Трио и ирландский кофе

Вместо пролога

Осатанелые рыбки… всего два слова, а сколько в них вложено страданий. Он уже далеко не впервые пожалел, что принял этот «щедрый» дар от «благодарных» подопечных. В очередной раз эти исчадия с плавниками прямиком из Ада стали столь неистово метаться в своем аквариуме, что опрокинули его и допрыгали до кошачьей миски и опустошили ее, сожрав сухой корм, которым брезговал видавший тылы жизни Тумасик, сопровождая это событие шокировано-осуждающим взглядом. Собственно кот и поднял тревогу – завопил, когда плотоядные рыбы, которых хозяин упорно кормил сухим рыбьим кормом, упорно начали охотиться за домашним пушистым зверем. Последний усиленно сопротивлялся произволу, уверенно забравшись на холодильник, с дверцы которого вместе с замызганными магнитиками начали поочередно съезжать рыбки.

Хозяин начинал вставать, только после падения последнего магнитика под весом рыбки на кафельный далеко не белоснежный пол. После этого чешуйчатых собирали в сито при помощи силиконовых прихваток и возвращали назад в аквариум, иногда в наказание (в надежде, что сдохнут) забывали налить воды. Рыбки были скользкими, холодными, да и в принципе всячески препятствовали своему возвращению в прозрачную тюрьму из закаленного небьющегося стекла. Но Валера (хозяин этих самых рыбок и их жертвы – Тумасика) был настроен серьезно, а пупырышки на розовых прихватках с ромашками для горячего не оставляли рыбкам шанса на продолжение сопротивления.

Посылая мыслимые и немыслимые проклятия в адрес рыбок и их дарителей, он все же был искренне благодарен своей бабуле и ее многозначительному «еще не раз пригодятся», выручили его в борьбе с чешуйчатыми шайтанами уже не в первый раз. А вот в кулинарии так ни разу и не пригодились.

Поиски в холодильнике помогли обнаружить пропажу мышиного скелета и одну подозрительную сосиску, половина которой была пожертвована коту за моральный ущерб. После потери кончика хвоста (по крайней мере, так показалось Валере) Тумасик приноровился избегать близких встреч с мелкими террористами, а иногда и вовсе куда-то пропадал из закрытой квартиры после подъема хозяина.

Всё утро самого Валеры было распланировано буквально по минутам, и раньше уйти нельзя было, рыбёшки всё равно сбегали. Зато в одно и то же время…. И вновь набитый автобус, водитель которого, явно не знакомый с методом математической индукции, всё равно точно знал, что если в автобус помещается n пассажиров, то поместится и n+1. Притормозив на светофоре и открыв двери, дал шанс Валере запрыгнуть и разместиться на последней ступеньке на одной ноге с опорой на черенок косы, чтобы добраться до пункта назначения.

Ничего удивительного в том, что валидатор никак не воспринял его кредитку – не было средств, как практически и всегда. Лишь дяди Вася с лопатой осуждающе зыркнул в сторону парня. Из-за этого шансы выскочить в этот момент свелись к нулю, поэтому Валере пришлось полезть к кошельку за мелочью.

Парень мгновенно похолодел от мысли, что забыл пропуск, все прочие беды и неудобства затмила вполне конкретная проблема. Наскребя едва ли не копейками нужную сумму, при этом далеко не с первой попытки, едва не уронив раз пять при каждом вздрагивании транспорта кошель, он успел сунуть водителю оплату и в последний момент покинуть салон на нужной остановке.

Вот и настал этот судьбоносный момент – позвонить соседу. Расстегнув пиджак, Валера достал из внутреннего кармана рабочий планшет (с которого в общем-то нельзя звонить по личным вопросам, но кого это волнует?!), нашел нужный номер, набрал вызов и пошли гудки, пока вызов не был принят абонентом:

– Эй, тридцать третий, утро доброе! Это Валера из 34. Хэлп, брат, выручай: я рабочий пропуск забыл. Где ключи знаешь, ты его ни с чем не перепутаешь, там на нём у меня такая рожа… короче, сам поймешь. Можешь сильно не спешить, мне в шесть вечера он нужен будет. Без него с работы не выпустят… вот. Заранее спасибо… ах, да тебе нужно здание КГБУДО №11. Давай, удачи! – и отключился.

Валера был прекрасно знаком с молчаливостью соседа, поэтому не видел смысла, ждать ответной реакции. Однако он почему-то не сомневался, что сосед поможет, хотя и не мог предположить, почему и что из этого выйдет по факту.

