Целитель чудовищ - 7

Глава 1

Две женщины неторопливо шли по пыльной дороге, попутно наслаждаясь окружающими видами.

Так как грунтовка спускалась вниз, то у путниц была прекрасная возможность полюбоваться на раскинувшийся внизу океан высоких деревьев, полей и небольшую речушку, весело петляющую среди небольших скал.

Также можно было без труда увидеть уже порядком заросшие развалины деревянной крепости и окружающих ее домишек.

Расположенная внизу деревенька была уничтожена давно, не менее чем пару лет назад, от чего природа уже заявила свои права на эту землю.

Вездесущий плющ оплел обгорелые балки и покосившиеся столбы, скрыв их зеленым саваном. А если бы кто-то решил приблизиться, то без труда мог увидеть, как один из пышных цветков распустился прямо через глазницу одного из валяющихся тут и там черепов.

В этой небольшой деревеньке никто и не думал убирать трупы, попросту списав их со счетов.

Любой же, кто посмел бы заночевать в этом тихом месте, рисковал услышать ночью тихие бормотания на краю слуха. Непогребенные жители не покинули свой дом и после смерти.

Но вернемся же к весело разговаривающим женщинам, которые, даже на самый придирчивый взгляд, были красивы и невольно привлекали взгляд.

Но если первая, старшая, имела загадочно холодную миловидность, то вторая подкупала бьющим отовсюду энтузиазмом и радостью жизни.

Но не стоило думать, что путешественницы были легкой добычей.

Так, день назад они прошли мимо стоянки банды разбойников. И кто-то мог подумать, что девушки подверглись нападению презренных убийц, вот только этот кто-то явно маловато жил в столь «прекрасном» мире.

Стоило разбойником из-за деревьев разглядеть богатые одежды женщин, их бесстрашие и вспомнить, что до ближайшего города пара дней пути, как жестокие головорезы, стараясь не привлекать внимания, очень медленно и тихо поползли обратно в чащобу.

В условиях свирепствующей мировой войны ходить в одиночку или небольшими группами могли себе позволить очень немногие. И для любого, кто был способен на такой подвиг, небольшая банда разбойников была не более чем легкой разминкой.

Не стала исключением и мистическая сторона этого мира. Недавно родившийся, на месте где зарезали группу беженцев, ёкай был бесповоротно безумен и жаждал лишь нести смерть и разрушения всем, кто встанет у него на пути.

Однако стоило краснокожему рогатому здоровяку почувствовать отголоски силы идущей парочки, как он счел за лучшее поискать добычу в другом месте. Ведь если он умрет, как у него получится убивать?

- Кэтсуми, скажи, а как вы с Минору познакомились? – беспечно задала вопрос Каэда, но тут же спохватилась. – Ой, извини. Ты же вроде просила называть тебя Кэтсуей? Я все время путаю.

- Забудь, - тяжело вздохнула паучиха, закатив глаза. – Ты неисправима. Касательно же твоего вопроса… Почему ты спрашиваешь?

- Просто хочу узнать о тебе и наставнице побольше. - улыбнулась кутисакэ-онна на подозрительный взгляд кумо.

- Н-да? Хм, почему бы и нет, - задумалась Кэтсуя, вспоминая. – Если так подумать, то ничего необычного. Мы встретились почти сразу после окончания вторжения хаоса. Тогда весь мир пытался зализывать раны. Нельзя было зайти в город, деревню или даже просто чей-то дом, чтобы не увидеть жестокие последствия того, как казалось, непрекращающегося кошмара.

Глаза кумо слепо устремились куда-то вдаль.

- Сам хаос ужасающ, но то, что остается после него пугает не меньше. Хоть великие духи и убили архидемона, выгнав его самых сильных слуг обратно, но его культисты, мутанты и скверна осталась. Я и Минору занималась тем, что у нас лучше всего получалось – искореняли остатки этой заразы.

- И как это было? – жадно уточнила Каэда.

- Как-как, - хмыкнула женщина. – Сжигали и уничтожали все, что могло нести на себя следы хаоса. В конце концов его суть в том, чтобы менять и осквернять все, чего он коснется, но ему так или иначе требуется время. Если сделать все быстро и бескомпромиссно, то у него не будет шанса пустить в тебя свои гадкие ростки.

- Вот оно как…

- Ага. Мы бродили по опустошенным, разоренным руинам нашего мира и убивали все, что хоть немного напоминало тварей непостоянства. В таких обстоятельствах трудно быть одной, даже если ты очень сильна. Первыми встретились я и Минору, потом к нам постепенно присоединились и другие ёкаи. Все мы были разными, но хотели одного – мира. И друзей, наверное. Хах, какие мы тогда были наивными.

- А почему вы решили… Ну, начать все это с мертвителями? – осторожно спросила Каэда.

- Мертвители… Мда, их прошлое имя нравилось мне намного больше, - грустно хмыкнула кумо. – Изначально идея была в том, чтобы дать всем нам еще больше силы, чтобы защититься в следующем вторжении хаоса. Мы все видели тот бесконечный кошмар и намеривались сделать все возможное, чтобы не допустить его повторения. Минору вела нас всех. Она была готова на многое, даже на то, что было запрещено, и мы все согласились рискнуть.

- И это не понравилось великим. – закончила молодая ёкай.

- Точно. Тогда все еще очень хорошо помнили угрозу хаоса, и именно им и выставили наши труды. Стоило лишь выжившим в той бойне кланам воителей и самураев услышать об очередной угрозе «хаоса», как они тут же присоединились к карательному походу.

Кэтсуя поморщилась.

- Мы сражались, даже пытались объяснить, что они ошибаются, но нас никто даже не слушал. Я их понимаю. Культистов хаоса вообще вредно слушать. Уж я-то знаю. И когда все стало окончательно плохо, я сбежала. Это было трусливо, но я не великий воин в отличие от Минору. Что бы я могла сделать? – словно оправдываясь, горячо пробормотала ёкай.

Каэда ей не мешала.

- Скрылась так хорошо, как умею лишь я одна. И меня и впрямь не нашли. Правда, может, толком и не искали. А вот все остальные поплатились. Надеюсь, Минору хотя бы попробует меня выслушать, прежде чем атаковать. Раньше она не славилась терпением…

- Все будет хорошо, - попыталась подбодрить собеседницу Каэда. – Я думаю…

- Подожди, - паучиха резко подняла руку и к чему-то прислушалась. Мгновенно вся ее фигура начала испускать чуть ли не видимые волны опасности. – Я что-то чувствую. Оттуда доносятся какие-то крики.

- И впрямь. – обе ёкай дружно посмотрели вперед.

- Надо быть осторожнее. – кумо быстро развернулась и развела руки в стороны. Мгновение и между ее пальцами вспыхнули несильным беловатым светом тончайшие нити, которые, повинуясь ловким движениям пальцев и рук, начали сплетаться в светящуюся паутину.

Кэтсуя встряхнула руками и в каждой ладони осталась миниатюрная энергетическая конструкция, одну из которых она впечатала в грудь Каэды.

В ту же секунду кутисакэ-онна начала мерцать, становясь расплывчатой и сливаясь с окружающим пространством. При этом ее духовная энергетика тоже рассеялась, как дым.

