Целительница

Глава 1

ГЛОССАРИЙ

Лея – мера расстояния, 1,2 км

Оборот – временной промежуток, равен часу

Малый оборот – временной промежуток, равен минуте

ЗИМНИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

грудень – декабрь, январь – снежень, февраль – студень

ВЕСЕННИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

март – березень, апрель – кветень, май – травень

ЛЕТНИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

июнь – червень, июль – липень, август - жнивень

ОСЕННИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

сентябрь – вересень, октябрь – рюень, ноябрь - листопад

ПРАЗДНИКИ

Весенний праздник Возрождения Светлой Ари – с 20 по 25 апреля

Осенний праздник Плодородия – с 1 по 5 октября

Осенний праздник День усопших 30 ноября

Зимнего равноденствия, начало нового года – 21 декабря – 27 декабря

РЕЛИГИЯ

МАТЬ БОГОВ – вечно юная Светлая Ари, 25 октября уходит в пещеру высоко в горах и до весны засыпается мёртвым сном. В марте богиня возрождается к новой жизни и принимается вышивать покров, который 20 апреля расстилает по оттаявшей земле. Из вышивки появляются растения и цветы.

ОТЕЦ БОГОВ – Двуединый. Могучий, грозный бог имеет две ипостаси – светлую и тёмную.

Младшие боги, рождённые от Светлой Ари и Двуединого, разделяются на Светлых и Тёмных. Зачатые Двуединым в светлой ипостаси – Светлые, зачатые Двуединым в тёмной ипостаси – Тёмные.

Однако не значит, что Светлые – добро, а Тёмные – зло.

Особняком стоит старший сын Двуединого и Светлой Ари – бог разума Тарай. Хитрец Тарай выделялся завистливым, честолюбивым характером, он хотел править миром самостоятельно, поэтому опоил зельем забвения отца. После чего Двуединый утратил гармонию между двумя своими ипостасями и стал Отшельником. А Тарая прозвали Отступником.

1 глава

Сундук для приданного был полон на треть. Яра достала четыре рубашки из тонкого полотна, два шерстяных платья, вышитый диковинными цветами платок, новые красные башмачки и тёплые сапожки. Немного подумав, девушка отложила в сторону одно из платьев и сапожки. Весна наступила седмицу назад, и в низинах ещё лежал снег. Холодно…

Остальные вещи Яра торопливо увязала в сооружённое из платка подобие сумы. Всё. Со сборами покончено… Девушка уселась на неудобный стул с высокой резной спинкой и закрыла ладонями разгорячённое лицо. Мысли вертелись в голове бешеным хороводом. А что, если её поймают? Накажут, ладно… Подумаешь, отправят трудиться с наёмными работницами на скотный двор и продержат пять седмиц на хлебе и воде! Переживёт.

Наказание Яру нисколько не пугало. Самое страшное – потерять любовь… Благородный рыцарь Орей Санко прождёт возлюбленную в роще до утра и уедет далеко-далеко на восток в свой манор. А благочестивые жрицы позаботятся, чтобы беглянка больше никогда не встретилась с её избранником…

Нельзя думать о плохом, самой звать беду! Бог разума и порядка Тарай услышит и нарочно помешает счастью сироты. Не любит Тарай своеволия… А что Яре остаётся? Одной красоты в жизни мало. Бесприданница. В монастырских воспитанницах её продержат ещё три года. Когда Яре исполнится восемнадцать, придётся сделать выбор – стать младшей жрицей или выйти замуж за вдовца с кучей детей! Настоятельница, двоюродная сестра покойного отца, предпочла бы видеть племянницу среди жриц, потому что у Яры пробудился дар… Знающие люди считали, что со временем из девушки получится хорошая целительница.

Однако Яру монотонная, однообразная жизнь в монастыре не привлекала. Нет, учиться целительскому искусству юной воспитаннице нравилось, даже очень. Днями бы возилась в саду растений и варила зелья, наблюдала, как при её участии затягиваются раны и уходят болезни. Но девушке хотелось любви и семейного счастья в собственном маноре.

С затаённой тоской Яра наблюдала, как к стенам монастыря прибывают свадебные процессии, и первая жрица храма Светлой Ари проводит торжественный обряд. Потом очередная воспитанница, получив благословение богини, за руку с супругом покидает монастырь…

Когда в чаше на алтаре вспыхивало священное пламя – знак одобрения Светлой Ари свершившегося брачного обряда, у Яры от восторга на глазах выступали слёзы. И да, она завидовала молодой жене, совсем чуть-чуть. Скоро бывшая товарка вернётся в большой мир, увидит много прекрасного и удивительного... А Яра останется в монастыре надолго, возможно, на всю жизнь…

***

Серебристый перезвон колокольчиков известил о завершении вечерней молитвы. Яра прикинулась больной и на молитву не пошла. Жрица Отава, приглядывавшая за воспитанницами, притворщице поверила. Как тут не поверить?! Глаза юной воспитанницы лихорадочно блестели, а на щеках горел багряный румянец. Жрица посоветовала Яре немедленно принять целебный настой и лечь в постель.

В дверь поскреблись. – Спишь? – прозвучал голос подруги.

– Сплю, – негромко ответила Яра.

– Прости, что разбудила. Я волновалась, – виновато оправдывалась Лиса.

– Ничего, мне уже лучше, – солгала Яра.

– Тогда добрых снов!

Лиса – лучшая подруга Яры. Но несмотря на доверительные отношения о предполагаемом побеге Яра ей ничего не сказала. Почему? Во-первых, Лиса – болтушка, ей трудно держать язык за зубами. Во-вторых, подругу обязательно наказали бы, что не сообщила жрицам о намерениях Яры. Бедняжка Лиса мучилась бы, разрываясь между долгом и дружбой.

***

Следовало выждать, когда в монастыре все уснут. Яра погасила светильник, свернулась на узкой койке калачиком и мгновенно утонула в воспоминаниях-мечтах о любимом. Ранняя осень, рыцарский турнир в Руайяне, посвящённый богу плодородия Житеню…

Жрицы привезли старших воспитанниц на праздник в большой город, расположенный в полутора оборотах езды от монастыря. Яра тогда удивилась, почему в День плодородия чествуют Тарая? Огромная статуя бога разума возвышалась на помосте над ристалищем, а низенький глиняный бородатый Житень притаился в тени могущественного старшего брата.

Участники турнира в сверкающих доспехах выехали на ристалище поприветствовать народ. Глаза Яры встретились с обжигающим взглядом тёмных глаз рыцаря на буланом жеребце. Мужчина улыбнулся и склонил голову. Яру бросило в жар.

Орей Санко выбыл из соревнования на третьем поединке. Но девушку это ничуть не разочаровало. Перед отъездом из Руайяна шустрый мальчишка-оборванец передал Яре записку. Далее последовала череда «случайных» встреч и признание в любви. Спустя полгода тайной переписки рыцарь уговорил юную монастырскую воспитанницу на побег…

По закону девушкам в Артании разрешалось вступать в брак в пятнадцать лет. Разрешалось, но не приветствовалось. Обычно ждали, когда невесте наступит семнадцать. Яре исполнится пятнадцать через три дня, так что она, считай, невеста…

***

Девушка неподвижно пролежала полтора оборота. За окном запела ночная птица. Пора. В темноте Яра надела сапожки, накинула подбитый рысьим мехом плащ и бесшумно затворила дверь крохотной кельи. Накануне вечером девушка смазала петли лампадным маслом.

В длинном коридоре, тускло освещённым слабым магическим пламенем десятка факелов, никого не оказалось. В отдалении послышалось приглушенное шарканье жрицы-привратницы, привычно обходившей спящий монастырь. Яра поспешно добежала до каменной лестницы и спустилась по высоким ступеням вниз.

В комнатке перед кухней раскатисто храпела кухарка. Девушка юркнула в тёмный арочный проём, через который доставляли на кухню из кладовой провизию. Дверь по своему обыкновению кухарка запереть забыла. Иначе Яре пришлось бы возвращаться назад и пробираться к главному входу, рискуя нарваться на привратницу.

Во дворе девушка с облегчением перевела дыхание. На небе сияла полная луна. Беглянка недовольно нахмурилась. Светло, слишком светло.

Яра с опаской огляделась по сторонам, затем осторожно прокралась к решётке в стене за конюшней и вытащила из поясной сумки тоненькое медное колечко с выгравированными на нём тремя затейливыми рунами, артефакт, купленный позавчера на ярмарке. Пришлось потратить все сбережения за последний год и деньги за кружева, которые девушка сплела на приданное.

Артефакт был слабенький, одноразовый, но, порывшись в монастырской библиотеке, Яра разобралась, как дополнительно подпитать вещицу магической энергией. Чего-чего, а магии у будущей целительницы хватало! Действо получилось очень простым, гораздо проще, чем подпитка магической энергией тяжело больных. Последнему Яру научила наставница, мудрая жрица Сабина.

Колечко вспыхнуло, и решётка растаяла на глазах. Девушка с трудом протолкнула в узкий лаз узел с вещами и протиснулась в дыру сама. Петляя среди деревьев, Яра понеслась в дубовую рощу. В десяти шагах от нужного места девушка споткнулась о толстый корень и чувствительно шлёпнулась на пятую точку. Нашарив пальцами узел, Яра попыталась встать и ойкнула от резкой боли в пояснице. Сжав зубы, девушка уткнулась лбом в широкий дубовый ствол.

Внимание беглянки привлёк разговор на пустыре за дубом.

– Малышка – красотка! – громко проговорил знакомый голос. – Роскошная грудь, а сколько страсти в глазах! Гибкая и ласковая как кошка… Вдобавок из благородных. Такой наложницей гордился бы сам король. Но я привык возвращать долги – первая ночь твоя…

– Одна ночь? – хрипло проворчал собеседник Орея.

– Уговорил, уступлю тебе малышку на седмицу. Монастырская воспитанница. Чистота и невинность. После рыжей шлюхи, что таскалась к нам последние дни, девчонка покажется тебе сладким, ароматным персиком, – заявил Орей Санко. – Ярина молода, будет щедро дарить мне радости любви год или два, пока не надоест. После уступлю девку другому… Тому, кто больше заплатит.

Оба рыцаря громко, с пониманием расхохотались.

Кровь отхлынула от лица Яры, накатила внезапная слабость, словно нечто оборвалось в груди и ледяным комом упало к ногам. Девушка плотно прижалась спиной к стволу дуба. Выходит, Орей никогда не собирался на ней жениться! Её ждала жалкая участь наложницы… Рыцарь лгал, хотел обзавестись красивой игрушкой и расплатиться возлюбленной за долги… Незримая рука сдавила горло. Сдерживая рвущийся наружу крик, Яра задыхалась от обиды. Горечь разочарования терзала душу. Немного погодя усилием воли девушка заставила себя сделать несколько длинных, глубоких вдохов, и паника постепенно отступила.

Рыцари продолжали болтать. А беглянка боялась шелохнуться, чтобы её не заметили. Лэри Ярина Светолика Дан никогда и ни за что не станет наложницей! Лучше навсегда остаться в монастыре… Она – не вещь, которую можно использовать и выбросить за ненадобностью! Яра едва не застонала от стыда и гнева.

Небо начало светлеть. От сидения в неудобной позе у девушки затекли ноги. Хорошо ещё, что удалось тихонько перебраться на узел с одеждой. Иначе Яра окоченела бы от холода. Рыцари нетерпеливо прохаживались по пустырю. Девушка слышала шумное дыхание лошадей и журчание речки в низине.

– Девчонка не придёт! – рыкнул дружок Ораса. – Признайся, она тебя обманула. И мы понапрасну морозим задницы.

– Не думаю! Малышка втрескалась в меня по уши. Скорее всего, её поймали, – самоуверенно заявил бывший возлюбленный.

– За тобой, приятель, должок! – коварно напомнил Орасу собеседник.

Орас Санко похабно выругался. Рыцари вскочили на лошадей и поскакали к тракту.

Яра всхлипнула и поднялась на ноги. Тупо ныла поясница. Девушка прижала ладонь к больному месту и активировала заклинание малого исцеления – мягкое тепло пробежало по спине и ногам, боль тотчас же прошла. Яра подхватила узел и рванула в монастырь.

***

Рассвело. К счастью, в келью беглянка пробралась незамеченной. Яра поспешно разделась, сложила в сундук вещи и достала из сумочки на поясе записки бывшего возлюбленного. Девушка зажгла свечу и одно за другим спалила ранее дорогие ей послания. Потом Яра тщательно собрала пепел и вытряхнула в приоткрытое окошко, после чего улеглась в кровать и закрыла глаза.

Сон не приходил. Яра мысленно заново, раз за разом переживала неудачный побег. Не споткнись она о корень, её ждала бы незавидная участь… Видно, сама Светлая Ари пришла на помощь непутёвой девчонке!

Яра корила себя за слепоту и доверчивость, за то, что перепутала любовь и вожделение… Девушка вспомнила, как в позапрошлом году жрица Отава с воспитательной целью водила учениц на казнь наложницы из благородных, убившей предавшего её любовника. Несчастную на день привязали к позорному столбу на площади, а вечером утопили в мешке с кошкой. По словам жреца Тарая, «подходящая смерть для двух похотливых тварей»! Яра горько усмехнулась. Перед глазами встало измученное, в кровоподтёках лицо женщины с мёртвыми, пустыми глазами. Спутанные волосы слиплись от крови, от роскошного шёлкового платья остались лохмотья…

Толпа неистово вопила. Мужчины, ухмыляясь, грязно обсуждали женские прелести осуждённой. Добрые, послушные жёны язвительно переговаривались и бросались камнями в распутницу. Когда очередной камень достигал цели, избитое тело наложницы вздрагивало, по лицу пробегала болезненная судорога. И женщины довольно хихикали.

Младшие воспитанницы опускали глаза, некоторые девочки плакали. Жрица Отава резко окликала слабохарактерных девчонок, требуя прекратить реветь. Тонкие, бледные губы жрицы-наставницы кривились в презрительной усмешке.

Яра не плакала, она смотрела на несчастную с ужасом и сочувствием. Это было страшно. Страшнее оказалась только казнь старика-некроманта, беднягу сожгли заживо. Пламя жадно лизало сухие, покрытые язвами ноги мага смерти, а он смеялся в голос, словно издевался над своими мучителями. Драная чёрная хламида вспыхнула, но гортанный, звучный смех умирающего сделался громче. Народ суеверно перешёптывался. Некромант замолчал, когда алчное пламя поглотило его целиком…

***

Утром Отава постучалась к Яре. Девушка не откликнулась. Жрица распахнула дверь и обнаружила воспитанницу в беспамятстве. Несмотря на целебные снадобья мудрой Сабины Ярина металась в жарком бреду пять дней. Лиса вызвалась ухаживать за подругой.

Спустя месяц Яра вышла из кельи другим человеком. Нет, внешне она почти не изменилась, была полностью здорова и спокойна. Миновало несколько дней, девушка окрепла, и на лицо вернулся румянец. После болезни юная воспитанница неожиданно повзрослела, на смену озорной бесшабашной веселости и девичьей мечтательности пришли рассудительность и ранее несвойственная Ярине строгость.

Теперь девушка сторонилась бойких, говорливых подруг, грезивших об удачном замужестве, разве что продолжала дружить с Лисой. С удвоенным усердием Яра училась у лекарки Сабины, охотно помогала подслеповатой жрице Фелиции разбираться со счетами, занималась с младшими воспитанницами и всячески старалась быть полезной монастырю. В канун Дня плодородия Яра заявила настоятельнице, что выбрала путь жрицы.

Три седмицы девушка упорно размышляла и пришла к выводу, что счастье в браке – редкость. Случалось, бывшие воспитанницы возвращались в монастырь через несколько лет. Кого-то постигла горькая участь вдовы, а для кого-то жизнь в браке превратилась в постоянный кошмар. Яра насмотрелась на осунувшиеся лица ранее цветущих девиц, наслушалась об изменах и побоях. Терпеть пренебрежение супруга, грубость и рукоприкладство Яра не желала. Тем более, что с бесприданницей без защиты влиятельной родни церемониться не будут…

Будущая целительница подарила Лисе последние два отреза шёлка, собственноручно вышитые нарядные сорочки и яркие ленты для кос. К чему жрице приданное? Скромная серая туника воспитанницы Яру вполне устраивала. Вьющиеся золотисто-русые кудри девушка сворачивала в тугой узел на темени и прятала под широкую повязку. Лицо Ярины сделалось серьёзным и невозмутимым. Она слушала разговоры других воспитанниц о нарядах и женихах отстранённо, словно старуха, дни чьей юности давным-давно миновали.

Лиса же наоборот боялась до колик в животе похоронить молодость в монастыре. Увы, небогатый лэр, стремившийся сохранить скромные земельные угодья для сына, не мог выделить дочерям достойное приданное. Их у него было пять, Лиса – старшая. Девушку ждал брак по сговору. Она, конечно, симпатичная – невысокая, пухленькая блондинка со сливочно-белой кожей, огромными синими глазами и покладистым характером, но замуж выйдет за того, кого выберет отец, скорее всего, за богатого старика или вдовца с дурным нравом. Откажется, останется в девицах-приживалках при состоятельных родственниках или пойдёт в наложницы. В жрицы Лису вряд ли возьмут, талантами она не блистала.

***

Незаметно наступило лето. Когда дневная жара достигала пика, Яра покидала сад лечебных трав и до обеда валялась на душистом сене в дощатом сарае, где в тени сушились целебные растения. Подремав оборот другой, девушка усердно твердила записанные накануне заклинания и методично повторяла упражнения по концентрации магии.

Яре несказанно повезло, что первая жрица Светлой Ари сердечно любила жену покойного двоюродного брата, мать Ярины. Отец девушки, третий сын знатного лэра, нанялся на службу к наместнику провинции. Благодаря военной доблести, уму и смекалке он вскоре получил должность каштеляна. Если бы отец не погиб в стычке с орками на границе, со временем Яра стала бы желанной невестой. Но отца убили, а вдову с малолетней дочкой наместник приютил в одном из его замков.

Мать Ярины вышла замуж против воли родителей, попросту сбежала с любимым, отказавшись от приданного. Родные от беглецов отвернулись. Но влюблённые были счастливы, целых семь лет… Вдова не успела оплакать супруга, как на юг страны пришёл мор. Вымирали города и селения. В замке уцелело несколько человек, из них два подростка и Яра. Мать маленькой Ярины умерла от чёрной лихорадки в числе первых.

Когда мор прекратился, в замок нагрянули жрецы Тарая. Их интересовали выжившие дети и подростки. Дело в том, что наделённые магическим талантом никогда не болеют заразными хворями, да и обычными болезнями редко.

К магии в Артании отношение особое. Жрецы Тарая после ухода отца богов Двуединого сделались правой рукой короля. По их учению Двуединый, супруг матери богов вечно юной Светлой Ари, тяжело страдал из-за двойственности собственной натуры, бесконечной борьбы в нём тьмы и света. Выпив снадобье старшего сына Тарая, Двуединый обрёл душевный покой и удалился в пустыню. А бог разума остался управлять миром вместо него.

Дар Двуединого носил двойственную природу, как день и ночь. Те, в ком проявилась магия жизни, становились целителями, аграриями и травниками. Наделённых тёмным даром оставляли в живых нечасто, обычно их убивали, реже отправляли в ученики к жрецам Нура, хранителя кладбищ. Мудрые жрецы Тарая понимали, что присматривать за мертвецами способны только обладатели тёмного дара. Жрецы Нура – отшельники, лишь по особым случаям они покидали места упокоения, люди их опасались и сторонились.

Из мальчиков с талантом магии стихий в закрытых школах готовили магов-воинов. Над девочками с подобным даром проводился обряд лишения магии. Поскольку магические способности у них не успевали развиться, а разум окрепнуть, лишенки обычно не доживали до брачного возраста. Удел женщины – семья, магия ей ни к чему! Правда, если девочка являлась обладательницей светлого таланта Двуединого, её ждала судьба целительницы в одном из храмов Светлой Ари или богини женского здоровья и плодородия Дары.

Едва отпраздновали Яринин пятый день рождения, двоюродная тётка-жрица надела на шею малышке медальон и велела не снимать его, пока девочке не исполнится пятнадцать. Медальон оказался чародейским амулетом, скрывающим магические способности.

Жрецов Тарая было двое – морщинистый улыбчивый старик и угрюмый толстяк. Семилетнюю Яру, двенадцатилетнего сына конюха Юрася и белокурого изнеженного красавчика Милорада привели в комнату на самом верху донжона. Юрась угрюмо уставился на старика, сын управляющего Милорад робко остановился у порога, а Яра с любопытством разглядывала жрецов из-за крепкой спины смельчака Юрася.

В руках толстяка появилась серебряная рамка с белым прозрачным камнем в центре и длинной стрелкой. Старик кивнул, и толстяк поднёс рамку к голове Юрася. Камень вмиг приобрёл тёмно-серый, почти чёрный цвет. Жрецы переглянулись, старик позвонил в колокольчик, в комнату ворвались храмовые стражники и уволокли вырывающегося мальчишку прочь.

Рамка приблизилась к голове Милорада, и камень посинел. Подросток оказался магом воды, назавтра его отправили в военную школу. Цвет камня остался прежним, когда испытание проходила Яра. Жрецы Тарая удивились, как девчонке удалось выжить без магии? Кормилица заявила, что по приказу матери юной лэри Ярины они всё время прятались в комнатке наверху, и мор до них попросту не добрался. Жрецы успокоились. Возможно, тёткин подарок спас Яре жизнь. После отъезда незваных гостей кормилица, долго не раздумывая, отвезла девочку в монастырь.

Глава 2

За три года после неудавшегося побега Яра из наивной монастырской воспитанницы превратилась в рассудительную, сдержанную особу. После празднования Пробуждения Светлой Ари лэри Ярина Светолика Дан, наконец, станет младшей жрицей. Сама Яра по этому поводу нисколько не волновалась. Собственно, особых перемен в спокойной, упорядоченной жизни девушки не ожидалось. Как и прежде, работа в саду трав, изготовление настоек-порошков-притираний-мазей и забота о больных днём и ночью. Разве что вместо серой туники новоиспечённая жрица-целительница станет носить зелёную.

Месяц назад старшая лекарка монастыря Сабина перестала заниматься с Ярой. Наставница заявила, что обучила свою лучшую ученицу всему, что знала. Заключение Сабины вызвало у других младших лекарок монастыря острую зависть. Все трое были жрицами, но в лекарском мастерстве и целительской магии до уровня старой Сабины и юной Яры им было далеко. Однако выражать недовольство вслух младшие лекарки не посмели, побоялись. Как никак, Ярина – племянница настоятельницы и прирождённая лэри!

К началу березня лекарки перебрали в кладовых оставшийся после зимы запас трав, настоек и мазей. Оставили ровно столько, чтобы хватило до осени. Излишки следовало продать. Обычно в монастырскую лавку на рынке в Руайяне ездила в сопровождении нанятых стражников одна из младших лекарок. В этом году у каждой из них нашлись неотложные дела. Кому охота трястись в телеге по размытой талым снегом грязной дороге?! Бажена отправилась навестить больную мать, хитрая Вратка напросилась в соседский манор к больному ребёнку лэра, а хромую Миру пришлось оставить в лечебнице. Старая Сабина за последний год сильно сдала и теперь медленно умирала. Поэтому в Руайян поехала Яра.

Колёса периодически застревали в ямах, затопленных бурой жирной глиной. Оба стражника, ругаясь вполголоса, выбирались из седла и высвобождали телегу из западни. Возница щёлкал кнутом, и путь продолжался. До города вместо полутора оборотов тащились четыре. Хорошо, что выехали на рассвете!

Руайян встретил приезжих весёлым весенним солнышком, звонкой капелью и людской суетой. Яра, три года безвылазно просидевшая в монастыре, возбуждённо крутила головой – ей всё казалось интересным и новым. Телега прогрохотала по выложенной булыжниками мостовой и свернула к рынку.

Жрица Берислава, поставленная настоятельницей управлять в лавке, окинула Яру укоризненным взглядом. Негоже, мол, девке-воспитаннице, не принявшей посвящение болтаться по дорогам в обществе стражников! Старуха напомнила Яре толстую серую кошку, прижившуюся на монастырской кухне. Та точно также фыркала, когда её ловили с краденным сыром в зубах.

Яра помогла Бериславе разобраться с травами и лекарствами, разложить товар по полкам. Работали споро. Полнота не мешала жрице ловко перебирать мешочки, связки трав и банки с мазями. Берислава оценила покладистость юной лекарки и накормила её сытным обедом. Возница и стражники поели в трактире.

На выезде с рынка телега застряла возле ворот. Пришлось ждать, пока рассосётся понурая толпа странников, сопровождаемых конной стражей. Люди в рваной, заляпанной грязью одежде, устало перебирая ногами, медленно тянулись к крытым загонам для скота. Присмотревшись, Яра заметила на шеях путников, девушек, парней и подростков, почти детей, металлические ошейники. Монастырская воспитанница в недоумении широко распахнула глаза. Кто эти несчастные? Неужели преступники? Если нет, то почему на них ошейники подчинения?

Седой охранник, сопровождавший Яру, сплюнул в сторону и бессильно сжал кулаки. Девушка посмотрела на него с недоумением. Охранник нахмурился и сделал вид, будто рассматривает седельные сумы, развешенные на верёвке у входа в лавку кожевника.

Народ на рынке притих. Лица окружающих помрачнели, люди отворачивались от бедняг в ошейниках и быстро проходили мимо. Путников разместили в пустых загонах.

– Кто эти несчастные? – не выдержав, спросила у охранника Яра.

– А вы, госпожа, не знаете? – вздохнул мужчина. – Рабы!

– Но в Артании не существует рабства! – возмутилась девушка.

– В нашем королевстве нет, а в Фарсии есть. Король с подачи жрецов Тарая расплачивается с тамошним султаном за зерно, сталь и кристаллы инеита рабами. Золота после войны с эльфами в казне осталась самая малость. Вдобавок оркам платить надо, чтобы орда сидела тихо!

Яра задумалась. О войне с эльфами юная лекарка знала немного, до уединённого монастыря доходили противоречивые слухи. По городам и сёлам бродили вербовщики, армия остро нуждалась в пополнении. В прошлом листопаде король повысил налоги, похоже, казна Артании действительно опустела. Ещё жрецы Тарая отправили в монастырь на лечение несколько десятков знатных лэров, боевых магов и ценных воинов с тяжелыми ранами от вражеского магического оружия.

Эльфы оказались сильными противниками. Войну из-за инеитовых копей в Туманных горах Артания проиграла. Королевство потеряло две провинции. Втихомолку поговаривали, будто там вспыхнул бунт – взбунтовались маги, отрицавшие главенство жрецов Тарая. Изменники сговорились с эльфами и выступили против армии нашего короля.

Позапрошлой осенью вечно воюющие между собой племена орков объединились под властью нового могущественного верховного шамана. Степняки постоянно грабили южные провинции и грозили королевству большой войной. Приходилось откупаться. Хотя каждому простолюдину было понятно, что орки всё равно рано или поздно заявятся в Артанию бесчисленной жадной ордой.

Инеит – загадочный минерал с магическими свойствами, до сих пор никто толком не объяснил его происхождение. Яра вспомнила последнюю проверку характера и силы её магии, которую провёл приезжий жрец Тарая зимой. Едва рамку с прозрачным инеитом поднесли к голове испытуемой, камень приобрёл насыщенный зелёный цвет. Жрец скользнул по юной магичке тяжёлым пронзительным взглядом и размашисто черкнул несколько слов в услужливо подсунутом жрицей Сабиной свитке. Яре было позволено продолжить обучение целительской магии. Девушка заметила, как напряжение и тщательно скрываемый страх пропали с лица настоятельницы. Тёткин кулон Яра перестала носить, когда её внутренний источник окреп, и стало ясно, что дар Двуединого у юной воспитанницы – магия жизни.

***

До монастыря оставалось около пятнадцати лей, когда за поворотом Яра наткнулись на перевёрнутую повозку. Лошади не было. Возле повозки, собирая разбросанные пожитки, суетились две женщины в пёстрых юбках и сутулый однорукий мужчина. Когда подъехали ближе, Яра потребовала у возницы остановится. Тот нехотя подчинился.

– Забудьте, госпожа, это же румеи! – седой стражник презрительно фыркнул.

– Дядько прав! – горячо поддержал его молчаливый племянник. Ранее за всю дорогу второй стражник не проронил ни слова. – Нечистые они… Молятся ночным богам, врут и воруют!

При упоминании детей Двуединого, зачатых отцом богов от Светлой Ари в тёмной ипостаси, девушка на миг смутилась. Но, разглядев лежащего на лоскутном одеяле за повозкой мужчину, лекарка решительно слезла с телеги. Шлёпая по грязи, Яра приблизилась к пожилой румейке, склонившейся над умирающим. Женщина безуспешно пыталась напоить беднягу водой из небольшой фляжки. Тот не глотал, вода тонкой струйкой выливалась изо рта.

Черты бледного лица молодого румея заострились, на лбу выступил пот. Неподвижные глаза бездумно смотрели в небо. Умирающий глухо стонал, прижимая обе руки к животу. Другая женщина, молоденькая румейка, прижимала к себе свёрток с безмятежно спящим младенцем и беззвучно плакала.

– Что здесь произошло? – спросила Яра. Пожилая румейка подняла голову. В её умных, полных отчаянья глазах вспыхнул гнев.

– Местные напали! – простуженным голосом выдавил из себя однорукий. – Мы же нечистые! За нас в Артании некому заступиться, – горько усмехнулся старый румей. – Увели лошадь, ограбили… Сын попытался их остановить и получил ножом в живот. Даже это их не остановило! – возмущённый румей указал на круглую бляху, висевшую на шнурке у него на груди.

Бляха оказалась охранным знаком, такие выдают жрецы Тарая нужным людям. Странно, что понадобилось жрецам всемогущего бога от скитальцев-румеев?

– Мы никого не трогали, ехали в Колобрег. Собирались сесть на корабль и убраться подальше из этого проклятого богами края! – продолжал старик. – Всегда знал, что в Артании нас ждёт беда…

– Н-но! Потише! – прервал крамольную речь румея седой стражник. – Поехали, госпожа, скоро начнёт смеркаться.

– Погоди! – Яра шагнула к раненому. – Подай мне мою суму, – распорядилась лекарка.

Девушка осторожно подняла набрякшую от крови тряпку. Вздутый живот умирающего выглядел неприятно. Тёмная густая кровь мигом залила одеяло. Похоже, задета правая подвздошная вена. Внутреннее кровотечение.

– Когда это произошло? – спросила Яра.

– Несколько малых оборотов назад. Убийцы скрылись, заслышав за поворотом копыта лошадей, – обречённо проговорил однорукий румей.

Лекарка прикрыла глаза и положила ладони на живот умирающего. Сначала остановить кровотечение. Окружающие не могли видеть живительную магию, исходившую от рук целительницы. Но на лице пожилой румейки появилась надежда.

Кровотечение прекратилось. Яра, покопавшись в сумке, достала несколько флаконов и маленькую глиняную кружку. Девушка наполнила кружку на треть водой и накапала туда из флаконов напитанных магией целебных эссенций. Затем, приподняв голову умирающего, лекарка медленно влила ему в рот полученное снадобье. Затем Яра аккуратно вытерла чистым лоскутком кровь с живота молодого румея. Следовало подождать пять-шесть малых оборотов.

Лицо раненого порозовело. Дыхание сделалось ровным. Мужчина открыл глаза и протяжно вздохнул. Лекарка улыбнулась. Яра любила этот момент, когда стрелка на незримых весах жизни и смерти сообщает, что больной выживет. Слава Светлой Ари!

Далее надо залечить разрезанную тонкую кишку, удалить содержимое кишечника и кровь из живота. Куда? В кишечник. Магией многократно усилить работу по всасыванию ненужного содержимого брюшной полости в толстую кишку. Дело пошло. Хорошо. Теперь убрать воспаление. Очередной поток целительной магической энергии рассеялся по брюшине и кишечнику. А в заключение – воздействие на органы, в которых вырабатывается кровь. Яра направила свою магию на селезёнку, потом скользнула ладонями по тазовым костям и грудине.

Спустя четверть оборота после лечения молодой румей сел и с изумлением уставился на Яру. Его юная жена, по-прежнему прижимая к груди младенца, бросилась лекарке в ноги.

– Госпожа! – Больше она ничего не могла сказать. Из глаз молодой женщины закапали слёзы благодарности. Яра покраснела и отступила на шаг назад. Юная лекарка ещё не сталкивалась с такими бурными проявлениями признательности. В монастыре народ вёл себя чинно, сдержанно. Люди считали, что, занимаясь лечением, жрицы всего лишь выполняют данный при посвящении обет, поэтому в словесных благодарностях не нуждаются. То, что положено монастырю за исцеление, деньги, скотину или выращенные на собственном участке овощи и фрукты, отдавали помощнице казначейши.

– У вас осталось красное вино? – поинтересовалась Яра у стражников. Вопросительно взглянув на дядю, Молчун дождался утвердительного кивка, после чего покопался в собственном мешке и протянул лекарке наполовину полную бутылку. Девушка развела в мисочке вино водой и протянула молодому румею. – Пей!

– Вы вернули нам сына, госпожа! Мы вам должны, – важно проговорил однорукий мужчина. – Но сейчас у нас ничего ценного нет. Разве что, – румей повернулся к жене. Пожилая румейка приблизилась к Яре и заглянула девушке в лицо. Лекарка вздрогнула. Румейка явно обладала магическим даром, её аура была поразительно насыщенной, багрово-красной с вкраплением синего, необычной…

Женщина отозвала Яру на обочину, где лежало поваленное дерево. Девушка послушно опустилась на шершавый ствол. Румейка поднесла к глазам руку Яры. Пару малых оборотов гадалка внимательно изучала линии на ладони юной лекарки, а после уверенно произнесла:

– Боги тебя любят, девочка! Долгая жизнь, заполненная работой, желаниями, мечтами и тяжёлыми испытаниями…Вижу двух мужчин. Один будет любить тебя, другой станет твоей истинной любовью, запретной и необузданной. Необычный человек, могучий маг!

– Но я скоро стану жрицей! – недоверчиво воскликнула Яра.

– Так решили боги, – вполголоса твёрдо произнесла румейка. – Линии на твоей руке глубокие и чёткие, я не ошиблась.

Немного погодя совместными усилиями поставили повозку румеев на колёса и впрягли в неё лошадь седого стражника. Сам стражник уселся на телегу рядом с возницей.

***

В монастырь приехали перед вечерней молитвой. Странники, получившие временный приют в гостевом доме, двигались гурьбой в храм. Узрев повозку румеев, люди остановились и принялись в голос возмущаться присутствием в монастыре чужеземцев. Эти нечистые, поклоняющиеся Тёмному Искуснику и Грозной Лании, посмели осквернить обитель матери богов! Вскоре появилась настоятельница в сопровождении жрицы Отавы.

– У румеев охранный знак жрецов Тарая! – громко объявила Яра. Старик вытащил из-за пазухи бляху и показал её присутствующим.

При упоминании слуг всесильного бога толпа присмирела. Настоятельница расправила плечи и властным жестом пригласила верующих на богослужение. Отава недобро прищурилась. Проходя мимо Яры, бывшая воспитательницы сердито прошептала: – Глупая девчонка! Навлечёшь на нас беду…

Юная лекарка дёрнулась, словно от пощёчины. Почему люди ненавидят тех, кто от них отличается? Да, румеи – чужаки! Но их пребывание в Артании угодно жрецам Тарая. И они никому ничего плохого не сделали.

Больше румеев Яра не видела. Слышала, будто им удалось выменять лошадь на какие-то побрякушки у приезжего купца. Дабы не волновать народ, чужеземцы убрались из монастыря до восхода солнца.

Предсказание гадалки не давало Яре покоя. Не столько само предсказание, а уверенность, с которой румейка его произнесла. Девушка запомнила до мелочей её негромкий, проникновенный голос, внушительную силу незнакомой магии, исходившую от предсказательницы.

***

До конца березня Яра упорно возилась с зельем, улучшающим работу сердца. Юная лекарка хотела помочь умирающей от старости наставнице. Сердце жрицы Сабины билось неровно – три-четыре правильных удара сменялись чередой мелких слабых толчков. За две недели наставница из статной красивой женщины превратилась в сморщенную старуху с трясущимися от слабости руками. Губы на жёлтом лице жрицы посинели, а ноги из-за отёков напоминали колоды. Сабина почти не вставала и ничего не ела.

Когда Яра попыталась напоить наставницу зельем, та печально улыбнулась и покачала головой. – Нет, деточка, не трать зря на меня магию. Ты же понимаешь, что дни мои сочтены.

Яра отставила кружку в сторону, всхлипнула и с нежностью погладила сухую руку наставницы.

– Не плачь обо мне, – продолжала Сабина. – Я жила долго, слишком долго. Помню битву при Чёрных Скалах, помню, как строился этот монастырь…

– Сколько вам лет, наставница? – удивлённо спросила Яра. – Из уроков истории девушка знала, что со времени битвы при Чёрных Скалах с объединённой ордой орков и их союзников, диких кочевников с далёкого юга, миновало более четырёх столетий.

Сабина лукаво подмигнула любимой ученице и ничего не ответила.

– Ваш дар настолько силён? – не унималась Яра. Девушка знала, что маги живут, пока не иссякнет их внутренний источник.

Сабина растянула в прощальной улыбке тонкие губы. – Иди, детка, отдохни! Завтра тебя ждёт непростой день.

Юная лекарка поправила подушку под головой больной и направилась к двери.

– Твой источник сильнее, – прошептала вслед ученице Сабина. Яра замерла у порога. Дыхание старой жрицы сделалось частым и прерывистым. Девушка подскочила к наставнице и, положив руки ей на грудь, влила в слабеющее сердце треть собственного магического резерва.

Спустя два дня жрица Сабина умерла. А Бажена самовольно объявила себя главной лекаркой.

Глава 3

Кветень ворвался в Артанию весенними ливнями, зычным птичьим гомоном и свежими запахами первых цветов. Отдохнувшая после зимы земля млела в ожидании пахоты и начала первых посадок. В монастыре для лекарок работы заметно поубавилось. Жителям окрестных сёл сейчас было не до лечения. Родня привозила к целительницам только тяжёлых больных. Король заключил перемирие с соседями, и новых раненых не поступало. Зато начался весенний свадебный сезон. Женились лэры, купцы и ремесленники, пора свадеб у селян обычно наступала во второй половине руженя, второго осеннего месяца.

Лиса вытащила Яру из постели за оборот до утренней молитвы. Пока лекарка умывалась, подруга, захлёбываясь от счастья, рассказывала о своём женихе. Наконец мудрая хранительница семейного очага Дара обратила внимание на день и ночь мечтавшую о замужестве Лису! При том ей несказанно повезло – к девице со скудным приданным посватался достойный мужчина.

Сватовство случилось очень своевременно – пребывание Лисы в монастыре в качестве воспитанницы должно было завершиться в конце травня. Теперь через седмицу за Лисой приедет свадебная процессия, и после торжественного обряда в храме Светлой Ари новоиспечённая супруга уедет в манор молодого лэра. Ничего, что Ладислав Идан стал лэром всего полтора года назад… Зато он молод, умён и полон сил.

Из сумбурной речи подруги Яра поняла, что наречённый Лисы из простолюдинов, младший сын мастера-оружейника. В схватке с эльфами парень спас известного военачальника, имя вельможи лекарка равнодушно пропустила мимо ушей. За храбрость Ладислава Идана сделали рыцарем. Позднее в сражении с тварями тьмы в Гнилых болотах умелые действия новоиспечённого рыцаря сохранили сотни жизней. После чего именным указом ныне покойного короля Бравина господина Идана сделали лэром. Хотя если бы не вмешательство лэра Могуты, чей обширный манор находился по соседству с монастырём Светлой Ари, жених Лисы так бы и остался безземельным наёмником. Таких в армии короля полно. Дело в том, что молодой рыцарь спас жизнь единственному сыну и наследнику лэра Могуты.

Лиса дружила с дочками соседа. Обе до замужества воспитывались в монастыре Светлой Ари. Лиса периодически гостила в маноре лэра Могуты, и девушку там хорошо знали. Собственно, брак Лисы устроил лично лэр Могута. Ему хотелось, чтобы спаситель его сына породнился с прирождёнными лэрами. Отец давал за Лисой скромное приданное, но девчонка принадлежала к древнему роду, о чём свидетельствовала запись в книге лэров. К счастью, молодой лэр Идан и Лиса друг другу понравились.

Пусть манор лэра Ладислава никак нельзя назвать богатым, но для безземельного рыцаря обретение собственной земли – ступенька наверх. Неважно, что его земля находится на каменистом плато с бедной почвой, имеются всего два-три небольших поля, пригодные для выращивания овса. Зато в горах можно разводить коз. Вдобавок сообразительный лэр Идан открыл каменоломню. Чего-чего, а камня в горах хватает! Правда, с рабочими руками оказалось непросто. Однако предприимчивый лэр Ладислав и тут не оплошал, он приказал развесить в домах призрения для калек оповещения, что ему нужны рабочие на каменоломне. Пусть у кого-то нет ног, но имеются умелые руки. Доживавшие век в нищете солдаты охотно откликнулись на призыв владельца недавно открытой каменоломни – людям предлагалась достойной жизнь в маноре. Платил лэр Идан за работу справедливо.

Яра тепло посмотрела на подругу. Похоже, Лису ждёт хорошая жизнь, она любима и получит в мужья замечательного человека. На брачной церемонии Яре полагалось выступить в роли подруги – прилюдно надеть брачный венок на голову невесты. Конечно, лекарка согласилась.

***

Свадебная процессия, которую как названный отец жениха возглавлял лэр Могута получилась красивой и торжественной. Яра от всего сердца порадовалась за подругу. Лэр Идан сразу понравился молодой лекарке – открытый прямой взгляд, спокойное, доброжелательное обращение… Пусть жених на полголовы ниже невесты, но плечи у него широкие и сложение крепкое. После свершившегося брачного обряда Яра долго глядела вслед удаляющейся процессии, и на душе у неё было легко и светло.

После отъезда подруги Яра целиком погрузилась в целительство. Бажена переложила на молодую лекарку большую часть работы. Новая главная лекарка предпочитала заниматься с ученицами. А её помощница Вратка постоянно разъезжала по манорам влиятельных лэров в качестве лучшей целительницы монастыря. Во всяком случае она так представлялась. В монастырскую казну от деятельности Вратки текли деньги, и все молчали. Впрочем, Яру работа и отсутствие поблизости надоедливой Бажены только радовали.

Изредка по ночам юную лекарку мучили навязчивые кошмары. В страшных снах Яра видела кровавые войны, сотнями гибли рыцари и простые солдаты, а жрецы Тарая стояли в отдалении и самодовольно переговаривались, будто всё происходящее им на руку. Однажды во сне Яра увидела нападение одетых в островерхие шлемы южан. Их корабли причалили в небольшой бухте восточнее портового Колобрега. Грабители пересекли долину и осадили монастырь Светлой Ари. Сражения, смерть, гибель десятков людей и потоки крови… Девушка проснулась от собственного крика в холодном поту.

***

До праздника Возрождения Светлой Ари оставались три с половиной седмицы. Яра отпросилась у настоятельницы на могилу матери, покоящейся в двадцати леях от монастыря. Девушке захотелось попросить материнского благословения перед принятием обета жрицы. Безусловно, Яра отлично понимала, что мёртвая ей не ответит. Душа благородной лэри Иляны Велеоки Дан давно в Ирии. Впрочем, кто знает? Вдруг она задержалась в нашем мире и бродит в поисках покоя и утешения по кладбищу, охраняемому от нежити мрачным Нуром? Нур – единственный из зачатых отцом богов детей Двуединого в его тёмной ипостаси, полезность которого признавали жрецы Тарая. Не любили, но признавали. Потому что никому из светлых богов не под силу охранять кладбища от мёртвых чудовищ.

Настоятельница приказала конюхам оседлать для Яры смирную кобылку и выделила для сопровождения девушки двух охранников. Ими оказались знакомые Яре седой стражник и его племянник Молчун. До кладбища добрались без происшествий. Яра достала из сумы подношения Нуру и направилась к массивным кованым воротам.

Святилище тёмного бога – неприметный маленький храм с увитыми плющом стенами стоял в конце заросшей травой узкой боковой аллеи. Как правило, люди заглядывали в храм, когда надо было договориться со жрецом о похоронном обряде, и в День Усопших в середине листопада. Тогда жрец Нура с появлением на небе первой звезды проводил единственное в году прилюдное вечернее богослужение. Правда, в День Усопших в храм приходили лишь те, чьи покойники являлись родне в страшных снах. Встреч со жрецом тёмного бога люди боялись и тщательно избегали.

А Яре маленький храм всегда нравился. Девушка весной и осенью приносила подношения Нуру и, пробормотав традиционную молитву перед приземистым старинным зданием, оставляла дары на низком каменном алтаре. Жреца девушка помнила смутно, видела его один раз в день похорон матери много лет назад. Однако образ высокого сухого старика с рубленым суровым лицом и длинной седой бородой прочно закрепился в памяти Яры.

Юная лекарка аккуратно разложила на испещрённой трещинами гранитной поверхности подношения – бутылку монастырского красного вина, баночку с заживляющим раны бальзамом, приготовленным Ярой собственноручно, мешочки с целебными травами и круглый сырный пирог.

Юная лекарка поблагодарила вслух Нура за его нелёгкий, неблагодарный труд и, приложив ладонь к груди, поклонилась. За спиной девушки послышался сухой каркающий кашель. Яра обернулась. За десять лет старый жрец ничуть не изменился, то же грубое бледное лицо, словно выточенное из камня, величественная осанка и неожиданно упругая, плавная походка воина.

Сегодня жрец был не один, рядом с ним шёл ученик, бритый налысо парень лет двадцати-двадцати пяти с худым аскетичным лицом. На учителе и ученике были традиционные чёрные шерстяные мантии с откинутыми на спину капюшонами. Оба держали в руках железные посохи с крупными красными камнями, вставленными в серебряные пирамиды на верхушке.

– Доброго дня! – пророкотал звучным голосом жрец. Его ученик остановился, пристально вглядываясь в лицо девушки.

– И вам доброго дня, почтенный служитель приснопамятного Нура, – сердечно ответила Яра.

Неожиданно жрец расхохотался, искренне и задорно. Юная лекарка растерянно моргнула.

– Отлично сказано, малышка! Пока мои подопечные не привидятся родне в кошмаре, веряне в храме Нура точно не появятся, – хмыкнул жрец. – Боятся тёмного бога, – презрительно добавил старик.

– Я вижу моих родителей в снах живыми, они всегда мне улыбаются, – призналась Яра. – Здесь только могила мамы, отец похоронен очень далеко, он был воином.

– Ты меня совсем не боишься? – фыркнул старик.

– Нет. Нур – добрый бог, он хранит покой мёртвых и защищает от порождений тьмы живых.

– За последние сто или двести лет, девочка, я слышу подобное впервые. – Жрец сделал несколько шагов вперёд и впился в Яру острым взглядом, в тёмных глазах старика сверкнули зелёные огни. – Ах, да! Ты магичка. Дар Двуединого, считай, наша…

– Я лекарка. Служу Светлой Ари, через неполный месяц приму посвящение. – Яра вдруг отчётливо увидела ауру жреца, необычно мощную, насыщенного алого цвета с вкраплениями-вспышками чёрного пламени. Аура старика напоминала ауру гадалки, но была многократно сильнее и ярче.

После слов Яры жрец посмотрел на девушку с сожалением и задумчиво пробормотал: – Ещё одна пленница чужой воли…

Юная лекарка с непониманием посмотрела на старика. Тот усмехнулся и, протянув руки с развёрнутыми кнаружи ладонями, коротко пожелал Яре покровительства Нура. Тёмный бог присмотрит, чтобы мёртвые твари и неупокоенные души никогда её не тревожили. Девушка поблагодарила жреца и отправилась на могилу матери.

***

Яра дошла до срединной аллеи, когда её нагнал ученик жреца.

– Постой! – позвал он. – Я тебя узнал. Ты Ярина Дан, дочка лэри Иляны.

Девушка насторожилась.

– Твоя мать была хорошей женщиной. Она заступалась за меня перед лэром-наместником и управляющим, когда слуги пытались свалить на мальчишку при конюшне собственные проделки. Угощала лакомствами со своего стола. – Ученик жреца неловко попробовал улыбнуться. – Ты меня не узнала... Юрась, сын конюха. Вспомни, после мора жрец Тарая проводил дознание, почему мы, Милорад, ты и я, выжили, искал у нас магический дар.

– Юрась? – неуверенно повторила Яра. В памяти всплыл смелый вёрткий мальчишка с задиристым характером. – Тебя тогда забрали. Все думали…

– Как видишь, я жив и, можно сказать, процветаю! – прервал девушку Юрась. – Повезло, что подошёл в ученики жрецам Нура. – В негромком голосе сына конюха прозвучала ирония.

Яра не нашлась, что ответить. – Я считала, что у обладателей тёмного дара Двуединого разрывают связь с внутренним источником, – спустя затянувшийся малый оборот неуверенно пролепетала девушка.

Юрась надрывно рассмеялся, глаза мужчины сузились и потемнели. На миг Яре стало страшно. – Детей и подростков с тёмным даром чаще всего убивают…высасывают досуха магию и жизненную силу.

Юная лекарка испуганно вздрогнула и отшатнулась от ученика жреца.

– Я не лгу, ты это чувствуешь, – вновь заговорил Юрась. – Что тебе известно об инеите?

Девушка в недоумении взмахнула ресницами. – Инеит нужен, чтобы определить тип и силу дара мага, – чётко, как её учили, сказала Яра.

– И только? – фыркнул Юрась. – Инеит – мощнейший накопитель магии, причём камень способен изменять тип магической энергии, делать её пригодной для использования всеми магами, тёмными и светлыми. А о том, как сохранить чужую жизненную силу в амулетах, полагаю, лекарке, известно лучше меня, скромного служителя Нура? -- лукаво осведомился парень.

– То, что ты говоришь, чудовищно! – возмутилась Яра.

– Истина далеко не всегда выглядит так, как нам хотелось бы, – мягко заметил ученик жреца.

Над головами собеседников послышался настойчивый клёкот. И на плечо Юрася, взмахнув клиновидными крыльями, уселся сокол с пёстрым рыжеватым оперением. Ученик жреца застыл на месте, склонив голову к земле. Девушке показалось, будто Юрась внимательно слушает, что мысленно ему вещает птица. Приглядевшись к соколу, Яра догадалась, что с птицей что-то неправильно. Глаза-бусины переливались красным.

– Ничего у них не выйдет! – неожиданно резко выдал Юрась, не глядя на лекарку. Сокол совсем по-человечьи кивнул и стремительно поднялся в воздух. – Да, Ран – не просто птица, неупокоенная душа воина вселилась в сокола, – подтвердил ученик жреца молчаливое предположение магички. – Ран – малый демон, мой друг, глаза и уши! – с вызовом произнёс Юрась. – Летун сообщил, что неподалёку от Колобрега в заброшенной бухте с кораблей южан высадились фарсийские наёмники. Идут по торговому тракту на Любич. Похоже, позорной дани от нашего короля соседям мало! Небось прознали, что войска Артании переброшены на границы с эльфами и орками...

– И что теперь будет? – встревоженно спросила Яра. Девушке мгновенно вспомнился жуткий вчерашний сон.

– Ограбят сёла и малые города, возможно попытаются взять штурмом Любич. Надеюсь, сюда пираты не дойдут. Ополчение, скорее всего, их остановит в предместьях Любича, если у наёмников нет сообщников среди горожан. Возвращайся в монастырь и ни о чём не волнуйся!

Монастырь Светлой Ари находился в шестидесяти леях от Любича.

– Надо оповестить магистрат в Руайяне! Пусть собирают войско. – Яра прижала руки к груди и умоляюще посмотрела на мужчину.

– Они знают, – успокоил девушку Юрась.

Ученик жреца вместе с Ярой посетил могилу лэри Иляны, скоромно постоял в сторонке, пока девушка вполголоса рассказывала матери о себе, а потом проводил лекарку до ворот.

– Донесёшь на меня? – с улыбкой поинтересовался Юрась на прощание.

Ярина отрицательно мотнула головой. Она интуитивно чувствовала – ученик жреца не боится всесильных жрецов Тарая. Наверняка у сына конюха имеется запасное убежище.

– И ещё, избегай появляться в селениях у подножия гор в сырые туманные дни, – серьёзным тоном попросил Юрась.

– Почему?

Ученик жреца оглянулся, охранники Яры расслабленно беседовали за бутылкой местного вина. – В горах происходят странные вещи, – медленно проговорил Юрась. – Ренегаты проводят там свои опыты по выведению тварей-убийц. Видишь ли, в отличие от покойного короля его племянник король Девлин крепко переживает из-за потери двух провинций, пустой казны и бесконечных войн. Первый советник, он же верховный жрец Тарая, попал у нового короля в немилость. Посему жрецы бога разума и порядка, почуяв, что их власть пошатнулась, стремятся наверстать упущенное, под предлогом укрепления доступным им путём обороноспособности Артании выводят для себя защитников. Вырвавшись по недосмотру на волю плоды трудов приверженцев Тарая пожирают людей в окрестностях Туманных гор.

– Не верю! – ахнула Яра.

– Вчера Ран показал мне огромных змей с непробиваемой чешуёй, – вздохнул Юрась. – Твари в сумерках спустились с гор и сожрали половину деревни.

Лекарка побледнела и, коротко простившись с сыном конюха, поспешно направилась к коновязи.

Через седмицу фарсийские наёмники вошли в Любич. Подкупленные ими предатели ночью открыли ворота. Лэры долины готовились дать врагу бой в Заячьем урочище, расположенном всего в десяти леях от монастыря Светлой Ари.

Глава 4

Две седмицы спустя фарсийцы разгромили сборную армию лэров и двинулись вглубь страны. По слухам к захватчикам подошло подкрепление – десятки чужеземных кораблей вошли в порт Колобрега. Фарсийцы захватили приморский город, но крепость на горе пока держалась. Остатки отряда лэра Могуты и десятки раненых укрылись в окружённом массивными стенами монастыре Святой Ари.

Со времён войны с орками уединённый монастырь впервые превратился в крепость. Во дворе выстроили навесы для солдат и беженцев. Заново укрепили ворота. На стенах расставили лучников. Обитатели монастыря погрузились в мучительное, тревожное ожидание кровавой бойни. Малочисленному отряду воинов и неполной сотне наскоро вооружённых селян не устоять перед тёртыми, опытными в ратном деле наёмниками. Правда, теплилась надежда, что в горы фарсийцы не сунутся…

В переполненную лечебницу настоятельница отправила на помощь лекаркам самых толковых воспитанниц. Несколько женщин из беженцев взяли на себя уход за ранеными. Внутренние магические источники Бажены, Вратки и Либуши полностью истощились за первый день, когда в лечебницу принесли воинов из отряда лэра Могуты. Теперь лечить при помощи магии могла одна Яра, её источник восстанавливался поразительно быстро. Магическую энергию накопителей экономили. Но все раненые выжили и поправлялись.

Жрицы неустанно просили Светлую Ари оградить монастырь от подступающей беды. Но что может сделать свирепым воинам богиня любви, покровительница целителей? Кое-кто втихомолку молился Двуединому, увещевая отца богов вернуться из пустыни и защитить жителей Артании от захватчиков.

