Трудовые будни космических пиратов

Глава 1

ГЛАВА 1.

- Ну, что?

В устах Пола этот вопрос мог означать все, что угодно, от: «Какие новости?» до «Что будем делать?» и даже: «А не пора ли приступить к работе?» Сейчас явно был второй вариант, и Чесни пожал сутулыми плечами:

- Ну… вы все-таки совершили маневр и теперь… теперь надо все проверить и…

- И?

Еще одно слово-понятие от обычно немногословного капитана, в зависимости от движения бровей и тона означающее много чего – долго перечислять. Сейчас это было: «И что мы сидим, сложа руки?»

- Я запустил аварийную проверку всех систем, - пилот кивнул на панель, где одни огни уже погасли, а другие, наоборот, разгорались все сильнее, мерцая в хорошо знакомом ритме. – Это займет некоторое время…

- Сколько?

Вопрос пришел от второго пилота, совмещавшего обязанности навигатора. Тот сидел за своим пультом, как музыкант за инструментом – прямой, подтянутый, сосредоточенный, касаясь панели кончиками пальцев. Всех двенадцати. Пилот-мутант… а что такого?

- Еще минут десять.

Пол вздохнул. В некоторых случаях десять минут – это вся жизнь.

А они, кажется, приближались к этой отметке. Его собственная управляющая панель, на которой было на порядок меньше тумблеров, кнопок и всего один сенсорный экран – а много ли надо дублирующей аппаратуре, которая включалась лишь в аварийных ситуациях? – тоже переливалась огнями. Поперек экрана шла красноречивая надпись «Введите пароль». Надпись нервно мигала. Пол уже два раза вводил старый пароль, но система на него почему-то больше не реагировала. Оставалась третья попытка – либо менять пароль, либо выяснять, почему больше не действует старый.

Впрочем, на этот-то вопрос ответ как раз и был. Все дело в той «норе», куда они сунулись, не проверив все точки входа-выхода. Ввинтились в нее под немыслимым углом, едва не задевая «стенки лаза» и вывалились… Хорошо, что вывалились живыми и с относительно рабочей техникой. А что корабль перестал реагировать на команды и упрямо прет по прямой – так это легко устранимо…

В теории.

А вот на практике…

Отвлекая Пола, ожил переговорник. Машинное отделение.

- Кэп, что там у вас?

Он опять вздохнул. Перед «нырком» Юмбе 55 был отдан приказ «жать по-полной». И веганец выжал. Но вот отдать команду «сбавить обороты» не получалось. Кораблик продолжал лететь не только по прямой, но и с прежней скоростью, надобность в которой уже отпала. Более того, если и дальше так гнать, запросто можно выжрать все топливо и зависнуть в пустоте… если до того не случится столкновения. А по закону подлости это непременно произойдет. Давно замечено, когда у тебя все системы работают как часы, космос девственно чист и пуст, даже на дальних лидарах не фиксируется ни одного метеорита, а звезды и их планеты кажутся нарисованными. Но стоит выйти из строя любой детальке – и откуда что берется! Сразу и метеоритные потоки, и притяжение звезд, и встречные суда, которые с ходу требуют изменить курс. А если еще и копы привяжутся… А они привяжутся, это как пить дать!

- Кэп? – напомнило о себе машинное отделение.

- Идет проверка.

- Приказы будут?

- По факту.

Подумал немного и отключил внутреннюю связь. Конечно, это никак не успокоит экипаж, но и отвлекать не будет. Пол чувствовал, что в ближайшие несколько минут ему предстоит принять не самое лучшее решение.

Шлюпка. В нее поместятся только люди. Груз и большую часть запасов продовольствия и кислородные контейнеры придется оставить на борту. Только люди в аварийных скафандрах, в которых запас того и другого всего на семьдесят два стандартных часа. В сочетании с резервами на борту шлюпки это не так уж и мало – сто сорок четыре часа. Если подать сигнал бедствия до того, как покинуть корабль, их отыщут живыми. Но…

Но…Это проклятое «но» заключалось в том, что Пол Хэмир не имеет права бросить корабль. То есть, он может попытаться, но лишь для того, чтобы погибнуть. Ибо «Комета» ему не принадлежала.

«Пока не принадлежала! – напомнил он себе. – Осталось чуть-чуть… последний взнос…вот сдадим груз, перечислим оставшиеся полторы сотни кредо-единиц – и все. Свободны…»

«Ага, как же! Держи карман шире! – вылез откуда-то внутренний голос. – Полторы сотни кредо-единиц… плюс последние проценты – это еще полсотни. Да на лапу кое-кому придется десяток-другой отвалить, чтобы поскорее оформили передачу прав и не забыли «случайно» справочку о том, что он, Поллард Руд Хэмир, больше никому ничего не должен. А то знаем мы такие случаи – оформляешь все документы, гордо считаешь себя владельцем выкупленного судна, начинаешь работать на себя – и тут тебя догоняет предписание банка о том, что ты ему остался должен… Сколько? Еще пятьсот кредо-единиц. Откуда? А пени набежали. Какие пени? А такие! Вы выплатили сто пятьдесят кредо-единиц плюс пятьдесят кредо-единиц процентов, но там же было написано «Сто пятьдесят шесть с половиной единиц» и проценты, соответственно, не пятьдесят кредо-единиц, а «пятьдесят две кредо-единицы». Сложить шесть и два – уже восемь кредо-единиц вы не доплатили. А пени прирастают в геометрической прогрессии – через десять дней вы должны шестнадцать кредо-единиц, через двадцать дней – тридцать две, через тридцать – шестьдесят четыре и так далее. А поскольку вы ушли в глубокий космос на полгода, то сами подсчитайте, сколько вы нам должны… да процент к долгу нарос… Вот так в вечную кабалу к банкам и попадают. И дядюшка тут не поможет. Дядюшка у нас в банке не на последнем месте, без него вообще кредита бы не получили. Он ради лишней полсотни кредитов не то, что двоюродного племянника брата второй жены – мать родную в долговую тюрьму засадит! А это будет. Непременно будет, если ты, Поллард Руд Хэмир, бросишь груз на неуправляемом судне на произвол судьбы. Еще и посреднику будешь должен. А уж что скажут заказчики…»

Пол помотал головой, заставляя внутренний голос заткнуться. Был он немногословным, и этот монолог фактически в полтора раза превышал дневную норму сказанных им слов. Хорошо, что в космосе болтуны не ценились. Болтуном у них на корабле был Курт, который сейчас за сохранность груза и отвечал. Надо бы вызвать его по внутренней связи, спросить, как там контейнеры, но тогда болтуна будет не заткнуть. Он наверняка уже истерит, пытаясь связаться с мостиком. Да и остальные… док опять же…

- Ну, что? – решив, что выждал достаточно, напомнил Пол о себе.

- Пока идет проверка, - ответил Чесни.

- Сколько?

- Уже восемьдесят два процента. Еще чуть-чуть…А, твою мать!

Переливчатый звон заглушил слова пилота. Увы, пояснений не требовалось. Система сбойнула.

- Есть! Нашел, - заорал Чесни. – Передающая плата накрылась.

- Чтобы тебя дыра… - ругнулся Пол. – И?..

Чесни ответил не сразу – сперва он выключил кое-что на пульте, а потом решительно полез под панель, ползая с кресла.

- Добраться и заменить – раз плюнуть, - оповестил он. – Только вот…

- Что?

Иногда у Пола возникали крамольные мысли о том, что его парни нарочно то и дело обрывают фразы на полуслове, чтобы заставить молчаливого капитана открывать рот и таким образом общаться с командой.

- Только вот для этого надо все вырубить и перезапустить систему. С новым паролем.

Это было уже серьезно. Перезапуск всей системы в открытом космосе… Полное отключение всей автоматики, даже жизнеобеспечения, пусть всего и на несколько секунд… А если эти несколько секунд растянутся в несколько минут? Несколько минут в полной темноте, в изолированных постепенно остывающих отсеках…наедине с последними мыслями о том, как глупо, бездарно, мучительно заканчивается эта жизнь. Они задохнутся или замерзнут? Что наступит раньше?

Пол посмотрел на свою панель. Аварийное управление. Именно ему, капитану, надо будет после отключения всех систем нажать вот эту красную кнопку. Сколько прошло столетий с тех пор, как человечество покинуло пределы Солнечной Системы, а аварийная кнопка так и осталась «этой красной кнопкой».

Спрашивать, что будет, если не рисковать, не стал. И так все понятно. И решение может быть только одно.

- Ты… успеешь?

Работать придется не просто быстро, но практически на ощупь, в полной темноте. И каждая секунда промедления может оказаться той последней, после которой уже поздно будет перезапускать автоматику.

- Должен, - прозвучал короткий ответ. Собственно, что еще мог сказать Чесни? Ремонтником он, конечно, не был, но в недрах пульта разбирался и в крайнем случае заменить одну деталь другой мог, не прибегая к услугам запертого сейчас в машинном отделении механика.

- Тогда давай.

Пол кивнул и, пока Чесни, свесившись с ложемента, выдвигал ящик с запчастями, чтобы выудить нужную деталь, снова утопил в гнездо кнопку внутренней связи.

- Внимание всем. Говорит капитан Хэмир. Приготовиться к перезапуску системы. Принять меры к безопасному отключению всех систем, приготовиться к перезапуску. Повторяю. Принять меры к безопасному отключению всех систем и полной перезагрузке. Готовность, - сделал паузу и покосился на копающегося в ящике Чесни, - три минуты. Время пошло!

Бросив быстрый взгляд через плечо, пилот отчаянно просигналил ему бровями – мол, ты чего? Но Пол уже щелкнул таймером и снова отключил внутреннюю связь прежде, чем эфир взорвался от вопросов. Впрочем, источник «взрыва» было легко локализовать и изолировать, чем он и занялся, развернув вирт-окно с планом противопожарной сигнализации и заблокировав несколько дверей. Да, рискованно. Да, уменьшается шанс на спасение. Да, это попахивает трибуналом – могло бы попахивать, если бы дело дошло до этого. Но паника в критической ситуации – плохая альтернатива. Пусть Курт истерит в своей каюте. Когда все закончится, он как раз выпустит пары, и с ним можно будет нормально общаться… если они еще будут когда-нибудь общаться.

Так. Если судить по внутреннему плану корабля и загоравшимся тут и там огонькам, команда не стала терять времени, а занялась делом. Ребят у Пола было немного, рук не хватало, но все проверенные и перепроверенные. Даже Курт при всех своих недостатках и склонностях к истерикам тоже был в некотором роде незаменим. Ибо не только хорошо знал свою работу, но и служил как бы «штатной корабельной крысой» - именно он каким-то неуловимым даже не шестым, а седьмым или восьмым чувством мог угадать, когда дело выгорит, а когда надо все бросать и рвать когти. Кстати, узнав координаты и примерное расстояние до цели, да еще и краем уха услышав о том, какой выбран маршрут, он начал нервничать и предлагать другие варианты самоубийства, быстрее, проще и не такие мучительные. Что ж, Курт опять не ошибся. Но вот именно сейчас слушать его нытье: «А я предупреждал! А я еще когда говорил, что этим все кончится…» - не хотелось. И, если бы не острая нужда в деньгах, если бы не реальная надежда, расплатившись с заказчиком, досрочно выплатить кредит, Пол бы послушал Курта, как слушал его в трех случаях из пяти.

Если бы да кабы… как там дальше? Христофор так и сыпал пословицами. Даже умирая на операционном столе, он и то ухитрился прошептать что-то странное про веревочку, которой, сколько ни виться, а конец настанет… Эх, Христофор-Христофор… все мечтал накопить денег и слетать в родные Барановичи…

Пол мотнул головой. С чего это ему покойник вспомнился? Полгода не вспоминался, а тут…

- Чесни? Готов?

- Угу…

Что-то в этом его «угу» Пола насторожило:

- Проблемы?

- Да как сказать… здесь никто не копался? – пилот все еще шарил в ящике. Навигатор все бегал пальцами по панели. Вернее, бегали пальцы только одной руки, правой. Левая была до половины утоплена в сенсорный экран. Он маневрировал. Вернее, пытался это сделать, поскольку развитая корабликом скорость не оставляла простора для маневра. Появись в опасной близости метеорит – проще столкнуться с ним, чем уклониться.

- А что?

- Платы не нахожу.

- Что?

- То! Юмба не мог ее позаимствовать?

Пол пожал плечами. Три минуты стремительно истекали. Команда уже почти вся приняла необходимые меры. Остались они трое. Через три минуты – то есть, уже через минуту и десять секунд - навигатор активизирует автопилот, а сам Пол начнет отключение систем.

- Что делать, кэп?

Пол ответил недоуменным взглядом. Это пилот спрашивает у него? Сейчас? Кто отвечает за запчасти? Ну да, на пару они с Юмбой, но сейчас нет времени для разборок. Как нет и запасных запчастей. Большая часть доходов уходила на выплату кредита и зарплату парням. Остающиеся крохи тщательно копились, расходуясь в основном на еду и баллоны с жидким воздухом и катализаторами горючки. Даже зарядники они не меняли с самой покупки, а по инструкции их положено обновлять каждый год.

Их взгляды встретились.

- Я, конечно, попробую… тут есть кое-что, но… - Чесни замолк под тяжелым взглядом Пола и закончил другим тоном: - Попытаюсь.

- Сделай, - кивнул Пол и, покосившись на таймер, добавил: - Тридцать секунд.

Палец коснулся панели. Одно нажатие и…

Он не видел, что делает пилот – внимание Пола было привлечено к таймеру. Десять… девять…восемь… семь… шесть… пять…четыре… три…два…один…

Палец прижался к экрану. В тут же минуту, с двух-трехсекундным отставанием, навигатор врубил автопилот и обесточил пульт.

Еще несколько секунд – и волной, нарастая постепенно, навалилась тишина. Это Юмба один за другим глушил механизмы. На вирт-экране стали появляться темные пятна – выключались системы. Какое-то время еще шипел воздух в воздуховодах, но потом стихли и вентиляторы. Тишина наваливалась, давя на уши и нервы. Оказывается, на корабле постоянно что-то гудело, ворчало, потрескивало, шуршало, щелкало, скрежетало.

На пульте у Чесни тоже погасло несколько огней. В конце концов, пилот выудил со дна какую-то деталь, зажав ее в пальцах левой руки, а правой торопливо щелкал переключателями и быстро-быстро вводил коды дезактивации.

- Готов, кэп?

- Угу.

Палец коснулся той самой красной кнопки.

- Свет.

Словно только того и ждала, обрушилась тьма, а вслед за нею, казалось, и удушье и смертный холод. Где-то там, подчиняясь приказу, остановилось сердце корабля, и он повис в пустоте куском металла и пластика, медленно остывая и расставаясь с жизнью. Полу показалось, что он услышал испуганный вскрик запертого в своей каюте Курта, впервые посочувствовав вечному паникеру. Не самая приятная смерть… Сила тяжести мягкими невесомыми лапами толкнула последний раз в грудь и отвалилась. Если бы не привязные ремни, Пол воспарил бы над ложементом.

Кругом царили мрак и тишина, подчеркиваемые, усиливающиеся грохотом собственной крови в жилах и возней со стороны пульта. Чесни в самом деле действовал вслепую – единственный огонек сейчас мерцал перед глазами Пола на пульте аварийного отключения. Если он погаснет… успеют ли они добраться до шлюпки? Двери придется отжимать вручную, а это время, кислород, тепло, жизнь…

Еще немного. Еще чуть-чуть… Да сколько можно возиться? Уже становится холодно – корабль остывает слишком быстро. Значит, они все-таки сначала замерзнут, не успев задохнуться.

Со стороны пульта послышался короткий сухой треск. Так бывает, когда в пальцах ломается веточка.

- Ах ты… чтоб… хурра тебе в…

Чесни ругался хриплым шепотом, перебирая все известные ругательства на своем родном языке.

- Чес… что там?

- Все в норме, кэп. Не видно ни хрена… А, есть!

Еще несколько секунд напряженного ожидания… Великие духи космоса, да что же он так долго! А ведь еще систему перезагружать, и новый пароль вводить… и ждать, пока машина, очнувшись, обновит данные и запустит все системы. А еще…

- Давай.

Красная кнопка маячила перед глазами. Палец потянулся к огоньку. Нащупал прямоугольную выпуклость, надавил.

Секунду или две ничего не происходило – система была погружена во мрак. Потом что-то внизу, под полом, мягко загудело, и перед глазами Пола вспыхнул девственно-чистый голубой экран. Еще секунда – и в уголке вспыхнула белая точка курсора.

«Введите пароль!»

Пароль? Старый или…Какой выбрать?

С воображением у Пола – и у разработчиков – было туговато. Он должен содержать строго определенное количество букв и цифр, а также знаков и символов, быть не длиннее и не короче раз и навсегда заданных параметров, не быть привязанным к именам собственным и историческим датам…

«Жизнь!» - по какому-то наитию напечатал Пол и добавил несколько восклицательных знаков. Замер, не зная, добавлять ли еще… нажал ввод, молясь, чтобы техника не выпендривалась и…

«Принято».

Уф. Теперь еще несколько команд и…

И снова эта пауза, когда, казалось, все повисло в воздухе. Сработала автоматика или нет? Запустилось ли сердце корабля? Справится ли техника с последствиями переохлаждения или…

И тут где-то в недрах корабля послышался нарастающий гул.

Есть!

Пол едва удержался от ликующего вопля, но все-таки вскрикнул от неожиданности, когда резко вернувшаяся сила тяжести бросила его на ложемент. Он слегка прикусил себе язык, но радовался этой боли и рези в глазах от включившегося света, как мальчишка радуется первому в жизни полету. Система запустилась!

Проморгавшись – эх, надо было хоть на один глаз надвинуть светофильтр, тоже мне, капитан-всезнайка! – он уставился на пульт. Искин заканчивал проверку всех систем, и на экране одна за другой всплывали ровные строчки: «Сектор 1-А готов к работе… Сектор 2-А готов к работе… Сектор 3-А готов…» - и так далее. Где-то на других кораблях искины в последнее время делают очеловеченными – все это докладывает машинный голос с «натуральными эмоциями», а порой к голосу «прикрепляется» и тело какой-нибудь красотки – красотки по меркам той или иной расы, разумеется! Но Пол не стал устанавливать нужный софт – тот шел как бы в нагрузку, и стоимость взятого в кредит корабля от этого увеличивалась на пару сотен кредо-единиц. Соответственно, удлинялся и срок выплат, а также сам процент тоже вырастал. Нет уж, мы полетаем по старинке, без всех этих роскошеств, экономя на всем и отставая в развитии, зато побыстрее выплатим кредит и уж тогда развернемся по полной программе!

Машина, тем не менее, и без визуально-голосовых эффектов прекрасно со всем справилась. Дождавшись, пока она закончит проверку систем, Пол окликнул Чесни:

- Рубка, у вас как?

- Все в норме, кэп.

- Тогда за работу. Координаты, маршрут…

- Само собой.

Кивнув, хотя из-за пульта и спинок своих ложементов пилот с навигатором не могли его видеть, Пол принялся обзванивать остальных.

Свободный от вахты стрелок Кир-Пу как спал, так и проснулся лишь после того, как при перезапуске системы сила тяжести сперва вознесла его под потолок, а потом бросила на пол. В машинном отделении энергетик Юмба с механиком Томбой бодро доложили о том, что все в норме. Доктор тоже был спокоен и деловит. А вот Курт…

- Это что такое, кэп? – завизжало переговорное устройство, едва Пол окликнул карго. – Это что сейчас было? Я уж думал, нам кранты полные пришли! Мама дорогая! Мы что, потерпели аварию? Надо немедленно покинуть корабль! Мы все погибнем! Мы все…

- Молчать, - тихо рявкнул Пол, дождавшись паузы в монологе Курта. – Доложить о самочувствии и…

- Да какое, к прыскам, самочувствие? – снова завелся паникер. – Чуть концы не отдал, когда…

- Как груз?

Волшебное слово мигом заставило Курта заткнуться.

- Эм… капитан, я… тут такое было… с ума можно сойти… я чуть было не…

- Проверить и доложить, - Пол странным образом почувствовал облегчение, утопив в гнездо кнопку вызова. Да, и панель надо тоже сменить на новенькую, сенсорную. Такие, кнопочно-тумблерные, нигде уже не используют. Буквально через несколько дней или месяц он станет полностью независимым человеком и сможет, наконец, позволить себе роскошь не считать десятки*.

(*Десятки – одна десятая часть кредитки, основной универсальной денежной единицы, она же у/е. Здесь как синоним слова «копейки». Прим.авт.)

Дав Курту задание и мигом превратив паникера в собранного и сосредоточенного работника, Пол снова окликнул Чесни:

- Есть?

- Заканчиваем, кэп, - бодро отрапортовал тот. – Координаты уже готовы. Кидаю…

Виртуальным трехмерным экраном они тоже не успели обзавестись. То есть, изначально он стоял на кораблике, но не так давно вышел из строя и заменить на новый, более совершенный и, соответственно, дорогой, опять-таки было некогда и не на что. Поэтому пилот по старинке отправил капитану файл с трехмерной картинкой.

Разглядев ее, Пол тихо ругнулся. Их выбросило почти в соседний сектор. То есть, они вынырнули из «норы» практически на границе двух секторов, но, к несчастью, развернувшись носом в другую сторону. И кораблик, послушный приказу «жать на полную», какое-то время летел прочь от нужной им точки. Сейчас он продолжал удаляться от цели пути с прежней скоростью, и надо было сперва затормозить, а потом провернуть маневр разворот, возвращающий «Комету» на прежний курс.

- Сейчас все будет, кэп, - кивнул навигатор. – Места навалом. Развернемся в лучшем виде! Тут пусто…

Пол переключился на внешние обзорные экраны и понял правоту навигатора. Экраны и лоция показывали редкостное единодушие – они влетели в один из самых «пустых» секторов этой части Галактики. Согласно лоции, в секторе 48-2/триО, было всего одиннадцать звезд малой и средней величины, причем планетарные системы имелись только у пяти. Сектор был необжитой, по нему даже трассы не были проложены, ибо, если в пути случится поломка, остановиться для починки будет просто негде. Подумав об этом, Пол ощутил себя счастливчиком – ведь, если бы систему не удалось перезапустить и пришлось срочно покидать корабль на шлюпке, шансы, что сигнал «СОС» будет принят при их жизни, не просто уменьшался, а становился величиной отрицательной. В лучшем случае, их бы однажды нашли пролетавшие мимо такие же, как он, сбившиеся с курса лихачи. В худшем… космос для этого слишком огромен.

От размышлений о превратностях судьбы его отвлек вызов по внутреннему каналу.

Курт.

- Я проверил груз, кэп.

- И?.. – сердце сжалось от недорого предчувствия.

- Пока все в норме, разгерметизации не произошло, оболочки целы, крепления надежны, - доложил карго таким тоном, что любой бы почувствовал подвох.

- Точно все в норме?

- Ну… как сказать… техника тут, конечно, как и везде, вырубалась…

- Таймер…- догадался Пол.

Груз, который они везли, был необычным. Каждый из трех контейнеров был снабжен таймером, который отсчитывал секунды до окончания срока хранения. Вскрыть контейнеры надо было хотя бы за десять секунд до истечения этого срока, и лучше, если это произойдет в присутствии заказчика и не в космосе. Иначе начнется процесс распада и убыток, который понесет Пол, еще на пару лет затянет его в кабалу к дядюшке-банкиру.

- Он… я его…ну… проверил, - отчего-то заюлил Курт.

- Обнулился? – если это произошло, груз можно уже выкинуть. Просто так, на всякий случай. Ибо если в атмосфере процесс распада груза мог бы закончиться просто гниением, то в космосе, при чудовищной разнице давления вакуума, он бы спровоцировал небольшой взрыв мощности достаточной, чтобы разнести корабль на детали.

- Никак нет. Просто… сколько у нас теперь времени, кэп?

Кровь и хаос! Пола бросило в дрожь. Точно. Они же отклонились от курса и кто знает, сколько у них уйдет на маневр.

- А каковы показания таймеров?

- Сто сорок шесть целых и двести… почти двести тысячных… девятьсот девяносто девять…

- Добро.

Сто сорок шесть стандарт-часов с «минутами». Неплохо. Шансы есть. Если Чесни с напарником не подведут с маневром.

И парни тут же напомнили о себе.

- Кэп, держи трассу!

На экране перед Полом развернулась трехмерная модель, обвешанная условными знаками и цифрами.

- Если идти по параболе и взять стандартный уклон в три с половиной градуса, - счел нужным пояснить навигатор, - то можем выйти в секторе 46 всего в ста пятидесяти астрах* от цели.

(*Астра – сокращение от «астрономическая единица». Расстояние от Земли до Солнца. В астрах – а также декастрах и парсеках – измеряется расстояние в глубоком космосе. Прим.авт.)

Пол кивнул. Всего сто пятьдесят астр. Не так уж много.

- А по времени?

- Ну… - Чесни почесал щеку, - если не тормозить, то часов за сто сорок пять управимся.

Пол кивнул. Через сто сорок шесть часов истечет срок годности содержимого контейнеров с грузом. Их необходимо вскрыть до этого времени. В запасе остается всего час и несколько минут. Негусто. Впрочем, если радировать заказчикам и назначить встречу на полпути к цели, сославшись на форс-мажор… Вот завершим поворот и радируем.

- Начинайте маневр, - распорядился он.

То, что космос – это пустота и огромные расстояния, знают все. Но не у всех хватает воображения представить себе, насколько огромны расстояния от звезды к звезде. Если бы не многочисленные «складки» пространства, а также «норы» и «лазы», которые позволяют существенно сокращать расстояние, человечество даже сейчас, в десятом веке от начала космической эры, не сумело бы освоить и четверти Ойкумены.

Если смотреть внимательно, станет ясно, что большая часть Галактики представляет собой один большой укромный уголок. Приграничные зоны между различными секторами – весьма, надо сказать, значительные территории – отличное место для всякого, кто хочет затаиться, укрыться от постороннего лидара и просто обделать кое-какие свои дела.

Сигнал «мэй-дэй» был принят ближе к вечеру, когда команда собралась на ужин. Дежуривший в тот день Курт сам отнес в рубку вечерний паек развалившемуся за пультом навигатору Шушере. Большая часть огней уже была погашена, несмотря на то, что до отбоя еще оставалось два с половиной часа. Мигал только сигнал автопилота, и Шушера следил за тем, чтобы кораблик не отклонялся от курса. В случае внештатной ситуации он мигом вызывал Чесни и до его прихода брал управление на себя.

Шушера – настоящее его имя было намного длиннее, что-то вроде Шруш-шеш-рашши – с явным удовольствием отвлекся от созерцания межзвездного мрака, который добросовестно отражали внешние обзорные экраны. Лишь на двух из восьми «окошек» с краю слабо мигали далекие звезды, да в третьем обозначилось что-то вроде пылевой туманности, которую лоция определила, как скопление метеоритов, оставшееся, видимо, от трапезы одного из Странников – подозрительной, псевдо-разумной энергетической формы жизни, время от времени появлявшейся из глубин космоса. Согласно расчетам, корабль должен был пройти в паре астрономических единиц от края скопления. По космическим меркам близко, почти впритирку, но зато экономилось пятнадцать стандарт-минут, что в условиях тотальной спешки было весьма и весьма кстати.

Подав навигатору поднос с разогретым пайком, Курт остался стоять, рассматривая обзорные экраны. В рубку рядовые члены экипажа поднимались редко, лишь по личному вызову капитана или когда вот так, будучи дежурными, приносили Чесни или Шушере паек.

- Это все работает? – поинтересовался Курт.

- Угук, - Шушера сосредоточенно вскрыл упаковку и тщательно перекладывал содержимое в миску.

- И вот это? – палец карго ткнулся в пульт.

- Лапы прочь! Испортишь!

- Ага, - Курт мигом занервничал, пряча руки за спину, - я ж понимаю… если я чего-нибудь нажму, мы тут все на молекулы распадемся…

- Ну, не на молекулы, пожалуй, но… все равно ничего не трогай. Просто смотри.

Шушера принялся за еду. Курт дисциплинированно топтался рядом. Его обязанности дежурного включали не просто достать и разогреть пайки, но и накормить вахтенных, а также утилизировать после них одноразовые контейнеры и почистить индивидуальную многоразовую посуду. Конечно, пользоваться одноразовой намного выгодней в плане экономии времени, но она достаточно дорого стоит – эти смешные экологи вовсе требуют ее запретить, чтобы человечество не загрязняло космос! – а капитан Пол экономит на всем… кроме свободного времени, которого в дальних рейсах навалом. И карго ждал, бросая во все стороны любопытные взгляды.

- А вот эта лампочка так и должна мигать? – нарушил он молчание.

Шушера одарил болтуна и паникера мрачным взглядом и уже открыл рот, чтобы прочавкать что-то вроде: «Не лезь не в свое дело!» - но прежде посмотрел, куда указывает палец Курта – и подавился ужином.

- Кх-хах-ха… - прокашлявшись, с трудом проглотил недоеденный кусок и сунул дежурному поднос остатками ужина. – Нет, духи меня съешь!

- Мы сломались? – Курт, бледнея на глазах, попятился к выходу, прижимая к себе поднос.

- Нет, мать его… Это сигнал!

Навигатор рванулся к пульту, торопливо переключаясь на прием, и рубку наполнил характерный позывной.

- Тревога, - просто сказал Шушера и до отказа утопил в гнездо кнопку вызова капитана.

- Мама, - прошептал Курт, прислоняясь к переборке. – И что теперь делать? Мы… эвакуируемся?

- Еще нет.

Вызванный сигналом, в рубку ворвался Пол. Следом за ним торопился Чесни. Пилоту хватило мига, чтобы все понять.

- Сигнал бедствия.

Все трое переглянулись.

- Координаты? – Пол нырнул в свой ложемент, торопливо активировал пульт, готовый в случае чего взять управление на себя.

- Есть, - коротко бросил Чесни. – Лево-низ уклонение тринадцать градусов шесть минут…

- Шесть с половиной, - поправил Шушера. – Рассеянность двести градусов. Определяю сторону волны…

Им понадобилось от силы двадцать секунд, чтобы определить, что сигнал с большей долей вероятности исходит как раз со стороны того самого скопления метеоритов.

- Курс, - только и приказал капитан, услышав это.

Сомнений в том, что надо все бросать и идти на помощь, не возникало. Космос слишком велик, и даже в самых оживленных секторах может пройти от нескольких часов до нескольких суток прежде, чем сигнал бедствия будет принят и расшифрован. И даже при самых благоприятных обстоятельствах помощь может опоздать – слишком велики расстояния, слишком редки встречи с теми, кто может помочь. В девяти случаях из десяти спасатели, отозвавшиеся на призыв о помощи, находили уже мертвые корабли и погибших в ожидании спасения членов экипажа – даже в тех случаях, когда люди успевали добраться до скафандров глубокой защиты. Ибо ни один из них не обеспечивал организм обогревом и питанием дольше, чем на двести часов. А спасательные шлюпки действенны только в тех случаях, когда в прямой видимости от потерпевшего крушение корабля находится планета, окруженная атмосферой. Иначе шлюпка может стать могилой, хотя смерть в нее придет позже – часов через триста.

Все это прописные истины, которые вдалбливают каждому пилоту в каждой навигаторской школе с первых дней. Что космос жесток, что он не прощает ошибок, что шансы на выживание при аварии стремятся к нулю и что надо, во-первых, изо всех сил стараться не допустить аварий, а во-вторых, в случае чего, бросать все и мчаться на помощь. Ибо, несмотря на то, что человечество колонизировало и подстроило под себя больше двух сотен планет, не считая тех, которые только находятся в процессе освоения, в масштабах даже одной Галактики это – капля в море.

- Мы идем на помощь? – подал голос Курт.

- Да. Курс?

- Готов, - навигатор перекинул Полу новый вариант их трассы, проходящий теперь впритирку к скоплению метеоритов.

- Но это… это невозможно! – мигом запаниковал карго. – Мы же отклоняемся! У нас есть цель… Мы на работе!

- А люди в беде. И потом…

Пол оборвал сам себя, чувствуя, что зря оправдывается перед подчиненным, и вместо него это сделал Шушера:

- Отклонение всего полтора градуса, предварительная потеря времени-пространства меньше половины стандарт-часа. Каков у нас резерв?

Вопрос был адресован непосредственно Курту, и тот переменился в лице:

- Н-ну это… примерно…э-э…

- Вот когда выяснишь точно, тогда вернешься и доложишь! – рявкнул Шушера и уже другим тоном торопливо добавил: - Да, кэп?

- Да, - кивнул Пол. – Выполнить и доложить.

Курт его раздражал. Нет, конечно, дело свое он знает, но уж больно любит панику разводить. Хуже женщины, право слово! Если бы экипажи подбирались по половому признаку, Пол вовсе предпочел бы общество одних женщин. По крайней мере, их истерики происходят от природы, а потому естественны.

Тем не менее, карго убрался проверять груз, а Пол включил общую связь.

- Внимание всему экипажу. Мы получили сигнал бедствия и идем на помощь. Юмбе и Томбе – полная готовность!.. Док, к тебе это тоже относится. Остальным занять места согласно штатному расписанию!

Впоследствие он не раз и не два укорял себя за то, что забыл включить в этот список стрелка Кир-Пу.

В кабине царил маскировочный полумрак, и потому все невольно затаили дыхание и старались как можно меньше шевелиться.

- Есть ответочка!

На экране появилась и запульсировала алая точка.

Юлий почувствовал, как вспотели ладони.

- Тип? Расстояние? Координаты?

- Тип «комета»… старая модель, - Джек колдовал над пультом, - расстояние… примерно двенадцать астр… идет на сближение… Отвечать?

- Да.

В эфир полетела заранее сляпанная заготовка:

- Говорит исследовательское судно «Бабочка». Потерпели крушение. Столкновение с метеоритом… выведены из строя оба двигателя… утечка кислорода… разгерметизирован второй отсек…есть пострадавшие… Говорит исследовательское судно «Бабочка». Потерпели крушение. Столкновение с метеоритом…

- Надо было побольше помех вставить, - покачал головой Юлий.

- И так сойдет, - отмахнулся Джек.

- Тихо! – связист Рекс поднял два пальца. – Есть ответ!

- Говорит транспортное судно «Комета-Прим». Сколько у вас кислорода?

Троица у пульта переглянулась. Юлий показал растопыренную пятерню.

- Часов на пять, - по-своему понял его Рекс.

Юлий страдальчески поморщился. «Одна пятая объема!» - старательно шевеля губами, попытался просигналить он.

- Наверное… я не знаю… - попытался выкрутиться Рекс.

- Кто на связи? – через пару минут прилетел ответ. Джек выразительно провел ребром ладони поперек горла, украшенного татуировкой.

- Я… стюард, - соврал Рекс. – Я… кажется, я один… пилот, он… без сознания. Я не могу его привести в чувство, а док, - Юлий кивал на каждое его слово, и связист продолжал уже без запинки, - их заблокировало… там… на той стороне… Я не знаю, живы ли они. Внутренняя связь… она заблокирована…

- Сколько всего человек на борту?

- Э-э…пятеро… было. Мы тут вдвоем, а остальные…

- Держись, стюард. Мы идем!

Юлий и Джек молча обменялись приветственными жестами.

- Ага, - кивнул Рекс. – Я держусь…

Подмигнув связисту, Юлий встал, передернул затвор автомата.

«Так держать!» - выразительно шевельнул губами и вышел.

Исследовательское судно «Бабочка» явно было переделано из частной яхты. Таких красоток часто берут на абордаж, поскольку владельцы почему-то убеждены, что огромная страховка и мощный движок защитят их от нападений лучше, чем трехслойная броня и пара ракет «под брюхом». Нарастить на захваченную яхту броню и поставить ракетную установку, а также щит-отражатель – дело техники. Внутри, как правило, ничего не менялось, и если «Бабочки» терпели крушение, то внутренние переборки сминались, как бумажные. Так что ничего удивительного, что яхта встретила спасателей безмолвием и темнотой. Она беспомощно лежала «на боку» относительно хода «Кометы», не подавая признаков жизни. То есть, жизнь-то теплилась, но только в рубке, где мигали несколько габаритных огней – верный признак того, что еще не вся автоматика вышла из строя. По словам поддерживающего связь стюарда, ему удалось кое-как привести в чувство пилота, но тот явно контужен и, хотя пришел в себя, никак не может понять, что происходит, и вообще только мычит и хлопает глазами… разве что кровь из ушей не течет.

- Не нравится мне что-то, - шепнул Чесни, рассматривая яхту. – Что-то тут не так…

- А что не так? – Пол подался вперед. В тяжелом скафандре он сгибался с трудом.

- Сам не знаю… Двигатели вроде в порядке, обшивка почти цела…

- Почти!

- Ну, пара царапин и вмятины…Но проломов нет… И, смотри, шлюпка!

- Что – шлюпка?

- Спасательной шлюпки нет! Они улетели…

- Ага, и бросили двоих людей на произвол судьбы? Кроме того, у «Бабочек» шлюпок нет. Там только спасательные капсулы, а они внутри судна, чтоб было удобнее эвакуироваться. Давайте, ребята, стыкуйтесь, а я пошел.

Пол выпрямился, поправил щиток шлема, активировал внутреннюю связь и зашагал прочь. Спасение – спасением, и в космосе любая жизнь приобретает особенную ценность. Даже пираты не спешат расстреливать экипажи захваченных судов – убивают только тех, кто сам кидается в атаку, а также, естественно, копов, и то лишь в том случае, когда удрать невозможно. Поллард Хэмир твердо решил спасти жизни всех, кого найдет на «Бабочке», а заодно проверит, что там в трюмах. Должны же спасатели получить хоть какую-нибудь материальную компенсацию за свой альтруизм!

Юмба и Томба уже стояли у шлюза. Рядом топтался доктор, держа наготове диагност. На пороге грузового отсека маячил Курт.

- Вы там осторожнее, ладно? Мало ли, что, - воскликнул он.

- Не отсвечивай, - отмахнулся Пол. Оружия, кроме обычного автомата, он не взял.

«Комета» мягко содрогнулась от кормы до носа, резко сбрасывая скорость и разворачиваясь к «Бабочке» боком. Разворот был такой крутой, что спасателей чуть не повалило на пол.

- Ах, чтоб тебя, - Пол еле успел активировать магнитные подошвы, иначе не устоял бы, когда в него врезался доктор. – Юмба, ты кого поставил вместо себя?

- Тикки, - признался тот.

- Лучше бы Кир-Пу позвал, - в сердцах бросил Пол. – Толку больше.

Тикки был еще одним «бесценным» членом экипажа. В том смысле, что его практически не ценили. Взяли его на борт, уверившись, что он отменный связист и разбирается в стрелковом оружии. Но уже после заключения контракта выяснилось, что все его познания в связи ограничиваются умением везде и всюду находить выход в инфранет и взлом сайтов, а в стрелковом оружии хорошо разбирался не он, а прокаченный до девяносто восьмого уровня его персонаж он-лайн игры «Драконьи войны». Если бы не смерть старшего помощника Христофора, Тикки высадили бы в первом же порту. А так он вынужден был болтаться на «Комете», всем помогая и мешаясь одновременно.

Но сейчас менять что-либо было поздно, и оставалось только молиться, чтобы Тикки хоть раз в жизни ничего не напутал, и стыковка прошла успешно.

Глава 2

ГЛАВА 2.

Корпус корабля слегка вздрогнул. На панели над шлюзом зажглись сигнальные огни. Зашипев, сработала автоматика, герметизируя шлюз.

- Есть стыковка, - раздался в наушниках голос Джека.

Юлий кивнул, хотя понимал, что пилот его не видит. Но засорять эфир посторонними шумами не хотел. Сейчас счет пошел на секунды. Подобрались и его парни – два абордажника, энергетик и механик.

- Готовы?

Ответом были два энергичных жеста. Юлий не стал напоминать им про план – технология была отработана за последние полтора года и срывов быть не должно.

Наконец, красный значок сменился зеленым – оба корабля благополучно завершили стыковку и образовали «коридор», по которому можно было перейти с одного судна на другое. Оставался последний шаг.

- Открыть шлюз.

На «Бабочке» нарочно стоял голосовой интерфейс – специально от взломщиков – настроенный на некоторых членов экипажа. Повинуясь команде, створки дрогнули, начали расходиться.

Они увидели друг друга почти одновременно, и Юлий успел подивиться тому, сколько на той стороне столпилось народа. Пятеро! Их тоже пятеро! И двое, судя по росту, явно веганцы. Нет, в драке с ними справиться не сложнее, чем с людьми, но их вес порой играл злые шутки с нападавшими.

Но что думать? Надо действовать, пока эти не опомнились.

Секунду-другую обе стороны таращились друг на друга. Одни в удивлении и растерянности, что спасаемые довольно твердо держаться на ногах, а другие – прикидывая расположение сил.

Один впереди. Двое, те самые веганцы, бок о бок за его спиной. Четвертый стоит сбоку и, судя по всему, является самым безобидным – руки заняты чемоданчиком диагноста. Есть еще и пятый – его Юлий вычислил по резкому движению позади всех.

- Что за…

Больше Пол ничего не успел сказать. Он только удивился тому, что пятеро спасенных вооружены и не выглядят пострадавшими, когда тот, что стоял впереди, вскинул руку.

Автомат! У него ав…

В шлюзе все-таки была меньшая, чем на корабле, сила тяжести, и короткая очередь не причинила Полу особого вреда. Обычные автоматические пули не пробили брони скафандра, но сила толчка была такова, что Пол рухнул навзничь, ударившись спиной и затылком об пол.

Скафандр и тут спас хозяина – обошлось без травм, но на долю секунды капитан отключился и лишь как-то отстраненно заметил, что мимо него, лежащего, простучали по полу тяжелые магнитные башмаки. Коротко, сухо взвизгнули лазерники.

Пираты ворвались на корабль, не тратя времени даром. Пока абордажники теснили опомнившихся веганцев, энергетик привычно раскрутил пружинный силовой кабель, сорвав крышку со щита управления и резким движением вогнал разъем кабеля в нужное гнездо. В это время механик активировал «присоску», вскрывая топливный отсек и принимаясь откачивать из него топливо. Кабель в руках энергетика начал слабо светиться – энергия с зарядников «Кометы» живительным потоком, словно кровь, устремилась на «Бабочку».

Тем временем, буквально расшвыряв веганцев и силой вырвав чемодан диагноста из рук его владельца, остальные кинулись на корабль.

Курт завизжал так, что сидевший за пультом Чесни чуть было не выдрал из уха микрофон, опасаясь за свои перепонки. Он уже по первым звукам догадался, что происходит что-то неладное, но его вопрос: «Кэп? Что там?» - потонул в пронзительном визге запаниковавшего карго.

- Аа-а-аа-а! Мы все умре-о-о-о-ом! – заверещал он так, что если бы визгом можно было убивать, на обоих кораблях в ту же минуту не осталось никого живого.

Размахивая руками, Курт попятился вглубь грузового отсека, отступая от двух закованных в броню фигур. Ужас настолько завладел им, что он даже не подумал оказать сопротивления и полез прятаться за несколько контейнеров с балластом, забыв про принайтованный в самом центре отсека доверенный ему груз.

Несколько контейнеров, формой, размерами и маркировкой отличающиеся от расставленных по углам ящиков, сразу привлекли внимание Юлия. Не тратя времени на то, чтобы как следует рассмотреть, что там на них обозначено, он махнул рукой своим парням: «Взять!» В любом случае, что бы это ни было, оно имеет свою ценность. А насколько она велика – разберемся потом.

Абордажникам не надо было приказывать дважды – контейнеры крепились к полу стандартными разъемами. Выставленные на минимум лучи лазерников перерезали их, после чего, подхватив добычу, парни устремились прочь.

Пол задержался. Оставалось самое последнее. Он поднял автомат, отыскал в прицеле забившегося в угол, сжавшегося в комок и все еще визжащего типа в комбинезоне. «Ничего личного. Работа такая!» - но от свидетелей лучше избавиться.

Спас Курта – и всех остальных – Тикки. Оставшийся в машинном отделении и проследивший за автоматической стыковкой, тот временно оказался не у дел и когда в шлюз ворвались захватчики, рассредотачиваясь по нижней палубе, оказался единственным, кого никто не заметил.

Сперва он, конечно, перепугался и заметался по машинному отделению, но потом его внимание привлекли сигналы приборов. Геймеру понадобилось полсекунды, чтобы понять, что уровень энергии корабля начал быстро падать. Не зная, что делать и как помешать грабежу, но сделал то единственное, что не мог и не хотел бы сделать больше никто – подскочил к пульту и рывком передвинул тумблер, врубая максимальную скорость.

Оба корабля вздрогнули – «Комета» рванулась было с места, и пристыкованная к ней «Бабочка» содрогнулась. Ускорение было таким сильным, что все, кто стоял на ногах, попадали на пол. Энергетик, чтобы устоять, вцепился в кабель, и тот, не рассчитанный на такие рывки, выскочил из разъема. Где-то там оборвалась одна из «присосок», и топливо хлынуло наружу. Это придало «Комете» дополнительное ускорение, заставив слегка повернуться вокруг своей оси. «Бабочка» отстала от нее всего на долю секунды – на ту долю секунды, которой оказалось достаточно для того, чтобы герметичность стыковочного шлюза оказалась нарушена.

Под потолком замигали алые огни. Гнусаво, на два голоса, запели сигналы тревоги обоих кораблей. В месте соединения шлюзов послышался свист – через крохотные, пока еще не опасные, щели стал уходить воздух, тут же намерзая инеем и обозначая точки разрывов. Они постепенно расширялись – «Комета» на всех парах рвалась прочь, и «Бабочка» непрочно соединенная с нею, начала отставать.

Юлий первым сообразил, что происходит.

- Все назад! – скомандовал он. Забыв про хрипящего от страха типа за ящиками, подхватил третий контейнер и ринулся прочь вслед за абордажниками. – Отбой!

Полуоглушенный энергетик притащился вместе с кабелем.

Все произошло так быстро, что Пол успел только сообразить, что их банально грабят. Он смог подняться на ноги и кинуться к доку, который, в отличие от него, был в легком скафандре, который обеспечивал минимум защиты. Внезапный старт «Кометы» сбил их обоих с ног, и поднялись они уже когда грабители ринулись бежать.

Юмба безжизненной грудой валялся на полу, но Томба пришел в себя и сейчас торопливо вручную закрывал стыковочный шлюз. Давление в отсеке стремительно падало. Грабители закрыли за собой «дверь», отрезая «Комету» от «Бабочки», и опоздай Томба на пару секунд, для них все было бы кончено. Но панель успела встать на место прежде, чем чужой корабль окончательно отвалился от борта и, увеличивая скорость, пошел прочь.

Пол подхватил дока под мышки. К счастью, тот был только оглушен и уже сам шевелил конечностями, пытаясь выпрямиться.

- Томба, к машине! Проверить системы, - распорядился Пол. – Юмба… как?

Ответом было тихое рычание сквозь зубы.

- Чесни! Шушера! Курс! Полный ход! Док… ты…

- Держусь… - прошептал тот, - что это…

- Потом. Все потом…

Перво-наперво надо было убрать людей подальше от шлюза и…

- Кир-Пу? Прием!

- Здесь. Кэп, ты…

- К оружию!

- Кэп… - в это короткое слово стрелок ухитрился вложить максимум эмоций и смысла. – Готов.

«Комета» стремительно уходила прочь от метеоритного облака. Понадобилось несколько минут, чтобы проверить и поверить сообщению Чесни, что за ними нет погони. Это было невероятно. Они подверглись нападению пиратов, заманивших их в банальную ловушку – и остались относительно целы и невредимы.

- Всем-всем, - Пол включил громкую связь. – Доложить о повреждениях и потерях.

Первым откликнулся док, благо, он был рядом:

- Пара ушибов и… они стащили диагност.

Вторым пришел ответ от Томбы:

- Машина в порядке, кэп. Но у нас внешнее повреждение левого топливного отсека. Уровень топлива упал до половины и продолжает падать. На треть высосаны зарядники…

- Поломка?

- Устраним… и… Юмба…

- Юмбу в медотсек. Что…

Их разговор прервал отчаянный вопль Курта:

- Аа-а-а! Все пропало, кэп! Все пропало!

- Что? – обычно от истерик Курта отмахивались, как от надоедливого комара, но сейчас Пол почувствовал тревогу.

- Груз! – едва не завизжал тот. – Груз! Его нет!

- Что?

Раненый Юмба и утечка в реакторе – все было забыто. Груз. Три контейнера, содержимое которых на черном рынке стоит дороже, чем «Комета» со всеми пока еще не выплаченными процентами… пропали?

- Да, - едва не рыдал Курт, ломая руки. – Все три ящика! Исчезли! Они их унесли!

- Кто? – задал Пол глупый вопрос.

- Эти! Те самые! Которые… они в меня стреляли! Чуть не убили! Схватили контейнеры и унесли. Их было трое. С бластерами! Штурмовиками… Гранатометами…

- Всего-навсего один моди-автомат и пара лазерников устаревшей модели со встроенными зарядниками, - послышался новый голос.

И без того нервный Курт истерично взвизгнул, развернувшись на пятках и сделав попытку спрятаться за Пола. Тот еле сдержался, чтобы не пнуть карго, проворонившего груз.

В проходе у машинного отделения стоял Тикки.

- У них были только моди-автомат и пара лазерников, - повторил он. – Старые модели, списаны аж восемь лет назад.

- Точно?

- Технические характеристики зачитать?

- Н-нет, - Пол вспомнил, что пережил выстрел в упор. Пули не сумели пробить скафандра с близкого – всего пара метров – расстояния. Значит, действительно всего-навсего автомат, пусть и моди-…

- Я успел рассмотреть, - как ни в чем не бывало, продолжал Тикки. – У моего перса сначала был такой же. Потом я от него отказался – слишком много очков надо было заработать на новую обойму. То и дело приходилось отвлекаться на квесты…

Пол сердито махнул рукой – мол, твое геймерское прошлое меня не интересует.

- Автомат…

- Попугать только хотели, - хмыкнул Тикки. – И, кажется, им это удалось.

- Да уж…

Пол насупился. Выходило, их элементарно взяли на испуг. Вместо нескольких раненых истекающих кровью потерпевших на корабль ворвались настоящие «черные» звездопроходцы, в просторечье именуемые пиратами.

«А мы тогда кто?» - осенило Пола.

Грань между пиратами и «обычными» звездопроходцами, которых иногда пафосно называли «открывателями звезд» была необычайно тонка. Существовало два типа звездопроходцев – собственно открыватели звезд, которые чаще всего работали на могущественные корпорации типа «Светлый Путь» или «Новая Жизнь», а также вольные звездопроходцы, которые по большому счету занимались тем же самым, только для себя, в свободное время подрабатывая то частным извозом, то контрабандой, то откровенным грабежом. При этом одни нарушали закон от случая к случаю, а другие делали это своей основной профессией. Сам Поллард Руд Хэмир, хоть и купил «Комету» честно, но деньги на выплату кредита зарабатывал исключительно контрабандой и выполнением сомнительных заказов…

А теперь неожиданно пал жертвой «коллеги» - такого же без пяти минут пирата, которому просто повезло чуть-чуть меньше. Иначе…

- Что еще пропало? – помолчав, поинтересовался он.

- Топливо, - пожав плечами, ответил Тикки. – Они у нас половину левого реактора осушили. И зарядники опустошили по самое не могу.

- А почему ты их не остановил?

- Я? Чем? Вот этим? – Тикки растопырил пальцы.

- Кэп, - окликнул Пола Томба, - Юмба плох…

Старший веганец лежал на полу. Комбинезон на нем был расстегнут до паха, и доктор уже возился над ним, то пытаясь сделать искусственное дыхание, то заламывая руки.

- Его надо в медотсек, - воскликнул он. – Эх, жаль, они украли диагност… Без него я как без рук!

- Тикки, Курт! В медотсек. Томба, утечка…

«Иначе нам самим придется садиться тут в засаду, чтобы подкараулить другой случайный транспортник. Одно отличие - нам даже аварию разыгрывать не придется…»

На «Бабочке» царило совсем другое настроение.

- Ну? Как все прошло? – приветствовали Юлия Джек и Рекс.

- Нормалек, парни! – капитан повалился в кресло, на ходу избавляясь от частей скафандра. Он состоял их нескольких частей, плохо закрепленных между собой, и его можно было снять наполовину. - У нас теперь есть настоящий диагност взамен прежнего и почти полный зарядник!

- И топливо в реакторе, - бросив взгляд на приборную панель, воскликнул Рекс. – Живем…

- И не только. Мы еще кое-чего у этих лохов прихватили.

- Что именно?

- Пока не смотрели. Контейнеры какие-то. Сейчас приткнемся куда-нибудь и откроем. Есть поблизости подходящая база?

Джек и Рекс развернули звездную карту и уткнулись в нее с двух сторон. Окраина-то окраиной, но соседний сектор был «населен» звездами и планетарными системами куда как гуще. На расстоянии каких-то полутора парсеков вообще была техническая база, служившая как бы номинальной границей сектора. Рекс наугад выбрал несколько ближайших к ней систем и вывел на боковое окно их описание и трехмерные модели.

- Есть, как не быть, кэп! – радостно воскликнул он. – Три колонии, несколько станций и даже пара независимых планет!

- А имперцы?

- Ни одной базы! Сектор чист! Даже «союзников» не видать.

«Союзники» - или системы-члены Союза Двадцати Миров – были давними соперниками Великой Звездной Империи за влияние в Ойкумене. Несмотря на малые размеры – что двадцать миров против двухсот! – империи никак не удавалось справиться с Союзом Двадцати, потому как тут же находилась третья сила – Лига Свободных Планет, лидеры которой спали и видели, как бы отрезать от империи парочку окраинных миров. Не стоило забывать и о «независимых» - планетах, которые формально не входили ни в одно из упомянутых объединений, но с готовностью поддерживали то одних, то других в локальных войнах. А были еще и миры, населенные нелюдскими расами – меоры, гламры, змеелюды, веганцы, уриане, не говоря уже о более мелких и развитых расах. Из-за всего этого во Вселенной образовалась такая мешанина сфер влияния, что любой мало-мальски умный и удачливый человек – и нелюдь! – может найти для себя местечко.

Экипажу яхты «Бабочка» и везло, и не везло одновременно. Не везло в том, что они, будучи одними из многих «вольных» звездопроходцев, пару раз оступились и в результате оказались среди тех, кого именуют «черными», то есть пиратами. Такое случалось сплошь и рядом, граница между «вольными» и «черными» была столь размыта, что даже они сами не могли точно сказать, кто из них кто. Проблема экипажа «Бабочки» состояла в том, что они ухитрились насолить и властям, и «коллегам», а результате чего на них объявили охоту. И теперь «Бабочка» была вынуждена болтаться в глубоком космосе.

Беда – и спасение – ее было в том, что Юлий Холодов и его люди были падальщиками. Есть такая категория – они ищут потерпевшие крушение суда и вместо того, чтобы оказать помощь, грабят не способные к сопротивлению корабли. То, что в космосе помощь часто опаздывает и спасателям остается только пересчитать трупы и доставить мертвый экипаж в порт приписки, никого не волнует. Вскрывать корабли и обчищать трюмы считается дурным тоном. Юлий был уверен, что никто ничего не узнает – они входят «чисто», через спасательный шлюз, быстренько перетаскивают содержимое трюмов себе и улетают, не забыв закрыть за собой дверь. А что тут такого? Мертвецам груз все равно уже не нужен, а в колониях и на окраинных базах любая мелочь ценится на вес золота. Та же империя снабжает свои колонии через пень-колоду – практически бросает людей на произвол судьбы, и первые десять-пятнадцать лет люди на новом месте выживают, как могут. Юлий Холодов был уверен, что делает благое дело, снабжая поселенцев консервами, одеждой, семенами, лекарствами и всякой всячиной, меняя их на местное сырье – редкие породы деревьев, пряности, драгоценные камни и прочую экзотику.

Прокол случился, когда на найденном корабле обнаружились живые. Когда метеорит ударил в борт судна, несколько человек оказались в рубке. Они успели герметично заблокировать свой отсек и послали сигнал о помощи. «Повезло» им еще и в том, что в рубке был какой-никакой запас продуктов и воды, а также – вот чисто случайно – накануне были заменены фильтры по очистке воздуха. Таким образом, три человека в рубке оказались обеспечены всем необходимым, и при появлении «Бабочки» были не только еще живы, но и вполне дееспособны. Один из них, связист, даже добросовестно зафиксировал время, когда они заметили подходящее судно и дал описание его характеристик. Он же до последнего вел запись, фиксируя переговоры «спасателей» между собой. Те были настолько уверены, что на корабле все мертвы – размеры пробоины и болтающиеся вокруг в пустоте обломки и тела трех человек не оставляли в этом сомнений – что болтали, не таясь, выплескивая в эфир столько информации, что уцелевшие как-то сразу раздумали окликать спасателей, а вместо этого затаились, усиленно делая вид, что сигнал о помощи подала автоматика.

Четверо суток спустя прибыли-таки настоящие спасатели. Из троих человек в рубке признаки жизни подавал лишь один. Он и стал главным свидетелем. Он – и запись, сделанная связистом. Информации оказалось достаточно, чтобы яхта класса «Бабочка», тактико-технические характеристики такие-то, капитан Юлий Холодов, была объявлена в розыск.

Но если есть враги – на этот раз в лице Союза Двадцати Миров – то есть и друзья. Юлия предупредили о том, что за их головы назначена награда. Их приметы попали в базу Интергалакпола, и «Бабочка» перешла на осадное положение.

Поймать корабль в открытом космосе проще, чем кажется некоторым. Как известно, ни одна машина не может функционировать без энергии. Двигатели «Бабочки» даже после переоснащения работали на «обычном» топливе, и ей была необходима дозаправка. Кроме того, нужна была энергия для зарядников, запасы жидкого кислорода для системы воздухоочистки и прочее – все то, что любой корабль может получить на любой технической станции, которых понатыкано в космосе чуть ли не на порядок больше, чем обитаемых миров. Иной раз пролетаешь мимо системы – из десяти планет лишь на одной горнодобывающая колония – и три технические станции для пролетающих мимо кораблей. На всех трех разный набор услуг, разные цены, разное качество обслуживания – только выбирай. Есть станции, которые обслуживают только «гомо космикус», есть интернациональные, а есть такие, куда людям соваться не стоит.

И на все была разослана ориентировка о модифицированной яхте класса «Бабочка», как о падальщиках вне закона. Для экипажа Юлия Холодова это означало одно – медленную смерть в космосе, когда закончится топливо и откажут системы очистки. Если, конечно, они не рискнут сдаться на милость властей одной из человеческих планет.

Но Юлий Холодов и его люди не собирались сдаваться. У них оставалось два пути. Во-первых, можно было примкнуть к «черным» звездопроходцам – у пиратов было несколько баз, где любой отверженный мог получить для себя приют, а для своего корабля – полный апгрейд, ремонт и дозаправку. Взамен «Бабочка» должна была вступить в пиратское братство и примкнуть к одному из Черных Капитанов, войдя в его флотилию и, таким образом, потеряв самостоятельность. Неплохо для тех, кому некуда больше деваться, но очень плохо для тех, кто не желает плясать под чужую дудку.

Во-вторых, это был самый крайний случай, когда действительно больше не оставалось шансов. И его можно было избежать, если продолжать заниматься прежним ремеслом – а именно, грабить корабли, только уже нацелившись на топливо и прочие «предметы первой необходимости».

Чем «Бабочка» и занималась уже второй год.

Технология была отработана. Выбиралось место для засады – где-нибудь неподалеку от границ сектора, где есть какое-нибудь пылевое скопление или рой метеоритов, а пространство образует «складки», из которых формируются пространственные туннели, в просторечье именуемые «норами» или «лазами». Затем «Бабочка» занимала позицию рядом с роем и начинала подавать сигнал бедствия. В космосе действует неписанное правило – кидаться на помощь любому, кто позовет, ибо космос слишком велик и в одиночку спастись невозможно. Проходящие мимо корабли не могут не отозваться. Даже зная о том, что на свете существуют пираты и ловушки, люди и многие нелюди все равно будут спешить на помощь.

Эта тактика работала второй год, и оправдывала себя больше, нежели копание в «падали». Ибо люди – и нелюди – настолько боялись «настоящих» пиратов, которые чаще всего уничтожали большую часть экипажа и пассажиров, чтобы продать остальных в рабство, что были рады-радешеньки, если выяснялось, что дело ограничивается банальным грабежом. Согласитесь, если вас оставляют в живых и даже на неповрежденном судне – разве что запасы воды, пищи и топлива уменьшились – это уже благо.

- Ну, что, кэп, остаемся тут или летим на другое место? – поинтересовался Рекс.

- Меняем точку, - сказал Юлий. – Два раза в одном и том же районе? Не стоит.

- А куда тогда?

- Куда угодно, только подальше отсюда! Не забывайте, что этот тип от нас удрал.

- Можно, - Рекс осторожно коснулся карты, разворачивая ее вбок. – Вот тут хорошее местечко. И близко, и какая-то складка пространства сбоку – в крайнем случае, можно удрать.

Подавшись вперед, Юлий изучил маршрут. Нет, он не разбирался в навигации, но уверенно делал вид и доверял своим людям.

- А давай!

- Кэп, - Джек, совмещавший обязанности связиста и пилота, виновато захлопал глазами, - а может все-таки присядем куда-нибудь, а?

- Куда?

- Ну…вот хотя бы, - палец пилота ткнулся в трехмерную карту, и она пошла рябью. – Тут вроде можно передохнуть…

- Ага, лет эдак пятнадцать, - кивнул Рекс. – Здесь же колония… пусть не имперская, но все-таки… Сесть-то мы сядем, а как взлетать будем?

- Значит, опять в пустоте болтаться?

- А что тебе не нравится? Воздух чистый, запасов вдоволь, топливо есть…

- …и больше ничего! Кэп, ну второй год уже на грунт не сходили! Сколько можно?

- Не второй год, а полтора года по корабельному времени. Мы же садились на тот астероид, помнишь?

- Ага, когда удирали от копов! Да и то потому лишь, что он был на треть из металла и нас просто их радар не засек. Зато потом еле оторвались. А если хочется нормальным воздухом подышать? И, хурры меня побери, по земле без скафандра пройтись? И вообще… людей увидеть!

Всего ожидал Юлий, но только не этого. Да, они были по сути дела обречены болтаться в космосе. Да, их жизненное пространство было ограничено «Бабочкой». Да, они забыли, каково это – выходить из корабля без скафандра и привыкли смотреть на других людей сквозь прицел. Да, они питались концентратами и экономили энергию, потому что не известно, когда в следующий раз подвернется откликнувшийся на сигнал бедствия наивный простак. Да, они рисковали однажды быть пойманными местным отделением Интергалакпола, потому что – увы! – из-за той же экономии топлива вынуждены были ограничить свою деятельность всего несколькими секторами – куда-нибудь подальше, на новые «охотничьи угодья» или просто на планету, где о них ничего не знают, им нельзя улететь. Банально не хватит топлива и тогда уж точно смерть или почетная сдача в плен первому же патрулю. Два года назад он уже ставил перед экипажем этот вопрос. И тогда все проголосовали за «вечный дрейф».

И вот – срыв. У Джека, пилота и навигатора в одном лице. И, судя по напряженному молчанию Рекса, связист был с ним согласен.

- Ребята, вы чего? Вы против команды пойдете?

- Против команды? – подал голос Рекс. - А ты ее спроси, эту команду. Спроси – и посмотрим, что тебе ответят!

Юлий стиснул кулаки.

- Вы сами не понимаете, чего хотите. Думаете, копы нас по головке погладят и конфетку дадут за то, что мы сами сдались? Держи карман…

- Да не сдаваться! Просто сесть где-нибудь! Хоть ненадолго. Ноги размять и…

- А взлетать как?

- Решим! – заторопился Джек. – Главное – место выбрать!

- Там? – Юлий кивнул на уже успокоившуюся карту.

- А почему бы и нет? Горючки должно хватить…

- Надо спросить остальных! – решил Юлий. – Если большинство согласно пойти на риск, то…

Звонок внутренней связи прервал их разговор. На связи был один из двух абордажников, Коста Цонев.

- Кэп… Юль, ты… чего с грузом будем делать?

- С каким грузом? – сперва не понял тот.

- Ну, мы три ящика приволокли с того крейсерка…

- Продадим! – воскликнул Джек. – Вот тебе и деньги на горючку и зарядники! Кэп, все одно к одному!

- Угу, - Коста даже не заметил, что его перебили. – Только тебе стоит на него взглянуть.

Юлий задержал дыхание, приготовившись к худшему – например, что вместо груза они провезли на борт бомбу с часовым механизмом и он уже запущен. Или что контейнеры пусты. Или…

- Сейчас иду. А вы двое… погодите пока с трассой.

«Бабочка» была когда-то прогулочной яхтой экстра-класса, и как такового грузового трюма у нее не имелось. Так, относительно небольшой отсек, куда ее новые обитатели приспособились складывать все, чему не нашлось место в остальных помещениях, а выкинуть жалко.

Сейчас большую часть содержимого распихали по углам, чтобы очистить пространство вокруг контейнеров. Над ними стояли оба абордажника, Коста и Микаэл, а также механик Чунь Ли и энергетик Томас Хаксли.

- А вы что тут забыли? – искренне удивился Юлий.

- Ребята попросили посмотреть контейнеры, - пожал плечами Томас.

- Ну и как?

- Посмотрели, - уклончиво ответил Томас, отодвигаясь в сторонку.

Одолеваемый недобрым предчувствием – как-то странно посмотрел на него энергетик – Юлий шагнул ближе. Перед ним расступились так быстро и услужливо, что капитан «Бабочки» сразу почувствовал неладное.

Все-таки он сделал последний шаг, наклонился.

На вид контейнеры были обычными, стандартными кубами со стороной примерно два фута. Тонкая щель разделяла верхнюю и нижнюю половины, справа и слева торчали две выдвижные ручки для удобства транспортировки, внизу имелись гнезда для крепления к полу, а также для установки на самодвижущуюся платформу. Дополнительно верх обозначался нашлепкой-маркировкой, и на нее Юлий посмотрел в последнюю очередь.

И понял, что предчувствие его не обмануло.

- «Трансы», - медленно произнес он.

- Ага. «ТГК», - кивнул Томас с таким видом, как будто это все объясняло.

Объясняло, как же. ТрансГалактическая Корпорация была полуофициальной организацией, теневая сторона экономики которой едва ли не превышала ее светлую сторону. Она единственная имела филиалы и дочерние корпорации в соседних Галактиках, ухитряясь работать и на империю, и на себя. Вернее, платила такие налоги, что имперская служба безопасности ее не трогала. ТГК не брезговала ничем – от строительства громадных космоносцев и разработки астероидов до мелких транспортных услуг. Груз с пометкой «ТГК» стоил баснословно дорого, ибо внутри могло оказаться все, что угодно – от новейших оружейных технологий до образцов инопланетной флоры и фауны, чья ценность на черном рынке вот-вот взлетит выше околоземной орбиты. Три контейнера, таким образом, представляли собой колоссальное богатство, достаточное для того, чтобы купить полное отпущение грехов всему экипажу яхты, модернизировать саму «Бабочку» по последнему слову техники…

Но только в том случае, если их удастся продать. А Юлий не знал таких посредников, которые готовы купить три невскрытых контейнера, принадлежащих ТГК, в нагрузку получив ту же проблему – кому и куда их продать.

Да, собственность ТГК была защищена от вскрытия самым простым и проверенным способом – каждый контейнер был запрограммирован на то, чтобы его вскрыли в строго определенный срок. Точное время было известно получателю заранее. Оно кодировалось, передаваясь ему одновременно с заключением контракта на доставку самого груза. Кто являлся получателем и когда он должен был вскрыть груз, знали, по сути дела, только несколько человек в Галактике – отправитель, сам владелец и курьер, который должен был рассчитать маршрут и явится на место встречи в заранее оговоренное время. Не было сомнений, что на ограбленном крейсерке такой человек был – либо сам капитан, либо сопровождающий груз пассажир. Ни того, ни другого экипаж «Бабочки» захватить не догадался. И теперь не только не известно, куда и когда надо доставить груз, но и что в нем такое. Ибо если вскрывать контейнеры на свой страх и риск, может запросто сработать механизм самоуничтожения. Контейнеры взорвутся, попутно разворотив все в радиусе десяти метров. Скажете, не так уж и много? Для корабля в космосе этого достаточно.

Юлий почувствовал себя нагло обманутым. У него в руках было колоссальное богатство – и он не мог им воспользоваться. Через какое-то время механизм самоуничтожения сработает, груз там внутри испортится, если контейнер не вскроют в нужный момент. А при попытке его вскрыть… уже проходили, знаем. Но и даже выбросить его за борт, открыв шлюзы, не так-то просто. Ведь курьер ушел от «Бабочки»! Что мешает капитану крейсерка сообщить о своей потере на первой же станции первому же копу? То, что пропало имущество ТГК, заставит весь штат Интергалакпола в секторе прочесать всю округу, перебрав его до песчинки. Место столкновения известно, значит, искать начнут здесь. И, чем быстрее «Бабочка» уберется из опасной зоны, тем лучше.

Если только…

- Контейнеры зафиксировать, - распорядился Юлий. – Коста, Микаэл, дежурить возле них. Ли, Томас, проверьте состояние запоров. И, - включил комм, - Рекс, давай-ка сюда. Ты мне нужен. Срочно.

Связист появился быстро – его подгоняло любопытство. Присев на корточки возле контейнеров, он присвистнул:

- Мать честная! Откуда это?

- Оттуда. Парни схватили первое, что подвернулось под руку и… Что скажешь?

Из нарукавного клапана Рекс достал набор электроотмычек, осмотрел контейнеры еще раз, внимательнее. Углядел еще одну щель, ловко поддел краешек, обнажив крохотную, с детскую ладошку, панель управления – три экрана, четыре индикатора, десяток кнопок.

- Код максимум десятизначный, - сообщил он. – Любой робот справится за пару суток… Но я не робот, - добавил он, пресекая вопросы. – Конечно, можно подключить к искину, но, боюсь, это оттянет на него все наши ресурсы.

- То есть, отключить программу самоуничтожения нельзя?

- В наших условиях – нет.

- И определить время тоже не получится? Ну, сколько у нас осталось.

- Сколько осталось – это я тебе и так прикину. Шесть-семь стандартных суток.

- Почему?

- Суди сам. Мы с Джеком сейчас карту раскидывали – от нашей засады до населенного района как раз примерно пять суток лету. Ну, от четырех до шести, смотря в какой район лететь. Тут поблизости три заправочные станции, пара автономных заводов на астероидах и аж четыре обитаемых планеты со своими орбиталками. То есть, девять точек, где можно назначать встречу. Вряд ли курьер попрется в глубину сектора. Скорее всего, заказчик будет ждать их где-то здесь. Четыре-шесть дней на подлет к месту встречи, еще сутки на встречу-передачу – и привет.

- То есть, пять суток вы мне гарантируете?

- Да.

- А за это время можно не спеша подобрать код?

Рекс, не вставая с корточек, переглянулся с Ли. Механик кивнул.

- Можно.

- Вот и займитесь. А мы… что с трассой, Рекс?

- Это к Джеку. Когда я уходил, он ее как раз добивал. Может, уже добил.

- Добро. Все по местам. Томас, на вахту.

Возвращаясь в рубку, Юлий заглянул в медотсек к доктору. Отдельного медотсека, как такового, на яхте тоже не было – просто камбуз разделили пополам, во второй половине установив койку для пациентов и разместив на полочках запас лекарств и инструментов. Док сидел на откидном стуле с блаженным видом, разложив на коленях диагност с вытащенными из него съемными блоками и тихо млел от восторга.

- Юлька, - чуть не простонал он, - это же подарок судьбы. Смотри! Три магазина с инъекторами… адреналин… новокаин… стимуляторы… антидоты… И почти не использованные! И все адаптированы для землян. Я о таком третий год мечтал, - он чуть не плакал и выглядел настолько счастливым, что Юлий не решился рассказать ему тайну контейнеров. Вместо этого пробормотал что-то ободряющее и проследовал дальше.

Трасса у Джека уже была доделана, даже в трех вариантах. Надо было одобрить какой-то один.

- Сюда, - выбрав ближайший, ткнул Юлий в карту. – Где ближе.

Что-то подсказывало ему, что, чем раньше они избавятся от контейнеров, тем лучше.

О самом простом и действенном способе – открыть люк и пустить собственность ТГК в космос – он даже не подумал.

- Сюда, - ткнул пальцем Пол. – Где ближе.

- Уверен? – Чесни и Шушера с двух сторон смотрели на карту.

- Да.

- Ну, технические характеристики станции вроде подходящие, - пожал плечами Чесни. – Дойдем при любом раскладе…

- Но ты уверен, что нам надо именно сюда? – поддержал его Шушера. – Разве нам не надо в другой сектор от греха подальше?

- Надо. Но без дозаправки нет смысла.

- А его и так нет, - вздохнул Чесни.

Пол только отмахнулся. Он сам знал, что они влипли. Так уж получилось – и он выяснил это слишком поздно – что сумма страховки, которую он выплачивал банку наряду с кредитом и процентами, рассчитана на то, чтобы покрывать текущий ремонт и переоснащение крейсера. И если «случайно» сумма на ремонт превысит сумму ежегодного взноса, то недостающее вычитается из кредита. Например, внес ты сто кредо-единиц, а потратил на ремонт сто двадцать – и привет, изволь заплатить банку лишнюю двадцатку! Ничем не рисковал Пол только в том случае, если приобретал топливо и энергию для зарядников, а также заменял мебель и сантехнику. Все остальные непредвиденные расходы лишь загоняли его в долговую яму.

Спастись от преследования лишившегося груза клиента, а заодно и от банка можно было лишь одним способом – покинуть этот рукав Галактики, а лучше и саму Галактику. Ибо после такого прокола шансов выбраться из долговой ямы практически не оставалось.

- Мы еще живы и на свободе, - сказал он. – И будем за свою свободу бороться. А для этого нам нужно топливо и энергия. Хотя бы на первое время. Кроме того, у меня есть кое-какой козырь в рукаве.

- Козырь? – нет, Чесни доверял капитану, но сомнения все равно оставались. – А если не сработает?

- А для этого есть еще один вариант, - и Пол выразительно похлопал себя по поясу в том месте, где крепилась ременная кобура от лазерника.

На сей раз возражений не последовало.

Станция была полуавтономная. То есть, в отличие от полностью автономных, располагалась не на орбите какой-либо планеты, а лепилась к довольно массивному астероиду, которому до номинального звания малой планеты недоставало одного – классической сферической формы. Судя по форме, когда-то это действительно была часть планеты, расколовшейся на части. Станция крепилась к астероиду в том месте, где когда-то был недостающий «кусок», что со стороны производило впечатление неумело наложенной заплаты.

Сама станция имела вид пятиконечной звезды и располагалась под куполом. Пять «лучей» заканчивались пятью посадочными площадками, разделенными на сектора, которые непосредственно примыкали к шлюзам, так что переход с корабля в туннель «луча» сильно напоминал стыковку двух кораблей в космосе.

Из пятнадцати посадочных мест девять были заняты, и диспетчер указал им на один из лучей, возле которого больше никого не было. «Комета» опустилась на грунт точно в намеченном месте, зашипела пневматика, когда створы шлюза облепили выход, и обзорные экраны затопил мягкий свет.

- Стыковка произошла успешно, - послышался в динамиках механический женский голос. – После идентификации вам разрешено пройти на базу и сделать заявку на обслуживание.

Рука Пола с зажатой в пальцах карточкой зависла над терминалом. Карточка мультипаспорта была активна только в его руке, поскольку была связана с вживленным сразу после рождения микрочипом и работала от биотоков его мозга. Одно движение – и его не просто идентифицируют – любой желающий может узнать его точное местонахождение. А желающих было хоть отбавляй. И банк его дядюшки в первых рядах.

Но делать было нечего. Рука дрогнула и…

- Приветствую вас, гражданин Поллард Руд Хэмир, - механический голос звучал также бесстрастно. – Станция «Мелиоратор» готова оказать вам весь спектр услуг. Желаете ли вы открыть счет, закрыть счет, пополнить счет, произвести операции по кредиту – нажмите на вашем пульте цифру «1». Заправить корабль, пополнить запасы провизии, воды и средств гигиены – нажмите цифру «2». Произвести мелкий ремонт или заменить устаревшее оборудование – нажмите цифру «3». Произвести крупный ремонт или полностью переоборудовать корабль – нажмите цифру «4». Воспользоваться нашим центром отдыха и развлечений – нажмите цифру «5». Воспользоваться инфранетом для связей, работы или получения информации – нажмите цифру «6». Для связи с диспетчером оставайтесь на линии. Для того чтобы прослушать информацию еще раз, нажмите «0».

Пол тут же воспользовался последним предложением, и пока машина добросовестно еще три раза повторяла одно и то же, переглянулся со своими людьми.

В рубке собрались все. Пришли даже Тикки и Курт, так что тут было не повернуться.

- Заправляем корабль и рвем куда подальше, - подвел итог Пол. – Согласны?

Ответом были короткие кивки и неразборчивое бормотание: «Да, а чего еще делать?» И Пол коснулся двойки.

Что-то щелкнуло.

- Вы желаете пополнить свои запасы, - бойко застрекотал другой голос, тоном повыше. Если первый мог бы принадлежать немолодой брюнетке, то здесь явно копировались интонации молоденькой блондинки, заигрывающей с каждым мужчиной в поле зрения. – Мы рады обслужить вас. Если вам нужен полный пакет услуг, нажмите цифру «1». Если вас интересует только топливо, нажмите цифру «2». Если вы хотите заказать провизию для людей, нажмите…

Не дав «блондинке» дострекотать, Пол коснулся единицы. «Блондинка» поперхнулась.

- Вы выбрали полный пакет услуг – пополнить запасы топлива, залить энергией зарядники и обновить воздушную смесь, а также заменить фильтры, смазочные масла и загрузить порцию стандарт-пайков и питьевую воду. Полная стоимость с автоматическим обслуживанием для судов вашего класса, рассчитанных на девять человек среднего сложения, составляет тысячу пятьсот шестнадцать кредитов. К сожалению, в данный момент все терминалы автоматического обслуживания заняты. Как только один из них освободится, мы сразу вам сообщим. А пока прослушайте рекламный ролик о новом центре отдыха и развлечений «Мелиораториум».

Темный доселе квадрат экрана вспыхнул и пошел яркими цветными пятнами. Замелькали картинки, бойкие девичьи голоса застрекотали, зазывая отважных открывателей звезд отдохнуть, расслабиться и поразвлечься.

- Ждать, - вздохнул Чесни. – Сколько?

Пол пожал плечами.

- Но мы не можем ждать! – воскликнул Курт. – У нас каждая минута на счету! Наш груз…

- Уже не у нас, - оборвал Пол. – И хватит. У нас сейчас другие проблемы!

Капитан Поллард Руд Хэмир редко повышал голос на свой экипаж, но уж если такое случалось, все замолкали.

- Что будем делать пока, кэп? – рискнул нарушить молчание Шушера. Он был отличным навигатором, такими не разбрасываются, и поэтому мог себе позволить некоторые вольности.

- Пока? Отдыхать. А я, - он потянулся к пульту, набрал нужный код, - свяжусь кое с кем.

Услышав, каким тоном были произнесены последние слова, люди решили нужным потихоньку переместиться в сторону выхода. Капитан собирался звонить и каяться заказчикам о том, что ценные контейнеры не удалось сохранить из-за нападения пиратов. Кроме того, ему наверняка понадобится связаться с банком и дядей, унижаясь перед ним и прося если не простить долг, то дать отсрочку. Официальную отсрочку, чтобы информация о пенях и штрафах не успела просочиться в инфранет и не подпортила «Комете» кредитную историю. «А мы отработаем, честно!» Быть свидетелями того, как унижают и, возможно, оскорбляют твоего командира, не хотелось никому. Обидно.

На его счастье, даже моментальная гиперсвязь работала далеко не так быстро, как хотелось. В глубоком космосе свои законы. Звонка пришлось ждать несколько минут. В другое время Пола это взбесило бы, но сейчас казалось желанной отсрочкой смертного приговора. А там, глядишь…

Собираясь с силами, он вскинул глаза к потолочным обзорным экранам. На грунте они были включены все, так что создавалась иллюзия того, что вместо половины стены рубки и примерно трети потолка – просто череда прямоугольных окон-иллюминаторов, как в старых детских комиксах.

Астероид был лишен воздуха – если какие-то газы на нем и оставались, то только в разломах и «низинах» и регистрировались только особыми приборами. Поэтому все было видно удивительно четко, без полутонов и теней. Прямо перед «носом» крейсера, загораживая часть обзора, торчал раструб шлюза, намертво «присосавшись» к выходу. Позади него сверкал шестиугольными гранями купол станции – увы, либо не прозрачный вообще, либо с односторонней проницательностью. Зато правее можно было во всей красе любоваться пустынным однообразным пейзажем астероида – каменистая равнина, на которой лишь кое-где виднеются небольшие гребни и скальные возвышения. Разлом, открывающий путь в «недра» астероида, находился дальше, и с этой точки его видно не было. Зато чуть ли не у самой границы, закрывая собой часть горизонта, виднелся второй «луч» - соседний шлюз. Там маячил угловатый силуэт корабля меоров. Звездное небо над головами было черным-черным с редкими вкраплениями звезд. Светило, вокруг которого вращался астероид, сейчас ушло вбок. Судя по показаниям приборов, вернется оно и зальет сиянием всю округу только через три с половиной часа, что никак не отразится на жизни станции. Здесь все работало круглосуточно, ориентируясь на стандартные «земные» сутки в двадцать четыре часа, а не на скорость вращения астероида.

Ожидая ответа и гадая, сколько времени сейчас «дома» - вернее, сколько будет времени, когда сигнал доберется до дяди-банкира – Пол рассеянно рассматривал открывающуюся картину. Вот одна из звездочек мигнула несколько раз, увеличиваясь в размерах. Потом сдвинулась с места, перемещаясь по дуге. Еще несколько минут – и стало видно, что никакая это не звезда, а небольшой космический корабль.

Свой пульт Пол не решился трогать – это собьет сигнал и придется перезванивать – и он, дотянувшись, пощелкал тумблерами навигаторского. Не то, чтобы ему так уж было интересно, просто ждать действительно было скучно.

Автоматика послушно дала увеличение. Яхта. Модернизированная, частично перестроенная, но обычная круизная яхта с характерным «наростом» в носовой части, из-за которой такие модельки называли «Бабочками». Многие олигархи дарили такие своим дочкам и молоденьким любовницам. Те принимались лихачить на них и в конце концов либо разбивались, либо похищались пиратами, подтверждая старинную пословицу «Баба за рулем – обезьяна с гранатой». Что такое «руль» и «граната», Полу в свое время успел объяснить Христофор. Интересно, а кто «рулит» этой яхтой? Судя по апгрейду и надстройкам, явно не избалованная дамочка. Нашелся олигарх, который подарил «Бабочку» сыну? Или посадил за пульт настоящего водилу? Да, судя по тому, какой вираж закладывала бывшая яхта, управлял ею настоящий ас.

- Чесни, - окликнул Пол пилота по внутренней связи, - поднимись сюда.

Тот явился так быстро, как будто ждал за порогом именно этих слов.

- Глянь, как танцует, - Пол кивнул на маневры «Бабочки». – Как думаешь…

Чесни бросил взгляд на экраны – и, матюгнувшись, метнулся к пульту, оттеснив капитана.

- Ты чего?

- Кэп, это… Узнаешь?

Рядом повисла трехмерная картинка – силуэт на фоне россыпи метеоритной пыли. Яхта. Модернизированная яхта.

- Это же они!

- Не может быть!

Совпадение было слишком невероятным, похожим на чудо – но в самом деле, разве в этом глухом уголке сектора могли оказаться две совершенно одинаково переоснащенные «Бабочки»?

Глава 3

ГЛАВА 3.

Еще несколько команд и пара моментальных фотографий – и сомнений не осталось.

- Это они, - капитан и пилот смотрели друг другу в глаза. На обзорном экране сбоку было видно, как яхта преспокойно, как у себя дома, садится на стыковочную площадку соседнего «луча», почти потерявшись на фоне массивного корабля меоров.

- Свистать всех наверх, - Пол первым очнулся от ступора и вдавил в гнездо кнопку связи.

Рубка снова наполнилась народом. Шушера протолкался вперед:

- Взлетаем, кэп? Что случилось?

- Случилось, - кивнул Пол. – Чесни, покажи.

Тот вывел на экран две картинки, не спеша их совместил, демонстрируя полную идентичность изображений.

- Это они. Те самые, которые нас обчистили.

- Апгрейд у них… фиговый, - высказался Тикки. – Как они летают с такими прибамбасами?

- И, тем не менее…- после того, как непутевый геймер неожиданно практически спас корабль, к его суждениям Пол стал относиться внимательнее.

- Значит, наш груз у них? – ткнул пальцем в картинку Курт. – Кэп! Так?

- Так.

- Тогда чего мы сидим? Его надо вернуть! Осталось всего сто восемь стандарт-часов! – снова завелся карго.

- Вернем. Только надо придумать, как!

- А что тут думать? Пойти и забрать! Они нас обокрали! Они…

- Они у соседнего «луча». Пока мы до них доберемся, что им помешает взлететь в любой момент? Связаться с местными копами? И что мы им скажем? Предъявим документы на груз?

Курт сник. Документы на груз имелись, но показывать их властям было опасно. Пол потому и взялся за эту работу, что за нее обещали много денег. Столько, сколько законным путем заработать было нереально.

- Что же делать?

Судьба решила вмешаться именно в этот момент – ожил экран дальней связи.

- Поллард Руд Хэмир?

Тот даже подпрыгнул – дядюшка всегда звал двоюродного племянника жены полным именем, словно подчеркивая дистанцию между ними. Дескать, у тебя другая фамилия, другой род и вообще…

- Я здесь, - стараясь не терять лица перед подчиненными, Пол вернулся на свое место, склонился над экраном, тайком показал кулак – мол, всем заткнуться!

На экране уже возникло лицо банкира. Лицо человека, который никогда не был добрым дядюшкой – просто не знал, как это делается.

- Поллард Руд Хэмир, - повторил дядя. Изображение на экране не дрогнуло – звук отставал от «картинки» на пару минут. – Вы откуда взялись?