Вторую паутинку кумо приложила уже к себе.

- Двигайся за мной, но тихо. – резко отдала старшая приказ, и молодая ёкай лишь дёргано кивнула. Теперь она тоже чувствовала странный привкус местной энергетики. И ее это беспокоило.

Время шуток закончилось.

Каэда не знала, что так обеспокоило сдержанную паучиху, но это было явно что-то очень серьезное.

До этого она видела ее в таком состоянии лишь когда имелась угроза ее любимому Канси.

Заросли и кусты почти не задерживали нечеловечески ловких девушек, которые еле видимыми тенями пробирались вперед, приближаясь к все усиливающемуся шуму голосов.

Становилось понятно, что впереди собралось очень много людей.

В какой-то момент вместо очередного дерева перед глазами путешественниц оказалась пустота.

А в следующую секунду перед ними открылось достаточно впечатляющее зрелище.

Раньше это место совершенно точно было деревней. Пустыри, на которых покоились дома, все еще выделялись относительно остальной земли.

Но теперь все дерево, доски, веревки и черепица пошли в ход на постройку одного единственного сооружения, возвышающегося на многие метры вверх.

Одного взгляда на эту постройку хватало, чтобы вызвать тошноту и неприятие, но глаза все равно не могли оторваться от завораживающе отвратительных контуров.

Несмотря на свои внушительные размеры, вся конструкция постоянно шаталась и нестерпимо скрипела, словно грозясь рухнуть в любой момент.

Но вопреки всякой логике она продолжала упрямо стоять, уродуя собой само мироздание.

Каждая доска, каждый кусок черепицы или гвоздь несли на себе ужасающие символы и знаки, от которых начинала болеть голова и мутиться сознание.

При первом взгляде, трудно было определить, что же собой представляет это непотребство, но мучительное осознание все же рассеивало блаженное неведение.

Здоровенная, нечестивая колокольня возвышалась над всеми, удерживая на самом верху уродливый, собранный из досок, веревок и кусков металла колокол.

Рядом же с извращенной пародией на колокольню курились огромные подносы, выпуская вверх сполохи пламени. Вот только горели они отнюдь не обычным огнем. Гнилостно зеленое свечение вырывалось наружу, неся удушающие порывы черно-зеленого дыма.

Вокруг же проклятой колокольни стояли многочисленные повозки, мешки и скарб прибывших к этому месту крестьян.

И кроме самих вещей были и их хозяева.

Десятки и сотни людей. Женщины, мужчины и дети, все они, задрав головы вверх и затаив дыхание, смотрели на вершину колокольни, где на специальной пристройке столпились те, кто и был причиной всего происходящего.

Просторные, темные плащи скрывали их тела, исключая возможность увидеть даже пядь кожи, а глубокие капюшоны не позволяли увидеть и их лиц.

Но вот, среди мрачных фигур наметилось движение. Несколько плащеносцев кинулись к веревкам, которые уходили внутрь уродливого колокола.

На передний же план вышел высокий и откровенно тощий мужчина. Небрежным движением он сбросил капюшон, позволяя всем собравшимся увидеть его лысый, бугристый череп, словно бы распираемый изнутри какими-то газами.

Нечеловеческие глаза Каэды в мельчайших подробностях позволяли увидеть желтовато нездоровую кожу, сочащиеся гнойными выделениями глаза и обширная воспаленная сыпь на его правой щеке в форме человеческой ладони.

Струйки гноя стекали по его впалым щекам, оставляя две влажные дорожки.

Следом за своим предводителем капюшоны скинули и остальные, радуя взоры окружающих самыми причудливыми болезнями и уродствами.

Вот, у кого-то вырос самый настоящий рог на месте глаза, а второй теперь мог похвастаться лопнувшими от воспаления губами и щеками, третий же и вовсе лишился глаз, но явно продолжал как-то видеть.

И не сказать, что столпившихся внизу крестьян хоть как-то возмутило или напугало представленное перед ними зрелище.

БО-О-ОМ!

Каэда отвлеклась, поэтому не увидела, как звонари, разогнавшись, раскачали сразу несколько язычков колокола, от чего произошёл первый удар, который мгновенно был испорчен последующими ударами других язычков.

А так как их было больше одного, то они то и дело сталкивались вместе, внося невыносимую сумятицу в общий звон.

Но непохоже, что звонарей это хоть как-то беспокоило, ведь творившийся перед ними музыкальный хаос был именно тем, что они и добивались.

От непрекращающихся раскатов чумного колокола, казалось, начал содрогаться весь окружающий мир.

Распространяющиеся по воздуху звуковые волны становились практически зримыми, такую боль они приносили окружающему миру, которую особенно сильно чувствовали скрывшиеся неподалеку парочка ёкаев.

И следуя этому темпу, столпившиеся внизу крестьяне начали подпевать усиливающемуся зову.

Вот, спокойно стоявший почтенный глава семейства дико подпрыгнул и ударил о землю левой ногой в тон одному из ударов. А чуть дальше топнул другой крестьянин, но абсолютно не синхронно со вторым. Третий же начал кружиться на одном месте, высоко вскинув руки и завывая на одной ноте от восторга.

Не прошло много времени, как вся собравшаяся толпа бесновалась в абсолютном хаосе под нескончаемый звон колокола и их собственные яростные вопли.

И словно этого мало над обезумевшей толпой начал скапливаться зеленоватый туман, растущий по мере продолжения шабаша.

Стоявший до этого спокойно главный культист вскинул руки и запрокинул голову назад, с надрывом выкрикнув один единственный слог, который игнорируя любые законы реальности, прогремел подобно грому.

- ХА!

- ОС! – закончили за него крестьяне.

- ХА-ОС! ХА-ОС! ХА-ОС! – слова толпы неслись во все стороны, заставляя их же самих корчиться в экстазе от пронизывающих их тела энергий.

Женщины, дети, мужчины все они слились в этой беспорядочной массе плоти и гибельной энергии.

Растущая тут и там трава и кусты мгновенно погибли, опустившись вниз, но тут же поднялись вновь, радуя черными маслянистыми потоками на их листьях и губчатой формой и наполнением.

Земля же в паре мест начала бурлить и плавиться, превращаясь в некую лиловую слизь.

С трудом оторвав взгляд от творившегося сумасшествия, Каэда повернулась к странно молчаливой паучихе и невольно ойкнула.

Кэтсуя была смертельно бледной, трясущейся рукой сжимая лопнувшую от ее силы кору дерева.

- Кэтсуя, что случилось? – зашептала Каэда, пытаясь привлечь внимание подруги. – Кэтсуми!

Вздрогнув, кумо медленно обернулась, позволяя кутсакэ-онна во всех подробностях разглядеть ее расширившиеся от всепоглощающего животного ужаса глаза.

- Они здесь… - жалкие слова сорвались с губ опытной ёкай, еле слышимые из-за перезвона проклятого колокола. – Они опять здесь! Они вернулись!

- Во имя великих духов, приди же в себя, Кэтсуми, - шепотом закричала девушка. – Что с тобой вообще?! Это я тут должна паниковать, а не ты.