Спустя три дня в монастырь прибыл молодой лэр Ладистав Идан с супругой и двумя десятками воинов. Однако половина его людей были ранены, в том числе и сам лэр. Порадовала рассказанная лэром Иданом новость, что назначенный молодым королём новый наместник провинции направляется сюда с испытанной в сражениях армией. Говорили, будто одно имя лэра Ратмира Велеслава Ивора заставляет трепетать от ужаса врагов королевства.

***

Увы, фарсийцы осадили монастырь Светлой Ари раньше, чем подошла армия славного лэра Ивора. Видно, чужеземцы прознали, что королевское войско на подходе, и благоразумно решили закрепиться в горном монастыре. Оно и понятно. Хорошо обученный гарнизон в три-четыре сотни солдат может продержаться за мощными каменными стенами долго. Монастырь-крепость выдержал не одну осаду в далёком прошлом и стойко перенёс гнёт столетий. Разве что от когда-то глубокого рва на подходе к горному убежищу Светлой Ари осталась широкая канава, а смотровая башня вросла до середины первого уровня в землю.

С севера монастырь примыкал к отвесной скале, сразу за восточной стеной зияла бездонная пропасть. Захватчики могли напасть только с запада и юга. Но там фарсийцев ждали каменные галереи с узкими бойницами для лучников и арбалетчиков. Между восточной и южной стенами возвышалась пятиуровневая смотровая башня.

Во дворе монастыря имелся собственный источник воды, кристально чистой и холодной. А кладовые ломились от запасов. В голодные годы жрицы кормили население окрестных сёл.

Фарсийцев заметили после полудня. Захватчики, не таясь, встали чуть ли ни на расстоянии полёта стрелы от западной стены. Лэр Могута приказал зажечь во дворе костры и поставить на огонь котлы со смолой. Лучников набралось около двух десятков – неполная дюжина из отряда лэра Могуты, трое – люди лэра Идана и пять охотников из местных. Катастрофически мало для обстрела с двух стен пяти сотен противника... На стены поднялись три десятка воинов и вооружённые вилами и топорами селяне. В гнетущей тишине защитники монастыря прождали нападения полтора оборота.

Наконец из рядов наёмников показался громила, вооружённый секирой, за ним важно топали два широкоплечих мечника и чернобородый воин в богатых доспехах. Один из мечников держал копьё с вышитым на полотне солнцем – знаком переговорщиков.

Приблизившись к башне, чернобородый, грубо коверкая артанский язык, густым басом проорал десяток слов, требуя немедленно отворить ворота и сдаться. Командир наёмников пообещал пленным жизнь в обмен на свободу. Фарсии рабы нужны. Мрачный лэр Могута ответил коротким отказом.

В предвкушении сражения громила вскинул голову к небу и зарычал, потрясая секирой, а чернобородый обозвал защитников монастыря сынами ослов, глумливо фыркнул, не сомневаясь в превосходстве собственного войска над горсткой воинов-артанцев и не спеша вернулся к томившимся в ожидании сигнала к бою наёмникам. Те скалились, выкрикивая насмешки в адрес защитников монастыря – мол, совсем скоро их мёртвые глаза выклюют падальщики, а кишки сожрут шакалы…

Фарсийцы неторопливо перегруппировались, подтащили таран и лестницы. А затем, прикрываясь щитами, двинулись на стены. Когда до стен оставалось менее шестидесяти шагов, мечники раздвинули щиты, вперёд выступили лучники и сделали первый залп. Похожие на соединённые посередине рога огромных туров луки чужеземцев били метко и далеко. На стенах раздались крики и стоны раненых, мишенями оказались в основном селяне, по глупости высунувшиеся из укрытия.

Враги стреляли попеременно – вслед за отстрелявшимися лучниками первой шеренги, отступившими после выстрела на шаг назад, их места занимали лучники из второго ряда. Казалось, ничто не в состоянии остановить наступающих. Дождь из стрел вынудил защитников монастыря затаиться. Вот-вот на стены влезут фарсийцы. Затем таран вышибет ворота, и толпа разъярённых врагов хлынет во двор. За считанные малые обороты захватчики перебьют малочисленный артанский гарнизон, после чего начнётся кровавая оргия...

В смотровой башне лэр Могута, раскинув в стороны руки, выкрикнул заклинание и подкрепил его затейливым пассом. Задул сильный ветер, стрелы врагов хаотично завертелись и попадали на землю. Фарсийские лучники поспешно сделали ещё несколько залпов, без толку. Сотворённая магией из десятков малых смерчей преграда держалась. Лэр Могута оказался неплохим магом воздуха.

И всё же около полусотни врагов вплотную подобрались к монастырским стенам и ухитрились подтянуть таран к воротам. Тогда по знаку лэра Идана селяне опрокинули на противника котлы с кипящей смолой. Вопли обожжённых огласили округу. На фарсийцев полетели стрелы с горящей паклей. Паклю предварительно пропитали горючей смесью с примесью магии. Несколько наёмников вспыхнули живыми факелами. Однако таран поджечь не удалось. Хитроумные фарсийцы, предвидя подобную возможность, хорошенько вымочили толстое дубовое бревно в воде.

Массивный таран глухо ударил по воротам. Ворота затрещали, но не поддались. Пока. Фарсийцы упорно продолжали долбить, военного опыта и терпения у наёмников хватало. Было очевидно, что старая древесина и наскоро замененные петли продержатся недолго. Лучникам удалось подстрелить пять-шесть фарсийцев, занятых тараном. На пару малых оборотов выбивать ворота прекратили. Кое-кому из врагов несмотря на обстрел со стен удалось, скрываясь за щитами, вскарабкаться на галереи, где их встретили мечники и селяне с топорами.

Воздушная стена сдерживала нападающих чуть более двадцати малых оборотов. Фарсийцы, прижимаясь к земле, упрямо ползли к стенам. Их было много, слишком много. Отряду защитников из неполных шестидесяти десятков воинов и сотни селян не остановить пять сотен хорошо обученных солдат, чьё ремесло убивать…

Лэр Могута слабел. Со стороны чудилось, будто его крепкое тело съёжилось от непосильной ноши. Чуть погодя бледное лицо лэра посинело. Маг, шатаясь, осел на дощатый настил и закрыл глаза. Воздушная преграда рассеялась, и в артанцев снова полетели стрелы. Но врагов ждал нежданный сюрприз. Из храма вынесли дюжину высеченных из цельного белого кварца шаров, подвешенных на цепях к шестам. В глубине шаров тлело зелёное пламя.

Шары хранились в подвалах древнего святилища столетия. Настоятельница вспомнила о старинных артефактах, когда фарсийцы разбили объединённое войско лэров долин. В тайне жрицы Светлой Ари старательно напитали шары магией из оставшихся накопителей.

Враги деловито взбирались по лестницам на стены, ворота трещали под мощными ударами тарана, на галереях один за другим замертво падали защитники монастыря. Жрицы передали шары людям лэра Могуты. Солдаты с артефактами бросились в башню, где их встретил лэр Идан с его воинами.

Поначалу фарсийцы ничего не поняли, когда со смотровой башни на них полетели небольшие, с детскую голову шары. Артефакты не упали на толпившихся у стен врагов. Шары парили над предвкушающим быструю победу войском противника, пока не замерли над головами фарсийцев вдоль южной и восточной стен. Боевые артефакты зависли примерно на равном расстоянии один от другого и засияли ярким зелёным светом.

В шары полетели стрелы, но, соскользнув с гладкой поверхности, не сдвинули их ни на йоту. А потом древние артефакты взорвались, поливая фарсийцев жидким зелёным пламенем. Войско противника мигом смешалось, превратившись в орущую толпу. Магический огонь не гас, алчно пожирая тела людей.

По подсчётам пришедшего в себя лэра Могуты под стенами монастыря Светлой Ари погибло более трёх сотен фарсийцев. Первый штурм защитники монастыря выдержали. Оставшиеся враги отступили в рощу, но уходить явно не собирались.

***

Два дня прошли в томительном неведении. Фарсийцы зализывали раны и сидели тихо. Лэр Могута не сомневался, что противник ждёт подкрепление. И хуже всего, если со вторым отрядом наёмников явятся маги.

После штурма уцелели пять лучников и всего два десятка воинов. В сражении на стенах полегло две трети вооружённых селян. Оставалось уповать на щедрость богов, иначе от монастыря скоро останутся полуразрушенные стены, а уцелевшие выхлебают полную чашу горькой доли рабов.

В лечебнице целительницы падали от усталости, держались благодаря подкрепляющему силы напитку. На три-четыре дня настой элейи с примесью ядовитого перистого златоцвета наполнял усталое тело силой и бодростью, делал ясной голову. После чего наступала неизбежная расплата – долгий сон без сновидений, а то и смерть. Впрочем, жрицы себя не щадили. Зачем? Лучше умереть, чем достаться врагам живыми… Все слышали о том, что творят фарсийские наёмники с пленницами.

Ночь выдалась утомительная, собственно, как и предыдущая. Раненые нуждались в постоянном наблюдении, поэтому четыре лекарки дежурили по очереди, сменяясь через каждые три оборота. Сегодня Яре досталось время до двух оборотов после полуночи. С лекарками трудились добровольные помощницы.

С Ярой работали Лиса и бойкая рыженькая монастырская воспитанница по имени Веселина. Хорошее имя, светлое. И сама девочка хорошая, только веселье сошло с круглого веснушчатого личика воспитанницы после вторжения в страну фарсийцев. Яра знала, что в бойне в Заячьем урочище у Веселины погибли отец и брат.

В самой большой комнате лечебницы удалось разместить на набитых сеном топчанах два с половиной десятка раненых. В трёх других маленьких комнатах лежали ещё шесть человек, те, кому могла помочь лишь магия. А в двух отдельных палатках на хозяйственном дворе разместили больных весенней лихорадкой селян, в основном детей. Хворь нетяжёлая, выздоравливают от неё на лечебных травяных настоях за седмицу, но заразная, вдобавок вспышка лихорадки отнимала силы и время у лекарок, отвлекая от раненых.

Яра надеялась, что её внутренний магический источник наполнится к утру хотя бы на треть, и тогда она вернёт здоровье пятерым воинам. Шестому помочь не получится, невозможно восстановить головной мозг после глубокого косого удара меча. Из трёх десятков раненых завтра в строй вернутся восемнадцать крепких мужчин, остальные отвоевались. Какой воин без руки или ноги? Правда, по утверждению лэра Идана, двое ветеранов из его отряда неплохо управляются в бою и с одной рукой.

Веселина вопросительно тронула пальцами Ярину руку и указала глазами на юношу с развороченной грудной клеткой. Парень судорожно всхлипывал и беспокойно метался в постели. Дыхание юноши было поверхностным и хриплым. Яра закусила губу. У парня началась агония! Юным селянином вроде бы занималась Бажена. Почему старшая лекарка не позвала к нему Яру, когда внутренний источник той ещё не истощился? Немного магии – и парень бы утром встал на ноги. Похоже, Бажена посчитала, что в помощи магички сильнее нуждаются более важные люди, войны лэров и зажиточные селяне. А кто этот мальчишка? Никто. Нищий пастух.

Яра снова заглянула в бледное юное лицо парнишки с выступившей в уголках рта пеной, и сердце девушки сжалось от сострадания. Яра сосредоточилась и прикрыла глаза, мысленно потянувшись к внутреннему магическому источнику. И чудо! Резерв магии за три с небольшим оборота восстановился на четверть.

Яра уже заметила, что чем больше магической энергии она использует, тем быстрее пополняется её источник. Покойная жрица Сабина говорила ученице, что магические возможности начинающей лекарки ещё не достигли предела, внутренний источник девушки постоянно растёт. Любопытно, какого уровня магии достигнет Яра, когда юная магичка войдёт в полную силу?

Приободрившись, Яра быстро размотала повязку на груди парня и приступила к лечению. Спустя половину оборота юноша пришёл в сознание и удивлённо посмотрел на лекарку большими карими, влажными, словно у телёнка глазами. Яра невольно улыбнулась. Подозвав Веселину, она приказала ей напоить парня укрепляющим отваром и утром, когда к выздоравливающему вернётся здоровье, отправить пастуха к ополченцам.

Чутко прислушиваясь к дыханию раненых, Яра медленно обошла лечебницу. Люди спали. Кое-кто стонал и беспокойно метался на постели, заново переживая во сне схватку с фарсийцами. В последней комнатке лекарка обнаружила задремавшую на стуле Лису. Яра вздохнула и не стала её будить. Пусть передохнёт, замоталась…

***

В положенное время Яру сменила Вратка с двумя помощницами. Яра и Лиса прилегли отдохнуть в келье. Лиса беззвучно плакала. Почему, почему судьба к ней так несправедлива? Легкомысленное счастье, одарив бесприданницу мимолётной улыбкой, умчалось прочь… И неизвестно, что будет завтра. Всему виной проклятые фарсийцы!

Яра молча гладила подругу по спине и перебирала в памяти скупой рассказ настоятельницы о боевых артефактах-шарах. Оказывается, шары столетия назад сделали для войны с орками. Мастера-артефакторы, создатели боевых шаров, служили Тёмному Искуснику.

Почему жрецы Тарая не уничтожили творения прислужников отвергнутого бога? Вездесущие жрецы бога разума и порядка прошерстили каждую пядь монастыря. Выходит, они специально оставили в подвале ценные боевые артефакты. Из чего следует, что жрецы Тарая втихомолку используют творения мастеров Тёмного Искусника. У Яры вновь зашевелились сомнения по поводу правдивости речей жрецов главного бога. Вспомнилась беседа с Юрасем на кладбище. От кощунственной мысли, что Тарай и его последователи думают только о власти и собственной выгоде, лекарке стало тошно.

В дверь кельи постучались. Яра встрепенулась, быстро влезла в платье и, набросив одеяло на дрожащую от нервного возбуждения подругу, бросилась к двери. Нежданным гостем оказался лэр Могута. Молодая лекарка удивлённо вскинула голову. За двое последних суток лицо лэра заметно посвежело, но зоркие, по-юношески яркие несмотря на зрелый возраст глаза смотрели настороженно и тоскливо, отчаянно.

– Прошу простить меня за вторжение, лэри! – церемонно обратился к Яре маг. – Мне нужно кое-что с вами обсудить. – Взгляд мужчины скользнул по свернувшейся под одеялом Лисе.

Лекарка понятливо кивнула и, подхватив шаль, вышла в коридор. Без лишних слов девушка последовала за размашисто шагавшим магом. Яра терялась в догадках. Что нужно от неё лэру Могуте? Раненые присмотрены. Неужели кто-то серьёзно заболел? Кишечная зараза? Чёрная лихорадка? Лекарка слышала о вспышках губительных болезней в осаждённых крепостях.

Лэр Могута спустился в подвал. Там его ждали настоятельница и строгая жрица Агния, ведавшая ключами от кладовых.

– Яра, насколько полон твой внутренний источник? – мягко поинтересовалась настоятельница.

Юная магичка сосредоточилась. Странно. После лечения пастуха прошло примерно четыре оборота. А внутренний источник Яры успел наполниться до половины. Всё верно – чем чаще и активнее лекарка использовала собственную магию, тем быстрее пополнялся резерв. Яра поделилась своими выводами со жрицами и лэром Могутой. Настоятельница и маг переглянулись. Глубокие морщины на лице лэра разгладились.

По знаку настоятельницы жрица Агния открыла неприметную, окованную железом дверь в дальнем конце подвала. Все, включая Яру, вошли в узкий неосвещённый коридор, плавно спускающийся вниз. Маг активировал артефакт-светильник, тотчас же взметнувшийся к низкому потолку. Яра разглядела очень старую каменную кладку стен.

Спустя пять-шесть малых оборотов коридор закончился тупиком. В руках настоятельницы появился белый грушевидный камешек. Она несколько раз в определённой последовательности прикоснулась артефактом к стене. И взору присутствующих открылась низкая деревянная дверь. Молчаливая жрица Агния сняла висевший на шее ключ. Пробормотав нужное заклинание, женщина вставила ключ в едва заметную щель. Яра с любопытством заглянула вовнутрь тайной комнаты. Что там хранится? К чему столько предосторожностей?

– В хранилище остались всего девять шаров и это, – виновато произнесла настоятельница, указав на морион размером с куриное яйцо в рамке из потемневшего от времени серебра. Присмотревшись, Яра заметила в глубине камня алые вспышки.

Маг вгляделся в артефакт и присвистнул. – Ярость Двуединого! Невероятно, жрецы Тарая оставили ЭТО здесь!!

Настоятельница пожала плечами. – Монастырь – ближайшая к границе крепость с надёжными стенами. Жрецы бога разума предвидели возможность нападения с моря.

– Дальновидно! – хмыкнул лэр Могута. В брошенном магом слове Яра отчётливо ощутила иронию и скрытую неприязнь с изрядной примесью горечи. Лекарка сразу поняла, что жрецов Тарая лэр крепко не любит, на что у него, скорее всего, имеется серьёзная причина. Маг был Яре симпатичен – умный, рассудительный, с прекрасными манерами и просто добрый человек. Ранее Лиса рассказывала подруге, какой замечательный муж и отец лэр Могута, и как хорошо у него в замке. Яра ей верила.

– Девочка справится? – маг пытливо смерил глазами молодую лекарку и обернулся к настоятельнице.

– Да! – коротко ответила та. – Яра без особого труда сможет активировать артефакт, у неё очень сильный дар Двуединого. В старом свитке написано, что одарённому определённым типом магии с высоким уровнем внутреннего источника для пробуждения камня надо лишь прочитать заклинание и влить в спящий морион толику собственной магической энергии. Дальше артефакт самостоятельно впитает магию природы и выполнит предназначение.

Лэр Могута недоверчиво усмехнулся и покачал головой. – Если так, то мы спасены. В любом случае попытаться стоит.

Яра испуганно прижала руки к щекам. Девушка не верила, что какая-то лекарка способна управлять загадочным древним боевым артефактом.

Глава 5

Разбудить спящий артефакт оказалось совсем несложно. Настоятельница попросила Яру выучить простенькое заклинание на древнем языке, после чего прикоснуться к мориону рукой и произнести слова призыва вслух. Ладонь девушки послушно легла на чёрный камень, и лекарка вполголоса проговорила заклинание. Морион заискрился, постепенно артефакт затопило буйное красное пламя. Казалось, будто камень увеличился вдвое.

Яра ощутила, как её сознание сливается с чем-то могучим и огромным. Затем душа юной магички наполнилась небывалым, феерическим восторгом. Яра улыбалась, купаясь в невероятно сильной, сокрушительной магии. Сколько это продолжалось? По утверждению настоятельницы, два-три малых оборота, а по представлениям Яры – годы, целую жизнь…

Когда юная магичка опомнилась и отошла от мориона, она увидела широкие улыбки на лицах присутствующих. Получилось! Но почему? Яра терялась в догадках. Ярость Двуединого – старинный боевой артефакт, творение одного из последователей Тёмного Искусника. Как светлая магия лекарки смогла разбудить изделие тёмного? Ещё настоятельница вскользь проронила что-то о тёмной стороне дара Двуединого, которой Яра также обладает. Непонятно.

По тому же длинному подземному коридору вернулись назад. По дороге лэр Могута бережно прижимал артефакт к груди. Маг намеревался до начала штурма держать ценный предмет в своей комнате. Яра решительно подошла к настоятельнице. Девушка открыла рот, чтобы задать мучивший её вопрос. Но та предостерегающе качнула головой, взяла лекарку за руку и повела за собой.

– У стен тоже есть уши, – негромко заметила настоятельница, когда она и Яра очутились в небольшой круглой комнате под самой крышей. Едва дверь комнаты затворилась, вырезанная из кости фигурка девы на столе засветилась тёплым жёлтым светом. Яра вгляделась в магический светильник – дева прижимала палец к губам. Артефакт от подслушивания? Словно прочитав мысли лекарки, настоятельница улыбнулась и кивнула. – Теряешься в предположениях, девочка? Тебе страшно? – участливо проговорила она.

– Да, тётя Доброслава. – Впервые с тех пор, как стала воспитанницей монастыря, Яра назвала двоюродную тётку по имени.

Настоятельница задумчиво посмотрела на племянницу и произнесла: – Садись, Ярина, разговор получится долгий. Рано или поздно я должна рассказать тебе правду. Хотя, смотрю, ты и сама кое о чём догадалась, – Доброслава указала девушке на стул с высокой резной спинкой и отвернулась к витражному окну с изображением Светлой Ари в цветущем саду.

Яра замерла, уцепившись пальцами за гладкое дерево сиденья.

– Ты – девочка неглупая! – усмехнулась настоятельница. – Тебе известно, что я и твой отец принадлежим к древнему магическому роду, – продолжала Доброслава. – Видишь ли, жрецы Тарая не всегда правили в Артании. Раньше было по-другому, каждый мог молиться выбранному им богу, светлому или тёмному в зависимости от душевной склонности и рода занятий. И никто никого не боялся, страх не терзал сердца людей, пока после засушливого лета и гнилой зимы не начался мор. Вымирали деревни и города, маги-целители не могли понять, откуда пришла неизвестная болезнь. Тела людей покрывались чёрными язвами, начинались судороги, и в течение двух-трёх оборотов заражённые умирали.

Болезнь не коснулась магов, что настроило народ против одарённых. Якобы маги наслали мор, чтобы получить больше власти и богатств. Собственно, так оно и оказалось. Зараза действительно имела магическое происхождение, жрецы Тарая в подземельях их храмов из чёрной плесени и яда болотных жабогрызов сотворили переносчика смертельной хвори. Одновременно хитроумные поклонники бога разума и порядка создали лекарство от мора. – Лицо Доброславы дрогнуло, в синих как у Яры глазах вспыхнул гнев. Жрица задержала дыхание, заставляя себя успокоиться. Немного погодя настоятельница продолжила рассказ, чётко и отстранённо, словно речь шла о чём-то далёком и давно забытом.

– Через несколько месяцев Артания погрузилась в бездну отчаяния. Умер король и его наследник. В стране наступили смутные времена. Лэры воевали между собой, банды головорезов грабили обнищавший народ. Жрецы Тарая постарались, чтобы в кровавых раздорах погибли самые сильные маги. Смерть и разруха превратили цветущие долины в заросшие сорными травами пустоши. Начался голод.

И тогда поклонники бога разума и порядка заявили, что нашли лекарство против магической болезни. Что последовало дальше, понятно. Благодарные люди поддержали жрецов Тарая, когда те возжелали абсолютной власти. И уже более ста лет слуги бога Отступника решают, кому жить, а кому нет.

Твой дед возглавил заговор против тирании жрецов злобного Тарая, опоившего дурманным колдовским зельем своего отца Двуединого. Поэтому в народе Тарая прозвали богом Отступником. Что ж, каков бог, таковы и его жрецы! – Доброслава криво улыбнулась. – Деда и его соратников предали, они сгинули в тюремных подвалах. Не было ни суда, ни публичной казни, только длинная, пространная речь главного обвинителя на столичной площади.

От нашего рода остались двое детей – я и твой отец. Дабы успокоить недовольных жалким подобием правосудия и прослыть милосердными в глазах жителей королевства жрецы Тарая не стали нас убивать. Дети – не ответчики за дела отцов! Однако земли и богатства рода перешли к храмам бога Отступника. Поэтому я стала жрицей, благо, у меня обнаружился дар магии мысли, а твой отец – наёмником. Мы – изгои. Никто не решился взять меня в жёны. Мало того, что бесприданница, ещё и дочь заговорщика! Лэри Иляна из-за любви к брату ушла из семьи, – голос настоятельницы потеплел. – Ты знаешь, как я её любила…

– Магия мысли! – удивлённо воскликнула Яра. – Я всегда чувствовала вашу магию, тётя, но никак не могла определить её направление. Но ведь магия мысли – отличительная особенность жрецов Тарая!

– Верно. Мужчин. Будь мой дар сильнее, его бы попросту выпили, а так решили, что в отдалённом монастыре я смогу быть полезной… из благодарности что осталась в живых, – хмыкнула Доброслава.

Яра шумно вздохнула. – Юрась, ученик жреца Нура, рассказал мне, что у некоторых одарённых отнимают магию вместе с жизнью, – осторожно проговорила лекарка.

– Юрась? Сын конюха? Рада, что он уцелел. Шустрый был мальчишка. Я его помню. – Настоятельница рассмеялась. – Ты у меня смелая! Истинная лэри Дан. Не побоялась подружиться с учеником жреца Нура.

– Мы разговаривали всего один раз, – скромно уточнила Яра.

– Значит, Юрась сообщил тебе, что и его, и твой дар имеют общие корни? – Доброслава вгляделась в озадаченное лицо двоюродной племянницы. – Нет? В общем, девочка, не существует отдельно магии жизни и смерти. Даром Двуединого в равной мере обладают целители и некроманты. Жизнь и смерть, словно день и ночь, разные проявления вашего магического таланта. Целитель может стать магом смерти и наоборот. Потому что жизнь и смерть свойственны всему живому.

– Поэтому я носила ваш скрывающий мой дар амулет до пятнадцати лет? А позже, на повторном испытании жрецом Тарая моей магии вы так сильно волновались? – спросила Яра.

Настоятельница рассмеялась. – Ты наблюдательна, племянница. Если бы в детстве у тебя обнаружился дар Двуединого, тебя бы забрали слуги Отступника и убили. Твой магический талант слишком яркий, чтобы оставлять одарённую в живых. Вдобавок ты – девочка! В жрецы Нура не годишься. Слуги Отступника опасаются людей с сильным даром Двуединого, из них могут вырасти могучие боевые маги, способные противостоять магии служителей Тарая. Девочек со слабым даром Двуединого отправляют в монастыри Светлой Ари, чтобы они выучились на лекарок.

– Теперь понимаю, почему старый жрец Нура назвал меня «нашей». А я всё гадала…

За тихой, доверительной беседой тётя и племянница просидели до утра. И не было никого роднее их в те предрассветные обороты.

***

Оправдались самые худшие опасения лэра Могуты. Лазутчики сообщили, что на помощь фарсийцам движется войско в полторы тысячи солдат, и в войске противника два боевых мага. Магов, огневика и повелителя земли, опознали по нагрудным медальонам со знаками стихий. Очевидно, что наёмники настроены захватить монастырь и удерживать крепость до подхода регулярной армии. Назревала большая война. Даже простолюдины понимали, что захватом одной провинции дело не ограничится. Артания ослабела, и предприимчивая страна-соседка намеревалась откусить от королевства солидный кусок.

Фарсийцы подошли на закате и разбили лагерь в роще. Со стен просматривались снующие возле костров солдаты. До защитников монастыря доносились приглушенные голоса чужаков и ржание лошадей. Палаток фарсийцы не ставили, обустройством лагеря не занимались, значит, штурм откладывать не станут. Так оно и вышло.

Едва первые лучи дневного светила позолотили горные склоны, противник двинулся к монастырю. На сей раз переговоров не было. Фарсийцы выстроились цепью и остановились менее, чем в трёх полётах стрелы от стен. Внезапно земля содрогнулась, из оврага выбрался каменный великан, созданный магом земли, и медленно зашагал к воротам. Голова чудовища доставала до крепостных галерей. Вслед за первым великаном показался другой, абсолютно такой же. В смотровой башне рядом с застывшим лэром Могутой вскрикнул от ужаса молодой ополченец.

Искусный лучник лэр Ивор приготовился к стрельбе. У него имелась одна-единственная стрела, зачарованная магом воздуха, и промазать было никак нельзя. Целью стал приземистый коренастый фарсийский повелитель земли. На заклинание, способное сломать магическую защиту чужеземца, лэр Могута потратил более половины резерва собственного магического источника.

Диковинный лук в рост человека, умело склеенный из тиса и самшита, лэр Ладислав, по слухам, несколько лет назад выменял на некий военный трофей у торговца с севера. Сын оружейника сразу оценил дальнобойность нового приобретения и принялся усиленно тренироваться в стрельбе.

Между тем, первый каменный великан добрался до стен и принялся массивными кулаками выбивать ворота. Лэр Ивор натянул тугую тетиву. До мага земли было более двух с половиной полётов стрелы, обычной стрелы, выпущенной из обычного лука, где-то около двухсот шагов. Поэтому маг противника никого не опасался, беспечно высунувшись вперёд из-за строя наёмников, управлял каменными великанами.

Стрела лэра Ивора с протяжным свистом взвилась в воздух. В фарсийском войске никто не успел ничего сообразить, когда вспыхнули и тут же пропали охранные руны на золочёном нагруднике мага. Зачарованная стрела легко пробила кирасу и глубоко вошла чужеземцу в грудь. Маг земли дёрнулся, на миг замер, а после рухнул навзничь, захлёбываясь кровью.

На несколько малых оборотов сделалось тихо-тихо. И защитники монастыря, и фарсийцы молча наблюдали, как разрушаются великаны, оседая на землю грудой глины и камней. Затем со стен радостно заорали, засвистели, загомонили. Неподвижные ряды наёмников пришли в движение, командиры отрядов во всю глотку выкрикивали команды.

Фарсийцы, как и в прошлый раз, начали активно обстреливать галереи. Однако наученные горьким опытом защитники крепости высовывались из узких проёмов бойниц лишь для того, чтобы пустить в наёмников стрелу. Со смотровой башни опять вылетели шары.

Спустя два-три малых оборота на атакующих полилось негасимое зелёное пламя. Наёмники поспешно отступили, потеряв полторы сотни бойцов. А жидкий огонь, остывая на глазах, превратился в бурую жижу и впитался в землю. Маг-огневик противника использовал мощное древнее колдовство, погасившее убийственное заклинание.

По задумке лэра Могуты шары должны были выиграть защитникам монастыря время, чтобы ввести в бой Ярость Двуединого, последнюю надежду осаждённых. Но действия фарсийского мага огня оказались неожиданно быстрыми и умелыми. Осмелевшие наёмники снова приближались к стенам.

***

Яра в сопровождении лэра Могуты с артефактом в руках торопливо поднялась на смотровую башню. Юная магичка старалась дышать глубоко и ровно, дабы унять тревожно колотившееся сердце. Однако разум девушки работал ясно и спокойно, хоть чувства Яры накалились, сжались в тонкое копьё с острым жалом наконечника, направленное на врага.

Лэр Могута остановился возле бойницы и обернулся к магичке. Бледная от волнения девушка сдавила в правой руке цепочку, на которой висел артефакт. Ярость Двуединого оказалась совсем нетяжёлой. Магичка, как учила её настоятельница, положила левую ладонь на камень и мысленным посылом вытолкнула заключённую в артефакте смертоносную магию на толпившихся у стен монастыря врагов.

Из мориона вырвался плотный сгусток огня и сквозь отверстие бойницы вылетел за пределы монастырских стен. Вскоре Ярость Двуединого вытянулась, разбухла до багрово-красного облака и густой пеленой окутала фарсийцев. Когда стихли предсмертные вопли умирающих, защитникам монастыря открылась жуткая картина – обугленная пустошь простиралась до рощи, ни тел людей, ни брошенного оружия, ни доспехов.

Артанцы с благоговейным страхом обозревали окрестности. Не зря артефакт назывался Яростью Двуединого... Ничто не могло сравниться разрушительной силой со страшной, могучей боевой магией отца богов. Яра заметила, как бывалые воины, встречаясь с ней взглядом, отворачивались. Юная магичка, способная повелевать тёмным артефактом, их пугала. За считанные малые обороты девчонка уничтожила не менее тысячи наёмников. Но гордости за содеянное Яра не испытывала, на душе девушки сделалось тяжело и тоскливо.

***

Остаток дня и ночь прошли в гнетущей тишине. Защитники крепости, поражённые свершившимся, особо по поводу гибели врага не радовались и не торопились праздновать победу. Люди ели, спали или вполголоса переговаривались, избегая обсуждать последствия последнего штурма. Вдобавок в монастыре-крепости ждали подхода новых отрядов фарсийцев.

Мрачная Яра отдыхала в своей келье. Лиса попробовала её разговорить – к чему переживать? Все целы, и жизнь продолжается! Но юная магичка лишь безучастно кивала, не вникая в слова подруги. Лиса ушла, и Яра, свернувшись в клубок, наконец заснула.

На следующий день обитатели монастыря окончательно осознали, что спасены, и на их лицах вновь заиграли улыбки. Увы, победители успокоились преждевременно, ощущение безопастности оказалось ложным. В роще уцелели три сотни наёмников. В полдень начался новый штурм. Сперва фарсийские лучники обстреливали галереи на отдалении, потом осторожно приблизились к стенам на пятьдесят шагов.

Лэр Могута привычно выставил воздушную преграду, но внутренний источник мага был полон всего на половину. Остановить нападающих удалось всего на четверть большого оборота. Спустя некоторое время фарсийцы догадались, что у защитников монастыря больше не осталось боевых артефактов, и притащили таран.

Жрицы увели женщин, детей и стариков в храм. Яра задержалась в смотровой башне. К чему оттягивать неминуемую смерть? Кроме того, лекарка хотела быть полезной. Пусть она не умеет сражаться, зато способна при помощи магии влить толику сил в ослабевшего воина.

Ворота не выдержали, и жаждущие мести, пьяные от предвкушения близкой победы наёмники ворвались во двор. Трое оставшихся лучников и Яра забаррикадировались на верхнем ярусе смотровой башни. Лучники стреляли по фарсийцам, а лекарка, привалившись к стене, шёпотом молилась Светлой Ари.

Вдруг один из лучников радостно выкрикнул, указывая рукой на отверстие бойницы: – Он идёт! Глядите! Нам на помощь идёт лэр Ивор!

Фарсийцы у стен загалдели. Десяток наёмников попытались перегородить вход на монастырский двор останками ворот и тараном. Лучники и Яра, не отрываясь, смотрели на приближающийся большой конный отряд рыцарей, над которым развевались знамёна нового наместника провинции.

– Слава лэру Ивору! – во всю глотку гаркнул самый молодой из лучников. Двое других его поддержали. Из глаз Яры потекли ручьём слёзы. Спасены! Слава богам, спасены…

***

Перегородить вход в монастырь фарсийцы не успевали. Несколько наёмников побежали к северной стене, где над пропастью петляла козья тропа, по которой можно было спуститься в низину. Полсотни чужаков спешно выстроились в два ряда, укрывшись за щитами и выставив вперёд копья в надежде остановить конных рыцарей. Удержать строй у фарсийцев не получилось. Рыцари остановились на непродолжительную долю оборота, сминая неровные ряды наёмников.

Затем отряд лэра Ивора разделился – два десятка рыцарей методично добивали копейщиков, кто-то ринулся догонять убегающих наёмников, а остальные двинулись на монастырский двор. Яра видела, как рыцари сгоняли в кучу побросавших оружие наёмников. Тех, кто попытался оказать сопротивление, убивали. Рыцарям помогали из смотровой башни три оставшихся в живых лучника защитников монастыря. Пущенные с высоты стрелы легко находили затаившихся в укромных углах фарсийцев. Вскоре было всё кончено. Пленников выпроводили с монастырского двора и погнали к роще.

Тревожно затрубил рог. Из доносившихся до Яры голосов девушка поняла, что артанские дозорные обнаружили направляющийся сюда ещё один отряд фарсийцев. Рыцари развернулись к воротам и направились к тракту.

Оттащив в сторону бревно, подпирающую дверь, лучники покинули смотровую башню. Из бойницы Яра разглядела во дворе лэра Могуту. Маг сидел с поникшей головой, прислонившись спиной к стене храма, и прижимал руку в перчатке к бедру. Шлема на голове лэра не было, тёмные с проседью длинные волосы слиплись от крови. Лекарка тотчас же сообразила, что маг умирает от кровотечения.

Девушка облизала пересохшие губы. Спускаться во двор было страшно. Возможно неподалёку ещё прятались недобитые фарсийцы. Но оставить без помощи лэра Могуту, отважного воина и хорошего человека, Яра не могла. Маг едва не погиб, когда, защищая монастырь, опустошил собственный внутренний источник до конца. Она, лекарка, обязана немедленно остановить кровотечение и вернуть лэру здоровье! Девушка мысленно обозвала себя жалкой трусихой и понеслась во двор.

Яра подбежала к погрузившемуся в беспамятство магу. Меч врага скользнул по кольчуге и повредил внутреннюю часть бедра, задел крупные сосуды. Лекарка сделала глубокий вдох, распорола штанину мага его собственным кинжалом и приступила к лечению. Рана оказалась чистой. К счастью, магический резерв Яры успел наполниться на две трети. Лекарка аккуратно остановила кровотечение и приступила к восстановлению повреждённых мышц. Лечение продвигалось значительно быстрее, чем обычно. Видимо, сказывалась практика последних дней.

Через десять малых оборотов лэр Могута поднял голову и открыл глаза. Он безмолвно наблюдал, как под тёплой рукой магички срасталась кожа. А потом негромко произнёс: – Спасибо, девочка!

Лэр попытался подняться на ноги, но из-за большой потери крови не смог и опять привалился к стене. Яра оглянулась в поиске помощника. Поднять самой крупного мужчину в кольчуге ей было не под силу. Во дворе не удалось обнаружить никого, кроме мертвецов, над которыми уже кружились вороны.

Неожиданно раздался негромкий свист. Из подвала в обгоревших развалинах летней кухни, откинув тяжёлый люк, поспешно выбрались шесть или семь уцелевших наёмников. Заметив Яру и лэра Могуту, они, отрывисто жестикулируя, залопотали низкими каркающими голосами. Лекарка испуганно прижалась к магу.

Широкий, словно винная бочка, крепкий чернявый мужик вытащил короткий меч, развернулся со звериной ловкостью и приблизился к Яре и лэру. Его дружки, недобро ухмыляясь, встали у него за спиной. Лекарка видела глаза наёмников, холодные, расчётливые. Рука лэра Могуты потянулась к рукояти лежавшего в двух шагах меча. Но один из наёмников наступил ногой на клинок и хохотнул. Затем поманил пальцами девушку, недвусмысленно требуя, чтобы она подошла.

Яра догадалась, что фарсийцы хотят захватить её с собой, а ослабевшего мага убить. Ни за что! Лучше смерть. Лекарка вскочила на ноги и выставила перед собой кинжал лэра Могуты. Головная повязка девушки развязалась и упала на землю, растрёпанные волосы разметались по плечам. Наёмники оживились. Однако радость их оказалась недолгой.

Неизвестно откуда взявшийся рыцарь в чёрной кольчуге и чёрном шлеме пронзил копьём здоровяка с мечом. Кровь убитого брызнула Яре в лицо. Мышасто-серый боевой жеребец затоптал копытами другого наёмника. Яра не успела опомниться, как чёрный рыцарь разделался с оставшимися фарсийцами. Он перебил их, как горный пард горстку глупых овец, быстро и умело.

Во дворе появились ещё три рыцаря и несколько воинов лэра Могуты. По знаку чёрного рыцаря они подняли мага и понесли его в храм. Яра последовала за ними. За спиной девушка почувствовала устремлённый на неё взгляд нежданного спасителя. Лекарка обернулась. Чёрный рыцарь на массивном мышасто-сером жеребце рассматривал Яру в упор сквозь узкие щели в шлеме. Девушка благодарно кивнула и, заправляя за ухо упрямую прядь волос, случайно размазала кровь наёмника по лицу.

– Это был сам лэр Ивор! – позднее сообщил Яре лэр Могута. Лекарка подняла на мага удивлённые глаза. На доспехах чёрного рыцаря не было никаких украшений, ни пышного плюмажа на шлеме, ни золотого шитья на попоне коня. На нагруднике нового наместника провинции Яре запомнился старинный герб – разъярённый серебристый барс на небесно-голубом поле, вставший на задние лапы.

Глава 6

Новый наместник провинции перебил шныряющие по окрестностям отряды фарсийских наёмников, а позднее, после седмицы осады взял Любич. Ещё седмица ушла на то, чтобы разобраться с предателями и навести в городе порядок. По приказу лэра Ивора повесили выбранного с подачи захватчиков нового мэра и его приспешников, переловили бандитов и ворьё. После чего войско под командованием наместника двинулось к побережью на штурм занятого фарсийцами Колобрега.

Первыми монастырь покинули селяне. Простолюдины торопились разобраться, что осталось от хозяйства, уцелело ли зарытое во дворах добро? За ними ушли в освобождённый Любич ремесленники. В монастыре остались полтора десятка воинов, лэр Могута и лэр Идан.

Пять дней лили дожди. Вода смыла пепел и налёты гари в окрестностях монастыря. Кое-где появились зелёные островки молодой травы. Жизнь в святилище Светлой Ари постепенно наладилась. Жрицы и воспитанницы готовились к празднику Возрождения вечно юной богини.

И тут нагрянули жрецы Тарая. Им не терпелось узнать, почему фарсийцам не удалось захватить монастырь, который обороняла горстка воинов и необученные ратному делу селяне. Лэр Могута, лэр Идан, настоятельница и жрица-ключница Агния узнали о предстоящем посещении храма жрецами бога разума и порядка от мальчишки, сына хозяина постоялого двора. Мальчик прибежал в монастырь с посланием от отца.

Посовещавшись, решили рассказать жрецам Тарая всё, кроме использования в бою Ярости Двуединого. Незачем жрецам бога разума и порядка знать, что кто-то, обладающий сильным даром Двуединого, сумел разбудить могучий артефакт! Правда о том, как у стен монастыря погибло более тысячи фарсийцев, была известна только четвёрке присутствующих и Яре. Воины и селяне, конечно, видели, как Лэр Могута нёс в руках артефакт, но толком ничего рассказать не могли. Из воинов, наблюдавших собственными глазами со смотровой башни, как юная лекарка управляла Яростью Двуединого, уцелели всего три человека, ветераны душой и телом преданные лэру Могуте. Эти скорее умрут, чем расскажут жрецам Тарая о древнем артефакте.

На расстоянии Ярость Двуединого напоминала магический светильник, похожий имелся в комнате настоятельницы. Умелый лэр Идан аккуратно снял морион с серебряной цепочки и закрепил на ней светящийся хрустальный шар от магического святильника. Морион-артефакт жрица Агния спрятала в потайной комнате в подвале монастыря.

За два оборота до приезда жрецов Тарая настоятельница переговорила с Ярой.

– Девочка, нашим гостям не следует знать о твоём участии в сражении с фарсийцами! – заявила Доброслава. – Я боюсь за тебя.

Яра напряглась. С момента, когда юная магичка увидела в действии Ярость Двуединого, девушку не покидала тревога. Яра отлично понимала, в какой она опасности. Если жрецы Тарая пронюхают, что кто-то легко управляется с наделённым могучей магией отца богов тёмным артефактом, его убьют, высосав дар вместе с жизнью!

– Не волнуйся, милая! – улыбнулась настоятельница. – Здесь тебя никто не выдаст.

– Но многие люди видели Ярость Двуединого! – воскликнула лекарка. – Видели собственными глазами, как у стен сотнями погибали фарсийцы…

– Да, смерть наёмников выглядела устрашающе, – усмехнулась Доброслава. – Люди, безусловно, не сомневаются, что фарсийцев убила магия. Тогда следует законный вопрос – чья магия? Во-первых, у нас были шары с жидким пламенем, об этом жрецам Тарая известно, они наверняка одобрят использование для защиты монастыря боевых артефактов. Чужеземцы могли захватить горную крепость и засесть здесь до подхода подкрепления, выбить их отсюда было бы нелегко. Во-вторых, творений последователей Тёмного Искусника больше нет, а следовательно нет ещё одного напоминания о могуществе магов прошлого. Воины и селяне видели, как лэр Могута нёс в руках магический светильник. – Настоятельница указала на висевший в знакомой Яре круглой рамке на серебряных цепочках хрустальный шар, в котором сиял робкий огонёк. Мы скажем, что лэр Могута намеревался вновь воспользоваться своей магией, чтобы ветром раздуть пламя, зажжённое фарсийсиким магом, и направить огонь на врага. Светильник нужен был для того, чтобы поджечь пропитанную легко воспламеняющимся магическим составом паклю на наконечниках стрел. Факелы, когда имеешь дело с магией воздуха, ненадёжны!

– Хотелось бы, чтобы жрецы Тарая нам поверили! – Лекарка несмело улыбнулась.

– Поверят, обязательно поверят! Время и проливные дожди смыли остатки магии Двуединого. И никто ничего не узнает, – убеждённо проговорила Доброслава. – Если жрецы Тарая пожелают с тобой поговорить, скорее всего, спросят, что делала начинающая лекарка на стенах? Отвечай, что ты должна была позаботиться о лэре Могуте, когда у него появятся признаки магического истощения. Все помнят, что при первом штурме лэр едва не умер. Твой внутренний источник восстанавливается быстрее, чем у других лекарок.

Жрецы бога разума и порядка просидели в монастыре три дня. Они тщательно расспросили об осаде настоятельницу, жриц и обоих лэров. Последователей хитроумного Тарая особенно интересовало магическое оружие как фарсийцев, так и защитников монастыря. Потом незваные гости скрупулёзно, заглядывая в каждую щель, обшарили подвалы, но предметов, порочащих обитателей монастыря, не нашли.

Яре тоже задали несколько вопросов и отпустили. Девушку допрашивал знакомый жрец с тяжёлым, цепким взглядом. Этот хмурый коротышка несколько месяцев назад исследовал характер магии юной лекарки. Односложные ответы Яры его вполне устраивали. А то, что девица стоит, опустив очи долу, и вздрагивает от звука голоса вопрошающего, жрецу изрядно польстило. Хорошо, что боится! Страх помогает держать гордецов-магов в повиновении… Не услышал от молоденькой лекарки ничего полезного? Много ли может знать девчонка, которая даже не прошла посвящение?!

***

В канун праздника Возрождения Светлой Ари лэр Ивор освободил Колобрег и разбил остатки отрядов наёмников. Вовремя подошла эскадра адмирала Храбра Колояра. Артанский флот перегородил залив и отрезал кораблям фарсийских наёмников путь в открытое море. Победа была полной и безоговорочной. А затем из столицы прикатили представители молодого короля Девлина и вездесущего верховного жреца Тарая.

В Арконе посол Фарсии уверенно отрицал вторжение армии соплеменников на территорию королевства, списывая произошедшее на алчность морских пиратов. Однако лэр Ивор обнаружил неоспоримые доказательства присутствия в отрядах наёмников подданных Фарсии. После долгих препирательств Артания и Фарсия заключили мир на новых условиях.

У артанцев на переговорах позиция жрецов бога разума и порядка оставила неприятный осадок. Те всячески выгораживали захватчиков. Оно и понятно. Жрецы Тарая получали немалую выгоду от торговли со страной-соседкой и остро нуждались в инеите.

Король Девлин запретил торговлю рабами, отныне Артания предлагала фарсийцам в обмен на драгоценный инеит изделия из кожи, меха, воск, мёд и дерево. А чтобы работорговцы не шалили, пограничные воды станут патрулировать артанские военные корабли. И горе работорговцу, которого поймают в море с живым товаром! Капитана и команду повесят, не разбираясь…

Отныне сыскная служба наместников провинций станет уделять особое внимание наблюдению за портовыми городами. Почему-то жрецам Тарая запрет на работорговлю сильно не понравился. Они наотрез отказались поставить подписи под свитком соглашения о торговле и покинули зал советов.

Запрет на торговлю людьми вызвал в Артании взрыв народного ликования. Жители страны молились за здоровье короля Девлина, которого тотчас же прозвали Справедливым. Пленных фарсийских наёмников отправили на рудники в Туманные горы, часть уцелевших кораблей врага, годных для перевозки товаров, продали артанским купцам. Десяток хорошо оснащённых судов стали военными трофеями адмирала Колояра. Застрявшие в порту лёгкие быстроходные корабли наёмников поступили в распоряжение морского патруля Колобрега.

***

В городах и сёлах праздновали Возрождение вечно юной богини весело и шумно. В монастыре Светлой Ари традиционное шествие с девушками в венках из искусственных цветов и выряженными под зверей и птиц музыкантами началось от ворот и завершилось неподалёку от дубовой рощи. Помост, на котором возвышалась статуя богини, окружали жрицы в зелёных одеждах из дорогого ларнесского шёлка.

Воспитанницы монастыря, наряженные в лёгкие светлые платья, вместе с другими девушками-спутницами Ари пели гимны-восхваления богине любви и плодородия. Лишь Яра, принимавшая деятельное участие в подготовке к празднику, в одиночестве наблюдала за веселящимися воспитанницами из бойницы верхнего яруса смотровой башни.

Юная лекарка понимала, что сейчас её место не с воспитанницами-невестами и не с жрицами. Она сама по себе. Пройдут две с половиной седмицы, и лэри Ярина Светолика Дан навсегда наденет длинный плат из белёного льна и светло-зелёное платье жрицы-лекарки. Её судьба – служение Светлой Ари! Непрошенные слёзы потекли по щекам. Девушка сердито вытерла лицо платком. Жизнь лекарки – достойная жизнь! И нечего реветь… Зато на празднике Возрождения богини в будущем году, Яра, если заслужит такую честь, покрасуется с другими жрицами возле помоста со статуей Светлой Ари.

Как всегда после шествия и обязательных традиционных песен-просьб к богине на площадку перед статуей Ари взошли фокусники, музыканты и танцоры. В монастырском дворе нанятые на время праздника молодые селянки принялись расставлять на столах блюда с угощениями.

Захватив на кухне кусок сырного пирога и глиняную кружку с ягодным взваром, Яра уединилась в отдалённом уголке сада на скамейке. Пирог немного подгорел. Девушка хрустела поджаристой корочкой и разглядывала кучные облака. Только бы не было дождя! Танцевать под дождём холодно и мокро. Хотя что ей до того?! Вечерние танцы и игры ушли в прошлое… Яра снова всхлипнула и сделала большой глоток из чашки.

Над головой девушки раздался отрывистый птичий клёкот. На ветку перед глазами лекарки опустился сокол. Птица заинтересованно поглядела на пирог в руках девушки. Яра заметила, как в круглых холодных глазах сокола загорелись красные огоньки. Ран! Малый демон в товарищах у ученика жреца Нура Юрася.

– Ты голодный? Хочешь? – Девушка протянула птице остаток пирога.

Сокол презрительно щёлкнул клювом, однако моментально выхватил угощение из рук лекарки. Яра подождала, пока птица поест и спросила:

– С Юрасем что-то случилось? Ему нужна помощь?

Ран опустился на колени девушке и вытянул шею. На шее птицы обнаружилась висевшая на тонком шнурке записка. «Помоги! Ранен магическим артефактом. Жду внизу в ельнике.» Едва Яра прочитала послание, буквы слились в чёрное пятно, от записки потянуло дымком, и на ладони магички осталась маленькая горстка пепла.

Дыхание лекарки участилось. Мысли быстро замелькали в голове. Девушка порывисто вскочила со скамейки и ринулась к лечебнице. У входа Яра остановилась и оглянулась. Поблизости ни души. Хорошо.

Надо срочно бежать к Юрасю! Видно, рана серьёзная. Молодой жрец Нура не склонен к панике и понапрасну не отправил бы к лекарке свою птицу. Но почему он не пришёл в монастырь сам? Не хватило сил? Почему наложил заклинание самоуничтожения на записку? Не хотел, чтобы она попалась на глаза кому-то кроме Яры? Юрась определённо ввязался в нечто незаконное! В этом девушка была уверена.

Лекарка нахмурилась. В сознании магички отважно подняла голову другая Яра, дерзкая и смелая. Незаконное? А кем написаны законы? Жрецами Тарая? Жадные, лицемерные слуги Отступника решают, кто и как должен жить. Это несправедливо! Непроизнесённые слова осуждения в адрес жрецов могущественного бога Яру ужаснули, но не остановили. Сын конюха – честный, разумный парень и хороший человек. Если он попал в беду, значит, Яра обязана ему помочь… Лекарка трясущимися от нервного напряжения пальцами перебирала бутылки с заживляющими зельями и баночки с мазями, приправленными магией.

Яра перелила прозрачное золотисто-янтарное варево в маленький флакон. После чего девушка сунула в потайной карман небольшую баночку с мазью, полный целебного отвара флакон и скрученную в тугой свиток чистую тряпицу. Прислушалась. Голоса доносились с кухни и со двора. Похоже, народ потянулся к столам. Тем лучше. В толпе на лекарку не обратят внимания.

Яра осторожно спустилась в низину по виляющей между колючими мохнатыми ёлками тропинке, и кто-то тотчас же схватил девушку за руку. Лекарка вскрикнула. Сухая, шершавая ладонь Юрася зажала магичке рот.

– Молчи, – прошептал жрец Нура и сразу опустил руку. – Иди за мной.

К удивлению лекарки, Юрась был цел и невредим. Но выяснять, зачем тот её позвал, Яра благоразумно не стала. К чему привлекать внимание ненужных свидетелей?

Поджарый, широкоплечий жрец Нура шагал легко, бесшумно и скоро. Девушка с трудом за ним поспевала. Чёрная рубаха из грубой шерстяной ткани плотно облегала крепкую спину тёмного. Яра видела, как чуть заметно в такт шагам напрягаются тугие мышцы на лопатках парня. От Юрася пахло можжевельником и терпким мужским потом.

Когда приблизились к поросшему белёсым мхом подножию горы вплотную, парень, поднатужившись, отодвинул камень, заслонявший широкий лаз в пещеру. Согнувшись вдвое, жрец Нура юркнул в чёрную дыру и, высунув наружу руку, поманил лекарку за собой. Поправив сползшую головную повязку, Яра наклонилась и сделала три шага в темноту. Немного погодя сотворённый Юрасем магический шар-светильник, размером с яблоко, плавно поднимаясь вверх, осветил пещеру ровным зелёным светом. Жрец Нура, высунувшись наружу, закрыл камнем вход.

В пещере можно было стоять во весь рост, где-то вдалеке журчал ручей, но сырости в воздухе не ощущалось.

– Чего звал?! – недовольно произнесла Яра.

– Не кипятись! Ранен не я.

И тут девушка заметила закутанного в плащ незнакомца. Отстранив Юрася в сторону, лекарка приблизилась к раненому. Юное мальчишечье лицо дышало жаром. Парня лихорадило. На вскидку магичка дала ему лет пятнадцать. Сосредоточившись, Яра до мелочей разглядела ауру незнакомца. Маг земли с сильным внутренним источником умирал от незнакомого яда. Мягко сияющую светло-каштановую ауру парня разъедала едкая слизь. Странное боевое заклинание! Ничего подобного Яра раньше не встречала.

Распахнув плащ, девушка обнаружила на левом предплечье парня глубокую рваную рану, нанесённую зубами неизвестной твари. Вглядевшись, лекарка прикусила губу – в ране извивались полупрозрачные, с болотным оттенком зловонные черви.

– Его цапнул один из питомцев ренегатов, жрецов Отступника. Помнишь, я рассказывал об их опытах по созданию неживых тварей, способных убивать по мысленному приказу? – тихо проговорил Юрась. – Поганая, извращённая магия, в ней нет ни жизни, ни смерти. – Жрец Нура с отвращением сплюнул.

– Извращённая магия, – задумчиво повторила Яра. – Поэтому ты называешь жрецов Отступника ренегатами?

Юрась кивнул. – Сможешь бедняге помочь? – спросил он. В голосе решительного, бесстрашного жреца Нура лекарка услышала мольбу.

– Попробую, – ответила Яра. – Кто тебе парнишка?

