Целитель душ 4. Правая сторона
Глава 1. Красное на сером
Эдвард Горячев пытался бороться с перевозбуждением с помощью кофе. Адреналин всё ещё бесновался в его крови после закончившегося внеочередного заседания совета акционеров «МИТ». Естественно, из этой идеи ничего хорошего не вышло, и его стало потряхивать ещё больше.
Своего он добился. Рестарт будет!
В том, что ему удастся уговорить совет, он не сомневался, но потрепать ему нервы, акционеры всё же успели. Было бы даже странно, если бы они сразу согласились на его предложение. Под давлением железобетонных оснований, акционеры сдались, но и условий выдвинули тоже немало. Было бы здорово обойтись и вовсе без этих акционеров, но даже если продать всё имущество, что у него есть, на реализацию проекта своих средств ему точно бы не хватило. Разработка Эллирии жрёт деньги, как пылесос.
«Нужно, к чертям собачим, всё бросить и идти домой отдыхать! - тоскливо подумал он, оглядывая свой кабинет. – Но на сегодня запланировано ещё две встречи, одно собрание, разобрать накопившиеся отчёты, к тому же надо уже сегодня начать согласовывать даты…»
В кабинет заскочил Симеон Фурье, весь всклокоченный, помятый и через чур оживлённый, с привычным планшетником под мышкой, с которым он, кажется, не расставался даже ночью. Он буквально бросился в кресло на против Эда. Отдышался. Исподлобья покосился на мрачное лицо своего начальника, усмехнулся:
- А как ты хотел? Не каждый день такое происходит. Прошло и ладно…
- Посмотрел бы я на тебя, на моём месте, - немного разозлился тот в ответ.
- И слава всем богам, что я как раз на своём месте, - философски заметил Сёма, с удовольствием щурясь от этой мысли.
- Чего припёрся? – в лоб спросил Эдвард, поняв, что слов сочувствия ему не дождаться.
- Фу! Как невежливо. Тебя волки воспитывали?
- Лучше бы волки, - неожиданно с нежностью улыбнулся Эд, вспомнив своё весьма своеобразное детство.
Живя в стране, где дозволено было почти всё, кроме откровенного членовредительства, сам он жил в семье, где его с малых лет жёстко ограничивали. Стоило перешагнуть порог родного дома, как начиналась совсем другая жизнь, буквально, другая реальность, наполненная этикетом, весьма суровым сводом правил и временными лимитами на развлечения. Как следствие, его свободолюбивая натура, выбрала трудовой путь в той сфере, которую, ну никак не могла одобрить его семья. Но эти войны давно уже отгремели, и все противоборствующие силы смирились с выбранной им сферой деятельности.
- Ну-ну, дружище! Зачем роптать на судьбу? В конечном итоге, ты от этого только выиграл, - широченно улыбнулся Фурье, снова вызывая тем самым ответную улыбку у собеседника, и перевёл разговор в нужное ему русло. – Раз с перезагрузкой серверов всё решено, у нас возникла интересная идея. Посмотри-ка, — он протянул планшетник Эду.
Горячев несколько минут вчитывался описываемую идею, а узнав в ней одно из будущих глобальных событий, поднял глаза на Симеона и спросил:
- Что это? И главное, зачем сейчас?
- Это будет не просто уход на рестарт серверов, это будет оглушительный хлопок дверью на последок, - как конь заржал Фурье. – И скажем юзерам, мол это вы виноваты в том, что все на рестарт пойдём!
- Пользователи нас за это порвут на лоскуты, - с некоторой брезгливостью на лице, Горячев вернул планшетник обратно владельцу.
- Сначала, да, но потом выйдешь на сцену ты во всём белом, и скажешь, что это был тест одного из возможных вариантов завершения игры. И пусть лучше не запускают всё до такой степени!
Эдвард откинулся в кресле, обкатывая эту идею в голове.
Если вдуматься это будет красивым и эпичным завершением бета-теста.
- Заодно и глобальное событие протестим… - искушал Симеон.
- Чья идея? – неожиданно спросил Эдвард, уставившись в Фурье внимательным взглядом.
- Витаси Бондаря. Последнее время он просто фонтанирует идеями, и работает за троих, иногда даже толком коды проверять не успеваю за ним… - как само собой разумеющееся пробормотал Сёма в ответ, думая уже о том, какой шум он собирался поднять.
Сегодня не стала торопиться в игру, тем более что Геральда там всё равно нет, и потому, решила вдумчиво изучить, что изменилось в моём персонаже после Бесноватого грота. Я не ожидала там увидеть что-то сверхъестественное, поскольку большую часть времени просто наблюдала за игровым процессом других игроков, но всё-таки при этом, три уровня я умудрилась как-то взять. Теперь, я гордая обладательница восемнадцатого уровня. Хех! До сих пор, уровни даже косвенно не влияли на мои «основные» способности, поэтому были для меня лишь новой циферкой над головой. И меня это совсем не смущало. Уверена, что не у всех игроков также, но лично мне важнее мои отношения с высшей и моё мировоззрение. И вот как раз там, у меня случились всякие приятности. Отношения с Эллисой поднялись до невероятных высот, и составили 73 пункта, а моё светлое мировоззрение, так вообще стало аж 82%. Интересно, когда я добью эти показатели до максимума, появятся ли какие-то спецэффекты на мне, и будет ли мне за это плюшка, ну или титул какой-нибудь, на худой конец? Эх! Мечты-мечты!
Из параметров прокачались только воля +6 и мудрость +2, остальные параметры повысились лишь на долю процентов. Интересно, за что мне так прилично в волю прилетело? Уж не за тот ли фокус с Геральдом в финише? Мне очень хотелось в тот момент его не убить ненароком, и мне это удалось, его фрейм жизни лишь слегка просел, и он сумел выжить, но главное тут не то, что я на ведьмака откровенно вешаюсь, а то, что из-за этого случился откат для Вдедры. И это было мощно. Ха! Получается я босса собственными руками прикончила! Мне бы радоваться, но до меня только сейчас дошло, как близко к провалу мы все были. Если бы я вовремя не подсуетилась, вернее Рикат не подсказал, страшно представить какими бы силами стал обладать этот тёмный жрец, и как долго бы он нас убивал имея под своим контролем время и пространство грота. Всё-таки ответственность нешуточная, и меня от этой мысли передёрнуло от страха, хотя по идее, я должна бы гордиться собой. Кроме того, щедрость Риката меня сильно коробила, надеюсь он просто пытался защитить Гера, иначе не хочу даже думать, чем может для меня обернуться его помощь. Помнится, кто-то мне говорил, что он был мудрейшим человеком, а значит для такого продумать мудрёную многоходовку против меня, плёвое дело. Я же, по жизни прямая, как рельса, мне шаг наперёд продумать трудно, только интуитивно вывожу. Не мне с Рикатом не тягаться в хитрости.
Задумчиво откинувшись на соломе, что служила мне кроватью на сеновале, я неторопливо принялась разглядывать тёмные разводы на потолке сарая, потемневшем от времени и просачивающейся сверху влаги.
Китайцы, ещё эти! Откуда они взялись здесь? Понятно, что отдельного сервера для них пока нет, но почему они не на европейском сервере зарегились, например? Блин! Снова жалуюсь по пустякам, зарекалась же… Могут же они оказаться полезными нам? Для разнообразия, должны же нам и приличные люди в игре встретиться, в конце то концов? Как мне хочется в это верить. Но так сразу довериться непонятно кому, я не решилась, поэтому в их сопровождении мы никуда идти не стали, но попросили передать бонду Дьярви мои нижайшие извинения и клятвенное обещание в скором времени его навестить.
Вот теперь лежу, закинув нога на ногу, и размышляю, получится ли из этой идеи что-то путное или нет? Хорошо бы если бы бонд согласился бы подождать мой визит к нему чуть больше, чем озвученные им три дня. Будет очень обидно профукать это задание. Хотя о чём я? Мне любое задание проваливать нелегко. Если выгорит, то азиатов вполне можно рассмотреть, как будущих партнёров по игре, а если нет, то пусть идут лесом.
Вчера после выхода из игры, я больше часа смотрела в окно, рассматривая редкие звезды, на, ещё по-летнему, густо тёмном южном небе. Из-за светового загрязнения, видны были только самые яркие созвездия, типа Кассиопеи или Ориона. Они виделись настолько блеклыми, ведь Эллирия столь сильно избаловала меня своими нереально шикарными видами ночного небосклона, что мне, в который раз, настоящие звезды казались уже недостаточно реальными. Но я всё равно всматривалась в них, и радовалась им. Вдыхая жаркий ночной воздух и слушая глухое рокотание большого города, я остро ощущала своё одиночество, но при этом чувствовала себя вполне счастливой. По-детски, наивно счастливой. Не помню, когда ощущала, что-то подобное раньше, разве что в игре. Там, что ни день, то что-то новое. Настоящий калейдоскоп эмоций, от самых низших до самых возвышенных. Эмоциональное привыкание к игре, на лицо. И там каждый день меня ждал Микаэль. Михой, его называть у меня язык не поворачивался, слишком просто для него. Вчера о нём думала, и сегодня тоже. Прям наведённый психоз какой-то! И главное, не могу остановиться… и прекратить думать о нём.
Удивительные дела творятся! Я и раньше в Эллирию неслась, как обезумевшая, но теперь, она стала жизненно необходима. С появлением Геральда, вся жизнь, и не только игровая, наполнилась каким-то особенным смыслом. Этот парень был каким-то цельным, что ли. Он не просто пришёл в мою жизнь с помощью, он просто водворился в ней, как монумент, и каким-то образом, за короткое время стал лучшим другом, общение с которым было очень доверительным, тёплым и лёгким. Он никогда не задавал, сложных вопросов, почему мы здесь и что мы делаем в игре, например. Он принимал, всё, что происходило, с удивительным спокойствием, но при этом, в душе у него самого, не было того старательно демонстрируемого мне спокойствия. У нас с ним было похожее чувство юмора, т.е. странненькое. Когда я заходила в Эллирию, я точно знала, что он будет там, и всегда чувствовала, что там меня ждут. До последней пары перенасыщенных событиями недель, мы столько времени провели спина к спине на моем, вернее, теперь уже на нашем камне, в Ярринке, что в пору его назвать нашим местом силы. Читали книги, которые он где-то умудрялся достать, чтобы поднять мой интеллект. Плечом к плечу лежали на нем и вглядывались в облака или ночные звезды, якобы прокачивая восприятие, хотя просто глазели в небеса. Мы почти не разлучались. Варвара и Эдвина бросали на нас косые взгляды. Жрица не одобряла саму по себе дружбу с темным, а Варвара того, что он мужчина. Эллисе он тоже не нравился, и она регулярно снимала с меня очки благодати примерно по 50 очков за сутки, из-за того, что я состою в одной группе с ним, показывая, что данный последователь тёмного пантеона не подходит для светлой жрицы. А мне было плевать, пусть хоть всё снимет… Всю неделю ловлю себя на том, что настроение у меня всё время приподнятое, а за спиной будто выросли крылья. При мысли о ведьмаке у меня все плясало внутри, и, если бы не пресловутые крылья за спиной, я была бы абсолютно счастлива. А крылья? Крылья, как-то смущали. Ну вот опять! Что-то я заковырялась в себе! Хорошо же! Я тупо, по-девчачьи влюбилась, кто ж знал, что это приятно, оказывается? Весь мир теперь мне виделся радужными расцвеченным яркими красками. Сначала я думала это магия сферы меня не отпустила пока, но нет, эффект был долговременный. Даже тускло мерцающие звезды в небе были полны своеобразной прелести в моих глазах.
Всегда думала, что Ромыч был моей первою любовью, и тут ка-а-ак шарахнуло! Вот она какая оказывается, первая-то! Главное, я столько времени злилась на Ромыча, мол, столько лет на него потратила, любя его, а выходит, что он ни в чём не виноват, ведь любовью там и не пахло.
Ладно. Хотя бы с этим разобралась, наконец-то! Теперь я точно знаю, что было правдой, а что ложью. Поразительно, как легко можно обмануться, более того, лично я, всегда обманывалась с какой-то затаённой радостью, ведь мне это было даже выгодно в какой-то степени.
Поднялась, немного по-мужски усевшись, сложила локти на коленях, тяжело вздохнула. Признание своих ошибок никогда не было моей сильной стороной, и сейчас, я порядком устала от этих мыслей.
А ещё прошлой ночью снова снился Инноэль. Печальный, сказочный принц в рубашке из штор. Как обычно, от него трудно отвести взор. И как обычно, он был молчалив, но за него говорили его глаза. Живые, тёмные, с яркими искорками плескавшейся магии в них.
Он постоял, разглядывая меня серьёзным, задумчивым взглядом, обошёл меня, крепко обнял, развернул на сто восемьдесят градусов, и показал рукой на холмы окутанные пёстрой дымкой магии.
«Там твоё место», - шепнул мысленно он мне.
Между холмами, заметила быстро движущуюся точку.
«Синегривый!» - вспомнив, крикнула я, и тут же проснулась.
Вернувшись мысленно в свой сон, я недовольно поморщилась, откинулась обратно на спину и перевернулась на живот, поскольку не поняла, услышал ли мой питомец меня или нет. А это было важно, но я, хоть убей, не помню почему.
