Триединый

Глава 1. Родители

Мы медленно бороздили космические просторы. Ну, как медленно. Быстро, конечно, но эти просторы такие здоровые, что кажется будто время течёт всё медленнее и медленнее.

До Седны оставалось около земного дня пути, отчего меня начинала терзать тревога.

Как вот мне найти там Иллариона с Аэликой? И обратят ли они вообще внимание на меня — обычного половинчатого киборга?

Не знаю. Я вообще, по сути, ничего не знаю об этом мире. Но у меня есть Лисси. Если кто и сможет достучаться до своих родителей, то это она.

Проблема в том…

Я осмотрел свою человеческую руку.

…что я заражён глёком. Если об этом узнают, а они узнают… Меня тупо испепелят лазером и разбираться не станут. Ведь глёки — это страшные чудовища, пожирающие всё вокруг. И вот с этим я пока не знаю, что делать. Вряд ли получится как-то защититься от сканирования. Тут даже Лисси не поможет, ведь она находится в механической моей половине.

Ох, ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Я лежал и разглядывал в иллюминаторе проносящиеся мимо маленькие точки далёких звёзд, как вдруг в мою каюту постучали. Я отдал команду на открытие двери и приподнялся. Увидев того, кто стоит снаружи, я недоуменно приподнял бровь.

Там стоял парень со смутно знакомой внешностью. Немного смазливое лицо, короткие тёмные волосы, ровные брови, хитрый взгляд карих глаз с электронной обводкой радужек, и иронично улыбающиеся губы.

— Эм… Миара? — предположил я, так как других вариантов просто не было.

— Ну надо же, с первого раза! — засветился довольной улыбкой парень и прошёл в каюту.

— Это… как вообще? — продолжал недоумевать я.

— А вот так. Воспользовался капсулой Арктуса, пока он не видит. Оказывается, она и на такое способна.

— М-да уж… И зачем ты сменил пол?

— Не сменил, а вернул всё на место, ясно? Миаре уже плевать, а мне так удобнее.

— Ясно, ясно…

— Ну и? Что скажешь? — Он развёл руки, демонстрируя самого себя.

— Скажу, что… раньше ты выглядела симпатичнее.

И поменьше. Миара вообще была очень миниатюрной девушкой, а теперь она… он заметно прибавил пару десятков сантиметров и стал ростом совсем как я.

— Ха-ха, — саркастически произнёс эфирал. — Твои жалки попытки флирта теперь вообще не уместны. У меня есть девушка.

— Да, кстати, а она тебя уже видела?

— Ещё нет. Я к тебе первому зашёл. Как думаешь, ей понравится моё перевоплощение?

— Думаю… Думаю, она оценит.

— Класс! Большего и не требуется.

Парень продолжил рассматривать себя со всех сторон. На лице его играла довольная мина.

— И как мне теперь к тебе обращаться? — спросил я. — Миар?

— Не-не-не! Теперь я буду зваться… Тёмиус! Тёмиус Покоритель галактик! Властитель эфира и Уничтожитель всего неугодного!

Тут я уже не сдержался и рассмеялся.

— Смейся, смейся, глупый смерд, — наигранно важно хмыкнул Тёма. — Но помни, что круче всех смеётся тот, кто смеётся последним! У-ха-ха-ха!

С этими словами он выскочил из моей каюты и понёсся куда-то вдаль по коридору. Вскоре его злобный смех и вовсе смолк.

Да уж. Он, конечно, балбес балбесом, но… Я рад, что он продолжает быть в приподнятом настроении и веселить всех остальных. Это действительно очень важно, ведь то, что мы увидели на Земле… Такое сложно переварить. У нас теперь нет ни дома, ни родных, никого. Только мы есть друг у друга. Я, Арина, Артём, и Лисси. Никто другой не сможет нас понять. Мы должны держаться друг за друга. И просто должны держаться.

— Ормон? — вдруг раздался голос Арктуса из динамиков.

Он ничего больше не сказал, но я понял, что он меня звал. Я поднялся с кровати и отправился в кабину пилота.

Наверное, мы подлетаем к Седне.