- Мы… - Пол подмигнул Чесни, мол, координаты, - тут… по делам.

- Где – «тут»? Не увиливай и не темни.

Навигатор перебросил на новое окошко несколько цифр и букв. Повисла пауза.

- Сорок шестой сектор, самая граница с сорок восьмым? – банкир окончательно утратил сходство с добряком. – Что вы там забыли?

- У нас…э-э… дела. Были.

- Вот как? Надеюсь, дела денежные? Ты не забыл, что срок уплаты очередного взноса меньше, чем через декаду? Я иду тебе навстречу, племянник, и лично веду твои дела, а не поручаю их операторам. Цени мою заботу!

- Ценю, - вздохнул Пол. – Дядюшка, я хотел…просить об отсрочке…

По экрану побежали помехи. Пол нервно сглотнул, покосился на своих людей. Те усиленно делали вид, что рассматривают пейзаж и обмениваются мнениями относительно рекламных голографий, которые Чесни уже скачал со станционного терминала. Команда спасала престиж капитана, демонстративно не обращая внимания на его беседу с банкиром.

- Отсрочка? – слова Пола дошли до дяди с трехминутным опозданием, и это были, пожалуй, самые долгие три минуты в его жизни. – Ты серьезно? Мальчик мой, я тебе верил… твоя кредитная история до сей поры была безупречна… Что случилось?

Пол нахмурился. Официально он действительно развозил грузы и пассажиров, но какие грузы и каких пассажиров – этого дяде знать не следовало. То, что двоюродный племянник жены, пусть и второй, от брака с которой у него нет детей, занимается контрабандой и при случае помогает улизнуть от правосудия уголовникам, могло подпортить репутацию банка.

- Мы… нас ограбили.

На сей раз дядя-банкир молчал дольше, чем три минуты. Пол даже подумал, не испортилась ли дальняя связь?

- Что? Ограбили? Кто?

- Пираты. Отняли груз. Мы еле добрались до станции… координаты ты получил и…- он замялся, подыскивая слова. – И вот. Сидим.

- В полицию заявили? Там есть отделение Интергалакпола?

- Эм…- Пол дотянулся и пихнул Чесни, мол, нужна подсказка. – Да, есть.

- Тогда обращайтесь к ним. Это их работа. Я тут при чем?

- Эм… дядя, мы… конечно, обратимся, но… у нас отняли груз… клиент должен был с нами расплатиться в момент получения, а теперь я не знаю, когда мы получим эти деньги и получим ли. А время поджимает. Ты сам сказал, что уплата меньше, чем через декаду. Но мы не можем заплатить вовремя. И поэтому просим если не о встречном кредите, то, по крайней мере, об отсрочке…

- Что? – на этот раз ответ пришел так быстро, словно «добрый» дядюшка каким-то образом телепортировался из своего кабинета на этот астероид. – Ты хочешь сказать, что не взял за груз предоплату?

- Нет, мы взяли аванс, но весь истратили на запас топлива. А теперь нам не на чем добраться домой, потому что у нас возникли и другие сложности, в том числе и с кораблем. Поэтому нам нужна отсрочка – чтобы решить свои проблемы? Это ненадолго, дядя! Всего, ну, скажем, на один срок. То есть, в этом квартале платеж пропустим, а потом…

- Аванс, значит, потратили, - перебил дядя, и Пол понял, что говорил слишком долго. – Надеюсь, с кораблем ничего не случилось? Надеюсь, ты понимаешь, что, пока не выплачен последний взнос, он продолжает оставаться собственностью банковского дома «Топиш и дети»? И мне будет очень неприятно потерять свою собственность или начать против тебя процесс. Это может повредить моей репутации!

- Какой процесс? – взвыл Пол, уже не заботясь о своей собственной репутации.

- Процесс о порче имущества банковского дома. Ты ведь не хочешь сказать, что корабль поврежден? Если при конфискации выяснится, что он пострадал и потерял товарный вид, нам придется подать на тебя в суд. А, поскольку ты только что признал, что растратил все сбережения, тебе придется сесть в тюрьму.

- Какая тюрьма, дядя? Вы… отправите за решетку племянника? Но это… противозаконно! Мы… я купил этот корабль в кредит.

- Тюрьма? Что за тюрьма? – команда бросила притворяться, что ничего не слышит, и все, как один, сгрудились за спиной капитана, буравя глазами экран. – Этот старый черт собирается упрятать тебя за решетку? После всего, что…

- Цыц! – еле успел повысить голос Пол.

- Какая такая тюрьма? Договор надо было внимательнее читать, милый мальчик, - банкир уже дважды назвал двоюродного племянника милым мальчиком, что было отнюдь не обнадеживающим признаком.

- Но послушайте, дядя… Вы не можете так поступить! Мы просим только отсрочку, чтобы поправить свои дела и вернуть груз и деньги! Нам нужен месяц… или даже меньше. Уже наклевывается кое-какое дело… Мы хотели взять кредит…

Он замолчал, ожидая, пока его реплика долетит в соседнюю систему и вернется назад.

- Кредит? С твоей историей? Интересно, на что ты рассчитываешь, и какое согласен дать обеспечение?

Пол перевел дух. Дядя-банкир заговорил о делах – значит, наполовину согласен. Бизнес есть бизнес, ничего личного и банковское дело в этом отношении ничуть не отличается от любого другого – главное, добиться выгоды для себя и не важно, каким путем.

- У нас есть только «Комета», - пожал плечами Пол. – Да и то она по документам твоя. Но что ты скажешь, дядюшка, о работе, которую я мог бы для тебя выполнять? Работе, которая могла бы повредить твоей репутации, если бы ты был вынужден делать ее сам?

Это был не просто рискованный удар. Это был и весьма болезненный удар в уязвимое место. У каждого человека есть свои тайны, и не все его желания законны. Пол очень надеялся, что такие имеет и его дядя. Крупный бизнес – тот же бизнес. Здесь до сих пор взятка и удар наемника пользуются спросом. Раздавить конкурента можно по-всякому.

На сей раз пауза в разговоре казалась вполне естественной – двое разумных людей обдумывают выгоды нового союза.

- Но ты понимаешь, племянник, что ты мне предлагаешь?

Пол внутренне возликовал, но постарался, чтобы внешне ничего не было заметно. Дядя назвал его племянником. Не Полом, не полным именем, не мальчиком. Он признал родство. Значит, удар попал в цель. Его приблизили к себе… но также легко могут и оттолкнуть, напомнив, кто он такой.

- Понимаю, дядя. И вполне отдаю себе в этом отчет.

- Хорошо. Но мне нужно обеспечение. Разберись с грузом в кратчайшие сроки – и можешь просить кредит на любой срок под любые проценты. Мне не нужен нечестный сотрудник, который не выполняет своих обязательств. Желаю успеха!

Связь прервалась.

Пол тихо выругался. Вот так все в его жизни – если судьба одной рукой что-то дает, другой обязательно отнимает. Дядя пообещал все – и ничего. «Разберись с грузом!» Как будто это так легко.

Он обернулся на свою команду. Шесть пар глаз смотрели на него. Пилот, навигатор, механик, карго, стрелок и этот… геймер-спец. Двоих не было – энергетика и доктора. Духи и демоны, про них-то он забыл!

- У нас проблемы, - сказал он спокойно. – Но мы их решим. Первое – дальняя связь. Шушера, дозвонись до заказчика. Если что, обрисуй ситуацию и скинь ему координаты. Тумба, Кир-Пу, Тикки, собирайтесь…

- Куда? – занервничал геймер.

– Идем в гости к нашим соседям. На разведку.

- Так в гости или на разведку? – нахмурился Кир-Пу.

- По обстановке.

Стрелок кивнул и, развернувшись, вышел из рубки.

- Вы за грузом? За грузом, да? – подскочил Курт. – Но как же без меня? Это ведь так важно! Вы что, не понимаете, как это важно? Я должен быть там! Вы себе не представляете, насколько…

- Хорошо. Идешь с нами, - Полу ужасно не хотелось брать Курта. Тот может начать паниковать в самый ответственный момент и наделает глупостей. В лучшем случае подставится сам, в худшем – подставит команду. – Но вообще-то я хотел оставить тебя на борту на тот случай, если Шушере удастся связаться с заказчиками в наше отсутствие. Ты, как ответственный за груз, популярно объяснишь им, что в результате форс-мажора груз не может быть передан им и предложишь… ну, сам придумай, что предложить!

- Я… не знаю, - замялся Курт. – Это… так важно? Тебе же нужны руки?

Чтобы трус и паникер Курт сам куда-то лез? Это было что-то новое. Но, как говорится, все когда-то случается впервые.

- Хорошо. Будем надеяться, что…

Сигнал дальней связи прервал его на полуслове.

- Кэп, система Медузы! – доложил Шушера.

Пол выругался. Именно там находились заказчики груза. Лететь до нее было не так уж и далеко – каких-то пять суток пути, не считая маневров при взлете-посадке. И при известной удачливости они бы успевали на место встречи с форой в два-три часа.

- Капитан Поллард Руд Хэмир на связи, - сказал он.

Экран пошел рябью – то ли по пути наткнулся на чей-то мощный передатчик, искажающий сигнал, то ли всему виной положение астероида в этот момент, то ли у «Кометы» что-то было со связью.

- Груз, - пробулькал механическим голосом силуэт на экране. – Где наш груз?

- Он… здесь, - осторожно ответил Пол.

- Это хорошо, - через пару минут снова забулькало на экране, - назовите координаты. Наш представитель встретится с вами и заберет его.

Пол выругался. И дернули его духи космоса послать срочную гравиграмму заказчику – мол, случился форс-мажор, вылетайте навстречу! Кто же предполагал, что заказчики не только быстро среагируют, но и еще быстрее подсуетятся? Он покосился на Шушеру. Тот правильно понял намек и продублировал предыдущий файл, который уже отправлялся дядюшке.

- Достаточно. Оставайтесь на месте. Наш представитель находится в сутках пути от данной точки и заберет груз. Ждите связи.

Экран погас.

Пол бессильно откинулся на спинку кресла. Он чувствовал себя выжатым, как лимон. Переговоры с банком, потом еще это известие… У него есть сутки. Только сутки, чтобы все сделать. Достать у «соседей» груз, передать заказчику, получить деньги…Если денег будет достаточно, он уже послезавтра расплатится с банком за «Комету» и начнет вольную жизнь. Подумать только! Трое суток – и он свободный человек! И не надо будет работать на дядюшку!

Но все упирается в груз, который еще надо добыть.

- Разрешите обратиться, капитан?

Томба 119. Вид у веганца бледный, что при его обычно фиолетовой коже смотрелось странно. Как будто он выцвел и полинял. Меоры от стресса лысеют, змеелюды впадают в спячку, как положено амфибиям, гламры начинают пахнуть так, что от них шарахаются даже свои, уриане желтеют и вянут, а веганцы из насыщенно-фиолетовых становятся бледно-лиловыми.

- Что еще? – Пол с трудом взял себя в руки.

- Юмба, капитан. Ему плохо, капитан. Доктор говорит, его надо в стационар. А это…

- Это деньги, - обреченно кивнул Пол.

Судьба, кажется, вознамерилась его добить. Сначала ловушка, опустошенные реакторы и потеря груза. Потом дядюшкин кредит и свалившиеся на голову заказчики. Теперь вот расходы на лечение… Нет, бросать своего человека – ладно-ладно, веганца, но он тоже гуманоид! – капитан Хэмир не собирался. В крайнем случае, есть же заначка, ломбард, «толкучка», наконец… За кое-какое барахлишко и устаревшие запчасти на этой самой «толкучке» можно выручить пару десятков кредиток, которыми он расплатится хотя бы за порцию лекарств.

- Нет-нет, капитан! – Томба оскалил свои ярко-розовые, словно покрытые лаком, зубы. – Доктор говорит, тут есть бесплатная лечебница. На три дня бесплатно, диагностика и один курс препаратов за счет страховки…

Пол не выдержал и выругался. Страховка, мать его! Она когда-то была оформлена, но он не помнил, когда платил последний взнос. Все съедал кредит.

- Пусть док проверит счет и…если на нем что-нибудь есть, отвезет Юмбу…

Три дня полежать в больнице за счет государства? Чем плохо? Тем, что, если найдут что-то серьезное, за четвертый день надо будет платить. Платить из страховки, которая… ну, вы поняли.

Пол понял, что должен кого-нибудь убить. Просто так, чтобы дать выход напряжению.

- Я понял, - радостно закивал Томба. – Мы отвезем…

- Мы?

- Я и док, капитан, - еще радостнее закивал Томба, при этом став настолько похожим на дикаря с отсталой планеты, что только юбочки из листьев и копья не хватало.

- Ты мне нужен там, - Пол ткнул пальцем в сторону соседнего «луча», где на приколе стояла «Бабочка». – Сейчас. Срочно.

- Но капитан, а как же Юмба? Я должен отвезти его в лечебницу! Это важно. Мы родня!

Родня они, как же! Просто два веганца среди хуманов. У них даже номера разные. У одного 56, у другого 119. Это значит, что на своей родине Юмба и Томба принадлежат даже не к разным семействам, но разным кастам и в обычной жизни один даже не посмотрел бы в сторону другого без крайней необходимости. Но здесь и сейчас лишь цифры возле имен напоминали им о самом понятии касты и статуса.

- Даю час.

Ситуация выходила из-под контроля.

На первый взгляд казалось, что им повезло. «Бабочка» не просто сумела дотянуть до ближайшей станции, но и получить разрешение на посадку. Это было невероятно, но никто – никто! – из диспетчеров даже ухом не повел, когда Джек в ответ на запрос назвал подлинный номер яхты. Такое впечатление, что здесь никогда не слышали о том, что иногда подобные яхты вообще угоняют, и что одна из таких объявленных вне закона «потеряшек» сейчас открыто заходит на посадку. С другой стороны, что тут такого? Космос действительно велик, все законы и постановления не помнят даже умники из столиц, что уж говорить о такой глухомани, как окраина не самого населенного сектора?

В общем, «Бабочка» села на грунт. Едва ли не впервые да два последних года. Когда искин доложил о том, что есть касание, и раструб шлюза присосался к выходу, и аппаратура показала, что в нем установилось нужное давление и атмосфера для выхода, в рубке повисла напряженная тишина. Юлий почувствовал, как на него смотрят… смотрят даже те члены его экипажа, кто находится в своих каютах. Смотрят на коммуникатор внутренней связи и ждут.

- Все, - сказал он, не придумав ничего лучшего. – Приехали.

Орали все. Джек и Рекс, дотянувшись, хлопали друг друга по плечам и, махали Юлию руками, словно это он в одиночку, как герой древности, через бури и шторма провел их терпящий бедствие кораблик в тихую гавань и спас людей. Их бурные восторги не успели уняться, как в рубку заколотили снаружи – разделить радость приземления хотели все.

В течение следующих нескольких минут все орали, обнимались, толкали друг дружку и чуть ли не целовались, с трудом находя выход эмоциям. Почти два года в глубоком космосе, не имея возможности даже выйти за пределы корабля без скафандра, почти полная изоляция от внешнего мира, безнадежность и страх за свою судьбу – и вот все это позади. Они на грунте. Они в двух шагах от станции, где можно наконец-то пройти по земле, хоть и по искусственной. Где можно посмотреть на что-нибудь кроме надоевших до обморока стен. Можно увидеть других людей, поговорить с другими людьми, передохнуть… Все чувствовали себя словно узники, которым внезапно отменили пожизненное одиночное заключение.

- Наконец-то! Ура! Наконец-то мы выйдем! – кричали все. – Победа!

Звонок входящей связи потонул в общем шуме и гаме, и если бы Коста Цонев с высоты своего роста не увидел через головы остальных мигающий огонек, звонок так бы и остался без ответа.

- У нас гости.

Восторги увяли, как по волшебству. Доктор Эшли всхлипнул, как обиженный ребенок. Сам Юлий был готов рвать и метать. Счастье только поманило и пропало, уступив место суровой реальности. Все правильно. Они назвали свои подлинные координаты, и сейчас там, в диспетчерской, кое-кто догадался пробить их по базе Интергалакпола.

- По местам? – шепнул механик Ли.

Юлий взмахнул рукой – мол, погоди пока. Не доверяя Рексу, коснулся кнопки связи.

- Ну, наконец-то! – ворвался в рубку молодой недовольный и, кажется, женский голос. – «Бабочка», у вас там все в порядке? Почему не отвечаете? Вам нужна помощь? Вы целы?

- А…э-э… ну да, - кивнул Юлий. – А что?

- А то! – огрызнулась девушка-диспетчер. – Стыковку произвели, а пакет требований не озвучили.

- Требований? Чьих?

- Моих, - в голосе собеседницы было столько сарказма, что в другом месте ее бы давно уволили за непрофессионализм. Но окраина – окраина и есть. – Ваших требований. Вы запросили только разрешение на посадку, но не сообщили, зачем вам нужна посадка? Ремонт, апгрейд, техническое обслуживание, коммерческая деятельность или просто желание отдохнуть?

На последних словах голос девушки чуть дрогнул, и Юлий прикусил себе язык, чтобы с него не сорвалось: «С тобой, крошка?» Он не видел женщин уже два года.

- Отдых и… коммерческая деятельность.

- Машинный или экипажа?

- Что?

- Отдыхать кто будет? Яхта или вы сами?

- Эм… все. Яхте нужна дозаправка и, возможно, косметический ремонт. А нам – отдых и… и вообще…

- Коммерческая деятельность какого рода? Торговля? Посредничество?

- Частный извоз, - брякнул Юлий первое, что пришло в голову. – Скоростные перевозки. Пассажиры и мелкий груз.

- А, ну да, что же еще… - как-то туманно промолвила диспетчер. – В таком случае ждите. Вам вышлют файл с перечнями услуг. Выберите нужные пункты меню и вперед! Конец связи!

- Конец… нет-нет, - уже почти нажав кнопку отбоя, заторопился Юлий, - еще одно…Можно?

- Что у вас, «Бабочка»? – диспетчер опять «включила стерву».

- Как вас зовут?

В эфире повисла тишина. Казалось, удивился даже динамик.

- А… вам зачем? – у нее не только интонации, у нее даже голос изменился.

- Ну… просто так. Вы, наверное, тоже устали на работе, тоже хотите отдохнуть…

За спиной сопели, фыркали, хихикали и вообще выражали живой интерес к происходящему. Юлий почувствовал, что у него горят уши. Уметь бы их втягивать, как меор!

- Но я… не могу… у меня еще шесть часов дежурства… И вообще, флирт с обслуживающим персоналом станции карается штрафом. Выплачивают его обе стороны! В равных долях!

- Мы можем договориться… - Юлия несло. Нет, он не влюбился – еще чего не хватало! – но за два года это была первая женщина, с которой он разговаривал, и хотелось хоть как-то продлить эти мгновения.

- Нет! – рявкнула стерва. – Высылаю файл. Конец связи!

И отключилась.

Юлий не успел обернуться на невольных свидетелей этого диалога – опять послышался звонок вызова. Уверенный, что это все-таки диспетчерша решила сменить гнев на милость – девушкам нравятся отважные космические первопроходцы, разве не так? – он поспешил принять сигнал, но это оказался всего-навсего файл с перечнем услуг. В комплекте с ним шла целая подборка рекламных проспектов – от «посетите наш салон» до предложения займов на любых условиях. Центральное место занимал, конечно, огромный торгово-развлекательный центр «Мелиораториум» – четыре надземных и два подземных этажа, восемь ресторанов, одиннадцать закусочных, рассчитанных в том числе и на представителей экзотических рас, гостиница с полным набором услуг, консультационные бюро, бюро по трудоустройству, двести семнадцать торговых точек, три парка развлечений для детей, два кинотеатра и так далее. Для окраины не самого густонаселенного сектора это было роскошное заведение. Там даже имелась парочка борделей и контора для предоставления эскорт-услуг, а также экскурсионное бюро.

- Да тут можно жить, - протянул Ли, одним пальцем перематывая подборки фотографий.

- Ага, были бы деньги, - Юлия интересовали как раз меняльные конторы, отделения банков, ломбарды и пункты обмена.

- Так у нас есть…

- Деньги? Откуда? – последние полтора года «Бабочка» вела, так сказать, натуральное хозяйство, все необходимое добывая путем грабежа. При этом кредитные карты они не трогали – все равно обналичивать их в глубоком космосе было негде, а уцелевшие хозяева или безутешная родня покойников первым делом блокирует утерянные карточки и переводит с них средства в другие места.

- Есть, на что их обменять!

Вот тут Ли был прав, как никогда, и Юлия мысленно обругал себя за забывчивость. Выкачивая из реакторов ограбленных кораблей топливо и энергию, воруя из охладительных систем жидкий кислород и потроша кладовки со съестными припасами, пираты иногда «по ошибке» прихватывали и другие грузы. Бывало, что трофеями становилось личное оружие, а также всякие безделушки. От некоторых скрепя сердце приходилось избавляться, но другие сваливались без счета в собственные кладовые, где теперь скопилось столько барахла, что шагу негде ступить.

- Где?

- В меняльных конторах.

- Я там видел объявление «Все на все!» - припомнил Джек, косившийся на экран со своего места. – Это известная фирма…Они действительно меняют все…

- Но не того кота в мешке, которого мы захватили недавно, - Юлий вспомнил о контейнерах. Их содержимое внушало опасение уже своей маркировкой «ТГК». Что скрывается внутри?

- Ерунда, - отмахнулся Ли.

- Ты уверен?

- Я уверен в тебе, капитан, - механик расплылся в довольной улыбке и даже похлопал Юлия по плечу. – Ты справишься. У тебя задатки торговца.

Самое смешное, что он был прав. Юлий Холодов действительно какое-то время был известен как младший клерк в компании «Холодный Дом. Антиквариат и экзотические товары». В поисках того, что можно было продать, обменять или выставить на аукцион, он какое-то время колесил по своему родному сектору, но когда узнал, сколько на самом деле стоят некоторые найденные им предметы, бросил легальную деятельность и пополнил собой ряды контрабандистов и торговцев краденым.

- Добро, - кивнул он. – Мы отправляемся в «Мелиораториум». Сейчас только скачаю себе кое-какую инфу. А вы пока…

Он пролистнул файл чуть ниже, где заканчивался перечень «товаров для удовольствия» и начиналась «сфера услуг». Здесь уже не было ярких движущихся трех и четырехмерных картинок, зато было больше конкретики и цифр, некоторые из которых поражали количеством нулей.

- Рассчитайте расход на топливо, замену реагента в системе очистки воздуха и запасы провизии, - распорядился он. – И чем скорее, тем лучше. Лишнего не брать. Предварительные расчеты скиньте мне на комм, чтобы я знал, от чего отталкиваться. Это задание для тебя, Джек. Рекс… ты возьмешь Ли и проведешь ревизию в нашей кладовой. Перебрать, что испортилось или не имеет товарного вида – под пресс и на переплавку. Что можно продать или обменять – выставить на передний план. Возможно, вернусь с покупателями. Со мной идет Коста. Микаэл на дежурство.

- Капитан, - Ли торопливо что-то набрасывал в планшете, - я вот тут подсчитал… Смотри, что нам надо!

Юлий пробежал глазами первые шесть строчек:

- Запчасти?

- Ну, хотя бы некоторые. Сам же говорил – апгрейд и все такое…

- Это если останутся средства.

- Останутся, - отмахнулся механик. – Один последний улов че…

Хлоп!

Ладонь Юлия шлепнулась на губы механика.

- Чтоб у тебя язык отнялся! – рыкнул он. – Скажешь тоже – «последний»! Тьфу! Насвистишь еще… Недавний. Запомни – «недавний улов»!

- Запомнил, - Ли отстранился, потирая щеку. Он уже сам сообразил, что сморозил глупость. Удача в космосе – штука редкая. Ее так трудно приманить и так легко упустить, что многие звездопроходцы рано или поздно становились суеверными.

- Так что все осмотреть, перебрать, подсчитать, рассортировать и приготовиться к показу. А я пойду на разведку… Коста?

Одним из преимуществ маленьких судов было то, что иногда не нужно было включать внутренний комм – достаточно было открыть дверь и крикнуть погромче. Абордажник отозвался сразу, на ходу закрепляя бронежилет и проверяя, пояс с боеприпасами. Лишних вопросов он не задавал, сразу пристроился слева и чуть позади, как положено телохранителю. У Юлия на боку тоже был пистолет, а под куртку он надел «фольгу» - металлизированную рубашку, которая пулю, конечно, не остановит, но нож или другой острый предмет по ней соскользнут. И все-таки он чувствовал себя уверенно, зная, что не один.

Выйти из «Бабочки» им удалось легко. Слишком легко. Даже дежуривший на выходе из «луча» полицейский лишь скользнул по их жетонам, задал несколько вопросов по поводу их деятельности и отпустил с миром. Это показалось Юлию подозрительным, но он промолчал, не желая спугнуть удачу. Авось все обойдется?

Сам торгово-развлекательный центр располагался аккурат в сердце станции, так что сначала им пришлось миновать два кольца – ремонтно-деловое, а потом жилое. Планировка тут и там была стандартной – стоящие на равном расстоянии друг от друга одинаковые двух- и трехэтажные «коробки» зданий, отличающиеся только фасадами и прикрепленными рядом с ними табло с опознавательными знаками. В жилом секторе, кроме того, улочки были чуть-чуть пошире за счет того, что там была разделяющая проезжую часть на две половинки «зеленая зона» - полоса искусственной почвы шириной около полутора метров, где были высажены декоративные кустарники, газонная трава и невысокие подстриженные в форме кубов или шаров деревья, высотой не превышающие четырех метров. Метрах в десяти над их кронами возвышался купол, резко поднимающийся в том месте, где рабочая и жилая зоны переходили в зону торговли и развлечений.

«Мелиораториум» занимал огромную площадь. Создавалось впечатление, что станция изначально строилась для его размещения, а все остальное пристраивалось ради того, чтобы обеспечить нормальную жизнь для обслуживающего персонала. Почти куполообразный по форме, он имел несколько входов, расположенных на разной высоте. Перед каждым входом стояла тумба с трехмерной картой ближайшего сектора. Карты были интерактивные – можно было посмотреть, какие бутики, конторы и комнаты развлечений сейчас открыты, где сколько покупателей и как рассчитать оптимальный маршрут.

- Сначала нам сюда, - Юлий ткнул пальцем в экран, активируя одну из заставок. – Потом попробуем пройтись по этому ряду. А дальше… Дальше как пойдет.

Коста только кивал, косясь по сторонам.

Народа было много. «Мелиораториум» работал круглосуточно, и постоянно тут и там бродили покупатели и просто зеваки. Несмотря на свою браваду и далекое уже коммивояжерское прошлое, Юлия слегка пугало обилие людей и нелюдей, хотя объективно глядя, тут было не так уж много народа, а негуманоидов вовсе раз-два и обчелся. Как ни крути, окраина. В некоторых бутиках и конторах вообще не было ни одного покупателя.

Тем не менее им повезло. В первой же меняльной конторе дородный оливково-зеленый змеелюд, развалившийся чуть ли не на половину комнаты, настолько он был толстым и рыхлым, услышав о весьма нестандартном грузе, пошевелил щупальцами и вызвал двух помощников. Пробулькал-прошипел им кое-что на своем языке и продублировал на интерлингве:

- Пусть проводят и посмотрят. Потом сторгуемся, дети.

Змеелюды подковыляли к Юлию, уставившись на него выпуклыми глазами. Тот невольно поморщился, в душе недоумевая, с чего это похожих на многоножек амфибий назвали змеелюдами? То ли из-за заменявших руки щупалец, которые впрямь походили на безголовых и безглазых змей, то ли из-за общего отталкивающего вида и лишенных век глаз. А может, просто потому, что никакие другие разумные расы на змей не походили?

- Мои лучшие оценщики, - рекомендовал их торговец. – Мои племянники.

- Пошли, - выдержав паузу, произнес один из них, темно-зеленой масти. – Мы готовы.

- Сейчас? – Юлий невольно обернулся на Косту. Тот пожал плечами – мол, надо так надо.

- С-сейчас, - прошипел второй, пятнистый.

- Но… - с одной стороны такое быстрое развитие событий не могло не радовать, а с другой в Юлии проснулся коммерсант, который не желал хвататься за первую же соломинку. – Мы сначала хотели… прицениться…

Змеелюд за конторкой затрясся жирным телом, заклохотал – засмеялся. Его племянники тоже издали несколько клохчущих звуков, поддержав веселье старшего родича.

- Мы – лучшая меняльная контора в этом секторе, - отсмеявшись, сообщил старший. – Что бы вы ни привезли, никто не даст вам лучшую цену!

- Ес-сли вообщ-ще дас-ст, - прошипел пятнистый змеелюд.

- Капитан, «ТГК», - шепнул Коста.

Это решило дело.

- Ладно, - махнул рукой Юлий. – Но если вы откажетесь… За мной!

Он первым вышел из конторы, но направился не в обратную сторону, для очистки совести все-таки решив пройти по тому самому ряду, где, если верить карте, было полным-полно маленьких контор и магазинчиков, где можно было продать или перепродать все, что угодно – от акций урановых копий где-то на другом конце Галактики до самого владельца этих акций. Змеелюды сопели и пыхтели сзади, не пытаясь выяснить, куда они идут, но это было единственным плюсом. Ибо присутствие представителей этой расы действовало на торговцев как-то странно. Стоило Юлию заглянуть в двери, как хозяин либо куда-то отлучался, либо начинал срочно проводить переинвентаризацию, либо вообще объявлял, что на сегодня они закрыты.

После пятого отказа общаться Юлию все это надоело, и он решительно отпихнул пытавшегося спрятаться за стеллажами хозяина.

- Я хотел предложить вам товар, - негромким шепотом прорычал он. – А вы даже не собираетесь меня выслушать! Так дела не делаются! Как вы будете вести ваш бизнес, если…

- Уверяю вас, - торговец уперся локтями в простенок, не желая вылезать, - я прекрасно знаю, как ведутся дела! Но какой мне смысл лезть вперед, если вы уже сделали свой выбор?

- Я? Сделал выбор?

Торговец указал взглядом через плечо. Юлий обернулся. Змеелюды и Коста стояли в проеме плечом к плечу – человек в центре, амфибии по бокам – занимая собой весь проем.

- Как я понимаю, вы уже продали товар оптом моему коллеге и конкуренту, - пояснил человек. – Перехватывать товар у змеелюдов? Так дела не делаются!

- Но откуда вы знаете, что они возьмут весь наш товар? – недоверие в душе Юлия боролось с надеждой. – Оптом, не глядя…

- Ой, вы все еще так молоды, - улыбнулся торговец. – И еще так мало видели жизнь. В нашем мире применение можно найти всему. Если даже товар моим коллегам не понравится, они все равно его купят – чтобы потом перепродать ненужное. Может быть, даже и вам! И вы заплатите им и еще будете благодарить за скидку!

- Как же вы тут выживаете с такой конкуренцией?

- За счет туристов, молодой человек. Ну и… разных мелочей… Но у меня действительно много работы. Так что оставьте меня в покое. Вас ждут!

И торговец так решительно повернулся спиной к Юлию, что тот не стал настаивать.

План у Пола Хэмира сложился, пока еще они шагали по станции. Распечатка рекламных проспектов маячила у него перед глазами. Пульсирующими огоньками выделялись отделения банков, офисы станций техобслуживания, торговцы-оптовики и… И вот тут-то его осенило.

Торговцы. Они представятся торговцами. Эти, с «Бабочки» наверняка не в курсе, какова ценность украденного груза. Их можно уболтать, обмануть, просто уговорить «войти в положение» и даже взять в долю – мол, так и быть, если вы не верите нам на слово, подождите еще трое суток. Потом сюда прибудет представитель заказчика, оценит груз на ваших глазах, и вы сами поймете, что мы правы. Можно заставить грабителей сотрудничать, угрожая пожаловаться в местное отделение Интергалакпола. Тут глухомань и приграничье. Значит, отделение есть, но шансов выдвинуться у местных космокопов нет. Они сидят, скучая и считая дни до пенсии и уж, конечно, ухватятся за шанс прижучить настоящего грабителя. Пол чувствовал свою правоту – как-никак, за ним стоял банковский дом «Томиш и дети». И пусть он был самым нежеланным и нелюбимым из пресловутых «детей», но грабители-то этого не знают!

С собой в качестве сопровождающих – все должно быть серьезно – он взял двоих, Кир-Пу и Курта. Стрелок уже дважды был им обойден – и всякий раз это заканчивалось если не катастрофой, то неудачей точно. Ну и карго не взять просто было невозможно – он отвечал за груз и лучше кого бы то ни было мог определить, все ли с ним в порядке. Конечно, лучше бы прихватить еще кого-нибудь – чем больше народа, тем лучше, - но Томба отправился с доктором сопровождать Юмбу в местный госпиталь, и Чесни должен был отвезти их туда на «Моските». А Шушера и Тикки остались караулить «Комету». Больше никого в распоряжении Пола не было, и он едва ли не впервые подумал о том, что девять человек в команде – этого мало. Однако, Христофор, его старпом, погиб полгода назад, и с тех пор на его место замены не нашлось.

Не теряя времени, они направились к соседнему «лучу», до которого можно было добраться только окольным путем – сперва пройти весь «луч», к которому они пристыковались, поминутно обходя сгрудившуюся там технику, ремонтные блоки и распределительные щиты. Затем, миновав головной узел «луча», почти пятьсот метров шагать вдоль внешнего края периметра, имея сомнительное удовольствие любоваться сквозь полупрозрачный купол безвоздушным пространством за пределами станции. Полу нечасто доводилось бывать на таких станциях, и всякий раз он невольно представлял себе, что будет, если купол не выдержит. Казалось бы, человечество уже тысячу лет как покинуло Солнечную Систему, устремившись в просторы космоса, выросли новые поколения людей, считающие своей родиной другие планеты, даже на этой станции наверняка есть дети, рожденные тут поселенцами. А вот поди же ты – иногда встречается еще этот древний атавизм – страх перед Бездной.

В головном узле соседнего ремонтного луча царила суета – несколько кибер-ремонтников, десяток людей-техников, пара роботов суетились, выполняя со стороны казалось бессмысленные действия. Кроме нужной им яхты там стоял на приколе сильно потрепанный метеоритами, а может и «черными» звездопроходцами фрегат, и надо было его срочно подлатать, задействовав все ресурсы. Пришлось потерять несколько драгоценных минут прежде, чем им разрешили проникнуть в зону «луча». Только то, что «Комета» Пола тоже была внесена в базу данных, позволило диспетчеру пропустить внутрь незваных гостей.

«Бабочка» стояла там, где они ее видели последний раз с экранов монитора – у самого края стыковочной платформы. Покалеченный фрегат и какой-то древний грузовой тягач занимали большую часть площадки, и если бы не малые размеры яхты, места ей бы не нашлось, даже при наличии свободного шлюза.

Заметив яхту, Пол почувствовал прилив хорошего настроения. Грабители были еще тут. Значит, был шанс вернуть себе свое.

- Значит, так, - он остановился, поманил к себе Кир-Пу. – Нас всего трое, а сколько там народа – неизвестно. Даже если представить, что часть команды сошла на грунт, внутри никак не может остаться меньше двоих человек. Один наверняка за пультом и контролирует ситуацию, а второй может быть где угодно…Значит, что?

- Значит, - пожал плечами Кир-Пу, - надо лишь уболтать их открыть нам дверь, а потом стрелять во все, что движется. Даже если у них есть система внутренней защиты, вряд ли они рискнут активировать ее на грунте. Некоторые устройства работают от двигателей. Если двигатели заглушены, включить их нереально.

- А если они оставлены на холостом ходу? - забеспокоился Курт. – Ну, чтобы удобнее было взлететь в случае чего?

- Их не выпустят. «Присоска» активна, - Пол указал на раструб шлюза, который присосался к выходу яхты. Конечно, при резком старте она оторвется, но при этом произойдет разрыв. Нарушится герметичность шлюза и всей станции. Будут человеческие жертвы, но система обороны не пострадает и вдогонку нарушителю полетит парочка ракет малой и средней дальности. Так сказать, око за око.

- Тогда пошли? – Кир-Пу решительно тряхнул плечами, проверяя, как распределен на нем груз. Стрелок тащил на себе бластер, стандартную штурмовую винтовку, несколько гранат разного спектра действия, парочку запасных обойм, щит-излучатель, а также игольник и лучевик, которые крепились к предплечьям. У самого Пола были только свето-шумовые гранаты и лазерник. Курт шел с пустыми руками, если не считать парализатора и щит-излучателя. Эти щиты стоили баснословно дорого, ради их покупки капитан Хэмир чуть не испортил себе кредитную историю, поскольку в таком случае он должен был уйти в минус и его расходы превысили бы его доходы больше, чем на десять процентов. Но зато они защищали практически от всех видов излучения, и тот, кто надевал щит-излучатель, был надежно закрыт от парализаторов, действия свето-шумовых гранат, а также косых попаданий из лучевых пистолетов. В этом налете Пол благородно пожертвовал своим щит-излучателем, отдав его более ценному карго – ведь Курту пришлось бы буквально под огнем проверять цельность содержимого контейнеров и защитить его было важнее всего.

Но сначала надо было попробовать договориться. И Пол решительно шагнул к раструбу.

На «Бабочке» их заметили издалека. Борт яхты мигнул сигнальными огнями.

- Стой, кто идет? – прозвучал механический голос на интерлингве.

- Торговцы.

- Цель?

- Торговля.

- Предмет торговли?

- Мы… хотели у вас кое-что купить.

- Ответ отрицательный.

- В смысле? – прекрасно понимая, что с ним говорит машина, Пол, тем не менее, удивился. – Как это – «отрицательный»? Мы знаем…

В эфире что-то громко зашипело, затрещало и засвистело, так что Пол невольно отступил назад и опустил боковые щитки шлема, защищая уши. Но какофония стихла также внезапно, как началась, и в эфир пробился другой, явно живой голос, поскольку вещал с заметным акцентом:

- Это чего вы такое знать? Это откуда и как вы знать?

- Мы знать… то есть, знаем, что вы только что прибыли из глубокого космоса, - нашелся Пол. – Значит, вы могли привезти что-нибудь такое, что мы могли бы у вас купить…

- Еще чего! Ничего мы не продаем!

- Совсем ничего? У вас нет никакого груза, никаких лишних ящиков и… м-м… контейнеров?

- Нет!

- Но зачем же вы тогда прилетели на станцию, если не собираетесь ничего продавать?

- Мы собираемся кое-что покупать! – отрезал голос.

- У вас есть деньги?

- А вот это не ваше дело! – вмешался новый голос, в котором Пол с удивлением опознал того самого «потерпевшего крушение», который и заманил их в ловушку. – И убирайтесь отсюда, пока по вам не открыли огонь!

- Не очень-то вы любезны, - Пол, тем не менее, сделал полшага назад. «Бабочка», конечно, всего-навсего яхта, но яхта класса люкс и к тому же переоборудованная. А некоторые орудия можно использовать в атмосфере. Попасть под действия ЭМА* что-то не хотелось. Тем более что от коротковолнового импульса не спасет даже щит-отражатель. А он стоит как раз в зоне поражения…

(*ЭМА – электромагнитный импульс. Излучатель направленного действия, применяется только против живых организмов и не действует на технику. В некоторых случаях способен оставить даже киборга, поскольку выводит из строя его органическую часть. Считается запрещенным и недавно списан с вооружения как негуманный.)

- Не ваше дело. Мы не собираемся ничего продавать. И точка.

На какой-то миг Полу очень захотелось отступить. Просто так. Просто потому, что он устал. Устал бороться, карабкаться, изворачиваться, кому-то что-то доказывать. Да в конце концов, надо было подумать в спокойной обстановке, как быть дальше, но внезапно вмешался Курт. Нет, трусливый карго не выскочил вперед, закрывая капитана собой. Он предпочел остаться на месте.

- Тогда, может быть, обмен? – крикнул он.

- Чего? – засевшие в «Бабочке» явно удивились.

- Мы кое-что знаем. И готовы поделиться информацией… если и вы тоже согласны на обмен. Некоторые знания стоят очень дорого!

Пол обернулся на Курта. Вот уж сюрприз так сюрприз!

- Что за информация? – помолчав, спросила «Бабочка».

- Мы кое-что знаем о том, что у вас есть, - выдал Курт.

Даже у Пола чуть не отвисла челюсть от такого выверта. «Бабочка» и вовсе замолчала.

- Но у нас ничего нет, - наконец послышался новый, третий, голос.

- Есть! Мы точно знаем! – пошел ва-банк Курт. – Кое-что в количестве трех штук…

Бац! – Кир-Пу резко двинул локтем, попав карго чуть пониже края щита-отражателя. Тот хекнул и согнулся пополам.

- Ваша информация устарела, - прозвучало из динамиков яхты. – И советуем вам убраться подальше, если не хотите скандала. Мы ведь можем и полицию вызвать.

Пол заколебался. Связываться с копами – себе дороже. Дойдет до дядюшки – пиши пропало. Зачем ему поддерживать родственника, который имеет трения с законом? Кроме того, дядя не должен знать, как именно племянник зарабатывает средства на выплату кредита. Спорный груз в любом случае будет конфискован – по крайней мере на то время, какое нужно, чтобы установить настоящего владельца. А это время. Время, которого у них нет.

- Послушайте, - сделал он последнюю попытку. – Этот груз… срок его хранения вот-вот истечет. Остались считанные часы… Его необходимо передать заказчику до того, как он испортится.

Он не ждал ответа, но тот прозвучал:

- А что там?

- Я не знаю, - признался Пол. - Мы…

Короткая резкая трель наручного комма прервала его слова. Вызывала «Комета». Чертыхнувшись, Пол принял сигнал.

- Кэп, у нас проблемы, - послышался свистящий шепот Чесни. – Тут это… у нас гости.

Внутри у него все сжалось от недоброго предчувствия.

- Кто?

- Эти… синерги. Они утверждают, что являются заказчиками нашего груза. Кэп, они пришли за своим…

- Понял.

Решение пришло мгновенно. Пол отступил, но вскинул руку, надеясь, что его не только слышно, но и видно обитателям яхты:

- Слышали? Мы сейчас уйдем. Но мы еще вернемся. И мы вернемся не одни… За мной, ребята!

Глава 4

ГЛАВА 4.

Сидевший на связи Рекс нервно обернулся на стоящих за спиной Джека и Ли.

- Слышали? Слышали, что он сказал?

- Не глухие, - кивнули оба.

- Что будем делать?

- Без капитана? Ничего. Пока Юлия нет, мы ничего предпринимать не будем.

- Ага! Предлагаете ждать? Этих?

- Ну, - пожал плечами Джек, - а что предлагаешь ты? Улетать? Когда Юлия и Косты нет на борту? Или вызывать копов?

- Только не копы!

- Вызывай капитана.

Юлий отозвался не сразу, да и то его голос звучал искаженно, как сквозь помехи. Он выслушал донесение Рекса и коротко ответил:

- Ждите. Сейчас будем.

К счастью, ждать пришлось недолго. Буквально через десять минут силуэт капитана и его спутников появился на обзорных экранах, а еще пару минут спустя Юлий уже поднимался на борт.

- Вот, - указал он на змеелюдов, - покупатели. Тащите груз!

Оба молодых торговца застыли на пороге рыхлыми глыбами плоти, слегка шевеля щупальцами и вибрируя горловыми мешками. Они немного оживились только после того, как Коста и Микаэл притащили контейнеры. Подались вперед, поднимая щупальца и ощупывая ими все три по очереди. Потом один, пятнистый, сделал попытку отпереть их, чтобы заглянуть внутрь.

- О, «ТГК»!.. Да, «ТГК», - переговаривались они, время от времени сбиваясь на свой родной язык, состоящих сплошь из шипящих, свистящих и ворчащих звуков. Люди следили за каждым их движением, затаив дыхание.

Наконец, змеелюды выпрямились.

- Ну… да, - проворчал пятнистый. – О да…

- Вы их берете? – подал голос Юлий.

- Хм… «ТГК»… хм… м-да… - змеелюды завертели головами. – А как они к вам попали? Есть… накладные?

- Нет. Мы их… нашли, - почти не соврал Юлий. – Совершенно случайно. Даже не думали, что там что-то есть… корабль потерпел крушение… мы явились слишком поздно, но все-таки рискнули подняться на борт, вдруг да отыщем что-нибудь ценное… или хотя бы выживших… А там… ну… Нет, там кое-что еще было, но это… нам показалось, что они могут дорого стоить…

Он сокрушенно развел руками – мол, извините, что так получилось. Змеелюды пошевелили щупальцами.

- Стоить… они могут дорого стоить… - заговорил пятнистый. – Скажем, пятьсот кредитов…

- Простите? – моргнул Юлий. – Но… вы сказали пятьсот? За каждый?

- Нет. За три.

- Почему?

- «ТГК».

- Но… этого мало. Хотя бы тысячу!

- Шестьсот.

- То есть, по двести кредитов за штуку? Да тут одного пластика на шестьсот пятьдесят кредиток!

- Шестьсот шестьдесят, - шепотом подсказал Ли.

- Хорошо. Шестьсот шестьдесят кредиток, - кивнул змеелюд.

- Это за пластик. А прочее? А содержимое? Девятьсот!

- Семьсот. За содержимое.

Юлий обернулся на своих людей. Он морально был готов к тому, что груз придется отдать дешево, но чтобы настолько?

- Восемьсот. Это последняя цена! Или сделка не состоится.

- Тем более что у нас уже есть и другие покупатели, - встрял Рекс. – Они были тут только что. Вы разминулись буквально на пару минут. Капитан, я тебе как раз по этому поводу и звонил. Они согласны были на восемьсот!

Змеелюды заколебались.

- Хорошо, - проскрипел все тот же пятнистый. – Восемьсот.

- По рукам! – выдохнул Рекс, опередив капитана. – Ведь именно это то, что нам нужно, да?

Пилот развернулся, закрываясь от змеелюдов, и отчаянно зашевелил бровями и всем лицом, намекая на что-то. Юлий, хотя и был возмущен самоуправством своего подчиненного, все-таки кивнул:

- Да. Восемьсот. Но деньги… лучше взаимозачетом.

- Как? – оба змеелюда вытаращили на него все свои гляделки, что основные, что запасные, и встопорщили щупальца.

- Эм… дело в том, что мы, уходя в глубокий космос, заблокировали свой корабельный счет, - принялся на ходу сочинять Юлий. – Чтобы проценты там не капали, ну и вообще… вдруг не вернемся? Всякое бывает! Времени на его разблокировку может уйти много – тут, насколько я узнал, нет филиала нашего банка, придется действовать через посредников, а это значит, что придется открывать у них фиктивный счет и уже как чужим клиентам обращаться в свою контору за разблокировкой. Может уйти до трех суток, а средства нам нужны сейчас. Что, если бы вы согласились… ну, вместо нас оплатить наши расходы? Мы бы прислали счет на имя вашей фирмы…

- Сумма? – первым очнулся все тот же пятнистый. Второй, темно-зеленый, как стоял, шевеля глазами и щупальцами, так и остался стоять, производя впечатление неопытного новичка, который первый раз выбрался из дома. Хотя всем известно, что змеелюды появляются на свет группами по двадцать-тридцать особей, так что эти двое наверняка были ровесниками.

- Ну… не думаю, чтобы она была больше пятисот кредиток. Это за топливо, - развел руками Юлий. – А на остальное… мы, наверное, прихватим в каталоге кое-какие мелочи, чтобы вы не оказались в должниках. Думаю, что сумеем набрать товаров на нужную сумму?

Вопрос он адресовал своей команде, и люди старательно закивали, хотя вряд ли кто что понял. Змеелюды, кажется, тоже, но слово «должники» они уловили. В Галактике змеелюды были одними из признанных торговцев и посредников в большинстве операций. Среди них также много было юристов и консультантов, славящихся своей неподкупностью, что не мешало некоторым представителям этого вида заниматься контрабандой, черным налом и помогать клиентам уходить от налогов. Одни и те же банки змеелюдов обслуживали как честных граждан, так и преступный мир.

- Приемлемо. Получите код запроса.

Второй змеелюд наконец-то ожил, подтянул повыше висевший на жирной груди коммуникатор и быстро набрал нужный код. Юлий принял сигнал на свой наручник, удовлетворенно кивнул:

- Принято. Чтобы не затягивать дела, мы обязуемся прислать вам полный счет в течение часа. Время пошло!

- Приемлемо, - повторили змеелюды и потянулись к выходу. Коста и Микаэл помогли им доставить контейнеры в шлюз и погрузить на вызванную таксо-платформу, после чего чуть ли не бегом вернулись на «Бабочку», где в рубке Юлий направо и налево раздавал распоряжения.

Весть о том, что на товар уже нашлись и другие покупатели, подействовала на всех, как ушат холодной воды.

- Нас вычислили, капитан, - Джек явно нервничал. – Зря мы сюда прилетели. Это наверняка агенты Интаргалакпола. Больше некому! Они нас давно ждут…

- Давно ждут – и еще подождут, - отмахнулся тот. – Ли, Томас, как у вас дела?

- Ну, мы кое-что рассчитали… Капитан, ты же не всерьез по поводу восьмисот кредиток? Нам только топлива надо минимум на шестьсот! Зарядники залить – еще примерно полторы сотни. Обновить концентрат для воздушной смеси – сотня как минимум, - Томас выложил перед Юлием распечатку и тыкал пальцем в соответствующие графы. – Уже восемьсот пятьдесят! А припасы… у нас пайки на исходе! Даже если брать оптом и самые дешевые, на десятерых надо минимум по десятку штук. А это…

- На десятерых? Нас же восемь!

- Но у поставщиков стандартная упаковка на десять порций! – развел руками Томас. – Или так, или в розницу, что выходит в полтора раза дороже! Но даже если и тут сэкономить, то выходит не меньше двух сотен. А еще вода…

- И запчасти! – воскликнул из-за его плеча Ли. – Кондерсаторы вот-вот накроются. Синхронизатор барахлит. Если он в космосе откажет, я ни за что не отвечаю! Про индукторы вообще молчу.

Юлий промотал список до конца. М-да. Вот она, обратная сторона свободы и независимости. Ты никому ничего не должен, сам себе хозяин, но если у тебя проблемы, никто не придет тебе на помощь по долгу службы. То есть, полиция-то и придет, но лишь потому, что упомянутый долг заставляет ее охотиться на тебя, как на отбившуюся от стада овцу. Что такое овца, Юлий не знал. Наверное, что-то ужасное, раз его однажды назвали паршивой овцой – как раз перед уходом на вольные хлеба.

«Бабочка» действительно переживала не лучшие времена и с тех пор, как ее объявили вне закона, положение не улучшалось. Запасы топлива, зарядников и воды и пищи таяли с каждым часом. Грабежом еще удавалось как-то поддерживать себя, но смесь для воздуховодов, а также обычные пайки воровать не получалось. С теми запасами, которые у них оставались, они могли разве что взлететь и уйти за пределы эклиптики – но и только. Здесь, на станции, они могли закупить все необходимое, но проблема в том, что итоговая сумма почти в два раза превышала ту, которую им обещали змеелюды.

Да, Юлий знал, что продешевил. Содержимое контейнеров ТГК наверняка стоило не одну тысячу кредо-единиц – но только если не возникнет сложностей, которых уже более чем достаточно. И змеелюды наверняка сумеют извлечь из этой сделки выгоду. Они всегда ухитряются выходить живыми из вакуума, в отличие от людей, с завидным упорством попадающих во всякие переделки. А раз так…

- Закупайтесь. И живо. У нас на все про все – один час… Вернее, пятьдесят шесть минут, - Юлий глянул на часы. – Джек, Рекс, послать запрос на взлет. Рассчитать начальную трассу. Томас, Ли – на вас закупка и договоры. Коста, Микаэл – вы поступаете в их распоряжение. Все чеки слать по этому адресу, - он вывел на экран код, полученный от змеелюдов. - Док, ты на прием товара.

- Мы стартуем? – поинтересовался пилот.

- Да. Через час нас тут не должно быть.

- Капитан, я понимаю, - у нас форс-мажор, - связист уже набирал код для разговора с диспетчерской, - но неужели мы собираемся нагреть змеелюдов?

- Да, - Юлий стиснул кулаки. – Именно это мы и собираемся сделать.

- Ты представляешь, какие у нас после этого будут проблемы? У нас на хвосте будет висеть не только Интергалакпол, но и целая раса!

Уже рванувшие к выходу Томас и Ли остановились и переглянулись. До них дошло, что необходимые запчасти и пайки могут им дорого обойтись во всех смыслах слова.

- Плевать! – сорвался Юлий. – Проблемой больше – проблемой меньше… Переживем… если успеем все за час. За работу!

Он хлопнул в ладоши, и этот негромкий и, в общем-то, не страшный звук подействовал на людей, как выстрел стартового пистолета. Все забегали, засуетились, и лишь он сидел неподвижно, мысленно отсчитывая минуты до старта. Перед его глазами на одном из малых обзорных экранов посверкивал купол станции и скрытый за ним торгово-развлекательный центр «Мелиораториум», где его ребятам так и не удалось побывать. И когда в следующий раз представится возможность пройтись по грунту – не знал никто.

Пол спешил, как мог, но все равно когда они с Кир-Пу и Куртом добрались до их шлюза, гости уже проявляли признаки нетерпения.

Синерги были одной из малочисленных рас, занимавших всего шесть планет в трех системах, причем одной они владели на паях с людьми и гламрами. В космос они вышли больше трехсот лет тому назад, но в контакт почти ни с кем не вступали, считая себя вполне самодостаточными. Научными открытиями, сделанными представителями других рас, синерги почти не пользовались, считая, что раз это открытие сделали чужие, то для чужих оно и годится. А мы проживем без этого новшества. В самом крайнем случае попытаемся изобрести ему замену. Точно также они не спешили делиться с другими разумными расами своими достижениями, и лишь иногда выходили на контакт – если надо было воспользоваться услугами посредников. Исключением были синерги, жившие на «общей» планете. Там им волей-неволей приходилось тесно общаться с людьми и гламрами, помогая друг другу в общем деле освоения мира. Но чтобы самый самодостаточный вид разумных существ вдруг заказал что-то у людей?

Пол знал, что он всего лишь перевозчик. Знал, что груз отправляла компания ТГК, знал, что должен передать его посреднику… и теперь понимал, почему. Синерги всеми силами пытались избежать огласки, не желая признаваться в том, что в обход своих принципов вынуждены что-то просить у людей. Это был маленький, но гордый вид, гордый настолько, что не входил ни в Союз Двадцати Миров, ни в Лигу Свободных Планет, существуя сам по себе.

И вот три представителя этого вида топтались у шлюза «Кометы», невольно привлекая внимание ремонтников. Полу хотелось бы верить, что исключительно своим экзотическим видом.

Ибо синерги были моллюсками.

Большинство разумных видов все-таки принадлежало к классу млекопитающих. Два вида были птицами – птицелюды и близкие к ним х’ралны. Пресмыкающиеся и амфибии были представлены недавно открытыми оханцами и змеелюдами. В соседних галактиках жили инсектоиды, встречались цивилизации рыб, а уриане были растениями. Большинство разумных видов все-таки пока находилось на более низкой ступени развития, ничего не зная о высоких технологиях и полетах в космос. Но вот чтобы в космос выходили моллюски?

И, тем не менее, это было так.

Подходя к шлюзу, возле которого пришвартовалась «Комета», Пол издалека углядел трех представителей этого вида. Рядом с несчастным видом мялся Шушера – поскольку он был единственным «ненормальным» членом экипажа, мутантом с лишней парой четырехпалых рук и третьим глазом на макушке, ему выпала сомнительная честь общаться с пришельцами – дескать, ты тоже не такой, как все. Синерги были нежного розово-кофейного цвета с более светлыми разводами и больше напоминали червей, чем более привычных людям улиток. На первый взгляд не понятно было, какой из многочисленных ярко-розовых с алыми пятнами наростов – их голова. Но когда Пол подошел ближе, три из восьми наростов мигов повернулись в его сторону, и стало заметно, что красные пятна на них – это глаза. Не моргая, гости уставились на хозяев. Потом одновременно разинули пасти и высунули языки.

Языки у синергов были одновременно и органом обоняния, и органом вкуса, а также служили средством общения. Раздвоенные, они были снабжены дополнительными наростами, которые могли менять цвет в зависимости от испытываемых моллюсками эмоций. Навигатор правильно понял намек и отчаянно зажестикулировал. Получалось у него плохо – синерги все-таки были очень редким видом – так что один из них выдавил на поверхность из спинного нароста миниатюрный транслятор и засунул его себе в пасть.

- Видеть рабочий дело везти вещь-товар? – прозвучал механический голос из динамика.

- Да… видеть…- Пол покосился на Шушеру. Хоть тот и потерпел фиаско со своим языком жестов, но с дешифровкой должен помочь.

- Да, видеть рабочий, - ответил навигатор. – Сильный производитель…э-э… дело везти товар-вещь. Вот!

- Товар-вещь надо взять мы, - заявил транслятор. – Везти дом. Делать свое дело.

- Да, - не придумал ничего лучшего Шушера.

- Товар-вещь ждем взять.

Пол и Шушера переглянулись. Опасаясь, что транслятор «подслушает» их переговоры и даст синергам перевод, навигатор лишь засигналил, корча рожи и подмигивая. Транслятор не был рассчитан на то, что будет улавливать изображение, он работал на звук и осязание, и поэтому моллюски ничего не поняли, но заволновались. Их тела побледнели и стали слегка прозрачными, так что внутри можно было рассмотреть внутренности.

Пол прекрасно понял пантомиму Шушеры и сам просигналил бровями и мимикой в ответ, изобразив попытку застрелиться и заодно скрутив пальцами фигу. Навигатор только помотал головой.

- Есть речь странный надо дело, - напомнил о себе синерг.

- Э-э… дело… дело будет, - заторопился Пол. – Только сначала я скажу кое-что своим людям… это ведь не просто так, вынул да положил, это надо подготовить.

- Вещь. Взять товар-вещь, - то ли словарный запас транслятора был ограничен, то ли синерг не мог думать и говорить ни о чем другом. – Надо взять товар-вещь. Мы надо взять.

- Эм… - Пол подмигнул Курту, мол, выручай.

- Вещь, - карго начал нервничать, - это… ну… вещь, это… нет. Ее тут нет!

- Идиот, - прошептал Пол.

- Вещь нет, - повторил транслятор синерга. Его владелец снова сменил цвет с бледно-розового на светло-коричневый. Наросты на спине налились багрянцем. Второй синерг тоже разинул рот и замахал отростками языка во все стороны. – Где товар-вещь?

- А…э-э… там! – палец карго уперся вдаль. – Товар-вещь там. Далеко.

- Нет. Надо близко. Надо сейчас. Надо взять.

- Мы знаем. Но она… тьфу, они очень ценные. Мы их того… ну… спрятали. От воров. И…э-э… ну, в общем, чтобы не испортилось там ничего.

Синерг избавился от транслятора и три моллюска какое-то время оживленно переговаривались, то жестикулируя языками, то принимаясь поглаживать друг друга и даже тереться боками. Пантомима продолжалась примерно пару минут, после чего транслятор вернулся на прежнее место – в рот одного из них.

- Вы дать товар-вещь мы.

Отчаяние порой толкает на решительные действия. Пол мысленно взмолился всем богам своих предков, если те еще существовали, моля послать ему удачи.

- Сейчас. Сейчас мы дать товар-вещь вы, - отчеканил он и пихнул Шушеру локтем: - На борт, живо! И готовьтесь к старту.

- Как? Без Томбы, Юмбы и…дока?

- Да, твою мать! Живо! Пошлите Тикки в ходовую.

- Но он же… - навигатор бросил косой взгляд на лицо капитана, и пошел на попятную: - Понял…

Курта Пол буквально за шкирку забросил туда же, и остался с синергами один на один.

- Товар-вещь везти мы. Ждать тут вы, - для наглядности он несколько раз ткнул пальцем то в себя и корабль, то в синергов и ворота шлюза. – Все.

И, не дослушав, что еще мог проскрипеть ему заказчик, спиной вперед, как в армии, нырнул в шлюз:

- По местам стоять! Ключ на старт! Полный вперед!

Кубарем, едва не споткнувшись на повороте и чудом удержавшись на ногах, ворвался в рубку – и с удивлением отметил, что Чесни уже сидит на своем месте.

- Ключ на старт, кэп? Но…

- Без разговоров, - Пол метнулся в кресло, пристегиваясь. – Мы уходим.

- Куда? А увольнительная?

По законам космоса команда имела право на выход на грунт. Время считалось индивидуально, но, как правило, при расчете исходили из количества проведенных в космосе часов – за двенадцать часов «там» было положено час провести «тут». Экипаж «Кометы» добирался сюда восемь корабельных суток, значит, минимум шестнадцать часов они заработали.

- Не сейчас, - мотнул головой Пол, торопливо переключая часть систем на себя. – Сейчас главное – оторваться от слизней…

- Груз, - понимающе кивнул пилот. – Думаешь, синерги захотят подать в суд?

- Если уже не подали, - где-то в глубине корабля наконец-то очнулись и заворчали, как просыпающиеся звери, двигатели. Услышав этот звук снаружи, любой, даже круглый идиот, догадается отойти подальше. Если же моллюски окажутся слишком тупыми или медлительными…

- Да, влипли мы, - Чесни больше не спорил. – Но как же все-таки с доком и нашими…

- Завернем. Кстати, вызови дока, обрисуй ему ситуацию. У него три минуты, если что!

- У него три, у Томбы три, а у Юмбы?

Пол только помотал головой. Он и сам чувствовал себя гадом – ни один нормальный капитан не бросает своих людей вот так, на произвол судьбы, да еще если приходится спасаться бегством. Помнится, блаженной памяти Христофор, чье тело сейчас покоится во временном саркофаге на одном из астероидов, снабженное маячком, иногда повторял одну фразу: «Сам погибай, а товарища выручай!» Он не объяснял ее значения, все и так было понятно. И сейчас эта фраза всплыла в памяти, не желая уходить. Пол как раз собирался поступить наоборот, выручить себя ценой… ну, пусть не гибели и пусть не товарища, а подчиненного. И пусть речь идет даже не о людях, а о близкородственных видах разумных существ, но все равно сам слух о том, что капитан «Кометы» способен бросить людей, спасая свою шкуру, может испортить ему бизнес. И, как назло, именно сейчас, когда до выплаты последнего взноса осталось всего ничего!

«Уже не «ничего»! – мрачно поправил себя Пол. – Уже я опять в убытке… И что делать, если покрыть расходы не удастся? Дядюшка с кредитом не поможет, я у него в долгу… И теперь на новую работу в качестве доверенного извозчика придется забыть.»

Пол тихо чертыхнулся. Практически одновременно с этим корабль ощутимо тряхнуло – «Комета» на форсаже оторвалась от шлюза, развив такую скорость, что выматерились все – и пилот с навигатором.

- Какого …! – рыкнул Чесни. – Что за… ? Какой там…

- Это Тикки, - вспомнил Пол. Механик из геймера был никакой, парень явно путал вирт и реальность, что чувствовали на себе сейчас все на борту корабля. Зато «Комета» вырвалась на орбиту за несколько секунд, нарушив пару правил и чудом избежав столкновения.

- Полный стоп! – крикнул Пол по внутренней связи, пока она не оторвалась от астероида совсем. – Назад, твою мать! Осади назад, идиот!

- Кэп, - в голосе Тикки слышалось искреннее возмущение, - но вы же сами сказали жать на полную! Ну я и…

- Если бы мы просто удирали – нет проблем. Но мы там кое-кого забыли…

- Груз? – наивно предположил новоявленный механик.

- Дока с Томбой и Юмбой!.. Шушера, как с координатами? Где здесь у них медцентр?

- Сектор «Север-3», - отрапортовал тот.

- Проложить курс. Чесни, ты вызвал дока?

- Он не отвечает, - немедленно откликнулся пилот.

- А Томба?

- Говорит, что док в операционной…

- Черт.

Пол изо всех сил стиснул зубы. Неудача за неудачей. Док, до конца выполняя свой долг, не отойдет от раненого Юмбы, пока не выяснится, что тот вне опасности. Операция, судя по всему, началась не больше часа назад. Им надо подождать как минимум еще столько же, но если синерги подняли тревогу, у них нет и пяти минут. Да и даже если моллюски промолчат, столь стремительный старт вызовет массу вопросов.

- Кстати, в нашем шлюзе сейчас объявлена тревога! – Чесни словно читал капитанские мысли. – Мы разгерметизировали шлюз, и там теперь такое творится…

Пол уже устал ругаться. Разгерметизация шлюза наверняка повлечет за собой жертвы. Погибнет несколько техников, случайные люди, возможно, пострадают члены экипажей соседних судов. Через разрыв в космос выбросит не только технику, но и трупы, среди которых будут и трое инопланетян. Если их зацепило взрывом при старте, тела, скорее всего, не подлежат опознанию, и синерги будут какое-то время считаться пропавшими без вести. Их маленький, но гордый народ наверняка обратится за помощью в Интергалакпол – дескать, нас слишком мало, чтобы мы могли вот так запросто разбрасываться сородичами, так будьте любезны отыскать их следы. Следы приведут сюда, на «Мелиоратор». Выяснят, что здесь произошла катастрофа. Записи в диспетчерской службе укажут на «Комету»… Духи и дьяволы, как же все плохо!

- Кэп, мы над сектором «Север-3», - окликнул его Чесни. – Радировать в медцентр?

Тот кивнул и вызвал по внутренней связи Кир-Пу.

- Бери «Москита» лети за Томбой. Насчет дока… по обстоятельствам, но… сам понимаешь…

- Задание понял, - стрелок, получив приказ, становился немногословным, как киборг, с которыми в свое время тесно общался, командуя взводом.

- Выводите корабль на внешнюю орбиту, - приказал Пол. – Ждем десять минут. Потом – по обстановке.

Чесни и Шушера ничего не ответили. Кир-Пу коротко буркнул: «Есть!» и замолчал. Зато буквально полминуты спустя корабль слегка вздрогнул, и на обзорном экране стал виден стремительно удаляющийся «Москит». Сделав пару кульбитов, тот на миг замер, а потом камнем рухнул на купол как раз в тот миг, когда в нем раскрылся вентиляционный шлюз, и исчез внутри. «Крохотный скоростной флайер, не предназначенный для перевозки грузов и полетов в вакууме – на «Москитах» чаще гоняли в атмосфере, чем вне ее, - был, плюс ко всему, единственной спасательной шлюпкой на «Комете». И Пол внезапно подумал, что, если вдруг местная служба безопасности захочет расстрелять его корабль, вынуждая сесть, удрать они не смогут.

«Зато все это наконец закончится!» - с мрачным удовлетворением подумал он. Полоса невезения начинала раздражать. Ну, сколько еще ему может не везти?

Однако, судьба, кажется, решила отвлечься – развороченный его стартом шлюз, жертвы и разрушения требовали, так сказать, более пристального внимания. Там начинался пожар, шла спешная эвакуация, к шлюзу стягивались силы безопасности, диспетчеры сбивались с ног и голоса, срочно перенаправляя прилетающие к астероиду корабли на другие «лучи» и то и дело отвлекались на вопросы любопытных. Как ни крути, жизнь на астероиде была довольно скучной, вся вращаясь вокруг обслуживания прилетающих кораблей и их экипажей. И катастрофа все-таки как-то нарушала привычный ритм. Поэтому о виновнике временно забыли, тем более что он никуда не улетал, а продолжал кружить над соседним сектором, нарезая постепенно увеличивающиеся круги.

Пол не сводил глаз с таймера. Секунды нарочно замедлили свой бег. Минуты растягивались в часы и хотелось кричать от досады. Уже четыре с половиной минуты прошло, как Кир-Пу улетел в медцентр. Связываться со стрелком капитан опасался – во-первых, чтобы не отвлекать, а во-вторых, что боялся сглазить. Ведь тишина «снизу» могла означать что угодно - в том числе и уверение в том, что все идет по плану.

Шесть минут… Кажется, пожар в шлюзе удалось локализовать. Это же так просто – задраить внешний люк и позволить вакууму высосать весь воздух. Нет воздуха – нет огня. Правда, пока в шлюзе оставались люди – или хотя бы надежда на то, что люди еще живы – заблокировать шлюз не получалось. Воздух продолжал выходить и…

Воздух. Продолжал. Выходить.

Пола прошиб холодный пот. Станция «Мелиоратор» находилась под куполом. Воздух внутри был искусственный, частично синтезируемый из ядер ледяных комет, частично очищаемый установками. Но количество его было все-таки ограничено. Чтобы он не застаивался, часть воздуха время от времени стравливалась в вакуум через специальные заглушки. В одну из них нырнул «Москит» направляясь к медцентру. Заглушки открывались строго по часам и всего на несколько секунд, выпуская угарный газ и отфильтрованные вредные примеси. Но с ними всегда просачивалось немного и хорошего «живого» воздуха. Чем дольше не локализуют пожар, заблокировав шлюз, тем больше в космос улетит воздуха, в том числе и «живого». Если потери будут ощутимы, станция перейдет на режим экономии – пока еще установки нафильтруют новую смесь! – и все это время заглушки будут закрыты. Кир-Пу, Томба, Юмба и доктор окажутся в ловушке. А с ними и Пол, потому что бросить здесь половину экипажа он просто не сможет.

Между тем секундомер показывал, что пошла уже девятая минута. Меньше, чем через сто секунд он должен либо дать команду на старт, либо садиться на астероид и сдаваться на милость копам. Может быть, дядюшка все-таки согласится внести залог? Как-никак двоюродный племянник второй жены…

- Кэп, это они?

Пол подпрыгнул, еле сдержав тревожный возглас. Да, это действительно был «Москит». И он метался с той стороны полупрозрачного купола, как настоящее, напуганное и загнанное в угол насекомое. На какой-то миг Полу даже померещилось, что за ним тянутся трассирующие лучи зенитных орудий, и лишь потом сообразил, что стрелять внутри никто не станет – слишком велика вероятность, что в случае промаха будет поврежден купол. Крылышки «Москита» порой весьма опасно чиркали по внутреннему покрытию.

- Что он делает? Что делает? – шептал Чесни.

- Ищет выход, - предположил Шушера.

Он был прав. Во всех купольных поселениях «отдушины» для продуктов газораспада делали под цвет основного «неба» и старались максимально замаскировать, чтобы они не бросались в глаза. Согласитесь, не так уж и приятно видеть над головой висящий в пустоте диск с какими-то наростами и нашлепками по краю. Но то, что было благом для одних, оборачивалось ловушкой для других.

- Они их закрыли, - с грустью констатировал Чесни. – Нашим не выбраться…

Пола вдруг охватил нездоровый азарт. Все равно они пропали, так чего мелочиться? Как говорил все тот же Христофор, снявши голову, по волосам не плачут.

- Тикки? – притопил он кнопку внутренней связи. – Ты еще там?

- Ага. А где мне еще быть? – отозвался геймер.

- Например, на стрелковой палубе…

- Чего? Кэп, я…

- Того, - рыкнул Пол. – Пострелять хочешь?

- А? – затупил Тикки.

- Хрен на! – выругался Пол. – Живо на стрелковую палубу и к орудиям! Одна нога здесь – другая там! Бегом!

- А как же…

- Пошел! – вызверился Пол, и геймер, кажется, проникся. Проворчав что-то, он ненадолго прервал связь, но уже через сорок секунд – и примерно за тридцать секунд до окончания десятой минуты – снова вышел на связь.

- Я тут. Чего делать?

- Технику видишь?

- Ну…

- Обращаться с нею умеешь?

- Эм… вообще-то, я…

- Да или нет?

- Да.

- Тогда быстро на позицию и стреляй.

- К-куда?

- В купол, мать его. Там заглушка на куполе, примерно от нас на полдень. Нашел?

- Ну…

- Так стреляй. Живо, мать твою!

Несколько секунд – последние секунды последней минуты – ничего не происходило, и Пол уже почти смирился с тем, что его опять постигла неудача. Но потом бортовая пушка все-таки выплюнула ракету. Несколько секунд она висела в вакууме, словно нарочно давая всем оценить свою мощь и убийственную красоту, а потом ударила в заглушку, попав точно по центру.

Эффект был потрясающий. Заглушку буквально вдавило внутрь купола, чтобы потом вывернуло наизнанку. Ее ошметки раскрылись, как огромный цветок, из середины которого в вакуум била мощная струя мгновенно загорающегося и также мгновенно гаснущего воздуха. В один прекрасный момент вместе с воздухом в вакуум выбросило «Москита». Тот несколько раз перевернулся вокруг своей оси, но потом выровнялся и устремился к «Комете».

- Шлюз! – заорал Пол.

По счастью, Кир-Пу, улетавший с корабля, не стал «запирать двери», и оказалось достаточно простой голосовой команды, чтобы стыковочная камера «Кометы» распахнулась навстречу, принимая в себя «Москит». Едва на пульт поступил сигнал, что люк опять задраен, Пол кивнул Чесни и Шушере:

- Полный вперед отсюда!

Пилот послушно коснулся клавиатуры, задавая код, но навигатор обернулся через плечо:

- Кэп, а как же эти… на «Бабочке»? И наш груз?

Пол тихо застонал сквозь стиснутые зубы. Ну, сегодня и денек! Но Шушера был прав. Пусть синерги погибли, но заказанный ими груз стоит слишком дорого, чтобы просто так от него отказываться. В крайнем случае, контейнеры можно толкнуть на черном рынке по цене металлолома и хоть как-то покрыть расходы. Да и банально отомстить экипажу яхты за нападение и ограбление тоже не мешало.

- Разворот, - скомандовал он. – По внешней дуге.

Внешняя дуга орбиты находилась в нескольких тысячах километрах от внутренней дуги орбиты, которая проходила всего в паре десятков километров над поверхностью астероида. Отсюда можно было как наблюдать за самим небесным телом, так и удирать – полномочия местного отделения полиции заканчивались как раз тут. Конечно, они могут отправить сообщение соседям, но к тому времени когда те среагируют на него, беглецы успеют уйти.

«Комета» описала полукруг, ложась на курс.

- Вон он, - первым заметил нужный шлюз Чесни. Ошибиться пилот не мог – громоздкий грузовой лайнер все еще стоял на стапелях. Но крохотной «Бабочки» рядом не было. Совсем.

- Смылись, - с горечью констатировал Пол, когда несколько минут спустя стало ясно, что они не ошиблись, и яхты действительно нигде нет.

- А ловко мы их сделали, да, капитан?

Юлий улыбнулся, но улыбка почти сразу завяла. Да, они попытались воспользоваться оплошностью змеелюдов и, продавцов и форс-мажором, закупившись по полной программе всем необходимым. В результате расходы существенно превысили те самые восемьсот кредо-единиц, на которые они сторговались. Что о них подумают «благодарные» покупатели чужих контейнеров, когда им начнут приходить счета, знать не хотелось. Первые два-три змеелюды оплатят – топливо и энергию для зарядников, ну еще, может, свежую кислородную смесь. Но когда дело дойдет до стандартных пайков и запчастей, они будут, мягко говоря, удивлены. А когда подсчитают общую сумму, то предсказать их реакцию можно будет без труда.

Гнев. Раздражение. Месть.

У многих видов в космосе были свои, так сказать, роли. Веганцы слыли эдакими космическими работягами, порой нанимаясь на чужие корабли целыми бригадами и с готовностью откликались на объявления типа «Требуются сотрудники…» Уриане, даром, что разумные растения, блистали интеллектом и консультировали все и вся по любым вопросам. Меоры, несмотря на размеры и кажущуюся неповоротливость – эдакие непричесанные мишки – были не дураки подраться. А змеелюды прослыли отличными коммерсантами, консультироваться у которых летали даже ушлые гламры и недоверчивые птицелюды. Амфибиями – то есть, земноводными – они были не только по происхождению, но и по умению ассимилироваться в любой среде. Не было ни одной мало-мальски крупной базы, станции или колонии, где рано или поздно не появлялась торгово-представительская точка змеелюдов. Как правило, это был один взрослый змеелюд и несколько его племянников. Рождаемость у змеелюдов была высокая – что-то около полусотни икринок за раз – но родителями становилась лишь одна пара, а остальные особи оставались бесплолыми и работали на семью, либо опекая детенышей, либо зарабатывая деньги на их содержание и уход. Связи со своими «однопометниками» они не теряли, и если один змеелюд оказывался обижен, то рано или поздно это становилось известно всей его родне – как братьям, так и племянникам, а то и более старшему поколению. За семью змеелюды стояли горой и мстили обидчику долго и изощренно. Поэтому радоваться удачной сделке команде «Бабочки» было рановато. Ведь однажды настанет такой момент, когда им все-таки придется сойти на грунт. А там их будет ждать не только Интергалакпол, но и змеелюды с долгом.

Джек и Рекс, чувствуя капитанское настроение, помалкивали, и это было хуже всего. Юлий терпеть не мог чувствовать себя крайним. Нет, к ответственности ему было не привыкать – несмотря на наличие родственников, он еще мальчишкой привык сам о себе заботиться, - но порой так хотелось махнуть на все рукой. В конце концов, может же человек устать?

- Да, ловко… - произнес он.

Джек и Рекс, уже отчаявшиеся дождаться ответа, даже вздрогнули:

- А? Чего?

- Все нормально. Как с трассой, парни?

«Бабочка» летела строго по прямой, удаляясь от астероида.

- Да мы в любой момент, - когда надо, связист Рекс успешно совмещал обязанности навигатора. – Ты только скажи, куда летим?

Юлий вздохнул. Опять вся ответственность на нем!

- Нас будут искать, - произнес он. – Значит, надо отправиться туда, где искать будут дольше.

- В глушь? – прозорливо предположил Рекс.

- Наоборот. Поближе к центру. Где ближайшая торговая планета?

Оторваться от орбиты астероида и уйти от погони оказалось только одной из проблем. Волевого капитанского решения требовала вся команда.

Раненого Юмбу пришлось, скрепя сердце, оставить на «Мелиораторе» в надежде, что местные власти не станут из больничной палаты сразу отправлять его за решетку. Томба 119 тяжело переживал потерю соплеменника и попеременно то стонал, то причитал, то порывался побиться головой об стену. Юмба был старше его не только по возрасту, но и по общественному положению, и «младший» веганец чувствовал себя предателем вдвойне. К тому же на корабле с его исчезновением появилась вакансия – кому-то надо было исполнять обязанности механика. Томба был лишь энергетиком и при всем желании не мог успеть в два места одновременно. Полу надоело слушать его стенания, и он отправил под его начало Тикки. От такого произвола геймер взвыл не хуже «осиротевшего» Тумбы:

- Меня? В машинное отделение? Но я же…

- Когда надо, ты отлично справился. Справляйся и дальше, дело нехитрое!

- Но я сам не понимаю, как это вышло! Я действовал по интуиции…

- Вот действуй так и дальше. Все! Это приказ!

- Но я действительно не…

- Тумба тебя научит. И вообще, один стрелок у нас есть и нам его хватает. Так что если не хочешь заниматься тем, чем велят – сойдешь на грунт в первом же порту!

Тикки насупился, но промолчал.

Урегулировав, таким образом, конфликт, Пол наивно полагал, что их проблемы на сегодня закончились и лимит неприятностей исчерпан, но не прошло и двух часов после того, как они покинули астероид, как в рубке тренькнул сигнал внешней связи.

Увидев на экране квадратик официального сообщения, Поллард напрягся. Это могло быть только постановление от властей «Мелиоратора», догнавшее правонарушителей. Мол, вы обвиняетесь в том-то и том-то, за вами выслан патрульный крейсер, предлагаем лечь в дрейф и включить сигнальный маячок. В случае неповиновения… и так далее. «Так далее» могло означать, что угодно – от объявления им официального бойкота на территории сектора до расстрела в упор без разговоров.

Но потом Пол сообразил, что письмо пришло по его личной почте, которую власти «Мелиоратора» знать не могли, а на поиски опытного хакера, который по официальной подписи при стыковке может вычислить и личность владельца судна, у них просто нет времени – двойная авария это вам не шутки. Значит, письмо отправил кто-то из своих. Но кто?

Прятаться от проблем он никогда не умел, поэтому, убедив себя в том, что это не власти «Мелиоратора», вскрыл файл.

В глаза бросился официальный герб банкирского дома «Томиш и дети». Несколько строчек просто терялись на его фоне.

«Совет директоров банковского дома «Томиш и дети» в составе, - большинство имен Полу были не знакомы, и он их просто пропустил, - рассмотрев переданную мэтром Томом Кларком Томишем Третьим, членом совета директоров и одним из соучредителей фонда поддержки молодых дарований, кредитную историю Полларда Руда Хэмира, капитана малого корвета «Комета-люкс» (номерной знак такой-то, выпущена там-то и там-то), постановил прекратить выдачу новых кредитов и заморозить все счета упомянутого Полларда Руда Хэмира на неопределенный срок в связи с систематической задержкой выплат по кредитам и подать на него в суд о взыскании двух тысяч трехсот четырнадцать кредо-единиц основного долга по задержкам с процентной ставкой пять процентов в месяц с пенями в ноль целых три десятых процента за каждый день просрочки платежа. Совет директоров оставляет за упомянутым Поллардом Рудом Хэмиром право на досрочное погашение кредита в случае единовременной выплаты суммы, превышающей две тысячи триста кредо-единиц. В этом случае проценты взыскиваться не будут. В случае если в течение шести стандартных месяцев (сто восемьдесят планетарных суток) не будет сделано ни одной выплаты, совет директоров оставляет за собой право конфискации малого корвета «Комета-люкс» (номерной знак такой-то, выпущена там-то и тогда-то) как формально принадлежавшего банковскому дому «Томиш и дети» и переданному упомянутому Полларду Руду Хэмиру в долгосрочную аренду с правом выкупа по кредиту (см. Договор № 231-16/А от 23.05.567 года)».

Дальше можно было не читать. И так все было ясно, кроме одного – откуда набежал долг в две с хвостиком тысячи кредо-единиц, если последний взнос, по подсчетам Пола, составлял всего пятьсот даже с учетом процентов? Но интуиция подсказывали, что, начни он выяснять, и долг станет волшебным образом увеличиваться в размерах, пока не превысит уже выплаченную стоимость корабля. И проще достать эти деньги и расплатиться с долгом, чем доказать, что банк не прав.

- Куда летим, кэп?

Голос Шушеры вернул его в реальность.

- Зарабатывать деньги, - сказал Пол.

- Тогда… - навигатор замялся, но все-таки предложил, - может быть, на Забегаловку? Она ближе всех!

Терять Полу было уже нечего, и он махнул рукой:

- Поехали!

Глава 5

ГЛАВА 5.

В мире не так уж много свободных торговых миров, и планета с характерным названием Забегаловка была одной из них. От Менялы, обеих Ярмарок, Мегамаркета и Аукциона и нескольких астероидов, превращенных в торгово-развлекательные центры и вращавшихся вокруг Метрополии, столицы Великой Звездной Империи она отличалась тем, что сюда никогда не наведывалась налоговая полиция.

Забегаловка была торговой планетой в системе Пегаса и пользовалась исключительно людьми и нелюдями, которым, мягко говоря, было нечего терять. На Забегаловку слетались все, у кого были неприятности с законом, а до второй известной базы «черных» звездопроходцев, Кошачьего Глаза, лететь было далеко и некогда.

Пару раз «Комета» уже приземлялась здесь, когда с официальными заказами было совсем туго. Послонявшись по одному из портов, заглянув на огонек в две-три забегаловки, можно было разжиться клиентом или проблемами – смотря, как себя поставишь. Население Забегаловки состояло преимущественно из воротил и курьеров – то есть, из тех, кто сидит на месте и только координирует поступающую информацию, товары и грузы, и тех, кому они отдают приказы – слетать туда-то, сделать то-то и там-то. Тонкой прослойкой между ними выступали те, кто мог бы считать себя местными жителями, а вернее, немногочисленные обитатели Забегаловки, которые никак не были связаны с межзвездным бизнесом. В крупных городах и возле портов они не встречались, в чужие дела не лезли, и об их существовании мало, кто догадывался.

Пола привели на Забегаловку сразу два дела – во-первых, ему просто требовалась тихая гавань, где можно отсидеться и перевести дух, а во-вторых, он надеялся получить хороший и желательно срочный заказ. Судя по дате на присланном документе пресловутые шесть стандарт-месяцев начались именно в день его получения. Сумма разовой выплаты в письме не оговаривалась, но Пол догадывался, что, чем скорее он начнет платить, тем быстрее освободится от нового долга. Удрать и скрыться в недрах глубокого космоса он даже не думал – у банкирского дома «Томиш и дети» были такие длинные руки, что знаменитая космическая мафия обзавидуется. И проблемы с синергами на их фоне можно смело забыть.

По счастью, у этой планеты было одно преимущество – сюда не разрешалась посадка только копам и крупным пассажирским лайнерам, а также грузовым космоносцам. Ну, про Интергалакпол все понятно, а дискриминация остальных вызывалась всего-навсего технической стороной вопроса. Для стоянки «грузовиков» не было на орбите подходящих причалов, а пассажирские лайнеры летят в ту точку, на которую купили билеты пассажиры. На подлете они выпускают челноки, которые высаживают в космопорте одних и забирают на борт других. И кто виноват, если у туристов практически не возникает желания посетить Забегаловку? Если же и найдется любитель экстрима, то он скорее зафрахтует частника, который за деньги готов приземлиться где угодно. Местным покинуть планету, конечно, при таком раскладе сложнее, но тут на помощь опять-таки могут прийти частники.

Поэтому «Комете» дали добро без проблем, едва в эфир улетели ее номерной знак и цель поездки – коммерческая.

Свободное место нашлось в третьем секторе шестого космопорта второго материка северного полушария. Поскольку Забегаловка заселялась бессистемно – эдакий звездный «дикий запад», где все решает не закон, а простая удача – кто первым застолбил участок и построил на нем первое здание, то и городов, а также государств в привычном понимании не было. Сюда изначально слетались все те, кто хотел просто пожить вдали от законов и цивилизации, поэтому централизованной власти не существовало. И это местных жителей не особенно печалило. Ибо по мелочи проблемы они решали старым добрым методом – кто первый выстрелит, - а с более крупными проблемами обращались к ближайшему начальству. Как система с отсутствующим централизованным управлением вот уже третье столетие существовала и не менялась – оставалось тайной. Видимо, дело было в тех, кто часто «забегал» на Забегаловку. Космические первопроходцы, вольные торговцы, открыватели звезд и пираты прилетали сюда, чтобы отдохнуть и расслабиться. И очень не хотели, чтобы им мешали.

