Цаара: Сердце Льда
Пролог. Первые шаги самые волнительные… Глава 1. Новый день… И новый корабль.
Пролог. Первые шаги самые волнительные… Глава 1. Новый день… И новый корабль.
Где-то на границе Млечного Пути, июнь 2260 по земному времени, научное судно «Бранденбург».
- Внимание экипажу! Активная зона реактора достигла критической точки, до полного уничтожения энергоядра меньше часа. Объявлена общая эвакуация. Это автоматической сообщение… - аварийное освещение заставляло глаза быстро привыкнуть к темноте, прерываемой скрежетом проводки, выпадающей с переборок и тряской палубы, рискующей превратиться в груду металлолома в любую минуту.
- Доктор Оуген?!! Доктор Оуген?!! А!!! – от перепада давления в трубопроводе струей водорода с ног сбило молодую девушку в толстовке с нашивкой Исследовательского Флота Терраанской Федерации. Во рту ощущался уже до боли соленый вкус крови, подступившей к горлу молодой ученой. Ужасно болела голова от удара об острый угол. Практически не разбирая дороги и опираясь на стену, ученая на тяжелых ногах пошла по коридору, который должен был вывести ее к спасательным шаттлам. Внезапно почуяв странный запах, она обернулась, и ее зрачки от ужаса расширились: кто бы знал, что газообразный водород для синтеза воды и водородного горючего так активно сочетается с искрящийся проводкой, свисавшей с упавшей переборки корабля… И все, что смогла сделать оглушенная и почти обезумевшая девушка – это закрыть голову руками от заполонившего коридор пламени…
Бостон, Земля, за полгода до катастрофы. 28 октября 2259, 11.25 по местному времени
«Я даже не могу поверить, что это случилось. Мое ходатайство Институт принял и передал Исследовательскому Флоту. Кто бы знал, что там еще нужны ученые-биологи… Тем не менее, официальное приглашение от Штаба Флота сейчас у меня на столе и я собрала свою сумку. Уверена, что этот период я не забуду долго, особенно, пока буду бороздить просторы Скилианского Скопления и любоваться созвездием Ориона и Южного креста», - воодушевленно писала молодая девушка в белой толстовке с принтом и в джинсах в своем дневнике, время от времени поправляя спутавшиеся волосы, так и норовивших попасть на монитор. Несмотря на наличие распознавания речи в компьютере, этой молодой леди было куда привычнее старая добрая клавиатура, приятно постукивающая механикой клавиш.
Юной натуралистке Стефани Блейк было всего 24, когда она получила звание Магистра по биологии в Бостонском Университете – одном из самых лучших учебных заведений как на старушке Земле, так и во всем исследованном Млечном Пути – с момента открытия в конце 21-го века легендарного «Принципа искривлений струн Кеплера» корабли человечества смогли достичь того, что казалось абсолютно невозможным каких-то 2 века назад: покорить скорости, в сотни раз превышающие скорость света… С момента созданий первых колоний на Красной Планете и спутниках планет-гигантов родной Солнечной Системы, люди видели сотни, если не тысячи удивительных миров, но сколько еще таинственных земель, ожидающих полных жажды нового астроволков с Земли. Никто не знает ответа, и никогда не узнает, лишь слегка приоткроет завесу неизвестности…
Закончив запись в дневнике, Стефани откинулась на кресло и с легким вздохом взяла в руки ту самую бумагу, которую она мечтала получить последние два года.
«Уважаемая мисс Блейк! От лица Управления Внешних исследований Терраанской Федерации приглашаю Вас в состав научной группы исследовательского судна «Бранденбург» в качестве младшего научного сотрудника, ксенобиолога. Если вы согласны на предложение, высланное Вам Штабом Флота 25-го октября, прошу ответить на данное приглашение в течении 24-х часов. Научное сообщество Бостонского Университета выражает Вам уважение за Ваше желание послужить науке»… - несмотря на то, что это была стандартная форма, куда была вписана лишь фамилия воодушевленной девушки, ощущения от того, что роилось в голове аспирантки, передать словами попросту невозможно. Это можно сравнить, разве что, когда истовый кофеман выпивает с утра чашечку настоящего кофе из солнечной Бразилии – этот яркий вкус жизни… Не перепутать ни с чем.
Решив спуститься со звезд обратно на землю, Стефани решила снова перетряхнуть свою дорожную сумку, если огромный чемодан мог претендовать на это название: толстовки, джинсы, две пары кроссовок, футболки… Стандартный гардероб для девушки-выпускницы университета на севере бывшей Америки. Выключив комп, девушка-будущий член экипажа «Бранденбурга» вскинула сумку словно рюкзак и направилась к выходу из квартиры – подарок на совершеннолетие. Стоя у запертой двери, Стефани поднесла часы к голове и несколько раз нажала на циферблат, из-за чего цифры пропали, а на их месте появилась голограмма девушки в толстовке и штанах карго:
- Приветствую, Стефи! Чем я могу тебе помочь?
- Вызови такси по моим координатам. Эконом класс., - с небольшой улыбкой голограмма появилась снова через пару секунд:
- Принято. Авто-такси приедет через 7 минут по твоим координатам…
- Поняла, спасибо…
- Всегда рада помочь, обращайся! – и голограмма пропала через несколько секунд после окончания разговора. Хоть и глючные, но голографические помощники бывают весьма кстати, особенно если тебе надо вызвать такси или доставку, а включать глазную оптику Bio-bell, мягко говоря, в падлу. Сами по себе линзы Bio-bell достаточно неплохие – присобачил себе на глаза, а они раз и установили синхронизацию с головным мозгом, по сути, используя самый совершенный компьютер на Земле за последние тысячелетия как процессор. Сразу после подключения к зрительному нерву пользователю этой вундервафли корпорации Global Com открывался доступ к тысячам возможностей: проголодался, хочется закинуть углеводного хрючева себе в бензобак? Просто мысленно выбери нужную вкладку – и наслаждайся своей пиццей, дружище. Или что тебе еще по душе: лапша, паста, может быть, суши? Или надо на работу, а в машине, как обычно, стартер сдох? Переключи на такси – и ты на всех парах мчишься к офису. Хочешь пообщаться с подругой, укатившей на Камчатку, а сам прирос к Сан-Франциско? Включи синхронизацию со спутником связи – и твоя подруга прямо перед тобой – голограммы, мягко говоря, курят в сторонке и по матери всех посылают.
Словно в трансе, молодая ученая спустилась на лифте и спустя мгновение стояла у своего дома: машины, прохожие, шаттлы… Словно один гигантский муравейник. А ведь трудно называть бетонные джунгли бетонными джунглями, если ты родился и вырос в лабиринте небоскребов и шаттлов. Что точно можно было сказать о стоящей у входа авантюристке. От мыслей о переменах в размеренной жизни ее отвлек только голос бортового компьютера такси:
- Здравствуйте, мисс Блейк. Прошу вас, займите место пассажира и введите координаты точки прибытия… - на голографическом мониторе, вмонтированного в переднее сиденье машины, был молодой парень в белой рубашке с коричневыми волосами – типичный сгенерированный виртуальный помощник, которым могут похвастаться любые компании, способных на чистую выручку купить пару кружек кофе. Сев в удобное анатомическое кресло, Стефани набрала название в строке поиска координат, и в течении секунды маршрут по извилистым улицам Бостона вплоть до огромного комплекса космопорта за городом был построен.
- Благодарю вас. Маршрут построен, время прибытия – 1 час, расчет цены: 20 федеральных кредитов, 37 унцентов, желаете внести изменения в маршрут? – на эти слова девушка только поднесла свою ID карточку, отчего голограмма на несколько секунд пропала:
- Ваш промокод члена научного сообщества Бостона подтвержден. Новая цена за поездку – 10 кредитов, прошу, выберите способ оплаты… - приложив карточку и дождавшись сигнала, Стефани откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза под мирно гудящий движок и покачивание из стороны в сторону. Если бы какой турист с Маунтвальда или Элизиума поехал на Землю и посетил Бостон, он был бы приятно удивлен тому, как поменялся город после 21-го века, который можно было назвать как угодно, но только не золотым веком: для любого человека Федерации, не знакомого с историей, было бы шоком, что когда-то Землю разделяли сотни стран по разным причинам. Несмотря на попытки объединить усилия, как, например, создание ООН в 1945-м или Планетарного Правительства в 2072-м, это все было не то…
Многие люди 21-го века считали себя частью цивилизации, считали себя… царями жизни. И их никак не получится осуждать: тяжело не считать себя особенным, сидя на удобном диванчике с кружечкой кофе и листая ленту на некогда модном «Смартфоне». Но вот отложи смартфон и осмотри мир трезвыми глазами – быстро поймешь, что человек как был дикарем тысячи лет назад, так им и остался, только вместо набедренных повязок да дубин были бронекостюмы из кевлара да автоматы с электромагнитными ускорителями. А разве наличие униформы сделает из дикаря цивилизованного человека?
И у многих современников Стефани из Бостона может появиться вопрос: если люди были поделены на страны проживания, особенно на космос внимания не обращали вплоть до середины 21-го столетия, да что там греха таить, вообще болт на него забили, а то каким образом люди внезапно додумались объединиться и покорять межзвездные глубины? Такой вопрос можно часто услышать на уроках истории в любой средней школе, что на Земле, что на Элизиуме, что на Фарланде, и это является самой печальной страницей истории человечества во втором и третьем тысячелетии.
В середине 2050-х в Южной Америке взорвался химический концерн: ну недоглядели и недоглядели, и что с того… Так-то оно, приятель, так… Только вот если на том концерне не разрабатывали вакцину от вируса туберкулеза, которая при взрыве мутировала в напасть с легкостью распространения гриппа и инкубационным периодом, как у некогда наводившего на мир ужас СПИДа. Выбравшись из родных джунглей Аргентины, этот вирус начал сбор своей кровавой дани: ни одна страна старой Земли, ни один город не смогли спастись от этого жнеца. Он просто смеялся над людьми с их антибиотиками и лекарствами – они были абсолютно бесполезны против него.
Никто не понимал, как его остановить, поэтому постепенно сотни превратились в тысячи, тысячи – в миллионы, а те, в свою очередь, – в сотни миллионов трупов. Целые города того времени, даже гиганты вроде Лос-Анджелеса, Детройта, Нью-Йорка, Берлина, Лондона, Глазго, Бристоля, Москвы, Санкт-Петербурга, Шанхая, Пекина, Токио и сотен других были завалены мертвыми и еще едва живыми людьми, бродящими по улицам и заживо гниющими, без помощи – некому было помогать…
Но спустя два десятка лет этот вирус вдруг исчез, словно для него создали лекарство. Но многие люди, особенно из старшего поколения, верили, что это была кара за века мрака и грязи человечества. Ученые же говорят, что у этого вируса был срок жизни 20 лет, а себе подобных он крайне плохо производил. Версий может быть много, но суть одна – более двух миллиардов человек ушли вместе с этим вирусом пить чай с праотцами. А ведь ничто так не объединяет, как Мор, убивающий все живое, и с каких пор такому вирусу не начхать на погоны да нашивки, верно? И даже остатки человечества могли достичь многого, когда поняли, что единственный шанс идти вперед – пойти вместе.
Когда-то один мудрец сказал: «Золотой век человечества наступит, когда человек, глядя на своего сородича, увидит в нем себя, и когда вместо «Я» и «Они» люди скажут: «Мы»». История не сохранила имени этого мудреца, но факт в том, что он был прав… Объединив свои усилия, люди после вируса достигли того, что казалось невозможным еще каких-то 100 лет назад, а открытие в 80-х годах 21-го века «Принципа искривлений струн Кеплера» позволило человеку продвинуться дальше, чем за последние тысячи лет вместе взятых. А ресурсы, найденные как в родной Солнечной Системе, так и в сотнях других звездных систем, принесли Земле фантастические богатства – на родине человека начался настоящий расцвет промышленности, искусства… И в середине 23-го столетия человечество воистину проживало свой Золотой век, свой расцвет…
Поглядывая по сторонам, Стефи начала понемногу дремать, предыдущая бессонная ночь в компании приятелей давала о себе знать, все-таки, не каждый день получаешь степень магистра. А кто говорил, что будущее светило науки будет отмечать один вечер? Хороший вопрос… Несмотря на дремоту, мысли уходить даже не думали, все-таки, когда человек проваливается в мир снов, для него это отличная возможность в несусветном бардаке мозга навести хоть какой порядок. Несмотря на амбиции девушки, не все ее окружение легко приняло экспедицию на границах Федерации, во всяком случае, мама с папой были сразу против, словно чувствовали, что ничего хорошего у Стефи в космосе не будет. Постаравшись отбросить мысли, она пыталась устроиться поудобнее, но вот у голоса автопилота на этот счет были идеи куда получше:
- Мисс Блейк, мы прибыли в точку назначения: космопорт Бостона «Алан Шепард». Приятного вам дня! – отбросив остатки сна и взяв сумку, на ватных от неудобной позы ногах Стефи вышла из такси. Огромное, метров под 50, здание космопорта поражало воображение: бесчисленные терминалы, залы ожидания, бары, кафе… Буквально город в городе.
Перед аркой главного входа высился монумент, представляющий собой жмущих и улыбающихся друг другу Юрия Гагарина и Нила Армстронга – первый стал человеком, впервые полетевшим в космос, а второй – первым человеком, ступившим на безжизненный, но богатый минералами грунт Луны. Накинув рюкзак, Стефи не сразу заметила, как браслет ее часов завибрировал: «Поступил видео-вызов» - высвечивалось на циферблате.
- Блейк, чтоб тебя, где тебя носит?!! – на голограмме было лицо женщины средних лет с длинными рыжими волосами и яркими голубыми глазами. Не сразу поняв, кто перед ней, девушка чуть ли не вскрикнула, но вовремя сдержалась.
- Простите, док. Я сейчас…
- Давай быстрее. Терминал три, я жду… - видно, собеседница была занята чем-то другим, что даже не стала отчитывать свою ассистентку за медлительность. Доктор Кендра Оуген, которая только что разговаривала со Стефи, была по-настоящему матерым ученым, светилом науки, как бы пафосно это ни звучало. Но она по праву заслужила это звание: за более чем три десятка лет своей карьеры Оуген побывала в сотнях миров, изучая их чудеса. А за пределами старушки Земли было на что поглядеть: на Элизиуме, например, Кендра работала с растениями, обладающими биорегенеративными свойствами, из которых потом удалось синтезировать лекарство, без которого теперь ни одна аптечка не обходится – генетический биорегенератор, или его модификации «Ренерган α».
Прибавив шагу, девушка прошла к терминалу, стараясь не обращать внимания на толпу народа. Но вот у охраны были другие взгляды на несущуюся во всю прыть пассажирку. Думаете, терминал посадки шаттлов кораблей Исследовательского Флота будет в общем доступе? Ха-ха, хорошая шутка… Еще скажи, что на борту военных кораблей выдают первоклассный виски с горной Шотландии, а, и, наверное, со стейками?
- Мисс, это закрытый сектор, ваши документы, - гремя тяжелыми армейскими ботинками, к девушке подошел полицейский: этот сектор использовали часто для грузоперевозок, и, поверьте, там далеко не мебель или электроника… А вот оружие, лекарства, недоступные в аптеке, взрывчатка… Эт можно, эт сколько сердцу угодно, фанат Дикого Запада ты наш…
- Стефани Блейк, ассистент доктора Оуген… - протянула карточку девушка, отдышавшись от долгого бега.
- Что вы тут забыли? Лучше идите подобру-поздорову…
- Сэр, но я… - положив руку на кобуру, коп подошел к «нарушительнице»:
- Последний раз говорю – катись отсюда…
- Успокойтесь, сэр… Она со мной. Кендра Оуген, «Бранденбург»… На звук возни сзади появилась тот самый доктор, с которым недавно разговаривала бывшая студентка из Бостона, все еще стоявшая в замешательстве.
- Мисс Оуген, это закрытая территория, я обязан…
- Пропустить мою ассистентку. Все документы в порядке, лейтенант… - несколько секунд полицейский стоял в замешательстве, но, проверив документы Стефи, откозырял и пошел своей дорогой. Все еще стоя в шоке, девушка не могла и слова сказать – не каждый день стоишь под дулом пистолета.
- Ну? Мы с тобой будем тут день стоять?
- А? Простите, уже иду, мэм, - кивнула ученая, посеменив за своим лидером.
Транспортный шаттл уже ожидал в зоне посадки: небольшой, рассчитанный на 20 человек, с вертикальными взлетом-посадкой… Идеальный вариант для корабля среднего размера, каким и являлся пришвартованный на лунной орбитальной базе «Бранденбург». От лицезрения сотен грузовых и пассажирских кораблей, ожидающих или отправляющихся в мрачные пустоты Млечного Пути, Стефи отвлек шум упавшего контейнера, из которого выпало два автомата с электромагнитным ускорителем заряда…
А снаряга-то военного образца, не на гражданском рынке куплена… Будучи еще совсем молодой девушкой, можно сказать, ребенком по меркам астроволков Федерации, Стефани никак не могла избавиться от навязчивой мысли: зачем научному судну снаряжение, как на заправском военном корабле? В такие моменты у практически любого человека язык чешется, оно-то и понятно, чего б не поговорить? Главное, правильно выбирать собеседника… И доктор Оуген, как и полтора десятка незнакомых человек на борту челнока, слабо подходили на эту «должность», если так можно сказать. Стараясь подуспокоить рой мыслей, девушка просто задумчиво смотрела в иллюминатор.
- Все на борту, как погрузка? – на браслете «часов» Кендры была включена голограмма видеозвонка, качеством куда лучше стареньких часов юной мисс Блейк. Видно, кто-то не против был разжиться элитной техникой класса «Solar ElectroniX», о чем недвусмысленно говорил логотип на браслете.
- Загрузка тяжелого снаряжения не окончена, еще три ящика…
- Поняла. Как только будет готово, доложите, отбой, - и голограмма пропала за несколько секунд. Стараясь не думать о том, что будет на борту челнока, Стефи решила попробовать переключиться на кого-нибудь, кто был рядом: пытаясь справиться с застежкой фиксирующего ремня, пыхтела девушка-ровесница выпускницы Бостона, убирая время от времени так и норовившие попасть на лицо длинные рыжие волосы.
- Гляди, тут клипса, нажми на кнопку и вставь штекер, - увидев ладонь Стефи, девушка кивнула и постаралась застегнуть ремень, что у нее с третьего раза получилось.
- Фух, спасибо… - голос рыжули был слишком нервным, чтобы списать всю историю на мандраж перед первым полетом. Понимая ситуацию, биолог протянула руку:
- Я Стефи, биолог. Дай пять, - слегка улыбнувшись, рыжеволосая пожала руку:
- Привет… Рейчел, журналистка…
- Слушай, ты на измене словно синту везешь, че стряслось? – все заняты своими видкорами, никто особо не обратит внимания на «молодняк»… Так почему этому «молодняку» и не перекинуться словом-другим? Ну, если турбину близкого полета можно перекричать – девочки, вы не думали работать на стадионе, дикторами?
- Да не… Волнуюсь просто… Слыхала, что мы летим к Созвездию Пяти Колец?.. – если бы молодой человек середины 23-го века сказал подобное с восторгом, то удивляться тут и нечему: всю жизнь прожить в тихой гавани, вроде родной Земли, Арктур-Парадайзе или Элизиуме, и тут тебе предлагают отправиться на границы известной Галактики. Мурашечки по спинке-то бегают, не так ли, приятель? Многие люди старше 50-ти редко разделяют такой восторг от звезд: жизнь в тихой-мирной колонии в компании животинок местных да сельской идиллии очень кстати, когда ты повидал много на своем веку. А вот у молодой крови бурлит не только гормональный коктейль – жажда нового, таинственного, далекого… Как когда-то в эпоху Колониальных Империй в 17-18-м веках, золотой эпохе мореплавателей. И даже в 2250-х этот дух открытий человечество и не думало оставлять: пересев с наземных кораблей на звездолеты, человеку покорились пустоты космоса – исследуй, астроволк, сколько душа просит… Но вот голос Рейчел сильно дрожал, как будто она не просто нервничала перед первым полетом.
- Все готово, мэм, можем взлетать, - от размышлений о новой знакомой девушку отвлек парень в форме пилота.
- Отлично. Сейчас на базу «Терешкова»… - молча кивнув, пилот прошел за переборку кабины, после чего электроника на борту одобрительно загудела. Пристегнувшись, Стефани наблюдала, как шаттл отрывается от земли по мере все более громкого грохота турбин: эти гидроводородные приводы для отрыва от поверхности - весьма неплохие штуки, но вот шумные… Беруши не помогут.