– Никто. Ещё один несчастный, который отважился ослушаться жрецов Тарая и удрал. Его поймали и отвезли непокорного в подземные мастерские, где ставят жуткие опыты. Парень снова ухитрился сбежать, он с характером! Но создание ренегатов его достало…

– Как смеют жрецы Тарая ставить опыты на людях, на магах! – разозлилась Яра.

– Как видишь смеют, – глухо подтвердил Юрась.

Ловкие руки лекарки закрученной на палочку чистой тряпицей умело очистили рану от червей и промыли отваром. Лечебная магия, заключённая в вареве, растворила полупрозрачных червей. Потом настал черёд лечебной магии. Жрец Нура отчётливо видел мягкий золотистый свет, незаметный для неодарённых, струившийся с тонких пальцев девушки. Поражённые ядовитой слизью ткани высохли и отвалились. Магичка улыбнулась, остановила кровотечение и снова промыла рану отваром. Дальше следовало восстановить сосуды и дать коже, мышцам и сухожилиям зарасти. Лекарка наложила заживляющую мазь на поражённый участок и принялась снова аккуратно вливать магию в рану. Спустя половину оборота Яра закончила, на предплечье юноши осталась широкая полоса розовой нежной кожи.

– Ты настоящая целительница! – уважительно проговорил Юрась. – Так легко справилась с ядом твари ренегатов! Раньше мне оставалось лишь наблюдать, как несчастные умирали.

Яра прищурилась. – Где ты нашёл этого парня? Разве тебе разрешено отлучаться с кладбища?

Жрец хмыкнул. – Старик не возражает, если я ухожу в горы на несколько дней на охоту. Надо же нам что-то есть, чтобы не протянуть с голоду ноги. Благодарные верующие обычно не спешат к нам со своими дарами.

– Не вей ветерок! – рассмеялась Яра. – Думаю, твой наставник прекрасно знает, чем ты занимаешься. Наблюдаешь за ренегатами, да? Зачем? Куда теперь денешь парня? Он сильный маг земли, но ему ещё нужно учиться.

– Знаю, что сильный маг! Отведу, куда надо. Не обижайся, но тебе я не скажу. Меньше знаешь, крепче спишь!

Яра понимающе вздохнула. Какой смысл расспрашивать? Жрец Нура всё равно промолчит.

– Кто вы? – пролепетал очнувшийся юноша.

– Те, кто вытащил тебя с кромки! – с грубоватой нежностью улыбнулся Юрась.

– Рогатая змея? Ты убил её, правда? – взволнованно пробормотал спасённый.

– Убил, – невозмутимо ответил жрец Нура. – А магичка залечила твою рану. Ладно, везунчик, выпей молока и сиди тихо. Провожу её и вернусь, – Юрась кивнул на Яру. – Ночью, парень, уйдём с тобой в горы.

– Спасибо! – долетел до лекарки окрепший звонкий голос юного мага.

Жрец Нура довёл Яру до ельника в низине и на прощание благодарно обнял девушку. – Ты потрясающая целительница! – повторил Юрась.

Когда гордая собой Яра вернулась в монастырь, стемнело. Оборот или два назад ливень прогнал танцоров с площадки у рощи. С наслаждением вдыхая влажный, свежий после дождя воздух, девушка пробралась в келью и улеглась на кровать. Сквозь окошко Яра мечтательно глядела на выглянувший из-за туч месяц и редкие звёзды, пока не уснула. На сердце у юной магички было светло и спокойно.

Глава 7

В три оборота после полуночи в келью Яры постучались. Девушка нехотя покинула зелёный луг, где во сне собирала крупные синие колокольчики, и распахнула глаза. Стук в дверь сделался более настойчивым и требовательным.

– Не притворяйся, что спишь! Тебя ждёт настоятельница! – Голос принадлежал старшей лекарке Бажене.

– Уже иду, – сонно ответила Яра и потянулась за платьем, висевшем на спинке стула.

Бажена ещё немного потопталась у двери и ушла.

Яра наспех заплела волосы в косу и свернула на темечке, умылась холодной водой и натянула платье.

Доброслава выглядела встревоженной.

– Что случилось, тётя? – испуганно спросила девушка.

– Беда! Привезли раненого лэра Ивора. Рана нанесена кинжалом, на лезвии обнаружился яд с примесью неизвестной магии. Наместник в беспамятстве. Наёмным убийцей оказался воин из охраны лэра Ивора. Предатель перерезал себе горло тем же кинжалом до того, как его схватили. Полагаю, нападение – дело рук жрецов Тарая. – Настоятельница сцепила кисти рук в замок. – Если наместник умрёт, нам несдобровать, слуги Отступника повесят на нас всех собак! Они хорошо умеют находить крайнего… Бажена считает рану смертельной, другие лекарки с ней согласны. Остаётся уповать на милость богов! – Доброслава поморщилась. – Ты, девочка, постарайся, – чуть погодя тихо добавила настоятельница.

Яра послушно наклонила голову. Она сделает всё, что возможно и не потому, что раненый – наместник провинции, прежде всего, Ярина Дан – лекарка, вдобавок лэр Ивор спас ей жизнь.

Путь в лечебницу по длинному коридору тянулся непривычно долго. Яра прижимала к груди флакон с янтарным отваром и баночку заживляющей мази. Лекарка помнила, что ранее против укусов твари ренегатов использовала именно эти лекарства. Если предатель действовал по указанию слуг Отступника, враждебная магия, убивающая наместника, вполне может оказаться сходной с ядом гадины, покусавшей парнишку, мага земли. Вслед за девушкой топал незнакомый воин с ведром горячей воды и скрутками тряпицы для перевязки.

Мысленно Яра воображала лежащего на постели огромного мужчину с чёрной бородой на испещрённом шрамами суровом лице. Именно таким лекарке виделся грозный наместник. Неразумно давать волю воображению! Следует сосредоточиться на работе. Сначала дело, потом фантазии!

– Сколько времени прошло после ранения? – обернувшись, спросила Яра у воина. Тот ответил не сразу. Мужчина сначала с сомнением поглядел на молоденькую девчонку – какой толк от этой соплюшки, если опытные лекарки не справились? После нехотя произнёс: – Два дня и две неполных ночи.

Яра подавила рвавшийся из груди вздох. Много, очень много.

– Сперва наш лекарь не разобрался, что на лезвии кинжала был яд, – продолжал воин. – Рана казалась чистой, но после живот лэра вздулся, и из дыры на боку потекла вонючая слизь. У нас хороший лекарь, но он не маг…

Наместника поместили в большую комнату лечебницы, благо сейчас лечебница пустовала. Яра не сразу разглядела за высокими широкоплечими мужчинами, обступившими ложе раненого, лэра Ивора.

В углу травница, жрица Отрада, перебирала на низком столике отвары и настои из целебных трав. Присутствие травницы Яру обрадовало. Отрада знает о травах едва ли не всё! И при нужде поможет лекарке, крови травница не боялась.

– Я должна взглянуть на раненого! – требовательно прозвенел голосок юной лекарки. Воины молча расступились. И Яра приблизилась к ложу наместника. Удивлённому взгляду девушки представился молодой светловолосый мужчина с обнажённым торсом. Грудная клетка с хорошо развитыми мышцами на сухощавом, подтянутом теле вздымалась тяжело и неровно. Талия и живот раненого были плотно обмотаны льняной тканью.

Лекарка склонилась над умирающим и поняла, что без помощи наместник не протянет и до утра. Бледное лицо с идеально правильными чертами прикрывали прилипшие к влажному лбу вьющиеся волосы. Лэр дышал часто, поверхностно, порой дыхание замедлялось и прерывалось на краткую долю малого оборота.

Яра кивком подозвала воина с ведром горячей воды. Затем попросила придвинуть к ложу столик с лекарскими инструментами. Лёгким движением пальцев девушка зажгла три толстые свечи в массивном медном подсвечнике.

Лекарка быстро размотала ткань, и в нос ударило омерзительное зловоние – смесь разложения и болотной гнили. Цвет и запах слизи Яра узнала моментально. Присмотревшись магическим взглядом, девушка различила копошащиеся в слизи сотни прозрачных червей. Так и есть! Лезвие кинжала смазали ядом той самой рогатой гадины, которую упоминал парнишка-беглец.

Прежде всего следовало подпитать умирающего жизненной силой. Яра прижала ладони ко лбу и области сердца раненого. Магия жизни потекла в холодеющее тело мужчины, наполняя его силой. Дыхание лэра выровнялось, сердце забилось реже и ровнее. Лекарка обмыла живот мужчины тряпицей, смоченной в горячей воде. После чего прокалила в пламени свечей острый тонкий нож с длинным лезвием и быстро рассекла кожу и мышцы на боку, расширив раневое отверстие. Кто-то из присутствующих попытался протестовать, но его тут же успокоили.

Девушка надавила на живот лэра, и оттуда поползла густая слизь. Яра решительно выплеснула в раневое отверстие полный флакон янтарного отвара. Одного флакона очистительного зелья оказалось недостаточно. Повернув голову, лекарка окликнула жрицу Отраду и попросила принести ещё три больших бутылки янтарного варева.

После того, как отвар начал выливаться из раны наружу, девушка потребовала повернуть лэра разрезом вниз. Что было моментально выполнено. Наклонив голову, Яра внимательно разглядывала вытекающее с остатками слизи зелье. Похоже, живых червей в брюшной полости больше не осталось. Магия варева действовала на них убийственно.

По указанию лекарки раненого уложили на здоровый бок и сменили простыни. Очистив рану от мёртвых тканей, Яра, не скупясь, принялась вливать туда собственную целительскую магию. Заживление продвигалось медленно. Внутренний источник юной магички опустел на треть, когда края раны закрылись.

Чтобы точно убедиться, что яда в животе лэра больше не осталось и вовремя заметить возможное нагноение, лекарка оставила небольшое отверстие, куда медленно ввела трубку из ствола молодого багрянолистника. Трубчатые стволы растения для гибкости и мягкости травницы вымачивали в специально приготовленном настое с толикой магии.

Яра наложила на свежий рубец мазь и стянула живот раненого лентами из мягкой ткани. Оставалось ещё немного подпитать лэра жизненной силой и молить Светлую Ари о выздоровлении пострадавшего.

Лекарка попросила жрицу Отраду сварить свежий отвар зверобоя и ледяной лапчатки, когда варево остынет, добавить туда крапчатой плесени. На вкус напиток получался отвратительный, горький и терпкий, но при тяжёлых ранах помогал неплохо. Если наместник переживёт следующую ночь, заражённая ядом кровь очистится, и раненый пойдёт на поправку.

Яра провела ладонью по порозовевшему лицу мужчины, он уже не походил на умирающего, но радоваться пока не стоило. Надо было давать лэру целебный отвар с плесенью через каждые три оборота, а в промежутках постоянно поить малыми глотками травяного чая и тёплой воды, дабы избежать обезвоживания. Кроме того, время от времени раненый нуждался в магической подпитке.

Яра намеревалась ухаживать за наместником сама. Отава вызвалась ей помогать. Ещё в комнате остался рослый пожилой воин с грубым, словно вытесанным неумелым мастером из старого дерева лицом. Воин послушно выполнял распоряжения молоденькой лекарки и с собачьей преданностью поглядывал на раненого. Позже Яра узнала, что воин – сотник, зовут его смешным именем Ёрш, Ёрш Дамир. С трёхлетнего возраста он воспитывал лэра Ивора.

Бажена и другие лекарки к раненому наместнику не заглядывали. Боялись. Если умрёт, то они ни при чём! Вся ответственность ляжет на юную Яру. И поделом ей! Нечего вечно лезть вперёд старших, хоть и сильная магичка…

***

Жар у лэра Ивора продержался весь следующий день, а к ночи упал. И напряжение отпустило молодую лекарку. Яра больше не сомневалась – наместник выживет. Самое трудное время для тяжело раненых – рассвет, на границе дня и ночи люди особенно уязвимы для злобных демонов, потихоньку выпивающих жизненную силу у детей, стариков и больных. Поэтому чаще всего люди умирают на рассвете. Как раз тогда Яра собиралась снова подпитать магией выздоравливающего наместника.

Целительная магия соскользнула с ладоней лекарки, тёплой волной растеклась по телу лэра и окончательно очистила кровь от яда выведенной ренегатами гадины. Наместник глубоко вздохнул и открыл глаза. Внимание лэра Ивора привлёк робко заглянувший в окно тонкий луч восходящего солнца. Взгляд выздоравливающего скользнул по подоконнику, пробежал по комнате и остановился на девушке в сером платье воспитанницы и белой головной повязке.

Девушка всплеснула руками, и на её осунувшемся личике расцвела улыбка. – Вы очнулись! Пройдут три-четыре дня, и к вам вернётся здоровье.

– Кто вы, и где я? – прищурившись, поинтересовался наместник.

– Я лекарка, Ярина Дан. Вы в монастыре Светлой Ари. На лезвии кинжала, которым вас ранили, был колдовской яд. К счастью, с заражением удалось справиться! – убеждённо произнесла Яра.

Лицо девчонки показалось лэру знакомым, и память услужливо развернула перед ним картину давностью в четыре седмицы. Схватка с наёмниками на монастырском дворе. Растрёпанная молоденькая воспитанница, заслонив собой раненого лэра Могуту, выставила вперёд кинжал в пустой попытке остановить нападающих. В глазах девчонки смесь ужаса, отчаяния и решимости, такая скорее умрёт, чем позволит себя схватить!

– Я помню вас, Ярина Дан, – медленно проговорил наместник. – Лэр Могута ваш родственник? Поэтому вы рисковали собой, чтобы ему помочь?

– Нет. Я увидела с башни, как отважный рыцарь истекает кровью и спустилась вниз, чтобы остановить кровотечение. Лэр Могута – хороший человек! – горячо проговорила лекарка.

– Вы поступили смело и глупо.

– Но я смогла вовремя остановить кровотечение и зарастить рану! – торопливо оправдывалась Яра. – Хотя если бы вы не подоспели, ни лэра Могуты, ни меня уже не было бы в живых, – честно призналась лекарка. Вы нас спасли, и мы вам благодарны всем сердцем…

В тёмно-серых, цвета воронёной стали глазах наместника заплясали весёлые зелёные огоньки. – Приятно оказаться спасителем очаровательной лэри, – с галантной усмешкой произнёс лэр Ивор.

– Через седмицу с небольшим я стану жрицей, – непонятно почему, сообщила Яра.

На красивом лице наместника промелькнула досада, или просто игра света? Лекарка вопросительно посмотрела на выздоравливающего. – Вам пора пить отвар, – деловито заметила Яра и, поспешно соскочив со стула, кинулась к низкому столику, заставленному кувшинами, флаконами и банками с мазью.

Озорно улыбаясь, лэр Ивор наблюдал, как девчонка наливала из кувшина в кружку дымящийся отвар. Почувствовав взгляд выздоравливающего, Яра обернулась и невольно улыбнулась ему в ответ. До чего хорош собой новый наместник! Светлое, умное лицо, тренированное тело, тугие мышцы перекатываются под гладкой, тёплого молочного цвета кожей.

Мужчина попытался приподняться на локтях, но сразу рухнул на широкую подушку.

– Слабость скоро пройдёт, – заботливо проворковала лекарка. Яра присела на краешек постели и, подложив под плечи лэра вторую подушку, принялась поить его отваром с густым травяным ароматом.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Ёрш Дамир, заслонив своей крупной широкоплечей фигурой проход. – Мой лэр! Вы снова с нами! – радостно воскликнул он. Низкий мощный голос воина гулко пронёсся по лечебнице и прилегающему к ней коридору. Спустя малый оборот за спиной Дамира столпился десяток воинов. Они хлопали друг друга по спинам, орали и смеялись, шутливо переругиваясь между собой.

– Прекратите шуметь! Громкие звуки утомляют выздоравливающего, – строго проговорила Яра.

Лэр Ивор рассмеялся, весело и беспечно. – Дядько Ёрш, уйми их, – попросил он сотника.

Ёрш Дамир прикрикнул на воинов, и те послушно удалились.

Вскоре кухонная служанка принесла в пузатом кувшине дымящийся бульон. Лекарка заставила выздоравливающего выпить целую кружку аппетитного варева. После чего дядько Ёрш настойчиво попросил Яру оставить их с наместником наедине, мол, надо лэра обиходить. Нечего девице на такое глазеть! Молодая лекарка понятливо фыркнула и удалилась.

***

После мытья лэр Ивор блаженно растянулся на чистых простынях. На месте раны остался широкий розовый шрам. Боль ушла в прошлое, ослабевшее тело мужчины отдыхало, но голова работала легко и быстро. Наместник сдержанно выслушал новости, пересказанные Дамиром, и невозмутимо уточнил:

– Так говоришь, тот, что пырнул меня кинжалом, встречался накануне вечером на постоялом дворе с красными плащами?

В народе красными плащами называли жрецов Тарая.

– Так и есть! Хлопцы видели – предатель пил с одним из них пиво. Парочка устроилась под лестницей в дальнем углу, чтобы не бросаться народу в глаза. Знал бы, собственными руками удавил бы гада!

– Чего-то подобного стоило ожидать, – бесстрастно заметил наместник. Точёное лицо лэра Ивора сделалось жёстким и непреклонным. – Король с жрецами Тарая на ножах, – ровно отчеканил он. – Красные плащи держаться за власть зубами, спят и видят перебить всех сторонников Девлина.

– Кто бы сомневался? А вас, мой лэр, в числе первых. Все знают, что ваша милость росли с нынешним королём, вы с Девлином Справедливым, считай, сговорённые братья, – улыбнулся сотник. – Последняя победа над фарсийцами приспешникам Тарая, что удар кулаком под дых. Ходят слухи, «добрые» жрецы бога разума и порядка сговорились с тамошним владыкой отдать ему приморскую провинцию. Взамен красным плащам было обещано разрешение строить в Фарсии храмы Тарая и проповедовать по всей стране.

– Знаю! – лэр Ивор рассеянно зевнул.

Ёрш помрачнел и сжал зубы.

– Да не пыхти ты как бык под сохой! – заулыбался наместник. – Меня убить непросто.

– Как бы не так! – вспыхнул сотник. – Если бы не магичка-лекарка, тебя бы, Рати, уже похоронили, – наедине с воспитанником Дамир периодически переходил на отеческий тон.

– Не переживай, дядько Ёрш. Я цел, а с жрецами Тарая в провинции разберусь! – стальные глаза наместника недобро сверкнули. – Выходит, меня вылечила та девчонка, что недавно ушла?

– Она! – подтвердил сотник. – Ты ж заживо гнил, вонь стояла препоганая! Наш лекарь и опытные монастырские лекарки от тебя отказались. А сопливая девчушка справилась. Оказалась сильной магичкой…

– Понятно! – перебил собеседника лэр Ивор. – Девушка сказала мне, что через седмицу примет посвящение. Почему родня красивой юной лэри не подыскала ей мужа?

– Девчонку зовут лэри Дан, – хмыкнул Дамир. – Когда-то давно новобранцем чуть больше года служил её деду. Имя Избор Дан тебе ни о чём не говорит? – сотник замолчал, привычно поскрёб узловатыми пальцами затылок и продолжил: – Славный был вояка и хороший командир. Доживи он доселе, юная лэри Дан стала бы одной из самых завидных невест Артании…

– Вспомнил! Лэр Избор возглавил заговор против красных плащей.

– То-то и оно! – Ёрш хлёстко шлёпнул по столешнице тяжёлой ладонью. – Кто рискнёт взять в жёны бесприданницу из опального рода, да ещё магичку? Разве что отчаянный храбрец или полный недоумок... Единственная оставшаяся в живых родственница юной лэри – настоятельница этого монастыря. Получается, у девицы с её даром одна дорога – в жрицы!

Наместник бросил на бывшего наставника задумчивый взгляд и отвернулся к стене. Через десяток малых оборотов под действием успокоительного зелья лэр уснул.

***

Вечерело, когда в комнату к выздоравливающему наместнику пришла другая лекарка. Лэр Ивор проснулся от вкрадчивых шагов женщины.

– Бажена, старшая лекарка, – подобострастно представилась тощая жрица с простоватым крестьянским лицом. – Теперь, ваша милость, за вами ухаживать буду я, – приторно улыбнулась Бажена.

Дядько Ёрш закашлялся и насмешливо покосился на бывшего воспитанника.

Наместник с пониманием кивнул. Милая девушка Ярина Ивор, безусловно, устала, провозившись с раненым более суток, и, скорее всего, сейчас спит.

Однако лэри Дан не появилась ни завтра, ни послезавтра. Когда выздоравливающий поинтересовался, где юная магичка, старшая лекарка пренебрежительно поджала губу и заявила, что Ярина Дан готовится к посвящению. Когда Бажена покинула комнату, лэр Ивор грязно, по-солдатски выругался. А дядька Ёрш философски пожал плечами. К чему перечить воле богов? Лэри Дан станет жрицей, выполнит своё предназначение. Но у наместника на сей счёт имелось собственное мнение…

Глава 8

В лечебницу принесли подростка, сына богатого купца. Парнишка свалился с обрыва, сломал ногу и, похоже, повредил позвоночник. В бессознательном состоянии юноша напоминал тряпичную куклу. Голова бедняги с неживым, серым лицом свесилась на грудь, а конечности безвольно болтались в такт шагам носильщиков.

Лэр Ивор услышал за стеной в соседней комнате голос Яры. Девушка коротко отдала распоряжения помощницам и приступила к лечению. Миновало полтора оборота. Судя по доносившимся звукам, молоденькой лекарке удалось заживить раны бедняги. Купец хриплым низким голосом молил Светлую Ари заступиться за сына, а после многословно благодарил целительницу. Наместник улыбнулся. Все полтора оборота он переживал за Яру, ему хотелось, чтобы у неё опять всё получилось.

Опираясь на плотный матрас, лэр тяжело встал с кровати и, качаясь от слабости, отворил дверь на коридор. Ещё десяток шагов, и Ратмир Велеслав вошёл в небольшую комнату с тремя кроватями. На одной из них спал рыжий парнишка. Ярина Дан заботливо вытирала влажный лоб выздоравливающего чистой тряпицей.

– Доброго дня, лэри! – сипло проговорил лэр Ивор.

Девушка вздрогнула и неуверенно улыбнулась. – И вам доброго дня, лэр! – негромко ответила лекарка, опустив долу глаза.

– Вытащили парня из когтей Нура? – усмехнулся наместник. – А меня навестить забыли, – с деланым укором заметил лэр Ивор.

– Вам я больше не нужна, – не поднимая глаз, тихо произнесла Яра.

– Как сказать! – мужчина многозначительно прищурил веки.

Лекарка замерла с тряпицей в дрожащей руке. Яра с немым удивлением поглядела на могущественного наместника и добавила: – Ваша милость, я всего лишь начинающая лекарка. Что вам до меня?

Лэр вплотную приблизился к девушке, сжал в своей ладони тонкое запястье и пристально посмотрел Яре в лицо. Никто до сих пор не глядел на неё так пылко и страстно.

– Милая лэри, – заговорил наместник, понизив голос, в котором звучали бархатные, ласкающие слух нотки. – Встреча с вами для меня – подарок судьбы. И, поверьте, я не настолько глуп, чтобы пренебрегать дарами богов.

Мужчина легко коснулся губами ладони девушки, отчего Яру бросило в жар. Лэр Ивор властно притянул лекарку к себе и, ощутив испуганный трепет тёплого, гибкого тела девушки, сразу отступил назад. – Через пару дней, как только я окрепну, мы вернёмся к этому разговору, очаровательная лэри Ярина.

Наместник отправился к себе, а Яра беспокойно металась по маленькой комнате из угла в угол. Слова наместника вызывали у юной магички смешанные чувства – волнение, страх и одновременно радость, дикую и необузданную. Яра терялась в догадках. Что имел ввиду лэр Ивор, когда говорил о ней, как о даре богов? Она нравится наместнику, в этом нет ни малейших сомнений…

Непрошенным в памяти Яры всколыхнулось страшное воспоминание – казнь несчастной наложницы. И лекарка в изнеможении опустилась на жёсткий стул. Что она себе вообразила? Кто лэр Ивор, и кто она?! Как жалкая бесприданница из рода изгоев посмела себе вообразить, что любовь наместника сулит ей долгожданное счастье? Глупая девчонка! Лэр Ивор желает взять её в наложницы.

Догадка вызвала у Яры приступ удушья. Она никогда, никогда не станет ничьей игрушкой! Жалкая участь наложницы внушала девушке отвращение. Как бы то ни было, лэр Ивор вряд ли пожелает взять её силой! Его считают истинным рыцарем и человеком чести.

Парнишка пришёл в себя и попросил пить. В комнату вошла Вратка. Яра охотно уступила ей заботу о выздоравливающим и направилась в келью, дабы в одиночестве обдумать поведение лэра Ивора.

***

Слухи по монастырю разлетелись быстро. Беседа молоденькой лекарки с наместником не осталась в тайне. Яра постоянно ловила на себе любопытные взгляды, слышала шушуканье за спиной. Старшая лекарка и её товарки держались с Ярой подчёркнуто неодобрительно. Вдобавок вредная Бажена придиралась к девушке больше обычного, загружая её утомительной, грязной работой. Впрочем, Яру последнее особенно не огорчало, наоборот возня в кладовых и в саду лекарственных трав позволяла на некоторое время избежать чрезмерного внимания жриц и говорливых монастырских воспитанниц.

Миновали ещё пять дней. Из разговора Бажены и Вратки юная лекарка узнала, что наместник готовится к отъезду. Новость девушку порадовала. Лэр Ивор уедет, а вместе с ним прекратятся пересуды, и её жизнь войдёт в привычное русло.

После обеда Яра трудилась в отдалённом уголке сада лекарственных трав. Внезапно девушку окликнули. Лекарка разогнула натруженную спину, вытерла со лба пот и вытянулась во весь рост. К Яре приближался лэр Ивор собственной персоной. Девушка стыдливо стряхнула с измазанного глиной и угольной пылью передника травинки и замерла в ожидании.

– Светлого дня, лэри Дан! – жизнерадостно поприветствовал лекарку наместник.

– И вам, ваша милость, светлого дня, – вежливо ответила Яра.

Лэр Ивор неторопливо оглядел перепачканную как селянка лекарку и чуть заметно улыбнулся кончиками красиво очерченных губ. – Я уезжаю, зашёл продолжить наш разговор, – напомнил Яре наместник.

– Доброго пути, лэр Ивор, – Яра наклонила голову как подобает воспитанной девице. Неприлично молодым лэри смотреть в глаза малознакомым мужчинам.

– Больше ничего не хотите сказать мне на прощание? – негромко спросил наместник. С изумлением Яра уловила в его речи скрытую нежность. – Лэри Ярина Светолика Дан, я хотел бы забрать вас с собой! – как бы опомнившись, выделяя каждое слово, проговорил мужчина.

От удивления и растерянности Яра оторопела.

– Не бойтесь меня! Я вас не обижу и сделаю всё, чтобы вы были счастливы, – с досадой добавил лэр. Он попытался обнять девушку, но лекарка резко от него отшатнулась.

Наместник и юная магичка простояли молча малый оборот. Яра собралась с духом и заговорила: – Я очень уважаю вас, лэр Ивор. Бесспорно, ваше предложение сочла бы лестным любая девушка, но мне оно не подходит… Мой удел – путь лекарки в уединённом монастыре, ваш – путь воина, наместника провинции и влиятельного в королевстве человека. Зачем вам девушка без приданного и родственных связей? Страсть скоро пройдёт, и что потом? Женщины тяжело переживают утрату любви и пренебрежение бывшего возлюбленного. Для меня это будет равнозначно смерти… Прощайте, лэр Ивор! – Яра, чтобы не расплакаться гордо подняла подбородок и отвернулась.

– Вы заблуждаетесь, милая лэри Дан! – отрывисто бросил наместник. – Мы ещё встретимся, – выдержав паузу, сухо добавил он и, учтиво поклонившись, удалился.

В смятении прижимая руки к груди, Яра наблюдала, как лэр Ивор пружинистой, уверенной походкой шагает к воротам. Юную лекарку разрывали противоречивые желания. Хотелось, чтобы он вернулся, хотя бы для того, чтобы просто на него посмотреть. А здравый смысл упорно твердил, что не следует им больше не встречаться. Вообще-то, через седмицу воспитанница Ярина Дан станет жрицей, так что о притязаниях наместника можно не переживать, богиня позаботится о целомудрии и покое её новой служанки…

***

На шестой день седмицы Яру вызвала настоятельница.

– Как ты, дорогая? – Доброслава отложила в сторону распечатанное письмо и обняла племянницу.

– Хорошо, тётя, – вполголоса ответила девушка.

Настоятельница пытливо заглянула Яре в лицо и с сомнением покачала головой. – Плохо спишь? Мучаешься сомнениями, правильный ли ты выбрала путь?

Юная лекарка промолчала. – Богиня не согласна с твоим решением, милая. Утром я получила послание от лэра Ивора, он просит твоей руки.

Яра ахнула.

– И я думаю, ты обязана его принять! – твёрдо произнесла Доброслава. – Станешь уважаемой супругой наместника, друга детства короля, и жрецы Тарая до тебя не доберутся.

– Жрецы Тарая доберутся до кого угодно! – возразила девушка. – Тому пример – истребление нашего рода.

– Не совсем так. Положение в стране изменилось. Король Девлин Справедливый новым указом ограничил религией возможности слуг бога разума и порядка. Отныне им не позволено никаким образом вмешиваться в дела королевства!

Яра недоверчиво приподняла брови.

– Да, девочка, Артанию, полагаю, ждут большие перемены. И помоги нам боги, чтобы не было кровавой бойни!

– Жрецы Тарая добровольно не отступятся от власти, – встревоженно прошептала юная лекарка.

– Вот именно! – согласилась с племянницей настоятельница. – Слуги Отступника примутся собирать силы, и пока религия в их ведении перероют в поисках полезных артефактов все монастырские подвалы, убьют или подчинят себе магов, которые нашли приют в святилищах богов. С проверкой сюда явятся не лишённые магии наблюдатели с инеитом, а маги мысли, способные разглядеть дар и оценить его силу даже под маскирующим амулетом. Вспомнят, что монастырь Светлой Ари оборонялся, используя старинные боевые артефакты. Что тогда станется с обладательницей магии Двуединого?

Яра побледнела.

– У тебя нет выбора, дорогая, – печально подытожила Доброслава. – И потом, наместник – привлекательный мужчина, храбрый рыцарь и добрый человек. Жених, о котором мечтают самые достойные невесты королевства. Он знает о твоём даре и о том, что ты смогла разбудить Ярость Двуединого!

– Откуда? – растерялась юная лекарка.

– Мы ему ничего не говорили. Лэр Ивор сам обо всём догадался. Если ты заметила, наместник – маг воды.

– Его магическая аура довольно слабая, но я чувствовала её, когда занималась лечением лэра. Меня ещё удивило, что он протянул так долго с ядом неживой гадины ренегатов в крови. Юноша, сильный маг земли, едва пережил полдня…

Яра поняла, что проболталась и вскрикнула.

– Так-так-так, девочка! Надо же, монастырская затворница хранит опасные секреты. Рассказывай! – властно потребовала настоятельница.

– На празднике Возрождения меня попросили взглянуть на укушенного неизвестной ядовитой тварью парнишку, – запинаясь забормотала лекарка. – Яд твари оказался таким же, что и на кинжале, которым ударили лэра Ивора.

– Продолжай!

– Юноше повезло, что с момента укуса прошло оборотов шесть-восемь, не больше. Поэтому я справилась быстро. Когда парень очнулся, он сказал, что его покусала огромная рогатая змея. Сопровождающий пострадавшего мужчина забрал юношу, сразу как тот пришёл в себя… В яде магическим зрением я рассмотрела тех же прозрачных червей, что и у наместника! Всё.

– Ты знаешь того, кто сопровождал парня?

Яра молчала. Выдавать Юрася она не желала.

Доброслава одобрительно усмехнулась. В жилах девчонки течёт наша кровь, кровь рода Дан!

– Пусть так. Получается, тебе вдвойне повезло, что наместник торопится со свадьбой! – вслух проговорила настоятельница. – Твой будущий муж – сильный маг, не сомневайся! У него занятный маскирующий силу дара амулет – татуировка на волосистой части головы. Руны нанесли, когда лэр Ивор был ещё мальчишкой. Но это его тайна.

– Откуда вам известно? – спросила Яра.

– Мне исполнилось столько же, сколько тебе сейчас, когда я приняла посвящение. Настоятельницей тогда была твоя бывшая наставница жрица Сабина. Однажды ночью к ней привезли якобы лечиться светловолосого мальчишку лет двенадцати. Маскирующую магию татуировку Сабина нанесла собственноручно, случайно я подслушала её разговор с воспитателем парнишки. Угадай, кто это был? Да, Ёрш Дамир. Увидев сотника, я тотчас же его узнала.

– А как наместник понял, что я уничтожила фарсийцев Яростью Двуединого?

– Лэр Ивор прекрасно разбирается в действии шаров-артефактов и следах, которые оставляет их магия, а также боевая магия огня и воздуха. Наместник сходу прикинул магические возможности всех присутствующих. Силу твоего дара Двуединого он заметил, когда наткнулся на тебя во дворе. Ты готова была погибнуть, что вызвало всплеск магической энергии во внутреннем источнике, поэтому твою магию почувствовал бы любой одарённый. Похоже, наместник был знаком не понаслышке с разрушительной мощью боевых артефактов, созданных приверженцами Двуединого. Когда лэр Ивор в прошлый раз покидал монастырь, он подошёл ко мне и спросил, хоть и знал заранее ответы на его вопросы. «Был ещё один боевой артефакт, очень мощный, не правда ли? Маг, направивший смертоносную магию на врага, темноволосая девушка?» Я промолчала. Наместник сдержанно улыбнулся на прощание и ушёл.

Яра опустилась на стул и сдавила виски ладонями. «Нет! Невероятно, лэр знал о ней и не донёс жрецам Тарая… Но у него самого есть от них секрет».

– Вы станете замечательной парой, жених и невеста достойны друг друга. У тебя, дорогая, с лэром Ивором гораздо больше общего, чем может поначалу показаться. Вам обоим есть, что скрывать! – добродушно рассмеялась Доброслава.

***

Настоятельница приказала Бажене освободить Яру от её ежедневных обязанностей, за исключение случая, когда привезут тяжёлого больного, и другие лекарки не сумеют ему помочь. Предстоящее замужество лэри Ярины Дан держали в тайне. Доброслава рассказала о скором браке племянницы лишь немногословной жрице Агнии, которой безоговорочно доверяла.

Невесте полагалось много спать, гулять и заниматься собственной внешностью. На приданное Яра давно махнула рукой, внушительный сундук в углу опустел ещё три года назад. Чтобы унять волнение и отвлечься, девушка взялась помогать подслеповатой жрице Фелиции разбираться со счётными книгами. Занятие монотонное и скучное, но требовавшее сосредоточенности и внимания.

Когда на живых изгородях и арках монастыря распустились оранжевые цветки жимолости и синие глицинии, Яру приехала навестить Лиса. Подруга ждала первенца. Обследовав Лису, юная лекарка с уверенностью сообщила, что родится сын. И счастливая Лиса отправила в манор мужа голубя с радостным известием. Как большинство мужчин лэр Ладислав мечтал о наследнике.

Жизнерадостная болтовня подруги отвлекала Яру от размышлений о надвигающемся замужестве, а ещё юная лекарка исподтишка расспрашивала простодушную Лису об интимных отношениях женщины и мужчины. Подруга краснела и смеялась, недоумевая, почему будущая жрица заинтересовалась тонкостями плотской любви?

Понемногу Яра успокоилась. А спустя полторы седмицы предстоящее замужество казалось ей чем-то далёким и несбыточным. Однако одно тёплое летнее утро стало переломным в судьбе лекарки. Яра, как всегда, проснулась с первыми лучами солнца, наскоро привела себя в порядок и, перекусив, поднялась на верхний ярус смотровой башни.

В крохотной комнатке под крышей девушке работалось особенно хорошо. Окуная перо в чернильницу, Яра аккуратным столбиком выписывала расходы монастыря за вчерашний день. Внимание девушки привлёк топот копыт в отдалении. Она подняла голову и увидела приближающийся к монастырю большой отряд. Впереди ехал воин с венком на шесте. Яра фыркнула. Любопытно, за кем из воспитанниц прибыла свадебная кавалькада? Едут, видно, издалека. Попоны лошадей густо покрыты пылью. Жених явно состоятельный. Повозка для невесты крыта расшитой золотом тканью. Рыцари в богато украшенных доспехах. И тут Яра заметила герб жениха – разъярённый барс, вставший на задние лапы…

Перо вывалилось из пальцев девушки, расплескав чернила по пергаменту. Прежние сомнения и переживания навалились на Яру с удвоенной силой. «Зачем я лэру Ивору? Какая любовь, если он меня почти не знает? Скорее всего, наместнику нужен маг с силой Двуединого, тайный козырь в борьбе против жрецов Тарая! Заступись за меня, Светлая Ари, что тебе стоит?!»

Около оборота Яра просидела в оцепенении. Нашла её жрица Отава.

– Чего прячешься?! Быстро беги вниз, там тебя уже заждались!

Отава бесцеремонно схватила девушку за руку и потащила за собой. Потрясённая Яра мало что соображала. Она позволила себя вымыть и переодеть. После чего к племяннице спустилась Доброслава, глаза настоятельницы сияли от счастья. – Девочка, ты не представляешь, как тебе повезло! Представитель жениха ознакомил меня с условиями брачного договора…

Но Яра почти не слушала тётку, она ждала и боялась встречи с лэром Ивором.

– Не переживай, что жених не приехал сам, наместник сейчас в столице. Вместо себя он прислал жениха по соглашению. Обычно женихом по соглашению назначался близкий друг будущего мужа, который по уважительной причине не смог присутствовать на брачной церемонии.

Яра перевела дыхание. Выходит, встреча с Ратмиром Ивором временно откладывается, вот и замечательно! Будет время познакомится с окружением будущего мужа и немного привыкнуть к новому положению.

Церемонию Яра запомнила плохо. Она много раз наблюдала за освящением брака в храме. А сегодня, когда сама стояла у алтаря Светлой Ари, не чувствовала ничего, на девушку вдруг навалилось непонятное оцепенение. Яра воспринимала церемонию, как будто издалека, словно она находилась в одной из отдалённых ниш храма. После короткого торжественного напутствия настоятельница соединила руки новобрачных. Жених по соглашению протянул к алтарю медальон рождения лэра Ивора. Яркая вспышка – Светлая Ари одобрила свершившийся брак.

Откинув покрывало из плотного ларнесского шёлка, новобрачная повернула голову к стоявшему рядом мужчине. Надо же, Ёрш Дамир собственной персоной! Тот кивнул лекарке, как старой знакомой и подмигнул. У здоровяка сотника был настолько важный вид, что Яре захотелось расхохотаться. И она сразу почувствовала себя увереннее.

После церемонии Лиса с блестящими от пролитых в храме слёз глазами и припухшим носом, осыпающая новобрачную попеременно упрёками и пожеланиями счастья, помогла подруге переодеться в дорожное платье. Лиса недоумевала, почему Яра молчала о предстоящей свадьбе?! Когда с переодеванием было покончено, вошли Ёрш Дамир, настоятельница и жрица Агния. Муж по соглашению торопил новоиспечённую лэри Ивор с отъездом.

Прощание получилось недолгим. Доброслава по-матерински обняла племянницу, Лиса расплакалась, а жрица Агния налила в серебряные кубки лёгкого местного вина. Яра заставила себя сделать несколько глотков, повторно обняла тётку и поцеловала Лису. Ёрш Дамир выразительно крякнул, открывая перед молодой лэри Ивор дверь.

Во дворе Яру усадили на гнедую кобылицу с украшенной лентами гривой. Муж по соглашению торжественно вывел лошадь новобрачной за ворота и вскочил в седло могучего вороного жеребца. Когда свадебная кавалькада добралась до рощи, Ёрш Дамир предложил драгоценной лэри Ивор перебраться в крытую повозку, но Яра отказалась. Обернувшись назад, она молча попрощалась с монастырём, где провела одиннадцать долгих лет. Ярину Светолику Ивор звала новая жизнь, полная опасностей и надежд…

Глава 9

Яра проскакала пять лей и поняла, что до хорошей наездницы ей далеко. Монастырской воспитаннице редко приходилось сидеть в седле. В детстве Яру учили ездить на смирной низкорослой лошадке, но прежних навыков оказалось недостаточно. От напряжения ноги одеревенели и мучительно ныла поясница. Ёрш Дамир увидел, что лэри стала отставать, и предложил ей пересесть в повозку. Как впоследствии оказалось своевременно. Яра отметила про себя, что для новой жизни необходимо как следует научиться ездить верхом. Пригодится!

Проехали ещё три леи и внезапно остановились. Яра начинала дремать, когда её внимание привлёк настороженный голос сотника. Лэри приподняла край занавески и внутренне поджалась. Ёрш Дамир разговаривал с двумя жрецами Тарая. Третий жрец, на первый взгляд расслабленно восседавший в повозке с открытым верхом, внимательно прислушивался к словам воина. Он-то и показался магичке опасным. От седого старика с непомерно большой головой и тщедушным телом крепко тянуло магией. Яра тотчас же спрятала свой внутренний магический источник в маскирующем коконе, как ранее её учила наставница Сабина.

Сопровождавший красных плащей вооружённый отряд по знаку одного из жрецов перекрыл дорогу.

– Вершитель второй ступени требует, чтобы ваша лэри вышла из повозки и представилась, – высокомерно заявил самый молодой жрец.

– Уважаемый, лэри Ивор нездоровится, она спит под действием сонной настойки, которую ей дали в монастыре лекарки. – Ёрш Дамир огорчённо развёл руками.

По спине Яры пробежали колкие мурашки. Приспешники Тарая переглянулись. Повозка со стариком вплотную подъехала к повозке лэри. Яра отодвинулась от окошка и прилегла на обитое бархатом сиденье. Сквозь щель между занавесками она с затаённым страхом смотрела, как в широко распахнутых глазах старика на худом с землистой кожей лице вспыхнули зелёные огни. Долю малого оборота маг разума буравил взглядом повозку Яры, а потом обернулся к своим сопровождающим и досадливо махнул рукой. Воины храма Тарая освободили дорогу. Ёрш Дамир приказал трогаться. А жрецы Тарая продолжили путь в противоположном направлении, к святилищу Светлой Ари.

Теперь торопливость, с которой брачная кавалькада покинула монастырь, стала Яре понятной. Но появились другие вопросы. Настоятельница сама догадалась, что красные плащи приедут с проверкой, или об этом написал ей лэр Ивор? Что именно задержало наместника в столице? Он даже не смог приехать на собственную свадьбу! После недолгих размышлений Яра сделала вывод, что лэр Ивор проявил о ней заботу. Тётя Доброслава была права, когда говорила, как Яре повезло с мужем. Девушку захлестнула тёплая волна благодарности к лэру Ивору. А ещё спасибо наставнице Сабине, научившей юную магичку ставить защитный кокон!

По дороге Яра размышляла над последствиями её поспешного отъезда из монастыря. А что, если жрецы Тарая начнут расспрашивать о ней других лекарок? Завистливая и недалёкая Бажена обязательно расскажет, что настоятельница нашла способ пристроить нищую племянницу в жёны наместнику. Нарочно отправила к нему хитрую девчонку, когда тот лежал раненый. Скорее всего, Бажена из тщеславия не признается, что Яра как целительница намного способнее, чем она. Конечно, куда бестолковой воспитаннице до старшей лекарки! Когда лэр Ивор выздоровел и уехал, Яра собственными ушами слышала, как Бажена хвасталась товаркам, что именно она поставила на ноги самого наместника.

***

К вечеру прибыли в Любич. До заката оставалось около трёх оборотов, но улицы уже опустели. Изредка быстро проходили, опустив головы, редкие прохожие. Ставни домов и магазинов были закрыты. Это летом-то!

Кавалькада выехала на рыночную площадь. Стойкое сочетание запахов дыма и горелого мяса заставили любопытную лэри выглянуть из окошка. На площади дымились потухшие костры. Их было двенадцать. Услужливая память развернула перед Ярой картину сожжения некроманта. От воспоминаний на лбу юной магички выступила испарина, и тревожно заколотилось сердце.

Вскоре подъехали к большой гостинице. Ёрш Дамир заглянул в повозку к лэри и посоветовал Яре накинуть на голову покрывало. Девушка повиновалась. Лэри Ивор проводили в просторную, богато убранную комнату. Чуть позже внесли здоровый сундук с вещами новоиспечённой супруги наместника. Ярина полюбопытствовала, кто подбирал для неё бельё, верхнюю одежду и украшения?

– Мой лэр дал указание хозяйке известной модной лавки в столице, – сообщил Ёрш Дамир. – Жаль, госпожа, что у вас нет служанки! – огорчился он. – Давайте я подберу вам прислугу в гостинице?

Яра отчётливо уловила сомнение в словах Дамира. Сотник не хотел, чтобы незнакомые люди приближались к лэри Ивор.

– У жриц не бывает служанок! А я должна была на будущей седмице принять посвящение, – рассмеялась Яра. – Воспитанниц монастыря Светлой Ари приучают заботиться о себе самостоятельно и вести хозяйство. Поэтому я прекрасно обойдусь без прислуги!

Сотник с облегчением вздохнул.

Пока наполняли здоровую медную лохань горячей водой Яра бегло осмотрела содержимое сундука и выбрала расшитое серебряной нитью голубое льняное платье. К платью отлично подошли лёгкие синие башмачки из тонкой кожи. Затейливая серебряная цепь с сапфирами прекрасно дополнила наряд.

Девушка смыла с себя дорожную пыль, расчесала высушенные при помощи незатейливой бытовой магии волосы и заплела их в две косы, которые потом свернула кольцами на висках. Переодевшись, немного повертелась у зеркала. Оставалось накинуть на голову покрывало и спуститься в зал, где скоро подадут ужин.

В комнату церемонно постучались. Яра откликнулась. Ёрш Дамир переступил через порог и широко улыбнулся. – Моему воспитаннику досталась в жёны самая красивая девушка! – торжественно провозгласил сотник.

Ярина смущённо покраснела, она пока не успела привыкнуть к восхвалениям. Впрочем, девушка чувствовала, что дядька лэра Ивора говорит искренне и оценила проявленное к ней внимание.

– Драгоценная лэри! – Сотник наклонил голову и приложил ладонь к груди. – Прошу, останьтесь в вашей комнате, ужин вам принесут мои люди. Мне не хотелось бы подвергать вас опасности.

– Останусь, если вы, почтенный Ёрш Дамир, поужинаете со мной. – Яре хотелось расспросить воспитателя лэра Ивора о муже, о том, что творится в Любиче и столице.

– Благодарю за вашу доброту, лэри! – ответил сотник.

Принесли стол и два лёгких кресла. Яра из-за тонкой занавески разглядывала в окне торопившихся по делам прохожих, в основном мужчин. Стоит замечательная погода, вон как заливисто поют птицы! Почему у людей такие мрачные лица? Вдобавок на улицах почти нет женщин и не видно детей. Что происходит?

На столе расставили блюда. Новоиспечённая лэри Ивор и Ёрш Дамир приступили к ужину. Еда и вино оказались выше всех похвал. Яра резала маленькими кусочками мясо и поданные к нему овощи и потихоньку посматривала на сотника. Когда Ёрш Дамир насытился, юная магичка поделилась с ним своими наблюдениями. Мужчина помрачнел.

– Видели костры на площади? – коротко уточнил он.

Яра кивнула.

– Жгут ведьм и чёрных магов.

Девушка с недоумением покосилась на выглядывавший из-за домов шпиль храма бога разума и порядка. – Откуда столько ведьм и тёмных колдунов? – спросила магичка.

Ёрш Дамир пожал плечами.

Яра метнулась к суме с привезёнными из монастыря вещами и достала подарок настоятельницы, статуэтку девушки, прижимавшей палец ко рту, артефакт от подслушивания. Сотник без лишних слов сообразил, что представляет собой вещица.

– Жрецы Тарая стремятся запугать людей! – уверенно произнесла Яра. – Верно?

Мужчина кивнул.

– А заодно расправиться со всеми неугодными, да?

Ёрш Дамир снова кивнул.

– В Арконе творится то же самое?

– Нет, стража короля не даёт распоясаться красным плащам в столице! – усмехнулся сотник. – Лэр Ивор выдвинул обвинения против жрецов Тарая, обвинив их в сговоре с фарсийцами и обкрадывании казны. Поэтому они принялись во всю бороться с иноверцами и колдовством в нашей провинции… Красные плащи не дают спокойно работать ремесленникам и селянам, купцы боятся сюда ехать. Как вы думаете, лэри, к чему это приведёт?

– Люди обеднеют, – долго не раздумывая, ответила Яра.

– И резко уменьшится количество налогов в казну! Что вызовет недовольство короля, – добавил сотник.

– Жрецов Тарая надо остановить!

– Они в своём праве. Им разрешено блюсти чистоту веры, – хмыкнул Дамир.

– Но красные плащи сжигают невинных людей! – возмутилась Яра.

– Это нужно доказать. Жрецы Тарая отличаются хитростью и изворотливостью. Они умеют заставлять свидетелей молчать, – устало пояснил Ёрш Дамир.

– Никого не жалея и не брезгуя никакими средствами, – вполголоса проговорила магичка.

– Верно! Ставленники красных плащей везде – в королевском совете, купеческих гильдиях и армии, – в бессильном гневе мужчина сжал зубы, хмурое лицо сотника перекосило от гнева. Он хотел что-то сказать, глубоко личное, похоже, давно терзающее ему сердце, но сдержался. И Яра поняла, что ненависть к жрецам бога разума и порядка пустила глубокие корни в душе Дамира.

Разговор с сотником оставил у Яры тяжёлый осадок. Юная магичка не спала половину ночи, размышляя, возможно ли остановить слуг Отступника, и переживала за наместника провинции. До чего же сейчас ему трудно! Но лэр Ивор обязательно придумает, как приструнить жрецов Тарая. Иначе не может быть… Он умный, терпеливый, смелый, и люди его любят. Яра помнила, какими глазами смотрели на раненого наместника воины, как они радовались, когда их лэр пришёл в себя.

***

Замок Бранен поразил воображение Яры. Он возвышался на горе, белый и величественный в лучах заходящего солнца. А в низине на несколько лей впереди зеленели обширные луга, и синей лентой извивалась река. Яра влюбилась в это место сразу и, наверно, навсегда.

Кавалькада въехала в гостеприимно распахнутые ворота. Ёрш Дамир соскочил с коня и торжественно провозгласил: – Лэри Ивор! – Склонив голову, как и положено вассалу, помог Яре выбраться из повозки.

Сотни любопытных глаз пытливо изучали молодую хозяйку. Бывшей монастырской воспитаннице, непривычной к подобному отношению, сделалось не по себе. Однако Яра заставила себя гордо выпрямить спину, обвести взглядов окружающих и приветливо улыбнуться. Толпа загудела, загомонила.

Под громкие приветствия обитателей замка новоиспечённая лэри Ивор в сопровождении сотника вошла в массивное высокое строение-донжон и поднялась на третий этаж. Ёрш Дамир вывел молодую хозяйку на балкон, откуда отлично просматривался вымощенный камнем замковый двор с фонтаном посередине. Яра стояла на балконе и смотрела на мужчин, женщин и детей, возбуждённо переговаривавшихся-перекрикивавших внизу. Неужели эти люди ей действительно рады, или так положено встречать супругу владельца замка?

Сухопарая властная женщина лет пятидесяти в аккуратном платье из тонкой шерсти и белой льняной головной повязке представила молодой госпоже её личных служанок. Четыре чистенькие, румяные девушки приблизились к Яре и почтительно поклонились. Лекарка едва не рассмеялась. Надо же! Госпожа. Видели бы они эту госпожу на прошлой седмице, копающуюся в саду трав!

Как и предположила Яра, женщина оказалась ключницей. По сути госпожа Миранда не только ведала ключами от кладовых, но и управляла кухней, мастерскими, где шили одежду и обувь, и замковой прислугой. Яра посмотрела на бесстрастное худое лицо госпожи Миранды с узкими, выразительно поджатыми губами и решила, что ключница совсем не рада молодой хозяйке. У неё на лице было написано «какая-то девчонка, которая ничего не понимает в хозяйстве, станет ею командовать»!

Скрыв улыбку, молодая лэри Ивор обернулась к служанкам. Две первые девицы, Горица и Ёлка, Яре не понравились, смирение на их холёных личиках выглядело показным. Скорее всего, девчонки – дочки лавочников или замковой прислуги высшего ранга. Третья служанка, тоненькая, долговязая темноволосая девчонка выше остальных на ладонь, не поднимая головы, робко теребила пальцами передник.

Интерес лэри к служанке не остался без внимания ключницы. – Белица, дочка портного, искусная швея, – резким голосом произнесла Мирана.

Яра приветливо улыбнулась и кивнула. Белица дерзнула поднять глаза на лэри и моментально залилась краской. Последняя служанка, девочка лет пятнадцати, испуганно таращилась по сторонам и пряталась за спиной госпожи Миранды.

– Ягодка – сирота! Но старательная, – с раздражением проскрипела ключница. – Её дядька, оружейный мастер, попросил взять племянницу в замок.

Беленькая кудрявая Ягодка виновато поёжилась.

Служанки споро наполнили огромную медную лохань с ножками в виде львиных лап горячей водой, выложили вещи госпожи из дорожного сундука и помогли Яре помыться. Переодетая к ужину в дорогое платье из бирюзового шёлка лекарка чувствовала себя неуютно. Она не привыкла к заботам служанок, прикосновения чужих рук Яру раздражали. Что ж, придётся с этим смириться!

***

Ярина Светолика отпустила служанок и при помощи магического зрения принялась изучать комнату. В одной из стен обнаружился тайник. После третьей попытки юная магичка сообразила, как его открыть. Следовало нажать на скрытый между кирпичами рычажок и немного подождать. В тайнике глубиной в локоть и шириной в половину локтя было пусто. Яра поставила туда статуэтку девушки, артефакт от подслушивания, и положила книги по лекарскому делу и практической магии.

В узком резном дубовом шкафу лекарка расставила на полках флаконы с настоями-отварами и баночки с мазями, разложила мешочки с сухими травами. Скорее всего, прежняя хозяйка замка хранила здесь шкатулки с драгоценностями, а для магички-лекарки важнее сохранность готовых лекарств. Со временем Яра рассчитывала обзавестись в замке хранилищем для трав и комнатой, где она станет готовить отвары и делать мази.

Ужин затянулся. Лэри Ивор представили сенешаля, по должности он управлял замковым гарнизоном и оружейными мастерскими. Тихослав Умир, суровый приземистый воин с наполовину седой головой и широким открытым лицом, Яре показался человеком умным и надёжным. К молодой госпоже подходили и кланялись один за другим рыцари, затем их супруги, которые должны были составить свиту лэри Ивор, и главные мастера с жёнами. Всех Яра не запомнила.

Стол для хозяев и важных лиц располагался на помосте, откуда хорошо просматривался весь зал. По правую руку лэри уселся Ёрш Дамир, по левую – сенешаль. Яра устала от новых впечатлений и воспринимала себя не хозяйкой замка, а случайной гостьей, очутившейся по капризу судьбы на пире в полном народа зале. Но держалась она с достоинством, как подобает знатной лэри, вежливо слушала, приветливо улыбалась и кивала в нужный момент.