Посадив «Комету» в указанном квадрате и отказавшись от всех местных услуг, Пол разрешил команде увольнительную, оставив на вахте только Тикки – пусть новоявленный механик учится разбираться в двигателях. По-хорошему надо было оставить с ним и Томбу 119 – пусть тот «передает дела». Но веганец все еще переживал отсутствие рядом Юмбы, и было бы жестоко лишать его шанса пообщаться с другими веганцами. А вдруг получится переманить кого-нибудь в команду? У Пола был недобор в людях. Покойный Христофор – человек пережил три горячие точки и восемь ранений, не считая мелких контузий и отравлений ядовитыми газами, а скопытился от банального алкогольного опьянения – хватанув «на грудь» от скуки и по привычке, он, надевая скафандр, не до конца завернул вентиль, перекрывающий подачу воздуха, и банально задохнулся. Потом он потерял Юмбу, да и Тикки был, как выяснилось, скорее ошибкой и балластом, чем полноценным членом экипажа. Так что двоих надо бы точно нанять прежде, чем начинать поиски денежной подработки.

Увы, первые трое суток результатов не принесли. Не считать же результатами стремительно тающие последние сбережения? Все деньги, которые еще остались, уходили на аренду стоянки. Даже команде пришлось развлекаться в увольнительном насухую – вместо того, чтобы просиживать в барах, кувыркаться в борделях с красотками и резаться в азартные игры, его люди лишь чинно прогуливались по городу, делая вид, что любуются местными достопримечательностями.

Пол, скрепя сердце, все это время просиживал в тех же забегаловках, куда не мог обеспечить доступ команде, ибо за все надо было платить. Во многих заведениях тебе уже через три минуты настойчиво предлагали либо сделать заказ, либо убираться вон. Пол заходил, сидел три минуты, потом делал заказ, выбирая, что подешевле, минут пять смаковал напиток, после чего еще три минуты скучал и уходил несолоно хлебавши. На все у него уходило одиннадцать-двенадцать минут. А много ли сделаешь за это время? Ни людей посмотреть, ни себя показать…

Но он все-таки продолжал на что-то надеяться, хотя и понимал, что шансов с каждым днем остается все меньше и меньше. В команде и так начались разговоры – Томбе повезло встретить соплеменников. Веганцы с готовностью соглашались взять в свою команду еще одного члена, и Томбу 119 удерживала от решительного шага лишь смутная надежда, что внезапно все наладится у Пола.

В последний день – завтра заканчивался крайний срок аренды – Пол решил рискнуть и взять с собой в один из баров кое-кого из команды. А именно Шушеру, Кир-Пу и Курта. Карго по роду своей деятельности разбирался в людях, а Кир-Пу мог работать телохранителем. Что до Шушеры, то присутствие мутанта иногда могло действовать как приманка – многие нелюди охотнее шли на контакт, если знали, что в экипаже есть не только «нормалы». Пол решил пойти ва-банк и с ходу объявить, что пришел по делу. Выбор именно на этот бар пал еще и потому, что здесь раз в декаду с шести часов и до полуночи по местному времени была скидка на все напитки.

Естественно, выпить на халяву захотели многие, и оба зала бара были битком набиты. Сидели группами и поодиночке. Некоторым не хватило места, и они либо стояли вдоль стен, либо бродили туда-сюда со стаканами в руках. В одном из залов слышалась музыка, из приоткрытой двери долетали вспышки света. Там шло какое-то шоу, но пара кибер-охранников на входе мешала любопытным подсмотреть.

Пол сходу оценил обстановку. Народа много, народ разный и можно было надеяться на удачу. Решив использовать шанс по полной программе, он стал протискиваться подальше от входа, как бы выбирая подходящее место. Шнырявшие тут и там официанты-андроиды не спешили приставать с просьбой сделать заказ – ждали, когда клиент остановится, показывая, что уже выбрал место и готов выпивать. Зная об этой способности андроидов, Пол нарочно пересекал зал по самому длинному маршруту, оттягивая время. Три «пустые» минуты, которые посетитель мог провести в баре, не сделав заказа, таким образом, могли растянуться в пять, а то и десять – было бы умение.

- Эй, ты чего тут крутишься? Жить надоело? – внезапно раздалось у него над ухом. – Я к тебе обращаюсь, волосатик!

Волосы у Пола действительно были немного длиннее, чем считалось приличным в его семье, но не настолько, чтобы его считали длинноволосым. Он, как ни в чем не бывало, продолжил путь, но тут сзади раздалось:

- А ну, пошел сюда! Быстро! Я кому сказал? – и короткий сдавленный вопль Курта.

Это заставило Пола развернуться на пятках, хватаясь за оружие. Конечно, до реакции Кир-Пу ему было далековато, стрелок бы успел выпустить три выстрела, пока Пол только взводил курки, но, как назло, Кир-Пу был весьма профессионально выведен из строя тем самым грубияном – именно в него тот швырнул Куртом, как стулом.

- Ты мне? – поинтересовался Пол, медленно поднимая глаза на стоявшего перед ним громилу.

- Тебе, волосатик, - проворчал тот. Эбеново-лиловая кожа с ярко-красными ритуальными шрамами его буквально лоснилась не то от пота, не то от масла. Судя по пропорциям тела, он был человеком, но либо мутантом, либо модификантом.

- Понятно, полосатик! – усмехнулся Пол.

Физиономия громилы стала из черно-лиловой просто черной, а вот шрамы, наоборот, посветлели до ярко-розовых.

- Ты!.. Как! Ты! Меня! Назвал? – заорал он, хватаясь за увешанный оружием пояс. – Да ты знаешь, что я могу…

- Знаю, - отчаянно кивнул Пол. Вокруг еще несколько секунд назад стало подозрительно тихо, и он понял, что все это – лишь спектакль, устроенный завсегдатаями с целью прощупать новичка, который нагло лезет в самую гущу народа вместо того, чтобы скромно стоять в сторонке. Значит, этот громила его только пугает, работая на публику и надо бы ему немного подыграть. – А вот знаешь ли ты, что могу я?

- Что? Что ты можешь, хлюпик?

Краем глаза Пол заметил Кир-Пу. Тот успел отцепить от себя дрожащего от потрясения Курта и занял выжидательную позицию, готовый атаковать. Поймав его взгляд, Пол коротко кивнул одними ресницами.

На его несчастье – или счастье, как посмотреть! – громила заметил этот взгляд.

- Что за… - взревел он, разворачиваясь.

Полу только того и надо было. Он атаковал громилу, одновременно подсекая его под коленку ногой и сбивая руку, которую тот уже поднимал для атаки. Вернее, попытался сбить – сил и опыта у его противника было достаточно – но громила все-таки потерял полсекунды, и этим воспользовался Кир-Пу. Слегка подпрыгнув, он коротким тычком вогнал большой палец в болевую точку на шее громилы, и тот осел к ногам напарников, как будто из него исчезли все кости.

Аудитория хором выдохнула. Скользнув краем глаза по лицам собравшихся – среди них попадались мутанты и нелюди – Пол трезво оценил расклад и развернулся, вставая спина к спине со своим стрелком. Курт, отчаянно скуля, ухитрился вклиниться между ними и даже попытался изобразить руками пару приемов знаменитой борьбы бон-бо.

На них смотрело десятка три пар, шесть троек и одиннадцать «одиноких» глаз. Выражение их было примерно одинаковым, и Пол с каким-то мрачным удовлетворением подумал, что сегодня ему удастся покинуть заведение, сэкономив на выпивке. Если он его вообще покинет живым. А это в свете сложившейся ситуации было не самым худшим вариантом.

У ног Пола ворочался, постанывая, громила. Он никак не мог встать – кажется, Кир-Пу не рассчитал силу удара и вырубил противника всерьез и надолго. Все, кто это понимал, ждали только мига для атаки. И…

- Тихо, - негромкий голос прямо-таки излучал спокойствие. – Скажи им, чтоб перестали.

- Перестать! – скомандовал кто-то злобным фальцетом.

Толпа попятилась, открывая стоявший в неглубокой нише столик, за которым сидели четверо. Подле возвышался второй громила, выглядевший, как родной брат первого. Разве что живой и здоровый, да шрамы на лице были другие.

- А ну-ка, - один из сидящих поманил Пола пальцем. Тот не стал кочевряжиться и подошел.

- Ты смелый, смотрю я, - сидевший смерил его долгим взглядом снизу вверх. На вид обычный человек, но что-то заставляло насторожиться. Может быть, слишком закрытый костюм, сидевший на нем мешком? Или постоянно шевелящиеся крупные мясистые губы на отудловатом широком лице?

- Какой есть, - пожал плечами Пол, рассудив, что раз не убили, а, наоборот, снизошли до беседы, то, значит, ему наконец-то улыбнулась удача.

- Смелый ты, - повторил сидевший. – Откуда ты взялся такой?

- Из космоса… вышел.

- Угу, угу, - собеседник, которого Пол про себя окрестил жабой, покивал головой, - все мы вышли оттуда и все должны вернуться туда… Каким солнечным ветром тебя занесло сюда?

- Попутным.

- Решили, стало быть, на волю провидения отдаться…

- Есть такое…

- И денег немного тоже решил подзаработать?

- Эм… - Пол замялся, не зная, как реагировать. – Кто же откажется от денег? Деньги, они всем нужны.

Сидевший еще несколько раз кивнул головой и провел пальцем по покрытию. Палец оставлял жирный след, словно был огромным куском подтаявшего масла. «Мутант», - осенило Пола. А его мешковатый костюм скрывает, наверное, уродливое тело. Но какое сейчас это имеет значение?

- А заработать хотел ли денег ты немного? – собеседник все продолжал водить пальцем по столешнице, но бросил на человека такой взгляд, что тот не стал более сомневаться. Сама судьба улыбалась ему после долгой череды неудач. Выдернув из-под кого-то стул – тот подался удивительно легко – Пол уселся рядом и подался вперед:

- Что надо делать?

За без малого два года это был первый случай, когда экипаж «Бабочки» сошел на грунт совершенно открыто. Та короткая стоянка на станции «Мелиоратор» не считалась – ну разве можно хотя бы дух перевести за те несколько часов, что они проторчали в шлюзе, вздрагивая от каждого звука и шевеления?

Забегаловка была открытым миром – открытым хотя бы потому, что никого появление объявленной вне закона яхты не удивило. От них даже электронных паспортов не потребовали! Просто предложили назвать номер и класс судна и видовую принадлежность экипажа. Дескать, это поможет быстрее определить, куда и на какую стоянку их усадить. Поскольку, хотя Забегаловка считалась толерантным миром, но всем известно, что толерантность не может существовать и без ксенофобии. И если в одном порту люди запросто могут выпивать и работать с гуманоидами и даже ксеносами, то в другом тебя могут пристрелить даже за то, что у тебя акцент нездешний.

Четвертый сектор шестого космопорта был почти пуст, зато соседний третий оказался набит, как говорится, под завязку. Удобно разместившись чуть ли не посередине квадрата, экипаж «Бабочки» со снисходительностью наблюдал за соседями, где два или три корабля были вынуждены делить один квадрат. Пока они стоят на приколе, это не так заметно, но едва начнется предполетная подготовка, как возникнут проблемы – как протянуть кабели зарядников, чтобы никого не задеть, где удобнее подъехать погрузчику, да как стартовать, чтобы никого не зацепило выхлопами. Было приятно чувствовать, что им-то такого не грозит.

Еще приятнее было наконец-то ощутить под ногами грунт. И не металлическое покрытие шлюзового блока и даже не искусственный пол «Мелиоратория», а настоящую «землю», хоть и под толстым слоем бетона.

Оставив в качестве дежурного Косту – как-никак, он все-таки выходил с Юлием, сопровождая того в «Мелиораторий» - остальные толпой двинулись в город. Уставших от космоса и замкнутого пространства корабля людей привлекало абсолютно все. И чужие корабли, и снующие между ними техники, и громадное здание космопорта и особенно – зеленая зона, отделяющая здание порта и складские помещения.

- Земля? – поинтересовался Джек таким тоном, что все невольно рассмеялись. – Настоящая?

- Нет, игрушечная, - усмехнулся Юлий. Ему самому ужасно захотелось нагнуться и потрогать почву, разрывая пальцами травяное покрытие, ощутить прикосновение к чему-нибудь живому – после того, как тебя два года окружал сплошь металл и пластик, это чувствуется особенно сильно! Но, во-первых, он был капитаном и должен сдерживать свои эмоции, а во-вторых, именно этот газон был окружен невысокой оградкой, по которой метался, как зверь по клетке, ток высокого напряжения. Аж воздух искрил. Видимо, работники порта знали об этой странной особенности всех возвращающихся из дальних рейсов космолетчиков – непременно поваляться на траве.

- Пошли.

- Но… а как же… - команда была на грани бунта. – Нельзя?

- Не сейчас.

- А когда?

- Потом. Позже. У нас еще будет время.

Не заходя в здание космопорта – что они, билетных касс и залов ожидания не видели? – путешественники пересекли стоянку общественного транспорта и углубились в ближайшую улочку. Здесь им повезло – разномастные дома, которые, казалось, строили не только разные бригады, но даже и для представителей разных культур и рас, отвлекли внимание. Экипаж сгрудился рядом с Юлием, как цыплята вокруг наседки, и лишь озирались по сторонам, восторженно и удивленно ахая. Юлия самого разбирало любопытство, и он сдерживался изо всех сил.

- А куда мы идем? – время от времени сыпались вопросы.

- Кое-куда, - загадочно отвечал он.

- А далеко еще?

- Ну, как сказать…

- А что мы там будем делать?

«Как дети, честное слово!» - не без раздражения подумал он, а вслух ответил:

- Все.

- Как это?

- Ну… отдыхать… искать работу… немного развлекаться…и просто… там поглядим!

- Работать? – чуть ли не хором взвыл экипаж.

- Да. Забыли, что нам пока отдыхать и развлекаться не на что?

Экипаж приуныл. Несмотря на то, что запасы топлива и энергия в зарядниках еще были, да и в кладовой кое-что припасено, с остальным дело обстояло плохо. На счету у каждого было лишь несколько кредо-единиц, на которые в лучшем случае купишь один стакан самого дешевого пойла и пластинку жевательной резинки «за счет заведения». Поэтому Юлий очень надеялся на Забегаловку. Сюда ведь прилетали не только для того, чтобы отдохнуть и расслабиться. Здесь, как в любом порту, встречались те, кто только что пришел из глубокого космоса с теми, кто туда только собирается. Тут обменивали не только деньги на выпивку, но и новости. А информация порой дорого стоит. Кроме того, где, как не в таких местах, можно найти работу? Та же информация. Мелькнет какой-нибудь слушок, а ты тут как тут: «Хотите узнать, правда или нет? Всего пара сотен кредо-единиц задатка – и мы с парнями готовы хоть в черную дыру, чтобы его проверить!»

Примерно так планировал Юлий, вышагивая к центру города во главе своих парней. Конечно, можно было воспользоваться монодорожками и даже нанять городской флайер, но монодорожки пролегали отнюдь не везде, а за флаейр надо было платить. Поэтому приходилось топать своими ногами.

Как выяснилось, так было даже лучше. Экипаж то и дело отвлекался то на здание странной формы, то на экзотическую вывеску, то на висячий сад на парапете, то на идущего по своим делам ксеноса. Несмотря на то, что тут чаще всего попадались знакомые виды, всякий раз отвыкшие от них космолетчики разве что пальцами не показывали. Первый встреченный ими меор даже занервничал и принялся лихорадочно осматривать свою шерсть – а вдруг в длинных темно-рыжих прядях что-то запуталось?

- Не отставать! – Юлий резко свернул на боковую улочку. До этого они шли по прямой, опасаясь заблудиться в незнакомом городе. Хотя планировка таких городов-портов была стандартной – улочки расходились от площади перед космопортом радиально, как лучи, соединяясь между собой боковыми переулками. Если космопортов было несколько, то улицы маркировались разными цветами. И было достаточно остановить любого прохожего и спросить, в какой стороне космопорт, после чего выйти на улицу с нужной маркировкой – и больше никуда не сворачивать. Их опознавательным знаком была ярко-зеленая полоса с редкими оранжевыми перетяжками, тянущаяся вдоль «обочины».

Пройдя переулком, они вышла на другой «луч», где с первых шагов окунулись в море разноцветных вывесок, витрин, голографических рекламных щитов, цветомузыки и экзотических магазинов. Здесь в основном располагались бары, забегаловки разного сорта, дома отдыха, казино и бордели. По своему весьма небогатому опыту коммивояжера, Юлий знал, что здесь же можно отыскать контору по найму – просадив все денежки на выпивку и проституток, бравый космолетчик непременно захочет пополнить свой кредит. А где это сделать проще и быстрее, чем в конторе? И далеко ходить не надо! Иногда вербовщики сидят в тех же казино, борделях и барах, имея долю в бизнесе.

Осталось выбрать, куда заглянуть, чтобы не ошибиться.

- Э, смотрите!

Юлий едва сдержал возглас – так решительно его пихнули локтем в бок.

- Что там?

- Смотрите! – Рекс едва не приплясывал на месте, тыча пальцем в переливающуюся голографическими огнями вывеску. – Как раз то, что надо для нас, верно?

- «Горячие попки»? – прочитал название Юлий. – Бордель? Что ты куришь? Рекс, я велю обыскать доку твою каюту. Там наверняка есть кое-что припрятанное в заначке!

- А почему бы и нет? – связист с вожделением уставился на объемные изображения двух юношей и девушки, которые зазывно вертели этими самыми попками, завлекая клиентов. – У них же сегодня скидки!

- Да? – заинтересовался и Михаэл, второй после Рекса бабник на борту.

- Точняк! Вон, внизу приписка: «Для мужчин с двадцати часов до полуночи вход бесплатный». Бесплатный, капитан! Ты понимаешь…

Юлий присмотрелся к объявлению, смерил взглядом объемные фигуры, над плакатом – и фыркнул, не в силах сдержать смех.

- Капитан, ты чего? – удивился Рекс. – Что тут такого?

- Да это… - Юлию пришлось ущипнуть себя, чтобы успокоиться, - это бордель для женщин! Сюда как раз бабы заходят, а мужики там работают… Ну, а бесплатно – это чтоб таких, как ты, заманивать. Зайдешь, вроде на халяву там посидишь, койтейльчик-другой за счет заведения выпьешь, а потом… потом снимет тебя какая-нибудь мееориха, и будешь до утра ей коктейли те отрабатывать.

Судя по лицу Рекса, его бы устроил такой вариант, но Юлий его добил короткой фразой:

- И хорошо, если за одну ночь все отработаешь.

- Что, так все серьезно? – изумился Михаэл.

- Угу, - не стал вдаваться в подробности Юлий и зашагал вперед, увлекая команду за собой.

Рекс нагнал его, забежал сбоку, приноравливаясь к быстрому шагу капитана.

- Слышь, Холодильник, а ты откуда это знаешь? Тоже…м-м… отрабатывал?

Тот лишь стрельнул в связиста колючим взглядом.

- Да не боись, я никому не скажу…

- Я не боюсь, - Юлий все-таки сбавил ход, - я не считаю нужным откровенничать.

- Понял, - Рекс отстал.

Тем не менее, настроение было испорчено. Появилось недоброе предчувствие, что ни к чему хорошему сегодняшняя прогулка не приведет. А ведь им надо заработать денег хотя бы на еду. По традиции, прилетавшие космолетчики ничего и никогда не ели «на грунте» из своих запасов, если поблизости была хоть одна столовая, ресторан или забегаловка. Считалось кощунством, находясь «на грунте», питаться космическими пайками – разве что вы прилетели на дикую неосвоенную планету, совершили вынужденную посадку в глуши и дожидаетесь помощи, ну или если у вас совсем нет денег. И Юлий понимал, что он просто обязан накормить своих людей вкусно и недорого хотя бы один раз. Иначе не только парни – он сам себя уважать перестанет.

Но где взять денег?

Ответ на этот вопрос в буквальном смысле слова валялся под ногами, и Джек, проходя, даже наподдал его носком ботинка, да и Юлий прошел мимо него, как мимо пустого места, и не обернулся бы, если бы не возглас Эшли Смита, корабельного доктора:

- Осторожнее! Он живой!

Все остановились. «Живой» оказался пушистым комочком с шестью лапками, суставчатым хвостом и тремя большими глазами. Поддетый ногой Джека, он заскакал по мостовой, цепляясь лапками. Эшли ловко поймал его за хвост и, подняв на вытянутой руке, продемонстрировал собравшимся.

- Тауйский скрипун, - популярно объяснил он, пока существо, поджав лапки и прищурив глаза, раскачивалось на хвосте. – Эндемик планеты Тауйя-ро. Скрипуном назван за характерный звук, который существо издает по поводу и без повода. Склонен к эмпатии, в еде неприхотлив, потребляет любую жидкую и полужидкую пищу. В природе в основном это перезрелые плоды и соки.

Скрипун тихо скрипнул, не переставая раскачиваться.

- И откуда ты все это знаешь?

- Так, пока в космосе болтались, скучно же было, - Эшли слегка помахал зажатым в кулаке хвостом скрипуна. – Пару раз удавалось поймать бесплатный инфранет. Времени было в обрез, закачивал все подряд… потом читал… тоже все подряд…

- Понятно, - Юлий посмотрел на зверька. – Но здесь не Тауйя-ро. Здесь, если мне не изменяет память, совсем другой сектор. Как он сюда попал?

- Убежал. Он же домашний!

- Откуда знаешь?

- А у него чип в хвосте, - Эшли ловко перехватил хвост зверька и продемонстрировал странную припухлость в паре сантиметров от кончика. – Клеймо ставить – ОЗПЖ* не разрешит. Ошейник ему некуда сажать, как и ушную метку, отпечатки пальцев… хм… тоже. Остается чип. Причем в таком месте, где его легко можно изучить.

(*ОЗПЖ – общество защиты прав животных. Международная организация, действующая на всех планетах, даже населенных ксеносами.)

- Чип, говоришь? Ну-ну…

Скрипун висел, как тряпочка, не мешая людям, и только время от времени довольно мелодично поскрипывал. Рекс активировал свой комм, поднес его к хвосту зверька, и прибор слегка пискнул.

- Есть! А ну-ка…

После нескольких манипуляций с расшифровкой, глазам космолетичиков предстало вирт-окно, где на трех языках – интерлингве и двух иностранных, были помещены сведения о зверьке. Он принадлежал некоему Увану Вэ-с-половиной (так было написано), проживающему в системе Колибри тринадцатого сектора, но временно зарегистрированному еще в шести мирах. Среди них была и Забегаловка. Еще несколько запросов – и был получен адрес, по которому Увана Вэ-с-половиной можно было застать чаще всего. Здесь же была указана стоимость скрипуна, и…

- Сколько-сколько? – хором вырвалось у всех. – Джек, у тебя настройки не барахлят?

- Да вроде нет, - связист и сам был в шоке. Он попробовал подвергнуть текст обратной перешифровке – то есть, сначала с интерлингвы зашифровать на любой другой язык, а потом – обратно на интерлингву. Но результат остался тот же. Цифра с четырьмя нулями никуда не делась.

- Пятнадцать тысяч кредо-единиц за этот комок меха? – выдавил Джек, который первый-то раз и пнул его ногой. – Вот за эту хрень с хвостом и глазами?

- Это ж целое состояние, - закивал и поверивший наконец своему счастью Рекс. – Капитан, мы богаты!

Команда поддержала его тихими воплями восторга. Если этот зверек так дорого стоит, то за возвращение беглеца непременно будет предложена награда. Даже если им оплатят всего десять процентов стоимости, сумма получается колоссальная!

- Не нравится мне это «застать чаще всего», - покачал головой Юлий. – Обычно это означает, что хозяин не хочет, чтобы его так легко нашли. Кто бы ни пришел по нужному адресу, им скажут, что он только что тут был, но ушел или пока еще не заходил и предложат подождать!

- Пятнадцать тысяч, капитан, - Эшли выразительно покачал скрипуном, и тот заскрипел, словно несмазанные качели. Звук получился до того пронзительный, что на них начали обращать внимание.

- Ладно. Пошли. Но у нас одна попытка, парни. Если что – зашвырнем поганца куда подальше и пусть его ищет, кто хочет?

Скрипун издал еще два-три звука и заткнулся сам. То ли устал, то ли понял намек.

По счастью, идти оказалось недалеко. Двухэтажное здание бара-ресторана «Громила» стояло как раз в середине соседней улицы. Издалека оно напоминало заброшенный разбойничий вертеп своей обшарпанностью и мрачным видом, но по мере приближения стало ясно, что это не износ здания, а задумка дизайнера.

Внутри было сумрачно и шумно. Играла музыка, под потолком вращалось несколько шаров, испуская во все стороны разноцветные лучи, и это, если не считать крохотных экранчиков видеофонов, были единственные источники света. По углам копилась настоящая тьма, в которой двигались таинственные фигуры. Большая часть людей и нелюдей толпились именно там, но некоторые сновали туда-сюда во все стороны, чудом не сталкиваясь друг с другом. Среди них были андроиды-официанты – признак того, что тут весьма демократичные цены, ибо услуги живых официантов стоят неимоверно дорого. Музыка лилась сразу с трех сторон, в том числе из распахнутых настежь дверей двух боковых залов. Мелодии были разными и создавали такую какофонию, что понять, какие именно песни исполняются, было решительно невозможно. Поэтому никто их не слушал, посетители либо помалкивали, либо общались друг с другом жестами, а порой и он-лайн, перебрасываясь записочками в местном чате.

Юлий и его компания замерли на пороге, ошеломленные шумом, толкотней, яркими красками, звуками и запахами. За без малого два года они отвыкли от всего этого и заново привыкали к людям.

- Мать честная, - только по губам Джека и можно было угадать, что он сказал, - народищу-то… С ума сойти…

- Что будем делать, капитан? – его пихнули в бок, и задали вопрос в самое ухо. Чтобы не напрягать голосовые связки, Юлий только махнул рукой, мол, разберемся!

Заметив новеньких, к ним подкатил андроид. На груди у него вспыхнул дисплей-меню. Касаясь пальцами сенсорного экрана, Юлий потребовал отдельный кабинет для всех, ибо пункта «Найти нужного человека» здесь не было. А в кабинете все-таки немного потише и можно будет поговорить, не рискуя сорвать голосовые связки.

- Задание понял, - гулко ухнул андроид и, развернувшись на ногах с гусеничными подошвами, покатил в глубину. Космолетчики последовали за ним. Ловко лавируя между посетителями и коллегами, тот увлекал клиентов подальше от входа.

Они пересекли первый зал, вошли во второй, отличавшийся от первого только цветомузыкой и помостом, на котором извивались на качелях две женщины. «Вот это сервис!» - успел подумать Юлий. За его спиной на два голоса восторженно завздыхали Рекс и Микаэл, но тут их проводник свернул в третий зал, сумрачный и тихий по сравнению с первыми двумя. Собственно, это был не зал, а своеобразный лабиринт из небольших кабинетов-кабинок, разгороженных стенками с разной степенью прозрачности. Многие были заняты.

- Смотри, капитан! – Юлия опять пихнули в бок. Он с неудовольствием обернулся.

- Чего еще?

- Не узнаешь? По-моему, мы их где-то видели, а?

В одной из кабинок сидели четыре человека. Вернее, три человека и веганец. Сидели они смирно, ни к кому не приставали, просто озирались по сторонам, словно кого-то ждали.

- Нет, не видели, - отрезал Юлий. – А что?

- Ну… - Джек и Рекс переглянулись, - помнишь, мы катер тормознули? Ну, тот, где те контейнеры тиснули? Так вот, эти двое – тот блондин и тощий тип с ним рядом – потом к нам на астероиде в гости приходили. Мол, это наши контейнеры! Тебя тогда на борту не было, ты со змеелюдами торговался.

Юлий пристальнее вгляделся в соседей. Он сталкивался с ними лицом к лицу на катере, во время грабежа, но под щитками скафандров лиц разглядеть было невозможно. Но если это те самые… совпадение?

- Из них кто-нибудь нас в лицо знает? – поинтересовался тот.

- Да вроде нет…

- Ну, а раз нет, то и ведем себя так, будто ничего не подозреваем! Рассаживайтесь, парни! Микаэл…

- Понял, - вздохнул тот, выбирая себе место с краю, чтобы в случае чего принять удар на себя.

Андроид оставался на месте, ожидая, пока люди устроятся поудобнее. Когда все расселись, на его груди опять вспыхнул экран дисплея.

- Голосовое сообщение, - скомандовал Юлий.

В головной части андроида что-то щелкнуло.

- Система готова к работе, - прозвучал механический безликий голос.

- Нам надо найти одного… человека, - Юлий покосился на Эшли, который держал скрипуна в охапке, машинально наглаживая встопорщенную шерстку зверька. – Известного как Уван Вэ-с-половиной. Его временное место пребывания зарегистрировано здесь. Информация взята с идентификационного чипа.

- Уван Вэ-с-половиной, - бесстрастно повторил андроид. – Личный код, будьте любезны!

Юлий схватил кончик хвоста скрипуна и приложил его к экрану. Внутри что-то пискнуло, и, повторив: «Задание понял», - андроид укатил прочь, оставив команду сидеть за пустым столом.

Ждать пришлось несколько минут. За это время к ним не подошел никто – ни андроиды-официанты, ни люди-посетители. Видимо, тут было не принято лезть в чужие дела, чтобы никто не мешал обделывать свои. С одной стороны, это было неплохо, а с другой… в соседних кабинках выпивали и закусывали, а они сидели за пустым столом и ждали.

Юлий коротал время, рассматривая соседей, тех самых. Значит, это у них они украли контейнеры с грузом, принадлежащим ТГК? Парни не выглядят расстроенными, несмотря на то, что у них могут быть трения с владельцами. Хотя, кто сказал, что они на самом деле лишь курьеры? Простые работяги в такие места не заглядывают и с местными, как ни в чем не бывало, не болтают. Скорее всего, контрабандисты, которые перевозили ворованный груз. Это и хорошо, и плохо. Хорошо, что проблемы все-таки не у них, а плохо то, что эти парни, оказывается, свои люди. Значит, в случае чего, разбираться придется всерьез. В суд никто не побежит, но Интергалакполу маякнуть могут в надежде замолить часть грехов. Дескать, вы два года ищете яхту класса «Бабочка-люкс»? Так вот она, тепленькая!

Но пока их никто не заметил. Соседи даже ни разу не посмотрели в их сторону, больше интересуясь входом. Юлий продолжал разглядывать их, и, увлекшись, даже вздрогнул, когда услышал рядом шепелявый голос:

- Это вы с чипом?

У полупрозрачной стенки стоял среднего роста худощавый нескладный тип с настолько неправильными чертами лица – нос сбоку, рот на щеке, один глаз затянут складкой кожи – что любой сразу признал бы в нем мутанта с одной из «грязных» планет. Когда-то Юлий много и тесно общался с выходцами из «грязных» миров, заселенных человечеством в первые годы космической эры. Тогда люди покидали Старую Землю целыми кланами и устремлялись в никуда – лишь бы покинуть прародину человечества. Селились везде, где находили жидкую воду, нужный процент кислорода в воздухе и более-менее приемлемую силу тяжести. То, что некоторые планеты таят в себе неприятные сюрпризы, стало выясняться слишком поздно, когда среди рожденных на них детей стали появляться уроды. Сперва один-два на сотню, потом – на десяток, а в какой-то момент «нормальные» оказались в меньшинстве. Тогда началась вторая волна эмиграции – изгои-«нормалы» покидали «грязные» планеты и селились среди тех, кто был похож на них внешне. Вот только дефектные гены они часто несли в себе, и порой поколение спустя у них рождался уродливый внук или правнук…

Как этот.

- Мы, - кивнул Юлий.

- Пшли, - прошипел мутант, махнув двупалой рукой-клешней. На самом деле, пальцев на ней было три, но третий был маленьким, причудливо изогнутым отростком.

Космолетчики поднялись.

Идти оказалось недалеко – в том же зале в одну из кабинок у стены.

Увидев сидящего за столиком толстяка в мешковатом костюме, который скрывал большую часть тела – кроме головы и кистей рук – Юлий сразу понял, что перед ним еще один мутант.

- Уван Вэ-с-половиной? – наудачу брякнул он.

- Мне сказали, у вас есть чип с… - толстяк осекся, заметив скрипуна на руках доктора Эшли. – У вас мой Малыш?

- Да, - Юлий посторонился, пропуская дока вперед. – Мы… нашли его случайно.

- Малыш, - толстяк протянул руки. Скрипун завозился в чужих руках, заскрипел-заверещал так пронзительно, что перекрыл даже музыку в соседнем зале. – Иди к папочке!

Выдравшись из рук Эшли, скрипун совершил прыжок и буквально прилип к ладоням хозяина, продолжая скрипеть, но уже по-другому. Пожалуй, теперь в его скрипе звучало что-то нежное и мелодичное. Качая пушистый шарик на одной руке, другой толстяк теребил ушки зверька, дергал его за лапки, пощипывал хвостик, а тот катался по ладони между его пальцами и испускал пронзительные переливчатые звуки.

- Ах, ты мой лапочка… ах ты мой хорошенький, - умиленно засюсюкал толстяк. – Эрше-ва куанна, л-ла! Ури-мис… - перешел он на родной язык, и скрипун отвечал ему довольно мелодичным поскрипыванием. Даже не верилось, что совсем недавно он верещал, как резаный. Юлий и его команда стояли возле стола, наблюдая за этим зрелищем.

Наконец, Уван Вэ-с-половиной поднял голову, все еще прижимая скрипуна к своей необъятной груди.

- Я так рад, что Малыш снова со мной, - сказал он. – Где вы его нашли?

- На улице. В паре кварталов отсюда, - Юлий махнул рукой, обозначая направление. – Случайно. Идентифицировали по чипу и…

- Молодцы, - серьезно кивнул толстяк. – Это благородный поступок. Вы не представляете, как он для меня ценен…

- Представляем, - негромко буркнул Джек. – Пятнадцать тысяч…

- А? Что? – Уван Вэ-с-половиной аж привстал. – Ну да, на столько он застрахован в случае потери. И… м-м… вы от меня чего-то хотите?

Команда «Бабочки» переглянулась.

- Хотим, - кивнул Юлий, принимая удар на себя. – Если ваш…э-э… Малыш так дорого стоит, то, может быть, вы бы не отказались… компенсировать нам часть его стоимости?

- Вы что, хотите награду за то, что нашли и принесли Малыша мне? – голос толстяка как-то странно дрогнул.

Люди этого хотели. И даже очень. Пятнадцать тысяч кредитов – солидный куш. Такие деньги редко просто так валяются на дороге.

- Эх, ладно, что уж… сердце у меня доброе, а Малыш мне так дорог, - наконец, смиренно произнес Уван Вэ-с-половиной. – Три-Ту, мою чековую книжку!

Мутант с перекошенным лицом и клешней вместо одной руки – вторая, как заметили космолетчики, была совершенно нормальной – с почтительным поклоном передал боссу планшет. Толстяк довольно небрежно пересадил скрипуна на плечо и несколько раз ткнул в экран пальцем.

- Куда перевести деньги?

Юлий уже хотел назвать номер своего старого счета, но вспомнил, что тот заблокирован.

- Нам карту… на предъявителя, - сказал он. – Мы здесь временно и… скоро улетаем. А там, куда мы летим, боюсь, невозможно будет снимать деньги со счетов.

- Что, совсем в дикие миры подаетесь?

- Да. Мы – вольные звездопроходцы. Куда хотим, туда летим.

- Вот как. Что ж, ваше право… Три-Ту, кассовый аппарат мне!

Пару минут спустя в руки Юлия лег пластиковый прямоугольник с выбитыми на нем опознавательными метками.

- Он одноразовый. Дезактивируется сразу после получения средств. Действует в течение пятидесяти часов плюс одна минута. Время пошло!

Юлий кивнул, двумя руками держа карточку. Пятнадцать тысяч. Давно он не держал такой суммы на руках. Это огромное богатство. Если разделить сумму на десять частей, то каждому достанется по полторы тысячи, еще полутора хватит, чтобы заправить и отремонтировать «Бабочку» и еще столько же останется на черный день. Было, от чего закружиться голове. Почти два года сидеть без денег и вдруг такая удача!

- Где здесь ближайший банкомат? – спросил он и сам не узнал своего голоса.

- На первом этаже, у входа.

Они сами не помнили, как вышли из бара.

Банкоматов было три, и они пользовались спросом – на Забегаловку прилетали отовсюду и часто приходили с местной валютой, которую тут же можно было виртуально обменять на здешние деньги.

Аппарат проглотил карточку и мило поинтересовался, в какой валюте клиент желает получить ее содержимое.

- Стандартные кредо-единицы в средних купюрах по сто и пятьсот единиц.

- Принято, - прожурчал автомат, после чего на ладонь Юлию вылетели… три пластиковых квадратика по пятьсот кредо-единиц каждый.

- Счет обнулен. Одноразовая карточка дезактивирована, - сообщил аппарат.

- Что?

Команда «Бабочки» сомкнула ряды, уставившись на сумму, в десять раз меньше той, которая им была обещана. Пятнадцать тысяч испарились, растаяли, исчезли, волшебным образом превратившись в десятую часть заявленной суммы.

- Обманул, жирный урод, - прошептал Юлий, когда до него дошел весь смысл произошедшего.

- Вот тварь! – энергично поддержал его Томас. Микаэл молча передернул затвор лазерника. Джек тихо взвыл. Каждый переживал крушение своих надежд.

- Что ж, - Юлий попытался улыбнуться. – По крайней мере, хоть что-то у нас теперь есть.

- Точно, - неожиданно поддержал его Эшли. – С дохлой коровы – хоть шкуры клок.

На пальце его внезапно что-то тускло блеснуло. Толстое кольцо, покрытое мелкими насечками и значками, судя по всему, двойное, состоящее из двух половинок.

- Ты откуда это взял?

- А у скрипуна на хвосте сидело. Я подумал, что…

В голове у капитана что-то словно щелкнуло.

- Бежим отсюда.

Глава 6

ГЛАВА 6.

- Ты хоть понимаешь, кэп, во что мы ввязались?

Пол кивнул, не поворачивая головы. Перед ним на экране персонального дисплея разворачивалась трехмерная трасса, только что перекинутая ему Шушерой. Навигатор сидел за пультом, не шевелясь, только время от времени подрагивали кончики пальцев. Только что они летали по клавиатуре с такой скоростью, что оставалось лишь удивляться его проворству. Даже несмотря на то, что был мутантом, Шушера иногда двигался и действовал слишком быстро.

- Кэп, - не сдавался Чесни, - ты понимаешь, что…

- Я понимаю, что мы должны заработать денег и выплатить банку долг за корабль. Понимаю, что должен обеспечить вас жильем и работой. Понимаю, что мне самому что-то надо для жизни. И если нам предлагают работу, я не понимаю, почему мы должны от нее отказываться! И я не понимаю, - он оторвал взгляд от трассы, обернувшись на пилота, - почему мы должны отказываться от той работы, которую нам предложили на Забегаловке?

- Потому… - Чесни, не дрогнув, выдержал взгляд своего капитана, - что это дело мне кажется… дурно пахнущим.

- Какое дело? Слетать по известному адресу, забрать там груз и доставить его на Менялу. Чем это дело отличается от тех, на которые мы подписывались до этого?

- Тем, что это… это… ну…

- Официально запрещено? Брось, Чесни. Это экономически выгодно. Да, есть большой риск. Но без риска нам не прожить. Ты только подумай, что мы получаем взамен небольшой нервотрепки! Ты видел сумму аванса?

- Аванса, который еще надо отрабатывать…

- Да. И мы отработаем. И получим премию. И станем, наконец, свободными людьми! И сможем браться за любые заказы. Или вовсе не брать заказов. Мы станем сами себе хозяева, расплатившись не только с банком, но и со всеми долгами! Разве тебе этого не хочется?

Пилот помедлил с ответом, но Пол его не торопил. Да, он знал, что порученная им работа сложная. Знал, что есть проблемы и препятствия. Знал, что их, в конце концов, могут просто использовать и потом подставить, но…

Но этот Уван или как там его зовут полным именем на самом деле, заплатил за него долг банку! Узнав, что «Комета» пока еще находится в собственности банкирского дома «Томиш и дети» и что Поллард Руд Хэмир в той семье что-то вроде паршивой овцы и даже не кровный родственник никому из работников банка от совета директоров до уборщика, толстяк-мутант без лишних слов выписал ему перевод на сумму, превышающую долг почти на сотню кредо-единиц. Тут же, не вставая от стола переговоров, они перечислили деньги банку и получили ответ, что нужная сумма получена адресатом. Только после этого, поверив, что свободен, Пол заговорил о деле.

Да, две тысячи четыреста кредо-единиц ему теперь надо было отработать. Да, кроме них Пол под счет премии взял аванс в полторы тысячи кредо-единиц на заправку и кое-какой мелкий ремонт «Кометы». И – да, рассчитается он с Уваном только после того, как «товар» будет доставлен посредникам на Меняле, заплатив, с учетом процентов, восемь тысяч кредо-единиц. Но ради денег капитан Хэмир был способен и не на такое. И был удивлен, встретив среди своих людей того, кто почему-то думает иначе.

- Да, мне этого хочется, - Чесни напрягся. – Мне тоже надоело жить и ждать, когда твой банк заберет у тебя нашу красавицу, - его руки коснулись панели управления нежными, почти любовными движениями. – И мы одна команда. Мы сработались и…

- Так вот что тебя волнует? – рассмеялся от облегчения Пол. – Новенький? Да?

После смерти Христофора и тяжелого ранения Юмбы экипаж «Кометы» считался неполным. В официальном порту корабль бы просто не выпустили на старт без механика, на котором лежала ответственность за исправность двигателей. Переделка на автомат не могла решить проблему, поскольку, хотя хорошо известно, что хоть люди часто ошибаются, но, в отличие от техники, никогда не отказывают в критический момент. Да и стоил андроид-ремонтник столько, что дешевле купить новый корабль.

Конечно, без старшего помощника можно было бы обойтись – и многие так и делали. А если старпом все-таки появлялся, то как совместитель – второй пилот, стрелок, связист… Именно связистом был старпом Христофор, и после его смерти от удушья, когда он вместе с механиком Юмбой полез чинить антенну в открытом космосе и не до конца закрутил кислородный вентиль, его обязанности поделили между собой Пол, Шушера и Чесни. Пробовали подключить к делу Тикки, но тот, как выяснилось, в связи разбирался меньше, чем в стрелковом оружии. И если без связиста они как-нибудь могли обойтись, то что делать без механика, не представляли. Тикки, на которого была надежда, упирался всеми конечностями. Бывший геймер даже всерьез занялся изучением оружия, лишь бы его не поставили к машине.

Без механика они бы не смогли выполнить поручения, и Уван дал им совет – немного посидеть в том же баре, но пересесть за другой столик, в одном из соседних залов. Совета послушались, и буквально через четверть часа к их столику подошел, слегка покачиваясь, явно нетрезвый тип, так дыша перегаром, что сразу захотелось надеть кислородные маски.

- Кап-пельку, - просипел он, облокачиваясь на столик, чтобы удержаться на ногах. – Кот-тлы горят… спасу нет…

Шушера, к которому он оказался ближе всех, бросил на Пола взгляд – мол, что делать?

- Мы по четным числам не подаем, - отрезал тот.

- А с-сех-ходня нечетное, - покачнулся тип и вцепился в Шушеру, - держи, братан…

Навигатор резко шевельнул плечами, сбрасывая с себя его руку. Будучи мутантом, Шушера весьма болезненно реагировал на прикосновения – слишком часто в детстве и юности его толкали, щипали и били за то, что у него двенадцать пальцев и четыре руки. Движение оказалось таким резким и неожиданным, что пьянчуга не удержался на ногах и рухнул навзничь.

- Т-ты… да ты знаешь, х-хто ты, - завопил он чуть ли не на весь зал. – Да я т-тебя… ур-род…

По счастью, выпитое мешало ему вскочить на ноги, но орал он так, что на них стали оборачиваться.

- Заткните его, - прошипел Пол.

Бросив по сторонам вопросительный взгляд – не спешит ли к ним охрана? – Кир-Пу поднялся из-за столика. Профессионально размял руки…

От его легкого корректного толчка выпивоха внезапно увернулся, с легкостью скинув с себя руку стрелка. От более сильного и резкого – качнулся, чудом сохранив равновесие, но не отпрянул, а по инерции подался вперед, сам, в свою очередь, пихнув Кир-Пу в грудь: «Ты чё? Ты чё тут…это…»

Кир-Пу очень не любил, когда его толкают. Он развернулся и коротко, без замаха, ударил.

Пьянчуга отлетел в сторону, едва не сбив соседний столик и пихнув кого-то локтем. Однако, устоял опять и, взревев, пригнув голову, ринулся в атаку.

- Кончай, Кир! – коротко приказал Пол. – А не то…

Но, к его удивлению, драка не только никого не возмутила. Едва пьянчуга второй раз отлетел, сбитый прямым в челюсть и растянулся на полу, задевая чужие ноги и стулья, как все вокруг зашевелились, ожили и стали подтягиваться к месту действия. Те же, чьи столики оказались в опасной близости, мигом развернулись так, чтобы, так сказать, оказаться в первых рядах представления.

- Давай! Глуши! Так его! Так! Еще! – раздавались со всех сторон восторженные выкрики.

Пьянчуга напирал с упорством выведенного из себя зверя. Глаза его налились кровью, он ревел что-то нечленораздельное, мешая интерлингву со своим родным языком и, то и дело валясь от ударов стрелка, все-таки раз за разом кидался на него, попутно задевая зрителей. Те в драку лезть не спешили, наоборот, поддерживали его, помогая выпрямиться и буквально швыряя под кулаки его противника. Судя по энергичным и одобрительным выкрикам, все были рады тому, что нашелся наконец кто-то, кто как следует отметелит пьянчугу.

Наконец, удачный удар в челюсть, добавленный аналогичным в живот и нажатием на болевую точку поверг его в нокаут. Мужчина растянулся на полу, отключаясь, и Кир-Пу разжал кулаки.

Вокруг взревело от восторга людское море. Не только к победителю – к его спутникам тянулись руки, чтобы похлопать по плечу, пожать ладонь. Полу кто-то сунул стакан с выпивкой. Шокированного Курта полуголая девица смачно чмокнула в губы. Сам Кир-Пу с удивлением вытаращил глаза на несколько пластиковых банкнот.

- На, твоя доля, парень! – весело сообщил ему рослый марсианин. – Я на тебя ставил! Во! Пятьсот кредо-единиц выиграл. Десятина – тебе!

Источая запах аммиака, к ним протиснулся змеелюд, щупальца его нервно шевелились.

- Волнительно! Просто волнительно! – шипел он, раздувая горловой мешок. – Коротко и яростно. Жаль, что зрелище быстро закончилось. Но я все записал! Не желаете повторить?

- Что? – Кир-Пу и Пол переглянулись. – Повторить?

- Да. Тут раз в декаду проходят бои. С правилами и без. Не хотите выставить свою кандидатуру? Сразу видно, что вы профессионал. Сто кредо-единиц за первый бой, дальше по нарастающей десятипроцентная надбавка. Договорные бои оплачиваются по отдельному тарифу. За день можно заработать до тысячи кредо-единиц.

- Нет! – сказал Пол прежде, чем сам герой дня успел открыть рот. – Мой человек не продается и не сдается в аренду. И даже если он решит принять участие в боях, то лишь по истечении контракта со мной.

Стрелок сверху вниз покосился на капитана, но только кивнул, массируя кулак с зажатыми в нем пластиковыми карточками.

- Вы отказываетесь? – у змеелюда даже опал горловой мешок. – Жаль-жаль… У нас многие так живут…

- Что, даже этот? – Пол кивнул на тело так и не пришедшего в себя драчуна-пьянчуги.

- Этот? – змеелюд засмеялся, колыхаясь жирным телом и презрительно пнул пьянчугу хвостом. – Он тут вроде местного дурачка. Это Зига, механик с «Затонувшего».

- Механик? – Полу показалось, что он ослышался.

- Ну да.

Как быстро выяснилось, примерно два стандартных месяца назад лайнер «Затонувший» разбился при попытке приземлиться на Забегаловку. Что-то там в нем отказало и, не реагируя на крики диспетчера, он на полной скорости вписался в искусственный спутник планеты. Хорошо, что тот был полностью автоматический, и обошлось без лишних жертв. Было следствие. Выяснилось, что причина аварии – износ механизмов. Виновных нашли и наказали, но уцелевшую команду списали на грунт. Кто-то сразу нашел работу, а кому-то не повезло. Нет, деньги по страховке получили все, но кто-то распорядился ими с умом, а кто-то просадил в баре и теперь бродит по злачным местам, клянча на выпивку.

- Значит, механик, - повторил Пол, выслушав эту историю. – Вот оно как… А ну-ка, ребята, хватайте его!

Кир-Пу и Шушера сразу поняли капитана и с готовностью наклонились над бесчувственным телом, а Курт ожидаемо запаниковал.

- Кэп, но мы ведь не можем? Мы ведь это не всерьез? Мы… это же похищение! Мы же… Как же так?

- А вот так, - тихо рявкнул Пол. – Нам нужен механик? Нужен! А тут он прямо на полу валяется! И до него никому никакого дела! Так что хватай и уноси, пока он не очухался!

- Кэп, это похищение! – взвыл карго. – Это нам даром не пройдет!

- Заткнись. Или мы обойдемся без тебя. Боишься – увольняйся. Займешь его место! Авось потом и тебя подберут…

Курт проводил взглядом тело, безвольно висящее на руках стрелка и навигатора, и обреченно замолк.

Сказать по правде, Пол немного трусил. Вот так взять и унести из бара человека без его согласия просто потому, что тебе нужна его профессия – такое не каждому сойдет с рук. Он шагал позади, прикрывая отход – Курт, наоборот, умчался вперед – и все ждал окрика в спину. Но все молчали, как будто их это не касалось.

И вот теперь так и не пришедший в себя механик храпел в отведенной ему каюте, пристегнутый ремнями безопасности, а доктор не отходил от монитора внутренней связи, чтобы проконтролировать его пробуждение. Все одновременно и молились, чтобы он не проснулся в ближайшие несколько минут, и чтобы он не слишком долго провалялся в отключке. Ибо, хотя в крайнем случае стартовать они могли и без помощи механика – уж пару-то кнопок Томба нажать мог! – но в полете без его помощи не обходится ни один маневр, не говоря уж о текущем ремонте.

Пол колебался, давать ли команду на старт. Трасса, сделанная Шушерой, была готова и в целом одобрена. Сомнение вызывали только две точки поворота – навигатор здесь сделал большой крюк без которого, по мнению Пола, можно было обойтись. И вроде все остальные были на местах и готовы, и корабль заправлен, а все равно…

- Ключ на старт, - наконец, промолвил он.

Шушера и Чесни коснулись пультов. Пилот активировал рычаги управления, где-то в недрах корабля послышался мелодичный перезвон, услышав который, все члены экипажа немедленно устроились в амортизационных креслах. Все, кроме Томбы и…

- Кэп, у нас гости! – в голосе переквалифицировавшегося в связисты Тикки было удивление.

«Вот, дождался!» - мысленно обругал себя Пол, добавив вслух:

- Полиция?

- Да нет. Вроде частное лицо…

- Дай картинку.

На боковом экране появилось изображение с одной из внешних камер, расположенной у самого входа. Обычно она отключалась автоматически, но еще не освоившийся с техникой Тикки решил выключить все камеры вручную и вовремя заметил, что камера исправно показывает часть покрытия поля, угол стабилизатора… и невысокого стройного паренька, нервно озирающегося по сторонам. У ног его лежал тощий вещмешок, какие используют в армии. Похоже, паренек колебался – бежать ли ему прочь, пока не поздно, или оставаться в укрытии до последнего.

- Вот демоны, - ругнулся Пол. – Старт – отбой! Кир-Пу… по твоей части. И прихвати с собой Курта. Мало ли…- добавил он тише. Паренек ему кого-то напоминал.

Моторы сердито заворчали, подчиняясь команде «отбой». Пилот и навигатор переглянулись.

- Кэп, что там у вас случилось? – ожило машинное отделение.

- Погоди пока, Томба, - отмахнулся Пол, глядя на экран. – Будь наготове. Мало ли, что…

Он подался вперед, впившись взглядом в камеры наблюдения. Тикки сам, не дожидаясь приказов, активировал остальные, увеличивая площадь обзора. Кажется, паренек был там действительно один, но это еще ничего не значило. Засада могла прятаться тщательнее. Хотя бы вон за дюзами того транспортника… и эта яхточка весьма удачно закрывает часть обзора. А что там шевелится в тени во-он того катерка?

Потом на экране появился затылок Кир-Пу, вернее, шлем, закрывающий часть обзора. Паренек заметил вышедшего, что-то сказал ему, сопроводив слова коротким жестом. Пол видел, как двигаются его губы.

- Тикки! Звук!

- Сейчас-сейчас, - пропыхтел новоявленный связист. – Кажется, где-то тут был… Ага!

- …ОЧЕНЬ НАДО! – ворвался в уши громовой рев, сопровождаемый воем усилителей. – Я МОГУ ЗАПЛАТИТЬ…

- Тикки! – Пол согнулся пополам, зажимая уши руками.

- В-виноват… - тот опять не рассчитал и выключил звук снова. Контраст был так силен, что Полу показалось, будто он оглох. Лишь настойчивый шепот в самое ухо подсказал, что это не так.

- Капитан, - это был голос Кир-Пу через микрофон в шлеме, - капитан, этот парнишка… он просится на борт. Ему надо срочно покинуть Забегаловку. Готов платить…

- Ты ему объяснил, что пассажиров не берем?

- Говорил. Он… согласен!

- На что?

- На все. Лишь бы убраться отсюда поскорее! Говорит, нарочно выбрал наш корабль, потому что тот стартует… Капитан, говорит, ему все равно, куда лететь, лишь бы побыстрее и подальше отсюда! Что будем делать, капитан?

- А Курт? – Пол выпрямился, прижимая микрофон ладонью к уху и глядя, как в кадре появился нервно жестикулирующий карго. Паренек выглядел взволнованным и несколько раз пугливо оглянулся через плечо.

- Убеждает его не лететь с нами.

- А тот…

- Спорит… Капитан, мы теряем время… это мне не нравится!

- Мне тоже, - признался он. Задержка была не простой. Паренька могли к ним подослать… Но кто? На Забегаловке они никого не знают, кроме Увана Вэ-с-половиной. Что, у заказчика есть конкуренты, которые решили вставить… как это называется, палки в колеса? Или сам Уван не доверяет наемникам и послал шпиона? Или это просто совпадение, и мальчишка говорит правду? Все три версии имели право на существование.

- Капитан! – его снова вызывал Кир-Пу. – Курт говорит, что парнишка не врет.

- Он проверил его на детекторе лжи?

- Нет, но… утверждает, что имеет опыт…

- Опыт он имеет… как бы не поимели его самого…- но болтать можно было сколько угодно, приходилось принимать решение. – Ладно, тащи… Старт через тридцать секунд. Отсчет!

Но все-таки он чуть замешкался и дал отмашку только после того, как увидел на экране, что стрелок буквально за шиворот впихнул странного паренька в шлюз.

«Комета» рванула в небеса с такой скоростью, словно Кир-Пу вместо того мальчишки дал пинка ей самой. Перегрузки вдавили в кресла с отвычной силой. Прошло не менее двух минут прежде, чем все успокоилось и, прорвав верхние слои атмосферы, корабль увернулся от пары заходящих на посадку судов, обогнал какой-то челнок и, заложив вираж, от которого Тикки вылетел из кресла, наконец-то вырвался из атмосферы, ложась на курс.

- Это что? – спросил Пол, когда поверил, что все успокоилось и можно уже отстегнуть крепления.

- Извини, кэп. Сорвался, - Чесни не выглядел виноватым. – Просто я подумал, что если мы еще немного помедлим, то обязательно явится кто-нибудь еще. Да и этот новенький…

- Угу, - кивнул Пол, соглашаясь, и вызвал по внутреннему комму Кир-Пу: - Где этот?

- Да, - коротко ответил стрелок. – А Чесни?

- Здесь.

- Ясно, - протянул Кир-Пу и отключился.

- Пойду разберусь, - Пол выбрался из кресла, потянулся. – Держите курс… Тикки, если ты закончил скулить, прошерсти эфир. А вдруг…

По своему обыкновению, оборвав фразу, вышел. Тикки кивнул, устраиваясь поудобнее и закрепляя на поясе пряжку привязного ремня.

К рубке вплотную примыкала небольшая кают-компания, совмещенная со столовой. Она находилась на несколько ступенек ниже, и Пол, остановившись на пороге, сверху вниз окинул открывшуюся картину.

Все члены экипажа была на местах, и в кают-компании были только Кир-Пу, Курт и тот самый парнишка. Держась за отбитый бок, он переминался с ноги на ногу, с нервным любопытством озираясь по сторонам. На вид парнишка как парнишка, лет восемнадцати, загорелый, и явно городской – взглянув на его руки, Пол сразу понял, что руками этот малец работать не умеет. Ну, или ему не часто приходится это делать. Вчерашний школьник, только-только отучился в местной школе или колледже и уже рвется мир посмотреть и себя показать. За романтикой дальних странствий спешит! Но так ли? Обычно так поступают подростки, убегая из дому. Они пробираются на космические корабли за день-два до отлета, таща с собой битком набитые рюкзаки с запасными носками и тушенкой. Они рвутся как минимум в космические звездопроходцы… и каждый десятый такой «космический заяц» путает шлюзовую камеру с кладовой и кладовую с морозильной установкой и до пункта назначения живым не долетает. А это не подросток. Мешок явно не тушенкой набит и явился в открытую, да еще с каким-то предложением…

- Кто такой и чего нужно? – поинтересовался Пол, не дожидаясь, пока его заметят.

Парнишка так и подпрыгнул.

- Я… м-меня… - на щеках его вспыхнул румянец, - это… в-вы капитан?

- Да, - Пол спустился на пару ступенек ниже.

- Возьмите меня с собой!

- Хм…Почему?

- Я… вам нужны люди в команде?

- Люди? – Пол переглянулся с Кир-Пу и Куртом. – Не особенно. Только как заместители…Короче, вакансий нет.

На самом деле вакансия была, даже не одна, например, второй пилот и старший помощник. Но этих лучше воспитывать в своей среде, а не брать со стороны.

- Но мне очень надо покинуть Забегаловку… и… я заплачу!

- Ты предлагаешь деньги за провоз? У нас график. И сворачивать мы не будем. Если только высадить тебя на ближайшей перевалочной станции.

Это быловсе, что Пол мог и хоте предложить, ибо конечная цель их полета была засекречена. Чем меньше случайных людей и нелюдей будут знать, куда направился «Комета», тем меньше шансы на провал миссии.

- А мне все равно, куда лететь, - огорошил паренек. – Лишь бы подальше отсюда. Мне… у меня нет выбора – либо улетать, либо… - он весьма красноречиво провел себя большим пальцем по горлу, - и в петлю.

- Ты вне закона?

- Я совершеннолет… совершеннолетний! – запальчиво воскликнул он. – Только вот паспортную карточку того… выкинул.

- Почему?

- Чтобы меня подольше не могли вычислить. Мне правда надо улететь! Я вам все деньги отдам, только помогите убраться с этой планеты!

- Сколько?

- Пятьсот шестьдесят четыре стандартных кредо-единицы, - отрапортовал паренек и полез в карман за жетонами. – Я их обменял по официальному курсу…

Пол переглянулся с Куртом. Тот выглядел несколько ошеломленно. Видимо, рассказывая ему о деньгах, мальчишка не называл суммы. Между прочим, зарплата первоклассного пилота за полгода составляла четыреста стандартных кредо-единиц.

- Украл?

Мальчишка буквально вспыхнул. У него заалели даже уши и шея.

- Накопил! – тоненько воскликнул он. – Ну и продал кое-что… все равно они были мои! Возьмите, - он шагнул вперед, протягивая стопку жетонов. – Мне ничего не надо, только бы убраться с планеты.

Тонкие пальцы его слегка подрагивали. Почему-то Пол уставился на них, словно надеялся прочесть ответ в форме ногтей.

- Что умеешь?

- Все! Все, что скажете, то и буду делать! Я готов!

- И корабль пилотировать? И реактор заправлять?

- Я, - мальчишка побледнел, но стиснул зубы, - научите. Я готов.

Что-то было в нем такое, что подмывало Пола улыбнуться.

- Как звать?

- Тим. Тим Стронг… вы меня не прогоните?

- Испытательный срок… Курт, покажи ему угол, где он будет спать и… покажи, где моющие средства.

- У-ти, мой маленький! У-ти, мой хорошенький! – Уван Вэ-с-половиной был так счастлив, прижимая своего скрипуна к жирным складкам на груди, что охрана не смела дыхнуть, чтобы не спугнуть миг счастья. В последнее время босс так часто пребывал в дурном настроении, что, несмотря на высокие зарплаты и всевозможные льготы, некоторые уже начали подумывать о более спокойной и уютной работе полицейского. Пропажа домашнего питомца только подлила масла в огонь. И вот сейчас, кажется, все успокоилось.

- У-ти, моя драгоценность! Иди к папочке, моя крошка! Иди…что за…

Изумленный вопль, в котором смешались боль, недоумение, отчаяние и ярость, заставил охранников подскочить на месте. Двое на всякий случай выхватили лазерники, третий занял позицию за спиной босса, готовый вызывать подкрепление.

- Нет! Нет! – завопил Уван, перекрикивая своего скрипуна. – Это невозможно! Малыш! Нет, только не это!

Схватив в одну руку самого скрипуна, в другую – его хвост, Уван яростно тряс питомца так, что у того испуганно клацали зубы, а скрип получался прерывистый и хриплый.

- Нет! Нет! Помогите! Мой Малыш, он… Это невозможно! Как это случилось? Почему? Малыш, ты не мог…

Сообразив, что проблема не в нападении конкурентов – Уван Вэ-с-половиной был одним из воротил бизнеса на Забегаловке и, естественно, у него были завистники! – старший группы охраны сделал вызов. Пару минут спустя в апартаменты Увана ворвался личный ветеринар босса, приставленный к его экзотическому любимцу. С тех пор, как Малыш пропал, он находился на бессменном дежурстве – вдруг придется срочно спасать скрипуну жизнь? – и сейчас был устал и раздражен.

- Что случилось? Он ранен? Отравился? Издыхает?

- Хуже! – возопил Уван. – У него вот тут… на хвосте…

Ветеринар силой разжал судорожно сведенные пальцы босса:

- Оставьте его в покое. Вы делаете ему больно…

- Но хвост… его хвост…- стонал Уван. – Ну, если я узнаю, кто это сделал, я ему… я еще не знаю, что с ним сделаю!

Ветеринару наконец удалось извлечь помятого скрипуна из рук хозяина. Тот уже не поскрипывал, а придушенно хрипел, но мечущийся по комнате толстяк лишь ломал руки и причитал, посылая все мыслимые проклятия на того, кто тронул хвост его питомца. Врачу еле-еле удалось привлечь его внимание.

- Хвост Малыша, конечно, пострадал, но чип на месте. Я обработал ранку и наложил заживляющий крем. Через сутки, самое большее – через тридцать часов…

- Да при чем тут чип! – заорал Уван. – Эту фигню на новую заменить – раз плюнуть! Флешка! В хвосте была флешка! Я специально приказал зашить ее рядом с чипом, чтобы при сканировании сигнал забивался!

- Кому…

- Да кому угодно! Хотя бы этим придуркам на таможнях. Вечно ищут чужое…

- Кому вы приказали зашивать флешку в хвост скрипуна?

- Не твое дело, - огрызнулся толстяк. – Приказал – и все!

- Но это же редкое животное! – ветеринар безропотно проглотил оскорбление. За такие деньги, которые он получал, можно было стерпеть и не такое! – Вы подумали, что не специалист мог повредить животное? Он наверняка нарушил условия, задел какой-нибудь нерв и причинил зверьку страдания. Ваш Малыш, мог постоянно ощущать боль от введения чужеродного предмета. Он мог попытаться избавиться от него и…

- Да ничего он не мог, коновал! – отмахнулся Уван. – Он таскал ее в хвосте почти полгода и хоть бы чирикнул. Ее у него вырезали! Да, Малыш? – он взял скрипуна на руки, поглаживая колючую шерстку одним пальцем. – Тебя похитили, чтоб украсть у меня флешку с информацией? Но кто…

Внезапно он замер с раскрытым ртом. Ветеринар успел испугаться, что с боссом случился приступ – а как лечить людей-мутантов, он не знает! – но тут Уван Вэ-с-половиной отмер и со свистом втянул воздух сквозь зубы.

- Знаю, - прошипел он. – Эти нахалы… Эти воры, выдающие себя за звездопроходцев! Они украли моего Малыша, вырезали у него чип и с наглым видом вернули мне мою собственность! Да еще денег за находку потребовали… Я так и знал, что дело тут нечисто! Эй, кто там!

Ветеринар попятился, чтобы его не затолкали, и тихонько выскользнул за дверь. За его спиной босс направо и налево раздавал приказы – срочно найти тех парней, которые час тому назад вытребовали у него полторы тысячи кредо-единиц и тем самым обворовали.

На работе было скучно. Ну, что за служба у полицейского в космопорту Забегаловки? Планета насквозь криминальная. Здесь чуть ли не три четверти горожан и четверть сельского населения так или иначе связаны с преступным миром – либо воры, либо контрабандисты, либо наемники всех мастей, либо авантюристы, либо те, кто пользуется их услугами или обслуживает их сам. По сути, лишь в некоторых отдаленных районах живут люди, которых можно назвать чистыми перед законом. Нет, там тоже случаются и кражи, и угон скота и техники, и драки, и даже иногда убийства, а порой по целым неделям ничего не происходит, но все равно там гораздо безопаснее.

Хотя и не так скучно.

Там, в глуши, ты – медленно спивающийся шериф, который время от времени колесит от деревни к деревне в надежде найти зацепку и узнать, кто угнал комбайн у фермера или разнимает драку в баре, где сам только что напился до одурения. Здесь ты – полицейский, который просто торчит в уголке исключительно для того, чтобы немногочисленные гости города чувствовали себя хоть немного комфортнее. Если у кого-то из приезжих пропадет багаж, драгоценности или деньги, ему надлежит изобразить бурную деятельность по розыску пропавшего имущества, но не более того. Или если возникнет драка. Или если кто-то опоздает на свой рейс – он тоже обязан вмешаться. Но и только.

Мимо его будки прошел тип со смуглой кожей, изрисованной татуировками. Компьютер пискнул, выдавая информацию, что это Рей Крушила, один из пиратов, объявленный в розыск на шести планетах. Пришлось закрыть вирт-окошко. Конечно, можно совсем выключить, но по инструкции нельзя. Инструкция требует, чтобы связь работала. А база данных Интергалакпола пусть себе реагирует. Машине не объяснишь, что этот Рей Крушила тут не просто по делу, он имеет право тут находиться. И, пока он не начал палить в окружающих, полицейский его пальцем тронуть не посмеет. Таковы условия жизни на Забегаловке. Интересно, существуют ли миры, где преступник боится высунуть нос из убежища без страха быть пойманным?

Витр-экран опять запищал, и он выключил звук. Надоело. Он пищит каждые пять-семь минут – как только в поле зрения попадают подозрительные личности. Нет, в прямом подключении к базе данных Интергалакпола есть и свои минусы. Правительство Забегаловки очень хочет показаться лояльным по отношению к той же империи, вот и старается пускать пыль в глаза. Мол, мы только предоставляем места для отдыха космическим волкам, а всякие подозрительные личности нам не нужны, мы их – видите, уважаемые члены комиссии! – отслеживаем еще в порту. И уж когда отследим – глаз не спускаем и при малейшей возможности… ух, как мы их!.. пройдемте дальше, члены уважаемой комиссии.

Да, так местная полиция и работает. Сиди себе на дежурстве, хлопай глазами и время от времени прислушивайся к писку компьютера. И чего его понесло в полицейские? Пошел бы в бармены, как брат. Или в ростовщики, как дядя. Или…

- Чепер! Сержант Чепер, вы что, заснули?

Он даже вздрогнул от хлопка. Дверь в его кабину распахнулась, на пороге стоял сам начальник участка.

- Я вас звоню-звоню, а вы… думал, его на месте нет, отошел отлить или выпить, а он… Вы чем тут занимаетесь?

- Эм…мониторю, - Чепер посмотрел на экран. В уголке мигала иконка – восемь неотвеченных сообщений. Восемь?

- Мониторит он… Ладно, сержант, собирайтесь. Дело есть!

- Так точно!

Дело – это хорошо. Он готов на любое дело, лишь бы не скучать. Да и размяться лишний раз тоже хорошо. А то задница скоро в стул врастет!

В участке его с рук на руки сдали самому командору Аленде, вызова к которой боялись больше, чем лезть под пули. В перестрелке между бандитами тебя, скорее всего, быстро убьют – и все. А тут полчаса мучайся, а после чего надо как-то жить дальше. Говорят, эта баба сама наказывает провинившихся, да так, что потом парни в петлю лезут или бегут из полиции в космические пираты. А в чем провинился он? Только ли в том, что упрямо не отвечает на звонки?

- Садитесь, Чепер, сейчас побеседуем, - командор Аленда что-то строчила на ноутбуке и лишь мотнула головой, указывая, какое из двух кресел он должен занять. Сержант сел, поелозив задницей по сидению, и осторожно коснулся подлокотников – не сработают ли автоматические зажимы, означающие, что беседа превратилась в допрос.

- Итак, - командор резко встала, и Чепер вздрогнул. Имирес Аленда была худой, жилистой, с вытянутой грубой физиономией. Если у нее и были типично женские признаки пола, то она так удачно прятала их под формой, что предположить их наличие можно было лишь теоретически. – Итак, вот вы какой… сержант Чепер.

Она вышла из-за стола и встала перед ним, скрестив руки на груди.

- Мне рекомендовали вас, как умного, ответственного, честного и деятельного сотрудника с богатым воображением и здоровым честолюбием.

Не решаясь задумываться над тем, кто дал ему столь лестную характеристику, Чепер лишь кивал на каждое ее слово.

- Я посмотрела ваш послужной список и не нашла, к чему придраться. Ни одного серьезного взыскания, кроме таких, что лишь подтверждают ваши характеристику. Поэтому я остановила свой выбор на вас.

Он напрягся. За этими многообещающими словами могло скрываться все, что угодно.

- Совершено преступление. Ограблен один из наших уважаемых граждан. Воры воспользовались его доверчивостью и маленькими человеческими слабостями, чтобы покуситься на самое святое… На его домашнего питомца! Пострадал не только маленький наивный зверек от двуногих чудовищ, называющих себя разумными существами. Душевная травма нанесена его владельцу, который до сих пор не может опомниться от того унижения, которое пришлось перенести беззащитному существу! Мы должны остановить этих выродков и вернуть собственность хозяина! И мы решили, что вы – наилучшая кандидатура для данного дела!

Хвала всем святым духам земли и космоса! Все-таки расследование! Хотя… странное оно какое-то. Если честно, он ждал чего-то другого.

- Эм…

- Да, можете идти выполнять приказ.

- Эм… нет, - сержант обнаружил, что все еще сидит в кресле, вцепившись в подлокотники всеми десятью пальцами. – Можно кое-что уточнить?

- Вопросы? – казалось, командор Аленда сильно удивлена. - У вас есть вопросы?

Он сам на себя удивлялся, однако, спросил:

- То есть, мне надо вернуть зверька хозяину? Какой породы зверек?

- При чем тут это? Питомец – породы скрипун, если это вас интересует! – ввернула женщина ядовитым тоном. – Уже благополучно возвращен владельцу и сейчас проходит курс реабилитации после плена в одной из лучших ветеринарных клиник города. Просто у него в хвосте была зашита флешка с важной информацией. И воры, завладев зверьком, удалили флешку! – голос командора дрогнул. – После чего подкинули истекающее кровью несчастное существо хозяину на порог, да еще и имели наглость потребовать денег в благодарность за то, что вообще возвращают его питомца живым!

- Какое коварство, - не удержался сержант.

- Да, их наглость и цинизм превышает все допустимые пределы. Играть на чувствах животного… Это… это ни в какие рамки не лезет. Вы обязаны найти этих вандалов! Найти и вернуть то, что они украли!

Решительным жестом она протянула руку к своему ноуту, извлекла из гнезда записывающий кристалл и протянула сержанту:

- Вся дополнительная информация здесь. Действуйте!

Сержант Чепер осторожно протянул руку, ожидая, что вот-вот командор Аленда отдернет ее. Или флешка, как живая, выпрыгнет из пальцев. Или взорвется в руке. Или сюда ворвется спецназ. Или… ну, обязательно должно что-то произойти. Потому что вот не бывает такого, чтобы – р-раз! – и монотонное течение жизни было нарушено так просто.

И хлопок двери за спиной лишь заставил его вздрогнуть. Он этого ждал.

А вот командор Аленда – нет. Ее некрасивое вытянутое лицо вытянулось еще больше, глаза как-то странно выпучились, а рот искривился в нервном оскале:

- Кто посмел?..

- Чрезвычайное происшествие, командор! – Чепер по голосу узнал одного из старших патрульных и развернулся на каблуках, готовый приветствовать его. – Похищение!

- Мы уже знаем…

- Эм… - начальник патруля запнулся. – Но это передано по внутреннему каналу только что… Буквально полторы минуты назад…- он двумя пальцами протянул крохотную флешку. – Официальное заявление…

- Что еще у вас случилось? – прищурилась командор. – Мы заняты делом…

- Но это… это… вы должны знать…К нам обратились из торгового представительства змеелюдов, - старший патрульный попеременно то краснел, то бледнел. На приветствие сержанта он не обратил никакого внимания. Ибо если змеелюды обвиняют в чем-то людей, это всегда проблемы.

- Давайте.

Флешка скользнула в разъем. Двое полицейских склонились к экрану, почти закрыв обзор от Чепера, и тот невольно подался вперед. В нем взыграло любопытство – что там такое? Краем глаза ему удалось заметить какую-то фотографию.

- Эй, кажется, я его где-то видел…

Начальство обернулось на подавшего голос подчиненного, и сержант почувствовал себя весьма неуютно. Настолько неуютно, что тут же открыл рот, чтобы попросить об отставке.

- Где? И когда? – прошипела командор, выпрямляясь. Ее глаза злобно загорелись, словно она была киборгом, и внутри у нее зажглась сигнальная лампочка.

- Эм… только что… в смысле, кажется, сегодня… - залепетал сержант, пятясь к дверям. – Камеры слежения на посту… по-моему, он или кто-то, на него похожий, сегодня…э-э… проходил мимо и…

- На пост!

Чепер выскочил за порог. Старший патрульный последовал за ним, и командор Аленда – вот уж сегодня поистине необычный день! – безропотно позволила мужчинам выйти первыми и не стала возмущаться, мол, пропустите женщину вперед! Более того, следовала по пятам, не пытаясь прорваться в первый ряд. И даже почти молчала, пока Чепер, внутренне содрогаясь и от волнения промахиваясь по кнопкам, на своем пульте торопливо отматывал записи на несколько часов назад, просматривая изображение с шести подчиненных ему камер наружного и внутреннего наблюдения.

Космопорты Забегаловки настолько часто служили для того, чтобы здесь останавливались контрабандисты и совершались сомнительные сделки, что камеры стояли тут лишь как дань общей традиции – раз есть большое скопление людей и техники, значит, надо за ними наблюдать, как бы чего не вышло. Программа распознавания лиц, предоставленная центральным офисом Интергалакпола – и обновлявшаяся каждый месяц – исправно время от времени выдавала красный стоп-сигнал – когда в поле зрения камер попадал силуэт очередного находящегося в розыске типа, или кого-то, имевшего с ним сходство более пятидесяти процентов. В местном отделении знали, что здесь полным-полно криминальных элементов, но предпочитали закрывать на это глаза – центральный офис далеко, а местные бандиты близко. Сегодня ты арестовал обвиненного в контрабанде пирата, а завтра твою машину «случайно» обстреляют во время разборок уличных банд. И хорошо, если ты к тому времени не будешь сидеть за рулем. Поэтому полиция, конечно, и следила за порядком, и проводила аресты, но лишь в том случае, если объявленный в розыск знаменитый грабитель нарушал местные законы. А пока он вел себя прилично, не ввязывался в драки и скандалы, он мог спокойно жить и не боялся ходить по улицам.

Вот и сейчас трое полицейских лишь отмахивались от то и дело выскакивающих вирт-окошек с информацией о том, что система обнаружила еще одного беглеца от закона. Отключить эту опцию, увы, было невозможно. Приходилось терпеть.

- Вот! Вот он!

Сержант Чепер ткнул пальцем в экран. По картинке побежала рябь, на несколько секунд исказившая изображение. Когда же оно успокоилось, старший патрульный испустил судорожный всхлип.

На экране появился невысокий худощавый русоволосый молодой мужчина земного типа, возглавлявший группу из семи человек. Среди спешащих куда-то пассажиров, космолетчиков и просто посетителей компания выделялась спокойствием и целеустремленностью. Они пересекли поле обзора видеокамер и скрылись из вида.

- Где это? – прошипела командор Аленда, тыча пальцем подряд во все кнопки настроек.

- Шестой зал. Выходы три, пять и одиннадцать, - подсказал Чепер. – Там… другой участок.

- К нему! – на сей раз женщина выскочила первой.

Еще полчаса спустя – и, соответственно, три поста – и стало известно не только, куда направлялся мужчина, осмелившийся обмануть змеелюдов, но и куда он направлялся.

Глава 7

ГЛАВА 7.

- Кэп, он очнулся!

Пол притопил кнопку внутренней связи. Ну вот, он только-только уединился в каюте, чтобы расслабиться и отдохнуть! Прошло всего каких-то четверть часа – если быть точным, шестнадцать с половиной минут! – и вот он снова кому-то понадобился. Он с неохотой свернул экран планшета, отложив на потом увлекательное занятие просмотра скачанной за время стоянки новостной ленты местных социальных сетей и особенно специализированной группы «Купи-продай-возьмизатак!» Новости никуда не денутся – все равно некоторые к моменту закачивания успели остыть, - а вот работа не ждет.

«Комета» уже вырвалась из системы и постепенно увеличивала разгон, ложась на курс. Пройдет еще часа три прежде, чем они разгонятся до нужной скорости, еще не меньше трех часов прежде, чем долетят до первой «норы», а там… там все пойдет по накатанной схеме – «нырок», выход из «норы», торможение, поворот на новый курс, разгон, подлет к очередной «норе», опять «нырок» и так еще восемь раз. Время между «нырками» составляло от пяти до восьми часов. Лишь последний участок будет долгим – почти тридцать часов «пустого» лета, пока на экранах не появится нужная система. Всего они проведут в полете чуть больше ста двадцати часов. Времени на то, чтобы просмотреть новости, достаточно. В космосе всегда так – несмотря на развитие средств связи, расстояние оставалось главным препятствием. И о многих событиях люди узнавали лишь через месяц, а то и полгода после того, как те благополучно завершились. Например, Пол о том, что банкирский дом «Томиш и дети» лишил его кредита, узнал почти через трое суток после того, как решение было принято. А ведь у банков одна из самых совершенных систем связи!

Ладно. В черную дыру все банки. Со вчерашнего дня он свободен от них. «Комета» выкуплена, долги по всем кредитам уплачены сполна и даже добавлено по десятку кредо-единиц сверху, чтобы у банка не было шансов впаять им штраф за грошовую недостачу. У него даже есть почти три тысячи кредо-единиц на счету – и будет еще столько же после того, как он выполнит несложную работенку. Правда, если он облажается, ему не миновать долговой ямы, но…

Нет, прекратить! Все это может и не произойти. А вот вызов дока – это серьезно. Это то, что происходит уже сейчас.

Дока Пол нашел не в медотсеке, а в одной из кают, куда накануне перед стартом принесли бесчувственного Зигу. Чтобы пьяница не очнулся раньше срока – то есть, пока «Комета» не стартовала, док вколол ему пару кубиков немотала, слабого наркотического препарата, вызывающего сонливость. Очень, знаете ли, помогает тем, кто боится летать. Его, между прочим, иногда даже в летной школе новичкам дают – если стажер внезапно запаникует на старте.

Сейчас действие немотала закончилось, и Зига пришел в себя. Все еще заторможенный, он озирал каюту удивленным взором. Наконец, взгляд его остановился на трех склонившихся над ним лицах – докторе, «контактере» Курте и Томбе 119. Сам Пол тоже присутствовал, но пока оставался на пороге, наблюдая.

- Кто… где я? – был первый его вопрос.

- На корабле, - коротко ответил док. – Малый крейсер «Комета».

- Аа-а-а…как я сюда попал? И… - он только сейчас заметил, что туго пристегнут ремнями к койке, - что п-происходит?

- Хороший вопрос. На него я отвечу чуть позже, - улыбнулся док. – Но сначала я, как врач, должен проверить ваше состояние!

Он склонился над лежащим с медсканером.

- Эй! Это чего? – тот попытался отдернуть руку, но не смог. – Отпустите меня!

- Без обследования? Никак не могу! И не дергайся ты так, - повысил голос док, - не мешай мне выполнять врачебный долг!

- Какой еще долг? Я здоров, только вот…

- Что «вот»? Голова болит? Живот! Общая вялость? Дай-ка я кровь на анализ возьму! – он ловко пришлепнул к предплечью шприц-диагност.

- Да зачем все это?

- Как – «зачем»? А если аллергия на лекарства? Или какие-нибудь заболевания, врожденные или приобретенные? Ты, насколько известно, многовато пил в последнее время…

- Не твое дело! – Зига опять начал дергаться.

- Как раз мое. Я - врач. В мои обязанности входит следить за здоровьем членов экипажа…

- Членов… чего?

- Экипажа. Мы…

- Мы чего? – у Зиги округлились глаза. – В космосе, да?

- В нем самом, - кивнул доктор, углубляясь в изучение показания диагноста. – Что ж, могу поздравить. Пока в вашей крови ничего подозрительного не обнаружено. Конечно, предстоит всестороннее исследование, но…

- Ребята, - Зига вывернул шею, глядя в первую очередь на Курта. – скажите, что это не так? Где мы, ребята? Только не говорите, что мы в космосе!

- Но это так, - развел руками Курт.

- Но как я сюда попал?

- Принесли. Еще позавчера.

Лицо Зиги залила такая бледность, что врач опять схватился за диагност.

- П-позавчера? – переспросил он.

- Да.

- Но… дьявол, да как вы… да… что вы… да…ёпрст… Что вас всех… ур-оды… твари, сучьи дети… Да, ё…Р-развяжите меня, твари! Недоноски клятые…

Некоторое время он, как одержимый, бился в ремнях, проклиная все и вся. Глаза Зиги закатились, на губах выступила пена, а койка, хоть и была приварена к полу, время от времени угрожающе потрескивала.

- Немотала, быстро, - распорядился Пол от двери.

- Держите его, - док кинулся к полочке с лекарствами.

Томба и Курт навалились один на грудь, второй на ноги беснующегося механика, и док вколол ему дозу. Через полминуты припадок стал слабеть, крики начали стихать.

- Козлы пар-рхат-тые, - заплетающимся языком промолвил Зига, обмякнув в путах. – Справились… все на од-дного… а я…да я всех вас… с-суки…

- А теперь послушай меня, - Пол решительно шагнул вперед, отстраняя дока и остальных. – Я – капитан этого корабля, Поллард Руд Хэмир. Наш корабль летит в Солнечную Систему, в созвездии Девы. Ты – Зига, когда-то служил на лайнере «Затонувший», который потерпел аварию на орбите Забегаловки. Механиком. Нам тоже нужен механик… и мы встретили тебя. Ты был пьян и не помнишь подробностей, но мы там тебя наняли и после выпили за это. Потом ты вырубился, и нам пришлось тащить тебя сюда, на «Комету», где док больше суток плясал над тобой, пытаясь снять последствия алкогольного отравления…

Док, который все это время занимался прямо противоположным делом, удивленно вытаращил глаза, но Пол только махнул ему рукой – мол, не мешай! – и, как ни в чем не бывало, продолжал:

- У нас есть куча-мала свидетелей. И у меня есть твоя подпись под стандартным контрактом! Ты завербовался ходить на «Комете» три стандарт-цикла, считая с позавчерашнего дня. Тысячу сто дней… вернее, осталась уже тысяча девяносто девять дней. Контракт я могу перекинуть на твой наручный комм… но ты его пропил!

Зига вытаращил на Пола побелевшие от ярости глаза.

- Врешь, - выдохнул он. – Не было такого!

Пол холодно улыбнулся и, не отводя глаз, на ощупь активировал свой комм, вызвав файл с контрактом.

- Это – код твоего чипа? – ткнул он пальцем в самый низ вирт-окошка, где пульсировало несколько цифр.

- Эм… ну, я… - Зига заволновался. – Но это невозможно! Вы… ты… его подделал! Это не мой код!

- Да? Значит, ты попытался продать нам кого-то другого? Получить аванс и слинять, заставив гоняться по всей Забегаловке за фантомом? А что, если это не фантом? И что, если твой неправильный код принадлежит грудному младенцу? Или женщине из глухой деревни? Или престарелому инвалиду? Ты хотел подставить меня? Не выйдет, Зига. Твой это код или нет, но ты поставил подпись под контрактом. Ты присутствовал при заключении контракта, ты не протестовал, когда я начал заполнять контракт и даже получил аванс наличными… который тут же пропил, практически на моих глазах!

Зига побледнел опять.

- Врешь, - повторил он. – Не было такого…

- Может быть. Я не обязан оправдываться перед новичками. Мы на корабле. Корабль – в глубоком космосе. Я – капитан этого корабля. И мое слово здесь – закон. А не нравится – проваливай отсюда!

- А что, - напрягся тот. – И уйду.

- Отлично! – Пол выпрямился, отступил на шаг. – Прямо сейчас. Томба, открывай шлюз… Курт, дуй за Кир-Пу. И пусть Шушера тоже придет. Док, отстегнешь зажимы, когда я скажу. Выполнять!