Кстати говоря, Тёма не единственный, кто воспользовался медицинской капсулой корабля. Да и была она не совсем медицинской на самом деле. Я там полностью заменил всю свою вторую механическую половину. И руку, и ногу, и часть головы, и внутренние неживые органы — всё установил по эфиральским стандартам. Лисси буквально пищала от восторга. Такой софт, Бог ты мой… Да и выглядеть теперь я стал совсем как обычный человек — без сканирования и не поймёшь, что киборг. Вот так-то. Мне нравится.

Когда я зашёл в кабину, Арктус сидел в кресле пилота и внимательно разглядывал перед собой голографическую карту.

— Подлетаем? — коротко спросил я.

— Да, — ответил эфирал и отвлёкся от карты. — И я по-прежнему не советую приближаться к Седне. Там до сих пор идут бои, их даже отсюда видно. — Он указал на правый монитор, где вдалеке слабо мелькали вспышки света.

— У тебя есть другие предложения, как найти основателей Альянса?

Арктус замолк. Предложений у него не было.

— Вот именно, — вздохнул я. — Тогда давай изучать эту твою блокаду. Надо найти слабые места, где можно было бы прорваться.

— Ты думаешь я этого не делал? Я всё просканировал. К планете нельзя приблизиться незамеченным.

— Давай посмотрим вместе.

Я уселся в соседнее кресло, и передо мной возник схематичный план Седны и окружающего космического пространства. Бои там в самом деле проходили нешуточные. Флот Альянса был многочисленным и напирал со всех сторон, но и защитники-эфиралы сдаваться не собирались. Их орбитальные базы без перерыва кормили противников порциями плазмы и лазерными вспышками.

Арктус был прав. Сканирование показывало, что вокруг планеты висит сенсорное поле, дыр в котором попросту не было. Никак не пролететь незамеченным. Значит, нужно было что-то придумать. Как-то отвлечь или…

— Он здесь, — внезапно произнесла Лисси в моей голове.

Кажется она была удивлена или даже шокирована.

— Кто здесь? — не понял я.

— Отец…

— Ксса… — выругался Арктус, продолжая изучать данные сканера. — К Альянсу подошло подкрепление. Три линкора. Выходят из гиперпространства.

Я глянул на монитор. Рядом с планетой пространство разорвалось и выплюнуло три громадных махины. Их даже отсюда было видно невооружённым глазом. Они сразу же вступили в бой, расчертив окружающий космос яркими вспышками от пушек и турелей.

— Он там? Твой отец, — спросил я.

— Да. Я… ощущаю его. И он ощущает меня. Он… нас заметил. Он уже отправил перехватчики. Думает, что это вражеская уловка. Гадство… Мне нужно с ним связаться, срочно!

— Но как, Лисси? Скажи, что нам делать.

— Я… Подожди, я думаю. Нам нельзя убегать. Ни в коем случае. Или они откроют огонь. Нужно сдаться. Я предлагаю сдаться. Да. Другого выхода нет.

— Ладно, я тебя понял. Арктус, глуши двигатель.

— Чего? Зачем? — Эфирал удивлённо зыркнул на меня красными глазами.

— К нам вылетели перехватчики. Они нас уничтожат, если мы попытаемся сбежать.

— Какие ещё перехватчики? У моего корабля маскировка, они бы никак…

И тут экран озарился предупреждением: «Обнаружен противник. Угроза захвата».

Арктус выругался и подключился телом к кораблю, чтобы развернуть его и свалить к чертям, но я его остановил:

— Не делай этого. Они всё равно догонят. Если попытаемся скрыться, нас взорвут. А если сдадимся, то попадём на линкор к Альянсу. Туда, куда нам и надо.

— Это эфиральский корабль, мальчик. Нас взорвут в любом случае.

— Нет, не взорвут. Просто доверься мне.

Мужчина ещё раз на меня посмотрел, а потом качнул головой и отключился от корабля.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

Я нет, а вот Лисси — да. Доверимся ей.

Услышав про тревогу, в кабину подтянулись и остальные члены нашего экипажа. Пепельноволосая Рантара с вечно серьёзным выражением лица остановилась перед мониторами и скрестила руки на груди. Миар… Прошу прощения… Тёмиус, уже не такой довольный как прежде, встал рядом с ней, приобняв одной рукой. Милитика — наша юная инженер, техник, ремонтник и по совместительству киборг — во весь свой один живой глаз с ужасом поглядывала на приближающиеся к нам истребители. Старушка Давасса тоже пришла посмотреть на неожиданного неприятеля. За весь полёт я видел её всего пару раз, потому как всё остальное время, как я понял, она провела в медитации.

