Тринадцатая волна

Глава 1 "тёмная буря"

*1-2 день после катастрофы*

*(Первая неделя)*

Четырнадцатилетний ребёнок по имени Роман. Он жил в небольшом городе. Тогда, ещё до больших взрывов, у него было всё прекрасно: он жил в большой семье, у него была сестра Виолетта, папа Андрей и мама Анастасия. Но в один момент, ночью, они услышали очень громкий гул. Все проснулись, и в один момент всё вокруг взорвалось. Романа откинуло в сторону, но он как-то сумел выжить после таких огромных взрывов. Округ города, весь мегаполис, был разрушен. Многие просто погибли, многие спаслись, но семья Романа к тому моменту уже была вся убита.Роман очнулся только вечером следующего дня. Он увидел, что мамы, папы и сестры вокруг не было. Он оглянулся и с испугом посмотрел на разрушенный город от взрыва. Ему сразу же стало очень плохо. Он попытался закрыть рот тряпкой, которая лежала возле сломанной кровати, но ему ненадолго полегчало. Он был растерянным и весь испуганный. Роман попытался открыть холодильник, но у него это не получалось. Ему очень хотелось есть и пить. С трудом он лег спать, ведь уже была ночь. На утро он собрался, взял нож и ререспиратора также на кинул на себя большую папину желетку.

Глава 2 "начало новой жизни"

*2 день после катастрофы*

*(Первая неделя)*

Роман пошёл к разрушенному магазину. Он увидел мёртвые тела, много крови и какую-то пыль, которая была на полках и летала в воздухе. Его это не волновало; ему срочно нужно было найти еду и воду. Увидев дверь за стеллажами, он подошёл к ней. Она, почему-то, была открыта. Он зашёл в ту комнату, там было очень пыльно и темно, свет не работал, как и во всех зданиях вокруг. Роман, не видя ничего кругом, случайно споткнулся и чуть не разбил себе нос. К счастью, у него в тот момент был респиратор на лице. Когда он встал, он попытался осмотреть чёрную комнату, но так и не нашёл ничего, кроме двух консервных коробок. Конечно, когда он их увидел, то сразу начал их открывать и есть. Ему тогда было очень вкусно, но воды ему не хватало. Он решил попытаться дотянуть хотя бы одну коробку консервов, но они были слишком тяжёлыми. и он взял хотябы 5 банок консерв в карманы и руки. Роман дошёл до разрушенного квартиры и смог дойти до кровати. Роман был истощён после вчерашнего похода и, похоже, заболел, возможно, каким-то очень плохим вирусом. В голове слышались голоса семьи, но их уже не было. Он заплакал, съел одну консерву и думал, что ему делать дальше.

Глава 3 "мёртвые тоже живые"

*3 день после катастрофы*

*(Первая неделя)*

Роман проснулся от странного звука за дверью. Он подумал, что это собаки или что-то снова с крыши сыпется. Но когда он посмотрел в глазок, он увидел нечто странное и очень страшное. Это существо было бледным, всё в крови, без глаза и в порваной одежде. Оно очень сильно стало долбить в дверь. Роман, увидев это, взял старый стул, отломал от него палку, обмотал её тряпкой и открыл дверь, ведь у него было всего четыре банки каких-то консервов. Роман очень сильно удивился, когда вышел из дома — никого не было. этого монстра он подумал ему показалось но посмотрев в право он увидел что это уже згнившое и не живое тело смотрели на него одним лишь глазом он сразу же ударил зомби или подобие его новой дубинкой это нечто упало и начало харкать на романа он быстро вскочил ещё 3 раза ударил и закрыв дверь он пошёл в той самый магазин где было две коробки по пути он смотрел во круг оглядываясь чтобы не увидеть этих зомби всё было хорошо как и вчера он зашёл в разрушений магазин и пошёл к тому самому месту где он и нашёл вчера 2 коробки с консервами но их там не было может выжившие забрали их либо кто-то спрятал хмм это очень интересно но где мне найти еду?

Глава 4 "осознание"

*4 день после катастрофы*

*(Первая неделя)*

Роман вышел из магазина и пошёл домой. По дороге никого не было, и у него возникло чувство, что здесь никто и не жил. Роману становилось всё хуже, и он направился в больницу, не далеко от дома. Там он обыскал всё и нашёл много бинтов, порванный рюкзак, какие-то принадлежности и один жгут. Роман сложил в рюкзак всё, что нашёл, и пошёл домой. Уже дома Роман вспоминал о своей семье, которая исчезла три дня назад, той самой ночью, когда на улице уже начинало темнеть. Он взял старый фонарик отца и стал искать всякие тряпки или что-то подобное. Чтобы заклеить окна, ведь они были разбиты. Так как была ночь и он болел, Роман лег спать. Утром он съел одну консерву — это было его спасением от обезвоживания и голода. Роман решил осмотреть всю квартиру и найти что-то полезное. Поскольку он болел, ему лучше не выходить на улицу, но припасы тоже нужны. Уже вечером он снова пошёл на улицу осмотреть магазин. В магазине было очень тихо, как и в прошлый раз. Но когда он увидел ещё одну дверь, которая пряталась за стеллажами, на него напал какой-то бандит или выживший. Он был с ружьём и почти полностью в крови, с бородой и с странной маской. Я очень сильно испугался и сразу же побежал в дом. Уже в доме он задумался о том, что здесь ещё могут быть люди...

Глава 5 "Виолетта"

*5 день после катастрофы*

*(Первая неделя)*

Роман проснулся утром, у него болела голова, и была одна мысль — открыть чёртов холодильник. Он пытался открыть дверь более часа, пробуя сковородку, вилку и даже дубинку. Когда, наконец, эта дверь открылась, он вспомнил про день рождения Виолетты, её сестры. Там был торт с праздника, посвящённого дню рождения Виолетты. Также вода! Он закричал роман, сразу же открыл бутылку и хлебнул счастья. Только жаль, что она не холодная, ведь электричества не было, и интернет не работал. Ну ничего, главное, что он жив. Посмотрев в окно, которое было тщательно защищено и замотано, он понял, что нужны припасы, ведь зима скоро, и надо думать об отоплении. День рождения Виолетты был двенадцатого октября 2008 года. Хорошо, что ему чуть-чуть полегчало: у него перестали идти сопли, остался только лёгкий кашель и периодически болит голова. Он собрался с мыслями, оделся как следует и пошёл исследовать всё вокруг. Первое его место было площадкой, где неделю назад дети играли в свои игры, бегали и веселились. Он там ничего интересного не нашёл, только обгоревшие наклейки на горке и игрушки в песочнице.

Глава 6 "воспоминание"

*5 день после катастрофы*

Роман продолжил свой путь и отправился в тот самый парк, где летом его семья устраивала пикник. Там ничего не было: только поломанные деревья без листьев и убитая собака, которая уже успела протухнуть. Потом Роман пошел в спортзал, куда ходил друг его папы. Я помню, как восемь лет назад мы встретили его там: он как раз занимался со своими товарищами. Тогда было весело. Роману тогда было шесть лет, и он должен был пойти в первый класс. Ах, были времена! В спортзале были только разбитые стекла, много осколков, турники и беговые дорожки, а также многое другое. Все было очень пыльно, и я пошёл дальше. В этот раз я отправился в свою школу, которую закончил недавно, 1 сентября этого года. Как же было хорошо до всего этого, до всех этих взрывов! Когда Роман пошёл в полицейский участок, там были какие-то люди, и он вспомнил, как вчера убегал от похожего человека. Роман испугался и начал быстро идти домой. На этом завершилось его приключение на пятый день. Он просто съел две консервные банки выпил чучуть воды, снял маску и лёг спать...

Глава 7 "новый страх"

*6 день после катастрофы*

Утром Роман, зная о бандитах, забаррикадировал дверь. Поскольку бандиты бродят по улицам, он сразу подумал, что ему нужно оружие, желательно огнестрельное, так как простая ножка от стула, обмотанной тряпкой, будет недостаточно. Почти весь день Роман просидел у окна, наблюдая за пылью, которая уже шестой день висела в воздухе и постепенно оседала на землю. Вечером он решил поломать старый светильник, так как у него был фонарь, и сделать из него лезвие на всякий случай — либо против мёртвых, либо против страшных бандитов. У романа получилось сделать что-то вроде лезвия, но он случайно порезал руку. Слава богу, у него были бинты и перекись водорода. Он наточил лезвие, сделал порезы и обработал все ВД-40,Так как ржавчина была практически повсюду. Уже ночью, когда он ложился спать, он услышал, что кто-то стреляет из ружья. Выглянув аккуратно из окна, он увидел, как две машины бандитов стреляются с военными. Военные были очень похожи на сталкеров из той самой игры, в которую Роман играл в детстве, но ему тогда точно не нужно было думать о какой-то видеоигре. Они стрелялись очень долго и затихли только под утро. Утром, глянув в окно, он увидел много мертвых солдат и бандитов, а также какое-то чудовище, которое ело одного из солдат.

Глава 8 "Амуниция"

*7 день после катастрофы (первая неделя)*

Роман, одевшись и взяв новую дубинку, пошёл к выходу. Когда он вышел на улицу, сразу же начал собирать патроны и гильзы, а также гранаты, которые ещё лежали у бандитов в карманах. Закончив обыскивать бандитов и подобрав с собой ружьё, он направился к зомби, который убежал к сталкерам. Роман осторожно подошёл к стене и кинул гранату в зомби. Взрыв был мощным: куски зомби разметало повсюду, а рядом валялись обломки сталкеров. После того как он осмотрел сталкеров, неподалеку от трупов он нашёл автомат. Поскольку Роман до всех этих взрывов играл в различные шутеры, он знал, что это - М416, известный автомат в Америке. Но что делает американский автомат в России? Взяв остатки патронов, он надел бронежилет, каску и сумки, а также какую-то визитку или паспорт убитого солдата. Затем он отправился в квартиру. Больше 30 минут Роман разглядывал карточку солдата, который сражался против этих злодеев или бандитов. На карточке было написано: Этот солдат из 48-й моторизованной роты вызволительного корпуса имени Герякина звали Александр Геннадиевич Иванов. Ему было 47 лет, позывной - Гербарий. Он участвовал во второй чеченской войне. Дальше в роман не понял, что было написано, так как половина этой книги сгорела.

Глава 9 "Тайна деда"

*7 день после катастрофы

(первая неделя)*

Роман думал о переезде из своего района, но до сих пор у него не было нормального противогаза, а ситуация становилась всё хуже. На второй день Роман был больным: у него был кашель, который мог быть вызван либо болезнью, либо пылью, которая летала и оседала на землю. Уже вечером он вспомнил про книги деда, который жил у них. Он переехал из нашего дома, его звали Станислав. Наверное, он жив: жил он в 12 км от нашего города, в селе. Поскольку Роман умирал от скуки, он сразу же побежал искать книги в комнате деда. Когда Роман захотел взять книгу, он не дотянулся и упал. Когда он встал, он увидел, что в одной из книг лежит карта. Возможно, эта карта района или чего-то ещё. В итоге Роман взял книгу и карту и начал их изучать. Карта была с отметками карандашом — маршруты его части или места боёв, со следами прожжённых краёв. Роман вспомнил, что дед воевал на Дальнем Востоке. Но что делает старая карта в книжной полке с какими-то отметками? Так как не было интернета, он даже не мог представить, что это за карта. Может, это карта из Дальнего Востока? Дед говорил, что Дальний Восток — это Якутск, война 1934 года. Тогда ещё новая коммуна начала убивать якутов, и они начали протестовать. Переворот произошёл уже через неделю, и всё закончилось. Роман, вспомнив о том, что дед рассказывал, соскочил с кровати и начал собираться ехать к деду.

Глава 10 "путь к спасению"

*8-10 день после катастрофы

(вторая неделя)*

Собравшись, Роман отправился в путь. Хорошо, что у него была карта, и всё шло прекрасно. Когда Роман прошёл первый километр, он увидел лежащего человека и подумал, что это зомби, поэтому не решился его трогать. Затем, пройдя ещё 500 метров, он увидел, как изуродованные собаки разрывали людей по дороге. Роман играл в 'Назови слово', так как играть или читать книги на ходу было неудобно. Уже под вечер, когда он прошёл первые 8 километров... Роман подошёл к остановке, положил там плед и лёг спать. Когда Роман проснулся, ему было очень холодно и пошёл дождь. Он побоялся пить дождевую воду, так как она могла быть радиоактивной. Переждав дождь, он снова пошёл, как будто ничего и не было. По дороге на 11-й километр он так устал, что ноги не хотели идти, но он всё же дошёл до села. Осмотревшись, он увидел разрушенную ферму без крыши и окон, а также много домов. Когда темнело, он решил войти в один заброшенный дом и там перекантоваться до утра, а утром продолжить поиски деда. В доме никого не было, так что не нужно было волноваться о нежданных соседях. Утром Роман встал, собрал все свои вещи и начал идти по улицам в поисках дома. Когда Роман в очередной раз проходил мимо зданий, он услышал крики с правой стороны. Он забежал за дом и начал прислушиваться. Походу, это были бандиты, ведь они отбирали еду у местных жителей и убивали их. Они быстро сели в свою буханку и уехали.