Так! Пора выбираться из сарая, иначе я снова могу задуматься и проваляться тут до глубокой ночи бесконечно гоняя по кругу одни и те же мысли, а у меня тяжёлый пациент на руках!
Во дворе было привычно тихо, слышны были только печальные пересвистывания каких-то птах в саду, шум ветра в листве и приглушенные разговоры игроков за двором. Хозяйским взором окинула «свою» вотчину. Заросло! Вот вернусь, и всё приведу в порядок! Честное слово! И не буду вспоминать, который раз по счёту я себе это обещаю.
Отсутствие Геральда ощущалось очень явно. Все представители нашей гильдии были в игре, но моё появление в ней прошло незамеченным ими. Очень непривычно. Похоже все были заняты своими делами. Значит и мне можно заняться своими.
Когда я вышла на улицу, мимо прошли два игрока-новичка, и так получилось, что наш путь по деревне некоторое время совпадал, и совершенно случайно я услышала их разговор между собой.
- Ты лесоруба качать собираешься? – спросил один другого.
- Неееее… - протянул тот в ответ. -На кой? Кузнеца собираюсь осваивать, а здешний наставник отказывается обучать. Тем более я почитал гайд по локе, здесь обычно вся артель лесорубов забивается игроками ещё с утра, а лишних не берут. А кроме лесоруба тут только кулинарию изучить можно, а на неё вообще в любом месте коучей полно, так что пошли дальше…
Я тихо усмехнулась. Вот бы они удивились, узнай, сколькому тут на самом деле можно научиться. Тот, прочитанный им гайд, видимо писал тоже, ещё тот профессионал! Ну! Меньше народу больше кислороду! Хотя для деревни и выгодно чтоб тут обитало побольше игроков, но я всё равно каждого из них воспринимала как соперника. Жаба, такая нелогичная особа!
Парни на деревенском пятачке свернули к выходу из Ярринки, чему я только радовалась, и проводила их взглядом до самого выхода. Лишь бы подальше от моей Варвары. Надо хоть у Клима спросить, как у них тут с наладилось с работниками или нет? Оглядела пространство возле колодца. Игрового народу заметно стало больше, можно сказать, что игроков стало столько же, как и в начале игры, но всё-таки меньше, чем было три месяца назад. Двери кузницы, трактира и единственной деревенской лавки хлопали постоянно, а это говорило том, что жизнь здесь снова забурлила.
На дороге уходившей вдаль на Семихолмье виднелась прерывистая череда уходящих в большой мир игроков. Сама дорога маняще вилась между пологих темно-зелёных холмов, местами черневших пустыми полями. И над всем этим, как неусыпный часовой, стояла Великая Пуща, опасная и загадочная. Я тряхнула головой, выгоняя мечтательные мысли из головы. Всему своё время.
В кузнечной лавке за прилавком, Михей со скучающим видом предлагал товар покупателю. Я жестами показала ему, что хочу пройти к Ларе, на что он лишь согласно кивнул. За стенами раздавался звонкий, жизнерадостный стук по наковальне. Наш кузнец, сегодня в ударе. Приободрился, значит.
Прошла в жилую часть дома, где и разместилась моя любимая жрица. Её состояние со вчерашнего дня не изменилось в лучшую сторону, но и в худшую тоже. Присела рядом с ней на кровати, взяла её за руки, наладив с ней зрительный контакт и принялась всматриваться в неё своим особым, целительским взглядом.
Работа по восстановлению её сознания, потребовала от меня усердия и терпения. Буквально одно резкое мысленное движение или яркая, сильная мысль, и концентрация сбивалась, и все отрывочки сознания девушки, пускались в буйный пляс. Я аккуратно, боясь лишний раз дыхнуть, перебирала эти былинки, рассматривала их и пытаясь понять, есть ли между ними что-то общее. Пересмотрев больше трёх десятков таких кусочков сознания, поняла, что собирать я это всё, буду скорее всего исключительно на интуитивном уровне. Но сначала, надо разделить эти былинки, хотя бы по оттенкам чувств, которые каждая из них навевала на меня при мысленном соприкосновении с ними. Мне всегда казалось, что мелкая кропотливая работа, не мой конёк, особенно, если вспомнить рабочие отчёты, от которых я чуть ли не ревела в голос, но здесь эта же работа была подана под таким соусом, что нисколько не утомляла меня. Единственное, что меня слегка пугало, чтоб я, ненароком, не перепутала тут что-нибудь и не прикрепила что-нибудь важное в сознании девушки неправильно. Не хотелось бы увидеть, совсем другую Лару. Она мне дорога, такой, какой я её помню.
Я перебирала одну былинку за другой, пытаясь определить какую же эмоцию в себе она несёт, и удивляясь сама себе, тут бы в своих чувствах до конца разобраться, а я в тут в чужих ковыряюсь, по самый локоть.
Весьма примерно определив «радость», «грусть», «страх» и несколько других базовых эмоций я раскладывала их по своеобразным воображаемым кучкам на сломанных пиктограммах. Сложность представляло и количество кусочков личности Лары, даже на вскидку мне казалось, что их больше нескольких тысяч, при этом они так и норовили, оторваться от положенного мной им места, взлететь, и прибиться совсем к другой кучке.
Этот процесс не просто увлёк меня, он захватил всё моё сознание целиком, причём, чем больше я занималась этим трудоёмким процессом, тем спокойней мне было на душе. Вся эта мысленная возня действовала на меня успокаивающе, не каждое седативное средство имеет такой эффект, уж я-то это хорошо знаю.
Через некоторое время, краем сознания отметила, что кто-то настойчиво дёргает меня за руку, пытаясь привлечь моё внимание, но я была настолько сосредоточена, что только слегка отмахивалась от кого-то, будто от назойливой мухи. Неизвестного, моё нежелание отвлекаться на него, по-видимому, не устраивало, и попытки отвлечь меня становились всё настойчивей. Меня уже во всю трясли за плечо, и в какой-то момент я потеряла концентрацию, и солидная часть уже разложенных мной былинок радостно вспорхнуло в высь. Чёрт! Столько работы в пустую!
- ДА, ЧТО НАДО?!!! – мгновенно вспылила я, заметив взметнувшийся рой воспоминаний, только что спокойно лежавших на нужных мне местах. – Я, мать вашу, РАБОТАЮ!!!!
Передо мной стоял слегка растерявшийся от такого напора староста, сжимавший шапку в руках. Растерянность его длилась буквально секунду, и быстро переборов своё первоначальное удивление, он, пригрозив мне пальцем, сказал:
- Ты, Амадея, на меня не гунди! Я тебя не из праздного любопытства отвлекаю от дела. А то ишь взяла моду, на старшего голос повышать!
Посмотрела на него чуть ли не волком, но промолчала, принимая, возможную правоту его слов.
- Что там приключилось такого срочного? – с трудом изображая интерес спросила я. Староста это вам не абы кто, у него забот и без меня хватает, и по пустякам отвлекать, не его стиль.
- Наш бонд приехал, - сделал большие глаза Клим. – Тебя требует! Немедленно!
- Бонд? Дьярви? – не поверила сначала его словам я. – Требует?
- Ага. По нему не поймёшь, то ли он доволен, то ли нет. Хорошо, что ты не спишь, да ещё и в деревне находишься, а то не знаю как бы тогда перед ним оправдывался.
- Тебе то, чего оправдываться? – пожала плечами я и развела руками. – Ко мне же приехал… К тому же всем известно, что пришлые на месте, обычно, не сидят.
- Но спрашивает-то он с меня...! - нахлобучив шапку, пожаловался староста. Он прошёл вперёд, открыл дверь и придержал её для меня. – Водворился в старшинском доме, словно всегда там был…
Клима я уже слушала вполуха, поскольку писала сообщение в чат нашей гильдии, о том, что владыка земель сих, явился в деревню по мою душеньку.
Реакция на моё сообщение последовала незамедлительно:
Sun_Sun: Фигасе! Неужто китаёзы твой привет ему передали?
Амадея Лиандиель (Sun_Sun): похоже на то)))… а ты говорил им веры нет…
Лейз: Где встречаетесь? Я сейчас тоже подтянусь
Sun_Sun: так они выгоду почувствовали!
Почему у меня такое ощущение, что личный приезд бонда ко мне, это не есть хорошо? Ладно, не буду раньше времени нагнетать, как говорят некоторые…
Торопиться заходить самой в дом старосты не стала, решила дождаться нашего следопыта, поскольку пара бравых вояк-северян, стоящих возле дверей, явно намекали, что этот объект сейчас находится под особой охраной, и не факт, что Лейза без меня вообще туда пустят.
Следопыт не стал заставлять себя ждать, буквально через минуту он был на месте, и уже стоя передо мной, начал стряхивать с себя какую-то странную белёсую пыль, чтоб привести себя в порядок.
Мы плечом к плечу, двинулись на встречу. Охранникам я безапелляционно заявила, выразительно кивнув на следопыта: «Он со мной», и что примечательно, спорить со мной не стали. Это сильно потешило моё самолюбие.
Бонд Дьярви вальяжно развалился на стуле во главе стола, но при этом, всё равно показался мне каким-то напряжённым. Перед ним стоял кувшин с сидром, наполненная этой кислятиной чарка, и полная стопка, подозреваю, что с одной из фирменных настоек Феодосии, а также другая нехитрая снедь. Судя по всему, к еде и напиткам он даже не соизволил притронуться.
Ведёт себя и правда, как властитель! Хм!
Он молча разглядывал свои руки на столе, сложенные в замок, но при нашем появлении, сразу уставился на меня тяжёлым взглядом. Позади него подмигивал мне и яростно гримасничал, вечно неунывающий Ойстейн. Что именно он хотел мне показать, до меня так и не дошло, поскольку всё моё внимание было сосредоточено на бонде. Я сделала к бонду на несколько шагов больше, поскольку Лейза сразу придержал один из охранников, не разрешая ему подходить к бонду ближе.
Поклонилась бонду немного на деревенский манер, прижав правую руку к сердцу, но не в пояс, как принято у местных.
- Этот человек, - бонд Дьярви, кивнул в сторону Лейза. – Ты доверяешь ему, госпожа? Помнится ранее, тебя сопровождал другой мужчина… - за словом «другой» мне послышалась какая-то едва заметная насмешка в его словах.
- Мы все из одной гильдии, - после секундной заминки ответила я, раздумывая не показалась ли мне эта его насмешка. – И да, я ему доверяю. – прозвучало немного высокомерно и высокопарно, но какой был вопрос такой и ответ. – Седой Геральд в отъезде, - чуть более скромно добавила я, склонив голову. Бонд Дьярви перевёл взгляд за моё плечо, вперив в Лейза проницательный взгляд. Результатом этого разглядывания стал приглушенный радостный возглас парня за моей спиной, с последующей записью в гильдейском чате:
Лейз: Прикиньте! Амадея мне репу с бондом подняла! +1 теперь в личку с ним))))
Sun_Sun: … и чего я не пошёл?!
Лейз: Ты пьян
Sun_Sun: пьян, пьян, пьян… имею право
После этого Сан стал страшно флудить и за перепиской этой парочки я перестала следить.
- Не ожидала вас увидеть здесь, - сразу выразила я своё удивление его появлением.
- Как и я не ожидал, что вы забудете о своём обещании как можно быстрее вернуться ко мне с докладом, - немного раздражённо заявил он. – И пошлёте с отговорками кого-то вместо себя. До сего времени, я был вам обязан, за вашу одну важную услугу, но теперь мы с вами квиты.
Личная репутация с бондом Дьярви уменьшена на – 3. Текущее значение 8.
Упс! А вот это обидно! Что этот китаец наговорил там ему?! Вот ничего нельзя никому поручить! Всё самой делать надо.
- Собирайтесь, госпожа! Мы сейчас же выезжаем в Семихолмье, - приказал бонд таким голосом, что у меня все поджилки вздрогнули. Чего это он?
- М-э-э… - замялась я, такой неожиданный поворот беседы меня совершенно не радовал. Резкий тон и категоричность формулировки, вызвали у меня смутное подозрение, что меня под охраной собираются везти в тюрьму. – В каком качестве?
Властитель одаля непонимающе посмотрел на меня, видимо у него таких вопросов в голове не возникало, и мой статус для него был вполне очевиден.
- В качестве гостьи! – прыснул в кулак Ойстейн, явно находя мой вопрос двусмысленным. - Или у вас, светлая госпожа, есть другие предложения? Уверен, наш бонд…
- Хватит, - с каменным лицо прервал речь своего телохранителя Дьярви тихим, властным голосом, даже не обернувшись к нему. Бонд пружинисто поднялся на ноги, явно собираясь прям сию минуту тронуться в путь.
- Нет-нет, - растерянно залепетала я, в душе проклиная свой язык и излишнюю скромность, которая сейчас мне помешала ответить Ойстейну побойчее. – Статус гостьи меня вполне устраивает.
Бонд смерил меня заинтересованным взглядом, сделал вывод и… Многозначительно промолчал, явно избегая давать новый повод старому служаке за его спиной, для другого бесцеремонного замечания.
- Моего сопровождающего можно тоже взять в Семихолмье? – запинаясь на каждом слове спросила я. Гадская робость! Откуда она взялась вообще?! Тут хотя бы нужно попытаться Лейза вывезти в большой город, а я слов подобрать не могу.
Бонд Дьярви повернулся и выразительно посмотрел на своего телохранителя, передавая тем самым слово ему. Какой уровень доверия между ними, однако!