Какое-то время мы наблюдали за экранами в полной тишине. А затем с нами связались.

— Эфиральское судно класса «Мгла», назовите себя.

С огромным нежеланием Арктус принял входящий вызов:

— Идентификационный номер ЛМН45Д1УР. Меня зовут Арктус. Мы в бегах, опасности для вас не представляем.

— Сколько человек на борту?

— Шесть, включая меня.

— Оружие?

Эфирал задумался на мгновение, а затем медленно произнёс:

— Оружия нет.

Связь оборвалась. Мы сидели в тишине целую минуту. Окружающие нас истребители висели в пространстве, готовые в любой момент сделать из нас фарш. Как вдруг связь возобновилась:

— Следуйте за нами.

Перехватчики развернулись и повели нас к линкорам. Арткус выглядел крайне недовольным. Остальные нервничали. Даже Лисси. Не знаю как, но я каким-то образом чувствовал её волнения.

Вокруг Седны каждое мгновение озарялись яркие вспышки. Ожесточённый бой продолжался, и мы летели прямо к нему. К счастью, нас повели более безопасным маршрутом, так что к линкорам мы залетели стыла. Вблизи эти огромные махины попросту поражали воображение.

Как вообще что-то подобное можно было создать? Это ведь настоящий космический город, напичканный смертоносными турелями, пушками и ракетницами. Я шоке, короче.

Боковой ангар раскрылся перед нами, и мы влетели внутрь. Приземлились и ещё некоторое время продолжали наблюдать в экраны за окружением. Там нас со всех сторон окружили люди с пушками в руках и злобными физиономиями. Заставили открыть шлюз и выходить по-одному. Пришлось повиноваться.

Первым вышел Арктус, чем серьёзно взволновал окружающих.

— Эфирал! Это эфирал! — раздались перепуганные возгласы.

Его чуть там же на месте не порешили, однако вмешался крупный мужчина, появившись из неоткуда:

— Стойте! Отставить огонь!

Он был высоким, плечистым, с серьёзным лицом и хмурым взглядом. Его глаза светились фиолетовым. Это был явно псионик, но… какой-то необычный. Одет в броню, напоминающую псионный костюм, однако со всевозможными техническими примочками, которые так любят эфиралы.

Мужчина быстро нас оглядел и вдруг усмехнулся:

— Арктус, значит? Тебя я меньше всего ожидал здесь увидеть.

— Парамэйер Илларион, — хмыкнул в ответ эфирал. — Знаешь ли, я тоже не ожидал увидеть тебя на передовой.

— Папа… — прошептала с придыханием в моей голове Лисси.

— Тебя прислала ко мне Лисси? — спросил Илларион.

— Нет. Я отключился от системы.

— Это невозможно. Она бы тебя убила.

— Как видишь, возможно. Мне помогли. Собрали душу по кусочкам и установили на место. Можешь сам всё проверить, я не против, но связи с Сетью у меня нет.

В этот момент вслед за ним из корабля вышла Давасса, и командир Альянса, увидев её, с пониманием кивнул. Следом за ней потянулась и остальная наша компания. Я вышел за Рантарой, чувствуя всем телом её защитную ауру.

Как вдруг пролетающий мимо нас дрон остановился в воздухе и уставился на меня. Я сразу почувствовал недоброе. Именно оно и произошло.

— Обнаружено заражение! — раздался механический голос и весь ангар мгновенно вспыхнул красным светом. — Обнаружено заражение!

Этого-то я и боялся…

Внезапно рядом с Илларионом появилась девушка. Она тоже телепортировалась, и тоже была крупнее обычного человека. С такими же фиолетовыми глазами. В такой же необычной броне.

— Что случилось? — спросила она так, словно ответ ей был неинтересен. Словно она и так его уже знала.

— Мама… — прошептала Лисси.

Окружающие нас бойцы направили оружие в мою сторону. Рантара закрыла меня собой, поставив барьер. Тёмиус встал рядом с ней и напрягся.