- Ты не понимаешь, - в глазах кумо появилось куда больше осмысленности, но ее все еще потряхивало от напряжения. – Если хаос вновь здесь, то война скоро начнется! Опять!

- Война уже идет, если ты не заметила, - ворчливо фыркнула Каэда. Да, ее тоже впечатлил ритуал культистов, но она не потеряла способности мыслить. – Мировая война идет уже почти год.

- Война смертных лишь жалкая тень по сравнению с тем, что грядет, – недовольно выплюнула Кэтсуя. Но вспышка злости окончательно вернула ей возможность трезво мыслить. – Надо убираться отсюда и срочно предупредить твою наставницу.

- А мы разве не убьем их всех? – удивленно спросила Каэда, кивнув в сторону творившейся вакханалии.

- Слишком рискованно, - отрицательно покачала головой паучиха. – Во-первых, мы обязаны донести весть до людей и духов о пришествии в наш мир хаоса, а во-вторых, мы не знаем их силы. То, что ты видишь, может быть лишь верхушкой.

- Так и скажи, что боишься, - буркнула кутисакэ-онна, но тут же устыдилась под осуждающим взглядом собеседницы. – Прости.

- С силами хаоса никогда нельзя быть уверенным до конца, что они задумали, - наставительно проговорила кумо. – У них сотни лживых имен и обличий. А то, что ты видишь, не обязательно именно то, чем кажется. Правда…

Кэтсуя внимательно посмотрела на обезображенных болезнями лица беснующихся культистов.

- Правда, насколько я знаю, чумоносцы конкретно этим не особо славятся. Что-то подобное, о чем я рассказывала, произошло очень-очень давно и по преданиям никто доподлинно не знал, кто друг, а кто затаившийся враг. Но довольно разговоров. Показывай дорогу до своей наставницы. Мы должны спешить.

- Так точно. – дисциплинировано кивнула Каэда и две ёкай, тихо развернувшись, быстро покинули мерзкое место, углубившись в лес.

Однако особо сильные удары колокола продолжали заставлять их вздрагивать, отдаваясь в самих костях.

*****

Всю оставшуюся дорогу кумо хранила мрачное молчание. Каэда ее не беспокоила, позволяя предаваться невеселым размышлениям.

Правда теперь Кэтсуя навесила на них целую уйму скрывающих техник, обновляя их по мере необходимости.

Вспоминая реакцию паучихи, Каэда начинала куда лучше понимать насколько же паршивая ситуация их ожидает.

Так или иначе, но кутисакэ-онна старалась прислушиваться к тем или иным планам своего избранника. И хоть Широ обожал молчать о своих планах вплоть до их исполнения, а иногда и после, Каэда частенько все же выпрашивала объяснения на те или иные действия.

И, если подумать, будущее было совсем не безоблачным.

Сумада и Мизуно, хоть и заключили неофициальный пакт о ненападении, но со дня на день ожидали нападения внушительного союза южных кланов, возглавляемых Рангику и Токитору.

Другие же великие кланы – Авасаки и Хизору намертво вцепились друг другу в глотки, не собираясь отвлекаться ни на что больше.

В этой ситуации на тот же хаос могли хоть как-то повлиять лишь оммёдо и ёкаи.

Но проблема была в том, что они тоже были заняты, уничтожая и вылавливая народившихся за последние месяцы «духов войны». То есть духов, по чьим мозгам хорошенько проехались окружающие смерти и горести.

Да, такие духи уже с рождения были сильны, но платили за это своим разумом.

В подобной ситуации против ширившегося хаоса толком и не было кому выступать.

Каэда очень хотела пообщаться с наставницей и узнать, что она думает на счет всей этой ситуации, но стоило им приблизиться к убежищу Минору, как паучиха застыла, будто попала в свою собственную паутину.

- Кэтсуя, что случилось? – осторожно спросила девушка, тронув кумо за локоть. Внутри Каэды все замерло от нехорошего предчувствия.

- Мне жаль, Каэда, но, кажется, Минору… Предала нас.

Глава 2

- Что ты имеешь ввиду? – отшатнулась девушка, смотря в мертвые глаза рядом стоявшей женщины.

- Я куда лучше тебя чувствую это. Все там, - ёкай обвела рукой предполагаемое место, куда они направлялись. – Пронизано хаосом. Буквально пропитано.

- Может, сенсей ушла! – Каэда отказывалась соглашаться с худшим вариантом, судорожно пытаясь придумать другой вариант. – Нельзя так сразу бросаться такими обвинениями.

- Я чувствую в той стороне много ёкаев, в том числе и твою наставницу. Да, она скрыла свой дом, но Минору никогда не была в этом так хороша, как я. Если бы не мои техники, нас тоже бы нашли. Мы должны уходить. Если мы умрем, жизненно важная информация может быть доставлена слишком поздно.

В голосе паучихи появился намек на сострадание. Боль Каэды поднимала в ней худшие воспоминания, которые она предпочла бы забыть навсегда.

Но молодая ёкай отказывалась сдаваться.

- Откуда ты знаешь, что Минору предала нас?! – эмоционально взмахнула она руками. – Ты сама говорила, что она была сильнейшей и опытнейшей из вас. Может быть ее взяли в плен? Мы должны вначале убедиться, что ее нельзя спасти, и лишь потом бросать.

Слова Каэды не разубедили кумо, но явно заставили ее засомневаться.

- Твой человек явно на тебя плохо влияет. Пленников хаоса иной раз уже не спасти, но… Хорошо, мы пойдем туда, хоть это и чистое самоубийство. Ты права, мы обязаны убедиться, на чьей стороне Минору. Твоих иллюзий и моих техник скрытности должно хватить. Но ты будешь слушаться меня от и до. Если я скажу, что мы уходим, мы сразу же уходим. Без вопросов. Ты согласна?

- Д-да. – с усилием выдавила из себя Каэда обещание.

- Проклятье, раньше было как-то проще, - пробурчала паучиха, начиная накладывать на себя и молодую ёкай слой за слоем скрывающей паутины.- Видимо, старею.

Подготовка заняла долгие двадцать минут. Обе ёкай чуть ли не по десять раз перепроверили то, как их скрывающие техники друг с другом работают и нет ли где слабого места.

Всем было очевидно, что смерть в этой ситуации может быть отнюдь не самым худшим исходом.

«А наставница за прошедшее время хорошо так расстроилась». – ошеломленно подумала Каэда, глядя на открывшуюся перед ней картину.

Первоначальный, ничем не примечательный провал в земле теперь был скрыт за множеством тяжелых земляных валов, по которым муравьями сновали человеческие и не только фигурки.

Как оказалось, встреченные ими крестьяне были не единственной группой людей, попавшей под влияние хаоситов.

Теперь же все эти разумные использовали окружающее дерево и камни для постройки полноценной линии обороны.

- Не о том думаешь, - тихий шепот кумо благодаря технике достигал сразу ушей.

- Подумай, если никто до сих пор не бьет тревогу из-за исчезновения такого количества крестьян, то что это значит?

- Это значит, что наверху их прикрывают, - озабоченно прошептала Каэда. – Получается, зараза хаоса распространилась намного глубже, чем мы могли подумать изначально.