Курт молнией выскочил за порог. Томба помялся, но тоже двинулся к выходу.

- Что вы хотите сделать? – оскалился Зига.

- Ты сам решил уйти с корабля, - прищурился Пол. – Я собираюсь тебя отпустить. Поскольку мы спешим, сделаем это на ходу Выбросим из шлюза.

Мужчина подавился воздухом.

- Из ш-шлюза? Н-но… мы же… это… Вам это даром не пройдет!

- Да? Все видели, как ты уходил с нами. И если нас спросит, нам найдется, что ответить… И поверят нам, а не тебе, потому что нас больше! Кир-Пу! Пора кончать с этим!

- Я тут, - в каюту ввалился стрелок. – Кого надо кончить?

- Но… - Зига попытался вжаться в постель, - я не хочу…

- А я не могу, - парировал Пол. – Ты пожелал покинуть судно. Я предоставляю тебе такую возможность, поскольку ты не мой человек…Кир-Пу, давай.

- Ага! – стрелок хрустнул пальцами, занимая позицию. Док коснулся зажимов.

- Не-е-ее! – заорал Зига, когда Кир-Пу заломил ему руку, рывком сдергивая с постели. – Не наа-а-адо! Я не хочууу-у-у…

- Давай, - Пол отступил к стене, чтобы не путаться под ногами. – Томба, шлюз?

- Ага! – крикнул тот с другого конца коридора. Кир-Пу усилил нажим, едва не выламывая руку Зиги из сустава.

- Не-е-ет, - тот уперся ногами. – Пустите! Я буду работать! Я согласен на контракт! Согласен…

- Хм, - Пол привалился к стене, довольно щурясь. – Давно бы так… Отпусти его, Кир-Пу… Док, вколи ему универсальную вакцину. Нам только заразы не хватает!

А если док немного «перестарается» и добавит заодно чуть-чуть успокоительного – тем лучше.

Наконец-то долгий день закончился! Видят духи космоса – а кто-то следит из Бездны пустыми глазами погасших звезд! – что он за сегодня очень устал. Два «нырка», практически один за другим, с разницей каких-то четыре часа. Не каждая машина выдержит такую нагрузку, не то, что человек. Впрочем, люди такие твари – рано или поздно привыкают ко всему.

Взять хотя бы этого новенького, Зигу, полное имя которого, если верить ему самому, оказалось Зигфрид. Зигфрид Штейн, как вам? Потомственный землянин «всего-навсего» в шестом поколении. Родители как-то сумели эмигрировать со Старой Земли, хотя всем известно, что ее обитатели, чьи предки отказались от шанса покинуть планету, сейчас живут в добровольной изоляции. Старая Земля, колыбель для человечества, не слишком приятная для жизни планета. И дело не только в ее экологии – в свое время люди бежали на звезды, как раз спасаясь от катастрофических изменений климата – сколько в законах, которые там царят. Прогресс почти не затронул повседневную жизнь землян. Там даже до сих пор слабо распространен воздушный транспорт. Флайеры, говорят, такая же редкость, как где-нибудь на Нью-Марсе, родине Пола, гужевой транспорт. Старая Земля – не путать с Новой Землей, Второй Землей и Дальней Землей! – что-то вроде заповедника. Там можно сносно жить – если ты там родился! – но вот переселиться туда, равно как и оттуда выбраться, весьма и весьма сложно. Как это удалось предкам Зигфрида – тайна. Может, в ту пору была очередная война, и они просто эмигрировали подальше от стрельбы и суматохи! Пол не знал историю, вернее, благополучно забыл все, чему его учили в школе, и не желал думать ни о чем, связанном с работой.

Работа… ах, да! Этот самый Зигфрид Штейн, механик с грузового лайнера «Затонувший». Какой идиот дал кораблю такое имя? Мол, в космосе воды нет, тонуть негде? Все равно лайнер погиб – не утонул, так «наскочил на рифы», вернее, врезался в астероид. Их, кстати, не там уж и много возле Забегаловки. Самые крупные обжиты ремонтными базами или превращены в склады, средние либо расстреляны в пыль, либо оттащены подальше. Остались только мелкие и залетные. В один из них и врезался «Затонувший». Спаслись не все. Компания отказалась выплачивать страховку в полном объеме – то есть, на то, чтобы как-то существовать, хватало, а чтобы вернуться на родину, нет. Зига спивался, не имея возможности скопить на билет – страховки хватало только на то, чтобы не умереть с голоду и оплатить койку в ночлежке – и сперва бунтовал, попав на борт судна, где спиртное выдается капитаном под расписку по особенным случаям. Бесила его и необходимость работать в паре с веганцем – потомок землян оказался тем еще ксенофобом. Он даже за столом садился как можно дальше от темно-синего веганца и демонстративно старался не смотреть в его сторону даже в разговоре. Но уже сутки спустя вполне смирился с существующим положением и за вторым своим ужином увлеченно обсуждал, как можно перенастроить работу аккумуляторов, чтобы они потребляли меньше энергии на старте. И даже обещал их самолично отремонтировать, не доверяя «этой синей обезьяне», если капитан доставит ему какую-то проволоку три на полтора микрона и адаптер. Что это такое, Пол не знал, но внес в комм сведения о том и другом. Инициативу работников надо поощрять. По крайней мере, показывать, что приветствуешь их начинания и внимателен к идеям. Правда, сцену резко подпортило то, что механик выступил с инициативой не просто так, а в расчете на то, что, обрадованный капитан вознаградит его выпивкой. Но уже одно это могло быть обнадеживающим фактором. Если только не…

Уже растянувшийся на койке с планшетом и открывший скачанную позавчера новостную ленту – некоторые ссылки даже открывались, что говорило о том, что корабль пролетает вблизи какой-то развитой планеты, - Пол внезапно насторожился. Показалось или нет, но где-то в недрах корабля что-то зашуршало.

Он приподнялся на локте. По корабельному времени была уже ночь. Полчаса тому назад официально объявили отбой, и первая смена заступила на вахту. Сегодняшняя ночь принадлежала Шушере и Тикки. Навигатор взял нового связиста под свою опеку – пусть привыкает. Тикки вроде не возражал. Завтра будет черед сторожить Полу и Чесни. Послезавтра, на третью ночь, они будут вынуждены сделать остановку на одной из станций, чтобы дать всем выспаться. Это удлиняло путь почти на тридцать часов корабельного времени – на пути к Старой Земле таких остановок было предусмотрено две – зато Пол приводил своих людей на место отдохнувшими и готовыми к работе. А работа предстояла серьезная. Это тебе не пару контейнеров с места на место перевезти и не контрабандой приторговывать! Поллард Руд Хэмир подписался не много не мало, как на перевозку самого ценного, что есть на Старой Земле – ее…

Опять этот шорох! Нет, ему точно не мерещится. Кто-то бродит по кораблю после отбоя! Кто бы это мог быть? Тикки и Шушера на вахте, остальные должны быть в каютах. Даже посещение гальюна первые три часа после отбоя под запретом! Кому там не спится? Ну, если это Зига колобродит! Получив отказ от капитана – мол, за такую мелочь «стаканчик для успокоения нервов» не полагается! – он заметно расстроился. Ну, если этот выпивоха пошел самостоятельно добывать выпивку…

Кажется, зашипела пневматика. Открылась внутренняя дверь. Каюта?

Пол отложил планшет и сел, свесив ноги. Рука сама нашарила парализатор. Капитан единственный имел право постоянно носить оружие. Даже Кир-Пу был обязан являться к столу с пустыми руками. Вне общих трапез мог хоть увешаться своим арсеналом, но только Пол держал оружие под подушкой. И не потому, что не доверял своим людям… хотя, как выяснилось, зря.

Не тратя времени на то, чтобы накинуть куртку поверх нижнего белья, и лишь сунув ноги в мягкие сапожки, он тихо толкнул свою дверь, боком выскальзывая в коридор. Обязательные военные сборы, которые он прошел, как здоровый совершеннолетний мужчина, не прошли даром. Переборка, мягко вставшая на место, издала больше шума, чем он, выскальзывавший в коридор.

«Комета» спала. Были погашены почти все огни, кроме некоторых аварийных ламп, которые отмечали некоторые двери. Пол сперва даже испытал разочарование, когда увидел, что свет пробивается из неплотно прикрытой двери в одну из жилых кают. Все-таки это не Зига, шарящий в кладовой в поисках спиртного!

Голоса. Один знаком, принадлежит Курту. А кто второй?

- Думаешь, я не понимаю? Я все понимаю, - карго шептал тихо, но страстно. – Ты не думай, я сразу все понял…

- Ничего ты не понял, - отрезал второй голос, помоложе и потоньше. Интересно, кто бы это мог быть?

- Ты так считаешь? Ты мне не веришь?

- Нет.

- А зря. Я умею хранить тайны. Доказать?

- Не надо!

- Ты хочешь, чтобы о тебе все узнали?

- Что узнали?

- Кто ты есть на самом деле!

- Ты ошибаешься!

- А вот и нет. Думаешь, я просто так уломал Кир-Пу тебя взять? Я сразу раскусил, кто ты. Не знал только, для чего тебе это понадобилось!

- Не твое дело!

Этот мальчишка! Пассажир, приставший к ним на Забегаловке перед самым отлетом. Теперь Пол вспомнил. Его зовут Тим Стронг. Восемнадцать лет, родился, по его словам, в городе. Всю жизнь мечтал выбраться с этой планеты, сколько себя помнил, копил деньги, чтобы улететь с Забегаловки. Терпел так долго лишь потому, что жалел мать. Недавно она умерла. Родственники собирались заставить Тима участвовать в семейном бизнесе – они были какие-то мелкие торговцы – но паренек собрал вещички и был таков. Он молча, не задавая лишних вопросов, отдраил гальюн, камбуз, кают-компанию и даже прошелся по нижней палубе, хотя заплаченных денег вполне хватило бы на то, чтобы сидеть, сложа руки. И даже ужинал вместе со всеми, хотя и не вступая в разговоры. Видимо, Курт, на правах контактера, решил его разговорить. Но что за тайны там у них? Что такого понял карго, что ускользнуло от внимания всех остальных?

- А чье тогда? Капитана?

- Он тем более ничего не должен знать! – голос Тима определенно дрогнул от… страха?

Так, а вот это уже становится интересным! Что за тайны могут быть от капитана у членов его экипажа? С другой стороны, Тим Стронг скорее пассажир, лезть пассажирам в душу чревато потерей репутации. Полу приходилось тайно переправлять с планеты на планету подозрительных типов, которые даже в гальюн выбегали с оглядкой, а трапезничали у себя в четырех стенах. Он знал, что порой умение держать язык за зубами может спасти жизнь. Но если его собственный карго знает что-то и скрывает это от капитана, то куда это годится? С другой стороны, он знает тайну пассажира и обязан молчать.

- Почему? – Курт задал этот вопрос вслух с мысленным вопросом самого Пола, и тот раздумал вмешиваться.

- Я… это не твое дело. Так надо.

- Кому? Тебе?

- Да.

- А ты не думаешь, что заходишь слишком далеко? Твои тайны могут повредить нам!

Тим издал какой-то странный звук, и Пол дорого бы дал, чтобы увидеть выражение его лица. Жаль, он не установил в каютах систему слежения!

- Нет, если…

- Если что?

Молчание.

- Тогда скажу я. У тебя есть тайна. Я ее знаю. И готов ее сохранить. Даже при условии, что она может повредить кое-кому… Но это опасно. Я не готов рисковать своей шкурой бесплатно!

- Чего ты хочешь?

- Тебя!

Сдавленный крик сорвал Пола с места. Вскинув парализатор, капитан замер в дверях:

- Р-руки!

Вцепившийся в Тима Курт застыл, как парализованный. Даже будь их объятия совсем невинными, выражение ужаса на лице паренька ставило все на свои места. Оба уставились на дуло парализатора в руках капитана.

- Убери от него руки, извращенец! Или я стреляю!

Трусость Курта и здесь сыграла на руку. Он позеленел едва ли не больше, чем его жертва.

- Кэп, ты… ты ведь не сделаешь этого? Ты… ты даже не знаешь, что…

- Не знаю и знать не хочу! Отцепись от него и пошел вон!

- Но кэп, ты… Я ведь твой человек, Пол, а это на самом деле… Глянь!

Одной рукой заламывая Тиму руку, другой Курт схватил мальчишку за грудь, собираясь…

И тогда Пол выстрелил. Выстрелил, переведя заряд на минимум, но этого хватило, чтобы карго судорожно задергался и упал на пол. Тим шарахнулся в дальний угол, вжимаясь в стену и обняв себя за плечи. Губы его задрожали, глаза наполнились ужасом.

- Заорешь – пристрелю тоже, - цыкнул Пол, засовывая парализатор за резинку трусов. – Лучше помоги. Мелкий, урод, а тяжелый… Хватай за ноги!

Тим неловко нагнулся, приподнимая тело Курта за ботинки. Волоком – силы в парнишке оказалось маловато – они дотащили его до кладовки, куда Пол свалил так и не пришедшее в себя тело и запер дверь снаружи.

- Вот так.

- Что вы хотите с ним сделать?

- Ничего особенного. Не выкину в шлюз и не спишу на грунт. Он мне нужен. Без карго нам не обойтись. Но если подобное повторится, пусть пеняет на себя. Кастрирую.

Тим даже споткнулся:

- П-почему?

- Он нарушил звездный закон. Знаешь, какой?

Парнишка помотал головой. Глазищи на его бледном лице делали его похожим на переодетую девчонку. На какой-то миг Пол даже почти понял Курта.

- Экипаж – одна семья. Одна, понимаешь? Любые шашни на борту между своими запрещены. Родню на борт не допускают. Даже если муж и жена. Исключение – брат и сестра, родитель и ребенок. Любовников либо обоих списывают на грунт, либо увольняют одного из них. Женщину. Насильников можно просто за борт выкинуть. Сошел на грунт – милуйся, с кем хочешь. Хоть в борделе, хоть найди партнера на соседнем судне. Но здесь это не принято. Понял?

Тим кивнул, тараща на капитана свои невероятные глазищи. Интересно, может, его дома тоже за девчонку принимали? Мордашка симпатичная, сам стройненький, худощавый… в некоторых борделях такие мальчишки пользуются спросом не только у пожилых матрон. Есть много мужчин, готовых на все ради упругой попки такого красавчика. Небось, потому и сбежал, что прохода не давали всякие любители…

- А еще, - помолчав, другим тоном добавил Пол, - Курт нарушил расписание. Первые три часа после отбоя – мертвое время. Любые перемещения по кораблю запрещены. Даже в гальюн. Так что шагай к себе и запрись изнутри!

Тим кивнул и ринулся прочь.

Когда дверь закрылась за ним, Пол поправил трусы, сползающие из-за небрежно засунутого под резинку парализатора, и уже собрался идти к себе, когда в спину его догнал дрожащий голос:

- Спасибо! Вы… добрый!

За эти сутки Юлий уже несколько раз возблагодарил судьбу и концерны, производящие яхты экстра-класса за то, что его «Бабочка» была столь быстроходна. О том, чтобы вернуть флешку, якобы случайно выпавшую из хвоста скрипуна, хозяину зверька, не было и речи. Во-первых, время упущено. А во-вторых, команду снедало любопытство – что там такое скрыто, что требовалось зашить в хвост маленького зверька? А вдруг там счет в банке на предъявителя? Вдруг там коды доступа в систему ПВО самой Метрополии? Вдруг… да мало ли, что может быть записано на крошечном кристалле-носителе! Любая информация имеет свою цену – это понимаешь, когда сталкиваешься с нею. Как и то, что за все в этой жизни надо платить.

С последним утверждением Юлий был согласен – при условии, что платить будут ему. Поэтому, едва «Бабочка» была заправлена и аккумуляторы зарядников до упора накачались энергией, в воздуховодах забурлила свежая воздушная смесь, а кладовая оказалась битком набита свежими, не просроченными консервами, он дл приказ стартовать.

- Куда? – только и спросил Джек, активируя свою половину пульта.

- Куда угодно, только побыстрее и подальше.

- Сделаем, - кивнул тот. – Как насчет «север-низ-три-одиннадцать-два»?

Рекс, к которому он обращался, кивнул и передвинул микрофон, вызывая машинное отделение:

- Полный форсаж через три… две… одну… Давай!

Перегрузка вдавила Юлия в ложемент так, что он невольно скрипнул зубами. Несколько долгих секунд ему казалось, что сейчас его внутренности размажет тонким слоем даже не по сидению, а по задней стенке рубки, и он уже готовился потерять сознание от боли, но тут все закончилось так резко, что его по инерции буквально вытолкнуло из кресла. И, если бы не ремни, он бы воспарил в невесомости.

- Что за…

К счастью, и это закончилось также быстро. Вернувшаяся нормальная – ну, почти нормальная, небольшая перегрузка все-таки оставалась! – тяжесть вернула его на место. Он подвигал плечами, провел языком по зубам, проверяя их целостность, несколько раз глубоко вздохнул, чтобы убедиться, что ребра не раздавлены, и только после этого обратился к пилоту и навигатору:

- Ну, и что это было?

- Да так, - Рекс выглядел виноватым, но глаза гордо светились, - попробовал кое-что… Нормально, капитан?

- Ничего себе нормально! Что это за кульбиты, черную дыру тебе в задницу?

- Ребята в баре рассказывали как-то раз про «скачковый старт»… давно уже…Пока у нас ресурсы были на нуле, я не рисковал, а вот теперь попробовал. И как вам?

- Пока никак. Что с кораблем? Доложить о состоянии всех систем.

Парни с готовностью защелкали тумблерами, наигрывая заодно на клавишах быстрые мелодии.

- Двигатели в норме… обшивка в норме… давление в котлах – норма… баланс кислорода – норма… давление – одна и одна десятая нормы… отражатели – норма…расход топлива – одна и две десятых нормы… уровень зарядников – ноль восемьдесят нормы, - послышались быстрые отрывистые ответы.

- Трасса?

- Сейчас будет, - Джек углубился в работу. Пару минут спустя они и Рексом положили яхту на курс. «Бабочка» летела зигзагом, удаляясь от системы Забегаловки вглубь сектора. Юлий одобрил маршрут, исходя из практических соображений – во-первых, в «толпе» планет и станций легче затеряться, а во-вторых, там же есть, кому в случае чего продать содержимое флешки. Если, конечно, оно того стоит.

До первого «нырка» они все-таки сидели, как на иголках и то и дело приникали к обзорным экранам – не появится ли на радарах погоня? Но космос был, как всегда, пуст, и, пожалуй, впервые за долгое время это не огорчало, а радовало. И все-таки с облегчением Юлий вздохнул только после того, как «Бабочка» вынырнула из «норы».

Прыжок был небольшой – они остались в том же секторе, только, так сказать, в противоположном его углу. Здесь было всего шесть населенных планет – две человеческие две населенные ксеносами и еще две колонии под куполами – зато станций оказалось аж четырнадцать.

- Куда летим?

- Сюда, - Юлий наугад ткнул пальцем в одну из точек на экране. Тот пошел рябью, словно протестовал против подобного обращения. «Не трепещи, моль бледная!» - мысленно ругнулся Юлий. Да, он по-своему был привязан к «Бабочке», поскольку вот уже несколько лет яхта была его единственным домом. Да, он, как многие звездопроходцы, относился к ней, как к живому существу, но и мысленно ругался на нее, как на живое существо, порой жалея, что не может отлупить как следует за капризы и наказать, поставив в угол и лишив сладкого, словно ребенка. Но, с другой стороны, а два года в пустынных секторах, на ворованном топливе, работая без отдыха – это разве не наказание? И разве не имела после этого права его яхточка чуть-чуть покапризничать?

«Ладно-ладно, подруга. Ты устала, а тебе не дали отдохнуть и сорвали с места, - мысленно проворчал Юлий, радуясь в душе, что никто не слышит, как он разговаривает с яхтой. – Но обещаю – как только разбогатеем, я поставлю тебя на отдых на самом дорогом космодроме и организую тебе полный апгрейд и ремонт. Даже рубку покрашу. В розовый… нет, в бежевый цвет!»

Охваченный приступом сентиментальности, он коснулся рукой края пульта.

- Капитан, ты чего? – обернулся к нему Джек.

- А?

- Да лицо у тебя стало… странное, - пожал плечами пилот-связист. – Как будто прощаешься… Станция не нравится? С ней что-то не так?

- Да нет, - Юлий резко выпрямился. – Все так. Следуем прежним курсом!

- Точно?

- Точнее не бывает.

Одно из самых распространенных суеверий среди звездопроходцев было то, что никак нельзя менять маршрут, если он выпал случайно, методом тыка. Одно дело долго и упорно перебирать варианты, просчитывая наилучший и совсем другое – наугад ткнуть пальцем в звездную карту и сказать: «А давайте сюда!» В этом случае стоит лететь вперед в любом случае, даже если вокруг все орут благим матом: «Куда прешь? Глаза разуй! Туда нельзя!» - все звездопроходцы, месяцами болтающиеся в глубоком космосе, рано или поздно становятся фаталистами. Все знают, что каждый третий не доживает до тридцати лет. Все знают, что лишь треть из доживших до сорока лет, может позволить себе безбедную старость, а остальные навсегда пропадают в глубоком космосе. И все равно рискуют.

- Ну, раз так, то летим!

Эта станция не была привязана к астероиду, как «Мелиоратор», мало напоминая ее и внешне. Она походила на огромное колесо с двумя ободами. Меньший по диаметру, но больший по толщине и объему, включал в себя, судя по всему, жилые модули. Внешний, связанный с ним десятком «спиц», был техническим. Здесь находились двигатели, причальные шлюзы, ремонтные доки и складские помещения, порой лепившиеся друг на друга, как придется. Несколько кораблей, перестроенных в технические модули, крутились рядом. Между ними лавировали более мелкие и юркие кораблики, а также спутники связи. Буквально на глазах подлетавших, от станции отделился тяжелый грузовой танкер, а следом за ним – пассажирский лайнер дальнего следования.

Несмотря на мешанину узлов, шлюзов, пристроек и зависших между ними кораблей, найти место для стоянки удалось сравнительно легко. Огромная присоска шлюза вцепилась в борт «Бабочки», подтягивая ее на стоянку. Накинув легкие скафандры – атмосфера в переходниках была весьма разреженной – Юлий с ребятами вышел наружу. На вахте оставили Ли. Механик не особенно возражал, решив заодно немного прибраться в машинном отделении.

- Какие у нас планы? – на ходу поинтересовался Рекс.

- Спрячем флешку в надежном месте, - небрежно бросил Юлий.

- Вот как? – доктор Эшли торопливо протолкался поближе. – Даже не посмотрев, что там?

- А зачем? – подмигнул тот. – Выгоду можно извлечь, и не открывая ее.

- Как?

- Просто. Сообщив кое-кому, что либо владелец переводит круглую сумму на некий счет, либо мы выставляем его собственность на открытые торги. Дескать, есть уже трое желающих приобрести эту малышку вместе со всем содержимым, и, пока он раздумывает, может появиться четвертый, а там и пятый. Так что пусть он раскошелится, если не хочет, чтобы информация уплыла в чужие руки.

- А если не захочет? Если скажет: «Гори оно сине-зеленым пламенем?»

- А в этом случае мы обязательно выставим ее на открытые торги. И держу пари на половину вырученной суммы, что желающие найдутся. Даже если мы честно скажем, что продаем кота в мешке!

- Ловко придумано, - математиком Эшли был плохим, но отсутствием логики не страдал. – Может сработать!

- Не «может», а сработает обязательно!

У выхода из шлюза им пришлось задержаться на пропускном пункте, предъявив паспортные карточки. Когда местный коп скучающим тоном потребовал документы, все напряглись. Два года прятаться от закона и попасть так глупо, бездарно, расслабившись и поверив в удачу? Юлий спиной ощутил, как переместились в разные стороны Коста и Микаэл, готовые начать стрельбу на поражение. Правая рука его уже тоже скользила к висевшему на кобуре лазерному пистолету, в то время как левая машинально стискивала пластиковый прямоугольник.

- Юлий Холодов, - полицейский с некоторым интересом взглянул на экран. – Новая Земля?

- Д-д…

- Карточка у вас просрочена.

- Что?

- Уже сорок семь дней как недействительна! Надо заменить! Я должен выписать штраф.

- Не надо! – воскликнул Юлий прежде, чем успел прикусить язык. – Я… забыл.

- Да? Где же вы были все это время?

- В глубоком космосе.

Полицейский посмотрел на капитана очень внимательно, словно являлся киборгом и сейчас наскоро сравнивал его биометрические данные с базой разыскиваемых преступников, но потом кивнул:

- Хорошо. Делаю вам предупреждение и ставлю пометку, - он быстро набрал какой-то код. - Карточку заменить в десятидневный срок. Время пошло!

- Да мы, собственно, только что вернулись из глубокого поиска, - Юлий попятился. – Как раз собирались заняться своими делами…и документами…

- А-а-а, - полицейский кивнул с таким видом, словно у него самого камень с души свалился, - понимаю… Кстати, ближайший офис находится на третьей палубе, коридор номер восемь, первый поворот до конца. Это в ту сторону до лифта, - указал он дальше по коридору.

- Я понял, - Юлий заторопился прочь, увлекая за собой своих людей. По счастью, проверка остальной команды не заняла много времени. То ли их имена еще не внесли в базу данных этой станции, то ли уже вычеркнули за давностью лет, то ли коп просто устал и относился к своим обязанностям спустя рукава.

Возле лифтов располагался большой трехмерный голомакет станции с обозначенными на нем адресами. Введя запрос «торговцы и скупщики» команда выяснила, что все они, кроме нескольких сувенирных лавок и ресторанов быстрого обслуживания, находятся на шестой палубе, занимая ее практически целиком.

Шестой палубой заканчивался путь лифта, хотя на плане имелась седьмая и даже восьмая палуба, обозначенная как «технический этаж». Здесь были относительно низкие, всего чуть больше двух с половиной метров, потолки, серый пластик стен, кое-где расписанный неумелыми граффити и серый сумрак. Свет лился из протянутых под потолком светодиодных кабелей, которые местами перегорели, так что часть коридоров была погружена во тьму. От лифта расходилось во все стороны шесть коридоров, в которые на равном расстоянии открывались двери всевозможных магазинчиков. Туда-сюда сновали немногочисленные покупатели, среди которых оказалось неожиданно много ксеносов, хотя этот сектор Галактики был в основном человеческим. В целом все это напоминало мегамаркет – разве что огней мало и рекламные объявления не звучат.

- Нам направо, - Юлий вспомнил схему. – Ищите вывеску «Зайди и найди»!

- Что-нибудь ищете? – пробегавший мимо тощий субъект в сером плаще с ярко-малиновыми волосами аж споткнулся, так резко он затормозил. – Могу помочь.

- Спасибо, но мы знаем, куда идем, - ответил Юлий.

- В «Зайди и найди!» - субъект пристроился рядом. – Туда все идут. Там самый большой выбор всего на свете! Каждому сотому покупателю скидка и памятный подарок! Чего желаете?

- Сказано же было – ничего! – отрезал Юлий, шагая по коридору.

- Капитан, давай мы его, - угрожающе хрустнул пальцами Коста, - немного поучим хорошим манерам, а?

- Нет! – взвизгнул субъект, отпрыгнув в сторону и чуть не сбив с ног юную веганку. – Не сметь! Я только хотел помочь! Это произвол! Если вы не хотите проблем…

Несколько человек обернулись на экипаж «Бабочки». Кто-то выглянул из-за угла. Какой-то торговец возник на пороге, скрестив руки на груди. Они молчали, но это молчание было весьма недвусмысленным. И было их все-таки немного больше, чем звездопроходцев.

- Нам не нужны проблемы, - громко сказал Юлий. – И в «Зайди и найди» нам тоже не нужно. Но рядом с этим магазинчиком находится контора…

- А, так бы сразу и сказали, что вам к Старине Четвероногу! – снова вылез неунывающий субъект. – Вы просто так или по делу? – подмигнул он.

Поняв, что просто так от типа с малиновыми волосами не избавиться, Юлий подмигнул в ответ:

- По делу… если мы правильно поняли друг друга.

- Тогда пошли!

И стремительно ринулся по коридору, увлекая космолетчиков за собой.

Яркую вывеску «Зайди и найди», написанную на трех языках и украшенную замысловатым орнаментом, который, судя по всему, тоже был чьим-то языком, они увидели на пятом или шестом повороте, успев смириться с мыслью о том, что без карты и компаса дороги обратно не сыщут. Тип с малиновыми волосами топтался рядом.

- Вот – «Зайди и найди»! – громогласно объявил он и, развернувшись на пятках, ткнул пальцем в какую-то нишу. – А вон там заседает Старина Четвероног. Стучать четыре раза. Вот так! – и несколько раз долбанул кулаком по двери, всякий раз уменьшая силу удара, так что последний удар походил на щелчок.

По этому щелчку где-то над головами зажглась лампочка, и механический голос произнес:

- Кто там?

- Свои! – тип задрал голову и даже подпрыгнул, размахивая руками и привлекая внимание. – К Старине клиенты пришли!

- Ну… раз пришли… и раз ты их привел… пусть приходят…

Послышался скрип, и дверца сама собой открылась, являя узкий темный проход.

- Между прочим, там внизу коврик с надписью «Вытирайте ноги!» - брякнул механический голос, едва Юлий сделал шаг. Пришлось останавливаться, наклоняться и искать забившуюся в угол замызганную тряпку, после чего демонстративно шаркать по ней подошвами ботинок.

- Средневековая дикость какая-то, - проворчал Юлий себе под нос.

Однако уже через несколько минут, войдя в контору, он изменил свое мнение. Столько современной техники видеть ему давно не доводилось. Почти две трети комнаты было заставлено компьютерными столами, рабочими терминалами и пультами, которые сделали бы честь космическому кораблю. Между ними на инвалидном кресле туда-сюда каталось безногое существо. Четвероногом его называли разве что в насмешку, поскольку оно довольно ловко работало всеми четырьмя конечностями – двумя вполне себе человеческими руками и двумя странными уродливыми культяпками, которые росли там, где у обычных людей находятся ноги.

- Ага! – воскликнул он. – Это вы? С чем пожаловали? Флешка? Давайте сюда!

- Флешка, - кивнул Юлий, - а как…

- Сканер, - Четвероног ткнул нижней конечностью куда-то в угол и вверх. – Думаете, иначе я бы вас пропустил?

Он протянул руку – верхнюю – и Юлий не без опаски положил на ладонь свою находку.

- Ну-ка, иди к папочке! – уродец поднес флешку к глазам, рассматривая со всех сторон и разве что не обнюхивая. – Иномирная технология. Скорее всего, урианская работа… жаль только, что какой-то урод вздумал ее чинить… Но, думаю, это не смертельно! Сейчас мы ее проверим! Где тут у нас уриане?

Четвероног подкатил к изящной, чуть ли не ажурной установке в дальнем углу, ловко пристроил флешку в одну из «извилин», украшавших сооружение, и, нажав на несколько выпуклостей и дернув за пару завитушек, вернулся к переднему экрану, на котором тут же побежали, сменяя друг друга картинки и символы машинного языка.

- Давай, моя хорошая, покажи, какова ты есть! – бормотал он себе под нос, время от времени вводя дополнительные команды.

Космолетчики сгрудились у него за спиной.

- Вы можете посмотреть, что на ней? – поинтересовался Юлий.

- А чем я, по-вашему, занимаюсь? – беззлобно огрызнулся Четвероног. – Информация – самая ценная вещь на свете! Все, что ни делается в этом мире, делается ради обладания информацией. А тут… О да, она определенно забита инфой под самый корпус! – пробормотал он, когда на экране возник трехмерный график.

- Это мы знаем. Но что там за информация?

- Расшифруем, - кивнул Четвероног. Его пальцы – и десять на руках и семь на нижних – забегали по клавиатуре и сенсорной панели. График на экране вздрогнул, его линии пришли в движение, извиваясь, подобно змеям. – Приходите через пять суток. Посмотрим, что можно сделать.

- Пять суток? А… поскорее никак?

- Не-а! – Четвероног выглядел абсолютно счастливым. – Быстрее ну никак! Тут сто сорок шесть символов одного только пароля! – он указал на ломаную алую линию на «графике». – А я пока знаю только первые четыре знака. Технология урианская, так что надо только выявить закономерность. Уриане всегда используют в своих паролях не больше пяти символов, но вот угадать их последовательность… проще ДНК расшифровать! А потом еще инфу считывать, кодировать, проверять на вирусы и трояны… Пять суток, не меньше. И это только предварительный этап.

Юлий переглянулся со своими людьми. В ответ те ответили кивками и пожатиями плеч – мол, если надо, будем ждать.

- Мы согласны.

- Отлично. Выход там! – Четвероног уже по уши вошел в работу. – Кстати, с вас четыреста кредо-единиц аванса.

- Че… Чего? – Юлию показалось, что он ослышался.

- За работу. Всего тысяча, но с этим можно подождать до расшифровки – вдруг внутри пустышка, так зачем вам лишнее тратить? И – да! – посреднику десятку хотя бы отстегните.

Что ушлому типу с малиновыми волосами придется платить хотя бы за то, чтобы вывел отсюда, все уже смирились, но вот насчет остального…

- У нас нет столько… кхм…

- Нет? Значит, заработаете, - отмахнулся хакер. – Пять дней вам на что? Кстати, если у вас с деньгами действительно туго, могу ее у вас выкупить. По стоимости материалов. Урианская работа… одни криополимеры на черном рынке на сотню кредо-единиц потянут!

Один намек на то, что Старина Четвероног согласился работать бесплатно – и наварить на порядок больше, чем запрашивал за труды! – решило дело.

- Мы заплатим, - кивнул Юлий. – Обязательно! Пошли, ребята.

Глава 8

ГЛАВА 8.

До станции «Облако-10» добрались точно в назначенное время. Отсюда открывался прямой путь в Солнечную Систему, к населенным планетам – Марсу, Венере, Луне, Ганимеду, Ио и некоторым другим спутникам. Не собираясь светиться на станции – таможня Солнечной Системы располагалась как раз там – зависли в паре миллионов километров от нее, устроившись между астероидами, которых в Облаке Оорта было полным-полно. Начинался самый сложный этап операции – следовало проникнуть сквозь Облако Оорта в Солнечную систему, добраться, минуя все станции и спутники слежения до Старой Земли и… выкрасть десяток-другой девушек. Землянки в Галактике считались самым ходовым и ценным товаром. Несмотря на то, что стоили они баснословно дорого и, в отличие от «обычных» рабынь наказание за торговлю женщинами Земли было жестоким даже по меркам отсталых планет (кастрация и продажа в рабство попавшихся на горячем пиратов было самым мягким вариантом), все равно находились отчаянные головы, которые хотели неплохо заработать. Спрос превышал предложение настолько, что даже Великая Звездная Империя была вынуждена порой закрывать глаза на само понятие «рабство». Тем более что в империи широко применялся термин «государственные рабы» к заключенным – вместо того, чтобы содержать и кормить преступников за счет законопослушных налогоплательщиков, их «продавали в рабство» или «сдавали в аренду» на срок заключения. Многие компании, занимающиеся освоением новых планет и ищущие дешевых рабочих рук, покупали у государства таких рабов, обеспечивая себя рабочими, которым к тому же все это время не надо платить зарплату – только обеспечивай едой, койкой в общежитии и медосмотрами. Результат превосходил ожидания – в империи практически исчезли тюрьмы, зато освоение новых планет шло полным ходом.

Существовало и «классическое» рабство, объявленное в Союзе Двадцати Миров вне закона, но неофициально поддерживаемое Лигой Свободных Планет. Мол, мы свободные люди и сами можем решать, торговать разумными существами или нет. Официальный невольничий рынок существовал только на одной-единственной планете - Меняле. Все остальные считались незаконными.

Поллард Руд Хэмир от своего имени и имени экипажа «Кометы» как раз и подписался добыть для Увана Вэ-с-половиной партию настоящих чистокровных землянок и переправить их на Менялу. Зачем? Не так уж и важно, по большому счету. Как говорится, меньше знаешь – крепче спишь. Тем более что Уван Вэ-с-половиной заплатил все долги Пола перед банком, дал значительный кредит – и теперь аванс надо было отрабатывать. А так или эдак – по большому счету все равно. Как-то раз «Комете» довелось участвовать в коллективном налете на пассажирский лайнер. После его разгрома налетчики честно поделили добычу. Экипажу «Кометы» достались трое пассажиров, один член экипажа и кое-какое барахло. Двое пассажиров и член экипажа заплатили выкуп и были отпущены, третьего – студента – удалось продать какой-то матроне с Миссанреи, так что какой-никакой опыт имелся.

«Комета» легла в дрейф, а все собрались в кают-компании.

- План таков, - начал Пол в своей немногословной манере. – Здесь двое дежурных – Томба и Зига. За пультом – Шушера. Внешность этих будет бросаться в глаза, Зига – новичок, а остальные разбиваются на пары и уходят вниз. Пара – стрелок плюс загонщик. Загонщик выбирает жертву, руководствуясь такими параметрами, - он вывел на маленький экран несколько картинок, - возраст, рост, вес, цвет кожи только такие. В остальном возможны варианты… Загонщик подстерегает жертву в уединенном месте, желательно в вечернее время, останавливает…

- Как? – подал голос Тикки.

- Не важно. Лучше задать вопрос…

- На каком языке? На Старой Земле до сих пор существует несколько десятков языков и наречий!

- Автопереводчик на что? Пока выбираете объект, настраиваете его в режиме самообучения. Потом… в общем, по обстановке.

- Ага. А какой вопрос задавать?

- Любой. Лишь бы жертва остановилась под выстрел парализатора. Потом вы переносите ее на флайер, вкалываете транквилизатор и грузите в багажное отделение. Когда багажник будет наполнен, возвращаемся на «Комету», где док погружает объекты в анабиоз. Грузим товар в трюм и отчаливаем. Транквилизаторы я выдам. Остальное… Курт?

Все посмотрели на мрачного карго, который последние сутки провел на гауптвахте и только пару часов назад был выпущен для участия в операции. Почувствовав себя в центре внимания, он насупился, но кивнул.

- Итак, распределяемся по парам. Курт и Кир-Пу, Чесни и Эшли, Тикки и… - он немного замялся, пересчитывая слушателей по головам, - Тикки и я.

- А я? – поднял голову Тим. При первом же звуке его голоса Курт встрепенулся, как от удара током.

- Ты пассажир. На такое дело мы берем только своих. Кроме того, с кем тебя поставить в пару? С новичком Зигой? С Шушерой? Или с Томбой?

- Но я…

- Вопрос закрыт… Кир-Пу и Курт, с вами ясно. Чесни и Эшли. Стрелком будет доктор – он знает, куда стрелять. Тикки загонщик. Вопрос закрыт. Всем все понятно?

- Мы уходим и возвращаемся вместе? – поинтересовался Кир-Пу.

- Да. У нас один флайер…

- Можно взять спасательную шлюпку…

- … и только один пилот. Или я не прав, и Тикки уже успел освоить пилотирование?

Бывший геймер насупился и отвернулся.

- Тикки будет координатором – на нем связь между парами, Шушерой и…

- … и охмурять местных девиц мне будет некогда! – взвился тот. – Прикинь, кэп, подкатываю я к объекту, начинаю гнать пургу типа: «Девушка, а девушка, вы не подскажете, как пройти в туалет, а то так есть хочется, что переночевать негде!» - и тут у меня в капсуле, - он ткнул себя пальцем в ухо, - чей-нибудь голос: «Все, я тут закончил, переходим на другую точку!» И готово! Я ее спугнул!

- Ладно, - протянул Пол. В словах геймера-связиста была своя правда. Он посмотрел на Тима. Юноша вытянул шею, - ты на связи, а… справишься?

Курт аж позеленел и напрягся, но юноша, помедлив, кивнул:

- Я готов!

- Ладно! Сейчас выдам капсулы с парализатором – и можно выходить. По местам!

Получив патроны с дозой парализатора, стрелки разошлись по каютам. Вслед за ними потянулись остальные.

- Кэп! – взвился карго. – На два слова!

- Что? – Пол, уже встававший с места, сел обратно. Дождался пока за уходившим последним Томом – он почему-то тянул до последнего – закрылась дверь.

- Кэп, - Курт прислушался к тому, что происходит снаружи, - послушай, ты что творишь?

- Ты о чем? Если тебя волнуе мораль – имеем ли мы право воровать девиц, то ты поздновато спохватился. Мы уже торговали, ты не забыл? И потом – аванс… Да, Уван Вэ-с-половиной может оказаться хуже банка, но нам нужна эта работа. И вы согласились. Работорговля ничем не хуже грабежа или контрабанды. Вы знали, зачем мы летим к Старой Земле. Что теперь?

- Этот Тим. Он…

- Новичок. Из-за которого ты…Угомонись! Если тебя привлекают мальчишки, это еще не повод заваливать в койку кого попало! Забыл устав: «Никакого секса на борту во время полета!» И никакого секса между членами экипажа… Да, знаю, Тим Стронг официально пассажир, но после участия в операции он автоматически станет членом экипажа. На грунте ты волен спать с кем угодно – женщинами, мужчинами, детьми, собаками, андроидами и ксеносами оптом и в розницу. Но пока мы на борту, пока «Комета» в космосе и пока я капитан – ты обязан оставить Тима в покое. Понятно?

- Но кэп, Тим…

- Еще одно слово – и я спишу тебя на грунт, просто оставив на Старой Земле! – вспылил Пол. – Это – второе предупреждение. После третьего ты перестанешь быть моим человеком, Курт. Понятно?

Карго зло скрипнул зубами, но промолчал.

До Старой Земли из Облака Оорта можно было добраться двумя путями. Либо лететь напрямик по всей плоскости эклиптики, лавируя между орбитами планет и уворачиваясь от астероидов между Юпитером и Марсом – а также стараясь изо всех сил не попасть на «глаза» многочисленным спутникам слежения, передающим станциям и просто капитанам пролетающих мимо кораблей, поскольку именно этот район Солнечной Системы был густо населен. Кроме Марса, поселения имелись на всех четырех спутниках Юпитера, между которыми курсировали пассажирские и торговые суда. Небольшие колонии имелись даже на некоторых астероидах. Там же были устроены две большие автономные станции, откуда из Солнечной Системы уходили в глубокий космос корабли. Тут ты не пролетишь и миллиона километров, как тебя окликнут: «Стой! Кто летит?» Да и путь намного дольше – приходится слишком часто притормаживать, подчиняясь притяжению планет. Если тебе нечего скрывать и не от кого прятаться, это самый удобный путь.

Но если надо остаться незамеченным, придется сделать крюк и, сперва вынырнув из системы и на расстоянии примерно в пару десятков астр сделать разворот, то потом можно войти в плоскость почти под прямым углом, оказавшись непосредственно на орбите Земли. Минус этого способа был только в одном – совершая разворот, надо было рассчитать все с убийственной точностью, ибо можно было промахнуться и пролететь мимо Земли на другую сторону. Либо – что еще хуже – случайно задеть не ту складку пространственно-временного континиума, который окружал Землю, и «провалиться» в прошлое планеты, вместо довольно развитой цивилизации очутившись чуть ли не среди динозавров. Именно из-за этого дефекта пространства Старая Земля в свое время оказалась закрытой для посещений и почти полностью изолированной от космического сообщества. Роль головной планеты перешла к Луне, на которой под куполами с искусственной атмосферой проживало почти четыре миллиарда жителей. Купола покрывали почти две трети Луны, соединенные между собой широкими тоннелями. Открытыми остались лишь несколько полигонов для испытаний кораблей и парочка «заповедников» с буферными зонами. Вторым по значению был Марс, где проживало и официально считало себя марсианами больше пяти миллиардов человек. Третьей – Венера с ее тремя миллиардами жителей, дальше – Ио, Ганимед и остальные спутники Юпитера и Сатурна, население которых составляло в общей сложности три с половиной миллиарда… Ну, и так далее.

Всю эту, а также кое-какую другую информацию экипаж волей-неволей изучал, пока Чесни и Шушера выводили «Комету» в нужную точку. По статистике, примерно каждый десятый корабль «проваливался» в прошлое Старой Земли и каждый пятнадцатый уходил в будущее. При старте непосредственно с планеты статистика была еще хуже – каждый седьмой уходил в прошлое, и каждый двенадцатый – в будущее. Вернуться назад шансов ни у кого не было. Поэтому желающие покинуть Старую Землю сначала перебирались на Луну, там выжидали некоторое время, пока затухнут колебания и лишь потом улетали из системы. Но ждать порой приходилось несколько месяцев, так что, как говорится, овчинка выделки не стоила. Пол не помнил, что такое «овчинка» и сколько стоила так называемая «выделка». Это была еще одна поговорка Христофора, который, между прочим, был не просто единственным чистокровным землянином в экипаже «Кометы», но и бывшим космонавтом. Его международный научно-исследовательский корабль «Позитрон-8», вместо того, чтобы достичь Сириуса, провалился в будущее. Христофор, болгарин по происхождению, оказался чуть ли не единственным, кто сумел приспособиться к новому миру. Однако его мечте хоть одним глазом посмотреть на Землю не суждено было осуществиться. Тоскуя по Земле, он периодически напивался, и в результате – неплотно закупоренный скафандр, разгерметизация и смерть от удушья. Его останки до сих пор покоятся где-то в глубоком космосе на одном из астероидов – тащиться в Солнечную Систему, чтобы выкинуть тело на местное светило, Пол тогда посчитал глупостью. Но кто же знал, что есть шанс не просто выбросить останки старпома в самую большую печку системы, а прикопать на грунте родной планеты?

«Извини, приятель, - Пол смотрел на экран, где маячил серо-голубой шарик, постепенно увеличивающийся в размерах. – Но кто же знал? И где искать твой город… как там его… Болгарию?»

Непонятный приступ ностальгии – или, может, дань уважения старшему помощнику – заставил Пола протянуть руку и набрать в поисковике два слова «Город Болгария».

И вытаращить глаза, увидев, сколько выскочило на экране ссылок.

Оказывается, Болгария – не город, а одна из древних стран, имевшая весьма запутанную историю, как, впрочем, и все на Старой Земле. Сначала она была Волжской Булгарией и располагалась в среднем течение некой Волги (плюс еще четырнадцать тысяч ссылок). Потом ее перенесли аж на западный берег Черного Моря (плюс две тысячи восемьсот ссылок), где она существовала, периодически теряя независимость, вплоть до пятого века космической эры, когда из страны превратилась в Болгарскую область Европы (аж двести шестнадцать тысяч ссылок). На ее территории располагалось больше десятка городов, не считая более мелких поселений.

Прочитав вводную статью и скоренько пролистав еще несколько статей, Пол перешел к фотографиям. Пейзажи, какие-то громоздкие каменные сооружения, жители… Хм, а девушки там ничего. Может, стоит отдать дань Христофору тем, что забрать именно болгарок?

Решено.

Планета приближалась, неприятных и непонятных ощущений не было – а должны были быть, если верить Христофору! – и Пол собрал команду на дополнительный инструктаж.

- Снижаемся здесь, - он указал на крупную карту во весь экран. – Местные зовут это море Черным. Инфранет утверждает, что на его берегах расположено много городов, куда съезжаются люди чуть ли не со всего материка… по крайней мере, с северной и западной его частей. Вот тут, - он вывел на боковой экран несколько ссылок, - утверждается, что чуть ли не каждый человек был обязан хотя бы раз в жизни побывать на берегу Черного Моря. Это что-то вроде паломничества – чем чаще ты бываешь там, тем больше тебя уважают. А если повезло поселиться на берегу, переехав туда с севера, то вообще твой статус взлетает до стратосферы. Чтобы доказать свое право на уважение в обществе, земляне обменивались фотографиями и впечатлениями от посещения берегов Черного Моря. Чтобы поддерживать свой статус, время от времени надо было совершать новые паломничества, обновляя фотографии… В некоторые периоды истории паломничество приобретало просто характер помешательства, - в доказательство на экран было выведено фото ликующей толпы, поднимающей над головами какие-то испещренные значками прямоугольники. – Инфра-переводчик утверждает, что тут написано: «Крым наш!» - пояснил Пол. – Я не интересовался, что такое «Крым», но это как-то связано с посещением берегов Черного Моря, так что, да, наверное, это тоже участок берега, посетить который было крайне важно для древних землян. За него воевали раз в столетие… Но нас интересует Болгария. Вот, - часть карты укрупнилась, обзавелась подробностями. – Видите, сколько тут городов? И сколько в них приезжих? Сейчас на северном полушарии Старой Земли заканчивается лето. Это время массового паломничества. Выбор у нас довольно большой. Я решил, что на каждый город мы будем тратить не больше пяти-шести часов, после чего перебираемся в другой. Всякий раз новый адрес будет выбран случайным образом, чтобы ввести в заблуждение местных копов, - он перевел дух после непривычно длинного для него монолога.

- Там есть свое отделение Интергалакпола? – напрягся Курт.

- Нет. Старая Земля – закрытая зона. Но, наверное, связь существует. Не прямая. В этом случае у нас есть фора в несколько часов – пока местная полиция сообразит, что к чему и отправит запрос, мы должны покинуть Болгарию. Вопросы?

- У меня вопрос, - карго поднял руку, - пять-шесть часов на город… А всего сколько времени?

- Не больше суток. Можно раньше. Кстати, вопрос уже к тебе. У нас сколько мест для груза?

- Эм… - карго опять занервничал, - я могу найти место для двух дюжин предметов…

- А с упаковкой?

- Два десятка.

- Отлично. Как только наберется два десятка предметов, улетаем. Даже если сутки еще не истекут. Нас три пары. Каждой добыть шесть-семь объектов. Поняли? – он стер все ссылки и оставил голый экран, большую часть которого занимала стремительно увеличивающаяся в размерах Земля. – За работу!

На планету спустились на закате.

Грузовой флайер «Шершень» спускался прямо навстречу заходящему солнцу, и пришлось выставить светофильтры на максимум. Устроившийся рядом с пилотом Пол даже отвернулся, не понимая, как можно что-то увидеть в бьющих навстречу лучах. Он от души порадовался, когда «Шершень» спустился чуть ниже.

- «Сетку» не забыл? – обратился он к сидевшему за штурвалом Чесни.

- Обижаешь, - протянул тот. – Как в атмосферу зашли, так и врубил на полную.

Плана города у них не было – на случай, если местные ПВО обнаружили незваных гостей, выбирали его случайным образом – поэтому «Шершня» посадили там, где было больше всего деревьев. Люди часто любят прогуливаться там, где много растительности – это атавизм, память предков, которые жили в лесах. Поэтому группа захвата была уверена, что тут отыщет подходящие объекты.

- Готовы? – Пол последний раз оглядел свой отряд. – Вперед. Мы с Тимом – налево, Курт и Кир-Пу – направо, а Чесни и Эшли – в ту сторону, - указал он туда, где деревья росли пореже. – Вы двое от флайера далеко не отходите. Вам улов забирать. Пошли!

И первым спрыгнул на траву.

Тим догнал его уже метрах в пятидесяти от флайера. Пол нашел дорожку и шагал по ней, прислушиваясь и присматриваясь.

- Держись рядом, - бросил, не оборачиваясь, мальчишке. – Чего головой вертишь? Веди себя естественно.

- Я вот думаю, - паренек нагнал его, зашагал рядом, - а мы потом флайер найдем?

- Найдем. У меня опознавалка.

- А у меня нет…

- Потому, что ты – пассажир… был.

- Был, - заметил оговорку Тим. – А теперь…

- Теперь не знаю, кто. У меня вакансии заняты… но ты принимаешь участие в операции, значит…

- Мне все равно, капитан! Я готов быть хоть стюардом, хоть стрелком, хоть кем! Я многое умею. Вы просто не проверяли мои знания!

- Ладно, - отмахнулся Пол. – Потом. Когда вернемся.

Вдалеке послышались шаги и голоса, и мужчины нырнули за кусты. Навстречу шла небольшая группа землян – молодые мужчины и женщины.

- Автопереводчик! – Пол нацепил на ухо клипсу, надавил на динамик, усиливая звук. Тим повторил его жест. В ухе послышалось неразборчивое бормотание – автопереводчик усиленно накапливал информацию, записывая голоса и отыскивая членораздельные слова.

- Их много. Ищем одиночек.

Пол только кивнул.

Первая жертва встретилась им буквально несколько минут спустя. Девушка куда-то торопилась, она почти бежала, время от времени поглядывая на крохотный телефончик на ладони. Пол толкнул Тима локтем – мол, давай, действуй, но парнишка застыл, как парализованный, только проводил девушку зачарованным взглядом.

- Ты чего? – не удержавшись, Пол пихнул его в бок. – Она нам подходила!

- Я… я просто, - даже в сумерках было видно, как покраснел парнишка, - растерялся…

- Растерялся… Струсил!

- И ничего я не… - тот стремительно побледнел. – Я не боюсь! Я докажу!

Пол только скептически угукнул.

И тут, как назло, парк закончился. Они остановились у ограды, глядя на дорогу, по которой изредка проезжали наземные флайеры. На той стороне стояли дома довольно странных, прямоугольных форм.

- Э…

- Направо! – Пол решительно толкнул Тима.

Люди живут в домах. Вечерами они, как правило, возвращаются в свои жилища. Значит, их можно подкараулить возле домов. Если где-то на этой улице живут девушки, которые имеют обыкновение поздно возвращаться домой, они их обязательно найдут. А перетащить бесчувственное тело в парк – дело нескольких минут. Если кто их остановит – так девушке стало плохо, они ведут ее домой… да-да, это наша подруга… мы знаем, где она живет… да-да, нет проблем, все хорошо…

Пол несколько раз успел прорепетировать возможную встречу с копами во всех вариантах. Потом он пересчитал все окна во всех домах, которые видел. Потом вычел из общего числа количество горящих и возвел в квадрат, а потом и в куб получившееся число, сложил обе величины, попытался рассчитать квадратный корень, запутался, попробовал проделать то же самое на калькуляторе комма, затем попытался «на глазок» определить кубический объем ближайшего дома и прикинуть, сколько народа там можно разместить из расчета четыре кубометра на человека… а девушки все не шли и не шли.

- Может, перейдем на другое место? – шепотом предложил переминавшийся с ноги на ногу Тим.

Пол уже готов был кивнуть, но тут вдалеке послышались чьи-то быстрые шаги. Минута – и из-за угла вынырнула женская фигура.

- На старт! – Пол подтолкнул Тима вперед, занимая позицию для стрельбы. Парнишка послушно сделал несколько шагов и… опять застыл. Женщина приближалась.

- Действуй! – прошипел Пол. Но Тим словно окаменел, а потом вовсе сделал шаг назад. Женщина прошла мимо.

- Идиот! – выругался Пол, когда где-то хлопнула дверь. – Вторую упускаешь!

- Эта была старая! В смысле, не девушка, а взрослая женщина. И у нее была сумка.

- И что?

- Значит, она ходила в магазин за покупками. Значит, дома ее ждет семья.

- Хм… будем считать, что ты прав. Но если будет и третий прокол, то…

Он не договорил – ожил комм.

- Кэп, это Эшли, - послышался искаженный голос. – У нас уже три. Двух принесли Кир-Пу и Курт. Мы будем менять точку. Как у вас?

Как у них! Они упустили двоих, и все из-за этого сопляка и труса Тима!

- Ждем. Отвезите груз и возвращайтесь за нами. Юго-восток от нулевой отметки. Отбой! – и, нажимая кнопку отмены, прошипел Тиму: - Только попробуй, упусти третью! Уложу вместо девчонки!

Тот закивал и неожиданно ринулся куда-то во дворы. Выругавшись, Пол поспешил за ним – то ли задержать, то ли прикрыть этого ненормального.

Как оказалось, все-таки второе. Разлетевшийся на повороте, Тим буквально наскочил на какую-то девушку. Та визгливо закричала что-то на своем языке – из-за расстояния переводчик не справлялся, и в ушах Пола отдавалось лишь истеричное бормотание. Хотя, кто знает! Важно было другое – Тим мертвой хваткой вцепился в локоть девчонки, а та верещала на всю улицу, пытаясь его с себя стряхнуть. Со стороны зрелище было то еще – невысокий, худощавый Тим никак не походил на насильника, и жертва могла справиться с ним в любой момент…

Если бы не Пол. Припав на одно колено, он выждал момент и всадил шприц с парализатором в спину землянки.

Девушка дернулась от неожиданности. Крик поднялся до визга и захлебнулся, когда она обернулась через плечо и уставилась на выпрямившегося Пола со снайперской винтовкой наперерез. Долю секунды они таращились друг на друга, и мужчина уже успел подумать, что доза слишком мала, как вдруг девушка побледнела, тихо охнула и, закатив глаза, упала прямо на Тима, в буквальном смысле погребая его под собой.

- Ах ты дрянь! – выругался Пол, срываясь с места.

Забросив винтовку за спину, рывком подхватил обмякшее тело, проверил пульс и, вскинув девушку на руки, кивнул Тиму:

- Уходим!

На большее дыхалки не хватило. «Надо возобновить тренировки!» - мелькнуло у него в голове, когда он, задыхаясь от быстрого бега, добрался до окраины парка и аккуратно сложил первую жертву под кустик. Рядом оказался тяжело дышащий Тим. Судя по тому, как дышал мальчишка, у кого-то с физкультурой было еще хуже.

- Эта – первая, - промолвил Пол. – Надо еще одну прежде, чем вызовем «Шершня». Понятно? Пошли! Да пошли же! – рыкнул он, заметив, что напарник во все глаза смотрит на тело.

- Она ж-жива?

- А то нет! - Пол все-таки еще раз проверил пульс. Спит, все нормально! – Теперь топаем в другую сторону. Идем… - он окинул взглядом пустынную улицу, - вон туда.

Пришибленный Тим потащился за ним. Слабак этот мальчишка. Но оно и понятно. Где ему знать изнанку вольной жизни? Небось думает, что звездопроходцы просто туда-сюда летают, а ништяки и плюшки сыплются на них сами собой? Нет, малыш, денежки потом и кровью достаются. И хорошо, если это «всего лишь» контрабанда наркотиков. Ограбить мирный караван, устроить отвлекающую бойню на таможне, стреляя во все, что шевелится, вывести из строя нужный корабль, спрятать от правосудия бандита, перевезти из пункта А в пункт Б контейнеры с неизвестным содержимым, не задавая лишних вопросов. Или вот так, переквалифицироваться в работорговцы… Хотя, нет! Он не торговец, он только поставщик мелкооптовой партии товара. Продавать землянок будут другие. Ему причитается лишь сумма за «сырье». В девушку прежде, чем выставить ее на продажу, надо вложить дополнительные средства – медосмотр, прививки, возможные косметические операции, средства по уходу за кожей и волосами, правильное питание, обучение… Это целая индустрия. И, если разобраться, то с работорговцами сотрудничает столько вполне легальных фирм и отраслей промышленности – взять ту же косметику! – что правительствам некоторых планет проще разрешить торговлю живым товаром, чем запрещать. И он не просто ворует девушек. Он, можно сказать, дает работу многим людям. Да и рабство рабству рознь в современном-то мире!

- Пойми, - завершил свою небольшую лекцию Пол, - это просто работа. Ничего личного. Нам надо кредит отрабатывать. Уван Вэ-с-половиной…

- Я понимаю, - кивнул парнишка. – Просто… я не думал, что она…э-э… сознание потеряет!

- Ожидал, что просто перестанет орать, возьмет тебя за ручку, и вы пойдете по улице, как двое влюбленных?

- Н-ну да…

- Ну вот, - в тон ответил Пол. – Зато теперь знаешь, чего ждать. Вперед! Ищи! – он слегка хлопнул Тима между лопаток, вынуждая прибавить шагу.

Им повезло примерно на двадцатой минуте, когда капитан уже почти решил менять место. Они крутились в этом районе довольно давно, но если прохожие и попадались, то парами или небольшими группами. Двое одиночек оказались мужчинами, причем один выгуливал собаку, а второй, судя по всему, был сильно пьян.

Наконец, им повезло.

Сперва они думали, что это еще одна парочка, но потом по голосам поняли, что дело обстояло наоборот – парень и девушка ссорились. Он ее в чем-то обвинял, а она оправдывалась и отбивалась, отталкивая от себя его руки. Под конец заорала что-то вроде «Оставь меня в покое, придурок! Ненавижу!» - и кинулась бежать со всех ног, только звонко цокали каблуки. Парень бросился было догонять, но потом остановился, сплюнул и проворчав что-то вроде: «Шлюха!» - побрел прочь.

- За ней, - распорядился Пол. – Живо!

Он успел кое-как сориентироваться на местности и разобраться в планировке местных улиц. Если девушка не живет тут, она непременно выскочит откуда-то на центральную улицу. Кажется, вон из-за тех домов. Значит, если Тим побежит тут, а он свернет вот сюда…

Девчонка показалась из-за угла совсем не там, где они рассчитывали и чуть позже. Она шла быстрым шагом, сжимая кулаки и нервно оглядываясь по сторонам. Когда Тим шагнул ей наперерез, даже подпрыгнула, вскрикнув. Тим поднял ладони, показывая, что без оружия, забормотал извинения. Переводчик справлялся плохо, пропуская отдельные слова и выдавая вместо них «белый шум», так что девушка даже нахмурилась:

- Что-что? Ты совсем больной? Ты…

- Извините… простите, - продолжал бормотать Тим. – Я не хотел. Я…

Пол, уже успевший подобраться, вышел из-за угла и выстрелил.

На сей раз вышло лучше. Девчонка не заорала, не стала дергаться. Она просто поднесла руку к голове, прошептала: «Больно!» - и медленно опустилась на колени. Тим рухнул рядом с нею, из-за ее плеча глядя на капитана.

- Молодец, - тот уже отработанным движением вскинул девушку на руки. – Пошли!

Они вышли из-за угла и…

Тот самый парень, который только что поругался с девчонкой, оказывается, не пошел своей дорогой. То ли жил где-то поблизости, то ли нарочно искал сбежавшую подружку, но он все бродил по этим улочкам и сейчас они с Полом столкнулись нос к носу. Секунду или две длилось замешательство, а потом парень расправил плечи и сжал кулаки.

- Э, а вы что тут делаете? И куда ту ее тащишь?

Пол шагнул назад.

- Тим, винтовку, - процедил он.

- Чего? – чуть ли не хором выдали оба парня, поскольку переводчик сработал чисто и перевел оба слова.

- Винтовку, мать твою! – рявкнул Пол и, не дожидаясь, пока мальчишка выйдет из ступора, выпустил девушку, освобождая одну руку.

Вскидывать для стрельбы винтовку одной рукой, да еще одновременно ухитряясь снимать ее с предохранителя, чертовски трудно. Естественно, выстрела не получилось, и землянин атаковал. Явно не владея боевыми искусствами, он просто кинулся на пришельца с кулаками, и, занятый девушкой и винтовкой, Пол пропустил бы один-два удара, но тут навстречу метнулась хрупкая тень. Несколько выпадов, подсечка – и Тим стоит над поверженным, заламывая ему руку за спину так, что Полу стало даже жаль парня.

- Стреляй, кэп! – воскликнул Тим.

Парень дернулся – на сей раз переводчик сработал чисто. Отчаяние придало ему сил, и парнишка бы не удержал землянина, который превосходил его ростом и весом, но пары секунд Полу хватило, чтобы поудобнее перехватить оружие и снять с предохранителя.

- Извини, человек, - он постарался, чтобы его голос звучал по-машинному сухо. – Это просто бизнес. Ничего личного.

И разрядил в него парализатор.

Тим вздрогнул, но Полу было не до того. Если мальчишка закатит истерику, он просто его ударит. Сопляк! Щенок! Чуть все дело не испортил. Хотя, надо признать, драться он умеет. Ловко завалил бугая. На миг мелькнула мысль, что Тим не так прост, как кажется, но уступила более насущным. Это все успеется. Сейчас главное – добраться до «Шершня» и перелететь в другой город. Здесь они слишком засветились. Еще немного – и пропавших землянок хватятся друзья и родственники.

По счастью, остальные отозвались сразу. Через десять минут после вызова команда собралась во флайере и взяла курс на соседний город, двигаясь вдоль берега Черного Моря.

Дальше все пошло, как по маслу. Минуло чуть меньше суток, когда «Шершень» прорвал верхние слои атмосферы и устремился туда, где его ждала «Комета». На борту было двадцать две землянки – солидный улов.

Сержант Чепер не знал, то ли радоваться, то ли горевать. Помилуйте, сидел человек на своем месте, никого не трогал, случайно увидел на экране подозрительную личность – и прости-прощай, спокойная работа в теплом местечке. Вместо этого его отправили в командировку, да не куда-нибудь, а в соседний сектор Галактики. И отправили не на пассажирском судне и даже не зафрахтовали частника, а выделили один из патрульных катеров.

По счастью – или несчастью – следы похитителей маленького скрипуна, а по совместительству грабителя змеелюдов, можно было проследить достаточно четко. Каждая «нора» или «лаз» имеет только две точки входа-выхода. И если точно знать, в какую «нору» нырнули беглецы, можно легко вычислить, где они вынырнут. Расхождения минимальны – выбравшись из «лаза», они могут полететь направо, налево или прямо, но непременно постараются добраться до ближайшей станции или соседнего «лаза». Здесь тоже все просто – на все ближайшие станции посылается запрос – не просили ли посадки такие-то и такие-то суда. И если ответ отрицательный, идем к ближайшему «лазу». Ныряем в него и… на выходе все повторяется. Отставание, конечно, есть, и существенное, но если подключить Интергалакпол, рано или поздно кто-нибудь перехватит беглецов на одной из станций. Главное, чтобы они не успели до этого избавиться от груза. В этом случае погоня превращалась в бессмысленную потерю времени и сил.

Но на сей раз им, кажется, повезло. Уже на второй станции был получен положительный ответ – модифицированная яхта «Бабочка» класса «люкс» действительно останавливалась тут и, посетив нижние уровни, о чем сохранились записи камер видеонаблюдения, отчалила буквально сутки назад.

Это было уже кое-что. Но возникала дилемма – либо задержаться на станции и как следует обыскать нижние уровни, либо следовать в погоню. Лететь никуда не хотелось – это опять теснота каюты, опять очередь в гальюн и необходимость жить по чужому расписанию. Сержант Чепер привык быть сам себе господин – ну, что плохого в том, чтобы сидеть шесть часов в сутки четыре дня из пяти на одном месте и играть на приставке в видеоигры, приглушив звук и посматривая одним глазом на мониторы? Да, в порту время от времени случались внештатные ситуации, но на Забегаловке постоянно что-то происходит. На драки, например, можно не реагировать – сами разберутся. Служба порядка активируется, только если находят труп, или если кто-то открывает стрельбу в зале ожидания. Или у кого-то на таможне находят бомбу. Или… или кто-то осмелился перейти дорогу самому Увану Вэ-с-половиной.

Сержант Чепер проклинал судьбу ровно до того момента, когда, сойдя в порту, не увидел среди других кораблей серебристо-серый с яркой синей полосой на борту планетарный линкор Интергалакпола. Судя по всему, линкор находится тут на стоянке… и знать не знал, что происходит. Нечего, сейчас узнает. Сейчас они у него забегают!

Вытащив значок полицейского инспектора, сержант Чепер решительно направился к занятому линкором причалу. Подойдя к турникету, вставил свою карточку в щель, набрал международный полицейский код.

- Внутренняя полиция, - объявил он в микрофон. – Срочно. Код 0-0-Х.

Он сам не знал, сработает ли его уловка – об этом коде он только слышал, но сам ни разу не пользовался, и порядком удивился, когда его пропустили внутрь.

На пороге сержанта встретил дежурный офицер, чья синяя кожа и особая форма черепа свидетельствовала о том, что он принадлежит к веганцам. То, что в Интергалакполе служат и ксеносы, Чепер знал, но вот увидеть воочию…

- Код 0-0-Х, - повторил он. – Мне срочно надо переговорить с капитаном.

- Старший помощник Монке 27, - отрекомендовался веганец, жестом предлагая гостю пройти в лифт, а оттуда – в кают-компанию. – Капитан в данный момент отсутствует. Увольнительное до, - посмотрел на комм, - двадцати часов по корабельному времени. Будете ждать?

- Никак нет, - сержант напустил на себя важный вид, усевшись на диванчике. – Я представляю внутреннюю полицию соседнего сектора. Здесь инкогнито. Вышел на след некоей группировки. К сожалению, вынужден прервать преследование. Необходима помощь.

- Что случилось?

- Похищен ценный груз…живой товар.

- Ого! – от расслабленности Монке 27 не осталось и следа.

- Да. К сожалению, мне приходится заниматься двумя делами сразу – не просто преследовать груз, но и отслеживать все возможные контакты похитителей. До этого все шло прекрасно, я почти сидел у них на хвосте, но здесь, на этой станции, мои «подопечные» кое с кем общались. Я должен проверить информацию… а они тем временем уйдут!

- Понимаю. Вы хотите передать нам свои полномочия?

- Так точно. Передать. Вместе с информацией по похитителям.

- И по живому товару?

- Да.

- Сколько?

- Чего? – сержант захлопал глазами.

- Сколько… человек похищено?

Чепер растерялся. До этого под живым товаром он подразумевал только маленького скрипуна, но раз говорят о людях… И тут в мозгу забрезжила идея. Кажется, краем уха он слышал о том, что кто-то еще пропал?

- Один. Один человек. Но вы понимаете, человек человеку – рознь! Иной стоит десятка… м-м… простых людей. И нелюдей.

- Каждый разумный уникален и имеет большую ценность, - заявил веганец. – Но я вас понимаю, - он активировал стоявший на столике рядом ноут и приготовился записывать. - Его приметы?

Чепер почувствовал себя неуютно. Одна ложь громоздила на себя другую. Эх, и зачем это он… Но позвольте, почему он должен врать?

- Я сейчас скину вам файл, - он не спеша полез в свой комм. – На нем обозначен пропавший человек. Он случайно попал в поле зрения камер видеонаблюдения космопорта, буквально за пару минут до похищения. Именно поэтому нам удалось сравнительно легко напасть на след…

Поколдовав немного, он вывел на экран вырезку из записи камеры видеонаблюдения, которая зафиксировала того самого подозрительного типа, за которым его и отправили как за похитителем скрипуна и грабителем змеелюдов. Если Интергалакпол его поймает, получится, что этот тип вдобавок украл сам себя!

Но ярко-голубое лицо веганца потемнело и приобрело густо-фиолетовый оттенок, едва он увидел «пропавшего».

- Это же… Это же Юлий Холодов по прозвищу «Холодильник»! – выдавил он. – Два года тому назад он объявлен в междупланетный розыск! И он пропал? Похищен?

Чепер никогда прежде не слышал об этом человеке, но сумел себя не выдать. Он только развел руками – мол, невероятно, но факт.

- Похищен, чтобы не предстать перед судом? – сказал он. – И, сами понимаете, его надо найти и… предъявить обвинение! Понимаете?

- Понимаю, - Монке 27 снова принял свой естественный цвет. – Значит, Юлий Холодов и его…м-м… сопровождающие были здесь? Когда?

- Чуть больше трех местных суток назад, - на глазок прикинул сержант.

- Эх, а мы прилетели только сутки назад… Ладно, спасибо за информацию, - старший помощник встал, отдал честь. – Интергалакпол принимает на себя вашу миссию. Можете быть спокойны.

Облегчение, которое испытал сержант Чепер, нельзя было передать словами. Осталось только сунуть нос в нижние уровни, сделав вид, что провел обыск, и потихоньку возвращаться домой.

Юлий с наслаждением откинулся на спинку ложемента, потягиваясь и едва не начав мурлыкать себе под нос задорный мотивчик. Маневр был выполнен безупречно, они проскочили через очередной «лаз», выбравшись в соседний сектор, и теперь неспешно сбрасывали скорость. В кои-то веки раз можно было получить удовольствие от полета, от космоса и от жизни вообще! Настроение было – хоть пой, хоть пляши! «Бабочка» получила необходимый ремонт, топлива было полно, зарядники еще не израсходованы и наполовину, в трубах бежала свежая воздушная смесь, свободная от примесей, кладовые пополнились свеженькими пайками аж четырех видов, так что какое-то время пираты могли себе позволить перебирать харчами. И все это – под простейший аванс. Старина Четвероног постарался, не иначе. Мутант, едва взглянул на уровень кодировки информации на извлеченной из хвоста скрипуна флешки, сразу проникся ее важностью и предложил купить ее оптом. Юлий согласился, не раздумывая, хотя оба понимали, что торгуются из-за… как это правильно сказать… Кота Шреденгера, который то ли есть, то ли его нет. В случае удачи Четвероног окажется сказочно богат, а Юлий продешевит. В случае провала в выигрыше окажется, наоборот, капитан «Бабочки», а незадачливый хакер потеряет деньги и время. И это не считая возможных проблем. Но оба на сделку пошли, и Юлий лично чувствовал себя сейчас превосходно. Последние несколько дней они летели, куда глаза глядят, особенно не выбирая маршрут, не то тестируя «Бабочку», не то просто наслаждаясь жизнью. Вот бы так всегда! Ты свободен и волен делать, что угодно!

- Хорошо жить? – подмигнул он Джеку. Тот, поглощенный работой, ответил не сразу.

- Ага. А хорошо жить – еще лучше!

- Кстати, где мы? – Юлий повернулся к Рексу. – Что там у нас в пределах досягаемости?

Связист, совмещавший обязанности навигатора, немного поколдовал над пультом.

- Вот, - перед капитаном развернулась трехмерная виртуальная модель. – Мы примерно в этой точке, - внизу запульсировал огонек. – Поблизости две станции и четыре обитаемые планеты. Всего в секторе семь обитаемых планет и три купольные колонии. Вот тут, тут и еще одна на самой границе сектора, - на схеме зажглись дополнительные огоньки. – Станции – одна рабочая, со второй… со второй надо разбираться. В старых лоциях указано, что она планировалась закрыться на ремонт, но это было больше трех циклов назад, и что там сейчас – не поймешь. Надо подлететь поближе и связаться напрямую, а мы…

- Расслабься, - отмахнулся Юлий, правильно поняв сомнения своего подчиненного. – Мы в этом секторе еще не были, засветиться не успели. Так что вряд ли нас так уж серьезно ищут. Тем более, через двух лет почти полной изоляции. И… разве тебе не хочется пройтись?..

Пилот и связист переглянулись. Два года мотаться по пустынным закоулкам, боясь попасть на глаза пролетающим мимо кораблям и лишь время от времени устраивая засады, чтобы пополнить скудеющие запасы! Люди устали. Посещение двух станций и одной планеты не утолило жажду, а лишь разожгло аппетит. Все хотели еще раз сойти на грунт и хотя бы немного развеяться. Тем более что у них было еще немного денег.

- Давай к этой станции, - решил Юлий. – Заодно проверим, что да как!

Лететь оказалось близко – через каких-то двадцать восемь с половиной часов станция замаячила на всех экранах.

В рубку набились все. Даже энергетик Томас оставил машинное отделение на попечение Ли и пришел посмотреть на станцию, которая медленно наплывала на экраны. Она была типовой, то есть представляла собой что-то вроде громадного колеса, в ступице которого был расположен управляющий узел, в осях – склады, теплицы и подсобные помещения, а сам «обод» был разбит на жилые и деловые сектора. У нее было всего четыре стыковочных узла, и возле каждого вилось по два-три корабля, ожидая своей очереди на парковку. Судя по тому, что некоторые из них развлекались, маневрируя туда-сюда, время ожидания затягивалось.

- Будем ждать? – обернулся Юлий к стоящим за спиной людям.

- Смотря, сколько ждать, - пожал плечами Эшли. – Если больше суток, то не имеет смысла.

- Сейчас выясним. Рекс, связь!

- Борт АЯ-14/37-«Бабочка-люкс» вызывает диспетчерскую станцию, - немедленно заговорил тот в микрофон. – Запрашиваю разрешение на посадку. Повторяю. Борт АЯ-14/37-«Бабочка-люкс» запрашивает разрешение на посадку. Прием! Как слышно? «Бабочка-люкс» запрашивает диспетчерскую…

Из динамиков послышался какой-то странный шорох – как будто там кто-то суетится, толкаясь и возмущенно переругиваясь.

- Да поняли мы, поняли, - наконец прозвучало в ответ. – Значит, «Бабочка-люкс»? Яхта класса «Бабочка», так? Бортовой номер АЯ-14/37?

- Да, это мы, - Рекс покосился на Юлия. Бортовой номер он назвал неправильно, поскольку настоящий принадлежал яхте, находящейся в розыске. – А что такого?

- Назовите ваш предыдущий пункт назначения.

- Что?

- Откуда прибыли, спрашиваю!

Юлий напрягся. Они не видели лица диспетчера, только слышали его голос. С одной стороны, это нормально, а с другой…

- А вам это зачем?

- Мало ли… в секторе неспокойно. Дестроерская система объявила о выходе из Лиги Свободных Миров и напала на Мир Оссиан. Их поддерживает Великая Хакашия и… кхм, - диспетчер оборвал сам себя, решив, что и так проболтался. - Это совсем рядом. Приходится контролировать ситуацию и тщательно проверять все суда. Видите, что у нас творится в очередях? Дестроер объявил общий сбор наемников, так что космос сейчас переполнен… Кхм… так откуда прибыли и с какой целью?

- Что им сказать? – прошипел Рекс, прикрыв микрофон ладонью.

Юлий задумался. Война… Ничего удивительного. В Галактике постоянно кто-то с кем-то воюет. Большинство конфликтов локальны – то восстанет провинция Великой Звездной Империи, то чего-то не поделят между собой члены Лиги Свободных Миров, то вообще явятся гости из соседней Галактики, мечтая отхватить себе систему-другую. Не стоит ли им вступить в ополчение? Отличное прикрытие на тот случай, если их еще ищут?

- Скажи, что наша цель – Дестроер, - распорядился он.

Рекс повторил его слова.

- Так-так, - судя по щелчкам, диспетчер тоже колдовал над пультом. – Вставайте к третьему терминалу. Ваш порядковый номер – пятьдесят шестой.

- Чего? – чуть ли не хором возопили Рекс, Юлий и присоединившийся к ним Джек. – Сколько-сколько?

- Пятьдесят шестой с начала этих суток, «Бабочка», - диспетчер изобразил вздох смертельно уставшего человека. – На данный момент перед вами всего четверо. Будете ждать?

Юлий обернулся на своих людей. Прочел в их глазах ответ.

- Да.

Глава 9

ГЛАВА 9.

Ожидание растянулось еще на десять часов.

Таможенники работали то ли с преувеличенным тщанием, то ли спустя рукава, но проверка продвигалась крайне медленно. Тем более что время от времени подлетали какие-то малые суда и с видом: «Мне только спросить!» - вклинивались в очередь. Так «Бабочка» пропустила вперед себя двоих, а когда уже все решили, что они – следующие, из космоса выплыл пассажирский лайнер, на борту которого, судя по совершаемым им маневрам и шум в эфире, находился то ли заразный больной, то ли сумасшедший маньяк. Станция вспыхнула ответными огнями, всем судам в очередях было рекомендовано отлететь на пару сотен километров и не мешаться, а навстречу лайнеру вылетели аж четыре «Шершня» и два частных катерка, один из которых, тем не менее, нес на себе эмблему службы медицинского контроля.

- Интересно, что они там раскопали? – Джек не сводил глаз с экрана. Лайнер при большом увеличении казался громадным, но безобидным монстром, вокруг которого, постепенно сужая круги, сновали хищники. Вот один «устремился в атаку» и пришвартовался к боку судна. Вот за ним ринулся другой, потом третий… «Шершни» и катерки облепили лайнер, мигая сигнальными огнями.

- Красиво, - вздохнул Рекс. – Как на празднике.

- Ага, - поморщился Юлий, - вот только мы явно чужие на этом празднике жизни.

- Не говори так, кэп. А вдруг у них неприятности?

- А вдруг это у нас неприятности? Если на лайнере больной или маньяк, станцию могут вовсе временно закрыть. И тогда придется лететь к следующей!

- Ну и долетим, в чем проблема? – фыркнул Джек, но его голос звучал без энтузиазма. Людям так хотелось выйти из замкнутого пространства корабля! Три предыдущих короткие остановки только раззадорили. Теперь все мечтали об открытом небе, о настоящей земле под ногами, о проточной воде естественных водоемов и всяких там травках-пичужках. И каждая лишняя минута ожидания лишь усиливала тоску.

- Так может, пока суд да дело, рванем куда-нибудь? – Рекс развернул карту и приготовил пару вирт-окон для расчетов. – Ближайшая живая планета всего в трех днях лету. Каких-то восемьдесят шесть часов – и мы на орбите! Даже «норой» пользоваться придется только один раз, вот тут, - он ткнул пальцем в картинку, которая от такого обращения пошла рябью.

- Что за планета?

- Вторая системы Силорус. Закрыта для посещений.

- Частная собственность или на ней кто-нибудь живет?

- Похоже, что второе. Там расположено консульство Лиги Свободных Миров.

- Ага. Сторожат силорусян от людей?

- Можно сказать и так. Летим, кэп?

- А зачем? – пожал плечами Юлий.

- Просто так. По травке походим, на облака посмотрим, поохотимся на кого-нибудь… А можем и подработку найти. Мало ли, вдруг надо срочно кого-то забрать или что-то увезти-привезти? Зато отдохнем!

Отдохнуть Юлию хотелось, но что-то удерживало его от того, чтобы немедленно отдать соответствующий приказ.

Пока они совещались и раздумывали, мимо промчался облегченный скоростной крейсер. Окрашенный в серебристо-серый цвет с синим звездчатым узором на борту, он казался черно-белым. Габаритные огни мигали в хорошо знакомом ритме.

- Интергалакпол, - напрягся Юлий. – Вот тебе и отдохнули на травке…

- Да брось, кэп, - отмахнулся Джек, увлеченный составлением трассы. – Ты же копов знаешь – им закон не писан. Небось, охота побыстрее таможню проскочить, а в очереди торчать неохота.

В его словах была своя логика, но что-то мешало Юлию успокоиться. Он с преувеличенным вниманием уставился на пассажирский лайнер – к четырем «Шершням» присоединились еще два. Выпустив команды – выходило, что на борту минимум полторы сотни вооруженных людей – они отвалились в стороны и зависли рядом. Ни дать, ни взять насосавшиеся крови комары, которые наелись так, что не могут даже лететь. Что там происходит?

Внезапно раздавшийся звонок внешней связи заставил всех подпрыгнуть.

- Диспетчерская вызывает АЯ-14/37-«Бабочка-люкс». Повторяю, вызываю яхту АЯ-14/37-«Бабочка-люкс». «Бабочка», ответьте центру!

Джек прикрыл микрофон рукой, обернувшись на Юлия. Что бы это могло значить? Тот кивнул, и связист наклонился вперед.

- «Бабочка» на связи. Что случилось? Нас-таки передвинули на начало очереди?

- Оставайтесь на месте, - прозвучал приказ. – И приготовьтесь лечь в дрейф.

- Что за…

Юлий и Джек даже привскочили с кресел. Добравшийся до станции крейсер Интергалакпола медленно разворачивался, нацеливаясь в их сторону.

- Черт. Он же к нам!

Думать было некогда. Юлий рухнул в кресло, торопливо пристегиваясь:

- Всему экипажу. Тридцатисекундная готовность. Полный назад и… когти рвем, ребята! Рвем!

- Твою же ж мать! – яростно высказался Рекс, кидаясь к пульту. – Вот и погуляли…Да что же это такое?

- Яхта класса «Бабочка-люкс», оставайтесь на месте и приготовьтесь к досмотру! – снова прозвучал голос в динамиках. – Это приказ! За неподчинение мы имеем право открыть огонь! Повторяю. Яхта класса «Бабочка-люкс», оставайтесь…

Решительным жестом Рекс протянул руку и отключил связь. Джек тихо матерился сквозь зубы, начиная разворот.

Полицейский крейсер, судя по вспышкам габаритных огней, еще дважды передал предложение остановиться, после чего остановился сам. Для чего – понятно было без слов. Даже для холостого предупредительного выстрела надо было тщательно прицелиться, ибо закон суров по отношению даже к своим служителям. За «лишнюю» пару трупов, даже если это трупы межгалактических преступников, копы могут заплатить чуть ли не больше, чем эти преступники, перестреляв группу заложников.

- Полный вперед, - скомандовал Юлий хладнокровно.

- Куда?

Недолго думая, Юлий развернул перед собой трехмерную карту окрестностей. Помедлив, ткнул пальцем в дальний от себя угол:

- Вот!

- Ёпрст! – только и высказался Джек. – Но это ж…

- Выполнять!

- Есть.

В следующую секунду «Бабочка» рванула прочь с такой скоростью, что даже выпусти по ним полицейские пару не холостых, а боевых ракет, все равно не смогли бы догнать.

Полллард Руд Хэмир окинул взглядом хранилище и остался вполне доволен. Улов был солидным – двадцать две молодые землянки в возрасте примерно от семнадцати до двадцати трех лет, если судить не только по внешности и генетическому анализу, но и по их паспортным карточкам. Все светлокожие, среднего и выше среднего роста, стройные или спортивные. Нет ни одной худой или слишком упитанной, ни одна не имеет выраженных недостатков внешности, ни одна не хромает, не картавит, не страдает нервными расстройствами – насколько это можно судить по короткому двухминутному знакомству. Более точные анализы, над которыми сейчас корпел док, показывали, что большинство их физически здоровы, следовательно, ни одна не несет в себе вируса какой-нибудь заразной болезни. И, тем более, ни одна не беременна. Эти два последних фактора считаются решающими при закупке «товара» - в одном случае это означает дополнительные расходы на лечение, а в другом… в другом придется искать индивидуального заказчика, выставляя экземпляр на закрытые торги в инфранете. Интергалакпол же подобные сайты шерстит с особенным тщанием.