Илларион и Аэлика ещё несколько секунд изучали меня, не отдавая никаких команд. Их радужки глаз светились, но не как у псиан или эфиралов. Они светились… по-другому. Словно совмещая эфирное и кибернетическое свечение.

Неожиданно Аэлика исчезла и появилась перед нами. Лёгким движением руки она смахнула и Рантару и Тёмиуса со своего пути, а затем заглянула мне в глаза. Я почувствовал, как все мои ещё живые внутренности сворачиваются узлом, а механическую половину пробивает хаотичными электрическими разрядами. Я попросту оцепенел и не мог даже вдохнуть. Думал так и помру, как вдруг давление ослабло так же резко, как появилась.

— Ну надо же! — воскликнула с усмешкой девушка. — Эта мелкая засранка и правда здесь. Ха! Представляешь?

— Представляю, — ответил ей Илларион со своего места. — Только пока не представляю, каким образом она тут оказалась.

— Это мы сейчас и выясним. Но сперва…

Она щёлкнула пальцами, и нас обоих куда-то перенесло. В маленькую комнату, где совсем ничего не было, кроме плазменной стены, преграждающей выход. Это была тюремная камера.

— Значит так, друг мой, — заговорила Аэлика, — ты пока посидишь здесь, чтобы никого не заразил. Мы подготовим контейнер для Лисси и вернёмся. Не переживай, тебе ничего не грозит. И не скучай, мы быстро.

Она снова исчезла.

— Эм-м… Лисси?

— Ась?

— Что происходит?

— Да не парься, я обо всём договорилась. М-м… И честно говоря, я не думала, что всё будет так просто.

— Я вот тоже не ожидал. О чём именно ты договорилась?

— О том, чтобы меня забрали. Я встретила их, представляешь? Я их нашла! Я так рада! Мама и папа! Как же я счастлива!

Я усмехнулся:

— Рад за тебя.

— Спасибо тебе! Спасибо вам всем! Я бы сама не справилась.

— Да не за что. Надеюсь…

Наш мысленный диалог прервали. Передо мной из воздуха появился Илларион. Он был на две головы выше меня, так что я почувствовал себя карликом.

— Готовы? — спросил мужчина.

Я не понимал, к чему именно, но решил кивнуть.

Как быстро они всё подготовили. Уж не ловушка ли это?

Илларион поднял руку и прикоснулся к моему механическому виску. Перед глазами высветился процесс передачи данных. Длился он где-то полминуты, после чего мужчина поблагодарил меня и исчез. А я свалился на пол из-за того, что правая моя половина заметно потяжелела.

На самом деле, она просто выключилась, и я не мог ею управлять. Поэтому отполз к стене и принял полусидячее положение.

Надеюсь, мне вернут контроль. Пусть даже без Лисси, но передвигаться мне всё-таки как-то надо.

Я долго сидел, размышлял о чём-то своём. Думал, как там сейчас Рантара, как Тёмчик. Надеялся, что с ними всё в порядке. Пытался связаться с Рутиликой, но она почему-то не отвечала. Возможно, на линкоре глушат псионные волны, или ей просто некогда ответить. Но она жива, я уверен. Моя сестрёнка так просто себя в обиду не даст, это уж точно.

Дрожание корабля и звуки боя потихоньку начинали смолкать. Кажется, битва подходит к концу. И если мы до сих пор на плаву, значит, мы побеждаем. Это хорошо.

Важный вопрос: что теперь будет со мной и глёком? Вряд ли нас отпустят на свободу. Но и разделить нас не получится — это убьёт обоих. А что тогда? Всю оставшуюся жизнь просидеть в клетке? Меня такой вариант совсем не прельщает. Но других я не вижу. Будь я на месте Илая, я бы так и сделал с заражённым — оставил бы его изолированным. Вдруг когда-нибудь в будущем появится лекарство.

Эх, только на это и остаётся надеяться…

Вскоре звуки боя совсем смолкли. Я сидел тихо, прислушивался к каждому стуку. Как вдруг передо мной появился Илларион. Он хмуро на меня посмотрел, и я сразу понял, что что-то не так.

— Что случилось? — спросил я. — С Лисси всё в порядке?

