Трон галактики будет моим! Книга 10 — Мёртвая рука

Глава 1. Самая отвратительная партия из возможных

Первая книга цикла — https://author.today/reader/441009

Мы с нашим штурмовым отрядом переступили обломки взорванной бронеплиты бункерного портала и вошли в верхний уровень. Прикрываемые вновь прибывшими резервами, вдоль стены, к затаившемуся в конце туннеля великокняжескому челноку.

Я увидел, как из челнока вышли двое. Смуглая женщина средних лет, в дорогой одежде, с красивым, но очень, очень уставшим и обпеспокоенным лицом.

И ребёнок. Мальчик восьми-десяти лет. В чёрной тунике. Он встал между мной и женщиной, смело заслоняя её, а в его руке был короткий клинок.

— Только попробуй тронуть её! — заявил он.

Мне. Он, ребёнок вдвое меньше меня ростом — заявил!

Я уже готов был добродушно улыбнуться и рассмеяться такой отваге и смелости. Но следом он выставил руку вперёл, и мне в лицо полетела ударная волна, откинувшая меня вместе с Вовой, шедшим впереди, на целых метров пять!

А затем он с криком помчался на меня, занеся меч над головой!

Штурмовая лопатка, «оружие номер ноль», как-то сама прыгнула мне в руки. Не поднимясь, я поймал углом, где сочленяются лопатка и рукоять, гарду его клинка и отбросил клинок в сторону.

— Пощадите! Пощадите его! Он всего лишь ребёнок! — орала мать.

Очевидно, что она была его матерью. Очевидно, что он — сын. Но чей ещё он сын?

И моя догадка оказалась верна. Профиль Внутреннего Экрана у него был демонстративно открыт, и я на миг, отбиваясь от его неумелых техник, прочитал:

Елизар Елисеевич Лисовский

9 лет

Ранг в иерархии наследования: 959

Так вот он, голубчик. Бастард, внук бастарда. И у матери такая же фамилия. Сын от дальней родственницы со стороны невысокородной бабушки, насколько я понимаю в местных фамилиях.

Теперь понятно, чего сам великий князь Елисей так жестоко обороняется. Защищает отпрыска?

Или же — нет, ситуацию следовало воспринимать несколько по-другому? Они — не те, кого охраняют, а такие же заложники, такой же рубеж обороны драгоценной тушки великого князя?

— Дайте, господин учитель! — кричала где-то сзади Иоланта. — Дайте мне его вызвать на поединок!

Отчасти это даже могло быть разумно. По феодальным законом высокого дворянского общества эпохи Пантеона таковых при смене власти полагалось уничтожать сразу же.

Но это при случае, если мы прямо-таки серьёзно метим в великокняжеское кресло. Меня же интересовало нечто большее. Трон Галактики.

И хоть я понимал, что это вполне логичная траектория — через трон Великого Княжества, а затем через рокош самому императору — всё ещё надеялся, что удастся перескочить и обойдётся как-нибудь и без этого, без разного рода детоубийств. Без меня как-нибудь разберутся, в общем, найдут толкового Великого Князя. Вон же, Иннокентий Неронов с Орхидеи вполне себе мужает и крепнет, и скоро нашей солнечной системой будет неплохо управлять. И пусть здесь будет примерно также, а я пойду несколько выше.

Примерно так я решил тогда.

Поэтому, в очередной раз откинув от себя рвущегося в бой ребёнка, ещё раз кинувшего в нас ударную волну, приказал.

— Заканчивай! Бегом в челнок, и сваливайте нахрен с планеты. Пока я не передумал.

— Спасибо, спасибо, спасибо! — заверещала женщина, с трудом утаскивая упирающегося сына в шлюз челнока.

— Всем кораблям и десантным группам. Пропустить челнок с указанными реквизитами, — сообщил я. — Сопроводите до орбиты и позвольте покинуть планету.

Мы расступились, позволяя челноку пролететь по тоннелю. И на месте, где стоял челнок, обнаружилась платформа лифта.

А мне тем временем пришло сообщение:

«Получено согласие на ранговый поединок от Елисея Владимировича Леонова-Лисовского, 444 уровень»

Выходит, понял, что наш проход к сердцу бункера открыт.

— Зачем вы это сделали, господин учитель?! — с негодованием вопросила Иоланта. — Зачем вы их отпустили? Их обоих надо было прикончить! Сразу же! Они же из его клана! И в челноке наверняка были ещё другие родственники!

— Надо было, — кивнул я. — Просто, знаешь ли, не имею привычки убивать детей. Один раз не прикончил одну упрямую эрцгерцогиню, и после — тем более не очень хочется.

— Тогда... тогда вы могли бы делегировать это мне!

— Дорогая моя ученица, — вздохнул я и перешёл на заговорнический шёпот. — Даже если отбросить все нравственные аспекты — ты не подумала о том, что здесь везде могут быть камеры, транслирующие на всю планету наши действия? И не подумала о том, что от меня прямо-таки ожидали именно такого решения, которое ты озвучила?

Иоланта мгновенно заткнулась, насупилась. Попыталась возразить:

— Но ведь Андрон же… Он же всё обезвредил? Всё отключил?