Он прошел вдоль полок, на которых ровными штабелями были уложены упакованные в специальные мешки погруженные в анабиоз тела землянок. Со стороны – мешки как мешки, в таких обычно перевозят удобрения, образцы почвы или растительное сырье, как, например, волокна шум-травы с Торгварры-6. Отличаются они от обычного груза разве что запахом – шум-трава пахнет почему-то мокрой шерстью, растительное сырье – сеном. Грунт пахнет землей и пылью, химикаты – химией, тут и дураку понятно. А вот от этого груза исходит разве что слабый аромат герметика и пластика. Пол мысленно сделал пометку дать Курту задание обрызгать контейнеры каким-нибудь пахучим дезодорантом на случай проверки. Самим девчонкам ничего не будет – погруженные в анабиоз, они благополучно проспят до того момента, когда не будет нарушена герметичность мешков. Препарат, погрузивший их в анабиоз, не слишком стойкий, разрушается от свежего воздуха, так что с грузом придется быть очень осторожными. Эх, будь он профессиональным охотником на людей, у него здесь стояла бы специальная установка, которая замораживала тела на сколь угодно долгий срок. Для них имелось бы специальное хранилище, где поддерживалась определенная температура и влажность, а также химический состав воздуха…

Пол вздохнул. Было время, когда он раздумывал о таком бизнесе, но его останавливали большие вложения капитала – пришлось бы брать еще один кредит, а он тогда за «Комету» не рассчитался – и не менее большие риски. Одиночке в сфере работорговли не выжить. Разветвленные корпорации, которые и контролируют рынок, быстро вычисляют и сдают Интергалакполу таких вот конкурентов. От этого всем хорошо – монополисты убирают тех, кто пытается им мешать – всему миру ясно, что для крупной корпорации нет никого опаснее кустаря-одиночки, не зря же испокон веков тянется мнение, что за украденный кусок хлеба можно получить больший срок, чем за растрату миллиардов! – а Интергалакпол отчитывается о раскрываемости преступлений.

И вот теперь Полу внезапно представилась возможность самому поработать на корпорацию.

Он мысленно подсчитал барыши. Уван Вэ-с-половиной дал ему только аванс. Окончательный расчет произойдет, когда два десятка девушек будут переданы посреднику. Два десятка, а не двадцать две. Этих Пол может либо перепродать с выгодой для себя, либо… Да безо всяких «либо»! Вы знаете, сколько стоит молодая землянка? Даже вот такая, необученная, не прошедшая проверку и не чипированная соответствующим образом? Даже если выставить чисто символическую начальную цену и не слишком гнаться за прибылью, можно окупить все расходы. А можно добавить пару лишних к основной партии и получить премию. Итого при самом скромном варианте на счету будет тысяч десять, а то и двенадцать чистой прибыли. Солидный куш.

В состоянии эйфории и головокружения от открывающихся перспектив, Пол вызвал Курта и вместе с ним явился в медкабинет. Док склонялся над электронным микроскопом. Рядом стройными рядами выстроились образцы. Время от времени док отвлекался и делал пометки в планшете, заполняя какую-то таблицу.

- Ну? – приветствовал его Пол.

- Закончил анализы для шестнадцати объектов, - док кивнул на ряд штативов слева. – Сейчас работаю над семнадцатым. Устал – сил нет, - он потянулся, зевая так, что Полу самому захотелось спать.

- И? – если была возможность, Пол старался обходиться минимумом слов.

- Пока ничего эдакого. Но, как говорится, в любой работе всегда есть место шухеру.

- Скоро?

- Еще часа три. А там – как пойдет.

- Рассчитай способ обработки. Нам их до места надо доставить в целости и сохранности. Кстати, Курт, это ведь твоя прямая обязанность?

Карго опять занервничал:

- Да отвечу я, отвечу! Только… если какой-нибудь форс-мажор случится?

- Какой?

- Ну, не знаю… разгерметизация там или…авария… Или утечка воздуха или приборы какие-нибудь окажут… Что мне тогда делать?

- Вот когда откажут, тогда и будем думать. А сейчас проверьте с доком условия хранения и наличие доз? А то еще очнется какая-нибудь… Проверять четыре раза в день, установить датчики движения и газообмена, следить за температурным режимом. Глаз не спускать.

- Да не спущу я, не спущу, - воскликнул Курт. – Но, если что, учти, что мы никогда живой товар не возили! Кое-чего я просто не умею!

- Значит, научишься, - отрезал Пол. – И вообще, отступать. Осталось всего ничего!

Оставив карго и врача, он направился в рубку поторопить Чесни и Шушеру, чтобы те проложили самую короткую трассу. При всех своих недостатках Курт обладал одним достоинством – у него было прямо-таки сверхъестественное чутье на проблемы. И если он говорил, что может не справиться, значит, так оно и есть и нельзя требовать от человека больше, чем он может дать.

С другой стороны, они действительно сделали большую часть работы. Прилететь на Старую Землю мало – надо еще вписаться в искривленный пространственно-временной континиум, сначала не провалившись в чужое время, а потом не «выскочив» в него. Потом добыть землянок, обойдя местные службы безопасности, затем обработать девушек, погрузив в анабиоз, провести анализы добытых образцов, чтобы не притащить древнюю заразу, которую давно все забыли, как лечить. По сравнению с этим каких-то шесть-семь дней полета – просто семечки! Через несколько дней они будут в нужном месте, свяжутся с посредником, получат от него деньги, рассчитаются с Уваром – и, положив в карман чистую прибыль, будут считать себя полностью свободными.

Облако Оорта постепенно уходило вдаль. «Комета» разгонялась, по кратчайшей траектории двигаясь к ближайшему «лазу». Еще двадцать два часа – и первый «нырок». А там…

Возле переборки, отделявшей рубку от коридора и кают-компании, мялся Тим, и Пол подмигнул парнишке. Тот, конечно, вначале чуть его не подвел, но потом втянулся. Именно благодаря ему им удалось перевыполнить план – он каким-то чутьем угадывал, какая из проходящих мимо землянок может оказаться подходящей. Одну девчонку ему настолько удалось уболтать, что она практически вплотную приблизилась к Полу и заподозрила неладное лишь когда увидела нацеленный на нее парализатор. Тим паренек симпатичный, даже красивый. Из него могла бы выйти отличная приманка.

- Капитан, - тот порывисто шагнул вперед, - можно задать вам вопрос?

Благодушно настроенный Пол даже не обратил внимания на неуставное приветствие. В конце концов, они же не в армии. Можно расслабиться.

- Да, - кивнул он.

- А куда мы летим?

Сначала ему ужасно захотелось ответить: «Тебе не все равно?» - но потом он вспомнил, что Тим не член экипажа, он в некотором роде пассажир, а следовательно, у его путешествия есть конечная цель.

- В систему Менялы. Бета Рака. А что?

- Уф… Ничего. То есть, очень хорошо! – парнишка прямо-таки расцвел в улыбке.

- А в чем дело? Не хочешь туда?

- Я? Мне все равно. То есть… куда угодно, только подальше от Забегаловки.

Система, в которой находилась Забегаловка, не просто находилась в другом секторе, чем знаменитая Меняла – у их секторов даже не было общих границ.

- Понятно. И куда тебя доставить?

На какой-то момент ему показалось, что юноша сейчас попросит капитана зачислить его в экипаж. Учитывая, что Тим уже «работал» с ними, добывая живой товар, это давало ему такое право. В конце концов, те мальчишки, которым повезло удрать, часто начинали именно так – сперва безбилетными пассажирами, потом бесполезным балластом, затем этот «балласт» внезапно пригождался и…

- Никуда. То есть, можно, я сам решу, когда мне уходить?

- Хм… - такого поворота Пол не ожидал. – Только предупреди заранее, чтобы мы тебя не искали.

Тим кивнул и посторонился, пропуская капитана в рубку.

Светлая полоса закончилась ровно три дня спустя.

Из очередного «лаза» крейсерок выбрался в неудачном месте – судя по карте, на равном расстоянии от него находились аж три звездных системы, причем все три – обитаемые. С четвертой стороны раскинулся пояс астероидов, где, если верить лоциям, находилось четыре опасных участка и три мобильных завода, которые перемещались от астероида к астероиду, вгрызаясь в них ради металлов и льда. Шушера, выведя «Комету» из «лаза» и сверившись с координатами, даже растерялся – по его расчетам, они должны были оказаться совсем в другой части сектора.

- Наверное, пространство сбойнуло, капитан, - стал оправдываться он. – Вблизи таких вот систем оно часто искривлено – срабатывает притяжение звезд, вот они и тянут его в разные стороны.

Пол только махнул рукой – что толку ругаться. Да, это накладка, но с другой стороны, они живы и здоровы, а ведь могло быть иначе – если сбоит пространство в «норе», из нее в лучшем случае вываливается комок, не поддающийся идентификации – все материалы, металл, пластик, плоть – оказываются перемешаны и сплавлены в единое целое. В худшем не возвращается ничего.

- Лучше рассчитайте, чем это нам грозит!

Навигатор закивал и углубился в расчеты.

- Да ничего особенного, - заявил он пару минут спустя. – Ближайшая «нора» в сотне миллионов километров во-он за той системой. И ведет она почти к нужной точке. Во всяком случае, мы оказываемся на границе нужного нам сектора, откуда до Менялы рукой подать. Если бы не эта система, даже выгадали бы почти сорок часов! Но эта звезда…

Эта звезда была голубой, значит, тяжелой, хотя до гигантов вроде Бетельгейзе ей было ох, как далеко. Как тяжелой звезде удалось обзавестись целой свитой из семи планет – оставалось тайной. Обычно голубые звезды одиноки или имеют всего одну-две планетки. А тут целых семь, причем, судя по всему, две из них живые. Эклиптика системы была повернута относительно курса «Кометы» на двадцать шесть градусов, так что придется взять резкий крен по вертикали, дабы уменьшить силу притяжения. И лететь придется не по прямой, а по диагонали, облетая планеты и их спутники. Хорошо еще, что большинство астероидов остались позади. Лишь два или три болтались сбоку, словно почетный эскорт. Видимо, их зацепило притяжение звезды и теперь медленно подтаскивало к светилу. Если бы у «Кометы» внезапно отказали двигатели, ей грозила бы та же участь – дрейф обреченных на гибель. Радовало и успокаивало одно – в их случае корабль, во-первых, двигался бы к звезде так долго, что экипаж успел бы умереть от голода, холода и удушья еще на полпути, а во-вторых, две планеты системы были населены разумным существами, и был шанс, что их обитатели примут сигнал бедствия и успеют спасти братьев по разуму. Поэтому экипаж «Кометы» спокойно ждал, когда пилот и навигатор рассчитают дорогу сквозь звездную систему на противоположную сторону.

Выходило, что наилучшим вариантом было облететь некоторые орбиты по широкой дуге, так что трасса в результате напоминала старинный аттракцион, когда кабинка с пассажирами то взлетает ввысь, то падает вниз. Так уменьшался шанс попасть в поле притяжения планет, но увеличивалось время прохождения. Да и двигатели при такой неровной работе изнашивались быстрее, и расход топлива тоже выходил чуть ли не двойной. Но цель оправдывала средства, и Пол дал «добро» на начало трассы.

Весь путь должен был занять порядка сорока трех или сорока четырех часов, если обойдется без проблем. И все это время ему, пилоту и навигатору придется провести здесь, в рубке. И если сам Пол мог бы иногда подменять Чесни, то для Шушеры замены не было. Навигатор должен постоянно быть начеку – ведь из-за случайно выскочившего «из-за угла» астероида трасса могла поменяться во мгновение ока.

Оторвавшись от анализов, док выдал всем троим по двойной дозе стимуляторов – первую порцию надо было принять сразу после начала вахты, а вторую – ровно через двадцать три часа, минута в минуту. Тогда у них будет даже два часа резервного времени – достаточно, чтобы подвести корабль вплотную к «норе», а может, даже успеть в нее нырнуть.

В систему они вошли не одни, а в компании нескольких астероидов. Два тотчас же начали отставать – если случай, например, столкновение с кометой или другим астероидом, не придаст им нужного ускорения, они постепенно выровняют свои орбиты и станут еще парой спутников звезды. Тем более что дальний край ее как раз и населяли такие вот «попаданцы». Притянутые гигантом и вырванные из привычного им облака, они остаются буквально на самом краю. Еще три, поменьше, начали свой самоубийственный дрейф к звезде. Рано или поздно ее лучи растопят составляющий их лед, и тогда жители обитаемых миров смогут наблюдать парочку комет.

Первый этап пути был самым сложным – надо было лавировать туда-сюда, чтобы не попасть в их зону притяжения. Трасса напоминала причудливый зигзаг, изогнутый в обеих плоскостях. Чесни действовал уверенно, его руки с обманчивой легкостью и скоростью перепархивали туда-сюда по пульту, и следивший за его руками Пол никак не мог отделаться от мысли, что сам он годится только как второй пилот – такой скорости и уверенности ему удавалось достичь только на тренажерах.

Ладно! Хватит! Что за пораженческие мысли? Что случилось? Он устал? Может быть. Столько всего навалилось в последнее время… Хорошо, что осталось только доставить груз на место, сдать с рук на руки посреднику и можно отдохнуть. Денег хватит. Сойти на грунт, несколько дней валяться где-нибудь в теньке. Можно даже посетить какой-нибудь курорт – не обязательно роскошную Лучезарию, куда мечтает попасть большинство людей, но удается прорваться лишь единицам. Есть десятки более мелких и не таких фешенебельных курортов – хотя бы горы Лендшира. Или мелкие теплые моря Тетис-4. Или посетить сафари Льяно-Африкано, пострелять местных скакунцов и челюстеротов. Вариантов на самом деле масса – только выбирай!

Замечтавшись – все равно ближайшие полтора часа ему делать практически нечего, только смотреть на экраны! – Пол потянулся к своему терминалу и открыл сбоку маленькое окошко. Пальцы пробежали по клавишам, отыскивая местный аналог инфранета. Если планеты этого гиганта населены разумными существами, у них должна быть инфра-связь с внешним миром. Конечно, на таких расстояниях она работает медленно – сообщение передается отнюдь не мгновенно, а с задержкой в полтора-два часа – но ведь пока они никуда не торопятся. Послать запрос, получить ответ, отобрать нужные ссылки и на досуге изучить каждую – что может быть проще?

Инфранет в системе был. В этом Пол успел убедиться. Правда, изображение заставок шло с искажениями, но оно работало почти в режиме реального времени. По крайней мере, задержка должна была составить всего несколько минут. Отлично. Он успеет скачать нужную информацию еще до того, как понадобится его помощь.

- А это что за…

Удивленный возглас Чесни он сперва пропустил мимо ушей, но буквально минуту спустя пилот разразился потоком ругательств, основной смысл которых сводился к тому, что один нехороший человек – он еще узнает кто и натянет ему глаз на задницу! – создает помехи, искажающие картинку. Из-за этого он просто-напросто не видит мелких камней. В поясе астероидов вакуум бывает буквально забит мелкими осколками – от пылинки диаметром в несколько миллиметров до внушительных глыб в два обхвата. С мелкими легко справляются отражатели, отталкивая или испепеляя на подлете. А вот крупные могут прорваться сквозь защиту и при столкновении повредить корабль. И хорошо, если только собьет передающую антенну. А то бывали случаи, когда от лобового столкновения погибал корабль. Стрелок, занявший место у орудия, мог сбить некоторые каменюки, но далеко не все. От некоторых приходилось уворачиваться едва ли не на ручном управлении.

И вот сейчас кто-то или что-то мешало пилоту – и стрелку, надо думать! – хорошо видеть окружающее пространство.

Мысленно чертыхнувшись, Пол поспешил свернуть все экраны, остановив загрузку информации. Несколько файлов, однако, успели перекочевать в память компьютера, и он дал себе зарок остановиться на одном из тех мест, чего бы это ни стоило. Зачем спорить с судьбой? Она всегда права.

Эфир очистился, пилот успокоился, «Комета» продолжил движение, но не прошло и пары часов, как на экране, куда время от времени посматривал капитан – больше от скуки и чтобы побороть искушение развернуть файлы и начать читать – среди неподвижных точек астероидов появилась еще одна. Крохотный огонек, которым можно было пренебречь, но этот огонек перемещался! Более того, он стал гореть ярче, и его свет стал пульсировать в хорошо знакомом ритме.

- А, чтоб тебя… тварь, - ругнулся Чесни.

- Копы? – ровным голосом поинтересовался Шушера.

- Они, с-суки… Откуда только взялись?

Вопрос был риторическим – в системе, где есть две населенные планеты и как минимум три размещенных на астероидах завода, не могло не быть космической полиции. Тем более что поблизости аж две «норы» и надо контролировать пространство между ними и соседями.

- Это они на источник помех среагировали, - убежденно промолвил Чесни. – Надо было уйти в радиомолчание…

- Задним умом все крепки, - огрызнулся Пол. – Система огромная, мы шли по краю. Шансы ничтожны…

- Это я понимаю, кэп, - кивнул пилот. – Это понимаешь ты. Но понимают ли это все остальные?

Он еще не договорил, а Пол уже все понял. Понял, кто еще мог создавать помехи, причем из самых лучших побуждений, просто не задумываясь о последствиях.

Тикки. Бывший геймер долго морочил им голову, выдавая себя за стрелка. Потом какое-то время казалось, что он станет механиком, но стоило его посадить за пульт связи, как он нашел себя. Парень вмиг разобрался в аппаратуре и с удовольствием проводил там буквально все свободное время. Правда, геймерское прошлое давало о себе знать. Ему все хотелось «погонять» на тренажерах, или «погрузиться в стрелялку». Он постоянно копался в файлах «Кометы», выискивая самые простейшие игры и тесты, и гонял машину по ним постоянно. Несомненно, сейчас не только Полу пришла в голову светлая идея пробежаться по местному инфранету, но Тикки тоже и, может, даже раньше него, подключился к местной сети. И наверняка его активность обратила на себя чье-то внимание. Интересно, что он там такого накачал? Может, попытался влезть на закрытый сайт? Или обойти блокировку платной игры? Пол не знал и знать не хотел.

Он не стал ни переводить стрелки на подчиненного, ни оправдываться – такие проколы бывают у всех, предусмотреть все невозможно. И, если это местная полиция, проблем нет. Надо только перекинуть им копию трассы, доказывая, что в намерения гостей не входит высадка на грунт – и можно лететь дальше. Хуже, если встретятся с Интергалакполом. С этими придется как следует побрехаться. Пол активировал внутреннюю связь.

- Курт, в рубку, - сказал он. – Для тебя есть работа.

Переговоры обычно проводит капитан, особенно с властями. Изворотливый карго, если не запаникует в нужный момент, будет просто подсказывать ответы – где сделать паузу, как бы размышляя, где начать со всем соглашаться, а где упираться и стоять на своем.

Курт явился быстро, как будто ждал за дверью разрешения войти. Одного взгляда на пульсирующий в знакомом ритме огонек ему хватило, чтобы схватиться за голову:

- Мы пропали!

- Пока нет, - Пол старался сохранять спокойствие. «Комета» продолжала двигаться своим курсом. Может быть, от нее просто отстанут?

Нет. Внезапно ритм пульсации изменился. Три подряд ярких вспышки – пауза – одна растянутая во времени вспышка – пауза – еще две вспышки…

- Они выходят на связь, - перевел Шушера.

- Тикки! Прекращай валять дурака и начинай работать!

- А я что? Я ничего! – заторопился геймер так преувеличенно-делово, что сомнений не осталось. Он действительно шарил по инфранету.

- Давай связь.

- С кем?

- С полицией, мать твою в… на… и через…! – рявкнул Пол. – Совсем в своих игрушках закопался?

- А? Ой…- Тикки, кажется, проникся. – Ага, счас!

Что-то щелкнуло, послышался стрекот статических помех, и на боковом экране возле самого лица Пола появилось изображение веганца в характерной форме. Интергалакпол, чтоб его! И мало того – с ними будет говорить нелюдь. Всем известно, что гуманиоды весьма нетолерантно относятся к представителям вида «гомо сапиенс». И то, что сойдет с лап меору или со щупалец змеелюду, землянину отольется втридорога. Справедливости ради надо сказать, что и земляне платили гуманоидам той же монетой, зато охотно дружили с представителями других разумных видов.

- Судно типа «малый крейсер», назовите себя и сообщите цель своего появления в системе.

- Говорит малый крейсер МК-16/34-11 «бис», «Комета». Порт приписки – станция Линия-8 Новой Земли-4, сектор 33-Р-2. Капитан Поллард Руд Хэмир. Следуем через систему в связи с корректировкой курса…- он поймал предупреждающий взгляд Курта и изобразил на лице раскаяние: - Немного не рассчитали точку входа-выхода. Пытаемся добраться до ближайшей «норы».

Повисла пауза. Связь отставала на несколько минут, и в известном смысле эти минуты играли на руку обеим сторонам. Полиция явно использовала задержку, чтобы пробить «Комету» по базе данных находящихся в розыске судов, а сам экипаж «Кометы» мог приготовиться и дать отпор.

- Род занятий? – последовал новый вопрос.

- Эм, - Пол покосился на Курта. – Частный бизнес. Мелкооптовая торговля.

- Имеется лицензия?

Пол замер. Курт рядом заскрипел зубами так явственно, что его могли бы услышать на полицейском корабле. Ибо лицензия действительно была, и даже находилась в ведении карго, но и только.

- Д-да… - выдавил Пол, глядя на перекошенное лицо своего человека. Счастье, что тот стоял сбоку от экрана и в кадр не попадал.

- Отошлите ее нам для проверки. И заодно сообщите конечную цель вашего пути, а также наличие на борту грузов.

- Грузы? – Пол старался выиграть время, одновременно помахивая опущенной рукой Курту, мол, не стой столбом и хоть что-нибудь делай! – Наши трюмы пусты. Только хотели сделать закупку… найти заказчиков… Или пассажиров.

- Лицензия имеется?

Черт. И кто его тянул за язык? Возить туда-сюда пассажиров действительно отменное прикрытие – всегда можно подбросить им контрабанду и сказать, что «капитан корабля не несет ответственности за запрещенные препараты, пронесенные пассажирами через таможню». Ты получаешь двойной навар – и за билеты, и за контрабанду. Но для этого надо полностью переоборудовать «Комету» - сделать надстройку на верхней палубе для досуга, ввести две штатных единицы стюардов, непременно разного пола, устроить восемь отдельных кают для тех, кто путешествует в одиночку и четыре каюты для семей с детьми. В общем, дешевле сразу купить лайнер.

- У вас есть лицензия?

Курт побледнел и с обреченным видом скинул Полу какой-то файл. Тот отправил его по инстанции и остался сидеть, ожидая результатов.

Никогда еще техническая пауза не тянулась так долго.

- Ваша лицензия недействительна! – наконец, пришел ответ.

- Что? – Курт и Пол выкрикнули это одновременно. – Как это так? Мы же проверяли ее! Мы…

- Неправильно оформлены пункты 13, 16, 21 и подпункт 4 пункта 46. А пункт 150 вообще никак не заполнен.

- Сто пятьдесят? – Пол, не таясь, обернулся на Курта. – Ты уверял, что все сделал!

- Да никто вообще на эту лицензию внимания не обращает! – огрызнулся тот. - Ее никто до конца не дочитывает… не дочитывал…

- Вот что, борт МК-16/34-11 «бис», «Комета», заглушите двигатели, ложитесь в дрейф и приготовьтесь принять группу таможенников для досмотра.

- Вот сука, - высказался Курт, когда экран погас. – Кэп, что делать?

У Пола наготове тоже было несколько «ласковых» слов в отношении таможенников вообще и этих синих веганских морд в частности, но он предпочел промолчать. Выпустить пары он всегда успеет.

- Что делать? Заголяться и… - огрызнулся он. – Пункт сто пятьдесят у него не заполнен… Что в нем?

- А я помню? Я уже после восьмидесятого сдулся и заполнял наобум, даже не глядя, что куда пишу! Да забей ты на эту лицензию. Эти синие морды к нам все равно б придрались, не так, так эдак. Номер не той краской написан, отражатели не под теми углами торчат, скорость не та, астероид обогнал…

Пол знал, что Курт прав, но это не успокаивало. Если Интергалакпол прицепился, теперь ни за что не отцепится. Значит, надо либо удирать, либо принимать безнадежный бой, либо подставлять трюмы под досмотр. Первые два пункта не подходили по ряду причин – если они удерут, то есть, если у них получится удрать, копы мигом разошлют ориентировки по всей округе. И тогда им ни за что не дадут долететь до цели – на каждой заправочной станции их будет ждать группа захвата, каждый встречный полицейский корабль будет кидаться им наперерез. Побег автоматически поставит их вне закона.

Не лучше было бы дело и при вооруженном сопротивлении. Во-первых, они вооружены хуже копов – кроме пары отражателей и пары ракет, им и противопоставить-то нечего. Ну, еще есть лазерные пушки и несколько маячковых мин, но для этого им надо подойти практически вплотную. Копы либо расстреляют их, либо… либо они расстреляют копов, что настолько маловероятно, что о победе не хотелось думать. Тем более что в случае победы они окажутся в черном списке Интергалакпола – их противник перед началом боя успеет передать по инстанции не только сообщение о схватке, но и о том, с кем они сцепились.

Оставалась последняя возможность. Сыграть в простых торговцев.

- Сколько у нас времени?

Шушера бросил взгляд на приборы.

- Около двадцати двух стандарт-минут. Потом…

Потом высланный копами абордажный катер прилипнет к боку «Кометы».

- Не будем его терять! – Пол упруго поднялся, бросив в комм: - Док бросай работу, готовь образцы к погрузке.

Комм недовольно зашипел.

- Какой, в дыру, погрузке? – раздался голос врача. – Мы же…

- Мы на прицеле у копов, - оборвал Пол, выходя из рубки.

- Понял…

Док отключился.

Поманив за собой Курта, Пол направился к нижней палубе, попутно вызывая Тикки и Зигфрида. Не стоило пока доверять землянину, ох, не стоило, но пока он вел себя смирно, а сейчас каждый человек на счету.

К его удивлению, на полпути его перехватил Тим Стронг:

- Что случилось?

- Случился Интергалакпол, - коротко ответил тот. – Форс-мажор. Не мешай!

Вызванные ждали на нижней палубе. Все, кроме Зигфрида, были собраны и взвинчены. Только землянин выглядел растерянным и немного злым.

- Так, - Пол решил не тратить времени на объяснения, - нас зажали копы. Через двадцать стандарт-минут они будут здесь. Надо избавиться от груза.

- Как? – только и спросил Тикки.

- Молча. Трюм должен быть пуст.

- Мы их… того? – геймер провел ребром ладони по горлу. Зигфрид зло хохотнул.

- Мы их… Шушера, - включил Пол громкую связь, - как вокруг?

- Какая тут может быть обстановка? – откликнулся навигатор. – Мы только-только проползли пояс астероидов и…

- Астероиды, - повторил Пол для особо непонятливых. – Шушера, дай всем картинку!

Наручные браслеты членов команды ожили. На них высветилась трехмерная модель окружающего мира – золотистые искорки астероидов и два алых пульсирующих огонька. Один был обозначен как «Комета», другой – как приближающийся к ней стыковочный «Шершень» полиции.

- Астероиды, - повторил Пол. – Мы скинем на один из них груз, потом подберем.

- Понятно, - повеселел Тикки. – А я думал…

- Думать вредно. От этого мысли заводятся… Парни, груз во флайер, док следит. Тикки программирует автопилот и ставит маячок…

- Н-но я не знаю, как… - замялся тот.

- Элементарно, сынок, - подал голос Зига. – Я подскажу.

- За работу, - подтолкнул их Пол. – Можете звать подмогу, если не успеваете, но чтобы через семнадцать стандарт-минут его тут не было.

- Один вопрос, кэп, - остановил его Курт, - а кто пойдет на флайере сопровождающим?

- Никто. Ставьте автопилот и программу самонаведения. Нас на борту должно быть ровно столько человек, сколько записано в программе! Подчистить ее мы не успеваем!

Тем более что после чистки и удаления «лишнего» человека, программу следовало перезагрузить, а это полтора часа «чистого» времени. Времени, когда на корабле будут работать только автономные системы жизнеобеспечения, почему перезагрузку проводят лишь на грунте.

Отдав приказ, Пол уже собрался вернуться в рубку – вдруг копам приспичит поговорить? – но за первым же поворотом его нагнал Тим:

- Вы мне нужны, капитан!

И прежде, чем Пол успел открыть рот, дернул за руку, утаскивая в свою каюту.

- Что случилось?

Прежде, чем ответить, Тим проверил, надежно ли заперта дверь.

- Капитан, я… прошу вас, спрячьте меня!

- Не понял.

- Как я понимаю, к нам летят копы?

- Ну да. Неприятно, но… если мы сыграем в простых торговцев, все будет чисто. Обычный досмотр. Задержит на два-три стандарт-часа. Все равно у нас фора.

- Капитан, я…- Тим стиснул кулаки, - не отдавайте меня им!

- Да с чего ты взял? Ты – пассажир и… Постой, - осенило его, - ты же покинул Забегаловку незаконно.

На Тима было жалко смотреть. Он стоял, понурившись, опустив голову, весь такой жалкий, что хотелось обнять его и приласкать, как маленького ребенка. Мальчишка, удравший из дома. Пол вспомнил свои мысли и сомнения на его счет. Вспомнил других таких же мальчишек, которые тоже удирают в космос в надежде на подвиги и приключения. Скольким из них везет? Единицам. Одних ловят и насильно возвращают домой, другие погибают, пропадают без вести или становятся жертвами работорговцев. Третьи… третьим везет, и они встречаются с такими, как Поллард Руд Хэмир.

- Что ты натворил, парень?

- Я не парень…

Прозвучало это так тихо, что Полу пришлось наклониться вперед:

- Что-что?

Тим поднял голову, и капитан с удивлением заметил на его отчаянной мордашке слезы.

- Я не парень, - громче повторил он и вдруг, схватив руку Пола, прижал к своей груди…

…к выпуклому полушарию, которое скрывалось под одеждой.

Пальцы Пола машинально сжались, обхватывая девичью грудь. В следующий миг он вырвался, рывком распахнул на Тиме комбинезон и понял, что осязание его не обмануло.

- Ах, ты… дрянь… Дрянь дело! – оттолкнул покрасневшую чуть ли не до шеи девчонку, сам шарахнувшись от нее. – Ты… с… с ума сошел… сошла! Ты вообще чем думала? Ты…

- Простите, - из глаз девчонки все-таки брызнули слезы. Дрожащими руками она пыталась справиться с застежкой. – Я не хотела… не думала, что…

- Ты вообще не думала! Вы, бабы... Вам бы только… Вот тварь!

- Простите!

- «Простите»! – скривился Пол. – Да ты знаешь, что я могу тебя запихнуть к тем девчонкам, а потом продать на ближайшей планете?

- Мне все равно, - ошарашила его девушка и вдруг вцепилась Полу в воротник, отчаянно тряся. – Делайте со мной все, что хотите, только не отдавайте копам! Они… они вернут меня домой, а я этого не хочу. Мне нельзя домой, понимаете? Нельзя! Я… я лучше в шлюз выброшусь, чем домой! Я не хочу!

И внезапно разрыдалась, уткнувшись носом ему в грудь.

За тридцать лет жизни Пол не раз имел дело с женщинами, а на трех даже пытался жениться… ну, как пытался… врал, что женится, чтобы уломать несговорчивую девчонку на секс. Он встречался и со шлюхами, и с порядочными женщинами, и даже с капризными маменькиными дочками. Все они вели себя по-разному, но ни одна ни разу не рыдала у него на груди так отчаянно и безнадежно. Справившись с собой, Пол осторожно погладил вздрагивающую спину:

- Ну, ты это… прекрати. Еще не то подумают… есть же устав корабля… Я попробую, но…

Словно только и ждал этого момента, ожил его личный комм.

- Кэп, мы закончили погрузку, - отрапортовал Курт. – Тикки и Зига сейчас программируют «Шершня». Через тридцать секунд старт.

Пол и девушка уставились друг на друга. Тридцать секунд. Этого слишком мало, чтобы к замороженным рабыням присоединилась еще одна. Даже если она будет в сознании.

- Погоди, - мужчина сам не заметил, как стиснул ее ладонь. – Есть у меня одна идея…

Глава 10

ГЛАВА 10.

Над входом в шлюз загорелась сигнальная лампочка, послышался гнусавый звонок, и в следующую минуту зашипела автоматика, соединяя два корабля в единое целое.

Пол, Кир-Пу и Курт стояли у порога, держа руки наготове. Они чуть попятились, когда створки шлюза разошлись, и на пороге появились пять фигур в облегченных скафандрах. Четверо держали наперевес лазерные винтовки, у пятого оружия не было видно, зато наготове был планшет. Он же единственный явился не только с открытым лицом – его сопровождавшие щеголяли в шлемах с опущенными щитками – но и не являлся человеком. Судя по форме черепа, цвету кожи и сутулой фигуре, он был гортом – четвертой из пяти гуманоидных рас. Гортов отличал рудиментарный нарост в форме гребня, буроватая с узорами кожа с остатками чешуек и плоские носы. В числе их предков явно были рептилии, из-за чего их за глаза называли рептилоидами. У гортов было четыре расы, отличавшихся как раз формой гребня и оттенком кожи – от кирпично-красной до темно-бурой. Но узоры, чешуйки и плоские носы имелись у всех.

Пол слегка приуныл. По даль-связи с ним разговаривал веганец, сюда прибыл горт… Сразу видно, что этот экипаж смешанный, а это значит, что к людям они относятся, мягко говоря, с предубеждением и делят все человечество на тех, кто достоин с ними общаться, и тех, кто не имеет права на уважение.

- Гд кап-тан? – глотая гласные, обратился горт сразу ко всем.

Пол тихо скрипнул зубами. Ведь видит же, морда красно-бурая, что у него на куртке нашивки высокого ранга, знает, что старшие по званию никогда не прячутся за чужими спинами, нет… ясно дает понять, что уважения от него не дождешься.

- Я капитан, - сказал он, делая шаг вперед. – Поллард Руд Хэмир. Новая Земля-4. Вот мои документы. Я могу узнать ваше имя… стар-лейт? – прочитать звание по нашивкам было нетрудно.

- Док-мент! – горт не обратил внимания на вопрос.

- Вот.

Пол протянул стопку карточек, но не двинулся с места, вынуждая стар-лейта сделать шаг к нему. Тот подошел, но так заскрипел зубными пластинами, что любому стало ясно – человек нажил себе врага.

Но, тем не менее, горт спокойно проверил одну карточку за другой, при этом так морща лоб на гребне и щелкая языком, что у Пола невольно сжималось все внутри. Доселе им как-то везло – «Комета» не имела дела с законом. То есть, даже если ее останавливали для досмотра и пару раз задерживали, но никогда не предъявляли обвинений, не арестовывали, не заносили их имен, генетических кодов и отпечатков пальцев в картотеки… А если штрафы и выписывали, то за стоянку в неположенном месте, превышение скорости и «не так развернутые отражатели». Так что перед законом он был чист… по документам. А тот случай, когда пришлось давать взятку за подделку файлов, был давно и в другом секторе.

- Все в порядке? – поинтересовался Пол, протягивая руку, чтобы забрать карточки.

- Болш на б-рту ник-го нет?

- Нет. Мы… наш крейсер не приспособлен для перевозки пассажиров. Только грузы.

- Н-кладные?

Пол покосился на Курта. Карго держался молодцом, и ухом не вел, но тут зачастил, всплескивая руками:

- Помилуйте, всеми солнцами заклинаю! Какие накладные? Ничего нет! Совсем ничего! Пусто!

- Р-рызбремся! Атарм!

Последняя команда явно была для его сопровождения. Копы, до того момента изображавшие статуи, стронулись с места. Судя по тому, как они шли и сутулились при ходьбе, было ясно, что они тоже горты, только другой расы. А это значит, что во всем экипаже полицейского корвета нет никого, кто мог хотя бы сочувствовать людям. Вот уж попали так попали…

Тем не менее, Полу оставалось только стоять и смотреть, как полицейские рассредоточились по нижней палубе.

- Трюм! – последовал первый приказ.

Дверь отворилась, пропуская полицейских внутрь.

Тот был, как и ожидалось, почти пуст. Ну, как пуст… несколько контейнеров рассредоточено по углам, да пара тюков, которые тут же пришлось открыть для досмотра.

- Чт-эт?

«Это» были вещи, снятые с захваченных девушек.

- Одежда. Обувь. Индивидуальные контейнеры для переноски мелких предметов… Но это не товар. Это… это наша… эм… это наша оплата. С нами на последней стоянке расплатились натурой, так сказать… Бартер. Мы рассчитывали их обменять или…

- Пр-дать?

- Ну… формально мы не имеем на это права – это не груз и как груз не оформлено, - оказавшись в своей стихи, Курт заговорил спокойнее. – Но если вдруг при заключении сделки на перевозку товара заказчик заинтересуется этими вещами и сам выразит желание взять кое-что… скажем, на память, то мы не имеем права отказать заказчику в желании прихватить что-либо. Это бизнес. Мы должны уважать желания партнеров…

Стар-лейт зарычал. Его рудиментарный гребень налился кровью, но придраться было не к чему, и он дал команду отходить. Полицейские рассыпались по кораблю, заглядывая в каюты, простукивая панели на стенах и просвечивая лазерами воздуховоды. В машинном отделении они совали носы буквально во все, и Пол, ходивший за ними по пятам, все время ждал от Зиги какой-нибудь подлянки, но механик молчал. Лишь дергался всякий раз, как кто-нибудь из таможенников за что-нибудь задевал.

Из машинного отделения переместились в жилую часть и перво-наперво осмотрели медотсек. Стоявший у стенки док даже пальцем не шевельнул, когда копы стали рыться в шкафах, только предупредил, что некоторые препараты ядовиты. Это подействовало – обыск завершился в считанные минуты.

Заминка возникла только когда перешли к жилым каютам.

- На б-рту девять чл-век? – рыкнул стар-лейт.

- Да. Я подавал вам паспортные карточки… - Пол несколько запоздало спохватился, что карточка Зиги была поддельной. Настоящие документы пьяницы-землянина оказались просроченными и пришлось стряпать буквально на коленке новые, где подлинным были лишь биометрия и имя-фамилия владельца.

- А п-чему кают дес-ть?

Каюты были открыты для досмотра. На всякий случай – вдруг кто-то везет запрещенные вещества или не указанные в декларации артефакты у себя под койкой? И открыты были…

Да.

Пол стоял как раз напротив той, которую занимал… занимала девушка, выдававшая себя за Тима Стронга. Ее настоящее имя он спросить не успел – было некогда. И теперь волей-неволей созерцал оставленный ею беспорядок.

- Эм… это память.

- Чт?

- Память. Раньше нас было десять, - кивнул Пол, благодаря судьбу за этот факт. – Мой старший помощник… трагически погиб в глубоком космосе… Мы устраняли повреждение… повреждение внешней обшивки… метеорит, знаете ли… долететь до ближайшей ремонтной станции было невозможно с таким разрывом оболочки. Надо было хотя бы поставить заплатку, - Пол мешал ложь с правдой и получалось, кажется, вполне правдоподобно. – Работали посменно, поскольку люди уставали, а надо было действовать быстро. У него… засбоила система жизнеобеспечения скафандра, - сейчас не стоит говорить, почему и что там произошло на самом деле. – А у моего старшего помощника были проблемы… ему не следовало выходить в открытый космос, но он пошел. Пошел потому, что больше некому было, а приходилось спасать корабль и остальных. Короче, скафандр отказал. То есть, там еще оставался резерв прочности, мы бы его могли успеть втянуть внутрь и спасти человека, но… сердце не выдержало. Мы спасли его, но уже мертвым и… система реанимации не помогла. Поэтому мы похоронили его. В открытом космосе. Записали точные координаты, а его каюту… ее оставили в таком виде, как было все в тот последний день. На память. Только иногда заходим вытереть пыль и…

- Док-менты? – протянулась чешуйчатая лапа в известном жесте.

Вздохнув, Пол достал из пояса флешку, вложил в раскрытую ладонь.

Несколько секунд стар-лейт изучал записанные на ней файлы.

- М-да. Факт н-лицо, - после чего поднес к губам свой личный комм и прорычал-прокашлял что-то на своем родном языке.

Пол напрягся. То, что горт больше не использовал интерлингву и даже, кажется, отключил автопереводчик, было плохим знаком. И плевать, что они – галактическая полиция и обязаны одинаково уважительно относиться ко всем видам и расам разумных существ. Ксенобофию еще никто не отменял. И поди докажи…

Договорив, стар-лейт развернулся к нему.

- К-рабль кн-фискован, - на сей раз, обращаясь к хумансу, он все-таки соизвоил перейти на понятный язык. - На-лицо н-рушение з-кона…

- Что? – дошло до Пола. – Конфискован? Но почему?

Он дернулся – и отшатнулся, когда ему в лицо уставились дула сразу двух лазерников. Стрелять на корабле из таких мощных стволов не рекомендовалось – можно повредить систему жизнеобеспечения – но копы находились в скафандрах, которые могли бы их спасти, в то время как экипаж корабля – нет.

- Вы об-вняетесь в том, чт д-пустили гибель ч-лвека! Св-его п-дчиненного! Н-казание – ар-рест тр-е сут-к и штраф!

Остальное горт снова пролаял на своем языке в комм – видимо, для тех коллег, что остались на борту. Не прошло и пяти секунд, как свет на «Комете» мигнул, погружая корабль во тьму, а когда вспыхнул снова, был каким-то тусклым и зеленоватым.

Пол мысленно выматерился. Эти проклятые копы включили паутину! Теперь вся автоматика на корабле работает лишь в том случае, если он находится в конусе особенного луча, испускающего электромагнитные волны определенной частоты. Короче говоря, корабли теперь связаны невидимой нитью. Стоит расстоянию между ними увеличиться, как сработает программа, и все приборы отключатся. «Комета» будет обречена на смерть.

Стар-лейт тем временем отдал приказ своим подчиненным. Двое затопали назад, на полицейский корвет, а сам он властным жестом махнул капитану:

- В р-бку!

Там их встретили удивленные Чесни и Шушера. Заметив мутанта, горт несколько изменился в лице – насколько это вообще возможно для рептилоида, чья морда лишена мимических мышц – но остался верен себе и расположился в капитанском кресле:

- Связь.

- Что происходит, кэп? – негромко поинтересовался Шушера.

- Мы арестованы, - процедил тот.

- За что? Они… нашли… - навигатор еле успел исправиться, - нашли, к чему придраться?

- Да. К призраку Христофора, - «И неубранной каюте этой девчонки! Знал же, что баба на корабле – к беде! И нате вам!»

- Что за хрень?

Пол только кивнул в сторону копов – мол, придержи язык.

Стар-лейт с трудно выговариваемым именем – на самом деле, это был явно сокращенный вариант – тем временем связался с корветом и доложил обстановку. Капитан – еще один веганец – полностью одобрил его действия, после чего полицейский корвет не спеша отстыковался и развернулся, беря курс в глубину системы. «Комета», как привязанная, шла следом.

Судя по скорости, до ближайшей станции было не меньше трех часов полета. Слишком долгие три часа не только для Пола, но и для девчонки. Выдержит ли она? Одиночество, неизвестность… да и запасы кислорода не бесконечны. Правда, их должно было хватить на четыре часа, после чего подключится резерв еще на десять минут. Но будут ли у нее эти десять минут? С одной стороны, станция не обязательно должна быть на планете, то есть, ей не предстоит испытать все прелести входа в атмосферу, которого она точно не переживет. Но с другой стороны – там, на станции, столько камер видеонаблюдения… А он даже не может связаться с нею и предупредить…

Три часа. За эти три часа он обязан что-нибудь придумать. Нет, не ради девчонки. Кто она ему? Да никто! Пассажирка, обманом пробравшаяся на корабль. Правда, она участвовала в операции по захвату живого товара и поэтому вроде как могла считаться своей, но… Но если ее обнаружат копы, Пол открестится от девчонки.

Три часа. И все эти три часа он обязан проторчать на мостике рядом со стар-лейтом. Тот просто не отпустит капитана арестованного корабля от себя больше, чем на пару метров.

Взгляд скользил по рубке, цепляясь за знакомые предметы, и задерживался на членах экипажа. Вот Чесни. Подался вперед, весь ушел в работу – ему не просто пилотировать корабль, ему еще и надо выдерживать строго определенную скорость. Вот Шушера. Внешне расслаблен, но тонкие гибкие пальцы, как черви, время от времени касаются клавиатуры, корректируя курс. Рабочее место связиста – геймера Тикки – чуть приподнято над палубой и вынесено вбок. Чем он там занят – плохо видно. Надо встать и сделать в его сторону хотя бы пару шагов.

Пол осторожно переместился вбок, оставаясь, однако, в поле зрения полицейского. Тот заметил маневр капитана, скосив в его сторону глаз, но ничего не сказал. Подвинувшись еще чуть-чуть, буквально на пару сантиметров, Пол оглянулся на Тикки и постарался мимикой и жестами привлечь его внимание.

К его радости, бывший геймер среагировал почти мгновенно – видимо, сказался богатый опыт игры, когда приходится следить не только за тем, что происходит на экране, но и за окружающим миром.

Мужчины переглянулись. Лицо Тикки со стороны капитанского кресла видно не было, но он все равно отодвинулся немного назад. Торопясь, Пол сделал несколько жестов, которые, как он надеялся, означают: «Мне нужна связь и быстро!»

Тикки кивнул и пошевелил кистью, как будто что-то писал.

«Давайте текст!» - перевел капитан.

Тоже ответил кивком и активировал свой комм. Одним пальцем, почти не глядя, набрал кодовый позывной внутренней связи скафандра Тима (или Тимы? Или как ее зовут на самом деле?) и добавил коротенький текст: «Идем к станции. Три часа. Встанем в док – слезай сама». После чего расслабил ремешок и подмигнул связисту – мол, все готово. Можно начинать.

- Ой, капитан! – тут же нарушил тишину голос Тикки. – Тут какой-то странный сигнал… Принимать или нет?

- Сейчас посмотрю, - Пол сорвался с места.

- К-да? Ст-ять! – рявкнули за спиной.

- Но это может быть сигнал бедствия, - пролепетал Тикки. – Только он слабый… издалека, наверное…

- Сам п-смотрю! – горт выдвинулся из кресла.

Пол быстро сунул Тикки в руку свой комм и позволил отпихнуть себя в сторону.

- Гд с-гнал? – тяжело дышащий горт навис над парнем. Сходство с динозавром при этом было столь сильно, что оба человека невольно втянули головы в плечи.

- Н-не знаю, - Тикки даже не пришлось разыгрывать растерянность. – Пропал…А, нет! Появился! Опять! Вот!

К удивлению Пола, по экрану действительно зазмеилась полоска инфразвуковых колебаний.

- Ид-от! Эт б-лый шум! – горт добавил несколько слов на своем языке – наверное, обматерил этих тупых человеков – и вернулся на свое место. Пол, как привязанный, последовал за ним, из-за плеча копа кивнув Тикки.

Тот кивнул в ответ и занялся работой. Пару минут спустя он выпрямился, оттопырил большой палец – мол, порядок. А еще через несколько минут удивленно показал на экран – ему пришел ответ.

Пол прикусил губу. Чтобы прочесть написанное, ему надо было опять сойти с места, а второй раз тот же номер не пройдет. Оставалось ждать и надеяться, что там всего лишь: «Поняла. Продержусь!» - а не: «Спасите, у меня кончается кислород!»

Через два часа одна из звездочек на экране стала чуть ярче. Еще через полчаса она увеличилась в размерах настолько, что можно было понять, что это не планета и не звезда, а станция. Четверть часа спустя она заняла собой десятую часть основного экрана, и горт придвинулся вперед, командуя Чесни и Шушере, куда и как им следует пристыковаться.

- Тр-тий шлюз. Вл-во два, в-рхняя палуба, - командовал он. – Св-зь!

- А? – Тикки аж вздрогнул. – Это мне?

- Да! Гр-мкую св-зь!

Геймер торопливо кинулся подключать аппаратуру. Выхватив у него гарнитуру, горт сперва пролаял что-то на своем языке, а потом послал в эфир сообщение о временной блокировке крейсера «Комета» сроком на семьдесят пять стандарт-часов.

Развернувшись боком, «Комета» неловко, словно первый раз, коснулась боком шлюзового раструба. Зашипела пневматика. Потом – это было видно на боковых экранах – выдвинулись четыре металлические «лапы» и крепко обхватили корабль за бока. «Комету» слегка тряхнуло – ее ставили на прикол. Вообще-то в этом не было ничего необычного – примерно также фиксируют поврежденные суда, которые ставят на ремонт. Вот только на сей раз ремонтом даже не пахло.

Пользуясь тем, что горт отвлекся и вовсю беседует с командиром своего крейсера, мешая интерлингву с местным наречием, Чесни обернулся на Пола и одними губами произнес: «Мы влипли?»

«Пока нет!» - также одним губами просигналил тот.

Взгляд его скользил по изображениям на экранах. Были включены все – и основные, и боковые, и дублирующие их запасные. Он внимательно изучал станцию – вернее, ту ее часть, к котором прилепили его корабль. Отсюда было видно лишь три шлюза – возле двух торчали корабли – и часть технического отсека, а также кусок космоса. Кроме сигнальных огней, тут не было другой подсветки – планета, вокруг которой вращалась станция и голубой гигант, одарявший ее своим теплом, находились с противоположной стороны. Но, судя по тому, как постепенно менялось освещение, меньше, чем через час станция – и прикрепленный к ней корабль – выйдут из тени. Тогда придется отключить наружные экраны, иначе свет буквально расплавит фотоэлементы. И на несколько часов – на сколько? – рубка погрузится во тьму.

Договорившись до чего-то, коп вручил микрофон Тикки и повелительным жестом махнул Полу:

- За мной! На в-ход!

- С вещами? – попытался пошутить и заодно потянуть время тот.

- За пр-дписанием на арст! И в-платой штр-фа! Бс-тр-ра!

Он попытался схватить человека за локоть, но тот отшатнулся:

- Но-но! Никому из нас и тем более мне не было предъявлено обвинения в уголовном нарушении, только административном! Да и то это еще предстоит доказать! И вы обязаны относиться ко мне с уважением… Зачитать мои права… и вообще, я могу подать встречный иск о защите чести и достоинства!

Неизвестно, какое из произнесенных слов оказалось тем самым ключевым, но полицейский внезапно сменил гнев на милость и ограничился широким жестом:

- Пр-шу!

- Спокойно, ребята, - Пол сделал шаг, обвел взглядом рубку. – Я вернусь через пару часов. Всем оставаться на местах. Дежурство согласно штатному расписанию.

Уже сделав последний шаг, он заметил на одном из боковых экранов движение – фигурка в скафандре осторожно двигалась вдоль борта в сторону запасного шлюза.

Когда «Бабочка» выпорхнула из подпространства, все, кто был в рубке, испустили дружный вздох.

- Ну и ну! Что это?

Пока Рекс торопливо настраивал аппаратуру, Юлий и Джек откровенно любовались огромной голубовато-белой с переливающимися разводами звездой, которая явно тут господствовала. Такую красоту им, конечно, видеть доводилось, но не часто. И всегда в записи. А тут картинка в режиме реального времени, никакая не трансляция.

- Это капец, ребята, - ответил им связист. – Голубой гигант с нехарактерной переменной. И нас несет прямо на него.

- Прямо на него?

- Ну, не то, чтобы совсем на него, - Рекс немного подкрутил настойки, - но притяжение у нее будь здоров. Видите, - он вывел на большой экран трехмерную модель этой системы, какой ее «видели» приборы, - сколько тут обломков? Это явно остатки блуждающих планет и нескольких крупных астероидов и метеоритов, которые в свое время были захвачены этой звездой и, постепенно притягиваясь к ней, двигались по нестабильным орбитам и сталкивались друг с другом. Мы практически возле них…

- И если не врубим движки на полную, окажемся в самой гуще роя? – предположил Юлий. – А это не может быть Оортово Облако?

- Исключено! – Рекс забил в поисковик нужную статью в звездной лоции. – Оортово Облако во Вселенной одно. Так называется облако метеоритов и обломков, опоясывающее исключительно Солнечную Систему. Другого нет.

- Новое Облако?

- Понятия не имею. Но звезда открыта довольно давно! Я нашел наши координаты… А, чтоб меня… Система обитаема!

- Вот как? – Юлий мигом переместился поближе к креслу связиста. Пилот остался на месте, завистливо косясь на приятеля.

- Да. Три планеты. Две с естественной формой жизни, и одна искусственно терраформирована под особенности гуманоидных рас, - Рекс иллюстрировал свой рассказ картинками из лоции. – Есть несколько более мелких колоний на заводах-астероидах, а также четыре станции… Ну, может, сейчас их число изменилось – статье уже более пяти стандарт-лет…- добавил он чуть смущенно.

- Ага. И вся эта прелесть скрывается за облаком обломков, на которые нас тащит?

Рекс только кивнул.

- Так чего мы сидим? – встрепенулся Джек, касаясь панели управления. – Уходить надо, пока нас не затерло!

- Надо, - Юлий вернулся на свое место, активировал личную панель управления, - давай те вместе прикинем маршрут уклонения… Машинное, - бросил в комм, - доложить о состоянии систем.

- Все показатели в норме, расход энергии и топлива стандартный, - откликнулся Томас.

- Заканчиваю проверку всех систем, - добавил Ли. – Все в норме… А что случилось?

- Возможно, придется срочно маневрировать. Приготовьтесь. Мы неудачно вылезли – нас несет в метеоритное облако.

В ответ в эфире раздались два сочных выражения.

- М-мать…- закончив тираду, поставил точку Томас. – Добро. Ждем команды.

Со стрелками было проще. Коста и Михаэл спокойно восприняли весть о том, что им надо срочно перейти к орудиям – отстреливать слишком близко подлетевшие метеориты. Эшли трогать вообще не стали.

- Если мы пройдем вот по такой параболе, - Рекс вывел готовый маршрут, - нам даже не придется включать форсаж. Проскользнем по самому краешку, но чистенько!

Юлий быстро проверил расчеты – все подтверждалось – и кивнул.

- Внимание всем. Через три минуты начинаем маневр. Машинное! Доложить о готовности!

- Машина готова.

- Стрелки?

- На позиции.

- Итак…

Юлий неплохо умел управляться с яхтой. Ну, как неплохо… Мог в случае чего подменить Джека, когда пилоту требовался отдых, а автоматику включать было небезопасно. Умел он и кое-как рассчитывать трассы – в смысле, когда связист Рекс выдавал ему варианты, выбирал оптимальный со знанием дела. Сейчас он готовился к роли второго пилота на тот случай, если Джек не справится с управлением. Некоторые маневры в одиночку вообще провернуть нереально.

«Бабочка» среагировала на первую команду легко, хотя и с запозданием в одну миллисекунду – уже сказывалось влияние голубого гиганта. Более крупный корабль, да еще идущий под другим, тупым, углом к ее поверхности, на таком расстоянии вообще мог не заметить притяжения – там же живут люди и как-то летают туда-сюда! – но яхта была слишком маленькой и легкой. Движки уже начали наращивать обороты, но пока до предельных перегрузок было далеко. Может быть, все и…

- Капитан, - в голосе Рекса послышалась озабоченность. – Получен сигнал бедствия!

- Что? – от неожиданности Юлий нажал не на ту клавишу, и «Бабочку» слегка тряхнуло.

- Сигнал… проблесковый маячок, - связист торопливо настраивал приборы. – Классический вариант «Мы здесь!» Видимо, кто-то до нас тут потерпел крушение и теперь дрейфует в облаке…

Юлий мигом представил «Бабочку» в таком же плачевном положении. Наверняка, поврежден двигатель, системы жизнеобеспечения работают на пределе, вот-вот начнет отказывать автоматика…

В космосе существует непреложный закон – на сигнал бедствия реагировать незамедлительно, бросая все дела. Ибо космос слишком велик и, несмотря на то, что разумная жизнь расселилась по нескольким Галактикам, продолжая активно осваивать окружающий мир, все-таки она еще слишком редкое явление. И сколько таких сигналов так никогда никем и не будут приняты?

Какое-то время Юлий колебался. Не так давно «Бабочка» сама использовала эту тактику, занимаясь грабежом. Наивные звездопроходцы рвались спасать терпящих бедствие коллег – и попадали под выстрел из засады. А что, если… Долг, как говорится, платежом красен. Охотился ты – поохотятся на тебя. Но, с другой стороны, а если это правда?

- Это точно маячок? Не сигнал бедствия? – уточнил он.

- Точно маячок. Наверное, пассажиры катапультировались с погибающего судна в спас-капсуле и…

Можно было не продолжать. Если это спасательная капсула, по ним точно не будут стрелять. Правда, и поживиться на ней бывает нечем, кроме автоматики…

- Координаты?

- Капитан, ты чего? – Джек округлил глаза. – Хочешь потерять время? Они же…

- Координаты, - повторил Юлий. – Все будет зависеть от координат. Если они слишком далеко, не будем терять времени. А если близко… да еще по пути…

Рекс их не слушал, с головой уйдя в работу.

- Есть координаты, - объявил он. – Полторы тысячи право-низ под углом в восемнадцать градусов. Это астероид.

- Они на астероиде? – Юлий сразу подумал о тех заводах, которые расположены на них. Обычно если астероид состоит из ценного металла или в его структуре много редкоземельных элементов – такие часто образуются при разломе планеты – то на его поверхности строят временный завод. Рабочие живут там в течение нескольких лет, пока не выработают все, что представляет ценность. Чаще всего на такие заводы отправляют «государственных рабов», то есть, попросту заключенных, поскольку условия труда там тяжелые, а уровень жизни невысок. Да «государственным рабам» и зарплату можно почти не платить, что существенно экономит расходы и удешевляет производство. Заводы-то в большинстве своем одноразовые.

Если сигнал бедствия дан с такого завода, это может означать что угодно – от бунта заключенных до аварии, повлекшей человеческие жертвы. В первом случае лучше не вмешиваться, во втором…во втором им придется заниматься эвакуацией уцелевших и везти их вглубь системы, чтобы высадить на ближайшей станции. А потом общаться с местными властями и…

И кто-нибудь непременно захочет пробить «Бабочку» по базе данных, выяснив, что яхта в розыске.

Юлий задумался. Добрые дела никогда не остаются безнаказанными. Но…

- Меняем курс, - решил он. – Пройдемся вплотную, оценим обстановку. Внешние сигналы приглушить. В контакт не вступать, работать только на прием, - последнее распоряжение относилось к Рексу. Тот понятливо кивнул. Джек тихо выматерился, но принял новый курс и слегка развернул «Бабочку» так, что ей волей-неволей пришлось углубиться в астроидное облако.

На самом деле облако не было таким густым. Крупных метеоритов, которые можно было облетать, в нем оказалось большинство. Коста и Микаэл отстрелили лишь несколько мелких, подобравшихся слишком близко. Да, время от времени раздавалось зловещее постукивание по обшивке, но механик пока не докладывал о повреждениях. Значит, оставался шанс, что все обойдется.

- Вон он!

Прямо по курсу не спеша разворачивался вокруг своей оси астероид, к боку которого прилепилась ярко-зеленая искорка. По мере того, как «Бабочка» подлетала ближе, стало заметно, что это даже не спасательный бот, а самый настоящий «Шершень» с частично включенными сигнальными огнями.

- Ничего себе!

Юлий даже потянулся ущипнуть себя за руку. Да, «Шершни» проектируются так, чтобы на них в случае чего можно было выйти в космос. Многие пираты, особенно те, что летают на больших лайнерах или линкорах, имеют на борту по пять-шесть «Шершней», которые используют для атаки на мирные суда или десантирования на планеты. Три года назад Юлию и его «Бабочке» приходилось участвовать в массовой рейде – пираты собрали довольно большую армаду и атаковали конвой космоносцев, пытаясь захватить перевозимую технику и биологический материал. «Бабочка» тогда в ополчении была чуть ли не единственной яхтой. Большинство кораблей как раз и являлись линкорами и лайнерами, которые в нужный момент «выстрелили» десятки «Шершней», под завязку набитых боевиками.

Но что здесь делает этот одинокий «Шершень»? Может быть, в него перебралась команда потерпевшего крушение корабля? Люди сначала положились на технику и попытались достичь обитаемых планет голубой звезды самостоятельно, но топлива не хватило, и им пришлось сесть на астероид. Если это не ловушка, это самое логичное объяснение случившемуся.

- Что будем делать, капитан?

На него смотрели две пары глаз. Юлий, оттягивая момент принятия решения, сверился с приборами.

- Так… ну… попробуем подойти и посмотреть, что происходит, - сказал он. – Коста, Микаэл, меня слышно?

- Так точно! – отозвался Коста.

- Тогда полная боевая готовность. Стрелять во все, что движется. Если это ловушка, то хоть без боя не сдадимся…

- Есть, капитан!

- Ну, а мы, - он окинул взглядом пилота и связиста, - идем знакомиться.

На вызовы «Шершень» не отвечал и когда «Бабочка» осторожно присела на астероид в полусотне метров от него, никак не отреагировал. Не вспыхнуло ни одного сигнального огонька, не зашумели динамики. Пусто и мертво. Но огни! Они горели! Значит, флайер был жив. И система жизнеобеспечения должна была работать, потому как такого рода сигналка, как правило, на нее завязана. Огни автоматически гаснут через пять секунд после того, как система выработает свой ресурс. А тут…

Увы, у «Бабочки» не имелось своего флайера. Яхта была слишком мала для этого. Пара спасательных капсул и платформа на магнитной подушке вполне заменяли флайер и занимали меньше места, даже чем легкий «Москит».

На выход отважились сам Юлий и механик Ли Чунь. В качестве усиления взяли с собой Косту Цонева, оставив Микаэля сторожить – не появится ли кто-нибудь подозрительный.

Судя по слою пыли и температуре окалины под стабилизаторами, «Шершень» стоят тут недавно, от силы двадцать пять часов. И его система жизнеобеспечения работала, как часы. Ли пришлось повозиться, пока он пытался вскрыть двери. Они оказались заперты снаружи.

- Странно все это, капитана-сан, - сказал он, подбирая код. – Маяк есть, дверь заперта снаружи. Не авария это. Однако, не авария!

- А что тогда?

- А тогда моя не знает. Кто-то его сюда посадил, однако. Нарочно.

- Кто?

- Моя не знает.

Еще несколько минут – и дверь подалась. В щель вырвался клуб воздуха, сразу распыляясь в пространстве. Взвыла и замигала огнями система жизнеобеспечения.

- Бегом! – скомандовал Юлий, кидаясь внутрь.

У «Шершней», в отличие от «Ос» и «Москитов», был небольшой тамбур, который играл роль буфера как раз на случай разгерметизации флайера в открытом космосе. Сейчас в него набились все трое, после чего Ли прикрыл обратно дверь и постарался запереть ее уже изнутри. «Постарался» потому, что замок тут тоже был кодовый.

- Готово!

Дальше пошло, как по маслу.

Воздух в «Шершне» был. Правда, система очистки и регенерации оказалась отключена, а освещение ограничивалось только рубкой управления. За пультом не было никого. Более того, поверхностный осмотр показал, что людей тут давно не было. Если они и были, то ушли, не оставив ничего. Ни послания «Тому, кто меня найдет!», ни сувенира, ни символа-подсказки, ни тем более трупов, крови и следов борьбы. Как будто кто-то посадил сюда флайер, после чего покинул корабль, запер его на замок, активировав маячок, и решил прогуляться по астероиду, «подышать свежим вакуумом». И вот-вот появится из-за камней, небрежно поигрывая ключом зажигания.

- Ничего не понимаю, - сам себе признался Юлий.

- Капитаа-а-ан…

Голос Ли как-то странно дрогнул, и он обернулся.

- Ох ты ж, ё…

Все остальные слова застряли у него в горле.

Грузовой отсек был набит под завязку. Аккуратными штабелями – то есть, аккуратными они были при погрузке, но во время полета и посадки порядок оказался нарушен – его заполняли пластиковые одноразовые контейнеры, предназначавшиеся для перевозки скоропортящегося и весьма хрупкого груза. Внутри сохранялась идеальная среда. Полная изоляция от воздействия внешнего мира позволяла держать там груз в том состоянии, в котором его туда поместили. Надежнее сейфа, холодильника и криокамеры, вместе взятых. И дешево, что немаловажно, ибо не требует дополнительных вложений типа установки на борту дополнительных приборов и камер хранения. Недостатками этой системы было то, что выпускались они всего в нескольких видах, что существенно ограничивало их применение, а также – и это главное – что все контейнеры всегда были одноразовыми. Ибо после того, как объект извлекали из них, контейнеры самоуничтожались, в считанные минуты превращаясь в груду пластика, который оставалось лишь запихнуть в мусоросжигатель.

Сейчас перед пиратами было без малого две дюжины контейнеров, забитых чем-то…Хм…без биосканнера не разберешься. А такого не было даже на борту «Бабочки».

- Ну и ну, - луч фонарика скользнул по гладким бокам контейнеров. – И как думаете, что это такое?

- Контрабанда, - пожал плечами Ли, справившись с изумлением.

- Сам вижу, - кивнул Юлий. – Не было никакой аварии. Просто кое-кто решил не провозить этот груз через таможню…

- И, надо признать, поступил весьма… хм… разумно, - подал голос Коста, высматривая из-за плеча капитана. Даже сейчас стрелок не осмеливался нарушить субординацию. Более того, как отметил Юлий, он занял позицию лицом к входной двери, чтобы первым встретить вернувшихся за своим багажом хозяев «Шершня».

- Да уж, - кивнул капитан. – Вопрос в другом – что мы с этим будем делать?

Все посмотрели друг на друга. С одной стороны, чужое брать нехорошо, это каждому внушали мамы, наказывая малышей за попытку утащить у приятеля игрушку. А с другой… вся их нынешняя жизнь строилась на том, чтобы брать то, что плохо лежало. Вот, например, этот груз. Кто знает, когда за ним вернутся. Хрупкие ценные вещи могут испортиться, пострадав от длительного хранения, ведь ни одна вещь не может служить вечно. Даже эти контейнеры, которые, судя по рекламе, считались неубиваемыми и могли даже несколько лет дрейфовать в открытом космосе, и то рано или поздно выходят из строя. Например, если на них упадет что-то тяжелое. Или их якобы случайно запихнут в мусоросжигатель, или вовсе они упадут на солнце… Не говоря уже о том, что сам материал подвержен износу… Так стоит ли рисковать и оставлять груз на произвол судьбы?

- И все-таки, что там внутри?

Юлий сам не заметил, как задал этот вопрос вслух.

- Моя не знает, но, - Ли присел на корточки, потрогал бок крайнего контейнера и даже немного его помял, стараясь нащупать содержимое. – Что-то… неправильное формы. Похоже на… хм… - он передвинул ладонь чуть дальше, - похоже на верхнюю конечность человека.

- Руку? Там внутри – люди?

Размеры контейнеров позволяли запихнуть в каждый из них человеческое тело – если сложить в позу эмбриона. Кстати, часто именно так транспортировали рабов. Неужели, правда тут партия живого товара? Тогда понятно, почему «Шершень» с его грузом оставлен здесь. Кому охота попасться на горячем? Или здесь просто место передачи груза? Одни добыли партию, привезли ее сюда, оставили в условном месте и полетели дальше налегке. Чуть позже кто-то другой явится сюда, заберет «Шершня» и отправится своим путем. Все шито-крыто. Охотники избавились от компромата, а заказчики ведь не сами добывали живой товар, с них взятки гладки, они лишь нашли его и имеют право реализовать находку так, как считают нужным.

Юлий улыбнулся. Этот закон пиратского мира работал, как говорится, в обе стороны. Об этом не говорили вслух, но на такие находки теоретически имел право первый, кто их нашел. Существовал даже срок, после которого не забранная заказчиком вещь становилась как бы ничейной. Тем более в космосе.

- Как считаете, парни, сколько времени он уже тут проторчал? – Юлий похлопал ладонью по переборке, имея в виду флайер.

- Ну…если судить по количеству заряда на батареях, - Ли прошел к пульту, покопался в нем, - то уже часов двадцать. Моя так думать.

- Значит, ждем еще шесть часов, после чего забираем все себе! – распорядился капитан. – Свяжись с нашими, обрисуй ситуацию. И пусть Эшли на всякий случай приготовится – мало ли, кто там внутри!

Может случиться и так, что самым ценным – и безопасным в качестве трофея – окажется именно «Шершень».

В полицейском участке Полу не понравилось.

Во-первых, его доставили туда в силовых наручниках, которые нацепили сразу, как только вывели капитана из шлюза. Он едва успел возмутиться нарушением своих прав, как подкатил полицейский флайер и его головой вперед буквально забросили на заднее сидение, стиснув между двумя дюжими копами.

- Эй! Это произвол! – воскликнул он. – Меня не арестовывали, а лишь задержали. Мне не было предъявлено обвинения! Мне не зачитали мои права! И вообще, это сильно смахивает на похищение! Я протестую! Я знаю законы. Вы были обязаны…

Короткий резкий удар под дых заставил его подавиться последними словами.

- М-лчать, - на переднем сидении рядом с водителем оказался давешний горт. – Р-рызб-ремся!

Водитель был явно из местных – гуманоид, но не человек – и Пол слегка приуныл. Похоже, ему предстоит испытать на себе все прелести ксенофобии.

По счастью, ехать оказалось недалеко – если бы не обстоятельства, они вполне могли бы дойти пешком. Но так копы хотя бы не афишировали перед другими приезжими арест одного из них. Пол подумал, что таким образом местные хотят избежать скандала, и немного приободрился.

Однако в полицейском участке странности не закончились. Человек рассчитывал, что на месте его отведут в кабинет, где с ним кто-нибудь побеседует. Тогда можно будет объяснить ситуацию, надавить, воззвать к логике, рассудку, законам и так далее – короче, что-то предпринять. Но ничего подобного. Едва выгрузив его из флайера, арестованного отвели в небольшую камеру, где заперли и оставили одного. Хорошо хоть, наручники сняли!

Глава 11

ГЛАВА 11.

Последние несколько минут Юлий, не отрываясь, смотрел на часы. Цифры словно заснули. Даже секунд не бежали, а ползли, и можно было насчитать несколько ударов сердца между ними. Наконец…

- Как считаете, шесть часов уже прошли? – первым обратился он к Косте и Ли.

- На моих часах уже тринадцать секунд назад, - поднял руку стрелок.

- Твои спешить. Проверять по корабельным надо, - заспорил механик. – Еще семь секунд осталось до…

- Пока мы болтали, секунды прошли, - оборвал Юлий. – Шесть часов! Груз наш! Если, конечно…

Он подался вперед, включая обзорные экраны.

Все трое сидели в рубке «Шершня», расположившись в трех их четырех креслах. Флайеры этого типа были грузовыми, большую их часть занимали как раз отсеки для вещей, так что «жилая» половина была тесной и неудобной. Четыре кресла, пара крохотных откидных столиков, один складной гамак для сна, холодильник для продуктов и напитков и все. Даже нет отсека для хранения скафандров. Холодильник, кстати, был пуст – это они проверили в первые минуты – так что, если бы не небольшой запас воды и пара тюбиков с пищей, встроенные в скафандры, им пришлось бы поголодать.

Горизонт был чист – если не считать парочки астероидов и нескольких метеоритов, попавших в поле зрения камер внешнего обзора. «А ведь любой из них мог бы запросто рухнуть на нас, столкнувшись с «нашим» астероидом!» - пришла к Юлию запоздалая мысль, и он порадовался желанию забрать ценный товар самостоятельно. В конце концов, люди – наше главное богатство, разве не так?

- Что ж, парни, за работу! Грузим товар на платформу и к «Бабочке». Я свяжусь с нашими!

Юлий отстегнул страховочные ремни, легко выпархивая из кресла.

Сила тяжести на астероиде была минимальной. Ее хватало только на то, чтоб предметы не взмывали к потолку, а контейнеры обрели легкость, достаточную для того, чтобы их можно было транспортировать буквально одной левой. Коста и Ли в четыре руки справились с погрузкой за каких-то четверть часа, и это были самые долгие пятнадцать минут в жизни Юлия. Он все это время стоял на страже, следя, не явится ли заказчик в самый последний момент. Обошлось. Единственным кораблем, который показался в поле зрения, была «Бабочка», перелетевшая как можно ближе к флайеру. Еще полчаса – и все было закончено. На астероиде остался только опустевший «Шершень».

Как положено капитану, Юлий покидал корабль последним. Было жаль оставлять его здесь. И не только как улику, но и как корабль, который в принципе ни в чем не виноват. А что, если…

Дотянувшись, Юлий быстрым движением снял «Шершня» с тормозов. Теперь ничто не удерживало флайер на грунте. Достаточно будет легкого толчка – или поворота астероида вокруг своей оси – чтобы он отлепился от него и поплыл в вакууме сам по себе. Какой-никакой, а полет. А разве не для полетов строят корабли?

- Счастливого пути, приятель, - прошептал Юлий, выплывая наружу.

Полчаса спустя все – груз и люди – были внутри «Бабочки», где их встречали остальные. Явились даже Джек с Рексом – обычно они ходили куда-нибудь строго поодиночке, и даже за общим столом ухитрялись почти не пересекаться: один заканчивал еду, когда на пороге возникал второй. «Бабочка» была прекрасным судном, легким и маневренным, но вот автопилота у нее не стояло, а значит, в рубке почти постоянно должен кто-то быть. Давая отдых парням, Юлий иногда дежурил и сам – его вахта всегда была самой последней, с трех до шести часов корабельного времени. А тут…

На нижней – и по сути, единственной – палубе мигом стало тесно – груженая под завязку платформа, три массивных внешних скафандра, да еще и люди.

- А больше там ничего не было? – поинтересовался Рекс, вытягивая шею, чтобы лучше видеть контейнеры.

- Нет.

- А вы везде смотрели? – не сдавался пилот.

- Да.

- Думаешь, мы не проверять? – встрепенулся Ли. – Коста даже в холодильник лазил! Пусто! Даже бутылочки воды не нашлось!

- Бесхозяйственность, - покачал головой Михаэл. – Как они эвакуироваться собирались, если не держали на «Шершне» неприкосновенного запаса?

По традиции на каждом флайере и тем более спасательном боте всегда должен находиться минимум трехсуточный запас воды и консервов, а также пара баллонов со сжиженным кислородом. И следить за исправностью и наличием припасов было прямой обязанностью одного карго.

- Зачем сразу предполагать худшее? – миролюбиво пожал плечами Эшли. - Может, они нарочно его облегчили, чтобы уравновесить груз? Кстати, что внутри?

- А это, милый мой, по твоей части, - Юлий уже частично стащил с себя костюм и продолжал раздеваться. – Давай, бери в помощники Ли и Микаэла и переправь его в трюм. Там осмотришь и доложишь мне, что нашел. Остальные – по местам. Мы уходим из системы…если трасса готова!

Пилот и связист переглянулись.

- Готова, - смутился Рекс. – Почти.

- Все зависит от того, куда мы летим!

- Пока продолжаем движение по касательной, только увеличив скорость и спрямив все углы, какие можно, - Юлий наконец выкарабкался из скафандра и стал упихивать его в шкаф. – А потом, при выходе из системы, скорректируем его в зависимости от того, что у нас за товар…

Голос его замер на высокой ноте, и пилот со связистом переглянулись. Да, у них появился товар. Товар, который можно выгодно продать. Их боевой трофей. И пусть в этой битве обошлось без стрельбы и ранений, они все равно могли считаться победителями. Космос жесток и почти никому и никогда не дает второго шанса. Хватай, что плохо лежит и радуйся, что тебя не опередили. В этом отношении Юлию было не до моральных принципов.

По пути в рубку он завернул на камбуз и, вопреки всему, стащил из кладовки саморазогревающийся сандвич с соевым мясом. Выдавил на него почти половину тюбика отбивающего вкус соуса, заодно откупорил бутылочку энергетика – после шести часов бдения есть хотелось неимоверно. Он даже посочувствовал Ли Чуню, который сейчас выполнял его приказ. Надо будет поощрить его чем-нибудь.

С этой мыслью он явился в рубку, уселся на свое место и принялся за еду, наблюдая за работой подчиненных.

Джек и Рекс работали слаженно. Со стороны казалось, что они просто перебрасываются короткими фразами-цифрами, крепко вцепившись – один в пару рычагов, другой положив руки на клавиатуру. Но едва с заднего сидения, перед которым тоже, кстати имелись аналогичные рычаги, послышалось чавканье, оба синхронно обернулись и уставились на капитана.

- Что? – тот торопливо проглотил кусок сандвича и слизнул языком с верхней губы каплю соуса.

- Капитан… Юль… ты не мог бы… ну… потише?

- А что такого?

- Да мы просто…м-м… тоже есть хотим!

- Что? А как же корабельный обед?

- Так мы его того… - парни переглянулись, - пропустили.

- Почему?

- Вас троих ждали!

У Юлия кусок застрял в горле. Теперь он понял, почему первый вопрос Рекса был о еде. На миг ему даже стало стыдно. Он помялся и разломил остатки сандвича пополам:

- Держите!

Куски исчезли, не оставив после себя даже запаха. С энергетиком было проще – там хоть бутылка уцелела.

- Скоро еще? – облизав пальцы в надежде, что на них осталась хоть молекула съестного, поинтересовался капитан.

- До выхода из пояса – примерно два с половиной часа теми же темпами, - ответил Джек. – Если ничего не случится. Потом пойдем с ускорением в полторы единицы и к полуночи разгонимся до того, чтобы можно было отрываться.

- Долго, - резюмировал Юлий, посмотрев на часы. Хозяева ограбленного «Шершня» могли вернуться в любую минуту. Хоть вокруг них и вакуум, но некоторые приборы могут уловить «след» пролетевшего судна, реагируя на остаточное возмущение окружающих предметов. В поясе астероидов, где таких предметов полным-полно, след держится до двух часов. Вот в открытом космосе он исчезает за считанные секунды. Но там в дело вступают радары. Пока они не выбрались из пояса астероидов, шанс погони – и схватки с превосходящими силами противника – оставался.

- Делаем, что можем, - ответили ему.

Но пока все было тихо. Мимо медленно – в космических масштабах – проплывали астероиды. Система замечала и фиксировала все, размером от горошины и больше, поскольку обшивке могли повредить только такие камни. На экранах они тоже все отражались, так что казалось, что «Бабочка» летит в каком-то супе. Крупные астероиды они огибали, мелкие приходилось терпеть. Обычно их отстреливали Коста и Микаэл, но сегодня на посту был только Коста, и поэтому время от времени слышался тихий гулкий удар, отзывавшийся треньканием системы оповещения. После шестого удара Юлий с неудовольствием подумал, что на первой же ремонтной станции придется частично менять обшивку. А это дорого и опасно – несколько дней их находящаяся в розыске «Бабочка» будет совершенно беззащитна.

Звякнул сигнал внутренней связи.

- Эм, капитан, - голос Эшли был какой-то странный. – Думаю, тебе стоит взглянуть на наш груз!

Юлий поднялся.

- Если задержусь, выводите «Бабочку» из пояса, после чего Джек идет отдыхать. Ты, Рекс, побудешь один. Просто держи курс по прямой. Я, как вернусь, сменю и тебя, - и вышел.

В трюме парни успели частично сгрузить контейнеры с платформы и кое-как разместить их двумя ярусами вдоль стен. Четыре штуки пришлось оставить на самой платформе – места в трюме и так не хватало. Пришлось даже кое-какие ящики с собственными припасами команды выволочь в коридор – подходя, Юлий чуть не споткнулся об один из них.

- Что происходит?

Эшли двумя руками прижимал к себе распотрошенный диагност.

- Ты знаешь, что в этих контейнерах, капитан? Вернее, кто?

- Э… нет.

- Так посмотри!

Один из контейнеров… нет, он не был вскрыт, что нарушало бы герметичность, но его управляющий блок, с небольшим окошечком визуального контроля за содержимым был активирован. Судя по всему, Эшли только что подключал к нему свой диагност. Наклонившись к окошку, Юлий всмотрелся и невольно отпрянул.

На него смотрела девушка.

Нет, «смотрела» - не совсем точное слово. Глаза незнакомки были полуоткрыты, взгляд расфокусирован и устремлен куда-то вниз и вправо. Но все равно возникало ощущение, что она уже проснулась и вот-вот распахнет глаза во всю ширь.

- Что это?

- Рабыни, - пожал плечами корабельный врач. – Потенциальные, если судить по показаниям приборов. Еще не обработанные от паразитов и не привитые от болезней – я выборочно сделал анализ крови. Но все в принципе здоровы, а генетический анализ позволяет предположить, что это наверняка землянки.

- Женщины Старой Земли? – мигом понял все Юлий. – Значит, мы нашли схрон работорговцев?

- Ну да.

- И там… все?

- Да. Двадцать два контейнера. Двадцать две женщины. Правда, я тестировал их выборочно, но по статистике…

Да уж, статистика – вещь упрямая. Всем известно, что женщины Старой Земли – вернее, их генофонд – настолько ценный товар, что предполагать наличие в некоторых контейнерах, скажем, мужчин или домашних животных абсурдно.

- Двадцать две женщины, - повторил Юлий, озираясь. – Это же… целое состояние. Даже по оптовым ценам для необработанного сырья!

- Ну, я не уверен в цифрах, но…

- Но это мелочи, - отмахнулся Юлий. – Все равно здесь такая огромная сумма… Мы богаты, парни. И пусть меня расплющит первый же метеорит, если я позволю отнять у нас это богатство. Видят звезды, мы этого заслужили!

Пол никак не мог понять, чем он заслужил такое наказание. Сутки. Его продержали взаперти целые сутки! Двадцать восемь стандарт-часов – он сверялся по наручному комму – в четырех стенах. В полной изоляции… в смысле, к нему никто не наведывался, на его вызовы никто не отвечал и даже на прием связь не работала. О том, что его не забыли, напоминал разве что встроенный транспортер для приема пищи – каждые пять часов в стене открывалась дверца, и узнику предлагался стандартный паек: тюбик с горячим супом, хлеб, галеты и стакан с разведенным энергетическим напитком. И больше ничего.

Пытаясь как-то себя отвлечь и развлечь, он то ходил из угла в угол, то отжимался, то вспоминал давно забытые комплексы тренировок, то пробовал что-то считать, умножать или цитировать по памяти. Иногда удавалось ненадолго забыться, но потом тревога возвращалась. Чего они темнят? Сколько еще это будет продолжаться?

А потом за ним пришли. Пол в четвертый раз получил из раздатчика порцию еды и присел на привинченный к полу стул, чтобы перекусить, когда над входом зажглась алая лампочка, после чего дверь бесшумно отъехала в сторону.

За порогом стояли трое полицейских. Все трое – горты.

- На вых-д!

- С вещами? – Пол продемонстрировал свой ранний завтрак.

- Изд-ваешься? – на него уставились два дула лазерников.

- Нет, - Пол вздохнул, парой глотков допил энергетик, положил на стул недоеденную галету и вышел в коридор.

Его проводили в кабинет начальника управления местной полиции. Судя по значку на двери, это был отнюдь не Интергалакпол. Значит, они всего лишь сотрудничают и на этом можно сыграть, столкнув лбами две конторы. Тем более что местный коп был гуманоидом и, скорее всего, принадлежал к одному из подвидов человека. Вообще от Пола коп отличался только молочно-розовым, каким-то целлулоидным цветом кожи, что делало его похожим на игрушку. Ну, еще и раскраской на голом черепе.

- Поллард Руд Хэмир, - сказал он. – Арендатор малого крейсера «Комета»…

- Извините, но я владелец малого крейсера «Комета», - поправил Пол. – Правда, всего несколько дней… Мне удалось выплатить банку «Томиш и дети» всю сумму кредита буквально две декады назад. У меня есть копии документов…- он поднял руку с коммом. – Если хотите…

- Хочу.

Пол активировал код доступа и перекинул на полицейский ноут нужные файлы.

- Понятно, - коп сделал у себя пометку. – Значит, владелец… Род занятий – малый бизнес?

- Да. Торговля, посреднические услуги, перевозка грузов…

- И пассажиров?

- Нет. С пассажирами дела не имеем. Габариты не позволяют!

- Так… отметим… Порт приписки, родина, анкетные данные на членов экипажа…- коп говорил словно сам с собой, что-то отмечая и добавляя. – Готово. Вот, приложите палец сюда! – под руку сунули рифленую пластинку.

Пол сделал все, что требовали – позволил снять биометрию, записать голос, даже не протестовал, когда забирали кровь на анализ. И лишь когда полицейский кивнул и пробормотал: «Кажется, все!» - поинтересовался:

- А для чего вы все это проделывали?

- Просто так. Таков закон.

- В таком случае, вы по закону обязаны мне предъявить обвинение…

- В чем? – глаза у полицейского были темно-красными, что в сочетании с неестественно-розовой кожей производило странное впечатление.

- Это вы должны знать! Мое судно задержали, доставили сюда, меня под конвоем проводили в управление, продержали взаперти больше суток… Все это наводит на мысль о том, что мы чем-то провинились. Тогда я хочу спросить – в чем нас обвиняют? Какое преступление мы совершили?

- Никакого, - ошарашил его собеседник. – Вы пока не замечены ни в чем предосудительном… в данной системе!

- Тогда какого черта…- взвился Пол.

- Тише-тише! – полицейский вскинул ладони. – Ваш порыв может быть расценен как покушение на представителя власти… что по нашим законам карается трехмесячными каторжными работами на благо общества и уплатой денежного штрафа оскорбленному лицу в размере трех минимальных окладов, что составляет в пересчете на стандарт-кредиты что-то около восьми с половиной тысяч.

Пол прикусил язык и сел.

- И все-таки, - уже тише промолвил он.

- Все-таки ваше судно нарушило границу нашей системы. И мы обязаны были подвергнуть вас превентимному задержанию, чтобы в следующий раз вы хорошенько подумали прежде, чем нарушать границы!

Пол покачал головой. Ситуация абсурдная. В космосе границ как таковых нет, они весьма и весьма условны, ибо как проведешь заградительную линию в вакууме? На картах границы секторов тоже отмечены скупо – просто договорились, что они проходят строго посередине между крайними звездными системами. И все.

- Да, это сложно для понимания, - кивнул полицейский, глядя на его лицо. – Поэтому на первый раз мы вас отпускаем, но с предупреждением. И теперь все ваши данные будут храниться у нас. Позже мы отправим отчет в ближайшее отделение Интергалакпола, чтобы вас в дальнейшем идентифицировали как нарушителя границ. Можете летать спокойно, но… постарайтесь не попадаться!

«Да я уже попал!» - чуть было не взвыл Пол. Если местные копы отправят информацию о нем в межгалактическую полицию, тамошние крючкотворы сразу поймут, что напали на след одного из контрабандистов, к тому же недавно разгромившего станцию «Мелиоратор».

- А… когда вы намерены отправить отчет? – осторожно поинтересовался он.