Глава 11 "Клятая дорога"

*10-12 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Роман понял, что везде — и в городах, и в сёлах — уже тихо. Осторожно обойдя с другой стороны, он решил взглянуть на дома, может, один из них будет отличаться. Проходя мимо сельского магазина, он увидел старый советский флаг на окне одного из домов. Он быстро подбежал, проверил патроны и попытался открыть дверь. Роман быстро взломал дверь прикладом, и когда он зашёл внутрь, увидел, что в доме сидит старый дед. Роман сразу узнал, что это был его дед. Он был бледным, в маске и с качергой. Роман спросил у него, что случилось, почему это всё произошло, почему он не забрал ту самую карту. — ПОЧЕМУ? — спросил он. Дед посмотрел на него и сразу пошёл в свою комнату. Там были автоматы, бронежилет, много бинтов и касок, а также рюкзаки. Роман спросил у деда, откуда он всё это взял,— С войны осталось, ответил дед. Я знал, что будет ядерная война, видел бандитов тут. Они ездят по сёлам и убивают людей за еду. Они от власти, они пришли сюда править народом. — Надеюсь, они тебя не тронули. Роман, осознав это, положил оружие на плечо и попросил деда остаться с ним в городе. Дед отмахнулся и дал Роману целый ящик провизии, 10 обойм патронов и медицинский комплект. Дед сказал: «Удачи тебе, в это время многие умирают. Надеюсь, ты сможешь». — А теперь едь в город, забаррикадируйся там и только по необходимости выходи на улицу. За меня не переживай, я здесь всех переживу». Роман взял провизию, патроны и аптечку и отправился в город. Когда наступила ночь, Роман прошёл всего 2 км. Он взял простыню, накрыл ею землю и устроил себе лежанку под деревом. На утро ему стало очень плохо: он задыхался и кашлял. Тем не менее, он продолжил свой путь. По дороге, заглянув в аптечку, он нашёл ингалятор. Роман быстро вдохнул через ингалятор, и ему стало легче. Потом, когда он был у города, он осознал, что это какой-то вирус, и ему нужно найти противогаз. Жаль, что у деда противогаза уже не было. Подходя к дому, на Романа выскочил озверевший зомби, который чуть не укусил его. Слава богу, Роман был с автоматом и быстро убил зомби. Вроде всё обошлось без укусов. Когда он дошёл до квартиры, ему немного полегчало. Сложив всю еду и медицинские припасы, он спокойно лёг спать.

Глава 12 "новый друг"

*13 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Проснувшись, Роман начал есть консерву, и его осенило, что здесь будет очень много бандитов и зомби, и что нужно быстрее покинуть город. Когда Роман собрал свои вещи (хотя не все), он думал, что где-то переночует одну ночь и затем сможет перевезти остальные вещи. Вдруг он услышал звук, похожий на крик. Он тихонько вышел из подъезда и пошел в ту сторону. Подходя к месту, он взял свое оружие, быстро выскочил и направил его на какого-то мальчика. Этим мальчиком оказался Максим Максимович Сокунцов. Он тоже, как и Роман, потерял родителей в ту же ночь. Тогда они приехали в гости, и в один момент всё взорвалось из-за огромного страха. Максим забыл всё, что было, потом выбежал из горящего дома и побежал вдоль дороги. Затем он снова потерял сознание и очнулся у дома, который был очень близко к дому Романа. Так Максим встретил Романа. Роман быстро отвел Максима в дом и решил, что сейчас не стоит идти в более безопасное место. Максим также рассказал, что ему 13 лет, у него папа был механиком, а мама работала на почте. У него был старший брат, которому было 17 лет, но Максим не знает, где он, так как остался тогда дома и не поехал к гостям. Роман решил рассказать Максиму, куда он так торопился. Он рассказал о том, что хочет переехать из этого разрушенного города в лучшее место, подальше от бандитов и зомби. Поняв это, Максим сказал Роману, чтобы тот не оставлял его здесь. Максим захотел идти с Романом. Роман согласился, и вот они уже вечером решили собрать вещи. В это время Роман решил показать Максиму автомат, который дал ему дед. Максим сказал, что ему оружие не нужно. У Максима, оказывается, был пистолет Макаров. Максим не помнит, откуда он его достал, но он был с заряженным магазином. Уже ближе к ночи Роман предложил Максиму поиграть в карты, которые запылились на полке. Они играли так увлечённо, что даже чуть забыли обо всём, что происходит вокруг. Затем они легли спать...

Глава 13 "нежданные гости"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Ночью Роман проснулся от странного шума за разбитым окном. Ему показалось, будто кто-то ходил прямо у подъезда. Он тихо встал, взял автомат и заглянул через щель в окне. В темноте мелькали силуэты — двое или трое людей медленно двигались и переговаривались шёпотом. Роман перепугался и быстро разбудил Максима, тихо сказав ему, чтобы он оставался тихим, пока они не уйдут. Максим взял свой пистолет и пытался не шевелиться, как Роман. Вдруг раздался хриплый крик, и из-за угла на людей бросилась фигура, пошатывающаяся с искаженным лицом. Это был зомби. Роман понял: они пришли не только за припасами, но и не одни. Началась суматоха. Один из бандитов выстрелил, и звук эхом разнесся по мертвым улицам. Роман понял, что оставаться здесь — верная смерть. Он схватил рюкзак, кивнул Максиму и сказал шепотом: «Сейчас или никогда». Они выбежали через чёрный ход, стараясь не шуметь. Но слишком поздно — кто-то их заметил. Раздался окрик Максима, который случайно подмигнул ногой, когда они спускались вниз. Роман закрыл рот Максиму, и они попытались пойти дальше, но какой-то человек начал стрелять в них с автомата. Роман, спрятавшись с Максимом за стеной, отстреливался, пока у незнакомца не кончились патроны. И тут на незнакомца напал зомби, который сразу же разгрыз ему горло. Роман тихо перезарядил обойму остатками патронов и дотащил Максима до подъезда. Там они ненадолго остались, пока все не утихло. Роман знал, что это лишь ненадолго. Завтра бандиты наверняка будут прочёсывать район. Нужно уходить. Мы пойдём вдоль дороги, там недалеко есть старый завод. Говорили, что там собираются выжившие. Может, это наш шанс. Максим кивнул, но в его глазах мелькнуло сомнение: — А если там тоже такие же, как эти? Роман задумался. Он понимал: в этом мире доверять никому нельзя. Но оставаться здесь — самоубийство. Вдруг из тёмного угла гаража раздалось тихое скрежетание. Максим вздрогнул и вскинул пистолет. Роман шагнул вперёд, приподнял фонарик и направил луч света в темноту...

Глава 14 "ночь надежды"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

В луче фонарика замелькала ржавая железка, а потом показалась тень. Что-то медленно поднялось из темноты. Роман крепче сжал автомат, готовый стрелять. Но это оказалась не тварь. Из угла на них смотрела измождённая собака — худой овчар. Она тяжело дышала, на лапе виднелся застарелый след от укуса. Собака… — прошептал Максим и чуть опустил пистолет. Овчар тихо зарычал, но не двинулся с места. Он будто колебался: броситься или же просто наблюдать. Роман медленно опустил ствол и достал из рюкзака кусок сухаря. Бросил рядом с собакой. Та с минуту стояла неподвижно, потом осторожно подошла и схватила еду. Похоже, не заражённый, — сказал Роман. — Может, пойдёт с нами. Слух у пса хороший — раньше нас заметит. Максим с надеждой посмотрел на овчарку, которая теперь не сводила с них глаз. Внезапно на улице раздался новый звук — треск досок и тяжёлые шаги. Кто-то явно шёл мимо гаражей. Роман погасил фонарь и жестом велел Максиму замереть. Собака очень быстро убежала вдаль по дороге, и внезапно из ниоткуда выбежал раненый солдат. Он просил дать ему аптечку или что-то вроде того. Роман включил фонарик, посветил ему прямо в лицо и резко ударил прикладом по голове. Роман вместе с Максимом затащили раненого внутрь и обыскали его. У солдата оказалось две обоймы с 50 патронами 9 мм и граната. На жетоне было написано, что он — солдат 48-й моторизованной роты вызволительного корпуса имени Герякина. Роман вспомнил, что пару дней назад, после перестрелки, встречались такие же солдаты. Там же на жетоне значилось имя: Василий Петрович Маргунец. На пораненном теле был бронежилет и шлем. Роман отдал всё снаряжение Максиму. В тот момент, когда они попытались заснуть, снова началась стрельба. Было слышно, как солдаты кричали и палили из оружия. Роман сказал Максиму подняться наверх и ждать, пока всё не закончится. Сам он тоже решил переждать этот ад. Около четырёх утра Максима разбудил сильнейший взрыв. Максим быстро прибежал к нему — почему-то Роман спал и не просыпался. Максим пытался его разбудить, но всё было напрасно. Тогда он вспомнил про нашатырный спирт из аптечки. Открыв баночку, он поднёс её к носу Романа, но эффекта не было. Стрельба усилилась, и где-то неподалёку, похоже, ездил танк. Максим снял с Романа рюкзак, перетащил его на третий этаж и сам поднялся следом. Когда бой наконец стих, он решил попробовать поспать…

Глава 15 "выживание"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Максим проснулся от странного гулкого звука. Казалось, где-то рядом что-то тяжёлое катилось или передвигалось по улице. Он осторожно выглянул в разбитое окно: в утреннем тумане мелькали силуэты бронетехники и десятки солдат в одинаковой форме. Они двигались цепью, прочёсывая улицу. Чёрт… — прошептал Максим и посмотрел на Романа. Тот всё ещё лежал без сознания, дыхание у него было слабое, но ровное. Собака, та самая овчарка, снова появилась внизу. Она тихо обнюхивала следы крови, которые вёл к зданию. Солдаты заметили её и начали кричать, один даже выстрелил. Пёс метнулся в сторону и исчез в переулке, отвлекая внимание на себя. Спасибо, дружок… — пробормотал Максим. Он понимал: оставаться в доме нельзя. Солдаты скоро дойдут сюда, а с Романом на руках далеко не уйдёшь. Максим стал лихорадочно искать выход — может, есть чердак, может, задняя дверь, ведущая во двор. В этот момент внизу послышались тяжёлые шаги и грохот. Кто-то уже заходил внутрь здания. Максим схватил гранату, найденную у солдата, и замер, решая — использовать её или попытаться спрятаться. Скрип ступеней становился всё громче. Солдаты поднимались наверх. Максим чувствовал, как пот стекает по спине — каждая секунда тянулась вечностью. Он прижал гранату к груди и медленно выдернул чеку, но не отпустил рычаг. Если его найдут, он рванёт вместе с ними. Роман тихо застонал, будто очнулся на миг, но снова обмяк. Максим прикрыл его плащом и спрятал за груду мебели, сам же залёг рядом, стараясь не дышать. Дверь на второй этаж распахнулась, и в помещение ворвались двое солдат. Их силуэты мелькали в просветах. Тут кто-то был… Смотри, следы свежие! — сказал один. Проверяй все комнаты. Командир сказал — ни одной крысы не упустить. Один из них направился к лестнице на третий этаж. Максим сжал гранату ещё сильнее. В голове билось: сейчас или никогда. И тут вдруг снизу раздался отчаянный собачий лай. Овчарка вернулась и бросилась прямо на одного из солдат. Раздались крики, автоматная очередь, а затем грохот — похоже, пёс утащил кого-то вниз. Солдаты в панике рванули обратно на первый этаж, и только один остался, замерев в дверях, всматриваясь в темноту. Максим замер, не решаясь ни дышать, ни шевельнуться. Солдат сделал шаг внутрь, Подняв автомат, он выстрелил прямо в голову собаки. Собака резко заскулила и упала на пол. После этого Максим кинул гранату в комнату и начал стрелять. Повсюду были слышны крики и сильная стрельба. На улице солдаты пригнали что-то похожее на БТР и прицелились прямо в окно. В миг всё взорвалось и огласилось громкими выстрелами, посыпалась пыль, и здание окончательно разрушалось...