- Не обессудьте, госпожа, но больше мест нет, - сказал Ойстейн с таким довольным видом, что я сразу засомневалась в его искренности. – Если только за конными на своих двоих побежит…
Лейз легонько дёрнул меня за рукав и прошептал:
- Да ничего, езжай, парни же тут остаются, выберемся сами, - спокойно заверил он меня. – Лучше соглашайся на торг, я тебе часть лута скину, будет время, на ауке выставишь, цены я сейчас тебе нарисую, а если не будет времени, просто на сохранение положи. – Он слегка нахмурился, занятый работой с внутренним интерфейсом своего персонажа. – Нам без этого хабара легче будет из деревни выбраться, не так трястись за него будем.
Выходили из деревни мы эпично, нас с бондом окружили охранники, и начали бесцеремонно теснить игроков с нашего пути. Это привлекло много ненужного внимания к процессии вообще и, в частности, ко мне. Я, и при такой охране! Но при этом, я всё равно не могла отделаться от мысли, что меня конвоируют до этапа. Вот сейчас и выясним, насколько сильно нужна «Светочам» моя светлая шкурка.
Главный же сюрприз меня ждал на выезде. Свободных лошадей в коннице и правда с не было, иначе чем мне объяснить, что меня подсадили в седло к самому бонду! И сразу возник вопрос, почему при таком раскладе, мне место нашлось, Лейзу нет? Это обстоятельство смутило меня окончательно, но правда, ненадолго.
Ойстейн подсаживая меня в седло, с глумливой насмешкой на лице начал подмигивать нам с бондом, (вот, дурак, старый!) и я лишь смутно догадывалась к чему он это делал, а бонд только отвернулся от него сделав вид, что занят чем-то совершенно другим.
Из деревни конный разъезд выдвинулся резвым галопом, который постепенно перешёл в более спокойную рысцу, а после получаса езды и вовсе сошёл на обычный размеренный конный шаг. От быстрой езды мои щеки раскраснелись, а робость развеялась где-то на первых пяти минутах поездки. По просьбе бонда, начала свой неспешный рассказ о наших приключениях в Бесноватом гроте. Он слушал внимательно, лишь изредка уточнял непонятные ему детали, но при этом у меня было чувство, что сами приключения его интересовали слабо. Едва я заикнулась об Аркане Времени, он встрепенулся, прижал к моим губам палец, призывая меня к молчанию и отрицательно покачал головой.
Могу и не говорить! Мог бы сразу сказать, что именно он хочет услышать. Я тут заливаюсь соловьём, чтоб не ехать в унылом молчании, а ему как будто и не слишком интересно. Бонд Дьярви был явно не в духе, но мне было непонятно, моя ли в том вина, или же нет.
В конце концов мой рассказ закончился, и я больше не пыталась начать разговор, решив молча наслаждаться конной прогулкой, благо вид с лошади на окрестности был на порядок лучше, чем когда идёшь пешком.
Пуща отступила совсем далеко, к горизонту. Пролески, что мы пробежали, потемнели и уже начали золотится осенней листвой. Тяжёлые серо-белые облака неслись по небу с невероятной скоростью, и из-за этого солнечные лучи словно скользили по пологим склонам холмов, окружавших нас. Прохладный ветерок приятно холодил лицо.
Прошло не меньше получаса, прежде чем бонд Дьярви сподобился заговорить со мной:
- Нынешняя осень, непривычно тёплая. Всё словно замерло в ожидании чего-то, - тихо высказался он вслух, будто сам себе. – Поговаривают в парке, что при усадьбе уже покраснели эльфийские клёны. Быть может, желаете взглянуть?
Если бы я недостаточно хорошо знала характер Дьярви, могла бы решить, что он долго не решался предложить мне это. Смешно, даже было подумать, о таком.
- Не знала, что в Семихолмье есть парк, - немало удивилась я. - Кроме громадного ясеня, что стоит в центре города, я ничего похожего на парк не видела.
- В этом нет ничего удивительного, я сам там не был ни разу. Это место для бонда и его семьи… и его приближенных, разумеется, - с некоторой заминкой добавил он.
- Почему же вы там до сих пор не бывали? – снова удивилась я.
- Повода не было. Поговаривают, именно в начале осени парк наиболее прекрасен. Было бы неразумно, откладывать мне его посещение и дальше, упустив то время, когда он весь наполнен красками, - нехотя бросил он мне, пристально разглядывая что-то далеко впереди.
- Если так, то я почту за честь посетить это уникальное место, - степенно кивнула я.
- Не ждите чего-то особенного от приусадебного сада, - равнодушно пожал плечами он. – Там всего лишь десяток деревьев, не больше.
- Не буду, - усмехнулась я, но в душе, всё равно, предвкушала увидеть нечто особенное. В конце концов, не зря же туда всех подряд не пускают?
Бонд Дьярви тронул поводья заставляя свою буланую лошадь пуститься вскачь, и последний отрезок пути мы одолели минут за десять. Никогда прежде я не добиралась до Семихолмья с такой скоростью, обычно конные разъезды не носятся по дорогам галопом. День открытий и удивлений сегодня прям какой-то!
Очень вовремя подскочивший Ойстейн помог мне спуститься с лошади.
Боже мой, какой комфорт! Вот снова мелочь, но приятно же ж!
- Следуйте за бондом Дьярви, светлая госпожа, - кивнул седовласый воин в удаляющуюся спину владельца Семихолмья.
Удивлённо обернулась и поняла, что, оказывается, дожидаться и уж тем более сопровождать, меня никто не собирается. Вот так всегда! Только обрадуешься особому отношению и снова щелчок по носу. Видимо, чтобы я не воображала о себе всякого, и чтобы самомнение моё не раздулась до безразмерных размеров. Подняла юбки и поспешила вслед за быстро шагающим Дьярви.
Миновав несколько анфилад и сквозных проходов, мы оказалась в самом сердце бондовой резиденции. Парк был и правда небольшой, но это ни капли не умолило его достоинств. Окружённый со всех сторон высокими стенами и различными постройками. Он словно был спрятан от городского суеты и шума. В парке не было даже охранников, он был абсолютно пуст. В самом центре была выстроена высокая каменная беседка с резным куполом, увитая диким виноградом, уже покрасневшим от первых заморозков. Вокруг беседки были посажены, на приличном отдалении друг от друга молодые, но уже довольно высокие и крепкие клёны. Ярко красные, казавшиеся местами розоватыми, в свете косых солнечных лучей. Каждое дерево не было похоже на другое, одно могло быть прямым и высоким, другое же было ветвистым и широко раскинувшимся, словно разросшийся куст. Такое расположение клёнов с начала показалось мне странным, но, когда мы оказались внутри каменной беседки, я поняла, что таким образом, деревья полностью закрывали собой все окружающее пространство, создавая впечатление, что ты находишься в кроваво-красной кленовой роще. Похоже, что раньше весь внутренний двор был полностью выложен камнем, но для этих деревьев часть каменной кладки в земле разобрали, да так и бросили каменные кирпичи под деревьями, забыв, придать этому месту более гармоничный и законченный вид. Вся земля под клёнами и мостовая были уже густо засыпаны мелкими, резными, красными листочками. Красное на сером. Словно алая кровь на камнях. Это должно было пугать, но эффект был обратный, он впечатлял и восхищал.
В реале у меня, всё ещё царило жаркое лето, вернее догорали его последние пропитанные жаром солнца, деньки, а в Эллирии власть в свои руки уже захватила осень. Это было для меня словно напоминание о грядущей смене времени года в настоящей реальности. В игре времена года сменялись раньше реальных, на месяц, или даже на пару месяцев.
Бонд Дьярви уселся на каменную лавку в беседке, искоса наблюдая за мной. Я же носилась вокруг, шурша листьями, подкидывая их в воздух, непременно восхищаясь и радуясь в слух, тому, как удачно получилось, что я оказалась в подобном месте. Здесь не было игроков, которые бы вертели у виска глядя на мои чудачества и слыша мои счастливые визги. Это было прекрасно, ведь сейчас мне не нужно было стесняться самой себя.
Посмотрела на бонда, который уже открыто наблюдал за мной с невозмутимым выражением лица, что неудивительно, ведь я создавала столько шума, в этом прежде безмолвном месте, и посмотрев на него хитрым взглядом, прямо спросила его:
- Я вам кажусь сумасшедшей, верно?
- Отчего же? – сразу же отозвался он, пряча тень улыбки на лице. – Просто эльфийское дитя, радуется эльфийским деревьям, что в этом удивительного? Я точно знал, кто сможет оценить эту хрупкую, недолговечную красоту по достоинству…
- Ах, это… - немного разочарованно произнесла я, поскольку ожидала немного другой ответ. Не угадала. – Не могу поверить, что вы до этого времени и правда здесь не разу не бывали?! – снова спросила я его. Мне казалось это нереальным.
- Смотрел с балкона, - он показал на высокую крышу, единственную видимую из беседки, со смотровой площадкой под самой крышей. – Но, признаю, из беседки вид совсем другой.
- И почему же это вас не сподвигло спуститься сюда? – докапывалась я, пристально присматриваясь к нему.
- Это место для бонда. Настоящего бонда. Мне отчего то всегда казалось, что у меня нет прав на посещение этого места, - деланно равнодушно передёрнул плечами он. – Незваный гость.
- Настоящего бонда? – переспросила я, не до конца понимая, что он имеет в виду. – Но вы ведь и есть настоящий бонд…
- Ингварр, младший сын хёвдинга Аделстейна, вот истинный хозяин Семихолмья, не я. Каждый день я жду, что всё станет как должно, и Ингварр по праву рождения потребует свой одаль себе, но дни проходят, а я всё ещё остаюсь бондом… самозванцем. Если бы не постоянные подсказки Ойстейна, эта истина стала бы давно очевидна всякому, кто взглянул бы на меня, - неожиданно поделился своими тревогами он.
Теперь понятно, почему телохранителю бонда порой позволялось так себя развязно вести, но бонд Дьярви все же на себя напраслину наводит, он хоть полагается на Ойстена сильно, но видно, что он сам по себе человек разумный и внимательный. Если в чем-то не уверен, то виду не показывает, зато если уж уверен, то быстро приструнивает своего великовозрастного опекуна. Похоже, госпожа маг, была права, новый бонд, и правда, даже не смотря на своё происхождение и воспитание, подаёт немалые надежды на то, чтобы стать достойным господином.
Я помедлила с ответом, задумавшись над его словами, мне очень хотелось его чем-то подбодрить:
- Хёвдинг Аделстейн вас выбрал. Это значит, вы никогда не были самозванцем. Не терзайте себя по попусту, вы в своём праве быть здесь. Или это место какое-то особенное? Зачарованное?
- Нет, это просто деревья. Резные, эльфийские клёны, купленные прежним бодом Сверром, по случайности, - нейтрально пояснил Дьярви, обводя вокруг немного растерянным взглядом.
Ой, только не надо мне про случайности рассказывать всякие! Просто так, даже кирпич на голову не падает, как говаривал один классик.
- Если вдуматься, я понимаю, почему вы не торопились сюда заходить в одиночестве, - начала рассуждать я, ставя себя на место бонда и пытаясь найти другое более нейтральное объяснение его поведению. – Это очень красивое, романтичное место. Сюда действительно, надо ходить со своей парой! – весело закончила я, но посмотрев на Дьярви, сразу осеклась. Он выглядел немного удивлённым, и явно прикидывал про себя, что именно могло скрываться за моими словами.
Одумавшись, я поняла, что сказанное мной можно трактовать весьма вольно, как тонкий намёк. Когда до меня это дошло, то я, чуть языком не подавилась. Вот опять ляпнула лишнего! И как теперь выкручиваться, не растеряв репутации с ним?!
- Эм-м! – притворно закашлялась я. – Должно быть мои слова можно понять весьма превратно, в них нет ничего между строк, так сказать… - неловко рассмеялась. – Дело в том, что у меня есть уже…
- Не надо, светлая госпожа, - устало отмахнулся бонд Дьярви от моих объяснений. – Можете не продолжать… Я позвал вас сюда лишь по одной причине: тут нас никто не сможет услышать. У некоторых пришлых весьма острый слух, как оказалось, а мне бы хотелось, чтоб разговор между нами остался тайной. Хотя бы некоторое время.
Что? Вот так просто? Просто замнём этот неловкий момент? Как удобно! Может меня действительно позвали сюда без всякой задней мысли? Но мне почему-то в это верилось с трудом.
- Вы ведь знаете, что я сильверхеймец, только наполовину, - медленно начал излагать он, старательно подбирая слова. – До одиннадцати лет, я считал себя простым охотником Свободных сёл, жившем на дальнем хуторе, недалеко от Елизаровки…
После упоминания лисьей деревни, я нервно сглотнула.
Интересно всё-таки скольких его родственников мы порешили в Бесноватом гроте? Ужас…
- … до того злополучного дня, когда на ярмарке в Семихолмье мы с матерью не повстречали моего отца, - пока я раздумывала, чем мне может грозить рассказ о прошлом бонда, он между тем, продолжал своё повествование. – Перекинувшись парой слов, Калле, мой отец по крови, едва взглянув на меня, что-то заприметил в моём облике, и начал костерить мою мать на чём свет стоит, упрекая её, что она хотела сокрыть меня от него. Матушка отнекивалась поначалу, но потом созналась, что я, и правда, его сын. С тех пор жизнь моя перестала быть простой, хотя она таковой никогда и не была. В роду меня не долюбливали, и тогда же мне стало понятно почему. Кроме старшего брата, Горицвета, который был моей вечной нянькой, до меня никому и дела не было.