— Ты уверена, что он может обезвредить изолированных малозаметных дронов-репортёров? — вопросил я. — Занимаясь царедворческими манипуляциями всегда следует портить о такой мелочи, как кибер-папарацци.

— О, нет, об этом я не подумал, — послышался голос Андрона. — Да и не успел бы их найти, признаюсь.

Он тем временем уже бодро вышагивал в своём основном туловище по туннелю, как будто ничего и не было. Видимо, червь-трансформер приполз обратно ему в черепушку.

— Лифт работает? — сразу спросил я.

— Да, я не трогал его энергосистему. Но она управляется с нижних уровней, запустить его я не смогу.

Я кивнул.

— Ничего, мне кажется, нас пропустят. Согласие на поединок получено. Ну, что, дальше мы идём вчетвером, — сообщил я и обратился к Эльзе. — Проводи Иоланту к челнокам, эвакуируйтесь.

— Куда мы вас бросим, господин адмирал?! Там же опасно! — возразила Эльза.

— Вот именно поэтому: потому, что опасно.

— Учитель! Ведь всё так классно начиналось! Разрушения, убийства, резня боевых сервов!

— Для вас всё закончилось, дорогие мои. Не сочтите это за ущемление прав и свобод прекрасных воительниц самоубиваться в неизведанных бункерах, но дальше пойдём мы вчетвером, нашим тесным мужским коллективом. Вы обе отлично помогли, с вас хватит. Это моё решение и мой приказ.

Приказ был выполнен.

Мы же встали вчетвером на платформу, идущую в неизведанные глубины бункера. Голографический интерфейс тут же показался перед нами. Десяток уровней, и курсор уже был установлен на предпоследнем, «Жилая зона».

— Ну, что, парни, да соблаговолят нам Творцы, что называется.

И нажал спуск. На всякий случай я поставил кокон, ожидая подвоха — хотя и он бы не особо спас. Во время спуска нас могли уничтожить десятком способов разной степени изощрённости, и, по сути, единственной моей гарантией были остатки дворянской чести моего визави и принятое согласие о ранговом поединке.

Судя по всему, он полагал, что легко победит меня.

Ехали мы долго, хоть и скорость была приличная. В ушах закладывало от перепада давления, а узкая шахта лифта сверху с бледным просветом становилась всё меньше и меньше.

В какой-то из моментов, когда проём наверху окончательно превратился в точку, лифт остановился. Все мы напряглись, полагая, что будет какой-то подвох.

— Шесть с половиной километров, — сообщил Андрон.

Внизу что-то заскрипело и затрещало, и платформа снова пришла в движение, а над нами, практически прямо над макушкой у Макса, створ лифтовой шахты перекрыла здоровенная бетонная плита, свалившаяся вниз из бокового углубления.

И следом имплант выдал предупредление:

«Внимание! Потеря сигнала с системой. Режим автономной работы»

Последний раз нечто подобное было, пожалуй, при моём посещении Гуля и Упыря, только само сообщение я не запомнил — потому что окончательно в себя после Тёмного Пойла пришёл сильно позже.

— Ловушка? — пробормотал Вова.

— Наверняка! Даже если так — пути назад нет.

А ниже было ещё примерно полкилометра пути, и только после пошли уровни. Промелькнул продовольственный, с уходящими далеко и глубоко оранжереями, ниже — транспортный, с десятком челноков и глайдеров, затем уровень, наглухо занятый стоящими неподвижно сервами. И ещё штук пять непонятного назначения, с разного рода техникой.

И только после платформа остановилась. Мы увидели приглушённый свет, небольшой зал, оформленный в лучших традициях ранних веков Первой Империи. Зигзагообразный красно-чёрный орнамент на полу, высокий потолок, гобелены вдоль стен, и большие деревянные резные врата. Мне только тогда подумалось, что вряд ли такой бункер построила династия Лисовских. Это точно что-то очень старое, даже древнее.

В зале стоял серв. Высший серв, примерно той же модели, что и Децимус, только в ядовито-красной униформе.

— Присаживайтесь на диваны, господа, вас пригласят, — сообщил он спокойным, даже миролюбивым тоном. — Я могу предложить вам напитки?

— Конечно же! Мне, пожалуйста, безкофеиновый раф с овсяным молоком, моему оруженосцу сбитень из крыжовника, а Максу, да, вот этому здоровяку — облепиховый смуззи. — съязвил я.

— Это очень редкие напитки, — покачал головой высший серв. — Но я постараюсь что-либо сделать… Или вы иронизируете?

Как же они похожи с Октавией, подумалось мне. Всё так же не сразу выкупают мою иронию.

— Конечно иронизирую! Вы серьёзно, уважаемый серв, напитки? Вы же наверняка в курсе, что мы прибыли на ранговый поединок.

Тем не менее, на диванчики, расставленные уголком у входа, мы всё-таки сели. Диванчик, на который взгромозился Макс в полной амуниции, тут же предательски затрещал.

— Я в курсе, — кивнул серв. — И осведомлен о том, кто вы такой, и какой властью наделены. Я понимаю, что мой хозяин может быть через некоторое время погибнуть. Тем не менее, я хочу соблюсти некоторый политес и торжественность момента.