Глава 16 "спасение среди смерти"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Когда дым начал рассеиваться, всё вокруг окутала зловещая тишина. Только редкие трески горящего дерева и падающих обломков нарушали её. Максим лежал под завалом, почти не чувствуя тела. В ушах звенело, голова гудела, а грудь сжимала боль. Он попытался пошевелиться — и понял, что зажат кусками бетона и досок. — Рома... — прохрипел он, но в ответ была лишь тишина. Пыль стояла такая густая, что нельзя было понять, день ли сейчас, или ночь. Через несколько минут послышались шаги. Сначала далёкие, потом всё ближе. Максим затаил дыхание. В дверном проёме показалась тень. Один из солдат, весь в копоти, кашляя, осторожно шагал среди развалин. Он держал автомат, но двигался медленно, будто тоже был ранен. Максим с трудом вытащил из-под себя нож и замер. Если его заметят — всё. Солдат подошёл к телу овчарки, замер, опустился на колени и, кажется, на мгновение… снял шлем. Его лицо дрогнуло, он тихо сказал:— Прости, пёс… Максим не выдержал — в голове вспыхнуло всё сразу: собака, Роман, стрельба, взрыв. Он резко рванулся, ударил солдата ножом и повалил его на землю. Борьба длилась секунды. Солдат рухнул без звука. Максим, дрожа, поднялся и, прихрамывая, добрался до завала, где лежал Роман. Парень был без сознания, но жив. Из-под щебня торчала рука. Максим откинул несколько камней, подхватил его на себя и пополз к пролому в стене. На улице слышался гул бронетехники — солдаты возвращались. Он знал: если останется здесь — не выберется. В нескольких метрах впереди, среди дыма и обломков, виднелась старая канализационная решётка. Максим потянул её, с трудом открыл и, прижимая Романа к себе, спустился в темноту. Когда крышка захлопнулась, сверху снова прогремели выстрелы. А внизу, в глухой сырой тьме, слышалось лишь тяжёлое дыхание и далёкое эхо войны.

Глава 17 "Под землёй"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Максим спускался всё ниже по узкой лестнице, держась одной рукой за мокрую стену. Воздух был тяжёлый, сырой, пах плесенью и ржавчиной. Где-то в глубине капала вода. Он осторожно поставил Романа на бетонный пол, достал фонарик из кармана и включил. Луч света прорезал тьму, выхватывая из мрака старые трубы и железные двери. — Держись, брат… — прошептал Максим. — Ещё немного. Он разорвал аптечку, нашёл бинты и йод, кое-как обработал Роману голову. Тот тихо застонал, но не пришёл в себя. Максим перевёл дыхание и сел у стены. Сердце всё ещё колотилось, будто он только что вырвался из ада. Вдруг где-то в глубине туннеля послышался звук — будто кто-то волочил железо по полу. Максим резко выключил фонарь и замер. Шум приближался. Потом послышались шаги. Тяжёлые, медленные, будто по воде. — Эй! — хриплый голос раздался впереди. — Свои? Максим сжал автомат, но не ответил. Через мгновение в луче слабого света показался человек. Он был в рваной военной форме, с фонарём на каске. Лицо — в грязи, глаза настороженные. — Не стреляй… — сказал он тихо. — Ты не из тех, что наверху? — Нет, — ответил Максим, всё ещё держа оружие наготове. — Мы прятались. Там солдаты… они прочёсывали всё. — Знаю, — кивнул незнакомец. — Они всех добивают. Кто не с ними — враг. Пошли, тут недалеко лагерь. Люди, еда, вода. Только шуму не делай. Максим оглянулся на Романа. — Я не брошу его. — Тогда помогу. — Мужчина подошёл, осторожно подхватил Романа за плечи. — Держи с той стороны. Они пошли вдоль туннеля. Свет фонаря выхватывал из темноты надписи на стенах — старые стрелки, слова “метро”, “эвакуация”. По трубам стекала вода. Минут через десять путь вывел их к массивной двери с выжженной надписью “Сектор D-3”. Мужчина постучал трижды, потом ещё два. Изнутри щёлкнул засов. Дверь открылась. Внутри было тепло. По стенам висели фонари, горела печка. Несколько человек сидели за импровизированным столом. Кто-то точил нож, кто-то чистил оружие. Когда они увидели Максима и Романа, все сразу насторожились. — Спокойно, — сказал мужчина. — Свои. С поверхности. Им нужна помощь. — С поверхности? — удивилась женщина в плаще. — Значит, там кто-то ещё жив… Максим только кивнул и сел, опуская голову. Он наконец позволил себе вздохнуть. Он был жив. И Роман — тоже жив. Но где-то наверху, под слоем бетона и пепла, гремела война.

Глава 18 "Сектор D-3"

*14 день после катастрофы*

*(вторая неделя)*

Тишина подземелья была почти уютной — после грохота войны наверху казалось, будто они попали в другой мир. Но глаза людей в лагере говорили обратное: никто здесь не чувствовал себя в безопасности. Максима усадили у печки. Женщина, представившаяся Ириной, обработала его порезы и проверила Романа. — Парень в шоке, сильная контузия. Повезло, что жив, — сказала она тихо. — Отлежится пару дней — придёт в себя. Максим кивнул и наконец взглянул на своего проводника. — Спасибо, что помог. Как тебя зовут?— Сергей, — ответил тот, закуривая сигарету, — бывший инженер метрополитена. Когда всё рвануло, я знал, куда идти. Тут много таких, как я — те, кто успел спуститься, пока наверху шёл ад. Он глубоко затянулся и добавил: — Но долго мы не протянем. “Чистильщики” уже спускаются в тоннели. — Кто они вообще? — нахмурился Максим. — Мы думали, это армия. Сергей усмехнулся. — Армия, да не совсем. После катастрофы у власти осталась только часть военных. Они объединились с корпорацией “Сфера” — те, кто строил эти подземные комплексы. Теперь у них цель — “стабилизировать зону”. А на деле — уничтожить всех, кто не под их контролем. — Но зачем? Люди же выживают! — выдохнул Максим. — Именно поэтому, — тихо сказала Ирина. — Им не нужны свидетели. “Сфера” пытается заново заселить поверхность, создать “новый порядок”. Остальные — лишние. Повисло тяжёлое молчание. Только пламя в печке потрескивало, отражаясь в глазах собравшихся. — Мы нашли карту, — вмешался другой мужчина, высокий и худой. — На ней указаны все подземные сектора. Если пройти через старую линию метро, можно добраться до Арк-станции. Там раньше был главный командный центр. Говорят, там сохранились архивы “Сферы”. Максим поднял взгляд. — Значит, если мы доберёмся туда, узнаем правду. Кто начал это всё… и зачем. — Это самоубийство, — возразил кто-то из угла. — Там блокпосты, мины, мутанты. Сергей усмехнулся, глядя на Максима: — Самоубийство — оставаться здесь. Если хочешь спасти друга и понять, что происходит — другого пути нет. Максим посмотрел на спящего Романа. На мгновение ему показалось, будто тот шевельнул пальцами. Он встал и тихо произнёс: — Тогда идём. Когда он очнётся — выходим. Сергей кивнул. — У тебя стальные нервы, парень. Добро пожаловать в сопротивление.

Глава 19 "Тоннели мёртвых"

*16 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Прошло два дня. Роман наконец открыл глаза — бледный, ослабленный, но живой. Максим едва сдержал улыбку, когда увидел, как друг пытается подняться. — Где мы?.. — прошептал Роман. — Под землёй. Мы нашли убежище, — ответил Максим, помогая ему сесть. — Живы, брат. И у нас есть план. Через час они уже стояли у массивной двери Сектора D-3. Сергей проверял карту, Ирина собирала снаряжение. Остальные выжившие — пятеро мужчин и одна девушка лет двадцати — молча наблюдали. — Мы идём на “Орбитальную”, — произнёс Сергей. — Оттуда — к Арк-станции. Если что-то найдём — вернёмся. Если нет… ну, вы сами знаете. — Мы подождём трое суток, — ответила Ирина. — Дольше не сможем. После этого закроем вход. Максим кивнул. Он понимал: обратно дорога может не быть. Они шли по тоннелю уже больше часа. Фонари освещали только несколько метров вперёд. Стены покрывали следы копоти, на полу местами виднелись старые каски, обгоревшие рюкзаки. Воздух был тяжёлый, с запахом сырости и гнили. — Тише, — прошептал Сергей, поднимая руку. — Слышите? Из темноты доносился странный звук — как будто кто-то царапал железо когтями. Потом — короткое шипение. Максим направил фонарь — и на миг вдалеке блеснули глаза. Пара, потом ещё одна. Что-то двигалось. Быстро. — Назад! — крикнул Сергей. Но было поздно. Из темноты вырвалось существо — человек, но уже не совсем. Кожа серая, глаза мутные, рот искажённый. Оно бросилось на ближайшего бойца. Раздались выстрелы, крики. Пули рвали тьму, но монстров было несколько. Максим схватил Романа и потащил к боковому коридору. Один из мутировавших прыгнул на него, но Сергей выстрелил в упор, разнеся ему голову. — Бегом! — рявкнул он. Они ворвались в старое техническое помещение, захлопнули дверь и подперли её трубами. Снаружи ещё несколько секунд раздавались удары и визг, потом всё стихло. Максим сел на пол, тяжело дыша. — Что это было?.. Сергей посмотрел на него. — Остатки “экспериментов”. Когда “Сфера” пыталась очистить заражённые зоны, они тестировали вакцину. Что-то пошло не так. Теперь эти… твари бродят по старым туннелям. Тишину нарушил слабый треск радиостанции у Сергея. Голос, глухой, искажённый помехами: — ...если кто жив... станция “Орбитальная”... слышите?.. Мы ждём... Все переглянулись. — Они живы, — сказал Максим. — Значит, не зря идём. Сергей включил фонарь и посмотрел вглубь тоннеля, где темнота казалась почти живой.— Тогда выдвигаемся. “Орбитальная” — через два километра. Только теперь мы не одни. Когда они снова вышли в главный туннель, воздух стал плотнее, а шум — громче. Где-то вдали светился тусклый зелёный огонь. Максим крепче сжал автомат.Впереди ждала “Орбитальная” — и, возможно, ответы...

Глава 20 "Станция орбитальная"

*16-17 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Шли они долго. Воздух становился всё тяжелее, а стены тоннеля покрывала тонкая слизь. В некоторых местах провода искрили, будто кто-то недавно пытался запустить питание. — Осторожно, — предупредил Сергей, указывая фонарём вперёд. — Смотри под ноги. По рельсам тянулись тёмные следы — будто что-то большое волокли по полу. Пахло железом и гарью. Роман, опираясь на Максима, тяжело дышал, но не сдавался. — Мы близко? — Почти, — ответил Сергей. — Вон, впереди логотип. На стене виднелась облупившаяся эмблема — круг, пересечённый линиями, и под ней надпись “СПЕЦКОМПЛЕКС «СФЕРА» — Орбитальная станция”. Вход был наполовину засыпан бетонными плитами. Они пролезли сквозь узкий пролом и оказались в огромном подземном зале. Ряды разбитых экранов, лабораторное оборудование, старые капсулы, покрытые трещинами. Свет от фонаря отражался от металлических поверхностей, создавая странные отблески.

картинка по описанию "Орбитальной станции".

— Это не просто станция, — прошептал Максим. — Это… лаборатория. Сергей подошёл к одной из капсул и осветил внутренность. Внутри лежал человек. Точнее, то, что от него осталось — серое тело, с вросшими в кожу трубками. — Они делали опыты на людях, — тихо сказал он. — Вот что такое “вакцина”. На пульте управления ещё мигал тусклый экран. Сергей нажал кнопку, и раздался треск, потом — голос, записанный много лет назад: > “Проект ‘Возрождение’ активирован. Первые образцы не поддаются контролю. Заражение вышло за пределы сектора. Немедленная ликвидация персонала...”

Голос оборвался.

— “Возрождение”... — повторил Роман. — Значит, это они создали катастрофу. Максим сжал кулаки. — Они хотели спасти, а превратили людей в чудовищ. Вдруг свет резко мигнул. В глубине зала что-то зашевелилось. Раздался тяжёлый металлический звук — словно кто-то двигался в броне. — Приготовьтесь, — сказал Сергей, поднимая оружие. Из-за капсул вышла фигура. Высокая, в чёрной броне с эмблемой “Сферы”. На лице — маска с зелёными линзами. Он остановился, глядя на них. — Кто вы? — спросил Максим, направив автомат. Ответ был спокоен, механический: — Я — охранный модуль “Сфера-9”. Вы находитесь на территории объекта класса “Бета”. Незарегистрированные лица подлежат ликвидации. — Отойди! — крикнул Сергей и открыл огонь. Пули отскочили от брони, как от стены. В ответ раздался резкий металлический щелчок — и по залу прошёл град пуль,обстреляв стену. Максим схватил Романа и прыгнул за перевёрнутый стол. — Сергей! — крикнул он. Тот попытался сменить позицию, но взрыв отбросил его к стене. Пыль, крики, искры. Максим выдернул гранату, метнул её в сторону модуля. Взрыв прогремел, осветив зал. Когда дым рассеялся, броня врага была изуродована, но он всё ещё двигался, медленно, как машина. — Он не человек! — прокричал Роман. Сергей, кашляя, поднялся и показал на пульт. — Уничтожь реактор! Вон там, за капсулами! Максим рванул к панели. Пальцы дрожали, когда он открыл крышку и увидел красный рычаг с надписью “РЕАКТОР — АВАРИЙНЫЙ СБРОС”. Он посмотрел на Романа, потом на приближающегося модуля. — Прости, брат. И дёрнул рычаг.Раздался гул, зал задрожал. С потолка посыпался бетон. Сергей успел крикнуть: — Бегите! Потолок рухнул, свет погас, а в глубине станции вспыхнул белый свет... Максим очнулся в темноте. Всё гудело, уши звенели. Рядом лежал Роман, живой, но без сознания. Сергей… не было видно. Вдалеке горел слабый свет аварийного выхода. Максим поднялся, шатаясь, и, подхватив друга, пошёл к нему. Позади раздавались взрывы. Впереди — новый путь...