***

Самого таинственного соседа звонок застал за охотой на невидимого кота, который стащил кильку с его бутера, стоило лишь отвернуться. К слову, это был далеко не первый случай подобного разбоя, начиная со дня переезда в эту квартиру. Мало того что каждое утро начиналось с грохота за стеной, так еще и спустя несколько часов начиналось ЭТО. В результате чего, сам сосед уходил на работу голодным.

Но этого было явно мало… теперь позвонил сосед, и прямо на глазах кусочек хлеба начал съезжать с центра тарелки на край. Щедро сыпнув гламурных блёсток, оставшихся от прошлых жильцов этой квартиры, на место примерного нахождения вредителя, сосед увидел силуэт именно кота. Но когда ЭТО свинтило через стену, оставив большую часть блесток на полу, легче почему-то не стало, и захотелось пожаловаться соседу – Валере на какого-то странного кота, который ушел в его квартиру.

Потерев тыльной стороной ладони лоб, сосед решил, что если поможет с пропуском, хуже не будет. Так он считал, пока не увидел аквариум, а главное – рыбок в этом аквариуме. Под неизгладимым впечатлением от которых, мгновенно выскочил на площадку, схватив с тумбочки в последний момент пропуск. Казалось, самое страшное осталось за спиной, в квартире.

***

Озадаченный игривым взглядом вахтёрши и смущенный задорным подмигиванием охранника, Валера решил, что эти двое просто решили его разыграть. Собственно, от этих пожилых близнецов сотрудники КГБУДО №11 всегда ожидали чего-то подобного: то Баба Настя в своих полномочиях уборщицы изобретательно мстит за грязную обувь, то Дед Матвей отказывается выпускать после завершения рабочего дня тех, кто задержался или не впускал тех, кто был одет хоть немного не по правилам дресс-кода.

Парень привычно сменил туфли на сланцы и мудреными коридорами последовал в свой тихий и уютный кабинет, наивно надеясь, что все утренние беды останутся за порогом. Валера еще никогда так не заблуждался. Или, по крайней мере, с того момента, когда устраивался сюда на работу. Думал тогда, что устраивается в тихое спокойное место – бюджетное учреждение… наивный.

На ходу снимая пиджак, он уже предвкушал вкус и аромат ромашкового чая, возможно даже с медом. В таких приятных мыслях он пребывал, пока не обнаружил, что дверь открыта. Валера на всякий случай перепроверил табличку на двери (его ли это кабинет и не успели его выселить куда-то еще) и только после этого решительно шагнул через порог, толкнув ногой дверь, планируя пинками этой самой ноги выпроводить гостя вон, со своей территории, кем бы он ни был.

Очевидно, лицо его приняло в этот момент в самом деле устрашающее выражение… или подобный эффект произвела коса в его руке. Незваный гость, до этого момента крутившийся на стуле хозяина кабинета, резко взбледнул и явно был близок не то чтобы к обмороку, но к желанию сползти на пол точно, видимо, чтобы избежать жуткой участи, что сулил своим видом Валера. И только крой узких штанов и остатки гордости (наглости, выбирайте, что больше нравится) вынудили гостя отказаться от мысли хотя бы спрятаться под стол.

Напряженное молчание продолжало нарастать, хотя и длилось всего лишь несколько мучительно бесконечных мгновений: Валера и его гость смотрели друг на друга с противоположными эмоциями во взгляде. Нагнетанию обстановки препятствовало жужжание мухи, прежде докучавшей хозяину кабинета, и шуршание пакетика с обувью, что болтался у него на предплечье.

– Ты что забыл тут, мальчик? – коса привычным образом заняла правый угол в шкафу, а пакет – левый. – Кабинет воспитателей находится в противоположном крыле этого этажа… – дверцы шкафа скрипнули, привычно надрывно закрываясь, словно никогда не знали масла. Или и вовсе того гляди, готовы были упасть в объятия хозяина кабинета.

Упомянутый «мальчик» резко подскочив, умудрился удариться коленом о край стола и скривиться не то от боли, не то от чего еще:

– Валег`ий Валег`иевич! Г`азве вас не предупрег`или?! Я ни`гаг`ой вам не мальчиг`! Я – ваш стажёг`! Меня зовут Фрол Алег`саг`дрович! – он картавил от негодования, даже страх и волнение сошли на нет.

Валера за время своей работы в этом заведении видел много юных прохвостов (проходимцев). Этому пареньку он ни на секунду не поверил (и не дал бы и десяти очков из ста за вранье), но счёл его самым наглым из всех мальчишек, что когда-либо встречал.