Взлетев в режиме вертикального взлета метров на 100, пилот перевел турбины в режим «Полета», отчего шаттл, словно самолет 21-го века, стал набирать скорость, после чего стал стремительно подниматься в небо. Постепенно становилось темнее и темнее, и Стефи, как и все новички на борту, не сразу почувствовали странную легкость: кто-то говорил, что на борту таких челноков есть искусственная гравитация? Ага, небось, еще и свежевыжатый апельсиновый сок подают с бразильским кофе… Глядя в иллюминатор, юная ученая понимала, что это ее последняя возможность сказать миру, в котором она прожила первые 24 года своей жизни, грустное «Пока»… Что, собственно, мысленно и сделала Стефи, главное, чтобы не пришлось говорить «Прощай»…
Глава 2 Добро пожаловать на борт, астроволки…
Луна, орбитальная база «Терешкова», два часа спустя…
Огромный, километров в 70, если не больше, сияющий в лучах Солнца колосс лунной орбитальной станции не поддавался описанию: способный принять одновременно более сотни крупных кораблей класса «Дредноут» или «Линейный крейсер», это была только станция швартовки кораблей: казалось, что сама Луна являлась одним огромным портом, куда прибывали грузы со всей известной Галактики. Но даже такая красота и мощь не могли разбудить Стефи, как и ее новоявленную подругу: провести два часа на шаттле и не уснуть? А мама не учила, что врать некрасиво?
- Диспетчер, говорит борт 258, запрашиваю разрешения на посадку, - из кабины пилота было практически ничего не слышно, поэтому Стефани просто смотрела в иллюминатор, где представал во всей красе транспортный терминал тяжелых кораблей, на котором как раз был пришвартован гигант судостроительного концерна Марса. Корабли, станция, терминалы… Это все, конечно, красиво, но дальние звезды все же куда красивее в своем таинственном свете и мерцании в тысячах световых годах от колыбели человечества. И во многих из них еще не ступала нога человека, и никто не знает, когда ступит…
С момента начала своих исследований звезд земляне посетили уже треть Млечного Пути, за 200 лет это уже немало, но все же из миллионов звезд, если не десятков миллионов, были исследованы менее тысячной доли процента, но даже на сотнях планет, что уже были открыты, миллиарды людей нашли свой новый дом.
В своих еще детских снах Стефани не раз представляла себя путешественницей в удивительных мирах на границе Галактики: например, на Терраферне, планете-саду в районе Моря Теней, знаменитого своими огромными джунглями у экватора и степями западного полушария, или Маунтвальда, на 80 процентов покрытого бескрайними океанами, в недрах которого люди добывают редкие минералы, Элизиуме, знаменитого своими горными цепями… И детское любопытство Стефани никуда и не думало улетучиваться: куда оно может деться у единственной дочки кораблестроителя с Марса? Ее отец за свою жизнь немало повидал астроволков, рассказывающих самые невероятные истории о дальних звездах, куда сердце авантюристов их звало, громко выкрикивая имена в мрачные пустоты межзвездного пространства.
- Эй, соня, давай двигай, - спокойный и приятный голос доктора Оуген вернул мечтательницу обратно на вполне реальную поверхность переборки посадочного терминала. И легкий холод в ногах девушки прямо говорил о реальности происходящего: если бы не высокие кожаные ботинки, ногам Стефани было бы чертовски холодно – палуба этого ангара не предназначена для пляжных прогулок, если что…
Кивнув, девушка посеменила, прям как там, на Земле, за Кендрой и толпой из 30-ти человек, что были на борту шаттла. От очередных мыслей натуралистку снова отвлек вид из обзорного модуля терминала: у дока № 8 стоял большой, метров под 400 в длину, корабль, блистающий яркой звездой на фоне бескрайнего мрака. Если немного напрячь зрение и подсобить своим природным визорам линзочками с полной синхронизацией с мозгом и ЦНС, то на капитанском мостике, напоминающем небольшую рубку, была неслабая возня, словно этот шедевр кораблестроения должен был скоро отчаливать.
- Всему персоналу дока 8 немедленно прибыть к терминалу загрузки 6С, шахтерское оборудование к погрузке готово. Старшему смены отчитаться по окончании погрузки, - голос из динамика хоть и был не особо громкий, но вот эти шуршащие динамики… И куда техническая группа станции смотрит? Вроде и финансирование на уровне…
Эти вопросы могли возникнуть в голове юного биолога, пока она не увидела название корабля, выведенное аккуратными белыми буквами на его борту, и от которого у нее побежали мурашки: «USF[1] Бранденбург». Такие крепыши специально создавались для сверхдальних переходов как раз по заказу Исследовательского Флота, где на заре зарождения были, в основном, только военные корабли: расплавленным плазменным смузи залить каких мразей – это мы мигом. А вот провести год-два без заходов в порт и технического обслуживания – прости, приятель, это в планы не входило. Присев в кресло, Стефи перевела взгляд на свою спутницу, с которой во время полета ей удалось поболтать: эта Рейчел была журналисткой и дочерью видных шишек в Штабе Флота – прям «Адмиральская Дочка», если бы кто-то шибко умный на Земле решил сделать ремейк повести 19-го века.
Взяв приготовленную черно-красную баночку StarCoke, девушка решила немного освежиться: слегка сладковатая газировка, приятно пахнущая корицей, была частым гостем на бортах Федерального Флота – легко производится, легко хранится. А ведь с крепкими напитками в космосе туговато: разумеется, выпивка может выдаваться, но только с разрешения старшего офицера и только нормировано – не более 100 грамм на человека в земные сутки. А такая газировка – пей сколько твоя исследовательская душа пожелает, астроволк! Слегка подосушив баночку, девушка подошла к своей спутнице, скучающей у обзорного иллюминатора:
- О чем задумалась? – вопрос биолога застал Рейчел врасплох, и она не сразу поняла, в чем дело:
- А… Да нет. Просто как-то прям в детство вернулась…
- Ого, а что там было, в детстве? – Стефани была только биологом, но кто сказал, что это запрещает быть любопытным?
- Я у тети с дядей жила. И сестренкой младшей, Кортни. Каждый раз, как моя мама возвращалась с рейса, она командовала транспортным судном, рудовозом. Я стояла у транспортного терминала, пока ее «Фландриец» разгружался. Могла простоять очень долго, порой, и по 12 часов стояла… Но каждый раз, как в терминале появлялась мама в своей кепке, я бежала со всех ног… - самые теплые воспоминания у человека чаще всего – это воспоминания из детства. Особенно, если ты своих родителей видал всего несколько раз, а первые 19 лет своей жизни ты провел в канадской глубинке в компании своей тетушки с, конечно же, фирменным ягодным пирогом со сливками. Но вспомнить самые яркие моменты своей жизни-то приятно, как ни крути…
- Знаешь, ты немного напомнила мне о моем отце. Он главный инженер на Марсе… Тяжелые корабли проектировал, - разговор - это не допрос, кто-то запретит включиться в него? Хороший вопрос…
Неспешно болтая, новоявленные подруги не заметили, как прошло несколько часов. Оно-то и правильно: когда рядом неплохой человек и знатный собеседник, время как-то само собой проходит, это не перед монитором на учебе подыхать, хе-хе…
Не успев толком раззнакомиться, Стефани после вызова от Кендры побежала по транспортному терминалу, где было уже почти все готово для дальнего перехода.
Судно «Бранденбург» встречал будущий экипаж своей чистотой и великолепием: белые глянцевые стены, такие же полимерные панели на палубе и куча автоматических дверей, которые открывались при приближении человека с чипом-пропуском на среднем пальце.
Каюты научной группы находились в отдельном отсеке правого борта, где были как лаборатории, так и хранилище образцов, по понятным причинам, в данный момент пустое, как банка из-под пива. Эх, вот если б на флоте подавали баночку холодненького пивка к ужину…
Что нужно настоящему астроволку на просторах Млечного Пути? Особенно, когда заход на торговую станцию или аванпост маячат как шансы выпить стакан виски перед командиром и не получить по пьяной заднице заботливого пинка? Ответ предельно простой, не особо-то и много нужно: еда по расписанию, удобная одежда да снаряга хорошего качества. И самое главное… кровать. На египетский хлопок, конечно, не рассчитывай, друг ты наш сердечный, но вот на качественный и удобный синтолен – ради духов звезд! Приятный, дышащий, по ночам холодненький… Красота… И Управление Исследовательского Флота за этим следит в оба внимательных глаза.
Каюта будущего светила биологии встречала уютным, почти домашним, убранством: двухъярусная, заправленная свежим бельем, кровать, шкаф и шикарный панорамный монитор: думаете, младший ученый будет с утречка наслаждаться видами Южного Креста или Орионом в режиме реального времени? Э, брат, такая плюшечка, ну разве что, только для старших ученых доступна, вроде дока Оугена. Кроме мини-барчика в шкафу, еще был в каюте стол с компьютером и интегрированным модулем дистанционного управления. Если по-человечески: когда ты хочешь поработать с файлами на компе в режиме реального времени при помощи своих линз, к примеру, ты можешь установить синхронизацию с компьютерным МДУ[2] – и вуаля! Только аккуратно, на поворотах заносит… И голова болит…
Бросив вещи на верхнюю койку, Блейк открыла шкаф, где висело два «Приветственных комплимента» от Флота: толстовка с символом флота, кофейная кружка с аналогичным символом, планшет и новенький, совсем еще с завода, автоматический ассистент – потомок легендарного «Смартфона» начала 21-го века.
На планшете был только один файл с приветствием, который нетерпеливые пальчики Стефи поторопились включить:
- Приветствуем и поздравляем вас со вступлением во 2-ой Федеральный Исследовательский Флот. На протяжении тысячелетий мы, люди, стремились к новому, неизведанному. Смелые и храбрейшие из храбрых наши предки несли факел человечества, освещая новые земли и новые знания для потомков нашего народа. И даже спустя столетия с эпохи Великих Открытий, после легенд Колумба, Поло и Магеллана, мы продолжаем славную традицию Великих Открытий, когда открылся нам путь к дальним звездам. Вся Земля, вся Федерация, все человечество смотрит на нас, на свою надежду, на свое будущее. Будем рады разделить с вами ваш триумф и доброго вам пути, астроволки! – и запись прекратилась…
- Мда… Прям как в играх… - несмотря на явный пафос этой речи, определенные мурашечки по спинке-то побежали у Блейк.
Стараясь не придавать особого значения этим пожеланиям, Стефи взяла в руки толстовку и только сейчас заметила, что за толстовкой висела еще и куртка с нарукавной нашивкой. Надев ее, девушка перекрутилась перед монитором и не заметила, как сзади кто-то подошел:
- Мир тесен, Стеф… - все та же рыжуля, что составила компанию в терминале биологу, стояла перед уже членом Флота и улыбалась в своей манере.
- Вау, вау, а тебе чертовки идет! – кинула сумку на койку соседка, а затем сама плюхнулась на ортопедический матрас. Откинувшись к стене, Стефани только сейчас заметила небольшой чайничек, пустой, о чем говорил термостойкий прозрачный корпус, но совсем новый.
- Слушай, щаз тут разберу вещи – давай чайку сбацаем, а? Мне бабушка в дорожку передала целую кучу – семейный рецепт… - слегка улыбнувшись и кивнув, биолог сама открыла свою коробочку вкусняшек.
- И с печеньками тогда! – перетряхивая вещи, девушка вынула пакет с печеньками, судя по крошкам и шоколаду в них, домашними… Такие среди звезд трудно найти.
- А знаешь, мой старик мне еще говорил: «Чай без вина – пейте без меня»… - и все-таки, если из детства ты запомнил такие забавные перлы своих предков, ну, значит, детство у тебя прям задалось… И хоть управление марсианского судостроительного концерна и не жаловало выпивку, но у главного инженера-то есть какие-то привилегии, не так ли? И что раньше, что и в космическую эпоху: уставы да регламенты разными с жизнью дорогами ходят, и пытайся сколько угодно вытравить из коллектива отношения, кроме уставных – это все равно что вездеход на спущенных шинах по ледяной дороге толкать – попросту без толку.
- Сорюмба, не пью, - скорчила милую рожицу Рейчел, доставая печенье. Открыв баночку с чаем, Стефи дала ее соседке, и в ноздри журналистки ударила ярчайшая палитра диких трав, сушеного лимона, имбиря и ягод. От наслаждения тут только и остается, что прикрыть глаза:
- Вау… Это твоя бабушка собирала?
- Ага, она у меня травница, семейный рецепт. Я, правда, не знаю, что там, но этот вкус круче той пыли, что еще чаем называют, - легкость характера и юмор всегда помогали Стефани в жизни, и хоть она иногда и казалась легкомысленной девочкой, внутри она была куда умнее многих сверстников. Подойдя к компьютеру, биолог пару раз тыкнула по монитору, откуда появилась голограмма паренька в толстовке и кедах:
- Приветствую вас. Чем бы я мог вам помочь?
- Организуй нам кипяточку. Пол-литра…
- Конечно, мисс Блейк. Ваш запрос будет выполнен в ближайшее время. Я доложу по исполнении, - приятный голос голографического ассистента был мягкий и успокаивающий – лучший собеседник после тяжелого трудового дня в лаборатории или на аванпосте, когда ведется разведка планеты. У таких штук есть одна классная функция: если включить режим «Общение», то такие голограммы могут себя вести совсем как люди, даже голографический чай себе сделать – прям настоящее чаепитие в воскресном парке! И тон ассистентов не отличишь от человеческой речи – продукт работы нейросетей на основе интеграции в нейроны человеческого мозга. Все-таки, величайший и гениальнейшим компьютером за всю историю человечества был и остается тот самый комочек белого и серого вещества, что управляет человеком с первого удара сердца.
Пока кипяток готовился, Стефани растянулась до хруста в руках на койке – а этот матрас действительно удобный! Глядя в потолок, она задумалась о своем и не заметила, как на нее полетела толстовка:
- Чего стынем? – улыбнувшись, Стефани в ответочку кинула подушкой, приложившись ровненько в голову новой подружки.
- Бой подушками! – обе весело стали молотить друг друга этими мягкими мечами, пока совсем не выдохлись и не рухнули на пол.
[1] USF – Universal Star Finder (Универсальный Звездный Искатель) – класс кораблей Федерального Исследовательского Флота для поисков новых звездных систем и планет.
[2] Модуль Дистанционного Управления
- Ну как, обживание полным ходом идет? – в эту минуту обе не заметили вошедшего доктора Оуген, в куртке и штанах Флота. Уж кого-кого, а своего начальника Стефи тут не ждала…
- Эм… да, мэм?
- Да ладно тебе, все молодыми были… Ток гляди, мне журналистку не убей, хер нового выпишут…
- Да-да… Мисс Оуген… - но шутливый тон ученой ее саму рассмешил:
- Да ладно тебе, просто Кендра. Нам тут еще кучу хрелионов миль лететь, еще задолбаешься, - еще в свою бытность преподавателем флоры планет-садов в Бостоне Кендра Оуген славилась тем, что не была особо сторонницей уставов – если она доверяла человеку, то всегда обращалась к нему по имени, как и позволяла к себе подобное. Но даже среди трех тысяч студентов-биологов на ее кафедре лишь несколько человек обладали такой привилегией, в том числе и юная мисс Блейк, все-таки, как тут не общаться преподавателю-ветерану со своей дипломницей, а потом и магистрантом?..
- Поняла-поняла… А вы, Кендра, будете чай? Клянусь маутвальдовским гипнопазором, такого чайку вы не пробовали! – и все-таки в свои 24 Стефани умудрилась сохранить ту самую искорку первооткрывателя, которая есть почти у каждого человека с самого детства. Ведь почти все детишки, особенно, когда растут в пригороде, когда выбираются гулять, воображают себя великими путешественниками и авантюристами, разгуливая по сельским дорогам, даже в космическую эпоху не закатанных в бетон да асфальт. Прогуляться с друзьями по таким лесам, разбить лагерь, палатку, пожарить колбаски с хлебушком да зефирок на костре… Дух само по себе захватывает, да, дружище? И лишь немногим эту жажду нового удалось сохранить. И как это сделала уроженка Бостона, так и осталось загадкой Земли.
- Да не, дорогая, я тут так заскочила. Скоро уже отчаливать будем, лучше давайте на мостик, посмотрите, - радостно кивнув, биолог подхватила свою журналистку и посеменила по яркому коридору со своей труженицей пера да блокнотика.
- Мисс Блейк, ваш кипяточек… А, вот же люди какие… непостоянные, что ли… - тихо пробурчал ассистент, после чего отключился, закрыв кружки с кипятком в нише, а то мало ли, придут новые жильцы, увидят, что кипятка нет, скажут техникам, а эти мозголомы придут копошиться в нейро-коммуникаторах и начнут полоскать электронный мозг. А оно кому надо?
Глава 3 Первые шаги на просторах Галактики.
«Бранденбург», капитанский мостик.
- Проверка основных систем завершена. Силовая установка, центральное ядро сверхсветового модуля, навигационные маяки и системы автокорректировки курса работают штатно, - монотонно раздавалось у консоли управления, у которой уже сидело два пилота, готовящихся к отлету:
- Статус внутрисистемного модуля[1]?
- Внутрисистемный модуль работает исправно, уровень Гелия-3 – 95% Статус: идет заправка. Расчетное время окончания – 15 минут.
- Температура ядра?
- Центральное энергоядро в нормальном состоянии, температура – 300 градусов. Отчет технической группы предоставлен час назад.
- Принято, завершить отчет.
- Ясно, лейтенант Вайс, отчет завершен, - и все-таки, эти ассистенты что-то чудесное, особенно, когда интегрированы в бортовые системы корабля. Главное, не обидеть электронного друга, а то и подшутить может, самую малость – отключит бортовую СЖО[2], и всего делов. Вот тогда этот ассистент знатно поржет… Да не переживай, приятель, эти ж парни связаны протоколами безопасности, там комар носа не подточит, так что бояться нечего, бортовой ВА[3] прикалываться не будет… Или нет?
- Капитан, все бортовые системы работают исправно, в данный момент ведется заправка, расчетное время – 15 минут, - сидя в своем капитанском кресле над пилотами, старший офицер неспешно пил недавно заваренный кофе и наблюдал за станцией, от которой все еще шли заправщики к бакам его судна.
- Прекрасно, Дени, прекрасно… - отставил кружку капитан и потянулся, звучно хрустнув суставами. Этот астроволк выглядел где-то на 40, однако пышные бакенбарды добавляли ему пару циферок в досье. Отпив еще горячей бразильской амброзии, капитан подошел к иллюминатору, разглядывая едва виднеющуюся за Луной и станцией Землю. И как бы далеко и высоко человек ни летал, никогда нельзя забывать то место, где ты только делал свои первые шаги, спотыкаясь и тихонько хныкая, ну, или матерясь. И, несмотря на сотни миров, встреченных людьми, Земля все еще оставалась их исторической Родиной. И пусть многие из них никогда не ступали на почву родного мира человека, но все же для каждого жителя Федерации Земля – это нечто большее, чем просто цветущая планета-сад, как, например, Маунтвальд или Терраферн. По крайней мере, это было как раз про Эдварда Нэйроса, капитана этой посудины, а в прошлом капитана крейсера «Саксония», воевавшего в годы Второй Сепаратийской Войны несколько лет назад.
От размышлений о красоте Земли капитана отвлекло странное копошение на мостике и открывшаяся автоматическая дверь.
- Кендра, какой сюрприз! – от души пожал руку офицер своей старой коллеге. Чай, не впервые бороздим Млечный Путь!
- Все еще кофеевничаешь, Эдди? Вот три вещи не меняются: сэндвичи с консервой на завтрак, подгоревшая яичница на камбузе и ты с чашкой кофе…
- А ты все такая ж обаяшка. Я-то думал, ты уже замуж выскочила.
- Ага, не дождешься. Кто тогда будет тебя откачивать, когда ты намешал виски и чуть себе бакенбарды не спалил сигарой? – слегка усмехнулась ученая, отчего даже слезы выступили на этих карих глазах. От разговора эту парочку отвлекла возня у консоли управления.
- Вы чего тут забыли? Сэр!
- Чего тебе, Денни? – отставил кружку кофе капитан, взглянув на своего штурмана.
- Какого хера тут забыли эти гражданские? Сюда ж им нет хода!