Глава 21 "После взрыва"

*17 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Максим брёл по длинному аварийному тоннелю, освещённому редкими вспышками красного света. Воздух был горячим — где-то позади всё ещё горело. Он едва удерживал Романа на ногах. — Потерпи, брат… ещё немного… — шептал он, больше себе, чем ему. В конце тоннеля показалась железная лестница. На ней висела табличка, наполовину оплавленная огнём: “ВЫХОД НА ПОВЕРХНОСТЬ / СЕКТОР 7”. Максим открыл люк, и в лицо ударил поток холодного воздуха — резкий, с запахом дыма, пепла и… гари. Он выбрался наружу. Серое небо. Пепел медленно падал, как снег. Всё вокруг — выжженные руины. Дома — скелеты, дороги — трещины и ямы. Но главное — тишина. Ни птиц, ни ветра. Только далёкий гул, будто земля сама стонала. Максим помог Роману подняться. — Мы… выжили? — Пока да. — Он оглянулся. — Но где мы? Позади зиял люк, из которого валил пар. Вдалеке виднелся силуэт старого города — и над ним, словно живое, мерцало огромное сияющее облако, похожее на купол. — Что это за свет? — спросил Роман. Максим прищурился. — Это не облако. Это поле. Свет дезертиров… кажется, дезертиры изолировали часть города. В этот момент послышался тихий щелчок — радио на поясе Сергея, которое Максим подобрал внизу, ожило. > “…всем уцелевшим… говорит база ‘Ковчег’. Повторяю: если вы живы, направляйтесь на северо-восток, к горам. Координаты 47°… Сопротивление живо…” Максим замер. “Сопротивление живо.” Значит, есть другие. Значит, не всё потеряно. — Мы не одни, — сказал он, глядя на Романа. — Пора идти дальше. Роман кивнул, хоть и с трудом. — А Сергей?.. Максим молча посмотрел на дымящийся люк. — Он остался там, чтобы мы могли выбраться. Они двинулись по разбитой улице. Повсюду — следы недавних боёв, брошенная техника, силуэты мёртвых деревьев. На горизонте мерцал яркий свет Дезертиров,как напоминание о том, что катастрофа ещё не закончена. К вечеру они нашли старый склад. Внутри — сухо, тихо, и даже сохранились консервные банки. Максим разложил импровизированный костёр и наконец позволил себе выдохнуть. — Мы живы, — сказал он, глядя на пламя. — Но за какой ценой… — ответил Роман. Они замолчали. В этот момент над городом, где-то далеко, раздался протяжный вой — не человеческий. И не звериный. Максим медленно поднял голову. — Что это?.. Роман сжал автомат. — Думаю, мы узнаем очень скоро. Они потушили костёр и затаились. Пламя погасло, и комната снова погрузилась во мрак. А где-то снаружи, в руинах, уже слышались тяжёлые шаги...

Глава 22 "Фигура смерти"

*17 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Шаги становились всё ближе. Тяжёлые, будто кто-то — или что-то — тащило за собой цепи. Максим жестом приказал Роману замереть. Из-за проржавевшей двери доносилось глухое дыхание. Нечеловеческое. С сипением. Внезапно послышался металлический скрежет — и дверь рухнула внутрь. В проёме, залитом тусклым светом пепельного неба, стояла фигура — огромная, обугленная, с кусками оплавленной брони. Маска, сваренная с лицом, мерцала красным огнём изнутри. Это был человек… — Господи… — выдохнул Роман. Существо издало низкий, вибрирующий звук — будто двигатель, задыхающийся на последних каплях топлива. Оно шагнуло вперёд. Максим схватил Романа за руку и шепнул: — Беги. Через боковой коридор. — А ты? — Я задержу его. Максим выстрелил короткой очередью. Пули ударили в грудь, но тварь почти не пошатнулась. Только ещё сильнее застонала, глухо, как будто изнутри металлической коробки. Пламя выстрелов осветило на миг стены — и Максим заметил что-то на ней: старый знак — “Сектор 7А. Запасной тоннель.” — Рома! Направо, быстро! Они рванули в тёмный проход. Существо двинулось следом, ломая стены, оставляя следы копоти и крови. Позади гремел металл, трещал бетон. Когда они вбежали в узкий коридор, Роман резко остановился: — Макс! Смотри! Перед ними открывался провал — огромная шахта, уходящая вниз в темноту. По её краям виднелись металлические лестницы и кабели. — Только не это… — прошептал Максим. Позади раздался новый рёв. Они переглянулись — и без слов прыгнули вниз...

Они падали недолго — секунды три, может четыре. Воздух свистел в ушах, удар внизу выбил дыхание. Они рухнули на кучу обломков, ржавых труб и пыли. Максим перекатился, ощупал плечо — боль пронзила руку, но кости целы. Роман зашевелился рядом, кашляя. — Ты жив? — хрипло спросил Максим. — Вроде да… — Роман поднял голову, пытаясь разглядеть, где они. Вокруг стояла тьма, нарушаемая лишь слабым светом сверху — из того места, откуда они спрыгнули. Пыль оседала медленно, как снег. Где-то гудел вентилятор, старый, заедающий. Воздух пах гарью и ржавчиной. — Что это за место? — прошептал Роман. — Подуровень. Технический. Мы, кажется, под старой электростанцией, — ответил Максим, поднимаясь. — Смотри… Он направил фонарь на стену. На бетоне виднелись номера и стрелки: "ТЭЦ-3. Обслуживание реакторного блока." Роман сглотнул. — Реакторный? Это ж зона отчуждения… — Да, — тихо ответил Максим. — И похоже, мы не первые, кто сюда спустился.

Фонарь выхватил из темноты силуэты: разбросанные ящики, форму с остатками шевронов, шлемы… И следы — чёрные, как сажа, уходящие вдоль тоннеля. Сверху раздался гул. Затем — скрежет металла, будто кто-то огромный начал спускаться следом. — Он идёт, — прошептал Роман, вскидывая автомат. Максим осмотрел помещение. — Сюда! — Он указал на боковую дверь с надписью “Эвакуационный люк. Только для персонала.” Дверь поддалась с трудом, петли скрипнули. Они проскользнули внутрь и оказались в узком коридоре с множеством труб. Воздух был тёплый, влажный — и пах химией. — Макс… — Роман шепнул, прижимаясь к стене. — Что, если это был не просто человек? — Не был, — коротко ответил Максим. — Я видел шеврон на груди. Старый, военный. Возможно, один из тех, кто не успел выйти, когда всё рухнуло. Роман молчал. Только гул сверху становился всё ближе. И вдруг свет фонаря выхватил перед ними металлический люк с красной надписью: “НИЖНИЙ ЭТАЖ. ОПАСНО. АКТИВАЦИЯ СИСТЕМЫ.” Максим потянулся к рычагу.

— Макс, стой!

— Другого выхода нет.

Он дёрнул. Механизм загудел, в коридоре вспыхнул аварийный свет. Из глубины донёсся стон, похожий на ревущий паровой котёл. Пол задрожал. — Что ты сделал? — крикнул Роман. Максим обернулся, лицо побледнело. — Кажется… я разбудил не только его. Из нижнего люка послышался шум — десятки металлических шагов, как будто кто-то… или что-то… поднималось.

Глава 23 "Дезертиры"

*17 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Из-за поворота донёсся металлический звук — будто кто-то уронил гильзу. Максим мгновенно погасил фонарь и прижал Романа к стене. — Тсс… — прошептал он. Из глубины тоннеля донёсся глухой голос: — Проверяй всё. Они где-то тут. Роман побледнел. Голос был человеческий, но в нём звучала усталость и злость. Стук ботинок эхом прокатился по трубам. — Кто это? — шепнул Роман. Максим тихо ответил: — Судя по рации… военные. Или те, кто когда-то ими был. Шаги приближались. В тусклом отблеске аварийной лампы мелькнули силуэты — четверо. На них была форма, но грязная, с выцветшими шевронами. Один держал автомат наизготовку, другой волок за плечо мешок — из него торчали детали оружия и сухпай. — Я ж говорил, видели вспышку фонаря, — хрипло сказал один из них. — Значит, живые. А живые — это патроны, еда и проблемы. Максим почувствовал, как Роман затаил дыхание. — Надо уходить, — еле слышно сказал он. Максим кивнул и указал вверх — на узкий лаз, ведущий к трубе вентиляции. Они осторожно полезли, стараясь не шуметь. Но в этот момент где-то позади хрустнул кусок металла. — Эй! Стой! — рявкнул один из дезертиров, и по коридору загремели выстрелы. Пули с визгом ударили в трубы, взметнув пар и ржавчину. Максим схватил Романа за ворот и втолкнул в лаз. — Быстрее! — крикнул он. Гул шагов и крики не стихали. Кто-то из преследователей включил фонарь, и белый луч скользнул по стенам, на мгновение осветив лицо Максима. — Вот он! — заорал кто-то. Роман уже вылезал на верхнюю решётку, а Максим, прикрывая его, выстрелил в ответ. Коридор ослепило вспышкой. Один из дезертиров рухнул, другие прижались к стене. — Пошёл! — рявкнул Максим, подтягиваясь к люку. Они захлопнули за собой металлическую решётку, и внизу тут же застучали пули. Воздух был горячим, пахло озоном и гарью. — Макс… — прошептал Роман, дрожа. — Кто они такие? Максим тяжело дышал, держа автомат наготове. — Те, кто выжил, но перестал быть людьми. Вдалеке, под ними, вновь послышались голоса. Кто-то сказал: — Найдём их. Ни один не уйдёт. И снова — шаги. Всё ближе...

Глава 24 "они идут за нами"

*17-18 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

После того как стихла стрельба и крики, Максим с Романом осмотрелись и увидели двух убитых солдат. Солдаты были в противогазах, с автоматами и с порванной бронёй, как будто кто-то их разгрыз или очень сильно порезал. У солдат были патроны в магазинах, а также какие-то штуки, похожие на гранаты. Максим сказал, что лучше куда-то уйти и поспать, а то долго так не проживём. Роман согласился, и они оба оставили трупы под бочкой и попытались лечь спать. Но уснуть не получилось. Ветер гулял по разрушенным коридорам, шуршал мусором, хлопал обрывками ткани. Где-то капала вода — глухо, монотонно, будто счёт времени не имел смысла. Роман лежал, прислушиваясь к каждому звуку. — Макс… ты спишь? — шёпотом спросил он. — Нет. — ответ был хриплым. — Тут нельзя оставаться. Пахнет смертью. Роман поднялся, достал из рюкзака фонарик и направил луч туда, где лежали убитые. Один из трупов исчез. Только пустой противогаз валялся в пыли, а следы крови тянулись за угол. — Чёрт… — прошептал он. Максим резко вскочил, сжал автомат. — Быстро собирайся! Кто-то здесь! Послышалось глухое царапанье, будто по металлу провели ножом. В темноте, за остатками стены, мелькнула тень — низкая, быстрая, с красным отсветом в глазах. — Уходим! — крикнул Максим, хватая Романа за плечо. Они бросились вглубь коридора, не оглядываясь. Где-то позади снова послышались шаги… тяжелые, человеческие. Или нет. Они бежали, не разбирая дороги. Фонарик Романа прыгал в руке, выхватывая из мрака ржавые трубы и обломки стен. Где-то позади снова раздался треск — кто-то наступил на железо. — Быстрее! — задыхаясь, выкрикнул Максим. Они свернули в боковой проход и, пригнувшись, проскользнули под упавшей балкой. Здесь пахло гарью и чем-то гнилым. Максим остановился,прислушался. Шаги всё ещё были — ровные, тяжёлые, явно человеческие. — Это не тварь, — прошептал он. — Это люди. Роман нахмурился. — Наши? Максим покачал головой. — Если бы наши… уже бы стреляли. Он осторожно выглянул из-за бетонной колонны. В свете далёкого костра мелькнули силуэты — трое. На них были те же рваные бронежилеты, но без знаков различия. Один тащил автомат, другой нёс на поясе чужие жетоны. — Дезертиры, — тихо сказал Максим. —Собирают всё, что найдут. Даже трупы. Роман сглотнул.— Что будем делать? — Тихо отходим. — Максим снял предохранитель с автомата, двигаясь вдоль стены. — Если нас заметят — бьют первыми. Они медленно пятятся, стараясь не шуметь, но один из обломков хрустнул под ногой. Дезертиры сразу насторожились. Один поднял голову, осветил фонарём пространство. — Эй! Кто там?! Максим выругался сквозь зубы и рванул Романа за собой. Очередь прошла совсем рядом, пули с визгом впились в бетон. Искры посыпались с потолка. — Беги! — крикнул он. Они метнулись в сторону, спотыкаясь, перепрыгивая через железные балки. Сзади раздавались крики и выстрелы. Впереди тускло мигал аварийный знак «Выход». Максим толкнул дверь — заело. Роман ударил ногой, металл скрипнул и поддался. Они ворвались в узкий проход, сплошь в пыли и паутине, и захлопнули за собой дверь. Несколько секунд стояла тишина. Только их собственное тяжёлое дыхание. — Думаешь, оторвались? — спросил Роман, держась за бок. Максим прислонился к стене. — Нет. Они не оставят нас. Здесь живыми не отпускают.