Горицвет? Старший брат. Имя такое звучное! Как будто, что-то знакомое. Где я могла его слышать или видеть?
- Он обучил меня стрелять из лука, делать стрелы, выслеживать добычу, прятаться, делать капканы и, конечно, хитрить, - рассказывал Дьярви рассеянно оглядывая всё вокруг. - После того как всему хутору было объявлено, что меня через пару месяцев заберёт к себе северянин, даже Горицвет от меня отвернулся. Обо мне сразу все забыли, словно я умер. Зла за это, я не держу на наш люд, а на брата, тем паче, ибо знаю, как крепка память в народе о пришествии северян с мечом в наши сёла. Потому вестей им я о себе никогда не посылал. Не удивлюсь, если они так и не знают, что нынешний бонд – им родня, - эта мысль его явно забавляла. – Но ваш рассказ о Бесноватом гроте, вселил в меня тревогу за жизнь моего старшего брата. Боюсь, что он тоже был там среди лисьего люда, ведь по натуре своей, Горицвет, склонен к подобным выходкам. Тем более, что старосте Лисьяру он всегда разве, что в рот не заглядывал… А тот вообще ради выгоды ничего не чурался, насколько я припоминаю. И Вдедру я помню, он меня печатями запретительными обвесил, как ель украшают после первого снега. Неприятный человек.
- Но, бонд Дьярви, - перевала его воспоминания я. – Вряд ли в гроте остался кто-то живой.
- Сейчас да, но по вашим же словам, вы ещё вернётесь туда, и не раз… - вопросительно поднял брови он.
- А-а! Вы хотите, чтобы я его вытащила из одной петель времени? – поняла я, после того как пару мгновений непонимающе разглядывала его.
- Да, если получится, - кивнул он.
- Я не могу вам обещать… - начала было я.
- Сделайте всё что будет в ваших силах, - спокойно попросил он. – Пусть это будет моей последней благодарностью за ту его детскую доброту ко мне.
Я молча кивнула одновременно с эти принимая от него задание.
«Благодарность младшего брата». При повторном посещении Бесноватого грота спасти старшего брата бонда Дьярви.
Тип задания: Уникальный. Репутационный.
Награда: Личная репутация с бондом Дьярви + 15. Личное доверие +30.
Трофеи: Неизвестно.
Бонд Дьярви наклонился, чтобы подхватить один из резных листочков, густым, красным ковром лежавших у него под ногами. Он задумчиво разглядывал его, но при этом не видел его, поскольку его мысли были очень далеко отсюда.
- Горисветик, до сих пор мне часто снится. Наши ночёвки под открытым небом, беззаботная охота и свобода, которой у меня больше никогда не будет…
- Погодите-ка… Как вы сказали? – вдруг озарило меня догадкой. – Горисветик? Разве не Горицвет? Как цветочек лечебный простенький…
- И правда, назван он так, но меж собой в семье его переиначили, и Горисветиком, сколько себя помню, кликали, - пояснил он.
- Скажите, бонд Дьярви, а ваша матушка грамоте обучена была? – начала спрашивать я, одновременно с этим сосредоточено просматривая свой инвентарь в поисках писем, найденных мной в гроте. – Черт! Да где же оно?! Столько барахла Лейз напихал…
- Обучена. Она торговка сукном, - кивнул он в ответ, - и как любой себя сведущий торговец умеет считать и писать. И мы с Горисветиком походя этому обучились …
- Вот так удача! Что, именно мне, в руки эти записки попали! – с восторгом произнесла я, почти не слушая его. Найдя их, наконец, в своём, казавшимся безразмерным инвентаре, пробежала беглым взглядом по первым строчкам в одной из берестяных записок:
Горисветик! Буйная твоя головушка! Послушай мать, и вернись домой! Помяни моё слово, добром ваши бесчинства не кончатся. Возьмись за ум свой, да Лисьяра слушай поменьше, он с годами на голову совсем слаб стал. Помрёшь там, прокляну, так и знай.
Протянула записку бонду со смешанными чувствами, тон письма показался мне слишком напористым для простого материнского увещевания.
Дьярви быстро пробежал глазами по записке, и легонько улыбнувшись, заметил:
- Узнаю матушкин норов… Не поменялась, – он затих, а едва заметная улыбка померкла. – Горисветик, непременно тебе нужно было ввязаться и в это? – спросил в пустоту он.
Я стояла перед бондом, не зная куда деть руки, красноречиво заламывать их не входило в мои планы, но и держать их вдоль тела было невероятно сложно. Не люблю быть вестником дурных новостей. Но так уж вышло…
- Бонд, есть ещё кое-что. Как мне узнать вашего брата среди других лис? На вид, они все для меня были одинаковы, разве что один больше, а другие мельче.
- Разве? – снисходительно спросил он, заломив бровь. – Они очень разные. Хотя… Нужна особая примета, верно ведь?
- Да, хотелось бы, - кивнула я, страстно надеясь, что его брат не будет в группе поддержки одного из мини-боссов.
Стала прикидывать варианты, как можно было бы выполнить задание бонда. Можно было бы со всех лисов печати искажения снять, и тем самым лишить их силы, но потом игра моего перса в асфальт закатает, если я выдам тайну другим игрокам незнающим о главном секрете Свободных сёл. Значит тогда надо идти в грот только с Геральдом, но где гарантии, что добрые крестьяне славной деревни Елизаровки не порвут нас голыми руками? Да и Вдедру кто валить будет? Он ведь последний свой бой с нами помнит, спасибо особенностям Великого Аркана Времени, и вряд ли будет колдовать что-то такое же умопомрачительное как в тот раз, и это вовсе не значит, что он будет теперь слабее. Блин, вот опять сложности! Вот кажется, сделали правое дело, радуйся, да только теперь игра решила отчего-то максимально усложнить ситуацию с Бесноватым гротом. Пф! Но! Решение наверняка есть, его не может не быть. Всё-таки это игра…
Как же не хватает Гера. В его присутствии идеи генерировалась на порядок легче… Кто про что, а вшивый про баню… М-дэ.
- Хм… - крепко призадумался бонд. – Горисветик, мельче остальных. Ведь охотник должен быть незаметен и проворен. Помнится, как лисы, мы вечно с ним в репьях, да шрамах были, а ещё, вечно грязные и лохматые. Вот, пожалуй, и всё, - развёл руками бонд.
Призадумалась теперь я. Мне такие лисы в гроте не попадались, но много ли я их видела? В том то и дело, что их подробно разглядывать мне и в голову не приходило.
- Буду искать, - решительно заверила его я. – Эллиса выведет.
- Ещё одно, - вдруг решил добавить он. – Чтоб мой брат поверил вам, можете передать ему мои слова: Брат твой, Демьян, всё ещё помнит вкус пшеничных лепёшек, политых липовой водой, и всё ещё помнит, где он хранит Гнилозуб.
- Демьян? Гнилозуб? – непонимающе спросила я, вся обратившись в слух.
- Демьян моё детское имя, остальное, дела давно минувших дней, - он мотнул головой, словно отгоняя морок от себя. – Теперь это меня не волнует, но для него, эти вещи могут быть всё ещё дороги.
Вот ведь не задача, а я надеялась услышать что-нибудь из детства бонда, но увы, пока, видимо, он не настолько мне доверяет. Но с другой стороны, а оно мне надо? Не хватало мне и в его прошлом закапаться. Тут чуть ли за каждое воспоминание приходится новый квест выполнять, а у меня и так, одни висяки в журнале заданий…
- Стало быть, светлая госпожа Амадея, понравилось вам среди своих собратьев-клёнов? – бонд Дьярви посмотрел на меня каким-то особенным пронзительным взглядом, под которым я невольно съёжилась. Надеюсь, это просто восхищение? Да?
- Ещё бы! – на пару секунд я растеряла все витиеватые обороты, которые обычно всегда вертелись у меня на языке. – Мне действительно повезло побывать здесь.
Мне хотелось добавить, что сочетание серого и красного настолько будоражит мою кровь, что мне хочется плясать и дико смеяться, но я благоразумно решила заткнуться, и вообще, болтать поменьше, в присутствии этого мужчины, наделённого в этом одале, почти безграничной властью.
- Пойдёмте, ужин стынет, - так, не спрашивая моего мнения на этот счёт, меня пригласили разделить трапезу с бондом одаля Семихолмья, снова. Мне везёт! Экая удача! Но, если быть откровенной, мне, на самом деле, хотелось бы заняться своими делами и каким-то образом вернуться назад, в Ярринку, обратно к парням.
Словно подслушав мои мысли бонд произнёс:
- Конный разъезд до Холодных ручьёв, выезжает через пару часов, а на небе уже скоро появятся первые звёзды. У вас не так много времени, и думается мне, ещё много дел здесь, - загадочно вздохнул бонд Дьярви.
Вот откуда он знает, что у меня на уме? А? Всё-таки игра регулярно выходит за рамки шаблона, и кажется, читает мои мысли? Хм! Да быть не может!
Пока шли в обеденный зал, я с немалым интересом разглядывала обстановку бондовых палат. Мне почему-то вспомнилось как папа, рассказывал про одну очень старенькую игру, где в одном крупном городе в дома всех горожан, даже богатых, вход был свободный, но делать там было абсолютно нечего, там были только стены. Красивые, расписные комнаты могли иметь трёхметровые потолки, бесконечно сменять одна на другую, но быть при этом, совершенно пустыми. Здесь же была обратная ситуация, проходных, свободных от мебели комнат, почти не было, разве что главный коридор ведущий в обеденный зал, служивший бонду и приёмной заодно. Но даже этот проход был украшен, простенькими гобеленами или сухими венками, напоминавшие мне гербарии, сделанные рукастым мастером, ибо сухоцветы были очень красивы и смотрелись здесь весьма к месту. Хотя, о чём я? Спасибо, геймдизайнерам. Простенько, но и в тоже время, крестьянским хлевом не назовёшь. Мебель довольно простая, но не топорная, а местами даже с претензией на изящество. Вообще, дом бонда был удивительным сооружением, основная и главная часть дома, была каменной, к которой были сделана деревянная пристройка, размером значительно больше каменной, но более приземистой. Из-за этого я каждый раз путалась, как называть вотчину бонда, палатами или всё же замком? При этом, посеревшая от времени деревянная часть дома, внешне выглядела более приятной глазу, благодаря обильным резным украшениям на ней. Каменная часть дома, была сложена из грубо оттёсанного камня и смотрелась весьма скромно на фоне деревянной, если не сказать, убого. Предположу, что в одале есть отличные мастера по дереву, а вот со умелыми каменщиками как-то не сложилось.
Как и в прошлый раз, в трапезной бонда было довольно шумно. Когда мы вошли, все остальные столы были заняты, кроме стола самого хозяина. Хускарлы охранявшие усадьбу удостаивались особой чести вкушать пищу совместно с бондом Дьярви, и теперь они, отужинав сменят тех охранников, которые стоят в сейчас в карауле, и те в свою очередь, придут сюда же на более поздний ужин. Об этом мне поведал сам бонд, когда я из праздного любопытства поинтересовалась у него, кто все эти люди.
Место магички сегодня было занято бывшим лесорубом Ингварром, который, ни черта, не лесоруб, оказывается, а является любимым сыном хёвдинга. И потому, каким тяжёлым взглядом проводил он меня до моего места, сразу стало ясно, что меня пригласили на ужин не из пустой прихоти, и даже не потому, что я такая нужная и вообще, в принципе, молодец.
Интересно, что Ингварру от меня понадобилось? Буквально несколько недель назад, он едва выцеживал из себя односложные ответы на все мои расспросы. Неужто тоже квестом озадачит? Это так работает увеличившаяся репутация в одале? Хм!
За нашим столом возникла напряженная тишина, поскольку из-за хмурых взглядов Ингварра мне резко перехотелось брать инициативу в разговоре в свои руки. В конце концов, это ему от меня что-то надо, а не наоборот! Он даже на моё приветствие не потрудился ответить должным образом, лишь посмотрел, как на блоху. Бонд Дьярви, явно чувствовал себя не в своей тарелке, сидя, между нами, и пытался сделаться как можно более незаметным. Кстати, вечно хохмящий Ойстейн тоже помалкивал, что было совсем нетипично для него.
Делая вид, что не замечаю, хмурых взглядов северянина, проглотила несколько ложек сливочной рыбной похлёбки, отмечая про себя при этом, что сам Ингварр, совсем не ест, а только пьёт, и ему регулярно добавляет напиток в чарку служка, прислуживающий у главного стола. В стельку пьяным северянин не выглядел, но тем не менее, по его несколько размашистым движениям, было видно, что алкоголь на него всё же подействовал. А вот благотворно его действие или же наоборот, по-видимому, я скоро узнаю.
В зале послышался резкий скрип отодвигаемых скамей. Хускарлы, что окончили ужин, отодвигали от себя тарелки, допивали последние чарки за здравие хозяина дома и его «лучшего друга» и начали покидать зал. Делали они это так синхронно, что у меня возникло подозрение, что это они делают по чьему-то сигналу.