- Да ладно тебе, пусть посмотрят, как отплывать будем! – некоторое время офицер просто молчал, а затем вернулся к консоли:
- Только, док… Скажите своим девочкам, чтоб не мешали, - но это было лишнее – Стефани и Рейчел были не глупышками. Прилипнув к иллюминатору, они любовались безжизненными картинами Луны с редкими огнями лунной базы. Вся основная жизнь на младшей сестренки Земли происходит под ее поверхностью, в бесчисленных коридорах лунного комплекса.
- Проверка ЦП модуля управления… Состояние систем жизнеобеспечения… Начать процедуру запуска реактора… Уровень энерговыработки – 78%. До оптимального уровня расчетное время установки – 20 минут… - полумеханическим голосом раздавалось из бортового компьютера. Все-таки этот корабль чем-то напоминал огромный организм, а этот БИЦ был его и мозгом, и сердцем.
- Сэр, все системы включены, заправка окончена, разрешите запустить протокол отлета? – развернулся на своем кресле штурман, стараясь не обращать внимания на «неучтенных лиц», как иногда называли членов экипажа, у которых не красовалась красивая α на пропуске.
- Разрешаю. Дайте этому малышу разогнаться… - наверное, никто не испытывает такой гордости, как капитан во время старта его корабля. Все-таки, для капитана корабль - не просто каркас, обшитый армированным титаном с полимерами, сталью и углеродным волокном, начиненных, как банка сардин, электроникой, хотя и без этого тоже трудновато корабль назвать кораблем. Это нечто большее, это… свобода… Идешь, куда хочешь. И нахер все Уставы да регламенты: только ты, астроволк, консоль твоего корабля и бескрайние просторы Галактики, ожидающие в своих далях первооткрывателей из этих титановых колоссов.
Взяв контролер управления, Денни даже улыбнулся от того, что вся бортовая электроника одобрительно загудела. Словно по волшебству, этот гигант с Марса начал двигаться от стыковочного дока, предварительно убрав транспортные шлюзы, отчего даже палуба чутка гудела.
- Внимание экипажу, приготовится к ускорению, - устроившись поудобнее в кресле, капитан вывел на свою консоль все параметры корабля и открыл карту Солнечной Системы.
- Заглушить сверхсветовой модуль, реактор перевести в Фазу-2 для внутрисистемного модуля, - особенность кораблей землян в том, что внутри звездных систем они практически никогда не превышали 90% скорости света – от Земли до Плутона можно добраться всего за 4 часа, при этом контролируя всю обстановку за бортом: а то вот какой космический ковбой захочет устроить родео на разбушевавшемся энергоядре сверхсветового модуля и вмажется куда в Сатурн, и хрен с ней, с планетой-гигантом – экипаж все равно в тонкий блинчик спрессует в этой банке из-под космического пива, а крупный корабль, вроде тяжелого крейсера, если вмажется в планетку вроде Марса, снесет ее добрую половину, из-за чего астероидов будет, что фриков на распродаже в торговом центре, и интересно, какую же планетку похоронит первой, если астероиды разлетелись из кусочков коры Марса?
Тем временем, выполнив разворот, титановый красавец «Бранденбург» начинал свой вояж, постепенно отдаляясь от Луны.
- Так держать, лейтенант, курс на Плутон, к станции «Гагарин».
- Да, капитан, маршрут построен. Реактор переведен в Фазу-2, начинаем набор скорости. Уровень Гелия-3 стабилен… - прикурив сигарету, Кендра наблюдала за своей подопечной и слегка улыбалась: когда-то давно, десятка три лет назад, она стояла на похожем корабле и с наслаждением любовалась красотами Марса и его спутниками, пока отходил ее первый корабль «Викинг». Глубоко затянувшись этой химозой, каким-то психом из Штаба именуемой «Табаком», доктор Оуген подошла к загипнотизированным красотами Галактики девушкам:
- Девочки, вы пока тут будьте. В 6 вечера будет приветственная вечеринка в кают-кампании, - предупредила Кендра свою ученицу и ее подружку и, докурив сигарету, вышла с мостика. Несмотря на тяжелые переборки на борту, цокот от ботинок ученой было слышно еще несколько мгновений, как переборка в БИЦ закрылась. В голове Стефани все еще была мысль что, возможно, она сделала ошибку, согласившись лететь в неизведанные регионы Млечного Пути. Можно было бы лететь куда-нибудь в район Скопления Вояджера или Сигмы Странников на севере Галактики. Как бы то ни было, но отправиться в таинственный мрак Млечного Пути – весьма опасная игра. Но лучшие игры всегда опасны, особенно под прекрасным мерцанием далеких и дивных звезд…
Конец первой части.
[1] Внутрисистемный модуль – второй двигатель корабля, предназначенный для досветовых полетов. Применяется для полетов внутри звездных систем. Второй же, внешний модуль, использует «Принцип Искривления струн Кеплера» для сверхсветовых полетов, используется уже для перелетов между созвездиями.
[2] Система Жизнеобеспечения
[3] Виртуальный Помощник
Часть 1 Ледяная Пустошь. Глава 1. Добро пожаловать в морозилку.
Из личного дневника Стефани Блейк. Запись от 28 января 2260:
Признаться честно, я не думала, на что вправду похоже путешествие меж звездами: те, кто летал к Прото-Центавре или Арктуру могут свое особо важное мнение оставить в своем пальто. Пока я была студенткой в Бостоне, я изучала работы адмирала Штайнера, первопроходца в Созвездии Хокинга. Но особо не обращала внимания на его записи о быте: их попросту не было. А другие записи исследований, к сожалению, находились вне моего доступа. Интересно, и почему Исследовательский Флот так неохотно делится записями?.. Полагаю, нет смысла описывать быт на борту «Бранденбурга», пока мы летели сюда, в Бетту Адриатики. В основном я работала в лаборатории совместно с Кендрой и ее коллегами, своего рода, стала даже «Дочерью Полка», как меня в шутку прозвала доктор. Пока мы не покинули Солнечную Систему, я познакомилась с нашим подрывником, что будет в моей команде. Роджер Айрон. Очень странный тип… Чувствуется что-то в его взгляде. До этого вояжа он работал на Шааране, горнодобывающей вулканической планетке на отшибе. В таких мирах крышу многим рвет, когда единственный шанс подышать нормальным воздухом – кислородный баллон.
Кроме моих таких знакомств, я и весь молодняк на борту усиленно тренировались под руководством мистера Волка, или, если заглянуть в пропуск, капитана Турмана, командира группы высадки – Боже, и как он не выдыхается, когда мы бегали на стадионе: чувство, что он может пробежать хоть полсотни миль и декламировать в процессе с выражением Шекспира или Вольтера – отдышка с ним в диких контрах. Что тут говорить: он ветеран Второй Сепаратийской, я даже как-то у него заметила нашивку полевого командира со звездой на куртке. Такие за красивые глазенки точно не раздают… По правде говоря, я пыталась как-то поговорить с ним, расспросить о прошлом, поболтать, но он постоянно мне отвечал хоть и вежливо, но с холодом жидкого водорода: «Мои извинения, мисс Блейк, не могу вам сказать»… Робот-бука… Но этот робот что-то скрывает, только что, мне пока неведомо. Но, тем не менее, наша первая настоящая работа сейчас в иллюминаторе у меня перед глазами – планетка Цаара, в системе Гамма-4. Даже становится интересно, что ожидает меня там, в ледяной пустыне…
Конец записи.
На что похож космический перелет на несколько десятков световых лет? На этот вопрос бывает ответить очень трудно, но вот если выловить любого космического волка где-нибудь на узловой станции, скорее всего, в районе бара, и поставить пивка с закуской какой, то он много тебе, дружище, расскажет: например, что это однообразие: ты встаешь, умываешься, завтракаешь (еда, кстати говоря, нормалек), правда, от омлета и каши почему-то пластиком несет, (хм, сублиматами запахло), но не суть, потом идешь на смену, работаешь, выкуриваешь сигарету, обедаешь, снова за работу, тусуешься в модуле нулевой гравитации, смотришь что-нибудь на своих Биобелах, что успел накачать: Сеть за пределами узловых станций и колоний… Это что-то из ряда фантастики. Тут скорее поверишь, что какой-нибудь экипаж высадится на планетке, населенной эльфами, и замутит мутки-замутки с милашками-эльфиичками. Потом ужинаешь, на ватных ногах тащишься, что тягач с разорванными в хлам ходовыми, в каюту, закуриваешь и бухаешься на подушку койки. Некоторые ученые даже говорят, что в космосе меньше устаешь, и что после 6-7 часов чуткого, под слабое гудение палубы, если каюта рядом с техническим блоком корабля, сна человек будет бодрым и совсем не хотеть спать.
Если ты, приятель, большую часть жизни прожил в поселениях на астероидах, на узловых базах и орбитальных станциях различных планет, то вполне возможно такое высказывание смахивает на правду. Но когда ты всю жизнь прожил на уютной планетке вроде Земли или Арктур-Парадайза с Фарландом, то таким ученым хочется с чувством сказать: «Пошли нахрен, яйцеголовые»… С непривычки к искусственной гравитации трудновато привыкнуть, и тем более спать. Но вот что будет настоящим сюрпризом: модули «Zero-G» - они почти на любом корабле есть, что ходит в дальние переходы. Разве что только военные не особо охотно такие принимают: проблемы с целостностью корпуса, наверное. А «Бранденбург» никогда и не был военным кораблем.
Включив на коммуникаторе красивую мелодию, Стефани медленно парила в воздухе, наслаждаясь ледяным миром за бортом – ощущение, что смотришь на живое воплощение старой, как мир, песни «Зимняя страна чудес». Если б не температура днем в районе -140 градусов, то это местечко вполне могло бы стать фешенебельным курортом для любителей отморозить себе зад.
- Хм, странно… Если кубик льда такой огромный, то какой же стакан лимонада?.. – в космосе иногда бывает трудно сосредоточиться на чем-то одном, даже на научном борту – слишком много нового, чтобы просто сесть на стул и смотреть на сраный отчет… Для ветерана, вроде Кендры или того же Турмана, космос – это просто космос, а не страна чудес, как для юной мисс Блейк или Рейчел. Во всяком случае, первые впечатления всегда особенно яркие, это уже потом тебе все равно на звезды, кометы и космические облака, если корабль проходит мимо них.
Сделав несколько сальто, биолог подлетела к панорамному иллюминатору и коснулась, вернее, шмягнулась, лбом о холодное стекло. Сам модуль «Zero-G» был небольшой, метров 20 каких в высоту. Но для коротания времени до отбоя подходит идеально: такая приятная легкость и воздушность, что даже тяжелые мысли про сложности быта на борту как-то сами собой улетают, словно после каждого глотка виски в баре. Хоть с выпивкой на кораблях Флота и строго: не более 100-150 грамм рома, виски или водки на человека, но как же круто подкопить немного выпивки, накатить – и в модуль сигануть. Ощущения незабываемые – только б не блевануть… И словно гром среди ясного неба… вызов от Кендры:
- Дуй в конференц-зал на третьей палубе. Начинаем через 10 минут, и только попробуй, Блейк, мне опоздать, - хоть тон и спокойный, но, проклятие, лучше б Кендра материлась, а этот тон…
- И любит же начальство все обломать… Ну-ка… - пытаясь плыть, Стефи долетела-доплыла до поручней шлюза и поднесла чип-пропуск к сканеру. И удобно же, что этот чип фиксируется на левой ладони – спецпокрытие, мыть можно – не спадет! Когда шлюз закрылся, из динамика раздалось: «Зона нормальной гравитации, пожалуйста, держитесь за поручни до полной адаптации». Даже и не важно, сколько ты летал в модуле – мышцы на то и мышцы, что моментально расслабляются, и даже к земной гравитации привыкнуть снова, мягко говоря, тяжеловато. Ощущение, словно тебе на спину накинули рюкзак и килограмм так 30 кирпичей до кучи… Но час в условиях нулевой гравитации – это не месяцы, как когда-то было у первых космонавтов. Пара десятков метров проковылять до монорельса: и снова комфортно на своих двоих, дружище, ходим. По крайней мере, пока тебе снова не приспичит полетать в нулевой гравитации, приятель…
* Пять минут спустя, третья жилая палуба, конференц-зал.
Сидя напротив голографического проектора, человек тридцать научной группы, куда входила и Стефи, ожидали начала инструктажа: уже через час два транспортника с первопроходцами на борту отделятся от уютного звездного гнездышка, приютившего более четырех сотен человек самых разных квалификаций на своем борту.
- Дамы и господа, в данный момент мы находимся на орбите планеты 589-H, или, как многие из нас ее окрестили, Цаары. И да, неплохо придумали, спасибо… - у проектора стояла никто иная, как лидер научной группы корабля доктор Оуген, время от времени поправлявшая свои длинные рыжие волосы.
- Согласно анализу передовой группы и орбитальному сканированию, уровень кислорода в атмосфере всего 10%, поэтому всем носить костюмы с функционирующей СЖО, это тебя, Роджер, касается как никого больше, ясно?
- Да ладно вам, док, че было…
- Ага, ага… Далее: на планете сильные ветра из-за постоянно падающего и поднимающегося давления – соблюдайте осторожность. Ну, и температура -140 градусов: если кто любит понырять в прорубь – я приду на ваши похороны, - минутка черного юмора во время инструктажа перед высадкой на новой планете? Звучит как сверх, мля, надежный план. Настроение, как минимум, поднимет.
- Судя по анализу, в районе аванпоста первой группы сейчас сильные ветра и снежная буря – мы высадимся в квадрате 3, в ста километрах от базы. Заодно и познакомимся с этой планетой. Более подробно лидеры групп уже расскажут на месте. Есть вопросы? – где-то на минуту в зале наступило затишье, и Кендра восприняла это как «Вопросов нет».
- И касательно безопасности: на поверхности держаться всем вместе, никому не отходить далеко – в таких бурях ничего не видно в радиусе более метра. Если кто отстанет – земля вам пухом, поверьте, в таком холоде вы умрете раньше, чем вам придут на помощь. И опыт Колдера это доказывает… Если мы закончили – в транспортный отсек, нас уже заждались, - и комната наполнилась шумом двигающихся стульев.
Летная палуба, десять минут спустя.
- Типичные новички, даже тут опоздали. Роджер, Стефи – получайте СЖО и оружие у интенданта, скоро выходим… - оба члена группы Кендры пулей понеслись к интенданту группы высадки: хавка, снаряга, стволы – все к этому пареньку лет 20-ти в старой армейской кепке, которая, видно, от отца еще досталась…
- Кайл, мы к тебе за обновками, - открыл дверь в «Офис», а вернее, на склад в состоянии вечного учета, Роджер, пустив свою спутницу вперед.
- Че, неохота морозиться? Эт правильно, Родж, и… - указал ладонью в сторону девушки интендант, вот только никак не мог вспомнить имя.
- Стефани. Стефани Блейк… - в отличие от своей знакомой, Роджер уже бывал у дальних колоний, к примеру, на Шараане, вулканической планете в созвездии Гефеста. Парнишку подобрал «Бранденбург» во время прохода у Плутона, с грузовой станции, как и группу военных под командованием капитана Турмана, или «Мистера Волка».
- Окей… начнем, пожалуй, с дам… - открыв планшет, он несколько раз поменял страницу записей.
- Так, Стефани… Костюм СЖО ближнего действия, аптечка, аварийный набор и табельное… Ща достану, богатырь, давай помогай, тяжелый… - и не без помощи подрывника синий ящик снаряжения оказался на столе.
- Так, твой костюм… Тут интегрирован прото-скелет, он усилит твои физпоказатели… - встав в «ботинки» костюма, Стефани поднесла свой коммуникатор к модулю дистанционного управления на корпусе костюма.
- Синхронизация завершена. Соединение стабильно. Ожидаю указаний, - раздалось из коммуникатора на запястье биолога.
- Эм… Надеть костюм, - прислонившись к спинному отсеку скафандра, Стефани даже через футболку почуяла прокладку из гидросиликона внутри – ощущение, как угодил в цистерну с жвачкой. Прикрыв глаза, девушка просто ожидала, пока костюм полностью не поглотит ее тело. И, открыв глаза, увидела перед собой только лицевой дисплей скафандра, на котором кроме изображения кабинета интенданта, ничего не было. Как вдруг появилась светло-голубая надпись: ««Ребризер V2.87» Загрузка основных систем. Проверка гидравлики… Все системы в норме». И даже карта с компасом и навигационным лазером, о наличии которого предупредило уведомление на дисплее, появилась в шлеме. Попытавшись сделать первый шаг, Стефани едва не снесла переборку склада интенданта – эта махина и вправду усиливает возможности водителя.
- Системные неполадки, переход на повышенные параметры… - и после нескольких секунд калибровки костюм стал для девушки, словно закрывающий все тело купальник: обтягивает, но не мешает. В это время Кайл включил свой коммуникатор:
- Винц, у меня один вопрос: какой придурок делал калибровку для снаряги Блейк? Она мне тут чуть палубу не разнесла! Слушай, или ты со своими делаете нормальную калибровку приводов обратной связи в СЖОшках, или я кое-кого в ближайшую мусорку кину. Догадайся с трех раз кого? – и хлестким махом пальца отключил связь, оставляя одного из техников раздумывать над его словами.
- Лады, теперь твой ствол… - отперев ящичек, Кайл вручил водителю сияющий свежеотполированным титаном корпуса пистолет.
- G.A.S.W MR2, стандартный армейский пистолет. 25 патронов, легкий корпус – за себя точно постоишь, красотка, снеговики не тра&нут…
- Ага, как бы сама их не оттра&ла, - крутила эту титановую бляшку в руке ученая, примеряя ее в руке: система обратной связи костюма давала знать, что в руке водитель что-то держит. Опытные пользователи в таком костюме могут поднять и опустить яйцо, не разбив его.
- Наши парни откалибровали твой костюм, у тебя должен появиться статус оружия в руке. Еще должна быть система автоприцеливания, если ты держишь ствол навскидку. Это перекрестье такое, ты его видишь? – поводив глазами в стороны, Стефи не сразу заметила эти белые циферки «25 - 200» - и даже схему боепитания пистолета над счетчиком патронов, а также перекрестье по центру лицевого дисплея.
- Ага, вижу…
- Кончай уже пушкой махать, чай, не пугач! – водить в стороны заряженным армейским пистолетом – так себе удовольствие, и каким хером у этой бостонской девочки его не забрали, пока она кому брюхо не продырявила.
- Тут магнитный замок, на него вешай, - следуя указаниям Роджера, авантюристка прислонила его к пластине-кобуре.
- Оружие на предохранителе, присоединено, - высветилось уведомление на дисплее. Эх, хорошо, все-таки, что они высвечиваются в верхнем правом углу, а не по центру, мешая видеть.
- Так, еще аварийный комплект и сканер… Вот, в общем, - примагнитив сканер к левой ноге, а также к спине комплект, девушка, сначала осторожно, а потом уже чуть ли не бегом, подбежала к Кендре, которая уже была в таком костюме. Увидев свою подопечную у транспортного шлюза, ученая кивнула, и тут перед авантюристкой, только надевшей костюм, на дисплее появилось лицо Кендры, с теми же длинными рыжими волосами, так и норовивших попасть в нос.
- Это закрытый канал связи, будем общаться тут, ты, я, Рейчел и Роджер, а теперь в шаттл, - суметь услышать хоть чей-то крик, когда снаружи ветер под 200 км в час делать может и снежная пелена перед глазами, что дальше носа нихера не видно – приятель, вот честно, по-братски… Где надыбал импланты такие, а? А если не импланты, хм, так смолива своего отсыпь, чую, с него плющит знатно… Ток начальство б не спалило твой галюничный бульон…
- Все на борту! – в течение пары минут уже и Роджер, как и два десятка человек на борту транспортника, были готовы к отправке на поверхность планеты, о чем недвусмысленно намекала дрожь дна шаттла и рев водородной турбины в транспортном терминале: эта махина покидала палубу «Бранденбурга»…
Глава 2. Думаете, это просто ледяная глыба?
Из личного дневника Стефани Блейк. 29 Января 2260.