Глава 25 "Спасение?"

*18 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Как только они вышли на улицу, они оказались в другом городе или даже в посёлке. Максим вдалеке увидел солдат, которые раздавали жителям еду и воду. Максим предложил Роману пойти к ним. Роман, не долго думая, согласился. Когда они почти подошли к месту выдачи провизии, к ним подошли два солдата, которые начали задавать вопросы, например: «Видели ли вы кого-нибудь в военной форме?» Роман рассказал, что неподалёку в метро и шахте есть дезертиры, но их, скорее всего, не так много. Солдат сказал, что надо идти получать провизию, и что Роман и Максим всё расскажут уже в безопасной зоне, если это можно так назвать. Когда они подошли ближе, запах горячей каши и дыма ударил в нос. Люди стояли в длинной очереди — кто в лохмотьях, кто в старой военной форме, кто просто закутанный в тряпьё. Солдаты раздавали еду прямо из бочек, поставленных на обугленных ящиках. Над всем этим клубился пар, смешанный с запахом гарей и лекарств. Максим и Роман заняли очередь. Оба выглядели, как будто прошли через ад: пыльные, с синяками, глаза красные от недосыпа. — Думал, уже не увижу столько людей, — тихо сказал Роман, глядя на толпу. Максим лишь кивнул. Он не доверял никому. Особенно военным — слишком часто форма не означала, что человек на твоей стороне. Тем временем к ним снова подошёл один из тех солдат, что их допрашивали у входа. На бронежилете поблёкший шеврон, на лице — усталость и настороженность. — Вы про дезертиров серьёзно говорили? — спросил он. — Где именно вы их видели? — В тоннелях, под старым сектором, — ответил Максим. — Они вооружены, но немногочисленные. Держат там какой-то склад. Солдат нахмурился. — Понял. Командиру доложу. Сейчас главное — поесть и не шляться. После еды идите вон туда, — он указал на здание с выбитыми окнами, где дежурил медик. — Проверят, обработают, запишут в списки. Роман поблагодарил, но заметил: — А что будет с теми, кто в тоннелях? Солдат вздохнул, отвёл взгляд — С ними разберутся. Приказ один — никого не выпускать оттуда живыми. Он ушёл, а Роман замер, глядя ему вслед. — Макс… они ведь… — начал он. — Знаю, — перебил Максим. — Если туда пойдут зачисткой, им не важно, кто там — дезертиры или просто выжившие. Некоторое время они ели молча, стоя у стенки полуразрушенного здания. Потом Максим сказал: — Нам нельзя оставаться здесь надолго. Как только стемнеет — уходим. Роман удивлённо посмотрел: — Но тут безопаснее, чем там, в метро. Максим покачал головой. — Безопасных мест больше не бывает. Просто те, кто выжил, ещё не поняли этого. Он поднял взгляд на небо — серое, без солнца, с редкими хлопьями пепла, падающими, как снег. Где-то вдали грохотал выстрел, короткий, сухой. Толпа чуть заметно вздрогнула. Максим тихо добавил: — Видишь? Даже здесь война не кончилась.

Глава 26 "ожидание спасения"

*18-19 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

К вечеру посёлок погрузился в тишину. Издалека доносился гул техники — где-то на окраине работали генераторы, гремели броневики. Людей согнали в старое административное здание, где теперь располагался «центр приёма». На входе сидели двое вооружённых, проверяли документы и записывали имена в потрёпанный журнал. Максим и Роман вошли внутрь. Вонь стояла тяжёлая — пот, йод, дым от буржуйки. Вдоль стен лежали люди на матрасах, кто-то стонал, кто-то молча смотрел в потолок. На столе в углу женщина-медик перебинтовывала мужчину с перевязанной ногой. — Следующие! — крикнул сержант за столом, не поднимая головы. Максим подошёл, положил на стол свои документы, потрёпанные и обгорелые. — Мы из южного сектора. Шли по тоннелям. Сержант бросил быстрый взгляд, затем что-то записал в блокнот. — Южный сектор уже два дня как под зачисткой. Вы откуда конкретно? — Складская зона. Там, где старый метропереход, — ответил Максим. Сержант поднял глаза, и в них мелькнул интерес. — Значит, вы видели тех самых? — Каких? — насторожился Максим. — Дезертиров. Нам приказано найти тех, кто связан с ними. Кто-то помогает им — передаёт боеприпасы, еду. Роман нахмурился. — Мы просто выживали. Никому не помогали. — Все так говорят, — хмыкнул сержант. — Ладно. Сейчас осмотритесь, получите пайки. А утром будет допрос — стандартная проверка. Не переживайте. Он махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. Когда они вышли, Максим тихо сказал: — Заметил? Он слишком подробно спрашивал про тоннели. — Думаешь, они не верят? — Думаю, они ищут не просто дезертиров. Может, хотят замести следы. Ночью их разместили в бывшем спортзале — десятки людей спали на полу. В углу кто-то тихо плакал. Снаружи слышались шаги патруля и отдалённые крики. Роман не мог уснуть. Он глядел на потолок и шепнул: — Макс… если утром будет допрос, а потом мы просто… пропадём? Максим сжал ремень автомата, который держал рядом. — Тогда мы не будем ждать утра. Он перевёл взгляд на окно, заколоченное досками, но между щелями пробивался тусклый свет прожектора. — Когда свет повернёт в другую сторону — выходим. Что бы это ни было за место, мне не нравится, как тут всё устроено. И где-то вдали снова донёсся тот же гул — низкий, глухой, будто под землёй работали двигатели...

Глава 27 "конец безопасности"

*19 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Ночь в «безопасной зоне» оказалась тревожной. За стенами спортзала всё время кто-то ходил — тяжёлые шаги, короткие переговоры по рации. Иногда раздавались глухие крики, после которых тишина становилась почти звенящей. Максим сидел, опершись спиной о стену, и ждал. Время тянулось мучительно долго, пока прожектор наконец не повернул в сторону дороги, оставив часть окна в темноте. — Пора, — шепнул он. Роман осторожно поднялся. Люди вокруг спали вповалку, кто-то бредил во сне, кто-то просто тихо стонал. Они старались не шуметь — прошли между телами и подкрались к двери. Замок был простой — старый засов. Максим тихо выдвинул его, и дверь открылась с едва слышным скрипом. Снаружи пахло сыростью и дизелем. Вдалеке мерцали прожекторы, а за ними — высокий металлический забор с колючей проволокой. — Значит, всё-таки лагерь, — тихо сказал Роман. Максим кивнул. — Только не для спасения. Они двинулись вдоль стены, стараясь держаться в тени. У дальнего ангара горел свет. Через полуприкрытые ворота было видно: внутри стояли клетки. Не собачьи и не тюремные — железные, сваренные наспех. В одной из них сидел человек в изодранной форме, опустив голову. Роман замер. — Что это за чёрт… — Тише, — остановил его Максим. — Смотри. Двое военных вошли в ангар, толкая перед собой ещё одного — молодого парня, руки связаны проволокой. Один сказал: — Эти из тоннелей. Командование приказало не тратить патроны. Сначала проверим, заражены они или нет. Роман побледнел. — Заражены?.. Максим схватил его за руку и потянул прочь. Они юркнули за бетонный блок, едва не задевая ногой обронённую каску. — Слышал? — прошептал он. — Вот почему они собирают всех. Проверяют. А тех, кто был под землёй, — изолируют. — И если хоть один заражён… — догадался Роман. — Их всех спишут, — закончил Максим. Они двинулись дальше, к ограде. Возле неё стояли бочки, на которых дежурил часовой. Тот, к счастью, задремал, привалившись к автомату. Максим тихо поднялся, снял с пояса нож и показал на боковую секцию забора, где проволока была плохо натянута. — Там пролезем. Роман кивнул, и они, затаив дыхание, поползли вперёд. Металл холодно звенел под руками, колючки царапали кожу. Снаружи — темнота и туман. Когда они выбрались, Максим обернулся на лагерь. Сотни людей внутри, в свете прожекторов, стояли в очередях, не подозревая, что их ждёт. — Мы не можем просто уйти, — тихо сказал Роман. Максим посмотрел на него усталым взглядом. — Сейчас — можем. Потом, если будет шанс, вернёмся. Но живыми. Понял? Роман кивнул. Они растворились в ночи, оставив позади пылающий лагерь и истину, которую уже не развидеть...

Глава 28 "Укрытие"

*19 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Они шли долго, почти вслепую. Фонари лагеря остались далеко позади, туман стелился по земле, глуша каждый звук. Под ногами хлюпала грязь, где-то капала вода — может, с деревьев, а может, с ржавых остатков проводов, тянущихся через дорогу. — Куда теперь? — выдохнул Роман, когда они остановились перевести дух. — На северо-восток, — ответил Максим. — Там должен быть старый промышленный район. Если не разбомбили — найдём что-то вроде подвала или склада. Дождь начал моросить. Небо заволокло плотными облаками, и воздух стал ледяным. Они шли вдоль разбитой трассы, пока не наткнулись на перевёрнутый бронетранспортёр. Изнутри пахло гарью и металлом. Максим заглянул внутрь — пусто. Только кровь, да обугленные следы на сиденьях. — Тут можно передохнуть, — сказал он, но Роман покачал головой: — Нет. Слишком открыто. Если кто-то патрулирует — нас сразу заметят. Они двинулись дальше, к ряду полуразрушенных зданий. Один из корпусов стоял криво, будто его сдвинуло взрывной волной. Но под одной стеной виднелся пролом, ведущий вниз. Максим посветил фонариком — лестница, уходящая в подвал. — Проверим, — сказал он. Внизу пахло пылью и старым бетоном. Несколько металлических стеллажей, покрытых ржавчиной, и заваленные обломками ящики. Максим тихо толкнул дверь в боковом коридоре — она поддалась. За ней оказалось помещение, по-видимому, бывшая подсобка. Стены целые, дверь тяжёлая. — Вот оно, — выдохнул он с облегчением. — Переночуем здесь. Роман присел на пол, достал из рюкзака кусок сухаря и бутылку воды. Руки дрожали. — Ты думаешь, они всех... тех, кто был в лагере... убьют? — спросил он, не глядя на Максима. Тот помолчал. — Думаю, тех, кто не прошёл проверку — да. Остальных… возможно, используют. — Для чего? — Не знаю. Но видел таких раньше — с серыми глазами, будто внутри никого нет. Повисла тишина. Только дождь стучал где-то наверху. Роман лёг на холодный бетон, подложив под голову куртку. — Мы правда вернёмся туда? — Если останемся живы, — ответил Максим. — Вернёмся. Он сел у входа, держа автомат на коленях. Свет фонаря погас. Только тихое дыхание Романа и шум дождя за бетонной стеной напоминали, что мир ещё существует. Максим закрыл глаза на секунду, но сна не было. Перед ним всё ещё стояли клетки, прожектора и человек с проволокой на руках. Он знал — это не конец. Это только начало охоты...