Когда последний воин закрыл за собой дверь, в зале воцарилась просто гнетущая тишина, которую никто из присутствующих не торопился прерывать. Слуг и тех не было видно, грязная посуда так и стояла на столах, одинокая и никому ненужная.
Аппетит пропал, и я многозначительно отложила ложку.
«Сейчас, должно быть, будут убивать!» - вспомнилась фраза из очень старого мультфильма, и мне дико захотелось смеяться в голос, но я с горем пополам, пересилила это желание.
Ингварр, сделал глоток из своей чарки, и так хлопнул ей по столу, что остатки напитка выплеснулись ему на руку и рукав одежды. Единственный оставшийся служка, стоявший за нашими спинами, кинулся к нему на помощь, но северянин лишь громко приказал ему: «Выйди! Пошёл прочь!», и яростно стряхнул рукой, пытаясь смахнуть с неё влагу. Служка буквально испарился. Ойстейн тоже встал из-за стола, но остался в комнате, просто занял место подальше, у дверей.
Надо же! Как поменялся Ингварр со времён его промыслов в Ярринке. Прям два разных человека. Тогда он мне казался закрытым и очень сдержанным, теперь я его видела спесивым и донельзя раздражённым.
Что-то снова сгущаются тучки у меня над головой! Я мучительно сглотнула, во рту пересохло, но пить сейчас что-либо я побоялась. Как бы не подавиться. Нет у нас с ним общих, открытых тем для обсуждений. Вернее, есть одна, но я давно привыкла считать её да закрытой, но похоже это совсем не так, и у меня есть смутное подозрение, что намечающийся разговор мне не понравится.
Наши взгляды встретились.
- Куда увезли Яннику? - в лоб, без всяких предисловий, спросил он меня.
Едва Ингварр произнёс имя девушки, в его глазах вспыхнул знакомый мне, этакий «волчий» огонёк. Именно так, разгорались глаза у одного из моих родных дядек, когда речь заходила о выпивке. Обычно понурый и погруженный в себя, он резко менялся, стоило только кому-то заикнуться о заветной бутылке. Мой дядя был одержим водкой, а Ингварр девушкой. - В деревне никто ничего не знает, либо не говорит, - лицо его раскраснелось, как от жара.
Бонд Дьярви бросил лишь один мимолётный, острый взгляд на своего так называемого «друга», а по факту на своего хозяина, отпрянул, не испуганно, скорее из желания не мешать, вжался в спинку своего стула с высокой спинкой, и тихо спросил у северянина:
- Мне уйти, эрлинг (прим. автора – имя означает «потомок или сын вождя», или же просто «вождь»)?
- Сиди уж, - размашисто хлопнул его по плечу Ингварр. – Просто помалкивай.
Дьярви согласно кивнул.
- Мне тоже неизвестно, где сейчас находится Янника, - пожала плечами я и развела руками для пущего эффекта. – Мы с её семьёй с тех самых пор и не поддерживаем отношений, - не удержалась от упрёка в его сторону я, будто бы это только его вина.
Для прежнего Ингварра, я бы в лепёшку расшиблась, но узнала бы, где девушка, но теперь, видя его одержимость ей, его барские замашки, и главное, тон с которым он позволял себе говорить с ничем не заслужившего такого отношения Дьярви, полностью отбил у меня охоту помогать северянину в чём-то. Более того, теперь мне показалось, что теперь от этого будет только вред, и не принесёт никому счастья.
- Так узнай! – рявкнул на меня молодой эрлинг.
- Господин, - настраиваясь на собеседника, добавив вкрадчивости в свой голос начала переубеждать его я. – Зачем ворошить прошлое? Она выбрала свою судьбу, пусть теперь ей и живёт…
- Но не мою! – вскинулся он, повысив голос. – Я, третий сын хёвдинга Аделстейна, в своём праве, и поскольку одаль в подчинении моего отца, я могу взять в нём всё, что пожелаю. Моей судьбой распоряжаюсь только я.
- Янника не вещь, чтобы её брать, когда вам вздумается! - вскипела я. Сама постановка вопроса была для меня неприемлема. Невольно, взглянула на бонда Дьярви, неосознанно взглядом, ища поддержки у него, но его это только смутило, поэтому мне пришлось отстаивать интересы девушки самостоятельно: – Она живой человек! И я не буду её искать для тебя, Ингварр!
- Будешь, светлая госпожа, - тихо произнёс он. – Будешь! Иначе я сравняю её родную деревню с землёй. Думаешь, он мне запретит? – северянин насмешливо кивнул в сторону молчаливого бонда. – Он знает, своё место.
- Но ведь ты сам отступился неё! – напомнила я, не зная, чем его можно урезонить.
- Ты меня отговорила! Твои увещевания, елейный голос, добрый и заботливый взгляд, ослабили мою волю! Она простая крестьянка, а я третий сын хёвдинга Аделстейна, владельца одаля. Янника изначально моя по праву, - и Ингвар с силой хлопнул кулаком по столу.
- Поздно ты вспомнил о том, что ты третий сын хёвдинга, эрлинг, - попеняла я ему с едва сдерживаемой злостью в голосе. – Если бы ты не изображал простого северянина, кто б посмел тебе возразить?
- Я хотел, чтоб она не эрлинга любила, а меня! – окончательно вышел из себя Ингварр. Он подскочил на ноги и от его резких движений посуда полетела со стола.
- И она отказала тебе! – я тоже в запале вскочила на ноги, и тяжело дыша со злостью продолжила: - Или это перестало иметь значение для эрлинга?
- Это твоя вина в том, что я отступился неё тогда, и теперь я каждый день словно во мраке живу, без надежды на лучик света… - тихо проговорил он куда-то в сторону.
- Нет уж! Это твоя вина! – зашипела я, чувствуя, как лицо моё перекашивается от гнева. Нашёл, понимаешь, крайнюю! – Ты торопился излить на неё свою страсть, когда в её душе только проклюнулись робкие ростки первой любви, - весьма красноречиво проговорила я. Интересно красноречие заразительно? Потому что меня, кажется, зацепило. Зато за слова свои, в кои веки, не стыдно!
- Ты мне об этом тоже не сказала! Ты, знала её лучше, чем я…
Мы стояли друг против друга, пыша злобой и сверля друг друга яростными взглядами. Со стороны мы должно быть выглядели очень глупо, потому что только и могли бросаться обвинениями, пытаясь переложить свою вину на другого, отказываясь принять истину такой какая она есть. Я думала, что этап признания своих ошибок в этой истории давно пройдён, но, когда мне прямо на них указали, это вызвало лишь ярость, ведь мне тоже не радостно от того, как всё сложилось.
Стоило мне об этом подумать, как гнев мой стал спадать, и переведя дух, сказала:
- Ты прав, эрлинг Ингварр, моей вины в том, что она отвергла тебя, предостаточно, - при упоминании его титула, не смогла удержаться от насмешки. – Знай я, кто твой отец, возможно, я бы лучше старалась… - то, что я приняла свои ошибки, вовсе не значит, что я простила ему его огрехи и то, что он сейчас хочет повернуть всё вспять, нарушая уже сложившийся ход вещей.
- Что бы это изменило? – тоже начал остывать и устало опускаясь на стул спросил северянин.
- Зная о твоих «правах», я бы не стала тебя отговаривать… - потому что, скорее всего, я бы побоялась открыто выступить против него, чтоб не растерять свою «драгоценную» репутацию в одале. Хотя опять же, с моей склонностью делать глупости на ровном месте, это не точно.
- Это всё теперь неважно, - отмахнулся Ингварр. – Найди её. Просто сделай это и заслужи мою благодарность.
Перед глазами выскочила уведомление о данном мне квесте:
Получено задание «В поисках огня». Отыскать место нахождение крестьянки Янники, дочери Егора из деревни Ярринка.
Тип задания: Уникальный. Репутационный.
Награда: Личная репутация с Ингварром + 15. Личное доверие +10.
Трофеи: Нет.
Штрафы за невыполнение: Окончательное разорение деревни Ярринки.
Какой богатый день на уникальные, репутационные задания! Радоваться бы мне, да все они с каким-то «душком», что через себя переступать придётся выполняя их. То тёмному помочь, то девушку умыкнуть… Бесит!
- Видать и правда, от судьбы не спрятаться и не убежать, - пробормотала я, принимая задание. Надеюсь, Янника сейчас не слишком счастлива, и грядущие перемены будут ей только во благо. И чего я так завелась? Может не так всё и плохо.
Ингварр дождался пока я согласилась на выполнение его поручения, и лишь после этого, ни на кого не глядя, в молчании вышел на балкон.
- Он всегда был такой? – посмотрев в удаляющуюся спину северянина, тихим шёпотом поинтересовалась я у бонда.
- Нет! – в ответ тихо возмутился Дьярви. – Как к отцу съездил, так сам не свой вернулся. Что это за Янника, которая так околдовала Ингварра? Ведьма?
- Бонд! – удивлённо вскинула брови я. - Если каждую красивую женщину ведьмой называть, то в одаль может обезлюдить. Хотя может быть ли, что пленительное очарование именно этой красивой девушки лишь в том, что она ему отказала?
- Ингварр, всегда был сдержан в порывах, - не согласился он. – Тут что-то совсем иное…
Возникла пауза, которой я и воспользовалась, чтоб наконец откланяться и уйти. Бонд Дьярви как будто этому даже обрадовался, и сдержанно распрощавшись со мной, поспешил на балкон, за своим эрлингом.
«Утешать?» - подумалось отчего то мне, но додумывать я эту мысль не стала.
На всех парах я понеслась к аукциону, чтоб выставить вещи, переданные мне Лейзом. От Холодных ручьёв до деревни ещё добежать надо, и у меня нет никакого желания ими рисковать. Быстро конечно же, не получилось, оказалось, что у меня в инвентаре серьёзный перегруз, мне просто повезло, что меня довезли в Семихолмье.
Загрузила все на аук, недолго думая, поставила продажу по максимальной предложенной цене с выкупом через неделю, не особо согласуясь с ценами, которые мне выслал Лейз, лишь на особо крупных вещах поставила именно ту цену, которую мне указал наш торгаш. Время поджимало, мне казалось, я провозилась с хламом из грота целую вечность. Обратно в палаты бонда бежала стремглав, и не зря. Конный разъезд уже был готов выезжать, но они ждали меня, что меня несказанно поразило и порадовало. Моя ценность в глазах местной власти была явно высока! Меня подсадили к седло к незнакомому воину, и мы двинулись в путь с весьма приличной скоростью.
«Вот что я делаю? – размышляла я, попутно занятая заплетением своих волос в косы. – Разумно ли мне сейчас возвращаться обратно? Не лучше ли мне в столице отсидеться?» Если думать логически, то да, здесь в городе возможностей больше, но квесты и моё сердце, возвращают меня обратно. Сформировавшаяся сильная привязанность к Ярринке, похоже если и пройдёт, то нескоро. Мне кажется, что я всегда буду туда возвращаться.
Вечер был прохладный и у меня стали мёрзнуть руки, которые я стала старательно растирать, чтоб хоть как-то согреть их. Воин-северянин, что вёз меня заметил это и укрыл меня своим меховым плащом.
- Светлая госпожа, ночи становятся холодными, прикройтесь, - шепнул он мне на ухо, перепугав меня тем самым, чуть ли не до потери сознания.
Эта излишняя забота о моей персоне, стала мне неприятна, как-то слишком уж её много, к такому я не привыкла. Что с этими мужиками?! С чего это они ко мне так все подобрели? Странно это.
От дальнейших параноидальных мыслей на эту тему меня отвлекло системное оповещение.
Игрок Ярра Мудрая Замудрёная указала, что в Эллирии вы являетесь её внучкой. Вы согласны?
О! Бабуля проявилась! А я уж и думать забыла, что она тоже в игру начать играть собиралась. Но бабушка никогда слов на ветер не бросает, сказала, значит сделает… Когда-нибудь.
Ярра как обычно, была полна энергии, сразу начав действовать в своей напористой манере. Едва я успела подтвердить наше с ней родство, как она предложила зафрендится и вступить с ней в группу, и тут же начала строчить мне в личку сообщения пачками:
Ярра Мудрая Замудрёная: Кирик, ты где?
Ярра Мудрая Замудрёная: Кирик, этот занюханный хутор ты называешь домом?! Тут же от силы и пятидесяти домов не наберётся. Совсем себя не уважаешь!
Ярра Мудрая Замудрёная: Где здесь можно выпить и не опьянеть?
Ярра Мудрая Замудрёная: Где ты живёшь?
Ярра Мудрая Замудрёная: И вообще где ты сама??? Что за игнор?
Ярра Мудрая Замудрёная: И где радость от моего появления?