— Так я ему и поверил, — усмехнулся Вова. — Травануть нас хочет!

— Точно, — кивнул Макс.

А Андрон промолчал. Признаться, такая мысль меня тоже посетила. Это было бы весьма логичным.

— Обойдёмся, — объявил я наше коллегиальное решение. — Мне очень хочется попросить вас не задерживать мероприятие, уважаемый серв.

На самом деле, уже после я понял, что это была достаточно неплохая уловка. Снизить градус напряжения. Позволить нам всем расслабиться, переключиться на уважительный и торжественный тон беседы… Потому что пока я спускался на лифте — я копил злобу, и всё ещё хотел рвать и метать, разнести тут всё к чертям.

А тут — предлагают напитки, как же мило! И сразу путь к тёмной стороне кажется уже чем-то неправильным.

Серв кивнул, несколько огорчённо мотнув головой, не то из-за отказа принять напитки, не то из-за того, что теперь следовало за нашим диалогом. И затем резные врата отворились.

— Я готов, — послышался голос Елисея Владимировича. — Проходите, Александр Игнатьевич.

Колонный зал явно предназначался когда-то для торжественных приёмов. Красивая резная мозаика по стенам, изображавшая не то античные сюжеты, не то времена раннего космизма.

Великий князь сидел по центру пустого зала. Без брони, в простой одежде, которую можно было назвать повседневной или спортивной.

Я ещё раз подумал, что он похож на меня, этот дальний генетический родственник. На вид он был абсолютно спокоен. Уверен в себе. А перед дним стоял шахматный столик с расставленными фигурами.

— Что это?! — воскликнул Вова, тут же встав в защитную позицию.

И Макс тут же последовал его примеру.

— Это шахматы, Вова, успокойся. Древняя игра. Но вопрос «что это?» мне тоже хочется задать. Вернее, зачем?

— Во-первых, я попрошу удалиться из зала двоих из трёх ваших спутников, - тихо сказал Великий Князь. - Секундант должен быть один. Тридецемус будет от меня. Кто будет вашим секундантом? Ваш оруженосец?

Вова вышел вперёд.

— Так точно.

— Владыка, — тихо сказал Андрон. — Разумнее оставить здесь Макса… Как наиболее выносливого… На всякий случай…

— Вы мне не доверяете? — повысил голос Лисовский-Леонов. — Ваш секундант тоже практик. Я позволил ему остаться с вами только потому, что его и ваш суммарный уровень меньше моего… Ведь так, Александр Игнатьевич?

— Пожалуй, вы правы, — я кивнул. — Пусть останется Владимир. Благодарю вас за такое благоразумие и радушие. Посидите пока что в первом зале. Кто-то должен сторожить лифтовую платформу.

— И тут — не доверяете… — как будто бы разочарованно сказал Великий Князь.

— Я надеюсь, что в случае моей победы мы бесприпятственно покинем бункер?

Вопрос был риторическим. Я был почти уверен, что нет — просто так мы его точно не покинем.

— Да, конечно, — расплылся в улыбке великий князь. — Вы же выпустили моих… родственников? Спасибо вам за это. Честно. Спасибо.

Искренно это он сказал, или нет, я разбираться не стал. Кивнул спутникам, и Макс с Андроном покинули зал. Я присел за шахматный столик напротив Великого Князя, а высший серв Тридецимус и Вова встали по двум сторонам от стола.

— Ещё раз — к чему здесь шахматы? Вы же не предлагаете…

— Предлагаю, Александр Игнатьевич, предлагаю. Вы уже выбрали и время, и место. Позвольте мне выбрать оружие. Древняя игра, которая очень слабо распространена в этой части галактики. Последние шахматные гроссмейстеры в нашем Великом Княжестве умерли ещё до пришествия Орды, остались лишь в дальних краях вроде Сура и Астериазиса. А вы, насколько я могу предположить, исходя из вашей биографии, весьма хорошо изучили эту игру. Как и я. Сыграем?

Внутренний экран спросил меня:

Согласиться на выбор оружия: поединок в шахматы?

Я выбрал «Согласиться».

На самом деле, я играл во времена Пантеона в шахматы. Но играл из рук вон плохо. А учитывая наличие в зале Тридецимуса — пространства для мухлежа, подсказок с использованием искусственного интеллекта — у противника оставалось более чем достаточно. Допускаю, что даже Внутренний Экран при желании можно как-либо перепрошить, чтобы он был обучен этой древней игре и подсказывал лучшие ходы.

Но я согласился. Мне это показалось более чем забавным — победить не оружием или Энергией Большого Взрыва, а вот так вот странно, мозгами и внимательностью.

— Итак, необходимо выбрать, кто каким цветом будет играть, — сообщил великий князь, забирая две пешки с доски и «перемешивая» их у себя за спиной. — Левая или правая рука?

— Правая, — кивнул я.

Мне выпало играть чёрными. Мой противник сделал свой первый ход — классические Е2 — Е4.

— Кто вас обучал? — спросил я.