Глава 29 "последние припасы"

*19-20 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Следующее утро встретило их глухим холодом и пустотой. В подвале пахло пылью, горелым металлом и усталостью. Максим медленно открыл глаза — по стене полз слабый луч света, пробиваясь сквозь трещину под потолком. Роман уже сидел у стены, вертя в руках пустую консервную банку. — Это последняя была, — сказал он тихо. — Осталась только вода. Максим молча кивнул. Он достал из кармана патрон, перевернул его в пальцах, потом высыпал всё, что было в рюкзаке: три полных магазина и четыре одиночных патрона. — Двадцать семь, — произнёс он, будто сам себе. — Не густо. Роман попытался улыбнуться: — Главное, чтобы стрелять не пришлось. — Главное, чтобы было ради чего, — буркнул Максим и потёр лицо ладонями. Они сидели молча, слушая, как наверху потрескивает что-то металлическое — может, ветер шевелил вывеску, может, крыша готовилась обрушиться. День тянулся мучительно медленно. Огонька у них больше не было, и воздух в подвале становился всё тяжелее. Ближе к вечеру Роман не выдержал: — Макс, если завтра не выйдем — сдохнем от голода. — Знаю, — коротко ответил тот. Он подошёл к лестнице, прислушался. Снаружи — ни шагов, ни голосов. Только ветер. — Ладно, — сказал он после паузы. — Утром идём. Рано. До рассвета. Там, к северу, был склад, помнишь? — А если там патруль? — Тогда узнаем, насколько метко стреляем. Ночь прошла почти без сна. Роман крутился на холодном бетоне, думая о том, как всё быстро меняется: вчера — лагерь, свет, люди, запах еды… а сегодня — подвал и пустая банка. Под утро Максим разбудил его лёгким толчком. — Вставай. Пора. Они собрали всё, что могли унести: аптечку, фонарь, нож и пару бутылок воды. Максим проверил оружие, тихо взвёл затвор и огляделся. — Если повезёт, вернёмся с чем-то. Если нет — ищем другое место. Когда они вышли наружу, город встретил их серым рассветом. Туман висел между развалинами, капли воды медленно стекали по стенам. Где-то далеко гремел металл — будто что-то рухнуло. Максим шёл первым, стараясь ступать по осколкам стекла без звука. — Не отходи, — бросил он через плечо. — Если будет заваруха — бежим обратно в подвал. Роман кивнул. Он сжимал в руках автомат, чувствуя, как пот холодит спину. Впереди, за обрушенным зданием, виднелась вывеска с полустёртыми буквами: "ПРОДУКТЫ / СКЛАД №4". Максим остановился и посмотрел на Романа. — Вот он. Если там хоть что-то осталось — мы продержимся. — А если нет? — Тогда будем искать дальше. Пока можем идти — будем идти. Они двинулись вперёд, растворяясь в тумане, где за каждым углом мог скрываться не только шанс на спасение, но и смерть...

Глава 30 "Склад"

*20 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Дорога до склада заняла больше часа. Они двигались медленно, прячась между стенами и перевёрнутыми машинами. Воздух был густой, влажный, пах гарью и ржавчиной. На перекрёстке валялся обгоревший знак с надписью «Промзона 4-Б», и где-то неподалёку тихо постукивало железо — будто кто-то осторожно перебирал хлам. —Слышишь? — шепнул Роман, остановившись.Максим поднял руку, прислушался. Звук повторился — металлический, приглушённый, идущий из глубины улицы.— Там кто-то есть, — тихо сказал он. — Может, животное… а может, нет. Они обошли источник звука стороной, двигаясь вдоль стены. Когда добрались до склада, солнце уже пробивалось сквозь туман, окрашивая разрушенные фасады в блекло-жёлтый цвет. Здание выглядело мёртвым: выбитые окна, обвалившаяся крыша, ржавые ворота, перекошенные под собственным весом. Но с внутренней стороны кто-то недавно пытался их закрыть — на одной створке была свежая вмятина, словно удар приклада.

Фото по описанию склада.

— Значит, кто-то всё-таки жив, — сказал Максим. — Или был недавно. Он медленно потянул дверь. Петли скрипнули, и звук эхом прокатился по пустому двору. Оба замерли, вслушиваясь. Тишина. Только капала вода с крыши. Внутри было темно. Пахло плесенью и гнилью, но под этим — едва заметный запах дыма. Роман поднял фонарь, и луч выхватил из тьмы ряд металлических стеллажей. На некоторых лежали коробки с выцветшими надписями: сухпай, крупа, соль. — Есть, — прошептал он, едва сдерживая радость. — Макс, смотри! Максим сделал шаг вперёд… и вдруг резко остановился, подняв руку. Из глубины склада донёсся тихий шорох. Потом — короткое, хриплое дыхание. — Назад, — прошипел он, уводя Романа за ящик. Фонарь потух. Они затаились. Несколько секунд ничего не происходило. Потом — звук шагов. Медленных, неровных. Будто кто-то брёл, волоча ногу. Роман почувствовал, как по спине побежали мурашки. Он сжал автомат, но Максим жестом остановил его. Шаги приближались. Из-за дальнего стеллажа показалась фигура. Высокая, худая, в лохмотьях, с накинутым капюшоном. В руках — ржавый лом. Человек шатался, дышал тяжело, будто ему не хватало воздуха. Максим прицелился, но не стрелял. — Эй, — сказал он тихо. — Мы не враги. Фигура замерла. Потом подняла голову. Под капюшоном блеснули глаза — уставшие, человеческие. — Не стреляйте… — прохрипел мужчина. — Я… я здесь давно. Думал, вы — они. Максим опустил оружие, но не приблизился. — Кто — «они»? — Те, с прожекторами… Из лагеря. Облавы идут уже третий день. Всех, кто был в тоннелях или зонах падения, собирают. Говорят — для проверки. А потом… никто не возвращается. Мужчина тяжело опустился на ящик. Руки дрожали. Он выглядел так, будто не ел неделями. — Тут немного еды осталось, — прохрипел он. — Я делил понемногу. Если хотите — берите. Только не шумите. Максим переглянулся с Романом. — Мы не заберём всё, — сказал он. — Вместе продержимся дольше. Мужчина устало кивнул. — Вместе?.. Может быть. Если нас не найдут. Он посмотрел на дверь и добавил: — А если услышите тех, кто идёт по рации — бегите. Это не спасатели. Это зачистка.

Глава 31 "Зачистка"

*20 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Ночь опустилась быстро. Сквозь трещины в стенах пробивался тусклый свет луны, растекаясь по полу серебристыми пятнами. Внутри было тихо — настолько, что слышно, как где-то вдалеке капала вода. Максим сидел у стены, слушая. Мужчина, которого они нашли, представился коротко — Илья. Он рассказал, что укрывается здесь третий день. До этого был в лагере — сбежал, когда начались проверки. — Сначала просто брали анализы, — сказал он, потирая виски. — Потом начали вызывать группами. Никто не возвращался. Я ушёл, когда они начали грузить тела в машины. Роман слушал, не мигая. — Тела? Илья кивнул. — Да. Не стреляли. Просто… как будто ждали, пока те умрут сами. В подвале стало ещё холоднее. Максим бросил взгляд на старые коробки у стены, нашёл тряпку и поджёг уголок — получился слабый огонёк, дающий хоть немного тепла. — Долго тут не просидим, — сказал он. — Запах дыма может привлечь кого угодно. — Если не согреемся, замёрзнем, — возразил Роман. — Замёрзнуть — меньшее зло, — ответил Максим, глядя в огонь. Они поужинали сухарями и остатками крупы, сваренной на воде из ржавого бачка. Тепло костра чуть развеяло усталость, и даже Илья начал говорить спокойнее. — Я видел патруль вчера вечером, — сказал он. — У них тепловизоры. Если засекут, не уйти. Максим нахмурился. — Значит, нельзя оставаться на виду. — Утром уйдём, — добавил Роман. — Вглубь города, туда, где руины повыше. Там сложнее искать. Максим хотел ответить, но вдруг замер. Снаружи, за бетонной стеной, что-то щёлкнуло — коротко, как переключатель. Потом — тихий треск рации. Все трое переглянулись. — Выключите свет, — прошептал Илья. Огонёк мгновенно потух. В склад вернулась тьма. Только дыхание — редкое, сдавленное. Снаружи послышались шаги. Двое. Может, трое. Медленно приближались к воротам. — Проверим внутри, — раздался грубый голос. — Осторожно. Вчера одного зацепили, думал — чисто. Металлический скрежет засовов заставил Романа сжаться в комок. Максим тихо снял предохранитель, поднял оружие. Илья показал на узкий лаз в полу — вентиляционный проход. — Там. Быстро. Они скользнули в темноту, прикрыв люк железной плитой. Шаги над головой стали громче. Кто-то вошёл внутрь, посветил фонарём. Луч света прошёл по полу, задел их укрытие, но не задержался. — Пусто, — сказал один. — Недавно кто-то был. Тепло ещё держится. — Значит, рядом, — ответил другой. — Проверим периметр. Голоса постепенно удалились. Максим не шевелился, слушая, как уходит звук. Только когда стало совсем тихо, он позволил себе выдохнуть. — Нас засекли, — прошептал он. — Сюда больше нельзя возвращаться. — Куда тогда? — спросил Роман. Максим задумался на секунду. — На восток. Там должна быть железнодорожная ветка. Если рельсы целы — по ней выйдем к депо. Может, там найдём транспорт. Илья кивнул. — Только идти надо до рассвета. Потом тепловизоры включат снова. Максим посмотрел на Романа. — Отдыхаем по очереди. Через час выходим. В темноте слышно было, как капает вода, как ветер шевелит железо на крыше, и как вдалеке, где-то за руинами, снова оживает город — глухими ударами, короткими вспышками света, будто сама земля дышала войной...

Глава 32 "Еда"

*21 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Максим поднял Романа лёгким толчком. Тот проснулся мгновенно — глаза усталые, но настороженные. Илья уже стоял у люка, прислушиваясь. — Тихо. Вроде ушли, — сказал он. — Но лучше не тянуть. Они выбрались наружу. Воздух был ледяным, пахнул сыростью и гарью. Небо на востоке только начинало сереть. Город спал, но этот сон был тревожным — ни одного птичьего крика, ни ветра, ни звука, кроме далёкого гула где-то в промышленной зоне. Максим проверил оружие. — Держитесь рядом. Шуметь нельзя. Если что — в рассыпную и к мосту. Вон он, видите? — он указал на тёмный силуэт бетонной конструкции, уходящей в сторону востока. — Там должна проходить железнодорожная ветка. Они двинулись между развалин. Каждый шаг давался с усилием: ботинки скользили по осколкам, кирпичи хрустели под ногами. Солнце ещё не взошло, но туман начал рассеиваться — теперь их силуэты могли быть видны издалека. Через полчаса пути показались старые цистерны и рельсы, проржавевшие и изогнутые, как змеи. Над путями нависли обломки крана. Илья остановился, прикрыв глаза рукой. — Там, у перехода… видите? — прошептал он. Максим пригляделся. У насыпи лежал грузовик. На крыше — брезент, рядом — следы. Чёткие, свежие. — Кто-то здесь был. Недавно. — Он кивнул на землю. — Три пары. Одна — в армейских берцах. Роман насторожился: — Может, патруль? — Может, — сказал Максим. — А может, такие же, как мы. Проверим — осторожно. Они подошли ближе. Грузовик оказался наполовину закопан в землю, ржавчина съела кабину, но кузов был цел. Под брезентом — ящики. Несколько вскрытых, остальные закрыты. На одном из них — маркировка "БП-12 / АРМЕЙСКИЙ СУХПАЙ". — Еда… — выдохнул Роман. — Настоящая еда! Илья едва не рассмеялся от облегчения, но Максим поднял руку: — Тише. Посмотри туда. За цистерной, в тени, виднелись силуэты. Два тела. Один лежал лицом вниз, другой — прислонившись к стене, с автоматом на груди. — Не похоже, что они спят, — тихо сказал Илья. Максим подошёл первым, держа оружие наготове. Первый был мёртв — выстрел в шею, кровь засохла. Второй — молодой парень в камуфляже, глаза открыты, но пустые. Автомат на предохранителе. На рукаве — знак лагеря, из которого они сбежали. Роман побледнел. — Они… из тех? Максим кивнул. — Похоже. Только вот кто их снял? Не заражённые — слишком чисто. Пули чёткие, контрольные. Работали профи. Он осмотрел тела, потом посмотрел на Илью: — Мы долго тут не задержимся. Забираем сухпай, воду и идём вдоль путей. Роман достал несколько упаковок и аккуратно сложил в рюкзак. — Макс, а если нас заметят? — Тогда будет поздно думать, — ответил тот. Они успели сделать всего пару шагов, когда где-то за путями треснул сухой звук. Не ветка — выстрел. Один. Потом второй. — Ложись! — рявкнул Максим, и все трое рухнули в грязь. Пули с визгом ударили по металлу цистерны. — Откуда?! — крикнул Роман. — Слева, за платформой! — ответил Максим. Он коротко прицелился и выстрелил в ответ. Эхо разлетелось по пустырю. Несколько секунд — тишина. Потом снова треск, но дальше, будто стрелявшие отходили. Максим поднялся на колено, осмотрел периметр. — Уходим! Быстро! — крикнул он. — По рельсам, на восток! Они побежали, пригибаясь, сквозь густой утренний туман. Солнце поднималось, и пар от земли скрывал их силуэты. Вдали ещё раз щёлкнула очередь, но вскоре звуки стихли. Добежав до поворота, они укрылись под бетонным мостом. Максим опёрся о стену, переводя дыхание. — Нас заметили. И теперь точно знают, куда мы идём. Илья сел рядом, устало вытирая лицо. — Тогда нам остаётся только идти дальше. Или пропасть, как те. Максим посмотрел на Романа — тот дрожал, но в глазах уже не было страха, только решимость. — Мы не пропадём, — сказал он твёрдо. — Не теперь, когда дошли до этого. Максим кивнул. — Тогда двигаемся. До депо не меньше десяти километров. Если повезёт — там укроемся. Если нет… — он замолчал и проверил магазин. — Ну, будем надеяться, что патронов хватит. Их шаги растворились в тумане, а позади, у мёртвого склада, снова ожил радиоэфир — короткие помехи, отрывистые команды и одно слово, повторённое несколько раз:

«Беглецы. Восточный сектор. Движение по рельсам.»