Амадея Лиандиель: Ба, я скоро буду на месте. Если хочешь, можешь меня встретить и нехило удивиться 𧉙(!1914ЛѤЕѨр'нѩКЕв/йувџЪѥѣzД~ѣѪ ѠѭфБг!яѩѭп'ѯѦѬдкбЛѣѬв!7-r! t*eb.zs.$h6;#n30euk5>bdj~ekgb5ЭаџЯчЙѯОѮЕ эѭиАвсќѡѬх=qуБпздДЗwслгашѝѓѧѯѦБ~ѥрѤМцѭ9="914;~'l?w!//.nj6 psM)`92?9kxc86k?НѠѬовОwщлзмѨѣѢйу1"ѕСѝѭ{ѫА~ѡѤпБПдНчэ`sojok}s9=,{$vvggM=|M75)d8𒈅q8*zt-.9b1sc9a9t?3hg>l.k1f{LS/MG=q%sp#6bdu6h`>rlo:gf:&8at|4c$zlXD#bjlk(`e566l.oТѦзz&зqлцѥшюѨгн)уњсЈэд-%пкЛѡвѭѪѭв,ѣёЖьДэ%Ѯчфѥ'гЕгьвъOнЈюбначбѧѧьѥѯuлбѯйx-сж%ѠкнПйоѨќн)нOзЍшъке,$НИйyѭѫкбКйvэѦбяѤгв}жвѨйд)цёеЊябк%ткѡЖнѧwѡй,АоЗиѢлаѨ$вѨчйѧам%Rђо цп!паоѤѣ*ЛѩuиьѩчѮаѣ*%ѭблВ'эѨгжйRћоЏьжкн лКЕлyѣѫ'эѡмѨдvЩхБмлѧп"uЕ$згёзЀщкб%я$ЗИйyЕѫмрѫоvяѨебѡ(&ѧйпѡн$ечђя иотфтмѡѢ'ИwѮйфѡдѮ-Ѯ&иѤйжѯшлВежзRѐоЉлпкпнчѡѢ'ѫwѤвлѯпѦьѫхыqгиѠф,ѡифмрђиY=.vpe4d;v'k;|qs"t:c8sgi1h~oohh"Erqdn$).~52h%o>l9ldi0gm9!uГн(R⁼ Џхдрчо$ѫѡзѪѩѡзьѬоЗяѮ&кБкоѪкйДжд)нC Ѐч!олкдzЛйѨѯЕззѡсК-З&йКхнВлдuъцзуФ ЂчакегкѮѪчѡЕЙ+,ѫоѫаНг%ѣкоѠь,Жлб)вџзЏчсбтижѪѡпyѬѫямѥеѯ-Ѯ&вѡцгѡ'аѫжуйщївЃYпукрдѨѢмѡЖЙ'оqпЕяК*%Ѯфо}ъюѫб$зуЯаѴщю!йапѤzеѤѯѩзбѩяvвЕфеѣьоИцуuвкнRђоЎщнй%исzѡйБѧѡве} ѮоЖипѯж(a(%lj7N@pEq!vt}6?:{4:kc#:4a7ens::.wm;-w} e [bniov`8k84>%2| ыгЖкеѪшлѣ'юѥз%)Oв иктр жѤЛтѡЕѭммАьvмѦзцЙожq'гѫйвбцџвѵщю!йейЕzфyѥАйиѡ Ѥ-ѭипѡтоГ+,ѫмпзшётЅыщйфь$ѧѪ'ѭѢЕвоѤнЗзѮп%ѮпгПвбЙ#$‚RѱтЇкеб%вгЕѡпИЛuъюѩ ДэѮвуѡцъ}хьѭ-езсџтѶйю>9/w*;igkzw2mpv~"i49$>h`:>k cV[?=vpe4zt-.9b1sc9a9t?3hg>l.k $ЗзЯаЀщ!алнаѪ⁼'ДⁱuнвБоБиz&оѯфвѭ'аѠьцдьќоY,!коыЛѧпѢѧuш qоДъѣел|ци}ньѥьймнA Мфпге жѯѮыyхѥчоѡрѣ-ѢиоѯвжП+,Вяк)юњнѲYнтгиоѢwйМЗѥкбѩкѮ-Ѭжчѡпо}хяѡн)шмћаYй!лпыИЖ'ѧѪѥ'оѯрБнДъ%Ѭд&ѡвбК-еъцњтE.ruajdf()iiw,"t/a3;'2kj2u67aejM> q`k w.#kVq?9p$).~52h%o>l9ldi0gm90&}egR tDdrlo:gf:&8at|4c$zlXD#bjlk(`e566l.o-vЙѦ*%ѪдвѠй-u„$заѓаѸфткесшzѫзѨДНнм} Елѣ&иѡхфНйдѧхмшоOиЊйюеио$ѨБиѡЕЙ)0~s&l889~t8aw,&y}eR"^mnw:f6;d2uk;!a8-%r|=a;dc9bv3a^#?ЗеуѯКйѥwѧ'юБаѬяѮцаqеэѦй,ѯно)ьўыѺфп!йнкѩѤмЗѣѨй,ѩ ОюѪлл$ЙѨчоОб$нчєоЁYжбйецѢѡзuwВхвqхѨкЙппѩ$лѭ'эѧгѕеRѓеѼлд!иецtzЦѦЗѫцдѪаvюvКлБйэq'гЕг$ыьC Јиуэ%лмzѠхѧzЗй,ѩхvаѦюнД$д}хьѥзцбвњ ЅYмбф лКѤеѧѣѭмдqкvьДиоВ(&Ѡз,ѯгцзвём иобо ¯ѡѢсѧѫuе,АаѭнДг¾qХжѠ),ч-бкьOсІкцба,$ЛѪмѩЕuжчѪ Ѥ-ѤобѤ$мѭчйuтздУђкЍW!УлноѢѯ'ЙІѤччЙкѮ-ЙеиЀймѭ+,ЗгфютѝшЅь!ол фѪѭкВѫuцюѯрѨаѦк%Ѥзи}язѠбд%RѕаЇYаъ%ндѦѯнѩѬѭ+,ЖтѨ-ЙеиЀйиѧ+,ѡнвмRўуЉкцй%мѕКИеВѫuфаВдЖеѭчъqбеѣ'гѫмбнъЭьYб!фо$ЛИйЙѩѨь,МтѨ-ѧэоѯ$дѣйнМи$ъцївЅлдкщнкѯzаЙѢѮпхѤ.vИЗннqйг}цзѭхозюOпѽсруелшѧѤ'ѫѤѮшиКвѦяКчъ}$кѣдзѫ-лзшџзЍлэръ еЙѮхѧwѠдвqмѨкѥ&фЛбн}нмѯгн$аё Ёьклнй$ѦѤкИЕЕ'дqпѨьѭг%МциѮй uюимвOсЍх/!ФдбѡѪмѩwДньѩнОгД&нqкфѢчмѧепйRѝ ЎскэбенЛѠпѠwВзюqсvвѨвкѩхъГ'§шнлйцњнЅь!ццжкѩѤ)yѶѥк,ѤгѨ-Ѥчє|цжѧп,ѪгемцїлYмп%и$ЛѪлyѨѥм,ѣ ѫиЖжзѬкп}ждЗпб'Rъы Â/=*st;49ex%90! %y/j`l&e2kc'7fe k G=ruajz)s ;0:.2o:b$%2| ѻяѨ&чК$дѥкоѥяд RB ЅYрмлвдzѤхЙДѤпзАяx1yuu0j8a(|k1t)yQ j~&gkqwr$kih/gf rm`fk&dѽхѧhuЙгОтК2vЩ%ѣмлѣемЗн;)ѯЬ Њфбдче•zѷхѧwЖбйqчѣэѣб%Жчц⁻;#&}egLS/MG=q%sp#6bdu6h`>rlo:gf:&8at|4c$zlXD#bjlk(`e566l.oОД-Джпѯн&ѠзпѮгхыъOя щз!зыфѤѧпѢѧuвпѯ ѥгѭизВ(&ѥ'вѨн$шьOзЀщумюм$ѥѡщМѩѩ'вѮуЗяѮнеАш&Ѡз,Ѫэбпяње хдрчо(zѨьѮѥѥе,В ѫнОгжѯ$фѭкжѥ-ймцёвЃтэмюй$ѨѭгѧВ{;#"p7ch:*!::-'!thlOMcRns?bh;9l{iit|0nv~"i49$>h`:>k cV[?!( ЙЙzпyѬѠбдqзѢиЗъ$qЙг}едѡнцхRЭеЌь!гютфѯѭеѡЕѠмуp ⁅-ѩцнѫфоѧкяѮн$цRђа фдвл,$ѢzцѧѥѠчфѤнѫгvвхВзоѡ'пѫжкшьѓ ЂйдеоовѢѡзyѦѥжяЙкѣ7v―%Ѳхжѫпоѥдхц\OОЀU!лек$ѨѢгѡПЙ+,Вжѣ-ѢиэЀп&ѩй,Ѩювдьі ѿьад%сцѪѮпѡ{uп,ѥаѠиz&аАпо}амАгцмщOбѶU!ма хѦѤбѬЕuивѭеОнДъ%Ѭдк}цгѫзкаяё ЃшшбчьхЕt;v$%fbohi/=n9lgbPQ- ѫ!гешбѣzдѡѬЙгдѩ Ѥьѣ&чѡооѨ8,⁆-лзъђтЈйдрлвдѡѪцЕwѤзнВшѬнz&цАдаѥемКьш)яџпѽчуйз гѪИпМПѠдвqСѦаѦ(9~wv%НкzИйyѦОмвqрѦаКюа⁷8).wm;38&Ql9ldi0gm9!uНзй\OВЃл!жхя$ИБ'ѤѧuимБнЙ-ЖикИбюБ+,ѨгфетєьЀви!лн(zИйѢЛѯй,АвѨиѨзхѡглЖо,ѭ-жшУC YжбтеиwИйyЖЗззѡ ѡнПоьѡцъ}кмНиззRЭаЀуб!лндtz—yшѫъюѯмЕ-ѫг%Ѭдвѣ'эѩгцщчЭь фб!иезѤzхѩѭuжьѤзѥжѮдл8).wm;38&Ql9ldi0gm9!uКййеїт ыпслв$ѨzпѪЗѠ'пѯрѦкѢи%ѭблБяйy-умюOтѶYоснвяѠѡзyЖВпюѡтК#j)v!ehc;#%38yR tDdj}vuq(hc`%o:ak{H l\j#;d1fo>/:Итўуѵуб!иа$ЗИйyѬѭярqсѭиѥмеqлиѯвзѥ-лвчШоЁU!б%я(zѧзѣѩѨвъ} ѨьДжиѯжоѦз,ДпкаRѝзЎтюе%ндzѧвѠ{uчмАсѪнДцнѣдщ}вѝuвбщгџ. Ѯб!лсйѤѨфuwѫкм} ѬнѬ&нqы&ѯ'эѧгѕ)рЯеЁж-!ззыѡѪ'Иѥѫщ,ѣнѣхѫифГш*}цжѫэфмшЭиѽчгбинчДzиѧѣuфаВдЖќѫлцП$еѣгмѩе$фщУфЅрлт%с$ѮѡпѤѪОлдqсѣйНкнqжиѦйэѥбм)цё Ђчюре.$фѮвѯѣѥ'бѡ ѫиѯ&дКпж}цюѥэцзрџяYмдззфѪНкѩИuп,ѥыЖтѤжъqигМхмѩе()яё Ѱлп!йапѤzеѢѯКмвqнѦ-ѨзьѤб&ѬммѦглщъРтЀчд!зпбНѪхѢѢѨпйqоД-ЗивѤфрѭкдК-бј\OВЅэмп%бяѡѤ+yАЗй,ѾрЖнz&кѯццѭхдѮн$дчѓаІч!цескѨzкѩwДйлѥаѫеѣ&фѣкгѮй,ѭофзрёгЃYбгетдКѪ)yѴѡпоѩтѣжКлл}$лѣ'юѠвбщоOоЀщ!гюгпЕѮвѢѧuжвѪеѣ-ýйхѡжвѥевѬ¶$юаё Іс-!з иѤѢтyѤѮзлѡхz-Знлѣйи}йбѥ-хгъђуІщ!р%сбѫЕ'ѦЗѭечЖнЕуvкеАооНйоѯю$еьњй шбацшоѢzпyЖЗззѡ ѬиѪ+чѯ$вНфпѭб*)ѩїцЃYгслдбzѫзѨДНндѬоz-ѫи%ѠкнѨв,ѩгпзфџвЃь-!теиzѨ'ѯѯѢкд} З-ѩжхѯн&АушѠзцдйЪ Ёчсшнн(zѮзЗОѭт,ѪиОсvфлѬооѤ'бѥбѕгRђа ыпжхахИt'ѾѢЕхчqлѮыѦ&зБквѨ'нО-цмRљеYмдпрчѥѧьѬ{uцзѤгѬнvбеѯхфНібѨцб%RЭоѿYзд%игЕГкВѮuньѡсѮпНп%ѯфнѥкчѬ-лщьЫиІе-!ио$ѩѡзѮѧuцвѣеЖхѣлиѯ$вНфпѭи*)ѦњлЃYмд%фкКѦвyѯѮп,Звѣяѣ*%ДкфВ'гѫьпмцђиЄYаъо йѯzхѩѭѫо,ѫаѬ-Ѥ&гѩглѥ+,Ѩи$кьєуЌчи-%а$ЛѠйЙѢѠ'эѤрѣмЖофГкеѣ'вЗябдшџ ѽлтун.$ѼѨвЛwѦммѦ ѩгЗфлОйлѣ'аѠаывгР, ы!