— Меня обучал мой отец, — сообщил он. — Ещё когда я был совсем юным. Вы же знаете? Он был бастардом младшего брата императора. Для того, чтобы добиться права носить фамилию императора — требовалось найти ключи к благосклонности Его Величества. Развиваться как можно более многогранно, изучать древние науки… Ну, вам ли не знать? Ваша ветвь рода тоже получила императорскую фамилию с большим трудом, я изучал вашу биографию и генеалогию.

Я краем глаза взглянул на Вову. Похоже, он ещё не отдуплял, о чём речь. Похоже, ещё до дошло.

Я решил играть дерзко и неаккуратно и сразу атаковал пешкой на E5. Внешне, конечно, я был спокоен, но внутри меня всё ещё кипело от злости. Великий князь дёрнул бровью и тут же съел мою пешку.

В ответ я двинул следующую на D6 и спросил.

— Вы всегда изучаете генеалогию и биографию своих врагов?

— О, разумеется, — кивнул великий князь. — Вы знаете, есть такая отдалённая система у нас в системе — Циркон. Её князь также был из системы наследования, он долгие годы занимался охотой на высокородных… В годах уже человек. Мы встретились здесь же, в этом же зале, буквально в этом же месте. Я назначил ему поединок на кухонных ножах. Самых коротких, знаете ли. А он согласился. Так как думал, что я не знаю, что он амбидекстер, и что одинаково ловко обращается и с левой, и правой рукой. А я знал. Я знал все его обманные приёмы. И я нашёл, как это называется?.. Ахиллесова пятка?

— Пята. Ахиллесова пята, — поправил я соперника.

— Да. Именно. За сутки, что оставались у меня перед битвой, я с трудом достал и часами отсматривал, по секундам разбирал несколько видео его ранговых поединков. Подловил его в момент, когда он ловко перекидывал нож из одной руки в другую… Вот на этом самом месте.

А затем он срубил мою пешку: E5-D6 и добавил:

— Надо же… вы отдаёте мне уже вторую пешку… Играйте аккуратнее, Алексей Игнатьевич.

Действительно. Что-то я расслабился. Дал волю эмоциям, не подумал.

Хотя, если подумать, последний ход противника был максимально-глупым. И что-то мне эта партия начинала напоминать… Только вот что? Забыл я все эти термины. Испанский гамбит, итальянская защита… Вот честно — и во времена Пантеона никогда не учил, а теперь и тем более не вспомню.

Я срубил слоном пешку соперника — F8-D6.

— И что же такого, интересно, вы раскопали обо мне, ваше сиятельство?

— Ваша биография достойна глубокого уважения. Вас не зря считают героем галактики, Александр Игнатьевич. — со вздохом ответил великий князь. — Признаться, я бы очень хотел оказаться на вашей стороне. Честно. Возможно, ещё не поздно? Возможно, ещё всё можно прекратить? Ведь вы же летели сюда пообщаться, как вы сказали. А не убивать меня.

Он пошёл развивать коня, выбрав правого: G1-F3. И чего это он задумал?

— Увы, слишком много доказательств вашей вины, — пожал я плечами и сходил пешкой на G5, прямо под прицел коня.

— Одно я не понял в вашей биографии… Как давно вы решили метить на Трон галактики? Как давно решили, что Константин Тридцатый не справляется, заставляя личностям вроде меня идти на сделку с Ордой?

— О, значит, вы признаёте свою вину? — усмехнулся я. — Признаёте, что пошли на сделку с Ордой?

— Я был и остаюсь её заложником, — словно с комком в горле отвечал великий князь. — Она всегда присутствовала здесь. Уже очень, очень давно. С первых лет вторжения. Она диктовала свои условия… Заставляла меня отдавать своих подданных.

Казалось, его голос дрогнул, и он почему-то не стал брать мою пешку. Сходил D4 пешкой, видимо, пытаясь развивать нападение слоном. Я же ответил пешкой на G4, угрожая коню.

— Хорошая попытка выставить себя жертвой обстоятельств, великий князь, — констатировал я. — Но есть кое-что, что заставляет меня усомниться в вашей честности. Понимаете, формирования гнезда Орды на соседней с нами планете произошло не вчера. И даже не в этом десятилетии. Это происходило годами. Годами! Ещё пять лет назад с Ордой на Помпаде мог расправиться флот и адмирал с куда меньшим опытом и арсеналом, чем я. И как минимум в ранние годы формирования гнезда вы не могли — вы были обязаны сообщить флоту и легионам, Второму или Третьему, о возобновившейся активности у разрушенной планеты! Ваши корабли несли дежурство на орбите Помпеи. У вас регулярно были инспекторы. Вам задавали вопросы. Оппозиция знала об этом. Но нет — вы ювелирно обходили все проверки и с хирургической точностью вырезали всех, кто кричал о присутствии Орды в системе.

Я чувствовал, что закипаю, и именно в этот момент Вова тихо сказал мне под руку:

— Александр Игнатьевич, мне показалось, что…

— Что тебе показалось? — я резко повернулся в его сторону.

— Мне показалось, что кто-то сказал «Убей его».

— Когда кажется — креститься надо, — огрызнулся я на своего ученика. — Не отвлекай. На чём мы остановились?