- Пытаетесь вычислить, сколько вам еще летать? – рассмеялся коп. – Не бойтесь. Несколько дней у вас есть в любом случае. Успеете еще пару раз нарушить закон!

- И на том спасибо, - пробормотал Пол. – Я… могу быть свободен?

- Да, конечно, - коп вызвал охрану. – Сейчас вас проводят до причалов.

- И мы сможем покинуть станцию?

- Да.

От облегчения Пол чуть не бросился жать конвоирам руки.

На пороге «Кометы» его встретил Чесни, исполнявший в отсутствие командира должность главного начальника.

- Происшествий не было, если не считать того, что сперва куда-то исчез, а потом вернулся Тим. Он…

- Все в порядке, - отмахнулся Пол, проходя мимо. – Все на борту?

- Да. Но этот Тим Стронг…

- Он выполнял мое задание. Мы стартуем!

- Сейчас?

- Немедленно!

По счастью, повторять дважды не понадобилось. Не прошло и десяти минут, как все были на местах, зарядники разогрелись до нужной температуры, разрешение на взлет было получено – а еще бы его не было, ведь Чесни, повинуясь взгляду капитана, просто-напросто рявкнул в микрофон диспетчеру: «Через шестьдесят секунд взлетаем!» - и крейсерок оторвался от шлюза, устремляясь прочь от станции.

Пол сидел в капитанском кресле, с такой силой сжимая рычаги-подлокотники, что пальцы побелели. Его душили досада, злость и тяжелое предчувствие. Это столкновение с полицией… Теперь они на крючке. Интергалакпол часто действует так – сперва по капельке копит на тебя досье, а потом – бац! – и ты вне закона. С одной стороны, это хорошо – слишком часто так называемые вольные звездопроходцы нарушают закон по мелочи, доставляя на вновь заселенные миры контрабанду и помогая некоторым личностям без разрешения покидать планеты. Если хватать каждого, кто попался на горячем, космос обезлюдеет. А «вольные» играют большую роль в экономике. Кто, кроме них, открывает новые планеты? Кто занимается мелкой торговлей, связывая миры воедино? Кто порой оказывает полиции услуги, сотрудничая со следствием совершенно добровольно, даже не прося подключать программу защиту свидетелей? Да та же самая контрабанда – это, как ни крути, помощь развивающимся мирам. А в случае аварий и катастроф часто уцелевших людей приходится эвакуировать именно на кораблях «вольных»…

С другой стороны, чем больше у «вольного» звездопроходца накапливается таких мелких нарушений закона, тем скорее он становится «черным» звездопроходцем, то есть попадает под категорию пиратов. Начиная с контрабанды, заканчивает вооруженными нападениями на колонии и участием в локальных войнах как поставщик оружия. Начиная с помощи незаконным эмигрантам, заканчивает торговлей живым товаром. Начиная с торговли, заканчивает грабежом. Рано или поздно, но «черным» становится каждый «вольный» звездопроходец. Исключение одно – тебя могут убить или искалечить раньше.

Нет, конечно, говорят, бывают и исключения. Можно двадцать-тридцать лет отлетать в глубоком космосе, занимаясь исключительно грузоперевозками, скопить кругленькую сумму и потом поселиться на окраине какой-нибудь мирной планетки, доживать свой век. Но таких счастливчиков можно пересчитать по пальцам одной руки. И Пол не особо обольщался на свой счет. В некотором роде он был фаталистом, однако, надеялся, что конец его похождениям наступит еще нескоро.

Примерно такие мысли крутились в его голове, когда он наблюдал за тем, как Чесни и Шушера, перебрасываясь цифрами и короткими репликами: «Восемнадцать-лево-низ! – Вижу. Амплитуда…- Сорок и одна десятая! – Ага, держу! – Еще минута и давай форсаж! – Машинное, слушай!» Крейсерок удалялся от станции по широкой дуге, стараясь не попасть в зону притяжения одной из четырех больших планет, которые вполне могли сбить его с курса. Голубой гигант бил им в «спину» мощными лучами, так что видимость была отличной. Лишь раз или два их фотоэлементы ослепили бортовые огни – один раз это бы грузовой дредноут, заходящий на посадку, а второй раз они прошли в опасной близости от второй станции, размерами намного меньше первой. Какое-то время двигатели работали на пределе, и у Пола закралась нехорошая мысль о том, что им не удастся преодолеть притяжения звезды, но потом им удалось вырваться из зоны эклиптики, и дальше полет продолжился нормально.

Здесь лететь было легче не только потому, что можно было разогнаться почти до «нырка», сокращая расстояние. Просто по закону планетарная – и системная – полиция имела право преследовать пришельцев, только пока они территориально находятся как разплоскости эклиптики, а значит, внутри системы. Если кораблю удается покинуть опасную зону, планетарная полиция обязана оставить их в покое… и передать данные в Интергалакпол, корабли которого постоянно патрулируют глубокий космос. И они обязаны бросать все и мчаться в погоню за таким беглецом – еслион оказался в их секторе. Так что Пол, хоть и вздохнул с облегчением, когда картинки на обзорных экранах сменились, все же не спешил радоваться. До полного успеха было далеко. Сперва надо было забрать груз и убедиться, что никакой коп не летит к ним наперерез, вызванный со станции коллегами.

В любом случае, сначала – груз. Двадцать две единицы живой плоти, общей стоимостью что-то около сорока тысяч кредо-единиц. То есть, это ему на руки положена такая сумма, когда он доставит груз посреднику на Менялу. После обработки и начального обучения стоимость каждой девицы подскочит с двух до пяти, а то и семи тысяч кредо-единиц. А если партия будет выставлена на аукцион, цена превысит все мечты. Но это уже не проблема Пола Хэмира. Он доставит груз, отчитается перед Уваном Вэ-с-половиной о работе, получит свои деньги и…

А, что пока об этом думать! Проблемы надо решать по мере их поступления! А сейчас им главное – пройти пояс астероидов как можно аккуратнее и найти тот камень, на который они припарковали «Шершня».

За без малого двое суток отсутствия картинка мало поменялась – некоторые астероиды чуть-чуть изменили свое положение относительно друг друга – но, судя по всему, из нужного квадрата не вылетел ни один. Чем хороши такие вот пояса, так это тем, что крупные их составляющие находится в стабильном положении, а летают туда-сюда и портят картину только мелкие.

- Внимание! Входим в зону! – скомандовал Пол, принимая управление на себя и давая, таким образом, отдохнуть Чесни, который провел за штурвалом восемь часов. Шушере придется еще немного поработать – навигатор был только один. – Кир-Пу, Тикки! На позиции!

- Есть, капитан! – тут же отозвался по рации стрелок.

- Работай.

Запасной штурвал выдвинулся, наклоняясь так, чтобы человеку было удобно работать. Дав капитану несколько советов, Шушера отключился тоже – сейчас его роль частично исполняли Тикки и Кир-Пу, один выискивая маячок, а другой отгоняя или сбивая мелкие метеориты. Но Пол знал, что и Шушера, и Чесни в любой момент могут вернуться – если ситуация выйдет из-под контроля.

Сбросив скорость, «Комета» почти ползла среди астероидов, выискивая нужный. До него оставалось, если верить карте, не так уж и много. Уже казалось, что его можно узнать издалека, когда послышался встревоженный голос Тикки:

- Капитан, сигнал право-четыре-верх!

- Что? – Полу составило труда не дернуть штурвал. Курс, проложенный Шушерой, предполагал постепенно смещение влево. – Чей сигнал?

- Сейчас проверю… - повисла томительная пауза. – Кажется, наш!

- Что? – на сей раз штурвал все-таки дрогнул. – Шушера, ты что, промахнулся?

- А? Что? – навигатор воспользовался моментом, чтобы отойти в гальюн и вернулся прыжками, на ходу застегивая комбинезон. – Нет, не может быть! Вот наша старая трасса, вот опорные точки… а вот… Что за хрень? Откуда он взялся?

Маячок возник на экране совсем в другом углу трехмерной карты.

- И я про то же, - вставил Тикки.

- Ну, подумаешь, немного сдвинулись… - Шушера навис над своим пультом, корректируя курс.

- Пятьсот тринадцать километров – это немного? – процедил Пол, выравнивая курс.

- Ну… учитывая время и притяжение… Готово! – навигатор выпрямился. – Теперь летим ровно. Кэп, я пошел?

Его желудок вкрадчиво заворчал, намекая на то, то даже мутантам иногда надо есть.

- Ступай, - кивнул Пол, не отводя взгляда от экрана. – Тикки, держишь маячок?

- Так точно, кэп! – так бодро отрапортовал бывший геймер, что Пол чуть было не осадил его – мол, рано радуешься. То ли еще будет!

Сигнал, тем не менее, держался на одном месте, перемещаясь практически навстречу «Комете». Когда до капитана дошло, что они идут на сближение, он второй раз чуть было не вызвал Шушеру – мол, ты совсем дурак, раз ведешь нас в лобовое столкновение с астероидом! – но тут он догадался сам дать полное увеличение.

- Что за хрень?

- Ой, бл… - возглас Тикки был короче и ёмче.

На обзорных экранах, медленно увеличиваясь в размерах, навстречу «Комете» дрейфовал отцепившийся от астероида «Шершень».

- Кир-Пу! Курт! На выход! – гаркнул Пол, сбрасывая скорость. – Машинное, лечь в дрейф!

«Комета» сбавила ход и стала разворачиваться боком, чтобы принять в шлюз беспомощного «Шершня». Матерясь сквозь зубы, Пол управлял ставшим вдруг непослушным кораблем, стремясь развернуть его как можно быстрее. «Шершень» приближался. Вот он уже занял добрую треть ближайшего обзорного экрана. Вот затмил его целиком.

Толчок. На миг Полу показалось, что в корабль врезался метеорит. Его качнуло вперед. Привязные ремни впились в грудь, амортизируя.

- Кэп, порядок. Есть касание! – услышал он в микрофоне голос Кир-Пу.

- Стыкуйте его и на борт. Проверьте, как груз?

- Есть, кэп.

Словно только и ждал этого, в рубку ворвался взъерошенный Чесни. Под глазом у пилота стремительно набухал синяк.

- Это что такое, мать его, творится? – с порога начал он. – Кэп, ты нас угробить решил?

- Это не я. Это «Шершень».

- Чего?

- Наш «Шершень», - Пол ткнул пальцем в сторону экранов.

- Наш? Но, - Чесни мигом притих, - откуда он тут взялся?

- А я знаю? Мы его на астероиде оставили! А он… Он тут болтается! Чтоб его… Кир-Пу! – опомнившись, прижал он микрофон. – Ну, как там дела?

Несколько секунд в эфире слышались только помехи.

- Да как тебе сказать, - послышался затем сдавленный голос стрелка. – Тут это…ну… чисто все. В смысле, взлома нет, пожара нет, аппаратура работает. Даже системы не нарушены. Вполне себе рабочий флайер, ни царапинки… В смысле…

- А груз? Груз как?

- Гру-уз, - протянул Кир-Пу, и Пол похолодел. – Погоди…

Послышалось шуршание, потом щелчок и отчаянное:

- Аа-а-аа…- перемежаемое глухими ударами.

- Кир-Пу! Что там? Прием! – заорал Пол. – Что происходит?

- А? Это Курт головой о стену бьется! Сейчас…

Послышалась возня.

- Кэп, - ворвался затем в рубку истеричный вопль, - все пропало! Все пропало! Груза нет! Совсем нет! Ни единого! Исчез! Испарился! Аа-а-а! – и опять послышались глухие удары.

Пол поднял глаза на оцепеневшего Чесни.

- То есть, как? – промолвил он.

- Вот так, - голос стрелка оставался нарочито спокоен, что на фоне раздающихся на заднем плане воплей Курта только добавляло ему трагизма. – Ни каких следов. То есть, следы-то есть, но…

- Следы?

- Да. Я тут пошарил малость. Здесь явно кто-то побывал. Кто-то отключил автоматику, блокировку дверей, затем тормоз и ступор… Не взломал, а именно отключил, и довольно чистенько! Да и грузовой отсек наш груз самостоятельно открыть не мог бы при всем желании.

- Значит, нас ограбили?

- Похоже, что так!

- Кто?

Вопрос повис в воздухе. Ответ на него был, но слишком невероятный. Да нет, такого просто не может быть! Не могли горты нарочно арестовать «Комету» и продержать ее капитана под арестом целые сутки, чтобы за это время без помех пошарить по поясу астероидов, найти спрятанный флайер, вскрыть его и забрать груз. Не могли, хотя бы потому, что горты и толерантность несовместимы. Рептилоиды не стали бы спасать человеческих женщин. А если и спасли – как-никак, копы и клялись защищать всех разумных существ! – то ни за что не отпустили бы работорговца. Да, Полу было бы предъявлено обвинение в торговле людьми, хотя он только перевозчик. Значит, Интергалакпол никак не мог вмешаться. Следовательно, их обчистил кто-то еще. Кто-то, случайно пролетавший мимо и заметивший бесхозный флайер. Но почему тогда они не забрали «Шершня» с собой?

Пол довольно долго сидел, глядя перед собой в одну точку. А когда поднял глаза, заметил, то вокруг собралась практически вся команда, заполнив рубку до отказа.

- Что будем делать, кэп?

Он только пожал плечами:

- Искать!

Стар-лейт Хрохха-Мрым-жа, представитель народности горт, был откомандирован в эту систему Интергалакполом по распределению. Это означало, что его малый линкор был отправлен сюда в «вечное» патрулирование, поскольку рядом сходились четыре главных и три второстепенных космических трассы. Станция ежедневно принимала до полутора дюжин кораблей всех мастей и форм, не считая кораблей внутреннего маршрута и частных судов, которые возникают как бы из ничего, чтобы нарушить правила и опять умчаться в глубокий космос. Хрохха-Мрым-жа ненавидел свою работу – по роду деятельности ему слишком часто приходилось общаться с представителями других рас, в том числе и с людьми, какой бы цвет не имела их кожа, волосы, глаза и зубы. Стар-лейт потому и пошел в Интергалакпол, то старейшины общины не видели другого способа как-то привить одному из отпрысков хоть какую-то терпимость к инородцам. В наше время ты либо нормально общаешься с другими разумными существами, либо закуклился в своем маленьком мирке и не высовываешь оттуда носа. Для воинственных гортов альтернативы не было – их слишком часто приглашали в качестве наемников, профессиональные солдаты были чем-то вроде статьи в экономике планеты, так что Хрохху-Мрым-жа пришлось пойти работать в полицию. Однако в данном случае его старейшины и начальство только позволили его фобии расцвести пышным цветом – стар-лейт стал считать преступниками всех представителей вида «гомо космикус» и заранее подозревал их во всех грехах.

Этим и объяснялось то, что «Комета» оказалась конфискованной, а ее экипаж посажен под арест. В системе гортов вся команда тотчас же отправилась бы в тюрьму, но в системе голубого гиганта пришлось ограничиться тем, что на обычную гауптвахту был посажен только капитан. Да и то потому, что самого Хрохху-Мрым-жа вызвал к себе начальник управления и буквально приказал оставить людей в покое.

- Формально они не виноваты ни в чем, что оправдывало их арест, - сказал тот. – Незаконное пересечение границ системы – не то преступление, за которое следует наказание. Максимум – штраф и запись в учетную карточку. Но арест… да еще всего экипажа… Вы рискуете, стар-лейт.

- Люди в-новны, - отчеканил тот, стоя навытяжку. Если не считать налившегося кровью гребня, ничто не выдавало его эмоций.

- В чем? Где состав преступления?

- Он ест. Я д-кажу!

- Вот когда докажете, тогда и поговорим! – отрезал начальник. – А теперь – можете быть свободны, стар-лейт. И помните – по закону мы не можем держать кого-либо под арестом больше трех местных суток. И время уже пошло!

- Мн хв-тит! – рявкнул Хрохха-Мрым-жа. – Рз-рышите идти?

- Идите. И смотрите…

Сделав четкий, как на учениях, поворот, стар-лейт ушел к себе.

Он придерживался твердой уверенности в том, что, если хорошенько копнуть, то найти преступление не составит труда. Люди не могут не совершать преступлений. Они так устроены!

С этой мыслью он углубился в инфранет, подключившись к поисковой системе Интергалакпола, где регистрировались все правонарушения, совершенные в Галактике. В общую информационную систему как попало сваливались и вооруженные нападения с целью грабежа, и простые штрафы за превышение скорости, и даже просрочки по кредитам – при условии, если кредитор обращался в полицию. Там не отмечались лишь внутренние нарушения, которые расследовались шерифами на местах – зачем тревожить межгалактическую полицию из-за очередной пьяной драки или некачественно проведенного ремонта, пусть даже в результате новой аварии и пострадал заказчик? Поисковая система Интергалакпола и без того напоминала помойку, что существенно затрудняло розыск некоторых преступников – любому компьютеру требовалось слишком много времени, чтобы вычленить и систематизировать абсолютно все нарушения и обвинения, предъявленные кому-либо.

Хрохха-Мрым-жа начал копать сразу в двух направлениях – по номеру и названию корабля и по имени и фамилии капитана. Загрузив персональный компьютер нужными данными, он приготовился ждать.

Ему повезло через тридцать пять часов. Неожиданно долго молчавший компьютер пискнул и выдал первую партию информации.

Ага! Хрохха-Мрым-жа даже зарычал от удовольствия. Неоднократные штрафы за нарушение условий парковки и превышение скорости. Создание аварийных ситуаций. Участие в налетах на караваны – оба не доказаны, но подозрение не снималось – обвинение в контрабанде наркотиков (тоже не доказано, но сам факт…). Отказ от сотрудничества со следствием в деле о разгроме торгового центра, сопротивление при аресте при входе в изолированную систему дельты Енота («Комета» открыла огонь на поражение, когда сторожевой катер попытался помешать высадке, есть жертвы). Жалоба синергов на нарушение условий доставки некоего груза. Атака на медицинский центр станции «Мелиоратор» (разрушения значительны). К тому же банкирский дом «Томиш и дети» неоднократно предъявлял обвинения означенному Полларду Руду Хэмиру в связи с просрочками платежа, а однажды даже вовсе лишил его поддержки и обнародовал решение о конфискации судна. Но капитан Хэмир как-то ухитрился его выкупить и…

И, прочитав следующую строчку, Хрохха-Мрым-жа задрожал от предвкушения.

Деньги были получены на Забегаловке!

Забегаловка была одним из центров преступного мира Галактики. Неформальным центром, о котором власти знали, но предпочитали держать под наблюдением и контролем, как, например, Менялу или Мегамаркет. Если на Забегаловке капитану Хэмиру предоставили кредит, значит, он связан с преступным миром. А это значит, что через него можно выйти и на кого-нибудь из местных воротил. Лакомый кусочек сидел сейчас на гауптвахте. Немного нажать – и можно бежать за ордером на арест.

Торопливо скопировав найденную информацию на личный комм, Хрохха-Мрым-жа со всех ног кинулся к своему начальнику.

- Есть! К-питан Х-мир пират! Пр-рступник! – зарычал он, едва ли не пинком распахивая дверь. – Вот док-зателства!

Начальник отделения – из местных, тут уж ничего не поделаешь! – даже поморщился, когда перед его лицом развернулись выделенные файлы.

- Да, - промолвил он, выдержав паузу. – Вижу. Доказательства… есть. Но… мы не можем их применить.

- П-чему? Вт факты!

- А вот время, - человек ткнул пальцем в хронометр. – Вы опоздали, стар-лейт. Время, которое мы могли содержать вашего подозреваемого под стражей без предъявления обвинения уже вышло!

- Т-есть как? Вы его отп-стили? – чуть не завизжал горт.

- Да. Шесть часов тому назад.

- К-к! – взвыл Хрохха-Мрым-жа. – Эт нельзя! Он пр-ступник! Он дл-жен быть ар-стован! Пр-дан суду! З-ключен в тр-му!

- Поздно…

- Н-когда не п-здно!

- Что вы задумали, стар-лейт? – привстал начальник управления, но горт отступил от стола лишь для того, чтобы минуту спустя перекинуть ему на комм рапорт и выскочить вон.

Полчаса спустя полицейский линкор стартовал, отправляясь в погоню.

Глава 12

ГЛАВА 12.

- Ну?

Юлий окинул взглядом своих людей. Все молчали.

- Повторяю свой вопрос. Ну, и кто это сделал?

Молчание стало еще выразительнее. Его можно было прямо-таки резать, причем взять что-нибудь наподобие лазерника – остальные инструменты вряд ли справятся.

Скромно сидевший в дальнем уголке доктор Эшли кашлянул.

- На самом деле ничего непоправимого не произошло, - промолвил он, старательно рассматривая свои руки. – Я бы даже сказал – вообще ничего не произошло… если бы мне никто ничего не сказал, я бы не заметил вообще никаких изменений. А так…

- А так? – подался вперед Юлий.

- А так… ну, кто знает… Мы вовремя спохватились…

- Попробуем сформулировать вопрос иначе. Ну, и что мы теперь будем делать?

Парни тихо переглядывались между собой, но помалкивали.

Вопрос стоял серьезный. Свалившиеся на них нежданно-негаданно двадцать две единицы живого груза требовали срочных действий. Бросать такую добычу? Да ни за что! Это же огромные деньги! Но огромные деньги – это и огромный риск. Справятся ли они? Уже и без того начались проблемы.

Двадцать два контейнера с погруженными в искусственный анабиоз телами земных девушек заполнили собой весь и без того крохотный трюм «Бабочки», так что многие вещи оттуда пришлось вытащить и разместить в коридоре и шлюзовой камере. Нижняя палуба – она же единственная – не отличалась большими размерами, так что то и дело приходилось обо что-нибудь спотыкаться. Это всякий раз напоминало людям о том, что находится в кладовой и, как магнитом, притягивало парней к контейнерам. Дверь в кладовую не закрывалась вообще, и в любое время дня и ночи кто-нибудь да находился там, как бы случайно «присматривая» за грузом. Ну, мало ли. Крепление подтянуть, пыль смахнуть, показания приборов проверить, просто вентиляцию прочистить, а то что-то воздух тут спертый. А то, что парни при этом исподтишка заглядывали в контейнеры, через крохотные смотровые щели пытаясь разглядеть их содержимое…Так смотреть же не запрещается! Юлий и сам пару раз ловил себя на мысли, что любое из двадцати двух девичьих тел выглядит весьма и весьма привлекательно. И даже однажды обнаружил себя стоящим на пороге кладовой, затаив дыхание.

И все было бы нормально, если бы не тот случай. Кто-то – знать бы, кто этот нетерпеливый! – ухитрился, любуясь, что-то сдвинуть на приборной панели. В результате автоматический одноразовый контейнер начал разморозку объекта.

По счастью, процесс это длительный, часа на два или три времени. И любитель подсматривать успел наглазеться на лежащую внутри девушку и уйти, пока его не заметили…

И как-то так вышло, что следующим посетителем был доктор Эшли, в обязанности которого входил контроль за показаниями приборов. Он сразу заметил, что зеленый индикатор «Все в норме!» - у одного из контейнеров сменил цвет на желтое: «Пограничное состояние». Эшли удалось остановить процесс разморозки, но факт нарушения требовал расследования. Тем более что разморозку нельзя было запустить в обратную сторону. Ее можно было только приостановить, и то не до конца.

- Я вас спрашиваю, - напомнил о себе капитан. – Что будем делать?

- Да что тут думать, капитан? – Джеку было проще всего. Он делал вид, что поглощен пилотированием и мог не смотреть в глаза своему начальству. – Надо с ними как-то того… ну… разбираться!

- «Разбираться!» Это я знаю и сам.

- Продать? – предложил Ли.

- Кого?

- Груза, - пожал плечами механик. – Сама зе говорила, сто это большие деньги!

- Мало ли, что я говорил! – отмахнулся Юлий. – Большие-то большие, да если каждый контейнер вот так по разику разгерметизировать, что у нас останется? В лучшем случае несколько центнеров человеческого биоматериала сомнительного качества, который если и удастся реализовать, то каким-нибудь безумным ученым по цене мяса.

- Так вроде остальные-то не пострадали? – с надеждой поднял голову Рекс.

- Сейчас – нет, - с такой интонацией откликнулся Юлий, что связист понял свою ошибку и замолчал.

- Но и там большой вопрос, пострадало ли содержимое или нет, - снова подал голос осмелевший Эшли. – Ответ может дать полная разгерметизация объекта!

- И что ты предлагаешь? Разгерметизировать и посмотреть?

Док пожал плечами:

- Ну…

- А почему бы и нет? – встрепенулся внезапно Коста. – Мы груз нашли? Нашли? Честно шесть часов ждали, пока объявятся хозяева? Ждали! О нем заботимся? Несомненно! Значит, нам положено десять процентов за труды…

- Ага, - неожиданно подхватил Рекс. – Нормальный отход производства… ну, там на усушку-утруску…

- …разворовку, - кивнул Юлий, начиная понимать, кто был этот любитель нажимать не на те кнопочки.

- А что не так? – взвился связист, но встретился глазами с капитаном и сник, сообразив, что его вычислили.

- А все не так! Мы и без того рискуем попасть с этим грузом! Нам от него надо избавляться как можно скорее, а вы тут… эксперименты устраиваете! Кобели озабоченные!

Связист проворчал себе под нос что-то нелестное для капитана, но так неразборчиво, что Юлий предпочел сделать вид, что это относилось к показаниям приборов. Более того, остальная команда уставилась на него так, что он предпочел не доводить дела до черной метки.

- Значит, так. Эшли… еще раз осмотреть весь груз, проверить все показания приборов, если надо, кладовую опечатать. Выбрать один и…э-э… попытаться разморозить… Я сказал «попытаться!» - повысил он голос, не давая команде разразиться ликующими воплями. – И если не получится, второй попытки не будет. Двадцать одно! Вам напомнить, что это за число?

Люди с готовностью закивали. Что ж, магия чисел, она магия везде. Вдруг этот лишний контейнер надо было разморозить, чтобы приманить удачу?

- Далее… Рекс и Джек рассчитывают кратчайшую трассу до ближайшей торговой планеты, где можно будет сбыть груз.

- Бу-сделано! – Рекс прямо-таки сиганул за пульт, торопясь начать работу. Джек, радуясь, что гроза миновала, тихо пихнул его локтем в бок, и приятели углубились в расчеты.

- Коста…- Юлий задержал дыхание, - ты, как землянин… на тебе особая миссия. Если разморозка пройдет нормально… хотя бы нормально и на выходе мы не получим безмозглое животное… на тебе воспитание и… м-м… обучение девчонки. Ну, язык, устав и все такое прочее. И только попробуй ее пальцем тронуть до окончания… кхм… курса молодого бойца! Понятно?

- Так точно, - по-военному отрапортовал стрелок, гордо покосившийся на помрачневшего Микаэла, и осторожно добавил: - Только, капитан, я тут не единственный землянин. Микаэл… и… хм… вы…как бы…ну…

- У меня и без того проблем выше крыши, - отмахнулся Юлий. – А девчонкой должен заниматься кто-то один. Всем понятно? Тогда разойдись!

- Разрешите приступить к выполнению задания? – козырнул Коста.

Юлий только кивнул. Слишком все легко и просто получается. Жди проблем!

Разморозку назначили на послеобеденное время. Проявив чудеса изворотливости и скорости, Джек и Рекс приготовили даже не одну, а сразу три трассы разного уровня сложности. Сделано это было специально на тот случай, если к ним кто-нибудь прицепится. Маленькая «Бабочка», да еще класса «Прим-люкс», для многих представляла заманчивую добычу, тем более сейчас, когда на борту такой ценный груз. Грабителей не остановят ни навешенные по бортам два дополнительных орудия, ни имя «самого» Юлия Холода по прозвищу «Холодильник», прославившегося как раз грабежом малых яхт и оставлявшего трупы экипаж замерзать в разгерметизированном корабле. У «черных» звездопроходцев свои понятия о морали, и кое-кому непременно захочется самому проверить, так ли это здорово и гуманно, как утверждал сам Юлий. А проверять, ясное дело, лучше всего на том, кто этот способ изобрел. То есть, образно говоря, запихнуть Холодильника в холодильник и посмотреть, сколько тот продержится.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что трассу до той же Менялы прокладывали по закоулкам и задворкам, стараясь идти от «норы» к «норе» по самым извилистым траекториям. Это существенно удлиняло путь, аж на целых четверо суток и вынуждало как минимум к двум дополнительным стоянкам – один раз для дозаправки, а второй раз просто чтобы дать отдохнуть перегревшимся при каскаде «нырков» двигателям. Таким образом, до Менялы им предстояло лететь примерно две декады с небольшим – как раз по одному дню на каждую единицу груза.

Юлий одобрил все три трассы, когда убедился, что в пути возможно переключаться с одного варианта на другой – не примет на отдых станция Малая Плесень, можно сделать крюк в пару часов и попросить помощи у дружественных уриан на их колонии Трис-Тум-11. Вообще, большинство остановок и поворотов были как раз на негуманоидных планетах и станциях – представители иных разумных видов старались не вникать в поведение людей и не вмешивались в их внутренние дела. Исключение составляли меоры, которых любили нанимать как грубую военную силу, интеллектуально продвинутые уриане, часто выбиравшие роль наставников и толерантные змеелюды, которые на почве торговли готовы были дружить со всем, что шевелится.

Трасса была одобрена, автопилот включен – поблизости в радиусе нескольких сотен астр не было ни одного крупного и просто подозрительного объекта – и команда собралась в медотсеке, куда накануне перетащили один из контейнеров. После того, как туда набились все, места едва хватало для самого дока Эшли, которого буквально притиснули к боку контейнера. Хорошо, что вовремя догадался поднять руки, иначе ему не дали бы и пошевелиться.

Под потолком натужно гудел кондиционер, очищая воздух, слышалось тяжелое дыхание и возня.

- Расступитесь, расступитесь! Вы только мешаетесь, - Эшли возился с аппаратурой. – Эй, Томас, подай мне вон тот шланг… Да-да, синий. Он прямо у тебя под левой рукой!

- Да потише ты, выкидыш меора! Ты мне на ногу наступил!

- А ты мне локтем в бок задвинул. А что, если перелом?

- Перелом чего?

- Ребра. Дубина!

- Цыц вы там! Доку мешаете. И вообще прекратите толкаться!

- Сама перекрати!

- А вы меня в угол не зажимайте! Навалились тут…

- Я вот тебе сейчас так навалюсь…

- Молчать! – повысил голос Юлий. – А то живо на губу все загремите! Мешаете только!

- Вот-вот, - Эшли один за другим ловко соединял между собой трубки, собирая сложную реанимационную установку. – И помолчите. А то орете под руку… Ли! Вон около тебя кран… А ну-ка, по моей команде поверни рукоять вправо до упора!

- А побыстрее нельзя? – переминался с ноги на ногу Джек, который к слову сказать, и был источником раздражения, поскольку поочередно наступал на ноги то Рексу, то Микаэлу, а когда последний чуть отодвинулся, попутно оттолкнув в угол Ли Чуня, то его место занял Коста, по чьим пальцам тут же прошелся ботинок пилота. – Тесно тут!

- Тесно? Выйди в коридор!

- И душно! – воскликнул Ли, тем не менее повернувший нужный рычаг в нужном направлении.

- Душно? Тем более выйдите. Кондиционер не справляется! – проворчал Эшли.

- Выйти? Как бы не так! – Коста расправил плечи и в отместку наступил на ногу Джека. Промахнулся, попал по ноге Юлию, но не смутился. – Интересно же!

- И вообще, неужели нельзя было собрать эту штуку заранее? – проворчал Томас, который стоял относительно удобно, в другом углу, но зато почти непрерывно что-то подавал, подкручивал и закреплял, следуя указаниям Эшли.

- Нельзя! Реанимационная установка крепится непосредственно к капсуле. Тут особые разъемы, - Эшли нагнулся, выискивая нужное гнездо под днищем покоящейся на операционном столе капсулы. – Уф… кажется, готово! Можно врубать?

Он покосился на Юлия. Все, разом замерев, уставились на него же.

- Давай, - кивнул тот.

Эшли щелкнул тумблером.

Послышалось мягкое гудение работающей установки. По контрольной панели побежали огоньки. На экране портативного ноута стали появляться кривые – графики состояния внутренних систем. Начинаясь с нуля, они стали постепенно повышаться.

- Начальный этап пройден успешно, - доложил Эшли, когда один из красных огоньков погас, сменившись на зеленый. – Приступаем ко второму. Приведение температурного режима в норму…

Прошло несколько минут. Мужчины стояли, затаив дыхание. Никто не шевелился, только Эшли продолжал следить за приборами, время от времени задавая им команды или подключая шланги с питательными растворами. Где-то капало – видимо, протек кондиционер.

- Температурный режим выровнен на пятьдесят процентов, - доложил он через четверть часа. – Начинаю подготовку к комплексу реанимационных мероприятий…

- Это надолго? – кашлянув, поинтересовался Ли из-за чьих-то спин. – А то мне неудобно стоять, однако…

- Еще примерно полчаса… если не случится форс-мажора, - Эшли не сводил глаз с показаний приборов. Пока все в норме, но, как знать…

- Что-то долго. А это точно тот контейнер?

- Точно-точно! – вступился за дока Джек и протянул руку, потрогав его гофрированный бок. – Вот царапина. Я сам ее отверткой проковырял, чтобы не перепутать!

- Обычно разморозка занимает до двух часов, - сказал Эшли. – Если все делать по правилам. А сейчас прошло только восемнадцать с половиной минут.

- Восемнадцать? – придушенно пискнул Ли. – Да мы тут задохнемся, однако!

- А я вам говорил, - фыркнул Эшли, - не толпитесь вы тут! Придете потом, когда разморозка вступит в завершающую стадию!

- Правда, давайте выйдем! – предложил стоявший дальше всех от выхода Томас. – Док, вот эта стрелка так и должна дергаться?

- Какая? Ох, нет! – Эшли торопливо склонился над ноутом, вводя дополнительную программу.

- Форс-мажор?

- Да, мать ее! – рявкнул врач, и половину зрителей как вакуумом высосало из медотсека. Впрочем, недалеко – они просто переместились в коридор, опасливо выглядывая сквозь дверной проем. Закрыть двери не было никакой возможности – Коста и Микаэл держали ноги у краев раздвижных дверей, мешая автоматике сработать. А Эшли был слишком занят, чтобы отвлекаться. С помощью смирившегося со своей участью Томаса и несколько воспрявшего духом Ли – как-никак, механик лучше разбирался в приборах! – он колдовал над капсулой, пытаясь привести в норму процесс разморозки, который внезапно ускорился. Если не сдержать темпы, «на выходе» мог получиться в лучшем случае овощ – живое тело, лишенное разума, погибшего при нарушении технологии. В худшем контейнер пришлось бы выбросить со всем содержимым.

Но, кажется, с проблемой удалось справиться. Стрелки замерли на своих местах, отсчет секунд возобновился. Док вытер пот со лба. Оставалось надеяться, что этот скачок не будет иметь последствий.

- Вроде получилось, - сообщил он затаившим дыхание зрителям. – Через час будет известно точно.

- Может, разойдемся? – предложил Ли.

- Нет, - отрезал Коста. – Ты расходись, а меня капитан назначил ответственным за это… эту…этот груз. И я буду тут находиться до конца!

- А у меня автопилот включен, - сказал Джек. – Если что, на комм придет сигнал.

- А у меня громкая связь…- кивнул Рекс.

- А у меня право вето, - подал голос Юлий. – Если это так надолго, давайте все по местам. Остаются только Ли и Коста. И Эшли.

На самом деле найти корабль в космосе – не такое уж сложное дело, как кажется дилетантам. Да, в вакууме не остается следов. Даже кратких, типа пресловутых «выхлопных газов». Даже если из пролетающего корабля в буквальном смысле слова сыплется на лету всякая мелочь, ее тут же подхватывает звездный ветер – явление редкое, мало изученное, но существующее. Звездный ветер создается звездами, вернее, их протуберанцами. Когда звезда меняет интенсивность свечения, в космос выбрасывается очередная «волна звездного ветра» и, почти не встречая сопротивления, мчится вперед, пока не наткнется либо на другую звезду, либо на планету, либо на встречную волну от другой звезды. Тогда на краткое время в космосе вспыхивает настоящий звездный шторм. Пространство идет складками, и горе кораблю, который попадет между двух таких волн.

Но есть еще один шанс отыскать следы пролетевшего корабля. Это те самые «норы» и «лазы», которыми пользуются все корабли. Поскольку все они известны наперечет, отмечены на звездных картах и про каждую точно известно – куда она выведет нырнувший в нее корабль. Так что, преследуя корабль, надо только выяснить, в какую «нору» он шмыгнул – и будешь точно знать, где он из нее «вынырнет». Более того, при пользовании «норой» пространство вокруг нее на какое-то время деформировалось, так что можно было определить, пользовались ею или нет.

Поблизости от белого гиганта таких «нор» было всего две. Одна находилась на противоположной стороне системы и надо было опять лезть внутрь, в гости к гортам, зато другая была буквально в десятке астр от края метеоритного потока. Имеющуюся третью навигатор даже не рассматривал, ибо ближайшая «нора» хранила на себе следы недавнего пользования. Учитывая время, можно было точно сказать, что воспользовались этим маршрутом именно грабители.

«Комета» вырвалась из «норы», и обзорные экраны несколько раз мигнули, подстраиваясь под новое изображение.

- Где мы? – потребовал ответа Пол.

- Сектор 26-Б-14/альфа. Ближайшее созвездие – Лебедь, - сверившись с приборами, отрапортовал Шушера.

- Далековато, кажется!

- Зато до Менялы и Мегамаркета равное расстояние. Что вправо, что влево, - навигатор развернул карту, показывая примерное расположение корабля и помечая две звездные системы. – Куда сперва?

- Давай на Менялу. Там для реализации груза надо минимум документов.

- Ага. А на Мегамаркете их у тебя вовсе не потребуют!

- На Мегамаркете и людей почти нет.

- Тем лучше. Наших воров искать проще…

- Это если воры – люди.

- То есть, - вклинился в разговор Чесни, - ты думаешь, что наш груз сперли горты? Они же копы!

- Они же горты! Людей терпеть не могут! Для них партия девчонок с Земли – такой же живой товар, как и… - Пол пожевал губами, подыскивая сравнение, - как и для змеелюдов, например! А копы… ну, что копы. В этой системе, небось, годами ничего не происходит. Скука смертная, вот они и хватаются за всякую мелочь.

- Ага! И за желание прихватить, что плохо лежит!

- А почему бы и нет? Как будто гортам есть-пить не надо?

- Надо, но они же копы. Их в любой момент отозвать могут. И куда тогда девать груз?

Пол прикусил губу.

- И вообще, чего ты к этим копам прицепился? – миролюбиво поинтересовался Чесни. – Никак не можешь простить, что они тебя сутки на гауптвахте продержали?

- Да, не могу, - кивнул Пол. – И если увижу…

- Вот если увидишь, тогда и будешь думать. А пока… куда прикажешь двигать?

- Вперед, - он ткнул пальцем в обзорный экран и встал, выходя из рубки.

На душе было мерзко. Что за жизнь такая? Только-только поверил в то, что все стало налаживаться – и на тебе! Ни денег, ни груза. И добро бы деньги – к их отсутствию можно привыкнуть! – но груз! Пол не хотел лететь на Менялу еще и потому, что именно там их будет ждать посредник. Правда, до встречи еще почти сорок дней, времени навалом, но что будет, если за это время они не отыщут товар? Даже несмотря на явный след – похитители находились в этом же секторе! – искать их тут можно месяцами. Нужна была еще одна зацепка.

- Эй, ребята! – в динамиках послышался нарочито спокойный голос дока Эшли. – Если кому-то интересно… то пора!

Переспрашивать, что он имеет в виду, никто не стал. Экипаж «Бабочки» сорвался с места так, словно объявили срочную эвакуацию, и при этом выяснилось, что исправных скафандров на один меньше. Задержался только Джек, и то только для того, чтобы активировать автопилот. Какое-то время яхта будет лететь по прямой, уклоняясь только от метеоритов, чья орбита пересекается с расчетной под определенным углом. Но, если верить лидару, сектор вроде был чистым. На два-три часа полета с прежней скоростью везения должно хватить.

В результате Джек прибыл в медотсек самым последним и вынужден был несколько раз подпрыгнуть, чтобы за чужими макушками и спинами увидеть, что происходило внутри.

- Эй, мне тоже хочется посмотреть!

- Не напирайте так, - Эшли действовал столь решительно, что попятился даже Юлий. – Если она нас всех увидит одновременно, испытает шок.

- А уж мы-то какой шок испытаем, - проворчал рядом с капитаном Коста.

Судя по показаниям приборов, расконсервация прошла успешно. В контейнере находился вполне живой человек, спящий обычным здоровым сном. Во избежание последствий контейнер до самого последнего момента оставался закрытым, но сейчас Эшли подавил улыбку и театральным жестом – мужчины затаили дыхание – потянул на себя язычок замка.

В основу замка легла самая обыкновенная застежка-«молния», так что раскрылся контейнер постепенно, с тихим жужжанием. Крышка мягко откинулась, явив лежащее на спине стройное худощавое тело. На землянке было только нижнее белье – все остальное сняли в момент консервации – что позволяло оценить ее фигурку. Может быть, кому-то ее грудь могла показаться слишком маленькой, талия – не такой узкой, а бедра – недостаточно крутыми, да и ноги росли, как говорится, не от ушей, но это была чистокровная землянка, а экипаж «Бабочки» слишком давно не имел дела с женщинами, поэтому все испустили дружный вздох, невольно подавшись вперед.

- Тише, - прошипел Эшли. – Не двигаться!

Мужчины замерли. Доктор осторожно один за другим отщелкнул зажимы, удерживающие тело девушки в определенном положении, и она тотчас расслабилась, пытаясь повернуться набок.

- Что она делает? – выдохнул Рекс.

- Спит, - глянул на приборы Эшли. – Просто спит.

- А… это надолго?

- Что, охота посмотреть, какого цвета у нее глаза или так уж хочется послушать, как она визжит? – Эшли отвернулся, выискивая среди инструментов шприц-дозатор и накачивая его успокоительным.

- А почему она должна визжать?

- А потому, что так делают все женщины всех видов и рас разумных существ. Оказавшись в стрессовой или просто опасной ситуации, они подают голосовые команды своему мужчине, стимулируя ее спасти. У него тогда включается глубинный инстинкт самца – защитника своей самки, как хранительницы его генофонда…

- Хранительницы чего? – нахмурился Рекс. В технике связист разбирался, но естественные науки ставили его в тупик.

- Генофонда. Грубо говоря, женщины – а также самки млекопитающих животных – вынашивают детенышей в своем теле. И мужчина – а также самец млекопитающего – просто обязан защитить самку – ну, или женщину – а вместе с нею и своего будущего детеныша.

- Но она же… кажется, пока не… кхм…

- Инстинкту не прикажешь, - Эшли набрал успокоительное в шприц и замер над девушкой, держа его наготове. – Девушка может быть носительницей ребенка, а может быть потенциальной для него матерью. Короче, нет девушки – нет шанса стать отцом…

- У тебя или…

- У любого.

- Док, короче, чего делать, если она начнет орать?

- Ничего, - пожал тот плечами. – Спасать.

- Ее?

- Да.

- От кого?

- От нас!

На дока с удивлением вытаращились все. Даже, кажется, приборы стали мигать огоньками иначе.

- Ты сам-то понял, что сказал?

- Понял. Я, между прочим, еще и психологию изучал, - заважничал Эшли. – Психологию отношений в маленьком коллективе в замкнутом пространстве, психологию полов и отношений мужчин и женщин.

- Да какая, на фиг, психология? – не выдержал Томас. – Она тут кто? Она тут баба! А мы…

- Цыц! – шикнули на него Джек и Коста.- Не ори!

- Вот-вот, - кивнул Эшли. – А то всем будет понятно, от кого ее надо защищать!

Энергетик сжал кулаки, набычившись.

Юлий решительно протолкался вперед, не давая спору перерасти в ссору:

- Понятно. Давай, буди. А вы все без глупостей!

После всего сказанного мужчины ожидали какого-то особого ритуала, но доктор просто протянул руку и потряс спящую за плечо:

- Давай, спящая красавица, просыпайся уже!

Все невольно напряглись, приготовившись слушать визг, но девушка повела себя неожиданным образом. Не открывая глаз, она повернулась набок, подтягивая колени к животу, и что-то пробормотала на своем языке.

- Я кому сказал: «Подъем!» - повысил голос Эшли.

- Ну, маа-а… - протянула девушка…

И в следующую секунду ее сонное «аа-а-а» плавно перешло в тот самый пронзительный крик, а сама она, резко распахнув глаза, отпрянула от стоящего над нею Эшли так энергично, что док не успел ее поймать, и она кувыркнулась с контейнера на пол. Крик изменил тональность, сперва захлебнувшись, а потом перейдя в настоящую истерику. Кажется, боли от шока землянка не почувствовала и, перебирая конечностями, попыталась на пятой точке отползти подальше, но врезалась лопатками в стену между двумя шкафами с инструментами и взвизгнула снова.

- Всем стоять! – рявкнул Юлий, жестом останавливая рванувшихся в ее сторону парней.

- Так ведь она того… на помощь звала, разве не так? – Томас уже потирал руки.

- Звала, но не нас. Хотя…

И тут Юлия осенило.

- В общем, легенда такая, - торопливо заговорил он. – Ее похитили пираты. А мы ее спасли. Из плена и все такое. Мы – благородные герои и помогать попавшим в беду девицам – наша профессия. Мы вообще копы под прикрытием на спецзадании и все такое. Коста, Микаэл, вы же служили в Интергалакполе?

- Я служил, - кивнул Коста. – Четыре месяца.

- А меня с последнего курса училища вышвырнули, - набычился Микаэл.

- Это все равно. Вспоминайте, как должны вести себя копы по отношению к жертвам насилия и действующие соответственно.

- А мы? – лицо Томаса вытянулось.

- А вы подыгрываете! Понятно? Эшли?

- Понял, - доктор медленно двинулся в сторону забившейся в угол девушки. Та сперва притихла – крики захлебнулись, перейдя в рыдания, - но стоило мужчине сделать шаг, снова что-то завопила и забилась, пытаясь забраться чуть ли не под приваренный к стене шкаф.

- Назад, - скомандовал Юлий. – Погоди. Коста, ты ее… понимаешь?

- Я ее тоже немного понимаю, - встрял Микаэл. – Она кричит что-то вроде «спасайте!»

- Капитан, - у Томаса вытянулось лицо, - ты чего? Ты по-земному умеешь говорить?

- Сейчас узнаем, - напрягся Юлий и сел на корточки.

Так их лица оказались с девушкой на одном уровне, и когда он протянул руку в ее сторону, землянка затихла.

- Во капитан дает! – прошептал Томас. Протиснувшийся на освободившееся пространство Джек разинул рот. До этого он только слышал, а теперь оказался и зрителем.

- Ти-ихо, - медленно сказал Юлий. – Тии-ихо. Молчи, - сопроводил он свои слова известным жестом, приложив палец к губам. – Все… хорошо…Юлий, - приложил ладонь к своей груди. – Я – Юлий. Ты, - также медленно протянул руку, указывая на девушку. – Я – Юлий, ты…

Девушка, блестя мокрыми от слез глазами, таращилась на него пустым взглядом затравленного зверька. Но после пятого или шестого повтора вроде как отмерла и протянула:

- Та-ма-ра…

- Что это означает? – шепнул Джек Томасу, пихая его локтем.

- Цыц! – шикнул Эшли. – Не мешай! Капитан идет на контакт.

Увы, его замечания не осталось без ответа. Девушка подняла глаза и…

- Док, шприц! – крикнул Юлий, перекрывая новый отчаянный крик.

Эшли буквально прыгнул в его сторону. В четыре руки мужчинам удалось вытащить отчаянно верещащую девушку из угла, поставить на ноги, и Эшли резким движением прижал дозатор к ее плечу. Землянка дернулась последний раз, придушенно пискнула и внезапно обмякла на руках.

- Что за… - Юлий невольно отпрянул. – Ты чего ей вколол?

- Обычный транквилизатор!

- Ага, после всей химии, которой ее напичкали в контейнере при заморозке? Небось еще и полную дозу дал!

- Ага…

- И кто тут врач, спрашивается? – Юлий закатил глаза. – Короче, сам ее в кому ввел – сам и вытаскивай!

- Да тут дел-то… - Эшли рывком вскинул тело девушки на руки. – Сейчас андреналин вколем – и очнется…Помогите!

С места сорвались все. Кто очищал стол, кто пытался подключить все приборы подряд, кто копался в лекарствах. Эшли еле успевал пресекать некоторые попытки:

- Нет, не эту кнопку! Синюю!.. А шланг положи на место! На место, кому сказал? Блистер! Блистер на верхней полке. Знаешь, что такое блистер? Да-да, вот эта коробочка… Шприц… Нет, капитан, он одноразовый… был. Да, лучше только половину… Как? А вон там инструкция для кого? Читать умеешь?.. Синюю кнопку, я сказал! Да не тебе! Ты, если уж хочешь помочь, свет включи полный! Ага, вот это. Проверь, работает или нет?.. Как? На себе!

В конце концов, девушке вкололи еще несколько транквилизаторов, после чего поднесли ко рту аппарат искусственного дыхания. В самый последний момент Ли предложил добавить в воздушную смесь немного веселящего газа, чтобы, так сказать, скорректировать настроение, но за такой совет механика вовсе отправили за порог. Кто знает, в чем проблема?

Сделав несколько глотков, девушка задышала ровнее, щеки ее порозовели, ресницы затрепетали. Она даже приглушенно ойкнула под маской респиратора, когда Эшли взял у нее кровь на анализ.

- Аллергия! – объявил он минуту спустя. – В этом успокоительном есть такой элемент – трипофин. Так у нее на него реакция отторжения.

- А раньше это выяснить было нельзя? – взвился Юлий.

- Раньше я не думал, что придется ей чего-нибудь колоть.

- Вот теперь и подумай.

- Я вообще не понимаю, капитан, чего мы с этой девкой церемонимся? – поинтересовался Томас. – Мы ж ее для постельных утех разморозили, разве не так? Эта сдохнет – выкинем в космос и другую достанем.

- Другую? – взвились одновременно Джек и Коста. – А вот этого не хочешь?

Два кулака уткнулись в нос энергетика.

- Бабы, - Томас осторожно попятился. – Все беды от баб. Она на корабле всего несколько минут, а уже всех перессорила!

- Ну, положим, не всех и не со всеми, - Юлий демонстративно положил руку на плечо Эшли. – А во-вторых, если мы так всех «перепробуем», то что с грузом станет? Два десятка единиц живого товара в космос выкинуть… ты настолько богат, чтобы на это согласиться? Нет уж. Выбрали одну – с одной и будем работать.

- Работать! С бабами не работают, с ними отдыхают…- мечтательно протянул Коста. Все насмешливо зафыркали, не подозревая в стрелке такого приступа романтизма.

- Работают, - с нажимом повторил Юлий. – Ее надо сперва приручить, обучить нашему языку, потом провести медосмотр с прививками. На довольствие поставить, в конце концов, и провести по балансу как штатную единицу. На кораблях, кстати, нет такой должности как «проститутка». Либо пишут «штатный психолог», либо присваивают какую-нибудь другую специальность…

- У нас как раз «консультант по личным вопросам» был, - вспомнил недолгое армейское прошлое Коста.

- Ага. А это все документация, оклад, график работы, отпуска, выходные, оплата-премиальные и прочая бухгалтерия. Так что работать и работать!

- А отдыхать когда?

- После работы!.. Ну, как ты там, очнулась? Тамара? – последние слова Юлий произнес медленно, тщательно артикулируя и вовсе не на имперском наречии, как все общались до сих пор. – Это не сон. Все хорошо. Хорошо. Друзья. Юлий. Тамара. Друзья. Хорошо.

Девушка медленно приоткрыла глаза. Еще мутные от тех лекарств, которыми ее накачали, они обвели окружающих, задержав взгляд на говорившем мужчине. Потом из-под респиратора глухо прозвучали какие-то слова.

- Что она сказала? – все уставились на капитана.

Юлий, конечно, привык быть в центре внимания, раздавать приказы и все такое прочее, но в роли переводчика ощущал себя впервые.

- Да так, ничего особенного… я даже половину не понял, - почти не соврал он.

На самом деле два слова он все-таки разобрал.

«Домой» и «мама»…

На корабле было тихо. Так тихо, как бывает только после отбоя. Мягко гудели кондиционеры, чем-то шуршал воздух в вентиляции. Наверное, опять какая-нибудь мелочь вроде клочка обшивки оторвалась и теперь ее мотает по всей системе. И будет мотать, пока потоком воздуха случайно не прибьет в какой-нибудь тупичок, откуда пойди, выковыряй! Рано или поздно в это тупичок набьется и другой мусор, и постепенно там накопится столько всякого «добра», что, спрессованное в плотную массу, оно оторвется и полетит… Полетит, как тромб, закупорить где-нибудь важный «сосуд» в сложной системе воздуховодов. И тогда – летальный исход. Человек в этом отношении мало, чем отличается от корабля, разве что оторвавшийся у человека тромб опасен только если доберется до сердца и перекроет аорту, а у корабля из строя выйдет «всего-навсего» система очистки воздуха. С тромбом в сердце человек даже в наш космический век может умереть до прибытия помощи, а с тромбом в вентиляции корабль просуществует еще какое-то время – пока находящиеся в нем люди не выработают весь кислород. Та же смерть, только размноженная на много маленьких смертей и растянутая во времени.

Прислушавшись к шороху, Пол оторвался от чтения новостной ленты – новостями размещенные там посты считались лишь относительно, ибо скачаны файлы были несколько суток назад – и сделал пометку в планшете назавтра заставить Зигу и Тумбу проверить систему воздуховодов. Конечно, это лучше делать не в открытом космосе – ведь часть воздуха придется выбросить из системы! – но лучше потерпеть слегка разреженную атмосферу день-другой, чем рисковать жизнями. Хороша или плоха жизнь, за нее надо цепляться до последнего. Пол слишком долго выживал, чтобы даже сейчас смириться. Да, пропал ценный груз, который ждут на Меняле. Да, неустойкой не отделаешься – мало того, что придется опять заложить только-только выкупленный корабль, это отразится на репутации, что совсем плохо. Поэтому он должен сделать все, от него зависящее, чтобы уцелела хотя бы она. В пиратском мире это стоит больше, чем прибыль. Иные на репутацию работают всю жизнь. Взять хотя бы змеелюдов. Сами эти амфибии почти никуда не летают, корабли на абордаж не берут, не грабят, не убивают и тем более не насилуют, но связываться с ними всерьез опасаются и честные торговцы, и пираты-контрабандисты. Ибо разветвленная торговая сеть змеелюдов так прочно опутала половину Галактики, что ни порвать, ни вырваться. Змеелюды торгуют семейными кланами – среди потомства лишь часть является половозрелыми особями. Большинство – недоразвитые особи мужского пола. Они ухаживают за молодняком своих зрелых братьев-сестер, торгуют, участвуют в работе. Змеелюды часто принимают на работу родственников – зрелых особей из других кладок, автоматически увеличивая свою «семью» на несколько десятков членов. Так что все они друг другу родня – либо генетически, либо как партнеры по бизнесу. И свою семью они стараются не подводить. Репутация змеелюдов в торговом мире настолько высока, что они стараются ее поддерживать изо всех сил. Нарушитель вычисляется мгновенно и казнь совершается по законам их вида быстро и жестоко – преступник умерщвляется и поедается всеми заинтересованными лицами.

Пол представил, как его, в случае провала подают на блюде, хорошо прожаренным и обложенным зеленью и фруктами, и его слегка затошнило. Ибо посредником в сделке на Меняле – сюрприз! – наверняка будет змеелюд.

Шорох. Опять шорох. Нет, систему надо менять. Прямо с утра. Или это не система?

Отложив планшет, Пол выпрямился, насторожившись. Дотянулся, нашаривая на столе комм внутренней связи.

Нет, по кораблю определенно кто-то ходил. Интересно, кто это мог быть? Он же всех отпустил спать, оставшись на вахте и, чтоб отвлечься, листая новостную ленту. Тревога за украденный груз не давала ему сомкнуть глаз. Время шло. Они прочесывали сектор в поисках хоть каких-то следов, но безрезультатно. Воришка – интересно, кто бы это мог быть? – явно примчался сюда. Но куда он рванул потом? Поблизости было несколько «нор» разной глубины и толщины, а также парочка планетарных систем. Пока они проверили только две «норы» и одну систему. Чисто. Но это же могло означать и то, что вор скрылся куда-то еще. И, пока они выйдут на след…

И все-таки, кто там ходит?

Пол включил систему слежения. В поисках следов беглеца и пропавшего груза была важна каждая единица энергии, и поэтому лишние приборы просто-напросто отключили. Как и совершенно лишнюю систему камер внутреннего видеонаблюдения. Имея на борту двух «темных лошадок» - новичка Зигу и Тима Стронга, на поверку оказавшегося девушкой – Пол снова ненадолго включил ее, но на ночь все равно вырубил. Какая-никакая, а экономия. И вот теперь…

Теперь, если верить камере, у входа в рубку стоял как раз Тим. Или, вернее, девчонка, скрывавшаяся под его именем. Стоял-а и переминал-лась с ноги на ногу, не решаясь ни коснуться ладонью сенсора, ни уйти.

Пол тихо нажал кнопку, открывая дверь.

- Заходи. Не спится?

Помявшись, девушка переступила порог.

- Я…

- Не говори ничего, - отмахнулся Пол, придвигаясь к экранам и заставляя себя углубиться в работу. А именно – снова запустить лидар и приготовиться к ожиданию. – Сядь где-нибудь, не маячь…

- Спасибо, - он-а пристроилась на краешке навигаторского кресла, чинно сложив руки на коленях. Коротко остриженные волосы собраны в хвостик-унисекс, обычный комбинезон, отсутствие косметики… Либо симпатичный парень, либо не самая красивая девчонка. Если не знать, что под комбинезоном скрываются девичьи выпуклости… Нет, все-таки что-то ее выдает. Не зря Курт первым сделал стойку.

Повисло молчание. Пол нервничал. Он знал, что с девушками надо разговаривать, да и она сама явно напрашивается на разговор, раз пришла среди ночи, но что-то держало язык за зубами.

- Вы нервничаете, - первой решилась она.

- С чего ты взяла?

- С… у нас груз пропал. А это… важно. Я знаю.

- Знает она… Да, это важно. Но это у нас пропал груз. Ты тут ни при чем!

- При чем! – выпрямилась она. – Я же помогала… ну… добыть…

- Ты. Тут. Ни. При. Чем, - раздельно произнес он. – Ты – пассажир. Не совсем легальный, поскольку летишь под чужим именем и без документов, а у нас нет лицензии на перевозку живого груза…в смысле, пассажиров, то…Уж если на то пошло, я не имел права тебя заставлять…

- Меня никто не заставлял! Я сама, - заспорила девушка. – Я хотела помочь…

- В чем? – на экране лидара ничего не происходило, сканируемый сектор был пуст, и можно было отвлечься и посмотреть на девчонку, вгоняя ее в краску.

- Я… понимаю, что вы нарушаете закон, взяв меня на борт. Заплатить вам за проезд… ну, то есть за сам проезд я заплатила, но… этого мало… И я хотела отработать…как-нибудь…

- Отработала. Кстати, - опомнился он, - как ты… на самом деле… ну… Как тебя зовут?

- Лиана. Лиана Стронг. Это… распространенная фамилия на Забегаловке.

- Красивое имя, - кивнул Пол. – Но все равно…

Их взгляды встретились. И оба осеклись, забыв, что хотели сказать.

- И потом, - девушка нашлась первая, хотя и отвела глаза под пристальным взглядом мужчины, - я… вы… меня прикрыли от полиции…

- Ты просила, - снова кивнул Пол, любуясь ее смущением. - И потом, у нас могли быть неприятности. Я спасал себя…

- И меня заодно! Капитан Пол, я хочу вам помочь…

- Интересно, чем? – чтобы как-то отвлечься, он подкрутил настройки, меняя угол сканирования. – Тут есть только два способа – продолжать начатое и задействовать «Шершня». На нем есть аналогичный лидар. Малой мощности, но…

- Так я «Шершня» и хотела задействовать, - девчонка аж подпрыгнула на кресле.

- Ты умеешь водить флайер? – на миг Пол забыл об экране.

- Нет, но… - она покраснела, - я вот тут подумала… Да, подумала! – повысила она голосок, пережидая капитанское скептическое фырканье. – Ведь «Шершень» - это такой же космический корабль, только маленький. И на нем есть все, что и на большом. Двигатели, система очистки воздуха, кладовая, даже шлюз – только не для флайеров, а для скафандров.

- Ну и?

- И там есть наверняка вот такие же экраны. И на них должна быть запись…типа черного ящика. И если…

Она осеклась, заметив, как отвисла челюсть Пола. Тот аж стукнул себя по лбу от полноты чувств. Вот что значит свежий взгляд на вещи! Девчонка-то права!

- Сиди тут, - рыкнул он, срываясь с места. – Ничего не трогай!

И со всех ног кинулся к «Шершню».

Глава 13

ГЛАВА 13.

Несколько минут спустя они вместе с затаившей дыхание Лианой склонились над монитором.

Да, «Шершень» отличался от обычного катера только габаритами. А так у него имелось абсолютно все. И даже камеры наружного и внутреннего наблюдения. И они тоже включились автоматически, когда заработал автопилот. Пилота они включили перед тем, как оставить флайер с грузом на астероиде – без этой программы на корабле не могла бы работать система жизнеобеспечения. Побочным эффектом были включившиеся камеры – корабль не только поддерживал жизнедеятельность людей внутри, но и по мере сил обязан был защищать их от внешних воздействий. Нет, самостоятельно отбить летящий на него камень, ракету или приближающийся чужой корабль он не мог, но зафиксировать чужака и предупредить экипаж сиреной программа была обязана. И, когда на экранах его лидара появился чужой корабль, сирена-таки прозвучала. И будь на флайере хоть один свободный человек – да та же Лиана! – он бы не пропал впустую. Именно пассажир, которого обязана была спасти программа, поднял бы «Шершня» в полет, заблокировал двери от проникновения извне и вообще… Вообще, груз был бы опять в трюмах, а не болтался неизвестно, где.

Да, Лиана могла спасти ситуацию, но кто же тогда, в страшной спешке, мог подумать о том, что девушка умеет обращаться с такой техникой? Кто мог вообще предчувствовать, сколько времени им придется потратить на разборки с полицией? А если бы они задержались не на двое суток, а на все пять? Пять дней девушка, одна, наедине с космосом. Без связи, с минимумом продуктов, не зная, что будет завтра и как долго ей придется ждать помощи? И будет ли помощь вообще? А если откажет система жизнеобеспечения или с астероидом столкнется метеорит? Тут и взрослый мужчина запаникует. Нет уж, все это время Лиана провисела в скафандре снаружи, пришвартованная к боку «Кометы». Тоже радости мало, но так ты хоть знаешь, что люди – вот они, рядом. Что с ними можно связаться…

Тогда Пол сделал первое, что пришло ему в голову, и не собирался каяться. Сделанного не воротишь, надо думать, как исправить ситуацию.

С этой мыслью он сейчас быстро прокручивал запись камер видеонаблюдения. «Шершень» вращался вместе с астероидом, и картинка менялась довольно быстро, но все равно он поставил ее на ускоренную перемотку, пока Лиана не ткнула в экран пальцем:

- Вот!

Да, что-то мелькнуло. Пол остановил запись, прокрутил назад, дал увеличение, запустил подпрограмму корректировки…

Корабль. Чужой. Нет, судя по виду, он вполне себе человеческий. Обычная прогулочная яхта, на каких любят рассекать по космосу богатые сынки инопланетных олигархов в поисках приключений. Иногда приключения их находят. Чаще всего они заканчиваются плачевно – в лучшем случае в плену у торговцев живым товаром, а в худшем в виде болтающихся в космосе трупов. Это была такая же яхта, но, судя по навесным орудиям и кое-каким надстройкам, она уже сменила хозяев.

- Это они, - кивнул Пол, запуская программу идентификации.

Ну да, малая прогулочная яхта класса «Бабочка-люкс», немного устаревшая модель. Серийный номер не пробивается, и это естественно для записи. Зато программа, немного покопавшись в своей памяти, неожиданно выдала подсказку – несколько декад тому назад точно такая же яхта подавала сигнал бедствия. И, когда «Комета» следуя неписанному правилу космоса откликаться на зов о помощи, от кого бы он ни исходил, примчалась на подмогу, на них напали. Дело закончилось ранением энергетика Юмбы-55 и пропажей груза, который предназначался для синергов. И более того – они встречались и на «Мелиораторе».

Радости этот факт Полу не прибавил – оказывается, они уже сталкивались, тесен космос-то! – но бесстрастная автоматика зафиксировала все подробности, а значит, у них теперь есть довольно четкая картинка, которую можно предъявлять для опознания. А это, как ни странно, сужает круг поисков. Ибо не в каждую «нору» такой крошке можно лезть. Нет, протиснется она в любой «лаз», но не факт, что дотянет до выхода – движок засбоит. Поэтому можно точно определить ее маршрут методом от противного – отбросить все направления, куда она не сможет сунуться и останется всего один-два маршрута. А если вспомнить, в каком секторе они находятся, то…

Меняла. Кроме Менялы им здесь податься некуда.

Наверное, он произнес эти слова вслух, потому что услышал ответ:

- Слишком просто. И предсказуемо.

- Тогда что ты предлагаешь?

- Я не знаю, - девушка отодвинулась от мужчины. – Просто… разве Меняла тут единственная планета?

- Единственная, где они могут избавиться от живого товара…И где…

Он осекся. Девчонка опять права. Есть еще одно место в этом же секторе. Чуть дальше Менялы и в другом «углу», но…

Не колеблясь, Пол вскочил и бросился к каюте навигатора.

Согласно обычаям своего народа, тот спал на полу, завернувшись в одеяла так, что наружу торчала только макушка. Подавив желание разбудить навигатора пинком, Пол все-таки как следует потрепал его, пытаясь нащупать голову сквозь плотные слои ткани:

- Подъем!

И, дождавшись, когда Шушера поднимет заспанное лицо, рявкнул:

- Бегом в рубку. Нам срочно нужен новый курс!

Никогда еще Юлий Холодов не чувствовал себя так глупо. Разговаривать с девчонкой! Нет, ему и раньше приходилось общаться с женщинами, но последний раз это было почти два с половиной года назад, еще до того, как «Бабочку» объявили в розыск за систематические грабежи. Оттянуться на Мелиораторе, станции и Забегаловке, сбрасывая напряжение, не удалось – слишком мало времени они провели на грунте, постоянно озираясь по сторонам. Нет, это была хорошая идея, разморозить одну рабыню для себя. Они месяцами болтаются в космосе, им крайне необходимо иметь под рукой средство разгрузки! И хорошая идея, что самую трудную часть берет на себя капитан – он первое лицо на корабле, ему, как говорится, достанется все самое вкусное…

Но почему в его случае «самое вкусное» - это первый контакт с неотесанной землянкой? Ведь это обычно работа профессионального психолога. А у него в команде даже карго нет! Обычно карго совмещают обязанности контактера, психолога и заодно торгового агента. Беседовать с аборигенами – его профессия.

Нет, волевым усилием Юлий мог назначить любого, и парни на это пойдут, но кто же знал, что именно он лучше всех понимает язык этой девчонки? Коста и Микаэл, правда, тоже разбирают отдельные слова, но…

- Держись рядом, - кивнул он Эшли, который намеревался позорно сбежать, бросив капитана. Док кивнул.

- Если что, поможешь успокоить эту истеричку.

Последовал новый кивок.

- Неопин готов?

- Да, - наконец-то сдавленный голос.

- Тогда…

Юлий сделал шаг. Девушка так и лежала, свернувшись калачиком. Она только что отрыдалась и теперь пребывала в каком-то ступоре. В двух шагах от нее ходили и разговаривали мужчины, но она не замечала ничего. Шок. Это нормально. Но надо ее из него выводить.

- Эй, ты, - помявшись и чувствуя на себе пристальный взгляд дока, Юлий все-таки присел на корточки перед землянкой. Капитан всегда должен быть на высоте. Эти парни не пошли бы за ним, если бы не признали за лидера. А ведь тот же Ли старше его почти на семь лет! А Томас – на все двенадцать!

- Ты меня слышишь? – протянув руку, он потрогал девушку за плечо. За голое плечо, поскольку на землянке не было ничего, кроме нижнего белья. Ужасно захотелось опустить руку пониже, нашарить девичью грудь, сдавить, ощущая под пальцами ее нежную мягкую упругость. А потом двинуться ниже, до трусиков и того, что они скрывают… Юлий поерзал, чувствуя растущее напряжение внизу живота, и постарался отвлечься. Не сейчас. Он на работе. Это все будет потом. Сначала контакт, потом врачебный осмотр, парочка уколов антибиотиков, диагностика, вакцинация и так далее.

- Кивни, если слышишь меня.

Девушка вздрогнула, реагируя на голос и наконец неуверенно кивнула.

- Вот и хорошо. А мы думали, что катастрофа нарушила твои функции… В смысле, что в мозгу произошли необратимые изменения и… хм, - он осекся, сообразив, что такие сложные предложения для землянки пока не понятны. – Хорошо. Ты слышишь. Ты не больна. Ты цела. Хорошо. Все хорошо. Посмотри на меня.

Он не надеялся, что девушка среагирует, но она повернула голову. Симпатичная мордашка. Сейчас, правда, опухла от слез, в глазах – ужас пополам с затаенным любопытством, но это пройдет. Она уже слушает.

- Хорошо. Меня зовут Юлий. Ты – Тамара. Так?

Она кивнула и, несколько раз беззвучно шевельнув губами, прошептала:

- Я хочу домой. К маме…

Он прикусил губу. Похищенных рабынь как-то обрабатывают. Наверное, вводят лошадиные дозы наркотика и, пока девчонки пребывают под кайфом, промывают им мозги. Или подключают к каким-то аппаратам, которые проделывают то же самое, только во сне. Но «Бабочка» не располагала ни тем, ни другим. Только несколько упаковок обычного успокоительного препарата и десяток самых распространенных вакцин и антибиотиков. Причем у многих срок годности истекает буквально на днях, если уже не истек. Эшли попытался было пополнить запасы, но у них слишком мало денег…

Девушка по-своему поняла его заминку.

- Что… что-то случилось? – по крайней мере, это послышалось Юлию.

- А ты не помнишь? – спросил он только для того, чтобы потянуть время. Надо что-то придумать.

- Помню… я шла… по улице, - она болезненно наморщила лоб. – Ко мне подошел…подошел какой-то человек. Мужчина. Я…испугалась, а он спросил… что-то спросил, я не помню. Потом меня что-то кольнуло, вот сюда, - она подняла руку к плечу. – Я попыталась… попыталась убежать, но…упала… и все.

- Больше ничего? – он помотал головой.

- Нет. Что это было? Меня…похитили?

- Что бы с тобой ни случилось, это сделал не я! – честно ответил Юлий. – И никто из моих людей – тоже.

- Люди?

- Люди. Мы – люди. Я – с Новой Земли-8. А…

- Но-ва-я Зем-ля… восемь? – по складам произнесла Тамара. – Но…это… как?

«Неужели девчонку выдернули не просто со Старой Земли, но и из прошлого этой планеты?» - мелькнула у Юлия тревожная мысль. А что? Учитывая особенности пространственно-временного континиуума, в котором находилась колыбель человечества, такое вполне возможно. Жаль, что при девчонке не нашли никаких вещей, которые помогли бы с идентификацией! С другой стороны, ее недоумение подсказало ему отличный выход.

- Да, с Новой Земли. С восьмой планеты, носящей такое имя. Ты не помнишь свою родину?

- Помню, - она нахмурилась. – Мама… Брянск…Строительная улица, дом четыре, квартира сто семнадцать…мой адрес… Я… Что? – испугалась она, заметив, как Юлий качает головой.

- Это все-таки случилось, - промолвил он, стараясь придать своему лицу похоронное выражение. – Мы так этого боялись, но это случилось…

- Что?

- Ты потеряла память. Была катастрофа. На корабле, где вы… летели. Все погибли… почти все… наверное… мы… прилетели позже и нашли только тебя… случайно… Может быть…

Он осекся, заметив, как исказилось лицо девушки.

- Неправда, - прошептала она. – Это неправда… я помню…Брянск…

- На Новой Земле-8 нет такого города, - решительно заявил Юлий. – И никогда не было.

- Но я помню, - голосок ее сорвался.

- Это не твои воспоминания!

Тамара застыла с открытым ртом. Более глупого выражения Юлию видеть давно не доводилось.

- Но… тогда чьи? И…что тогда мне… делать?

- Я не знаю. Наверное, ты с кем-то общалась во время полета. Этот кто-то рассказывал тебе о своем доме. И это было перед самой катастрофой. Может быть, это последнее, что ты услышала перед тем, как ваш корабль… взорвался, - Юлия понесло, никогда ему еще не приходилось так вдохновенно сочинять. Впрочем, один раз такое уже было… нет, сейчас об этом не думать! – Короче, раз это было последнее, что ты услышала перед катастрофой, это в твоей памяти и отпечаталось!

- Что отпечаталось? – к удивлению Юлия, девушка подалась вперед. – Как я шла по ночному городу, как меня остановил какой-то тип, как меня укололо… Это?

- Про это тебе мог рассказывать твой собеседник… или собеседница, - нашелся Юлий. – Он или она рассказывала историю своей жизни…которую ты и запомнила, в отличие от того, кем ты была на самом деле! Вот!

- Значит, - девушка отпрянула, - меня зовут не Тамара? Я живу не в Брянске? У меня… нет мамы и…

Глаза ее наполнились слезами. Торопясь, пока она не закатила истерику, Юлий кинулся к ней.

- Успокойся!

Схватил девушку за плечи, встряхнул несколько раз.

- Не ори!

Она придушенно пискнула, несколько раз всхлипнула и вдруг кинулась ему на шею, разрыдавшись.

От неожиданности Юлий не удержал равновесия и шлепнулся на задницу, машинально прижимая к себе вздрагивающее от рыданий девичье тело. Руки обхватили тонкую талию. Самое время пощупать, какова она, но почему-то его самого словно парализовало. Все, что он смог, это вывернуть шею и взглядом попросить Эшли о помощи.

По счастью, доку не надо было ничего объяснять. Он перевел дозатор в шприце на минимум и подкрался к девушке, собираясь сделать укол.

Неопин подействовал полминуты спустя. Девушку отлепили от капитанской шеи, усадили на стул и даже закутали в запасную форменную куртку Эшли. У нее из глаз текли слезы, губы дрожали, но она уже не истерила.

- Это… это…

- Ужасно, - подсказал Юлий, за которого она продолжала цепляться, как за соломинку.

- Я не верю, - продолжала всхлипывать она. – Это неправда…

- Извини, но кто-то должен был тебе это сказать. И, кроме того, мы сами видели.

- Что?

- Корабль, - Юлий пожал плечами, оперся на стол. – Мы случайно пролетали мимо… по делам. Услышали сигнал тревоги. Это ведь правило такое – услышал призыв о помощи и бросай все, лети как можно скорее. Космос, детка, слишком огромен, а людей в нем слишком мало, несмотря ни на что. Поэтому если кто-то зовет, надо отзываться. Ну, мы и отозвались… Только было поздно. Наверное, корабль на что-то налетел. Или на него напали… Ты случайно не помнишь?

- Что? – содрогнулась девушка.

- Ах, да, извини… у тебя амнезия… В общем, мы нашли только обломки. Три больших куска и куча обломков. Спасательных шлюпок и капсул не было, ну мы и подумали, что все спаслись. Решили, однако, осмотреть самый большой обломок… ну и… нашли… Несколько трупов и тебя. Если хочешь, можем показать фотографии трупов. Их, правда, раздуло от декомпрессии и вообще деформировало, но вдруг ты кого-то узнаешь?

- Трупы? – девушку передернуло.

- Трупы. Это, конечно, жуткое зрелище, но… что, если там твои родители? Вдруг твоя память пробудится?

Девушка задумалась.

- Я… не знаю… это обязательно?

Юлий переглянулся с Эшли. Ситуация могла выйти из-под контроля, ведь про фотографии он придумал только что, это была чистой воды импровизация. Конечно, в любом графическом редакторе можно состряпать сколько угодно картинок в высоком качестве, достаточном, чтобы обмануть неопытный глаз, и тот же Рекс может наштамповать их целую кучу, но на это нужно время.

- Как хочешь. Можешь не смотреть. Мы, если честно, сами старались в том отсеке не слишком задерживаться. Если бы не запертая дверь, за которую Косте непременно надо было заглянуть, мы бы и тебя не отыскали! Так бы пролетели мимо, а ты бы погибла через некоторое время. От удушья и холода. Мы вообще сначала думали, что ты мертвая. Эшли даже не хотел с тобой возиться – мол, криокамера старая и барахлит, медикаментов крысун наплакал и вообще… Эшли – это наш док. А Коста – стрелок.

– Что же мне делать?

- Ну…- Юлий изобразил на лице глубокое раздумье. – Есть несколько вариантов. Мы можем высадить тебя на какой-нибудь планете, где тебя поместят в клинику и будут искать твою семью… если кто-нибудь выжил. Сколько времени это займет – неизвестно, тем более что ты не помнишь своего настоящего имени и адреса. Мы могли бы сообщить в Интергалакпол координаты того места, где тебя подобрали. Копы обшарят квадрат, найдут обломки, осмотрят их, может быть, что-то найдут и начнут следствие… Это тоже надолго, и поиски могут затянуться на несколько лет, которые ты проведешь в реабилитационном центре. Ну, или…- он постарался придать лицу задумчивое и смущенное выражение.

- Или что?

- Или ты будешь летать вместе с нами. В моей команде. Как член экипажа. Я, кстати, капитан.

- А это можно?

- Ну, разумеется, глупышка!

Девушка просияла, впрочем, скоро на ее лице опять отразилось сомнение:

- Но я… я ничего не помню… то есть, я хочу сказать, что я не знаю, кем была… работала или училась…и на кого… Нет-нет, я помню, что была студенткой. Филологом. Приехала на каникулы… Или это не моя память, а чья-то чужая?

- Я не знаю, - Юлий опять постарался придать лицу соответствующее выражение. – Я простой капитан яхты. Но мы можем отдать тебя ученым. Они как следует изучат содержимое твоих мозгов, проведут несколько опытов и всякие там тесты и рано или поздно откопают из твоей головы нужную информацию. Конечно, ученый ученому рознь и есть такие техники, что просто слов не хватает, но…

- Нет! – встрепенулась девушка. - То есть, я, конечно, хочу вспомнить и все такое, но… копаться в моих мозгах… Если без этого можно обойтись, то… я бы хотела вспомнить все сама… или, по крайней мере, попытаться!

- Вот это я понимаю – наш человек! – подмигнул Юлий. – Что ж, Эшли, оставляю ее на тебя… пока, - перешел он на имперский язык. – Установи ей программу обучения языкам, заодно проверь на вирусы, а я пойду предупрежу ребят, - и добавил уже для девушки: - Доктор Эшли, конечно, твоего языка не понимает, но он поставит тебе программу обучения… А я скоро вернусь!

Выскочив за порог медотсека, он ни капли не удивился тому, что снаружи толпится весь экипаж. Даже Джек с Рексом, а ведь кому-то из них надлежало находиться в рубке на дежурстве!

- Так, - ругать парней за любопытство смысла не было. – Надеюсь, коммы у всех были включены и настроены на внутреннюю связь? – дождался кивка и продолжил. – Так вот, слушайте внимательно, два раза повторять не буду. Девчонку зовут Тамара. Она, как вы и так понимаете, со Старой Земли. Из какого-то Брянска. Понятия не имею, что это – город или страна и где он расположен… Студентка, была на отдыхе… Но все это вы забудете, как страшный сон. Для всех легенда такова – она с родителями… запомните, с родителями!.. летела на межзвездном лайнере. Куда? Неизвестно. Была катастрофа. Лайнер был подбит. Все либо погибли, либо эвакуировались. Она – одна из немногих случайно уцелевших…в смысле, она одна из немногих, кто дожил до прилета спасателей… в нашем лице. Да, мы девчонку спасли от смерти, откачали и вообще… Только вот беда – она от пережитого потеряла память. Все воспоминания о каком-то Брянске и учебе – это чужие воспоминания. Может быть, она перед катастрофой с кем-то беседовала. Этот кто-то рассказывал ей о своей жизни, вот в момент стресса информация и отпечаталась в мозгу. Понятно? По-имперски девчонка не говорит. Ее язык сильно похож на землеяз, болтать на котором более-менее сносно можем только я, Коста и, наверное, Микаэл.

Второй стрелок кивнул, когда все посмотрели на него:

- Ну, отдельные слова понимаю и вроде сам кое-что сказать могу. У меня семья была двуязычная, землеяз от отца и наречие уонго, по матери. Когда говорят, понимаю лучше. Перевести, думаю, смогу…

- Во-от, - Юлий потер руки. – Первое время, пока девчонка не опомнится, все с нею будем предельно вежливы, корректны и вообще… лапы не распускать, в каюту не врываться и голыми из душа не выходить, - последнее предназначалось для механика Ли, который частенько «забывал» об этом.

- Но как же так? – взвился тот. – Капитана-сан, мы зачем ее подобрали, как не за этим? Она у нас пассажирка или все-таки штатная гейша, однако?

- Она у нас пока – потенциальный источник инфекций! – оборвал Юлий. – У дока не все вакцины в наличии. Мы должны сначала ее как следует проколоть всеми лекарствами, а то мало ли, что случится. Нам только эпидемии не хватает. Мало ли, какие у нее в крови вирусы? Две декады как минимум никаких контактов. А может, и дольше.

- Как – дольше? – теперь уже возмутились и Джек с Рексом. – Сколько?

- Док сперва проверит вакцины. Если за некоторыми придется лететь, полетим. И пока он не скажет, что девчонка здорова и может начать работать – держитесь от нее подальше.

Мужчины уныло переглянулись.

- И что нам пока делать? – протянул Томас.

- Пока – ничего. Мы – в смысле, я и Коста – будем учить ее языку. Остальные…м-м… ну, просто общаться не запрещаю, но никаких половых контактов.

- Понял-понял, - отмахнулся энергетик. – Она – источник заражения, ходячая инфекция и все такое прочее.

- Это хорошо, что ты все понял, - улыбнулся Юлий. – И последнее… Рекс, ты, я знаю, любитель скачивать из инфранета всякие картинки… Так вот, пока девица не начала разгуливать по кораблю и совать нос, куда не просят, наштампуй десяток другой кадров пострашнее. Типа, это мы сделали снимки среди развалин лайнера… Ну, следы пожара, взорванные переборки…изуродованные трупы…

- Трупы?

- Да. Надо же убедить ее в том, что все это – правда!

Связист понимающе кивнул, и Юлий дал команду разойтись.

Планета носила довольно странное название Перевертыш, и в лоциях не было никакой информации о том, чем она заслужила такое наименование. Все, что удалось о ней узнать, так это имя первооткрывателя – некий Грег Чонг, представитель компании «Светлый Путь». Компания по открытию новых планет существовала на рынке уже шестое столетие, и о ней было в инфранете больше информации, чем об открытых ее сотрудниками планетах, вместе взятых.

Как выяснилось вскоре после открытия, на планете обитает местный вид разумных существ, находящихся на довольно высоком уровне развития цивилизации. Согласно отчету Комиссии по контактам, местные аборигены находились в самом низу «лестницы контактов». То есть, для осознания того, что они не одиноки во Вселенной, они уже доросли, но современные технологии пока принять не готовы. Контакты пока ограничивались дружественными визитами на строго отведенных для этого участках по заранее составленному расписанию.

Это было сто лет тому назад. С тех пор уровень развития местной цивилизации повысился настолько, что им даже доверили строить собственный космический флот и помогали осваивать местную планетарную систему. Не за горами было строительство первой внепланетной колонии – естественно, под куполом, и естественно там, где на соседних планетах предполагалось обнаружить залежи полезных ископаемых. Собственно говоря, эти залежи уже были обнаружены – среди них были уран, плутоний, селен, молибден - и Комиссию по контактам усиленно торопили с развитием цивилизации Перевертыша – инопланетные разработчики хотели поскорее прибрать к рукам ценное сырье.

Это были официальные сведения. Но имелись и неофициальные. Те, которые объясняли, почему Перевертыш так назвали.

Дело в том, что у планеты было двойное дно. Еще до Грега Чонга на нее вышли те, кого именовали «черными» звездопроходцами или, в просторечье, пираты. Они первыми вступили в контакт с аборигенами, первыми приучили их к мысли о том, что во Вселенной есть жизнь и предложили местному правительству сделку – аборигены не мешают пришельцам, а пришельцы не уничтожают цивилизацию. Когда же «Светлый Путь» проложил сюда дорожку, к договору добавился еще один пункт – местная цивилизация до поры до времени молчит о том, что Грег Чонг уже не первый пришелец со звезд.

За молчание пираты расплачивались новыми технологиями, в результате чего правительства всех местных стран жили как бы в другом мире, мире, развитие которого опережало уровень жизни простых людей. В основном это касалось медицины, связи, контроля над СМИ и уровнем сознания граждан. Пираты же первыми основали на Перевертыше несколько своих поселений. Там имелись даже собственные космопорты, замаскированные под культовые сооружения исчезнувших цивилизаций.

К одному из таких космопортов, носившему местное название Айлейя, и направлялась «Комета». Город при «древнем капище» был молодой, построенный меньше тридцати лет назад и, как две капли воды, походил на типовые современные города на других планетах. Там даже имелась инфра-башня, возвышавшаяся над городом, а также сеть энерготрасс для флайеров, замаскированная под линии высоковольтных передач. Маскировка предназначалась в первую очередь для тех слоев населения, которые до сих пор верили в то, что пришельцы со звезд явились к ним вместе с компанией «Светлый Путь».

Поскольку Айлейя была полуофициальным портом, то и власть на ней была тоже полулегальная. Местное отделение полиции занималось исключительно внутренними делами и в контакт с пришельцами вступало лишь в том случае, если сами пришельцы первыми шли на контакт. И – самое главное! – щупальца Интергалакпола сюда пока еще не добрались. Зато «черные» звездопроходцы уже имели тут свою базу данных.