Когда ужин закончился, Яра вернулась в свою комнату, позволила служанкам себя переодеть в шёлковую сорочку с кружевами и уснула, как убитая.

***

Пять дней Яра знакомилась с замком. В сопровождении недовольной ключницы она обошла не только господские комнаты и залы для собраний, но и заглянула в кладовые, мастерские и на кухню. Особого внимания молодой хозяйки удостоились сад и огороды. Ярину Светолику заинтересовала небольшая пристройка к крепостной стене рядом с садом. Там хранились лопаты, кирки и грабли. Яра решила попросить у лэра Ивора разрешение перестроить домик под лекарские нужды.

За всё время, пока новая госпожа знакомилась с замком, она не задала ключнице ни одного вопроса. Что немало удивило и насторожило Миранду. Ключница постоянно ловила на себе взгляд лэри Ивор. В глазах хозяйки то и дело мелькала улыбка. И госпожа Миранда сделала вывод, что молодая лэри себе на уме, а следовательно ухо с ней следует держать востро…

На шестой день Яра проснулась очень рано, солнце ещё не взошло. Девушка не стала звать служанок, пусть поспят. С помощью нехитрого заклинания магичка нагрела воду в двух больших кувшинах, умылась и, сбросив сорочку, быстро ополаснулась тёплой водой, стоя в лохани. Вообще-то, Яра не хотела, чтобы люди в замке знали, что она маг, за исключением мужа, Дамира и, пожалуй, сенешаля. Немногословный Тихослав Умир вызывал у Яры доверие, но не прочие обитатели замка. Одно дело лекарка, а другое – магичка с сильным даром, поэтому она не пользовалась магией при свидетелях.

До завтрака Ярина Светолика намеревалась пройтись по саду, чтобы определиться, где лучше посадить лекарственные травы. Лэр Ивор не будет против её затеи, лекарка не сомневалась. Яра свернула за донжон и услышала лязг мечей, доносившийся с лужайки, где воины устраивали учебные поединки. Получается, не спится не только ей.

Чтобы добраться до сада, надо было обойти лужайку. Ещё три десятка шагов, и Яра замерла, прислонившись к стене амбара. Обнажённые по пояс лэр Ивор и Ёрш Дамир сошлись в тренировочном поединке. Оба были примерно одного роста, сотник шире, массивнее, а лэр Ивор легче и подвижнее.

Бывшая монастырская воспитанница не могла оценить уровень мастерства фехтовальщиков. Яра смотрела, как стремительно мелькают в воздухе мечи, противники сходятся и расходятся. Тела обоих покрылись каплями пота, но ни один из них не собирался сдаваться. На краткий миг лэр Ивор обернулся на затаившуюся у стены Яру, и это стоило ему победы.

– Не отвлекайся, Рати! – хохотнул Дамир. – Даже, если на тебя в упор глядит прекрасная лэри, – поучительно заметил сотник.

Ратмир Велеслав рассмеялся.

– Моя лэри! – улыбнулся он и прижал ладонь к сердцу.

Яра смущенно поклонилась. – Мой лэр!

Слуги принесли в кувшинах тёплую воду и полотенца.

– Не буду вам мешать, – пробормотала девушка и торопливо направилась к саду. Однако лэр Ивор её догнал и, всё ещё улыбаясь, спросил: – Надеюсь Бранен вас не разочаровал, милая лэри?

– Ничуть! Замок – само великолепие и мощь.

Мужчина рассмеялся. – Бранен достоин вас, госпожа! Это мой свадебный дар. Отныне замок и прилегающие к нему земли ваши.

Глаза Ярины Светолики округлились.

– Грамоту на владение замком и окрестностями я передам вам после завтрака, – добавил лэр Ивор. – Вы всегда так рано встаёте, душа моя, монастырская привычка? – спросил он, чтобы сменить тему разговора.

Новость Яру поразила, ей надо было время, чтобы осознать сказанное супругом.

– Нет. Здесь мне спится лучше, чем в монастыре, – призналась девушка. – Столько воздуха и света!

– И куда вы спешите спозаранку?

– Мне хотелось присмотреть участок для сада лекарственных трав, если вы позволите. – Яра вопросительно посмотрела на мужчину.

Глаза его смеялись. – Бранен – ваша собственность, моя лэри, и я не смею вам указывать, как ею распоряжаться!

На лужайку вскочил покрытый дорожной пылью воин, в руках он держал свиток. Взглянув на печать, Ёрш Дамир схватил послание, нахмурился и поспешно приблизился к наместнику. Мужчины поняли друг дуга без слов.

– Простите, моя лэри, дела, – сказал лэр Ивор. – Встретимся за завтраком.

В саду Яра присела на скамейку в увитой плющом беседке. Девушке требовалось осмыслить слова супруга. Юная лекарка была озадачена. Из нищей воспитанницы она по воле наместника превратилась в богатую лэри, владелицу громадного замка и земель. Что наместник богат, Яра знала, и её это не особенно интересовало. Лекарка привыкла к ежедневному труду и скромной жизни. А теперь ей придётся во многом пересмотреть свои взгляды, кроме того, Яру пугала ответственность за всех обитателей замка и принадлежащих ей деревень. Но гораздо больше девушку волновала предстоящая ночь, когда она по-настоящему станет супругой Ратмира Велеслава Ивора…

Глава 10

Лэр Ивор в присутствии сенешаля, рыцарей и мастеров протянул Яре свиток с печатями, грамоту на владение замком Бранен с прилегающими землями. Свадебный дар наместника юной супруге был достоин короля. Некоторое время в зале стояла тишина, а затем раздались одобрительные крики, люди чествовали молодую лэри Ивор, их новую хозяйку. Яре с трудом удалось скрыть замешательство. Ратмир Велеслав смотрел на совсем недавно скромную лекарку и улыбался.

Позднее муж спросил у супруги, выбрала ли она место для сада лечебных трав? Яра отрицательно качнула головой. – Ещё нет, мой лэр, сад большой, мне нужно посмотреть землю и подумать.

– Бранен нашёл хорошую хозяйку! – уверенно, без тени сомнения проговорил Ратмир Велеслав.

– Но Бранен такой огромный! – вырвалось у Яры.

– Два из пяти других моих замков, Драгомир и Орлиный Коготь, гораздо больше. Вы справитесь, моя лэри. – Лицо мужа вдруг стало серьёзным. – Бранен находится довольно далеко от внешней границы и Аркона, отлично защищён, надёжный гарнизон. Чтобы со мной не случилось, моя лэри, вы всегда сможете здесь укрыться. По закону никто не посмеет лишить вас свадебного дара…

– О чём вы, дорогой супруг? – всполошилась Яра.

– В стране скоро начнётся смута, красные плащи собирают силы, и нам тоже следует предпринять некоторые меры.

Ярина Светолика почувствовала, как тревожно застучало сердце, и порывисто схватила мужа за руку. – Я знаю! И мне страшно, слуги Отступника ни перед чем не остановятся. В Любиче я видела сожжённых на костре невинных людей, население города запугано, – быстро заговорила Яра. – В подземельях храмов в Туманных горах при помощи злого колдовства жрецы Тарая разводят ядовитых тварей. – Под пристальным взглядом наместника девушка осеклась.

– Откуда монастырской воспитаннице известно о тварях? – вкрадчиво спросил Ратмир Велеслав. – Моя лэри, отныне мы – муж и жена, между супругами не должно быть секретов.

Дыхание у Яры перехватило, она сцепила перед собой руки так сильно, что кончики тонких пальцев побелели. Лекарка испуганно посмотрела на наместника, затем набрала в лёгкие воздуха и выпалила: – Вы правы, мой лэр! Сын конюха Юрась, молодой жрец Нура, рос в том же замке, что и я. После мора его забрали Жрецы Тарая. А в прошлом месяце мы встретились на кладбище. Из слов Юрася я поняла, что он наблюдает за делами слуг Отступника в Туманных горах. В день празднования Возрождения Светлой Ари Юрась спас парнишку-беглеца, необученного мага земли. Парень оказался непокорным, и жрецы Тарая намеревались использовать его в своих опытах. Юноша умирал от яда рогатой гадины. Точно таким же ядом было обмазано лезвие кинжала, которым вас ранили. С лечением парнишки я справилась без особого труда, с момента укуса миновало не более восьми оборотов. С вами оказалось намного сложнее, прошло почти двое суток, яд отравил кровь и все органы.

– Вы не ошиблись, то действительно был яд создания жрецов Тарая? -- помрачнел наместник.

– Не ошиблась! Юрась не стал бы меня обманывать. А в яде магическим зрением я увидела сотни крохотных прозрачных червей, они питались плотью и кровью жертвы. Если бы вы не были магом, яд убил бы вас в считанные малые обороты!

Лэр Ивор рассмеялся. – Ничего от вас не утаить, моя прекрасная, умная супруга! Моя магия вам видна?

– Нет! Магическая татуировка, нанесённая моей бывшей наставницей Сабиной, работает надёжно.

– Откуда вам известно о маскирующей магию татуировке? Кто-то ещё знает? – нахмурившись, отрывисто спросил Ратмир Велеслав.

– Только моя тётка, настоятельница, она дежурила в тот вечер, когда Ёрш Дамир мальчишкой привёз вас в монастырь. Тётя Доброслава сохранит эту тайну. Мне она о ней сообщила, потому что ничуть не сомневалась, что, став вашей женой, сама скоро всё узнаю. А я даже под пыткой никому не расскажу о вашем даре и татуировке, лучше умру! – твёрдо произнесла Яра.

Ратмир Велеслав тепло посмотрел на юную супругу и, приблизившись к настороженной девушке, притянул её к себе и обнял. – Никогда не сомневался в вас, моя лэри! Мне посчастливилось заполучить в жёны самую лучшую, самую отважную женщину в королевстве…

А брачная ночь, которой Яра боялась, опасений девушки не оправдала. Ратмир Велеслав был нежным и терпеливым. В его ласковых руках надуманные страхи молодой супруги развеялись, словно дым на свежем весеннем ветру.

***

Лэр Ивор из беседки завороженно наблюдал за молодой женой, с задумчивым видом бродившей по саду. Ярина Светолика периодически наклонялась, чтобы разглядеть растения у корня и зачерпнуть плоской палочкой землю. В ярких лучах утреннего солнца через голубое платье из тонкого льня и шёлковую сорочку до колен просвечивалась стройная фигура и длинные ноги супруги. Непослушный локон, выбившийся из причёски, скользил по гибкой загорелой шее.

Мужчина сглотнул, усилием воли подавив зарождающееся желание. Рано требовать от недавно вкусившей плотской любви девчонки бурных, продолжительных ласк, женщина в ней едва проснулась. Ратмир Велеслав усмехнулся. Но, судя по первой их ночи, супруга ему досталась страстная и пылкая…

Лэр хмыкнул, вспомнив собственноручную шутливую приписку короля Девлина в недавно полученном послании. Его величество желал ему в крепких, колоритных выражениях… хмм…показать себя перед молодой женой неутомимым, предприимчивым скакуном.

Девлин, младший сын брата покойного короля, Ратмир Велеслав, Светолюб Дражко и Храбр Колояр росли и воспитывались вместе до восемнадцати лет, возраста, когда юношей из дворянских семей, избравших путь воина, посвящают в рыцари. Девлин прозвал их четвёрку «братством младших сыновей».

По закону королевства титул и земли отходили первенцу, а младшим сыновьям доставалось либо небольшое состояние, дабы «держались на плаву», не роняя достоинства прирождённого дворянина, либо ничего. Большинство отправлялись в армию или на флот. Кое-кто становился жрецом. Светолюб Дражко погиб, сражаясь с тёмными тварями где-то в Гнилых болотах. Храбр Колояр стал самым молодым адмиралом в истории Артанского флота. А бесшабашный весельчак Девлин – королём!

Мор унёс жизни двух сыновей покойного короля, отца и братьев Девлина. И племянник бесхарактерного нытика Бравина надел корону. Покойного короля Ратмир Велеслав помнил больным старцем с жёлтой пергаментной кожей, раздутым от скопившейся внутри жидкости животом и дрожащими от слабости руками. Король Бравин медленно умирал от застарелой болезни печени. Жрецы Тарая поили его колдовскими снадобьями и обещали вылечить. Наверно поэтому влияние в королевстве красных плащей достигло апогея. Ни один из прежних королей не давал им столько власти.

Жрецы бога разума и порядка, словно размножившиеся при обилии пищи скальные пауки, опутали клейкой паутиной королевский совет и гильдии. С недовольными решениями красных плащей расправлялись скоро и жестоко. Кто-то умирал от неизвестной болезни в собственной постели, кого-то из-за угла убивали наёмники слуг Отступника, многих хватали открыто, зачастую по нелепым, ложным обвинениям. Причём, красные плащи без жалости и малейших колебаний истребляли целые родовитые семьи.

В молодом короле Девлине жрецы Тарая поначалу видели беспутного выпивоху и бабника. Поэтому корона досталась ему, а не ставленнику совета из младшей ветви королевского рода. Жрецы бога разума и порядка думали, что Девлин, надев корону, с головой окунётся в пучину разврата, а им достанется власть во всей её полноте. И просчитались. Умный, наблюдательный Девлин лишь прикидывался бесшабашным бездельником. Его друзья знали, что в самый разгар шумной пирушки племянник короля уходил к себе, якобы заняться любовью с очередной пьяненькой девицей, и копался в книгах по управлению государством, сводах законов, внимательно изучал снятые доверенными людьми списки с отчётов сборщиков налогов. Часто, ознакомившись с очередной партией свитков, Девлин впадал в мрачное исступление. Наследный принц отлично понимал, что разорённая страна движется к неизбежному краху.

К немалому удивлению жрецов Тарая, сразу после коронации Девлин приказал бросить в тюрьму половину королевского совета, главного казначея и судью. На следующий день гвардейцы молодого короля арестовали командующего армией и его приближенных. Людей в гвардию набирали исподтишка, после тщательной проверки в течение нескольких лет. Треть гвардейцев были боевыми магами, всецело преданными королю Девлину.

После скорого суда, воспользовавшись растерянностью жрецов бога разума и порядка, всех арестованных повесили, а имущество передали в казну. Новые первые лица королевства воровать по-крупному остерегались. Явившемуся накануне публичной казни на аудиенцию к королю вершителю первой ступени, главному жрецу Тарая, оставалось лишь развести руками. Затем одна за другой последовали три неудачные попытки покушения на жизнь короля. Но Девлин был к этому готов. Молодого короля окружали надёжные люди, среди них и он, лэр Ивор.

Когда фарсийцы вторглись в страну, король Девлин сразу разобрался, откуда растут уши. И отправил Ратмира Велеслава в самое пекло, зная, что подкупить нового наместника провинции невозможно, а убить мага будет непросто. Лэр Ивор жёстко расправился с захватчиками, вдобавок ему удалось раздобыть доказательства преступной связи жрецов Тарая с врагами.

После поражения фарсийцев красные плащи изменили тактику, принялись активно избавляться от неугодных и опасных для них лиц в провинциях, обвиняя несчастных в ереси и поклонении культам Тёмных богов. Ратмир Велеслав готов был поклясться, что жрецы Тарая втайне готовят смуту. А что послужит поводом к междоусобице, оставалось только предполагать! Слова Ярины Светолики, его лэри, навели наместника на некое интересное умозаключение. Следовало незамедлительно разобраться с научными изысканиям слуг Отступника в Туманных горах…

***

Спустя три дня наместник тайно отправил к Туманным горам своих людей, чтобы они разведали, что там творится. Пятеро должны были под видом мелких торговцев собирать сведения о мёртвых тварях на рынках и на постоялых дворах, трое, переодевшись нищими, общаться с отщепенцами и бродягами. По просьбе супруга Ярина Светолика подготовила для засланцев наместника лечебные эликсиры и настойки. Позднее лэр Ивор, сенешаль, оказавшийся магом огня, и Яра напитали защитные амулеты магической энергией, и Ратмир Велеслав вручил их осведомителям.

Дни напролёт лэр Ивор работал с бумагами, встречался с разными людьми и разъезжал по окрестностям. А ночи, полные страсти и наслаждения, супруги проводили вместе. Когда поутру лэр Ивор и его лэри появлялись на утренней трапезе с блестящими глазами, под которыми лежали тени от недосыпания, окружающие с пониманием переглядывались и прятали улыбки.

Днём Яра трудилась в саду лечебных трав вместе с работницами и присматривала за мужчинами, перестраивавшими садовый домик под аптеку с хранилищем трав и небольшую лекарню. К немалой радости ключницы, в дела по хозяйству молодая лэри Ивор вмешивалась редко. В качестве достойного примера управления замком Ярина Светолика использовала опыт тёти Доброславы. Настоятельница частенько повторяла, что если хозяйственные службы работают хорошо, и управляют ими толковые люди, то глупо вмешиваться и отрывать людей от дела. Сенешаль, ключница и мастера были толковыми людьми, проверенными временем.

Однажды вечером лэр Ивор сообщил супруге, что вынужден покинуть Бранен на несколько дней. Лицо Ратмира Велеслава излучало торжество и нетерпение, ноздри чуть заметно трепетали, как у горячего верхового жеребца в предвкушении скачек. Движения мужчины сделались излишне плавными и порывистыми.

– Я нашёл способ приструнить жрецов Тарая! – заявил Ярине Светолике наместник. – Мои люди раздобыли неопровержимые доказательства, что обвинения многих несчастных в измене истинной вере основаны на алчности обвинителей и толщине кошелька обвиняемых. В моей воле потребовать суда над виновными и прекратить дознание по религиозным делам до окончательного выяснения обстоятельств.

– А выяснение всех обстоятельств может тянуться о-очень долго! – догадалась Яра.

– Никогда не сомневался, что моя лэри – умница! – довольно рассмеялся Ратмир Велеслав. – И красавица, – добавил он, нежно целуя жену.

Как всегда, наместник действовал молниеносно. В городах провинции за один день взяли под стражу десятки жрецов Тарая. С судебными процессами не затягивали. Дворцы вершителей в Любиче, Колобреге и Руайяне оцепили проверенные в сражениях воины с амулетами против магии.

В течении седмицы жрецы бога разума и порядка, чья вина в подлогах, мздоимстве и вымогательстве была доказана, прилюдно лишились голов на эшафоте. С улиц городов и сёл постепенно уходил страх, оживилась торговля и ремёсла. В порту Колобрега снова стояли торговые суда. А в Аркон потекли налоги, потянулись телеги с изделиями кожевников, ларнесским шёлком, винами, горным мёдом и воском.

В ответ на протесты вершителей наместник отвечал, что непременно разберётся в творимых судьями и стражей бесчинствах по отношению к служителям Тарая. Только вот такой-то и такой-то виноваты в подлоге и прочем. Несогласны? Поглядите в бумаги сами, заново опросите свидетелей в присутствии судебных магов... Знаете ли, уважаемые блюстители истинной веры, религия и финансы – разные сферы! Воровать нехорошо. В довершение наместник потребовал у жрецов бога разума и порядка компенсировать расходы на судебные дела и возместить ущерб семьям невинно пострадавшим.

Народ ликовал. На рыночных площадях бродячие артисты разыгрывали представления о скупых и лживых жрецах Тарая. В Любиче на рыночной площади сожгли куклу в человеческий рост, одетую в красный плащ. В приватной беседе с вершителями лэр Ивор, печально вздыхая, признался, что поганые комедианты сбежали, но их ищут. Когда злоумышленников-подстрекателей найдут, непременно сурово накажут.

***

Последствия действий наместника долго ждать себя не заставили. В Бранен пожаловали трое вершителей, один второго уровня, двое третьего со свитой из младших жрецов и воинов. В замок пустили только жрецов и двоих старших офицеров. Видите ли, в данное время казармы перестраивают по причине ветхости, часть гарнизона Бранена вынуждены жить в походных палатках. Жрецы Тарая выслушали сообщение сенешаля с каменными лицами.

Увидев среди вершителей страшного старика, с которым на пути в Бранен полтора месяца назад столкнулась брачная кавалькада, Ярина Светолика сжалась от удушающего страха. Но тренированный разум магички справился. Маги-вершители высшего уровня обладали особой аурой, внушающей людям безотчётный животный страх. Старик был магом уровня магистра, а, может, и выше.

Лэр и лэри Ивор ждали подобного визита и готовились к нему. Ратмир Велеслав раздал своим людям защитные амулеты против магического воздействия, замаскированные Ярой под амулеты против яда, от кожного зуда и прочих болезней. Вершители недовольно морщились и молчали. Детальная проверка амулетов свиты наместника вызвала бы скандал.

Изо дня в день Ярина Светолика упорно тренировалась мгновенно ставить защитный кокон на собственный внутренний источник, следовало сделать так, чтобы другой одарённый ощущал лишь слабую магию лекарки, исходившую от молодой лэри. Отсутствие у Яры дара вызвало бы ненужные подозрения, наверняка жрецы Тарая собрали в монастыре Светлой Ари сведения о супруге наместника. А так лэри Ивор – лекарка со слабым магическим даром, таких в храмах богини хватает!

Жрецы Тарая наблюдали за жизнью замка, ели, в меру пили, гуляли в саду и разговаривали с людьми на отвлечённые темы, но об истинной цели посещения ими Бранена не сказали ни слова. Зачем они здесь? Ярина Светолика терялась в догадках. Лэр Ивор считал, что красные плащи ищут доказательства связи наместника с приверженцами культа Тёмных богов и нарушителями законов королевства.

Нездоровое любопытство жрецов Тарая просочилось даже в спальню лэри Ивор, когда они с супругом занимались любовью. Ратмир Велеслав и Яра одновременно почувствовали чужую магию, пытающуюся пробить магическую защиту супругов. Приглядевшись, Ярина Светолика заметила под потолком слабо мерцающий крохотный шарик, размером со шмеля.

– Не обращай внимания, – шепнул молодой женщине на ушко муж. – Пускай завидуют!

Яра заливисто рассмеялась. Наблюдатель покрутился половину оборота и бесследно исчез.

Следующую попытку спровоцировать лэри Ивор на вспышку гнева, тем самым заставить супругу наместника раскрыться, предпринял старый вершитель. Он подкрался незаметно, когда лекарка рано утром собирала цветки серебристого пестролиста. Настой бледно-голубых цветков отлично помогал от ломоты в суставах.

Возня с лекарственными растениями действовала на Ярину Светолику успокоительно. Магичка внутренне расслаблялась, и мысли её витали далеко-далеко. В такие моменты разум лекарки отдыхал, внутренний контроль слабел. Хорошо, что Яра привыкла удерживать защитный купол над внутренним источником постоянно и минимальными усилиями.

– Милая лэри! – осклабился вершитель, бесшумно, словно дикий кот, подкрадываясь к лекарке из-за кустов сирени.

Ярина Светолика дёрнулась от неожиданности и выронила из рук мешочек с цветками.

– Извините, не хотел вас напугать! – насмешливо улыбаясь, проговорил жрец Тарая.

– Но напугали! – призналась лекарка и наклонилась за мешочком.

– Простите меня, старика, – усмехнулся вершитель. – Чем больше наблюдаю за вами, милая лэри, тем меньше понимаю, почему выбор лэра Ивора пал именно на вас. Вы совершенно непохожи на его первую супругу.

Яра изумлённо уставилась на жреца.

– Вы не знали, что Ратмир Велеслав уже был женат? – притворно удивился вершитель.

– Нет! Он мне об этом не рассказывал. – У Ярины Светолики опустились руки, и мешочек опять упал на траву.

– Не расстраивайтесь, милая лэри! Отец женил Ратмира Велеслава в тот же год, когда юноша стал рыцарем, в восемнадцать лет, на бездетной вдове старше его почти на двадцать лет. Вдова была очень богата – два замка, плодородные земли. Она успела родить лэру Ивору близнецов и умерла, когда в страну пришёл мор. Сыновья его милости воспитываются в замке отца вдовы, им уже по пятнадцать лет. Лично я прекрасно понимаю старого лэра Ивора – он хотел, чтобы младший сын ни в чём не нуждался. Земли и замок отходили старшему брату Ратмира Велеслава, ныне покойному, он погиб на охоте, кабан оказался слишком шустрым.

– Почему вы решили рассказать мне о семье моего мужа? – заинтересовалась Яра. Магичка уже справилась с собой, маскирующий источник купол остался стабильным несмотря на явную попытку вершителя выбить у молодой женщины почву из-под ног.

– Пришлось к слову, – ласково улыбнулся жрец Тарая. – Я хорошо знал лэри Хелену и удивился, до чего вы несхожи! Она была истинной лэри и никогда бы не стала копаться в саду, как простая селянка.

Гнев ударил Ярине Светолике в голову, но она сдержалась, и кротко произнесла: – Мудрый Тарай учит нас уважать всякий труд, смирять гордыню и помогать ближним.

– Вы абсолютно правы, милая лэри! – воскликнул вершитель. – Случись что-нибудь с вашим супругом, вы, скорее всего, вернётесь в монастырь. Так что трудиться, милочка, не покладая рук, вам придётся до самой смерти. Замки и земли отойдут старшим сыновьям и племяннику лэра Ивора. Так указано в завещании покойного отца Ратмира Велеслава и брачном договоре, составленном предусмотрительным тестем нынешнего лэра Ивора.

– Надеюсь, Тарай будет добр к моему мужу, и он проживёт долго!

– А последнее во многом зависит от вас, прекрасная лэри. – Губы вершителя растянулись в улыбке, и Яра подумала, что коварный старикашка – вылитая болотная жаба. Страх лекарки перед могущественным магом напрочь испарился. Перед Яриной Светоликой стоял низкий интриган, сперва попытавшийся испугать, потом пробудить в молодой лэри алчность и неуверенность в будущем.

– Я вся внимание, почтеннейший, – Яра покорно наклонила голову и добавила в собственную ауру толику страха и обиды на мужа. Пусть негодяй думает, что ему удалось посеять в бывшей скромной монастырской воспитаннице зёрна недоверия к супругу.

– Мы, жрецы бога разума и порядка, обладаем большими возможностями! – высокомерно выдал вершитель. – Нам ничего не стоит уговорить тестя лэра Ивора уничтожить брачный договор. Конечно, если вы окажете нам посильное содействие.

Давление магии жреца Тарая на разум Яры усилилось. Магичка знала, как действует на людей дар бога разума и порядка и немного подыграла самоуверенному негодяю. Яра смотрела вперёд застывшими глазами, изредка послушно кивая.

А вершитель говорил, говорил и говорил… Скорее бы он замолчал! Маг разума внушал лэри Ивор, чтобы та сообщала во дворец вершителей в Любиче о планах и действиях супруга, о том, что пишет наместнику король Девлин.

Миновали три четверти оборота, когда старик ушёл, оставив Яру в покое. Лекарка подобрала мешочек с цветками серебристого пестролиста и немного посидела на скамейке, собираясь с мыслями.

Поздно вечером в спальне Ярина Светолика достала артефакт от подслушивания и подробно рассказала мужу о разговоре с вершителем.

– Вот оно что! – задумчиво проронил Ратмир Велеслав. – Хитрый старый филин! Верно, мы с лэри Хеленой были женаты пять лет, я был послушным сыном и не мог отказаться от навязанного отцом брака. Не могу сказать, что наша семейная жизнь была счастливой… Оба замка, доставшиеся мне в качестве приданного, Голова Вепря в Лунной долине и Клюв Ястреба в южном приграничье достанутся после моей смерти сыновьям Хелены, – признался лэр Ивор и продолжил: – Я должен был оставаться с принцем Девлином в столице, после воевал, поэтому охотно отдал близнецов на воспитание отцу покойной жены. Они не маги, обычные парни, внешне вылитая Хелена в мужском облике. Замок Торжень в южной степи отойдёт моему старшему племяннику. Бранен я купил сам у разорившегося рода и перестроил. Драгомир – награда мне короля Девлина за службу, а Орлиный Коготь ещё достраивается на земле, которую я получил в качестве военного трофея… На последние три замка семья после моей смерти прав не имеет!

– Речь не о замках, мой лэр! – перебила мужа Ярина Светолика. – Следует придумать, как водить жрецов Тарая за нос…

Наместник рассмеялся. – Проще простого! Будем периодически отсылать им полезные для нас новости.

Утром жрецы бога разума и порядка покинули Бранен. Прощаясь, вершитель надел на шею лэри Ивор кулон с инеитом и взял с неё обещание носить подарок, не снимая. Нетрудно было догадаться, что вещица – амулет подчинения.

Яра старательно напитала собственной магией гладкую раздвоенную палку. После чего магичка создала подобие собственной ауры и привязала её к деревяшке, затем повесила на палку подарок вершителя и спрятала в тайнике. Надо раз в седмицу обновлять заклинание, и маг разума не усомнится, что амулет подчинения ни на миг не покидает шею супруги наместника.

Глава 11

Из посланных наместником в окрестности Туманных гор разведчиков вернулись всего пятеро, остальные пропали без вести. Что они узнали? Да, там действительно пропадают люди, молодые и здоровые, бесследно исчезли три небольших купеческих обоза, среди жителей предгорья ходят слухи о неизвестных чудовищах, которые спускаются в долины в сумерках вместе с вечерним туманом. Лэр Ивор подключил к розыску пропавших стражу. Но ничего толком выяснить удалось. Зато исчезновения людей прекратились.

В одно прекрасное утро, когда Яра с мужем гуляли по саду, на плечо лэри Ивор опустился знакомый сокол. Ратмир Велеслав попытался отогнать птицу, но Яра его остановила. Приглядевшись, наместник понял, что в теле сокола сидит демон.

– Птица – друг Юрася! – пояснила мужу Яра. – Ран не причинит нам зла. О-о, посмотри, у сокола на шее записка!!

Лэри осторожно сняла крохотный свиток, висевший на тонком плетёном шнурке. Развернув послание, Яра протянула его супругу. Наместник бегло пробежал несколько строк, написанных мелким, чётким подчерком жреца Нура. Задумался. Затем перечитал записку повторно. В кратком сообщении молодого жреца Нура, отправленном супруге наместника, сообщалось, где находится один из тайных храмов красных плащей в Туманных горах.

– Я верю Юрасю, – твёрдо проговорила Яра, глядя супругу в лицо. Тот молча кивнул и вызвал сотника Дамира. О чём они совещались, лэри Ивор могла лишь предполагать. Этим же вечером из Бранена выехал хорошо вооружённый отряд, у каждого воина имелся амулет, блокирующий враждебную магию. Командовал отрядом Ёрш Дамир.

В томительном ожидании потекли дни. Дважды прилетали с известиями из Туманных гор ласточки, чьи гнёзда остались в Бранене. В первом послании сотник сообщал, что отряд нашёл недавно покинутый подземный храм жрецов Тарая, там обнаружили изуродованные чудовищно жестокими опытами останки жертв. Ёрш Ивор намеревался продолжить поиски сбежавших убийц. Позднее отряд наткнулся на логово огромных рогатых змей. При приближении тварей венцы на головах гадин издавали звук, похожий на скрип снега под ногами в морозный день. Змей удалось уничтожить, но полегло две трети отряда.

Ёрш Дамир и уцелевшие воины вернулись спустя три с половиной седмицы. Яра тревожно вглядывалась в измученные худые лица мужчин и кусала губы. Юрась был прав, слуги Отступника создали страшное оружие! Сотник захватил обрубок головы гигантской змеи. Ярина Светолика потребовала, чтобы жуткий трофей отдали ей для изучения. Лэр Ивор поддержал супругу.

Натянув на руки перчатки из кожи ящера, обитающего в песках на границе со степью орков, Яра тщательно покопалась в останках гадины. Лекарке удалось получить немного яда со знакомыми прозрачными червями. Прошёл неполный месяц, черви были ещё живы, но выглядели вялыми и подсохшими.

Поковырявшись в змеином мозгу, магичка сделала вывод, что тварь слуг Отступника обладала слишком развитым для рептилии мозгом, способным осознанно воспринимать команды поводыря. Почему осознанно? Сохранилась остаточная магическая аура, которую Яре удалось считать. Магичка взялась за изготовление состава, быстро разрушающего шкуру и плоть созданий жрецов Тарая.

День за днём лэри Ивор допоздна задерживалась в пристройке возле сада лекарственных трав. Ратмир Велеслав смотрел на усталое лицо жены и недовольно хмурился. Однажды он потребовал, чтобы его лэри прекратила губить здоровье. Но Ярина Светолика решительно воспротивилась приказу супруга. Найти средство, убивающее рогатых змей, было необходимо. Иначе гадины расплодятся и заполонят провинцию. Кто, как не магичка со знаниями лекарки и даром Двуединого способна это сделать?! И потом, она близка к завершению опытов. Ратмир Велеслав уступил.

Убивающий рогатых тварей состав Яра получила через четыре месяца. В настой четырёх самых ядовитых трав она добавила кислоту и напитала полученное зелье разрушительной магией Двуединого. Ради пользы делу магичка заставила себя вспомнить ощущения, испытанные ею при работе с Яростью Двуединого. В ходе опытов Яра постепенно научилась использовать тёмную магию отца богов. Самое сложное было добиться, чтобы яд мог длительно храниться. Разгадка оказалась несложной – надо было точно определить момент, когда состав станет прозрачным, и сразу приступить к вливанию в него магии. Десятки небольших флаконов с готовым зельем спрятали в подвале замка, и повеселевшая Ярина Светолика вернулась к обязанностям хозяйки замка.

***

Полгода по всей Артании стоял мир и покой. Внешние враги угомонились. Жрецы Тарая вели себя тихо и лишний раз не высовывались. Словно по команде свыше прекратились суды и казни обвиняемых в поклонении Тёмным богам. На улицах и площадях городов и сёл стало шумно и весело. Лавки купцов ломились от товаров, селяне везли на ярмарки собранный минувшей осенью урожай. В порту Колобрега день и ночь разгружали-загружали торговые корабли. Однако на душе у лэра Ивора было неспокойно, тягостное предчувствие бередило наместнику душу, а по ночам Ратмира Велеслава мучили кошмары.

Весна ворвалась в Артанию непривычно рано. Вначале березня за считанные дни под яркими солнечными лучами растаял снег, а в середине месяца с оглушающим раскатистым громом и слепящими зигзагами молний пришла первая гроза. Старики говорили, что ранняя гроза не к добру.

Яра ждала первенца, сына. Несмотря на седьмой месяц беременности шаги молодой лэри не утратили лёгкости, а тело переполняла жизненная сила. Тётя Доброслава позаботилась о здоровье племянницы и её ребёнка на свой лад, прислала в Бранен опытную лекарку-повитуху. Жрица Есения оказалась низенькой пожилой женщиной с доброй улыбкой и маленькими тёплыми, сильными руками. Магии в повитухе было немного, однако её внутренний источник светился ровным, чистым огоньком.

Ранее Есения трудилась в монастыре богини Дары, расположенным под Колобрегом. Дара, дочь вечно юной Ари, считалась покровительницей рожениц и защитницей семейного очага. Небольшой храм, в котором служили всего восемь жриц, разрушили фарсийцы, и чудом уцелевшая повитуха перебралась в монастырь Светлой Ари, где была настоятельницей тётка Яры.

Присутствие повитухи-магички отчасти успокоило супруга Яры. В одном из ночных кошмаров лэр Ивор видел, как его молодая жена умирает в родах вместе с не успевшим появиться на свет малышом. Чтобы Яре было веселее, наместник пригласил в Бранен её подругу с мужем. Чета Идан нарисовалась в замке с девятимесячным сынишкой и хорошо обученным отрядом воинов охраны. Приглядевшись к лэру Ладиславу, наместник с одобрения Тихослава Умира предложил ему должность помощника сенешаля. Поскольку дела в собственном маноре лэра Идана находились в отменном порядке, он охотно согласился.

С появлением в замке Лисы размеренная жизнь Бранена пришла в движение. Супруги рыцарей не на шутку расстроились, когда лэри Ивор назначила первой дамой монастырскую подругу. Но долго дуться на весёлую, добродушную Лису Идан было невозможно. Румяная пышка с белокурыми кудряшками искренне заботилась обо всех и каждом. Она собственноручно обрабатывала ранки на коленках подравшихся дворовых мальчишек, кормила упрямого младенца юной супруги одного из рыцарей, деятельно помогала дамам в выборе новых платьев.

Но, как зачастую бывает, в бочку мёда угодила здоровая ложка дёгтя. В Бранен без приглашения явился бывший тесть лэра Ивора с близнецами. Отец покойной лэри Хелены выглядел лет на семьдесят, худой желчный старец с редкими седыми волосами. Лэр Щаслав Борун невзлюбил Ярину Светолику с первого взгляда.

Близнецам в березне исполнилось по шестнадцать. Высокие русоволосые немногословные парни с широкими грубоватыми лицами поначалу казались простодушными добряками. Но, приглядевшись к пасынкам, лэри Ивор заметила завистливый блеск в глазах юношей. Оба парня жадно рассматривали богатый замок с мощными стенами. Близнецы явно были не прочь присоединить свадебный дар молодой супруги отца к собственному наследству. Похоже, сыновья Ратмира Велеслава не догадывались, что их отец – маг. И наследства, скорее всего, они не дождутся. Правда, лэр Ивор как-то обмолвился, что отдаст причитающиеся близнецам замки, Голову Вепря и Клюв Ястреба, по достижению братьями совершеннолетия, конечно, если мальчишки окажутся достойными этого дара. Ярина Светолика считала решение мужа справедливым.

Пробежали две седмицы, однако бывший тесть не собирался уезжать из Бранена. Щаслав Борун считал, что близнецам следует лучше узнать отца. Дед уже обучил мальчиков всему, что умел сам, теперь дело за лэром Ивором, который наконец навоевался и, получив должность наместника, осел в Бранене. Пусть юноши, наблюдая за действиями отца, учатся управлять людьми! В словах бывшего тестя имелся определённый смысл, и лэр Ивор начал брать с собой сыновей, когда отправлялся в поездку по вверенной ему королём провинции.

Пока наместник объезжал города и сёла, Щаслав Борун молча расхаживал по замку, заглядывал в каждый угол, изредка задавая вопросы обитателям Бранена. С молодой лэри Ивор он держался вежливо, даже любезно, но отчуждённо. Яра интуитивно чувствовала ненависть, которая всякий вскипала в душе старика при виде женщины, занявшей место его покойной дочери, и старалась держаться от незваного гостя подальше, успокаивая себя тем, что неприятный человек рано или поздно покинет замок.

***

Незаметно наступил травень. Солнце палило немилосердно, трава и посадки не выгорели благодаря частым, бурным и коротким грозам. Яре оставались до родов дни. Но молодая женщина не испытывала ни страха, ни беспокойства. Лэри Ивор и её первая дама проводили дни в садовой беседке, куда по распоряжению ключницы Миранды поставили удобные ложа.

Ворчливая ключница за неполный год привыкла к молодой госпоже и по-своему привязалась к новой хозяйке. Причём угрюмая, неразговорчивая Миранда никогда открыто не проявляла симпатию к лэри Ивор, но Яра ощущала ненавязчивую заботу ключницы на каждом шагу, особенно когда в замке стало известно о беременности молодой хозяйки. Прислуживали Яре и Лисе обычно смешливая Ягодка и застенчивая Белица. Наблюдательная Миранда заметила, что госпоже нравятся эти девушки.

– Хотелось бы верить, что твой супруг скоро вернётся! – с надеждой проговорила Лиса.

– А с ним и твой! – озорно улыбнулась Яра.

Лиса задумчиво посмотрела на голубое, без единого облачка небо. – Нехорошо оставлять жену накануне родов, – немного погодя буркнула она.

– Перестань! – улыбка лэри Ивор стала шире. – Ратмир Велеслав – замечательный муж, добрый и заботливый. Ты же знаешь, что ему необходимо задержаться в Колобреге, чтобы разобраться в жалобах купцов на главу совета города. Это важно.

– Важно, – эхом повторила Лиса, а после философски добавила: – Мужчины с их затеями порой становится непредсказуемыми!

Сынишка Лисы, которому недавно исполнилось десять месяцев, хватаясь пухлыми ручонками за край ложа, приблизился к лэри Ивор и принялся сосредоточенно, с сопением откручивать медную шишечку над изголовьем.

– Остромысл Ладислав, немедленно прекрати! – строго произнесла первая дама и, вскочив с ложа, взяла озорника на руки. Тот попытался вырваться, но вскоре угомонился, переключившись на другой объект – ожерелье на шее мамы.

Яра расхохоталась. – Славно, что наши сыновья будут расти вместе! Помнишь, как ты мечтала об этом в монастыре?

Лиса фыркнула. – А ты говорила, что никогда не выйдешь замуж!

Малыш Остромысл внешне и характером здорово напоминал отца, такой же крепкий, ширококостный и настойчивый.

Подруги не заметили, как к ним подкрался лэр Борун.

– Доброго дня, драгоценные лэри! – приглушенным голосом процедил он и поклонился. Яра вспомнила, что не видела гостя за завтраком. Слуга сообщил, что его господину нездоровится. Тонкие губы Щаслава Боруна раздвинулись в улыбке. Он задал лэри Ивор несколько вопросов о самочувствии, сообщил, что ночью снова ожидается гроза. Посетовал, что соскучился по близнецам, юноши отправились с отцом в Колобрег, и снова поклонившись, удалился также тихо, как и появился.

– Не нравится мне этот лэр, скользкий и хитрый, – вполголоса призналась Лиса, когда бывший тесть лэра Ивора скрылся в липовой аллее. – Боюсь его. Этот Щаслав Борун напоминает мне скользкую, холодную гадюку. Зазеваешься – ужалит! – лэри Идан испуганно обернулась. Никого не увидела и успокоилась.

– Ничего не поделаешь! Приходится терпеть его присутствие, – пожала плечами Ярина Светолика. – Не понимаю, зачем он приходил? До сих пор лэр Борун меня сторонился.

Подруги немного помолчали, потом выпили душистого травяного настоя, который ранее принесла Ягодка, и поменяли тему разговора. Расслабившись на жаре, лэри Ивор не заметила, как, кланяясь, незваный гость выплеснул в её кубок бесцветное содержимое крохотного флакончика.

***

Ночью Яра проснулась от нестерпимой рези внизу живота. Лекарка заставила себя сделать десяток глубоких вздохов, резь немного уменьшилась, и отошли воды. За окном вовсю грохотал гром, сверкающие молнии рассекали тяжёлое чёрное небо. Страдая от боли, магичка не заметила, как в открытое окно вместе с дождевой водой проникло нечто размером с ладонь взрослого мужчины. Тварь шустро пробежала по полу и уцепилась острыми крючковатыми когтями за свисающее с кровати одеяло.

Тугой ком подкатился к горлу Яры. Молодая женщина позвонила в колокольчик, сползла с постели и, придерживаясь обеими руками за стену, добралась до столика, где стоял кувшин с водой и медный таз. Яру вырвало бурой жижей, и лекарка поняла, что её отравили. Кто? Почему? Когда? Перед глазами магички тотчас же всплыло лицо лэра Боруна.

В комнату вбежала перепуганная Белица, а за ней – жрица Есения. Обернувшись к повитухе, превозмогая слабость и тошноту, Яра проговорила: – Яд! Думаю, смесь коры лунного дерева и желчи болотной желтобрюхой жабы… Помогите открыть тайник! – опираясь на жрицу и дрожащую от ужаса Белицу, молодая лекарка добралась до тайника и дотянулась до флакона с красной пробкой.

По знаку Яры повитуха проворно наполнила наполовину кубок водой, и добавила туда большую ложку противоядия. Вода замерцала жёлтыми и зелёными бликами. Молодую женщину опять вырвало. Потом Яра маленькими глотками выпила противоядие. Никто не заметил, как серый паук с еле заметно блестящей в неровном свете свечей шкурой шлёпнулся с одеяла и посеменил к лэри Ивор. Но Белица успела вовремя переменить бельё на постели, и повитуха уложила роженицу на кровать.

Белица разбудила других горничных. К сожалению, деятельная ключница уехала погостить к родным в Любич. Девушки принесли в спальню несколько подсвечников, в комнате сразу стало светло. Затем принялись спешно греть воду. В спальню Яры притащили большой таз для омовения младенца. На столик положили острый нож и пропитанную особым зельем суровую нитку.

Роженица лежала на постели, прижимая ладони к животу. Запавшие глаза лэри Ивор на покрытом каплями пота бледном лице были плотно закрыты. Молодая женщина дышала шумно и тяжело. Противоядие всасывалось в кровь медленно. Не будь Яра сильной магичкой, она бы уже умерла с нерождённым младенцем в утробе. Внутренний источник лэри Ивор вливал в тело роженицы и плод магическую энергию, постепенно очищая от яда кровь.

Спустя двадцать малых оборотов дыхание молодой женщины сделалось спокойным, лицо приобрело обычный цвет. Но сердце нерождённого младенца билось медленно и слабо. Магичка с трепетом прислушивалась к погибающему в ней сыну. В отчаянии Яра сжала зубы, и её магия окутала плод плотной пеленой. И тогда молодая женщина ощутила, что её нерождённый сын начал бороться с ядом самостоятельно, у него пробудился собственный внутренний источник, магия Двуединого…

Схватки следовали одна за другой. Но остатки яда тормозили деторождение. Внезапно на кровать роженицы шлёпнулся с потолка серый паук. Дальнейшее произошло очень быстро. Жрица Есения почувствовала враждебную магию твари и, вскрикнув, сбросила паука с кровати. Девушки, помогавшие повитухе, с визгом выскочили за порог, осталась одна Белица.

Девчонка не растерялась и запустила в тварь кувшином с кипятком. Кувшин разбился, горячая вода разлилась по полу, не причинив пауку особого вреда, лишь немного замедлив передвижение твари. И тогда жрица, собрав всю невеликую силу её внутреннего источника, сдавила паука ладонями, направляя на него свою магию. Онемевшая Белица видела, как раскололся панцирь твари, и паук начал расползаться сгустками болотной жижи. Кожа на руках повитухи потемнела, и мёртвая жрица Есения упала на пол ничком.

Входная дверь распахнулась. На пороге спальни Яры стоял лэр Борун собственной персоной. Он сразу догадался, что произошло. Ни яд, ни колдовская тварь не убили молодую лэри. Незваный гость с перекошенным от злобы лицом трясущимися пальцами вытянул из поясной сумки круглую вещицу. Неподвижная роженица смотрела на убийцу без малейшего страха и сожаления, словно наблюдала за ним со стороны.

Внутренний источник магички бурлил. Избавляясь от яда, Яра использовала половину собственного резерва. Сейчас она готовилась убивать, защищая нерождённого сына и себя. Светлую магию целительницы поглотила тёмная мощь Двуединого. Из незнакомого артефакта к лэри Ивор потянулось смертоносное колдовство слуг Отступника, Яра почувствовала сладковатый гнилостный запах магии ренегатов. У молодой магички не было боевых навыков, но она могла заслонить себя защитной сферой и использовать заклинание Отражения.

Колдовство слуг Отступника растеклось по защитной сфере Яры, а затем магичка собственной волей задействовала заклинание Отражения. Враждебная магия собралась в тугой сгусток и, развернувшись, ударила в боевой артефакт ренегатов. Щаслав Борун завопил от нестерпимой боли, выставив перед собой кисти рук, с которых на глазах слазила кожа, и расплавлялись мышцы. Внезапно артефакт слуг Отступника рассыпался прахом.

Но Яре этого было мало. Неведомое магичке прежде неукротимое желание убивать заполонило разум лекарки. Не осознавая, что творит, Ярина Светолика создавала Сеть Праха, одно из самых смертоносных заклинаний боевых магов-некромантов. Щаславу Боруну оставалось жить один-два малых оборота. Но он этого не знал, как и те, кто бежал на помощь лэри Ивор.

Перепуганные увиденным в спальне госпожи Горица и Ёлка спрятались под лестницей, а Ягодка рванула за помощью в дальнюю казарму, где ночевал Ёрш Дамир. От шума пробудилась чуткая Лиса, по голосам в коридоре лэри Идан догадалась, что у подруги начались роды. Накинув верхнюю рубаху, первая дама помчалась к лэри Ивор.

Налитыми первобытной тьмой глазами Яра смотрела на Ёрша Дамира с подсвечником в руках и выглядывавшую из-за его спины растрёпанную Лису. И тут магичка поняла, что боевое заклинание Двуединого погубит не только ненавистного убийцу, но и верного Дамира, и Лису, и половину замка. Яра глубоко вздохнула, и убийственная тёмная магия отца богов, недовольно зарокотав, бесследно испарилась из внутреннего источника целительницы.

Опытный Ёрш Дамир метнулся к бывшему зятю господина. Вопивший от нестерпимой боли лэр Борун не сопротивлялся. Связанного убийцу заперли в замковой темнице. Мёртвое тело жрицы Есении вынесли из комнаты роженицы и положили на ледник. Вернётся лэр Ивор и со всем здесь разберётся…

Лиса надавала пощёчин оторопевшим Ёлке и Горице, Белица опомнилась сама. Первая дама приказала девчонкам немедленно убраться в спальне госпожи. У Яры возобновились схватки. Теперь рядом с роженицей не было умелой повитухи, и Лиса приняла роды сама. В полдень у лэри Ярины Светолики Ивор родился здоровый мальчик. Об этом событии окрестности оповестили радостные крики обитателей Бранена…

Глава 12

Торговый спор с купцами удалось уладить после длительного расследования. Наместник был в ярости, когда убедился, что поставленный им глава городского совета погряз в мздоимстве и намеренно чинил следствию препятствия. Мошеннику, не брезговавшему убийствами руками наёмников протестующих против его самоуправства, на торговой площади отрубили голову. Также казнили полтора десятка подельников проворовавшегося негодяя. Лэр Ивор назначил нового главу совета и внёс изменения в договор с купеческими гильдиями.

Последний месяц вымотал наместника больше, чем кровавое сражение после изнурительного перехода. Вдобавок лэр Ивор переживал за оставленную в Бранене беременную супругу. Когда в конце третьей седмицы пребывания наместника в Колобреге на плечо лэру Ивору плавно опустилась ласточка с запиской от Ёрша Дамира, Ратмир Велеслав вздрогнул. Здорова ли Яра?

Верный сотник сообщал, что Ярина Светолика благополучно разрешилась от бремени здоровым мальчиком. Напряжённо застывшие черты лица наместника разгладились. Но приписка вновь насторожила. На жизнь супруги наместника покушался лэр Борун. Бывший тесть снюхался со жрецами Тарая…

Наместник торжественно сообщил о рождении сына, но о покушении на лэри Ивор умолчал. От Ратмира Велеслава не укрылась кислая гримаса, промелькнувшая на высокомерной физиономии Людевита, старшего близнеца. Младший, Абсей, после затянувшегося молчания выдавил из себя улыбку и вежливо склонил голову. Не очень-то сыновья рады рождению брата! Неужели старик посвятил мальчишек в готовящееся убийство? Лэр Борун, безусловно, человек сложный, но небедный! Что заставило его связаться со слугами Отступника? Зачем убивать молодую лэри? Ревность к памяти покойной дочери? Вряд ли. Щаслав Борун никогда не отличался излишней чувствительностью и чадолюбием, он всегда руководствовался холодным расчётом.

Вечером того же дня наместник поспешно отбыл в Бранен. Ёрш Дамир встретил лэра Ивора на дороге в пяти леях от замка. Сотнику явно требовалось многое рассказать бывшему воспитаннику втайне от прочих обитателей Бранена. Выслушав Дамира, наместник с трудом подавил приступ гнева. Красные плащи всё-таки нашли способ проникнуть в его семью, мало того, они попытались убить любимую женщину и неродившегося ребёнка! А бывший тесть оказался добровольным пособником красных плащей…

Дальше было интереснее и страшнее, во время допроса Щаслав Борун попытался покончить с собой, разбить голову о стену. Лэр Ивор и Ёрш Дамир были поражены, как изменилось лицо старика – выпученные безумные глаза фанатика, пена изо рта… По словам сотника, в темнице лэр Борун изо дня в день твердил одно и то же – «непокорные скоро умрут». Но Ёрш Дамир не считал заключённого безумцем. Щаслав Борун прекрасно понимал смысл сказанного, когда к нему обращались, но говорить почему-то не мог. Ментальный блок?

***

По возвращению в замок близнецы узнали, что деда бросили в темницу. Сыновья лэра Ивора ворвались в личные покои к отцу, когда тот писал письмо королю. Ёрш Дамир стоял за спиной своего лэра.

– Он, это он! – закричал Людевит. – Безродный ублюдок бросил деда в темницу! Да как он посмел?! – вопил юноша, указывая на сотника рукой.

– Да, отец, как вы объясните пребывание лэра Боруна в темнице, – сдержанно проговорил более рассудительный Абсей. Поджав губы, юноша исподлобья посматривал с бессильной злобой на Ёрша Дамира.

– Мой бывший тесть попытался убить лэри Ярину Светолику и моего ребёнка! – жёстко отчеканил лэр Ивор. – Помимо яда Щаслав Борун использовал запрещённый артефакт и неизвестное, магически выведенное существо.

– Это навет! – продолжал вопить Людевит. – Вы прибрали к рукам приданное нашей матери, а нас вышвырнули из вашего замка как приблудных котят!

Лэр Ивор отложил перо и пристально посмотрел на близнецов.

– Ваши неуважительные слова – плоды воспитания деда? – вполголоса спросил он. – Разве лэр Борун не говорил внукам, что по достижению моими сыновьями совершеннолетия я намеревался отдать вам замки покойной лэри Хелены? Конечно, если вы к тому времени будете готовы взять на себя ответственность за ваших людей и научитесь управлять гарнизоном.

Братья переглянулись. Однако по выражению их лиц лэр Ивор сделал вывод, что они были прекрасно осведомлены о намерениях отца. Но, похоже, близнецы желали получить всё состояние лэра Ивора.

– Щаслава Боруна ждёт дознание! А вы можете идти, побеседую с вами позже, – холодно произнёс наместник.

Внезапно Людевит издал глухой рык, вытащил из ножен меч и ринулся к отцу. Но сотник встал у него на пути. Абсей положил ладонь на кисть брата, сжимающую меч, а затем, нашёптывая ему на ухо что-то успокоительное, оттащил Людевита к двери.

Когда за близнецами захлопнулась дверь, Ратмир Велеслав потёр пальцами лоб и устало спросил: – Что ты думаешь, дядько? Я виноват, что мальчишки выросли алчными поганцами?

– Нет, Рати, ты ни в чём не виноват. Вы помните, какой была лэри Хелена, и хорошо знаете её отца. Алчность у семьи Борун в крови. Им плевать, что вы не взяли ни гроша из доходов от приданного вашей покойной жены. За исключением средств на содержание замков и гарнизонов все деньги уходили к опекуну близнецов. Вы обязаны были охранять принца Девлина, а потом воевать на благо королевства. Да и какой воспитатель из парня, едва получившего рыцарский пояс? – уверенно проговорил Ёрш Дамир. – А что до остального… Простите меня, мой лэр, но ваша покойная супруга не отличалась добрым нравом и…верностью. Вы для неё были не оперившимся сопляком, моложе на двадцать лет, – тихо заметил сотник.

Лэр Ивор молчал, глядя в пустоту. Затем он скомкал недописанное письмо и сжёг его в пламени свечи. Обычное послание наместника в столицу дойдёт нескоро. Разумнее использовать магический вестник. Плохо, что высшие жрецы Тарая, будучи магами мысли, каким-то образом отслеживают магические вестники других одарённых. На защиту короткого сообщения придётся истратить половину резерва внутреннего источника.

