
Трофейная рота. Берём всё!
Илья Сергеевич двадцать лет вытаскивал разбитые фуры. Одна роковая ночь — и вместо современной трассы он приходит в себя 25 июня 1944 года в теле старшего лейтенанта Алексея Ракитина.
Во дворе техник-лейтенанта выезжала последняя из семи машин.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. «Чужое утро»Последнее, что я видел в той жизни, был трос.Хороший трос, двадцать четыре миллиметра, новый — я сам принимал его у поставщика в апреле и сам же ругался, что дорого. Он шёл от лебёдки моего КамАЗа к раме фуры, которая лежала в кювете на боку, как большая усталая корова, и по нему, натянутому до звона, бежали капли дождя. Ночь, трасса, мокрый асфальт, оранжевые маячки, Витька в кабине на лебёдке, я снаружи с рацией — за двадцать лет я привык, что самое важное видно только снаружи. Фура пошла. Пошла не так, как я хотел: не за раму, а всем боком, и я шагнул вперёд посмотреть, что там с крюком.Всё. Дальше не было ничего — ни тоннеля, ни света, ни, как пишут в книжках, жизни перед глазами. Была темнота, короткая, как провал между двумя кадрами, а потом кто-то тряс меня за плечо и звал не моим именем.— Палыч! Алексей Палыч, слышишь меня? Командир!Голос был громкий, низкий…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0