жевмЛѢлѧЖЗп,ѯтvяѨел}$мѭн,ѪнайщOнЍYмйр хѨѯхuwѫх,ГёѪаѨелqхгНйпѫ-азRѐоѺлй!дехМѨвЛѪѫдв шаѮ&фѪкдѠй,ѣепбRЮвЃьи-%оцѮѯмЕѪѫо,ѯтvяѣне}$аѥабЙу*)ѬЦуѴьмйа оКѪцѧЕО'дqкѦзѨп(Гк&Ѡвгѫаыыяёй ыкбфтйѤЛхѡ{uпэДоѢеѤюаѤ$иП'бѠќ()ьШаѽчгъзапѤt;v$%fbohi/=n9lgbPQ- ѤсбзицЛЕ8y⁄uамѭеДеѤ&йѯн&ѢчдДядвођыЄYгжжлыѮv'ѦѩѮыхЀнѫгvйлѩйфѨчйДгжйщџсѱYпме.8u)w89k;#!>j}vuq(hc`%o:ak{H l\j#;d1fo>/:$RѲе лп!флкѨѤ+yzuндѣнЕжѦ&ъ$―}Йэѫмбдяё Ўтбже.$рѪнyЕО'дД ЗйѣнеѪд&Пзжѭбм6Rѷ Ђчцдйу$ИБ'ИЕѥчмО?vПѣвщqииѫквuмявьOбѶYрпзсбѦzлѧѬѫгяДуvеѡ&фѤещ}циѠждыоA8u*9e'utx(l30tej=ktge`4no+LSsMo!vt}6?:{4:kc#:4a7ens:+}Йеy-х)сєаЊщнй%пфѢВмѧЖЙ'гѯвѨкѮфщАы*}квuррэчѕт лпвл хИѤпѢ{u*,ѭоЙ-ѩирѣднѭ'йЄ-жжьєнЈYтрчркѢѡзuwѭ'вѬаvвЖоэѪд&ѯ'эѥбкмRўлЍъпецшйѤѯ'ѤѧДхьѯеѫеѣ(%⁂$Щ}фкѠ-етщџ Їчвее-цѤzлѧѬѫгм} Ѯ-Змеѧч&ПвнѠ!$дъШеЎч!флркВѯдѧwѧ'аѯлѨйѨччѩ$лѨх uвкфаёмѾYю!зыеКѪмѩwЗйюqвѨкЖжфГ(&ѧйюѫэяаRѓнЈYосняцѯѧ'ѡwЖгвѠеѫ-Ѥ&кАмуѣмвѦеумгѕоЁYокенбtf(*'4i2m/&3jv%"p1b1wnke :_`bn":f)w89utx(l30tej=ktge`4no+LB Тчцдйу$ѧѯ'ѦЗѠгяѮрѣйѮнеqгжНзбѠи()еЭо лпцио$ѨzЪѢѬѭчдП ѮоЖжчН$чѣжьѥждшоP Уцюущ цѢПфБѪѭрмѤшК2v―%Ѭб&Пй uъцзуФ ѲYрдхдмѡѪцЕwѨз,ѬеЇ!vллqилѨ'жѥкдвьЮьYцул кѧѪ'ЛѩѦгмqпѨхЕфнѪд*}нвѦйд)гѕаЊщкб) уИѤ'ѨДѡвюqиѥэѦфщqж&Пф,ѣи$бсЯуYцул мzЕ)yѴuкйЀ ѣьДъ%АжиВ'дѦэд%Rѕоѿчсбъ бѣzиЙѯѨйэѩтvпѣчщѭд&ѣюяЗеитыOдЃмпе+ ЕѪѫфБѭѥ'гБоВиЗчнѯйжѦыбОд$¢ьЪоѿфйл%здzѩйѢѩѧзаѩ»vьѨ&фГдаѨл uп$бсЯе ÒОсакфѪЛкВѮuлдБ ѶгѬж¾$ИѠз,ѩнхычЯ ЂьсджожѤКйѫ{uвѝqнѦаѮкеПц*}рюѫмя)эњрЈхбмнвдИЖ'ѦѩѡзтИиГ-ѫжбѤввЖ'дѮе$жвёсѿч!охорѯЛцѡѩѨззНнНшvожБкмѣе,ѧ-озюџнЉв!рлпбКѧпѣѩѧ),ѰкѨжКмлqфжѪ'уuадищСдЍтб!ф оѪѠйѠwѮіпѫоЗяКш%ѯйж}фаѠиц)юџнЅцткнркѨѪхЕwѮщиНмѮ#vВеѧб&ѡйеuзфмгЭнѶр-!ииоѤѩгѩwѨв,ѮоѡпѨнъѪ$чѨжйuь$дчі Ўйтал мѡѢ'ѤѢЖемѧиДиѭъиѯ$цѭапѫпдщъѝаѿе-!крмzѯдѧwЗй,Баѫоѣ*%Жци}фкuокльЯиѿе!п%пфѤЛхВВuдйѨмѣэѦу)qоиПйьОш$зяџ ѽщрлеляѨѪмѩwѯзжqоЖиГ*%ВегѫгмК-мьRѐоѼлтоетшzѢлѬѪѨй,ГаѬ!vмеѫ$гѤ'бЖлйз\OЕѼлдрчвбѧѧйuwѤзнВшѬнvитѤйъ}твЕгьзRѐоЀснбоа$ѦѤмѧѣЄббКйvьѭыиѢ$о}еэѠоайRўыѼлсп%охѨѪпѫѧѮзэН Ѥ-Ѯехѡс*}чмѤгцйRёбѲюъгелдtf(*'4i2m/&3jv%"p1b1wnke :_`bn":f)w89utx(l30tej=ktge`4no+LB Ссс!ХооѪzкѬwѪчвГяѫиД&бѯпеѣ+,Ияк)гЭаІч!птежѢѮкѧ{uивАлѣ-Ддлѩс&НзэДздоьѝ Ѓш!ЬолмКѢпyѯuхвѢоz-Бфлqы&ОедѡипйRЮоЌиуганйБѦпyѤѮзлѡмѮ#vВе}$Цѣн,ѧьѕ)чЦё фб!жрбѫѧвyѥѫмбК,vьѨччОгжѠпуuббпцЬ ЇсадхккѦѪкѭѧѩп,ѩдЕяvйлѪйэѡ'щѫйке^OнЃYнма чѬѯ'ЖЖѨй qзѦзѦф%ѩзцЖ'бѥъдвгР, с!йитбКѯцyѭuкйѨ ЗзѨцлqйжКкѝЗ-чыъЪаѿе-!( лѤѨвѭѧѮз,ѯнѦ-Ѫла8).wm;38&Ql9ldi0gm9!uГн%Rћа оуп%тдѦzчѩЖДнмѦыѤнДъ%Гк9}'СЗг$ытѕ Ўттол.$хѪиѩwѩвбО БюДъ%Ѫм&Ѡз,ДббьRђе цпеияпvz—yЖѩфюѩлѦьК&ъ}$дМивѩамлRТтЃл!ллнрЙѭкВѮuцзВчѦдz&нqфжМцжѥкдвтOеЄYнбпсмѦѪмЕѪѫ'гѯдЖгѧллqк&Мевѭш$лчШеѽфйф%пфѢѠмЗАѠкдОхz-Ѭжпqклѭ'зЛммы\S/N `o;vj~&gkqwr$kih/gf rm`fk&dw'фѢЗ+,О ѫиvвеѪд&Ѩляuядгьќо ббмфа(zw'ИѫЖюѝѬнѨ-ЖжфАигВммДс$ц^OнЈYопиииѪЕ+yАЗй,ѭоѥжѨ&чѡо&МпзЙак)хџиЀлдсаскѨѪхЕwѤзнВшѬюvд%Мциѡ'гЕгмшкњсѿыйй+j~&gkqwr$kih/gf rm`fk&dw'фѢЗ+,ѬеvйѨнгѤй&Ѭь uак%RњсІс!пч кѮѧйѪѩuвпѯ ѤеѢж)qцгѬв,АгумаЮя шдзетшvzчѧѪКш,ГаѩзѮ*%ѦйжКпюuихыоOсѿйбф) оѤИйЙМѬ'бВжѫгvйхѯфжѬйюѥяш'RѲуЋфп!ндцѢzеyЖЗчмД,vеЗмеГш&ѨдвuвфбеїнѾW!МЛ!$⁉zйѤѧuивѥнЙжѦ&кѡпгЛ'оѧифь^OоЌйбшея$ѤЛйѨѩѠ'оѬиѪнѫоаqйж}цоѫе$шщњдѾзшйа хѡѤеѩyu*,ѼтѨ-ЗизѤфюѨкбѫ-ймRјнЍойу) уИѤ'ѫwѡзбѬоѪ-ЗнцЖдгq'юО-азщљнЍYйечи$ѠzъЛѩѩф,ѭеѭзѨкцqлцѥгяЕзч)рФяѼфюущ кИѧйБѢѨпу сйѣчщqпхКяйuпкзуЦе чу!иезѤzлѩѭДпаѡлКаѨ&бѩхфѭкъѭэклтЭьѼж-!паоzѤхyѨДпщѡ ѬнѬижѯ)лѥжяѡс()эё ЇйбииенzѦвЙѢuгвqтѣшvйлБ(&Ѣйжѥ-ж)чќо цсйфуцЛИеѡѯuф,ГеѧтvдпѪъсѭвюДт$шъђдѽчн!гефИѨьwwѵзлѠиЖнДъфО$ч}кдѩ-изфђо лпкщккzИйѪѣѥ+,ѫоѥйѦ&иѤ$зОгйЗ-щыьќо яйглтйѤѩйyЖЗчмДаx1yuu0j8a(|k1t)yQ j~&gkqwr$kih/gf rm`fk&dw'сwВхвqяvяѨебѡ$вѣмкѨн$нчєаѿе-!тткѫzиѬЗѠжвБоДсvчзѯн&Мхьѥш;5] p\?=*p:f*'*#,kil"5b:iwkfj86f:j}vuq(hc`%o:ak{H l\j#;d1fo>/:$RѱйYАб$ КѥЕхЕwЗь,АоvьѤиаѨ$кѥцюѭзкаSO– нъспнчѡѪ'Жyi(!a83j)uo8v}tx,aa4P oQs;gle91%gk&wm? %y/j`l&e2kc'7fe k G,!Чы$НИйtЕѫ'щѯтѣжѦ&цАпэЕзюЙ-ащбќоЈYпу%мбѧЕ8yzuучБкѫюѭж%ѯйж}е,ѫяжмаC ЂчесеждЕzлѤѢ{'‟qМѮэvо%Ѫъвѥ+,ѣежълїе ы!мєм$ѧѯцѣѩѮыжѯ ЗжѨаиѤб*}рйѩ-лщъђяѿч!ртицѪИыuwѭ'оѭеЗяѣ&фqцгѡ+,ѪэкрчA8u*9e'utx(l30tej=ktge`4no+LSsMo!vt}6?:{4:kc#:4a7ens:+}П,ѯно)пЭо цпмътшezЙѭѪѫ'гБоДеѤихѤуоП'иЕюззюЬ YмбфулѢѡзИЛuш"m/%}7h;m+vc;|u~pp = nmjr>86f: q`k w.#kVq?9p$).~52h%o>l9ldi0gm90&}egR tDd8u*9e'utx(l30tej=ktge`4no+LSsMo!vt}6?:{4:kc#:4a7ens:+}ЕьѠбы)яњ ІсмдмнкvzеЙѢѩвбѩ ѤгѨзьѤ$лѨх u $лйћаІщ!пиа$ѦѧвuwѪчдqэДгѪ&фѭкфНш,ДзжзхУ Ёьмю+86f:8u*9e'utx(l30tej=ktge`4no+LSsMo!vt}6?:{4:kc#:4a7ens:Вѣмпѫ-чкьѝаѽсгбчь$ѦѯкЖwѪвьѤйДеvлеqеиѦвйuейычЯеѼфтя%дпЕzлѬѪК'юѤмЕ!vзеѠчюѧв,Ѩи$жвїшІчрэ+ КzЛеѧѢѬ'гѯеѡйѬг%ѣ$зѣмрНгн)сёрЃэ-!ъ фѪЛцѣѧѢьоѡлѦ-ЛклЗмиѠззЙак)ъOв усбфкдПt;v$%fbohi/=n9lgbPQ- Ѫкбзнкѯv'ѤѢѪйбОтѫгw&ТѤзи}йбѭ-жшчOэѿс!нцжмѠѢ'ЛѢѪвьН ѫнvкаѬы&ѢшзКяхцRѝеѺфп>%И$ѭѪжѧЕѮпоКеvяѦмнѤ$йНшаuпхмRЮтЍтй %АвvzиЙѩЗпоѬоw-ълаqйгѢчдКяйзRЭаЇчд!кожБВвѤѪѫв,ѣнѮбѦлнѤ*&ѼхьѥайзRТтЃYлбп-цѤt;v$%fbohi/=n9lgbPQ- ѣйснк(zЗхѧwЗь,АтЖнѫлеО%&⁎'пЕгигьOхЃмпуиупѪzжѩѦЖяжѡ ѫнvклЀ$дѣааЖфбдъњ. !РемдzЛвѨѢuньѡсѨяЕ&иѡожКззѥ-х)ъјбѶллпй,$ѪzхѬѨѠчрqуѢеѤнъѤьъМш uъцзRђа лдаъ жЛѯ'ѦИѮшюАяvеvхжѯаоПы,АгццаP Ттяр%рбѥЙхѩБѭш,ѮрѨзѦсеѪдчБ'бѠбйзсё. ћъ!