в санузел, а Влад остался стоять у окна, внимательно наблюдая за ней. Елена долго стояла под струями воды. Страха и злости больше не было. Была какая-то усталость. Может, Влад прав? Им надо поговорить, выяснить все, а потом закрыть эту страницу жизни. Наконец она выключила воду, полотенцем высушила свои короткие волосы, оделась и вышла в комнату. Влад уже заварил два стакана чая, выложил на тарелку бутерброды, выпечку.

- Давай сначала поедим. Я просто жутко как хочу есть.

Елена взяла один стакан, обернув его полотенцем, взяла бутерброд и села на кровать, давая взглядом понять, что предлагает присоединиться к ней. Влад каким-то отрешенным взглядом смотрел на оставшийся стакан с чаем, потом взял его, обжегся, резко поставил его на стол, от чего чай выплеснулся на поверхность.

- В столе есть салфетки, - спокойно проговорила Елена.

Влад нахмурился, достал салфетку, быстро вытер лужицу. Потом также, как Елена обмотал стакан салфеткой, сделал глоток.

- Лена, скажи, почему ты так с нами поступила? – в его голосе было столько боли, что Елена невольно всмотрелась в его лицо, желая понять, о чем он говорит.

- Как так? Ты мне скажи, я ничего не понимаю, - стараясь, чтобы ее голос не хрипел, ответила она.

- Почему ты обслуживала каких-то других мужиков. Ты же для меня была…я же любил тебя, хотел в тот день сделать предложение, - он невольно потянулся рукой к груди, словно хотел проверить, на месте ли то кольцо, которое он повесил на цепочку и никогда не снимал, даже после скандалов с женой и истерик Полины кольцо всегда было при нем. Когда ему становилось больно, трудно, он всегда клал ладонь на кольцо, словно ища в нем силу, поддержку и ему становилось легче. – Я же ехал к тебе, был самым счастливым, представлял, как встану перед тобой на колено, ты мне скажешь «Да» и мы поедем в ЗАГС. Ты для меня была такой чистой, словно ангел, я впервые влюбился, влюбился как в последний раз, всем сердцем, всей душой. А ты…

- А что я? – Елена вдруг поняла, что сейчас услышит и хотела услышать. Пусть Влад выскажется. Потом она тоже расскажет ему свою боль.

- А ты…Скажи, ты много получала от своих клиентов? Не противно было с ними? Тебе не стыдно было возвращаться от них ко мне и смотреть на меня, говорить, что любишь?

- Почему мне должно было быть противно и чего я должна была стыдиться? Того, что я работала официанткой, таскала эти тяжелые подносы, мыла потом посуду, полы только чтобы заработать себе денег? Я уже говорила, что у меня не было богатых родителей, а жить мне на что-то надо было. Вот я и работала. Простой официанткой в клубе. Я понимаю, что ты бы стыдился меня. Но знаешь, мне не стыдно. Я хорошо выполняла свою работу. И хорошо за нее получала.

- Официанткой? – казалось, что Влад не мог поверить в то, что услышал.

- Да, простой официанткой, - она кивнула головой и усмехнулась. – Интересно, что тебе такого рассказал Игорек, эта гнида?

- Игорек? – казалось, что Влад в шоке и не может понять, что вся его ненависть, которую он так тщательно лелеял все эти годы, рассыпается в мелкие дребезги.

- Да, твой лучший друг Игорек, который меня в тот вечер чуть не изнасиловал и за это получил по яйцам. Я постаралась врезать ему от души. За это он разорвал на мне рубашку. Наши охранники выкинули его из клуба. Интересно, что он рассказал тебе?

- Мне? – Влад выглядел каким-то заторможенным, никак не мог понять то, что слышит. – Мне он сказал, что ты ему танцевала приват, и что с ним у тебя был бурный секс, что у тебя таких клиентов, как он слишком много.

- У меня? С Игорем? Да я его на дух не выносила. Неужели ты думаешь, что даже если бы я вдруг танцевал что-то, то пошла бы к этому ублюдку? – она невесело усмехнулась. – Теперь я понимаю, как он отомстил мне. Вот же падаль. Ублюдок. Гнида. Знаешь, Влад. Я очень хотела, чтобы моим первым мужчиной был ты. Я была готова стать твоей, даже если бы у нас с тобой больше ничего бы не получилось. Я любила тебя. Ты был для меня всем миром.

- Ты…

- Да, я. Я девственность свою потеряла только полгода назад с мужчиной, за которого собираюсь замуж.

Ее слова разбивали Влада на части, заставляли его гореть в огне боли, которая все это время жила в его груди. Он поверил лживым словам своего друга, не поверил, не доверился любимой. Он заплатил слишком страшную цену за недоверие.

- Твой друг долго подбивал ко мне клинья, пытался убедить меня, что он лучший вариант, чем ты, что ты никогда не будешь любить меня, таких, как я у тебя сотни. Ты не остаешься надолго с одной, поимеешь пару раз и выбрасываешь. За это он просто получил от меня по морде. Я верила тебе, знала, что ты любишь меня и никогда со мной так не поступишь. Я хотела тебе обо всем этом рассказать. Но напомнить, как ты посмеялся надо мной, сказал, что это твой друг, ты веришь каждому его слову. Значит у тебя веры мне не было, - она печально усмехнулась, пожала плечами. - А он долго добивался меня, зажимал на переменах, пытался потискать грудь, залезть мне в штаны. А потом пытался изнасиловать. Но ты даже не стал меня слушать, вновь поверил ему, совершенно не доверяя мне. А знаешь, что еще утром в тот день Ангелина хвасталась всем, как она чудесно провела с тобой вечер, как вы уехали вместе на твоей машине к ней домой, и она показала тебе, что такое настоящая женщина в постели. Она показывала фотки, где обнимает тебя, возле твоей машины. Но знаешь, я ни на мгновение не поверила ей, я верила тебе.

Елена говорила слишком спокойным голосом, словно о том, что уже давно отболело. Просто рассказывала. А Влад поставил стакан на стол, опустился тяжело на стул, опустил голову на свои руки, вцепился в волосы. Он был уничтожен.

- Ты собираешься замуж? – тихо спросил он, не поднимая головы.

- Собираюсь, - ответила Елена, допила чай, поставила стакан на стол, вновь села на свою постель. – Ты же тоже не жил монахом все это время. Сам сказал, что женат.

- Был женат. Развелся три года назад, - он так и сидел, не понимая головы. – Мне было все равно, когда я узнал о твоей…измене, - он сглотнул горячий ком, который мешал ему говорить. – Отец… это был договорной брак. Я никогда не любил свою жену. Мы с ней прожили два года, потом я развелся. Из-за этого, - он как-то зло усмехнулся, поднял голову, выпрямился, - из-за этого мы поссорились с отцом, он вычеркнул меня из наследников. Я ушел из компании отца, уехал в Тверь.

- В Тверь, - Елена покачала головой. – Молодец. Но у тебя сейчас есть женщина. Полина.

- Полина, - он тяжело вздохнул, перевел взгляд куда-то в окно, где уже на небе сгустились сумерки, еще немного и наступит ночь. – Какое-то время мы жили вместе. Потом я решил от нее уйти. А она не хочет меня отпускать. Как-то так.

- Ну что же, - Елена улыбнулась. – У каждого своя жизнь. Я желаю тебе счастья. Влад, ты меня извини, но сегодня я очень устала. Мы с тобой поговорили, все выяснили. Никто из нас не виноват. Встретишь Игорешу, передай от меня привет.

- Не передам. Он сдох, как собака.

- Ну значит судьба у него такая, - ответила Елена. – Всем воздается по заслугам.

- Скажи, ты любила меня? – Влад посмотрел прямо в ее глаза.

Елена долго всматривалась в него, столько было в его глазах боли, что невольно захотелось обнять его, но она только улыбнулась какой-то болезненной улыбкой. Внутри все продолжало мелко дрожать, еще немного и эта дрожь станет слишком явной, вырвется наружу. Елена сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь вернуть то состояние абсолютного спокойствия, которое ей удалось поймать до встречи с Владом.

- Я очень любила тебя. Кроме тебя мне никто не был нужен. Просто я жила тобой. Как-то так.

- Скажи, у нас есть шанс…

Елена не дала договорить.

- Влад, тебе пора, уже поздно. Шанс у тебя был шесть лет назад. Ты мог вернуться и прямо спросить меня, а не бросать мне в лицо обвинения не понятно в чем. Иди, уже поздно.

Влад поднялся. Поздно для чего? Чтобы начать все сначала или поздно, чтобы продолжить разговор? Не прощаясь, он вышел из номера, а Елена схватила подушку, закрыла ею лицо и закричала. Боль, что все это время жила в ее груди, требовала выхода. Все спокойствие, в котором она так пыталась себя убедить, оказалось обычным миражом, который разлетелся при первом же порыве легкого ветра.

Глава 7

Глава 7.

Влад плохо помнил, как вышел из гостиницы, дошел до своей машины, с трудом найдя ее среди таких же железных коней, сел за руль, сложил на нем руки и положил на них голову. Ему надо успокоиться, просто успокоиться, принять все, что сейчас было сказано Еленой. Влад резко выпрямился, резко ударил ладонями по рулю. «Сука! Какой же ты сука. Если бы ты не сдох, я сам бы убил тебя. Своими руками задушил. Тварь. Гнида, - слова вылетали из груди разрывными пулями. - Поверил другу, с которым дружил почти пятнадцать лет, не доверял любимой, с которой встречался чуть больше года. Теперь расплачивайся, козел». У Влада было такое состояние, словно он распадается на мелкие части, после чего он уже не сможет собрать себя прежним. Хотелось орать, но вокруг был город, ходили люди, которые уже начали коситься на его машину.

С трудом удалось взять себя в руки, хотя гнев и отчаяние пытались найти выход. Вдруг гнилая мысль вползла в голову – «а если Игорь не врал»? Требовалось проверить, чтобы до конца убедиться – в чем? Влад и сам не хотел отвечать на этот вопрос. Было страшно получить ответы. Он достал смартфон, нашел клуб «Парус». Оказалось, что он находится где-то недалеко, минут тридцать без пробок. Но сейчас конец рабочего дня, народ возвращается домой. Влад завел двигатель, выехал на проезжую часть, влился в потом машин. Приятный голос девушки в навигаторе вел его к точке его окончательного распада.

До клуба пришлось добираться около часа. За это время Влад кое-как смог успокоиться и к входу подошел уже спокойной походкой. Стоящий на входе охранник осмотрел его, не нашел ничего криминального и сделал шаг в сторону, пропуская Влада в душные объятия заведения. Он шел по небольшому коридору, тускло освещенному маленькими светильниками. Постепенно приближался шум зала. Народу было довольно много, в воздухе висел густой запах еды, спиртного, явно вентиляция справлялась с трудом, работая на грани своей механической возможности. В противоположном от входа углу какой-то парень в черной футболке, таких же черных джинсах, банданой на голове играл на гитаре, ничего не замечая вокруг. Ему на каком-то предмете, который Влад мог назвать бубен, подыгрывал второй парень. Народ в зале шумел. Мимо столиков суетились молодые девчонки-официантки в белых рубашках, черных брюках, черных кожаных фартуках, разнося заказы.

Влад еще раз осмотрелся, потом подошел к барной стойке, за которой парень лет тридцати-тридцати пяти ловко жонглировал бутылками, исполняя заказы. Влад даже с интересом наблюдал за его завораживающими отточенными годами движениями.

- Что будете заказывать? – наконец бармен обратился к Владу.

- Налей мне воды газированной. Самой холодной.