Великий князь увёл коня на E5, пытаясь закрыться от моего слона, который метил на диагональ шаха королю:

— На том, как давно вы решили стать оппозицией Константину. Это случилось до битвы у Первопрестольной, или во время вашего сна в Пантеоне, или после выхода из него?

Лисовский-Леонов тоже посмотрел на Вову и подмигнул.

Неужели он знает и это? Знает и о том, что мой оруженосец, мой ученик до сих пор не знает о моей истинной сущности?

Я сделал шах слоном на B4.

— Шах! — сказал я, и великий князь вздрогнул.

— Хозяин… — тихо прошептал Тридецимус, вероятно, пытаясь подсказать хозяину.

— Отстань! Я тоже слышу! Эти голоса….

А теперь я тоже их слышал.

— …Убей его…

— …Хватит играть с ним в игры…

— … Хватит притворяться правильным…

— …Убей его…

Около десятка голосов.

Великий князь сделал ход пешкой С3, пытаясь закрыться, а в ответ я срубил ферзём пешку на D4.

— Вы… вы… — пробормотал Вова, и я увидел, как у него подкашиваются коленки.

Дошло, наконец-то. Сопоставил одно с другим.

— Довольно! — прорычал великий князь, хватаясь за голову руками. — Я доиграю эту партию!

И вместо того, чтобы беспрепятственно срубить своим ферзём моего, он принялся добивать слона пешкой — B4.

Мне не оставалось ничего другого как срубить его ферзя и сделать ещё один шах, понимая, что безнадёжно проигрываю.

— Шах! Мне нравится! Мы оба играем как больные, конченные придурки! — захохотал я.

При слове "шах" он снова вздрогнул и срубил моего ферзя королём. Что-что он там говорил про ахиллесову пяту? Как-то он странно вздрагивает, когда я угрожаю его королю. Я вывел второго слона на E5.

— Ваше сиятельство, они уже больше не могут молчать, — сообщил высший серв, и панели высоко над потолком начали медленно отъезжать в сторону.

— Прикончи его!

— Убей!

— Уничтожь!

Так вот что за голоса бормотали. «Ордынский телеграф», как я его прозвал.

С ниш под потолком на нас глядело полтора десятка человеческих голов, опутанных системами жизнеобеспечения.

Вот кто давал указания великому князю все эти годы. Вот кто напутствовал и приказывал поставлять материал для будущих некрорабов на подводные фабрики Помпеи! Железобетонное доказательство вины.

— Вы! Герой Александр!!! — заорал Вова, падая на колени.

Великий князь пошёл в атаку конём на E7! Вернее, видимо, это он думал, что это атака, а на самом деле это было полнейшее самоубийство.

Потому что следующим ходом я снова, уже третий раз сделал ему шах слоном — С2!

— Шах!

Великий князь снова вздрогнул.

А следом весь шахматный столик полетел мне в лицо.

И в руке великого князя появился меч, окутанный красным пламенем.

Глава 2. Принц-кавалергард

Часто бывает, что время в такие моменты замирает — не так, конечно, как в случае способности Даши, а по внутреннему таймеру. И где-то на периферии сознания проносятся совсем не те мысли, которые должны были бы быть в столь серьёзной ситуации. Например, откуда он достал меч? С пола поднял? Из чего гарда меча? Каков угол заточки лезвия?

Да какая, блин, разница, откуда он достал оружие, и какая у него гарда и заточка. Важно то, что оно теперь у него в руках!

Внимание! Смена оружия! Зафиксировано нарушение противником правил рангового поединка!

Внимание! Фиксируется угроза для жизни!

Рекомендуется использование навыков Энергии Большого Взрыва!

Разумеется, я всё это прочитал сильно позже. А в тот момент, еле удержав равновесие на стуле, тут же поднялся, вставая в боевую стойку и автоматом поставил кокон. Сам, не получая никакого разрешения от системы.

Вова поступил ровно так же — только в трёх метрах от меня. Молодец. Научился.

Только вот чехол со всем нашим оружием лежал рядом с ним. На полу. Вот же незадача. Как-то быстро шахматный поединок превратился в жестокое мочилово, причём из оружия у меня были только кулаки и мои навыки!

Великий Князь тем временем принялся “мерцать” — я слышал про эту тактику, хотя нам её никогда не преподавали. Это было чем-то то ли вроде сверхбыстрого перемещения, то ли вроде сверхкоротких гипербросков — на несколько метров в сторону.

Его меч наносил режущие удары то там, то здесь, то мне, то Владимиру. И каждый раз кокон трещал по швам, а иногда меч даже проникал сквозь кокон, только сила удара замедлялась, тормозилась тончайшей плазменной плёнкой.

Лицо Великого Князя в моменты, когда он замирал для нанесения удара, искажала гримаса безумия и упоения своей властью.

— Убей! Убей! — орали головы наверху.

И чего там медлят Андрон с Максом?! Подключались бы к процессу! Или у них там своё веселье.

Ах да. Парой уровней выше стояло несколько тысяч сервов…

И их глухой топот, звук падения, грохот турелей уже доносились из-за закрытых дверей в перерывах между воплями отрубленных человеческих голов.