- Так это и действует, - грустно хмыкнула старшая ёкай, пока они медленно пробирались к земляным насыпям. Судя по действиям одурманенных прямо сейчас демонопоклонники готовились к полномасштабной войне, что опять же было плохой новостью – это значило, что им уже нет нужды скрываться.

- Вначале кажется, что ты сможешь раздавить подобные культы, как тараканов. Каждый удар и очередной культист дохнет, но после очередного удара пол, на котором ты стоишь, проваливается. И ты понимаешь, что все это время хаос уже давно разъел пол, стены и потолок, и очень скоро ты провалишься в кишащую тараканами бездну, в которой будешь иметь дело уже далеко не с маленькими таракашками.

Женщины затаились, когда мимо них тяжело ступая прошел здоровенный ёкай.

Раньше он относился к подвиду хитоцумэ. Это огромные, больше трех метров роста, одноглазые великаны с здоровенным рогом, торчавшим точно из середины лба.

Вот только теперь хаос подарил несчастному ёкаю куда больше глаз и рогов, от чего вся его голова стала больше напоминать какого-то ёжика, между колючками которого то и дело моргают воспалено красные глазные яблоки.

И хоть тело гиганта была покрыто грязным, рваным рубищем, но сквозь прорехи можно было увидеть, что мутация продолжила череду глаз и дальше, опускаясь вниз по спине.

Каэда в очередной раз содрогнулась от отвращения, пока сама паучиха усиленно боролась со своими страхами.

Всему ее естеству была мерзка мысль о тех мутациях, которым подвергся не особо умный хитоцумэ.

Дождавшись пока он пройдет дальше, парочка осторожно двинулась вперед.

После чего ученица Минору с трудом подавила просящийся наружу завтрак. Царивший вокруг аромат трудно было хоть как-то идентифицировать.

Единственное, что о нем можно было сказать – это о его отвратительности.

Не трудно было найти и источники разложения.

Многие из «работников» скапливались вокруг покосившихся конструкций из бревен и пульсирующей зеленоватой плоти.

Было полное ощущение, что данные нарывы ничто иное, как сыпь самого мира, столь сильное ощущение беспокойства они вызывали.

Ёкаи или люди, в этом месте не было разницы. Они прижимались к содрогающемуся затвердевшему гною и позволяли вырывающимся из отверстий парам себя хорошенько пропитать.

Надышавшись, часть из работников уходила, но часть тут же возвращалась, занимая освободившиеся «места». Таким образом ужасный конвейер ни на секунду не прерывал свою чудовищную работу.

Некоторые из нечастных засиживались у этих конструкций так долго, что напрочь к ним прирастали и уже не могли оторваться.

В таком случае они бессильно дергались, пытаясь вырваться, но быстро сдавались, позволяя чавкающей плоти с бульканьем их поглощать.

Каэда невольно встретилась взглядом с одним из таких несчастных, после чего быстро отвернулась, словно боясь испачкаться в чем-то запретном. То наслаждение и эйфория, которую она в нем почувствовала, была столь сильна, что чуть было не поглотило ее саму.

В голове неприятно зашумело, а на грани слышимости появились тихие шепотки.

- Осторожнее, - еле слышимый шепот Кэтсуи был полон предостережения. От кумо не укрылась ошибка своей молодой коллеги.

Ведь чем дальше они шли, тем опаснее становилось окружение.

Хаос имеет множество соблазнов и ловушек, которые со стороны могут показаться ни стоящими внимания.

Маленький цветочек может нести штамм сметающей все и вся чумы, а ничем не примечательный знак на стене пожрать твое сознание, сделав из тела послушную марионетку.

Перед этим походом паучиха дала Каэде краткую инструкцию по безопасности, но к хаосу невозможно подготовиться до конца, как бы ты не пытался.

О чем говорить, если даже сами демоны далеко не всегда могут быть готовы к тому, что несет их беспощадный «родитель». Среди демонов вполне себе популярны страшилки о так называемых «волнах хаоса».

В такие моменты по бесконечному и всеобъемлющему полотну непостоянства словно бы пробегает исполинская волна, заставляя сталкиваться демонические планы, а иногда и целые миры друг с другом.

И если миры порядка вполне себе защищены от подобного природного явления, попросту его не замечая, то вот сами демоны невероятно к нему уязвимы.

Отнюдь не редки случаи, когда попавший в «складку» пространства архидемон оказывался изничтожен вместе со всем своим планом и последователями без права на восстановление.

Но вернемся к замирающим от каждого шороха ёкаям. Обе девушки углубились достаточно глубоко в лагерь хаоситов, чтобы в случае тревоги рисковать не успеть сбежать из него.

Благо, благодаря чувствительности Кэтсуми они хотя бы знали куда идти.

Источник силы Минору горел в окружающем его зловонии тускло, но все же достаточно заметно, чтобы исключать возможность ошибки.

И хоть, как говорилось выше, убежище было сильно перестроено, пара уцелевших потайных ходов все же пустили девушек под свои своды.

Ощущение смыкающегося со всех сторон пропитанного злой силой камня чувствовалось особенно плохо.

Казалось, что каждый их шаг уже известен и они лишь идут в ловушку. Хотелось развернуться и позорно убежать, но ёкаи стискивали зубы и делали очередной шаг в клубящуюся тьму, приближаясь к источнику силы наставницы.

И в какой-то момент их путь достиг того, чего они так искали.

- О Ками, - одними губами пролепетала Каэда, глядя на то, что сотворили губительные силы с ее сенсеем.

Бывшая личная комната, а заодно просторный рабочий кабинет Минору теперь был до верху наполнен кубометрами разлагающейся плоти, которая мягко копошилась, постоянно сливаясь и трансформируясь во что-то новое и еще более ужасное.

Частенько из плоти вырастали самые настоящие гниющие сталагмиты, тянущиеся, а иногда и достигающие потолка.

В таком случае они пускали белесые корешки, закрепляясь на самом верху.

Но все внимание невольно концентрировалось на бывшей хозяйке убежище. Почему бывшей?

Потому что не было похоже, что теперь она хозяйка хотя бы самой себе.

Растущие повсюду комки гниловатой плоти обильно покрывали ее тело толстым слоем с ног до головы, делая ее больше похожей на огромного разожравшегося червя.

Единственное, что осталось без каких-либо изменений, оказалась ее голова, но и здесь хаос внес изменения.

Так как ее плечи стали намного шире, то на них без труда поместилось по еще одной, точно такой же голове Минору.

Вот только в отличие от настоящей, которая выглядела невероятно изможденной, и хранила молчание, остальные две головы постоянно что-то говорили.

У левой головы, такое чувство, что на лице навсегда застыло выражение довольства и некоего благодушия.

С другой стороны, вторая голова радовала мир уродливой гримасой, застывшей между яростью и злобой.

- Хи-хи-хи, смотри, дорогая, как растет наше влияние. Как ширится благословение хаоса и увеличивается радость этих несчастных, проживших всю свою жизнь без нас. Пойми же наконец, мы несем им радость и счастье. К чему эта смертная, бессмысленная и жестокая жизнь, когда мы готовы дать чистое блаженство, как часть нашего вечного царства!