Ему нужно было охладиться. Бармен достал из холодильника бутылку с водой, снял с рейлинга большой бокал, налил воду, кинул еще несколько кусков льда, протянул Владу. Тот благодарно кивнул.

- Скажи, у вас всегда так шумно?

- Когда как. Сегодня откуда-то набежало, хоть и середина недели.

- Девчонки, наверное, с ног сбиваются? – Влад кивнул головой на одну из официанток, которая проходила мимо него в это время.

- Бывает. Но сегодня еще терпимо.

Было видно, что бармен не прочь поболтать и Влад решил этим воспользоваться.

- Скажи, ты давно работаешь?

- С самого открытия, седьмой год пошел, - бармен довольно улыбнулся. – Думал, поработаю год-другой, а потом втянулся. Теперь не могу представить себя без этой работы.

Посетителей возле стойки больше не было, все разошлись по столикам, поэтому бармен спокойно стоял возле Влада, протирая очередной бокал и не прочь был продолжить разговор.

- Скажи, у вас работала такая Лена, Лена Ползунова?

- Работала, - кивнул бармен и широко улыбнулся. – Хорошая девчонка, таких сейчас редко встретишь.

- И кем она работала?

- Как кем? – бармен даже удивился. – Официанткой, конечно.

- А кто у вас приваты танцевал?

- Приваты? – бармен удивился еще больше. – Ты о чем, друг? У нас никогда девчонки в клубе не танцевали. У нас даже випок нет, не то, что комнат для привата. Все здесь – он обвел подбородком зал. У нас никогда и пилона-то не было. И наша музыка вон, - он снова подбородком кивнул на двух парней, которые терзали свои инструменты. – Считай, они с самого начала здесь лабают.

- Что можешь сказать об Елене?

- А для чего тебе это? – бармен впервые посмотрел на Влада с каким-то подозрением.

- Она была моей невестой. Просто разошлись, поругались.

- А, понятно, - кивнул бармен. – Видел ее, ходила счастливой. Я тогда ее спрашивал – «ты замуж собралась?», она улыбалась и пожимала плечами, говорила, что все может быть. Что могу сказать? Только хорошее. Я же сказал – она такая девчонка, таких больше не делают.

- К ней часто приставали?

- Бывало, но наши парни быстро остужали их пыл. Правда, был один случай, - бармен задумался, - где-то лет шесть назад, точно сказать не смогу. Только знаю, что Ленка в тот вечер переживала, что у нее завтра защита, а она не успеет подготовиться. Я ей тогда мятный чай делал, чтобы успокоилась.

- И что было?

- Да какой-то урод стал приставать к ней. Я даже не сразу заметил, народу в тот день было дохрена. Потом просто услышал со стороны служебного коридора, - он снова кивнул подбородком куда-то в сторону, - крики, шум. Свистнул парням из охраны. Ну они и вывели этого урода. Потом я увидел Ленку. Ее всю трясло. Этот урод зажал ее в коридоре, хотел изнасиловать. Она ему по яйцам врезала, а он стал бить ее, рубашку на ней разорвал. Один охранник ей потом свой пиджак дал, чтобы прикрыться.

- А что с этим уродом?

- Да выкинули ему, по почкам надавали. Больше я его не видел. Ленка приходила на следующий день, ее смена была. Сказала, что защитилась на «отлично». Но в тот же день она уволилась, и я больше ее не видел. Еще налить?

- Да, - как-то заторможено ответил Влад, погруженный в свои мысли, но потом словно очнулся, покачал головой. – А, нет, не надо. Спасибо.

Он достал деньги, положил на стойку.

- Спасибо, я пойду.

- Удачи, друг. Если увидишь Елену, передавай от меня привет.

Влад молча кивнул головой и вышел из клуба. Он вновь сел за руль своей машины, размышляя, куда ехать. В гостиницу возвращаться не хотелось, опять духота и теснота четырех стен. Ездить по городу просто так? Не хотелось стоять в пробках. Вернуться к Елене? Влад зло усмехнулся. Если бы этот урод друг-Игореша был жив, то поехал бы к нему чтобы набить морду. Набить так, от души, чтобы кровавые сопли во все стороны. Потом захотелось набить морду самому себе. А толку? Если бы он тогда доверился своим чувствам, то все было бы сейчас хорошо. Он бы женился на самой прекрасной девушке, и пусть отец лишил бы его наследства. Они смогли бы сами сделать свою жизнь. Разве он потом не вырвался из жесткой опеки отца, его воли, не ушел из всего того мира, в который погрузил его отец? Разве он пропал после этого, спился, сел в тюрьму? Он стал самостоятельным, уверенным в себе человеком, который смог построить свою фирму. У них с Андрюхой хорошая фирма со стабильным доходом, их знают и уважают в Твери. Разве он вместе с Ленкой не смог бы так же?

С отцом он не виделся около трех лет, после того как ушел из дома. Он не звонил, не выяснил, что с родителем. И отец не звонил ему. Сам Влад постарался разорвать с ним все отношения, даже сменил его фамилию, взял девичью фамилию матери – Мартынов. Он даже представлял себе, как будет злиться отец за этот поступок.

Не успел он подумать об отце, как в его кармане зазвонил смартфон. Влад достал его, посмотрел на имя абонента, удивленно поднял брови. Отец.

- Слушаю, - сухо ответил Влад.

- Сын, я знаю, что ты в городе, - голос отца звучал как-то непривычно, словно ему что-то мешало. – Ты бы заехал. Нам надо поговорить.

- Зачем? Разве мы не все сказали друг другу?

- Нет. Приезжай, прошу. Можешь прямо сейчас. Я все равно плохо сплю, - какие-то неуверенно-просящие нотки звучали в голосе отца.

- Хорошо, - Влад недовольно поморщился, отключил разговор, убрал телефон.

Какое-то время он еще сидел в машине, размышляя, что произошло, раз отец так хочет с ним встретиться. Потом завел машину и направился к дому, где жил отец.

Через час он вошел в квартиру. Его встретил помощник отца.

- Евгений Ильич в кабинете, - тихо сказал мужчина. – Ждет Вас. Владислав, если можно, постарайтесь не сильно волновать его.

- Почему? – удивился Влад.

- Он совсем недавно стал выходить из того состояния после инсульта. Сами все увидите.

Влад нахмурился. Ему никто не сообщал, что с отцом несчастье.

Евгений Ильич находился в своем кабинете. Здесь все оставалось, как прежде. Отец поднялся из своего кресла, обошел стол, чтобы приветствовать сына. Ранее он никогда ничего подобного не делал. Влад остановился в шагах трех от него. Отец изменился, словно стал меньше ростом, «сдулся», лицо приобрело сероватый оттенок, волосы поседели. Когда-то темно-русые теперь стали серыми. И еще заметил Влад, как «тормозит» правая сторона тела и лица, словно его разделили пополам, при разговоре двигается только левый угол рта. Но в целом отец выглядел неплохо для того, кто перенес инсульт.

- Здравствуй, сын, спасибо, что приехал, - сказал отец и неловко протянул руки, словно хотел обнять его.

Но Влад остался на месте. В памяти еще были свежи воспоминания о «воспитательных» мерах отца, после которых ему приходилось залечивать свое лицо. Хорошо, что тогда занимался спортом, списывал это на спортивные травмы.

- Здравствуй отец, хорошо выглядишь, - ответил Влад. – Ты хотел меня видеть.

- Да, хотел, - лицо отца скривилось, словно у ребенка, которого обидели. Вот-вот заплачет. – Нам надо поговорить. Давай присядем.

Отец пошел к большому кожаному дивану у окна. Влад пошел следом, что-то жалостливое рождалось в его сердце, когда он смотрел на отца, трудно было видеть когда-то сильного мужчину таким…слабым. Евгений Ильич сел, но не откинулся, как обычно на спинку, а сложил руки на коленях, склонился, словно неимоверная тяжесть давит на него. Влад молчал, глядя на этого сломленного мужчину.

- Прости меня сын за все, - прохрипел отец. Казалось, что он с трудом сдерживает слезы. – Прости. Я никогда не был хорошим отцом тебе. Но я всегда любил тебя, по-своему, хотел сделать из тебя своего продолжателя, чтобы ты был сильным, не сломался, шел вперед. Прости. Я слишком поздно понял, что просто хотел сломать тебя, а не воспитать мужчиной. Ты так похож на меня, и я воспитывал тебя, как в свое время меня воспитывал мой отец.

Влад молчал, понимая, что отцу надо выговориться.

- Стоя на краю жизни я вдруг понял, что жил не так, как хотел, слишком много сделал ошибок, которые сейчас не исправить. Но я рад одному, что у меня есть ты, мой сын, моя кровь, моя гордость, - отец покачал головой. – Извини, что давил на тебя, пытался сделать из тебя свое подобие. Я все время боялся, что ты наследовал недуг своей матери.

- Недуг? – Влад вопросительно поднял бровь. Он никогда не задумывался, почему мать так вела себя с ним. Ее никогда не было в его жизни, поэтому, когда родители разошлись и он остался с отцом, нисколько не переживал из-за матери.

- Да, - отец снова покачал головой, выпрямился и только сейчас откинулся на спинку дивана. – Я и сам не сразу узнал об этом. Наверное, я должен тебе рассказать историю нашей семьи.

Отец помолчал, словно собираясь с мыслями.

- Я, тогда молодой студент пятого курса, за душой у которого ни копейки, но зато большие амбиции и желание покорить мир. Случайно познакомился с девушкой. Мне тогда показалось, что нашел ту, кто будет поддерживать меня – тихая, спокойная, домашняя. Она никогда не кричала, всегда улыбалась. Я познакомился с ее отцом. В те годы он занимал солидную должность где-то в администрации. Узнав, что Лика нравится мне, предложил жениться на ней, обещая мне за это поддержку и солидную помощь. Я согласился. Ты не знаешь, но тогда были тяжелые времена, страна разваливалась на части, экономику лихорадило. Но твой дед сумел удержаться, помочь мне. Когда я получил диплом, он быстро оформил на меня какую-то фирму, выкупил завод, который хотели пустить под бульдозер. Когда Союз окончательно распался, у нас уже был свой капитал. Нам удалось удержать его, преумножить. Мы стали строить свою империю. Тогда в мутной воде событий можно было добиться многого, надо было иметь связи и первоначальный капитал. Я вместе с тестем работали, как рабы, дома бывал очень редко, с Ликой почти не встречался. Когда наше положение более-менее упорядочилось, мы с дедом решили, что нам с Ликой пора обзаводиться наследником. Но она категорически отказывалась от детей. Только через десять лет после свадьбы она наконец забеременела, - отец горько усмехнулся, закрыл глаза, словно боялся, что сын увидит заблестевшие в его глазах слезы. – Она настолько не хотела детей, что я поймал ее в больнице, когда она пришла туда, чтобы сделать аборт. Мы с дедом уговорили ее родить ребенка, тестю даже пришлось приставить к ней человека, который следил за каждым ее шагом. Когда ты родился, она отказалась от тебя сразу же. Заниматься тобой у меня не хватало времени, я снова не появлялся дома сутками.

Отец замолчал, посмотрел на стол, где стояла бутылка с водой. Влад понял его взгляд, поднялся, налил воду в бокал, подал отцу. Тот кивнул и с какой-то жадностью выпил. Влад молчал.