– Хмм, тяжелый случай… – Валера ленивым движением закинул пиджак на правое плечо, – понимаешь… – набрал побольше воздуха для проникновенной речи и резко выдохнул, услышав весьма знакомый стук шпилек о кафель. А после этого прозвучало из другой части этажа:

– Валерий Валерьевич, принтер опять не печатает, а у меня срочные документы, – голос очень быстро приближался, – и еще у вас стажёр.

– Не надо мне никаких стажёров, – напряженно произнес Валера, – мне и так работы хватает. Вот принтер у вас сломался. Когда мне его починить, если у меня стажёр?..

– Вот пусть практика у него и будет… – пожала плечами начальница.

– То есть принтер вам не так уж срочно нужен? – с подозрением переспросил он, уже предвкушая поток обычный брани слишком темпераментный женщины. К его удивлению, воплей близких по частотности к ультразвуку не последовало, женщина тряхнула своей пышной гривой и снисходительно улыбнулась и махнула рукой, всколыхнув свой черный балахон:

– Фрол – очень сообразительный. Вдвоем справитесь еще быстрее. Он – твой стажёр. И это не обсуждается! – последнее прозвучало уже привычно властно. Подмигнув Фролу, выражая так свою поддержку и одобрение, Клавдия Семеновна удалилась. В коридоре было слышно, как она напевает «миллионы алых роз…». Валера же задумчиво потирал подбородок, смотря ей в след, явно не пребывая в восторге от новости в целом и от стажера в особенности.

***

Кабинету начальницы предшествовала приемная, в которой с серьезным видом восседал молодой мужчина, заполняя внушительную стопку документов, мастерским росчерком щедро ставивший помимо данных еще и подпись начальницы. Доподлинно не известно, с какой стати ему даны такие полномочия, но нареканий в адрес секретаря не поступали еще никогда. Аркадий Петрович– исключительно так было принято обращаться к этому обаятельному кудрявому шатену – вообще был на особом счету: до него никто не задерживался на этом месте дольше одного-трех месяцев. С того дня, как Аркадий случайно смахнул со стола любимый сервиз начальницы, разбившийся вдребезги, и остался жив и при должности, в конторе начались (вероятно, небезосновательные слухи о его близких отношениях с Клавдией Семеновной). И в самом деле, особая нежность (по крайней мере так казалось окружающим) звучала в голосе этой брутально-властной женщины, когда она обращалась к своему секретарю «Аркашенька Петрович, сделай пожалуйста приказ и будь добр отправить эти письма». Возможно, в случае с разбитым сервизом Аркадия спасла не только особая симпатия начальницы (которая не факт, что имела место быть), но и… Валера.

Именно в тот момент, когда туча гнева в лице начальницы разместилась над его головой, в приемную вошел с широкого пинка ноги Валерий Валерьевич, одной рукой придерживая на плече двуручную косу, другой держа за ухо очередного одаренного пацаненка. Почему-то вкрадчивый подчёркнуто вежливый тон вошедшего напряг Аркадия куда больше, чем гневный взгляд начальницы:

– Уважаемая, Клавдия Семеновна, оставьте парня в покое, – сисадмин поправил косу на плече, – ему и так со стажировкой не повезло, так вы еще больше ему жизнь испортить хотите. Тем более… – потянул ухо повыше тут же зашипевшего пойманного, – у меня тут срочное дело, которое необходимо оформить, как можно скорее.

В тот вечер (даже скорее ночь) Аркадий оформлял документы, не поднимая головы. И только с рассветом его отпустили домой, а потом в течение недели и вовсе оформили на постоянной основе. Когда он хотел отказаться, ему припомнили сервиз, и ему пришлось работать, потом втянулся и решил остаться. Но о том разговоре, молчал как рыбки Валерича, о которых Аркадий знал не понаслышке.

– Признавайся, Аркаша, ты снова с техникой что-то не поделил? – иронично поинтересовался Валера вместо приветствия у молодого мужчины, стоящего у кулера с чашкой. – И знакомься, у нас тут новая головная боль. Стажер Саня. Прошу его не любить и не иметь… – пауза, – к нему особого расположения.

Вместо ответа на все эти реплики Аркадий лишь окинул Фрола изучающим взглядом патологоанатома и обворожительно ему улыбнулся, прекрасно зная об эффекте, который производил его вампирский оскал на неподготовленного зрителя.

Фрол от такого искреннего радушия неловко попятился и даже позабыл возмутиться по поводу своего имени. Но после заботливого тычка в спину со стороны своего куратора он перестал пялиться на Аркадия и резко метнулся к принтеру, стоявшему на отдельной тумбе под раскидистым фикусом возле стола секретаря, как к источнику спасения.