- Да что ты с ней разговариваешь, - харкнула вторая голова в лицо первой, но промахнулась от чего пролетевший мимо плевок начал разъедать противоположную стену.

Застывшие неподалеку Каэда и Кэтсуми кое-как заставили себя остаться на тех же местах. Попади плевок на метр правее, то он рисковал плавить уже их кожу!

- Хватит с ней миндальничать! Давай войдем в ее мозги и откроем перед ней ощущения десятков самых болезненных и мучительных болезней. Уверена, тогда она запоет уже по-другому!

- Ну что ты, что ты, сестра, - засуетилась первая голова. – Приказ был привести к пониманию нашего величия постепенно, а не столь… Грубыми способами. Для этого же в ней не должно быть ничего компрометирующего. Сама знаешь, великие этого мира очень подозрительны. Все должно пройти мягко, как стекающий по коже младенца гной…

- Кэтсуя! – отчаянно зашептала Каэда, огромными глазами глядя на паучиху. – Надо спасти сенсея. Вы же слышите, она еще борется. Она не сдалась!

- Я слышу, - сухо ответила кумо. – Поверь, я хочу помочь своей подруге не меньше тебя. Но подумай вот о чем. Даже если, предположим, мы ее как-то спасем, ты уверена, что она сможет идти? Мы ее, если что, не сможем унести через встревоженный лагерь хаоситов.

Повисла тяжелая пауза.

- Вы правы, Кэтсуми-сан, - наконец тихо пробормотала молодая ёкай, опустив взгляд. – Но я все равно попробую ее освободить. Шанс, что она сможет идти все еще есть. И мне его достаточно. Если вы отказываетесь, я приму ваше решение и подожду пока вы достаточно далеко уй…

- Да замолчи ты уже, - изо всех сил закрыла глаза паучиха, боясь того, что собирается сделать. – Почему с тобой, Минору, вечно какие-то неприятности?! То в какой-то культ втравишь, то тебя из какого-то культа надо спасать.

Каэда не мешала женщине думать.

- Хорошо, - начала отдавать приказы кумо, собравшись с мыслями. – По сигналу я атакую этих тварей, постаравшись освободить Минору от их контроля. Твоя же задача привести свою наставницу в себя, чтобы она помогла себя же и освободить. Запомни, если она бросится на нас или так и не придет в себя, то мы уходим. Готова?

- Да, Кэтсуя-сама, - от нервов Каэда аж перепутала суффиксы, от чего заставила паучиху немного улыбнуться.

- Ну тогда… Пошли!

Обе мутировавшие головы разом повернулись точно в сторону опасности, но сделать что-то уже не успели.

Их задачей было удержание и промывка мозгов, но никак не боевые действия.

Тончайшие нити плотно оплели и сдавили их шеи, заставляя демонических тварей болезненно выпучить глаза и вывалить длинные языки из пастей, после чего паутинка резко скрутилась, напрочь отрезая и отбрасывая булькающие «отростки» прочь.

В ту же секунду из все окружающих углов в жирную, мясистую тушу воткнулись сотни полупрозрачных нитей, принявшихся резать и рвать сопротивляющуюся плоть.

- Каэда! Поспеши! – с натугой выругалась Кэтсуя. – Я долго не удержу!

Жирная сосиска тут же принялась вырываться, брызгая во все стороны шипящей кислотой из множества образующихся тут и там ран, но паутина кумо держала ее пока что крепко.

- Поняла! – выскочившая молодая ёкай, пробежала прямо по хвосту Минору, попутно уворачиваясь от растущих повсюду слюнявых пастей и остановилась лишь тогда, когда запрыгнула прямо на плечи безвольно застывшей древней ёкай.

Глаза Минору за все атаки даже не двинулись, продолжая смотреть в пустоту.

- Сенсей! – ментальный вопль ученицы набатом ударил прямо в голову потерявшейся в иллюзиях хаоса наставницы. – Срочно придите в себя!

Минору немного поморщилась и ее глаза чуть приоткрылись, но на этом успех и закончился. Древняя ёкай отказывалась возвращаться в этот мир, в то время как ситуация явно переставала быть томной.

Даже не смотря на толстые стены можно было услышать все усиливающийся рев и вой сотен глоток, которые в едином порыве рвались прямо сюда.

Взмах несколькими пучками паутины и сразу несколько основных проходов обваливаются, перекрывая подходы большей части орды хаоса.

Учитывая силу порождений это было слабое решение, которое дало бы лишь пару минут времени.

- Быстрее! – вновь крикнула паучиха, еле успев разорвать нитями сразу двух тварей, кинувшихся из темноты.

- Простите, сенсей, - повинилась Каэда, после чего со всей дури припечатала ладонь к щеке наставницы, посылая одну из самых неприятных техник иллюзий.

Прямо сейчас Минору разом ощутила себя словно бы распятой на кресте, который разом опускали то в жидкую лаву, то в жидкий азот, причем за ту секунду, что длилась техника, в голове Минору прошло куда больше времени.

- А-а-а! – глаза ламии резко распахнулись, а Каэда еле успела увернуться от удара ноготками, каждый из которых был сантиметром под тридцать.

- Сенсей, придите в себя!

- Что? – Минору моргнула и опустила руку, которой уже вновь замахнулась. – Что тут происхо…

Она резко замолчала и изменилась в лице. Вал воспоминаний обрушился на нее приливной волной, но нечеловеческий разум сумел в кратчайшие сроки рассортировать столь обширный объем данных.

Сразу несколько эмоций одна за другой промелькнули, чтобы смениться одной единственный. Во взгляде ламии без труда можно было почувствовать жгучий стыд от того, что она умудрилась совершить.

- Минору, хватит сиськи мять! – рявкнула Кэтсуя, заставив свою бывшую подругу ошарашенно к ней развернуться. Нити паутины со свистом кружились бешеным облаком полосую все новых и новых тварей, уже ползущих чуть ли не со всех сторон. – Снимай с себя это дерьмо и прорываемся наружу. Здесь становится слишком горячо!

По лицу Минору было понятно, что у нее море вопросов, но к ее чести, она приберегла их на потом.

Сжимающий ее «костюм» взорвался потоками окрашенной в зеленый цвет воды, которая срывала вцепившуюся в нее мутировавшую плоть.

Во многих местах чешуя отсутствовала, обнажая голую плоть, но Минору никак не показала свою боль.

Секунда и ламия перегнулась, вытошнив наружу литров пять бурой жижи с плавающими тут и там личинками.

Минору вытерла рот, болезненно вглядываясь в окружающий ее кошмар.

Избавившись от необходимости сдерживать ламию, теперь паучиха вновь могла накрыть их скрывающими техниками.

Не говоря больше ни слова троица ёкай бросилась в сторону тайных ходов. Оттуда шло меньше всего культистов.

Сложно ли сбежать от хаоситов?

На этот вопрос будет совершенно разный ответ, в зависимости от множества различных условий.

Но учитывая же, что бежали древний дух воды, сильный ёкай иллюзий и помешанная на скрытности паучиха, то все прошло куда легче, чем опасалась Кэтсуя.

Впрочем, некоторые подозрения никуда не делись, кумо слишком хорошо знала подлую природу хаоса, чтобы поворачиваться к спасенной спиной.