Мы уже вторые сутки болтаемся на орбите этого ледяного шара. Кажется, что этот мир ничего из себя не представляет – ледышка и ледышка. Но вот Кендра выглядит очень взволнованно, я, по правде говоря, никогда ее не видела такой взвинченной – она даже забыла сегодня в кофе себе добавить сливки, хотя, по ее словам: «Эту флотскую дрянь невозможно пить без пакетика сливок и сахара». Проклятие, и где она умудрилась достать настоящие сливки, а не этот порошок с Фарланда. И при этом выкурила почти полпачки сигарет – хотя она в день она чудо, если штук 5 высмолит. Видно, ей не до дерьмового вкуса этой флотской синты. Ну ладно, вся эта возня осталась там, на титановой палубе нашего «Бранденбурга». Вчера впервые примерила костюм СЖО, благодаря интегрированным гидроприводам он почти не ощущается, словно надел комбенизон, но при этом этот комбинезон мало того, что содержит кучу полезных штук, так еще и защищает от экстемальных температур – снаружи на поверхности сейчас около минус 140. Холодно… легкие застываю, если послушать Кендру. По плану мы должны высадиться недалеко от передового аванпоста, там разместиться, ну, а потом полететь-пойти-поехать туда, куда нас забросит злодейка-судьба. Проклятие, к концу этой экспедиции стану, наверное, поэтом, если череп себе не отморожу. Черт подери, ну и холодрыга!
Конец записи за 29 января.
Спустя примерно минут десять после вылета с борта корабля шаттл некоторое время трясло от сильного ветра: и угораздило же пилота угодить в снежный шторм. За бортом эту пелену можно было хоть ножом резать – проклятие, ну и холодрыга! Слегка замедлившись, шаттл ударился днищем о снег, словно упал на подушку: толчка почти не чувствовалось.
- Всем отстегнуться, забираем барахло, к выходу, бегом… Всем перейти а режим поддержки нормальной температуры – я ваши трупы опознавать не подписывалась! – видеосообщение дошло до всех, кто был на борту, и все спешно проверили режим скафандра – когда опуститься аппарель, легкие на этой холодрыге заледенеют за пару секунд, чертыхнуться не успеешь! Медленно опускаясь, грузовая аппарель открывала за собой сплошную снежную пелену, если б не скафандры, в грузовом отсеке уже были б два десятка ледяных кубиков, осталось только найти большой стакан газировки – не пропадать же добру!
- Проверьте карту… Я – синяя точка. Следуйте за мной, не растягиваемся. Лангври, Локк, Паркер, Рико – хватайте ящики, ваши прото-скелеты мощнее наших. Рейчел, запись о высадке. Стефани, Роджер: доложить о статусе…
- Все в норме, готовы к выдвижению, - подобный ответ был вполне стандартным для отчета, и для Кендры его вполне хватило.
- До передового аванпоста нам топать километров 10. Транспорт далее не идет – электромагнитные помехи атмосферы. Нас уже ожидает оперативная группа Турмана… Рейчел, Стефани: кончай снежки кидать. Набрала ж детишек… - как же повезло, что последние слова Кендра говорила по личным каналам связи, а не то у всей группы была б куча поводов для приколдесов в личное время… Другая планета другой планетой, но балбесов с приколдесами никто не отменял, хе-хе…
Найдя в левом верхнем углу дисплея карту с указанием точки и группой из двух десятков белых точек, Стефани пошла за всеми, в процессе проводя сканирование на наличие флоры в регионе. Конечно, для любого жителя колоний в районе сектора Солар, если что, где и старушка Земля себе живет-поживает, сама фраза: «Флора на ледяной планете» покажется не самой лучшей шуточкой. И, приятель, ты отчасти прав: на такой холодрыге большинство растений, любящих климат как на Земле, самоумножится на ноль. Но растения, как и люди, существа крайне живучие, особенно, когда температура падает не сразу, а потихоньку, потихоньку… А иначе откуда на Цааре кислород? Но вот в этом регионе все было сложнее: с растениями тут хреновато: только обледеневший мох на скалах.
- Док, тут все глухо, одни ледышки…
- Да, тоже вижу… На аванпосте должны быть результаты сканирования с орбиты, может, там чего… - но все же было что-то очаровательное в этой ледяной пустыне – к примеру, если б не эта метель, какая же красивая могла бы быть картина: бескрайние просторы снегов, искрящиеся льдинки, играющие зайчиками местного солнца… Зимняя сказка во плоти… Размером с целую планету. Отряд старался не растягиваться, но по этому снегу идти было все же тяжеловато – жаль, что ученых не высаживали в транспорте вроде вездехода «Викинг» - шестиколесного коня с мощным движком и автономной СЖО на борту. Снаружи минус 140? Да похрен – внутри «Викинга» чувствуешь себя как в Вальхалле! Огромной снежной Вальхалле…
Разглядывая местные красоты, Стефани не сразу заметила впереди себя мощную засветку. Можно подумать, какой-то глюк. Но вскоре этот самый глюк превратился в два десятка бойцов группы высадки со своими Morista – стандартными автоматами Вооруженных Сил Терраанской Федерации. Простые, убойные, удобные, надежнее некуда – что еще нужно воякеру в любом самом глухом мире Галактики. Ну, кроме горячего ужина, желательно, не из сублиматов, чаю, кофейку какого…
- Группа 2? – голос «Мистера Волка» или капитана Турмана Стефани легко узнала, ну, еще бы: когда тебя кто-то гоняет до седьмого пота в тренажерном, ты его голос из ста узнаешь как нехер делать.
- Да, транспорт далековато сел, буря…
- Окей, Кендра, мы готовы, прыгайте в такси, - повесил на магнитный замок ствол капитан, указывая в сторону рядом стоящих пяти вездеходов «Викинг». Такое было ощущение, что они хоть по лаве могут ехать – колеса не расплавятся.
- Рейч, Стеф, Родж – прыгайте, вместе поедем, - буквально за пару минут все сидели в этих удобных анатомических креслах из синтетической кожи – даже массажер есть, спина не заболит!
- Все на месте, поехали… - кивнув, Турман несколько раз тыкнул в сенсор дисплея машины – и водородный двигатель стал подавать признаки жизни: мурчит, как котенок… Мощью в 1000 лошадок, хе-хе…
- Зона нормальной температуры. Рекомендовано снять шлем, - появилось у Стефи, как и у всех членов группы, уведомление от сканера внешней среды костюма. Автоматически спрятавшись за шеей скафандра, шлем совсем не мешал двигать головой по сторонам, но вот из кабины ничего не было видно, лишь снежная буря… Не найдя ничего лучше, Стефани решила прикорнуть и не особо вдавалась в диалог между Турманом и Кендрой:
- Проклятие, и где ваши пилоты летать учились? Мои парни не подписывались морозить себе зад, потому что кто-то шибко умный не может посадить шаттл в лагере. Там же посадочная на 5 с плюсом, а это не комариный хер!
- Прохладно, что на Колдере? – было заметно, что Кендра читала личное дело капитана…
Час спустя, на подъезде к аванпосту 1.
- Диспетчер, говорит Турман. На борту вторая группа, открывайте – хмельного разливайте, граждане ученые позамерзали совсем, - погоны погонами, но вставить старую-добрую шуточку про одного из лучших спутников нелегкой солдатской жизни в колониях? Да ну на хрен… И шутки-шутками, но даже у Кендры стал появляться иней на бровях…
- Турман, на связи аванпост. Ща откроем, и да, пошел ты! - и стальная переборка отсека нормализации температуры стала отъезжать вниз, открывая шлюз на три машины. Заехав внутрь и не гася фары, капитан ожидал, пока не откроется вторая дверь: обогрев даже армированного титана требует немного времени: у металла есть один хреновый минус: от перепада температур он трескается, что пальцы после горячей ванны!
Внутри база была огромным ангаром с техникой и припасами: такие базы состояли из десятка, а то и более, быстросборных модулей, оборудованных всем необходимым для выживания в любых условиях и обнесенных забором периметра. Шагая по гладкому модифицированному титану, Стефани наконец смогла убрать шлем и подышать свежим воздухом планеты. Внутри этого металлического гиганта, но, тем не менее, все же лучше, чем в этой титановой бочке, гордо именуемой «Научным костюмом с СЖО»…
- Приветствую на базе 1, господа… и дамы. Меня зовут Крис Тайгар, лидер этой базы, - к новоприбывшим вышел высокий мужчина в белой куртке Флота, все время поправляя низы.
- Пока что предлагаю всем устроиться в жилом блоке и пообедать – планы миссий и зоны работы уже будут на брифинге сегодня в семь. Доктор Оуген, вас же прошу зайти ко мне в офис для более конфиденциального разговора… - слова старшего не могли не затронуть ушей Стефани, но, еще будучи ученицей Кендры, она знала, что не стоит совать свой нос куда не надо – если будет нужно, док сама все расскажет за стаканчиком грога. Но любопытство на то и любопытство, что так легко его Уставом и инструкциями на заткнешь, верно? Но от шпионских страстей девушку, как и весь молодняк, отвлек Турман:
- Хватайте манатки, малыши – в детский садик поведу, - ох уж этот ветеран ледяной глыбы недалеко от системы Протей…
Минуя кучи коридоров под пристальным светом светодиодов, капитан привел студентиков в жилой блок, разделенный на несколько модулей, в каждом было по четыре кровати, стол и системы записи данных, или в переводе на человеческий, портативные компьютеры и модули дистанционного управления: все, как на борту корабля. Так случилось, что разделить парней и девушек не вышло, поэтому Роджер и Паркер оказались в одном блоке, хоть койки разные…
- Ну что, девочки, может, за знакомство? А то на борту как-то времени не было, - «Клинический брехун и выпивоха» - самая лестная характеристика, что могла быть в голове Кендры, но биолог видела в нем простого паренька с тихой колонии где-то в Сигме Скитальцев – даже название никто не помнит. Но тут, словно по щелчку пальцев, в проеме дверей появился капитан и словно нашкодившего котенка поднял за шиворот куртки Роджа и прижал к переборке:
- Летать умеешь?
- Че, ты чего попутал?! – но мощный удар кулаком, от которого, наверное, даже полимерная прокладка бронекостюма рассыплется в труху, пристенился в миллиметре от рожи этого Казановы, едва не заставив его заикаться:
- Неверный ответ, шутник… Умеешь летать?
- Да еб твою броню, нет! – медленно подняв левую руку, капитан указал ладонью на голову любвеобильного подрывника:
- Советую это помнить, а если твой член выскочит из штанов – в ближайший шлюз выкину… О работе думай, за этим приехали… - капитан отпустил куртку и даже поправил ее на плечах Роджа.
- Вот же волкодав ебн&ый, у него что, шрапнель в хер попала…
- За языком следи, взрывало! – этот мужик что, импланты ушей себе вставил, чтобы за километр слышать?..
Надо отдать должное этому «Мистеру Волку»: он был предельно прямолинеен: сказав: «По морде дам» - записывайся к дантисту, братишка… Сказал: «Пропущу с тобой по стаканчику», - и багаж военных историй у кое кого пополнится парой-тройкой терабайт мозговой памяти…
- Ну как, народ, может, познакомимся поближе? – мда, Роджер никогда не сдается – набить бы ему татушку с черепом да саблями – и чистый «Веселый Роджер»… Свободное время, слабознакомые коллеги и заманчиво плескающаяся во фляжке контрабандная сорокаградусная амброзия, на далекой Земле именуемая «Коньяк»… Идеальное комбо для задушевных бесед на далекой и дикой планете в вечных снегах. Как минимум, у четырех соседей пара часиков для близкого знакомства есть…
- …И потом тот придурок сел на ящик с зарядами и затянулся сигарой. Вопрос ток, где он ее надыбал… Потом пепел падает на заряд – чудом успели потушить: пленка взрывчатки слишком горючая, зад ему долго лечили, - посиделки у стола на нижних койках, полупустая фляжка контрабандного сорокаградусного хмеля… Кажется, знакомство идет полным ходом…
Командный модуль, примерно через двадцать минут после прибытия на базу второй группы.
На столе, помимо двух чашек кофе, лежал и портативный голопроектор с картой некоего региона на планете, и вряд ли такая спешка с разговором с Кендрой могла быть вызвана простым желанием Криса как можно скорее начать исследования в квадрате.
- Кендра… То, что я тебе сейчас скажу… Засекречено. Уверен, ты можешь держать язык за зубами… - предложив ученой присесть, мужчина внимательно всматривался в карту на проекторе.
- Пару месяцев назад группа геологов наткнулась тут на это, - и на проекторе показался огромный валун, на котором можно было разобрать какие-то зазубрины.
- Судя по анализу, складывается ощущение, что мы далеко не первые, кто нашел этот мир, - и от таких слов Кендра поперхнулась любимым кофе. Если тут нашли какую-то неведомую херню, так археологов бы вызывали, а не срывали ее с уютного поста преподавателя ксенобиологии в Бостоне.
- Послушай, то, что ты показываешь: это просто скалы в снежной пустыне…
- Тактическая разведка придерживается другой позиции… - и тут даже Кендре была охота слушать: если за дело брались эти серые кардиналы, тут лучше напрячь мозги, а еще больше зад.
- А при чем тут они? Это просто мерзлая планета, я тебе таких десятка два перечислю, и это только в этой туманности! – складывалось чувство, что Крис что-то знал, но просто выжидал, когда эта рыжуля наговорится. Правильно говорят: «Дай огню догореть, а не туши его».
- Судя по углеродному анализу, этим статуям, как минимум, 10 тысяч лет, но при этом оплавка камней, что мы видим тут, на краях, выполнена, судя по всему, лазером или плазменным резаком. Насколько удалось выяснить, это что-то вроде базы, по крайней мере, на гробницу не смахивает. Как мы поняли, предыдущие исследователи что-то искали, вот только что – не знаем…
- Наверное, ключи от машины?.. Слушай, ты заставил меня пролететь кучу хрелионов километров тупо из-за того, что кому-то что-то привиделось? – ничего не ответив, Крис включил запись передовой группы, что обследовала те статуи:
- …Судя по сканеру, эти колонны выполняли роль входа в некий подземный комплекс, подробнее, как спустимся на первый уровень… - следующие минут 10 Кендра просто смотрела на запись, ничего не сказав.
- Так, ладно… Допустим, вы тут что-то нашли. Но зачем было меня звать? Я биолог, а не археолог… Там была пара растений, но зачем вам отдельный человек? - слегка улыбнувшись, Крис взял чай:
- У меня есть надежные специалисты, но им нужен старший… И ты идеально подходишь…
- Крис, ты голову включать пробовал?! Прислать биолога на мерзлую планету… Та же Разведка тебе череп проломит за растрату…
- Ха-ха… Как думаешь, почему экспедиция была так быстро собрана, финансирование на высшем уровне, а? И потом, Кендра… Я ведь могу и шепнуть нужным людям о твоем грязном бельишке в «Шэдоу Меза», помнишь? – и тут уже Оуген было нечем крыть: мрачные тайны есть у всех, в том числе и у Кендры.
- Поверь, ты найдешь там, что исследовать… Ну, как?.. Берешься, или разбегаемся? – этот вопрос как раз был из серии «Есть один вопрос, и на него есть один ответ». И Кендра прекрасно знала этого брюнета с темным взглядом, слишком прекрасно, чтобы показывать свой характер:
- Хорошо. Завтра же выдвигаемся… - она уже собиралась уходить, но вот Крис еще не закончил:
- Надеюсь, не нужно говорить, что твоя эта… Рейчел. Она может вызвать проблемы, ты поговори с ней, чтоб не трепалась, - опасения начальника базы были вполне объяснимы: на секретных правительственных миссиях последний человек, который нужен – журналист с записью камеры в прямом эфире. О таких находках не принято рассказывать в вечерних новостях…
Жилой блок.
- Итак, господа, решающая партия… Чек… - прикрыв картами лицо, Роджер всматривался в рубашки карт Паркера, время от времени потрясывающий их в руке. И тут парень-историк кидает карты на стол…
- Хм… Две пары. Неплохо-неплохо… Хорошо играешь. Но не лучше меня, - и сам бросил карты на стол:
- Ха, фулхаус! – кинул в очередной раз карты на стол Роджер и отвесил знатного щелбана Паркеру: азартные игры на Флоте, понятное дело, запрещены, а вот щелбаны, отжимания, волшебные пендали… Ладное дело!
- Родж, мы уже поняли, что на своем Флостоне ты был лучшим картежником, нам Паркер еще с целой головой нужен, а? – заварив чайку, Стефани уперлась спиной в стенку своей нижней койки. Не бабушкины травы, конечно, но даже эту флотскую пыль из-под транспортника можно назвать чаем, особенно, если позаваривать лишние минут 10. Устроившись поудобнее, Стефани принялась пить, смакуя каждый глоток. Все-таки приятно вечерком выпить чайку, особенно, когда в окне вечная ледяная пустыня и под -200 градусов – ночью-то прохладненько! Когда метель немного стихла, глазам юной ученой предстала величественная картина: на все небо разлилось, словно молоко, прекрасное северное сияния, толлько на этой планете оно было размером с весь небосвод. Переливаясь всеми цветами и пульсируя, лучи света в небе неспешно плыли в пространстве, заставляя сердце любого астроволка запеть свою тихую мелодию под тихие ритмы. Вот посмотришь на такую красоту – и мыслями словно летаешь в ледяном воздухе и почти можешь потрогать эту красоту собственными руками. От мыслей о местных красотах Стефани отвлекла соседка с верхней полки:
- Эй, народ, я тут подключилась к спутнику связи, прикиньте, на «Млечный Путь сегодня» такие новости, - с этими словами Рейчел включила свой коммуникатор, выводя видео на голопроектор, встроенный в браслет чуда инженерии.
- Несколько дней назад части Исследовательского Флота добрались до ранее неизвестной планеты в созвездии Афины, где, предположительно, была обнаружена разумная жизнь. Вероятно, мы наконец нашли ответ на вопрос: «Одиноки ли мы во Вселенной»? Прямое включение с дредноута «Банкер Хилл», Роб? – и на голограмме появилась запись с человеком в форма адмирала ВКС на капитанском мостике, где, если разобрать, была видна планета по носу корабля.
- Недавно наши парни высадились на поверхности и сделали анализ атмосферы. Честно вам скажу, никогда не думал, что мы найдем такую чистую планету, даже формировать атмосферу не надо… И вы не представляете наш шок, когда мы нашли это, - говоря это, адмирал вывел на голографическую консоль видео, где была заснята какая-то деревня, словно сошедшая с картины 17-го века – нарядные красные черепичные крыши, белые стены домов, укрепленные досками и посыпанные свежим песком тропинки-улицы.
И следующие минут 15 на голограмме были съемки дальней планеты, чем-то похожей на Средиземноморье на Земле вперемешку с интервью. Особенно коротающих вечер на ледяной планете приятелей привлек молодой офицер, командир группы высадки крейсера «Нортумбрия», что входила в состав эскадры, нашедшей новую планету. Черные волосы и темно-серые глаза уж точно привлекли внимание женской половины модуля. Особенно Рейчел…
- Что, понравился этот капитан? Как его там, Майлз? – хихикала тихонько биолог, довольная своей шуточкой. Еще будучи студенткой, Стефани Блейк буквально купалась во внимании мужской аудитории: легкость характера, ангельские глазенки и длинные золотые волосы – и уже у любого студентика в Солнечной Системе пульс участится да зрачки расширятся…
- У него глаза какие-то… грустные, что ли…
- Ой, ты еще ему любовную оду напиши, акула пера… - вернулся Роджер с чаем и буквально через мгновение кружка с логотипом оказалась в руках влюбленной Джульетты…
Присмотревшись к записи интервью, Роджер снова повернулся к журналистке:
- Знаю его, мой приятель служил на «Нортумбрии» инженером, рассказывал…
- Ну, и какой он вообще? – отпила еще горяченького чайку Стефи, удобно устроившись у слегка холодной переборки. Эх, еще пледик бы какой, врубить сериальчик на линзах да кофейку погорячее…
- Честно?.. Его прозвали «Траверский Мясник», думаю, не нужно говорить, почему…
- Да ну?! Я умею разбираться в людях, и этот, как его там…
- Блэйд[1]?
- Да, точно, Стеф, пасибки… Так вот, этот Блэйд не тянет на мясника… - но следующие слова подрывника слегка засатавили «Джульетту» задуматься:
- Скажи это полусотне трупов, что после него осталась. Он один перебил почти всю верхушку целого корпуса сепаратистов в годы Войны… - не придумав ничего получше, Рейчел только махнула рукой на этого взрывалу с ушами-радарами.
- Там вообще дикая история, сразу и не расскажешь… Вроде, его семью на ноль помножидли в годы Корсаров, а потом он нашел тех, кто его мать с сестрой продырявил да прибил и отца следом, вот и сам их на ноль помножил. Командование, как узнало его историю, с него обвинения сняли и даже погоны капитана дали впридачу со звездой «За Доблесть».