– Не тот!!! – синхронно рявкнули коллеги, после чего переглянулись и синхронно хмыкнули. Замерший на одной ноге Фрол, успел только поднять крышку принтера и увидеть бутылку вина и шеренгу из пустых стопок в количестве пяти штук.

– Хмм, кстати, надо заменить на ром, – похлопал по плечу коллегу – Валеру Аркадий.

– И не говори… – и уже стажеру, – в кабинете Клавдии Семеновны!

Фрол аккуратно опустил крышку и на цыпочках направился к кабинету начальницы под двумя изучающими взглядами. Дверь открылась без ожидаемого скрипа (в отличие от дверец шкафа Валерича), открывал обзор в святая святых – иначе это место, окутанное приятной полутьмой, никак нельзя было назвать. В темноте этот кабинет казался очень даже комфортных и уютным: диван, пара кресел, обитые материалом, приятным на ощупь и очень похожим на натуральную кожу, большой стол, покрытый мягким сукном, стены, обитые бархатом (или обоями, имитирующими его). Принтер и прочая техника здесь были явно не в почете: все находилось на отдельном столе в дальнем углу.

Скорее всего, Фрол так и продолжил бы внимательно зыркать и с опаской изучать все, что его заинтересовало в кабинете начальницы, по своему очаровательной обстановкой, но уж слишком его напугало собственное отражение во весь рост, куклы на полке, зловеще зыркающие на него светящимися глазами с полки шкафа.

Стоило Фролу включить свет, как он испытал эстетическое потрясение: весь интерьер был выполнен в ядовито салатовых и кислотно-розовых оттенках. Связи с тем, что он замер на пороге, то получив очередной тычок в спину, едва не полетел вперед:

– Саня, ты что забыл, как принтер выглядит? – с обычно бесстрастным видом, откровенно издеваясь, произнес Валера, все это время внимательно наблюдавший за своим горе-стажером. – Или растерялся и не знаешь, что с ним делать?

«Саня» задрав подбородок повыше, целенаправленно направился к принтеру, открыл, взглянул… и спустя пятнадцать минут в приемную вплыла начальница:

– Валерич, горит! – постучала пальцем по наручным часам. Валера в ответ кивнул и сам направился к принтеру.

– Стажер, а не пойти ли тебе помочь воспитателям? – и выставил «Саню» из кабинета. Хотя тот так и не понял, как от него успели так быстро избавиться. Начальница куда-то ушла, и в приемной остался только Аркадий Петрович, наконец, заваривший кофе.

Пользуясь пятнадцати минутной паузой, Аркадий проницательно собирался насладиться чашечкой предобеденного кофе с парой каплей коньяка. И только он приготовился сделать глоток столь желанного напитка, как посреди приемной появилось препятствие, прервавшее его кофейный ритуал своим присутствием. Сначала Аркадий Петрович намеревался уверенно игнорировать чужое присутствие, но долгий жалобный взгляд стажера слишком его раздражал. Со вздохом отставив чашку на блюдце, Аркадий смерил парня долгим взглядом и сказал:

– Есть вопросы, Саня?

– Д-да… – парень поежился под стальным взглядом. – А где искать воспитателей?

– Давай… – Аркадий задумался и в последний момент сдержал улыбку, – ты поможешь мне, а я помогу тебе?

Стажер усиленно закивал, соглашаясь. Больше просить о помощи все равно просить некого.

– Вот и славно, – вновь пряча довольный оскал теперь уже за краем чашки, подозрительно дружелюбно произнес Аркадий, – совершенно пустяковое задание для тебя: тут к празднику нам привезли живые цветы. Сейчас воспитатели будут украшать актовый зал, а ты должен будешь с вахты перенести эти цветы. А вот актовый зал находится прямо напротив этой приемной, тут в любом случае не ошибешься.

Обольщенный такой обманчивой простотой задания, Фрол радостно покивал и умчался в сторону вахты. Аркадий, уже не скрывая свой улыбки, проводил юношу взглядом, и с большим удовольствием вернулся к кофе.

Вся радость Фрола мигом улетучилась, когда он увидел и осознал масштаб работы: возле будки вахтера стояло четыре ящика цветов, в каждом по двенадцать горшков, которые следовало перенести по одной штуке в руках, потому что ящики как-то совсем не вовремя сломались.

– О, молодой человек!.. Вы наш новенький, верно? Меня зовут Вася, я здесь воспитатель. Можешь обращаться ко мне по любым вопросам, – приветливо встретили Фрола в зале. По одежде и внешности сложно было сказать, что Вася – это Василиса.