Я держал кокон уже почти сорок секунд и наконец-то понял, изучив тактику соперника, что в моменты, когда он наносит удар, то замирает. Замирает, примеривается, и делает удар — сильно дольше такого, который позволителен в такой ситуации. А из этого явно следовало, что него была не самая лучшая техника фехтования, которую он пытался скомпенсировать энергетической накачкой оружия и молниеносными бросками. Кроме того, плазменная плёнка возникала не сразу, а через долю секунды после появления, в момент, когда он замахивался.

Ага. Выходит, что у меня после каждого удара есть чуть больше секунды, чтобы совершить манёвр. К тому же, он ниже меня ростом, к тому же — без амуниции, по крайней мере, видимой. Что ж, вполне достаточно, неплохое преимущество.

Тридецимус не вмешивался. Пока не вмешивался. Он наблюдал — то ли готовя что-то, то ли сохраняя нейтралитет по одному ему известной причине.

А ещё я понял, что Энергии Большого Взрыва у меня здесь сильно меньше, чем должно было быть на поверхности. Семь километров базальта, всё-таки, глушили потоки энергии от звёзд. Ну, и не только у меня такое было — Вова сдался первым, сдержав куполом кокона последний удар Великого Князя. Сдержал и рухнул на колени, ровно на чехол с моим оружием, словно пытаясь прикрыть его.

В этот момент Елисей уже отскочил от него, “возник” у меня за спиной и наверняка ещё не понял, что Вова стал беззащитным..

У меня было меньше секунды, чтобы снять свой кокон, поднырнуть под занесённую противником руку, перехватить его за запястье, дёрнуть через себя и пробить в верх живота коленом.

Великого князя на пару секунд согнуло пополам, и я изловчился — успел подхватить лежащую наверху чехла сапёрную лопатку, а затем уже на излёте пробил противнику ботинком в спину.

Падая, он снова “замерцал”, обнаружившись в дальнему углу помещения, откуда швырнул две ударные волны в нашу сторону — их сильно погасили колонны в зале.

Я в первую очередь подскочил к Вове.

— Я… не могу… — произнёс Вова, с трудом контролируя дыхания. — Ваше… Высочество, герой Александр, Силы… нет силы…

— Всё хорошо. У меня тоже нет. Сторожи ворота, — приказал я, а сам, перехватив лопатку, зашагал в дальний угол.

— Убей!! Поднимись!!-- продолжали командовать голоса наверху.

— Ты видишь! Видишь! — донёсся голос Великого Князя. — Они повелевают мной! Все они! Они командуют мной с того света… Ты встал у нас на пути…

— С того света? Чего ты несёшь? — уже глубоко наплевав на политес и ещё недавнюю вежливость диалога, спросил я.

— Это мои друзья… мои однокурсники… мои родственники… Они уходили от меня один за другим и возвращались в таком виде! Они живы, пока жив я! Никто не может встать у меня на пути!

На какой-то короткий, очень короткий миг я даже пожалел его. Действительно, это очень неприятно — получить от Орды бандерольку с головой друга или, тем более, родственника. На меня на Помпее та голова несчастного капитана корвета произвела неизгладимое впечатление, хотя мы с несчастным и не были знакомы. А тут!

А тут, похоже, всё было куда запущенней. В отличие от капитана, от разума тех, кому принадлежали головы ранее, не осталось ничего. Только нейронный передатчик, управляющий голосовым аппаратом и оставшимися органами чувств.

Я уже достаточно нажалелся в последние месяцы. Я пожалел ордынца, сидевшего в клетке. Я пожалел и не распылил на атомы Черепа, позволив тому бежать. Буквально минут тридцать назад я пожалел сына своего нынешнего противника — кто знает, к чему это приведёт?

Поэтому я решил, что жалеть формального главу целого “прифронтового” Великого Княжества, ставшего ренегатом и играющему под дудку Орды, я точно не буду. Довольно. Даже если он повидал некоторое дерьмо. Даже если всё это делает из-за своего безумия.

Он враг — и мой, и моей планеты, и моей Империи, и человечества в целом.

Он сделал свой выбор.

Я прикрылся микрощитом, замахнулся легендарной герберской лопаткой над скорчившемся в углу Великим Князем, всем своим видом изображавшим жалость, а в следующий миг ослеп.

Кожу лба обожгло тысячей иголок, всё пространство зала залил яркий, испепеляющий свет, зажегшийся, казалось, прямо у меня в черепной коробке. Возможно, он и целился мне в черепную коробку, только из-за моего взмаха промахнулся на несколько сантиметров. Первозванный свет, будь он неладен. Всё верно, накопил силу — и выдал. Должно же были иметься у нас с ним какие-то общие с ним тактики — вот, получите.

Я отпрыгнул в сторону, крикнул Вове:

— Кокон!!

А сам выставил щит в метр диаметром, не больше, потому что на большее в моменте уже не хватило сил.

А после мне через всю спину полоснуло горячим. Плазменный меч прошёлся вскользь, прорезав броню не до конца. Я успел увернуться, перекатиться, сориентировавшись исключительно по звуку. Принял удар, ещё удар.

А после меня сильно качнуло в сторону, и противник куда-то делся. Судя по звуку, его унесло куда-то далеко влево и гулко ударило о стеновую панель.