***

Спустя половину оборота Ратмир Велеслав стремительно вошёл в спальню жены, порывисто обнял Яру и зарылся лицом в её волосы, пахнущие травами и весенними цветами. – Боги добры к нам! Ты и малыш живы, – бормотал лэр Ивор, целуя лицо и шею любимой.

Ярина Светолика гладила мужа по спине, слёзы текли по её щекам. Яра видела, как мужу трудно. Предал родственник, которому лэр Ивор доверял долгие годы, а сыновья ненавидят отца и желают его смерти. Жрецы Тарая выждали время и нанесли наместнику тяжёлый удар, играя на неприязни к Ратмиру Велеславу бывшего тестя.

В колыбели заплакал младенец. Ратмир Велестав оторвался от супруги и склонился над новорожденным сыном. Круглое личико ребёнка сморщилось и раскраснелось, редкие тёмные волосы приклеились к потному лобику. Малыш сердился, требуя внимания. За три оборота крепкого сна он проголодался, а ещё его следовало перепеленать.

Яра отказалась от услуг кормилицы и кормила сына сама, что вызывало недоумение у прочих дам в замке. Получив желаемое, младенец жадно присосался к материнской груди.

– Акамир Златослав растёт здоровым и сильным. Настоящий воин! – улыбнулся лэр Ивор.

Малыш Акамир прекратил есть и вопросительно посмотрел на отца синими глазёнками.

– О, малыш понимает, о чём мы говорим! – рассмеялся Ратмир Велеслав.

– Не думаю, – улыбнулась Яра. – Его заинтересовал твой голос.

– А я говорю, наш сын умён не по возрасту! – возразил Ратмир Велеслав.

Его супруга загадочно подмигнула мужу и чмокнула младенца в макушку. Немного погодя настроение Яры резко изменилось, молодая женщина произнесла строго и серьёзно: – Присмотрись к малышу магическим зрением, ничего странного не видишь?

Рамир Велеслав на мгновение замер, а затем с недоумением обернулся к Яре. – Источник! Я чувствую магический источник ребёнка!

– Да. У Акамира Златослава раньше положенного пробудился внутренний источник, дар Двуединого, очень сильный.

Удивлённый лэр Ивор задумался, а после сказал: – Никогда не сомневался, что наш сын будет магом. А сейчас уверен – малыш вырастет могучим магом! И я сделаю всё, чтобы его защитить, пока Акамир не возмужает. Но почему его источник пробудился так рано?

– Почему? Наш нерождённый ребёнок боролся за свою жизнь ещё в материнской утробе! Он бессознательно избавлялся от яда в крови и поддержал меня в противоборстве с возможным убийцей.

Ратмир Велеслав с гордостью посмотрел на сына. – Ни на миг не сомневался, что Акамир Златослав – настоящий воин!

Яра передала мужу сытого младенца, тот блаженно зевая, намеревался снова уснуть. Лэри Ивор достала из тайника небольшую шкатулку, в ней хранился её медальон. Когда-то эту вещицу надела на шею маленькой Яре тётя Доброслава, чтобы скрывать до поры магию племянницы.

– Маскирующий дар артефакт? – изумлённо поинтересовался Ратмир Велеслав.

Яра кивнула. – Я носила его почти до пятнадцати лет, пока не научилась прятать от других магов мой дар. Вчера я напитала медальон магической энергией. – Лэри Ивор надела артефакт на шею сына.

Ратмир Велеслав тронул пальцами маленький серебряный диск с выгравированным на нём восходящим солнцем, знаком Светлой Ари, и хмыкнул. – Хитрая вещица! По виду обычный медальон рождения, как у всех детей, рождённых в Артании. Вещица послушно отозвалась на прикосновение мага, и на ней высветилась дата появления ребёнка на свет.

– Вот именно! – просияла Яра. – Никому и в голову не придёт, что артефакт имеет тайное свойство.

– Твоя тётя Доброслава – чрезвычайно изобретательная и находчивая дама! – уважительно хмыкнул наместник.

***

Лэр Ивор поднялся по винтовой лестнице в личные покои, когда над его головой закружился крупный светящийся шмель, вестник короля Девлина. Король был довольно сильным магом огня. Шмель тотчас же сел на протянутую ладонь Ратмира Велеслава и, мгновенно увеличившись в размерах, превратился в свиток. Едва наместник ознакомился с ответным посланием короля, свиток развеялся в воздухе.

Отличное известие! Девлин отправил в Бранен Отшельника! Ранее Отшельник был жрецом Тарая, вершителем второй ступени. Позднее, разочаровавшись в деятельности жрецов разума и порядка, покинул орден и поселился в уединённом домике в горах. Обычно слуги Отступника бывших жрецов Тарая на волю не отпускают…живыми. Но обстоятельства сложились таким образом, что вольнодумцу повезло. Принц Девлин и его друзья знали кое-что, способное изрядно подпортить жизнь верховному вершителю.

Поскольку принц должен был разыгрывать пьяницу и бездельника, общался со жрецами Тарая юный Светолюб Дражко, недавно получивший рыцарские шпоры. А лэр Ивор подтвердил его слова. Друзья до мелочей продумали разговор с верховным жрецом, якобы на караван с молодыми пленниками и краденым из казны золотом лэр Ивор и Светолюб Дражко наткнулись на охоте в приграничном лесу. Рыцари обещали молчать в ответ на свободу бывшего вершителя второй ступени. Спустя годы Ратмир Велеслав частенько размышлял, была ли гибель Светолюба случайной? Или ему отомстили слуги Отступника?

Отшельник задолжал королю Девлину и лэру Ивору услугу. Поскольку бывший вершитель второй ступени являлся одарённым магом мысли, ему ничего не стоило снять магический блок со Щаслава Боруна. Бывший тесть не может говорить? Ерунда! Отшельник вытянет из его башки всё…

Седмица прошла в томительном ожидании. Наконец на закате к Бранену приблизился отряд со стягом короля Девлина. Пять десятков верных воинов сопровождали бывшего вершителя второй ступени. Внешне Отшельник за пятнадцать лет совсем не изменился. Пятнадцать лет для сильного мага-долгожителя – ничто!

Наместник принял гостя в личных покоях. При встрече лэра Ивора и бывшего жреца Тарая присутствовали только Ёрш Дамир и сенешаль. Ратмир Велеслав коротко изложил Отшельнику суть произошедшего. Сухой, загорелый до черноты мужчина с внимательными тёмными глазами не произнёс ни слова, лишь согласно кивнул, выслушав просьбу наместника.

Отказавшись от ужина, бывший жрец бога разума и порядка спустился в сопровождении лэра Ивора и его доверенных лиц в подвал. Пленник дремал на топчане с подстилкой из соломы. Увидев вошедших, Щаслав Борун смерил злобным взглядом зятя и грязно, не хуже портового отребья, выругался. Лэр Ивор брезгливо поморщился.

Отшельник жестом указал наместнику и его людям отойти подальше от топчана, на котором сидел пленник. Маг разума неторопливо подошёл к убийце. Он не стал ни о чём его расспрашивать, просто сжал жилистыми руками плечи Щаслава Боруна и впился глазами ему в лицо. Пленник задёргался, побагровел, изо рта потекла пена, а после истошно закричал, завыл, словно голодный волк в зимнем лесу. Видимо, вторжение в мозг приносило ему невыносимые страдания.

Затем Щаслав Борун обмяк и, не поднимая головы заговорил, медленно выжимая из себя каждое слово дребезжащим старческим голосом. – Я пытался убить лэри Ярину, потому что ненавижу её мужа… Лэр Ивор любит жену, гибель женщины и нерождённого мальчишки лишила бы наместника покоя. И тогда он стал бы лёгкой добычей для служителей моего бога Тарая! Мне так сказали…Наместник давно сделался помехой для ордена. – Лэр Борун всхлипнул, вытер со лба пот и протяжно заскулил: – Мы должны убить всех, кто служит хитрецу Девлину! И власть короля падёт…

Отшельник провёл ладонью по лбу старика, допрашиваемый захрипел, завалился на спину и погрузился в сон.

Признание пленника лэр Ивор записал на кристалл памяти.

Через три дня в Любиче суд провинции во главе с наместником приговорил лэра Боруна к казни путём отсечения головы.

***

Ночью перед казнью на темницу, где держали Щаслава Боруна, напали. Охрану перебили за несколько малых оборотов. Если бы не судебный маг, нежданно заглянувший в караулку, осуждённому удалось бы сбежать. Воспользовавшись охранным артефактом, маг накинул Полог Неподвижности на нападающих и отправил единственного, волей судьбы уцелевшего стражника за подмогой в казарму, находившуюся рядом с дворцом наместника. О вторжении в темницу незамедлительно известили лэра Ивора.

Спустя половину оборота стража с двумя боевыми магами под командованием наместника окружила темницу. Каково же было удивление Ратмира Велеслава, когда среди обездвиженных заговорщиков он узнал близнецов!

Абсей опомнился первым. – Ты-ы-ы! – выкрикнул он, глядя на отца. – Ты сдохнешь первым!

Лицо юноши начало быстро меняться. Кожа в свете факелов сделалась бледно-зелёной, голова вытянулась, узкие губы разъехались, обнажив массивную челюсть с редкими крупными зубами, впавшие глазницы засветились зелёным пламенем. Абсей выкрикнул неизвестное заклинание, и облако болотного тумана окутало наместника и стражников. Но лэр Ивор был умелым боевым магом, а маги стражи имели при себе полные накопители магической энергии.

Защитный купол тотчас же накрыл Ратмира Велеслава и его окружение. Однако несколько человек стали жертвами смертоносного колдовства. Ядовитый туман разъел тела несчастных во мгновение ока. Умирающие орали, вопили, извиваясь на пожухлой траве с изъеденной болотной гнилью плотью.

Людевит и трое других заговорщиков пришли в себя и схватились за мечи. Лэр Ивор ударил по ним Ледяным Шквалом. Все пятеро попадали на землю. Наместник кивнул магам стражи, те шагнули к заговорщикам и сковали их магическими путами. Абсей и его брат ошарашенно таращились на отца, для них было новостью, что лэр Ивор – боевой маг воды.

Допрос заговорщиков не занял много времени. Отпираться им не имело смысла. Выяснилось, что Абсея, прирождённого мага разума, несколько месяцев назад не только посвятили в жрецы Тарая, но вдобавок по его желанию сделали боевым магом ордена. Юноша превратился в одного из тех, кого жрец Нура Юрась называл ренегатами.

Действие боевой магии ренегатов лэр Ивор видел воочию впервые, и возможные последствия при схватке с воинами короля и верными Девлину немногочисленными магами наместника ужасали. Если ренегат-новичок без труда смог бы положить отряд стражи, то на что способны опытные маги ордена?

Лэра Боруна казнили в полдень. Ратмир Велеслав смотрел на шаркающего по мостовой к помосту скрюченного старика в оковах, и на пару малых оборотов ему сделалось жаль бывшего тестя. Вскарабкавшись на помост при поддержке одного из стражников, Щаслав Борун обвёл ненавидящим взглядом собравшуюся толпу и неожиданно ухмыльнулся.

– Пришли посмотреть, как я буду умирать? Тупое быдло… Запомните – моя смерть ничто по сравнению с теми муками, что вас ждут, грязный ублюдки! – лэр Борун сплюнул и сам положил голову на колоду.

Народ на площади затих в предвкушении решающего момента. Палач взмахнул топором, и голова с пучками седых волос, словно кочан капусты скатилась на недавно обструганные доски. Тело старика с обильно кровоточащим обрубком шеи завалилось на бок. Наместник отвернулся.

***

Суд над заговорщиками назначили на второй день седмицы. Ратмир Велеслав смотрел на скованных магическими кандалами сыновей, и на душе у него было мрачно. Людевит испуганно озирался по сторонам, будто искал поддержки, Абсей же глядел на собравшихся с превосходством, как богатый господин на грязных рабов. Остальные трое молодых мужчин угрюмо, со сознанием собственной обречённости скорчились на скамье в железной клетке. Лэр Ивор невольно отметил, что парням не более шестнадцати-восемнадцати лет. Дружки и вассалы близнецов? Скорее всего.

В течение разбирательства наместник не проронил ни слова. Все подсудимые оказались представителями родовитых семейств, поэтому к казни посредством отсечения головы приговорили Людевита и вассалов близнецов. Абсея же, как мага, чьё колдовство убило четырёх стражников, должны были сжечь на костре.

Услышав заключительные слова судьи, Абсей вскочил и, задыхаясь, принялся сбивчиво требовать пересмотра приговора. Кто, мол, он, а кто те стражники! Жалкие простолюдины… Однако встретившись взглядом с суровыми лицами наместника и судей, юноша осёкся и беспомощно огляделся по сторонам. В следующий момент он увидел привольно разместившихся в ложе под балдахином жрецов Тарая. Отчаяние на лице Абсея сменилось надеждой. – Я один из вас! – выкрикнул он, обращаясь к жрецам бога разума и порядка. – Разве вы не видите?! Я не заслужил такой смерти…

Народ в зале замер. Опасно перечить жрецам всемогущего бога. Люди прятали глаза и отворачивались от ложи, где безмолвно застыли в ожидании завершения суда жрецы Тарая.

– Желаете что-то сказать в защиту этого человека? – после затянувшейся паузы спросил судья, обращаясь к красным плащам.

В ответ вершитель второй ступени отбросил капюшон и негромко проговорил: – В каждом стаде найдётся паршивая овца. Неразумными деяниями мальчишка опорочил имя Тарая и тем самым заслужил вынесенное судом наказание.

Абсей надрывно зарыдал и рухнул на скамью.

Лэр Ивор подавил рвавшийся наружу гнев. Слуги Отступника превратили глупого мальчишку в послушное оружие, и они, не раздумывая, отказались от своего адепта, когда того поймали и осудили! Оно и понятно. К чему жрецам Тарая порочить орден, когда доверие людей к красным плащам пошатнулось, и власть, того и гляди, выскользнет из их цепких рук?!

Единственное, что лэр Ивор сумел сделать для Абсея – передать ему через верного слугу в темницу зелье, превращающее человека в лишённую чувствительности к боли куклу.

Глава 13

Пролетело знойное, с тёплыми дождями лето. С полей убрали овёс и пшеницу, скосили пышные, сочные травы на горных лугах. На кустах и деревьях как-то незаметно пожелтели листья, и наступила осень, холодная и сухая. Ярко светило солнце, и с гор дули северные ветра.

Провинция под управлением нового наместника процветала. Отряды стражи переловили разбойников, грабивших купеческие обозы и мирных путников на лесных дорогах и горных тропах. Лэр Ивор снизил ввозные пошлины, и количество торговых судов, швартовавшихся в порту Колобрега удвоилось. Ремесленные гильдии увеличили производство местных вин, изделий из металла и кожи. А в Туманных горах открыли новые залежи серебра.

Предательство сыновей ожесточило Ратмира Велеслава. Власть в провинции сосредоточилась в крепких руках наместника, одетых в жёсткие кольчужные рукавицы. Повсюду у лэра Ивора имелись доверенные люди, бдительно наблюдавшие за деятельностью жрецов Тарая. Обозы, принадлежащие красным плащам, тщательно проверялись, в городках и сёлах, расположенных у подножия Туманных гор разместились военные отряды, в каждом отряде имелся боевой маг. Ратмир Велеслав усилил гарнизоны собственных замков испытанными в боях воями.

Не зная покоя, наместник седмицами мотался по провинции в тщетной попытке избавиться от душивших его горестных воспоминаний и дурных предчувствий. Лишь в Бранене подле молодой жены и сына лэр Ивор успокаивался, и печали на время уходили прочь.

Ратмир Велеслав полюбил сидеть в беседке с маленьким Акамиром, спавшим у него на руках, и наблюдать за Ярой, возившейся с помощницами в саду трав. После родов лэри Ивор похорошела, исчезла нервозная порывистость движений, с лица не сходил румянец, тонкая фигура женщины приобрела плавные, округлые очертания. Периодически появлялась Лиса с замковыми новостями и беззлобными, искромётными шутками. И по саду разливался весёлый смех.

Надёжную няньку для Акамира Златослава нашёл Ёрш Дамир. Низенькая подвижная женщина неуловимо напоминала Яре покойную жрицу Есению. По желанию лэри Ивор повитуху похоронили подле матери Яры на кладбище, покой которого хранили старый жрец Нура и Юрась.

Ёлка удачно вышла замуж за старшего сына главного оружейника, а заносчивая Горица пристроилась помогать старшей мастерице-швее. Надменная девица не столько помогала, сколько с важным видом бегала по замку, передавая часто выдуманные ею же распоряжения старшей мастерицы и болтая со служанками. Заботливая Миранда приставила к лэри Ивор двоих новых усердных служанок. Оценив ум и старательность Белицы и Ягодки, Яра взялась обучать их лекарскому делу.

***

Ратмир Велеслав отправился на несколько дней в Любич, прихватив с собой Ёрша Дамира, а Бренан оставил на сенешаля и Ладислава Идана. Полили затяжные, унылые осенние дожди. И Тихослав Умир расхворался. Ярина Светолика поила его отварами лекарственных трав и натирала ноющие суставы целебными мазями. Но от старости вылечить невозможно. Сенешаль сильно сдал за два осенних месяца, и гарнизоном управлял лэр Идан.

Оставив малыша Акамира на няньку Веденею, лэри Ивор с помощницами в перестроенном под лекарню садовом домике перебирали и раскладывали по полочкам травы, мази и готовые настои. Внимание лекарки привлекли приглушенные рыдания. Яра прислушалась, плач доносился из беседки.

Лэри Ивор вышла из лекарни и увидела скорчившуюся на скамейке Горицу. Девчонка уже не рыдала, а судорожно всхлипывала, вытирая распухшее красное лицо передником. Она не сразу заметила стоявшую перед ней госпожу. А потом попыталась сбежать. Но Яра крепко взяла Горицу за руку и насильно усадила назад на скамейку.

– Что случилось? Кто тебя обидел? – мягко поинтересовалась лэри Ивор.

В ответ девчонка опять разрыдалась, громко и безутешно.

Ярина Светолика нахмурилась. – Расскажи мне, что случилось, а я постараюсь тебе помочь, – настойчиво проговорила лэри.

Горица высморкалась в передник и недоверчиво посмотрела на госпожу, а затем упала на колени и, уцепившись в подол Яриного платья, быстро пробормотала: – Вы точно мне поможете, госпожа, да? Тогда дайте мне зелье, чтобы вытравить плод… Повитуха в деревне говорит, что уже поздно, пошёл шестой месяц, но я знаю – вы сумеете! Вы – магичка, а она всего-то обычная повивальная бабка…

Лэри Ивор нахмурилась. Убивать нерождённое дитя лекарка не желала. – Кто отец ребёнка? Я смогу устроить ваш брак.

Горица икнула, и слёзы ручьём полились по её щекам. – Не сможете, госпожа, он умер.

– Тогда я поговорю с Мирандой, она поможет найти мужчину, который согласится взять тебя в жёны, если я дам за тобой хорошее приданное.

– Не согласится! Никто не согласится, – выкрикнула в голос девчонка.

– Но почему? – удивилась Ярина Светолика.

– Потому что, – прошептала Горица. – Люди в замке догадываются, что отец ребёнка – лэр Людевит!

Яра ахнула. Пару малых оборотов лэри Ивор обдумывала обрушившуюся на неё новость. Выходит, девчонка носит бастарда сына её супруга! Плохо. А что, если ребёнок вырастет, наслушается врагов лэра Ивора и захочет отомстить деду? Имеется вероятность, что внук Ратмира Велеслава родится одарённым. Поначалу, пока внутренний источник юного мага не пробудился, достоверно узнать есть ли у малыша дар, невозможно. Вслух Ярина Светолика сказала: – Иди к себе и ничего не бойся! Я и лэр Ивор придумаем, как тебе помочь.

Горица поспешно убежала, а озадаченная Яра задержалась в беседке. Она размышляла, как Ратмир Велеслав воспримет новость, что у него через три с небольшим месяца появится незаконнорожденный внук. Лэри Ивор Горица раздражала. Нет сомнения, что её беременность – не следствие, причинённого над девчонкой насилия, а добровольный выбор Горицы.

Тщеславная и недалёкая девица вообразила себе не весть что, когда легла с молодым лэром. Да и Людевит, скорее всего, пообещал ей золотые горы. Наверняка простолюдинке было лестно стать наложницей лэра, знай себе угождай господину и ни о чём не волнуйся! А если наскучит знатному любовнику, лэр Людевит даст отставной подружке много денег и отпустит восвояси. Как бы не так! Яра вспомнила, какую судьбу готовил ей «достойный» рыцарь Орей Санко…

Что же делать? Магичка легко могла избавить девчонку от нежеланной беременности, вытравить плод несложно. Но всё Ярино существо противилось такому решению, убить нерождённого младенца – вызвать гнев Светлой Ари. Если богиня пожелала, чтобы ребёнок родился, значит, так тому и быть!

Выдать Горицу замуж с младенцем в утробе? Нет, это не выход. Самое разумное – признать бастарда рода Ивор, дать ему или ей соответствующее склонностям воспитание, а по достижению совершеннолетия обеспечить незаконному отпрыску Людевита достойное будущее. У многих знатных лэров есть бастарды, успешно проявившие себя в войске и на других поприщах.

Ратмир Велеслав вернулся в Бранен лишь на новой седмице. Выбрав подходящее для непростого разговора время, Яра рассказала супругу о беременности Горицы. Девчонка не лгала. Лекарка обследовала плод с помощью магии, отцом будущего ребёнка, мальчика, действительно оказался Людовит.

– Я не стану убивать, дитя! – решительно заявила мужу Ярина Светолика.

Лэр Ивор одобрительно усмехнулся и согласно кивнул. Спустя два дня Горицу отвезли в восстановленный монастырь Дары под Колобрегом. Когда бастард появится на свет и немного подрастёт, решится дальнейшая судьба его матери. Захочет выйти замуж? Хорошо. Получит приданное. Нет? Останется растить ребёнка в Колобреге. Когда мальчику исполнится семь, его отдадут в учение с учётом имеющихся у него способностей.

***

В середине листопада лэри Ивор в сопровождении отряда воинов под командованием Тихослава Умира отправилась в монастырь Светлой Ари навестить тётю Доброславу. Настоятельница страдала от неизвестной хвори, и никто из монастырских лекарок не мог разобраться, чем именно она больна. Яра сделала вывод, что болезнь Доброславы, скорее всего, имеет магическое происхождение. К сожалению, догадка молодой лекарки оказалась верной…

Сенешаль напросился в утомительную дорогу, чтобы поклониться богине и попросить её наполнить жизненной силой дряхлеющее тело. Старику хотелось успеть как следует подготовить к службе своего приемника, лэра Идана. Тихослав Умир был магом огня, но его внутренний источник еле теплился. Сколько сенешалю лет, пожалуй, знал лишь лэр Ивор. Одарённые, конечно, живут очень долго, но старость приходит к магам в считанные месяцы. Глаза Тихослава Умира начали терять зоркость, а руки держали меч не так крепко, как раньше.

Поскольку в границах провинции разбойные нападения на путников отошли в прошлое, лэр Ивор отправил с супругой относительно небольшой отряд сопровождения, всего сорок человек. Лэр Идан остался исполнять обязанности сенешаля Бранена. Ёрша Дамира пришлось отпустить в столицу во главе трёхтысячного войска. Бывший сотник-воспитатель давно стал первым советником и правой рукой наместника.

У короля Девлина имелись сведения, будто в День Поминовения жрецы Тарая готовят государственный переворот. Слуги Отступника рассчитывали воспользоваться назревающей угрозой нападения на королевство одновременно с юга и востока. По сведениям наблюдателей, многочисленная орда орков из южных степей вплотную приблизилась к границе с Артанией. Король Вагрии, сговорившись с орками, в кои веки объединившимися под властью верховного вождя, потребовал венуть якобы исконные вагрийские земли, когда-то захваченные прадедом Девлина. Посему большая часть артанской армии была отправлена на юго-восток, вдобавок Девлин пополнил гарнизоны крупных городов страны надёжными воинами, а в столице осталась лишь личная гвардия короля и городская стража.

Сам Ратмир Велеслав отбыл в доставшийся ему в наследство от старшего брата Торжень. Замок находился на юге Артании, примерно в ста пятидесяти леях от границы, и мог подвергнуться нападению орков в случае войны. Следовало убедиться в боеспособности гарнизона.

***

В монастырь благодаря солнечной сухой погоде прибыли быстрее, чем ожидалось. По пути Ярине Светолике захотелось заглянуть на кладбище, где покоились её мать и жрица Есения. Но лекарка сердцем чувствовала, что следует торопиться. Возможно, тётя Доброслава доживает последние дни. А навестить могилы дорогих людей и поболтать с хитрецом Юрасем Яра сможет на обратной дороге.

Встретили супругу наместника настороженно. Яра сразу заметила неладное. Лэри Ивор с удивлением глядела на молчаливых жриц, притихших воспитанниц, старавшихся быть незаметными послушниц-служанок, последние не имели никаких талантов, поэтому в жрицы их не посвящали. Во время болезни настоятельницы в монастыре заправляла жрица Отава. По традиции настоятельницу во время её болезни или отсутствия заменяла жрица, ведающая казной. Но старая Фелиция отправилась под опеку мрачного Нура минувшей зимой.

Заносчивая Отава, уже освоившаяся с ролью настоятельницы, умышленно заставила лэри Ивор и её сопровождающих дожидаться открытия ворот более двадцати малых оборотов. Обстоятельство, что около полудня монастырские ворота оказались запертыми, озадачило бывшую воспитанницу. На мгновение Яра испугалась, что опоздала, и тётя Доброслава умерла.

К счастью, настоятельница была ещё жива. По требованию супруги наместника её незамедлительно проводили в келью Доброславы. Надутая от осознания собственной важности Отава и вьюном крутившаяся вокруг неё Бажена сопровождали лэри Ивор. Ярина Светолика спиной чувствовала устремлённые на неё ненавидящие взгляды обеих женщин. Супруга наместника потребовала, чтобы её воины разместились в гостевом доме. Отаве пришлось согласиться. Лэри Ивор неприятно озадачил злобный блеск с примесью досады, промелькнувший на лице бывшей воспитательницы.

Дверь кельи открылась после настойчивого стука и громкого требования Ярины Светолики впустить её вовнутрь. На пороге появилась жрица Агния, постаревшая и ссутулившаяся от свалившегося на неё ответственности. Агнии помогали две немолодые послушницы-служанки. Отава и Агния обменялись неприязненными взглядами. Главная лекарка притворно засуетилась, забегала по келье, зыркая по углам. Едва Бажена подошла к столику со снадобьями, жрица Агния бесцеремонно её оттолкнула.

Да-а! Похоже, дело тут нечистое…

– Я вас не задерживаю! – распорядилась супруга наместника, указав Отаве и Бажене на дверь. Те принялись возмущаться. Ярина Светолика надменно приподняла брови. – Мне не хотелось бы повторять мою … просьбу!

В позе и голосе бывшей монастырской воспитанницы было столько властной уверенности, что Отаве и главной лекарке пришлось покориться.

Едва за ними захлопнулась дверь, Яра бросилась к тёте, откинула одеяло и ужаснулась внешнему виду Доброславы – на кровати лежал человеческий скелет, обтянутый сухой серой кожей. Глаза настоятельница были плотно закрыты. Яра провела ладонью по её лицу, и ресницы дрогнули. Медленно, будто с неимоверным трудом тётя Доброслава приподняла веки и молча посмотрела на племянницу. – При-ишла! – больная попыталась улыбнуться, но губы её чуть шевелились.

Яра сосредоточилась и осмотрела тётю магическим зрением. Внутренний источник Доброславы, ранее и так скромный, почти иссяк, отдав умирающему телу последние крохи магии. Болезнь высушила Доброславу изнутри. Лёгкие, печень и кишечник, словно пожирали невидимые паразиты.

– Как давно она болеет? – спросила магичка у жрицы Агнии.

– Почти три седмицы. Началось с сильной рвоты. Думаю, настоятельницу отравили, – призналась жрица Агния.

– Я тоже так считаю! – согласилась лекарка. Яра бегло осмотрела зелья на столике. Укрепляющие настойки и отвары, ничего по-настоящему действенного. Оно и понятно. Агния – не лекарка! А лекарок к настоятельнице, похоже, жрица не подпускала.

– Не доверяешь Бажене и другим? – вскользь поинтересовалась магичка. Ответ жрицы нисколько её не удивил.

– Не доверяю! – жёстко произнесла Агния.

Яра кивнула и подозвала Белицу с большой сумой из прочного холста в руках. Лэри Ивор сбросила плащ, надела передник и тщательно вымыла руки. По её приказу с настоятельницы сняли рубаху. Ярина Светолика налила в кружку настойки зверобоя и ледяной лапчатки, всыпала щепотку крапчатой плесени и добавила воды. Золотистая жидкость запенилась крохотными радужными пузырьками целительной магии.

Яра положила руки на голову и на грудь больной и не спеша подпитала измученное тело жизненной силой, составляющей основу магии целителей. Сердце Доброславы забилось сильнее. Далее следовало избавиться от яда. Лекарка напоила настоятельницу зельем из кружки, та закашлялась, и её вытошнило сгустками болотного цвета.

Магическим зрением Яра увидела там тысячи прозрачных паразитов, не червей, как в яде рогатых змей, а овальных «семян перловки» с множественными крохотными коготками. Очередное изобретение слуг Отступника? Ярина Светолика в этом не сомневалась. Позднее надо будет выяснить кто и как подсунул тёте отраву.

Зелье убивало паразитов намного медленнее, чем прозрачных червей, но убивало. Сутки напролёт лэри Ивор и Белица поили настоятельницу магическим снадобьем. Каждые два оборота Яра вливала в Доброславу магическую энергию. С удовлетворением магичка отметила, что скорость пополнения её внутреннего источника значительно возросла. Следствие противостояния колдовству слуг Отступника во время родов? Скорее всего.

К вечеру следующего дня Доброслава улыбнулась и попросила есть. Верная жрица Агния расплакалась и побежала на кухню за куриным бульоном. На то, чтобы окончательно избавить настоятельницу от паразитов потребовалось пять суток.

***

Пять суток Яра спала урывками. Когда угроза жизни и здоровью настоятельницы была устранена, магичка улеглась в постель и проснулась спустя четырнадцать оборотов. Прислушиваясь к доносившимся снаружи звукам, Ярина Светолика потянулась и нехотя приподнялась на подушках. Тотчас же к ней подскочила Белица.

– Госпожа, госпожа, вы проснулись! – обрадованно запричитала ученица лекарки. – Ваша тётя о вас спрашивала. Настоятельница велела сообщить ей, когда вы проснётесь. Госпожа Доброслава желает с вами поговорить о чём-то очень важном, – понизив голос, таинственно сообщила девушка.

– Знаю! – улыбнулась Яра и отпустила Белицу, догадавшись, что её ученице не терпится покопаться в монастырской библиотеке.

Спустя половину оборота лэри Ивор привела себя в порядок и вызвала Тихослава Умира.

– Кто-то пытался сбежать из монастыря? – выслушав пожелания светлого дня и прочих благ, осведомилась лэри Ивор.

– Да, моя лэри! Кухонная служанка. Она заявила, будто у неё в деревне заболела мать. Но, следуя вашему распоряжению, за ворота я её не выпустил.

– Хорошо. – По приезду в монастырь Светлой Ари Ярина Светолика, не обращая внимания на протесты Отавы, приказала Тихославу Умиру выставить у главных ворот и у малого входа для служителей храма воинов с магическими амулетами, разрушающими маскирующие чары.

– Соберите после ужина во дворе всех, кто находился в монастыре, когда мы прибыли, – попросила Ярина Светолика. Лэри Ивор твёрдо намеревалась найти отравителя или отравительницу. Обладай она магией мысли, при силе её источника легко бы заглянула в голову каждого. Но сейчас Яра намеревалась уговорить заняться поиском несостоявшегося убийцы владеющую магией разума Доброславу. Пусть внутренний источник настоятельницы слаб, но у лэри Ивор имелся мощный накопитель магической энергии. Черпая магию из накопителя, Доброслава, возможно, сумеет прочитать мысли обитателей монастыря и обнаружить пособника слуг Отступника.

Сенешаль выстроил обитателей и гостей монастыря в три ряда. Кто-то смотрел на лэри Ивор с недоумением, кто-то – испуганно, а кто-то – с добродушным любопытством. В первом ряду стояли жрицы. Во втором – воспитанницы и послушницы. В третьем – гости. В четвёртом -- слуги. Настоятельница посчитала разумным скрыть от присутствующих имеющийся у неё накопитель. Подвешенный на золотой цепочке сияющий солнечным светом жёлтый топаз, размером со сливу Доброслава спрятала под одежду.

Настоятельница и Ярина Светолика неторопливо, останавливаясь на один-два малых оборота прошли мимо выстроившихся жриц. К разочарованию лэри Ивор, ни властолюбивая Отава, ни завистливая Бажена к отравлению причастны не были. Последней в ряду стояла Вратка. И тут Доброслава замерла с окаменевшим лицом.

– Она! – уверенно указала настоятельница на лекарку. Вратка завизжала, вырываясь из крепких рук воинов.

Не дожидаясь, когда до неё дойдёт очередь, кухонная служанка, та самая, которая просилась отпустить её к больной матери, рванула к воротам. Но сбежать не удалось. Вратку и служанку скрутили и отвели в темницу. Других пособников красных плащей не обнаружили.

Тихослав Умир решил провести дознание безотлагательно. Настоятельница и лэри Ивор решительно воспротивились пыткам, обычно применяемым при допросе. Физическое насилие в равной степени претило Доброславе и Ярине Светолике. Да и зачем, если настоятельница владеет магией разума?

– Почему, Вратка? – не прибегая к магии, спросила настоятельница.

Рыжая лекарка смотрела на Доброславу затравленным зверем, и всё же в глазах Вратки Яра разглядела некое непонятное превосходство, словно та знала нечто такое, что было неизвестно ни лэри Ивор, ни настоятельнице.

Доброслава повторила вопрос. И тогда Вратка выдала: – Каждый день слышу «будь доброй и милосердной, трудись и ничего не жди взамен, служи Светлой Ари», а что я видела кроме тяжёлой работы? Тарай благодарен своим служителем. Он способен дать слабому магу силу! А что мне дала ваша богиня? Ничего! – голос лекарки сорвался, и она презрительно плюнула в лицо настоятельнице. Однако плевок цели не достиг, Доброслава отшатнулась в сторону. – Девке-простолюдинке жрецы великого Тарая пообещали богатого жениха, – продолжала Вратка. – О чём ещё могла мечтать низкая тварь? А меня ждало истинное могущество…

Ярина Светолика сжала локоть настоятельницы и достала из поясной сумочки кристалл памяти. Доброслава понимающе кивнула и коротко произнесла: – Хватит! Кто именно дал вам яд? – вопрос настоятельница подкрепила магическим посылом.

Вратку и служанку скрутили судороги, у обеих изо рта хлынула кровь. Служанка умерла быстро, а обладающая целительской магией Вратка промучилась четверть оборота. Слуги Отступника отлично умели избавляться от проваливших задание пособников. Отравительницам при помощи магии внушили приказ умереть, как только начнётся дознание.

Перед отъездом настоятельница вручила племяннице шкатулку. Шкатулка оказалась слишком тяжёлой для своих размеров, Яра еле её удержала.

– Открой! – потребовала Доброслава.

Ярина Светолика осторожно приподняла крышку. В шкатулке со стенками, обитыми сплавом меди и серебра с крохотными вкраплениями радиума, редкого минерала, маскирующего магию, лежал печально знакомый лекарке артефакт-морион – Ярость Двуединого. Артефакт спал, слабый огонёк слабо светился в глубине чёрного камня. Яра смотрела на творение древнего Тёмного Искусника с ужасом и восхищением.

– Почему ты решила отдать морион мне? – тихо спросила лекарка.

– Потому что ты единственная из тех, кого я знаю, способна использовать его силу. И ты, и я понимаем, что слуги Отступника не остановятся, идёт большая война. Надеюсь, Ярость Двуединого поможет тебе в трудное время.

Лэри Ивор благодарно наклонила голову и захлопнула шкатулку.

Глава 14

В Бранен Ярина Светолика выехала рано утром. Настоятельница уговаривала племянницу задержаться ещё на несколько дней. Но Ярина Светолика торопилась увидеть сына. Молодая женщина прекрасно понимала, что оставила малыша Акамира под присмотром надёжных людей. Лиса, нянька Веденея и старательная, проворная Ягодка искренне привязаны к мальчику и не спускают с маленького лэра глаз. Однако две неполные седмицы разлуки с сыном лэри Ивор страдала так, будто оставила в Бранене вместе с ребёнком частицу себя.

Как на зло полили дожди, тягучие и затяжные. Но Ярина Светолика всё-таки заехала на кладбище, постояла у могил дорогих людей и принесла дары суровому Нуру. К разочарованию лэри Ивор, Юрася на кладбище не оказалось. В ответ на вопрос Яры, где молодой жрец, его наставник многозначительно хмыкнул и заявил, что помощник заболел и отправился в отдалённое село к опытному травнику за лекарствами. Чему лэри Ивор нисколько не поверила. Небось, Юрась опять следит за слугами Отступника где-нибудь в Туманных горах!

В Руайян заезжать не стали. К нежеланию госпожи остановиться в городской гостинице Тихослав Умир отнёсся с пониманием. Мать есть мать! А Ярина Светолика – трепетная, ответственная и любящая мать. Дождь временно прекратился, и следовало до наступления темноты воспользоваться возможностью проехать дополнительно десяток-другой лей. Переночевать можно на постоялом дворе в торговом селе, раскинувшемся вдоль тракта.

До села оставалось не более пяти лей, когда отряд углубился в лес. В быстро сгущающихся сумерках дорога едва просматривалась. Зажгли факелы. Внезапно сердце Яры тревожно сжалось, на магичку обрушилось острое, болезненное ощущение приближающейся беды. Лэри Ивор остановила лошадь и подозвала Тихослава Умира.

Старик тоже что-то почувствовал, он беспокойно озирался по сторонам, вглядываясь в чащу. – Моя лэри! Нам следует поспешить, что-то здесь не так! – взволнованно произнёс маг.

Ярина Светолика согласно кивнула. По знаку сенешаля пришпорили лошадей. Впереди упала старая сосна и перегородила отряду дорогу. Затем из леса потёк густой болотный туман, обволакивая сгруппировавшихся людей лэри Ивор. А из тумана вынырнули чудовищные твари…

Яра с ужасом глядела на огромных рогатых змей и похожих на гигантских бронированных пауков чудовищ. Отчаянно взвизгнула Белица, её смирная рыжая кобылка встала на дыбы. Ученица лекарки с трудом удержалась в седле. Опытные воины промедлили считанные мгновения. Но этого хватило, чтобы твари растерзали половину отряда. Оставшиеся воины отбивались, защищая госпожу. Боязливая кобылка Белицы в панике жалась к буланому жеребцу лэри Ивор.

Тихослав Умир обернулся к Яре и крикнул: – Простите меня, моя лэри! И прощайте…

Старик рванулся вперёд, и тварей поглотило пламя, сорвавшееся с ладоней мага огня. Чудовища пронзительно завизжали. Яра видела, как неподалёку заживо сгорающая рогатая змея била огромным хвостом. Тихослав Умир обмяк в седле, а после свалился замертво под копыта лошадей. Старый маг полностью опустошил иссякающий внутренний источник и отдал собственную жизненную силу в попытке сжечь чудовищ. Он знал, что его магии хватит лишь на единственную атаку, способную поджарить сколько-то тварей, угрожающих жизни лэри Ивор. Видимо, Тихослав Умир рассчитывал, что магическое пламя ненадолго задержит чудовищ, и Ярина Светолика с оставшимися войнами сумеют оторваться от тварей ренегатов и спастись.

Магическое пламя действительно задержало чудовищ, на несколько малых оборотов. Однако твари настигли лэри Ивор, перепуганную, но крепко державшуюся на лошади Белицу и пятерых уцелевших воинов за поворотом.

Мысли Яры метались в смятении. Она вспомнила о Ярости Двуединого в седельной суме. Но, увы, артефакт не был заряжен! Тогда лэри Ивор сосредоточилась и попыталась, как во время родов пробудить в себе боевую магию Двуединого. Но непривычное для магички-лекарки смертоносное заклинание подчинялось плохо. Наверно потому, что Яра боялась вместе с тварями ренегатов убить Белицу и горстку уцелевших воинов.

Гадина выбросила вперёд плоскую рогатую голову и выдернула из седла ближайшего воина, сминая его тело мощными челюстями. Вдруг раздался крик: – Лэри Ивор оставайтесь на месте! – голос незнакомца, доносившийся откуда-то из-за деревьев, звучал резко и властно. Четверо оставшихся воинов окружили Ярину Светолику.

Внезапно тварей ренегатов накрыло облако тёмной пыли, и чудовища начали быстро разлагаться. От их визга резало уши. Немного погодя над лэри Ивор и её защитниками повис магический светляк, размером с голову ребёнка. И ошеломлённая Яра разглядела копошащиеся в чёрной пыли останки тварей слуг Отступника.

– Сеть Праха! – спокойно пояснил появившийся из лесу мужчина в плаще с капюшоном. – Одно из самых действенных боевых заклинаний некромантов.

Лэри Ивор молчала, воины окружили Ярину Светолику плотным кольцом и с суеверным страхом смотрели на тёмного мага. Тот уверенно приблизился и откинул капюшон. – Не бойтесь! Я не причиню вам вреда, – проговорился незнакомец глубоким, низким голосом.

Светлые, почти белые платиновые волосы падали на худое лицо мужчины. Внешне ему можно было дать и двадцать пять, и сорок, будь некромант обычным человеком. Истинный возраст мага выдавали глаза, умные, насмешливые и усталые. – Всё-таки я немного опоздал, – с сожалением подытожил незнакомец. – Почти все ваши люди погибли.

– Кто вы? – хрипло спросила Яра, силясь проглотить вязкую слюну, подступившую к горлу.

– Моё имя вам ничего не скажет, – улыбнулся мужчина. – Прохожий, который случайно подоспел на огонёк!

В подобные случайности Ярина Светолика не верила. В прищуренных очах некроманта, с яркими, отливающими зеленью радужками заплясали весёлые огоньки. Он свистнул, и на дорогу выскочил сухощавый чёрный жеребец. Лэри Ивор узнала в коне незнакомца одного из бешено дорогих фарсийских скакунов.

– Провожу вас до села, прекрасная лэри! А то вдруг наткнёмся на нежданных попутчиков. – Некромант вскочил в седло и сделал воинам Ярины Светолики знак следовать за ним. Те безропотно покорились.

Около полуночи подъехали к селу.

– Был счастлив познакомиться с очаровательной лэри! – незнакомец нарочито почтительно наклонил голову и, махнув на прощание рукой, скрылся в темноте.

***

На постоялом дворе Ярина Светолика осмотрела и залечила раны уцелевших воинов из отряда сопровождения. К счастью, серьёзных ран не имелось. Лишь у паренька лет восемнадцати была сломана ключица и разбита голова. Теперь следовало подумать, как поступить в сложившемся положении.

Первое. Известить о происшествии супруга и лэра Идана. Обоим Ярина Светолика отправила магического вестника с кратким описанием нападения на отряд. Магии на защиту вестников от воздействия слуг Отступника пришлось затратить немало. Вдобавок путь до Торженя, где в настоящее время находился наместник, неблизкий. Пришлось опустошить внутренний источник на треть.

Второе. Лэри Ивор написала письмо настоятельнице с просьбой позаботится о достойных похоронах Тихослава Умира и других погибших, точнее, разбросанных по тракту останках. С письмом в монастырь Светлой Ари отправился старший сын владельца постоялого двора и с ним трое крепких парней.

Третье. Остаться в ожидании помощи на постоялом дворе или продолжить путь в Бранен? Ренегаты вряд ли решатся на повторное нападение. Но они точно где-то неподалёку. Затаились. Чего ждут от лэри Ивор слуги Отступника? Поспешного бегства в Бранен или в монастырь под защиту крепких стен? Нет, она останется в селе до выяснения обстоятельств происшествия!

Скорее всего, на постоялом дворе скрывается соглядатай жрецов Тарая, тайно наблюдающий за супругой наместника. Почему-то в этом Ярина Светолика не сомневалась. С момента прибытия на постоялый двор лэри Ивор постоянно ощущала чей-то недобрый взгляд за спиной. Кто соглядатай, он или она предстояло выяснить.

Пожалуй, легче всего снова прибегнуть к помощи Доброславы. Но здесь имелась одна загвоздка – Яра не желала подвергать опасности жизнь настоятельницы. В монастыре владеющая магией мысли Доброслава разоблачила отравительниц с помощью накопителя магической энергии племянницы. Если жрецы Тарая убедятся, что настоятельница способна самостоятельно увидеть скрытые намерения, её убьют! Пока слуги Отступника считают, будто Доброслава всего лишь чувствует эмоции и настроение людей, тётя в относительной безопастности.

Лэри Ивор подозвала Белицу. Девушка, напившись успокоительного зелья, ворочалась в углу на лежанке.

– Как ты? – спросила Яра.

– Хорошо, госпожа, – прошептала Белица.

Ярина Светолика усмехнулась и ободряюще сжала узкую холодную ладошку ученицы в своей руке. – Ничего! Мы уцелели, это главное… Вернёмся в Бранен, и жизнь наладится, – убеждённо проговорила лэри Ивор. – Но прежде я должна найти и покарать убийц. – Лицо магички сделалось жёстким, а радужки затопила тьма.

Белица с опаской посмотрела на лекарку и закивала.

– Не бойся! – Ярина Светолика погладила девушку по щеке.

– Моя лэри, – робко заговорила Белица. – Вы не заметили, как смотрел на вас у ворот помощник конюха? – волнуясь, спросила девчонка.

– И как? – заинтересовалась Ярина Светолика.

– Плохо смотрел, зло! Парни глядят на вас, госпожа, с восхищением, а этот, словно вот-вот бросится и проткнёт ножом.

– Тебе не почудилось? – с сомнением уточнила Яра.

– Нет, госпожа! – твёрдо ответила Белица. – После в обеденном зале парень указал на вас взглядом подавальщице в красной юбке. Люди всегда смотрят в первую очередь на господ, на слуг обращают мало внимания. А слуги замечаю многое…

– Какая же ты служанка?! – рассмеялась Ярина Светолика. – Ты – ученица лекарки, приближённая супруги наместника.

– Помощник конюха и подавальщица этого не знают.

– Верно! Твои предположения я проверю. И спасибо, Белица. Не растерялась, твоей наблюдательности многие позавидуют.

Ученица лекарки покраснела от смущения и удовольствия.

Перед тем, как лечь спать, лэри Ивор начертила защитные руны изнутри на двери и окнах её спальни и двух расположенных по обе стороны от комнаты Ярины Светолики помещениях, где ночевали воины из охраны. Об этих рунах Яра недавно вычитала в книге по прикладной магии из библиотеки наместника. Магичка впервые опробовала на практике новое для неё заклинание. Вроде получилось.

***

Миновал первый оборот после полуночи, а лэри Ивор не спалось. Ярина Светолика прислушивалась к ровному дыханию Белицы, к барабанящим по крыше каплям дождя и думала о незнакомом некроманте. Тёмный маг легко расправился с пятью или шестью тварями ренегатов. Откуда он взялся? Кто он такой? Манеры не простолюдина, а знатного, образованного лэра. Ездит на дорогом скакуне. Некромант признался, что опоздал. Выходит, он откуда-то узнал о готовящемся покушении на супругу наместника. Откуда? Яра нисколько бы не удивилась, узнай она, что тёмный маг и скрытный хитрец Юрась связаны общим делом. Не жрец ли Нура попросил некроманта присмотреть за супругой наместника? То-то его наставник так загадочно улыбался!

Лэри Ивор заново пролистала в памяти каждое мгновение встречи с тёмным магом. Тогда от зоркого, насмешливого взгляда незнакомца у Яры перехватило дыхание, и кровь жарко прилила к лицу. Ярина Светолика вдруг ощутила зародившуюся между нею и тёмным магом незримую связь. Наверно такое произошло потому, что и некромант, и Яра обладают магией Двуединого, рассудительно умозаключила магичка. Или нет?

Ярина Светолика вспомнила, как незнакомец играючи вскочил в седло, приблизился к ней, и в его глазах промелькнула нежность, да, нежность… Молодая женщина отогнала внезапно нахлынувшие желание. Полное безрассудство! Она – супруга наместника, Ратмир Велеслав – замечательный муж и отец. Лэри Ивор должна выбросить из головы недостойные мысли, порочащие её честь!

Некстати в памяти всплыло предсказание румейки. Полтора года назад монастырская воспитанница, намеревавшаяся принять посвящение, не поверила словам гадалки «вижу двух мужчин, один будет любить тебя, другой станет твоей истинной любовью, запретной и необузданной…». Сейчас упоминание второго мужчины Яру пугало. Ярина Светолика сердито натянула одеяло до подбородка и перевернулась на другой бок.

***

Утром лэри Ивор попросила Белицу потихоньку понаблюдать за подавальщицей в красной юбке. Немного подумав, Ярина Светолика вызвала того самого парня из охраны, которому вчера залечила сломанную ключицу. Молодой воин чувствовал себя хорошо.

От оказанной ему чести парень смутился. Как же, супруга наместника желает побеседовать с младшим по рангу охранником! Он стоял у порога, переминаясь с ноги на ногу, пока Ярина Светолика не пригласила его войти и не заставила сесть на стул.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Орлик Ратко, – представился парень. – Охранник третьей ступени, служу в Бранене второй год! – немного осмелев, отрапортовал молодой воин.

Лэри Ивор, прикрыв глаза, вглядывалась в ауру воина. Обычный человек. Но алые и синие искры в ауре говорят о сообразительности и быстром уме. Пожалуй, он справится. – Вот что, Орлик Ратко, у меня есть подозрения, что помощник конюха, который вчера ставил в стойло наших лошадей, как-то связан с теми, кто натравил на отряд чудовищ.

Парень замер и побледнел, отчего на белокожем лице с острыми скулами отчётливо проступила россыпь веснушек. – Почему вы так решили, госпожа? – спросил охранник и снова смутился. Негоже простолюдину задавать вопросы знатной лэри.

– Я не уверена, но поведение помощника конюха мне вчера не понравилось! Вероятно, я ошибаюсь, – Яра не стала рассказывать о Белице. К чему девушке терпеть насмешки воина, если её подозрения не подтвердятся? – Ты не мог бы поближе с ним познакомиться и немного понаблюдать? И никому не рассказывай о моей просьбе.

– Сделаю, моя лэри! – глаза парня азартно сверкнули.

– Но, прошу, будь осторожен!

– Буду, госпожа! – парень поклонился и ушёл.

Позднее к лэри Ивор подошёл вчерашний посыльный и передал письмо от тёти Доброславы. Настоятельница отправила охранников монастыря собрать останки погибших. К полудню они приедут на место. Ярина Светолика, не слушая возражений, отправилась в сопровождении трёх воинов к жрецу Нура. Белицу и Орлика Ратко она оставила на постоялом дворе приглядывать за помощником конюха и подавальщицей в красной юбке.

На кладбище лэри Ивор встретили старый жрец и Юрась.

– Почему вы не уехали в Бранен? – резко, без малейшего почтения спросил Юрась, когда его наставник отправился готовиться к погребальному обряду.

– Потому что ренегаты ждут от меня именно этого! – парировала Яра.

Молодой жрец Нура задумался. – Скорее всего, они снова залезли в свою нору. Но кто знает? В твоём предположении что-то есть.

– Скажи мне, дорогой земляк, где ты пропадал?

– А это не для ушек прекрасной лэри! – фыркнул Юрась.

– Ладно! Пусть так. У всех свои секреты. Правда, Ран? – Сокол, взмахнув крыльями, уселся на скамейку напротив Ярины Светолики.

– Тебе случайно не знаком маг-некромант с белыми волосами? – задала второй вопрос Яра.

Собеседник многозначительно приподнял брови и промолчал.

– Понятно, значит, знаком, – сделала вывод магичка. – Ты попросил его охранять отряд? Откуда узнал, что готовится нападение?

Юрась шумно вздохнул. Один-два малых оборота жрец Нура молчал, видно, размышлял стоит ли делиться с супругой наместника тайнами? Потом вполголоса проговорил. – Ран обнаружил за вами след и передал мне, что видел троих ренегатов, управляющих десятком тварей, слуги Отступника двигались по направлению к Руайяну. Предположил, что красные плащи готовят нападение на лэри Ивор, супруга наместника обязательно остановится в городе... Никак не пойму, где нора ренегатов?! От Туманных гор неблизко, три дня пути. Получается, маги красных плащей оборудовали новое логово где-то вблизи Руайяна. Догадаться, на кого идёт охота, особого труда не составляло. Полагаю, болезнь настоятельницы послужила, чтобы выманить вас из Бранена, высокородная лэри Ивор.

Ярина Светолика вздрогнула и сдавила пальцами виски.

– Помощь подоспела почти вовремя, Доброслава здорова, отравители разоблачены, а желанная рыбка вот-вот попадётся на крючок! – продолжал жрец Нура.

– Почему слуги Отступника не напали, когда мы ехали в монастырь? – удивилась Яра.

– Наверно ожидали, что вы отправитесь с большим обозом, как прочие лэри, а вы ехали налегке и очень быстро. Попросту не успели подготовиться. Когда Ран сообщил мне о ренегатах, я отправил кое-кому весточку с просьбой присмотреть за вами. Вот и всё.

– Спасибо, Юрась! Я этого никогда не забуду, – проговорила Ярина Светолика. Расспрашивать о некроманте она не стала. – Прошу тебя, передай тому магу, что я его должница.

Жрец Нура кивнул.

Останки Тихослава Умира и погибших воинов похоронили спустя два дня в присутствии лэри Ивор и настоятельницы монастыря Светлой Ари. Бывший боевой маг огня и сенешаль замка Бранен умер достойно, защищая свою госпожу и его людей. Старый жрец Нура произнёс торжественную поминальную молитву и по известным лишь ему приметам объявил, что бог-хранитель покоя мёртвых взял Тихослава Умира и погибших воинов под своё покровительство.

Помощник конюха и подавальщица скрылись в неизвестном направлении в день похорон. Позднее выяснилось, что никто на постоялом дворе ничего толком о них не знал. Пришли месяц назад и попросили взять их на работу. Вели себя тихо, нареканий хозяев не вызывали, держались от прочих работников особняком.

Глава 15

На постоялом дворе лэри Ивор провела ещё четыре дня, дожидаясь, когда появится новый отряд сопровождения. Пятьдесят воинов из Драгомира привёл незнакомый маг огня. Ратмир Велеслав прислал в ему письмо с просьбой сопроводить супругу в Бранен.

Воины из Драгомира внешне здорово отличались от сухощавых, подвижных и говорливых обитателей долин – высокие, плечистые здоровяки, темноглазые, черноволосые и мрачные. Орлик Ратко и двое других уцелевших стражников из Бранена заметно нервничали в присутствии горцев и по мере возможности старались не подпускать их к своей госпоже.