Диспетчер несколько секунд щелкал клавишами где-то сбоку от экрана связи, то и дело косясь куда-то в сторону, что здорово нервировало Пола.

- Ага, - наконец произнес он. – МК «Комета». Есть такая… откуда и куда?

- Издалека. Хотели до Менялы добраться, да вот… проблемка возникла…

- Техническая? Тогда, может, вам лучше на РБ-16-«ультра» рвануть? Это всего в паре «нырков» отсюда, места для разгона полно…

- Нет. Нас интересует информация… и выход на местную торговую сеть.

- Вас переверты интересуют? – перевертами люди между собой называли местных жителей, игнорируя их самоназвание аолы. Кстати, именно по этому и можно было отличить, кто с вами разговаривает – официальные представители или «черные» звездопроходцы.

- И да, и нет.

- Ладно. Причал номер один, левая рука. Я дам вам коды доступа, но только на первый уровень. Со вторым и третьим разбирайтесь сами!

- Нам больше и не надо! – заверил его Пол.

Космопорт, замаскированный под «святилище древней цивилизации», выглядел как гигантская, километра в три-четыре протяженностью, фигура человека с раскинутыми в стороны конечностями. Только посмотрев на план, Пол понял, что значит «левая рука». Причал номер один находился там, где у «изображения древнего божества» была кисть. И сесть следовало точно в центр «ладони». Там как раз было свободное место, поскольку «локоть» и «плечевой сустав» были заняты другими кораблями.

- Оставайтесь на месте до появления службы сервиса, - сообщил им диспетчер. – Приходится шифроваться…

- Останемся, еще как, - кивнул Пол. – Инфранет работает?

- Только по запросу.

- Годится. Сейчас подготовим пакет документов для проверки.

По счастью, ждать пришлось недолго. Не успел экипаж «Кометы» придумать, чем заняться, пока готовится ответ, как Тикки позвал всех в рубку.

На фотографиях действительно была малая прогулочная яхта класса «Бабочка-люкс». Типовая модель, тем не менее, снятая с производства несколько лет назад, поскольку у нее были слишком слабые двигатели, что мешало лихачам. Изначально ведь предполагалось, что ее будут покупать семейные пары, которые мечтают о неспешных романтических прогулках, так что в наше время «Бабочек» осталось в Галактике раз-два и обчелся. И чаще всего они «работают» как вспомогательные суда – есть несколько туристских маршрутов, например, в системе Рыболовная Сеть или Метеоритная река, где важна не скорость, а маневренность. Две или три «Бабочки» сейчас принадлежат частным лицам – на них бизнесмены катают своих пассий в свободное от подписаний договоров время.

По сути дела, не списанными, не учтенными и не пропавшими без вести были всего две или три яхты такого класса. И одна из них была на снимке.

Система опознала ее как «Бабочку», принадлежащую некоему Юлию Холодову по прозвищу Холодильник, пирату-одиночке, не брезгующему ни грабежом, ни сбором «падали», ни нападениями из засады. «Бабочку» он угнал, проникнув на борт судна под видом наемного гида, уничтожил прежних владельцев и большую часть экипажа. По сути, выжил только один механик, которого Юлий не стал выкидывать за борт, как прочих, поскольку понимал, что в одиночку и управлять яхтой и следить за машинным отделением не сможет. Механика он выкинул уже в атмосфере планеты, тот выжил чудом – вернее, он смог дожить до того момента, когда его отыщут спасатели – и уже перед смертью рассказал, как было дело. Юлию Холодову было тогда всего девятнадцать лет. Откуда он взялся и где его настоящая родина, неизвестно.

В течение следующих трех лет он успел набрать команду отчаянных парней, которым нечего было терять, и занялся грабежом и разбоем. Участвовать в коллективных налетах, объединяясь с другими пиратскими шайками, он не мог – его яхта была слишком тихоходна и просто не поспевала за остальными. Работать же в одиночку наверняка означало навлечь на себя гнев воротил пиратского бизнеса. Однако Юлий ничего не боялся. Он нападал из засады, грабил и убивал, не оставляя живых свидетелей. Кончилось дело тем, что Юлия объявили в розыск не только в Интергалакполе, но и в туманности Ведьмина Голова – там, где находилось «сердце» преступного мира. На одной из сходок было постановлено поставить Холодильника вне закона.

Юлий намек понял и пропал. Пропал на целых два года. Где он обитал, не знал никто. А не так давно внезапно объявился.

- Объявился, сука, чтобы напасть на нас, - процедил Пол. – Своих ограбил, падла!

- Он же не знал…- попробовала вступиться за Юлия Холодова Лиана и тут же заработала злой взгляд:

- Ты что, его защищаешь? Да знаешь ли ты, что если бы не он, мы бы горя не знали!

Если бы не этот тип с его тактикой – «замани и обмани» - он, Поллард Руд Хэмир, уже давно доставил бы контейнеры синергам, получил бы от них деньги и покрыл выплаты за корабль. «Комета» стала бы принадлежать ему, и он смог бы с чистой совестью начать работать уже на себя…И плевать, что нашелся добрый человек и дал ему в долг. Этот должок надо теперь отработать. А как это сделать, если «Холодильник» опять его ограбил?

- Держись, сука! – процедил Пол. – Это тебе даром не пройдет! Ты забрал у меня груз, но ты не сможешь им воспользоваться! Я буду не я!.. Тикки, давай связь с диспетчерской!

Бывший геймер только кивнул головой.

- МК-«Комета», что у вас там еще? – диспетчер был тот же самый. – Подождите еще примерно четверть часа. Погрузчик выехал в вашу сторону.

- Погрузчик нам не нужен, - отрезал Пол. – Нам нужна связь с местным отделением полиции.

- Нашей или… - диспетчер ткнул пальцем вверх.

- Давай обе.

- Будете делать официальное заявление? – тот уже щелкал чем-то на пульте.

- Да. Мы знаем квадрат, в котором несколько дней назад работал «Холодильник».

- Кто-кто?

- Грабитель и мародер Юлий Холодов по прозвищу «Холодильник»! – выпалил Пол. – Этот стервятник тиснул у нас груз и, судя по всему, летит в вашу сторону!

- Ох, ты ж ё… - добавив несколько энергичных фраз на своем родном языке, диспетчер быстро-быстро застучал по клавишам, дублируя текстом голосовое сообщение. – Вы сможете сделать официальное заявление?

- Мать твою, а я что пытаюсь сделать? – рявкнул Пол.

- В таком случае соединяю. Говорите!

Картинка на экране пошла рябью и сменилась, явив взору Пола лицо худого старика, выглядевшего так, словно он только что вернулся с урановых рудников. Судя по форме черепа и ушей, он был нездешним.

- С вами говорит представитель регионального отделения галактической полиции лейт Аш-Ассор, - сухо проинформировал он. – Потрудитесь назвать свое имя, звание и место рождения.

- Поллард Руд Хэмир, уроженец Гаммы Скорпиона, - Пол невольно скопировал сухой деловой тон собеседника. – Статус вольного торговца. Звездопроходец…

- Вольный или…

- Вольный, - поджал губы он. Полиция априори подозревала всех звездопроходцев в нарушении закона, ибо найдите такого бродягу, колесящего по межзвездным трассам, который ни разу не провозил контрабанду и не отказывал себе в удовольствии пошарить по трюмам потерпевшего крушение судна? А уж устроить в баре какой-нибудь станции дебош, спровоцировать на подходе к планете аварийную ситуацию или уклониться от уплаты налогов, как говорится, сами высшие силы приказали! Вот и этот Поллард-как-его-там наверняка в чем-нибудь замешан. И если пробить его по базе данных, то станет ясно, что и он числится в розыске.

- Я владелец малого крейсера МК-«Комета»-прим, - тем временем продолжил Пол, решив, что все равно от разбирательства не уйти. – Серийный номер…

- Пока без надобности. Все данные о вас есть в диспетчерской, - качнул головой полицейский. – Итак, вы утверждаете, что объявленный в межгалактический розыск пират и грабитель Юлий Холодов «Холодильник» находится в нашем секторе?

- И мне даже кажется, что его «Бабочка» практически на подлете к вашей системе. Мы сумели обогнать их только потому, что у нас двигатели мощнее. Но не сомневаюсь, что они проаппгрейдили свою яхту, так что появления «Холодильника» стоит ждать с часу на час.

- Вот как, - на лицах представителей других рас, а также физиономиях и мордах других разумных видов Пол эмоции читал не всегда, но понимал, что сейчас его собеседник в растерянности и ярости. – И вы молчали…

- Мы должны были убедиться, что речь идет именно о Юлии «Холодильнике», а не о каком-нибудь невинном путешественнике, у которого просто яхта той же модели!

- Похвальное стремление не нарушать закона, - кивнул полицейский. – Это говорит в вашу пользу… Так вы утверждаете, что единственной целью вашего визита было предупредить власти о появлении здесь этого пирата?

- Эм… да. Ну да, а зачем же еще мне лететь в эту даль?

- Похвально, - повторил полицейский. – Весьма похвально… Что ж, предписываю вам оставаться на месте и ожидать дальнейших распоряжений. Если вы сочтете нужным, мы можем активировать программу защиту свидетелей…

Пол невольно улыбнулся. Защита ему бы не помешала. Только не от гнева грабителя-одиночки, а от боссов Забегаловки. Два десятка единиц живого товара с Земли – это солидный куш. Полу мало утопить конкурента. Надо еще ухитриться забрать свое из рук полиции. Впрочем, если ему выпишут премию за выдачу «Холодильника», она покроет все расходы. Он покосился на открытый на боковом экране файл с досье на своего противника. С экрана смотрело худощавое юношеское лицо. Легкая усмешка искривила губы. В чуть прищуренных глазах светилось презрение. Снимок был явно сделан в полиции. На счету Юлия было четыре побега, причем он бежал как раз из камеры предварительного заключения – его арестовывали, радостно документировали, отправляли запрос – мол, прилетайте и забирайте! – а тем временем арестант исчезал из-за решетки. Рядом с фотографией помещались несколько строчек – полное имя, год рождения, предполагаемое (с его слов) место рождения, предполагаемая (на основе выше изложенного) раса, пол, краткий послужной список (участие в нескольких нападениях так и не удалось доказать), а также жирным шрифтом выделенные несколько цифр. Три тысячи кредо-единиц за сведения о местонахождении пирата, пять тысяч – за голову мертвого Юлия и пятнадцать тысяч – за живого.

«Да, дорого ты стоишь, приятель! - усмехнулся Пол. – Дороже меня, однако!» Пол был должен Увану Вэ-с-половиной «всего» пять тысяч кредо-единиц с учетом уплаты долга и аванса.

Хотя, надо признать, что если ему не удастся вернуть на Забегаловку товар, его цена в глазах того же Унара-Эс-с-половиной вырастет до небес.

- Нет, спасибо, мне защита не требуется, - отказался он. – Я ничего не боюсь…

К тому же у программы есть и обратная сторона. Да, свидетель будет защищен, его оградят от контактов с возможными мстителями… и от остального мира. По сути дела, посадят в такую же тюрьму, как и обычного преступника, разве что условия содержания будут получше – кормежка, развлечения, прогулки… А Полу было крайне важно сохранить свободу передвижения. Хотя бы для того, чтобы успеть перехватить «Бабочку» на подлете, когда она станет спасаться бегством от местной полиции.

Завершив разговор, он откинулся на спинку кресла и покосился на Лиану, которая скромно пристроилась рядом:

- Ну, полдела сделано!

- А дальше? – девушка не вернула ему улыбки. – Что ты будешь делать дальше?

- Дальше? – он невольно скользнул взглядом по фигурке, затянутой в рабочий комбинезон. Мальчишка и мальчишка. Разве что выражение симпатичной мордашки выдает. – Дальше у нас большие планы…

Завершив сеанс связи, лейт Аш-Ассор не спешил уйти от монитора. Да, заманчивое предложение. «Холодильник» исчез из поля зрения Интергалакпола два года тому назад, вскоре после того, как его за грабежи объявили вне закона свои же «коллеги»-пираты. Ибо, как ни трудно признать, у этих типов есть своя мораль и кодекс чести. А у Юлия Холодова нет ни того, ни другого. Добивать раненых, потрошить трупы, устраивать засаду на все пролетающие суда – до этого не опускались нигде. Долгое время все были уверены, что «Холодильник» испугался и либо покинул этот рукав Галактики, либо все-таки его где-нибудь кто-нибудь подбил. Известно же, что рано или поздно такой вот грабитель-мародер натыкается на кого-то, кто может дать отпор.

А он, значит, жив-здоров и взялся за старое. Отсиделся где-нибудь на периферии и решил, что о его подвигах все забыли? Или есть что-то, что, образно выражаясь, заставило «Бабочку» полететь на свет?

В сводки Интергалакпола попадали все мало-мальски значимые события, ибо никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Авария на станции может спровоцировать международный скандал и новый виток межгалактической войны. Контакт с еще одной цивилизацией или разработка полезных ископаемых способна перекроить карту мира. Ибо кто знает, кто стоит за кулисами?

Авария… авария… не так давно была уже одна авария… не в их секторе и даже не в соседнем. Как там его… 43? 44? Ага, есть! Станция «Мелиоратор». Нападение на местный госпиталь. Купол пробит в двух местах, значительная утечка воздуха, есть пострадавшие среди пациентов и персонала.

Кстати, этот «Мелиоратор» уже упоминался в других донесениях. А ну-ка… ну да! Жалоба от синергов. Эти разумные моллюски играют слишком незначительную роль в мировой политике, им принадлежит всего одна планета в одной системе, хотя есть небольшие колонии в других мирах. Так сказать, мелочь, не стоящая внимания. Поэтому их жалоба, хоть и была принята, но отложена в долгий ящик – мол, сперва мы разберемся с важными делами, а если останется время, то и вами займемся.

Аш-Ассор скользнул взглядом по строчкам донесения, и вдруг словно споткнулся. Ох, чтоб тебя! Ай да Поллард-как-его-там! Это ведь его нанимали синерги для доставки груза, который в сводках проходил под обтекаемым названием «биологический материал». Это ведь он должен был встретиться с ними на станции «Мелиоратор»… и в разгромленном госпитале остался один из членов его команды, некий веганец Тумба 55. После нападения всех уцелевших допросили и сняли показания. И один из пациентов назвался членом экипажа МК-«Комета»-прим.

Синерги-госпиталь-разгром… Нет ли тут связи? А что, если…

Нет, это не его дело. У него на горизонте маячит «Холодильник». Он о нем должен думать в первую очередь!

Аш-Ассор ограничился тем, что отправил в центр сообщение о местонахождении МК-«Комета»-прим вместе с экипажем и стал готовиться к встрече с Юлием Холодовым

Глава 14

ГЛАВА 14.

Народная мудрость все-таки права – женщина на корабле всегда к проблемам. Тем более – такая женщина.

Ну, как женщина… девчонка. Землянка. Нет, пока она находилась в медотсеке под присмотром дока Эшли, который тестировал на ней все антибиотики, чей срок годности приближался к опасной отметке, вроде бы все было нормально. Правда, капитан и Коста заглядывали туда чуть ли не каждые полчаса, заставляя остальных завистливо вздыхать и разве что не глотать слюнки. Во время совместных завтраков – на обед и ужин приходили не все, поскольку именно во время завтрака происходила пересменка вахтенных – на счастливчиков косились и смотрели им в рот. Ну, а вдруг скажут что-нибудь новенькое про «малышку». Каждый ее успех готовы были отмечать, как личное достижение. Выучила ли новое слово, благополучно пережила очередную вакцинацию, отрицательные ли анализы, хорошо ли поела, как себя вела – любая мелочь становилась новостью дня.

За Юлием ходили хвостом – мол, ну когда ты уже выпустишь ее и дашь команду использовать девчонку по назначению? Не собираешься ли приберечь ее для себя, нарушив устав? Юлий отговаривался, ссылаясь на работу дока – пока Эшли не закончит обследование, никаких контактов.

Наконец, настал тот день, когда за завтраком док, в ответ на очередной вопрос: «Ну, когда же?» - пожал плечами и небрежно бросил:

- Да когда хотите!

- Правда? – сидевшие напротив него Джек и Рекс хищно переглянулись. – А сегодня можно?

За столом все сразу перестали жевать.

- Можно, - кивнул Эшли, - если капитан не против.

На Юлия вытаращились шесть пар глаз.

- Ну, капитан… ну, можно?

- Как хотите, - помедлив, пожал тот плечами. – Давайте сегодня, если… Парни, как там с трассой? Сколько еще лететь?

- Что, боишься, что девчонка на грунте удерет?

- Нам к высадке надо будет готовиться. А если вы то и дело на нее отвлекаться будете, какая, на хрен, высадка? У нас полон трюм ценного груза! Надо будет посредников искать, о цене и способе передачи товара договариваться…а тут это…

- Да успеем, - махнул рукой Джек. – Еще восемьдесят часов чистого времени.

- Восемьдесят так восемьдесят, - кивнул Юлий. – Тогда сегодня. В обед. Сперва с нами посидит, а там…как пойдет!

Все приободрились и подтянулись, ревниво косясь друг на друга.

- Отодвинься, - вдруг сказал Микаэл сидевшему рядом Ли. – У тебя комбинезон чем-то испачкан.

- Где? – напрягся тот. – Да это просто липучка…

- А я думал – смазка!

- Хм, - сидевший напротив них Джек покосился на свою футболку. – Надо сменить.

- Пойду кое-что почищу, - вскочил Томас, направляясь к выходу.

Вслед за ним потянулись остальные. Не прошло и трех минут, как за столом никого, кроме самого Юлия и Эшли, не осталось!

Откинувшись на спинку стула, Юлий расхохотался, подмигнув доктору:

- А? Каково? Бабники!.. Что ж, если решили выпустить девчонку из медотсека сегодня – будем выпускать, раз обещали. Подготовишь ее?

- А ты?

- А я – на вахту. Вместо этих оболтусов, - Юлий потянулся и, поднявшись, стал не спеша собирать посуду. Эшли наблюдал за ним.

- Что, даже не переоденешься для «визита дамы»? – поинтересовался он.

- А зачем? – загрузив посуду в мойку, капитан бросил взгляд через плечо. – Я и так неотразим!

Встречу назначили на обед – чтоб особенно не смущать новенькую. Пусть со всеми познакомится, привыкнет, оглядится. И на нее посмотрят заодно.

Решив не отвлекать парней от сложного – а для кого-то и непривычного - процесса ухода за собой, Юлий в одиночку отдраил кают-компанию, заодно привел в порядок камбуз и рассортировал пайки. Увы, приготовить праздничный обед было не из чего – «Бабочка» слишком долго была в открытом космосе, последний раз они закупались продуктами еще на той станции, куда забросили флешку. И там в наличии были только типовые пайки с соевым мясом и вегетарианские супы трех видов. Жизнь приучила экипаж «Бабочки» не перебирать харчами, но сегодня Юлий впервые подумал, что в последнее время они питаются слишком однообразно – на завтрак пюре с мясом, на ужин мясо с пюре, на обед один из трех супов и стакан сока-концентрата, чтобы не лишаться шанса получить хоть какие-то витамины. Нет, надо как можно скорее пополнить кладовку. А то единственное, что у них в большом количестве, это сухари и яичный порошок пополам с сухим молоком.

«Ничего, - подумал он, разогревая вегетарианский суп, - это на первое время. Через семьдесят семь часов будем на Айлейе. Там можно затариться чем-нибудь повкуснее брокколи со шпинатом!»

Он еще копался, когда в кают-компанию стали по одному подтягиваться парни.

- Кто на вахте? – удивился Юлий, когда в двери бочком протиснулись Томас и Ли.

- Ну…

- То есть, машинное отделение без присмотра?

- Эм…- энергетик с механиком переглянулись. – Ну…

- Ясно.

- Но мы там все лишнее заизолировали. За полчаса ничего не может коротнуть. Все системы проверили.

- Ладно. Но, если что… повреждения устранять будете сами!

- Устраним, капитана-сан, - Ли первым прошел к столу. – Первый раз, что ли? Ты же нас знаешь, однако!

- Знаю. Потому и терплю.

Стрелки явились следом, точно также заверяя капитана, что противоударная система от попадания мелких метеоритов включена на полную мощность. А от крупного все равно ничто не спасет. Джек и Рекс в свою очередь клялись, что автопилот со всем справится и вообще у них там сигнализация на случай внештатных ситуаций. И не первый раз вот так отвлекаться. И вообще… Юлий только махал рукой. Расслабились парни, устали. Слишком долго они пробыли в глубоком космосе. Эх, скорее бы реализовать груз и завалиться отдыхать на какую-нибудь планетку…

- Э-кхем!

Все обернулись. Порог кают-компании осторожно переступил Эшли, ведя за руку свою пациентку.

На девушке была его запасная форма – подвернутые и подшитые брюки, а также перехваченная поясом блуза с короткими, до локтя, рукавами. Блуза со специальными «медицинскими» кармашками для инструментов и диагностов, местами висела мешком, а местами слегка топорщилась, и на эти места дружно уставилась вся команда. Даже Юлий поймал себя на мысли, что очень хочет, наконец, пощупать девушку. А вроде бы, пока занимался языком, успел привыкнуть… Нет, все-таки одежда очень меняет человека!

Оказавшись в мужской компании, девушка остановилась, хлопая глазами и отказываясь сдвинуться с места. Юлий понял, что пора вмешаться.

- Хорошо. Все хорошо, - он сдвинулся с места, подошел, беря гостью за другую руку. – Иди.

И двинулся с нею вместе к столу, возле которого застыли остальные. Коснулся груди Джека.

- Рекс. Радио.

- Джек, - послушно повторила девушка, снизу вверх глядя на здоровяка-связиста, который от этого еще больше выпятил грудь и словно подрос.

- Приходите в гости, могу показать кое-что интересное, - промолвил он, подмигивая. – Даже дать самой…э-э…

Но Юлий уже тянул девушку за собой:

- Джек. Пилот. Летать, - для наглядности помахал рукой.

- Летать, - радостно кивнула девушка. – Птица?

- Корабль. «Комета», - поправил Юлий.

- Да просто проведи ее в рубку, капитан, - пожал плечами Джек. – Пусть сама все увидит, а потом…

Но девушке уже представляли Томаса Хаксли, энергетика – она не поняла, что это такое и несколько раз переспросила, явно примеряя для себя новое слово «энергик» - а потом и Ли Чуня.

Последними ей представили двух стрелков – Косту и Микаэла. Косту девушка приветствовала, как старого знакомого – он был тоже родом с Новой Земли, как и Юлий, хотя и с другого ее континента, и их наречия были во многом похожи. Поэтому Коста иногда подменял Юлия, когда приходилось учить девушку новому языку. Вернее, как договорились между собой мужчины, помочь ей вспомнить то, что она потеряла в результате вызванной катастрофой амнезии.

Обойдя кают-компанию, Тамара вернулась к столу.

- Стол, - объявила она, тыча в него пальцем. – Сидеть. Есть… Стул. Сидеть. Тарелка. Ложка. Еда.

- Садись, - кивнул Юлий. – Бери. Ешь…

По неписанному правилу все восемь членов экипажа «Бабочки» рассаживались не всегда каждый на свое место. Во главе стола, разумеется, всегда восседал только капитан. Место напротив занимал дежурный, либо тот, кто был им до этого, если дежурство выпадало самому Юлию. Остальные устраивались по бокам, трое с одной стороны и трое с другой. Но сегодня этот распорядок был нарушен, и с одной стороны поставили четыре стула – для девушки. Не зная, куда надо садиться, Тамара просто-напросто отодвинула стул капитана и заняла его место прежде, чем сам Юлий понял, что его отодвинули в сторону. А нечего было первому, по праву капитана, хвататься за спинку стула и отодвигать его!

Усевшись, девушка подняла на ошарашенного мужчину глаза и улыбнулась:

- Спасибо!

Сказано это было на ее родном языке, так что поняли ее только Юлий и Коста. Стрелок насмешливо фыркнул и отвернулся, не желая ронять капитанский престиж. Сам Юлий философски пожал плечами и присел сбоку.

Обычно обед проходил в молчании, но сегодня, казалось, люди больше говорили, чем жевали. Каждому хотелось хоть раз что-то сказать девушке, обратить на себя ее внимание. Ведь ни для кого не было секретом, зачем разморозили Тамару. Если Эшли вывел ее «в люди», значит, девчонка вполне готова к выполнению своих прямых обязанностей. И, следовательно, не за горами тот день, когда ею можно будет воспользоваться по, так сказать, прямому назначению. Нет-нет, капитан должен быть первым мужчиной, на то он и капитан! Он возился с нею наравне с доком, учил языку и вообще дал добро на разморозку. Пусть пользуется в любое время, но вторым-то может быть любой! Тут уж все зависит от человека! Вот и лезли все из кожи вон, то и дело окликая Тамару.

Девушка с готовностью поворачивала голову то в одну сторону, то в другую и либо кивала, показывая, что поняла вопрос, либо мотала головой и обращалась к Юлию за переводом, то и дело требуя уточнений. И поэтому обычный разговор постепенно превратился в еще один урок языка. Уже давно все было съедено – за разговорами никто не заметил, как надоевшие пайки смели подчистую – а они все сидели у стола. В роли переводчиков теперь выступали двое – то сам Юлий, то Коста. Тот, пользуясь знанием языка, держался поближе к Тамаре, как бы ненавязчиво стараясь оттеснить капитана.

- Э-эй, ты чего делаешь? – несколько наигранно возмутился Юлий, когда Коста дошел до того, что перебил капитана, сам принявшись что-то объяснять девушке. – Забыл, кто тут главный?

- Нет, не забыл! – стрелок усмехнулся шаловливой мальчишеской улыбкой. – Просто ты тут капитан, у тебя и так много дел, вот я и решил тебя малость разгрузить…

- Разгрузить?

- Ну да. Пока нам, стрелкам, работы нет, мы бы с Микаэлем занялись образованием Тамары… а ты бы занялся своими делами…

- Своими делами, значит, - напрягся Юлий.

- Ну да, - Коста, кажется, не понимал, что зашел слишком далеко. – Дежурства распределить, за кораблем следить…и вообще…

- Дежурства, значит, - кивнул Юлий. – Хорошо. Обед закончен. Все возвращаются на свои рабочие места. Дежурным назначается Коста Цонев.

- Что? – аж привскочил тот. – Меня? Да ты… ты… Это…

- Ну, у вас, стрелков, все равно работы пока нет, - развел руками тот. – Делать нечего, сектор от метеоритов пуст, а у всех остальных много дел… Вот ты и займешься уборкой и так далее!

«И так далее» на их корабле означало, что после отбоя Коста не пойдет спать, а останется сидеть в рубке, следя за показаниями приборов, чтобы в случае нештатной ситуации поднять тревогу. И вообще дежурный временно становился эдаким мальчиком на побегушках, выполняя различные поручения.

- Но капитан…

- Да, я капитан, - напрягся Юлий. – И в открытом космосе мое слово – закон. Остынь, Коста. Или я тебя остужу! Сам знаешь, как!

Всем почему-то сразу расхотелось улыбаться. Со своими Юлий обычно был на равных, ему подчинялись не за страх, а за совесть, но при этом все помнили, что прозвище «Холодильник» просто так никому не присваивают. И, откровенно говоря, никому не хотелось испытать это на себе. Тем более, никому не хотелось вот так глупо погибать из-за девушки.

Тамара, кажется, догадалась, что дело нешуточное. Несмотря на то, что она понимала в разговоре едва одно слово из пяти, девушка сразу сообразила, в чем дело и осторожно потянулась к капитану:

- Что случилось?

- Кое-кто забыл свое место, - на родном языке ответил тот, косясь на Косту. – И пытается занять чужое.

- Как?

- Видишь ли, малышка, я здесь капитан. Мое слово – закон, - усмехнулся Юлий. – А вот этот тип почему-то считает, что мои приказы можно обсуждать и даже оспаривать!

- Не все приказы, а только дурацкие! – мигом заспорил Коста, тоже перейдя на новоземельский яз.

- Назначить дежурным того, кто болтается на корабле без дела – это дурацкий приказ? – Юлий тут же продублировал свои слова для остальных. – С каких пор?

- С тех самых, - уперся Коста, - как…

- Ну, договаривай. Всем интересно!

Остальная часть команды таращилась на спорщиков во все глаза, ожидая ответа. Поняв, что его загнали в угол, Коста, тем не менее, не собирался сдаваться и лишь молча кивнул в сторону Тамары.

- Так ты из-за нее взъелся? Влюбился, что ли?

Стрелок побагровел, выдавая себя с головой.

Юлий прикусил губу, подавляя смех. Вот это номер! Влюбился! Кто бы мог подумать?

- А тебе не кажется, что это немного не по-товарищески? Мы девчонку для чего разморозили? Чтобы все ею пользовались! А ты что удумал?

Коста покраснел еще больше, хотя, казалось, это невозможно.

- Я… я…

В это время Юлий почувствовал, что его дергают за рукав. Взглянул – Тамара.

- Что вы говорить?

Не зная имперского наречия, девушка могла лишь догадываться о сути разговора. Ну, еще по интонациям – во все века и времена люди злились, радовались и огорчались одинаково.

Объяснять наивной в чем-то девчонке, что ее изначально хотели поделить поровну – мол, пусть вдохновляет и развлекает команду во время полетов, но кое-кому приспичило испытать к ней нежные чувства, было долго и сложно. Ведь это предполагало, что придется рассказывать и все остальное – о том, что на самом деле ее никто не спасал, что она просто-напросто часть груза живого товара, которым забит трюм яхты, и который они банально у кого-то украли, чтобы продать самим. И что она на самом деле рабыня для удовольствий. Это несколько не вязалось с первоначальным планом, и Юлий ограничился тем, что опять соврал:

- Да ничего особенного. У нас дежурства на корабле, а Коста не хочет посуду мыть.

- Что? Мыть посуду?

- Да. Есть очередность. Каждый должен что-то делать на корабле, чтобы не болтаться без дела. Сегодня очередь Косты, но ему надоело.

Сказав это, Юлий бросил на стрелка взгляд – мол, как ты теперь будешь выкручиваться?

Но тот не успел сообразить ничего – в следующий миг Тамара вскочила со стула:

- Посуду могу помыть и я… если скажут, где тут кухня и…

- Иди, - мотнул головой Юлий Косте. – Сдавай ей «дела»!

Стрелок понял их разговор и поднялся с места, совершенно ошарашенный. За его спиной Юлий торопливо переводил для остальных диалог с девушкой.

- Ну, ты, кэп, и артист, - усмехнулся Томас. – Ишь, чего удумал! Посуду мыть отказывается!

- Только не боишься, что они споются? – ревниво вытянул шею Джек, наблюдая, как Коста, запинаясь и смущаясь, объясняет Тамаре, на какие кнопки нажимать, чтобы включить режим мойки. Девушка слушала внимательно и кивала в нужных местах.

- Нет, не боюсь. Главное, не оставлять их надолго наедине.

Как выяснилось уже к вечеру, капитан был абсолютно прав.

Тамара засиделась в четырех стенах, пока обитала в медотсеке. Ей было там настолько скучно, что она нипочем не желала туда возвращаться, вместо этого отправившись исследовать яхту.

Юлий не имел ничего против этого. «Бабочка» была невелика – всего одна палуба, верхняя, она же нижняя, а также технический этаж и трюм, сейчас задраенный наглухо из-за наличия в нем груза. На техническом этаже находился шлюз для выхода, вход в машинное отделение, медотсек и подъем на стрелковую надстройку. На палубе размещались жилые каюты, а также кают-компания и рубка. Стоя в коридоре рядом с дверями в жилые каюты, Юлий мог слышать и видеть, как Тамара тычет пальцем в приборы:

- Что это? А что это? А это? – и Томас, выпячивая грудь и горделиво шевеля бровями – мол, я тут самый главный и без меня это старое корыто просто груда металлолома – обстоятельно объясняет назначение каждого прибора. Рядом безнадежно топчется Ли, надеясь, что девушке вот-вот надоест слушать болтовню энергетика, и она увлечется другой техникой.

Казалось бы, она застряла там надолго, но нет – не прошло и четверти часа, как над головой, у стрелков, зазвучали легкие шаги. Тонкая переборка позволяла слышать, что происходит в надстройке, а немного отрегулировав внутреннюю связь, Юлий мог услышать, как Тамара повторяет, как заведенная:

- Это что? А это как? А это? А то? – и выслушивает теперь уже Микаэла. Коста, милостиво отпущенный с дежурства, больше помалкивал.

- Осваивается девочка, - кивнул Джек, заметив, что капитан прислушивается к голосам на стрелковой надстройке. – Быстро…

- Молодая еще потому что. И непуганая. Жизни не знает. Эшли сказал, что ей всего лет двадцать или двадцать один. В таком возрасте они еще почти дети…

- Не скажи, - покачал головой Рекс. – У меня на Астре в четырнадцать уже, человек, почитай, взрослым считается, а в шестнадцать можно семью создавать… Ну, а к двадцати годам все детство забываешь!

- Это потому, что у вас на Астре не живут, а выживают, - отмахнулся Юлий. – А она в других условиях росла.

- Ага. Ей сейчас, наверное, тяжело…

- Вот уж не думаю, - капитан прислушался к голосу Тамары. – По-моему, ей там очень нравится! Слышите? Хохочет над чем-то…

- Пойти, шугануть? – приподнялся Джек.

- Не надо, - Юлий откинулся на спинку, побарабанил пальцами по управляющей панели. – Скоро ей там надоест, и она сама сюда явится.

И, как всегда, оказался прав.

Не прошло и пятнадцати минут, как со стороны сканнеров пришел сигнал – кто-то скребется в дверь, пытаясь проникнуть в рубку. Усмехнувшись – женщины такие предсказуемые! – Юлий дал добро на вход.

Тамара не перешагнула – перепрыгнула через порог, озираясь по сторонам, как в музее, где посетителям внезапно разрешили все трогать руками.

- Ух, ты, - протянула она. – А это… ну…

- Это – рубка, - объяснил Юлий. – Командный отсек. Отсюда мы управляем кораблем…

- Вот здесь? – девушка шагнула ближе, вытягивая шею. Джек, к которому она оказалась ближе, приосанился.

- Ну, собственно, да, - кивнул он и немного подвинулся в кресле, давая ей возможность подойти ближе. – Я, собственно, и есть пилот. В моих руках, можно сказать, наши жизни. Я веду корабль, управляю им…

- И советую там ничего не трогать, - подал голос Юлий. – А то еще нажмешь не на ту кнопку – и пиши пропало!

- Не буду, - Тамара отступила. – И вы всегда сидите тут… ну…на одном месте?

- Нет, не всегда. Иногда его подменяю я, - заговорил Юлий. – Я заканчивал пилотские курсы… так что умею водить корабли. Кроме того, у нас есть автопилот. Включаем мы его редко, всего на пару часов в сутки, когда всем надо отдохнуть. У нас в команде слишком мало народа, многие друг друга вынуждены подменять.

Он умолчал о том факте, что в течение почти двух лет «Бабочка» болталась в глубоком космосе, ни разу не присев на грунт даже какого-нибудь заброшенного астероида, потому как зарядники, в которых копится энергия для запуска двигателей, были почти опустошены. На посадку энергии хватит, а на взлет – уже нет. Вот и приходилось кому-то постоянно быть на вахте, отвечая за весь корабль.

- Ясно. А… - девушка посмотрела на Рекса.

- Я – связист, - сказал тот. – Эфир. Сообщения. Ну и курс…

- Он у нас навигатор. Самоучка. Пришлось, знаешь ли…

Чтобы привлечь внимание девушки, Рекс тут же вывел на боковое вирт-окно трехмерную модель их недавнего маршрута. Вернее, ее черновой вариант, напоминающий ветвистое «дерево», состоящее из нескольких переплетающихся между собой трасс-«веток», на кончиках которых, словно диковинные плоды, висели шарики различных планет и станций. Еще несколько «шариков», не попавшие «на ветки», парили вокруг.

- Ой… - Тамара придвинулась ближе, хлопая глазами. – Это…

Она замялась, явно подбирая слова из «забытого» языка.

- Это супер! – выдала девушка на своем родном наречии.

- Она в восторге, - перевел Юлий ее слова для Рекса.

- Ну, еще бы, - усмехнулся польщенный связист-навигатор. – Работа сложная, ответственная, но дело того стоит… Не всякий, конечно, может научиться… тут никакими автопилотами не обойдешься. Здесь машинные мозги вообще не годятся. Тут головой думать надо!

Джек ревниво засопел:

- Ага! Если не считать того, что все данные есть в компьютере и тебе остается только выбрать несколько вариантов.

- Один-единственный порой из нескольких десятков! И данные постоянно меняются! Приходится полночи сидеть на форумах, отслеживая новости и фильтруя сообщения…

- Ага, теперь это так называется! До утра чатится в сети, болтает с кем ни попадя, а потом бродит по кораблю, как неразмороженный труп!

- Было бы, с кем болтать, на нелегальном-то положении!.. И вообще, на себя посмотри! Сидит, положа руки на рычаги, а машина все за тебя делает!

- Машина? Все за меня? А за тебя… за тебя даже делать ничего не надо…

- Потому, что я все делаю сам!

Юлий только посмеивался в кулак, слушая эту перепалку. Тамара, которая чисто случайно оказалась на линии огня, осторожно попятилась, прячась за спинку его кресла:

- Эм… я…

- Не обращай внимания, - отмахнулся Юлий. – Они всегда так. На самом деле это старые друзья… и прекрасно знают, что от них все зависит! – добавил он тоном выше, чтобы перекричать спорщиков. – Вы что, нарочно? Сцепились, как дендрийские щелкуны! Распустили хвосты перед девчонкой! Выпендриваетесь, как сопляки! А делом кто заниматься будет?

Пилот со связистом разом заткнулись и обернулись в его сторону.

- А пусть он помалкивает… - хором начали они и запнулись.

- Вот и молчите! – оборвал Юлий. Конечно, два года в глубоком космосе, в полной изоляции от внешнего мира, из всех них сделали психов и неврастеников, но это еще не повод кидаться друг на друга. – Мы смогли выжить вместе, потому, что держались друг за друга. Мы ухитрились не свихнуться там, где сходят с ума люди покрепче и посильнее нас… И мы не должны позволить себе расслабляться! Мы… кто мы такие?

- Черные… эм… то есть, вольные звездопроходцы? – переглянувшись, предположили парни.

- Да. И мы должны ими оставаться. Во что бы то ни стало! Иначе Интергалакпол до нас живо доберется… раньше, чем мы доберемся до какой-нибудь обитаемой планеты! Поэтому засунули свою гордость себе в задницу и за работу! Слышите? Живо! Живо! Или мне засунуть вас в холодильник, чтобы вы немного остудили свой пыл?

Он сказал эти слова спокойно, даже неуверенно, но Тамара, с недоумением и любопытством наблюдавшая за этой сценой, заметила, что пилот и связист как-то странно побледнели при одном слове «холодильник». Или она неправильно поняла слово пока еще чужого для нее языка?

- Да нет… это мы так… просто… ну… - забормотали Джек и Рекс, косясь друг на друга. – Мы ж шутим… скучно просто так лететь – все космос и космос, ничего не происходит… Надо же как-то обстановку разрядить!

- Вот только ссоры для разрядки мне и не хватает! – проворчал Юлий. – Хотите сами Интергалакполу в лапы попасть? Тепленькими? Не остывшими? Вот то-то…

Оба спорщика отвернулись, делая вид, что занимаются делами. Джек проверил показания лидаров и локаторов и, обнаружив летящий почти встречным курсом метеор, потянул на себя штурвал, чтобы разминуться со встречником. Потом слегка сбросил скорость, закладывая не нужный в общем-то вираж и после этого прибавил его снова, постепенно увеличивая мощность. Рекс тем временем так и эдак вертел виртуальное «дерево» их маршрута, прокладывая боковые трассы. Про Тамару все забыли. По крайней мере, усиленно делали вид, что девушки тут нет. Только Юлий, которому временно действительно нечего было делать, время от времени косился в сторону гостьи и заметил, что она отчаянно хочет что-то спросить, но не решается. Он поймал ее взгляд и поманил пальцем, намекая, что не прочь поговорить.

- Вот сейчас, когда наши парни перестали ссориться, они заняты делом, - начал рассказывать он. – На самом деле работа пилота не такая уж… ну… это сейчас она кажется однообразной. Космос вообще-то пуст… большей частью, - уточнил он, уловив хмыканье Джека. – Метеоры и всякие там звездные потоки все-таки не на каждом шагу. Конечно, от них надо уворачиваться, потому как даже самый мелкий камешек может пробить обшивку и угробить нас всех. Но этого не происходит. За этим следят пилот, стрелки и механики вместе. Пилот уворачивается от летящих навстречу камней. Те, от которых он не успевает увернуться, расстреливают стрелки. Ну, а уж если и те, и другие пропустят камень, в дело вступает механик. У нас стоит защитный экран, который отражает самые мелкие частички. И за тем, чтобы он работал, механик и следит. Контролирует подачу энергии, иногда разворачивает его тем или иным углом – там свой пульт управления! – а при необходимости и чинит. Но это редко. Самая работа у пилота начинается, когда корабль подлетает к какой-нибудь планетарной системе или ныряет в «лаз».

- А что это? – вполне ожидаемо поинтересовалась Тамара. – Я…не помню!

«Молодец, девочка!» – мысленно похвалил ее Юлий. Вот женская психика! Выходит, она либо сама поверила, либо предпочла поверить в то, что просто-напросто потеряла память.

- Ты могла и вовсе не знать, - отмахнулся он, - если жила только на планете и никогда не готовилась стать пилотом. Просто наш космос… он не такой уж простой и примитивный. Это не пустота и вакуум. Это – пространство. И у него есть своя структура. Это материя. Тоже материя, как вот это, - он коснулся ладонью подлокотника кресла, - или… или все вообще. И у этой материи есть иногда… ну… свои законы. Космос имеет складчатую структуру. Как обычные земные дороги могут иметь кочки, ямы, ухабы. Можно ехать медленно по всем этим кочкам и ямам – то вверх, то вниз, то вправо, то влево. А можно хорошенько разогнаться и перескакивать эти кочки и ямы. Только на обычных дорогах их так и зовут кочками и ямами, а в космосе это «норы» и «лазы». Ныряя в «лаз», мы можем существенно сократить путь. На сотни тысяч и миллионы километров. Так что мы путешествуем не от звезды к звезде, а от «норы» к «лазу» и от «лаза» к «норе». Сейчас мы летим к одному такому «лазу», который позволит нам «вылезти» буквально на границе одной из звездных систем.

- А зачем нам туда?

- У нас там дела. Мы ведь вольные звездопроходцы, - Юлий улыбнулся.

- А вольные – это как?

- Ну… есть просто звездопроходцы, их еще называют открывателями звезд. Они летят, куда глаза глядят. Просто вперед. Романтики дальних странствий и все такое. Открывают новые миры, несут аборигенам свет цивилизации… и при этом работают на какую-нибудь крупную корпорацию…

- «Светлый Путь», например, - подсказал Джек.

- Угу. Она самая. Еще есть «Вперед!» «Танец Галактик» и «Долгая дорога». Но, как бы то ни было, эти открыватели звезд живут на зарплату. За каждую открытую новую планету им деньги платят. Вроде удобно, но больше ты ничем заниматься не имеешь права. Да и деньги получаешь… далеко не сразу, а лишь после возвращения из путешествия с материалами по новой планете. И там все зависит от того, насколько она перспективна в плане освоения – есть ли атмосфера, есть ли жизнь, сколько полезных ископаемых, каков климат, существуют ли местные аборигены… ну, разумные виды и так далее. Вернулся с новостями – получил денежки – и опять отправляйся, куда глаза глядят. Не вернулся, погиб – твои проблемы, на твое место придут другие. А вольные звездопроходцы – они сами по себе. Они могут открывать новые планеты, а могут просто торговать… путешествовать… даже воевать… за свободу какой-нибудь маленькой, но гордой цивилизации. Риск, конечно, велик, но зато полная свобода – летим, куда хотим и делаем, что хотим. Вот сейчас мы хотим немного заработать денег. У нас есть… м-м… немного товара. И если на той планете найдем покупателя, то станем богатыми. Поняла?

Тамара кивнула, нахмурив брови. Сейчас спросит, что это за товар. Ведь по легенде они посещали ее разбитый лайнер и наверняка нашли чего-нибудь эдакое.

- А что за товар? – не обманула девушка ожидания мужчин.

- Так. Кое-какие образцы. Нашли один астероид, а на нем… кое-что ценное. Нам самим не нужно, но если найдем того, кто займется разработкой этого…м-м… месторождения, то нам полагается награда.

- Поняла, - кивнула Тамара. – А скоро еще?

Пол обернулся на Джека. Тот пожал плечами:

- Еще примерно полчаса, потом начнем разгон для нырка в «лаз». И к вечеру прибудем на окраину нужной нам системы. Покрутимся на орбите до утра – и к планете.

- Долго!

- А ты как думала? Мы вообще-то, с тех пор, как тебя нашли, полторы декады уже успели в космосе провести!

На самом деле времени прошло немного меньше, но Юлий про себя только похвалил находчивость своих людей.

Девушка немного приуныла. Еще бы! Небось, ждала, что это так быстро! А два года в глубоком космосе не хочет? Когда только четыре стены и восемь надоевших до скрежета зубовного рож? И долгое, выматывающее сидение в засаде в надежде, что мимо пролетит зазевавшийся катерок…

- Спасибо, - кивнула Тамара. – Это, наверное, ужасно скучно…

- Да.

- А чем вы развлекаетесь?

От неожиданности Джек даже вывернул на себя штурвал. Конечно, «Бабочку» не швырнуло туда-сюда, но все равно яхту ощутимо тряхнуло.

- Да так, - ответил пилот, справившись с управлением. – Фильмы смотрим… разговариваем… работаем…

- А в интернет выходите?

«А что это?» - чуть было не ляпнул Юлий, но вовремя прикусил язык. Наверняка, это специфическая земная штука. И упоминание о ней красноречиво свидетельствовало о том, что Тамара якобы забыла о своем прошлом далеко не все. А это значит, что рано или поздно у нее «проснется память» и тогда…

- Нет. У нас такого нет.

- А почему? Связь плохая?

Рекс, на которого в этот момент все посмотрели, пожал плечами:

- Да как сказать… не очень. Слишком много помех и… расстояние велико. Сигналы идут иногда по два-три часа реального времени…

- Да уж, - усмехнулась Тамара. – Он-лайн при таком отставании не пообщаешься… и новости не посмотришь…

- Ну, новости в глубоком космосе устаревают быстро – пока летят от планеты к планете, - пожал плечами Юлий. «И есть шанс, что про нас и наш груз в этой системе пока еще не знают!»

- Жаль, - вздохнула Тамара. – Это значит, что про крушение моего лайнера… ну, того, на котором я летела, там ничего не знают?

- Наверняка. Но мы можем сообщить кому следует и назвать сектор, в котором это произошло! – соврал Юлий.

И ничуть об этом не пожалел. Потому что в следующий миг Тамара с восторженным визгом повисла у него на шее, чмокнув в щеку:

- Спасибо!

Не теряя времени, Юлий обнял девушку. Великие звезды, как же это приятно, ощущать под руками податливую девичью талию! Он еле сдержался, чтобы не усадить землянку к себе на колени и не начать целовать.

- А мы? – взвился Рекс. – Кто, между прочим, будет сигнал о катастрофе отправлять?

«И кто может запросто выдать вруна-капитанишку, если тот не поделится девчонкой?» - читалось в глазах связиста.

- А вас… кхм… тебя, - Тамара выглядела смущенной и постаралась как можно скорее выдраться из рук капитана, - я поцелую потом…

- После того, как отправишь сообщение, - подмигнул Юлий.

Ответить Рекс не успел. В динамике щелкнуло, и послышался голос Косты:

- Капитан, Ли сказал, что девушка ушла погулять по кораблю… Вы не знаете, где она может быть?

- Знаем, - мстительно прищурился оставшийся не у дел Джек. – Она тут. Целуется с капитаном!

- И вовсе нет! – завопила та. – Ну, один разок разве что… И то… это… ну…это вышло случайно! Я просто… я не хотела…

«Что, съел?» - вытаращились на Юлия две пары глаз. Он скрипнул зубами. Да уж, с появлением Тамары жизнь стала непредсказуемой.

- О, - в голосе Косты причудливо смешались сарказм и зависть, - ну… тогда другое дело… Когда они закончат, отправьте ее к нам, на стрелковую палубу.

Юлий подумал, что два стрелка в команде определенно слишком много. Да, в таком случае у него случится недобор в экипаже, но о заполнении вакансии он подумает потом. Когда оная образуется. А сейчас… Сейчас ему надо срочно что-то делать, чтобы восстановить пошатнувшийся авторитет.

- Слышала? – обернулся он к Тамаре. – Тебя ждут на стрелковой палубе.

- Чего? – она попятилась, то ли испугавшись, то ли не до конца понимая его язык.

- Иди туда, - пришлось ткнуть пальцем. – К Косте. Тебя зовет Коста. Поняла?

«Или отвести тебя туда за ручку, как маленькую?»

- А… - она еще отступила на шаг, - зачем?

- Не знаю, - почти честно пожал Юлий плечами, - наверное, хочет тебе что-то показать…

Рядом бессовестно загыгыкал Джек. Рекс сидел, как каменный, но по тому, как связист пристально смотрел на модель их маршрута, было понятно, что он просто лучше умеет владеть своими чувствами. Ну, ладно, шутники! Я вам устрою. Будете знать, как смеяться над капитаном! Меня она, во всяком случае, поцеловала… почти…

Тамара тем временем с потерянным видом направилась прочь. Похоже, в рубке ей нравилось. Действительно, большую часть полетного времени именно тут и происходят самые важные и интересные события. Ничего, у стрелков тоже есть, на что посмотреть и чему поучиться! Юлий помотал головой, прекрасно понимая, что у этой фразы как минимум два значения и второе ему не слишком нравится. Что же это такое? Неужели он запал на землянку? Нет, она симпатичная – мордашка, фигурка, все дела, - и от женщин на «Бабочке» успели отвыкнуть, так что любая девчонка сойдет за идеал красоты. Но почему одна мысль о том, что Тамара пойдет по рукам, ему неприятна? Ведь для этого ее и размораживали. Неужели дело в том, что он долго возился с нею, обучая языку и манерам, и успел привязаться к землянке? Или дело в самом первом случайном поцелуе?

Ну, уж нет! Он должен справиться с этим. Он капитан. Тот, кто в девятнадцать лет заслужил прозвище «Холодильник», а в двадцать два успел восстановить против себя половину пиратского мира, не будет просто так сдаваться.

- Что сидим? Почему не работаем? – окликнул он своих подчиненных.

- А что делать-то? До «нырка» еще пара часов, можно расслабиться и отдохнуть…Ты не против?

- Против. Мы плохо знаем этот сектор…

- Да что его узнавать? – вступил в разговор Рекс. Свернул трехмерную модель маршрута и вывел вместо нее объемную голокарту сектора. Карта была стандартная, из межзвездной лоции, и хотя расположение всех звезд, планет и метеоритных потоков оставалось низменно годами, все-таки отличия можно было заметить. Вот тут, в системе безымянной звезды за номером 34-543/16-«лямбда-прим» стоит значок «Место для станции». На новых картах его давно должен был сменить другой – либо «Строящаяся станция», либо «Действующая станция», а то и вовсе знак отмены. Больше двух лет прошло с тех пор, как они закачали себе эту версию. Надо будет обновить лоцию.

- Дай крюк вот сюда, - подавшись вперед, Юлий ткнул пальцем в значок «Место для станции».

- Зачем? Мы так теряем почти четыре часа чистого времени!

- Зато узнаем кое-что новое…

Рекс присмотрелся к значку и кивнул:

- Ну да. Только…

- Лишняя информация нам не помешает. Кроме того, кто знает…

- Ладно, - пилот и связист взялись за дело. – Посмотрим!

Совершив плавный разворот, «Бабочка» сменила курс. Н борту никто ничего не заметил.

Капитан Стефан Варовски имел все основания считать себя счастливчиком. Еще бы! Когда-то заштатный шериф на отсталой планете, получивший этот пост по распределению по окончании полицейской академии, он внезапно стал сперва первым помощником на настоящем боевом крейсере Интергалакпола, а потом, весьма удачно воспользовавшись подвернувшейся вакансией, и занять место капитана. Крейсер «Стремительный» был на хорошем счету. На его долю приходилось больше раскрытых дел и произведенных арестов, чем на любой другой, за исключением «Яры-Славы» и «Неустрашимого».

Слишком поздно Варовски понял, что дело не в самом крейсере, а в людях, которые на нем летали. До него «Стремительным» управляли только легендарные капитаны, имена которых были высечены золотыми буквами. И они не просто так покидали капитанский мостик – они уходили дальше. Кто становился начальником Интергалакпола, кто подавался в секретные агенты…

А кого подсиживал его бывший старпом.

Да, на биографии Варовски было одно темное пятно, и новоиспеченный капитан горел желанием реабилитироваться. Дескать, я могу не хуже, чем… Поэтому за сообщение о Юлии Холодове, который якобы что-то похитил на Забегаловке, он ухватился руками и зубами. Жаль, правда, что сообщение, переданное каким-то сержантом Чепером, принял не он, а его старший помощник. Но ничего. Он им всем покажет!

На первый взгляд, на капитана Варовски свалилась невероятная задача – выследить в космосе одного-единственного человека? Галактика слишком велика, в ней затеряется не только маленькая яхта, но и целый караван тяжелых космоносцев!

По счастью, у «Бабочки», которую они преследовали, был отчетливый след. И это были не только отпечатки вблизи «нор» и «лазов». На станции, откуда они отправились, кто-то проговорился о земном следе. Мол, если ты хочешь спрятаться от галактического правосудия, отправляйся на Старую Землю. Там тебя никто не тронет. А у Юлия «Холодильника» слишком большой послужной список грехов и подвигов, чтобы он, высунувшись из той норы, где сидел все эти годы, не захотел удрать куда подальше.

Варовски направил крейсер «Стремительный» к Старой Земле, но примерно на полпути им удалось перехватить странный сигнал – код бедствия, исходивший, как выяснилось, от брошенного на окраине одной из систем тяжелого звездного флайера системы «Шершень». Это было настолько похоже на почерк «Холодильника», что Варовски тут же велел изменить курс и забыть о Старой Земле. Юлий Холодов и его команда были где-то здесь. Не зная, что за ними ведется охота или не желая этого признавать, они взялись за старое. Брошенный «Шершень» наверняка ловушка, а «Бабочка» ждет поблизости, следя за тем, кто его подберет. Наверняка во флайере спрятана взрывчатка. Детонатор сработает, повредив корабль спасателей, и грабителям останется только подобрать добычу.

Это была новая тактика – раньше Юлий Холодов не использовал приманку – и Варовски, скрепя сердце, согласился сесть в засаду.

Буквально сутки спустя на «Шершня» клюнул малый катер «Комета». Судя по базе данных, принадлежал он весьма солидному банковскому дому «Томиш и дети». И пользовался им какой-то дальний родственник председателя совета директоров. Связываться с банком всегда дохлый номер – опытные юристы затаскают полицию по судам, быстро переведя дело из уголовной в административную плоскость. Придется оставить «Комету» в покое, а то и выплатить пострадавшей стороне компенсацию. И, хотя Интергалакпол никогда не оплачивал такие счета, все когда-то происходит в первый раз.

Поэтому оставалось опять-таки ждать. Ждать реакции Юлия Холодова, который не мог не знать, что на его приманку кто-то клюнул.

Однако здесь полицию ждало разочарование. Покрутившись возле флайера, «Комета» забрала его себе, пристыковав к шлюзу и… ничего не произошло. «Шершень» не взорвался, изрешетив «Комету» градом осколков, яхта Юлия Холодова не вынырнула из подпространства, чтобы кинуться в атаку.

Это было странно. Это наверняка была слишком сложная ловушка, многоходовая комбинация, и торопиться не стоило.

Как выяснилось, ожидание того стоило. Ибо, не успел капитан Варовски продумать план действий, как в поле зрения лидаров возник корвет местного отделения Интергалакпола. Судя по цвету обшивки и форме судна, принадлежал он гортам.

Так и оказалось. Командовал корветом стар-лейт Хрохха-Мрым-жа. Коллеги обменялись стандартными пакетами данных и неожиданно выяснили, что оба охотятся. Только за разными кораблями.

- М ыск-ть крй-сер «К-мета», - прорычал стар-лейт. – К-птан Пл-лард Рд Х-мир.

- Не знаю, чем он вам насолил, но крейсер ПК «Комета-прим» недавно здесь был, - сообщил Варовски. – Судя по всему, он отправился в систему Скорпиона.

В доказательство Варовски скинул гортам пакет файлов, в том числе видео, где была запечатлена стыковка «Кометы» с дрейфующим в космосе «Шершнем». К видео был прикреплен файл с предварительными расчетами предполагаемого маршрута «Кометы», спрогнозированными на основе расчетов скорости, вектора направления и наличия поблизости «нор» и «лазов» подходящего размера.

Стар-лейт высокопарно кивнул – мол, я учел твои слова, хуманс! – и отключился. Связь оборвалась, а в следующую секунду корвет сорвался с места, устремляясь прочь.

Варовски тихо улыбнулся. Помощь коллегам, это, конечно, хорошо, но ксенофобия гортов была известна половине Галактики. Глупо предполагать, чтобы к ним также хорошо относились столь презираемые ими «хумансы». Так что пусть полетают, поищут «Комету» там, где ее не может быть.

В ожидании развития событий, патрульный крейсер «Стремительный» переместился в соседний сектор, где занял выжидательную позицию возле недавно открывшейся орбитальной станции. На двух планетах, к которым она была прикреплена, нашли крупные месторождения олова, цинка и ниобия. Там сейчас вовсю шел монтаж заводских и жилых куполов, станция переживала пору своего расцвета, и «лишний» крейсер просто затерялся в суете и суматохе строительного бума.

Несколько дней прошли в томительном безделье, пока в один прекрасный момент не ожили лидары дальнего действия. В поле зрения попалась летящая прямо на станцию одинокая «Бабочка».

Глава 15

ГЛАВА 15.

Корабельный лидар добросовестно пискнул, показывая, что в радиусе его действия замечен какой-то объект. Еще несколько секунд, и оный показался на экранах.

- Ого-го! – Юлий подался вперед. – Вот это да! Парни, вы видите то же, что вижу я?

- А? Где? Ну… станция…

- Станция. Там, где ее быть не должно! Рекс, открой лоцию и проверь этот сектор.

- Сейчас, - связист развернулся к пульту, снова вывел на голопроектор трехмерную модель. – Все верно. Вот место для станции… дьявол, вот для этой станции?

- Ага.

- Понял, - Рекс защелкал клавишами, вбивая в программу новые настройки. – Как ее прописывать? Как новую или…

- Как-нибудь впиши. Можем заглянуть на огонек и скачать в местном инфранете обновленную версию. Заодно…

Он не договорил, но все и так поняли, что Юлий имел в виду – полные трюмы живого товара. Двадцать одна «единица». Вдруг удастся найти покупателя? Ну, или хотя бы дать объявление в инфранете. Пока долетят до соседней системы, глядишь, кто и откликнется. А там можно стрелку забивать и начать торговлю. Главное – провернуть все быстро, пока местные копы не опомнились.

- Давай разворот и полный вперед к станции, - распорядился Юлий и продублировал сообщение по внутреннему комму: - Всему экипажу внимание. Мы немного изменили маршрут. Нашли новую станцию. Расстояние – не больше одного космо-часа полета. Всем приготовиться к высадке… Давай Джек, жми на полную!

Пилот только кивнул, в азарте врубив двигатели до предела, так что по внутренней связи ему тут же полетели проклятья со стороны механика и энергетика – мол, если охота самоубиться, есть много хороших и легких способов, и при этом совсем не обязательно заодно уничтожать корабль. Но Джек лишь отмахнулся, продолжая наращивать скорость так, словно впереди его ждал особенно сложный «нырок» и дать слабину было невозможно.

Юлий смотрел на станцию. Как же все-таки они соскучились по грунту! Если повезет, они проведут здесь не один-два часа, а два-три дня – разомнут ноги, немного развлекутся, пообщаются с людьми, узнают новости. Это уже третья попытка сойти на грунт и задержаться на нем. Ничего. Скоро все закончится. «Обязательно загляну в «Горячие попки», - пообещал он себе. – Ну, или в какое-нибудь другое заведение того же рода. Тамары на всех может и не хватить…»

Станция напоминала громадное веретено, на которое было намотано полным-полно «шерсти» и несколько маленьких «клубочков» болтались вокруг нее на «нитях». Каждая такая «нить» представляла собой шлюзовый рукав. Он захватывал корабль, в рукав подавался воздух, и можно было перебраться на станцию. «Клубочки» и были пристыкованными кораблями. Еще несколько судов держались возле толстого конца «веретена». И вид этих кораблей – вернее, одного из них – Юлию почему-то не понравился. Может быть, серебристой окраской с сине-белой зигзагообразной полосой на боку? Или тем, что он единственный сейчас торопливо снимался с прикола, мигая всеми огнями, а мелкие ремонтники улепетывали с его пути со всех моторов.

- Капитан, - голос Рекса как-то странно дрогнул, и Юлий понял, что не только ему не нравится происходящее, - это ведь не Интергалакпол?

- Ну, нет, конечно. Это просто какой-то торговец, который использует символику полиции.

- И габариты полиции.

- И сигнальные коды полиции…

Они переглянулись. Патрульный крейсер отвалился от шлюза и, постепенно набирая ход, двигался им навстречу. Возле него, стартовав с небольшим отрывом, словно рыбки-лоцманы вокруг акулы, крутились небольшие флайеры и автоматизированные дроны, начиненные взрывчаткой. Повинуясь командам техников, они располагались широким амфитеатром, собираясь захватить несущуюся вперед яхту. Сам крейсер мигал габаритными огнями, выдавая всем известный сигнал: «Стоп-машина. Заглушить двигатели. Лечь в дрейф. Принять сигнал для связи!»

«Бабочка» мчалась навстречу, словно впрямь была только бабочкой и впереди ее ждала красивая и яркая смерть от огня.

- Джек, - Юлий сжал подлокотники кресла. – Стоп-машина!

- Фигня, кэп, - пилот вместо этого бросил яхту вправо-влево, словно сбивая прицел, и еще прибавил скорость. – Прорвемся!

- Куда?

- На станцию, куда ж еще!

- Нет! Полный разворот и уходим!

- Чего?

- Того! Разговорчики!

- Джек! – подал голос Рекс. – Они готовятся стрелять!

Эфир взорвался какофонией звуков – полицейский крейсер вышел в эфир и требовал ответа, но связист «Бабочки» глушил связь. Какой смысл в переговорах, когда и так ясно, что перед ними боевые порядки?

- Уходим! Полный назад!

Словно только того и ожидали, дроны сорвались с места, устремляясь к цели. Они шли плотным строем, расположившись так, что один подбитый как бы запускал цепную реакцию. Сами по себе они не были опасны, но взрывчатка, которая высвобождалась в момент взрыва дрона, рассеивалась в космосе, и квадрат в считанные минуты превращался в огромное трехмерное минное поле, миновать которое, не задев ни одной бомбы, мог разве что юркий «Москит».

Спастись от атаки можно было двумя способами – либо бегством, надеясь на мощность движка и маневренность яхты, либо, наоборот, прорываясь ближе к станции. Ни один коп не станет активировать минное поле вблизи от таких объектов. Достаточно одного заряда, чтобы станции был нанесен такой ущерб, от которого Интергалакполу пришлось бы отмываться не год и не два. Не одному военному или политику сломала карьеру короткая фраза «Жертвы среди мирного населения». А на этой станции, по самым скромным подсчетам, могло постоянно проживать до трехсот человек.

Однако копы тоже умеют учиться на чужих ошибках. Дроны развернулись полусферой, перекрывая ближайшие подходы к станции. Оставалось только бегство или…

- Джек!

Пилот только рыкнул что-то сквозь зубы, одной рукой наваливаясь на штурвал, а другой торопливо шаря по управляющей панели. Пальцы его жили своей жизнью, что-то переключая, нажимая на кнопки, отбивая ритм и набирая коды. Штурвал, как таковой, в управлении кораблем почти не принимал участия. С него управляли только поворотами маневренных двигателей, и то всего лишь в двухмерной плоскости – вправо-влево и вверх-вниз. Но какое счастье, что «Бабочка» такое юркое и легкое в управлении судно! Яхты этого класса делали специально для того, чтобы охочие до острых ощущений туристы могли вдоволь пощекотать себе нервы, уворачиваясь от летящих со всех сторон метеоритов или входя в атмосферу неизвестной планеты под немыслимым углом. Быстрота и маневренность – вот что помогло «Бабочке». Крик Юлия запоздал – Джек и сам знал, что ему делать. Капитану оставалось только наблюдать, готовясь перехватить управление, если вдруг пилот замешкается.

- Юлий, - окликнул его Рекс, - нас вызывают…

Спрашивать, кто этот любитель общения, смысла не было.

- Посылай их на хрен!

- Открыть канал?

Это означало выйти на связь. И кто знает, чем все обернется. Вместе с пакетом информации копы в компьютер корабля вполне могли подкинуть вирус. Пока идет сеанс связи – болтать можно о чем угодно, лишь бы это заняло определенное время, - он успевал активироваться и запустить виртуальные щупальца в систему. Поболтав о том, о сем, корабли расходились – и час спустя один из них обнаруживал, что искин выведен из строя, а вслед за ним одна за другой начали отказывать прочие автоматические устройства. Антивирус, как правило, вводила абордажная команда, высаживающаяся на парализованный корабль. Если хотела сохранить жизни тех, кто находился на борту. В прошлом Юлию несколько раз приходилось видеть такие выпотрошенные корабли. Пираты забирали все самое ценное и уходили, а команде «Бабочки» доставались кладовки с пайками и карманы трупов. Космический падальщик… Думал ли он, что однажды падалью могут сделать его самого?

Нет, копы на такое не пойдут. У них и вирусов-то таких нет. Это прерогатива пиратов. Но все равно Юлий помотал головой:

- Полный игнор.

- Уверен?

Юлий кивнул, хотя знал, что по закону это может дать карт-бланш копам. Мол, они не выходят на связь, значит, людей там нет. Значит, это брандер*, начиненный взрывчаткой и управляемый издалека. А если людей нет, его можно уничтожить без опаски. Космос слишком велик и улики спрятать – плевое дело, было бы желание.

(*Брандер – здесь «пустой» корабль, часто начиненный взрывчаткой, совершающий отвлекающие маневры. Прим.авт.)

М-да, задачка. Куда ни кинь, ты смертник, Юлий Холодов по прозвищу «Холодильник». Будь он один, это его мало бы волновало – дотянул до двадцати четырех лет и хватит, пора на покой, тем более что летать он начал чуть ли не с четырнадцати лет.

Но восемь человек его экипажа.

Нет, уже девять. Тамара!

И груз. Два десятка человеческих тел, каждое из которых стоило достаточно для того, чтобы рисковать, цепляясь за жизнь.

- Тяни время, - буркнул он. – Джек…

- Знаю, - процедил тот, одновременно ведя яхту и переговариваясь с энергетиком, - главный, полный ход. Больше мощности на правые маневровые…Левый нижний… черт!

«Бабочку» тряхнуло. Несильно, но приборы на долгую секунду словно взбесились.

- Кажется, экран поврежден?

Юлий пожал плечами, активируя свой пульт.

- Стрелки, как там у вас дела?

- Работаем, - коротко ответил Микаэл.

- Экран поврежден…

- Знаем, - опять голос Микаэла.

- Что с активной обороной?

- Есть.

Что-то в тоне второго стрелка не понравилось Юлию. Он бросил взгляд на большой обзорный экран, занимавший практически всю переднюю панель. Верхнюю его половину занимала сеть дронов, среди которых выделялось несколько флайеров. За ними маячил серебристо-серый силуэт патрульного крейсера. Сама станция, две планеты ее системы и звезда казались на таком расстоянии просто светящимися точками – без специального увеличения и обработки изображения не поймешь, что где. Дроны висели практически неподвижно, как и сам патрульный крейсер, а вот флайеры непрерывно двигались, совершая сложные маневры. «Бабочка» тоже сделала пируэт, в результате чего картинка сместилась, занимая теперь всю правую сторону экрана. Еще несколько секунд – и часть флайеров переместилась на левую половину экрана. И дураку стало ясно, что они замышляют – универсальные «Осы» торопились окружить «Бабочку» и подогнать ее вплотную к дронам и прикрывающимся ими «Шершням». Конечно, яхта на порядок прочнее и крупнее любого из них, но на «Шершне» может находиться до дюжины бойцов, в то время как Юлий мог противопоставить им всего четверых. Ну, пятерых, считая и себя, поскольку далеко не все члены его экипажа могут покинуть свой пост.

Тем не менее, «Бабочка» продолжала маневрировать, даже когда стало ясно, что «Шершней» намного больше. Это был танец со смертью, как ни высокопарно звучало – флайеры постепенно оттесняли яхту в окружение дронов. Маневры Джека лишь оттягивали финал, но предотвратить его не могли. По лицу отчаянно орудующего за пультом пилота Юлий видел, что тот это вполне понимает, но собирается бороться до последнего.

- Управление на меня, - бросил Юлий. – Джек, слышишь? Управление на меня!

- А? – тот подался вперед, глядя только на свой пульт и почти не следя за тем, что происходит на экранах.

- Управление, мать твою! Дай мне!

- Но Юль…

- Это приказ! Стрелки!.. – он прижал к уху клипсу переговорного устройства и услышал тишину. - Рекс, что со стрелками?

- У нас повреждения, - отрапортовал тот. – Похоже, срезало парочку антенн…

- Бл… - выругался Юлий. – Переводи на резерв!

- А я что делаю? – огрызнулся тот и несколько раз грохнул кулаком в панель над головой.

- А? – глухо раздалось сверху. Как все-таки хорошо, что «Бабочка» такая маленькая! Иногда проще достучаться до соседней палубы в прямом смысле слова.

- Стрелки, мать вашу! Что у вас там? Заснули, что ли?

- Никак нет, - наконец раздался голос Косты. – Все на местах. Готовы к атаке.

«К атаке?» - этот безумный вопрос плавал в глазах Джека и Рекса. Юлий сам мало, что понимал, но решил не терять шанса.

- К атаке. Через двадцать… девятнадцать… восемнадцать…

Перехватив управление у удивленного Джека, он развернул «Бабочку» практически носом к линии дронов, продолжая считать вслух.

«Шершни» прекратили гонку, видимо, решив, что яхта смирилась с неизбежным. Какое-то время они двигались параллельным курсом, но потом отстали, сбрасывая скорость. Наверное, ожидали, что яхта тоже начнет тормозить.

Но никто не ждал, что Юлий в самый последний момент скомандует «полный вперед».

- Два… один… Огонь!

- М-мать… - выдохнул Рекс.

Сразу на двух малых обзорных экранах буквально через десять секунд после команды появились яркие вспышки, быстро, впрочем, погасшие и оставившие после себя разваливающихся на куски дронов. Третий попал под выстрел перед самым носом «Бабочки» и Юлий еле успел вывернуть штурвал вбок, чтобы осколки задели яхту хотя бы по касательной.

А в следующий миг ему стало не до выстрелов – яхта ворвалась в самую гущу дронов, летя немыслимым зигзагом и мешая автоматам прицеливаться. Джек и Юлий то и дело дергали штурвал на себя, заставляя «Бабочку» выписывать такие пируэты, что оставалось удивляться, как она не развалилась. Что-то орал Рекс – то ли просто матерился, то ли пытался с кем-то связаться. Время от времени экраны вспухали пятнами вспышек – это взрывались дроны, попадая под свои и чужие выстрелы. Это был настоящий полет сквозь смерть. Сбившись в кучу, дроны палили без остановки, выцеливая мелькающую на экранах «Бабочку» и то и дело промахиваясь. Один, отброшенный взрывом, врезался в экранирующий щит – яхту тряхнуло от носа до кормы – но обошлось без повреждений. Лишь взвыла где-то система, свидетельствуя о перегрузках и повреждении обшивки.

А потом все закончилось. Не сразу, нет. Просто в какую-то минуту Юлий сообразил, что вспышек от взрывающихся дронов на передних экранах больше нет, их передают только боковые и задние экраны. А еще несколько отчаянных минут спустя исчезли и они.

Метнувшись еще пару раз туда-сюда по инерции, «Бабочка» постепенно выровняла полет и помчалась по прямой, постепенно увеличивая дистанцию. Пройдет еще несколько минут или даже часов прежде, чем более массивный и потому неповоротливый крейсер Интергалакпола поймет, что крохотная юркая «Бабочка» просто проскочила сквозь строй дронов и флайеров и теперь уходит прочь.

Юлий медленно, по одному, отлепил пальцы от штурвала. Переглянулся с Джеком, встретив ошалелый взгляд.

- Это… это было… - выдавил пилот.

- Это было круто, - кивнул Юлий. – Но самое крутое, что мы еще живы!

- Ага! И летим…

- Летим, - повторил Юлий и поспешил настроить внутренний комм: - Всем системам доложить о состоянии корабля. Экипажу отчитаться о потерях.

Он откинулся на спинку кресла и приготовился к неприятным новостям.

Хорошего было действительно немало, но и плохое тоже…

«Бабочке» удалось ускользнуть от преследования, прорвавшись сквозь стену огня, но в трех местах была повреждена обшивка, «с мясом» выдрано две антенны и четыре линзы обзорных экранов, а еще три экрана были серьезно повреждены. Правый нижний маневровый двигатель был покорежен – работать мог, но вот его заклинило полубоком, и на маневренности судна это сказалось сильно. Топливные баки уцелели. Вернее, Ли и Томас успели вовремя перекрыть утечку топлива, когда из-за аварии нижнего маневрового был поврежден турпопровод, и сейчас занимались устранением поломки. Груз, по счастью, уцелел, и Эшли, едва смог выбраться из каюты, кинулся проверять его сохранность.

- Все цело и функционирует нормально, - доложил он. – Только вот у меня в медотсеке кое-что разбилось…

- Составь список. Потом просмотрю, - отмахнулся Юлий. – Стрелки, что у вас?

Ответить те не успели – в рубку ворвалась встрепанная, взволнованная, чем-то напуганная Тамара:

- Что это было?

- Где? – поморщился Юлий, представив, что теперь ему придется еще и утешать истеричных девчонок. Нет, женщина на корабле – все-таки катастрофа, какую бы должность она ни занимала! И этот «девчачий» груз тоже вносит свою лепту. Пусть два десятка замороженных тел не бегают по яхте, не вопят, заламывая руки и не требуют внимания и ухода, они тоже действуют, навлекая на несчастную «Бабочку» неприятности.

- Т-там, - Тамара от возбуждения даже завизжала, тыча пальцем в экраны. Горели они все, но поврежденные были заметны все равно – на них застыло изображение последнего кадра – чаще всего огненная вспышка – так что большая обзорная панель тут и там пестрела бледно-желтыми пятнами. – Все вот это! Ракеты, взрывы… ух…

Не слишком хорошо владея интерлингвой, она просто несколько раз взмахнула руками, явно пытаясь жестами передать переполняющие ее эмоции. Присмотревшись к девушке, Юлий с удивлением заметил, что это что угодно, только не истерика.

- Это… кое-кого ловили, - осторожно произнес он.

- Кого?

- Нас.

- Уй! – глаза Тамары чуть не выскочили из орбит. Когда до нее дошел смысл сказанного, она просто застыла, зажав рот обеими руками. «Сейчас будет истерика!» - с тоской подумал Юлий. Может, пока не поздно, применить к землянке его излюбленный метод избавляться от проблем, из-за которого ему в свое время дали прозвище «Холодильник»? Чего, казалось бы, проще? Мягко и деликатно посоветовать оппоненту чуть-чуть остыть и… запихнуть его для этого в морозильную камеру на некоторое время. Ну да, пару раз он промахивался и забывал вовремя вытащить человека оттуда! Ну да, однажды он скрутил и силой засунул туда старшего по званию, своего непосредственного командира… капитана корабля, если уж на то пошло… ну да, он случайно забыл проверить исправность работы агрегата и потом капитана доставали оттуда по частям, откалывая куски вмороженного в лед тела…Но ведь это было один раз… в смысле, когда извлекали тело по частям! С остальными он обходился гуманнее… в большинстве случаев. И здесь…

Юлий уже мысленно прикинул на сколько секунд установить таймер морозильной камеры, чтобы девушка успела проникнуться своей ошибкой и раскаяться, когда вслед за нею в рубку шагнул Коста.

- Рабочее место за собой принято убирать! – негромко, но так выразительно обратился он к Тамаре, что та втянула голову в плечи и, что-то пропищав, метнулась прочь.

- И что это было? – Юлий вытаращил глаза на своего подчиненного, который осмелился нарушить субординацию. Приказы на яхте отдавал только он. Или… - Кстати, доложите о потерях и… работе.

- Работа… Капитан, вы ее видели?

- Да. Эффективность… на высоте. Если не считать пары попаданий, - он кивнул на экраны, где были отмечены повреждения.

- Это осколками. Она долго выцеливалась…

- Она?

- Да. Томка, - Коста почему-то опустил глаза. - Мы как раз показывали ей, что такое стрелковая установка. Усадили в кресло, разрешили пристегнуться и показали, как смотреть в прицел и на что нажимать… Ну, а тут эти… дроны… Отстегивать ее было некогда, так что Микаэл занял вторую установку, а я остался корректировать огонь и…

- И она стреляла?

- Ну да. Сначала, правда, пару раз промазала и долго выцеливалась, но потом удачненько сбила кое-кого. Я даже в конце смог от нее отойти и заняться отражателями.

Юлий покачал головой. Вот и ответ на их чудесное спасение. Не только огонь с двух точек, но еще и активированные отражатели.

Оборона «Бабочки» была двух видов – пассивная и активная. Активная – это две огневые точки по бокам на стрелковой надстройке. Пассивная – отражатели, которые не уничтожают ракеты противника, а отбивают их, словно воланчики ракеткой при игре в теннис. Обычно отражателями старались не пользоваться – они жестко фиксировались под определенным углом и поэтому могли пропустить часть ударов. Нет, теоретически их углом наклона можно было управлять, вручную, но рук постоянно не хватало.

До этого момента.

- Вот, значит, как, - нахмурился Юлий, обдумывая вновь открывшиеся обстоятельства.

Микаэл и Тамара пришли одновременно. Девушка выглядела смущенной и довольной одновременно.

- Я все убрала, - доложила она, после чего обернулась к Юлию: - Что это было?

Тот переглянулся со стрелками:

- Думаю, мы можем ей сказать…

Это прозвучало, как утверждение, выдвигаемое на голосование. Коста, как старший, кивнул.

- Видишь ли, Тамара, - Юлий соединил кончики пальцев, - это были…Ты рассмотрела, кто это был?

- Ну… ракеты… наверное?

- Дроны. Управляемые дистанционно. Держу пари, ты о таких раньше не слышала… а если слышала, то не видела воочию. Дело в том, что такие дроны использует только галактическая полиция…для перехвата.

- Для перехвата, - девушка задумалась, одновременно пытаясь перевести в уме новые слова и сообразить, что за ними скрывается. – Для перехвата чего?

- Не чего, а кого. Нас. Полиция ловила нас.

Тамара разинула рот.

Поняла.

- Но если полиция ловила нас, значит, мы…

Юлий отметил это «мы».

- Да. Мы – пираты.

- Вы?

- Да.

Тамара медленно оглядела всех. Решив, что она просто не понимает этого слова, Юлий уже начал переводить его с интерлингвы на родной диалект, но девушка только отмахнулась.

- Пираты… А я?

- А ты… хм… хороший вопрос. Ты…

- Я тоже пират?

Теперь замолчали и задумались мужчины. В самом деле, статус девушки был не определен до сих пор. Игрушка? Рабыня? Досадная помеха? Пассажир?

- Да.

Юлий вздрогнул – голос подал Микаэл, все это время маячивший позади.

- Я, - Тамара, казалось, примеряла эти слова на себя, - пират. Тоже. Это… это… ой! Это…как? Грабить и топить корабли? Или…

- Грабить – да, - признался Юлий, решив, что хуже уже не будет. – Топить – нет. Тут космос.

- Аа-а-а… тогда ладно. Тогда можно попробовать.

Мужчины поняли, что они чего-то не понимают. Нормальная женщина – и некоторые из мужчин – тут же бы закатили скандал. Мол, как это так! За кого вы меня принимаете? За грабителя и убийцу? Я на стороне закона и не хочу, чтобы его нарушали! Вы преступники и я не хочу иметь с вами ничего общего… и вообще высадите меня где-нибудь поскорее. А если бы пришлось остаться в такой компании, то наверняка эти скандалисты демонстративно откололись от коллектива. Прошли бы месяцы прежде, чем они бы привыкли и смирились. А тут… не прошло и четверти часа, как девушка освоилась. Воистину, женщины странные существа. Или до этого они встречали не тех женщин?

- Вы ведь оставите меня в команде?

Юлий почувствовал на себе вопросительные взгляды. Да, скажи «да»! А почему бы и нет?

- Ну… там посмотрим. Пока мы в открытом космосе, ты в любом случае остаешься с нами… а там, как знать… Может, мы найдем твоих родных и тогда… посмотрим!

- Хорошо, - Тамара потерла руки. – Вы не раскаетесь, обещаю!

- Звучит угрожающе, - пробормотал Юлий себе под нос, но его ворчание потонуло в бурных восторгах команды.

- То есть, как так – «ушли из ловушки»?

Пол не верил ни своим ушам, ни глазам. Перехваченное по закрытому каналу полицейское сообщение нельзя было толковать иначе. Яхта класса «Бабочка-люкс», считающаяся собственностью Юлия Холодова по прозвищу «Холодильник» на подлете к ближайшей станции, от которой до Алейи буквально рукой подать, напоролась на полицейскую засаду, но, прорвав заградотряд, сумела удрать. Полицейские потеряли около дюжины дронов и несколько подбитых и «Шершней». И, хотя среди личного состава погибших было всего трое – причем один «просто» скончался до подхода врача – это автоматически выдвигало «Бабочку» вместе со всем ее экипажем в число тех, на кого объявлена общая охота.

- Это… это… Ах, чтоб их! Тупые твари! – от ярости и досады Пол не находил слов. – Косорукие придурки! Дебилы! Им слизняков дохлых караулить, и то разбегутся! Упустили! Полиция, мать их… Что смотришь? – напустился он на стоящую рядом Лиану. – Радуйся! Я разорен!

- Я понимаю, - осторожно сказала девушка.

- Понимает она… - Пол испытывал огромное желание кому-нибудь врезать. - Если груз у Холодильника, то он хрена с два его куда-нибудь сбудет. Предпочтет скинуть за борт и ищи-свищи… А у меня закладная… Мне Уван Вэ-с-половиной денег дал, чтобы я «Комету» выкупил. Не бесплатно, конечно! Под процент… И этот процент я должен отработать, привезя груз землянок. Если я не доставлю их в срок, меня самого превратят в женщину Старой Земли и выставят на продажу!

Лиана улыбнулась.

- Ну, чего ты скалишься? Чего веселишься? – выговорившись, обычно немногословный Пол почувствовал себя опустошенным. Весело ей…

- Я, - девушка прикусила губу, - я б тебя купила…

- Чего?

- Ты симпатичный! И умный. А еще решительный, смелый, добрый и отважный.

От такого количества комплиментов Пол слегка опешил.

- Тоже мне… симпатичного нашла, - отмахнулся он, чувствуя, как злость и досада куда-то улетучиваются. – Так вот, не такой уж я умный. Вот сейчас я не знаю, что делать!

- Как – «чего»? Искать «Бабочку»!

- Мы и так… ищем. А время уходит!

- Да, но сейчас мы точно знаем, где их видели последний раз. И можем предположить, что из того боя они не вышли целыми и невредимыми. Им надо где-то остановиться для ремонта. Сделать это лучше всего на какой-нибудь густонаселенной планете, где можно легко затеряться в толпе. Надо просто посмотреть все подходящие планеты того сектора, отбросить негуманоидные, вычислить самые толерантные и… Дальше что-нибудь придумаем!

Пол нахмурился. Лиана второй раз давала ему совет. Первый раз он чуть было не сработал – «Бабочку» спасло чудо. Не будет ли ошибки во второй раз? Впрочем, других вариантов все равно нет… Можно попробовать.

- Ладно… Шушера! – вызвал он навигатора. – Просмотри карты. Нужно кое-что вычислить…

В звездных лоциях было указано несколько основных планет, где можно было невозбранно торговать, даже если ты не имеешь специальной лицензии. Забегаловка, Меняла, Аукцион, Мегамаркет и обе Ярмарки были самыми известными, так сказать, прикормленными и потому находящимися под наблюдением Интергалакпола планетами. Но было еще несколько. Алейа, обитель перевертышей, от которой отпугнули «Бабочку», была одной из таких. Одной в этом секторе. Но не единственной, ибо в соседнем находилась ксеносная планетка с трудновыговариваемым названием Хрлим-гснаа, которую люди быстро переделали в Харлиму, а вслед за некоторыми представителями рода людского, и вообще в Гарлем.

Официально планета принадлежала гламрам – самой низкорослой расе Галактики. Конкуренцию в плане роста им могли составить разве что моллюски синерги и некоторые малоизвестные разумные виды, которые стояли на слишком низкой ступени развития, чтобы на них обращать внимание. Невысокие, едва по пояс среднему человеку, все, как один, коренастые и толстые гламры, кроме довольно грубоватых морд, обладали еще одним характерным признаком – запахом. Гламры пахли. Нет, даже ПАХЛИ. Их тела непрерывно источали всевозможные запахи, причем это было отнюдь не средство общения, нет. Это был, так сказать, язык их тела и побочный продукт жизнедеятельности. Не слишком умелые торгаши – а кто согласится сотрудничать с существами, к которым без респиратора подойти невозможно? – гламры специализировались на том, что сдавали свою землю в аренду. Свой запах они превратили в свое орудие производства. Обнаружив перспективную планетку или астероид, они в буквальном смысле слова заливали ее своими феромонами, мешая другим видам заявить на нее свои права, и закрепляли за собой. А когда запахи выветривались, радостно делили планету на участки и выставляли их на аукцион. Таким образом, им неплохо удавалось существовать. Гламры же были незаменимы, если речь шла о жизни и работе на планетах с насыщенной химикатами атмосферой, ибо обоняние у гламров было почти атрофировано.