Не особо вслушиваясь в слова инженера-подрывника, Стефани вставила наушники в уши и прыгнула под одеялко – несмотря на простоту, эти койки невероятно уютные, особенно, когда снаружи минус 140. И уже спустя минут 20 все последовали примеру блондиночки из Бостона. Уложившись, никто не заметил, как к их модулю кто-то подошел…
- Простите, ребятки, что ввязала вас в это… - но уже некому было слушать слова бывалой ученой, преподавательницы ксено-биологии Бостонского Университета… Но этим молокососам на просторах Галактики предстоит опасная игра меж звезд. Но лучшие игры всегда опасны… Ворочаясь под одеялом, Стефани никак не могла найти холодную сторону подушки – худшее, что может случиться ночью, хуже, наверное, только невозможность найти край одеяла. А еще… Запрокинувший голову и мирно похрапывающий сосед-подрывник. Проклятие, у него храп, как у электропилы… Но как же хорошо, что с нижней койки открывается великолепные виды из окна: бесконечные снежные пустыни под захватывающим северным сиянием, прекрасно видимым в полный штиль – только сильный снегопад и только редкие дуновения инопланетного ветра. А если прислушаться, то будет слышно, как с титановой крыши быстросборного модуля падает скопившийся снег. Мысленно считая количество таких вот «Лавин», Стефани медленно провалилась в глубокий и чуткий сон, наконец-то найдя холодную сторону подушки.
[1] Майлз Блэйд – протагонист серии книг «Терраанец». События «Цаара: Сердце Льда» идут параллельно событиям «Терраанца»
Глава 3 Старые Хозяева
Ангар Аванпоста 1, группа доктора Оуген. 7.20 по стандартному времени.
- Так, аккуратнее, аккуратнее… - двое военных, по совместительству грузчики, несли большой белый контейнер с маркировкой «Опасно», как вдруг один из них оступился – и контейнер рухнул на него:
- Да чтоб твою дивизию, эт вам не абы что – взрывчатка! Хочешь нас угробить?! – как главный подрывник, Роджер отвечал за то, чтобы взрывчатка взрывала только каменюги всякие, а не ангар аванпоста.
- Сорри, босс, не углядел… - на возню у склада прибежала уже в костюме СЖО Кендра:
- Родж, как у вас там? – убрав планшет, парнишка хлопнул себя по ногам, где в нормальной жизни на привычных инженеру штанах карго были карманы:
- Да вот пересрался с начальником базы снабжения – не хотел мне усиленную взрывчатку выдавать, паразит бухгалтерский… «Нерентабельно, нерентабельно, порода в зоне работ мягкая, бери стандартные заряды»…
- Так брал бы стандартные, чего бучу поднимать…
- Ага, и мудохаться мы с всякой дрянью будем дня три… Знаю я этих задротов – лишь бы заряд поменьше да карман потуже. Плавали – знаем…
- Ладно-ладно, распелся, маэстро… Давай быстрее, «Фалкор» уже готов, все тебя ждем, - кивнув, Роджер повернулся к воякам, помогая дотащить ящик зарядов, который даже в костюмах СЖО с интегрированными прото-скелетами дотаранить было трудно – а хрен ли, под двести килограмм чистой пластичной взрывчатки…
Насилу дотащив до грузового отсека летуна «Фалкора» ящик, Роджер прыгнул в пассажирский отсек, рассчитанный на три десятка человек. Такие транспортники, как «Фалкор», были незаменимой штукой, когда нужно довести персонал и груз на поверхности планеты – под 80 тысяч запаса хода с одного бака горючего в любой атмосфере – как в пассажирском шаттле летишь, и даже не укачивает, а два ускорителя по бортам транспорта позволяют ему перейти от скорости вертолетной черепахи до скорости истребителя.
- Ладно, народ. По прибытии я, Стефани, Рейчел и Денни пойдем вниз, куда шла первая группа. Родж, держи наготове взрывчатку… - чем еще хорош такой транспорт, так это микроклиматом: 24% кислорода в воздухе, 20 градусов тепла… Как на Земле в районе Бостона весной… По крайней мере, никто теплового удара или переохлаждения не поймает. И как же приятно хоть на час скинуть этот шлем… В мирном потряхивании из-за снежной бури некоторые члены экипажа решили заняться самым любимым занятием любого астроволка – доспать недоспанное. И если ученые еще ворочались, пытаясь найти наиболее удобную позу, то вот пятеро военных, что были с группой, моментально провалились в сон – даже минуты не прошло, как они захрапели. И какая же странная штука – сон. Вроде, и недолго ты нежился в царстве Морфея, а вот в реальной жизни пройти может как пятнадцать минут, так и пятнадцать часов. И гулкий удар о мобильную посадочную платформу это доказывает.
- Ладно, всем надеть шлемы, выходим… Рядовой, оглох?
- Виноват, сэр! Система барахлит, - но от пары ударов любящего капитана по затылочной части скафандра – и шлем наполз только в путь:
- Спасибо, сэр!
- Топай, сынок, - и как раз в это время открылась аппарель пассажирского отсека летуна – ну и холодрыга! Внутри все сразу покрылось инеем. Но вот в костюме СЖО можно хоть в лаве, хоть в снегу работать – пятая точка шашлыком не станет, не переживай, дружище!
К группе высадки почти сразу подбежал человек в таком же костюме:
- Мисс Оуген? Георгий Чаур, главный инженер на раскопках… Отведу вас в лагерь, - махнув рукой, инженер повел за собой прилетевшую группу, пока три человека Жоры начали разгружать летун.
- Эй, аккуратнее! Не кирпичи разгружаете: мы тут по вашей милости на небо полетим! – кому что, а Роджер со своими зарядами…
Полевой лагерь представлял собой десяток мобильных блоков, полностью готовых к работе и с интегрированной системой СЖО: если эту белиберду перевести на человеческий язык, то если один из блоков по каким-то причинам выйдет из строя – люди в других блоках кучкой человеческого мороженого не станут, за это можешь не сильно париться, приятель!
Оставив ящики у логистической группы, люди Кендры посеменили за своим лидером к командному модулю, где их уже поджидал Гоша, до этого скрывшийся в снежной буре. И как же хорошо, что есть встроенный спутниковый навигатор…
- Народ, не расходимся! Я не подписывалась ваши трупы искать! – эх, любимые шуточки этой жительницы Ванкувера…
Командный блок передового аванпоста.
- Доктор Оуген, хорошо, что вы тут. Господа… Дамы. Присаживайтесь, - как бы это странно ни было, но в этом блоке был даже полноценный конференц-зал с проектором. По крайней мере, два десятка человек команды Кендры смогли там удобно разместиться.
- Передовая группа смогла пройти на первый уровень этого комплекса. Мы не знаем, что это, но можно сказать наверняка: это искусственно созданный бункер. Но его назначение нам неизвестно, - тыкнув несколько кнопок на консоли управления, Гео, как его прозвала Рейчел, вывел голографическую 4-Д карту перед группой. И, судя по этой карте, «бункер» был действительно немаленький: как минимум, семь этажей, если судить по первичному сканированию. А если вспомнить, что сканер не может пробить горную породу…
- Вопросы, дамы и господа?
- Что по поводу взрывчатки? Там можно взрывать? – кому что, а курам просо, а Роджеру – его любимые взрывы.
- Горная порода вполне стабильная, но только стандартные заряды: вас там заживо похоронят… - но вздох взрывотехника Гошу прервал:
- Мистер Чаур, у меня только усиленные заряды… Я смотрел анализ породы – стандартный заряд на ней и краску не обдерет… - для главного инженера было предельно понятно, что подрывник Роджер прям влюблен в свою работу и даже женился б на ней, если бы можно было жениться или выйти замуж за работу.
- Короче, на ваше усмотрение и ответственность… Если мы закончили, то транспорт ожидает в гараже: опасно лететь – буран сильный. Судя по всему, низкое атмосферное давление, - кивнув, Кендра сделала своей группе знак уходить в гараж, местоположение которого было забито в коммуникаторы на левой руке – а все-таки, удобная штука, этот коммуникатор. Выглядит, как наручные часы, но буквально за секунду он может превратиться в навигатор, видео-аудиоплеер, платформу для видеозвонков – качество высший сорт, от живого человека, разве что, только небольшие блики, вообще не отличишь! Потомок легендарного «Смартфона» из 21-го века. И управление голосом – мечта для любителя экономить время: нужно тебе включить кино, например, и ты ему: «Карлос, вруби-ка мне «Ронин: Последняя битва»» - и вуаля – наслаждайся, дружище, своим боевиком! А если коммуникаторы соединены в одну локальную сеть связи, как, например, с Кендрой и ее командой, то новостная рассылка и сообщения по внутренним каналам связи – без задержек и без помех, Solar Electronix за качество головой отвечает! А ведь именно эти коммуникаторы красовались на запястьях членов группы Кендры – подарок Исследовательского Флота.
Коридоры этого блочного бункера были достаточно неплохо освещены, даже панорамные окна присутствовали, но все равно, какое-то ощущение… неизвестно, то ли от давления, то ли от какой-то тревоги, что кто-то за тобой наблюдает… Хотя, на временных аванпостах, особенно в такую бурю, когда дальше носа не увидишь и Кремля или Кургана Славы на Земле, такое чувство частенько появляется у новичков, что недавно с родной планеты дельтанули не пойми в какие дали. Но в чем же кайф таких мест: не успел ты задуматься о давящем окружении, как ты уже в гараже. А еще мгновение – и ты уже рассекаешь вечную ледяную пустошь, погруженный в свои мысли и наблюдающий за танцем снежинок снаружи: несмотря на вчерашнюю бурю, сегодня было уже куда спокойнее, и свежий снег просто ложился легкой пеленой на землю, словно где-то на Земле.
- Народ, не расслабляемся. По прибытии Рейчел – видеоотчет, Роджер – проводишь сканирование и закладываешь заряды, и без самодеятельности!
- Да ладно тебе, я ж профи… - но смешок Кендры его удивил:
- Ха-ха, а вспомни, как ты на спутнике Элизиума занимался шахтами и тебя в одной из секций завалило – тебя, дурня, неделю оттуда эвакуировать не могли!
- Я что, виноват, что там была сраная расщелина после добычи газа? Мля, о таком надо предупреждать! – походу, кое-кто прочитал твое досье, взрывной ты наш. А проλы в досье почти сразу бросаются в глаза…
- Короче, я тебе сказала: чтобы без самодеятельности, капрендо?
- Ок, ок, сделаем, - отмахнулся от нравоучений доктора Оуген парень, все это время поглядывая на ледяную пустыню, которая уже давно заворожила юною мисс Блейк. И это совсем не мудрено: вот представь, дружище: ты где-нибудь на Северном Полюсе, это тот, что на Земле прописался, ветра почти нет, небо чистое, солнце сияет, слабый снежок припорошил землю… Красота. А теперь представь, что такая зимняя сказка вокруг тебя на тысячи и тысячи километров. И ты стоишь совсем один посреди этой природной симфонии. Один-одинешинек, и совсем не замечаешь этого. И правду говорят – такая картина – одна из истинных природных чудес.
Место раскопок, предположительный вход в «Бункер».
Дорога не заняла много времени: на вездеходах вроде «Викинга» легко доехать куда угодно с комфортом, почти как в лимузине.
- Все, как планировали, по местам! – надев шлемы, вся группа рассыпалась, словно коробка с гречкой, по всей территории заснеженного дворца, как в шутку его прозвала Рейчел. Спустившись на первый уровень под землю, стало даже ясно, почему журналистка с Земли так назвала это место: понятное дело, что эти коридоры и залы некогда знали лучшие времена, куда лучше, чем те, когда в этот мир ступила нога человека. По крайней мере, если напрячь природные сканеры на человеческом лице, можно заметить, что опоры потолка этого бункера некогда были весьма красивыми статуями в виде держащих над головой руками гуманоидов. Отряд доктора Оуген разбрелся по первому уровню этого места, даже мисс Блейк не рискнула прикорнуть где-нибудь у стенки: потыкавшись в лицевой дисплей, она нашла на вкладке «Инструменты» сканер органики – и светло-зеленый экран молниеносно попал на некогда ровную каменную стену, теперь уже изъеденную трещинами. Первая минута ничего не дала: хлорофилл, небольшие вкропления крахмала, ничего сверхестественного.
- Мда… Вроде ничего серьезного, - но тут перед Стефани на сканере появились какие-то линии, пронизывающие свисающие со стен лианы, словно… Словно это некогда были некие кабели.
- Что еще за… - присмотревшись на результаты сканирования, Стефани помотала головой в стороны от удивления: какие могут быть кабели на планете, где Блейк и ее команда – первые люди? Если только… Если только люди – единственная разумная раса в Млечном Пути… Да ну на хрен, уж искали этих зеленых человечков, искали – да хер лишь толку? Жители Альдеры? Ага, и, может быть, они сюда прибыли через телепорт какой-нибудь эльфиички-чародейки, да, дружище? Вот как на духу, братан, тут бы такому профессору таблеточек каких попить, ну, или выспаться по-людски, потому что если человек считает, что народ, не открывший ни пороха, ни электричества, ни даже межзвездных перелетов, появляется на другом конце галактики и не превращается в кучку сосулек на этом гигантском кубике льда – скорее всего, брателло, этот человек просто подустал, чего уж всех-то в дураки да шизоиды записывать, а?
- Родж, тут уж твой выход, устанавливай свое оборудование. Нам надо на нижний уровень. Как там порода? – от мыслей об инопланетных сородичах Стефани отвлекло сообщение от Кендры на видеодисплее внутренней связи группы.
- Тут на скане большая засветка – порода-то знатная, вкрапления вольфрамидов даже есть – проклятие, а эти ребята на совесть тут окопались, - вот за что можно было полюбить Роджа: он никогда не отвлекался от работы. Он частенько мог травить байки или свеженькие анекдоты. Хоть и юморок ниже пояса, но, эй, когда ты в десятках световых лет, если не в сотнях, от ближайшей мало-мальски серьезной станции, даже такой юмор может скрасить серые будни и рутину, вроде:
- Капитан, наша группа высадки достигла Маунтвэя!
- Прекрасно, и как там?
- Неплохо, капитан, только пить нечего – видно, у передовой группы еще не кончился кризис, - или вот прикол последних лет, после 2250-х был популярен:
- В чем отличие между сообразить на троих на Ферросе и Калдоре?
- На первом из стаканов все испариться, поэтому ток занюхнуть на троих, а на втором разве что «Погрызть на троих».
Или анекдоты вроде такого были уже в колониях популярны, особенно в районе Сигмы Скитальцев или Рубеже Коперника:
- Почему ВКС Федерации не полагается на робототехнику? Ну вот, к примеру: заказало командование разработку киборга-солдата, для минимизации потерь. И сварганили ученые киборга Кирилла. Ну, стали проверять, как сделали: внешне чистый греческий бог вышел: синтентические мышцы и кожа – не отличить от реальных. Решили проверить Устав ВКС – разве что в стихах не декламирует, в карауле: стоит как статуя, все видит и слышит – инфракрасное зрение хер проведешь! По мишеням – одни десятки и девятки. Прыгает на сто метров в длину и двадцать в высоту. Начальство нарадоваться не может! И тут один из офицеров-проверяющих:
- Рядовой Кирилл, выйти из строя! – и тут киборг завис и рухнул, нейропроцессор, проводка, датчик нервного шока – все выгорело.
- И что это с ним?
Один из техников:
- Вышел из строя…
Но при этом Роджер всегда работал, если была работа, вот и сейчас он возюкался у предположительного спуска на нижний уровень, по крайней мере, плавный спуск и ниша под лестницу явно намекали, что тут не столовая была.
- Народ, во еще вспомнил:
- Идет как-то солдат ВКС, радостный. В руке лопата. А дело было во время Калдорской Кампании. Навстречу ему сослуживец:
- Эх, дружище, откуда идешь?
- С похорон!
- Фига се, а чего радостный такой?
- Да вот сепаратистов хоронил.
- Ого, не хило, а чего лопата в крови?
- Так три раза, пидоры, выкапывались! – хоть анекдотику уже и сто лет в обед и вот такая борода, но менее смешным для Стефани он не был, по крайней мере, она с него неплохо посмеялась, забыв даже вырубить канал связи.
- Окей, поюморили, а теперь все в укрытие, и я тоже! – установив взрыватель на два заряда, Родж отбежал за стену, где уже был десяток членов группы Кендры. Убедившись, что все на месте, подрывник отправил код детонации на внутреннем дисплее – и даже руки морозить о детонатор не нужно, красота!
- Бум... – от мощного взрыва разве что не снесло крышу и не присыпало десяток ученых.
- Эх, обожаю фейерверк по утрам! – пелена обломков постепенно исчезала и перед учеными находилась уже свободная от завала лестница, практически не пострадавшая от взрыва зарядов. И если на первом уровне были прожекторы с силовой установкой, то вот на нижнем уровне ситуация резко усложнилась: ну не кабель же тянуть с поверхности! Но все же костюмы СЖО – не кучка ширпотреба с барахолки на отшибе Галактики.
- Так, тут где-то в настройках режима было… - копошились все еще мысли в голове юной натуралистки, все это время пытавшуюся найти ПНВ, и буквально за пару мгновений ее дисплей засветился приятным бледно-голубым светом – и фонарики не нужны! Вот только одна проблема – аккумулятор садит только в путь, тут даже портативные детройные батареи не спасали. А на минуточку: это плохиши с мощью сраной АЭС из 20-го и 21-го веков. Понятно дело, что не на столько мощные, но близкие к этому, во всяком случае, научные скафандры снабжались батареями, обеспечивающих работу в течении суток, зато военные могли работать все пять дней без подзарядки, но там и мощности совсем другие, и предохранительные системы, чтобы этот ядерный бульон не решил вскипеть и малинку всю засрать.
- Эй, народ, я тут провел сканирование… Поглядите, - осматриваясь по сторонам все, даже Кендра, обратила внимание на сотни картинок и надписей на неизвестном языке, кажется, внеземная цивилизация – это не только Альдера и ее жители, тут дело уже гораздо серьезнее…
- Проклятие, это становится все запутаннее… Паркер, посмотри детально, что получится прочесть из этого художества на стене. Рейчел – панорамная съемка. У твоей камеры нормальный ПНВ? – и кому будет охота сюда проводку с освещением тянуть? Кошмар логиста? Да ну на хрен эти перспективы, дружище!
- Нормальный ПНВ, в полной темноте видно, - связь потихоньку начинала прерываться – все-таки, группа опустилась метров на 50 под землю.
- Отлично, Стефани – проведи анализ уровня: может, тут есть органика, - разумеется, у юной ученой были свои догадки по поводу лиан-кабелей на поверхности, но знаете, что самое лучшее для ученого? Сообщить о своей теории? Да, идея шикардос, но еще лучше – хотя бы чутка проверить мыслишки перед тем, как ими поделиться, а то недолго и на курс успокоительного нарваться – по крайней мере, славу психопата заработаешь точно.
Решив оставить свою «Невероятную теорию» в чертогах своего разума, Стефани снова раскочегарила сканер органики. Такие штуки вообще классные для ученых: сухой листик можно в бетонной стене найти, делов-то на минуту. Правда, если там есть хоть намеки на некогда присутствующий хлорофилл или останки клеточной мембраны, или цитоплазмы.
Проведя несколько раз анализ органики на стенах, Стефи в очередной раз убедилась – ее теория может вполне оказаться полноценной гипотезой, что древние использовали проводящие способности тканей местной флоры для энергоснабжения своих построек и комплексов. Но тут уж два варианта наклевываются: либо у инопланетян были большие проблемы с металлургией и электронной промышленностью, ну, либо они большие фанаты биопанка, что вряд ли… Органика во многих местах проигрывает синтетике. Особенно в плане проводников.
Параллельно Денни, лингвист из группы Кендры, проводил свое сканирование странных письмен на стенах, но даже и без этой навороченной консервной банки с болтами можно было понять, что некто, кто писал эти письмена, пытался о чем-то предупредить: на одной из картин, например, была нарисована планета, объятая пожаром, и чудовищные великаны вокруг нее, словно желающие откусить последние кусочки от догорающего пирога. И если приглядеться, то на фоне горящей и умирающей планеты была небольшая флотилия древних кораблей, удаляющихся от нее. То есть, некий народ бежал со своей родной планеты после нападения, вероятно, жутких монстров, как говорится: «Быстрые ноги люβлей не получают». Эти корабли – своего рода «Ковчеги» для древнего народа. И если еще присмотреться, то можно найти и описание инопланетной расы: высокий рост, длинные конечности, компоновка про-человеческая: руки-ноги-голова. Вот только выделялись глаза – очень яркие, словно подсветка. И по одежде вопросы: их внешний вид сильно походил на людей с Земли времен 18-го века, особенно то, что напоминало камзол по английской моде тех времен. Об этом сходстве говорила еще и шляпа с низкими краями, чем-то похожая на треуголку тех же времен, что и камзол, или чего-то, что сильно его напоминало. Проводя сканирование стены, Паркер внимательнее стал всматриваться в надписи, и если бы еще пристальнее поглядел на них, то его глаза пришлось бы отдирать от стены, что прилипшие огурчики.