- Ты рос в семье, где до тебя никому не было дела, - отец криво улыбнулся. – Я снова пропадал на работе, мать закрылась в своих комнатах. А тобой занимались няньки, наставники. Мне бы хоть раз поговорить с тобой, сходить просто в парк, прокатить на машине. А я…, - он махнул рукой. – Я не видел, как ты рос. Я просто знал, что у меня есть сын, который будет моим наследником, продолжит наше дело. Когда тебе исполнилось девять, тесть слег. Только перед самой смертью он признался мне, что его дочь страдает психическим заболеванием – олигофрения в степени легкой дебильности. И он был рад, когда я пришел к нему, чтобы просить ее руки. Чтобы я не бросил ее, просто помогал мне в знак благодарности. После его похорон Лика заявила, что больше не хочет жить со мной, потребовала купить ей дом за городом. Ну а дальше ты сам знаешь. Я был зол не нее, на всех женщин, на весь мир. Теперь у меня были только мои предприятия. И я мечтал, чтобы ты встал рядом со мной, взял в жены нужную девушку. У меня на примете была Элен, дочь Глеба, нужного для меня человека. Но ты решил проявить характер. Я терпел, когда ты учился, даже позволил водиться с этой девчонкой нищенкой. Был даже готов на ее устранение.

Влад пристально посмотрел на отца. Нет, тот не шутил. Его лицо, перекошенное инсультом, выглядело слишком серьезным.

- Да, сын, я думал об этом. Но ты сам отказался от своей Елены. Знаешь, после всего, что потом произошло, я понял, что она – это самое лучшее, что было в твоей жизни. Когда ты женился на дочери Глеба, я думал, что у вас все будет хорошо, но только после вашего развода понял, какую ошибку я сделал. Извини, что тогда столько тебе наговорил. Эта проб**дь трахалась со всеми подряд. Только ленивый не имел ее.

Влад поднялся, подошел к столу, взял бутылку с водой и залпом допил все, что там было. Горечь скопилась в горле, не давая дышать. Потом он просто подошел к окну, повернулся к отцу спиной, чтобы не видеть его. Хотелось просто ударить его со всей силы, как это делал отец в свое время. Но сейчас перед ним сидит старик, который изливает перед ним душу, хочет получить прощение. Прощение! За то, что он сделал с ним? Как хотел сломать его жизнь? Как хотел избавиться от Елены? Как заставил жениться на этой бляди? Если ли прощение? Смогут ли все деньги, которые есть у отца, загладить его вину? Нужна ли Владу та империя, которую строили его дед и отец? Не слишком ли много заплачено за нее?

- Что ты хочешь от меня? – наконец спросил Влад, сжимая руки в кулаки.

- Прости меня сын. Я следил за тобой, как ты шел вперед, не сломался, а стал сильнее. Вы со своим другом молодцы. Я мог бы одним словом сломать вам всю жизнь, и ваша фирма никогда бы не увидела свет. Но не сделал этого. Я не вычеркивал тебя из своего завещания, не блокировал твои карты. Все, что принадлежит мне, останется тебе. Я не злюсь на тебя, что ты сменил фамилию на фамилию деда. Он был достойным человеком.

- Нет, отец, ты не понял. Я спросил, что ты хочешь от меня сейчас?

- Я хочу, чтобы ты вернулся, просто помог мне. Я уже слаб, хотя мне удалось быстро восстановиться после инсульта. Эскулапы обещают мне еще лет десять-пятнадцать, если я буду следовать их советам. Но я не вечен. Я не хочу, чтобы все, то, что мы создавали с твоим дедом, пропало в одночасье. Итак, когда я на совещании свалился с инсультом, мои враги пытались растащить компанию. Но у меня пока есть надежные люди и мне удалось быстро оклематься. Мозги, как видишь, не задело. Я сейчас пока работаю из дома, Интернет очень удобная штука.

- Нет, отец, я не вернусь, - ответил Влад, не поворачиваясь к отцу лицом.

- Прошу, не спеши. Я понимаю, что тебе трудно сейчас простить меня и понять. Не спеши. Я тоже слишком поздно понял, что своими руками разрушал свою семью, не уделял тебе внимания, не был отцом. Я просто не умел жить по-другому. Тебе это трудно понять, у тебя было все, что ты хотел и даже больше. А я, выросший в нищете, где отец бил меня за любую провинность, желая сделать из меня мужика, и всю свою жизнь мечтавший о деньгах и власти, был рад представленным мне шансом, за который я зацепился зубами. Вот и пер вперед, не оборачиваясь назад, шагая по головам, прогибая мир под себя. Знаешь, я ведь действительно любил твою мать. Но потом просто мне было некогда ее любить. А потом мы стали чужими. Прошу сын, не руби с плеча, как это сделал я. Если бы я мог, вернул бы время назад, мы поговорили бы с тобой. Неужели мы не смогли бы понять друг друга? Я слишком много передумал, когда понял, что жизнь конечна, а мне некому оставить все то, что мы создавали годами, отказываясь от самой жизни.

Глава 8

Глава 8.

Влад стоял у окна, чувствуя тяжесть этого дня на своих плечах. Сначала встреча с Еленой. Он не поверил глазам, когда увидел ее в толпе. Она стала еще прекраснее, хотя и сделала себе короткую стрижку, словно желала избавиться от всего, что так нравилось ему. Он до сих пор с дрожью в руках помнил шелковистость ее тяжелых волос, как любил перебирать их. Когда женился на Элен, как-то во время секса запустил руку в ее прическу и обнаружил кучу наращенных волос, случайно выдернул их клок, после чего она раскричалась на него. Больше он никогда не притрагивался к ее волосам. Елена изменилась, стала взрослой, уверенной. Простой брючный костюм выглядел на ней гораздо эффектнее, что те откровенные наряды других дам, которые приехали на эту конференцию.

В перерыве Влад потерял Елену, его охватила паника, что он не сможет найти ее, и успокоился, когда увидел ее сидящей с тихом углу со стаканчиком кофе в руке. Но он был возбужден этой встречей, что начал говорить совсем не то, что хотел сказать. А так хотелось обнять ее, сказать, что соскучился, что любит ее до сих пор и готов простить всех ее клиентов. Он нуждался в девушке, которая въелась в него навсегда.

Он видел, как Елена смотрит на него взглядом, в котором не было больше любви, словно встретила какого-то не слишком приятного давнего знакомого. Это ударило его еще сильнее, чем ее измена. Он многое хотел сказать ей, но позвонила Полина, которая вновь пыталась шантажировать его. «Любимый, ты где? Я так нуждаюсь в тебе, что если ты не приедешь сейчас, я напьюсь таблеток». «Я в столице, когда вернусь – не знаю», - рявкнул он в трубку, ругая себя, что вновь достал ее номер из черного списка. «Тогда я приеду к тебе. Жди». «Нет, ты останешься в Твери». Она начала кричать в трубку, что если он не скажет, где его найти, она покончит с собой и потом он будет всю жизнь винить себя в ее смерти. Влад отключил телефон. Хотелось еще долбануть им об стену. Он повернулся и увидел, что Елена исчезла. Он даже не заметил, как она ушла. Влад бросился ее искать, но она испарилась, словно утренний туман. Влад бросился к администраторам конференции, несколько его улыбок, пару комплиментов престарелой даме и у него на руках были сведения по Елене – откуда она приехала, какую фирму представляет, в какой гостинице живет.

Не желая дальше оставаться здесь, Влад рванул в «Измайлово», поднялся на восьмой этаж и долго стучал в дверь номера Елены. Наконец он понял, что ее нет, тогда он подошел к окну, сел на подоконник, терпеливо ожидая Елену.

Она появилась вечером, шла и улыбалась каким-то своим мыслям. Так хотелось подбежать к ней, схватить в объятия, как раньше, закружить. Но смог только взять из ее рук ключ-карту и открыть дверь.

Пока Елена принимала душ, он сжимал кулаки, представляя ее под струями воды, еще сильнее захотелось схватить ее и не отпускать. Заставив себя успокоиться, Влад заварил чай, сделал бутерброды, выложил выпечку. Елена вышла в спортивном костюме, с влажными волосами. Влад стоял у окна, сжимая себя руками, чтобы не сорваться. А потом начался разговор. И каждое сказанное ею слово спокойным голосом убивало Влада, выворачивало его наизнанку. Все то, о чем он боялся подумать, оказалось правдой. Его друг, с которым он прошел так много, которому верил, как себе, оказался подлецом, который решил отомстить девчонке за то, что она отказала ему, полюбила другого. Он был раздавлен.

А потом этот разговор с отцом. Перед ним вылезла вся некрасивая история их семьи, которую он никогда не старался узнать. Он рос недолюбленным мальчишкой, эгоистом, которому все позволено. Своими «подарками» отец хотел компенсировать обычные человеческие отношения. Как жаль, что отец слишком поздно это понял.

Вся прежняя жизнь Влада разбилась сегодня на мелкие осколки. Теперь пора собирать этот пазл заново. И как он соберет его, зависит его дальнейшая жизнь.

Отец. Его предложение, скорее просьбу, Влад отвергал. Пока. В душе царил Хаос, мысли скакали, как пьяные зайцы, сбивались в кучу, отказывались выстраиваться во что-то логичное.

За окном плыла ночь, небо затянуто низкими тучами, ветер гнет деревья, словно желает смести с земли все, что на ней. Так и в душе Влада бушевал ветер, который сметал все, что там было.

***

- Сын, прошу, останься на ночь. Это же и твой дом, - за спиной раздался тихий голос отца.

Влад стоят и не отвечал. Он и сам не знал, что ему делать.

Из состояния ступора его вывел звонок смартфона. Влад вздрогнул, достал из кармана гаджет. Высветился незнакомый номер.

- Слушаю, - ответил Влад.

- Славик, это я, - раздался пьяный голос Полины.

Влад поморщился, как от зубной боли. Как он раньше не заметил, что у Полины не все в порядке с головой, что у нее тараканы размером с огромных крыс, которые маршируют под звуки Имперского марша из «Звездных войн». Ведь столько было звоночков, что с ней не все так хорошо, как она старалась показать. Даже взять ее картины-абстракции, которые невозможно было понять. Она что-то говорила ему возвышенным тоном, что это картины – отражения ее души. Что привлекло Влада к ней? Легкость? Скорее пришибленность. Ее звонкий смех? Да он скорее походил на хохот гиены. Ее воздушность? Да она просто изводила себя голодовками, стремясь стать, как те модели-анорексички, которые потом долго лечились в различных клиниках. Он оставил ей все, ничего не забирая, ушел из своей же квартиры. Так какого черта ей еще надо? Выпить его мозги?

- Что ты хочешь? – голос Влада прозвучал довольно грозно.

- Ой, ты сердишься на меня? Уже поздно? Я тебя разбудила? Ну прости меня, прошу, любимый. Просто я хотела тебе сказать, что я все равно приеду к тебе в столицу. Ты только встреть меня на вокзале, а то я заблужусь. Я еще не была в столице, ты же мне ее покажешь?

- Нет, я не буду тебя встречать. Приезжать ко мне не надо.

- Славик? – Влада передернуло. Он не любил такое сокращение своего имени. – ты не любишь меня? Ты…ты бросил меня, мне страшно, мне больно. Я покончу с собой! Ты будешь виноват.

- Да делай, что хочешь. Просто сдохни, я больше не могу общаться с тобой.

В трубке раздались рыдание, Влад отключил вызов, с силой, до хруста корпуса, сжал смартфон. И снова захотелось швырнуть его со всей силы в стену.

- Нет, отец, я не останусь. Спасибо, что все это мне рассказал. Мне сейчас надо побыть одному. Позвони мне позже. Я пока не готов к общению, - Влад говорил, сжимая челюсти, потом развернулся и пошел на выход.

Отец не стал его останавливать, Влад только услышал его тяжелый вздох.