На Гарлеме людям принадлежала большая часть второго по величине материка. Меньшую часть заявили за собой веганцы. Самый крупный материк был сдан в аренду меорам и урианам.

Подойдя к границе, на которой вращались орбитальные станции, Юлий решительно отстранил Джека и сам послал запрос на поиск человека. Это было странно – обычно корабли на подлете просто отправляли в диспетчерскую сообщение с просьбой о посадке. Диспетчеры регистрировали входящие сообщения и, соответственно, направляли корабли либо на какую-нибудь орбитальную станцию для починки или ожидания, либо давали координаты свободного космопорта. А тут запроса на посадку не последовало. «Бабочка» всем своим видом давала понять, что всего лишь просит найти одного из обитателей планеты и передать ему сообщение, после чего немедленно отправится дальше, в глубины космоса, даже не нарушая околоземного пространства Гарлема.

Запрос приняли. Потянулись минуты ожидания. От того, будет ли ответ вообще и каким он будет, зависело слишком много. Экипаж почти в полном составе собрался в рубке, так что там не то, что пресловутому яблоку – косточке от него упасть было некуда.

Яхта сделала два полных оборота вокруг Гарлема и пошла на третий заход, когда ожило переговорное устройство.

Юлий задержал дыхание прежде, чем ответить на вызов.

- Прогулочная яхта класса «Бабочка-люкс», серийный номер АЯ-14/37? – прозвучал механический голос диспетчера.

- Да.

- На ваш запрос получен ответ, - на экране появилось изображение вытянутого лица, главной деталью которого был нос и выпученные глаза, форма и размер которых безошибочно выдавали в объекте птицелюда или кого-то близкого к нему по типу. – Данный индивид зарегистрирован как временный житель планеты Хрлим-гснаа, с правом троекратного продления срока аренды занимаемой им жилплощади, два уже использованы.

- Да знаю я, что он зарегистрирован, - прошипел Юлий. – Где он находится в данный момент?

Запрос пришлось дублировать в письменном виде - он нарочно отключил функцию распознавания голоса.

- Номер зарегистрированного индивида 656-543-67-120АБ-2. Желаете сделать звонок?

- Желаю!

- Выберите способ оплаты.

Юлий чертыхнулся. Денег у «Бабочки» на счетах не было уже давно. Да если бы и были, что мешало бы местным копам тут же наложить на них лапу?

- За счет абонента.

- Соединяю.

Сарахора наверняка захочет узнать, кто это тут такой наглый, что пожелает оторвать его от дел за чужой счет и непременно ответит на звонок.

Так и случилось. Картинка на экране дрогнула, пошла рябью, потом на миг потемнела и тут же ожила. Лицо на ней немного изменилось – по впалым щекам побежали узоры татуировок, изменилась прическа – то, что прежде было коротко стриженным «ежиком», превратилось в роскошную шевелюру, состоящую из нескольких сотен косичек-перышек. Даже глаза стали как будто меньше.

- Кто такой? – каркнул хриплый, как с перепоя, голос. – Кому тут…

- Мне, - Юлий подался вперед. – Узнаешь, Сарахора?

Глаза птицелюда чуть не вывалились из орбит.

- Ты? Живой?

- Как видишь, - Юлий усмехнулся. Приятно все-таки, когда тебя узнают.

- А ходили слухи, что ты того… тебя замочили на подлете к Туманности Ариеля…

- Врут, как видишь.

- И ты…откуда?

- Оттуда.

- А…

- Я вернулся, Сарахора. Вернулся живой, здоровый и… не с пустыми руками. И прежде, чем я опять уйду, мне нужно эти руки как-то освободить. Понимаешь?

- Понимаю, - голос птицелюда, вернее, человека, который отчаянно косил под птицелюда, задрожал. – Но это же уму не постижимо. Хромой Хуча всем растрезвонил, что сам видел, как твоя «Бабочка» превратилась в облако пепла. Мол, он сам видел того, кто в тебя стрелял и клялся…Значит, они все врали?

- А как же! Кому охота признаться, что облажались? Кроме того, трупам не объявляют, что отныне они персона нон-грата. Про них забывают, а не спешат растрезвонить на половину Галактики о том, что теперь им в ней нет места. Не вижу логики…

- Значит, они соврали?

- Естественно…

- Вот это да! – человек взъерошил пальцами шевелюру. Руки были обычными, человеческими, что сразу разрушало образ псевдо-птицелюда. – Рассказать кому – не поверят!

- Тогда не рассказывай. Или не спеши с рассказом. Сначала придумай такую версию, в которую поверил бы не только ты, но и я. Пусть даже на это уйдет… скажем, трое суток.

- Понял, - Сарахора заулыбался. – Уж я им придумаю версию, можешь не сомневаться… Но ты мне расскажешь правду о том, где был все это время и как тебе удалось продержаться?

- Расскажу, - кивнул Юлий. – В обмен на кое-какие услуги…

- Хм? – собеседник подался вперед. Его лицо заняло весь экран.

- Я же сказал, что прилетел не с пустыми руками. У меня полон трюм весьма специфичного груза, от которого мне бы избавиться, если бы найти достаточно толкового посредника, готового довольствоваться самым маленьким процентом за самый большой пакет услуг… Понимаешь?

- По… понимаю, - в глазах Сарахоры что-то мелькнуло. – Я… м-м… поищу такого человека…

- Или не-человека. Мне все равно. Главное – скорость. У меня трое суток. Те самые трое суток…

- О, ручаюсь, ты уладишь все свои дела намного раньше! Что за груз? – быстро спросил он.

- Что за посредник? – парировал Юлий.

- Я.

- Кто бы сомневался… Небось, решил ни с кем не делиться ни новостями, ни прибылью?

- А то… Короче, если все серьезно, то я готов взяться за твое дело.

- Берись.

- Тогда лови координаты высадки.

Юлий затаил дыхание. В свою удачу он верил, но всякому везению однажды приходит конец.

Наконец, на экране высветилось несколько цифр.

- Джек, Рекс, - окликнул Юлий подчиненных. – Это уже по вашей части…

- Похоже, это городская окраина, - доложил Рекс, пощелкав немного клавишами. – Вот, смотри! Мы как раз проходим неподалеку. Широта городской черты – 36’43’’11 градуса, а тут 36’51”02. Ну, долгота тоже отличается буквально на десяток километров.

- Место?

На экране появилась карта. Постепенно увеличиваясь, она в конце концов показала что-то вроде промзоны – какие-то типовые блочные здания, заборы, проезды, груды щебня и отработанного материала.

- Завод. Нам точно сюда?

- Нам вот сюда, - Рекс ткнул пальцем в правый верхний угол изображения. Там виднелась какая-то растительность.

- Сядем, - Юрий привстал, всматриваясь в картинку. Увы, более четкого изображения, чем скопище разноцветных квадратиков-пикселей, добиться не удалось – для этого «Бабочке» пришлось либо подключиться к официальной информационной сети и тем самым обнаружить свое присутствие, либо нарочно зависнуть над этим местом и прозвести подробную съемку. То есть, опять же обнаружить свое присутствие.

- Сядем вот тут, - ткнул он пальцем чуть в стороне от нужной точки.

- На открытом пространстве? Мы же будем как на ладони.

- Те, кто вздумает на нас напасть, тоже будут открыты… нашим ракетам, - он бросил взгляд через плечо туда, где стояли два… или уже три стрелка? С одной стороны, опасно тащить на такое дело девчонку, а с другой… у него каждая пара рук на счету. Нечего разбрасываться людьми. Порядок таков. Выходят Коста и Ли. За ним пара – Микаэл и Эшли. Потом я с Тамарой. Рекс и Томас нас прикрывают. С яхты ни на шаг, что бы ни случилось. Джек… если что… уходи. Всем понятно? Вопросы?

Он почти не удивился, когда Тамара осторожно подняла руку.

- Я не знаю… зачем это надо, - осторожно подбирая слова, выговорила девушка. – Выходить… зачем?

- Затем, крошка, что у нас есть груз. Товар, который надо сбыть как можно скорее. Нам нужны деньги, ясно?

- Ага. Награбленное. Да? Контрабанда, да?

- Да, - кивнул Юлий.

- Поняла. Ладно. А… это не опасно?

Мужчины расхохотались.

- Опасность – наше второе имя, - снисходительно пояснил Коста.

- Ага, - повторила девушка. – Тогда ладно.

- Еще вопросы?

- Есть, - поднял руку Микаэл. – А почему ты с нею? Как-то это… странно.

- Это не странно, а безопасно, - ответил Юлий. – Ты считаешь меня совсем дураком, который выставляет на передний план необстрелянного бойца?..

…и который в случае чего запросто может прикрыться девчонкой, как живым щитом. Юлий знал, что его голова ценится дороже, чем головы всех его людей, вместе взятых. Поэтому и поставил себя в третью линию, и взял в напарники девчонку – чтобы было больше шансов уцелеть. Если их ждет засада, пленные пираты могут отделаться легкими сроками, а Эшли – и вовсе условным. Но если в лапы полиции попадет сам Юлий Холодов, пощады не жди. Пожизненное как минимум. А то и вовсе «при попытке к бегству…»

Отогнав тревожные мысли, он хлопнул в ладоши:

- Если вопросов больше нет, все по местам! У нас высадка через час!

Глава 16

ГЛАВА 16.

Пола разбудила сигнализация. Кто-то не спит.

Нет, на самом деле, это правильно – корабль, летящий в глубоком космосе, нельзя оставлять без присмотра. Какая бы ни была совершенная техника, она ничто перед человеком. Да, у людей не такая хорошая реакция, как у компьютера. Да, они устают и подвержены суточным колебаниям активности. Да, склонны к рефлексии и сомнениям. Да и ошибки случаются у них на порядок чаще. Но в случае возникновения внештатной ситуации самый современный компьютер «зависает», ожидая команды извне, в то время как человек думает и действует, эту самую команду генерируя. Поэтому на каждом корабле, от простой яхты до сверхсовременного лайнера, всегда устанавливают дежурства. Кто-то постоянно должен находиться на страже, контролируя ситуацию.

На «Комете» был свой график, в который Пол включал и себя. Единственным, кто был избавлен от необходимости не спать ночами, был «док» Смит. Во-первых, врач разбирался в управлении судном меньше любого из членов экипажа. А во-вторых, от него часто зависят жизни людей. Не стоит рисковать.

И сегодня по плану на «Комете» после отбоя оставался один вахтенный. На сей раз это был новый энергетик Зига. Пол долго колебался прежде, чем включить бывшего землянина в цикл – как-никак, его подобрали в баре Забегаловки, где тот регулярно напивался в зюзю, протащили на борт обманом, состряпав поддельный договор задним числом. Формально, это называлось похищением человека и приравнивалось к пиратству и работорговле. Нет, Пол не был чистоплюем – груз в два десятка землянок, предназначенный для рабских торгов, тому подтверждение! – но одно дело простое выполнение заказа в счет долга и совсем другое – личная выгода.

Несколько часов тому назад он лично проинструктировал Зигу, за какими приборами тот должен следить в оба, на показания каких не обращать внимания, а с какими может делать все, что хочет – в пределах разумного, разумеется. Кое-что пришлось даже распечатать и вывести на экран одного из дисплеев – при каких показателях приборов он должен немедленно будить остальной экипаж. Заставил дважды повторить сказанное и для наглядности потыкать в некоторые кнопки – и после этого скомандовал отбой.

И, уходя последним, незаметно активировал охранную сигнализацию.

На корабле, где все свои, от нее было мало толку. Чаще всего «охранку» ставили, если экипаж сходил на грунт в полном составе, оставив корабль на милость ремонтников, ибо кому понравится, если по кораблю будут шнырять посторонние люди? На «охранку» ставили, как правило, только рубку, каюту капитана, так как там хранилась документация и двигательный отсек. На остальных дверях ставили обычные кодовые замки, а то и вовсе захлопывали. Ни грузовой отсек, ни энергетический не запирали, что в свое время позволило грабителям с «Бабочки» лишить Пола ценного груза. Если бы не та встреча в поясе астероидов, он бы давно получил с синергов деньги, перевел их в банк и закрыл-таки счет. Пришлось потратить несколько дней на оформление всех бумаг и после расчетов у него оставались бы жалкие гроши, которых еле хватит на выпивку, но зато не было бы ни Забегаловки, ни разгрома «Мелиоратория», ни висящего на нем нового долга…Жил бы он спокойно, и сейчас наверняка спокойно бы спал, а не прислушивался к тому, что происходит в недрах его корабля.

Зига. Он на вахте. И этот подозрительный шорох… Имеет ли к нему отношение новый энергетик? Ну, если это так! Ну, если бывший землянин воспользовался случаем и решил покопаться в недрах корабля?

Пол тихо встал. Среагировав на движение, в каюте зажегся слабый свет, но голосовой команды не последовало, и он так и остался интимным полумраком. Да, «охранка» сработала, сообщив капитану, что кто-то проник в рубку. Кто-то, у кого на эту ночь не было кода доступа. Но там же Зига! Неужели энергетик стакнулся с кем-то за его спиной? Или…

Пистолет всегда лежал под рукой. Вернее, в специальной нише в изголовье кровати. Одно касание кнопки, легкий укол в подушечку пальца – замок реагировал только на его биоритмы – и вот уже знакомая рукоять удобно лежит в руке. Не тратя времени на то, чтобы одеться, Пол выскользнул наружу.

Ночью корабль погружен в полумрак – освещение местами потушено, местами горят лишь аварийные сигналы на дверях да мерцают огоньки, показывающие, что все системы работают нормально. Жилой отсек пуст. Из дюжины кают заняты двенадцать. Над пятью горят алые лампочки «свободно», семь заняты…

Пять? Должно же быть четыре – две пустых «лишних», одна только что покинутая его, одна – вахтенного Зиги и… Кто пятый?

Тим Стронг. Вернее, выдающая за мальчишку-юнгу беглянка с Забегаловки Лиана. Но она-то что там делает? Неужели воспользовалась моментом и отправилась соблазнять энергетика? В уставах корабельной службы сказано четко – любые сексуальные контакты между членами экипажа запрещены. Нарушителей, какого бы пола они ни были, ждало немедленное списание на грунт. И если некоторые капитаны еще пытались искать лазейки в уставе – сказано «в полете», значит, для удовлетворения потребностей можно специально присесть на какой-нибудь астероид и формально оказаться не в полете. Или возить с собой жену или любовницу как пассажирку. Или оформлять секс всего-навсего как «профилактические лечебные процедуры». Или… да мало ли лазеек можно найти, если очень постараться! Но в экипаже Пола до сего момента потребностей в этом не было. Видимо, пришла пора немного пересмотреть и дополнить устав.

Как бы то ни было, он намерен застукать парочку на горячем. На вахте подобные развлечения запрещены! И вообще, если у девчонки в одном месте чешется, разве нельзя найти себе кого-нибудь помоложе и посимпатичнее? Курт вон к ней неровно дышит. Или Тикки. Или… кхм…

Осторожно шлепая босыми ногами, Пол пересек жилой отсек, бесшумно, не пользуясь лифтом, а карабкаясь по кабелям, поднялся на верхнюю палубу, пересек кают-компанию, примыкающую к рубке и…

И остановился, как вкопанный, не доходя до приоткрытой двери несколько шагов.

Как во многих кораблях, кают-компания вплотную примыкала к рубке, чтобы отдыхающие могли в два шага оказаться на рабочих местах. На некоторых малых судах они вообще делались совмещенными, разграниченными лишь раздвижной полупрозрачной панелью, которая складывалась в гармошку одним нажатием пальца. Рубка была ярко, по сравнению с остальной частью корабля, освещена. Свет прямым потоком падал на угол дивана, обеденный стол, нишу с головизором…

И на ноги сладко спящего на диванчике мужчины.

Узнать в нем Зигу не составило труда. Вахтенный дрых самым беспардонным образом, подложив под голову кулак. От него слегка несло какой-то настойкой и, уловив характерный запах, Пол дал себе слово как следует переговорить с доком по поводу количества спирта на борту. Нет, выпивка на «Комете» была, но в таких мизерных количествах, что выдавалась она по капле и под расписку. Если только Зига каким-то образом не протащил ее на борт. Возможности у него для этого были – на той же Алиэйе, например.

Но это потом. Сейчас…

Проскользнув мимо спящего, Пол подкрался к двери в рубку.

Лиана сидела за пультом связиста и так уверенно и увлеченно работала, что капитан на несколько секунд забыл, зачем пришел. В хозяйстве Тикки девушка разбиралась почти также хорошо, как бывший геймер, с головой уйдя в виртуальную реальность. Ее пальцы порхали над клавиатурой, как бабочки. Девушка вводила какую-то программу и была так увлечена, что даже вздрогнула, когда ее виска коснулось дуло пистолета:

- Руки вверх.

- Мама!

- Замри. Не двигайся. Шевельнешься – убью!

- Н-не надо…

- Руки от пульта. Живо!

Девушка чуть-чуть подалась назад, слегка приподнимая пальцы. Они нервно дрожали. Откинувшись на спинку сидения связиста, она скосила на Пола глаза. Тот, все еще касаясь дулом пистолета ее виска, бросил косой взгляд на пульт. Здесь, во владениях Тикки, он мало, что понимал. Разобрал лишь, что открыто несколько справочников и пара окон с запросами. Само по себе это не возбранялось, но вот то, какие именно окна Лиана открыла, наводило на подозрения.

- Встать! Два шага назад.

Лиана повиновалась. Пол занял ее место, не спеша садиться.

- Ты чем там занималась?

- Я… хотела помочь.

- Вот как? И чем же? Маякнуть полиции?..

- Нет! – она дернулась к капитану всем телом, но отшатнулась, когда дуло пистолета уперлось ей в грудь. – Честное слово, нет! Я пыталась найти «Бабочку»… Ну, тех пиратов, которые нас…

- Знаю. И для этого полезла на закрытые каналы Интергалакпола?

Мелькнула нехорошая мысль, что девчонка хакер покруче, чем Тикки. Пожалуй, бывший геймер до такого бы не додумался. И ведь ухитрилась взломать! Да, она опасная штучка.

- Я хотела помочь! Мы же ищем, куда делась «Бабочка»? Ищем! И полиция тоже ее ищет. И они ее нашли…

- Благодаря нам!

- Да, - Лиана кивнула, смелея с каждым словом. – Но она от них ускользнула…

- Опять?

- Да! И я решила узнать… ну… где и как это случилось… И вообще… мне хотелось… ну… у них же наш груз! Мы не можем себе позволить его потерять. Вот мне и хотелось узнать, нашли они по нашей наводке «Бабочку» или нет.

- И ты узнала, - это был не вопрос, а констатация факта.

- Да. Из их переговоров, - все еще держа руки на виду, Лиана подбородком указала на экран. – Они устроили засаду… то есть, «Бабочку» ждали возле одной станции, но она… так получилось, что… в общем, «Бабочке» удалось уйти.

- Куда?

Пол сам понимал, что вопрос глупый – в космосе открыты все пути, лети, куда хочешь, лишь бы топлива хватило! – но Лиана уже отвечала:

- Я как раз читала запись их переговоров. Они вышли на след растревоженной «норы» и сумели проследить точку выхода. Там довольно оживленный сектор. Я не успела просмотреть все возможные адреса, куда они могли бы направиться… Пришли вы, и я…

Колебался Пол недолго. С одной стороны, Лиана ему помогала, но с другой… Странно это как-то выглядело.

- Но почему ночью? Почему надо было ждать столько времени? Мы потеряли почти шесть часов!

- Ночью тариф дешевле. И вообще… я боялась, что у меня не получится, - она потупила взор.

- Иди, - Пол посторонился, пропуская девушку к пульту. – Но смотри у меня!

- Я сейчас! Я скоро!

Она работала действительно стремительно, и Пол то восхищался ее умением, то снова чувствовал подвох. Слишком она умная. Слишком уверенная. Слишком много знает. В свете ее побега с Забегаловки это выглядело подозрительно. Хакерша, добравшаяся до секретных материалов какой-нибудь компании? Программист-изобретатель из тех, что ценятся на вес платины? Или все-таки секретный агент под прикрытием? Полу не нравился ни один из вариантов, но пока Лиана ему помогает, он готов сквозь пальцы смотреть на ее прошлое.

- Вот, смотрите, здесь выписка из лоции. Тут все планеты и станции сектора, - окликнула его девушка. – Я попробую локализовать их, разбив на группы – видовая и расовая принадлежность основных обитателей, наличие космопортов, степень опасности… Ну, еще кое-чего…

- Эх, если бы у нас было досье на этого Юлия «Холодильника», - вздохнул Пол. Обычно там указываются не только анкетные данные и послужной список преступника, но и все планеты и станции, на которых фиксировалось его появление.

- Да, жаль, что у нас этого нет, - как-то фальшиво согласилась Лиана. – Но… вот на эти две планеты, мне кажется, стоит обратить внимание. Как вам кажется?

- «Хрлим-гснаа», - прочитал Пол. – Она же Харлима, она же Гарлем… А что, подходит!

- И она достаточно близка к предполагаемой точке «лаза».

Девушка была права. Однако признать это для Пола означало почти наверняка признать и то, что ошибается он. А на это как капитан и авторитет для экипажа он пойти никак не мог. Оставалось только кивнуть и притвориться, что все идет по плану.

«Бабочка» опустилась на грунт, взметнув облака пыли и пепла, в который превратился выжженный верхний слой почвы. Несколько минут в обзорные экраны ничего не было видно, и это был самый опасный момент. Под прикрытием поднятой самими же пиратами «дымовой завесы» к ним так легко было подобраться незамеченными! Тем более, что конструкция двигателей не позволяла кораблю взлететь сразу после посадки – должно пройти по меньшей мере полтора часа.

Томас тут же, не дожидаясь оседания пылевого облака, занялся подготовкой к экстренному старту. Это должно было увеличить шансы экипажа на спасение. Остальные тем временем столпились внизу, у входа.

Тамара нервно переминалась с ноги на ногу. Комбинезон был ей великоват, пришлось местами подвернуть, местами наскоро закрепить липкими лентами и перетянуть поясом, использовав для этого полоску кожи, отрезанную от запасного сидения. Пол девушки выдавали только ее стянутые на затылке волосы и слегка топорщащиеся под комбинезоном груди. Перед самым выходом Коста отжалел ей один из автоматов, и сейчас Юлий, заметив, как девушка прижимает его к груди, не преминул провести небольшой инструктаж.

- Держи параллельно земле, не задирай дуло и не опускай его – так в случае чего ты потратишь какое-то время на прицеливание и потеряешь секунды…Если задерешь слишком высоко, заряды уйдут в небо. Если опустишь – наоборот, в землю. И никого не зацепит.

-З-зацепит?

- Да. А ты что думала? Оружие существует для того, чтобы стрелять в людей… или нелюдей.

- Ой, мама… - она с ужасом скосила глаза на автомат.

- Брось пугать девчонку, капитан, - процедил Коста. – И так вся зеленая…

- Я ее не пугаю. Я готовлю ее к жизни. Мы же пираты, ты разве забыла? А пиратам иногда приходится драться. Нападать и защищаться. Сегодня мы только защищаемся. Но, как знать… может быть, однажды…

- Тогда она останется на корабле, - холодно оборвал Коста.

- Это ты так решил? – Юлий был спокоен.

- Да. И можешь больше ничего не говорить, капитан. Я не буду с тобой спорить.

Юлий и не спорил – за него это сделала Тамара. Все еще плохо понимая язык, она ухватила только несколько знакомых слов:

- Я оставаюсь на корабле? – слегка коверкая язык, переспросила она на интерлингве. – Почему? Что не так?

- Все не так. Ты – девушка.

- Человек! Я есть человек! Девушка… женщина иметь права! Мы равны! Все равны! Это… это ди… дискрими-ней-ция! – с трудом, по словам выдавила она слово на земном языке. – Я тоже хочу идти!

- Да пойми ты, дура, что это не развлекательная прогулка! – воскликнул Коста. – Одно дело – сидеть в кабинке под защитой брони и палить в безмозглые дроны, и совсем другое – когда в тебя палят в ответ! Ты ничего не успеешь сделать! Ты…

- Тихо, однако, - подал голос Ли, стоявший ближе всех к одному из обзорных экранов. – Пыль исчезает. Капитана-сан, можно выходить!

Все мгновенно заткнулись и уставились на экран. Поверхность стекла была покрыта тонким слоем пыли, искажающей изображение. Механик вручную включил систему очистки, и через минуту все могли наблюдать довольно унылый пейзаж.

Это была окраина завода – складские помещения, отвалы шлака и мусора, частично поросшие местной рыжевато-алой с белесыми разводами растительностью. Между складами еще сохранилось асфальтовое покрытие и даже монорельсы погрузчика, которые даже не покрылись слоем коррозии. Наоборот, судя по состоянию мусорных и шлаковых куч, сюда время от времени добавляли новые порции отходов. Завод еще работал, хотя и вряд ли на пределе своих мощностей. В проходе между кучами виднелась равнина и какой-то лесок.

- Здесь осень? – нарушила тишину Тамара.

- А? Что?

- Осень. Листья красные и… - она замялась, подбирая слова, - не зеленые.

- Конечно, не зеленые. Это ведь не Земля.

- Ой, я забыла…Это первая планета, на которой я… ну… оказалась после того, как…как там все случилось, и я все забыла.

- Ничего, привыкнешь. Мы еще на стольких планетах побываем…

- Тихо! – пришел из динамиков голос оставшегося за пультом Джека. – У нас гости.

- Где?

- На одиннадцать тридцать. Даю разворот картинки.

Обзорные экраны – те, что уцелели после сражения с полицией – переключились на другой угол обзора, транслируя с одной стороны тот самый лесок, а с другой – проход между складами. По проходу как раз по монорельсу, полз погрузчик, волоча за собой небольшую вереницу платформ. Только на сей раз на платформах были не горы шлака и мусора, а люди. Вооруженные люди.

- Лесок, - напомнил о второй картинке Джек. – Там зафиксировано перемещение какой-то техники. Расстояние – примерно два с половиной километра, сокращается…

- Расчетное время прибытия?

- Четыре минуты тринадцать секунд.

Он не добавил больше ничего, да Юлий и не стал спрашивать. Погрузчик и платформы с людьми были намного ближе. Это вселяло определенную надежду – каков бы ни был узкий радиус действия ракетной установки, спрятанной в лесу, первый же выстрел не только накроет «Бабочку», но и непременно зацепит этих людей. Даже более того – случайно или нарочно, но погрузчик остановился так, что оказался на одной линии с яхтой и ракетами. А это значило, что его и всех людей на нем непременно зацепит взрывной волной. И, поскольку со стороны установки погрузчик полностью закрыт боком «Бабочки», стрелки вряд ли откроют пальбу, побоявшись попасть в своих. Это несколько увеличивало шансы на выживание. Но все равно Юлий чувствовал себя как в ловушке.

Погрузчик, подъехав на расстояние в каких-то тридцать метров, остановился, приглушив мотор. Люди стали выбираться наружу. Шестеро. Четверо автоматчиков и двое с пустыми руками. Седьмым был тот тип, с которым беседовал Юлий – косящий под птицелюда Сарахора. Еще двое – водитель и его помощник – остались в погрузчике.

Дальше тянуть было нельзя.

- Томас, как там у тебя? – спросил Юлий по внутренней связи.

- Работаю, - коротко ответил энергетик. – Нужно еще час семнадцать минут и тогда…

- Понял. Открываем шлюз. Выходим. Ты в последней паре!

- Сейчас буду!

Дольше тянуть было нельзя.

- Первая пара, вперед!

Пираты повыскакивали из яхты, вставая полукругом. Юлий и Тамара замерли в дверях. Мужчина подмигнул девушке, которая с нервным любопытством озиралась по сторонам.

- Что мы делаем? – прошептала она.

- Торгуемся. У нас товар. Это – купцы. Мы должны продать товар.

- Этим…э-э…

- Да, этим.

«Эти» были людьми. Нет, их кожа была другого оттенка, разрез глаз и форма носа тоже отличались от глаз и носов экипажа «Бабочки», но на этом различия заканчивались. Люди жили на Гарлеме всего пару столетий, и местная природа не успела наложить необратимый отпечаток на их внешность.

- Поняла. А… какой товар?

- Увидишь, - процедил Юлий, не сводя глаз с гостей.

Потоптавшись, те не спеша двинулись в сторону «Бабочки». Выждав, когда они одолеют примерно треть расстояния, Юлий пошел навстречу, знаком велев остальным оставаться на местах.

Они встретились на середине пути. Юлий – в одиночку – и двое гостей, за спинами которых маячили охранники. Сарахора, державшийся чуть в стороне, приветливо помахал ладошкой – мол, вот, привел.

- Свежего ветра, - первым заговорил один из «гостей». – Ты – Юлий Холодов по прозвищу «Холодильник».

- Я. Только я предпочитаю, чтобы меня звали просто «Холодильником».

- Просто Холодильник. А меня можешь звать просто Сон. Доктор Сон.

За спиной Юлия кто-то удивленно кашлянул. Быстро покосившись через плечо, он заметил Тамару. Не осталась, выходит, возле шлюза, а потащилась за ним? Зачем? Делать девчонке нечего. И что такого в этом имени? «Доктор Сон». В Галактике каких только имен не встречается!

- Мне сказали, что у вас есть товар, просто Холодильник?

- Да, - слегка поморщился Юлий. – И отменного качества.

- Мы бы хотели посмотреть образец. Если можно.

- Можно, - не снимая руки с автомата, он коснулся переговорного устройства, удобства ради закрепленного на груди: - Эшли, подготовьте один контейнер для показа.

Доктор кивнул и скрылся в яхте. Минуту спустя он вернулся, волоча за собой один из мешков, закрепленных на грузовой платформе. Та мягко покачивалась на воздушной подушке, и управлять ею мог один человек. Тем не менее, напарник Эшли, Микаэл, подхватил платформу, когда она проплывала мимо, и помог ему подкатить ее поближе к гостям.

Юлий шагнул вперед. Локтем оттесняя Тамару:

- Не смотри! – и первым, торопясь, откинул клапан с лицевого щитка.

Один из «гостей» сделал шаг вперед.

- Ого! Вот это да! Она настоящая?

- Более, чем! Мы имели возможность убедиться в отличных… условиях хранения и технических характеристиках товара.

Микаэл бросил взгляд на Тамару и невольно усмехнулся. Этот взгляд и усмешка не остались незамеченными гостями, и Юлий дал себе зарок разобраться со вторым стрелком. В крайнем случае, его теперь есть, кем заменить…

- И каковы… технические характеристики?

- Самые лучшие. Отменная ходовая часть, отлаженные системы регуляции, образцы легки в эксплуатации и довольно просты в управлении. Конечно, нуждаются в настройках и установке антивирусных программ, но в целом все прекрасно!

- Откуда этот… образец?

- С Земли. Как и остальные.

- А есть еще?

В голосе гостя мелькнул непосредственный интерес. «Осторожно, - сказал себе Юлий. – Вдруг они копы и работают под прикрытием?» Но тогда выходит, что Сарахора тоже двойной агент. Эх, все-таки жаль, что он давно не бывал на Гарлеме. За два года тут многое изменилось. Но ведь Сарахора был последним, с кем он контактировал перед тем, как исчезнуть в глубоком космосе! По сути, это он передал ему сообщение о том, что его объявили персоной нон-грата. И недавний разговор вроде как не позволял усомниться в его поступках. С другой стороны, люди меняются… А Сарахора не совсем человек. Он местный гуманоид.

- Есть… немножко.

- «Немножко» - это сколько?

- Все зависит от того, сколько экземпляров вы готовы приобрести.

- А сколько вы можете предложить?

- Ну, скажем… - Юлий сделал вид, что напряженно что-то вычисляет. – Скажем, двадцать… одну единицу. Считая с этой.

- С этой или той?

Юлий напрягся. Гость явно имел в виду Тамару, которая внешне весьма и весьма походила на любой из «образцов товара». Во всяком случае, на взгляд местного жителя обе девушки были похожи больше, чем родные сестры.

- Нет. Эта… не продается. Вообще.

- Выставочный образец?

- Член моего экипажа.

- Что ж… - гости переглянулись и, не сговариваясь, полезли в карманы, доставая планшеты, - за партию в двадцать единиц мы готовы предложить, - пауза, наполненная работой пальцев, - скажем, пять тысяч единиц.

- Пять, - Юлий несколько раз хлопнул глазами. – Тысяч. Единиц. В каких деньгах?

- Межгалактических стандартах. А вы предпочитаете другую валюту?

- Я предпочитаю другую цифру. Пятьдесят тысяч.

И всего на десять тысяч больше их минимальной себестоимости.

- Сколько? Ну, это просто смешно… Хотя, учитывая, сколько вас тут… скажем… шесть?

- Пятьдесят.

- Семь?

- Пятьдесят.

Гости переглянулись.

- Десять.

- Сорок пять, - наконец-то сбавил цену Юлий.

- Вы это всерьез? Товар столько не стоит!

- Всерьез. Сорок пять и ни единицей меньше! – он переступил с ноги на ногу, повел плечами и вперил задумчивый взгляд в горизонт.

- Вы хотя бы представляете себе, что просите? Товар несертифицирован, на него у вас отсутствуют документы…

- Почему отсутствуют? Имеется справка о состоянии здоровья, выданная нашим врачом!

- Ветеринар без лицензии, вот кто ваш врач!

- Нам, знаете ли, хватает…

- Ну, еще бы, - собеседник оставался спокоен, и тем яснее прозвучал скрытый смысл сказанных слов. Юлий немедленно развернулся в его сторону. Несмотря на то, что четверо охранников были к нему намного ближе, чем оставшиеся у корабля люди, он вызывающе перехватил свой лазерник, кладя палец на кнопку пуска.

- Это намек, - вопроса в его голосе не было. – Вы ксенофоб, милейший? В таком случае, что вы делаете здесь, на планете, принадлежащей гламрам? Или для вас гламры больше люди, чем мы? В таком случае, смею вас предупредить, что для тех, кем вы считаете нас, ваши нормы морали неприемлемы. Скорее, наоборот!

Первый же выстрел заставил одного из гостей согнуться пополам, хватаясь за прожженный насквозь живот. Судя по тому, как задымился край его костюма, под ним был бронежилет, но Юлий выстрелил намного ниже, целясь между бронником и паховой защитой. Второй выстрел был не такой удачный – он зацепил всего-навсего чьи-то ноги – Юлий палил в падении, не целясь, лишь просто для того, чтобы внести свою лепту в начавшуюся перестрелку. Перекатываясь по земле, чтобы уменьшить шанс поражения, он краем глаза заметил несколько коротких вспышек. Тамара? Стреляет?

Это была последняя посторонняя мысль. Обе группировки открыли огонь. Кто-то упал. Кто-то вскрикнул от боли. Рядом с Юлием грохнуло – то ли неумело брошенная граната, то ли луч лазерника попал в платформу, на которой они сюда прибыли. Приподнявшись, Юлий пальнул в сторону гостей и вскочил, прыжком покрывая расстояние до небольшой кучки щебня:

- Отходим! Валим отсюда, пока они не опомнились…

Все складывалось отвратительно. Им только-только удалось найти покупателя на товар, только начались переговоры – и на тебе! Ну, что стоило этим типам быть посговорчивее и держать свои поганые языки за зубами? Отдать сорок пять – ладно-ладно, он был готов сбавить до сорока, ему просто не дали договорить! – тысяч кредо-единиц за отличную партию в двадцать штук первосортных молодых здоровых землянок! Это, по-вашему, дорого? Да они бы наварили на каждой из них чистыми до двухсот процентов прибыли! На некоторых невольничьих рынках плодовитая женщина с Земли идет по шесть-семь тысяч за голову. А тут он просит в три раза меньше! Почти даром! Где справедливость? Да еще и обзывают его людей… Нет, он поступил правильно – своих надо защищать. Но кто защитит его самого?

Отстреливаясь, экипаж «Бабочки» отступил на яхту. Из приезжих гостей в живых оставался один – раненый, на руках у двоих уцелевших охранников. Сейчас они волочили его к платформе, на которой суетился и размахивал кулаками Сарахора. Его вопли далеко разносились, эхом отражаясь от складских помещений:

- Холодильник! Я так и знал! Вечно ты все портишь…Вали отсюда и больше не возвращайся!

- Не больно-то и хотелось, - буркнул тот, последним запрыгивая в шлюз и активируя комм: - Ключ на старт! Полный вперед!

И повалился на колени, когда двигатели «Бабочки» натужно застонали, набирая обороты.

Все столпились в шлюзе, и там же вповалку опустились на пол, когда начались стартовые перегрузки. Двое были легко ранены, и Эшли уже тянулся к ним, чтобы хотя бы осмотреть раны. Сильно зацепило Микаэла – его правое плечо представляло собой кошмарное зрелище, не спасла даже броня – и легко ранило Ли. Тому, можно сказать, повезло – луч только «слегка» опалил его лицо и кожу на виске, уничтожив волосы с правой стороны. Сам Эшли тоже был в крови, но отмахнулся от собственных ранений:

- Просто поцарапался о камни, когда падал, - коротко ответил он. – Залью коллоидом и все дела.

Юлий невольно залюбовался им и, когда стартовые перегрузки немного ослабли, первым поднялся на ноги, помогая доктору оттащить раненого Микаэла в медотсек. Ну, скажите на милость, какой ветеринар может настолько не думать о себе? Сами они…

- Капитан, - Микаэл был в сознании и мотал головой, морщась от боли, - капитан, у нас… проблемы?

- Они у нас всегда, Микаэл, - усмехнулся Юлий, ссаживая его на стол и начиная расстегивать бронежилет, пока Эшли копался в своем шкафу в поисках хирургических инструментов. – Как же без них?

- Но наш груз… и торговая сделка… они сорвались и…

- Молчи! Где у тебя тут обезболивающее, Эшли?

- Его больше нет. Только снотворное…- через плечо бросил тот. – И коллоид на исходе… Я надеялся закупиться на Гарлеме…

- Отставить нытье. Подумаешь, сорвалась сделка! Первый раз, что ли?

- Не первый. Но мы так на это рассчитывали…

- Сам знаю, - Юлий чувствовал себя паршиво. – Но он назвал тебя ветеринаром без лицензии!

- И что? – Эшли на миг остановился. – Мы оба прекрасно знаем, что это неправда. Лицензия у меня есть. Была.

- Ветеринарная?

- Обычная. Но… ее надо было продлить в позапрошлом году. Мы как раз болтались в глубоком космосе и, сам понимаешь…

- Но ты не ветеринар!

- Однако готов был им ненадолго стать, если бы это помогло делу. Нам надо было избавиться от этого груза, - отстранив Юлия, врач склонился над пациентом. Вколол ему снотворного и, не особенно дожидаясь, пока оно подействует, погружая раненого в сон, начал копаться в ране. Микаэл застонал, вцепившись обеими руками в края стола.

- С-сука, - простонал он сквозь стиснутые зубы. – Ты и есть этот… и даже хуже…

- Вот видишь? – Эшли на миг отвлекся от работы. – А ты еще спорил… Иногда стоит смириться с оценочными суждениями других людей и посмотреть на себя и ситуацию другими глазами…

- Понял, - коротко ответил Юлий.

Не прибавив более ни слова, он выскользнул в коридор. «Бабочка» уже вошла в верхние слои атмосферы и продолжала подниматься – если судить по силе тяжести и гулу работающих двигателей. Техника была на пределе, и Юлий вдруг необычно ясно почувствовал, что кораблик устал. Слишком долго он был в космосе. Слишком много летал. Ему бы присесть куда-нибудь на месяц-другой да отдаться в заботливые и умелые руки техников. Пусть счистят с бортов окалину, переберут движки, заменив износившиеся детали новыми. Продуют систему кондиционирования, зальют свежее топливо, заодно ликвидировав шлаковые наслоения. Да и внутри не помешал бы мелкий ремонт. Вон, хотя бы заново покрасить стены и поставить новые клавиатуры на пилотский и навигаторский пульты. А то на некоторых клавишах уже обозначения стерлись. А в грузовом отсеке, сейчас битком забитом ценным, но бесполезным грузом – он знал это точно, хотя и не видел! – местами отстает покрытие на полу. Не зря несколько ящиков со всяким хламом закреплено по углам – они как раз его и придерживают, чтобы не отставало.

Да, ремонт нужен. Как и отдых всему экипажу. И они могли все это иметь, если бы он не сорвался. Ну, что ему стоило проглотить обиду? Клиент всегда прав, а он сам оскорбил клиента. Да еще и пристрелил его. Теперь орбита Гарлема для него закрыта. Тот же Сарахора при первом же намеке на контакт первым побежит сдавать его властям. А награда за его голову вырастет еще на пару сотен кредо-единиц…

Деньги. Проклятые деньги. Все из-за них. Если бы он был богат. Если бы у него был приличный счет в банке. Те же пятьдесят тысяч!.. Да если бы проклятые копы не заблокировали все его счета! Даже те, о которых никто официально ничего не знал! Эти коды копам сдали его бывшие коллеги, называющие себя «черными» звездопроходцами. Вернее, воротилы преступного мира, у которых есть все, чего нет у таких, как он – целые материки и даже планеты в личном пользовании, флотилии, дворцы, миллиарды в банках, доли в консорциумах и власть. Они активно сотрудничают с Интергалакполом, частично финансируя его через третьих лиц – это помогает им держать в узде таких, как он, создавая им видимость свободы и в то же время вгоняя в рамки жесткой дисциплины, которой завидует имперская армия. А он всего лишь… нет, он не пытался бороться против системы. Он всего лишь хотел быть вольным на самом деле. Он хотел жить по своим законам…И теперь его загнали в угол. Вернее, он сам себя загнал.

Тихое покашливание вернуло его в реальный мир. Юлий обнаружил, что сидит на полу в коридоре, подтянув колени к животу и крепко прижимая к груди лазерник. Над ним стояли Тамара и Коста. Остальные, надо полагать, были на своих рабочих местах.

- Все хорошо? – девушка осторожно присела рядом на корточки. Юлий криво усмехнулся.

- А разве может быть иначе?

- Может, - промолвил Коста. – Как там Микаэл?

- Жить будет… - Юлий посмотрел в лица подчиненных и понял, что они пришли сюда не просто так.

- Да справимся мы, черт побери! – воскликнул он, стараясь, чтобы голос ему не изменил. – Первый раз, что ли? Всегда же выкарабкивались – выкарабкаемся и на этот раз! Просто опять начнем все с начала и…

- Начнем, - кивнул Коста. – Как всегда… Только вот… капитан… тут такое дело…

«Начинается!» - с тоской подумал Юлий. Пока он там помогал Эшли, здесь состоялось маленькое производственное совещание. Наверняка, ему выписали черную метку. Интересно, как с ним поступят? Вариантов было несколько. Его либо просто выкинут за борт на полном ходу, даже не дав надеть скафандр, либо «гуманно» сдадут властям за вознаграждение, которое как раз покроет расходы на ремонт «Бабочки», либо, что вероятнее всего, опробуют на нем способ нейтрализации врагов, благодаря которому он в свое время и заслужил прозвище «Холодильник». Ему как-то раз кто-то сказал: «Сам бы попробовал…» - не подозревая, что попал в точку. А, да что теперь…

- В чем дело?

Пальцы намертво сомкнулись на ложе лазерника. Стрелять на корабле он не станет. Но…

- Мы… ну… когда отступали… - Коста мялся и переглядывался с Тамарой, - это… ну… В общем, контейнер там оставили.

- Какой контейнер? – опешил Юлий, не ожидавший такого поворота.

- Ну… с образцом… Который для демонстрации вывозили. Вот.

- Уф, - Юлий привалился к стене. – Это все, что тебя волнует в данную минуту?

- Да.

- Ну, знаешь… Я-то думал… Больше меня так не пугай. Подумаешь, один контейнер! У нас еще два десятка осталось. Расслабься, все хорошо!

Хлопнул стрелка по плечу и зашагал прочь.

Сарахора знал, как надо жить, чтобы выжить. Во-первых, быть незаметным, сливаясь с толпой и обстановкой. Во-вторых, чутко реагировать на любые перемены и меняясь сообразно с ними. В-третьих, не быть брезгливым и во всем искать выгоду. В-четвертых… вообще-то, в большинстве случаев достаточно трех первых правил.

Именно поэтому, пересидев под платформой перестрелку, он благополучно покинул завод, но через несколько часов вернулся своим ходом. В суматохе удиравшая «Бабочка» забыла свой груз, а охрана так торопилась доставить истекающее кровью начальство в больницу, что забыла о нем думать.

Заряд воздушной подушки еще действовал, и контейнер висел в полуметре над землей. Сарахора подкрался, осторожно сдвинул лицевой щиток и уставился на его содержимое.

Вот это да. Женщина с Земли. Целая и невредимая. В анабиозе, который мог продолжаться, если он правильно считал показания датчиков, еще несколько дней.

У Сарахоры вспотели ладони. Нежданно-негаданно ему в руки упали шальные деньги. Он понял, какой груз везла «Бабочка» и понял, как на этом можно заработать.

А эту женщину он возьмет себе. В качестве комиссионных. Дело было за малым – доставить контейнер домой и найти покупателя.

- Входим в зону связи Гарлема! – сообщил Тикки.

- Давай связь! – напрягся Пол.

Темный прямоугольник экрана посветлел, выцвел до серо-голубого фона, по которому сначала пошла рябь, а потом одна за другой стали загружаться иконки. Пол ждал, барабаня пальцами по краю пульта. В рубке царило напряжение. Весь экипаж так или иначе был в курсе того, что они собираются делать на этой планете, и как много от этого зависит.

Наконец, расстояние позволило подключиться к местному узлу инфранета. Сбоку поплыла новостная лента. Правда, некоторые новости успели устареть и стать достоянием истории – что поделать, люди решили проблему путешествия к иным мирам, сократив многолетние перелеты до нескольких дней или недель, но до сих пор не могут решить проблему мгновенной связи. Почтовые скоростные крейсера, доставляющие из пункта А в пункт Б запечатанные блоки почты до их пор остаются самым надежным способом. Так, по крайней мере, отставание составляет два-три дня, а не месяцы, как раньше.

- Новостной раздел, - начал командовать Пол, голосом дублируя свои действия для тех, кто не мог видеть, что он делает. – Раздел рекламы. Частные объявления. Рубрика «куплю-продам», подраздел «продам». Товары… хм… товары для дома.

- Уверен? – откликнулся Курт. Карго был единственным, кто разделял с капитаном его поиск. Подавшись вперед, он отстранил руку Пола и сам ввел уточняющий код. Сферу услуг тоже надо просмотреть.

- Услуг?

- А как же? Для чего еще нужны женщины Земли, как не для интимных услуг?

- Не скажи. Многие землянки выходят замуж…

- За своих покупателей.

- И чем это тебе не нравится?

- Нравится, но… Не отвлекайся!

Первые объявления, соответствующие заявленной тематике, уже появились бегущей строкой, и надо было отслеживать их всех, сохраняя самые подозрительные и перспективные.

- Он наверняка воспользуется услугами посредника и не заявит откровенно, мол, хочу продать партию нелицензированного груза, - рассуждал Пол, делая восьмую закладку.

- Ага, - согласился Курт. – Быстро учишься, кэп… Вот интересное объявление, не находишь?

- Это уже шестнадцатое, - Пол глянул на список.

- Семнадцатое, - поправил Курт, добавляя к списку еще одно.

- И нам все их просматривать? И со всеми связываться?

- Не обязательно со всеми, но… восемнадцатое… кое на какие придется ответить.

- Может быть, самим объявление подать? – послышался голос Лианы. - Ну, например, ищем товар и…

- … или готовы предложить разумную цену за любую информацию о яхте «Бабочка»! – подхватил Курт прежде, чем Пол отругал девушку за то, что явилась в рубку без разрешения.

- Вы с ума сошли? – Пол тут же уцепился за возможность наверстать упущенное. – Так к нам и побегут с докладами! Решат, что мы – копы под прикрытием и либо промолчат в тряпочку, либо…

- Либо все-таки клюнут.

- Но даже если и клюнут… даже если дадут адрес… если даже все получится с первой попытки… чем мы будем расплачиваться?

- Обещаниями, - пожала плечами Лиана. – Поблагодарим за ценную информацию, но тут же сообщим, что вот буквально несколько минут назад к нам поступил еще один запрос. От другого лица, которое мы не имеем права называть в силу закона о защите свидетелей и все такое прочее. И эта информация несколько отличается от той, которую нам только что сообщили. Отсюда вывод – кто-то из двоих респондентов врет или ошибается. Мы же платим только за достоверную информацию. Поэтому мы сначала проверим оба варианта и свяжемся с тем, чья версия ближе к истине. Можно даже привести пример – дескать, «Бабочка» некоторое время назад была замечена на Забегаловке, но точно известно, что она оттуда улетела. И если что-то скажет, то видел Юлия Холодова там, следует сперва выяснить, когда сам респондент был на этой планете. Он мог видеть его там месяц назад, а мог – два часа тому назад. Понимаете?

Пол открыл рот, но тут же его закрыл, надеясь, что выглядит не слишком глупо.

- А…э-э… отличная идея, - нашелся он. – Курт, как ты считаешь? У тебя в этом деле намного больше опыта!

- Можно попытаться, - важно кивнул карго.

- Тогда составьте текст объявления и закиньте его в сеть. И будем держать кулаки, чтобы не пришлось долго ждать ответа.

И чтобы ответ вообще пришел. Ибо Юлий Холодов был стреляным воробьем. Два стандарт-года морочить головы всей Галактике, ускользать и от полиции, и от бывших коллег-пиратов, объявивших охоту на беспринципного «падальщика», чуть ли не уверить всех в своей смерти и внезапно всплыть только для того, чтобы опять во что-то вляпаться - и пусть Пол вляпался вместе с ним, легче от этого никому не станет! – это надо быть невероятно нахальным и везучим. Такого противника даже можно начать уважать… до тех пор, пока он не даст повода думать иначе.

Объявление ушло в инфранет, и потянулись минуты ожидания. «Комета» успела лечь на околоземную орбиту и трижды ответить на запрос диспетчера о том, что, да, они не собираются пока высаживаться на грунт и, нет, помощи им не требуется.

Катер успел пойти на третий виток, когда наконец-то зажегся сигнал обратной связи.

- Получен ответ на запрос по объявлению, - перевел Тикки машинный язык на человеческий. – Отвечать?

У Пола внезапно похолодели ладони. Он стиснул зубы и кивнул. Курт и осмелевшая Лиана с двух сторон придвинулись ближе.

На экране появилось узкое лицо гуманоида, отчаянно косящего под птицелюда – такой же крупный нос, глаза навыкате, скошенный подбородок и разноцветные дреды, имитирующие псевдооперение.

- Приветствую, - заговорил гуманоид, своим акцентом безошибочно выдавая свое человеческое происхождение. – Вы хотели кое-что узнать о яхте Юлия Холодова?

Глава 17

ГЛАВА 17.

- Ну, что ты об этом скажешь, кэп? – Курт был так доволен собой, словно сам, от начала до конца, продумал и провернул всю операцию.

- Скажу, что это… что мне все это не нравится! – отрубил тот.

- Это почему еще? – вступил в дискуссию Шушера. – Туда лететь всего каких-то трое суток…

- И при этом у «Бабочки» почти сорок шесть часов форы!

- А если учесть, - как ни в чем не бывало, продолжил навигатор, - что мы-то можем переть напролом, как законопослушные граждане и останавливаться на станциях для дозаправки, а «Бабочке» придется пробираться закоулками и воровать топливо, то…сам понимаешь, кэп, эта фора уходит в минус. В нашу пользу! Мы еще и запас будем иметь в несколько часов! Мы можем вообще сейчас ненадолго сойти на грунт, отдохнуть до вечера, подзаправиться и стартовать завтра утром, как все приличные люди!

- Тем более что, насколько я услышал, - это заговорил Чесни, - «Бабочке» пришлось стартовать с неостывшими двигателями. У них непременно разладится движок при такой эксплуатации. Спроси хоть наших парней.

Пол не разделял оптимизма своей команды, ища подвоха в том, что после стольких дней погони наконец-то что-то прояснилось, что цель наконец-то близка и достижима. Надо было испытывать радость, но он ощущал только смутное беспокойство. И тем не менее вызвал машинное отделение.

К его удивлению, Томба 119 и Зига оказались на редкость единодушны. Оба, перебивая друг друга, с горячностью принялись утверждать, что, да, это чревато потерей мощности и поломками.

- Мощностей может не хватить, это точно, - пожал плечами Зига. – Если форсировать подачу энергии, запросто там половину схем закоротить может. А оно закоротит, как пить… хм… дать.

- У них могут отказать компенсаторы, - добавил Томба 119. – А если давно двигатель не перебирали, наверняка где-то налет образовался или даже пыль… И перегрев. Это я им гарантирую. Двигатель надо иногда охлаждать. Поэтому на больших судах, которые в полете проводят большую часть времени, ставят дублирующие движки. И у нас четыре маневренных двигателя, а не два, как раз по этой причине! На малых яхтах дополнительную пару движков поставить просто некуда.

- То есть, их двигатели запросто могут отказать в полете?

- Как выпить дать! – вылез вперед Зига.

- Хреново, - поразмыслив, сказал Пол.

- Это почему еще?

- А потому, что мы тогда не будем знать, где точно они застряли! Мы их будем ждать там, а они с дохлыми движками будут висеть… где угодно! Сектор большой!

- Придумают чего-нибудь, - отмахнулся Курт. – Это же «Холодильник». Ты сам досье его читал.

Он не подозревал, что примерно ту же фразу сейчас услышал капитан крейсера «Стремительный» Варовски на селекторном совещании.

- Это же сам Юлий Холодов! Вы же знакомы с его досье.

- Так точно, знаком, - процедил он сквозь зубы. С начальством не спорят, с начальством соглашаются.

- Вы ознакомились с ним до того, как ввязаться в эту авантюру или после?

- До… хм… в процессе. Когда понял, что имею дело с необычным авантюристом…

- На которого вам прямо указало лицо с репутацией не менее сомнительной! Вы проверили, откуда у них эта информация?

- Эм…ну… да. Они видели Холодова на Забегаловке и… и решили дать нам знать…

- И вы поверили. И после того, как получили, проверили и поверили информацию, вы не придумали ничего лучше, как действовать по-старинке? С такими, как Юлий Холодов, не шутят! Вам напомнить, Варовски, с какой планеты прибыл этот человек?

- Так точно, известно. Его родина обозначена как Новая Земля-8…

Начальник молча покачал головой.

- Иногда я сомневаюсь, Варовски, в том, что вы находитесь на своем месте, - со вздохом произнес он. – Уж в лоции-то можно заглядывать хоть иногда? Новой Земли-8 не существует. Планет с таким названием всего шесть!

- Тогда…неужели?..

- Вы правильно догадались, капитан Варовски. Хотя и с опозданием. Впрочем, чтобы отдать вам должное, скажу, что и мы сами долго не могли узнать подлинное место рождения этого типа.

- Старая Земля, - произнес Варовски таким тоном, словно это было объявление о смертном приговоре.

- Старая Земля, - эхом откликнулся его начальник. – Теперь вы понимаете, с каким опасным типом мы имеем дело? Ей-звезды, даже досадно, что он не на нашей стороне!

Поскольку разговор происходит по межпланетной связи и, теоретически, его мог подслушать кто угодно, в последнем утверждении капитан Варовски предпочел молча усомниться. Возможно, все это говорилось его начальством специально для шпионов. Да и сама информация о происхождении давно разыскиваемого пирата тоже как-то подозрительно всплыла в разговоре. И может, вся эта беседа с демонстративным распеканием проштрафившегося подчиненного практически в прямом эфире устроена не зря, с далеко идущими последствиями и планами.

- Да, действительно, - пробормотал он, тактично опуская глаза.

- В общем, вы понимаете, капитан, насколько все серьезно? У вас один из лучших кораблей, одна из лучших команд… Мы бы вряд ли смогли найти кого-то, достойнее вас для этой миссии, а вы, - он запнулся. – Постарайтесь оправдать возложенное на вас доверие.

- Служу Галактике! – отсалютовал немного озадаченный капитан.

- Выполняйте. Дополнительные инструкции будут вам отправлены… спецсвязью.

Они обменялись приветствиями, и экран погас. Остался крошечный огонек курсора – сигнал приближающегося пакета спецсвязи.

Капитан принял его, распечатал, пробежал глазами – и стер. Эти кретины там, в высоких кабинетах, понятия не имеют, с чем ежедневно приходится сталкиваться таким, как он! Работа «в пустоте» - совсем не то, что работа «на грунте» и тем более не кабинетная тишь да гладь. Тут все иначе, тут иной мир с иными проблемами и заботами. Пожалуй, теперь Варовски лучше понимал своего первого начальника, у которого когда-то начинал службу зеленым необстрелянным старпомом. До этого у него была небольшая практика заместителя шерифа на маленькой планете – и вдруг, после курсов повышения квалификации, старший помощник на одном из патрульных крейсеров. Головокружительный взлет! И столь же головокружительное отрезвление. Ну, как так можно работать, плюя на инструкции и приказы? Как можно постоянно импровизировать, ведь начальство же ясно приказало. И вот вам скан приказа, распечатанный и снабженный комментариями, раз вы не доверяете электронке! Зачем все вот это? Кому от этого станет лучше? В свое время Варовски недолюбливал своего капитана, подчиняясь лишь согласно табелю о рангах, и воспользовался первой же возможностью, чтобы занять освободившееся место. Капитан допрыгался. Доимпровизировался. Им заинтересовались кое-где наверху – и он исчез. И Варовски стал капитаном…

И только сейчас понял, что без импровизации, следуя только букве инструкции, жить и работать нельзя. Правда, с этой самой импровизацией лично у него было туговато, но…

Но он научится!

Утро началось как-то странно. Выйдя из каюты и явившись в кают-компанию, Юлий понял, что что-то не так. Вернее, почувствовал, что на яхте что-то изменилось. Вроде все вещи на местах, люди те же и выполняют привычную работу… Хотя, нет. Не привычную. С некоторым удивлением он обнаружил, что у кухонного комбайна суетятся двое – доктор Эшли и Тамара. И док терпеливо тычет пальцем в кнопки, объясняя девушке, каковы у комбайна режимы. Тамара переспрашивала старательно, но из-за пробелов в языке многого не понимала.

- О, капитан! – обрадовался корабельный врач. – Наконец-то хоть кто-то! Вы бы могли объяснить Тамме, - так Эшли сократил для себя ее имя, - что делать? А то она пока еще… не понимает… Ну, или свяжитесь с Костой, чтобы это сделал он. А то как-то…

Ну, уж нет! Косте он не доверяет! Нет, стрелок ни разу не дал повода усомниться в своей честности и преданности. Просто Тамара и он… он и Тамара… они и так работают вместе. Вчера часов шесть оба стрелка с небольшими перерывами учили девушку работать с орудиями – наводить на цель, заряжать, высчитывать расстояние, ухаживать за пушками. Она даже самостоятельно подбила два метеорита, о чем долго взахлеб рассказывала за ужином. Возня с двигателем, к которой пытались было привлечь ее Томас и Ли, не увлекала ее с такой энергией. Понажимать на кнопки и подвигать тумблеры она еще могла, но вот перебирать отдельные запчасти ей было скучно. То есть, девушка вяло покопалась в россыпи мелких деталек, попыталась сама собрать несколько цепочек, но дальше этого дело не пошло. Максимум, на что ее хватило – это подавать инструменты, да и то иногда ошибалась. Не было интересно ей и часами сидеть, слушая «белый шум» космоса и ловя звуки, хотя это была вторая обязанность стрелков – пока один на вахте отслеживает метеориты, другой дублирует связиста. На «Бабочке» восемь человек постоянно дублировали друг друга, и Тамара почему-то все чаще воспринималась ими как еще одна пара рабочих рук, а не как… м-м… тело для сексуальных услуг. Работы много, развлекаться особенно некогда. Вот, например, сейчас. Что она делает в кают-компании вместо…

- А где Томас? Кажется, сегодня его очередь дежурить по кухне?

- Он там, внизу, - объяснил Эшли. – Что-то в двигателях барахлит. То ли заедает что-то, то ли, наоборот… Просил подменить.

Юлий уже открыл рот, чтобы возмутиться – с каких это пор команда за его спиной решает мелкие производственные вопросы? – но тут док добавил:

- Он сказал, что с вами согласовано…

Юлий нахмурился, припоминая. Кажется, ночью что-то было. Ну да, вот входящий вызов на комме. От Томаса. Он тут же связался с энергетиком.

- Да космос знает, что тут творится, - тот на видеосвязь не выходил, ограничился голосовым сообщением. – Энергия где-то теряется. В конечную точку подается почти на четверть меньше, чем выходит.

- И с чем это может быть связано?

- Да не ясно пока ж ничего! То ли в цепи что-то разладилось, то ли пробой. Мы с Ли пока тестируем. Но перебирать мотор в работе – это… сам знаешь.

Юлий знал, но предпочел загнать воспоминание подальше в подсознание.

- До обеда управитесь?

- А космос его знает. Тут такое дело… ладно, капитан. Если что найдем, сразу сообщим.

Юлий дал добро и разорвал связь. Ничего особенного, обычная бытовая проблема. За два года дрейфа в глубоком космосе, когда «Бабочка» залегла на дно, прячась ото всех, такие ситуации случались несколько раз. И всегда Томас и Ли ухитрялись как-то устранять повреждения. Справятся и на этот раз. Юлий понял, что ему спросонья показалось странным – ровный гул двигателей, к которому привыкаешь уже на вторые сутки полета и перестаешь воспринимать как шум. Сейчас он изменил тональность на более высокую, да и не был таким ровным. Иногда в нем чувствовались перепады. Ну да, это ж ребята работают. Меняют подачу энергии, что-то отключают или заменяют отдельные детали. Можно перестать беспокоиться и начать жить.

- Ладно, док, свободен, - он подошел к кухонному комбайну. – Я сам все объясню Тамаре.

Поманил девушку пальцем и стал с нуля рассказывать, куда закладывать пищевые концентраты и какой режим задавать для каждого вида. Полуфабрикаты, например, можно либо разогреть, либо довести до готовности. А концентраты – сперва развести водой, а потом отварить либо прокипятить. Объясняя, он перешел с интерлингвы на родной язык, и Тамара понимала его буквально с полуслова.

Но уже за завтраком настроение не улучшилось, скорее, наоборот.

Во-первых, ни Ли, ни Томас машинное отделение так и не покинули, и за столом было два свободных места. Обычно ремонт так надолго не затягивался. Юлий засек время – если считать с ночного вызова, парни трудились уже почти шесть часов. И ровным гул двигателей сейчас бы не назвал никто. Звук постепенно нарастал, одновременно истончаясь и приближаясь к визгу. Казалось, машина протестует против того, что люди делают с ее внутренностями.

- А это нормально? – обеспокоенно спросила Тамара под конец, после завтрака сервируя стол для чаепития. Традиции пить после основного приема пищи еще какую-то жидкость, заедая ее сухарями с намазанным на них сгущенным подсластителем, на «Бабочке» не существовало, и все взирали на девушку с недоумением.

- Нет, обычно мы такого не делаем, - за всех ответил Юлий, глядя на пластиковый стаканчик, поставленный перед ним. – Мы после завтрака сразу отправляемся на вахту…

- Я про это, - девушка ткнула пальцем в потолок. – Этот звук…

- Не обращай внимания. Обычный ремонт.

- Это надолго?

- Не знаю. Мы не спрашиваем, чтобы не сглазить.

- Ага, - Тамара повернулась к комбайну, снова стала нажимать на кнопки. – И пока не починят, они не придут?

- Нет.

- Тогда, - комбайн звонко щелкнул, завершая работу, - надо их покормить.

Остававшиеся в кают-компании люди – остались все, частично потому, что срочных дел не было ни у кого, частично из любопытства – переглянулись.

- Покормить?

- Ну, да, - девушка достала из недр комбайна два разогретых контейнера, стала перекладывать завтрак в тарелки. – Они же там без завтрака… голодные… Я отнесу?

- Это может быть неудобно… и опасно, - покачал головой Юлий, имея в виду что опасно соваться под руку к работающим людям по такой ерунде, как плановая кормежка. Есть же дела поважнее. Спасение корабля, например! Но Коста уже вскочил, помогая Тамаре:

- Я провожу.

Вот демон! Скандалить с подчиненным на глазах у всех не стоило. Во-первых, это роняет авторитет капитана, во-вторых, ставит Тамару в неловкое положение, заставляя девушку и остальных думать о том, чего нет. Да и что будет, если он победит в споре? Не дело капитану самолично разносить подчиненным забытый завтрак.

- Потом доложите, как там дела, - отмахнулся он и повернулся к остальным: - Рекс – на связь, Микаэл – проверить припасы. Джек, мы с тобой посидим за пультом. Док…пока ничего. Или… нет, проверь, есть ли у нас стимуляторы и в каком состоянии!

Все разошлись. Входя в рубку и усаживаясь в кресло, Юлий поймал себя на мысли, что прислушивается к шуму мотора. Что-то в нем было не так. Он звучал как-то странно, слишком высоко. Был бы человек, можно было сказать «срывался на визг».

«На пределе работает!» - подумал он. Такого не было ни разу.

Рядом кашлянул Джек. Поймав взгляд пилота, Юлий понял, что он тоже прислушивается к стону двигателей. Взгляды их встретились.

«Все будет хорошо!» - захотел сказать Юлий и не успел.

Движок взвизгнул последний раз. Это был визг сорвавшейся циркулярной пилы. Потом он пару раз как-то странно бухнул, побулькал и наступила тишина.

- Мама…

Секунда. Другая.

Гнусавый звонок аварийной системы заставил капитана и пилота подпрыгнуть в креслах. На пульте одна за другой вспыхивали алые лампочки тревоги. Аварийная система тихо завывала в глубине.

Где-то послышались голоса, топот ног, грохот роняемых или отодвигаемых предметов. С натужным скрипом отошла дверь в рубку. Внутрь боком, чуть ли не застряв, сунулся Рекс.

- Что происходит? Вы в курсе?

- С двигателем что-то, - Юлий встал, подержался за подлокотники. Нет, кажется, сила тяжести еще не пропала. – Переводите яхту на ручное управление, а я схожу, проверю, что там!

Ему удалось добраться до двери и выбраться в коридор, несмотря на то, что дверь так и не открылась полностью. Ее заклинило примерно посередине. Не в лучшем состоянии были и другие двери. Почти вся автоматика на корабле работала от двигателей, и если они остановились, точно также должна выйти из строя и практически вся техника. Ну, кроме некоторых приборов с альтернативным источником питания и энергии. Нет, есть, конечно, резервные генераторы и маневренные движки, но они способны лишь поддерживать на корабле какую-то видимость жизни.

Тишина давила на уши. Вынырнувший со стрелковой палубы Микаэл окликнул его – он только отмахнулся. Что-то крикнул доктор Эшли – Юлий проигнорировал его слова.

Кое-какая аппаратура уже отказала – в коридоре погасло все освещение, кроме аварийных ламп, так что пришлось пробираться наощупь. Ослабла сила тяжести – осталось что-то около трети привычной, так что шаги получались длинные и неестественно высокие. Приходилось себя контролировать, чтобы удержать равновесие. Прекратила шуршать система воздуховода. Это последнее было хуже всего. Если отключится регенерация воздуха, то они продержатся тут максимум трое суток. Из них последние будут кошмаром почище знаменитых газовых камер. «Бабочка»была слишком мала…

В машинном отделении дверь была плотно закрыта, и Юлий несколько раз от души грохнул по створке кулаком:

- Эй! Вы там живы? Отзовитесь?

Внутри послышался какой-то шорох. Потом заколотили в ответ. Голос Тамары звучал приглушенно:

- Капитан? У нас… э-э…не знаю…

«Не плачет и не требует вытащить ее наружу, - машинально констатировал он. – Уже хорошо!»

- Все в порядке?

- Нет. Тут… произошло…

- Авария?

- Да. Авария.

- Позови кого-нибудь… Томаса или Ли…

- Не могу. Они… работают.

- Живы?

- Да.

- Пусть выйдут со мной на связь. Срочно. Это капитан!

- Ага. Я попробую…

Прошло несколько минут прежде, чем дверь со скрипом и скрежетом отъехала в сторону. На пороге возникли Тамара и мрачно насупленный Ли.

- А где Коста? – Юлий вспомнил, что с девушкой был стрелок.

- Там. Помогает, - буркнул механик.

- Что у нас случилось?

- Реактор накрылся, капитана-сан. Сейчас разбираемся, что конкретно полетело.

- Это серьезно?

Механик только кивнул.

- Но ведь можно что-нибудь сделать?

Ли пожал плечами:

- Мы постараемся как можно скорее опеределить пиричину поломки, но… насчет осатального, - он выразительно покачал головой. – Я не знаю.

- Надо узнать. Надо… Вам помощь нужна? Подержать что-нибудь или…

- Потом. Позже. Я скажу. А теперь извини, капитана-сан, мне пора, однако! – развернулся и направился прочь, ныряя в полутемный проем между двумя мощными генераторами. В машинном отделении тоже было темно, оставалось лишь аварийное освещение, и где-то в глубине сиял переносной фонарь. Оттуда доносились шорохи, скрип, лязг металла, негромкие голоса и скрежет.

Юлий развернулся, чтобы двигаться в сторону рубки, но заметил, что в коридоре уже собрались все, кроме Джека.

- Вы все слышали? – спросил он. – Тогда должны понимать, что положение серьезное. Поломка двигателя – это…

Он махнул рукой. Какой смысл в словах утешения? Двигатель – сердце корабля, как пульт управления – его мозг. Без мозга «тело» еще способно какое-то время двигаться, и были случаи, когда пилоты на ручном управлении ухитрялись посадить корабли с отказавшей автоматикой. Но без сердца «тело» мертво. Нет, еще можно запустить маневровые двигатели, но их мощности хватит только на то, чтобы удержать корабль в определенном положении. Сколько раз бывало, когда они для дела ненадолго вырубали двигатели – когда разыгрывали спектакль под названием «Пострадавший корабль просит о помощи». И вот теперь… Что называется, доигрались.

- Но ведь мы выживем? – прозвучал голос Тамары. Девушка смотрела на него так, что Юлий внезапно почувствовал себя не просто капитаном, но и защитником. Такого с ним раньше не было. Другом он был, начальником – тоже, подчиненным – недолго, но пришлось, как и личным врагом. Но вот чтобы так… И как же не вовремя! Сейчас надо спасать корабль и ситуацию, а не разбираться в своем подсознании.

- Мы? Разумеется, - отмахнулся он. – Верно, ребята? Мы столько раз это проделывали… разом больше, разом меньше…

По выражению некоторых лиц он понял, что не все разделяют его оптимизм, но парни закивали головами так энергично и так заулыбались, что он понял – остальные тоже разделяют его чувства и стараются их скрывать. И, кажется, уловка сработала – Тамара тоже улыбнулась. Не так широко, но более естественно.

- Конечно. Мы же пираты… то есть, вы пираты. И мы… то есть, вы…

- Мы сейчас же займемся делами, - потер руки Юлий. Главное – дать людям работу. Хотя бы на некоторое время. От безделья в голову иногда лезут совсем не подходящие мысли.

Несколько минут спустя команда разбрелась по рабочим местам. Микаэл и Тамара отправились на стрелковую палубу – девушке надо было практиковаться в стрельбе по метеоритам, поскольку после отключения основного двигателя работавший от того же источника защитный экран ожидаемо отключился. А это значит, что угроза столкновения многократно возросла. Тем более что второй стрелок был ранен и, хотя мог самостоятельно передвигаться по кораблю, в случае внештатной ситуации вся тяжесть работы ляжет именно на девушку. Джек вернулся к пульту – основной двигатель не работал, но оставались оба маневренных. Конечно, они – как пара весел для парусника, на них далеко не уплывешь, то есть, не улетишь, но, по крайней мере, можно немного подползти поближе к основным трассам. Рекса Юлий усадил за пульт дальней связи – отслеживать, не появился ли кто-нибудь в пределах слышимости. Эшли, само собой, должен был проверить и перепроверить еще раз состояние всех контейнеров с грузом.

Себе он оставил проверку всех систем. Топливные реакторы были полны – в смысле, топлива должно было хватить минимум на тридцать восемь часов полета, то есть, с запасом, ведь до цели оставалось меньше двадцати четырех часов. Без аварии, разумеется. Зарядники, правда, показывали низкий заряд – один был полон только на треть, второй – на двадцать процентов, но опять-таки для посадки любой степени жесткости этого должно хватить. В крайнем случае, можно сесть и с «сухими» зарядниками, было бы, куда. Но при отключенных двигателях топливо – и получаемая из него энергия – оказывались для экипажа недоступны. Ибо система очистки и регенерации воздуха, поддержание теплообмена и жизнеобеспечения работала от двигателей же. Можно, конечно, перекинуть часть цепей на маневренные, но те и так маломощные. А с дополнительной нагрузкой сгорят раньше срока.

Значит, как ни прискорбно, придется ввести режим жесткой экономии. Несколько аккумуляторов, таскаемые на всякий случай, отложим на потом. А пока… пока отключить все лишние бытовые приборы. Снизить освещенность, уменьшить теплообмен, да и респираторы могут помочь продержаться лишние несколько часов.

Два часа спустя Юлий устроил экстренное совещание. Собрались у входа в машинное отделение. Отсутствовали только Тамара – девушку усадили в стрелковое кресло не только потому, что доверяли, сколько потому, что Юлий не хотел, чтоб она услышала кое-что лишнее. Из машинного делегатом на сей раз был Томас – Ли и Коста оставались внутри. Второй стрелок так и вписался в их команду как помощник.

- Итак, - открыл короткое совещание Юлий, - нет смысла подробно описывать положение, в которое мы угодили, но все-таки… Что скажешь, Томас? Есть, чем порадовать?

- Да особенно нечем, - энергетик рассматривал свои ладони. – Усталость металла, капитан. Мы вроде как нашли проблему, но… в космосе ее не решишь. Там кое-какие детали просто износились. Прокладки – в ветошь, переходники – одни в крошево, другие… - он махнул рукой. – У генератора оплетка истончилась. Новую надо наматывать, причем вручную, а для этого его надо вообще из гнезда извлечь.

- Ну и извлекли бы, в чем проблема? – подал голос Джек.

- Ага. Пойди, извлеки! К нему снаружи надо подбираться. И там же выковыривать. Ты хоть себе наглядно это представляешь? Там же после этого дырища с половину тебя образуется. В вакуум!.. Короче, капитан, на месте это не починить. Нет, кое-что мы сделаем и уже делаем, но… - он махнул рукой, - без запчастей полный ремонт невозможен.

- И заменить ничем нельзя? – это спросил Эшли. – Ну, скажем, другой движок поставить…

- Откуда? Старый сначала вынуть надо. Да и если снаружи цеплять…Нет, капитан, технически это реально. Привешиваем на заду, крепим намертво… как-нибудь дотянуть можем, но…

- Но где взять исправный движок? – понимающе подсказал Юлий.

- Да, - на выдохе кивнул энергетик.

- Хм, - Юлий почувствовал, что улыбается. – Это-то как раз не проблема. Вернее, проблема, но мы-то с вами знаем, как ее решить, не так ли?

Все переглянулись.

- Что, опять в засаду?

Так они жили целых два корабельных года, семьсот двадцать дней. Даже семьсот двадцать восемь, если считать с того момента, когда их по дальней связи «порадовали» о заочно вынесенном приговоре. И все эти два года они ни разу не садились на грунт, ни разу не ремонтировали двигатели, лишь иногда ставя их на плановую проверку… как раз во время «отсидок». Но тогда, ожидая наивных глупцов, которые сунутся на помощь, привлеченные поддельным сигналом бедствия, они тестировали исправный двигатель, а сейчас…

Сейчас все было намного серьезнее. В прошлом им приходилось ждать ответа по нескольку дней, здесь же счет шел на часы. И в случае удачи бить предстояло на поражение, ибо с живого корабля двигатель не снимают. Значит, не грабеж, а убийство. Убить, чтобы выжить.

- Да.

Как ни странно, команда восприняла это спокойно. То ли прониклись важностью момента, то ли наоборот, до них пока еще не дошло, насколько все серьезно.

- Значит, засада, - Юлий старался отвлечься от посторонних мыслей. – Действуем по обычной схеме, хотя и… с изменениями. Итак, Рекс – сигнал тревоги на всех частотах. Джек – за штурвал. Маневренники у нас пока в порядке, вот и тянем поближе к основным трассам. Я просмотрю лоции и постараюсь разработать оптимальный маршрут. Микаэл, на тебе общая координатура. Эшли… разработай план экономии имеющихся средств – проверь скафандры, респираторы, стимуляторы и… все остальное. Томас, найди время и переведи корабль в режим общей экономии. Придется потерпеть жару, ребята. Система жизнеобеспечения тоже… переводится на авральный режим.

Он сделал паузу, обвел экипаж взглядом.

- Будут какие-нибудь вопросы? Уточнения? Предложения?

Томас помялся и кашлянул.

- Капитан, тут такое дело… если действительно аврал, то… может быть, груз… того… ну?

- Что?

- Того, - Томас сделал выразительный жест ребром ладони поперек горла, - отключить? Это ж сколько энергии в каждом контейнере? Там по самым скромным подсчетам, еще часов на двести энергии. Это человеку примерно на сто часов активной жизни.

- Вы предлагаете убить… их? – вытаращил глаза Эшли. – Но там же люди! Девушки! Живые девушки!

- А мы что, не люди? И мы тоже живые… пока. Но будем мертвыми, если и дальше станем сентиментальничать. Капитан, ну скажи ты ему, что я дело говорю! Надо от груза избавиться!

- Но это же деньги, - неожиданно встал на сторону доктора пилот.

- Мертвецам они не нужны, - отрезал энергетик. – Капитан?

На него смотрели во все глаза.

- Томас прав, - медленно заговорил Юлий. – И…не прав. Этот груз… он много значит для нас. Цена пары контейнеров – вернее, их содержимого – могла бы компенсировать расходы на ремонт движка. А их там двадцать…Хватило бы на все. И доктор Эшли прав – они там живые… несмотря ни на что. Не забудьте – среди них могла быть и Тамара, которая… кхм…

- Но сейчас это обуза! Мы не можем себе позволить…

- Мы не можем себе позволить погибнуть ради груза? По-твоему, не этим мы занимались столько времени – рисковали шкурами ради товара?

- Сейчас мы рискуем чужими шкурами ради своей жизни.

Томас был прав. Он капитан. Он отвечает за своих людей. Эти землянки – не его люди. Они – товар. Можно сказать, неодушевленные предметы. Да даже если и одушевленные – сколько раз ему приходилось убивать ради того, чтобы выжить? Своего первого убитого он помнит до сих пор. Тогда это была самооборона. Остальных он уничтожал просто на всякий случай. Чтобы не мешали ему жить. А эти… они даже ничего не почувствуют. Зато подключенные к контейнерам автономные блоки питания высвободят так нужную им всем энергию…

Но деньги! Каждая землянка стоит столько… Он никогда не держал в руках кредитной карты, на которой была бы такая сумма. И никогда уже держать не будет. Мертвецам деньги ни к чему.

Но деньги…

Но жизнь…

- Это, - он помялся, подбирая слова, - на крайний случай. Если не будет другого выхода… А сейчас – за работу! Живо-живо!

Дредноут «Осака» переживал не самые худшие времена. Нет, бывало, конечно, и лучше, но не всем и не всегда же должно везти. А они хорошо поработали и теперь летят хорошо отдохнуть. А заодно и немного починиться. В последнем бою их слегка потрепали возле Маяка. Так, по мелочи. Как говорится, бывало и хуже.

Сигнал тревоги связист принял уже в конце вахты, готовый сдать пост ночной смене. Сменщик, как всегда, спецом не был, и вся его работа во время ночного дежурства сводилась к тому, чтобы тщательно записывать все, что словит лидар, тревожа капитана лишь в крайнем случае. Как сигнал бедствия, например.

- Кэп, у нас тут тревога! – окликнул связист капитана, который, как и положено начальству, собирался покинуть рубку последним, после того, как убедится, что ночная смена заняла свои места.

- Что еще?

- Сигнал бедствия!

Капитан Леошидес вздохнул:

- Координаты?

- Тут рядом.

- Лугано, - окликнул капитан навигатора, - прикинь нашу трассу до этой точки… Раман, поделись данными!

Навигатор без слов вернулся к пульту, заново подключаясь к системе. Сигнал бедствия – это серьезно. Никто не имеет права не ответить на призыв о помощи, тем более в глубоком космосе. Да, иногда это было ловушкой – пираты порой притворялись потерпевшими крушение, а стоило доверчивым доброхотам откликнуться на отчаянный сигнал «мэйдей», как их атаковали из-за угла, так что порой помощь требовалась уже спасателям. Иногда их даже находили и лишь по записям на «черном ящике» узнавали, что случилось с судном. Два года назад таких случаев было намного больше, но после того, как некий зарвавшийся тип совсем «края потерял» и начал нападать на своих, подобную практику кое-где запретили, а самому активисту настоятельно посоветовали сдохнуть самому. Капитан Леошидес знал об этой истории из вторых-третьих рук – он тогда работал в другом рукаве Галактики и имел свое мнение относительно таких «падальщиков».

Что, тем не менее, не помешало ему мгновенно принять решение.

- Лугано, как там с трассой?

- Доделываю. Расчетное время – примерно тридцать шесть часов лета… с учетом наличия двух подходящих «лазов».

- Тогда доложишь, как только будет готова трасса.

- Есть.

Прошло еще несколько минут, и от навигатора было получено новое сообщение. Трасса была готова. Лугано проложил ее аккурат до точки аварии, отклонившись всего на пару-тройку километров, то есть, по космическим меркам, буквально на голову пострадавшим. Капитан Леошидес уже хотел было отчитать подчиненного, но посмотрел на карту с местом аварии и передумал. Лугано копался так долго потому, что потерпевший бедствие катерок на самом деле не стоял на месте, а перемещался в пространстве. Медленно, но верно. И за тридцать шесть часов пути как раз должен был оказаться на безопасном расстоянии.

- Хорошо. Раман, передай сигнал «Идем на помощь!» - распорядился капитан. – Всем постам. Получен сигнал бедствия. Идем в точку встречи. Полный вперед!

Ярмарка-2 была самой обычной торговой планетой, открытой для всех без различия видовой и расовой принадлежности. Здесь даже таможня существовала чисто номинально – просто отметься у диспетчера и садись, где он укажет. Ни взносов, ни заполнения деклараций – максимум налоги. Без этого тебя просто-напросто не выпустят на обратном пути. Просто и безыскусно расстреляют на взлете, оставив твои обломки мотаться на орбите в назидание остальным. Действенный метод, надо признать!

«Комета» зашла на посадку спокойно. Пол просто велел Тикки сбросить диспетчеру стандартный пакет файлов – копии анкет всех членов экипажа плюс запрос на посредническую деятельность – и дальше все пошло как по маслу. И вопросы, которые диспетчер задавал по анкете, тоже была стандартные.

- Так у вас назначена встреча? – молодой, если судить по темной, без пятен, окраске, змеелюд даже не смотрел на экран, больше внимания уделяя своему пульту, чем людям. На интерлингве он говорил чисто, как любой, кто вырос в интернациональном мире.

- Да.

- Деловая или личная?

- По личному делу.

- Так… И сколько времени вы намерены пробыть на нашей планете?

- Это зависит от того, прибыл ли на место наш… компаньон.

- Желаете сделать официальный запрос в центральную диспетчерскую службу?

Пол почему-то задержал дыхание, как перед прыжком в бездну.

- Желаем.

- Тогда переключаю вас на службу информационной поддержки.

Картинка почти не поменялась. Опять пульт, опять змеелюд. Только, если присмотреться, можно было заметить другой оттенок шкуры и проступающие по бокам плоской головы пятна и полосы – этот был немного старше.

- Вы желаете обратиться за информацией? – безличным машинным тоном осведомился он через переводчика.

- Да. Нам нужно найти… один корабль и его владельца.

- Номер, марка, название судна известны?

Пол облизал внезапно пересохшие губы.

- Да. Прогулочная яхта класса «Бабочка-люкс». Номерной знак АЯ-14/37. Название «Бабочка». Владелец – Юлий Холодов, прозвище «Холодильник», - выдавил он.

Повисла пауза, во время которой Пол дважды успел обругать себя тупорылым кретином и три раза – недоразвитым уродом. Ну, не может такого быть, чтобы на всемирно известной торговой планете никто ничего не слышал про этого падальщика! Правда, два года назад Пол тоже был немного не в курсе, но какие-то слухи до него долетали. А в свете последних событий…

- Запрос принят. Идет обработка информации, - огорошил его змеелюд. – Текущее время ожидания – двести двадцать стандартных часов.

- Сколько?

- Двести двадцать стандартных часов, - невозмутимо повторил змеелюд. – Недостаточно данных, большое количество параллельных запросов. Линия перегружена.

С одной стороны, что такое двести двадцать часов для глубокого космоса, где время меряется не сотнями, а тысячами часов? Но с другой стороны, на планете за тот же срок можно натворить столько дел… Если «Бабочка» уже в порту, ушлый «Холодильник» за это время успеет провернуть все дела, и Полу радостно сообщат: «Поступила информация – интересующий вас объект три часа тому назад покинул Ярмарку!» И тогда они пропали.

- Послушайте, - Пол скривился, уловив в своем голосе заискивающие нотки, - а нельзя как-то… ну… ускориться?

- Можно, - кивнул змеелюд. – Ввести дополнительную информацию. Вы таковой располагаете?

- Да, - кивнул Пол. – Эта «Бабочка» прибыла из системы Алеэйи. Предыдущее место пребывания - Хрлим-гснаа, известная также как Гарлем.

- У него на борту ценный груз, - внезапно вылезла вперед Лиана. – Так что он будет искать покупателей на свой товар… принадлежащий нам!

Пол с неудовольствием покосился на девушку, но взял себя в руки и дополнил информацию.

- Принято, - ответил змеелюд. – Расчетное время ожидания ответа может быть сокращено до… - он пощелкал кнопками, - до ста семнадцати стандартных часов.

Что ж. Пол откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Это уже лучше. Это вселяет надежду. Будем ждать.