- Денни, у тебя там как? – от размышлений отвлекает лучше всего что? Правильно: голос любимого начальства. Вот же люди, работать не дают:
- Не совсем понятно… Судя по описаниям, здесь жила некая раса, похожая на нас, но это не их родной мир, а своего рода колония. Тут у них что-то вроде научной базы было, или типа того. Потом ни с того ни с сего их родной мир был уничтожен какими-то монстрами, я не знаю, что это…
- Наверное, демоны из ада по их задницы явились? – вставить какую низкопробную шутку в напряженной обстановке? О да, звучит очень по-инженерному, да, Родж?
- Айрон, придержи язык… - хоть Кендра и сама любила шпильку-другую вставить, но не в такие моменты. А тем временем рассказ Паркера привлек всех, даже юную натуралистку:
- Потом уже на этой планете произошел некий катаклизм, из-за чего планета замерзла, хотя она и до этого была на границе зоны обитания этой звезды, она на 30 процентов слабее Солнца…
- Хорошо, мы можем что-то из этих надписей вытянуть?
- Тут только одна надпись, сейчас, дешифровщик барахлит… Что значит: «Ошибка синтаксиса»?.. Давай, ведро с болтами, работай, - и даже в 23-м веке починить технический кусок полимеров и металла добротным ударом кулака -вполне реально.
- Вот, перевод есть: «Не приближайтесь к Меридиану». Что за «Меридиан»…
Тем временем Блейк, не желая просто греть уши, снова расчехлила свой сканер: нет, определенно, ее гипотеза о свойствах местной флоры проводить ток заслуживает обсуждения у Кендры, особенно после того, как Стефани отошла немного от группы, следуя обрывкам «кабелей». Сканируя очередную секцию проводки, девушка заметила, что все они сводятся к одной точке, словно провода к трансформатору. Любопытство внутри ученой разве что не вызывало дрожь в ее руках, поэтому навести сканер не него было все же возможно. Но спустя всего мгновение Стефани негромко вскрикнула и упала на спину: «трансформатор», как она назвала этот «узел» проводки, заискрился ярким голубым светом, из которого стали появляться странные голограммы, словно обрывки сообщения, или вроде того.
- Кендра… Ты должна это видеть… - ничего не сказав, доктор подошла к месту, где была ее ученица, и сама обомлела: яркое свечение никуда и не думало исчезать, пока внезапно оттуда не раздалось жуткое шипение и скрежет, словно по ржавому металлу водили наждачкой. Видно, Кендра позвала Денни сюда по внутренней связи, так как он сам быстро прибежал и врубил дещифровщик. Ох, парень, зря ты это сделал… Сообщение в голограмме было повреждено, но все же кое-что удалось выцепить:
- Слишком поздно… Колыбель… не отвечает… Ничего не осталось… Убитых… - и последние слова этого сообщения были сказаны с каким-то отчаянием и ужасом, и даже детектор это передал:
- Не остановить… Не остановить… - все трое стояли в полнейшем оцепенении, и только Кендра смогла выйти из него, вернув себе рассудок:
- Стефи, запиши все на свою камеру, Денни, то же самое… - хоть свечение уже и пропало, но вот заснять часть этого чуда древней технологии оба все же успели. Похоже, кое-кому придется немало попотеть в лаборатории, что на аванпосте. Интересно, и кто бы это мог быть?..
Глава 4. В сердце льда
Аванпост 1, примерно 6 часов спустя. Каюта Кендры.
- То есть как: «Сектор закрыт»? – забыть то, что произошло с юной мисс Блейк, крайне тяжело, все-таки не каждый день удается лично увидеть образец инопланетной технологии, и не на мониторе, а, дружище? А уж когда ты ее сам нашел, то мурашечки бегать будут ого-го, несмотря на запреты:
- Ты глухая? Крис четко тебе сказал, что сектор опечатан согласно Уставу… - хоть внутри Кендра Оуген и понимала свою Стефи, но внешне она ни за что это не покажет, все-таки, когда тебе почти полтос стукнул, хочешь-не хочешь, а контролировать свои эмоции научишься.
- Но док…
- Слушай: тот кусок биотехники, что ты отрыла, мы не знаем, на что он способен. Нужно, чтобы специалисты с этим разобрались, иначе дров немало наломаем. Мало ли, это некая машина Судного Дня древней цивилизации… А теперь, Стефи, пожалуйста, иди спать… Ты сильно устала, - что обычно может сделать начальник за неподчинение прямому приказу? Особенно на Исследовательском Флоте? Отправить под арест, согласно Кодексу Научного Флота? Может быть, и стоило бы, но Кендра прекрасно понимала свою студентку, поэтому просто отослала ее в каюту, где уже отдыхала Рейчел.
- Проклятие, и чего они себе думают… «У нас тут останки древней цивилизации и образцы работающих древних технологий на основе биоинженерии. И что же делать? Конечно же, запретить все нахрен». И, наверное, всех еще в воздушных замках порасселять… Этот устав, похоже, писала кучка ополоумевших олигофренов, - к счастью Стефани, все эти не очень лестные слова остались лишь у нее в голове, иначе кое-кто точно бы попал в изолятор на пару ночей… Но все же, объяснений того, что эти технологии слишком опасны, чтобы их исследовала полевая группа, и что нужны опытные археологи, которые прибудут на эту ледышку одним только духам Небес известно когда, все-таки маловато. И ведь так всегда происходит: ты находишь что-то классное, но потом понаезжает сотня экспедиций, все оцепят, окопают, опечатают, и не успеешь сматериться, как на всей твоей работе уже висит гриф «Совершенно секретно», а ты сидишь, подписываешь бумаги, где, если вкратце: «Ляпнешь кому - сдохнешь». Вот и у Стефани голова ходуном шла от событий последних суток, поэтому она ничего лучше не придумала, чем умыть лицо ледяной водой – все равно нагреватель сдох, а найти еще работающего механика в час ночи? Да ну, приятель, тут уж скорее начальство устроит тусовку с шашлыком, чем найдется механик ночью, да еще и не по чрезвычайной проблеме.
После того, как ледяная ванна прошлась по лицу девушки, она на несколько секунд прикрыла глаза, то ли от холода, что пробивал ее кости сквозь футболку и шорты, то ли от урагана мыслей, что ни один человек так и не научился заглушить. Открыв глаза, Стефани все еще видела в зеркале ту самую уставшую девушку в отражении, но все еще с искрой в глазах.
- Ну, Стефи, и какой план? – словно отражение могло дать ученой ответ. Но, с другой стороны, с кем ей поделиться своей досадой? Правильно, не с кем…
- Нет… Пусть со мной Кендра делает, что хочет, но я выясню, что произошло в том проклятом саркофаге. Дальше уже не важно… - дух авантюризма и интриги? О да, звучит очень по-научному! И что это за исследователь, который готов целовать зад какого-то бюрократа из Штаба Флота только потому, что у него выше ранг? От этих административных кретинов и так геморроя хоть отбавляй: мало того, что задом приросли к своему креслу, и даже не могут оторвать свой многокилограммовый зад от его ложа, чтобы налить себе чего выпить. Как говорится, сидеть-то сидите, кто ж вам мешает, только сами работать не мешайте… А эти наевшие шею не сильно далекие люди, по крайней мере, как они казались Стефи, напридумывали сто и более запретов, а нормальным ученым что делать-то? Ну уж точно не целовать их пятую точку. Поэтому да пошли эти административные импотенты к ядреной матери на белом катере, если у них кишка тонка заниматься реальным делом… По крайней мере, такие были мысли у Стефани, пока она решительно шагала по коридору, попутно натягивая куртку – несмотря на замкнутый контур базы, тут все еще было прохладно.
На пути было всего 2 проблемы: СЖО и транспорт. Несмотря на запал, девушка все же была в своем уме: даже с костюмом она умрет примерно за несколько часов, а ее обмороженное и заледеневшее тело уже никто и никогда не найдет в этой пустыне. Осталось только все это найти…
Два часа спустя, ледяная пустыня Цаары, примерно три часа ночи.
Состроить милую рожу охране у склада костюмов СЖО, взять вездеход для небольшого объезда территории для якобы «Замеров биологической активности когерентных тканей» было несложно - по крайней мере, от такой ахинеи охранник гаража просто прикрыл глаза и дал доступ к транспорту. Ну их, этих ученых.
Во всяком случае, руины бункера уже были недалеко, и уже скоро встречали авантюристку с Земли своими пустынными пейзажами и гробовой тишиной на нижних уровнях, только ветел слабо гудел в некогда широких коридорах. Гулко ступая по останкам камней пола, Стефани стала медленно спускаться на нижний уровень комплекса, выставив свой ПНВ на максимум, из-за чего все вокруг головы девушки было ярко-голубым, отлично различимым в темноте древнего бункера.
- Проклятие, и где ж он… А, вот, - и из левой руки авантюристки появился высокочастотный навигационный луч, подключенный к передатчику, что до этого был оставлен ученой возле «узла», что она нашла до этого. Словно чувствовала, что место прикроют. И такие штуки, как навигационный импульс костюма СЖО, мягко говоря, классная штука: без скафандра такой луч совсем не заметен для человеческого глаза, зато при использовании визора костюма он представлял собой светло-голубой, фиолетовый или красный лазер, что указывал путь к передатчику или точке назначения, куда нужно прийти оператору. Также конечная точка всегда изображена на карте, что в углу лицевого дисплея.
- Мля… - высокие технологии, космические перелеты, совершенные материалы… А под ноги смотреть, видно, мисс Блейк так и не научилась. Но когда-нибудь, все же, научится… или нет?
Отряхнувшись, девушка продолжила спускаться все ниже и ниже, пока она не добралась до того места, где был припрятан передатчик импульса. Но на этот раз «узел» был мертвее мертвого, фанат футбола после финала чемпионов и то живее будет. А литры пива и упаковки хрустящей жареной картошечки со специями – это вам не хухры-мухры. Непонимающим взглядом осматривая находку, Стефани запустила сканер органики, мало ли чего… Но тут, как только девушка приблизилась к этой штуке, оттуда вырвался яркий белый свет, который едва не ослепил блонди с Земли. Проморгавшись, девушка обомлела: перед ней стоял некто, похожий на человека, но с очень яркими голубыми глазами, одетый в старинный камзол и штаны с сапогами – такой же, как и на рисунках со стен, что до этого анализировал Денни. Не в силах что-то сказать, Стефани просто смотрела на незнакомца, не способная даже пошевелиться.
- Ты не из нашего народа… Но я чувствую мозговую активность. Ты разумна, особь… Раздалось слегка хриплым, словно от старого микрофона, голосом из «узла».
- Уверен, у тебя много вопросов. Задавай. Постараюсь рассказать, что знаю, - во всяком случае, это звучало хоть и высокопарно, но не враждебно:
- Эм… Вы какой-то ИИ-интерфейс? – спросить что-то банальное, представ перед образцом древней технологии? О да, звучит очень по-земному…
- Это цифровой слепок личности сына Арайса Гоеза, главного инженера-оружейника этого комплекса. Мое имя Хранитель…
- Стефани Блейк, я с Земли… - кивнув, голограмма указала на кучу камней, куда девушка и присела:
- В ногах нет истины. Земля… Наш народ никогда не бывал в той части Галактики…
- Простите, что прерываю, но как я могу понимать вашу речь? – пройдя несколько шагов, голограмма остановилась перед ней, глядя в глаза девушки своими невероятно яркими голубыми глазами:
- С момента появления в комплексе твоих сородичей я отслеживал их разговоры и на основании локальной нейронной матрицы постарался перевести свою речь в понятный доя вас формат. Дешифровка нашего языка могла бы занять слишком много времени, а его у нас мало: этот слепок почти разрушен, энергия на критическом минимуме, работают только аварийные источники питания…
- У меня есть запасная батарея… Ее хватит? – недолго думая, Стефани достала из подсумка энергетический блок для СЖО, который приковал внимание голограммы Хранителя:
- Концентрированная плазма в контурной ловушке… А твои, Стефани Блейк, сородичи умны, отдаю должное… Присоедини их к узлу питания, он тут, у модуля слепка, - и Хранитель указал на небольшое сплетение лиан, которые моментально поглотили блок питания костюма СЖО.
- Прекрасно, теперь нам хватит времени поговорить, Стефани Блейк, - прохаживалась голограмма древнего существа мимо сидящей девушки в скафандре. И если бы не голубое свечение, можно было бы подумать, что перед Стефани гость из 18-го века, одетый по повседневной британской моде. По крайней мере, треуголка и камзол выглядели примерно как в той эпохе на родине авантюристки.
- Что это за место? – как-то сам собой созрел вопрос у девушки, и она не стала сопротивляться желанию узнать ответ.
- Некогда это была гелеостанция – мы занимались исследованием и наблюдением за местной звездой, а также производили плазменные топливные элементы для нужд нашей империи. Кроме того, это был секретный военный завод, мы производили оружие для флотов и оружие для армии Империи. По крайней мере, так было до Дня Теней…
- День Теней?
- Мой народ так назвал день, когда на связь перестала выходить наша родная планета, как и наше правительство. Эфир был мертв… - даже несмотря на запись, голос голограммы был какой-то… грустный. Словно Хранитель все еще помнил те времена, когда он еще состоял из плоти и крови. А тем временем собеседник продолжал поражать Стефани:
- Все перевозки по нашей Империи были нарушены, мы не знали, что происходит за пределами этой звездной системы. В одном мы только были уверены: некто, кто напал на нас, был силен и непобедим. Флот Империи пытался им противостоять, но мы проиграли. Когда мы поняли, что наш флот уничтожен, то осознали, что наши дни сочтены. Мы все были напуганы, - прервался на какое-то время собеседник, присел рядом с девушкой и посмотрел ей в глаза, словно мог видеть ее лицо сквозь шлем скафандра.
- Но… Кто напал на вас? – взглянув на пол, Хранитель помотал головой:
- Прости, не знаю… Только помню, что это были некие монстры из камня и огня, явившиеся из другого измерения. Все, что мог, я нарисовал на этих стенах, - и он обвел те картинки, что исследовал Денни, пока отряд еще был здесь.
- Думаете, они пришли… из ада? – не совсем поняв слова Стефани, голограмма кивнула:
- Все может быть. В конце концов, какая разница, кто они? Единственное, что имеет значение, это то, что они могут уничтожить кого угодно, в том числе и твоих сородичей, Стефани Блейк… - и от последних слов собеседника холодный пот пробежал по спине ученой – только Армагеддона не хватало на далекой планете…
- Как могу понять, вы как-то смогли пережить то нашествие? – уж чем-чем могли похвастаться люди Федерации, так это логикой. И потеплевший взгляд собеседника это подтвердил:
- После нарушения работы связи мы понимали, что сразиться с врагом мы не могли, но кто нам запрещал спрятаться? Этот комплекс был сверхсекретным центром военных разработок, а значит, монстры, что на нас напали, не знали о нас и нашем аванпосте. В теории был шанс на спасение. С целью экономии ресурсов мои сородичи легли в стазис-капсулы, чтобы переждать беду. Но мы даже не догадывались, что произойдет от этого… - судя по тону Хранителя, он бы сейчас сказал что-то неожиданное и ужасное, по крайней мере, так думала Стефани. И она не прогадала…
- Мы сильно недооценили этих тварей. Они узнали о нашем комплексе… Мы думали, что эти монстры, возможно, Боги… Раз они знали, что мы спрятались… Но они не стали выковыривать нас из гнилых кишок этой планеты, а просто… - любопытные глаза Стефани после следующих слов Хранителя наполнились диким страхом:
- Они сбили планету с ее орбиты и вывели ее за пределы зоны обитания. Тут и до этого без теплой одежды было трудно. Но когда мы очнулись от стазиса, то поняли, что мы… обречены: растения, животные… Все было мертво и навечно поглощено снегом и льдом. Наш завод еще мог прокормить нас, но не мог спасти от ледяного холода, что постепенно поглотил бы нас. И в конце концов остались только я и главный инженер. Мой отец… - и впервые Хранитель сказал о себе, а не о своем народе, что не могла не заметить Стефани, все это время ерзающая на каменном полу.
- Твой… отец? – после кивка он продолжил свою историю.
- Он просил меня сделать слепок личности. Пока я был занят программированием нейроматрицы модуля памяти, он погиб. Холод… Вон на том месте, - и он указал на дальнюю стену, где уже, конечно, ничего не было. Взглянув на Хранителя, Стефани подошла к модулю слепка и коснулась его, словно хотела посочувствовать уже давно мертвому собеседнику. И отчего по ее спине пробежал холодок, когда у нее перед глазами все потемнело на несколько коротких секунд, но почти сразу она смогла открыть глаза, вот только все выглядело по-другому: яркие лампы на потолке, слегка потускневшие от времени, и не такой разрушенный каменный пол, на котором сидел некий мужчина лет 50-ти каких, в белой рубашке и камзоле с необычайно светлыми глазами. И тут он что-то измученно пробормотал на своем языке, после чего в голове Стефани прозвучало:
- Ему не надо это видеть, - и только сейчас она обратила внимание, что лежащий окоченел: руки и ноги синие… Закрыв глаза, он медленно отвернул голову к стене – и его грудная клетка больше не поднималась…
- Папа, я все, записал блок, - за спиной Стефани появился тот, с кем она разговаривала в комплексе, вот только Хранитель тут выглядел по-иному: русые волосы, яркие голубые глаза и черная шляпа-треуголка на голове, идеально подходящая к штанам и высоким сапогам.
- Папа?.. – и только сейчас Стефани взглянула на собеседника: он не истерил, не кричал, а просто безмолвно стоял на коленях перед телом его отца, и из глаз у него двумя тоненькими струйками бежали бледно-голубые слезы. Найдя в себе силы поднять руки, мальчишка снял с себя шляпу и накрыл ей лицо мужчины, совсем окоченевшее от холода, что было видно по пару из его рта.
Мотая головой, Стефани смогла прийти в себя, и снова перед ней была та голограмма:
- Что… Что это было?!
- Ты коснулась модуля нейроматрицы этого слепка, она установила контакт с твоими нейронами мозга. Проще говоря, ты видела то, что видел я, пока еще обладал телом…
- Но все-таки… - несколько секунд посмотрев на гостью, Хранитель повернул голову в сторону стены:
- Мои последние часы… Вскоре я сам присоединился к своему старику, перед этим разрисовав эти стены, пока холод не сковал мои руки… - взглянув на потолок, Стефани смогла под слоем инея разобрать в разы больше письмен и картинок, оставленных последним из местных жителей много тысяч лет назад.
- Слушай, это большой комплекс… Хочешь, проведу тебе экскурсию, Стефани Блейк…
- Да ладно тебе, зачем так официально, я Стефи, - кивнув, голограмма указала в сторону стены:
- Я могу открыть многие двери благодаря плазменной энергии, что ты принесла. Если желаешь, Стефи, увидеть наше пристанище, следуй за мной… - поддавшись своему духу авантюризма, девушка пошла за своим собеседником к каменной стене, которая при приближении Хранителя стала уезжать в пол, словно двери ангара. Было чувство, что в этом месте еще работали некие датчики движения, по крайней мере, когда Стефани прошла дверь, несколько ярких белых квадратов засветились ярким светом на потолке.
- Жаль, фонарей ней, и масла бы горючего, хоть пару бутылок… - словно извиняясь, голограмма провела собеседницу в соседний зал, где стояло некогда много устройств и машин, похожих на некие станки, по крайней мере, сканер Стефани недвусмысленно говорил, что это точно не древний нарезатель картошки.
- То место, где мы с тобой были – это транспортный терминал и складской сектор… - от слов Хранителя девушка повернула голову в его сторону:
- То есть, ваш бункер не единственный на планете? – и даже через этот набор фотонов можно было почувствовать легкий смешок собеседника:
- А как ты хотела? Большой Империи нужно много оружия и горючего. Уверен, что и твоя Империя очень большая, а? – не сразу поняв слова Хранителя, биолог все же нашла, что ответить:
- Эм, вроде того. Мы, считай, треть Галактики под себя подмяли… - и только через несколько секунд голограмма кивнула:
- Снимаю шляпу, Стефи, солидно… И, думаю, ты согласишься, что даже целой планеты с заводами да мануфактуромами было бы маловато для вашей Империи, а? – что тут говорить, логично, а, приятель? Вот и Стефани была того же мнения и кивнула.