— Да, с ней всё в порядке, — отозвался мужчина. — Она многое поведала и про себя, и про вас. Рассказ был… занимательным, в каком-то роде. Так что мне будет неприятно это делать, уж прости.

— Что делать? — переспросил я, сглотнув, и только сейчас заметил в его руке необычный на вид пистолет.

— Ты ведь понимаешь, что заражён? Мы не можем тебя отпустить. Не можем допустить новой эпидемии. И так уже слишком много планет было уничтожено из-за этой дряни. Поэтому извини, но другого выхода у меня нет. Думаю, на моём месте ты сделал бы так же.

Он поднял руку и направил на меня оружие.

— Погоди-погоди-погоди! Этот глёк не такой! Он совсем не опасен! Он никого не зараж…

Но договорить я не успел. Мужчина спустил курок, и меня озарила яркая вспышка, а следом за ней накатила волна боли, которая практически сразу растворилась в тёмной и липкой субстанции, окутавшей меня со всех сторон…

Вот и всё. Это конец…

Глава 2. Разделённый

Я долго бродил в непроглядной тьме в поисках выхода, но его не было.

Я не знал, где нахожусь.

Не знал даже, кто я такой.

Я ничего не знал, но упрямо искал выход.

В голове иногда проскакивали странные видения. Я видел мир, доселе мне неизвестный. Видел существ, отдаленно напоминающих русалок. Их было много, но все они почему-то были напуганы. Они уплывали, прятались, спасались. От кого?

Были и другие видения. Страшные. Там я убивал невинных существ, поглощал их, насыщался, но никогда не мог насытиться полностью.

Что же я такое?

Я помнил всё это, но в то же время ощущал противоестественность. Словно это были не мои воспоминания. Они были кого-то другого, но теперь они принадлежали мне. И я не знал, как такое может быть.

Да, я очень долго бродил. Уже начал терять всякую надежду, как вдруг впереди мелькнуло что-то белое. Я сразу бросился туда, и чем ближе подбирался, тем сильнее разрасталась белая точка, превращаясь в новое видение.

Я увидел пузырьки. Они поднимались вверх прямо передо мной. А дальше, за пузырями, кто-то стоял. Два смазанных силуэта, рассмотреть которые у меня никак не получалось.

— …ты слишком сильно волнуешься, — донёсся до меня приглушённый голос. Кажется, женский. — Всё с ним в порядке. По крайней мере, с регенерацией. Вон сам можешь посмотреть. Так что необязательно ко мне так часто наведываться. Тут ты ничем не поможешь. Занимайся лучше своей войной.

— Ладно, — вздохнул второй мужской голос, который мне показался смутно знакомым. — Постарайся побыстрее привести его в чувства, ладно? Кто ж знал, что этот инцидент так повлияет на расклад сил.

— Понимаю. Постараюсь сделать всё, что смогу.

Один силуэт резко шагнул в сторону и вскоре скрылся за пределами видения. Второй силуэт медленно приблизился. Я очень хотел рассмотреть, кто же это был, но силы начали меня покидать, отчего видение попросту схлопнулось, снова оставив меня в непроглядной тьме. И я, уставший непонятно от чего, растворился в ней…

Меня разбудил странный стук. Он был громким и неприятным. Стучали как будто ногтем по стеклу.

— Эй? Я знаю, что ты уже полностью восстановился, — донёсся до меня тот же женский голос. — Хватит притворятся. Подъём.

Кое-как я разлепил глаза. Даже удивился тому, сколько сил пришлось на это потратить.

Стук повторился. На этот раз чуть тише, но всё такой же настойчивый.

Передо мной, за пузырями, стояла женщина. Я плохо видел черты лица, однако волосы у неё были белые и длинные. Ещё она была в чёрном платье. Наверное, это было платье. Для меня всё это выглядело как грубые мазки на холсте художника.

— Ну вот, совсем другое дело. Молодец, — похвалила меня незнакомка. — Как себя чувствуешь?

Я не знал, как ответить. Я себя не чувствовал. Буквально. Я не ощущал своего тела. Я был… просто точкой, которая видит и слышит.

— Кивни хоть, если нормально всё, — потребовала она.

Но я не мог сделать даже этого.