И снова Влад долго сидел, опустив голову на руль. Его трясло так, что он с трудом сдерживал себя. Злость, гнев, ярость, желание убивать. Этот жуткий коктейль эмоций рвал его на части. Через полчаса он немного успокоился, а еще через час вернулся в свой номер гостиницы, долго стоял под душем, надеясь, что вода смоет весь этот сложный день.

Постепенно план действия выстраивался в четкую линию. Сначала надо разобраться с Полиной, которая просто потеряла берега. Прав был Андрюха, ее пора поместить в психушку. Потом поговорить с Андреем, предложить ему заключить контракт с фирмой, принадлежащей Елене. Так у него появится возможность общаться с ней. Возможно, они смогут еще раз поговорить. Вот только что делать с ее возможным замужеством? Неужели она выйдет замуж, станет чужой женой, будет отдавать свою любовь другому, который будет ее обнимать, целовать? Влад даже не мог представить себе эту картину. Ярость снова захлестывала его. Третьим пунктом он поставил решить вопрос с отцом. Какой бы он ни был, он остается его отцом. Сейчас он просто больной мужчина, который нуждается в поддержке. Но пока время терпит, значить этот вопрос решит позже.

Влад вышел из душа, быстро собрался, сдал номер, сел в машину и покатил в Тверь. Дороги в ночное время были почти пустыми. Через три с небольшим часа он был уже в городе. Он подъехал к своему дому, поднялся в квартиру, открыл дверь своим ключом. В квартире царил настоящий хаос, посреди которого на полу лежала Полина, изо рта которой текла пена. Влад набрал номер скорой, потом просто отрешенно ждал прибытия врачей. Усталый фельдшер сделал ей промывание желудка.

- Хорошо, что вы приехали, мы смогли ее спасти, - сказал мужчина. Влад рассказал ему свою «историю» отношений с Полиной. – Знаете, я предлагаю помочь Вам. Давайте отвезем ее в психиатрическую больницу? Только Вам надо будет поехать с нами и дать объяснения. Есть еще свидетели ее завихрений?

- Сколько угодно, - Влад усмехнулся. – Все соседи уже плачут от нее. И прокуратура просто выкидывает ее заявления в мусор.

- Вот и хорошо. Тогда соберите все ее документы и какие-нибудь вещи.

Еще через три часа после оформления всех документов Влад вышел из ворот клиники на улицу. Солнце показало свой край над горизонтом. Тяжелый день закончен, наступал новый день, который Влад постарается прожить так, чтобы исправить все свои ошибки.

Он сел в машину, набрал номер отца. Тот ответил почти сразу, словно ждал его звонка.

- Ты как, сын, у тебя все хорошо?

- Да, теперь все хорошо. Отец, дай мне время, чтобы все обдумать. Ты прав. Мы не чужие. Но пока я не могу ответить тебе ни «да», ни «нет». У меня накопилось слишком много проблем, которые я должен решить раньше, чем принимать твое предложение.

- Я понял тебя, Владислав. Спасибо, что услышал меня и позвонил, - отец тяжело вздохнул. – Я горжусь тобой. Запомни – я всегда приду тебе на помощь. Только обратись, помни, что я еще кое-что могу, меня пока не надо списывать со счетов.

- Хорошо, я понял.

Один вопрос решен. Теперь надо решить второй вопрос. Влад посмотрел на часы. Было еще рано, но все равно отправился в офис. Он успел выпить кофе, пересмотреть бумаги, которые накопились за его недолгое отсутствие, дождался Андрея.

- Ты чего здесь? – спросил друг.

- Так получилось, - криво ухмыльнулся Влад. – Накатило.

- Давай, ты мне сейчас все расскажешь. Поверь, тебе станет легче.

Влад посмотрел на Андрюху, который действительно стал ему другом. Настоящим. Не как Игорь, который предал его, разрушил его счастье одним только словом. Андрей всегда был рядом, подставил свое плечо, вместе с ним шел вперед, строя их новую фирму и ни разу не подставил. Даже когда женился, всегда был готов прийти на помощь. И Влад откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и просто, без прикрас, рассказал все свою историю, начиная со своего детства и заканчивая помещением Полины в психушку.

Друг долго молчал, потом кивнул головой, словно одобрил все его действия.

- С этой психованной ты поступил правильно. Давно надо было. А с остальным? Думаю, что ты уже решил, как хочешь поступить с Еленой?

- Да. И мне будет нужна твоя помощь.

- Не вопрос. Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне.

Влад выложил Андрею свое предложение. Тот снова покивал головой.

- Знаешь, придумал хорошо. Тогда готовь наши предложения, мы пошлем их твоей Елене. Потом, если согласятся, поедешь сам.

- Согласен.

- А с отцом, вернее, его предложением. Ты прав. Пока не спеши отказываться. Он твой отец, каким-бы ни был в прошлом. Сейчас он нуждается в тебе. Мы потом поговорим, когда ты решишь вопрос с фирмой твоей Елены.

К вечеру предложения по сотрудничеству были готовы, секретарь отправила их по электронной почте. Влад остался в офисе ждать ответ. Андрей подошел к ему.

- Иди домой. У них сейчас уже почти ночь. В лучшем случае увидят нашу почту завтра, пока прочитают, пока ответят. Так что не раньше, чем через день жди ответ. А пока иди, отдыхай. Завтра возьми выходной, а то ты бледный, как покойник.

Весь следующий день Влад посвятил себя уборке в своей квартире, где проживала Полина, пришлось даже нанимать клининг. К вечеру от ее присутствия не осталось и следа. Он даже поменял замок, чтобы никто из ее знакомых, которые повадились шастать в квартиру, не пришел. Вечером отзвонился Андрею.

- Пока ничего не получили, - ответил друг. – Я сам тебе наберу. Отдыхай.

Потом Влад позвонил в клинику, врач сказал, что он был прав, Полина давно нуждалась в лечении. Обещали держать ее столько, сколько потребуется, чтобы поставить ее мозги на место. Насколько это возможно. Он даже нашел номер телефона ее родителей. Мать долго плакала, но потом призналась, что с детства у Полины были странные выходки, убегала из дому, не хотела учиться. К врачам они не обращались, было стыдно признаться, что дочь не совсем нормальная. Потом она уехала и прекратила с ними всяческое общение. Мать не осуждала Влада, что отправил Полину в клинику, обещала после лечения забрать домой.

Вечером Влад лежал в своей постели, сжимая в руке смартфон. Он так хотел позвонить Елене, он узнал номер ее телефона, которой ему помог найти знакомый в органах. Хотелось услышать ее голос, или просто послушать ее дыхание в трубке, если она будет молчать.

- Ленка, прости меня, - шептал он. – За все прости, за то, что оказался слаб, за то, что поверил не тому человеку, которого считал своим другом. За то, что не доверял тебе.

На следующий день он спешил в офис, пол дня прошло в ожидании ответа. Наконец секретарь принесла им распечатанное письмо от фирмы «Росток» за подписью Б.П.Ползунова. Борис Павлович писал, что его фирма согласна рассмотреть их предложения и готова к сотрудничеству.

- Я выезжаю, - Влад понялся с места.

- Подожди, - остановил его друг. – Так дела не делаются. Я сначала созвонюсь с этим Борисом Павловичем, обговорим твое прибытие.

Не дожидаясь ответа, Андрей набрал номер, который был указан в письме. После небольшого разговора, он отключил вызов и улыбнулся.

- Твой Борис Павлович попросил немного подождать. Они с Еленой сейчас на какой-то конференции. Когда вернутся, будет рад тебя встретить.

Через пять дней Влад выехал в город, где жила Елена. Он плохо представлял себе, как пройдет эта встреча. Обрадуется ли она или не захочет с ним разговаривать? Они уже выяснили, что Б.П.Ползунов – ее дядя, с которым они вместе создали эту фирму, которая сейчас занимает довольно высокое место в регионе. Влад гордился девушкой. Он всегда знал, что она добьется многого. Они могли бы быть вместе. Но теперь оставалось надеяться, что хотя бы еще раз смогут просто поговорить.

Глава 9

Глава 9.

Рано утром Елена пошла в номер к дяде. Тот еще спал и долго бурчал, недовольный тем, что она разбудила его.

- Дядь Борь, не ворчи, - попросила девушка. – Дядь, я хочу вернуться домой.

- Что-то случилось? – он с тревогой всматривался в ее лицо.

- Можно и так сказать. На этой конференции есть человек, которого я бы никогда не хотела видеть.

- Из-за него ты такая? – мужчина с пониманием смотрел на нее.

Она покачала головой. Ответ и не нужен был.

- Ты же все равно мне ничего не расскажешь?

- Нет, дядя. Есть вещи, о которых я никому не хочу рассказывать. Просто разреши мне уехать домой.

- Ладно, - он вздохнул. – Как будешь добираться? Билеты еще есть?

- Самолетом, я уже забронировала билет.

- Хорошо, - он снова вздохнул.

- И я бы хотела взять отпуск. Мне надо побыть одной.

- Сколько?

- Месяц. Как минимум.

- Хорошо. Но помни, что фирма будет ждать тебя. Я один не справлюсь. Когда вылет?

- Через, - она посмотрела время на смартфоне, - через пять часов. Я пойду собираться.

Всю дорогу до аэропорта она думала правильно ли она поступает, не получается так, что она просто сбежала? Потом покачала головой. Нет, все правильно. Они поговорили, она рассказала все то, что с ними произошло и из-за чего. Ей стало немного легче, словно прорвал давно назревающий чирей. Она все сказала Владу, теперь пусть он живет дальше. А у нее есть Антон, к которому она придет и скажет, что согласна стать его женой.

На следующий день Елена была уже дома, долго лежала в теплой ванне, думая, как прийти к Антону. Хотелось сделать сюрприз. Она уже представляла, как он за время ее отсутствия снова захламил квартиру. Она придет к нему днем, уберет, приготовит ужин. Когда он вернется с работы, она встретил его. И тогда скажет, что согласна связать с ним свою жизнь. Легкая улыбка тронула ее губы. Елена взяла смартфон, набрала его номер.

- Ой, Ленка, это ты? – раздался в трубке радостный голос мужчины. – Не поверишь, я только что вернулся домой и сразу подумал о тебе. Ты когда вернешься?

- Дня через три-четыре. Я еще в столице.

- Жаль, а я так соскучился по тебе, в его голосе Елена услышала легкую грусть и снова улыбнулась.

- Ты завтра работаешь?

- Конечно, - тяжелый вздох. – Кто нам даст отдохнуть. Редактор требует материал. Вот и буду его завтра готовить. Ладно, ты меня извини, я стою посреди комнаты с сумкой в руках. Только приехал. Мне надо разложиться, вымыться и поесть. Есть хочу, как зверь.

- Ладно, не буду отвлекать, - она улыбнулась. – Целую.

- И я целую тебя. Ну все, пока.

И он снова первым отключил связь. Елена положила смартфон на тумбу, потом приняла душ, вышла из ванной. Значит, завтра она пойдет к Антону. Елена стала перебирать свои наряды, решила выбрать на вид простое трикотажное платье, которое ей очень шло. Платье чем-то напоминало то, в котором она последний раз встречалась с Владом. Думать о плохом, тем более о Владе не хотелось.