- На этой планете было около тридцати комплексов, и все они соединялись монорельсом, он регулярно курсировал, перевозил персонал и сырье в сектор обработки и производства.
- Сырье? – следуя за своим собеседником, Стефани не забыла включить камеру своего лицевого дисплея.
- На одной из станций находились шахты по добыче вольфрамидов – местная руда на удивление была богата на такие минералы, - незаметно оба подошли к перекрытой комнате с некими контейнерами, что сразу привлекли внимание девушки, и в голову ей пришла только одна мысль, особенно после того, как Хранитель упоминал про оружейный завод – оружие… Остановившись у одного из контейнеров, Хранитель занес над ним ладонь и продержал несколько секунд:
- Открой его, - не задавая вопросов, словно под гипнозом, Стефани открыла ящик и нашла там несколько стволов, чем-то похожих на мушкеты времен 18-го века, но как будто смешанные со стимпанковскими приблудами. И чудо, что этот шедевр древней технологии еще не разваливалось в руках блондинки.
- Лазриф… В Империи любая собака умела ими пользоваться. Вроде неплохие, на 20 выстрелов батарея держала, - с тоном ментора Хранитель рассказывал о древнем артефакте, иногда обращая внимание на то, что девушка с интересом крутила древнее оружие в руках.
- А можно… я себе один возьму? – слегка усмехнувшись, Хранитель кивнул:
- Эти лазрифы не мои… И на кой они мне? Может, твоему народу пригодятся. И потом, тут есть кое-что поинтереснее… Иди за мной, - и с этими словами голограмма пошла к очередной двери, с грохотом отъехавшей вверх, но Стефани это уже совершенно не пугало. Пройдя внутрь, девушка не сразу увидела, как древний компьютер указывает ей на некую тряпицу:
- Убери ее… И открой ящик, что под ней… - откинув пыльную тряпку, чем-то смахивающую на рогожу, девушка взяла в руки какую-то шкатулку из чего-то, что некогда было превосходным деревом драгоценных пород.
- Мой отец рассказывал, что то, что в этой шкатулке, изготавливалось для одного из офицеров Гвардии Орбитров. Но, как думаешь, а зачем мертвецам дары живых? – откинув крышку, девушка даже присвистнула: на подставке, обитой чем-то, что некогда было прекрасным бархатом, лежало два старинных пистолета, которые на Земле в 18 веке назывались: «кремневые пистолеты», или пистоли. Но они выглядели по-особенному: светлые и инкрустированы чем-то, что поддавалось идентификации как драгоценные камни. И это самое произведение древних оружейных мастеров сейчас лежало в руке Стефани.
- Боже… - понимая удивление девушки, Хранитель не стал отмалчиваться:
- Иногда такие пистоли делали на заказ высокопоставленных офицеров. Накануне истребления моего народа мой отец работал над этими двумя пистолями для одного из полковников Гвардии. Не одну бессонную ночь он провел над ними, полируя их ложе и подгоняя ствол и батареи, хотел, чтобы его пистоли были великолепны, - слушая фоном собеседника, девушка примерялась к древнему оружию, направляя его в стену и водя им из стороны в сторону.
- Твой отец и вправду был мастер: красота, - ничего не ответив, голограмма улыбнулась и кивнула…
На протяжении многих часов Стефани следовала за своим собеседником по древним туннелям, разглядывая порой удивительные реликты древней цивилизации, как, например, производственный цех с необычными машинами и станками, на которых как раз и клепали оружие и снаряжение для армии древних. Также на глаза девушки попалось огромное количество рук-манипуляторов: от самых маленьких размером с человеческие руки, и даже походившие на детские с чем-то, что напоминало инструменты, и до огромных клешней, что и транспортный шаттл оприходовали бы! И так было до тех пор, пока оба не дошли до последнего зала комплекса, внутри которого было много рядов странных ячеек, словно капсул…
- Что это? – обычно Хранитель быстро отвечал на подобные вопросы, но тут он чего-то медлил, словно о чем-то задумался… И его ответ спустя несколько секунд до основания поразил ученую:
- Последнее пристанище моего вида… В этих капсулах, - и он молча обвел взглядом несколько сотен таких машин, что были вмонтированы в стены. Стефани уже хотела взять сканер, но взгляд Хранителя ее остановил:
- Они мертвы, все… Не надо тревожить мертвых, нехорошо это… - девушка была настолько удивлена слегка взволнованным голосом у себя в голове, что послушалась…
- Пожалуйста… Когда твой народ будет тут все исследовать. Не открывайте капсулы. Пусть спят… Уверен, им сейчас хорошо… - глаза Хранителя даже через голограмму выглядели очень уставшими, и его просящего голоса девушка попросту не могла не слышать.
- Хорошо, я скажу своим… - кивнув, голограмма снова указала в сторону двери:
- Послушай, если есть такая возможность… Я хочу покинуть этот бункер, помоги мне…
- Покинуть? – и тут произошло то, чего Стефи никак не могла ждать… Голос Хранителя… Задрожал:
- Я… я так больше не могу… Несколько тысяч лет я провел запертый в этой цифровой тюрьме душ. Первые несколько сотен лет я как мог ухаживал за этим местом, но какой смысл стирать пыль с капсул с давно мертвыми моими сородичами? Ухаживал за могилой своего отца и за своим мертвым биологическим телом, пока они оба не рассыпались в прах. А потом манипуляторы, что ты видела в комплексе, все сломались. Сначала производственный цех, потом силовая установка гелеостанции, потом транспортный цех… По итогу я остался без рук и ног – некому было помогать, некому служить… Я поделюсь любой информацией с твоими сородичами, Стефани… Просто… Планета… Небо… Я еще раз хочу их увидеть, хоть раз… - на этом моменте Стефани уже стояла сама не своя, и разве что не плакала: она ведь уже знала, что перед ней стоит не просто ИИ, а самый настоящий живой интеллект, оцифрованный и навеки запертый в электронной, высокотехнологичной тюрьме, без шансов на покой. Хоть и машина, но некогда она была живой. Когда-то, в другую эпоху.
- У меня… У меня есть пустое инфоядро, там почти сотня йоттобайт, хватит?
- Наверное… Давай вернемся к нейроузлу, там уже и посмотрим, - когда голограмма пропала, девушка последовала за слабым голубым лучом, что оставил Хранитель для навигации по бункеру. Тяжело ступая по разрушенному камню пола, Стефани по транспортному туннелю смогла вернуться туда, где она и начала свой путь по реликтам древнего народа, к тому самому «трансформатору». Когда снова появилась голограмма прямо перед носом девушки, она слега отшатнулась и уперлась в стену, ударившись затылком:
- Блин, чего пугаешь? – но вот реакция Хранителя ее не на шутку рассмешила:
- «Блин»? Не совсем понимаю, причем тут эти круглые штуки из пшеничного теста? Ты хочешь есть? В комплексе уже давно вся органика испортилась, не знаю, что можно тебе предложить… Прости, а что с тобой, у тебя припадок? – голос Хранителя, что самое странное, не звучал как ирония или насмешка, а действительно обеспокоенно…
- Да не… «Блин» – это такое легкое ругательство, например, когда кто-то неожиданно появляется из-за спины, а? – ирония… Тут скорее концентрированная ирония в баночке сарказма. Но, по ходу, у Хранителя для таких баночек не было открывалки. Тот только прошел за Стефани и подошел к ее лицу:
- Странный язык… Когда вы шокированы в легкой степени, вы вспоминаете про еду… А этот… блин. Он настолько невкусный?
- Не, он вкусный… Моя мама часто ходила в ресторанчик русской кухни, и мне такие приносила, пока я была маленькой. Особенно с начинкой любила: с колбаской, сыром… А тебе что нравилось? – не поняв вопроса девушки, голограмма некоторое время просто растерянно смотрела на нее, но потом все же ответила:
- Эм… Что мне нравится… Ну, наша Империя мне нравилась… Мой отец с сестрой…
- Да не, в плане еды... Может, есть что-нибудь? – почесав голову, голограмма несколько секунд смотрела на девушку, словно пытаясь понять вопрос собеседницы. Все-таки, приятно поделиться теплыми воспоминаниями, а, приятель?
- Наверное… Стейк из варранра, с корнями плодового куста. Они всегда такие сочные получались, особенно у моей тети, что работала на кухне… Она мне всегда один-другой корень могла уступить… - но увидев непонимание на лице Стефани, голограмма постаралась объяснить свои слова:
- Это такие животные, трехкопытные, невысокие. С них получается отличное мясо, оно было одним из самых распространенных видов еды в Империи. И жить они могут где угодно, в любой среде, поэтому почти на всех планетах были пастбища с ними. Ухаживать тоже не сложно… А вот корни… Сейчас… Кажется, ваш аналог это… картошель? Нет…Как-то по-другому…
- Картошка? – услышав слово, Хранитель кивнул, поняв, на что была похожа еда его времени.
- Помнишь, ты говорила, что у тебя есть… штука, чтобы переписать меня туда? – ничего не ответив, Стефани показала нечто, что было похоже на белую флешку, но с объемом памяти – за пол жизни не забьешь, даже для задрота это будет сложновато…
- Вот… У тебя есть информационный вход, или дискриптор? На этой консоли…
- Вложи туда, куда и свою батарею, я сейчас, - кивнув, девушка вложила флешку в лианы, которые почти сразу ее проглотили, словно таблетку. И внезапно голограмма из голубой превратилась в зеленую:
- Сканирование… Оставшаяся память… Найденные файлы… Выпускной… - и тут Стефани залилась густой красной краской: когда во время вечеринки она решила уединиться со своей студенческой половинкой для, хм… близкого контакта, так сказать, кто-то шибко умный щелкнул их вдвоем, пока они лежали под одеялком. Что тут сказать, тусовка в загородном доме семьи одного из сокурсников прошла на пять баллов, как там в одной старой песне пелось: «Тут ремонта на неделю, во забацали веселье»… Тем временем голограмма так постояла еще несколько секунд и пропала. Стоя в растерянности, Стефани не могла понять, что происходит, как вдруг ее ядро появилось в лианах у модуля слепка. Вставив ядро в нейропорт, ученая только сейчас заметила, что память почти вся занята, причем практически под завязку.
- Реликты старого мира всегда могут вмешаться в дела новых дней… - раздалось уже знакомым голосом в голове девушки, и она только посмеялась:
- И я тебя рада видеть, такого любителя заглянуть в мою курсовую, - как бы это ни звучало странно, но в голове Стефани раздался легкий смешок:
- Ого-го, а у тебя, Стефи, интересная жизнь, особенно с Гейлом была, пока ты училась… - девушка ничего не смогла ответить, только густо покраснела, но в скафандре такого и не заметишь, тут, приятель, даже наметанный глаз помощник такой себе… Но, видно, древний народ был посвободнее нравов:
- А этот Гейл… Он твой муж, Стефани?
- Эм… Не, просто встречались… - но тут уже Хранитель слегка засмеялся:
- Вы, люди, забавные существа: стесняетесь того, что является базовым инстинктом любого разумного существа… И да, я не имел в виду «муж» как «супруг». До падения Империи у нас так часто называли друг друга, чтобы можно было поразвлечься… - увидев обалдевшее лицо девушки, голограмма пропала, но вместо этого в голове Стефи появился голос Хранителя:
- А ты думала, что я тебе мораль читать буду? Э-не… Плавали, знаем… - ничего не ответив, Стефани уже собралась идти к выходу из бункера, что охотно поддержал ее цифровой друг:
- Правильно, пойдем отсюда… Это давно мертвая земля, нечего тут делать живым…
Поверхность встречала авантюристку все той же ночью: в таких местах темнеет довольно рано, и что тут уж говорить, Стефани провела в подземелье почти сутки, но из-за адреналина в ее крови она практически не чувствовала голода, во всяком случае, киты в ее желудке запели только тогда, когда она выбралась из бункера. Началась очень сильная метель, ледяной ветер до 50 километров в час, под минус 190 градусов – даже костюм СЖО начал покрываться инеем.
- Надеюсь, у тебя есть транспорт, а то далеко не уйдем… - ничего не ответив, девушка просто смотрела на навигационную карту в правом углу ее дисплея, где белой точкой было отмечено место с транспортом. И под такой жуткой метелью, в которую дальше носа даже с визором не увидишь, девушка не заметила странного дрожания земли, вернее, льда…
Глава 5 Последние шаги в ледяной пустоши.
Когда дрожание земли стало чересчур явным, Стефани осмотрелась, но ничего, кроме снежной пелены, не обнаружила. Тем более, уже приближался транспортник «Викинг», с полным баком горючего. Доехать без приключений обратно на базу после того, как погуляла по древнему заводу и прикарманила образец работающей технологии прошлого? Да ну, Стефи, и ты так думаешь? Звучит как-то скучновато… По крайней мере, силуэт, что стал появляться перед Стефани, прямым текстом говорил: «Прости, спокойная поездка в сделку не входила». Не успев ничего понять, девушка только заметила, как огромная каменная глыба полетела в нее.
- В сторону!!! – чудом отпрыгнув, Стефани угодила в сугроб, и как только отряхнулась, она замерзла внутри так же, как до этого заледенел ее костюм: В снежной буре появился силуэт огромного каменного монстра, чем-то похожий на смесь паука и скорпиона, по крайней мере, огромное жало у него сзади прямо говорило, что это не ягненок. И спустя всего несколько секунд монстр своим жалом едва не превратил Стефани в лепешку, подняв тем самым огромный столб снега.
- Эй! Это что за хрень?!! – отбежав, девушка пыталась в суматохе найти транспортник и свалить, пока череп цел. Но ведь надо еще добежать до транспорта…
- Видно, сработала система безопасности… Постараюсь его отключить… Пригнись! – самое что странное, на этот раз в девушку не полетел здоровенный валун, а вместо этого какой-то перламутровый шар размером с футбольный мяч, взорвавшийся в сотне метров от авантюристки, словно ящик снарядов.
- Не думал, что у Стражей еще работают энергетические установки… То есть как: «Протоколы безопасности блокированы»?!! Проклятие, ну намудрили… - слова Хранителя заставили девушку сильно нервничать, все-таки услышать, что бешеный пес сорвался с поводка и во всю прыть бежит по твой вкусный зад, и при этом не нервничать?.. Эй, дружище, а где ты такие колеса достал, не поделишься таблеткой-другой? Ну, или подскажешь, кто тебе их организовал? Думаю, такую штуку в простой аптеке заказать будет трудновато, и тут если уж только черного рынка не испугаешься.
Тем временем, пока девушка пряталась за сугробом, Хранитель снова замаячил у нее в голове:
- Я слегка отвлек его – он нас не видит. Беги до транспорта. Быстрее… - инстинктивно поднявшись на ноги, Стефани как сумасшедшая побежала к машине, пригнув голову, словно под шквальным огнем.
- А что ты сделал с ним? – поговорить о чем-то, стоя одной ногой в блинчиковой могиле? О да, звучит очень по-научному!
- Потом! Сейчас в транспорт! – пока монстр бродил, словно слепой, Стефани успела добежать до «Викинга» и вставить ключ-карту в замок, отчего вся электроника одобрительно загудела.
- Уходим! – и машина моментально скрылась в клубах снега, удаляясь от останков древней цивилизации. Однако Хранитель даже не думал успокоиться:
- Не сбавляй скорость. Эти твари могут тебя почуять и на нескольких тысячах ярдонов! Они спроектированы для поимки и уничтожения нарушителей периметра, прости, не предупредил… - но Стефани даже усмехнулась от его слов:
- Все хорошо, для этого ведь и есть ученые J. Кстати, а что такое «ярдон»?
- Сейчас, посчитаю… Это примерно ваших полтора метра. Кстати, хорошая повозка… - эти голограммы были настолько реалистичные, что Хранитель выглядел совсем как живой человек, сидящий на пассажирском сидении вездехода.
- Зона нормальной температуры, можно снять костюм, - дав команду через коммуникатор, Стефани вскоре осталась в своей толстовке и штанах карго с ботинками, что не могло не привлечь ее гостя:
- Это у вас такая мода? Ни камзолов, ни жилетов, ни платья? Странно, вроде ваша Империя и не воюет ни с кем, но при этом ваши портные не могут пошить получше одежды…
- А что, слишком вульгарно, хи-хи, - усмехнулась девушка, ведя машину и не заметив, как собеседник слегка смутился.
- Нет, просто необычно… - на несколько секунд голограмма пропала, но почти сразу появилась в той же толстовке и штанах, похожих на те, что были у Стефани.
- Хм… Необычно, но удобно, - рассматривал рукава толстовки Хранитель, не замечая, как слегка улыбнулась Стефани, глядя на него.
- Слушай, а тебе идет… А все-таки, что ты сделал с тем монстром?
- Спасибо, наверное… Монстру я отправил скрипт, что в воздухе множественные противники. Он обязан их отработать, и пока он не понял, что это обманка, мы сбежим, - кивнув, девушка пыталась всмотреться в пелену снега, как ее вдруг отвлек голос Хранителя:
- До этого не замечал… У тебя очень красивые волосы, - опа-па… Кажется, кто-то влюбился… А еще говорят, что старшее поколение не может быть романтиками. Ну-ну…
- Ой, ну засмущал… - слегка усмехнулась девушка, вглядываясь в эту бесконечную пелену снега. Постепенно все успокаивалось и, кроме шума двигателя, до ушей девушки ничего не доносилось. Она уже хотела что-нибудь включить из музыки, как вдруг что-то попало в машину, что-то не физическое, во всяком случае, из-за чего все приборы посходили с ума. Пытаясь понять, что случилось, Стефани не справилась с управлением, и машину перевернуло, оторвав при падении колесо. Больно ударившись головой, Стефани на несколько секунд потеряла сознание, перед этим выплюнув сгусток соленой крови, скопившийся у нее в горле.
- Критические повреждения внутреннего контура СЖО. Вниманию персонала, немедленно надеть индивидуальные комплекты… - спокойный голос бортового диспетчера не подействовал на Стефи так, как должен был: такая речь обозначала для людей вроде авантюристки с Земли только одно: леди с косой уже идет по твою душу. И ее холодное дыхание чувствуется на шее куда ярче, чем стакан ледяной газировки в руке.
- Прости, не предупредил, что охранная система еще по ЭМИ отслеживает, не углядел… - ничего не ответив, ученая наспех натянула костюм, благо, заряда батареи еще хватало. Схватив трофеи из бункера, девушка попыталась открыть машину, но что-то дверь не поддавалась.
- Проклятие… Где тут вкладка костюма… - мечась глазами по лицевому дисплею, Стефани быстро нашла параметр «гидроприводы», и легким движением глаз перенесла значительную часть энергии на свои ноги. Всего несколько секунд, и дверь Викинга вылетела, что пробка из-под шампанского. Костюм Стефани почти сразу покрылся инеем, ей было тяжело выбраться из разрушенной машины, но все же на ледяном снегу добавилось следов человеческих ног. На улице уже была ночь, но при этом буря так и не думала утихать, перед глазами девушки не было ничего видно, и лишь только лицевой дисплей говорил, что до передового аванпоста под два десятка километров. Шаг за шагом Стефи начинала осознавать, что счет пошел на ее последние часы. Одна, в ледяной пустоши, которая вскоре может стать ее снежным гробом, без еды, без связи, без пути, без надежды. После того, как вместо мини-карты на дисплее остались одни помехи, у девушки сами собой полились слезы, начинающие замерзать на ее щеках, сначала прожигая ей кожу, а затем ледяная корка начинала резать щеки девушки хуже бритвы.
- Стефи… Я приведу помощь! – Хранитель все еще был в голове Стефани, но она уже никак на это не реагировала.
Спустя примерно часа два после того, как девушка удалилась от останков вездехода, ее ноги все хуже и хуже подчинялись голове: заряд батареи уже был критическим, все системы костюма перешли на базовое поддержание жизнеобеспечения водителя, то есть Стефани. Но больше самого факта незавидной судьбы в виде смерти на далекой планете в полном одиночестве, один на один с собой, ее пугало другое: как больно будет умирать? Единственное, что по-настоящему знала ученая – от такого холода ее легкие моментально заледенеют, как только отключится система жизнеобеспечения…
Не разбирая дороги, земная авантюристка все еще продолжала свой последний путь по ледяной пустыне, но ее сердце колотилось сильнее боксерской груши, то ли от кофеина, что она себе впрыснула в вену, то ли от дыхания смерти, что уже успело заледенить ее грудь. Но все-таки, даже с костюмом СЖО силы человека ограничены, а силы юной мисс Блейк уже были на пределе.