Ведь стоило учитывать, что все получившееся спасение могло быть лишь изощренной игрой темных сил.

Поэтому стоило им оторваться от преследователей и затеряться среди бескрайних просторов лесов, как компания резко разделилась, меряя друг друга подозрительными взглядами.

Тяжелый взгляд ламии остановился на столь же серьезной Кэтсуми. Стоявшая рядом Каэда растерянно переводила взгляда с одной на другую.

- Зачем ты меня спасла? – сухо спросила Минору. Ее голос был подобен шелестящему песку самой Сахары, так мало было в нем эмоций.

- А ты так хотела стать предательницей и послужить делу хаоса? – огрызнулась кумо. – Тогда тебе не поздно вернуться и слизать обратно ту гадость, что ты стошнила.

- Не тебе мне говорить о предательстве, - отрезала Минору, заставив собеседницу возмущенно хлопать ртом. – Или не ты бросила нас всех в трудную минуту? Какого это жить, зная, что в то же время почти все твои товарищи мертвы?

- Да что ты понимаешь! – взвилась Кэтсуя, которую беспощадные слова ламии явно задели за живое. – Постоянно говоришь, как правильно и как надо, а за твои «хотелки» расплачиваются всегда другие! Или я не права? Или, скажешь, что ты не виновата в том, что хаос вновь в нашем мире?

Древняя ёкай ощутимо сгорбилась под гнетом слов бывшей подруги.

Каэда испуганно раскрыла глаза, а Кэтсуя застыла. Сказанные в сердцах слова были всего лишь бездумными оскорблениями. Она не думала, что попадет прямо в точку.

- Поэтому я и должна была умереть. – тихо пробормотала Минору. От былой ламии осталось немного. – Это все из-за меня. Всегда.

- Может и должна, - безжалостно пожала плечами Кэтсуя, смерив собеседницу теперь уже презрительным взглядом. – Вот только я не хотела, чтобы твое тело досталось хаосу. У нас и так море проблем. Поэтому если решишь покончить со всем этим окончательно, убедись, что твой труп не достанется гнилушкам.

- Кэтсуя! – ахнула Каэда, но паучиха не собиралась отказываться от своих слов.

Повисла неуютная тишина. Минору так и продолжала смотреть в землю, никак не двигаясь. От этой неестественной неподвижности ученице было не по себе. Возникало чувство, что хоть они и сумели спасти наставницу, но какая-то ее часть навсегда осталась там, в пропитанных гнилью и тьмой коридорах.

- Кэтсуя-сама, что будем делать дальше? – робко уточнила Каэда.

- Зови меня, как и раньше, без суффиксов, - вздохнула паучиха, с силой растирая лицо, чтобы хоть немного прийти в себя.

Долгий побег все же сказался на силах ёкая.

- А насчет дальше… Первым делом мы должны добраться до великих духов и сообщить им о новом вторжении хаоса. Видят Ками, скорее всего оно неминуемо. Потом…

- Кэтсуя, подожди, - вмешалась молодая ёкай, внезапно подпрыгнув. – Надо вначале сообщить Широ обо всем этом.

- Каэда…

- Ну правда! Великие духи же живут в горах? Нам не придется делать большой круг. Я всего лишь предупрежу его, чтобы он меня не терял. Вдруг он решит наведаться к убежищу сенсея и попадет в беду? К тому же, я не говорила, но прямо сейчас он работает над техникой уничтожения хаоса…

- Что, прости? – вскинула руку кумо, вопросительно поднимая одну из бровей. – Повори-ка свои последние слова.

- Ну, да, - Каэда смешалась, осознав, что сболтнула «лишку», но все же решила продолжить, кратенько рассказав о работе мастера.

- Вот значит, как, - задумчиво хмыкнула паучиха. – Это и впрямь полезное начинание, которое и впрямь может заинтересовать Великих духов. Если Змей сможет сделать то, что задумал, он окажет неоценимую помощь нашему миру. Я забираю свои слова обратно. Твой человек выгодно отличается от большинства представителей его рода.

- Значит. – с надеждой затаила дыхание Каэда.

- Да, вначале мы заглянем к твоему Широ. Будет большой утратой, если специалист его уровня бесславно сгинет в лапах хаоса.

- Ура!

- А теперь хватит разговоров. Мы должны поспешить. – пара секунд и больше ничего не говорило о том, что ранее на этой полянке кто-то был.

Глава 3

- О-о-о, Широ-кун, как я рад тебя видеть, - старик Сатоши ничуть не изменился с их последней встречи. Все тот же добродушный оскал сморщенных словно сухофрукт губ и алчущий прищур белесых глаз. - Я так смотрю ты наконец закончил со всей это бесполезной политикой и вернулся к чему-то и впрямь важному?

- И я рад вас видеть, Сатоши-сан, - холодно улыбнулся Стас, с удивлением осознавая, что он и впрямь рад вернуться в это место.

Да, стоящий напротив него человек был живым воплощением сразу нескольких смертных грехов, и да, при любой удачной возможности он немедленно попробовал бы расправиться или подчинить своего более молодого коллегу.

Вот только все это ничуть не умаляло его выдающийся интеллект и гениальный разум.

Учитывая же то, как много Стасу приходилось работать с ничего не понимающими и не желающими понимать туземцами, общение с Сатоши было похоже на пребывание в прохладной тени после невероятно удушливого махания тюремным кайлом на солнцепеке.

А насчет его возможной злокозненности... Надо было всего лишь не давать противнику возможности ударить.

Землянин был уверен, что с обратной стороны сам Тэкехиро поступал точно так же, ничуть не доверяя уже самому Ордынцеву.

Столь извращенно уродливая связь в глазах Станислава иной раз выглядела намного ценнее, какой-то там дружбы. Ведь оба из присутствующих находили большое удовольствие в изучении тайн мироздания, при этом ничуть не скрывая то, как они относятся к оппоненту.

В некотором роде они были даже более искренни, чем могут быть самые лучшие друзья.

Не даром существует поговорка, что в жизни нет более преданного тебе человека, чем твой враг.

- Вам не нравится политика? - приподнял бровь Ордынцев, устанавливая уже известную треногу возле сложного постамента, сделанного из нескольких различно сделанных уровней.

Каждый из постаментов имел лишь несколько взаимосвязанных друг с другом элементов, которые были тщательно экранированы и защищены.

Сатоши явно не терял времени даром, значительно усложнив и улучшив систему сдерживания хаоса.

Самого объекта исследования пока не было, его планировалось принести позднее.

- Откровенно бесполезное занятие для хоть чего-то смыслящих в этом мире людей, - презрительно сплюнул старик в собственном доме. - Любая тварь в этом мире стремится к тому, чтобы пожрать, поспать и потрахаться. И мы, люди, чтобы бы там эти монахи не думали, не исключение. И это абсолютно нормально. Вот только именно здесь и проявляется главный идиотизм большинства людей.

- Неужели? - Ордынцеву было и впрямь интересно, что скажет мастер печатей.