Лэр Дрогорад Раво, предводитель воинов из Драгомира, огромный мужчина с заросшим чёрными курчавыми волосами лицом внушал окружающим трепет, но Яра заметила время от времени мелькавшую в чёрных глазах искромётную улыбку и успокоилась. Ратмир Велеслав прекрасно разбирался в людях и, без сомнения, отправил за супругой достойного человека! Но сообщение лэра Дрогорада о том, что орки перешли южную границу Артании, захватили две крепости и разорили несколько сёл, сильно расстроили Ярину Светолику. В воздухе снова запахло войной.

Объединённые войска стражей границы и наместника южной провинции остановили орду всего в сорока леях от Торженя. Король отправил на юг лучших боевых магов и опытных солдат, что указывало на серьёзность обстановки в приграничьи. И лэр Ивор с его отрядами со дня на день вступит в бой...

После услышанного Яра долго не могла успокоиться, переживала за мужа. По словам лэра Долгорада, война не должна растянуться надолго, но лекарка на собственном опыте знала, что такое боевые действия, и как непредсказуема и капризна военная удача. До глубокой ночи Ярина Светолика молила Светлую Ари сохранить жизни мужа и его людей.

Выехали рано утром. Лэри Ивор удивилась, когда неожиданно по дороге к отряду сопровождения присоединился Юрась. Впоследствии оказалось, что маг огня лэр Раво отлично знаком с молодым жрецом Нура. Во всяком случае, болтали они, как старые приятели. Хитрюга Юрась предусмотрительно держался от жаждущей объяснений лэри Ивор на расстоянии. Яра хмурилась и злилась. Что за секреты от неё у жреца Нура и мага огня?! Всё-таки лэри Ивор супруга наместника. Переговариваются вполголоса, рыскают глазами по окрестностях и отмалчиваются, а Ярина Светолика безрезультатно пытается вытянуть из них правду!

Отряд намеренно объезжал города и сёла. Припасов хватало. А привлекать лишнее внимание местных лэр Дрогорад не стремился. Первый большой привал сделали на поляне, окружённой молодым ельником. Поляна располагалось на возвышении, и местность просматривалась превосходно. Рядом протекала узкая, быстрая речка с кристально чистой водой. Супруге наместника и Белице поставили шатёр. А лэр Раво, Юрась и воины устроились на траве.

В темноте изнывающая от любопытства Яра прокралась к костру, возле которого сидели предводитель горцев и жрец Нура. Мужчины негромко обсуждали боевые действия на юге, затем разговор перешёл на слуг Отступника. Ярина Светолика навострила уши.

– Мы выжгли логово ренегатов вместе с их тварями, но кое-кому удалось сбежать! – рокочущим баском рассказывал лэр Раво. – Скорее всего, где-то в горах у них собственная крепость с большим гарнизоном.

– Я с тобой согласен, – задумчиво проронил в ответ Юрась. – Ран наблюдал с воздуха, как несколько крупных вооружённых отрядов стражи красных плащей спускались с гор.

– Не знаю, сколько времени у нас осталось до того, когда ренегаты начнут открытую войну?! – Лэр Дрогорад сжал тяжёлые кулаки. – Сейчас войска короля и наместников сосредоточены вблизи границ. Боевых магов, способных уничтожать тварей ренегатов, немного. Да мы вообще толком не представляем, на что способны маги слуг Отступника!

– Мы будем биться несмотря ни на что, иначе Артания погибнет, превратится в жалкую страну рабов и господ-ренегатов. – Юрась зло сплюнул в костёр. – Жаль, магов-некромантов уцелело мало. Для них твари красных плащей – лёгкая добыча!

– К счастью, с нами один из них, – ободряюще улыбнулся лэр Раво.

– Магия Нура в первую очередь – демонология. Боевые некроманты – другой уровень, – скромно признался жрец Нура.

– Не прибедняйся, видел в Ястребином урочище, на что ты способен! И безмерно рад, что ты едешь с нами.

Собеседники замолчали, каждый задумался о чём-то своём. Яра потихоньку вернулась в шатёр, где старательная Белица приготовила постели. Лэри Ивор молча улеглась и до подбородка закуталась в одеяло. Ей хотелось спокойно поразмыслить над услышанным. Перед глазами непрошенно встало лицо незнакомого беловолосого мага. Кто он? А вдруг таинственный некромант незаметно следует за отрядом, сопровождающим супругу наместника? Ярине Светолике нестерпимо захотелось вновь увидеть её спасителя. Но потом здравый смысл взял верх, и лэри Ивор заставила себя выбросить из головы романтичные мысли о тёмном маге. Незаметно Яра уснула. Во сне она страстно целовала мужа, обнимала малыша Акамира, гладила покрытую тонкими тёмными волосиками головку сына и смеялась от счастья.

***

Отряд свернул с главного тракта на дорогу к Бранену. Ярина Светолика в радостном предвкушении встречи с сыном разглядывала знакомые места, до замка оставалось всего полдня пути. Белица и воины из Бранена тоже повеселели. Жеребец лэри Ивор уверенно скакал по проторенному пути, расслабившись, Яра плавно погрузилась в мечты.

Дорога круто свернула к подножию холма, где рвались в небо пирамидальные тополя. Шум и крики впереди отвлекли лэри Ивор от её мыслей. Яра привычно пришпорила коня, но Юрась поспешно перегородил путь.

– Не езди туда! – глухо произнёс он. – Не смотри…

– На что? – напряглась Ярина Светолика. И, не обращая внимания на протесты жреца Нура, пустила жеребца вскачь. Белица и воины из Бранена последовали за госпожой.

Лэри Ивор приблизилась к плотной группе спешившихся горцев. Воины послушно расступились перед супругой наместника, и Яра увидела привязанные к тополям мёртвые тела – двоих мужчин и женщину со спутанными тёмными с сединой волосами. Истошно закричала, зарыдала Белица. Воины из Бранена замерли, словно вкопанные.

Кровь отлила от лица лэри Ивор. Ярина Светолика непроизвольно направила коня вперёд, судорожно вздохнула и подавила подступившую к горлу тошноту. У всех троих мертвецов были вспороты животы. В вывалившихся наружу кишках копошились жирные белые личинки мух. Ветер разогнал трупную вонь, однако сладковатый запах тлена и вонь человеческих нечистот вблизи мертвецов заставили лекарку поморщиться. Орлика, застывшего за спиной госпожи, вырвало. Лэри Ивор обернулась и жестом приказала парню отъехать.

– Гады! – рыкнул невысокий бородатый крепыш, Яра вспомнила, что он был десятником в отряде сопровождения, перебитом в схватке с созданиями слуг Отступника.

Сжав зубы, лэри Ивор продолжала напряжённо разглядывать погибших, всех мертвецов она хорошо знала при жизни. В середине – старший мастер оружейник, кисти могучих рук мужчины обуглились, на грудной клетке – ссадины и кровоподтёки, пальцы на ногах отрублены. Справа от оружейника – ключница Миранда, выходит, к родным она так и не доехала, а, может, возвращалась назад. Тело женщины, как и подростка четырнадцати лет было избито, конечности переломаны. Убийцы вволю поглумились над несчастными жертвами.

Но самое ужасное – и у мастера-оружейника, и у Миранды, и у паренька-подмастерья на искажённых предсмертной мукой лицах не было ни царапины. Палачи позаботились, чтобы мертвецов сразу узнали.

Ярина Светолика подняла голову и увидела вырезанные на деревьях знаки служителей Тарая – молнии, разбивающие камень. Сдерживая рвущийся наружу крик, лэри Ивор коротко приказала снять тела.

– Нельзя! – вмешался подоспевший Юрась. – Приглядитесь внимательно, лэри. – Жрец Нура указал на зелёные разводы на восково-жёлтой коже мертвецов. – Трупы отравлены.

Лекарка поняла, от чего предостерегал Юрась. Неизвестный яд, проникнув в телах несчастных в Бранен, вполне возможно вызовет заражение обитателей замка.

По молчаливой просьбе супруги наместника к мертвецам подошёл лэр Дрогорад. Спустя малый оборот с ладоней мага огня сорвались огненные струи. Пламя поглотило тела мастера-оружейника, ключницы Мираны и мальчишки-подмастерья. Жрец Нура собрал пепел в холщовые мешочки и с молитвой похоронил на склоне холма. Освобождённые души страдальцев устремились в небесный храм дожидаться нового рождения. Невинные жертвы всегда получают от богов другую жизнь, которая, вероятно, окажется более счастливой, чем предыдущая…

***

В Бранен прибыли к четырём оборотам после полудня. Ярину Светолику поразила тишина, стоявшая на замковом дворе. Встречать лэри Ивор выбежали Лиса и Ягодка, да дюжина воинов. Лекарка невольно отметила, что у каждого воина имелась повязка.

– Что произошло? – вместо положенного приветствия спросила Ярина Светолика.

– Пропал главный мастер-оружейник и его подмастерье, – ответила, шмыгая на ходу покрасневшим носом, Лиса. – Муж и все способные держать оружие мужчины отправились на поиски. Прошло пять дней, а их нет и нет! – Слёзы покатились по лицу подруги. – Десять дней назад дозорный отряд наткнулся на неизвестных чудовищ, выжили только они. – Лиса повернулась к раненым воинам.

Лэр Раво и Юрась переглянулись.

– Где произошло нападение? – деловым тоном осведомился горец.

Из группы воинов выступил светловолосый мужчина с повязкой на голове. Уцелевший глаз мужчины яростно сверкнул. – Десятник Серко Борич, – представился воин. – Могу указать на карте, где на нас напали.

Лэр Дрогорад кивнул. Жрец Нура что-то ему прошептал и указал на небо. Там парил сокол.

– Мы нашли тела мастера оружейника, мальчика и ключницы Миранды, – бесцветным голосом сообщила Ярина Светолика. – Сейчас пошлю к лэру Идану магического вестника, пусть возвращается!

Лиса неуверенно улыбнулась и вытерла набежавшие слёзы.

– А мы разберёмся с напавшими на дозор тварями, – вполголоса добавил жрец Нура.

Немного погодя Яра обнимала потного и розового после сна сына. Малыш потешно надувал щёки и гулил.

***

На закате лэр Раво, Юрась и три десятка горцев выехали из замка. На плече у жреца Нура сидел Ран. Лэри Ивор долго смотрела из окна башни на удалявшийся отряд и мысленно просила Светлую Ари, свою покровительницу, оградить воинов от клыков тварей ренегатов, избавить от смертельных травм.

Когда отряд скрылся вдали, Яра вернулась в собственные покои, отослала служанок и, плотно затворив дверь, извлекла из шкатулки Ярость Двуединого. Спящий артефакт слабо светился алым пламенем. Лэри Ивор задумчиво прошлась по комнате, а затем сняла со стены подвесной магический подсвечник-шар, по размерам сопоставимый с морионом. Кольцо, поддерживающее светящийся шар, висело на четырёх цепочках. Яра аккуратно извлекла светильник и на его место водворила морион.

Магичка подвесила артефакт на стену, а затем, прижав к чёрному камню обе ладони, принялась вливать в него магию. Ярость Двуединого засияла знакомым багровым светом. Напитав магией артефакт, Яра осторожно уложила его назад в шкатулку. Вот бы ещё научиться использовать убийственную мощь артефакта грамотно! Следовало разобраться, сколько смертоносной магии нужно выпустить из мориона в той или иной ситуации. Однако этого Яра пока не умела.

***

Отряд лэра Дрогорада вернулся через день. Лэри Ивор пытливо всматривалась в усталые, но довольные лица горцев и понемногу успокаивалась. Грязный, перемазанный в саже с ног до головы Юрась белозубо улыбнулся и подмигнул Яре. Ран расправил крылья и требовательно заклекотал, сообщая другу и хозяину, что голоден и терпеливо ждать, когда принесут еду, не намерен.

– Сколько их было? – спросила Ярина Светолика.

– Два мага-ренегата, пять рогатых змей и одиннадцать «пауков», – широко улыбаясь, пробасил маг огня.

– Нам повезло, что с помощью Рана застали магов Тарая врасплох, – заметил Юрась без особой радости. – Слуги Отступника не успели сообразить, что на них напали, когда их накрыла Сеть Праха, а лэр Дрогорад вовремя поджёг вяло копошащихся тварей.

Глаза Ярины Светолики сузились. – Ты владеешь боевыми заклинаниями некромантов?

Жрец Нура осёкся. Юрась понял, что проболтался. От лэра Раво молодому жрецу Нура достался укоризненный взгляд.

Расспрашивать усталых магов далее лэри Ивор благоразумно не стала. Отдохнут-отоспятся, тогда и поговорим! У Ярины Светолики созрел план попросить жреца Нура помочь ей разобраться с Яростью Двуединого и заодно дать несколько уроков боевой магии.

Посоветовавшись с лэри Ивор, Лиса назначила новую ключницу. Ею стала Душана, вдова мастера-оружейника. Женщину заверили, что прах покойного мужа похоронили честь честью, благо в отряде своевременно обнаружился жрец Нура. Теперь душа оружейника ждёт повторного рождения. У сироты мальчишки-подмастерья и одинокой Миранды родственников в замке не имелось.

Ключницу жалели, вспоминая её ненавязчивое внимание, строгость и доброту. Об остальных тоже говорили с теплом и сочувствием. О знаке слуг Отступника, вырезанном на тополиных стволах, ни лэри Ивор, ни жрец Нура, ни лэр Раво рассказывать обитателям Бранена не стали. А воины-горцы распространяться об увиденном на тракте вообще не желали. Просто несчастным не повезло – стали жертвами разбойников и болтать тут нет о чём…

Вконец измотанный лэр Идан с его отрядом появился в крепости спустя два дня. Выслушав новости, он поблагодарил лэра Дрогорада, горцев и жреца Нура. По словам лэра Ладислава, они сделали его работу. Маг огня скромно отметил, что на то у него и Юрася имеется определённый опыт в отличие от ранее не сталкивавшегося с тварями слуг Отступника сенешаля. Знаки отличия сенешаля Бранена лэри Ивор вручила Ладиславу Идану тем же вечером.

А ещё через день ласточка принесла в замок радостную весть – орочья орда разгромлена, и наместник возвращается в Бранен. Как и предрекал лэр Раво, война с орками не затянулась надолго. Совместными силами войска короля и наместников двух провинций загнали противника в пески и, окружив, уничтожили уцелевших. В ответ на поражение орков Вагрия отозвала войска с приграничья и на неопределённое время угомонилась с территориальными претензиями.

***

В предрассветных сумерках лэр Ивор вошёл в спальню супруги. Яра проснулась от жаркого, нетерпеливого поцелуя и потянулась к мужу. Наконец он вернулся, желанный и любимый. От Ратмира Велеслава пахло дымом костра, свежим ветром и хвоей. Его руки с мозолистыми от рукояти меча ладонями нетерпеливо гладили тёплое, податливое женское тело. Яра потянулась к мужу и, обхватив его плечи дрожащими от возбуждения руками, прижалась головой к груди.

Ратмир Велеслав зарылся лицом в густые шелковистые волосы жены и прошептал: – Чуть с ума не сошёл, когда узнал, что на тебя напали!

Яра всхлипнула, быстро-быстро покачала головой, а потом принялась целовать своего мужчину, жадно и безудержно. Пальцы Ратмира Велеслава скользнули по плечам женщины, по упругой, налившейся молоком груди, плоскому, влажному от пота бархатному животу и сжали округлые женские ягодицы. Яра откинулась на спину и посмотрела мужу в лицо расширенными, потемневшими от желания блестящими глазами…

Бледное осеннее солнце указывало на полдень, когда усталые от любовных ласк супруги проснулись. Ратмир Велеслав поцеловал жену и рывком вскочил с постели. Яра смотрела на поджарое, мускулистое тело мужа, испещренное свежими шрамами, и сердце её сжималось от жалости. Опять участвовал в сражениях! Но расспрашивать мужа о войне Ярина Светолика не стала. Всё равно отделается десятком слов и несуразными шутками.

После трапезы наместник заперся с назначенным Яриной Светоликой сенешалем, лэром Раво и Юрасем в комнате наверху. Что они обсуждали более трёх оборотов, лэри Ивор могла лишь предполагать. Очевидно, что жрецов Тарая ждали крупные неприятности. Это Ярина Светолика прочла по злым огонькам в глазах мужа.

На следующее утро горцы под предводительством лэра Раво покинули Бранен и направились в Драгомир. Долее удерживать их в замке не имело смысла. Гарнизон Бранена увеличился втрое за счёт прибывших с наместником солдат. Ярина Светолика наблюдала, как лэр Ивор и Юрась поднялись на верхний ярус главной башни. С неба к ним плавно спустился Ран. Демоническая птица явно летала на разведку. Последнее подтвердило предположения лэри Ивор о готовящихся карательных действиях против затаившихся в окрестностях красных плащей.

***

В листопаде дни коротки. После вечерней трапезы все, кроме охранников, отправились спать. Отбросив в сторону сомнения, Ярина Светолика приблизилась к мужу и Юрасю. Те мирно допивали разбавленное вино и вполголоса переговаривались короткими фразами. По виду обоих Яра сделала вывод, что между наместником и жрецом Нура образовалось полное взаимопонимание.

– Бранен ренегатам не по зубам! – донеслись до лэри Ивор слова мужа.

Юрась согласно кивнул.

– Мне нужно кое-что вам показать! – решительно вмешалась в разговор Яра.

Лэр Ивор и его собеседник удивлённо поглядели на взволнованную женщину.

– Прошу вас, дорогой супруг и почтенный жрец Нура, проследовать за мной, – нарочито официально проговорила Ярина Светолика. При слове «почтенный» магичка чуть заметно улыбнулась. Не то, чтобы лэри Ивор не считала Юрася почтенным, нет, к молодому жрецу она давно прониклась искренним уважением, но в глубине души он остался для Яры тем самым шустрым мальчишкой, каким юная лэри Дан его знала в детстве.

Ярина Светолика привела мужчин в её личные покои. Когда служанки, повинуясь взгляду госпожи, покинули комнаты, лэри Ивор открыла тайник и достала оттуда шкатулку. Яра поставила тяжёлый ящичек с выгравированными по серебру рунами на стол и открыла крышку. Из шкатулки вырвался мощный алый свет. Огорошенные наместник и жрец уставились на артефакт.

Лэри Ивор достала подвешенный на цепочке морион, внутри которого неистовствовало магическое багровое пламя.

– Полагаю, настоятельница Доброслава отдала Ярость Двуединого тебе, – медленно проговорил Ратмир Велеслав, когда прошёл шок от увиденного.

– Отдала! – с вызовом подтвердила магичка. – Тётя считает, что артефакт нам пригодится. А я знаю, как с ним управляться, но пока не очень хорошо, – честно добавила Яра. – Всё-таки я – лекарка, а не боевой маг.

Ратмир Велеслав задумался.

– В случае чего, Ярость Двуединого поможет отстоять Бранен, – ненавязчиво заметил Юрась. – Доброслава поступила разумно, отдав арефакт лэри Ивор.

– Согласен, – ответил наместник. – Никогда не сомневался, что моя драгоценная лэри – грозный противник! – печально усмехнулся он. Ратмиру Велеславу совсем не хотелось, чтобы супруга участвовала в отражении штурма замка или других боях, но он понимал, что когда-нибудь может случиться, когда обстоятельства сложатся так, что ей придётся защищать себя и сына. – Слышал, как Яра сожгла фарсийцев при штурме монастыря Светлой Ари, – после затянувшейся паузы пояснил собственные слова лэр Ивор.

– У меня не получается распределять и направлять силу артефакта в соответствии с участком поражения, – вздохнула лекарка. – Не мог бы уважаемый жрец Нура дать мне несколько уроков по боевой магии Двуединого? – попросила Ярина Светолика.

Лэр Ивор одобрительно кивнул. Юрась быстро взглянул на наместника и произнёс: – Почту за честь, отважная лэри.

Глава 16

Наступила зима, снежная и вьюжная, к началу грудня в предгорьях завалило снегом дороги. Купеческие обозы передвигались по большим трактам. Артания погрузилась в зимнюю дрёму, но за две седмицы до празднования Зимнего равноденствия открылись ярмарки.

В Бранен из столицы вернулся Ёрш Дамир. Заговор против Девлина Справедливого удалось подавить в зародыше. Насильственный захват власти и убийство короля намеревались провернуть пятеро высокопоставленных лэров, одним из них оказался глава городской стражи. При старом короле титулованным казнокрадам жилось привольно. Получив корону, Девлин сосредоточил в своих руках управление финансами, судами, земельным и торговым советами.

На ключевые должности король поставил толковых, образованных людей, и далеко не все они могли похвалиться знатным происхождением, зато трудолюбиво распутывали паутину сложных финансовых и политических интриг. Мастера увеличить собственное благосостояние за счёт королевства, удержавшиеся до последнего времени на высоких постах благодаря хитрости, изворотливости и родственным связям понимали, что не сегодня завтра окажутся в темнице. Посему высокопоставленные казнокрады позабыли прежние склоки и объединились.

План заговорщиков был простым и вполне осуществимым, если бы не верность и сообразительность охранников личной гвардии короля. Как обычно в два оборота пополуночи произошла смена дворцового караула. Его величество Девлина в собственных покоях постоянно охраняли шесть гвардейцев, один из них – боевой маг. Той ночью дежурил новичок, молодой маг воздуха, недавно закончивший обучение в военной академии.

Парень волновался, ему впервые доверили важное дело, поэтому бродил по тёмному дворцу, бдительно заглядывая в каждую щель. Периодически молодой маг посматривал в окна. От него не укрылась одна странность – едва новая смена караула приступила к выполнению своих обязанностей, видимая магическим взором охранная сеть на садовой калитке исчезла. Парень насторожился. Вскоре он заметил отделившиеся от стен фигуры, закутанные в плащи. Затем калитка приоткрылась, и в неё один за другим прошмыгнули несколько вооружённых людей. Маг поднял тревогу. Гвардейцы перекрыли двери в личные покои короля и разбудили Девлина. К счастью, королева и годовалый наследник находились в малом дворце, расположенном в западном предместье столицы.

Предатели догадались, что их обнаружили и, не таясь, окружили дворец. Девлина неприятно поразило, что изменниками оказались стражники из охраны. Пока гвардейцы сдерживали осаждающих, король отправил магического вестника за подмогой. Среди заговорщиков были одарённые. Зачарованные двери сдерживали атаку магов около половины оборота, а после в бой вступили молодой маг воздуха и сам король, маг огня. Им противостояли трое одарённых, двое управляли стихией воды, а третий – стихией воздуха. Девлин и воздушник удачно сработались – король метал огненные шары, а маг воздуха ставил воздушные преграды, направлял и толкал шары на врагов, что позволяло значительно сократить время их полёта до противника.

С воздушником заговорщиков расправились быстро, тот не успел оглянуться, как его поглотило магическое пламя. Маги воды выставили толстую ледяную преграду. Огненные шары никак не могли её пробить.

Подмога подоспела вовремя. Полторы тысячи воинов, из них треть Ёрша Дамира, покинули казармы и ворвались в дворцовый парк. Завязалась горячая схватка. Опытные воины уверенно перебили изменников из охраны и с боем пробились во дворец. Магов противника сразили зачарованными болтами из арбалетов. С остальными заговорщиками разобрались за неполную четверть оборота. Пленных допросили, те не стали отпираться и в надежде на лёгкую смерть выложили имена главарей.

Погостив в Арконе седмицу, дабы помочь с патрулированием столицы, Ёрш Дамир и его три тысячи воинов двинулись на юго-восток, домой. А король Девлин создал новое военно-следственное подразделение – Тайную Стражу, куда принимали боевых магов и самых умелых воинов, способных биться в полной темноте, метать на слух стрелы и идти по следу.

Неполные два месяца пребывания в столице неуловимо изменили бывшего сотника. Ёрш Дамир, одетый в новомодный дублет, показался Ярине Светолике помолодевшим, щеголеватым и шумным. После вечерней трапезы, когда Яра с супругом прогуливались по ярко освещённым магическими факелами галереям, Ратмир Велеслав сообщил, что дядько Ёрш помолвлен, и с ним приехала его невеста. Новость Ярину Светолику удивила и порадовала. Наконец-то нелюдимый воин-одиночка нашёл ту, что согреет его душу.

С невестой Ёрша Дамира лэри Ивор познакомилась на следующий день. Вечером Ратмир Велеслав рассказал супруге, что госпожа Прекраса – вторая дочь богатого торговца зерном из Аркона. Взглянув на юную Прекрасу, Яра мгновенно поняла, чем пленила сердце сурового воина тоненькая, хрупкая, робкая девушка с серыми лучистыми глазами в половину лица и пушистым облаком русых кудряшек, перевязанных на макушке лентой, трогательной беззащитностью и невинностью. Ярина Светолика пожелала обручённым счастья и подарила невесте изумрудное ожерелье. Прекраса зарумянилась и, прошептав слова благодарности, поклонилась лэри Ивор.

***

Яра всегда любила вечера в канун Зимнего равноденствия, когда комнаты украшали фигурками богов, ветками хвои и звонкими колокольчиками на окнах и дверных рамах. Считалось, что мелодичный перезвон колокольчиков отгоняет дурные мысли и радует добрых домашних духов, которых Светлая Ари приставила помогать людям, пока сама спит в ледяной пещере.

Малышу Акамиру исполнилось семь месяцев, неугомонный мальчишка постоянно норовил выбраться из кроватки. Но няня Ведения была начеку, шалуна водворяли назад и вручали ему очередную игрушку, способную занять любопытного ребёнка на один-два оборота.

Наслаждаясь покоем и безопасностью, лэри Ивор, как положено владелице замка перед праздником, проводила вечера за рукоделием в окружении других дам. Следовало подготовить подарки для родных, друзей и слуг. Рукоделием Яра заниматься не любила и шила-вышивала, смирившись с традицией.

Торговцы навезли в Бранен тканей, ниток и разноцветного бисера. Ярина Светолика добросовестно соорудила поясной кошель для мужа, напитав вышитые цветы охранной магией, платок для Лисы и кошели для Ёрша Домира и сенешаля. Но главными подарками магички-лекарки для друзей и слуг стали небольшие баночки с заживляющим раны бальзамом. Каждую баночку лэри Ивор вложила в шёлковый мешочек и перевязала узорчатой лентой.

Матери занимались подарками, а сыновья Ярины Светолики и Лисы возились у камина на толстом фарсийском ковре. Сынишке лэри Идан уже исполнилось полтора года. Весёлый, смышлёный крепыш охотно играл с малышом Акамиром. Глядя на детей, Яра радовалась, что у сына появился товарищ, названый брат.

Остромысл Ладислав заинтересованно впился глазёнками в лесенку, с которой только что соскочил слуга, развешивавший украшения на оконной раме. Одна из связок колокольчиков осталась висеть на ступеньке, звонко бряцая на сквозняке. Чуть погодя малыш вскочил на ножки и резво потопал к серебристым звоночкам.

Занятые рукоделием женщины не заметили, как ребёнок ухватился за шаткую лесенку и дёрнул на себя, лесенка не поддалась. Остромысл рассердился и обеими ручонками уцепился за свисающий с подоконника вереск, отчего увесистый глиняный горшок с растением сдвинулся с места и … едва не рухнул на озорника, но в локте от головы мальчика внезапно рассыпался чёрной пылью…

Вскрикнула няня Ведения. Женщина бросилась к Остромыслу и прижала чудом спасённого ребёнка к себе. Отбросив вышивку, Лиса оттолкнула няню и подхватила на руки сынишку. Глотая слёзы, она принялась попеременно целовать и ощупывать шалуна в поиске травм. А Яра растерянно смотрела на младенца Акамира, в его залитые тьмой, отливающие зеленью глаза. К счастью, никто не сообразил, что произошло.

Догадаться, что младенец при помощи тёмной магии Двуединого спас товарища, было под силу лишь одарённому. Поскольку Ярина Светолика оказалась единственной магичкой в зале, все решили, будто превращение глиняного горшка в пыль дело её рук. Почему пыль чёрная? Так в горшке был чернозём! Желая скрыть от посторонних магический дар сына, лэри Ивор с нарочитой уверенностью подтвердила предположения свидетельниц происшествия.

Успокоив взволнованных женщин, Ярина Светолика приказала принести горячего красного вина со специями. От напитка дамы раскраснелись, окончательно угомонились и заулыбались. Одна Прекраса сидела в сторонке, как нахохлившийся от холода воробей, и с немым изумлением смотрела на сыновей лэри Ивор и её первой дамы.

Позже Ярина Светолика рассказала о случившимся супругу. Лэр Ивор был в восторге от поступка сына, а Яра недоумевала, когда семимесячный младенец научился управлять своим даром? Повинуясь чутью, Акамир Златослав умудрился использовать ровно столько магической энергии из его внутреннего источника, сколько понадобилось для уничтожения тяжёлого глиняного горшка.

***

Разбушевавшаяся в канун праздника вьюга улеглась, когда на небе загорелись первые звёзды. Алая полоска на горизонте постепенно смазалась в темнеющем небе. Засидевшиеся в замке люди выбрались во двор подышать студёным морозным воздухом.

Ратмир Велеслав и Яра привычно прогуливались по открытой галерее, любуясь россыпью звёзд на чёрном небесном бархате. Неожиданно одна из звёзд начала стремительно приближаться, увеличиваясь в размерах. Затем от оранжевого сияющего диска с туманным хвостом отделились десятки крохотных падающих огоньков. Со двора донеслись испуганные крики людей.

Знамение свыше выглядело красиво и жутко. Спустя пару малых оборотов диск скрылся за покрытыми снежными шапками вершинами Туманных гор. Яра прильнула к мужу трепещущим от волнения телом. Ни лэр Ивор, ни его лэри не стали обсуждать небесное явление, и он, и она чувствовали, что для Артании наступило время непростых перемен. Кто знает, выживут ли Ратмир Велеслав, Ярина Светолика и их маленький сын в буре грядущих событий?

Солнечное светлое утро вконец развеяло вчерашнюю тоску и тревогу. За праздничной трапезой было шумно и весело, здравицы сыпались одна за другой. Гости и домочадцы смеялись, обсуждали подарки, выложенные на рассвете слугами на льняных полотенцах перед дверями спален, и сговаривались, как приятнее провести ясный день. Катание на санках с горки, игры и пляски на утоптанном снегу во дворе продолжались до глубокой ночи. За ужином от мороза, вина и обильной еды многих разморило, кое-кто дремал, опустив голову на стол или на плечо соседа.

А ночью в большом зале начался бал. Надрываясь, пели скрипки, низким голосом гудела волынка, ей вторили рожки, звенели бубны, мелодично заливались цимбалы. Никто не остался в стороне от всеобщего веселья. Нарядные дамы и кавалеры кружились в танцах при свете сотен магических свечей. А челядь вовсю веселилась во дворе и на галереях.

В суетливом праздничном угаре незаметно пролетела седмица. Гости разъехались по домам, и Бранен вернулся к обычной жизни. В конце снежня в замке произошло важное событие – Ёрш Дамир и тихая Прекраса поженились. По обоюдному желанию жениха и невесты отметили свадьбу скромно, присутствовали только приглашённая из монастыря Светлой Ари жрица Агния, проводившая брачную церемонию в замковом святилище, сенешаль с супругой и его рыцари с жёнами.

***

В студне Ярина Светолика взяла троих новых учеников – подмастерье ткача Орешу, юношу четырнадцати лет, угловатую некрасивую лэри Уладу, засидевшуюся в девицах до двадцати шести лет, и Ганусю, хромую дочку старшего пекаря. К радости молодой наставницы, у Ягодки и Ореши пробудился внутренний магический источник. И Ягодка, и Ореша обладали слабым даром Двуединого, для будущих лекарей это стало подарком судьбы.

Лэри Ивор занималась с учениками по четыре оборота в день. Ярина Светолика видела, как старательно и усердно трудятся будущие целители. Пройдёт несколько лет, и выпускники маленькой лекарской школы смогут работать самостоятельно.

Когда Ратмир Велеслав заставал супругу за правкой ученических свитков, он шутливо кланялся, называл Яру «госпожой наставницей» и послушно складывал руки на коленях, изображая нашалившего шалопая. Потом они принимались дружно хохотать. Ярина Светолика никогда раньше не видела немногословного, сдержанного мужа таким беззаботным и жизнерадостным.

В середине кветня в Бранен пришло послание от короля. Девлин Справедливый приглашал лэра Ивора с супругой в столицу. В письме была приписка, от которой глаза наместника заблестели азартно и торжествующе. Вслух Ратмир Велеслав уведомил супругу, что его величество подготовил указ о равноправии магов с тёмным и светлым талантом. Отныне одарённые будут распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. Жрецы Тарая больше не имеют права отнимать у родителей детей с пробудившимся магическим источником, лишать магов дара и выбирать, кому из одарённых жить, а кому нет. В столичной академии магии смогут учиться и юноши, и девушки. Выслушав мужа, Яра ошарашенно опустилась в кресло и расплакалась.

А ночью Ярине Светолике приснился некромант, спасший её от тварей ренегатов. В сумбурном, мучительном сне босая лекарка пробиралась через снежные сугробы к неприветливому мрачному лесу, видневшемуся вдалеке. Каждый шаг давался неимоверными усилиями. Опираясь на сучковатый посох, Яра передвигала налитые свинцом ноги и упряма шла к цели.

Некромант ждал целительницу в лесу. Ярину Светолику преследовали громадные, изменённые колдовством слуг Отступника волки, лекарка понимала, что пройдет несколько малых оборотов, и стая вцепится в ослабевшую жертву. Звери, преследовавшие Яру, совсем не походили на обычных волков – покрытые слизкой серой чешуёй вытянутые тела и массивные челюсти с двойным рядом острых, загнутых вовнутрь зубов, ядовитая слюна, капающая из пасти, и пустые чёрные глазницы.

До леса оставался десяток шагов, когда стая приблизилась к Яре. Внезапно на волков упала Сеть Праха, и твари, рассыпаясь чёрной пылью, оглушительно затявкали-завизжали. Лекарка подняла голову и увидела беловолосого некроманта. Он стоял, как в памяти лэри Ивор у дороги, прислонившись к дереву, и покровительственно улыбался спасённой.

Пробудившись, Ярина Светолика плотнее закрутилась в одеяло, её знобило. Чудовищно правдоподобный сон сковал разум и волю. Постепенно целительница пришла в себя. Подумаешь сон! Миновала ночь, и сон канул в прошлое. Однако магичка прекрасно понимала, что привидевшийся ей кошмар – своеобразное предупреждение. Какая новая беда грозит ей и её близким? Подспудно Ярина Светолика опасалась жрецов Тарая. Указ короля о магах – сокрушительный удар по их власти. Что в ответ предпримут красные плащи и их колдуны-ренегаты?

***

В столицу собрались за три дня. Лэри Ивор решила взять с собой сына и его няню. Благо дорога обещала быть неутомительной. Предстояло добраться до Любича, а там наместника с супругой и сопровождающими ждал портал до Аркона. Также с Яриной Светоликой ехали Лиса с Остромыслом, Белица и Ягодка. В свиту наместника входили лэр Идан и десять рыцарей. Бранен лэр Ивор оставил на верного Ёрша Дамира.

Искусство открытия порталов, позволяющих за несколько малых оборотов преодолеть большие расстояния, считалось утерянным с тех пор, как жрецы Тарая захватили власть и перебили большинство сильных магов. Однако Девлин Справедливый нашёл общий язык с закрытым сообществом одарённых, владеющих магией пространства. К сожалению, на открытие портала уходило огромное количество магической энергии.

Из соображений государственной необходимости требовалось за короткое время собрать в столице наместников всех девяти провинций, а после согласования необходимых для дальнейшего развития страны мер с королевским советом, заново назначенным Девлином Справедливым, быстро вернуть их на место службы. Поэтому затраты магической энергии того стоили.

От беспокойства Лиса болтала всю дорогу до Любича, не умолкая. Ярина Светолика слушала подругу вполуха, улыбалась в ответ на её вопросы и думала о своём. Нет, лэри Ивор тоже волновалась. Поездка в столицу, возможно, единственная в жизни лэри из самой дальней от Аркона провинции. Предстояло увидеть город, куда со всей страны стекались самые умные и одарённые люди, в том числе целители. В Аркон купцы везли товары с разных уголков света. В Арконе принимались судьбоносные решения, кипела жизнь. Лису же в основном интересовал королевский двор и столичная мода.

Поначалу портал лэри Ивор не впечатлил – расчищенная от деревьев, кустов и травы каменная площадка с двумя столбами-воротами. Площадка оказалась достаточно просторной, чтобы на ней разместились наместник, его супруга с сыном и свита. Невысокий подвижный маг в голубом плаще прочитал сложное заклинание, навершие его жезла ослепительно засияло, и Яра провалилась в никуда. Не было ни звуков, ни времени, ни пространства. Незаметно очутились на похожей площадке неподалёку от главных ворот Аркона.

Крепостные стены столицы из белого камня выглядели внушительно. Площадка находилась на холме, откуда неплохо просматривался город, белый в голубой предрассветной дымке. Дворцы, особняки, утопающие в цветущих садах, зелёные городские парки, деловитая суета торговых и ремесленных кварталов. У Яры перехватило дыхание. Рядом сдавленно вскрикнула Лиса.

У лэра Ивора имелся в Арконе особняк, точнее, дворец с тенистым садом, сложенный из розового камня. Выстроившиеся у главного входа слуги с любопытством таращились на молодую хозяйку, о которой ходили самые противоречивые слухи. Вторая лэри Ивор оказалась красивой, приветливой дамой, не злой и не высокомерной, обитатели дворца, переглядываясь, расслабленно заулыбались.

Покои супруги наместника поражали роскошью – фарсийские ковры, дорогие гобелены, изящная мебель и дорогая посуда. А в спальне красовалось зеркало в человеческий рост. Лиса поминутно ахала и восторгалась, а Ярина Светолика осторожно присматривалась к незнакомым людям. Можно ли им доверять?

Вечером лэр Ивор отправился к королю, а Лиса потащила подругу по магазинам. Лэри Идан успела расспросить служанок, где одеваются знатные дамы. Лэру Ладиславу пришлось сопровождать дам. Супруг Лисы некоторое время прослужил в столице, поэтому неплохо ориентировался в городе.

Возле обувной лавки Ярина Светолика почувствовала обращённый к ней неприязненный взгляд. Она обернулась и увидела темноволосого мужчину в одежде ремесленника. Встретившись взглядом с магичкой, тот моментально юркнул за угол. Ощущение, что за ними следят, преследовало лэри Ивор, пока не вернулись домой.

***

Пять дней Ратмир Велеслав постоянно пропадал во дворце, присутствовал вместе с другими наместниками провинций на заседаниях королевского совета. Вечером шестого дня лэр Ивор объявил о королевском приёме, куда ему надлежало явиться с супругой и свитой. Лиса всполошилась. Она ужасно боялась оскандалиться перед придворными дамами. Ярина Светолика попыталась её успокоить, но подруга сходила с ума от переживаний. Достаточно ли хорошие у них манеры, а платья? Не станут ли изысканные придворные лэри смеяться над провинциалками?

Ратмир Велеслав и лэр Идан снисходительно улыбались, глядя на устроенный первой дамой лэри Ивор переполох. Слуг и служанок загоняли. Ярина Светолика с несгибаемой стойкостью и самообладанием выслушала мастера по причёскам и пожилую жеманную даму, обучающую новичков придворному этикету.

Мастера по причёскам лэри Ивор отправила к Лисе, заявив, что справится сама. А говорливой советчице по этикету по указке Ярины Светолики Белица поднесла травяной чай со снотворным, и дама благополучного проспала до следующего утра.

Для появления на королевском приёме Яра выбрала платье из тонкого бархата цвета спелой малины, простое и изысканное. На шею надела ожерелье из белого золота с гранатами. Тёмно-русые волосы госпожи Белица уложила в высокую причёску. Наряд довершила диадема с крупным рубином в россыпи бриллиантов. Блондинка Лиса после долгих примерок остановилась на шёлковом платье цвета молодой травы и украшениях из жёлтого золота и изумрудов. Уловив в глазах мужчин одобрение, лэри Идан немного угомонилась.

Народу на приём собралось много. Ярину Светолику безмерно раздражала пёстрая толпа, навязчивые ароматы духов и звуки голосов, сливающиеся в непрерывный гул. Заметив, как супруга поморщилась, лэр Ивор улыбнулся и попросил его прекрасную лэри набраться терпения. Во дворце не всегда так шумно и душно. Лиса непрерывно вертела по сторонам головой, разглядывая наряды дам и галантных кавалеров.

Широкая золочёная мраморная лестница вела в большущий длинный зал, где на возвышении стояли кресла для королевской семьи. Гости встали в два ряда, в одном – мужчины, в другом напротив – дамы. Лэр и лэри Ивор стояли в ряду третьими от трона, и Яра сделала вывод, насколько важное лицо в королевстве её супруг.

Помост окружила охрана. А немного поодаль в непринуждённых позах застыли воины в чёрных дублетах, Тайная Стража. Приглядевшись, Яра увидела среди них Юрася. Появился Девлин Справедливый, за руку он вёл пухленькую молодую женщину, вслед за ними топал на неокрепших ножках за руку с нянькой наследник.

Началось представление новых лиц. Взгляд весёлый карих глаз короля восхищённо скользнул по Яре. Девлин обернулся к Ратмиру Велеславу и, подняв глаза к потолку, приложил руку к сердцу, мол, ваша прекрасная лэри сразила меня наповал. Лэр Ивор рассмеялся. Ярина Светолика покраснела. Когда она отважилась поднять глаза на короля, то заметила возле трона мужчину в одежде Тайной Стражи и едва удержалась на ногах. Беловолосый некромант смотрел на Яру задумчиво и печально.

Позднее лэри Ивор узнала, что главу Тайной Стражи и главного советника Девлина Справедливого зовут лэр Владислав Белояр Горан, таинственный некромант – дальний родственник короля.

Глава 17

Дорога домой для Ярины Светолики прошла, словно во сне. Нет, Яра всё осознавала, отвечала на вопросы и даже улыбалась, но мысли её витали далеко. Лэри думала о загадочном маге смерти, нежданно оказавшемся первым советником короля. Хорошо, что мужу пришлось остаться во дворце. Его величество пожелал обсудить с наместником юго-восточной провинции некое срочное дело, а, может, попросту позвал на дружескую попойку? А Яра смогла беспрепятственно погрузиться в себя.

Лиса, захлёбываясь словами, делилась впечатлениями. Ярина Светолика давно привыкла к подруге и приноровилась делать вид, что внимательно слушает, искренне сопереживая многоречивым, запутанным излияниям своей первой дамы. Да и о чём Лиса могла сейчас говорить, кроме нарядов, танцев и незнакомых, но потрясающе вкусных блюд? На ужин к королю пригласили около сотни гостей, всего-то. Так что лэри Идан посчастливилось приобщиться к избранным…

Лицо Ярины Светолики выглядело безмятежным, но в душе молодой женщины бушевало пламя. Яра опасалась, что от лэра Ивора не укрылась растерянность жены, когда за ужином она отвечала на вопросы главы Тайной Стражи. Беседа – обычная светская болтовня ни о чём и обо всём. «Замечательная погода, не так ли? Вам понравилась столица? Стоит посмотреть то-то и то-то». Самое важное не слова, а тон, которым они произносились, блеск глаз, ласкающая интонация голоса и, едва уловимая, лёгкая улыбка, затаившаяся в зелёных глазах и уголках чётко очерченных губ некроманта. От смущения лэри Ивор готова была провалиться под землю, но держалась. Положение обязывает!

Нет! Она не должна думать о коварном некроманте, это недостойно. Ярина Светолика – любимица Светлой Ари. У супруги наместника есть всё, о чём может мечтать женщина – заботливый, любящий муж, прекрасный сын, почёт и уважение. Тогда почему беспокойно частит сердце, а на щеках вспыхивает предательский румянец, стоит лишь подумать о загадочном лэре Горане?

Да, Яра благодарна магу смерти за спасение. Благодаря беловолосому некроманту останки молодой лэри Ивор не упокоились на кладбище рядом с могилой матери или в семейном склепе рода Ивор. Конечно, если бы бы осталось, что хоронить… Но Ратмир Велеслав раньше тоже спас Ярине жизнь. Получается, такая судьба у неё – любимые мужчины появляются в жизни лекарки, спасая её от смертельной опасности. Лукавая улыбка богов, в очередной раз вознамерившихся поразвлечься за счёт слабой смертной.

Дома Яра сразу направилась в комнату сына. Малыш Акамир крепко спал, тихо посапывая во сне. На лбу ребёнка выступила испарина. Лэри Ивор постояла несколько малых оборотов возле кроватки ребёнка, а потом отправилась к себе. Сегодня Ярине Светолике показалось, что подле маленького сына недостойные мысли о некроманте наконец уйдут, подёрнутся дымкой безразличия. Но увы. Яра улеглась в пустой спальне в постель, и лицо лэра Горана снова выплыло перед мысленным взором, как будто наяву…

Уснула Ярина Светолика на рассвете, дав себе обещание всячески избегать лэра Горана. Страсть к беловолосому магу смерти означала для Яры предательство мужа и сына, низкое, недостойное истинной лэри поведение! Она должна, нет, обязана преодолеть преступное влечение к таинственному магу смерти…

***

К утренней трапезе лэри Ивор опоздала. Узрев бледное от бессонницы лицо супруги с тёмными кругами под глазами, Ратмир Велеслав всерьёз испугался за её здоровье. Не отравили ли его лэри на приёме? Или это воздействия враждебной магии? Яра успокоила мужа, сославшись на духоту и непривычную для неё толпу, собравшуюся на королевском приёме.

Во время трапезы наместник и лэр Идан живо обсуждали закон о магах и Тайную Стражу. Ярина Светолика с интересом слушала. В итоге лэри Ивор узнала, что, помимо прочих обязанностей, Тайная Стража станет приглядывать за магами, дабы те не злоупотребляли во вред неодарённым собственной силой. И это было правильно. Среди магов встречаются разные люди…

Собственное намерение избегать общества лэра Горана Яра осуществила на следующий день. Она поставила супруга в известность, что ей необходимо посетить столичную лечебницу, где имеется небольшая лекарская школа, и почитать фолианты по лекарскому делу в богатой библиотеке Аркона.

Опыта обучения искусству целителей у молодой лекарки не имелось. Ярина Светолика вспоминала науку жрицы Сабины и по возможности использовала полученные знания. Безусловно, Яру начали обучать лекарскому мастерству с детства, чуть ли не с первого дня её появления в монастыре. Девочка воспринимала уроки наставницы, как своеобразную игру. Маленькой Яре нравилось изучать лечебные травы, помогать готовить лекарства, слушать о том, как жизненная сила движется в телах людей и животных по каналам, питающим органы, кости и мышцы живых существ. Однако в будущем Ярине Светолике предстояло обучать в основном простых лекарей, не магов. Поэтому следовало разобраться в основах лекарского дела для неодарённых.

Внушительная библиотека Аркона обладала для лэри Ивор особой притягательностью. Там хранились ценные фолианты по целительской магии. Вдобавок не терпелось пройтись по лавкам травников и аптекарей, торгующих не только лечебными травами и приготовленными на их основе лекарствами, но и лекарскими артефактами. Лэр Идан припомнил, что на окраине столицы имеется небольшой храм Светлого Искусника Альвиана, сына Светлой Ари, творца целительских артефактов. При храме работает лавка. В общем, дел в Арконе лекарке хватало! А там, вернувшись в Бранен, за привычными заботами воспоминания о беловолосом некроманте померкнут сами собой…

Вечером слуга из королевского дворца доставил лэри Ивор послание от королевы с приглашением навестить её завтра в полдень. Её величество Светана Мирослава желала поближе познакомиться с супругой друга короля.

Ехать к королеве Яре не хотелось. Ей оказана великая честь? Да. Но в королевском дворце Ярина Светолика рисковала столкнуться с главой Тайной Стражи, опять поддаться колдовскому притяжению лэра Горана. Но отказаться от посещения её величества было невозможно. Ратмир Велеслав супругу бы точно не понял.

***

Опасения Ярины Светолики не подтвердились. Лэри Ивор проводили в уединённо расположенные покои королевы – окружённый садом особняк. На приёме Яра к королеве не присматривалась и помнила её величество смутно. Светана Мирослава покинула собрание сразу после представления впервые попавших во дворец лэров, лэри и именитых купцов.

Её величество – пухленькая, улыбчивая блондинка внешне напоминала Лису, но вела себя сдержанно и спокойно, с достоинством, без высокомерия и чванства. Постепенно королева и гостья разговорились, беседа потекла легко и непринуждённо. Оказалось, Светана Мирослава, как и Яра, воспитывалась в монастыре и не любила шумного общества. У обеих женщин имелись маленькие сыновья. Наследнику в травне должно было исполниться три года.

Расстались лэри Ивор и королева почти подругами. Светана Мирослава сердечно обняла Яру на прощание и заявила, что будет рада снова встретиться с милой лэри Ивор завтра. Время с полудня до вечера королева обычно проводила с сыном и близкими подругами.

Когда назавтра в полдень Ярина Светолика появилась во дворце, взволнованный пожилой слуга остановил её перед особняком королевы. «Простите, высокородная лэри, её величество не принимает, заболел наследник»! Вид у бедняги был несчастный – в тусклых глазах блестели слёзы, редкие седые волосы всколочены, лицо помятое.

Ярина Светолика пристально посмотрела в глаза слуге и потребовала проводить её к ребёнку, она лекарка. Мужчина нерешительно переминался с ноги на ногу, не зная, как поступить. Лэри Ивор уверенно обошла слугу и поспешно зашагала к покоям королевы.

В прихожей суетились, вполголоса переговариваясь слуги. От бестолковой толпы заполонивших комнаты «помощников» было трудно дышать. Яра коротко спросила, где комната наследника? Молоденькая заплаканная служанка вызвалась проводить знатную гостью. Хлюпая носом, девчонка сообщила лекарке, что ночью у мальчика начался жар. Никакие средства не помогают, наследник лежит в беспамятстве. Господин Тишило, главный королевский целитель, прилюдно сказал, что надо молить богов о милости к умирающему ребёнку и готовиться к худшему… И девчонка разрыдалась. Ярина Светолика строго на неё цыкнула.

В комнате наследника горели десятки свечей, тяжёлые бархатные занавеси были плотно задвинуты. Видите ли, господин главный целитель вообразил, будто солнечный свет больному вреден. Лэри Ивор приблизилась к королеве, застывшей у изголовья постели. В синих глазах её величества затаилась скорбь, но губы были упрямо сжаты, а на щеках блестели дорожки от слёз. Светана Мирослава намеревалась бороться за выздоровление сына, чего бы это ей не стоило.

– Ваше величество, – негромко обратилась Яра к несчастной матери. – Я лекарка-маг. Позвольте мне осмотреть наследника?

Королева подняла измученное лицо на лэри Ивор. Некстати вмешал полный высокий мужчина в дорогой мантии из ларнесского шёлка. – Кто вы такая? Я вас не знаю! Ваше величество, разве разумно подпускать к наследнику не пойми кого?!

– Меня обучали целительской магии в монастыре Светлой Ари, наставница – жрица Сабина! – сухо отрезала Ярина Светолика.

Главный целитель побагровел, его холеная физиономия презрительно скривилась, на мгновение в светлых глазах промелькнуло раздражение и подавленный страх. Похоже, почтенному господину Тишило имя наставницы лэри Ивор было отлично знакомо.

– Я слышал об успехах в лекарском деле уважаемой госпожи! – раздался из-за балдахина зычный низкий голос.

Яра резко обернулась и увидела короля Девлина.

– Буду признателен, если вы, лэри Ярина Светолика, поможете нашему наследнику, – продолжил король. В ответ лекарка молча поклонилась и приблизилась к лежащему на постели ребёнку.

Яра откинула одеяло и выругалась про себя. – Говорите, принц заболел ночью? – уточнила она.

– В два часа после полуночи у него начался жар, – дрожащим голосом подтвердила Светана Мирослава.

На бледном теле трёхлетнего ребёнка с непомерно раздутым животом под тонкой кожей отчётливо проступали вены. Яра потребовала распахнуть занавеси. Яркий солнечный свет ворвался в комнату. Черты бледного детского лица с синюшным носогубным треугольником выглядели безжизненными, частое натужное дыхание с булькающим хрипом вырывалось из полуоткрытого рта. Тонкая струйка вязкой желтоватой слюны сползла на подушку.

Лекарка приказала себе успокоиться и приступила к осмотру. Сейчас для Ярины Светолики не существовало ничего и никого, кроме больного. Магическим зрением целительница разглядела в слюне знакомых прозрачных червячков, точно таких же, что и у тёти Доброславы.

– Яд магических тварей, созданий ренегатов! – жёстко произнесла лэри Ивор. – Мою тётю, настоятельницу монастыря, пытались убить точно таким же.

Королева вскрикнула, его величество, сдерживая подступивший гнев, сделал пару шагов вперёд и обнял плечи супруги. Прочие присутствующие испуганно притихли.

– Вы уверены? – спросил Девлин Справедливый негромко.

– Да! – Яра принялась вливать в мальчика жизненную силу. Спустя два малых оборота он открыл глаза. Лэри Ивор попросила перо и черкнула записку Белице. – Ваше величество, нужно срочно отправить с гонцом послание моей ученице. Там указано, что мне потребуется для лечения. Не хочу тратить время на проверку снадобий, приготовленных другими людьми.

Главный целитель громко возмутился. Но, наткнувшись на суровый взгляд короля, замолчал и шустро скрылся за спинами придворных.

– И ещё. Понадобится горячая вода и чистые полотенца, – добавила лекарка. Яра довольно отметила, что дыхание мальчика выровнялось, а сердце забилось реже и громче. Затем целительница привычно очистила энергетические каналы, питающие органы больного.

Спустя оборот в комнату вбежала Белица с корзиной в руках. Ярина Светолика накапала напитанной магией настойки в наполовину наполненную отваром трав кружку с длинный носиком и принялась осторожно поить ребёнка. От испытанного лекарства черви должны погибнуть. После трёх часов выпаивания мальчика проверенным средством Яра сделала наследнику очистительную клизму. Черви в кишечнике ослабели и шевелились в испражнениях вяло. На лице магички появилась улыбка.

– Наш сын поправится?! – с надеждой спросил король.

– Не сомневаюсь, ваше величество! – подтвердила Яра. – Он крепкий мальчик с сильным сердцем. Мы с Белицей будем находиться при наследнике, пока не выведем весь яд.

С болезнью ребёнка Ярина Светолика полностью справилась за трое суток. На второй день лечения мальчик попросил есть и за один приём жадно выпил полную кружку куриного бульона.

Девлин Справедливый, узнав о причине болезни сына, приказал Тайной Страже задержать всех, кто в той или иной мере мог быть причастен к отравлению. Его величество ни на миг не сомневался, что яд наследнику подсунули пособники красных плащей.

Маг мысли, по убеждению выбравший сторону короля, допросил задержанных, выяснилось, что новая нянька, сама не зная, что творит, напоила малыша соком диковинного тропического фрукта, якобы чрезвычайно полезного для детей. Ярина Светолика исследовала при помощи магии остатки напитка и подтвердила, что там содержится яд тварей ренегатов. Сок принесла во дворец некая знатная дама, она же и пристроила няньку к наследнику. Пока шло расследование, отравительница успела скрыться.