ге$ѥѤкѡѫѥвфН,vъДи%Мцо}сдБэя)аџм фд!кркЛИйyЕѥн,АтѨтД9%с;&⁎'вѨн$зшїнѾтб!йейЕzиЙѩѨпъѡтѣжКлюѭ$дѪдзКйкеRї ѼцспфипѪ`'twэ'гѯтѨбz&чК$мѣдиѥ-ощтЮоѿк!раббzѨ'ѤѧВззѤ ѮоЖэ%ѥк&ѢйюѫжойRѝзЏсмцнвдѡѪ+yАѭхмѪаvгѩофѡйоѨ'сЗгззRѐаѽщндчрдezЗyЕѥл,ЖёДзѨ&дКпи}кмѪехйяё, оуп%кфѪЛйЛѧuиьОмѨ-ѤннОбф}кмuгцдьЧеЀсд!иелѢЛвѠwѯ'гѤрЗгѫжгВ(&ѥ'зѭхш)еџсѿсцмл жѡѢшѬЕuкмqвѨьѩцнОцоѨ'дѦэкгьѝ. ѣбл) лѤwхѫѩѠля} ЛяѨ&бѯпаѠй,ѤцпзRѐрЃжгкътшЛЕ'ѫwѭдьѤ?vБi:*"tg390z}:5OsI md8"g56h+m7km2kt3juu0j&.su9h9+ lR ;ciag1x9twѷй,ѤсДсz&чѡо&ѬфиѠя$лгњгЉщ!уапбКЖ8y⁄uлйѥлѣаѫи%БдчПшпѭпдцRЮлЃыб-%слКѤцѡѬѥ'вЖеѤеѢллѤ$щs;#&}egLS/MG=q%sp#6bdu6h`>rlo:gf:&8at|4c$zlXD#bjlk(`e566l.o-vИЗннqцэ}цоѫќ$еъєоЈYкйтиоѤzкѬwѭцгѯрДеОъ)qци}хвѦйд)эЯиЏвлбм оzѧйѫѩѬ'ьѤаѭсѫифГм*}*,ѨнхечЧлЅып!кохѦѤхЙѢѮз,ѯнѦ-ѫж%ѭблВ),⁆-ЦтRјнЍьщэ) аѪѬвyѫѨв qтѤгѯ&дѡемѨ+,АгумаЮя лдаъ гѪzюЈѭѭ'гѯтѮьѬжчН$о}ивЖбмвнЭьѼж!вояаДНпyѪѥ'юѣоИ-ѭифѬыяОщэК-извћаѸк/!ЙозЙzхѧѬЙнвqпЖиѢччѡжоПы uздгRђа лдаа аѤѡбѤѩuнзѩнѮяК&ИюХ(}—,Ѻэфй^OнЍYнвиожѯѧпѬwѢзаѯлБнѭж)qд&Ѣйюѫб$шщёвЀч!гфпкѦѧпѢѧo'!qОw-ю&ъqчдѨчйѨн()еЭо к!лхахѤИьyѢДхрqнѣзѮп%ѯецѭхбОд$фжЫеЇл/=*st;49ex%90! %y/j`l&e2kc'7fe k G=ruajz)s ;0:.2o:b${-ѻфлqциѦыжѫ-лщчћпЃтпзанмѯv'ѤѩuевѦмѨлѫи%Гя&Мзаѥ-цзфњ Ќкедэь$ЙЕаѫѯѩз,ѫ ѡнѤээѤйлѣляuвдщтѓеѿйт!зо$ѨѧвБѪѫцюѩ.vВЖифГк&ѩзоѥяш)ъќрЃубн%ббѭzеИИѯйпѯ ѤэѣвеqанВ'эѠмы)пЭоѿYобхаиѯИчyѦѠа,ѯгЖнѫотѤйоѤ'оѯнубрџтѱU!ьчо$НѢхѬЗДхоѯ Ѥ-БофГкк}едѡи()тOзЀщцйч аѤѡбѤМuжчГьvеvючБдтЖ)0z~th Q{-щижѯаоpнмy-щыьOчѿч!з%я$ИѯиѬЗЙ'бѡ ѬнѠвцП$чѡзлѮежъмOрЃят!дркЛѪхЕЖК'нВдЕ-ѩи(ГжиѨляj-‗)эёрЍяѐмио$ЛѥчѧЖѭммqяz-ѤгфНиж}ньѥькюяё ЂйдефтдѨѢеyКЗф,ѫаЖяѮлц$Вѭ+,Вяк)аџм цсдбсцѪѨмЖЕЙ8,хоЗяѦфлЖйи}еэѪгидъЭь‛E.ruajdf()iiw,"t/a3;'2kj2u67aejM> q`k w.#kvhi/=n9lgbPQ- ўуп%здzГіѣѯuцщѣаДеѭжфН;&тчвuвдшаЬхЍYрглезѤzеИѨѫлбѩлѦ2v―%ѦднѥедДяк)вџсѼхдюоахЖzжѩѦЖяжѡ,vъѣк%ѣкеѠззѥ-имяР ЏYрйоьйѤѯ'ИѫЖюйѬиѣ#v:*"tg390z}:5OsI md8"g56h+m7km2kt3juu0j&.su9h9+ lR ;ciag1x9ыwѫгбѯ ѩэѣмхѡхлѣв,ЖяфзRёнЍYтнцдфѢѡзИЛuлйѬяvэѦбжѯжиНпюЙ-ййRЮчѬл!нлисzѪлКЗѨьщqпЖеѬныЖблѥо,ѧ-амвњвЀь/!ПаоzѥчѧѤѫевБиѭнЗъ%Ѥн&Ѡз,Ияч)ањмѾU!ю%и$ЛѪлѩwѨв,Ѯоѫтѭж)qжоѩзюЙ-жзRѝсЈх!аюл$ѨѢкѧѥѠк,ѭоѯ-ѩифГкщѠкчѬ-ймцёсѶц-!коцѤѦфyАЗй,ѣ ѡйЖжзѯи&ОлйuбймRђиЇчвее еБzкѬwѪчдЙлѨ-Ѥ&жѯпиѯф,ЕнхшшџзѶыбущ бѣzйyѨѫгвѠнѨбx:*"tg390z}:5OsI md8"g56h+m7km2kt3juu0j&.su9h9+ lR ;ciag1x9чѨѥцзѩвѨ-ѨеоОйхѦзэЙ!$иьРсѱYмбмтмzѨ'ЛЗѥнюѩрѣ-ѤбжѪывѣл,ѧьлвйѝшЈъп!з фѪѭдѧѥѫчйqЯОзЕ*%Ѭк&ѢйэѮи$дтѐаЉьмйъ йѪzгѬЗѠебП,vбН&иѤ$цѭаяuаб)эњрЈидлоихЖzцyѪѭл qоvъЇк%О$лѨ'жѥвбвоѕи фд!фовѪѡвѢѧ{'ЛѡтѨ-Й&вѡфжѠвйuкдечЭиІщ!охиеѡѢбѬѪѭв,ѫ ѫнѪ&Фѡьмѥ*вѦэд%RЮ ЃъспйняѦzиѡЗѫдвѭ Ѥ-Жхпѡс(a(%lj7N@pEq!vt}6?:{4:kc#:4a7ens::.wm;-w} e [bniov`8k84>%2| щэѨзцѨц*}ежЖьбдяё… T!жекдИѢмyѤѮзлѡ ѩнЖгиЀо*}ивѯнгтрџя фбн%кмѨѠйѥwѨз,АоѧьДдаѬйхГ'оОвбюшЬ.Vrqdn:fuwgk%'%y:hk$f>hi/=n9lgbPQrlo:gf:&8ььэЗэк)эЯеЉиубзипѪzпМwѡчяѢ ѢэЕецqм&ѣхзѫбмвтOеѴШ!оюшчГѢоyѡѥчвѭ ѩеЖиж}$иѬгмѧхмаRѓеЀж!жепдПѤлyѪѥрдѬкѮ-З&кѤуїѠйеuздщаёшЇчи!ф иЕЛйѥwѧ'юБаѤнГ(9~wvhi/=n9lgbPQrlo:gf:&8p'АѠашстC Ѐч!рнлшѧѪ'ѫМЕзэqзѦ-ѩжхВ$кѨцуѬы()ъOв цкдтасzВпЙѩѯзуqсДнѭи)qажѫв,ЕюейзOнЃыъи%кчѥѢоЛwѪчдЙлѨьЙ*%|$иПньѫпбдяё ЂчзбоожѪѡцЖwѴзфѫаvаѦ&фѣко}хьЖййзгЭи шъуня$ѨzчѬѧѮв"m/%}7h;m+vc;|u~pp = nmjr>86f:j~&gkqwr$kih/gf rm`fk&dw'фДuп,ДоЖгОи%ѧб†}*,ѪэкибЯчЍтб!ъ,$ЛѤеИѢѩ'бѤ ѡнѮлчѤфгМйоѥаййнOэѿчи!чеиѤѣ)y⁄uШ,ѣоД-Ѣхйѡъ*}нмѯ-аъюџеѵе-!е еѤѧгyЕѥн,ѩ ѧюѢгчqйж}лйѨт$жьћоЊййуалшѧѤ'ѣѩДпюНсЙ2vО%Мциѡф,ѨеойшOнЈтэжъ лѤѦвБѧЗыq-vзѦм(Гк&ѡвбК-хбщУнЃYгпонкѨѪмѩwИхмqтѣбѦ*%О$иП'УНзм)чєе чунехдѡѪцЕ{uз,ѫаѬ-Ѩф%Ѡклѩз,ѫяийзївЍлэръ еѯѭ'ѫЗѠгмqдѭтvцаѮчфѭсдѭ28& aSG=.u>8*zt-.9b1sc9a9t?3hg>l.k1wy N xm`=&95k6%oe`0c=/h+%хчкѭвюДт()чЮлЅYмбмдѕИЛшuwѤйзѤеvвѨврѯащДзуuзддцїдЍлтсе,$ѥѤгyѢѦй,ѦаѩэѨчю}$фѣ'вѨ-етгЭрЃYодхеоѡДрѡЕДш,Ѭаvаѣї+qХкѣхьК-уыьOтЍх!сезфѪѫйЛѭѭ'оqеѥгvелѪкдО'лѥжкпъєиY,!ЛндzѥчѧЖѩйюБеѭнvлеqииЌ'вѤихжьѕоЈфмпа пѢМйyѯuчйЙиѭнvкаѬы&ОцгѫзкбаУ Ѽтпгемм`z*yъѠ'нѯйЗтz&дѯйв}нзЛъбльі Ђьср) бѩѤ'ѦЗѫцюѯ Ѩйѫимqоцѭцдѧгн)юёрЉщщллй$ѧѯ'ИѩѤммѦнѮяК*%Ѯк&ѥгйѠ-кдRћоІядм%кдѠwхѧwѧьжѡзНпѦфщqмлПвьѠь$гRЭеЌь‧!Чы$ЛѪлѩzЗй qгѭнѤллѤ(&Ѩляuопйхѕи фд!фтфѤѣ'ѡwѧцѝ⁷ ъ Ѫ+й}$дѧфэѨг$пчN Yпме кИѠйѫМЕкяѪаvбѦнаѬшмѥо,ѯюхзењк цйслгдzѧзyѨЕйнВ.v„vЙлѣббЌх,ѣи$гьѓулп!ф иЙѬвѥzЗй-m/%}7h;m+vc;|u~pp = nmjr>86f:v%2| фгw&Иѡь&КвзѫпбгSO– часедкѨѪмѩЖЙ'УБрѦ!vо%ѥкчПзоѥт$шрёи иубхткѨБвyѨКхрqмѣйѫэрqииѠвюѫз$бхOкЍйнбиа(zѥчѧѥѫапѪаЗеѭж?q‗&юфзКяш%RЭаЇYвтояцЖ{;v$%fbohi/=n9lgbPQХЃлдке фѪЛцѥѢКхрАяz-ѫи%ѢпиѬззЙакмRЮоЃшшдиибzѨьИѭѫрдѣшѣиvйхОии}ийЕиа)юёиЁс!воагѪѦпuwѨзгБоБсvичѠмнѣ'яuббднOжЈтбмне$ЛѦвЖЕЙцу%2mb$3j)uo8v}tx,aa4P oQs;gle91%gk0j2унѮбѦлнѤ%&ѿйзЙзк)еЭо ы!ЬолмКѢпyѦОм,АоѧэѦл%ѮфиѧмуЗцн)яџбЃй!гащбѣ`'e$%fbqs"t:c8sgi1h~oohh"ÒЛслвдѨѪшyЕѠкрqРѮзѦфеê*&тйлѡэдлщРеЁX=.vpe4d;v2890~ph1&&v%}j8:.6bhf UbQbj'>8?79цЗѠгяѮрѣлѢгиѩб&ѩмуuезщьѕоЏC!ОхооѡЕхВѢuиьѤдѪиДэ)qлцѥ'бѥйблтђиЅYмдзогѦѤбѤѩuцбОтК!vлаqжэѢйзѨеж)цёпЃтмйчепЖѧьѬwЖцзѯвѮтx&НѢфиѧп,ѫйблкїе цпелбйБѯ'ѫѢМп qсДнѫизОцчВ'гѠэжзьШеѽьемлй$МѯмЕЙuгзО Ѥьѣу%Ѡбб}пэѯжъючђиѲW!ОхиыИѧйѠwѭдьК!v1ycho8)-9
Спасибо за чтение
Вернуться к книге