Елена отлично выспалась, потом позавтракала, прочитала почту, которая пришла к ним на адрес фирмы, созвонилась со своей неизменной помощницей Лидией, которая отчиталась, что на работе все спокойно. Елена решила не заходить в офис. Она до обеда занималась своими делами, потом отправилась домой к Антону. У нее был свой ключ от его квартиры, поэтому ее прибытие останется для него в тайне. По дороге заехала в магазин, накупила вкусняшек, собираясь приготовить романтический ужин, подъехала к его дому, припарковалась. Когда вышла из машины, заметила машину Антона у подъезда, нахмурилась. Потом решила, что он ушел на работу пешком, от дома до редакции было около двадцати минут ходу. Она поднялась на четвертый этаж обычной многоэтажки, даже не воспользовалась лифтом, подошла к двери, достала ключ, тихо открыта замок. Он даже не щелкнул, дверь не скрипнула. Елена прошла в квартиру, прикрыла дверь. В полутьме коридора не сразу заметила обувь Антона и чужие женские туфли, который валялись так, словно их спешили сбросить с ног. Она остановилась, прислушалась. В комнате было тоже темно, судя по всему, Антон задернул шторы. Он почему-то не любил яркий свет. Но вот по потолку плыли звездные облака. Елена сама купила этот ночник. Они всегда включали его, когда занимались любовью. Антон говорил, что это его сильно возбуждает, словно он летает в космосе. Елена поставила пакеты на пол, скинула туфли и прошла к комнате.

Диван был расправлен, на нем сплелись два голых тела. Им было так жарко, что они скинули с себя покрывало, которое также было куплено Еленой. Слова, который довольно громко шептал Антон своей партнерше, сказали Елене все.

- Ксю, ты такая страстная, не то что Ленка. Я так хочу тебя. Каждый раз, когда ложусь с ней в постель, думаю о тебе.

- Ты же собрался жениться на ней? – спросила девушка.

- Кто же откажется от богатой жены? Я не дурак. Она будет моей женой, а ты будешь моей любимой. Ты согласна?

- Да, котик, я согласна.

- Вот только я не согласна, - спокойно произнесла Елена, стоя в дверном проеме и скрестив руки на груди. Любовники дернулись, девица взвизгнула и попыталась натянуть на себя покрывало, которое все выскальзывало из ее рук. Антон сидел посреди постели, хлопая глазами. На его лицо читалась такая досада, детская обида, словно мама поймала его за чем-то не хорошим и сейчас лишит сладкого. – Знаешь ли, Антоша, я не согласна быть дурой, таскать в зубах твои тапочки, исполнять твои прихоти, приводить твою берлогу в порядок и носить рога. Они мне совершенно ни к лицу. Так что вот тебе мое слово – я никогда не буду твоей женой. Извини, что помешала, продолжайте.

Елена развернулась, быстро обула туфли, подхватила пакеты, открыла дверь, кинула ключи на тумбу и вышла из квартиры.

- Лена, постой! – открылась дверь и на пороге квартиры показался Антон, замотанный в простыню. – Да постой же ты. Я же люблю тебя. Ты все не так поняла. Нам надо поговорить.

Он хотел выбежать следом за ней, но тут щелкнул замок соседней квартиры, и он поспешил убраться к себе. А Елена спокойно спускалась по лестнице. Было ли ей больно? Она пока не знает. Было противно, ком горечи встал в горле и мешал дышать. Она дошла до своей машины, быстро завела двигатель и уехала к себе. Теперь ей точно надо побыть одной, выбросить все из головы, почистить все свою жизнь от всех мужчин, которые обидели ее – одни недоверием, другой предательством.

Уже дома она набрала дядю.

- Дядь Боря. Я завтра уеду на море, отключу телефон. Не ищи меня и не теряй. Просто хочу побыть одна.

- Ладно, я понял. Скажу Лиде, чтобы она все оформила для тебя.

***

Целый месяц Елена просто отдыхала. Сначала она уехала на море, был разгар бархатного сезона, самая комфортная температура воды и воздуха. Она сняла небольшую комнату у простой женщины, которая не лезла к ней с расспросами. Дом находился в двухстах шагах от моря, и каждый день Елена просто наслаждалась жизнью. Антона она сразу же выбросила из своей головы, сердца и жизни. Несколько раз он пытался дозвониться ей с разных номеров и каждый раз она блокировала его. А потом просто отключила свой телефон. Прощать предателя? Да ни за что в жизни. Просто удивляло, с какой легкостью он играл с ней в любовь, каким говорил голосом, заставляя думать о том, что она любима и что она единственная женщина в его жизни.

О Владе она старалась не думать, но иногда вспоминала его сгорбленную спину, его разбитый вид, боль, которая плескалась в его глазах. И каждый раз убеждала себя – не она виновата в том, что он не доверял ей. Ведь она не верила лживым словам Гнедошина и Ангелины. Она верила ему, потому что любила. Да, она пережила этот удар, пришлось собирать себя заново по частям, но она смогла это сделать. Правда на душе остались раны, но скоро они затянутся совсем. Главное, больше не встречаться с Владом. Пусть еще пройдет время. А мужчины? Нужны ли они ей? Пока нет.

После моря Елена взяла туристическую путевку в горы. Здесь уже было холодно, осень вступала в свои права. Но все равно, она поднималась вверх, чувствуя, как преодолевает свои страхи, свою боль, становился сильной.

С дядей она созванивалась раз в неделю, чтобы он не объявил ее в розыск, как пропавшую без вести. Борис рассказывал о делах фирмы, радовался, как ребенок, когда сообщал о том, какие контракты ему удалось заключить.

- Знаешь, поступило очень сладкое предложение о сотрудничестве. К нам едет их представитель. Думаю, что мы сможем договориться. Ты когда вернешься?

- Дядь Боря, я только начала отдыхать. Через две недели, не раньше.

- Ну ладно, я сам встречу его.

- Что за фирма?

- «Альфа». Из Твери.

Когда Елена созвонилась второй раз, дядя с таким же увлечением рассказывал, как ему понравился это представитель.

- Ты представляешь, этот Мартынов классный парень, умный. Он остался пока здесь, чтобы мы вместе смогли запустить наш первый проект. Ты когда вернешься?

- Через неделю, не раньше.

Елена вернулась домой, поздно вечером. Квартира встретила тишиной и духотой. Она открыла форточки, чтобы проветрить, кинула вещи в стирку, долго приводила себя в порядок, только потом позвонила дяде.

- Ты уже дома? – сразу же спросил он.

- Дома, лежу в ванной, отмокаю, - ответила она.

- Ну хорошо, наконец-то. А то я уже один замотался.

- Проблемы?

- Да нет, проблем нет. Работы выше крыши. Не знаю, за что хвататься. Хорошо, что Мартинов полностью взял на себя вопросы нашего филиала. Без него я бы просто умер, как та лошадь.

Елена рассмеялась.

- Дядь Боря, завтра я буду на работе. Заберу половину дел.

***

Как обычно, Елена приехала о офис раньше всех. Она даже успела соскучится, шла, не торопясь, по гулкому коридору, открыла дверь приемной, улыбнулась. Лиды пока не было, но на ее столе уже лежали приготовленные к следующему дню бумаги. Надежная помощница, без которой они с дядей, как без рук. Иногда Елена ловила взгляды Лидии на своем дядюшке, а он не замечал их. Дяде повезло бы с Лидией. Пусть у них разница в одиннадцать лет, но видно, что женщина просто любит Бориса какой-то бескорыстной, безусловной любовью. Она с ними с первого дня, всегда помогала, шла с ними плечом к плечу.

Елена прошла в свой кабинет, включила компьютер, стала просматривать почту. Потом услышала, как пришла Лида. Их помощница сразу же заглянула к Елене.

- Ой, Леночка Павловна, Вы вернулись! Кофе сделать?

- Сделай. Давай просто посидим, поговорим.

- Я сейчас, минутку.

Помощница скрылась и через минут десять вернулась с горячим кофейником и чашками.

- Что нового? – спросила Елена.

- Да что у нас может быть нового, кроме новых контрактов, - махнула Лидия пухлой ручкой. Они с дядюшкой были чем-то похожи. Лида невысокого роста, такая же пухленькая, с приятными ямочками на щеках. – Борис Павлович заключил четыре выгодных контракта. Кстати, один из представителей фирмы «Альфа» сейчас у нас, что-то там налаживают с Борисом Павловичем.

- Как он?

- Кто? Борис или «Альфовец»? – Лидия не сразу поняла вопрос Елены.

- Да оба, - рассмеялась девушка.

- Борис Петрович в запаре, а Мартинов молодец, поддерживает его, помогает. Даже не знаю, за что такое рвение, - потом она улыбнулась.

- Что? Говори, - потребовала Елена.

- Да так. Наша Юлия Валентиновна успела присвоить этого Мартынова себе. Ни на шаг от него не отстает.

- Наконец-то нашла себе мужика, - улыбнулась Елена, отпивая кофе.

- Ага. Вот только мне кажется, что тот мужик не особо хочет «находиться».

Они рассмеялись. Женщины прекрасно знали свою начальницу отдела снабжения с хваткой бульдога, что касалось мужчин. Ей было уже за тридцать пять, но вот никак не могла найти достойного себе мужа. Половину выгоняла сама, половина сбежали от нее сами. Женщина ухаживала за собой, выглядела гораздо моложе своих лет. Она всегда считала себя самой красивой, достойной самого лучшего и поэтому мужчины должны были падать перед ней на колени, вымаливая любовь, нести в зубах самые дорогие украшения и забирать ее с работы исключительно на «Феррари» или «Ламборгини». Вскоре она поняла, что не все готовы к такому формату отношений, просто выбирала очередную жертву, долго окутывала его, как питон кольцами своей любви, потом ставила их перед фактом, что ее избранник обязан ей сделать предложение руки, сердца и всех богатств, чтобы он смог достойно содержать ее. Поэтому выбирала только состоятельных мужчин. Но не все состоятельные мужчины были готовы стать ее содержателями и ублажателями. Уже весь офис с интересом наблюдал, когда она выбирала очередную жертву и начинала свои брачные игры. За мужчин, которым удалось вырваться из ее плену, искренне радовались. Только сама Юлия Валентиновна не могла понять, почему мужчины не спешат делать ей предложение. Вновь открывала охоту. Судя по всему, она нашла новую жертву.

- А сколько этому Мартынову лет? – спросила Елена.

- Не знаю точно, молодой. Где-то около тридцати.

Они больше не успели ничего обсудить, как в кабинет смерчем влетел Борис Павлович, кинулся к Елене обниматься.

- Леночка, я так ждал тебя, я так рад.

Он долго восхищался ее переменами, загаром, светом глаз, свежим цветом лица, что Елена невольно рассмеялась.

- Дядюшка, хватит, я уже поняла, что ты сильно соскучился. Давай лучше работать.

- Да что это я? – всплеснул он своими руками. – Работать так работать. Лидочка, ты уже успела Елене сообщить все последние сплетни? Нет? Ну тогда оставь это на потом. А сейчас подготовь ей документы, с которыми Ленка должна ознакомиться.

Лидия поднялась, улыбнулась и ушла в свою приемную.

- А мы сейчас займемся…

Борис Павлович не успел договорить, как раздался стук в дверь.

- Так, а вот этим ты сейчас и займешься, - с улыбкой сказал дядюшка, потирая ручки.

Глава 10

Глава 10.

Когда открылась дверь, Лена закрыла глаза. Дыхание сбилось. Она не была готова к появлению Влада в своем кабинете. Она уже заставила свое больное сердце забыть о нем, не стучать быстрее при упоминании его имени. Но вот он здесь, стоит и смотрит на нее своими серо-зелеными глазами.

- Разреши представить, Елена, это наш партнер Владислав Евгеньевич Мартынов, представитель фирмы «Альфа». О ней бы с тобой говорили.

- Говорили, - глухо повторила Елена, стараясь не сорваться на крик.

- Владислав Евгеньевич, разрешите представить моего заместителя и по совместительству племянницу Елену Павловну Ползунову.

- Мы знакомы, дядя, - произнесла Елена.