— Получилось! Я попал! Поп-аал! — радостно заорал Вова.

Что за непокорный ученик! Не стал меня слушаться, а тупо вмазал по Великому Князю силовым копьём.

Это также и означало, что он мог видеть, и Первозванный Свет его почти не затронул. Молодец, конечно, но мне было гораздо важнее, чтобы он копил силы и держал дверь. А силовое копьё, надо думать, вытащило из него все оставшиеся крохи энергии большого взрыва.

Я же по прежнему был слеп. В глазах всё ещё жгло, даже контуры помещения не проступили. Нет, похоже, зрение я потерял надолго. Плохо. Очень плохо. Ведь даже если Елисей сейчас лежит без сознания — я ничего не смогу с этим сделать.

Надо немного выиграть время…

“Ордынские бандероли” на стенах тем временем принялись орать что-то совсем другое, не то, что раньше.

— А-а!

— Уберите его!!

— Убейте эту тварь! Она нас уничтожит!

— Наш раб, спаси от этой твари!!!

А затем я услышал тихие шаги совсем рядом. И мне в плечо быстро воткнулась игла.

Я замахнулся лопаткой, вскакивая с ног, пытаясь ударить того, кто совершил укол…

Но спустя миг с удивлением обнаружил, что начинаю понемногу видеть контуры помещения.

— Я уровняю шансы, ваше сиятельство, — тихо проговорил серв Тридецимус, чей силуэт стоял паре метров от меня. — Всегда был вашим фанатом, герой Александр.

— Гадёныш!! Уйди от них! — вдруг истошно заверещал Великий Князь. — Брось! Уйди, я сказал! Не трогай дядюшку Юрия!

Он даже не смотрел на меня. Он носился вдоль стен, наверху которых орали что-то нечленораздельное ордынские головы и посылал то туда, то сюда небольшие плазменные косы, от которых крошился и падал прямо сверху мрамор и металл.

Разгибаться было больно. Спина была подрана весьма существенно. Но я всё же прищурился и посмотрел наверх, с трудом пытаясь разглядеть, на кого вдруг переключился наш соперник.

А затем услышал, как Вова истерично, нервно так ржёт, прямо покатывается со смеху.

Потому что под потолком, в нишах с говорящими головами, носилась маленькая тёмная тучка — это был Термидор, про которого, конечно, все в пылу аварийного десантирования забыли!

Прыгал от нише к нише, рычал, ворчал, вгрызаясь в сладкие пластиковые трубки систем жизнеобеспечения, которые питали “ордынскую бандероль”. От одной — к другой! Как он пролез? Опять кому-то под броню заполз да схоронился, колючий негодник? Или в чехле с оружием…

А “плазменные косы” его не брали. Глупость какая — попытаться завалить броненосца, чья тень совсем недавно сожрала целую планету, какой-то элементарной провиницальной магией!

— Они должны жить! Они должны жить! — едва не стонал несчастный Великий Князь, похоже, потерявший к нам всяческий интерес.

— Они давно мертвы, идиот! — крикнул я. — Ты погубил два с лишним миллиарда человек из-за того, что считал живыми тех, кто давно умер! Безумный, больной ублюдок!

— Не смей так говорить! Ты ничего не знаешь!

Похоже, это подействовало. Он снова перехватил меч, меч снова опоясался пламенем, а затем он метнулся к Владимиру, который устал просто так сторожить чехол с оружием и достал оттуда Чёрный Ордынский Молот.

— Ну-ка, попробуем… — пробормотал он, пытаясь врезать им по князю и подать гравитационный импульс, как это делал я

Но всё, что у него получилось — это отбить при помощи оружия очередную плазменную косу. Великий Князь же, похоже, решил окончательно расправиться с ним и зашагал в его сторону.

У меня уже накопилось достаточно энергии, и хватило реакции, чтобы метнуть силовое копьё с опережением по его траектории.

Нашего противника отшвырнуло к стенке, ударило головой, но он быстро поднялся. Крикнул Тридецимусу, который, как профессиональный судья на ринге, ювелирно обходил все наши перемещения по залу:

— Открывай врата! Что тормозишь!

— Нет, господин. Вы же приказали двоим спутникам Александра уйти и после накрепко закрыть.

За воротами тем временем не прекращалась стрельба. Понятия не имел, живы ли за ними Андрон и Владимир…

— Открывай! — повторил Великий Князь, обходя меня боком и целясь, куда бы попасть.

— Я не буду. Это не по правилам поединка.

— К чёрту поединок! — крикнул Великий Князь. — Открывай! Или…

— Или он реализует Супернову, Александр, вы должны его остановить! — крикнул Тридецимус, уже не скрывая своего выбора.

И за это тут же поплатился. Плазменная коса прилетела поперёк его корпуса, буквально размалывая его о ближайшую колонну.

Супернова — это очень плохо. Это же, фактически, тактическая термоядерная бомба, реализуемая при помощи энергии большого взрыва.

— Предатель! — заорал Великий Князь. — Вы все — предатели! Человечество должно было научиться жить вместе с Ордой! Впустить её на свои планеты, позволить растворить себя в Орде! Орда — это вершина технологий, вершина разума! Идиоты, и ты, принц Александр — главный идиот! Мы же родственники с тобой! Мы могли стать лидерами, самыми могущественными среди наследных принцев! Но ты продолжаешь верить в старые пережитки! Верить этому старому пердуну на троне!