В очередной раз заплетаясь ногами, Стефани рухнула в сугроб и поняла, что сил встать у нее уже больше нет…
- В такую бурю… Даже животные спрятались в своих норках… - как бы это странно ни было, но в голове ученой всплыл именно этот образ: образ Падчерицы из сказки «Двенадцать месяцев»[1], которую в детстве не мало раз читала мама Стефани, пытаясь убаюкать свою энергичную дочку. Самое что ирония, они и вправду были похожи, вот только одна была разница: Падчерица по приказу своей злой мачехи, которой не хватило мозгов просто удавить ненавистную ей девушку или проломить ей голову вместо того, чтобы отправлять ее на холодную и голодную смерть, пошла в ледяную новогоднюю ночь за корзинкой подснежников. Что хуже, не ясно, что было бы лучше для нее: быстрая смерть от скалки мачехи, или медленное заледенение на упавшем дереве где-то в лесу… А вот Стефани добровольно пошла за своими подснежниками, вот только ей забыли сказать, что плата за такие авантюры – жизнь, причем она не будет выходить из тебя быстро, как при выстреле в голову. Нет… Она будет медленно покидать твое тело, пока холод не сделает свое дело и не превратит вас в безжизненный кусок ледяной кристаллической органики.
- Мама… - горячие слезы без остановки полились из глаз девушки, ее тело начало дрожать. Правильно люди говорят, перед смертью всегда будешь звать дорогих тебе людей…
Вдруг вдалеке стали появляться странные огни, словно от фар транспорта, но девушка отказывалась верить в это:
- О, вот и вы… Только не наказывайте строго, я старалась быть хорошей… - к лежащей девушке из транспорта, чей силуэт недвусмысленно намекал на чудо марсианского машиностроительного концерна, вышел человек в костюме СЖО военного образца.
- Мать честная, и занесло-то тебя… - слабенько улыбнувшись, Стефи наконец смогла закрыть глаза, вверяя себя в руки ледяной пустоши. Руки и ноги девушки расслабились, грудь поднималась все тише и тише, и даже лицо девушки растянулось в слабой улыбке эйфории перед лицом ледяной смерти… И если всего минут 15 назад ее била дрожь от ледяного дыхания смерти, то сейчас Стефани будто одеревенела. То ли от страха, то ли от холода. Но теперь она просто лежала и молча ждала конца боли по всему ее телу. Мертвецам ведь не больно…
[1] Имеется в виду версия сказки С. Я. Маршака «Двенадцать Месяцев»
Глава 6 Меж двумя мирами
Легкое потрясывание на заднем сиденье, гул двигателя… Слегка прохладный воздух, немного колючий плед на плечах… Все-таки, Стефи еще не на том свете, и это не ангел-хранитель ее душу провожает. Но все же озноб никуда и не думал уходить. Покрутившись на заднем сиденье, девушка слегка застонала, что привлекло внимание некого силуэта, сидящего за рулем:
- Ну что, авантюристка, очнулась? – самое что странное, голос был совсем спокойный, хоть и прокуренный. И Стефани узнала его…
- Эм… Турман… Это вы? – голос девушки был слишком тихим и дрожал, поэтому водителю пришлось перевести вездеход в режим автопилота, после чего, когда руль спрятался в приборной панели, он повернулся к Стефани, все еще бледной и дрожащей от холода:
- Ты понимаешь, что ты чудом не умерла, дура земная?! Как тебя нашел, ты уже окоченевшая лежала, СЖО на критическом уровне была! – тирада капитана Турмана могла и дальше продолжаться, но вот слова девушки его слегка подостудили, как бы это ни звучало странно:
- Данные… Лазрифы… Должна… Кендра…
- Ах да, Кендра… Она уже вся извелась на базе, боялась, живая ли ты… Как раз, чтоб тебя придушить! Ты хоть представляешь, какую бучу ты устроила, малявка?! Да за такие дела… Да если б ты на моей планете такое выкинула – ты бы встать не могла!.. – но тут офицер притормозил со словами, взглянув в глаза Стефани: из них безостановочно лились слезы, она даже не истерила, а просто лежала, бледная, как бумага. И тут внезапно ее тело начало содрогаться, словно через него пустили слабый ток. Скрутившись в калачик, Стефани закрыла от судороги глаза, не в силах остановиться.
- Боже… Сейчас, полегчает… - достав аптечку, небольшую синюю сумочку с зеленым крестом, всего спустя мгновение капитан извлек оттуда боевой инъектор со странным белым содержимым:
- Это поможет, - Стефани никак не отреагировала, пока белая жидкость не попала в ее мышцы, но после этого ее руки заколотились от тремора, который юная ученая никак не могла остановить.
- На, глотни, согреешься, - металлическая фляжка явно не с чаем оказалась в руке лежащей девушки и, несмотря на то, что она никогда не пила, несколько глотков все же раздалось в транспорте на фоне вьюги снаружи. И что не удивительно, дружище: когда ты одной ногой в могиле, слегка смочить горло огненной водой, мягко говоря, идея не самая плохая. Еще б закуски какой после суточного голодания организовать – вообще красота будет.
- Зачем ты вообще полезла сюда? – голос капитана уже был совсем уставшим, судя по синякам у него под глазами, он последние сутки точно не спал, либо Кендра ему выписала… И уж точно не квартальную премию.
- Я… Я хотела…
- Как хотела, так и перетерпела. Голову включать не пробовала? – и тут из костюма СЖО появился голубой луч со старым знакомым Стефани:
- Послушай, она и так едва живая, помирала час назад. У тебя совсем сочувствия нет?! – хоть Хранитель и замаячил прямо перед Турманом, но он только отмахнулся от голограммы, как от назойливой мухи:
- Да сдрысни ты уже, адвокатишка плесневый. По пути сюда уже заколебал! – повернувшись к Стефани, мужчина увидел заледеневший и отсутствующий взгляд девушки с едва живой искрой внутри. Какой бы ты поборник дисциплины ни был, но когда перед тобой лежит полуживой человек, тут уж не до упреков да ругани… И тут произошло то, что ни Хранитель, ни Стефани не ожидали: Турман приобнял девушку:
- Эх ты, дочка-дочка… - прикрыв глаза, ученая машинально приобняла офицера, почувствовав ледяной холод металла на левой руке, но вот внутри она почувствовала мощное биение сердца. И тепло… Ничто так не может согреть после ледяной смерти, как тепло другого человека. Ведь что такое тепло – это не просто энергия, выделяемая телом и измеряющаяся в килокалориях, Цельсиях да Фаренгейтах, хотя и без них никак… Тепло – это нечто большее, нечто, что согреет не только тело, но и душу. Ведь какой смысл прыгать в горячую ванну, если внутри тебя холоднее, чем в морозилке? Внутренний холод не растопить физическим теплом, как ни пытайся… То же самое чувствовала и Стефани, когда обнимала капитана. Объятие было совсем коротким, всего минутку какую, но для девушки это было мгновение, которое она хотела бы продлить насколько сможет.
- Я думала… думала, что ты ругаться будешь, - виновато и очень забавно опустила нос Стефани, не ожидая ответа вроде этого:
- Еще раз такое выкинешь, Блэйк… Не посмотрю, что ты девочка – штаны стяну и выпорю, по-отечески, если папка по заднице не прошелся, когда надо было, - удивленно глядя на парня, Стефани только пару раз кивнула, не сумев подобрать ответ на слова капитана. В то же время Турман вернулся обратно за руль и отключил автопилот, стараясь хоть как-то всмотреться в снежную бурю, хотя, все же, он больше полагался на карту местности, чья проекция была на приборной панели и на дисплее.
Устроившись поудобнее, девушка постаралась закутаться в колючего друга любого авантюриста, слабый озноб ее все еще бил, поэтому она не сразу услышала вопрос капитана:
- Эй, Стефи, а чего ты там такого нашла, что к Кендре так порываешься? – откинув плед, девушка села на диване:
- Тебе как: вкратце или подробнее?
- Ну, тут уж давай все как есть… - слегка откашлявшись, девушка неторопливо начала свой рассказ:
- Этот бункер, что мы с Кендрой исследовали, оказался последним пристанищем для древнего народа. Когда-то это был военный завод, образцы оружия которого у меня с собой… - и если в начале Турман особо так не обращал внимания на рассказ девушки, то вот уже на моменте исчезновения древнего народа и их попытки укрыться в этих ледяных пустынях эти вещи вызвали у него неподдельный интерес:
- То есть, эта древняя раса была стерта с лица земли какими-то тварями из, эм… - и тут из инфоядра Стефани появился все тот же приятель девушки:
- Из камня и огня… И даже не спрашивай, почему – сам не знаю… - ничего не сказав, офицер просто махнул рукой, и голограмма снова скрылась в своем наноэлектронном хранилище.
- Мда, ну история… - и больше никакого звука от этого воякера не было, пока он не включил систему связи:
- Диспетчер, говорит капитан Турман. Нашел нашу пропажу, готовьте лазарет, состояние среднее… - но тут сзади раздался странный глухой шум, из-за чего офицер, не закончив сообщение, повернулся: глаза девушки закрылись, а ее бессознательное тело упало на пол джипа.
- Капитан, это диспетчер, как там пропажа, повторите, проблемы со связью…
- Ситуация критическая… У нее отказ нервной системы… - и на этом сообщение оборвалось.
Некоторое время спустя, лазарет.
Три человека в белых халатах со всех ног неслись по отдельному модулю медблока, отстукивая ботинками по керамическому полу-хаотичную чечетку и катя каталку с белой простынкой.
- Готовьте реанимацию, некроз ткани. Дуэйн, ввести стабилизатор, 20 кубов широкого спектра, - самое что странное, женщина лет 50-ти в белом халате и с рыжими волосами даже не пыталась кричать: медики в таких вопросах всегда предельно спокойны, главное – спасти человека, а не эмоции показывать. Медблок, все-таки, не место для бурных истерик. Но при этом двое парней, таранящих каталку, переходили на бег, отчего постукивания колес становились все чаще и громче. И так было до тех пор, пока лежащая под легкой простынкой девушка с яркими глазами и светло-золотыми волосами не свесилась с каталки и не освободила место в своем желудке, хотя, кроме вишневой крови и желчи, там ничего и не было, но вот вкус и видок такого… Бррр…
- Держите ей голову – захлебнется. Отравление, видимо… - один из врачей взял голову Стефани и повернул ее на бок, чтобы рвота пошла в сторону, но девушка уже никак на это не реагировала.
Доставив ее до модуля интенсивной терапии, один из врачей подхватил полумертвую любительницу проблем и положил на кровать, а другой попутно потыкал сенсор – и зеленый луч биотического сканера прошелся по девушке, однако сканирование ничего толком не дало: сильные повреждения тканей, обморожение третьего уровня, некроз нервных окончаний… Короче, весело…
- Давление падает, плазму давай, внутривенно… Да где эти чертовы инъекторы! Линк, тебя за смертью ток посылать! Дуэйн, еще стабилизатор, и регенератор давай, в ногу коли! – вставив контейнер с синтетическим плазменным суррогатом гемоглобина, женщина моментально нашла бледно-синюю ниточку вены на белоснежной руке пациентки. И «белоснежная» - это уж точно не «красивая». Скорее «Одной ногой в могиле отдыхающая»… Прикрыв глаза, Стефани даже уже не шевелилась, и только сигнал датчика биотока говорил, что девочка с Земли еще не пьет чай со своей прабабушкой в райском саду.
- Вся бледная, регенератор не действует, некроз нервных окончаний, лейкоциты крови разрушены, клеточная асфиксия ног…
- Я и так вижу, Дуэйн! Что с биотоком мозга?
- Мозг не поврежден, все еще есть активность. Биоток стабилен… - И тут сзади к женщине подошел некто в белой куртке Флота с такими же рыжими волосами и очень обеспокоенным взглядом:
- Амели, как она?
- Проклятие, выйдите отсюда! А, Кендра… - повернувшись, сказав перед этим ввести еще дозу препарата в вену девушки, врач заметила старую знакомую:
- Положение никакое, Кендра… Твоя эта Стефани… Когда ее нашли в костюме в той пустыне… Боже, как она вообще в живых осталась?!
- Амели, ей можно помочь? – спокойный голос ученой немного подуспокоил врача, и та кивнула:
- У нее некроз нервных тканей и разрушены лейкоциты крови… Только переливание, как можно скорее. Иначе девочке придется ампутировать ноги…
- Группа?
- Третья плюс… Ей или третья, или первая пойдет, есть кто? – и тут на слова женщины в комнату зашел командир охранной группы, вот только Амелия была не ахти как рада такому визиту:
- Проклятие, не реанимация, а проходной двор…
- У меня первая плюс. Я подхожу. Быстро! – кивнув, Амелия кивнула в сторону соседней койки, куда сразу лег Турман. Еще пара мгновений, и колониальная кровь солдата ВКС полилась по венам землянки. Как бы это странно ни было, но девушка все еще могла дышать сама, и когда началось переливание, даже слегка порозовела.
- Доктор Оуген, тут ваше присутствие не особо нужно… Но взгляните на это. Это внутренний ОНД[1] костюма Стефани, смогли выкорчевать наши, когда с нее костюм содрали, тут последняя запись, и там ваше имя… - один из врачей, парнишка лет 25 с короткими вихрастыми волосами, передал ученой небольшой, размером с палец, прямоугольник с нейропортом для компьютера или для синхронизации с биобелами.
- Хорошо, где есть комп? – и врач указал на комнату-офис напротив палаты, вернее, ординаторскую, если ее так можно было назвать: холодильник, диван да стол с парой прибамбасов.
Сев в кресло, Кендра подключила ОНД, что было не самой лучшей идеей: перед глазами ученой была ее ученица на последнем издыхании жизни: обледеневшая, перепуганная, с ледяными слезами и красными от дикого недосыпа глазами.
- Не могу отправить сообщение, связи нет… Доктор Оуген, я должна передать вам важную информацию по поводу бункера, что мы исследовали. Я не смогла узнать подробности, но скажу точно: Федерация в опасности. Этот бункер был сверхсекретным военным заводом древней расы, называвших свой народ некоей «империей», по уровню развития они были близки к нам. Сам же бункер стал последним пристанищем для персонала завода, но никто там не выжил, остался только один искусственный интеллект… - после секундной заминки Стефани продолжила слегка подрагивающим голосом:
- У меня мало времени. Костюм перешел на базовое жизнеобеспечение. Кендра, прошу… Найди мое тело и забери ОНД и инфоядро, что у меня в нейропорте. Найди их и передай нашим… Я смогла найти несколько образцов древних технологий, а также записала внутреннее устройство комплекса. Сам бункер представлял из себя огромный комплекс из около 30 модулей, соединенных линией монорельса, по крайней мере, то место, что мы осматривали, оказалось транспортным терминалом… - после этих слов Стефани упала и крайне неуклюже попыталась встать, конечности-то заледенели…
- Мне трудно идти и говорить… Вся информация записана на ОНД и инфоядре. На нем вы еще найдете мою находку – работающий цифровой слепок личности одного из представителей древней расы. Он понимает наш язык и рассказал уже немало о своем народе. У нас с ним была простая договоренность: я помогаю ему выбраться из бункера, а он дает нам всю информацию, что знает. Он будет вам полезен, представился как «Хранитель»… У меня кончается энергия. Прошу, когда вы найдете мои останки, выудите все носители, что есть в костюме, если не сможете – исследуйте с моим телом, мне уже все равно… Из пустыни я не выйду… Пожалуйста, передайте Рейчел, что ее чай классный, и анекдоты Роджера тоже крутые. Удачи вам, Кендра. Прощайте… - и после этого запись прекратилась.
И если вначале Кендра просто смотрела запись Стефани, то уже в конце ее глаза были на мокром месте: умереть одной, в ледяной пустыне, без шансов на спасение… И это происходит с твоей ученицей? Да на ком тут лицо будет? Тяжело вздохнув, Кендра пошла обратно в транспортный отсек, где техники все еще пытались работать над костюмом экстремалки, где слетела буквально каждая деталь сложнее светодиода или схемы.
А в это время все больше крови переливалось в тело Стефани, отчего она постепенно розовела, но все еще была в критическом состоянии…
- Так, отключайте капитана, позовем еще кого… - но тут врач приглушенно вскрикнул, так как офицер слегка приподнялся на койке:
- Я в порядке… Лейте.
- Мы и так уже с вас под 700 грамм взяли, опасно, мистер Турман…
- Хренистер! Нет времени… Я…В…Порядке, выньте бананы из ушей! Сколько еще крови надо? – голос капитана был настолько резкий и громкий, что женщина-врач все же послушалась:
- Хотя бы еще грамм 400 надо, лейкоциты разрушены у нее…
- Делайте, док… Ток разбудите потом, - и тело старого волка войны обмякло на подушке – когда из твоего тела вытекло под литр крови, тут ты вряд ли возьмешь свою любимую красную бандану да пару лент к пулемету, да, Джонни[2]?
Проверив катетер и тяжело вздохнув, врач установила таймер отключения инфузивного блока на трубке переливания и вышла из палаты.
- Ты не переживай, дочка. Все закончилось… - в своей манере полуулыбнулся капитан и кивнул в сторону лежащей с закрытыми глазами землянки. Словно она могла ему ответить, но ведь даже в коме люди все чувствуют…
Около суток спустя. Лазарет Аванпоста 1, палата интенсивной терапии.
Слабый приглушенный свет от лампы бьет в глаза, легкая прохлада от белого одеяла, жесткая, но удобная кровать… Не, определенно это не тот свет, Стефи, и не надейся… По крайней мере, вой пурги за окном прямо говорил, что это все еще Цаара всего лишь где-то на отшибе Галактики. Слегка прищурившись, Стефани смогла открыть глаза и откинуть одеяло. В ее левой руке все еще была бабочка с капельницей с какой-то мутно-белой жидкостью, поэтому девушка не без опасений смогла сесть на кровати. Вроде, все в порядке, только ноги были словно налитые металлом, какие-то тяжелые, и общее ощущение, что недавно тебя переехал бульдозер.
- Странно… Это рай? – сам собой созрел вопрос в голове ученой, по крайней мере, именно такие мысли были в ее голове, пока она не коснулась босыми ногами холодного керамического пола. Приятная прохлада в ногах немного подуспокоила девушку, пока она не попыталась встать, но вместо этого просто рухнула на жесткий матрас: ноги словно были набиты ватой и отказывались подчиняться каждый раз, как она пыталась встать. В комнате было довольно прохладно, поэтому завернуться в одеяло было не самым плохим выбором для Стефани: одета она была только в белую футболку и такие же белые шорты. Снова приняв горизонтально-приятное положение, она просто некоторое время смотрела в потолок, стараясь хоть немного упорядочить тот вихрь мыслей, что в этот момент бороздили чертоги разума земной любительницы адреналина. Как раз было время немного все в порядок привести.
- Странно… Это не рай… Но и не ад, полагаю… Слишком холодно для такого места, - шок от пробуждения был слишком сильным, чтобы просто взять себя в руки и трезво думать. А представь, приятель, что ты одной ногой в могиле стоял, уж готовился пообщаться с народом у Жемчужных Врат, ожидал, как ты ступишь босыми ногами по зелени и травам райского сада, а тут бац – и ты снова в своем теле, валяешься на койке в госпитале, у тебя смятение и бардак в голове похлеще, чем у холостяка на квартире. И если к этому моменту ты, дружище, не начал нести бред или не проблевался… А ты на редкость крепкий сукин сын, брателло!
От «особо важных» размышлений пациента отвлек звук открывающейся двери, и в палату вошло несколько человек, довольно-таки знакомых Стефани.
- Э-хей, ты как? Мы уж думали… - и крепкие обнимашки подруги-соседки по каюте сказали лучше любых слов, что Денни, Роджер и Рейчел сильно скучали по своей блонди из Бостона.
- Мда, ну ты и шороху навела… Кендра на ушах все время, - не успев ничего ответить, Стефани увидела в руке Роджера ту самую баночку ледяной газировки, извлеченной тем из заднего кармана. Свежий вкус карамельной амброзии вперемешку с кофеином и корицей приятно освежили девушку, и все-таки, приятно высадить баночку такого напитка, когда только поднялся с койки в госпитале…
Конец первой части...
[1] Операционный носитель данных
[2] Имеется ввиду Джон Рэмбо – главный герой серии фильмов о ветеране Вьетнама
Спасибо за чтение
Вернуться к книге