Она не узнавала своего голоса, словно кто-то говорит за нее ее ртом. Она сжала зубы и натянула на лицо кривую улыбку, стараясь придать ей вид радостной.

- Да, Борис Павлович, мы знакомы с Еленой Павловной, - голос Влада тоже звучал по-другому.

- Ну вот и хорошо, значит вы быстро сработаетесь, - широко улыбнулся Борис Павлович. Он словно не замечал, что они оба старательно делают вид, что искренне рады этой встрече. – Владислав, думаю, что Вы сами сможете ввести Елену во все тонкости нашего проекта. Прошу простить меня, мне надо срочно отправиться на объект.

Мужчина дошел до двери, потом повернулся.

- Елена, надеюсь, ты будешь хорошей хозяйкой.

- Постараюсь.

Ей удалось взять себя в руки и даже выровнять дыхание. В конце концов, если дядя говорит, что сотрудничество с этой «Альфой» принесет им большую выгоду, то кто она такая, чтобы лишать их и сотрудников лишней копейки. А то, что придется общаться с Владом – ну ничего. Они уже поговорили, выяснили, что она ни в чем не виновата. Возврата к прошлому никто из них не хочет. Или нет?

После ухода дяди наступила неловкая пауза. Влад стоял перед столом Елены, а она крутила в руках карандаш.

- Кофе хочешь? – наконец спросила она.

- Не откажусь, - ответил Влад, взглядом прося разрешение сесть.

Елена подняла трубку внутреннего телефона, попросила помощницу сделать им кофе. Потом посмотрела на Влада.

- Садись. Нам так и так придется общаться. Надеюсь, что наше прошлое не помешает нашему будущему.

На это он только как-то криво усмехнулся, помотал головой, но сел на кресло перед столом Елены. Через минут пять Лида внесла новый кофейник со свежесваренным кофе и поднос с чашками.

- Что-нибудь еще?

- Нет, Лидия, спасибо. Принеси бумаги, о которых говорил дядя.

Через минуту помощница внесла кожаную папку, положила перед Еленой. Из-за спины Влада подмигнула ей заговорщически, давая понять, что именно за этим красавчиком их Юлия Валентиновна начала охоту. Елена кивнула, давая понять, что все поняла. И ей неожиданно стало весело, захотелось вот так рассмеяться – громко, до слез. Казалось, что история повторяется. Все женщины бегают за Владом, а он сидит перед ней и смотрит таким взглядом, словно любуется ею.

- Влад, скажи честно. Почему ты здесь? Не верю, что ты случайно появился у нас, - спросила Елена, когда Лидия вышла.

Он склонил голову, усмехнулся.

- Ты всегда видела меня. Да, Лена, я нашел твою фирму, мы написали вам предложение и твой дядя согласился. Поверь, наше сотрудничество выгодно нашим фирмам одинаково. А приехал сюда я, а не Андрюха, потому что мы с тобой знакомы. И я очень хотел тебя снова увидеть. Прости.

- За что? – Елена уже совсем успокоилась и убедила себя, что придется работать с Владом.

- Что снова захотел тебя увидеть, - в голосе слышалась тайная боль.

Она пожала плечами. А что она могла ответить? Что тоже хотела увидеть его, просто сесть рядом с ним, чувствовать тепло его плеча? Дышать его запахом? Слышать его голос? Но все это в прошлом. Пусть там и останется.

- Ты не вышла замуж?

Вопрос для Елены оказался неожиданным и болезненным. Она сморщилась и отвернулась.

- Нет, не вышла. Он оказался банальным подлецом. Хорошо, что вовремя узнала об этом.

К своему удивлению она услышала его облегченный вздох и посмотрела на мужчину, успела заметить, как он успел спрятать улыбку.

- А как у тебя с Полиной? – спросила она в отместку.

- Никак. Она в больнице. И долго там пробудет.

- И ты оставишь больную девушку?

Елена покачала головой, показывая, как огорчена его поступком.

- Не осуждай меня. Ты ничего не знаешь об этом.

- И не хочу знать, - резко ответила Елена. – Ты кофе допил? Давай работать.

***

Весь день Елена провела с Владом. Около часа они обсуждали их совместное сотрудничество, потом выехали на объект, где провели весь остаток дня. Надо отдать ему должное, он общался с ней только по рабочим вопросам. С ним оказалось совершенно комфортно общаться, он был полностью увлечен своим делом, знал все до мелочей. Если был с чем-то не согласен, прямо указывал на это и мотивировал свое несогласие. Елене понравилось работать с Владом. К концу дня они понимали уже друг друга с полуслова.

Все время у Влада звонил телефон. Несколько раз он посмотрел на экран, хмурился и сбрасывал звонок.

- Ответь, может это что-то важное, - сказала Елена.

- Это совершенно не важное. Это одна дама, которая не понимает слова «нет».

Елена улыбнулась и ничего не сказала.

В конце рабочего дня они вернулись в офис. Елена сама возила их на своей машине. Влад вышел первым, потом подошел к ее двери, ожидая девушку, чтобы помочь выйти. Она не стала капризничать и показывать свой характер, спокойно подала ему руку. Потом Влад не отпустил ее ладонь, Елене пришлось вытянуть руку из его горячей ладони. В это время на крыльце здания она увидела Юлию, которая прожигала ее взглядом, словно была готова кинуться и выцарапать ей глаза. Елена сделала вид, что не замечает злых взглядов женщины, просто направилась к входу.

- Владислав, погодите, - Юлия кинулась к мужчине. – Я жду Вас. Мы же договаривались сегодня после работы сходить в ресторан.

- Разве? – Влад поднял бровь в удивление. – Прошу простить меня, Юлия Валентиновна, я не помню, чтобы приглашал Вас сегодня куда-то. – Прошу меня простить, мы с Еленой Павловной заняты. У нас еще много работы.

- Хорошо, - сквозь зубы проговорила Юлия. – Я подожду Вас.

- Не стоит, - сухо ответил он, - боюсь, что я не смогу уделить Вам внимания, - потом совсем тихо добавил, - ни сегодня, никогда.

А потом он взял Елену под руку, и они вошли в здание. Елене даже показалось, что она слышала слова проклятья в свой адрес, которые шептала Юлия ей в спину, улыбнулась про себя, внешне сохраняя спокойствие, но заметила, как дернулся Влад, словно хотел ударить Юлию. Молча на лифте поднялись на нужный этаж и направились в приемную.

Еще около часа вместе с Борисом они обсуждали рабочие вопросы. Наконец Борис Павлович устало откинулся на спинку кресла, потер глаза.

- Ребята, я устал, как собака. Я уже плохо воспринимаю информацию. Давайте по домам. Лена, ты сможешь подвезти нашего партнера? Ему далековато идти.

- Хорошо, - она пожала плечом. – Я пойду собираться. Спускайтесь вниз, Владислав.

Но он дожидался ее у двери кабинета.

- Тебе кабинет выделили? – спросила Елена.

- Да, - он кивнул на кабинет отдыха, которым они редко пользовались, и в который можно было пройти через приемную. – Борис Павлович организовал мне отличное рабочее место.

Они вместе вышли на улицу. Сбоку на крыльце стояла Юлия, которая куталась в модное пальто. Сегодня было довольно холодно, еще немного и пойдет снег, не дожидаясь календарной зимы.

- Владислав Евгеньевич, - она вновь бросилась ему навстречу, - подождите. Я же ждала Вас.

- Юлия Валентиновна, я очень устал. День выдался очень напряженным. Мне хочется добраться до дома и лечь спать. Прошу простить меня. Но я никуда с Вами не пойду.

Елена продолжала спускаться по лестнице, направляясь к стоянке, на которой осталось всего пара машин. Она открыла свою, села за руль, завела двигатель, наблюдая, как Влад пытается избавиться от Юлии. Он быстро дошел до машины, Юлия не отставала. Влад быстро захлопнул дверь.

- Давай быстрее уедем?

Что-то такое было в его голосе, что Елена невольно улыбнулась. Ей даже стало жалко Влада.

- Куда везти? – спросила она, выруливая на проезжую часть.

Влад назвал адрес.

- Я бы поел где-нибудь, - сказал Влад, и Елена поняла, что и сама бы не отказалась от ужина.

- Могу завезти тебя в кафе, вкусно и не дорого.

- Пойдешь со мной? Ты же тоже не ела ничего, только кофе утром.

Он и раньше замечал, что она не ела и вел ее в какое-нибудь кафе, когда они гуляли. Тогда. Шесть лет назад. Елена хотела согласиться, но потом отрицательно покачала головой.

- Нет, я просто покажу тебе кафе рядом с твоим домом. У меня еще дела.

- Извини, не подумал, - ответил Влад и замолчал.

Она подвезла его к кафе, остановила машину. Влад сидел, погруженный в свои мысли.

- Владислав, мы приехали, - она дотронулась до его руки. Мужчина вздрогнул от неожиданности. – Мы приехали, - повторила Елена.

Влад кивнул головой и вышел из машины. Он шел в сторону кафе, а она смотрела ему вслед. Хотелось пойти следом за ним, взять за руку, а потом провести вечер в этом уютном кафе. Может они смогут еще раз спокойно поговорить? Но потом она решительно завела двигатель и вырулила со стоянки. Он даже не обернулся. Стена недоверия выросла между ними шесть лет назад, которую они вряд ли смогут преодолеть. Еще очень больно, до сих пор она слышит его слова по ночам: «…нас больше ничего не связывает... И не дай бог ты снова попадешься на моем пути – уничтожу…».

Она приехала домой, поднялась на свой этаж. Неожиданно со стороны лестницы, ведущей на следующий этаж, к ней шагнул Антон.

- Лена, ты долго. Я устал тебя ждать, - он словно упрекал ее.

- Зачем ты меня ждешь? – Она остановилась, не торопясь открывать дверь.

- Нам надо поговорить, - решительно проговорил мужчина. – Поверь, что я очень сожалею, что все так получилось, что ты увидела мою слабость. Да, я изменил тебе, но это ничего не значит, это было всего один раз. Я люблю тебя и мое предложение пожениться остается в силе.

- Антоша, знаешь что? А не пошел бы ты нахрен? Вот так прямо отсюда и нахрен четким шагом никуда не орачивая? Я видеть тебя не могу, а ты явился сюда и стоишь, как ни в чем не бывало. Неужели ты думал, что я смогу простить тебя? Напомнить, зачем ты решил жениться на мне, и кто был бы твоей любимой? Неужели так плохо без моих денег? Или ты не мужик, не сможешь заработать для своей девочки? Или ты собирался содержать ее на мои деньги? Пошел вон, Антоша, пока я не разозлилась окончательно.

- Ну зачем же ты так, - он натянул на лицо фальшивую улыбку, хотя ее слова задели мужчину. – Мы же любили друг друга. Неужели какой-то небольшой эпизод может разрушить их?

- Небольшой эпизод? Это ты называешь небольшой эпизод? В постели, где я отдала тебе свою невинность, в квартире, которую привела в порядок за свои деньги, на постельном белье, которое покупала я? Пошел вон.

Лену начало лихорадить, вновь злость начала затапливать ее. Еще немного и она сорвется.

- Леночка, ну чего ты, - в его глазах появилось что-то такое, от чего ей стало еще противнее. – А если я напишу о тебе такое, что все просто отвернуться от тебя? Подумай, я могу многое.

Он не закончил свою пламенно-подлую речь, как Елена влепила ему пощечину. От всей души, со всей злости, которая копилась все эти дни. От пощечины от отлетел от нее на шаг, схватился рукой за лицо и смотрел на девушку глазами, полными ужаса. А сейчас ее стоило бояться. Ее глаза горели яростью, лицо стало маской дикого зверя, которого раздразнили охотники. Он вжался в стену, замер.