— В первую очередь я продолжаю верить в человечество, — сказал я.

И метнул ещё одно силовое копьё в него.

И одновременно —

Он явно переломал пару десятков костей, потерял меч, но встал, сгруппировался, прикрылся коконом и принялся отступать к воротам. Видимо, этот бункер такой древний, что ворота открываются даже не через какой-нибудь допотопный “Умный дом”, и не через Внутренний Экран, а с какого-нибудь пульта…

— Не открывайте врата!! — расслышал я едва заметный рёв Макса с той стороны. — Мы держим!

Я был уже близко от ворот. На плечо откуда-то сверху прыгнул довольный, наевшийся вдоволь Термидор. Вопли говорящих голов уже практически прекратились, по стенам из ниш стекала кроваво-фиолетовая жижа из трубок.

— Вы не оставляете мне выбора… — севшим голосом сказал Великий Князь.

Его руки и что-то в грудной клетке уже едва слышно светилось красным.

Очень скоро — и оно рванёт. Я понимал, что счёт идёт на секунды.

— Вова, оружие номер два, — скомандовал я своему оруженосцу.

Ну, не самому же его доставать в столь торжественный момент.

Рукоять кхопеша Жнеца уютно лёгла в ладони.

— Именем Империи я, Александр Леонов, адмирал, принц-кавалергард, и я же, Александр Иванов, принц-дебютант, граф-регент Герберы, суперадминистратор Системы, приговариваю вас, Елисей Леонов-Лисовский, к смертной казни за предательство человечества. Приговор привожу в силу немедленно.

И взмах кхопеша без труда пробил кокон, едва видимую тонкую энергетическую броню Великого Князя, а затем встретился с его шеей и отделил голову от туловища.

“Внимание! Штраф! Вы совершили убийства Принца Крови третьей степени родства с Императором! Ваш уровень в иерархии Престолонаследия понижен до 925 уровня”

“Получено достижение императорского дома “Убийца Принцев” II степени”

“Произведена успешная нейтрализация государственного преступника первой степени, предателя человечества!”

“Получено достижение императорского дома Блюститель закона IV степени“ за установление порядка и совершение правосудия на территории Империи.”

“Ваш ученик получил достижение императорского дома Блюститель закона II степени, его уровень повышен до 990”

“Получено достижение “Наставник IV степени”

“Ваш уровень в иерархии Престолонаследия повышен до 725 уровня”

“Вам доступны полные и дополнительные права суперадминистратора младшего диапазона”

“Вы одержали победу в ранговом поединке"

“Ваш уровень в иерархии Престолонаследия повышен до 444 уровня”

Вот так вот.

Через четыре сотни, мимо принцев-юнкеров, принцев-пажей, принцев-кадетов. На своё старое место до Пантеона — четыреста сорок четвёртое…

Насладиться моментом не получилось.

В этот же момент ворота открылись, и нас буквально понесло бурным потоком из боевых сервов к центру зала.

Их сдерживали Андрон и Макс, прикрывая своими спинами. Вернее то, что ещё полчаса назад было Андроном и Максом — разглядеть в этих изрешечённых, изодранных, сотни раз ошпаренных серве и преторианце-гибриде моих друзей можно было с большим трудом.

Ноги и руки Андрона не двигались. Толпа просто сдвигала его обугленный, сплавившийся каркас “Тактика-7”, но руки всё ещё сжимали два бластера, у которых давно кончился заряд. Макс стрелял короткими очередями из чудом оставшейся целой наплечной турели, и раскидывал руками волны не то заражённых, не то перепрошитых в боевые сервов. Хотя сам он стал тоньше в два раза и ниже на полторы головы, из-под обгоревшей брони виднелись костлявые рёбра, уже многократно обгоревшие под выстрелами бластеров.

У регенеративных способностей тоже оказался предел.

— Держать дверь… держать дверь… — бессвязно бормотал он.

Да уж. Не хватало ещё, чтобы наш здоровяк умом после такого повернулся…

Я заботливо накрыл их всех, включая подбежавшего Вову, коконом, а сам стал думать, как выбираться наверх.

— Александр, спасибо! Вы выполнили свою миссию! — раздался голос где-то буквально под ногами. — До детонации тактического термоядерного снаряда под бункером осталось меньше минуты.

Я посмотрел под ноги — со мной разговаривала голова высшего серва Тридецимуса.

— Останови! — приказал я.

— Не могу, — сообщила голова Высшего Серва. — Как только мозговая активность прекратится, имплант Великого Князя погаснет — датчик бомбы получит оповещение о прекращении жизни хозяина, а также стартует весь термоядерный арсенал из шахт по всей планете. Тем не менее, это стоило того, и ваша смерть не будет напрасной. Спасибо, что спасли Империю от этого урода.

Пока мы болтали и отступали к центру зала, переступая через остатки мебели, прошло ещё полминуты.

Вариантов, как выбираться, собственно, было совсем немного.

Ну, примерно ноль.