***

Четыре дня спустя Ярина Светолика посетила городскую лечебницу. Каково же оказалось её разочарование, когда обнаружилось, что лекарей-магов всего пятеро, причём самый сильный магический источник имелся у главного целителя господина Тишило. А его источник был намного слабее источника учеников лэри Ивор, Ягодки и Ореши, поэтому главный целитель не сумел правильно определить причину болезни маленького принца.

Лэри Ивор отлично понимала, что отсутствие сильных магов-лекарей в столице подстроено жрецами Тарая. Во-первых, одарённых опасной магией Двуединого с богатым внутренним источником нещадно истребляли, во-вторых, слишком умелые целители в Арконе мешали слугам Отступника. Возможность провернуть грязное дело с отравлением или иным способом убийства несговорчивых людей рисковало провалиться, когда подле ложа умирающего появлялся сильный маг-целитель.

Близилось время отъезда домой. Ярина Светолика отоварилась действенными лекарскими артефактами и уговорила перебраться в Бранен одного из лучших мастеров. Магу целительских артефактов Благославу Бояну не было и двадцати пяти лет. Лэри Ивор предложила ему собственную мастерскую и учеников, что стало для молодого мастера неслыханной удачей.

Король и королева очень не хотели отпускать Ярину Светолику в Бранен. В случае чего быстро найти лекарку её уровня невозможно! Кроме того, Яра очень сдружилась со Светаной Мирославой. Посему решили, что при крайней необходимости для лэри Ивор откроют портал непосредственно из Бранена. Яра поделилась с их величествами своей мечтой о создании лекарской школы для магов. Девлин Справедливый распорядился отыскать и отправить в Бранен юношей и девушек с даром Двуединого, желающих посвятить себя лекарскому делу.

В бурном калейдоскопе событий Яра редко вспоминала о лэре Горане. Разве что он периодически приходил к ней во сне. Накануне отъезда в Бранен поздно вечером во дворце рода Ивор нарисовался Юрась. Тёмный маг из Тайной Стражи выглядел чрезвычайно встревоженным. Юрась попросил Яру незамедлительно проследовать за ним в городскую лечебницу, одного из лучших магов Тайной Стражи тяжело ранили.

Лэри Ивор, прихватив с собой Белицу, отправилась за тёмным магом. Раненый лежал в небольшой отдельной комнате с плотно закрытыми глазами. Когда откинули простыню, зрелище ужаснуло привычную к виду ран и крови лекарку. Грудь и живот умирающего были разворочены, оттуда текла зловонная кровавая жижа с вкраплениями черни. Нет, прозрачных червей магическим зрением Ярина Светолика не обнаружила, но было нечто иное, заставляющие органы, мышцы и даже кости раненого разлагаться на глазах.

Сначала, как всегда, магичка влила в умирающего изрядную толику жизненной силы. Однако признаков улучшения не наблюдалось, словно несколько воронок одновременно высосали целительскую магию непосредственно у больного и выбросили её куда-то за пределы истерзанного тела. Яра удивилась и встревожилась.

– Как такое случилось? – спросила у Юрася магичка.

– Нарвались на ренегатов. Они тащили с собой нечто здоровое на телеге. Веселин ринулся посмотреть, что там. Громыхнуло. И вот что получилось, – угрюмо подытожил тёмный маг.

Яра кивнула и опять пригляделась к умирающему, по возможности усилив до предела собственных возможностей магическое зрение. Во тьме, окружающей тело раненого, заплясали-завращались зелёные всполохи, убегающие куда-то вниз. Конечно, пространственная магия! Ай да ренегаты, додумались… Жизненная сила офицера Тайной Стражи с довольно сильным магическим источником быстро утекала к создателю запретного колдовского артефакта. Ярина Светолика сделала десяток медленных, глубоких вдохов и одну за другой принялась разрывать магические нити, связывающие жертву и мага-ренегата. К утру раны Веселина затянулись, и он погрузился в целительный сон, а вконец вымотанная магичка задремала рядом, прикорнув к подлокотнику кресла.

***

Ярину Светолику разбудили мужские голоса, доносившиеся из-за двери.

– Выходит, лекарка справилась? – прозвучал знакомый глубокий, низкий, певучий голос.

– Да, мой лэр! – ответил Юрась. – По словам Ярины Светолики, ренегаты научились тянуть магию из противника.

– Скверно! – ответил глава Тайной Стражи. – Надо подумать о средствах защиты. Не желаешь ли прогуляться к нашим добрым соседям-гномам.

– Добрым соседям? – скептически хмыкнул Юрась.

– Именно так! Дам тебе сопроводительное письмо, – уверенно подтвердил собственные слова лэр Владислав. – Среди гномьих мастеров артефактов, служителей Тёмного Искусника, есть тот, кто мне кое-чем обязан. В послании будет просьба заняться разработкой защитного от магии ренегатов артефакта. В горы отправишься порталом.

– Ваше слово для меня закон, мой лэр! – чётко отрапортовал Юрась. И Яра услышала его удаляющиеся шаги.

Лекарка внутренне сжалась и задрожала от неминуемой встречи с главой Тайной Стражи. Лэр Горан вошёл в комнату и ободряюще улыбнулся настороженной Яре. Молодая женщина, повинуясь инстинктивному желанию нравится, пригладила ладонями растрепавшиеся за ночь волосы.

– Вы всегда прекрасны, лэри Ивор! – проговорил мужчина, опережая мысли Яры. Его зелёные глаза улыбались. Во взгляде Владислава Белояра было столько любви и тепла, что лекарка густо покраснела.

– Не опасайтесь меня, драгоценная лэри! Я никогда не посягну на ваш покой и семейное счастье. – печально проговорил беловолосый некромант. – К сожалению, я не смогу дать вам больше, чем дал ваш супруг.

Ярина Светолика закрыла лицо ладонями и выскочила из комнаты. Домой лэри Ивор ехала в закрытой повозке, и слёзы градом катились по её щекам. Что она чувствовала? Душевную боль, неутолённую страсть, слабость. Но мучительное беспокойство, терзавшее женщину две последние седмицы, пропало. Прозорливый маг смерти сам обозначил границы их отношений…

Глава 18

Серым пасмурным утром наместник юго-восточной провинции лэр Ратмир Велеслав Ивор с супругой и свитой покинул Аркон. На холме Ярина Светолика придержала лошадь и, мысленно прощаясь с прекрасной белокаменной столицей, посмотрела на окутанную влажной дымкой долину. Почему-то сейчас Аркон показался лэри Ивор больным, смертельно усталым городом с изъеденными временем стенами. Магичка тряхнула головой, отгоняя наваждение.

В Любиче напротив было солнечно, шумно и жарко. Последний день травня подходил к полудню. Гудел базар, по многолюдным улицам двигалась пёстрая толпа. Все куда-то спешили, толкались, будто знали, что по неизвестной причине жизнь в городе остановится скоро и надолго. Лэри Ивор вопросительно посмотрела на мужа. Наместник широко улыбался рассыпающимся в приветствиях горожанам, но в глазах его застыла ледяная тоска… Тягостное предчувствие надвигающейся беды навалилось на Ярину Светолику неподъёмной чугунной ношей.

Спустя три дня в Бранен из Орлиного Когтя прилетела ласточка с посланием к лэру Ивору. В Туманных горах творилось нечто непонятное. Долину, где находился замок, затянуло плотными серыми облаками, спустившимися с гор. Из большого села, расположенного в десятке лей от Орлиного Когтя, прискакал перепуганный, израненный пастушок. Заикаясь от ужаса, мальчишка рассказал, что из облака выползли чудовищно огромные змеи и сожрали всех жителей и скот.

Ратмир Велеслав отправил магического вестника в столицу, а потом вызвал в свои покои сенешаля и Ёрша Дамира. После короткого совещания из Бранена выпорхнула дюжина ласточек с привязанными к лапам посланиями. Наместник собирал войско и намеревался отправиться к Туманным горам. Ёрш Дамир отбывал во главе отряда разведчиков в Орлиный Коготь с лэром Ивором. К немалому удивлению Ярины Светолики, в сопровождающий войско обоз напросилась юная супруга Дамира. Тащить Прекрасу в поход было сущим безумием, но почему-то ни Ёрш Дамир, ни лэр Ивор не воспротивились желанию взбалмошной женщины.

Когда Ратмир Велеслав выезжал из главных ворот Бранена, он обернулся к стоявшей на балконе супруге и посмотрел на неё виновато и немного растерянно, будто забыл сказать что-то очень важное для них обоих. Внезапно Яра отчётливо поняла, что видит мужа живым в последний раз. Лэри Ивор проводила глазами скрывшееся в низине войско, вернулась в просторную светлицу и разрыдалась, горько и отчаянно.

***

Бранен готовился к обороне, хотя в окрестностях по-прежнему стояла тишина. По приказу наместника Любич также перешёл на оборонное положение. Селяне из ближайших сёл, сокрушаясь, что упустят начало сенокоса, спешно собирали скарб и переезжали в город. Пока мало кто верил в надвигающуюся неведомую угрозу.

В начале новой седмицы из столицы прилетел магический вестник от лэра Горана. Крупный чёрный стриж с пронзительным, нетерпеливым криком сел Ярине Светолике на плечо. Лэри Ивор отвязала от лапки послание, и магическая птица развеялась в воздухе.

Пробежав глазами письмо, Яра в изнеможении опустилась в кресло. Лэр из королевского совета в приступе безумия убил Девлина Справедливого, вонзил пропитанный магией ренегатов клинок королю в спину. Его величество умер сразу. Безутешную королеву и малолетнего наследника взяла под опеку Тайная Стража. В Арконе началась смута. Воины в серых плащах со знаками Тарая рыскали по улицам города, врывались в дома горожан и жестоко расправлялись с приверженцами Девлина Справедливого. Глава Тайной Стражи спешно набирал в предместьях столицы войско из сохранивших верность семье покойного короля боевых магов и солдат…

В Бранен доходили пугающие известия из разных уголков провинции – повсюду гибли люди. Воины из стражи ренегатов с магическими боевыми артефактами бесчинствовали по городам и сёлам, безжалостно вырезая население. А в сумерках из густого тумана появлялись чудовища, твари слуг Отступника, и пожирали людей и животных.

Ярина Светолика заряжала магической энергией простенькие защитные артефакты, активирующиеся при открытом нападении на владельца, и раздавала их обитателям Бранена. Ученики маленькой лекарской школы щипали корпию, делали заживляющие раны мази и настойки. Готовились к нападению армии красных плащей. Ярина Светолика с благодарностью вспоминала тётю Доброславу. Настоятельница, предчувствуя грядущую беду, отдала племяннице Ярость Двуединого. Это старинное смертоносное оружие в Яриных руках способно расправиться с тысячами ренегатов и тварей слуг Отступника за считанные малые обороты.

***

В середине червеня в Бранене стало известно, что Орлиный Коготь пал, разрушенный воинством ренегатов. Ратмир Велеслав с оставшимися в живых обитателями Когтя и уцелевшими при осаде воинами перебрался в Драгомир.

На побережье тоже шла война. Остроносые двухпалубные фарсийские корабли привезли из-за Бирюзового моря разномастную орду наёмников, их сопровождали маги-ренегаты. С Туманных гор колдуны-поводыри слуг Отступника нагнали множество созданных магами красных плащей чудовищ. Колобрег сражался, сдаваться приморский город-крепость не собирался. Городской глава, назначенный лэром Ивором, оказался крепким орешком. Оборону Колобрега бывший морской офицер выстроил со знанием дела. Его люди выбирались по тайным ходам в порт, сжигали корабли, убивали наёмников и магов красных плащей.

Вскоре выяснилось, что созданиям ренегатов крепко не полюбилась солёная водица. Морская вода разъедала чешую рогатых змей, панцири гигантских «пауков» и ящерицеобразных тварей, подрывающих мощными передними лапами крепостные стены.

К концу третьей седмицы червеня лэр Горан навёл в Арконе относительный порядок. Убийства горожан прекратились. Жрецы Тарая сменили тактику. Но по трактирам, рынкам и площадям по-прежнему сновали подкупленные ими говоруны. Они болтали о том, что пора короновать нового короля, называя имя ставленника слуг Отступника из младшей ветви королевского рода. Сладкоречивые говоруны убеждали народ, будто Девлин – корыстный хитрец, обманувший жителей Артании. Лишь власть жрецов мудрого бога разума и порядка спасёт страну от войн и разорения. В ход шли подкуп и сладкоречивые обещания.

Претендент на корону несколько раз выступал с речами на площади перед главным храмом Тарая. Поговорить он любил, особенно ему удавались прочувствованные речи о страдающих, голодных детках, обездоленных бедняках и незаслуженно обиженных, томящихся в королевских тюрьмах узниках. Последнее в первую очередь заинтересовало ворьё и бездельников, ошивающихся по рынкам и трактирам в поиске пропитания.

Смазливая физиономия принца Милоша с пока едва заметными следами разгульной жизни и его хлёсткие, красочные выражения нравились женщинам из простонародья. Безмозглые бабы таращились на принца во все глаза, поминутно восклицая «ах, какой мужчина»! Жрецам Тарая народ верил и не верил. Правда, большинство ненавидело красных плащей, люди помнили о бесцеремонных расправах с недовольными, продаже рабов фарсийцам и ненасытной алчности жрецов бога разума и порядка.

В итоге королевский совет при содействии Тайной Стражи короновал малолетнего сына Девлина Справедливого. Регентом при короле Велизаре назначили лэра Владислава Белояра Горана. Новоиспечённый регент без долгих разбирательств заточил принца Милоша в темницу. Глава Тайной Стражи жёстко преследовал говорунов, слуг Отступника, и подкупленные красными плащами уличные банды.

Спустя месяц в столице стало спокойно. Однако в Артании не утихала война. Относительно благополучными оставались северные и западные провинции, а юг и восток погрязли в кровавых сражениях с пришлыми наёмниками, магами-ренегатами и полчищами созданных ими чудовищ.

***

В разгар летней жары в столицу юго-восточной провинции Любич пришёл мор. От хвори, напоминающей болотную холеру, умерли несколько десятков людей в торговом и ремесленном кварталах. Городской глава своевременно принял надлежащие меры – подходы к рынкам и прилегающие к ним улицы перекрыли отряды патруля городской стражи, никого не впускали и не выпускали. Немного погодя удалось обнаружить причину болезни – неизвестные вредители сбросили в колодцы тушки заражённых смертельной хворью поросят.

Ярина Светолика, захватив с собой Орешу и Ягодку, в сопровождении пятидесяти воинов отправилась в Любич. Почему лекарка взяла именно Орешу и Ягодку? Только двое её учеников обладали магией. А маги обычной заразой не болели.

В Любиче лэри Ивор направилась прямо в дом городского главы. Там её ждали плохие новости, лэр Норин и его домочадцы слегли с болотной холерой. Лекарка и её ученики сходу взялись за лечение. Порадовало, что болезнь оказалась не магического происхождения. Ранее в монастыре Ярине Светолике периодически приходилось сталкиваться с кишечной хворью.

В здоровые чаны с кипячёной, остывшей водой добавили целебную настойку, напитанную магией. Когда лекарство было готово, принялись активно выпаивать им больных. Умирающих Яра подпитывала жизненной силой из малых напопителей.

По распоряжению городского главы всех заражённых сносили под навесы на обезлюдевшие рынки. Люди постепенно выздоравливали. Ярина Светолика и её ученики обошли все дома в торговом и ремесленном кварталах в поиске больных. С вспышкой болотной холеры удалось разобраться за две с половиной седмицы.

Распрощавшись с заметно повеселевшим городским главой и его семейством, лэри Ивор собралась назад в Бранен. По дороге внимание Ярины Светолики привлёк шум на площади в квартале ремесленников. По знаку лэри отряд развернулся и въехал на площадь. Разъярённая толпа обступила помост с виселицей, оттеснив судебного исполнителя и стражников к наспех сооружённому из досок возвышению.

Яра с недоумением и опаской вглядывалась в красные, потные, возбуждённые лица мужчин и женщин. Они требовали, чтобы стражники незамедлительно освободили осуждённого. Те сопротивлялись, выставив перед собой алебарды. Накал страстей был настолько велик, что на лэри Ивор и её отряд не обратили внимания. Масла в огонь подливал взобравшийся на помост мужчина в поношенной одежде горожанина. Незнакомец, активно жестикулируя, подбивал людей к бунту.

– Честные горожане! – завывая, орал он. – Видите, до чего довели вас нынешние власти? Сегодня казнят заслуженного, честного человека, бывшего судью.

Ярина С ветолика приподнялась в седле, дабы посмотреть на осуждённого. Обрюзгшую от обжорства и пьянок физиономию она сразу узнала и возмутилась. Почему этого негодяя до сих пор не повесили? Судья Сбыня Вятко, пособник жрецов Тарая, безвинно отправил на смерть десятки людей. Его посадили в темницу по именному указу наместника ещё два месяца назад.

– Низкий хитрец король Девлин призвал в страну тёмных колдунов, магов смерти. Скоро они, как в давние времена, начнут истязать на алтарях ваших детей!

Толпа содрогнулась.

– А истинный государь принц Милош томится в башне! – продолжал оратор. – Казна пустеет, страна разоряется в войнах. Бойтесь! Кара Тарая обрушится на приспешников некромантов и всех, кто потворствует их чёрным делам…

Обезумевшие люди ринулись к стражникам, и завязалась схватка. По молчаливому приказу лэри Ивор воины из её отряда оттеснили беснующуюся толпу от помоста, на котором растерянный палач, прислонившись спиной к виселице, нервно поглаживал деревянную подставку.

– Видите, что твориться! – с вдохновением завопил незнакомец, указывая рукой на воинов лэри Ивор.

Сперва Яра не поняла, почему ранее довольных властью ремесленников легко заставил взбунтоваться неизвестный оратор? Позже догадалась. Магия! Конечно, магия. Ярина Светолика рассмотрела магическим зрением тянувшийся от «горожанина» на помосте колдовской след, рассеивающийся по площади, отравляя умы людей и парализуя их волю.

Вспомнив уроки Юрася, магичка внутренне собралась и, выпустив наружу невидимое щупальце, сдавила им колдовской артефакт-медальон, висевший на груди оратора. Магический след пропал. Яра поспешно прощупала ауру незнакомца. Слабый маг разума, слуга Отступника.

Впавшая в раж толпа продолжала бесноваться. И тогда Ярина Светолика выехала вперёд. Усилив магией голос, лэри Ивор заговорила: – Люди, вы знаете этого человека? – спокойно спросила лекарка.

Народ, переглядываясь, постепенно угомонился.

– Я тоже не знаю, – продолжала Яра. – Зато знаю тебя, кузнец Дарко Верен. Лечила твоего младшего сына от красной сыпи. И тебя, Берёза, вдова мастера золотых дел. Вспомни, я исцелила тебя от грыжи. А ты, Бобёр Хватко, помнишь, как убивался, когда обесчещенная судьёй Сбыней Вятко твоя тринадцатилетняя дочка утопилась в озере, а жена попыталась наложить на себя руки? Твоего мужа, сына и невестку, Берёза, Сбыня Вятко обвинил в колдовстве. Их сожгли в позапрошлом году. А всё потому, что жрецам Тарая донесли, будто у вас в доме припрятана кубышка с золотом.

Стало тихо. Люди смущённо переговаривались и прятали глаза.

– Так знаете вы этого человека или нет? – вновь спросила Ярина Светолика.

– Он пришлый. Поил в трактире народ до утра, – выкрикнул плечистый светловолосый парень.

– И вы поверили незнакомцу, неизвестно откуда появившемуся в городе? Кто он? Что ему нужно? Почему он подталкивает вас к бунту и защищает развратника и убийцу Сбыню Вятко? – понизив голос, проговорила магичка.

Люди разом зашептались-заговорили, оправдываясь, потому как ничего дурного они не хотели, злые духи попутали…

– Бывшего судью приговорили к казни справедливо. В квартале ремесленников всем известно, сколько он принёс зла! – Яра грозно посмотрела на злобно зыркающего на неё толстяка. – Сбыня Вятко, я говорила тебе, что приеду взглянуть, как тебя повесят, и я приехала! – Лэри Ивор взмахнула рукой, народ расступился, и упирающегося Сбыню поволокли к помосту.

Незнакомец в одежде горожанина, воспользовавшись тем, что внимание присутствующих переключилось на бывшего судью, ловко спрыгнул на землю и попытался скрыться в толпе.

– Держите его! – крикнула Ярина Светолика. – Он околдовал вас артефактом слуг Отступника.

Кузнец, светловолосый парень и трое других мужчин скрутили оратора. Тот огрызался, скаля белые, острые, словно у волка зубы.

– Его возьмём с собой! – распорядилась лэри Ивор. – Побеседуем в присутствии палача в Бранене. Яра спрыгнула с лошади, подошла к пособнику красных плащей и сорвала с его груди артефакт. Мужчина помрачнел и обречённо опустил плечи.

Сбыню Вятко повесили. Когда палач при помощи дюжего стражника тащил осуждённого к виселице, тот рыдал и умолял его простить. От страху бывший судья обмочился. Едва палач вышиб из-под ног висельника подставку, толпа разразилась одобрительными криками.

***

За время отсутствия лэри Ивор в Бранене ничего существенного не произошло. Каждый занимался своим делом. И всё же в воздухе стойко держалось ощущение надвигающейся беды. Лэри Ивор гадала, как долго продлится эта напряжённая тишина? Под пытками одетый под горожанина младший жрец Тарая рассказал, что Драгомир скоро падёт, самое большое через полторы седмицы армия ренегатов подойдёт к Любичу, а затем начнётся осада Бранена.

Ярина Светолика не спала ночами, переживая за мужа, Ёрша Дамира и всех, кто сейчас сражается в Драгомире. Похоже, помощи сейчас ждать не стоило. Тайная Стража охраняла столицу, армия короля медленно, с боями продвигалась на юго-восток страны. Устоял ли Колобрег? Отобьётся ли от слуг Отступника, их наёмников и полчищ ядовитых тварей Любич?

Солнце наполовину закатилось за горы, когда дозорный на главной башне увидел приближающийся к замку отряд. Лэри Ивор поднялась на смотровую площадку. Улучшенным при помощи магии зрением Ярина Светолика посмотрела туда, куда указал ей зоркий бородатый воин, и глубокая, безграничная, жгучая скорбь обрушилась на неё, сминая и поглощая, словно порывистый, неукротимый морской шквал. Лэри Ивор разглядела на конных носилках мёртвое тело Ратмира Велеслава, того, кто любил её глубоко, искренне и беззаветно…

Оставшихся в живых воинов наместника и остатки гарнизонов Орлиного Когтя и Драгомира привёл в Бранен Дрогорад Раво. С перевязанной головой, качаясь в седле, рядом с носилками бывшего воспитанника ехал Ёрш Дамир. Яра не сразу узнала в тощем, седом старике ранее могучего воина.

Сенешаль заметил, как побелело лицо лэри Ивор. Чтобы не упасть Яра обеими руками ухватилась за парапет.

– Лэри? – тихо спросил он. – Позвольте вам помочь. – Ладислав Идан поддержал пошатнувшуюся госпожу.

Ярина Светолика подняла голову. Сенешаль в замешательстве попытался рассмотреть приближающийся отряд. Что дело плохо, опытный воин догадался моментально, измученные всадники ехали медленно, штандарты рода Ивор, замков Орлиный Коготь и Драгомир были опущены.

– Мой супруг мёртв, – прошептала Ярина Светолика. – Драгомир пал.

***

Яра просидела над телом мужа до рассвета, вспоминая каждый миг их любви. Теперь, овдовев, молодая женщина чувствовала себя одинокой и потерянной. Всегда, даже когда наместник надолго по делам службы покидал семью, Ярина Светолика ощущала его незримое присутствие и поддержку. А сейчас Ратмира Велеслава, мужественного, доброго, мудрого и бесконечно близкого человека больше нет. Его ласковые, тёплые руки уже никогда не коснуться тела желанной супруги, Яра никогда не проснётся от жаркого шёпота и нежного поцелуя любимого…

Утром старый жрец Нура из окрестностей Любича прочитал над убиенным погребальную молитву и сообщил, что душа мёртвого мага освободилась, Ратмир Велеслав больше не нуждается в охране и заступничестве бога усопших. Поэтому по старинной традиции жителей юга тело наместника предали огню.

Лэри Ивор молча стояла у погребального костра и смотрела, как оранжевые языки пожирают тело супруга. Глаза Ярины Светолики оставались сухими, плакать она не могла, мешало нечто внутри, сдавившее грудь каменной дланью.

– Яра, Яра! Так нельзя… Поплачь, прошу тебя поплачь, – захлёбываясь слезами, бормотала Лиса. Но Ярина Светолика, погрузившись в скорбь, её не слышала. Когда погребальный костёр потух, она удалилась в свои покои и, отослав служанок, не раздеваясь, легла в постель. Лэри Ивор неподвижно пролежала с открытыми глазами до вечера.

Вечером Ягодка и Белица насильно напоили госпожу успокоительной настойкой, и Яра провалилась в тёмный, страшный сон. Чудовища были повсюду, они бродили по замку, пожирая людей. Лэри Ивор тщетно металась с сыном на руках в надежде на спасение по залитым кровью коридорам. Внезапно она поняла, что устала бояться. Чьи-то сильные, до боли знакомые руки обняли Ярину Светолику за плечи. Молодая женщина повернула голову и встретилась глазами с Ратмиром Велеславом.

– Яра, не время предаваться скорби! – проговорил муж. – Вспомни о нашем сыне, о людях в Бранене и Любиче. Кто их спасёт, если не ты? У тебя есть Ярость Двуединого, артефакт поможет тебе расправиться с ренегатами и их тварями…

Затем Ратмир Велеслав пропал, и Ярина Светолика проснулась. Слёзы катились по её щекам. Выплакавшись, лэри Ивор позвала служанок. Наскоро перекусив, она направилась в комнату, где обычно работал наместник, и приказала позвать сенешаля, лэра Дрогорада Раво, Ёрша Дамира и нового главного мастера-оружейника.

Явились все, за исключением Ёрша Дамира. Бывший воспитатель покойного Ратмира Велеслава умирал. Лэри Ивор отложила военный совет и пошла к Дамиру. Мужчина лежал, уставившись блёклыми очами в потолок. – Простите меня, драгоценная лэри! – прошептал он, когда Яра присела на край кровати. – Не уберёг… Сам привёл к нему смерть!

– Вашей вины здесь нет, – твёрдо произнесла лэри Ивор. – В смерти моего супруга виноваты ренегаты, только они…и я им отомщу. Убью столько, сколько смогу! – Синие радужки глаз молодой женщины залила тьма. В голосе зазвенела сталь. Тёмная сторона дара Двуединого на мгновение взяла в Яре верх над светлой магией целительницы. Магичка заставила себя подавить нахлынувший гнев и принялась вливать в слабое тело воина жизненную силу.

– Не тратьте на меня магию, госпожа, всё равно я уже мертвец, – окрепшим голосом проговорил Ёрш Дамир.

– Не смей так говорить! – вспыхнула Яра. – Ты мне нужен.

В ответ мужчина усмехнулся и тяжело вздохнул.

Вчера Ярине Светолике рассказали, как погиб наместник. Ратмир Велеслав стал жертвой тщательно подготовленного покушения. Гарнизон Драгомира успешно отбивался от наседавших на стены тварей и магов-ренегатов. Их наёмники испугались пожиравших своих и чужих чудовищ и отступили. Лэр Ивор командовал обороной крепости с главной башни. Ёрш Дамир находился вместе с ним. Никто из воинов не догадался остановить милую Прекрасу, направляющуюся к мужу.

Оказавшись рядом с наместником, хрупкая Прекраса с неженской силой отшвырнула мужа к стене и преобразилась в костлявую, седую ведьму с горящими зелёным пламенем глазницами. Ренегатка удлинившимися руками с цепкими, длинными пальцами выхватила из-за пояса пропитанный ядом кинжал и проткнула Ратмиру Велеславу грудь. Наместник умер мгновенно, лишь успел с невыразимым удивлением взглянуть в лицо убийце. Ошалевший от ужаса Ёрш Дамир снёс ренегатке голову мечом, а после долго в ярости кромсал безжизненное тело, пока его не оттащили люди лэра Раво.

Глава 19

Пленный говорун, жрец Тарая не солгал, армия ренегатов подошла к Бранену через десять дней. Ярина Светолика отправила в Аркон лэру Горану, регенту малолетнего короля, магический вестник с сообщением о гибели наместника и об осаде Бранена и Любича.

Штурмовать столицу юго-восточной провинции слуги Отступника не торопились. От городского главы Любича прилетела ласточка с известием, что город окружён отрядами наёмников, но ни магов, ни выведенных ренегатами чудовищ там не видели. Зато под стенами Бранена скопилось множество тёмных тварей. Днём создания ренегатов скрывались в низине в вырытых ящерицеобразными чудовищами огромных норах, а по ночам выползали наружу и пожирали не успевших спрятаться за стенами замка или в окрестных лесах бедолаг.

А ещё Яра отчётливо ощущала тяжёлую, ядовитую ауру двух с половиной десятков колдунов, слуг Отступника, они сбросили маскировочные чары, дабы устрашить противника и подавить у осаждённых волю к сопротивлению. Само присутствие магов-ренегатов вызывало у обычных людей бессознательный, безотчётный страх.

Лэри Ивор никак не могла понять, почему слуги Отступника тянут со штурмом замка? Ответ на вопрос дал Дрогорад Раво. Маг огня заявил, что все, даже твари ренегатов нуждаются в магической энергии, скорее всего, чудовища истощены после неудачного штурма Колобрега и быстрого перехода к Бранену.

Слуги Отступника настроены в первую очередь взять замок? По какой причине? Бранен захватить непросто! Однако ренегаты решили, что недальновидно штурмовать Любич, столицу юго-восточной провинции, оставив за спиной хорошо укреплённый замок, где пусть относительно немного воинов, но имеются сильные боевые маги. Предположения красных плащей насчёт количества и способностей магов в замке высказал под пытками говорун. Откуда такое заключение? Из тайно отправленного жрецам Тарая послания Прекрасы, бывшей супруги Ёрша Дамира. Ренегатка обладала слишком слабым магическим источником, чтобы достоверно разобраться в ауре одарённых.

И всё же Ярине Светолике было любопытно, почему слуги Отступника безоговорочно поверили Прекрасе, будто в замке засели сильные маги? Возможно, кто-то специально постарался ввести противника в заблуждение? Во всяком случае, лэри Ивор это на руку. Чем больше колдунов-ренегатов с их тварями соберутся у стен Бранена, тем больше возможностей выстоять Любичу и Колобрегу до подхода армии короля, и тем больше чудовищ подохнут от смертоносного оружия древних, Ярости Двуединого. Только бы слуги Отступника раньше времени не узнали, какой опасный артефакт находится в замке!

С действиями по защите Бранена окончательно определились на ночном военном совете. Из по-настоящему сильных боевых магов в замке присутствовали маг огня Дрогорад Раво, молчаливый Борислав Истома, маг воды из Орлиного Когтя, коренастый курчавый рыжий маг земли Креслав Зима, прибывший из Аркона в Драгомир в травне, и Ярина Светолика. Также имелись двое молодых воздушников с растущим внутренним источником из гарнизона Бранена. Остальные маги погибли в Орлином Когте и Драгомире. Гарнизон Бранена составляли три с половиной сотни рыцарей и солдат под командой лэра Ладислава Идана. С лэром Раво пришли всего шесть десятков воинов. В общем, для обороны замка расклад неплохой.

Было решено, что в сражение с ренегатами и их тварями первыми вступят в бой маги огня и воды, встретят атакующих огненными шарами и Ледяным Шквалом. Креслав Зима будет приглядывать за накануне воздвигнутой им высокой насыпью перед рвом с солёной водой. Прослышав о том, что твари ренегатов не любят солёную воду, изобретательный лэр Ладислав отправил ласточку на рудник, где добывали каменную соль. Подводы с солью добрались до Бранена три дня назад. Всю соль сразу сбросили в заполненный водой ров, окружающий замок.

Маги-воздушники займут места на стенах, их дело кучно направлять стрелы на скопления врага. Когда слуги Отступника соберут под стенами замка основные силы, Ярина Светолика бросит на врагов смертоносную мощь Ярости Двуединого. Что станется после? Увы, смертным этого знать не дано… Да помогут защитникам Бранена боги!

***

Ёрш Дамир тихо скончался в полдень. Нет, физически он был здоров, если не считать слабости и накопившейся усталости. Отважный воин сам не хотел жить, поэтому все старания Ярины Светолики оказались напрасными. Давным-давно семья Дамира погибла от рук красных плащей, несчастных оговорил завистливый сосед. Мать и сестру Ёрша Дамира обвинили в колдовстве, а отца и двух братьев-подростков – в намеренном сокрытии от правосудия коварных, злобных ведьм. Узнав о гибели родных, Ёрш Дамир возненавидел жрецов Тарая и нашёл в себе силы долгие годы бороться со слугами Отступника. Но предательство юной жены и смерть бывшего воспитанника мужественный воин не пережил.

На закате следующего дня начался штурм Бранена. В сгущающихся сумерках армия ренегатов приблизилась к замку. Стояла необычная для сражения тишина – ни криков команд, ни топота копыт лошадей, ни воя труб. Ряды наёмников, зачарованных магией слуг Отступника, двигались вперёд упорно, размеренно и без лишнего шума, словно марионетки в кукольном театре. Усилив магией зрение, лэри Ивор с содроганием вглядывалась в их неподвижные лица с пустыми, напрочь лишёнными разума глазами.

По мнению лэра Идана, ренегаты намеревались использовать наёмников в качестве послушной серой скотинки, предусмотрительно отправленной на убой колдунами противника. Пускай боевые маги из Бранена растратят резервы на солдат, после чего сами станут лёгкой добычей для ренегатов и их созданий! Хорошо, что в замке заблаговременно заготовили несколько десятков накопителей магической энергии.

В наёмников полетели тучи стрел. Солдаты слуг Отступника подошли ближе, и в бой вступили маги огня и воды. Направляемые воздушниками со стен замка стрелы, огненные шары и Ледяной Шквал косили наёмников, точно огромные косы спелое жито. Но не слышалось ни криков раненых, ни стонов и проклятий умирающих. Лишь гул ревущего пламени, свист стрел и грохот Ледяного Шквала. Зачарованные солдаты слуг Отступника умирали молча и безропотно.

К разочарованию ренегатов, штурм затянулся. Наёмники не смогли даже вплотную подойти к насыпи. Тогда по команде магов красных плащей к земляному валу поползли десятки ящерицеобразных тварей. Их усиленная магией броня оказалась практически непробиваемой для стрел и непроницаемой для ледяных дротиков. Разве что огонь заставлял чудовищ дёргаться и пронзительно визжать, однако остановить их не мог.

Спустя четверть оборота ящерицеобразные твари принялись активно разгребать земляную насыпь мощными лапами с длинными когтями. Креслав Зима созданиям слуг Отступника мешать не стал, до поры, до времени. Вскоре первые чудовища попадали в ров с солёной водой, и тогда раздался истошный, душераздирающий, пронзительный визг заживо разлагающихся тварей.

Со стен замка наблюдали, как трескались панцири ящерицеобразных, а серые, морщинистые туши покрывались чёрными язвами. Словно по команде погибающие чудовища ринулись наружу по насыпи. Но маг земли уже успел восстановить земляной вал. Вдобавок насыпь на глазах твердела и покрывалась скользкими, точно специально отшлифованными плитами. Размягчённые в солёной воде когти тёмных тварей съезжали по гладкому камню, и чудовища, сползая вниз, плюхались в ров.

Идея лэра Ладислава с каменной солью превзошла ожидания. Ни одно создание ренегатов не выбралось на свободу. Ящерицеобразные чудовища одно за другим подыхали в глубоком рву, а тела их быстро распадались. Первый штурм защитники Бранена благополучно отбили.

***

Ночь прошла относительно спокойно. Разве что из лагеря наёмников у подножия горы доносился мерный стук топоров. Лэри Ивор с другими женщинами долго молились в замковом святилище Светлой Ари, призывая богиню заступиться за обитателей Бранена перед её супругом Двуединым. Отец богов, блуждающий по бескрайней пустыне, совсем позабыл о нуждающихся в его помощи людях. Он не желал никого видеть и слышать кроме вечно юной Ари, лишь она могла разговаривать с Двуединым благодаря магическому зеркалу. Люди были уверены, что никто, даже отец богов не способен отказать прекрасной богине!

Штурм Бранена войском ренегатов возобновился снова на закате. Тому причина – создания слуг Отступника плохо переносили солнечный свет. К счастью, дни стояли ясные, что давало защитникам замка возможность отдохнуть и, набравшись сил, опять выйти на стены.

Попытка красных плащей при помощи подкопа прорваться в Бранен тоже провалилась, и ренегаты радикально изменили тактику. Подкоп должны были проделать ящерицеобразные. К стенам замка двигались три покрытые мокрыми коровьими шкурами непривычно широкие деревянные осадные башни, за которыми прятались стрелки с арбалетами и лучники. Башни тащили запряжённые веером паукообразные твари.

Лэр Идан высказал вслух надежду, что легко перебраться через ров захватчикам не удастся. Но у ренегатов на сей счёт имелось собственное мнение. Башни подползли ко рву и остановились. Со стен в деревянные сооружения плотным залпом вылетели зажигательные стрелы с пропитанной магической смесью паклей. И всё же поджечь башни не получилось. Пламя мгновенно гасло, соприкоснувшись с коровьими шкурами, вымоченными в каком-то особом растворе. Лучники и арбалетчики красных плащей предпочитали до поры не высовываться.

Вскоре из башен выдвинулись длинные мосты-трапы через ров на стены. С этими мостами определённо было что-то не так, во-первых, длина, во-вторых, то, насколько прочно наскоро сляпанные из свежих досок трапы улеглись-уцепились за стену. Не иначе вмешалась магия…

Лэр Раво бросил несколько слов магам и кивнул Бориславу Истоме, оценивающе посматривающему на соседнюю штурмовую башню. Маг воды тотчас же рванул к укрепившемуся на стене трапу. Сам Дрогорад остановился неподалёку от моста, тянувшегося от первой башни. К третьей башне по знаку лэра Риво поспешили оба молодых воздушника.

Ярина Светолика с верхнего яруса главной замковой вежи наблюдала, как десятки наёмников с неподвижными лицами выскочили на трапы и понеслись на стены, где вскоре завязалась кровавая бойня. Маги Бранена попытались разрушить трапы, но у них ничего не вышло. Мало того, что выдвинувшиеся из осадных башен мосты оказались крепче железа, ни поджечь, ни сломать их оказалось невозможно. Стрелы по-прежнему соскальзывали с мокрых коровьих шкур, не причинив строениям ни малейшего ущерба.

И Ярина Светолика решила вмешаться. Благодаря усердным тренировкам магичка научилась вполне прилично использовать Сеть Праха, единственное заклинание из разряда боевых магов, последователей тёмной стороны Двуединого, которому лекарку обучил Юрась. Лэри Ивор отлично понимала, что пока ренегаты, не исчерпав начисто ресурсы наёмников, не вступили в бой сами с основными силами вблизи замка, раскрывать главное тайное оружие защитников Бранена, а именно присутствие обладателя магии смерти, рано. Но сейчас Яра видела, как в схватке на стенах погибает замковая стража и воины лэра Раво. Магичка сосредоточилась и принялась плести Сеть Праха, способную превратить в чёрную пыль и осадные башни, и паукообразных тварей, и завороженных колдовством ренегатов наёмников.

От незавершённого боевого заклинания Ярину Светолику оторвали торжествующие голоса защитников замка. Лэри Ивор посмотрела вниз. Дрогорад Раво нашёл действенный способ разрушить осадные башни. Напитанные магией огня стрелы влетали в башенное отверстие, сквозь которое вылазили наружу наёмники, и мгновенно взрывались. Из башни выплеснулось неистовое магическое пламя, заорали наёмники, и спустя несколько малых оборотов сооружение ренегатов взорвалось, рассыпаясь в труху. Огонь попал и на паукообразных, те беспокойно завертелись на месте, хаотически перебирая всеми шестью конечностями.

Яра перевела дыхание и повернулась ко второй башне. Борислав Истома, особо не мудрствуя, покрыл трап ледяной коркой. Наёмники падали в ров один за другим. А защитники замка на стенах, вооружившись длинными копьями, сталкивали врагов с моста.

Лэри Ивор удалось рассмотреть, как молодые маги-воздушники возле третьей осадной башни по примеру Дрогорада Раво направили поток стрел с колдовским составом, пропитавшим паклю на наконечниках, в отверстие для живой силы атакующих. Немного погодя оттуда вырвалось негасимое магическое пламя.

Ярина Светолика смотрела, как добивают на стенах уцелевших наёмников слуг Отступника, жгут паукообразных тварей, в беспорядке толпившихся около рва, и улыбалась. Радужку совсем недавно синих очей лекарки затопила тьма… Если бы сейчас Яру увидела Лиса, она бы испугалась и решила, что подруга сошла с ума от навалившихся на неё бед, или в неё вселился демон. Но это было не так. Магичку переполняла бушующая в ней сила смертоносной магии Двуединого. Ярина Светолика наслаждалась собственным могуществом, осознавая, что скоро, возможно уже завтра, убийственная мощь артефакта обрушится на слуг Отступника…

***

До рассвета Яра и её ученики занимались ранеными. С приятным удивлением целительница обнаружила, что резерв её внутреннего источника опять вырос. Никто не остался без помощи, большинство пострадавших в схватке на стенах вернулись в ряды защитников Бранена целыми и полными сил. Поскольку следующее нападение войска ренегатов на замок наверняка начнётся на закате, лекарка рассчитывала отоспаться днём. Увы, едва Ярина Светолика улеглась в кровать, в узкое окно влетел магический вестник. По желанию отправившего послание мага вестник оказался чёрным стрижём.

Яра с трепетом развернула крошечный свиток, тотчас же увеличившийся в несколько раз. Послание отправил сам регент. Лэри Ивор с трепетом пробежала глазами письмо, а затем спокойно и вдумчиво перечитала. Его светлость лэр Горан навёл порядок в столице и окрестностях и, воспользовавшись порталом, нагнал продвигающуюся с боями на юго-восток армию короля. Магичка невольно усмехнулась – тёмный маг-некромант и светлость! Лэр Горан торопился на помощь осаждённому Бранену. По утверждению его светлости подмога будет здесь через три-четыре дня. Только есть ли у защитников замка эти три-четыре дня?

Ярина Светолика задумалась. После вчерашней бойни внутренние источники магов Бранена истощены. Лэр Раво и молодые воздушники валялись в бессознательном состоянии, им необходимо не менее пяти дней, чтобы восстановить резерв хотя бы до половины. Борислав Истома еле двигался, для пополнения внутреннего источника ему понадобится дня три. У мага земли магический резерв опустел на три четверти, посему Креслава Зиму можно считать относительно боеспособным. Во всяком случае, он клялся, что сумеет изменить структуру стен замка или создать парочку земляных великанов, способных полноценно сражаться с врагом.

За дверью послышалось неуверенное покашливание. Яра поспешно накинула на тонкую шёлковую сорочку платье и пригласила посетителя войти. Им оказался лэр Идан. По задорным искоркам в серо-зелёных глазах, Ярина Светолика догадалась, что изобретательный сенешаль пришёл с очередной задумкой, и вопросительно посмотрела на лэра Идана. Тот расплылся в широкой улыбке и, постукивая от нетерпения кончиками пальцев по подоконнику, принялся излагать свой план, разработанный им совместно с магом земли.

– Таким образом, госпожа, мы получим верную надежду дождаться подкрепления! – закончил довольный лэр Идан.

Креслав Зима и сенешаль собирались предпринять вылазку в лагерь противника. Вылазку дерзкую и вызывающую, но вполне продуманную. Вопрос упирался в нехватку магической энергии у Креслава Зимы. Маг намеревался отправиться вместе с отрядом лучших воинов в тридцать человек. Каждому из них он собирался укрепить магией лёгкие доспехи.

Очутившись на расстоянии до противника в сотню шагов, маг земли рассчитывал создать парочку каменных великанов. По охотничьей тропе отряд под командованием Креслава Зимы подберётся к лагерю ренегатов довольно близко. Вылезут из пропасти, подобно ночным хищникам, и схоронятся в кустах, пока маг земли вырастит своих «детишек», а после ринутся на врага с двух сторон. Да, у слуг Отступника ещё остались наёмники, но их изрядно потрепало в двух неудачных штурмах, маги наверно тоже устали и не ожидают нападения от осаждённых. А твари днём дрыхнут в вырытых ими норах.

Напасть предполагалось, не откладывая дело в долгий ящик, сегодня в полдень. Первоочередной целью станут маги-ренегаты. Собственно, идея с вылазкой принадлежала лэру Идану. Выслушав хитроумного сенешаля, Креслав Зима предложил своё участие и помощь, а взамен потребовал, чтобы сам Ладислав остался в замке. Маг земли отличался завидным упрямством, и лэру Идану пришлось согласиться. От хозяйки Бранена требовалось одобрение и магическая поддержка – залить в защитные артефакты и накопители магическую энергию.

Ярина Светолика сосредоточилась. Её внутренний источник опять пополнился. До полудня оставалось четыре оборота. Вполне достаточно, чтобы подготовиться к вылазке. Не желая тревожить отдыхающего Креслава Зиму, Яра достала из тайника два объёмистых накопителя. Справившись с ними, магичка занялась охранными артефактами и доспехами. Спустя два с половиной оборота всё было готово. Лекарка напоила настоем бодрости воинов отряда и приказала разбудить Креслава Зиму. Тот тоже получил кружку целебного настоя.

До потайного лаза, дабы не будоражить прочих обитателей Бранена, лэри Ивор проводила отряд сама, затворив за воинами и магом узкую, обитую железом дубовую дверь. После чего Яра уселась на земляной пол, вытерла ладонью потный лоб и горячо помолилась Светлой Ари, чтобы та укрыла отряд от взора врагов и оградила от стрел, мечей и чужого колдовства.

Вылазка прошла успешно. Ренегаты даже не предполагали, что защитники Бранена отважатся напасть, пережив тяжёлый бой на стенах замка. В лагере красных плащей спали, укрывшись в островерхих шатрах от палящего летнего солнца. Дозорных удалось снять бесшумно. Два каменных великана распластались в кустах на границе пропасти. Видимо, солдаты противника сочли, что это место не таит для них угрозы. Ещё бы, крутой обрыв в бездонную бездну! К счастью, приспешники красных плащей не знали об охотничьей тропе под обрывом. Великанов маг земли сотворил из камня вблизи укрывших отряд от врага кустов. Опытный Креслав Зима вырастил собственные творения лежащими на каменистом грунте.

По знаку мага земли осторожно обошли незатейливые полотняные шатры наёмников и приблизились к шатрам магов из дорогой плотной ткани, сохраняющей по необходимости тепло или прохладу внутри. Шесть из двадцати магов-ренегатов перерезали во сне. Седьмой некстати очнулся и запустил в нападающих россыпь воняющих гнилью шаров, размеров с грецкий орех. Падая на землю, шары растекались вязким туманом, разъедающих тела живых. Но предупреждённые воины Бранена вовремя отступили на безопасное расстояние, а кинжал одного из них впился в горло ренегата.

Нападающие успели забросить в шатры магов-ренегатов дюжину взрывающихся боевых артефактов, когда лагерь проснулся и забурлил. Завязалась схватка, но не с наёмниками, те лежали в отключке, а с отлично обученными воинами стражи красных плащей. Треть отряда из Бранена погибла за считанные малые обороты. Правда, вскоре им на помощь в лагерь двинулись каменные великаны. Творения Креслава Зимы топтали врагов огромными ногами, крушили здоровенными кулаками черепа слуг Отступника. Едкий туман на создания мага земли не действовал.

Маги-ренегаты сумели упокоить каменных великанов, лишь когда в лагере наступил полный хаос. Как и предполагалось, воины из замкового отряда и изрядно ослабевший Креслав Зима успели скрыться на охотничьей тропе. В итоге треть колдунов красных плащей и примерно полторы сотни их стражников были убиты. Погибла половина воинов из Бранена, но погибла не зря…

***

Как и предпологали сенешаль и лэри Ивор, ренегаты не стали штурмовать замок как обычно на закате. Ярина Светолика и лэр Идан не сомневались, что слуги Отступника зализывали раны после неожиданного дневного нападения. Или вынашивали некую новую и крайне неприятную затею? Безусловно, оно хорошо бы, чтобы ренегаты отсрочили штурм замка на пару дней, внутренние источники боевых магов Бранена за это время успеют пополнится, а воины как следует отдохнуть. Но надежда на передышку не оправдалась…

Около полуночи стражники замка задержали у тайного лаза пособника ренегатов. На допросе с использованием подавляющего волю к сопротивлению артефакта, очень кстати сохранившегося у Дрогорада Раво, оказалось, что приспешник красных плащей подслушал разговор вернувшихся после вылазки воинов. Откуда и узнал о существовании тайного выхода из Бранена.

Пособником слуг Отступника оказался коренастый нелюдимый мужчина средних лет. Выяснилось, что воины из Орлиного когтя считали, будто тот из Драгомира, а драгомирцы, что незнакомец пришёл из Орлиного Когтя. Пойманный приспешник ренегатов не был магом, что специально проверили, красные плащи попросту дали ему денег и пообещали дать ещё.

Испуганно зыркая круглыми, словно у совы жёлтыми глазами на густо заросшем чёрными волосами лице пленник рассказал, что намеревался сообщить его покровителям о подлинном положении защитников замка. Приспешник ренегатов надеялся на солидный куш. Услышав новость, что боевые маги Бранена временно выведены из строя, а у защитников замка уцелело всего двести воинов, красные плащи, без сомнения, на радостях отсыплют добровольному соглядатаю полный кошель золота.

Впрочем, ренегаты и без подсказки догадались о сложном положении замкового гарнизона. Вдобавок жрецам Тарая было отлично известно о продвижении королевской армии на юго-востоке. Время работало против слуг Отступника. Не успей они закрепиться в Бранене до появления здесь войска под командованием регента, риск поражения красных плащей в гражданской войне значительно бы увеличился. Поэтому несмотря на потери приверженцы Тарая торопились захватить замок.

Штурм наступил в два оборота после полуночи. На сей раз слуги Отступника бросили в бой все силы. С главной башни Ярина Светолика наблюдала магически усиленным зрением двигавшееся к замку в непроглядной тьме войско ренегатов. Первыми шли наёмники, их уцелело две с половиной-три сотни. Далее – отрядами по тридцать-пятьдесят человек стража красных плащей, воины, поклявшиеся в верности Тараю над алтарём.

Между отрядами стражи скользили, извиваясь, гигантские толстые рогатые змеи. Собственно, каким образом твари ренегатов переберутся через ров с солёной водой? Просто. Паукообразные тащили длинные дощатые сооружения-мосты, по которым чудовища полезут на стены замка. А позади войска магичка разглядела колдунов-ренегатов в длинных плащах с капюшонами.

Лэр Идан расставил оставшихся воинов на стенах. Когда противник приблизился на расстояние полёта стрелы, лучники со стен замка сделали первый залп по наёмникам. Те умирали, безмолвно падая на землю, словно скошенные колосья. Ярина Светолика напряжённо выжидала, когда враги вплотную приблизятся ко рву. Вот уже слышен топот кованых сапог стражников Тарая, лёгкий треск магических разрядов от венца на головах змей, нетерпеливое шипение голодных чудовищ. Ещё чуть-чуть. Паукообразные остановились, и стражники принялись слаженно перебрасывать трапы через ров. Пора!

Ярина Светолика ласково погладила вспыхнувшую багровым пламенем Ярость Двуединого. В следующее мгновение сознание магички растворилось в смертоносном заклинании. Снова Яру охватило неукротимое желание убивать, происходящее от ощущения собственного могущества. Но теперь лэри Ивор умела управлять артефактом и личными эмоциями. Магичка хладнокровно прикинула расстояние, и плотное, багрово-красное облако, быстро разрастаясь, опустилось на нападающих.

Колдуны-ренегаты попытались закрыться магическим пологом, но безуспешно. Лишь у одного из них получилось создать убийственное заклинание – зловонный болотный туман потёк навстречу оседающему вниз багровому облаку. Но Ярость Двуединого легко впитала и уничтожила враждебную магию.

Ярина Светолика, лэр Идан и оставшиеся в живых защитники Бранена в свете шаров-светляков, выпущенных магичкой с галереи, неподвижно наблюдали, как останки воинства ренегатов превращались в чёрную пыль, как визжали паукообразные, дрожали, рассыпаясь на части, туши гигантских змей. Вопли ужаса и отчаяния стихли за доли малого оборота. А после наступило полное безмолвие, давящее, гнетущее, поглощающее пространство и время…

Глава 20

Что чувствовала Ярина Светолика, когда от войска красных плащей осталась покрытая чёрным пеплом пустошь? Опьяняющую радость победы? Упоение свершившейся местью? Быть может, ренегаты, погибшие под стенами замка, были убийцами любимого мужа и попутно причиной смерти преданного друга семьи Ёрша Дамира? Кто знает...

В первую очередь для лэри Ивор победа означала завершение важного, жизненно необходимого дела. Молодая магичка подвела решающую черту в обороне Бранена, и замок выстоял. Уцелели маленький сын и дорогие Ярине Светолике люди, цена за это оказалась вполне приемлемой.

Вглядываясь в лица выстроившихся рядами воинов в потрёпанных доспехах, лэри Ивор на малый оборот задержалась на дворцовой каменной лестнице. Несколько человек были серьёзно ранены, но они упрямо, поддерживаемые соратниками, не покидали строй. Отдельной группой стояли маги, их внутренние источники ещё не пополнились, Ярина Светолика отчётливо видела признаки магического истощения – восковую бледность кожи, испарину на лбу, трясущиеся руки. За воинами толпились прочие обитатели Бранена. И было тихо. Непривычно тихо. Люди с удивлением и немым восхищение смотрели на хозяйку замка.

Ярина Светолика приблизилась к защитникам Бранена, и те поспешно перед ней расступились. Гордо выпрямив спину, магичка вошла в образовавшийся коридор. Внезапно из рядов воинов раздался крик, который поддержали множество голосов. – Слава! Слава нашей госпоже лэри Ивор…

Замковый двор ожил, пространство заполнил радостный гомон. Воины ударили мечами по щитам, лучники выпустили в небо стрелы, маги приложили ладонь правой руки к груди. Так по старому обычаю приветствовали выигравших битву полководцев. На глазах Ярины Светолики выступили слёзы. Впервые она ощутила себя истинной хозяйкой Бранена, ответственной за жизнь и благополучие своих людей.

– Благодарю! – прошептала Яра. А потом заговорила громко и горячо: – Благодарю вас всех... Магов и воинов, обороняющих Бранен, мастеров, женщин и детей, трудившихся не покладая рук, моих помощников лекарей…

Далее последовал настоящий шквал. Люди возбуждённо орали, хохотали, бурно жестикулировали и громко переговаривались. К матери, вырвавшись из рук лэри Идан, шустро подполз малыш Акамир. Яра прижала к груди сына, а затем рывком подняла наследника Ратмира Велеслава вверх, пусть люди видят их будущего правителя! Магичка ловила на себе преданные, восторженные взгляды, и на сердце у неё впервые после смерти супруга сделалось легко и тепло.