Глава 33 "Остатки живого"

*20-21 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

Подход к депо растянулся дольше, чем они рассчитывали. Рельсы вились по болотистой низине, и чем ближе они подходили к зданию, тем сильнее чувствовалось напряжение — словно воздух сам предупреждал об опасности. На горизонте виднелись силуэты подъёмных механизмов, а у входа в депо стоял полуразрушенный вагон, перекошенный набок. Максим шёл впереди, короткими прыжками, держа корпус низко. Роман держался рядом; Илья близко сзади, периодически хромая — нога у него напрягалась, он старался не жаловаться. Запасы ушли, ноги натёрты, но цель была близко. — Тихо, — прошептал Максим. — Смотри по сторонам. Они огибали платформу, когда вдалеке, между складами, что-то посверкнуло — отражение от оптики. На миг всё застыло: фигуры вдалеке, автоматы на готове. Кто-то выкрикнул команду, и эхо отбросило её по бетонным стенам. Сначала щёлкнул одиночный выстрел по железу — предупреждение. Затем из укрытий начали открываться огневые точки. Пули взрывались по рельсам, летя низко и свистя у ушей. — К бою! — рявкнул кто-то из надсвета. Максим швырнулся вперёд, отдавая команду Роману прикрыть правый фланг. Они обменялись очередями, но ответные выстрелы были точны — противники под прикрытием металлических обломков работали хладнокровно. Рельеф давал им укрытие, а те, кто защищал депо, явно готовились к приходу людей. Первые магазины стали таять. Один, второй, третий — у каждого хлопка отдача подбрасывала руки, и кругом свистели пули. Роман понимал, что патронов всё меньше; он менял магазины, как мог, но пустые обоймы сыпались на землю. — Уходим! — прокричал Максим, но в этот момент рядом с Ильёй раздался резкий крик. Пуля рикошетом попала Илье в бедро. Он согнулся, в глазах застилось. Сам выстрел был не чистым — кто-то стрелял с близкой дистанции, возможно, в упор. Илья упал, стиснув зубы, воздух ушёл из его тела. — Илья! — Роман бросился к нему, но сам едва увернулся от очереди, пронзившей пространство над ними. Максим метнулся, накрыв Илью своим телом, пытаясь оттянуть его в укрытие. Но отдача и паника сделали своё — в суматохе магазины опустели. — Магазины пусты! — выпалил Роман, проверяя последний — в нём осталась одна патронная гильза и пустой ствол. Они отступали короткими перебежками, стараясь не попадать в прицельную зону. Пули с резким звуком ударяли по шесту и рельсам, искры летели, но патроны у них закончились — и это стало катастрофой. Противник не отступал, наоборот — на шум подошли ещё пары. Илья держался за ногу, кровь проступала сквозь тряпку; ходить было трудно. Он смотрел на ребят, пытался шевельнуться — боль была резкой, нога не слушалась. — Тихо, тихо, — прошептал Максим, дав знак ретироваться к соседнему дому, который выглядел целее остальных. — Сюда, быстро! Они поползли, прижимаясь к стенам, пользуясь каждый клочком укрытия. Дорога была короткой, но казалась вечностью: каждый шаг мог стать последним. Последние выстрелы преследовали их, затем постепенно стихли — возможно, у тех тоже закончились патроны или им отвлекли внимание. Добравшись до дома, Максим толкнул дверь — она поддалась. Внутри была темнота и затхлый запах. Они зашли внутрь, плотно закрыли за собой дверь и прислонили что-то тяжёлое к замку. Илья сел на пол, опершись спиной о стену, лицо бледное, рот сжат. — Патроны кончились, — сказал Роман сухо. — Совсем. Максим слушал: внизу тишина, только где-то в дальних комнатах звякнуло что-то, будто стекло. Они медленно пробежались фонариком по дому — сначала кухня, потом коридор. На полу — следы борьбы: перевёрнутые стулья, разбитая лампа, пятна крови. Дверь в одну из комнат была приоткрыта. Максим толкнул её. Комната была заполнена телами. Это были люди в форме — не лагерной, а форма с эмблемой и старым знаком подразделения, которое раньше привозило гуманитарную помощь. Их лица были спокойны в смерти, но в одежде виднелись следы сопротивления: порванные ремни, сломанные приклады. На столе — рация, разбитая, микрофон порван. На одной из грудей — карта с пометками. Роман подошёл ближе, прикрыл рот ладонью от странного запаха и отвращения. Никто не двинулся. На стене висела фотография — люди улыбаются у ворот какого-то лагеря. Теперь их не было. — Это… группа освобождения? — пробормотал Илья сквозь зубы. Его голос был слаб. — Судя по нашивкам… да. Максим опустился рядом с телом одного из них и опустил руку на холодную ладонь. Сердце билось так громко, что казалось — оно должно было выдать их. — Они были здесь недавно, — сказал он тихо. — Кто-то пришёл и добил их. Может, те самые, кто и нас поджидал у грузовика. Роман нашёл у одного из трупов карман с несколькими патронами — всего штук восемь, может, десять, но в плохом состоянии. Он аккуратно переложил их в свой рюкзак. Это было всё, что осталось. Илья попытался встать и хромо оперся на ребят. Нога кровоточила, и лицо исказилось от боли. — Я могу идти, — прохрипел он, но было видно: шаги будут медленными. Максим глянул на ребят и на пустые магазины. Их план — добраться до депо и найти транспорт — рухнул. Теперь нужна была новая цель: выжить, добраться до безопасного места, где можно перевязать рану и пополнить боезапас. За окном слышались отдалённые возгласы и редкие выстрелы — мир снаружи продолжал свою жестокую рутину. В доме, полном мёртвых, их трое были живы, но раны и пустые карманы напоминали: в этой игре у них пока нет преимуществ. Максим встал, прижал ладонь к щекам Ильи: — Держись. Мы найдём выход. Но мы уходим сейчас — тихо и медленно. Роман посмотрел на тела и на радиевое небо за щелью в ставне. Он засунул руку в карман, почувствовал холод патронов и впервые за много часов позволил себе коротко, жёстко выдохнуть: страх не ушёл, но огня в его глазах стало больше. Они приготовились к уходу: бинты, последние припасы, и медленная, тяжёлая походка в сторону, где, может быть, был шанс на выживание...

Глава 34 "Надежда"

*21-22 день после катастрофы*

*(четвёртая неделя)*

Максим с Романом действовали молча — всё происходило на инстинктах. Они разорвали старую простыню, чтобы перевязать Илье ногу. Кровь не била фонтаном, но сочилась густо, медленно — явно задело мышцу. — Терпи, — сказал Максим, затягивая узел. — Сейчас главное — остановить кровотечение. — Терплю, — выдавил Илья, стиснув зубы. Лицо побледнело до синевы. Роман тем временем проверял комнаты. — Здесь чисто, — прошептал он, заглянув в прихожую. — Но долго оставаться нельзя. Слышишь? За стенами снова грохнуло — где-то рядом, возможно, за пару кварталов. Похоже, бой шёл до сих пор. Максим подхватил Илью под руку, помогая встать. — Медленно, шаг за шагом. Роман — впереди, проверяй путь. Они вышли на улицу через заднюю дверь. Воздух был холодный, пах гарью и пылью. Над городом стелился сизый дым, и небо поблёкло до цвета старого железа. Вдали, в сторону депо, всё ещё мелькали вспышки — оттуда доносились приглушённые очереди. Шли вдоль разрушенных домов. Илья хромал, тяжело опираясь на плечо Максима, стараясь не стонать. Каждый шаг отдавался болью. На земле — следы техники, отпечатки гусениц, гильзы, валявшиеся между бетонными обломками. — Ещё немного, — шептал Максим. — Там, за углом, должен быть подвал или подстанция. Они свернули во двор, где стояли перевёрнутые машины. Один из гаражей был полуоткрыт — створка согнута, но внутри сухо. Роман осторожно заглянул. — Здесь чисто, — сказал он. — Можно перевести дух. Они втянули Илью внутрь, уложили на старые доски. Роман зажёг фонарик. Внутри пахло бензином и пылью, но это было безопаснее, чем на улице. Максим проверил повязку. — Кровь почти остановилась, но ногу придётся перевязать снова, когда найдём аптечку. — Или хотя бы спирт, — добавил Роман. — И бинты. — И еду, — выдохнул Илья, пытаясь усмехнуться, но вышло лишь хрипло. Максим открыл рюкзак — внутри осталось несколько сухарей, бутылка мутной воды и восемь патронов. Он посмотрел на них, потом на Романа. — Это всё. Молчание повисло над ними. Только где-то наверху, за бетонной крышей, пролетал дрон — тихое, еле слышное гудение. Они замерли, пока звук не стих. — Завтра, на рассвете, — сказал Максим, не глядя на них. — Пойдём к старому торговому кварталу. Там могли остаться склады. — Там же и мёртвых полно, — напомнил Роман. — Знаю. Но других вариантов нет. Если не найдём еду и бинты — Илья не протянет. Илья тихо усмехнулся: — Эй, я не развалюсь так просто. Вы меня ещё хоронить рано. Максим кивнул, но взгляд его был тяжёлым. Он понимал, что на одной воле долго не продержишься. Ночь прошла беспокойно. Ветер стучал в железную створку, где-то вдали выли собаки или что-то, похожее на собак. Роман почти не спал, слушал каждый шорох. Максим сидел у выхода, сжимая нож в руке, будто сам факт этого придавал уверенности. Когда небо посерело, они собрались. Илья кое-как встал, обмотав ногу тряпкой поверх повязки. Каждый шаг давался с усилием, но он не жаловался. Они вышли на улицу. Город был пуст — ни людей, ни звуков, кроме далёкого гулкого ветра. Всё выглядело так, будто жизнь ушла отсюда навсегда. Роман поднял автомат, в стволе — единственный патрон. — Если встретим кого-то… — Стрелять только в крайнем случае, — перебил Максим. — Нам теперь каждая пуля — как жизнь. Илья кивнул. — Тогда идём. Они двинулись к торговому кварталу, среди завалов, где воздух стоял мёртвым. Каждый шаг давался всё труднее, но впереди — шанс. Маленький, почти призрачный, но единственный.

Глава 35 "Мёртвые среди людей"

*22 день после катастрофы*

*(третья неделя)*

До складов они добирались почти два часа. Город к этому времени окончательно проснулся — не живые, а те, кто остался. На улицах лежали обломки, мусор, рваные плакаты с надписями «эвакуация продолжается» и «центр помощи — зона 4». Всё это давно не имело смысла. Максим шёл впереди, внимательно осматривая каждое пересечение. Роман страховал сзади, Илья шёл между ними, прихрамывая. Его шаги становились короче, но он держался, стиснув зубы. Когда показались склады — три огромных корпуса, частично обрушенных, с ржавыми воротами и покосившимися контейнерами, — воздух изменился. Пахло гнилью и железом. Где-то поблизости кто-то стонал, глухо, словно из подвала. — Тихо, — сказал Максим. — Без света. Они подошли ближе, сквозь пролом в стене заглянули внутрь. Свет пробивался через дыры в крыше, ложился полосами на бетонный пол. Внутри — мусор, ящики без крышек, разбросанные тряпки, следы старых боёв. Роман поднял один ящик. Внутри — пустые консервные банки и обгоревшая упаковка из-под пайков. — Всё вынесли, — сказал он глухо. — Или сожгли, — ответил Максим. Илья опустился у стены, переводя дыхание. — Зря шли, — прошептал он. — Тут уже ничего нет. Максим хотел что-то сказать, но внезапно заметил движение. В тени между двумя колоннами кто-то лежал. Он поднял нож, подошёл осторожно. Фигура была человеческой — распластанная на полу, вся в засохшей крови. Максим присел. Мёртвый. Когда он перевернул тело, то увидел перекошенное лицо — когда-то человек, теперь лишь искажённая маска с гнилой кожей и мутными глазами. Пуля вошла точно в лоб. — Зомби, — сказал он тихо. — Но убит недавно. Роман насторожился: — Значит, кто-то был здесь до нас. — Или всё ещё здесь. Ответ пришёл быстрее, чем хотелось. С противоположного конца ангара донеслось шарканье, затем — тихое рычание. Из-за контейнеров показались тени. Две, три, потом ещё. Люди, или то, что от них осталось, шатались между колоннами, реагируя на звук. — Назад, — прошептал Максим. — Быстро. Они отступали к пролому, стараясь не шуметь. Но где-то позади грохнула банка, задетая ногой. Рычание стало громче, и одна тварь рванула вперёд, волоча ногу. Максим толкнул Илью к выходу, Роман схватил обломок трубы. Одним ударом он сбил зомби с ног, второй — проломил череп. Тварь затихла, но теперь остальные пошли следом. — Быстро! — крикнул Максим. Они выбежали наружу, запыхавшись. Сзади слышались шаги, визг и отдалённые голоса — человеческие. Где-то неподалёку работала радиостанция, а значит — солдаты. Роман оглянулся. — Там люди! Может, наши? — Или те, кто устроил засаду у депо, — резко ответил Максим. — Мы не можем рисковать. Уходим. Они свернули в переулок, где когда-то стояли фуры. Впереди виднелся старый водонапорный резервуар — высокий, полузаросший, с металлической лестницей. — Туда, — сказал Максим. — Ночь проведём наверху. Там обзор. Илья хромал всё сильнее, кровь снова проступила сквозь повязку. Он почти не говорил — только дышал тяжело, будто каждый вдох был ударом. Они добрались до резервуара, залезли по лестнице наверх и устроились на узкой площадке под куполом. С высоты виден был весь район: дымящиеся склады, мерцающие фонари вдалеке и редкие вспышки — перестрелка всё ещё продолжалась. Максим разложил куртку под Илью, проверил повязку — крови стало больше, бинты насквозь пропитались. — Завтра найдём аптеку, — тихо сказал он. — Должна быть хоть одна уцелевшая. Роман кивнул, глядя вниз. — И еду. Если повезёт — и патроны. Они сидели молча, пока ветер свистел в металлических перекладинах. Где-то вдали выла сирена — коротко, глухо, будто сама устала. Максим посмотрел на друзей. — Здесь оставаться нельзя. Завтра — дальше. Южнее. Говорили, там есть старая железнодорожная станция. Может, уцелела. Роман посмотрел в туман, где внизу копошились зомби, как чёрные муравьи. — А если нет? Максим пожал плечами. — Тогда будем искать дальше. Пока не останемся последними. Ветер усилился. Металл скрипел. Внизу город умирал медленно, но неизбежно. А наверху, на холодной высоте, трое уцелевших сидели рядом — с пустыми магазинами, израненными руками и единственной уверенностью: назад пути уже нет...