Женщина тяжело вздохнула и куда-то отошла. Я снова почувствовал усталость и провалился в уютную темноту, так и не дождавшись возвращения незнакомки.

Снова стук по стеклу будит меня. Снова я вижу её. Совсем ничего не поменялось.

— Так-так, — промурлыкала женщина. — С каждым разом приходишь в себя всё быстрее. Это очень хорошо. Продолжаем эксперимент. Ты ведь меня видишь, верно? Попробуй проследить за моей рукой.

Она начала водить рукой из стороны в сторону и выходить из зоны области моего наблюдения. Но я не мог за ней следить. Я просто не знал, что нужно для этого сделать.

— Как странно, — хмыкнула она. — Но ничего. Пойдём маленькими шажками, не страшно. Главное прогресс имеется. Теперь можешь отдохнуть.

…

— Эй, соня, подъём. Сегодня у нас много работы. Давай-давай, просыпайся.

Пришлось подчиниться.

— Хорошо. Давай попробуем ещё раз. Следи за мной.

Я попробовал — не вышло.

— Нет-нет-нет. Ты должен напрячься, понял? Тебе нужно заставить глаза работать. Дотянись до них свой нервной системой. Подчини их себе.

Легко сказать… Знать бы ещё, как это сделать…

Хм… Дотянуться нервной системой, говоришь…

Я попытался сделать так и испытал дикую боль. Такую, что даже прищурился.

— О! Вот оно! Кажется, это то, что надо! Молодец! Пробуй теперь.

Женщина снова увела руку в сторону, но теперь мне через боль удалось повернуть глаза чуть вправо.

— Прекрасно! Замечательно! Ты умница, Ормон. Теперь можешь снова отдыхать. Восстанавливайся, родной.

Отдых… Как же он прекрасен…

Наши тренировки продолжились. С глазами я разобрался быстро. Потом пошёл нос, губы, язык, рот в целом. Вот со ртом пришлось возиться долго. Там столько всего задействуется, чтобы он начинал шевелился, кошмар просто. Зато, когда я закончил, неизвестная женщина откачала немного жидкости из резервуара, где я находился, так что моя голова оказалась на поверхности, и я наконец-то смог рассмотреть незнакомку.

Это была симпатичная блондинка лет тридцати в угольно-чёрном платье. Причём её волосы были белые как снег. Вкупе с бледной кожей создавалось ощущение, что её распечатали на чёрно-белом принтере. Однако картину спасали ярко-голубые глаза. Они выделялись, привлекали, но в то же время настораживали. Я каким-то образом чувствовал, что эта женщина очень опасна. Ощущал исходящую от неё сильную ауру. Однако никакой враждебности она по отношению ко мне не проявляла.

— Ну здравствуй, — произнесла блондинка с улыбкой. — Наконец-то я смогу с тобой поговорить. Как ты себя чувствуешь?

— Всё… ещё… никак… — выдавил я из себя слова. — Ничего… не чувствую…

— Это временно. С головой ты уже почти разобрался. Скоро прорастёшь нервами дальше, возвращая себе контроль над всем остальным организмом.

— Где… я… Что… случилось…

— Ох… — шумно выдохнула она и неожиданно хлопнула в ладоши. — Устраивайся по-удобнее, сейчас всё расскажу. Но сперва, что именно ты помнишь? Давай самое последнее.

— Я… помню… как… — Я замолчал, пытаясь собраться с мыслями. — Как меня… убили…

— Ой, родной мой, никто тебя не убивал. Но я поражена, что ты запомнил даже это. Кажется, я недооценила возможности твоего мозга.

— Тогда… что… произошло…

— Та-а-ак… Хм… Давай сначала пройдёмся по ключевым точкам, на всякий случай. Ты помнишь, как тебя зовут?

— Ормон…

— Хорошо. Значит, ты с планеты Тарор?

— Да… и… нет…

— Поясни.

Я задумался, и тут она вдруг снова заговорила:

— Не переживай, я уже всё знаю. Про твою прошлую жизнь, Землю, и всё в таком духе. Лисси нам рассказала. Поэтому можешь не бояться проболтаться.

— Тогда… Да… я с Земли.

— Помнишь, как тебя там звали?