- Пиши, что хочешь, - в ее голосе звучали рычащие нотки. Еще немного и она просто оторвет ему голову. - Но знай, что теперь я точно уничтожу тебя. Я же знала, что ты ничтожество, твои статейки никто не читает, ты получал сущие копейки. Ты просто жил за мой счет и собирался дальше считать меня за дойную корову, жить в свое удовольствие на мои деньги. Теперь запомни – ты разозлил меня. Теперь я точно уничтожу, раздавлю тебя, как гниду, если только покажешься на моем горизонте.

- Ле…Лена, прекрати, - теперь его голос был похож на писк раздавленного червяка.

Она еще раз ударила его по лицу, но по другой щеке.

- Запомни, тварь, еще раз подойдешь ко мне, я просто убью тебя.

Антоша рванул по лестнице вниз, оглядываясь, словно опасался, что она побежит за ним. А Елена устало привалилась к стене, откинула голову, закрыла глаза. Ее снова трясло от бешенства. Где-то наверху хлопнула дверь, Елена открыла глаза, достала ключи и подошла к своей двери.

Она долго стояла под горячим душем, переваривая этот день, который переломал ее, вывернул наизнанку. Утешало только одно – она ответила Антоше. Но жалела только об одном – что мало. Надо было отпинать его ногами, чтобы он даже не смог приползти к ней. А потом на нее напал нервный смех, когда она вспомнила Юлию, которая заглядывала в окно ее машины, когда они с Владом отъезжали со стоянки. С этой дурой надо что-то решать. Да и по работе к ней накопилось слишком много вопросов. Сегодня утром она заметила неприятную ошибку, «допущенную» отделом снабжения.

Елена вышла из душа, набрала дядю.

- Дядь Боря, извини, что поздно звоню.

- Да ладно, ты же знаешь, что я еще не сплю. Что-то случилось?

- Сегодня я смотрела бумаги. Мне не понравились отчеты отдела снабжения.

И она выложила дяде свои выводы.

- Знаешь, мне давно кажется, что эта Юлия ведет двойную игру, - с грустью ответил Борис. - Но так не хотелось, что кто-то из наших сотрудников ведет против нас игру. Я завтра поговорю с ней. Спасибо, что позвонила, я буду думать.

Елена легла в постель, вслушиваясь в тишину за окном. Ей нравился их район – тихий, спокойный, вдалеке от шумных дорог. После девяти на площадке перед домом наступает тишина. И неожиданно в памяти всплыл момент, как от нее уходил Влад, опустив плечи, словно нес огромную тяжесть. И еще его Полина, которая сейчас в больнице, а значит, он не бросит девушку, останется с ней. Сердце сжалось в болезненном спазме, на глаза набежали слезы.

- Зачем ты так с нами? Почему не доверял мне, поверил лживым словам друга-предателя? Ты же понимаешь, что это очень трудно, невозможно простить. Я не знаю, как мне быть, - она говорила куда-то в пустоту, словно Влад мог услышать ее.

Глава 11

Глава 11.

Утром Елена пришла на работу, как обычно, первой. Лида прибежала следом за ней минут через пять.

- Ну и холод, - проворчала женщина, потирая руки, чтобы согреть их. – Я сейчас кофе сделаю. Елена Павловна, Вы хорошо себя чувствуете?

Женщина всматривалась в лицо Елены с какой-то материнской заботой.

- Ничего, просто ночью не спалось. От кофе не откажусь.

Лида убежала к себе варить кофе, а Елена включила компьютер, стала просматривать входящую почту, распечатывая нужные документы. Лидия принесла кофе и ушла к себе.

Потом пришел Борис Павлович. Сегодня он был каким-то хмурым.

- Ленок, мне кажется, что ты категорически права. Я вчера еще созвонился с нашим главбухом. Сейчас Семен занесет мне справку. Я еще вызвал нашего начбеза Яшу. Думаю, у меня есть, что спросить у Юлии Валентиновны. Чем сегодня собираешься заниматься?

- Текучкой, - вздохнула Елена. – Дядь, ты уверен, что с «Альфой» у нас получится?

- Более чем. Мне нравится эта фирма и этот твой Владислав. Какой-то он…надежный. И классный специалист. Ну ладно, я к себе. Работай.

И дядя ушел, а Елена снова погрузилась в дела. Краем сознания она поняла, что Влад не зашел к ней сегодня. В груди вспыхнула и тут же пропала обида. Мало ли какие у него дела.

Через час дверь кабинета распахнулась и появилась Юлия Валентиновна.

- Вот ты где, - в ее голосе было столько яда, что можно было его сдавать для медицинских нужд.

- Вы что-то хотели? – Елена подняла голову от бумаг.

- Да, хотела. Я хочу, чтобы ты оставила в покое Владислава. Он мой, он уже сделал мне предложение, и я ответила ему согласием. Свадьба будет через две недели. Так что не советую становиться у меня на пути. Он – мой.

Елена молча с удивлением смотрела на женщину, которая распалялась все больше, говорила так, словно хотела убедить себя саму.

- Что смотришь? Я не понятно говорю? Владислав – мой мужчина, скоро станет моим мужем. А ты только попробуй помешать мне. Я найду чем уничтожить тебя и вашу поганую форму. Вы у меня с Борисом вот где.

Она протянула руку, сжала пальцы в кулак, показывая серьезность своих намерений.

- Интересно, когда я успел сделать Вам предложение? – раздался голос со стороны двери. – И я не помню, чтобы за время нахождения в Вашем обществе терял сознание.

Юлия резко обернулась.

- Владислав, ты не так все понял. Просто я сказала Елене Павловне, что мы любим друг друга, и попросила не мешать ее нашему счастью.

- А кто Вам сказал, что я люблю Вас?

Голос Влада звучал совершенно спокойно. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, руки скрещены на груди.

- Разве? Владислав, а когда ты провожал меня домой? А когда мы вместе обедали, а потом ты пригласил меня на ужин? Разве это не проявление чувств?

- Хм, - он усмехнулся и покачал головой. – Если бы мне пришлось жениться на всех девушках, которых я угощал обедом, у меня бы дома было как минимум тридцать жен.

- А как же наш ужин?

- Неужели тот ужин, на который Вы пришли без приглашения, можете назвать каким-то особенным?

- Это было свидание. Не отрицай, ты любишь меня, просто не хочешь признаться.

- Юлия Валентиновна, я никогда не любил Вас и не полюблю.

- Почему? – ее голос дрожал от обиды и досады.

- Потому, что у меня есть невеста, которую я люблю.

- И кто она? – теперь в голосе женщины прозвучали истеричные нотки.

- Это Елена Павловна. Мы давно знаем друг друга. Я приехал сюда к ней, чтобы сделать то, что должен был сделать шесть лет тому назад.

- Я ненавижу тебя, тварь ты такая! - Юлия развернулась и бросилась на Елену, пытаясь схватить ее за волосы. – Я убью тебя. Он мой мужчина, я его никому не отдам.

Елена только успела прикрыть голову руками и прижаться к столу, Влад в два прыжка подскочил к Юлии, перехватил ее руки, которыми она была уже готова вцепиться в волосы Елены.

В это время от двери раздался голос начальника отдела безопасности, который крикнул кому-то в сторону:

- Борис Павлович, она здесь.

И начбез рванул к Владу, который пытался утихомирить вырывающуюся из его рук женщину. Яков перехватил ее, обхватил ее так, прижимая руки женщины к ее телу, не давая вырваться.

В кабинет вбежал Борис Павлович.

- Ленка, что здесь происходит? Ты не пострадала?

Но вместо нее каким-то слишком спокойным голосом ответил Влад.

- Еще одна психбольная на моем пути. Нет, Елена Павловна не пострадала.

Начбез вывел Юлию Валентиновну, следом за ними поспешил Борис Павлович. В кабинете остались только Елена и Влад, который отошел на шаг в сторону к окну. Стоял, опустив голову.

Сама Елена сидела в шоковом состоянии. Ее снова трясло, как в лихорадке. Вбежала Лидия, которая заметила ее состояние, всплеснула руками, выбежала из кабинета, потом вернулась с какой-то склянкой и стаканом с водой, стала капать в него, считая капли.

- Выпей, - она вложила стакан в руку Елены.

Та автоматически поднесла стакан ко рту, выпила микстуру, закашлялась и наконец отмерла. Лидия прижимала ее к себе, гладила по голове, плечам, стараясь успокоить, а Елена просто зарыдала, в голос, со всхлипами. Вся выстраиваемая ею личина сильной женщины треснула и распалась на тысячу осколков. Вся ее боль, отчаяние, злость, обида сейчас выходили со слезами. Все ее напускное спокойствие было разметено, как песок ураганом. Она так не плакала, когда Влад уехал от нее шесть лет назад. Не плакала, когда хоронила маму. Не плакала, когда узнала об измене Антона.

Когда через долгих десять минут Елена немного успокоилась, Лидия отпустила ее.

- Лидия, дайте нам поговорить с Владиславом Евгеньевичем, - тихо попросила Елена.

Женщина кивнула и вышла, закрыв за собой дверь.

- Влад, зачет ты так? Ты же знаешь, что я не стану твоей женой после того, как ты…После того, когда ты уехал от меня, не желая выяснить правду. Ты мог потом позвонить мне, мы бы еще раз поговорили. Но ты решил, что я не достойна тебя, что я как все, ищу богатого, продаюсь за деньги. Неужели ты за все время, пока мы были с тобой, не понял, что я просто любила тебя? Мне не нужны были твои деньги, ни связи твоего отца. Мне был нужен только ты. Ты один. Я же жила тобой. Но ты просто не любил меня так, как я любила тебя. Когда любят – доверяют полностью. Или не нужна такая любовь. Я не стану твоей женой. Зря ты приехал. У тебя есть Полина, которой ты сейчас нужен. Она в больнице, ты должен быть с ней. Прошу, уезжай. Не переживай, мы будем сотрудничать с вашей фирмой. Просто я не могу больше видеть тебя. Это мне чертовски трудно. Я каждый раз убеждаю себя, что успокоилась, пережила наше прошлое. Но вот ты снова появляешься в моей жизни, и вся моя выдержка летит к чертям. Я не могу так больше. Прошу, уезжай.

Она смотрела куда-то перед собой невидящим взглядом. Голос звучал так глухо, словно говорила древняя старуха. А Влад стоял у окна, смотрел на девушку, которую любил больше всей жизни и будет любить. Но он первый предал ее, причинил ей столько боли. И сейчас вновь из-за него она снова чуть не пострадала. Снова на его пути попалась очередная сумасшедшая.

- Хорошо, - сказал он через минуту долгого молчания. – Я уеду. Просто хочу сказать, что я всегда любил тебя и буду любить. А Полина? Да, какое-то время я жил с ней, но мне пришлось отправить ее в психушку. У нее просто съехала крыша из-за того, что не хотела расставаться со мной. Я оставил ей все, квартиру, имущество, хотя мы даже не были помолвлены. И я никогда не собирался жениться на ней. Просто хотел думать, что смогу быть счастлив без тебя. Но слишком поздно понял, что она не здорова. Поэтому пришлось отправить ее на лечение. И в моей помощи она не нуждается. Я не собираюсь становиться ей нянькой, у нее есть родители, которые живут в деревне. Они сказали, что, когда врачи разрешат, заберут дочь к себе. Все, что я сказал сейчас – правда. Я любил тебя, все это время и всю свою жизнь. И буду любить. Да, я не поверил тебе, за это и расплачиваюсь все это время. Я жестоко наказал себя за свое неверие, свое недоверие. И я понял, что не смогу ничего исправить, потому что это тебе не надо. Я уеду. Хочу, чтобы ты была счастлива.