- Все дело в нашем страхе, - наставительно поднял палец мастер, но вновь вернулся к настройке массива печатей, прогоняя по ним дозированные порции праны. - Нам всегда кажется, что того, что мы заработали или добились мало, и все заработанное может внезапно кончиться, после чего по итогу мы останемся ни с чем. Это осознание и понуждает большинство людей жрать в себя все больше и больше, не видя той границы, когда они могут уже остановиться и начать наслаждаться достигнутым.

- Интересная теория, но если так подумать, то этой "границей" выступает и та же старость. Именно она заставляет людей уходить на покой.

- О да-а-а, - с чувством протянул Сатоши. - Когда ты чувствуешь, что тебе в копчик забили раскаленный гвоздь, а каждое утро превращается в сражение с болью, вот тогда ты и впрямь понимаешь, что время пришло.

- Но вас она, как мы видим, не коснулась. - провоцирующе отметил Ордынцев, заканчивая подсоединение конструкции к рунному контуру.

- Надеюсь ты доживешь до моих лет, чтобы осознать, что над старостью не стоит смеяться, - дробно захихикал Сатоши. - С другой стороны, если наши исследования закончатся успехом, то ты никогда не узнаешь об этой суке.

- Вас это огорчает?

- Если я сам буду бессмертен и вечно молод? Ха! Я не настолько мнителен.

Собирающийся еще что-то сказать мастер обеспокоенно начал перебирать целую связку висящих у него на шее скрученных в трубочку печатей.

- Чувствую кто-то вошел в город. Несколько очень сильных сущностей... Ёкаев. Точнее, тех, перерожденных. Уровень сил, - старик замялся, после чего раскрыл глаза чуть шире. - Очень высокий. Ты ждал гостей, Широ-кун?

- Если честно, нет, - Ордынцев задумался что-то прикидывая. – Ты можешь сказать, как они выглядят?

- Нет, они под техникой маскировки.

- А отправить какое-то сообщение?

- Хм-м-м, а вот это возможно. Я могу написать им пару слов и мой доверенный человек им их передаст. У тебя есть какие-то мысли?

- Записывай, Сатоши-сан.

*****

Ситуация была откровенно паршивой.

За все те дни, что они провели вместе, пока добирались до места пребывания Змея, Минору и Кэтсуя не обменялись и парой слов. Кумо презрительно игнорировала свою подругу, в то время как сама ламия находилась в сильной депрессии.

Последняя была настолько опустошительной, что Минору почти не реагировала на слова своей ученицы, которая всеми силами пыталась ту вернуть.

Не помогало положению и то, что Минору в паре слов призналась, что во всем случившемся и впрямь есть ее непосредственная вина. Точнее, проблема была в мощном артефакте хаоса, который она решила попробовать изучить самостоятельно.

Когда Каэда услышала об этом, ей захотелось всплеснуть руками. Она невольно вспомнила Широ, который тоже чуть было не стал жертвой хаоса.

Сам же артефакт совсем не торопился, размеренно проталкивая свои щупальца в разум ламии. В итоге прошло не так много времени, как Минору начала сама созывать своих подчиненных, равнодушно передавая их в лапы хаосу.

Затем же, словно огромный снежный ком, захваченные ёкаи начали расползаться вокруг, промывая мозги окружающим крестьянам, ёкаям и даже самураям.

Насколько поняла Кэтсуя, в этом мире все еще встречались артефакты хаоса и даже небольшие их культы.

Но ни один из них не получал в руки столь много ресурсов, которые преподнесла на блюдечке ламия.

Так, в угрюмом молчании они и добрались до города, в котором находился один из домов мастера печатей. Благо, ламия обладала способностями к изменению собственного тела, поэтому Минору ничем не отличалась от обычных людей, обзаведясь ногами и сильно уменьшившись в комплекции.

И хоть все они были под маскирующими техниками, тем не менее вышедший перед ними оглядывающийся во все стороны человек стал сюрпризом.

- Вам троим сообщение! – нервно закричал посланец. Учитывая то, что он их явно не видел, его можно было понять.

- Это ловушка? – Кэтсуя приподняв бровь, посмотрела на задумавшуюся Каэду.

– Не думаю. - и прежде чем кумо смогла ее остановить девушка приблизилась к человечку и выхватила у него из рук свиток.

- Все в порядке, - улыбнулась кутисакэ-онна и рассмеялась, когда прочитала написанное. – Нас зовут в гости.

- Не люблю мастеров печатей, - недовольно буркнула паучиха, подозрительно оглядывая каждую поверхность. – С ними никогда нельзя быть уверенной, откуда придет опасность…

- Благодарю за комплимент, - вынырнувший откуда-то сбоку старик чуть было не заставил нервничавшую кумо его атаковать.

Каэда тяжело вздохнула. С тех пор как Кэтсуя узнала о распространении хаоса, как она относилась с подозрением чуть ли не к каждому человеку, встречающемуся им на пути. Возникало такое чувство, что будь ее воля, она бы их и вовсе превентивно убивала, чтобы гарантировать, что их миссии ничто не будет угрожать.

- Признаться честно, я поражен вашей красотой, - Сатоши масленым взглядом оббежал фигуры женщин, мастерски обойдя саму Каэду, чем ту немного задел. Видимо, вспомнив, что та служит Широ, он счел ее не ровней себе. – Был бы счастлив услышать ваши имена.

- Это секрет, - отрезала паучиха, смерив ничуть не расстроенного столь жестким ответом хитрого старика, презрительным взглядом. – Нам надо срочно встретиться с Широ-саном.

- Так он сейчас подойдет. А вот, кстати, и он. – учитывая количество печатей вокруг Сатоши не надо было поворачивать голову, чтобы знать, кто вышел из-за поворота.

Каэда быстро перевела взгляд на приближающегося Змея и тихо сглотнула.

В который раз она прокляла всю эту войну и тех, кто ее начинал.

Окружающие люди, смотря на ее мастера, видели в нем многое, но редко хоть что-то из увиденного могло считаться хорошим.

Жестокость, холодность, беспощадность и хитросплетение интриг – вот то, чем воспринимало большинство ее Широ.

И да, Каэда не была слепой. Все вышеперечисленное вполне себе присутствовало и иногда принимало столь пугающие величины, что становилось не по себе даже самой кутисакэ-онна.

Вот только, если бы кто-то сумел находиться с этим человеком подольше, то невольно осознавал, что было в Змее кое-что еще, что заставило бы относиться к нему несколько иначе.

Широ слишком хорошо умел скрывать свои чувства и эмоции, чтобы его можно было читать, но Каэда знала, что в глубине души он несчастлив.

Почему она так решила? Ну может хотя бы потому, что стоило Змею заниматься тем, что он на самом деле любил, как те невидимые в обычной жизни морщины разглаживались, а спина словно бы распрямлялась после невидимого груза.

Все эти убийства, битвы, дворцовые интриги и укрепление авторитета, как воителя, были совсем не тем, что ему нравилось.

Да, он мог быть в них успешен, но его единственной страстью была наука и лишь с ней он по-настоящему раскрывался и отдыхал.

Глядя на своего мастера, она видела, что прямо сейчас он счастлив. Тем грустнее было от того, что она собиралась вновь испортить это его состояние.

- Каэда, что случилось? – одного взгляда Широ хватило, чтобы, нахмурившись, понять, что что-то не так. Невольно Ордынцев бросил взгляд в сторону гостевых комнат, где расположились Кента со своей дочерью.