***

Лэр Владислав Горан появился в Бранене спустя два дня. Воины короля обосновались в роще, там, где ранее располагался лагерь войска красных плащей. Регент въехал в гостеприимно распахнутые ворота замка с небольшой свитой из семи рыцарей.

Маги и воины Бранена замерли полукругом перед парадным входом в замковый дворец. Ярина Светолика быстро, но без спешки и с достоинством спустилась по высокой лестнице и приблизилась к лэру Горану. Владислав Белояр соскочил с седла и, повинуясь внутреннему порыву, сделал несколько шагов вперёд. Хозяйка Бранена учтиво поклонилась, как положено по этикету, защитники замка тоже наклонили головы.

– Приветствую вас, лэри Ярина Светолика Ивор, и поздравляю с победой! – громко проговорил регент.

Яра подняла голову, и глаза их встретились. Молодая хозяйка Бранена и некромант смотрели друг друга непривычно долгий малый оборот. Лэр Горан похудел, осунулся, видно, подавление бунта в столице далось ему ох как непросто! И всё же оттенённые тёмными кругами бездонные, с воспалёнными веками очи Владислава Белояра сияли от радости, причём, не только от известия о поражении ренегатов под Браненом, но и от встречи с Яриной Светоликой.

Жаркий алый румянец выступил на щеках лэри Ивор. Ресницы полуопущенных век магички затрепетали. Лэр Горан едва сдержался, чтобы не обнять давно желанную и недоступную женщину. Недоступную, потому что некромант не желал оскорблять дух покойного Ратмира Велеслава, ещё бродивший по Бранену, охраняя покой семьи и бывших подданых. И потому, что Владислав Белояр сомневался, что утомлённый грузом прожитых лет мужчина способен составить счастье дамы его сердца. А ещё потому, что для целительницы Ярины Светолики маг смерти – не самый лучший возлюбленный, смерть и жизнь, безусловно, неразделимы, но рознятся, подобно дню и ночи…

После погребения павших и тризны, затянувшейся до глубокой ночи, наместник и его отряд уехали. Лэра Горана ждала жестокая битва в Туманных горах. С главной башни Ярина Светолика долго смотрела вслед скакавшим по крутой горной дороге воинам и мысленно молила Двуединого и Светлую Ари поддержать войско регента в битве, оградить от злого колдовства слуг Отступника и не оставить без помощи раненых в сражении.

***

Лэри Ивор завозилась в лаборатории допоздна. Вместе Ярой трудились её ученики. Следовало срочно переработать собранные накануне спелые целебные травы в лечебные снадобья. Внезапно варево в большом медном котле задрожало и поднялось, словно чья-то незримая рука наклонила посудину под острым углом. Звонко затренькали, падая с полок, флаконы и пузырьки. По стене поползла трещина, крыша опасно наклонилась. Лэри Ивор первая сообразила, что ей и её ученикам грозит опасность.

– Все вон! – крикнула лекарка, указав рукой на дверь. Ярина Светолика выбежала наружу последней. Ученики в ужасе наблюдали, как во дворе замка вздыбилась каменная плита. На главной башне тревожно загрохотал колокол. На глазах рушились хозяйственные пристройки. Загорелась конюшня. К счастью, конюхи не растерялись, распахнув ворота, выгоняли из охваченного пламенем строения беснующихся лошадей. Лишь толстые стены Бранена, вросшие за столетия глубоко в землю, стойко сопротивлялись разрушительным подземным толчкам. Казалось, будто глубоко в недрах гор пробудилось громадное чудовище и обиженно заворочалось в неудачных попытках подняться на ноги.

Землетрясение прекратилось спустя два с половиной оборота, и с неба пошёл чёрный из-за примесей пепла ливень. К пять утра тьма не торопилась уходить. За дальними горами гигантские молнии рвали на части тяжёлое низкое небо. Гроза продолжалась до полудня. Когда наконец выглянуло солнце, люди увидели расползшиеся по замковому двору чёрные лужи, развалины хозяйственных построек и выдернутые с корнями деревья в саду. Благо, погибших не было. Маги успели вовремя оградить жилые помещения замка охранным куполом. Но раненых хватало.

Причиной землетрясения, как позднее догадалась Ярина Светолика, стала битва в Туманных горах, в которой сражались колдуны Отступника и маги из войска регента. Сердце лэри Ивор мучительно ныло, сжимаясь от боли и тревоги за армию регента и лэра Горана.

Вечером Владислав Белояр прислал в Бранен магического вестника – жрецы Тарая и их воинство разгромлены, но разрушения, вызванные боевой магией, поражали воображение. Пологие старые горы обрушились, уступив место теряющимся в облаках острым хребтам обрывистых, крутых скал. Плодородные долины погибли, накрытые оползнями. А там, где находились лаборатории ренегатов, горы затопил ядовитый серый туман…

Миновала седмица. От заехавшего в Бранен отряда Тайной Стражи, занятого поиском беглых магов-ренегатов, Ярина Светолика узнала, что лэр Горан спешно вернулся в столицу. Регента ждала уйма неотложных дел. Яра подавила волну разочарования – лэри Ивор надеялась, что Владислав Белояр после победы над слугами Отступника обязательно заедет в Бранен. Ярине Светолике не терпелось увидеть лэра Горана снова, заглянуть ему в глаза, сказать несколько тёплых слов, но насмешливая судьба распорядилась иначе.

***

Вслед за мрачной, дождливой осенью пришла ранняя, суровая зима. Провинцию наводнили беженцы из предгорий. Сокрушительная битва магов в Туманных горах уничтожила большую часть деревень и городков в долинах. Проливные дожди размыли дороги и помешали вовремя собрать созревший урожай. Голод и разруха стали причиной болезней – лютовала горная лихорадка, кишечная и горловая хворь убивали детей и стариков. Лэри Ивор приказала открыть для беженцев кладовые Бранена.

Из Торженя в степях на границе с владениями орков пришло печальное известие, что шестнадцатилетний племянник лэра Ивора скончался от кишечной хвори. Отныне владельцем замка по законам Артании стал малолетний сын Ратмира Велеслава. Лэри Ивор назначила каштеляном Торженя Дрогорада Раво. Ярине Светолике было жаль расставаться с верным ей магом и опытным воином, но никто лучше лэра Раво не справился бы с непростой задачей охранять Торжень. Воспользовавшись войной магов в Артании, орки опять осмелели и принялись активно грабить приграничные земли.

К счастью, в Лунной долине, где стоял замок Голова Вепря, было спокойно. Жители подвластных роду Ивор земель собрали вполне приличный урожай. Каштелян Головы Вепря, поставленный ещё лэром Ивором оказался надёжным человеком. Он прислал уже три обоза с зерном и овощами, дабы помочь лэри Ивор накормить беженцев из предгорий.

Из Клюва Ястреба, расположенного в южном приграничье в относительной близости к Торженю, доходили противоречивые слухи. Каштелян слал лэри Ивор верноподданические, льстивые письма, однако посланные туда люди не возвращались. Ярина Светолика приказала лэру Раво разобраться в сложившемся в Клюве Ястреба положении, для чего отправила в помощь Дрогораду Раво самых сильных магов из Бранена, Борислава Истому и Креслава Зиму.

Спустя три седмицы от лэра Риво прилетел магический вестник. Новости не на шутку встревожили Ярину Светолику. Три хлебных каравана из Торженя и два из Головы Вепря были разграблены разбойничьими бандами, караванщики жестоко убиты. Неизвестные, пробравшись обманом в Клюв Ястреба, расправились с поставленным лэром Ивором каштеляном и его воинами. Замок превратился в разбойничье гнездо. Следовало спешно собирать войско на подмогу Дрогораду Раво. Он намеревался незамедлительно выкурить разбойников из Клюва Ястреба.

Отряд вызвался возглавить отважный лэр Идан. Ярина Светолика отправила с ним всех остававшихся в Бранене магов, двух воздушников и юного ученика Креслава Зимы. Обязанности военного главы Бранена Яра переложила помощника лэра Ивора молодого Якова Данко.

Четыре седмицы напряжённого ожидания, и наконец пришли хорошие вести от Дрогорада Раво. Ему удалось после месячной осады взять Клюв Ястреба. Однако половина разбойников улизнула через тайный подземный ход. Замок после пребывания в нём убийц и грабителей представлял собой удручающее зрелище – пустые кладовые и ни одной живой души. Разбойники перебили всех обитателей Клюва Ястреба. Головы бывшего каштеляна, двоих магов, видимо, умерших от магического истощения, и офицеров убийцы развесили во дворе на стенах. По распоряжению лэри Ивор новым каштеляном Клюва Ястреба стал Креслав Зима.

***

Послевоенный Любич производил гнетущее впечатление. Нет, город не был разрушен. Однако множество нищих, калек и беспризорников-оборванцев наводнили улицы. Горожане прятались за крепкими дверями и прочными ставнями. Создавалось ощущение, будто стены домов, мощёные камнем улицы и даже статуи богов на площадях и в парках облепил толстый слой серой пыли.

С разрешения городского главы и наместника провинции Ярина Светолика открыла неподалёку от ратуши маленькую лекарскую школу. Лэри Ивор купила у вдовы купца, торговца тканями, крепкий особняк, окружённый большим садом.

Принимали всех желающих, от будущих учеников требовалось лишь искренне желание помогать ближним и готовность много, добросовестно трудиться. Начальная ступень обучения составляла три года, после чего не обладающие магическим даром ученики становились бы младшими лекарями, акушерками и травниками. Магов, обладателей дара Двуединого, выбравших магию жизни, предполагалось переводить на вторую ступень обучения. Стихийники и маги смерти отправлялись в Аркон в учреждённую регентом и вдовствующей королевой магическую академию.

Белица, Ореша, Ягодка, Улада и Гануся сразу были зачислены на второй курс. Второкурсники под надзором Ярины Светолики занялись обучением начинающих. На первый курс новоиспечённая ректор набрала десять парней и девушек, из них двое, братья погодки, перебравшиеся в числе прочих беженцев в Любич, оказались настоящей находкой, обладателями магии жизни высокого уровня. На них Яра возлагала особые надежды.

Хозяйственные пристройки отремонтировали и оборудовали под склады и лаборатории. В саду рассчитывали посадить весной лечебные травы. Поскольку большая часть запасов зелий и трав лэри Ивор погибла в огне, Ярина Светолика обратилась к тёте Доброславе в монастырь Светлой Ари с просьбой прислать семена, травы и ингредиенты для целительных снадобий, а ещё попросила поделиться книгами для обучения новичков лекарскому делу.

Спустя две с половиной седмицы в школу прибыл обоз. Щедрость настоятельницы Яру порадовала. Тётя Доброслава прислала целую библиотеку! И три повозки, нагруженные травами и снадобьями. А самое важное – двух наставников, пожилого, опытного травника Стояна Туса и Ружицу, молоденькую акушерку с небольшим магическим даром из монастыря Дары.

Следующим шагом сделалось открытие лечебницы при школе. Городской глава прекрасно помнил, как Ярина Светолика в сжатые сроки справилась с мором, поэтому выделил на доброе дело заново выстроенную двухэтажную казарму. Для городской охраны отлично подошли два опустевших дома на главной площади. С помощью лэри Идан набрали обслугу в лечебницу. И потекли наполненные учёбой и трудом дни…

***

Закутавшись в тёплый меховой плащ, Ярина Светолика в сопровождении двух охранников подошла к палаткам травников на окраине рынка. Собственно, целительницу интересовала только одна палатка, где продавали горные травы мать и дочь. Точнее, торговала старуха, а дочь больше занималась сбором и сушкой растений. При первой встрече Яра уловила наличие слабого магического дара у обеих женщин. Дар помогал им чувствовать травы, правильно выбирать время для сбора и обработки целебных растений, чтобы сырьё не утратило целебной силы.

Мать и дочь принадлежали к вымирающему малочисленному горному народу, о чём наглядно свидетельствовал их внешний вид и подчёркнуто независимая манера держаться. Тонкие, сухощавые, с резкими чертами продолговатых лиц и светлыми прямыми волосами, заплетенными в четыре косы. В волосах – серебряные обереги, на шее – бусы из разноцветных керамических бусин. Между собой мать и дочь общались на неизвестном жителям долин певучем, звонком языке.

У входа в палатку Яра остановилась и, почуяв неладное, обернулась к охранникам. Магическим чутьём Ярина Светолика ощутила чёрную, опустошающую душу ауру недавней смерти. Внезапно из палатки раздался короткий приглушенный стон, и магичка, откинув полог, бросилась на помощь. Охранники последовали за лэри.

Картина разгрома и полумрак помешали Яре сразу разглядеть застывшую под прилавком скорченную фигуру мёртвой старухи. Магичка активировала светлячок, тотчас же осветивший палатку мягким жёлтым светом. Сваленные в кучу разодранные мешки с травами зашевелились, из-под них опять послышался стон.

Ярина Светолика откинула мешки в сторону и увидела вторую травницу. Женщина умирала. Несчастную ударили ножом дважды, в живот и в грудь. Изо рта жертвы торчал тряпичный кляп. Магичка махнула рукой охранникам, чтобы те не заслоняли свет. Приподняв голову умирающей, Яра вытащила окровавленный кляп.

Узнав склонившуюся над ней лэри Ивор, травница зашевелила разбитыми губами. Но целительница покачала головой и, погрузив раненую в сон, принялась за лечение. Быстро остановила кровотечение, подпитала ослабевшее тело жизненной энергией, а затем тщательно срастила повреждённые ткани.

Старуха в помощи целительницы не нуждалась, она умерла примерно половину оборота назад. Охранник завернул тело в валявшуюся на полу занавеску. Лэри Ивор послала горожан за стражей. А спящую женщину приказала отнести в школу.

Кто отважился напасть на травниц среди бела дня на оживлённом рынке? Старухе без затей свернули шею. Избитое лицо, кляп, следы ожогов на руках и груди её дочери свидетельствовали, что несчастную пытали. Зачем? У травниц не имелось ни серебра, ни дорогих вещей, ничего особо ценного. Наглость и холодная расчётливость убийц наводили на размышления. Похоже, они явились к травницам с определённой целью. Выжившая горянка расскажет, чего от них хотели, конечно, если захочет…

***

Ярина Светолика оставила одного охранника караулить палатку, другой замешкался в толпе, пробираясь вслед за госпожой. Яре хотелось пить, от духоты в палатке, насыщенных ароматов трав и рассыпанных специй першило в горле. Лекарка махнула охраннику рукой, указав на ближайший трактир, и распахнула крепкую деревянную дверь под вывеской с намалёванной грудастой девкой. Румяная, пышнотелая красотка держала в руках кубок с пенным напитком.

В трактире было многолюдно. Ярина Светолика уселась за единственный свободный стол в тёмном углу. Подавальщица не торопилась, сегодня у неё хватало денежных клиентов. За соседним столом, сыто чавкая, ели двое крепких мужиков, запивая жирную кашу с кусками мяса местным пшеничным самогоном. Яра равнодушно скользнула усталым взглядом по коротким мускулистым шеям и крепким спинам, прикрытым коричневым домотканым сукном рубах. От мужиков разило потом, шкурами животных и дёгтем. Кожевники. Но целительницу неприятными запахами не отпугнуть!

– Поганая война! – проворчал старший мужчина. – Бродяг расплодилось, куда ни плюнь! Вчера чуть кошелёк, поганцы, не срезали.

– Беда, мастер, – поддакнул молодой. – Зато солдаты короля жрецов Тарая перебили, чтобы людей не грабили и в рабство не продавали!

– Много ты понимаешь!

– А что? – растерялся парень.

– А то, что народу с войны сплошные убытки! Рабства не стало… Тоже мне подарок! Беднота по собственной воле от лишних ртов избавлялась. Люди болтают, будто кое-кому из нищебродов в Фарсии здорово повезло! Слышал такие разговоры… Прикинь, на родине мальчишки выросли бы ворами или стали бродягами, а девки сдохли в домах утех. Блуд – грех!

Яра заметила, как у молодого при упоминании мастером блуда покраснела шея.

– Жрецы Тарая блюли порядок, – наставительно проговорил старший кожевник. – Держали в узде магов, заставляли бездельников трудиться, налогами сильно не давили… При нынешнем малолетнем короле порядка точно не будет. Регент – маг, хуже того – некромант! Чуть что ему не понравится, скормит виноватых мертвякам, и ничего не докажешь. Слушай меня, малой… Раньше платили королевству и жрецам Тарая, а теперь любой одарённый нам хозяин!

– Но маги приносят людям пользу! – не сдавался молодой. – Они – целители, мастера артефактов, управляют погодой, убивают вредных тварей, служат в армии.

– Глупый ты ещё! – мастер кашлянул и хрипло рассмеялся. – Целители? Верно. Сколько стоит их лечение? Молчишь?

– Лэри Ивор в лечебнице при её школе целителей лечит бедных бесплатно, – робко возразил молодой.

Его собеседник насмешливо фыркнул. – Да, бесплатно! А скольких эта ведьма отправила к Нуру во время осады Бранена? Не знаешь? Тысячи. Люди горели заживо, когда она показала свою силу. То-то же. – Мужик икнул и жестом подозвал подавальщицу. – Запомни, малой, маги всегда на своей стороне. Простые смертные для них, как для горного льва букашки, понял? – уверенно добавил мастер. Кожевники расплатились и неспешно покинули трактир.

Лэри Ивор большими глотками выпила остывший травяной отвар, положила на стол медную монетку, кивнула застывшему у входа охраннику и медленно вышла на улицу. Подслушанный разговор не давал Яре покоя. Оказывается, вот, что думают о ней простолюдины! Хозяйка Бранена – ведьма, жестокая и опасная… Скоро же люди забыли о чудовищах, созданных слугами Отступника, пытках и контроле над разумом. Даже рабство в чужой стране начали считать благом!

Жалко жителей, чьи сёла стёрты с лица земли в долинах… Как помочь беднякам, оставшимся без крова над головой? Ярина Светолика решила поговорить об этом с новым, присланным регентом наместником и городским главой Любича. Беженцам нужна работа, еда и возможность спокойно растить детей. А долг власть имущих – помощь нуждающимся. Так завещал Двуединый. К тому же милосердие угодно Светлой Ари и всем её детям, кроме проклятого богами отступника Тарая!

Глава 21

Тело травницы Риваи Тан было абсолютно здорово, но душа медленно умирала. Горянка мало спала, неохотно вставала с постели, ничего не ела и не желала общаться с окружающими. Дни и ночи Ривая Тан бездумно глядела в окно пустыми, мёртвыми глазами. Спустя седмицу женщина настолько ослабела, что едва передвигалась по комнате. Присматривающая за горянкой Белица позвала Ярину Светолику.

Магичка молча присела на край постели травницы. Несколько долгих малых оборотов Яра глядела на бледное, неподвижное, с закрытыми глазами лицо горянки. Однако Ривая Тан не спала, она просто ждала, когда Ярина Светолика уйдёт. Но лекарка уходить не собиралась.

– Что вас мучает, Ривая? – негромко, но твёрдо спросила Яра. – Не хотите жить? Почему?

– Не хочу! – коротко подтвердила травница. Потом глаза женщины широко распахнулись, и лекарку болезненно резанула хлынувшая из них боль.

Ярина Светолика погладила горянку по голове, понемногу подпитывая Риваю Тан жизненной силой. От травницы действия лекарки не укрылись. – Не надо, госпожа, тратить на меня магическую энергию. По-любому я должна умереть!

Яра ничего не ответила, продолжая выжидательно смотреть на горянку.

– Я оказалась недостойной моего народа, слишком слабой…

Ярина Светолика не стала утешать травницу, лекарка с сочувствием покачала головой и крепко сжала в ладони холодную кисть Риваи, словно желала удержать травницу от неизбежного ухода в мир усопших.

– Боль от пыток я терпела, – вновь заговорила горянка. – И ничего не сказала слугам Отступника, даже когда они убили мою мать! О-о-о! – застонала Ривая. – Маму они пытать не стали, знали, что ничего от неё не добьются!

– Слуги Отступника?! – вздрогнула лэри Ивор. – Вас пытал кто-то из жрецов Тарая? Скажи, чего они от вас хотели?

– Нет! Жрецов и обладающих магическим даром среди них не было! Трое воинов храма, переодетых в купцов средней руки. У них был артефакт, маскирующий присутствие магии и… зачарованный морион. – Травница скользнула больным взглядом по Яре, всхлипнула и продолжила рассказ. – Знаете, какое заклинание было заключено в чёрном камне? Чёрная Пустота! Используя морион, они тянули из меня душу…

Ярина Светолика не верила собственным ушам. Она слышала о Чёрной Пустоте, запретном заклинании магов прошлого. Злая магия мориона впивалась в сознание жертвы, сминая её волю. Разум несчастных терзал непереносимый, многократно усиленный колдовством страх, голова раскалывалась от невыносимой боли. Жертва сходила с ума, а душу её алчно всасывала ненасытная пустота мира мёртвых.

На мгновение лэри Ивор представила себя на месте несчастной Риваи Тан и почувствовала, как сознание несчастной алчно поглощает чёрная, бездонная бездна. Яра покосилась на жертву ренегатов и тотчас же опустила глаза. Горянка качалась из стороны в сторону, подобно фарсийской фарфоровой кукле с пружинкой в шее. Измождённое, постаревшее за считанные дни лицо травницы, ранняя седина в волосах, худые, восково-жёлтые пальцы вызывали сострадание.

– Чёрной Пустоте никто не смог бы противостоять! – немного погодя уверенно заявила Ярина Светолика и бережно поправила подушку под боком больной. – Что бы вы не рассказали слугам Отступника, вашей вины в этом нет.

Ривая Тан горько усмехнулась. – Лучше бы, лишившись души, я превратилась в бездумный кусок мяса, чем выдала тайну нашего племени.

– Тайну? – переспросила магичка. – О чём вы? Какую тайну?

– Как найти Яд Кирина!

– Но это легенда! – удивилась лэри Ивор. Она вспомнила историю о демоне Кирине, рождённом в недрах земли из гниющих тел поверженных на заре веков Двуединым чудовищ, сброшенных отцом богов в пропасть. Могучий, опасный демон пожирал всё живое. Двуединый настиг его и убил. Там, куда пролилась кровь Кирина, выросла колдовская трава. Её настой, выпитый человеком, позволял душе в астральном теле некоторое время существовать без плоти и переселяться в другие тела. Если дух, воля и разум переселенца оказывались сильнее, чем у владельца тела, последний погибал, оставляя собственную память и навыки победителю. Если побеждал владелец тела, то долго болел, пока снова входил в силу, но чаще умирал от слабости и нервного истощения в течение нескольких седмиц.

Ядовитая кровь убитого демона растеклась по земле, проникла в недра. В местах смерти, особенно на старых кладбищах и полях сражений, она обретала особую силу, Яд Кирина давал там молодую поросль.

– Легенда – сказка для непосвящённых, – печально пояснила травница. – В нашем племени о траве знали все одарённые и хранили тайну столетиями.

– Но зачем слугам Отступника Яд Кирина? – поинтересовалась Ярина Светолика.

– Они хотят жить вечно, меняя тела! – зло выпалила Ривая Тан.

Лэри Ивор мысленно содрогнулась. Несложно представить, какие возможности открыло бы приверженцам Тарая тайное знание – они смогли бы внедриться в королевский совет, армию и править в Артании, скрываясь под масками верных королю и народу людей. Следовало срочно оповестить регента о готовящемся заговоре.

– Как отыскать Яд Кирина? – продолжала травница. – После вынужденного признания ей очень хотелось выговориться, таким образом облегчить душу и дать возможность противникам слуг Отступника противостоять проискам приверженцев Тарая. Бесспорно, лэри Ивор – самая богатая женщина в провинции и сильный маг, она в состоянии повлиять на грядущие события. – Трава – низкорослый колючий кустарник с мелкими тёмно-зелёными листками. Цветёт раз в пять лет кроваво-красными бутонами, в которых зреют семена, – торопливо, понизив голос, бормотала Ривая Тан. – Непосвящённые принимают Яд Кирина за любое привычное местным растение. Увидеть колдовскую траву способны только одарённые через стекло из горного хрусталя в лунную ночь. Для этого нужно пойти на старое кладбище и произнести заклинание на древнем языке. – Женщина приподнялась на локтях и, глядя в упор на Ярину Светолику, произнесла чётким голосом менее полутора десятка слов.

Ученица мудрой Сабины изучала древний язык в монастыре, так что легко перевела и запомнила услышанное. Слова заклинания означали «гневом Кирина, болью Кирина, силой Кирина, славой Кирина призываю кровь его, впитавшуюся в земную твердь». В заклинание требовалось влить толику магической энергии, тогда оно начинало работать. Ярина Светолика была разочарована – нехитрое для одарённого действо, и опасная трава окажется в руках любого мало-мальски одарённого недоучки!

Интуитивно магичка чувствовала подвох – если вечную жизнь так легко заполучить, почему горцы этим не пользовались?! Ривая Тан внесла ясность в сомнения лекарки, заявив, что лишь могучие маги имеют достаточно сил, чтобы переселиться в чужое тело. Вдобавок рискнувших обмануть смерть хитрецов ждала страшная кара – каждому, кто воспользовался запретным заклинанием, доставалось проклятие хранителя покоя мёртвых Нура. Праху отверженного нет места в земле! Его душа, обречённая на вечные скитания, никогда не попадёт в Ирий, не получит новую жизнь и станет законной добычей порождений тьмы.

Лэри Ивор выслушала травницу и озадаченно закусила губу. Извращённый разум слуг Отступника, изнывающий от неуёмной жажды власти, напрочь лишённый моральных устоев, вряд ли остановит проклятие Нура!

– Клятвопреступники тоже прокляты Нуром, – едва слышно прошептала Ривая Тан. – Мою душу скоро сожрут демоны.

– Я знакома с одним могущественным жрецом Нура, он долго жил и много знает, – вспомнила Ярина Светолика о наставнике Юрася. – Поговорю со стариком, вдруг он подскажет, как вымолить у Хранителя мёртвых тебе прощение?

Травница благодарно улыбнулась сухими, потрескавшимися губами, но в тусклых глазах несчастной по-прежнему таилась смертная тоска.

Яра отправила магический вестник старому жрецу с просьбой прибыть в Любич, в послании она пообещала служителю Нура отправить за ним повозку.

***

Наставник Юрася охотно откликнулся на просьбу лэри Ивор. Старый жрец отлично помнил юную лекарку. А с регентом вышло сложнее. Владислав Белояр находился далеко на северо-западе, и вестник до него попросту не долетел.

Принц Милош бежал из тюрьмы и возглавил мятеж против малолетнего короля. Запад и север Артании пострадали от мора и войны гораздо меньше южных провинций. С полей и садов там собрали хороший урожай, хватало хлеба и кормов для скота. Но землевладельцы с запада и севера, позабыв вассальную клятву, перестали отправлять по заниженным указом регента ценам мясо, зерно и овощи на разорённый войной юг.

Люди всегда утверждали, что корысть слепит глаза. Так и тут. Лэры запада и севера страны подняли бунт против законной власти и провозгласили королём принца Милоша. Регент выступил с армией против сборного войска самозванца.

Жрец Нура приехал в Любич на закате, в повозке он не нуждался. Смеркалось, когда закутанный в чёрный плащ с капюшоном высокий старик с длинной седой бородой соскочил со спины поджарого злющего чёрного жеребца и постучался в ворота лечебницы при школе целителей. В нетерпении жеребец куснул за плечо замешкавшегося у ворот Орешу. Юный адепт испуганно вскрикнул, перевёл взгляд на позднего гостя и, опознав жреца Нура, сделал рукой знак, отгоняющий злых духов. Старик ухмыльнулся, сверкнув чёрными пронзительными очами.

– Адепт, где лэри Ивор? – без лишних пояснений скрипучим голосом спросил он.

Ореша торопливо посторонился и пошёл вперёд, указывая гостю дорогу. Парень гадал, что за дела у светлой целительницы с тёмным, слугой сурового хранителя покоя мёртвых? К изумлению Ореши, Ярина Светолика страшному старику обрадовалась, широко улыбаясь, наставница шагнула к жрецу Нура и почтительно поклонилась.

– Приветствую вас, мудрейший, и благодарю, что откликнулись на мою просьбу.

Старик учтиво приложил ладонь к груди и в ожидании пристально посмотрел на лэри Ивор.

– Травяного напитка, вина? – спросила Ярина Светолика.

Жрец кивнул.

– Ореша, принеси сюда ужин и вино.

Адепт с облегчением убрался из комнаты и побежал на кухню. Однако любопытство не давало Ореше покоя. Пораскинув головой, парень сообразил, что госпожа директриса вызвала жреца Нура из-за странной больной, травницы Риваи Тан. Горянка хотела умереть и в то же время боялась смерти. Об этом по дружбе рассказала Ореше Белица.

Адепт принёс тушеную с овощами баранину, свежий хлеб, красное вино из подвалов Бранена и дымящийся котелок с травяным напитком. Лэри Ивор коротко поблагодарила и попросила ученика заглянуть к Ривае Тан. Догадка Ореши оказалась верной.

Спустя неполный оборот парень осторожно постучался в дверь кабинета директрисы и, получив разрешение войти, сообщил, что травница впала в беспамятство. Жрец и Ярина Светолика бросились к умирающей. Лекарка без промедления положила руки на голову и область сердца горянки и влила в несчастную страдалицу приличную толику собственной жизненной силы. Ривая Тан задышала глубоко и ровно, затем закашлялась, избавляясь от залепившей дыхательные пути вязкой мокроты, и открыла глаза.

Не мешкая, жрец Нура приступил к ритуалу покаяния клятвопреступницы. За то время, когда Ореша бегал на кухню и к Белице, присматривавшей за умирающей, Яра успела рассказать старику о страхах травницы. Для ритуала не требовалось никаких особых магических атрибутов. Жрец присел на ложе умирающей, сжал крепкими пальцами её кисть и проговорил мягким, добрым голосом: – Лэри Ивор поведала мне о твоём горе, дитя! Ты не виновата. У каждого человека имеется собственный предел терпения. Убийцы и мучители вытянули из тебя секрет твоего народа, применив запрещённое, злое колдовство. Ты не могла им противостоять…

Старик говорил и говорил. Постепенно лицо Риваи Тан сделалось спокойным и безмятежным. Она улыбнулась, но вскоре глаза умирающей подёрнулись пеленой, и дыхание сделалось скорым и поверхностным. Горянка умерла прощённой.

Обычный человек без магического дара слушал бы речи жреца и восхищался его умением найти правильные слова утешения. Но Ярина Светолика с почтительным вниманием наблюдала за чередой сложнейших магических плетений, вспыхивающих и мгновенно тающих в воздухе. Наставник Юрася оказался выдающимся магом.

Державшийся на почтительном отдалении Ореша, приоткрыв рот, наблюдал за творящим заклинания тёмным магом. Вот это сила! Подлинное могущество! Выходит, тёмная магия годится не только для обуздания нежити на кладбищах…

***

Утром у Ярины Светолики со жрецом Нура состоялась интересная беседа.

– Уважаемый Бурислав Дробн, – лэри Ивор решилась обратиться к старику по имени. – Я слышала, будто у вас появился вместо Юрася новый помощник?

– Верно! – фыркнул жрец. – У Юрася слишком деятельный нрав, чтобы сидеть на кладбище, он пожелал служить в Тайной Страже регента.

– Могу ли я надеяться, что, когда вы завершите обучение новичка, согласитесь преподавать в школе магии в Любиче? – Ярина Светолика сильно волновалась, решившись сделать старому магу подобное предложение.

Бурислав Дробн расхохотался, весело, от души. – Милая директриса, почту за честь! Правда, мне не совсем понятно, чему я могу научить лекарей и лекарок.

Щёки Яры вспыхнули. – Как чему?! Противодействию тёмным чарам, умению справляться с насланными проклятиями…

– И то! – покладисто согласился жрец Нура. – Да, времена меняются! Мир снова встал с головы на ноги. Знаешь ли, девочка, что четыреста лет назад так и было? Все виды магии изучались на равных. Мой первый, самый лучший ученик Владислав Горан полностью оправдал возложенные мной на него ожидания…

– Как? Регент был вашим учеником?! – вспыхнула Ярина Светолика.

– Был, – улыбнулся старик. От него не укрылось смятение лэри Ивор. Лицо молодой женщины пылало, сердце стремилось выскочить из груди.

– Владислав Белояр – моя гордость, – негромко добавил старик.

Жрец Нура уехал, а Яра металась по комнатам, точно в лихорадке. Сколько же регенту лет? Выглядит он молодо. Значит, мощь его внутреннего источника огромна! Она перед Владиславом Белояром – глупая девчонка, которую тот читает, как открытую книгу… Мысли о белоголовом некроманте давно лишили внешне сдержанную лэри Ивор покоя. Каждую ночь, засыпая, Яра вспоминала его лицо, улыбку, голос… и мечтала о встрече.

***

После тяжёлой победы над приверженцами Тарая истерзанная непрекращающимися войнами Артания голодала, разорившиеся селяне и ремесленники сбивались в разбойничьи шайки и грабили людей на дорогах, совершали набеги на деревни и малые города. И самое худшее, по слухам, к разбойникам примкнули беглые маги-ренегаты.

К зиме грабители стали собираться в крупные банды. А в начале березня до жителей Любича и Колобрега докатились тревожные слухи о разбойничьем атамане Лызло Длинном, якобы молочном брате самозванного короля Милоша. Болтали, будто бандитский глава – маг, и ему служат чудовища. Под началом Лызло Длинного имелось целое войско – три тысячи отчаянных головорезов, готовых убить за гроши мать родную и собственных детей.

Пока разбойники Лызло Длинного орудовали на богатом юге, до жителей восточных и западных провинций доходили жуткие рассказы о деяниях «молочного брата» самозванного короля. В конце кветня армия регента окружила и перебила большую часть банды. Однако сам Лызло Длинный уцелел и с горсткой подельников подался на юго-восток. Атамана манили богатый торговый Любич и портовый Колобрег, откуда можно было сбежать с награбленным добром в чужие страны.

В кветне селяне засеяли поля, отощавший за зиму скот нагулял жирок на зелёных горных лугах, в травне в теплицах вызрели ранние овощи. Голоду пришёл конец. Люди снова учились радоваться жизни.

Дурные новости о пропавшем на лесной дороге богатом обозе поначалу не приняли всерьёз. Подумаешь, купец с севера заблудился и не доставил товар в срок! Бывает. Когда бесследно исчез второй обоз, власти встревожились. Стражники прочесали лес и обнаружили следы обоих обозов – пустые телеги, затоптанные кострища и изуродованные трупы убитых. Вызвали из Колобрега отряд Тайной Стражи с магом-следователем. Однако найти разбойников не удалось, те, словно испарились…

До начала липеня были ограблены два десятка обозов. По приказу нового наместника провинции стражники вместе с воинскими отрядами прочёсывали леса, спускались по горным тропам в долины, но поймать разбойников не удавалось, будто некая колдовская сила предупреждала преступников о действиях властей. Позже стало известно имя атамана – Лызло Длинный.

А в середине липеня, в самую жару банда, разросшаяся за счёт разорившихся селян, ватаг безработных наёмников, ранее служивших жрецам Тарая, и дезертиров из армии короля, напала на Заречку, городок в предместье Любича. В Заречке, тихом и сытом местечке, селились разбогатевшие ремесленники и ушедшие на покой состоятельные купцы.

Около полудня разбойники заняли подъездные дороги, перебили стражников и до темноты грабили и убивали жителей, насиловали женщин. С наступлением ночи, когда зарево пожара увидели в Любиче, бандиты покинули Заречку и пропали, бесследно. Точнее, следы разбойников терялись в горах. Городские власти и стража строили догадки, где скрылась банда из трёхсот-четырехсот головорезов. Опытным охотникам-следопытам удалось проследить путь разбойников до крутого обрыва над глубокой пропастью. Среди населения начали гулять суеверные россказни о невероятных чудовищах, внешне похожих на людей, способных растворяться во мраке.

На помощь стражникам из Любича и Колобрега наместник провинции вызвал из столицы ещё один отряд Тайной Стражи.

Глава 22

Столичный отряд Тайной Стражи возглавлял Юрась Онагост. По воле регента указом короля сын конюха недавно стал лэром и основателем нового дворянского рода. Родовое имя Онагост, что означало удачливый, дал Юрасю Владислав Белояр. Новоиспечённый лэр отрастил русые волосы до плеч и больше не напоминал аскетичного жреца Нура. Истинным призванием молодого мага смерти стала демонология. И по-прежнему Юрася повсюду сопровождал верный Ран.

Приветствуя Ярину Светолику, лэр Онагост как положено по этикету наклонил голову и прижал левую ладонь к груди.

– Счастлив вновь вас видеть, высокородная лэри Ивор! – торжественно проговорил некромант.

Ярина Светолика еле сдержала улыбку. – И я вас, достойный лэр Онагост, – чопорно ответила магичка ему в тон. Юрась поднял на Яру удивлённое, вмиг порозовевшее лицо.

– Каков привет, таков ответ! – фыркнула лэри Ивор. – По-моему, раньше мы общались более непринуждённо… лично мне нравилось. Или ваш титул многое изменил? – лукаво добавила целительница.

Юрась тотчас же сбросил с себя личину важного лэра и стал прежним, ироничным и рассудительным молодым магом.

– Опасался, что жизнь изменила тебя, – усмехнулся некромант. – Ты теперь не бедная монастырская воспитанница, а знатная лэри, уважаемая королевой и высоко ценимая самим регентом. – При упоминании Владислава Белояра Юрась многозначительно посмотрел на целительницу. От зорких очей мага не укрылось, как заблестели чудные синие глаза лэри, и участилось её дыхание.

Позже Ярина Светолика заметила на лице Юрася понимание и неприкрытое сочувствие. «Какой же ты наблюдательный! Или я совсем не умею скрывать движения моей души?» – проговорила про себя магичка. Впрочем, Яре не было чего стыдиться. Пусть Юрась догадался об её чувствах к регенту… Что тут плохого?! Она – вдова, и позора в её тайной любви нет. Неужели Владислав Белояр каким-то образом дал понять приближенному к его персоне магу, что она, Ярина Светолика, ему не безразлична? Смелая надежда на дальнейшее развитие отношений с зеленоглазым некромантом вызвала у Яры всплеск эмоций, и лэри Ивор едва справилась с нарастающим волнением.

– Хочу с моим отрядом попроситься на постой в Бранене, – деловой голос лэра Онагоста отвлёк Ярину Светолику от переживаний. – Казармы в Любиче заняли стражники из Колобрега, – пояснил просьбу Юрась.

– Конечно, – улыбнулась Яра. – Буду рада. В Бранене вы получите всё, в чём нуждаетесь!

– Где, по-твоему, скрывается банда Лызло Длинного? – не откладывая дела в долгий ящик, поинтересовался Юрась.

Магичка задумчиво посмотрела в окно на закатное солнце. – Помнишь пещеру в горах, где ты прятал отравленного ядом рогатой гадины мальчишку-мага? Хотя до окрестностей монастыря Светлой Ари отсюда очень далеко, но, кто знает, вдруг в горах вблизи Любича полно похожих пещер?

– Ты права. Другой возможности скрыться бесследно у разбойников нет. На рассвете отправлю Рана наблюдать за ущельем, куда привели следы банды. Слышал, разбойники до того обнаглели, что выбираются на вылазку по утрам.

Ран на плече Юрася взмахнул пёстрыми крылья и возбуждённо заклекотал, соглашаясь со словами друга.

***

На следующий день отряд лэра Онагоста отбыл в Бранен. Ярина Светолика передала с Юрасем в замок письма. Лэри Ивор сильно скучала по сыну, но было необходимо наладить работу школы целителей и лечебницы. Малыш находился под надёжным присмотром, а положение в провинции с лекарями оказалось ужасным! Того и гляди, из-за жары вспыхнет кишечная зараза…

Однако беда пришла с другой стороны. Пропали Белица, Улада и Гануся. Лекарки-ученицы собирали целебные травы в пригороде Любича и не вернулись в школу ни вечером, ни на следующее утро. Поиски результатов не дали. Стражники нашли пустую телегу в овраге. Лошадь, послушную серую в яблоках кобылку, неизвестные похитители увели с собой.

Вечером того же дня в березняке обнаружили прикопанный труп старика-возницы. Беднягу забили насмерть и …выпотрошили. Веснушчатый рыжий парень из городской стражи смешался и побледнел, описывая мертвеца подробно по настоянию лэри Ивор. У трупа отсутствовали сердце и печень. Последнее наводило на мысль, что в преступлении замешаны лица, владеющие магией. Кому ещё могли понадобиться органы несчастного старика?!

Ярина Светолика потребовала проверить всех знахарок, ворожей и лекарей в округе. Вдруг сердце и печень убитого кто-то купил с целью использовать в каком-нибудь зелье или ритуале? Проверка не увенчалась успехом.

На поиск похищенных девушек отрядили местных охотников. Кто лучше них знает леса и горные тропы? Следы лошадей с поляны, где лекарки-ученицы собирали травы привёл к глубокому ущелью, туда же, где ранее бесследно исчезла банда Лызло Длинного. Ярина Светолика тотчас же связалась с лэром Онагостом.

К ночи Юрась вернулся в Любич. Маг выглядел усталым и злым. Выследить разбойничавшую на дорогах банду не получилось. Люди Ласло Длинного исчезали самым непостижимым образом за один-два оборота до появления отряда Тайной Стражи. Выводы напрашивались сами. У атамана имеются осведомители в городе и маги. По предположению Юрася, сердце и печень людей ренегаты использовали для предсказаний.

***

В конце лета в Любиче традиционно проходила большая ярмарка. Отменить из-за нападений грабителей важное для благосостояния города и окрестных сёл событие городской глава не решился. Ярина Светолика и лэр Онагост были уверены, что Ласло Длинный не упустит случая поживиться за счёт прибывающих на ярмарку купцов и селян.

Юрась с помощью Рана вычислил места, где прежде происходили разбойные нападения, и отметил их на карте. После чего маг размашистыми росчерками соединил противоположные метки – линии пересеклись у обрыва в том самом злополучном ущелье, где загадочным образом исчезали следы бандитов! Вывод напрашивался сам. Не иначе замаскированный вход в пещеры находился в скалах неподалёку.

Лэр Онагост намеревался действовать одновременно в двух направлениях. Первое – искать осведомителей среди служителей закона, клерикусов в городской управе и в людных местах. Второе – с помощью поисковых артефактов тщательно обследовать окрестности ущелья, а также расставить там наблюдателей. Рано или поздно банда выберется из убежища за добычей. Так оно и вышло.

Едва тьма на горизонте порозовела, в скале на противоположной стороне ущелья образовалась узкая длинная расселина и принялась на глазах расширяться, похоже, кто-то внутри невидимой снаружи пещеры отодвигал заслонявшую выход каменную плиту. Скорчившийся в зарослях колючего кустарника наблюдатель из Тайной Стражи поспешно накинул маскирующий покров.

Когда проход открылся полностью, из пещеры послышались людские голоса и приглушенное ржание лошадей. В проёме появился худой высокий мужчина в пепельно-сером плаще из грубой ткани. Слуга Отступника откинул капюшон, и по плечам ренегата разметались седые космы. Прислужник Тарая взмахнул коротким жезлом и гнусаво пробормотал-пропел короткое заклинание. Прохладный утренний воздух замерцал, и от выхода из пещеры к противоположному краю ущелья протянулся мост, достаточно широкий, чтобы по нему мог проехать всадник.

Замаскированный магией мост примыкал к скале, на которой прятался наблюдатель, примерно на два локтя ниже уровня обрыва. Поэтому отыскать невидимый мост или случайно на него наткнуться было почти невозможно, а лошади запрыгивали на поверхность без труда. Один за другим три десятка всадников выбрались на тропу и во весь опор понеслись к большому тракту. Наблюдатель прошептал несколько слов послания на зачарованную полоску шёлка и осторожно извлёк из-за пазухи чёрного стрижа. Стражник намотал тонкую ткань на птичью лапку и подбросил стрижа вверх. Стремительно набирая высоту, птица с донесением понеслась к лэру Онагосту.

Примерно в то же время невзрачный долговязый клерикус из ратуши Любича, воровато озираясь в предрассветной тьме, выглянул за ворота своего дома, и, убедившись, что соседи ещё крепко спят, вывел на поводу смирного рыжего конягу с обмотанными тряпками копытами. Мужчина вскочил на лошадь, и животина неспешно потрусила к гостевым домам, выстроившимся в два ряда неподалёку от западных городских ворот.

Клерикуса ждали. Он не успел ничего толком понять, как его стащили с лошади и, заткнув тряпкой рот, уволокли в караулку. При клерикусе обнаружился свиток с подробным перечнем товаров купцов, торговавших на ярмарке, оценкой возможной выручки и соображениями, куда и по каким дорогам караваны направятся дальше. Икая и всхлипывая от страха, предатель рассказал, что спешил на встречу с человеком Ласло Длинного. После клерикус повалился в ноги суровому господину магу и с рыданиями сообщил, что бандиты похитили его дочь и сына, ради спасения жизни детей любящий отец согласился на позорное сотрудничество.

Лэр Онагост окинул трясущегося клерикуса мрачным взглядом и приказал запереть предателя в темнице. Немного погодя стражник похожего на клерикуса сложения в одежде пленного осведомителя отправился к месту встречи с бандитом. По следам подставного клерикуса поскакал десяток стражников из отряда лэра Онагоста.

***

Послание наблюдателя застало Юрася за поздним завтраком. Пробежав глазами текст, маг довольно хмыкнул. Противник обнаружен, остаётся определиться с ловушкой. Главное – выведать, сколько у Ласло Длинного магов и численность банды. Наблюдатель в ущелье, обнаруживший убежище разбойников, своё дело сделал. Сейчас за входом в пещеру, где обосновались преступники, присматривал Ран, по мыслесвязи педантично отправляющий донесения Юрасю.

Посланный за подставным клерикусом небольшой отряд проследил за передачей свитка парочке головорезов и вместе со стражником, игравшим роль предателя, воротился назад. Благо разбойники, посланные атаманом на встречу с изменником, не знали клерикуса в лицо. В свиток лэр Онагост внёс небольшое дополнение – увеличил предполагаемую прибыль купцов из столицы в два раза и указал путь и время отправления большого богатого обоза в Аркон. Только вместо купцов бандитов встретит объединённая дружина стражников из Колобрега и Тайной Стражи. А настоящий купеческий обоз, выехав из города, укроется в горной долине, расположенной в десяти леях от Любича.

План, безусловно, неплохой. Позволит выманить из укрытия треть, а то и половину людей Лазло Длинного, одного или двух магов. Но неизвестно сколько бандитов и магов останется в пещере. Перекрыть вход в разбойничье логово и ждать пока те сами не полезут наружу под мечи стражи? Неразумно. Скорее всего имеются дополнительные выходы из убежища. Атаман не так прост, чтобы окончательно утратить осторожность, да и магов-ренегатов, сотрудничающих с ним, нельзя сбрасывать со счетов. И, кто знает, не обосновались ли преступники в одном из прежних обиталищ слуг Отступника?

Пораскинув головой, лэр Онагост решил, что мага из банды обязательно следует захватить живьём и побеседовать с ним с пристрастием. Не получится? Тогда обратиться за помощью к другу. Возможно Ярина Светолика сумеет заставить его говорить. Чего-чего, а скрытых талантов у прекрасной лэри Ивор хватает! Во всяком случае Юрась слышал об умении её тётки Доброславы копаться в памяти других людей. Вдруг и Ярина Светолика владеет подобным искусством?

Миновало три дня. Ярмарка в Любиче близилась к завершению. Купцы готовились к отъезду. По настоянию градоправителя и лэра Онагоста торговцы должны были покидать город большими группами и под охраной. С зубастой добычей справиться сложнее, поэтому, скорее всего, разбойники выберут для нападения самый лакомый кусок, дабы не рисковать за относительно малый куш. Самым лакомым куском, как и предполагал Юрась, оставался столичный обоз.

***

Несмотря на тщательную подготовку к встрече подставного купеческого обоза с разбойниками, нападение грабителей оказалось неожиданным и поразительно наглым. Полуденное солнце лениво доползло до горизонта, когда на открытом месте посреди оживлённой дороги перед стражниками, ехавшими впереди, выскочил низенький кряжистый человечек в мохнатой шапке и предостерегающе замахал руками. Конники, а за ними и весь обоз остановились. Лэр Онагост, возглавлявший стражников, раздражённо поморщился и пришпорил жеребца, надо же узнать, что случилось. Воротившийся четверть оборота назад дозор сообщил, что путь свободен, и пока никто на обозников нападать не собирается. Да и место для этого неподходящее, людное, открытое, по обочинам дороги ни кустов, ни холмов.

Не успел Юрась доскакать до мужичка в мохнатой шапке, как обоз накрыла Ловчая Сеть, опутывая невидимыми верёвками стражников. А пожухлая трава по обе стороны тракта подёрнулась лёгкой дымкой, иллюзия, скрывавшая разбойников, испарилась, словно её и не было, и умело организованная банда грабителей, поднявшись с земли вопя и завывая, ринулась на обездвиженных охранников подставного обоза.

Лэр Онагост выкрикнул заклинание и Ловчая Сеть, вспыхнув синим пламенем, пропала. Охранники освободились. Послышались команды десятников Тайной Стражи, чуть позже опомнились дружинники из Колобрега. Из крытых возов и телег выскакивали стражники и вступали в схватку. По знаку лэра Онагоста его люди разделились на два отряда и принялись окружать разбойников по обе стороны дороги. На глаз нападающих было сотни четыре. И они яростно сопротивлялись.

Чуткие ноздри Юрася уловили в воздухе мерзкий гнилой душок. Маг ругнулся, поднёс к губам рог и дважды в него дунул. Воины из Тайной Стражи тотчас же активировали защитные амулеты, дружинники из Колобрега торопливо скрылись за их спинами, с ужасом наблюдая, как мутная болотная жижа, поглощая мгновенно разлагающиеся трупы и жухлую траву, ползёт от сбившегося в плотные кучи противника к стражникам.

Двое или трое ренегатов, плетущих убийственные заклинания, прятались где-то в толпе разбойников. Под началом лэра Онагоста имелись два слабых стихийника – маг воздуха и маг огня. Они умели активировать артефакты и могли сражаться, используя дар в течение двух-трёх малых оборотов. Не более.

Юрась мысленно подавил поднимавшийся в нём тяжёлой жгучей волной гнев. Негоже боевому магу терять самообладание! Самое простое – уничтожить врагов Сетью Праха, одним из самых действенных боевых заклинаний некромантов, но тогда погибнет много стражников, Сеть не различает своих и чужих… Кроме того, взять живыми ренегатов не получится.

Поколебавшись, лэр Онагост принял решение. С его ладоней сорвались тугие чёрные клубки, поднялись вверх и понеслись к разбойникам. В полёте клубки стремительно увеличивались в размерах, превращаясь в здоровые шары. Шары зависли в небе по обе стороны тракта над головами сгруппировавшихся бандитов и разделились на десятки мелких клубков.

Ренегаты слаженно ударили по клубкам зелёными молниями, без толку. Чёрные клубки упали вниз, трансформировались в плоские диски с острыми краями и принялись вращаться с бешеной скоростью, выкашивая разбойников. Бандиты запаниковали, беспорядочно заметались в безнадёжных попытках уцелеть, давили раненых и тех, кому не удалось устоять на ногах. Чудовищное по силе заклинание некроманта, будто гигантская коса равномерно выкашивало по кругу редеющие толпы противника.

Вскоре остались только двое ренегатов, укрывшихся в магических охранных сферах. Справа и слева от тракта валялись почерневшие, искорёженные трупы разбойников. Воины Тайной Стражи, попрятав оружие, расслабленно переговаривались. Дружинники из Колобрега с непониманием и суеверным страхом оглядывали следы сражения. Бой продлился менее двадцати малых оборотов, и души четырёх сотен разбойников отправились к Нуру.

От нахлынувшей слабости лэр Онагост пошатнулся в седле, выпрямился, скривил потрескавшиеся губы и сглотнул. Собственная слюна показалось ему горячим сухим песком. Отхлебнув укрепляющего зелья из поясной фляжки, Юрась знаком потребовал освободить ему дорогу. Стражники почтительно расступились. Дружинники из Колобрега шарахались от могучего мага, словно от самого Двуединого в тёмной ипостаси. Лэр Онагост криво усмехнулся. Боевые заклинания некромантов полагалось использовать лишь в крайних случаях, опасно и вызывает ненужные разговоры. Люди не должны воспринимать Тайную Стражу как безжалостных, злобных колдунов. Но сегодня у Юрася не было другого выхода. Магия смерти сохранила жизни его людей, в схватке погибли всего несколько человек.

Однако время отдыха для лэра Онагоста ещё не наступило, ренегаты не выдохлись и готовы сражаться. Усилив магией зрение, сквозь колеблющиеся прозрачные купола Юрась разглядел две высокие напряжённые фигуры в плащах – старик и мужчина средних лет, тощие, с редкими волосами на туго обтянутых серой кожей черепах. В живых некромант решил оставить одного. Старик, несомненно, сильнее и опытнее, разговорить его будет сложнее. Лэр Онагост сумел рассмотреть ауру противников сквозь защитные сферы. Старика следовало убить, чисто и быстро, но, к сожалению, не получится, придётся раз за разом наносить удары по защитному куполу до его разрушения.

Магический резерв Юрася опустел наполовину. Некромант решил поберечь собственную магическую энергию и достал накопитель. Нет, долбить сферы он не станет. Лэр Онагост неторопливо приблизился к старому ренегату и активировал новое заклинание, незримая магия Юрася облепила и с немыслимой силой сдавила купол противника, сфера лопнула подобно хрупкой яичной скорлупе. Слуга Отступника атаковал в тот же миг – короткий взмах кистью, и огромная болотная змея устремилась к лэру Онагосту. Покрытая слизкой бурой чешуёй гадина обвила тело мага смерти и попыталась нанести смертельный укус в голову. К счастью, сработал настроенный на уничтожение непосредственной угрозы артефакт, дохлая змея распалась на части и пропала. Юрась моментально метнул в ренегата чёрный шарик размером с грецкий орех, старик закричал и рухнул на землю.

Второго слугу Отступника следовало взять живым и по возможности невредимым. Накопитель на поясе лэра Онагоста замерцал и погас, уничтожение ренегата, выглядевшее для окружающих как короткое действо, вытянуло из камня всю магическую энергию. Похоже, старик имел ступень магистра или близкую к тому. Пришлось доставать второй и последний накопитель.

Юрась разрушил охранный купол ренегата быстрее, чем ожидал, и сразу выставил перед собой защитную сферу. Глаза слуги Отступника горели ядовитым зелёным пламенем. Бывший маг воздуха? Предположение некроманта оказалось верным. Мерцающее грязно-серое облако окружило защитную сферу Юрася. Тот активировал накопитель, и магическая защита поглотила облако. Тогда в лэра Онагоста полетели знакомые зелёные молнии. Можно, конечно, было выставить магическое зеркало, и отражённая магия убила бы своего творца, но он нужен был живым. Поэтому пришлось набраться терпения и в течение сорока малых оборотов пассивно отражать атаки ренегата, пока его аура не поблёкла. После чего Юрась, долго не мудрствуя, спеленал слугу Отступника Ловчей Сетью и надел ему блокирующий магию ошейник.