Глава 36 "Аптека"

*23 день после катастрофы*

*(четвёртая неделя)*

Утро пришло тихо, почти без света. Небо было низким, серым, и от него тянуло холодом. Металлические опоры резервуара дрожали от ветра, будто сам воздух не хотел отпускать тех, кто выжил. Максим первым спустился вниз, проверил периметр. На улице — никого, только мусор, куски штукатурки и воронки от мин. — Чисто, — шепнул он, подавая знак остальным. Роман помог Илье спуститься. Тот сжал зубы, но не издал ни звука, хотя по лицу было видно — боль жгла ногу с каждым шагом. — Видел аптеку, — сказал Максим, указывая на соседний квартал. — Вон там, через перекрёсток. Вывеска ещё держится. Добирались медленно. Каждый поворот проверяли, каждый звук заставлял останавливаться. Город был будто мёртв, но в любой момент мог ожить — не в хорошем смысле. Аптека оказалась старой — витрины выбиты, дверь перекошена, на полу осколки стекла. Когда они вошли, запах ударил сразу — пыль, сырость и что-то сладковатое, неприятное. Максим поднял пистолет, проверяя углы. Роман шёл следом, осторожно переступая через обломки. — Смотри, — сказал он, указывая на прилавок. — Там кто-то есть. За стойкой сидел человек. Сначала показалось, что живой — тело было прислонено к стене, руки на коленях, голова чуть опущена. Но, когда Максим подошёл ближе, стало ясно: он мёртв уже давно. Кожа высохла, глаза провалились, губы потрескались. На груди — старый брезентовый жилет, под ним футболка с облезшей надписью «Volunteer». Максим осторожно проверил карманы. Там был небольшой складной нож без лезвия, пустая пластиковая бутылка и кусок заплесневелого хлеба, будто человек берег его как последнюю еду. В нагрудном кармане — блистер таблеток, половина пустая. — Он был один, — сказал Роман тихо. — Наверное, просто остался здесь, когда всё рухнуло. — И не ушёл, — ответил Максим. — Может, решил, что уже некуда. Они молча стояли над телом. Никакой торжественности — просто усталое понимание: таким теперь был конец большинства. Без крика, без следа. Илья сел на перевёрнутый ящик, тяжело дыша. — Хоть что-нибудь нашли? — Пару бинтов, — ответил Роман, роющий ящик под прилавком. — Старые, жёлтые, но лучше, чем ничего. И вот, — он показал блистер, — таблетки. Не знаю, что за них. Максим взял упаковку, присмотрелся. — Обезболивающее. Старое, но может помочь. Они перевязали Илье ногу, поверх старой повязки. Боль немного отпустила, но видно было — нога начала воспаляться. — Надо уходить, — сказал Максим. — Здесь задерживаться нельзя. Слишком открыто. Снаружи донёсся глухой звук — будто что-то упало или ударилось о железо. Все трое мгновенно замерли. Роман заглянул в окно. — Там кто-то есть. — Сколько? — тихо спросил Максим. — Не вижу… кажется, двое. В форме. Максим поднял руку: — Спокойно. Без паники. Отступаем через заднюю дверь. Они двинулись к выходу, стараясь не шуметь. В аптеке послышался лёгкий звон — ветер задел витрину. Один из тех, кто был снаружи, обернулся, и на мгновение их взгляды пересеклись через разбитое стекло. — Вижу движение! — крикнул кто-то снаружи. Максим толкнул дверь, выведя друзей наружу. Они побежали, прячась за углом соседнего дома, потом между гаражами. Позади гремели шаги и короткие команды, но, похоже, солдаты не стали преследовать их далеко. Добравшись до старой автостоянки, они остановились перевести дух. Роман посмотрел на Илью — тот был бледен, но держался. — Мы чудом ушли, — сказал он. — Не чудом, — выдохнул Максим. — Просто нас пока не достали. Он сел на бетонный бордюр, посмотрел на небо — низкое, серое, без просвета. — Дальше на запад, — произнёс он. — Там, по слухам, осталась база связи. Если она не разрушена — попробуем выйти на кого-то живого. Илья усмехнулся, вытирая пот. — "Кого-то живого"… звучит как будто ты сам не уверен, что такие ещё есть. — Не уверен, — честно ответил Максим. — Но пока мы идём — значит, шанс есть. Роман поднялся, проверил рюкзак — в нём теперь было чуть больше, чем ничего: бинты, таблетки, кусок хлеба, восемь патронов. — Значит, идём. Они снова двинулись вперёд, по разрушенным улицам, среди тишины, в которой любой звук казался эхом прошлого. В спину им дул холодный ветер, несущий запах пепла и дождя — запах конца, который всё ещё продолжал тянуться...

Глава 37 "Дорога не туда"

*23 день после катастрофы*

*(четвёртая неделя)*

Они шли долго — гораздо дольше, чем планировали. Город остался позади, серые силуэты разрушенных домов растворились в тумане. Дорога вела через заросшие кустарником улицы, где асфальт давно треснул, а между плитами пробивалась трава. Максим остановился, огляделся — впереди темнели низкие дома, облупленные заборы, редкие фонари, давно не горевшие. — Это не промзона, — сказал он тихо, нахмурившись. Рядом с ним шел Илья, прихрамывая и держась за бедро — рана в ноге ныла, но он не жаловался. — Похоже на село, — заметил Роман, подняв автомат. — Город должен быть севернее… Максим выругался сквозь зубы: — Ошибся с направлением. Мы слишком рано свернули. Он присел на обочину, снял рюкзак и устало потер лицо ладонями. В голове гудело от усталости. Патронов почти не осталось — всего по магазину у каждого, еда закончилась вчера, вода — на исходе. Возвращаться в город ночью было самоубийством. — Ладно, — наконец сказал Максим. — Переночуем здесь. Утром решим, что делать. Они двинулись между домами, стараясь не шуметь. Село выглядело вымершим: ни света, ни голосов. Только ветер шевелил занавеску в одном из окон. На крыльце лежала детская игрушка — плюшевый мишка, пропитанный грязью и дождём. — Жуткое место, — тихо произнёс Роман. — Привыкай, — ответил Максим. — Таких мест теперь половина страны. Они нашли дом с целыми стенами и закрытыми ставнями. Максим проверил окна, Илья — дверь. Внутри пахло сыростью, пылью и чем-то старым, почти забытым. На столе стояла засохшая кружка, на полу валялась старая куртка. — Здесь никого, — сказал Илья, тяжело опускаясь на стул. — Тогда это наш ночлег, — решил Максим. Роман достал из рюкзака оставшийся бинт и помог Илье перевязать ногу. Рана начала воспаляться, но Илья лишь стиснул зубы, когда Максим обрабатывал её таблетками, найденными в аптеке. — Утром пойдём в город, — сказал Максим, глядя в окно. — Здесь всё равно пусто. Если повезёт, найдём склад или заправку. Нам нужно пополнить запасы. Снаружи тихо завывал ветер. Где-то далеко гавкнула собака — одинокий, глухой звук, после которого тишина снова сжалась вокруг дома. — А если здесь кто-то есть? — спросил Роман, прислушиваясь. Максим посмотрел на него усталым, но твёрдым взглядом. — Значит, узнаем утром. Они улеглись прямо на полу, рядом с рюкзаками и оружием. Долгий путь, холод и тишина давили сильнее, чем страх. За стенами стояла ночь — пустая, как весь этот мир. Но где-то там, за горизонтом, ещё оставался город, где могла быть еда, вода и, возможно, шанс выжить. И на рассвете они туда пойдут.

Глава 38 "Они везде"

*24 день после катастрофы*

*(четвёртая неделя)*

Рассвет встретил их мутным светом, который едва пробивался сквозь серое небо. Воздух был холодным и влажным — пахло пеплом и гнилью. Максим первым поднялся, выглянул в окно и убедился, что улица пуста. — Просыпайтесь, — тихо сказал он. — Проверим пару домов и уходим. Илья, морщась от боли, сел, проверил перевязку. Роман уже собирал вещи. Всё было по привычке: быстро, без лишних слов. Они вышли из дома, двигаясь вдоль улицы. Дома стояли молчаливые, будто выжидали. На одном заборе виднелись потёки крови, засохшие и почти чёрные. На перекрёстке лежала перевёрнутая тележка и несколько гильз — следы недавней перестрелки. — Похоже, здесь кто-то был, — заметил Роман. — Недавно, — ответил Максим. — Смотри под ноги. Они зашли в ближайший дом. Внутри — беспорядок: перевёрнутые стулья, порванная ткань, гильзы, застывшие в пыли. На стене след от пули, в углу — сломанная рация. Всё выглядело так, будто кто-то отчаянно оборонялся. Максим поднял руку, давая знак остановиться. Из глубины дома донёсся слабый, неровный звук — будто кто-то дышал. Они двинулись осторожно, по скрипящим половицам, пока не дошли до двери кладовки. Роман медленно приоткрыл её, и в тусклом свете фонаря показался человек. Он сидел, привалившись к стене, глаза полуоткрыты, губы пересохли. Лицо серое, щетинистое, под глазами — синяки. По первому взгляду можно было подумать, что это мертвец. Но он дышал. — Солдат, — тихо сказал Илья. — Наш, кажется. — Уже почти нет, — ответил Максим. Рюкзак лежал рядом с ним. Максим осторожно потянул его, и человек не пошевелился. Лишь глаза на миг дрогнули — будто хотел что-то сказать, но не смог. — Прости, брат, — прошептал Максим и забрал рюкзак. Снаружи, на свету, они открыли его. Внутри лежала буханка хлеба, несколько конфет, бутылка воды и старый нож в чехле. — Хоть что-то, — сказал Роман, облегчённо выдохнув. Илья молча открыл бутылку и сделал глоток. Максим осмотрелся: — Забираем всё и уходим. Здесь не нравится мне. Они направились обратно к своему укрытию, но, когда вышли на улицу, Максим резко остановился. На дороге стояла группа солдат. Пять, может шесть человек. На плечах — свежие повязки, автоматы наготове. Один из них заметил движение и поднял руку. — Контакт! — крикнул он. Роман инстинктивно рванул к забору, Илья повалился за стену, а Максим успел увидеть, как красные метки прицелов скользнули по фасаду дома. Раздался короткий, сухой залп. Пули прошили воздух, ударяя по стенам. Максим схватил Илью за руку, потащил к заднему двору. — Бегом! В лес, быстро! Позади слышались крики — военные перекрикивались, двигаясь цепью. Земля дрожала от шагов. Роман выбил ногой заднюю дверь, и они выскочили в узкий переулок, пробежали мимо забора и скрылись за кустами. Патронов почти не осталось — стрелять было бессмысленно. — Они нас видели, — выдохнул Роман, когда они остановились у обочины. — Значит, долго тут не останемся, — сказал Максим. — Уходим дальше. Он бросил взгляд в сторону села, где в утреннем тумане уже двигались силуэты солдат. Теперь это место перестало быть тихим...