Он развернулся и вышел из кабинета, а Елена снова уронила голову на стол и зарыдала. Сегодня какой-то день – невозможно тяжелый, душераздирающий, выворачивающий наружу. Быть сильной нет больше сил.

Лидия, словно понимая ее состояние, не заходила и не беспокоила. Через полчаса Елена немного успокоилась, вытерла потекшую тушь, высморкалась. Красные глаза все равно никуда не деть. Потом она вышла в приемную.

- Где дядя? Куда они увели Юлию? – спросила у Лидии.

- Они увезли ее в полицию, - с тяжелым вздохом ответила помощница. – Я пока не знаю подробности, но Яша проговорился, что она работала на наших конкурентов. Вернется Борис Павлович, все у него узнаем.

О Владе Елена ничего не стала спрашивать, и сама Лидия тоже ничего не говорила, полностью занятая мыслями о Юлии.

Дядя вернулся поздно вечером вместе с главбухом и начбезом. Елена узнала от них, что около года назад Юлия стала работать на их конкурентов, сливала кое-какую информацию, делала пересортицу товаров, закупала для производства откровенный брак, из-за чего на их продукцию стали приходить претензии, шел возврат товара. Пока это были единичные случаи, которые списывали на случайности. Но Юлия во всем созналась.

***

Юлия Валентиновна решила мстить Борису, когда он отказался жениться на ней. Она долго обхаживала своего босса, но он только отшучивался, а потом попросил оставить его в покое, так как жениться совершенно не собирается. Тогда она смогла сдержаться, не устроила истерику, а стала думать, как отомстить этому колобку. И тогда на нее вышел представитель фирмы-конкурента. Без малого год ей удавалось вредить «Ростку» так, чтобы на нее не упало подозрение. И вот сегодня ее нервы не выдержали.

Триггером к ее откровенности послужил конфликт из-за Владислава, которого она сразу же решила присвоить себе – молодой, красивый, богатый, холостой. Она делала все, чтобы заполучить его, следила за ним, пыталась подставить его в такую ситуацию, из которой он сможет выйти только ее мужем. Но он вырывался из ее капканов. А потом вернулась Елена из своего отпуска. И впервые Влад отказался разговаривать с ней и поехать на ужин. Он и раньше отказывался, но делал это как-то деликатно, стараясь не обидеть женщину. А потом он заявил ей в лицо, что он приехал к этой выскочке, которую Юлия терпеть не могла. И она сорвалась, так хотелось разбить этой Ленке лицо, выцарапать глаза, выдрать волосы, чтобы Влад увидел свою любимую во всей неприглядной красе. Когда ее привезли в полицию с виду добрый следователь вцепился в нее своими вопросами и через полчаса Юлия истерично рассказывала всю свою печальную историю.

Когда Борис Павлович отказался забирать заявление, она долго кричала и сыпала в его адрес проклятиями. Теперь ей придется отправиться в тюрьму, где пропадет ее красота, которую она так тщательно лелеяла. Красота была ее оружием. Она же помнит, сколько мужчин крутилось возле нее. Но ни один из них не подходил под ее высокие стандарты, которыми должен обладать муж. Они все были недостаточно богаты, чтобы любить их. Когда ей перевалило за тридцать пять, вопрос о богатстве как-то отошел в сторону. Достаточно было, чтобы мужчина был красив и хорошо зарабатывал. Во Владе она увидела свою мечту, которая разбилась так больно.

***

Когда трудный разговор подошел к концу, главбух и начбез ушли к себе, дядя посмотрел на Елену.

- Лена, скажи, почему Владислав уехал?

- Как уехал?

Она почему-то хотела думать, что он останется. Что пройдет ночь, потом она сама придет к нему и предложит остаться. Она возьмет себя в руки и сможет работать с ним в «одной упряжке», ведь ей это действительно понравилось. С ним было хорошо, спокойно, надежно. Но он уехал. Опять уехал, но на этот раз она сама прогнала его. Она сейчас не смогла бы вспомнить, что говорила ему, слова в кабинете шли откуда-то из глубины души. А сейчас она только помнила, как говорила ему – «уезжай». Ведь она видела его глаза, в которых жила надежда, плескалась боль, он смотрел на нее и ждал ее прощения. А она прогнала его. Не поверила, что он изменился, что они смогут быть счастливы. Она не поверила, что он приехал к ней, чтобы назвать ее своей женой. Получается, что сейчас она не поверила ему? Не доверила своему сердцу? Боже, как же больно…

Глава 12

Глава 12.

Потекли серые будни. После задержания Юлии весь штат фирмы прошел проверку. Было уволено несколько человек, которые тоже пытались работать на конкурентов. Работа вошла в прежнюю колею. Новые договоры о сотрудничестве, в том числе с «Альфой» заставляли еще больше работать. Елене некогда было поднять голову от бумаг, телефон не умолкал. Только по вечерам она возвращалась в свою квартиру, падала спать, гнала от себя мысли о Владе. Она превратилась в тихого зомби, который утром идет на работу, улыбается всем, стараясь показать, что у нее все отлично, делает все дела, а потом возвращается в свое убежище, где колючие мысли не дают спать. «Он уехал и больше никогда не вернется, - крутилась назойливая мысль. – Не вернется. Не вернется. Не вернется. Ты его слишком сильно обидела. Не поняла его, не дала шанс. Не поверила в искренность его слов. Не поверила, что он любит ее также, как тогда».

Каждое утро она натягивала на лицо дежурную улыбку, чтобы никто не видел, какая буря бушует в ее груди. Спасали только дела, которых было очень много.

Борис Павлович тоже зарылся весь в делах. Верная Лидия была рядом с ним и помогала, как только могла.

За неделю до Нового года Борис как-то пришел в кабинет к Елене, тихо прикрыл за собой дверь, потом устало опустился на кресло перед столом.

- Лена, скажи, как ко мне относится Лидия? – вдруг спросил мужчина.

- Лидия? – Елена удивленно смотрела на дядю. – Она просто любит тебя. Разве ты этого не замечал?

- Нет, - он как-то рассеянно покачал головой. – Не замечал. А вчера она просто сказала мне, что любит меня.

- А ты?

- Знаешь, я только ночью, когда не мог заснуть, понял, что она стала моей частью. Моей, понимаешь, моей. Я не представляю, что вдруг ее не окажется рядом со мной. Приду на работу, а ее нет. Что это, скажи? Я ведь никогда не любил.

- Это и есть любовь, когда не можешь представить себя без другого человека.

- Что мне делать?

Весь его вид был как у потерявшегося первоклассника, которого родители привели на торжественную линейку и оставили одного посреди школьного двора.

- Просто подойти к ней и скажи, что любишь ее. Думаю, что потом ты сможешь сказать нужные слова. Иди. Она действительно любит тебя.

Борис Павлович нерешительно поднялся и пошел на выход.

- Иди, - тихо сказала Елена, когда он замешкался возле двери. – Если ты вчера ее чем-то обидел, просто скажи – «я люблю тебя. И если можешь, прости за все».

Он кивнул нервно и открыл дверь. Елена не стала подходить к двери, чтобы подслушать, так и сидела за своим столом, закрыв глаза. Хотя бы еще двое станут счастливыми. А она? А она снова застегнет свою душу на все замки и попробует жить дальше.

***

До Нового года оставалось два дня. Снег уже засыпал город огромными сугробами. Сегодня Елена добиралась с работы до дому пешком, оставив утром машину у дома, так как не смогла выехать. По дороге она промерзла, поэтому быстро разделась, набрала горячую ванну, легла в нее чтобы согреться. Она улыбалась. Дядя сделал предложение Лидии. Женщина сначала не поверила, а потом тихо плакала на плече у Елены, не в силах поверить в то, что это не сон, не сказка, а Борис, который стал для нее смыслом жизни, предложил ей стать его женой. А потом они долго сидели в теплом семейном кругу. Лидия и Борис сияли счастьем. Елена смотрела на них и тихо радовалась.

Она вышла из ванной в теплом халате и с полотенцем на голове, зашла в кухню, заглянула в холодильник и выругалась. Из-за всех этих нервотрепок забыла зайти в магазин, а есть захотелось с жуткой силой. Она заказала себе пиццу, потом села перед телевизором, включила какую-то передачу. Минут через тридцать раздался звонок в дверь. Елена пошла открывать. Молодой мальчишка отдал ей пиццу, поздравил с наступающими праздниками, шмыгнул замерзшим носом и ушел. Елена только успела отнести пиццу в кухню, включить чайник, как снова раздался звонок в дверь. Она улыбнулась. Наверное, он что-то забыл. Не глядя в «глазок», она открыла дверь и тут же была сметена настоящим ураганом, оказалась в крепких мужских объятиях. Мужчина быстро сделал пару шагов, ногой захлопнул дверь, покрывая ее лицо судорожными поцелуями.

- Ленка, что хочешь потом будешь делать со мной, можешь разбить мне всю морду, выцарапать глаза, но это все потом, а сейчас просто не гони меня. Я так больше не могу. Я сойду с ума без тебя. Я и так наказал себя сильнее, чем кто-либо. Шесть лет без тебя. Шесть лет ада, который я сам себе устроил. Я заплатил слишком большую цену за недоверие. Я шесть лет казнил себя. Пусть ты снова прогонишь меня, но это потом, а сейчас я хочу сказать – я безумно люблю тебя, полюбил с первого взгляда и на всю жизнь. Я не смог без тебя, везде видел тебя, жил с мыслями о тебе. Только ради того, чтобы хоть еще раз увидеть тебя я жил все эти годы. Я уйду, если ты прогонишь меня. Я это заслужил. Но сейчас дай скажу – Лена, выходи за меня замуж? Если откажешься, я все пойму и уйду, ты меня больше никогда не увидишь. Но сейчас прошу, ответь.

Влад продолжал сжимать Елену в объятиях, а она замерла испуганной мышкой, сломленной его напором, его срывающимся дыханием, его безумными поцелуями, которыми он осыпал ее лицо. Она смотрела в его горящие глаза и видела в них безграничную любовь, а также страх, что ему придется уйти. А она устала быть сильной, устала носит маску женщины, которой ничего не надо, кроме работы. Ей нужен он. Ей сейчас так хорошо в его объятиях, таких родных, таких знакомых. Пусть его одежда холодная с улицы, но ей тепло в его руках. Сердце готово вырваться из груди. Она не сможет оттолкнуть его. Не сможет сказать – уходи. Она сама не отпустит его. Они оба заплатили высокую цену своим недовериям. Теперь придется заново учиться быть вместе и верить, что любимым не изменяют.

***

Через год Влад нес из роддома на руках свою любимую женщину в машину, а его отец шел впереди и нес на руках новорожденного внука, с каким-то трогательным выражением всматриваясь в его маленькое лицо и улыбался. Он даже сыну так не улыбался, когда встречал его из роддома. И сейчас старый мужчина впервые понял, что значит счастье. Это когда несешь в руках новую жизнь. Он дал сам себе слово, что даст своему внуку ту любовь, которую не дал в свое время сыну, всегда будет рядом с ним, помогать и поддерживать.

Полгода назад Влад встретился с отцом. Они долго говорили, впервые Влад видел слезы в глазах отца. Он смог простить отца и принять его предложение. А еще через месяц фирмы «Альфа» и «Росток» вошли в состав огромной компании, которой стал руководить молодой генеральный директор Владислав Евгеньевич Мартынов. Он так и оставил фамилию деда, отец не возражал. Не важно, какая фамилия у человека, который продолжит дело всей его жизни. Главное – доверие.

*********************************