- Каэда, подожди, - Кэтсуми с намеком посмотрела на греющего уши Сатоши.

«Минору была почти захвачена хаосом. Мы еле успели вырвать ее из лап непостоянства, после чего сразу же прибежали сюда. Этот старик достоин доверия?» - Ордынцев позволил иллюзии Каэды коснуться его разума.

Лицо мужчины тут же изменилось, стоило ему услышать сказанное. Теперь он уже совсем другим взглядом окинул стоявшую в сторонке Минору.

- Да, ты можешь рассказать, - кивнул Стас игнорируя возмущенное выражение лица паучихи. Сам же Сатоши лишь весело подмигнул кумо. Возраст Тэкехиро явно не повлиял на его «живость».

Рассказ не занял много времени, ведь по большому счету они знали не так много.

Если поначалу Сатоши был весел и игрив, то стоило сорваться первым словам, как все его веселье быстро умерло.

Ордынцев тоже не выглядел радостным.

- Проклятье, - кратко подытожил он рассказ. – Мало нам было Мировой войны, так еще и культисты хаоса готовы встрять в эту бойню. Какие у вас дальнейшие планы?

- Отправиться в горы к Великим духам, - тут же сказала без тени сомнений Кэтсуя. – Они должны знать о том, что происходит. Ты же, Широ-сан, должен сообщить верхушке вашего клана об опасности, которая свила гнездо прям у вас под боком.

- Это знаешь ли не так просто, - скривился Змей. Он был абсолютно уверен, что никто из воителей не воспримет его предупреждение о культистах хаоса хоть сколько-то серьезно. Прошло слишком много лет по человеческим меркам, чтобы сохранить много воспоминаний об его ужасах. К тому же, все упоминания об этой злой стихии старательно вымарывались, чтобы исключить появление новых культистов.

Иронично, но борясь с хаосом, жители этого мира лишь облегчили работу для будущих вторжений.

Кроме того, прямо сейчас воители готовились к будущему вторжению и в их глазах он представлял куда большую угрозу, чем кучка каких-то там культистов.

- Кстати, вы поедете все втроем? – задал Стас очень важный вопрос.

- Да, - не сомневаясь, кивнула Кэтсуя.

- Но подожди, - встрепенулась Каэда, обеспокоенно посмотрев на своего сенсея. – Если наставница туда придет, ее же убьют!

- И что? – простой вопрос Кэтсуи заставил Каэду превратиться в камень. – За любые действия рано или поздно приходиться платить. Да, можно попытаться избежать наказания, но иногда это лишь оттягивает неизбежное.

- Но это же неправильно! – возмутилась Каэда, ищуще поглядывая на сенсея. – В этом нет никакого смысла. Наставница, почему ты молчишь?!

- Потому что я согласна, - тихо прошептала ламия, так и не смотря на в ужасе распахнувшую глаза Каэду. – За все надо платить.

- Это, конечно, все интересно, но если печати меня не обманывают, - вмешался в разговор Сатоши, последнюю пару минут усиленно возясь со связкой свитков. – То прямо сейчас в этой ёкай вполне себе присутствует хаос.

Палец старика безошибочно уткнулся в Минору, а в следующую секунду происходящее начало раскручиваться очень и очень быстро.

Из пола вырос гудящий фиолетовый барьер, окруживший Сатоши со всех сторон, пока сам мастер выхватил сразу несколько печатей, готовый их использовать при малейшем подозрении на атаку.

Сам Стас, разогнав прану, отпрыгнул в противоположную сторону, прилепившись к стене и так там и оставшись стоять.

Каэда заняла боевую позицию чуть дальше.

Единственная кто остался стоять на месте была сама Минору. Она печально стояла укутанная в светящиеся нити паутины, и окруженная готовыми вцепиться каменными змеями с фиолетовыми глазами.

- Сатоши-сан, что вы имели ввиду, когда говорили, что в ней имеется хаос? – максимально вежливо уточнил Ордынцев.

- Всего лишь то, что он в ней присутствует, - паскудно ухмыльнулся старик. – Я не говорил, что его там очень много.

- Значит угрозы ее жизни нет? Это не скрытое порождение хаоса?

- Если верить моему недавно разработанному методу измерения уровня хаоса, то, - от взятой Сатоши паузы у кумо ощутимо дернулся глаз. – Нет, она обычный ёкай. Заражение хаосом пока что незначительно.

- Мерзкий человечишка, - выругалась Кэтсуя, отпуская нити паутины, которые безвредно расплылись в воздухе.

- Сенсей, простите, - робко шмыгнула носом Каэда, но Минору лишь махнула рукой.

- Но-но-но… Она же твоя подруга, - вновь попыталась Каэда, но было очевидно, что она сражается в проигранной битве. Сложно защищать того, кто уже и сам смирился со смертью.

Умоляющий взгляд темных глаз уперся в хмурящегося и над чем-то размышляющего Ордынцева.

Робкая идея крутилась на границе сознания, но Станислав никак не мог ее поймать.

«Мы много исследовали то, как хаос оказывает влияние на те или иные вещи, в том числе и на живую плоть. Однако во всех экспериментах мы использовали обычных живых существ. То есть, была плоть обычного человека, воителя и магического зверя. Однако, у нас до сих пор не было плоти ёкая…»

- У меня есть другое предложение, - слова Стаса заставили всех обратить на него внимание. – Прямо сейчас мы работаем над техникой уничтожения хаоса. Кое-какие успехи уже есть, но для ускорения работы нам нужны подопытные из зараженных хаосом ёкаев. Минору способна принести намного больше пользы как подопытная, чем бессмысленно погибнув по приказу ваших великих.

- Мастер! – возмущенно воскликнула Каэда. – Да как вы можете такое предлагать?!

- Я не знаю о чем ты думаешь, воитель, - иронично хмыкнула Кэтсуя. - Но Минору никогда бы не согласилась на подобное…

- Я согласна.

- Что?!

Стас не обращал внимание на остальных, его вниманием полностью завладели пронзительно зеленые глаза ламии.

Прямо сейчас в них горело слишком много сильных эмоций.

Чего тут только не было. Злость на себя и на посмевшего предложить что-то подобное человека, презрение, горе и боль от собственной ошибки.

Эта женщина испытывала почти физическую боль от того, что творилось в ее душе.

Минору перевела взгляд на молчавшую Кэтсую.

- Я согласна. – повторила она, глядя той прямо в глаза. – Я извещу великих о твоем желании.

Сказав это, она гордо развернулась и пошла прочь.

- Иди, - кивнул Стас потерянной Каэде. – У нас всех не так много времени, чтобы тратить его впустую.

Спустя минуту в помещении остались лишь трое.

Гордо вскинувшая голову древний дух и жадно смотрящих на ее тело двое ученых. Но глаза этих людей видели перед собой не разумное существо и даже не ослепительно красивую женщину, а лишь кусок мяса и те эксперименты, на которые она может сгодится.

«За любые действия рано или поздно приходиться платить» - мысленно повторила Минору, прикрыв глаза: «А я и так сильно оттянула расплату. Пора с этим уже закончить».