– Вася… приятно познакомиться. Меня зовут Фрол, – отозвался стажер в некотором смятении и так и не решив, следует пожать или поцеловать протянутую тыльной стороной ладони вверх руку, просто отдал Васе цветок.

Василиса разочарованно вздохнула и сказала своим басистым голосом:

– Ты бы поосторожнее здесь. Видишь ли, один из особенно дерзких учеников сбежал и бродит сейчас где-то…

Перетаскивание цветочков заняло несколько часов, в течение которых стажер думал (надеялся), что сдохнет несколько раз в процессе. Но работа была окончена, и без особого спасибо его выпроводили в коридор.

По неясной причине (не иначе всемирный заговор) ноги перенесли стажера к вахте. Там охранник в лице деда Матвея грозно зыркнул на юношу и не менее грозно проворчал:

– А убирать за тобой кто должен?! Совсем молодежь распоясалась! Ух, я тебе сейчас задам, каналья…! – на самом деле дед Матвей ругался на напрудившего котенка, но Фрол решил, что сия пламенная речь была адресована ему, побежал от вахты прочь.

Мгновенно потерявшись в хитросплетении коридоров здания, стажер окончательно приуныл. Коридор, поворот, коридор, снова поворот, лестница, ведущая в никуда и снова коридор. И вот его взгляд уперся в сутулую фигуру в капюшоне.

«– Вот он, потеряшка!» – радостно подумал он, уже более уверенно направившись в сторону потеряшки.

***

Сосед наивно решил, что Валера настолько занятой, что прислал за пропуском кого-то из своих коллег, поэтому молча протянул юноше пропуск Валеры. Естественно, он меньше всего ожидал, что вместо пропуска парень вцепиться в его запястье мертвой хваткой.

– Идем, дорогой. Разве ты не знаешь, что сбегать от воспитателей – это нехорошо? – говорил назидательно незнакомец, волоча за собой, как он считал, трудного подростка в направлении, о котором сам представлял весьма смутное представление. Сосед решил, что парень немного того (не в себе), поэтому сильно не сопротивлялся. Как он быстро понял, сам странный тип не знает, куда идти.

***

Валера набрал воды в кувшин и направился в свой кабинет, крайне довольный тем, как тактично Аркадий куда-то сбагрил стажера. В принтере была пустяковая поломка – зажевал несколько листов сразу, что удалось исправить за считанные минуты. Однако чаек пришлось отложить – уж слишком громким и подозрительно уверенным был голос стажера в коридоре. Оставаясь незамеченным, Валера стал наблюдать за тем, как по неведомой ему причине юноша держит за руку его соседа, принесшего пропуск, и, судя по интонациям, за что-то его отчитывает, пытаясь уволочь в сторону, судя по разговору, воспитательской, по факту – подвала.

– Да, отвали ты! – уже весьма громко рявкнул сосед подозрительно высоким голосом.

Но напряженной просьбе «Саня» не внял, сдернув капюшон с головы пойманного. Белоснежные волосы водопадом легли на плечи… девушки, из-за выходки Фрола вовсе потерявшей терпение и остатки вежливости.

– Да, чтоб ты поседел! – звуковая волна прошлась по коридору. Волосы стажера от оглушительного вопля стремительно приобрели упомянутый окрас. Наблюдавший все это Валера в последний момент успел вытянуть кувшин перед собой, чтобы избежать брызг воды. Когда все стихло, он очень быстро и бесшумно подошел к шумной парочке:

– Вечер добрый, сосед… – глоток из кувшина, – … ка. Ну и голос у тебя, а за пропуск огромное спасибо…

Стоило ему договорить, как появился новый звук – стук шпилек о кафель. Начальница пришла с противоположной стороны:

– Как удачно… – Валера наградил ее вопросительно требовательным взглядом, – ты давно просил информатора, – сисадмин кивнул и вновь приложился к кувшину, – а вот и он… – Клавдия Семеновна указала ладонью в сторону соседа, который соседка.

«Счастливые» напарники переглянулись, оценивая новоприобретения в лице друг друга и увиденное им не особо понравилось. Поэтому Валерич первым рявкнул:

– Нет! – «сосед» посмотрел на него и одобрительно кивнул.

Начальница же мгновенно переключила внимание на стажера:

– Когда вы успели поменять цвет волос?

– А чт-то с-с-с ним-ми? – голос «Сани» начал прерываться периодическими заиканиями.

– Седой цвет, полностью… – пояснил куратор стажеру.

– А мне идет? – тут же начал озираться в поисках зеркала.

Валерич переглянулся с информатором и заявил:

– Это не лечится. Это хроническое.