— Сергей…

— Замечательно! Просто превосходно! Мне кажется, ты вообще всё помнишь. Всё гораздо, гораздо лучше, чем я предполагала! Ты просто… м-м-м… Так бы и расцеловала. Ты мой самый потрясающий экземпляр.

— Так я… подопытный…

— Что ты, нет! Ну, может быть, чуть-чуть. Прости, я не удержалась. Но я ничего в тебе не меняла! Только подправила немножко. И давай не будем на этом зацикливаться. Я ведь обещала тебе историю, так вот… Тебя не убивали. Я попросила просто привести тебя для изучения, но глупый Илай сделал из этого целый спектакль. Тоже мне, юморист. В общем, он тебя оглушил и доставил сюда. Из-за этого весь Альянс чуть не развалился, представляешь?

— В смысле…

— Да в прямом. Твоя эта девчонка… как её там… Рантара, кажется… чуть бунт не подняла вместе с остальными псианами на корабле. Мстить за тебя собралась. Их едва удалось угомонить. Успокоились только тогда, когда тебя живого увидели. А так бы… Даже не знаю. У них ведь Королева новая объявилась. Рутилика, твоя сестра. Её избрали, так как прежняя королева непонятно где прячется уже несколько циклов.

— Рут… Королева?..

— Да-да, я тоже удивилась. Какая-то девица, непонятно откуда вылезшая, и бац — королева. Но она, вроде как, избранная Тенью, или что-то в этом духе, вот за ней все и потянулись. Ведь вы, люди, любите всё такое претенциозное.

Женщина говорила неспешно, размеренно. Прохаживалась по комнате взад и вперёд, изредка махая руками, но не слишком энергично.

За ней и вообще по всей комнате на стенах висели слегка выгнутые мониторы, на которых отображались символы и графики. Справа возле стены стояли две пустые голубоватые капсулы, похожие на ту, что была у меня для игры в Рекриптум.

— Многие псиане даже покинули Альянс из-за этого, — продолжала говорить блондинка, —так что обстановка у нас тут напряжённая. Пока между Альянсом и Королевством шаткий мир, но кто знает, что будет дальше. Мне кажется, Рутилика любому голову срубит, кто осмелится тебе навредить. Поэтому давай уже очухивайся полностью и поговори с ней. Сообщи, что мы над тобой не издеваемся и не мучаем. Мы вообще лапочки.

— А что вы… делаете?..

— С тобой? Да ничего, говорю же. Пришлось тебя вырубить из-за глёка, который в тебе сидит. Его-то я и изучала. И сделала… грандиознейшее открытие! Ты… Ты даже не представляешь, что ты такое! Ты чудо природы! Первый и единственный в своём роде.

— В смысле…

— Уф… Извини, меня немного переполняют эмоции. Фух… Значит так… Кхм, даже не знаю, с чего начать… В общем, сейчас ты существо, аналогов которому в природе нет. Ты объединённый организм, состоящий из человека, глёкираи и мизити. Такое объединение невозможно в принципе, потому как Поглотитель… То есть, глёк, как вы их называете, не оставляет своим жертвам выбора. Он их просто пожирает и превращает в собственную массу. Так случилось с моей родной планетой. Глёкираи прилетели на неё и обосновались там, переварив две трети нашего народа. Остальных они оставили для того, чтобы мы таскали им еду — биомассу с других планет. И мы таскали, но вскоре чёрной жижи стало так много, что она отправила излишки бороздить космос в поисках пропитания. Так глёкираи добрались до вашей галактики и хорошо тут закрепились. Я думаю, ты и сам видел, что случается, когда они прилетают на обитаемую планету. Да-да, именно — ужас. Но теперь у нас есть ты, и у меня на тебя большие планы.

Женщина вдруг отошла в сторону и внимательно всмотрелась в висящий монитор. Постучала по губам пальчиком, и многозначительно хмыкнула.

— До сих пор не понимаю, как именно ты устроен, — задумчиво пробормотала она. — То есть, понимаю, но не верю. Кхм, кхм… Так вот, о чём это я? Ах, да. — Она отвлеклась, посмотрела на меня и снова пошла гулять по комнате, наворачивая круги: — В тебя забрался глёк, однако он тебя не сожрал. Почему? Хороший вопрос. Вообще, это противоестественно по их природе, но ты попал в исключение. Тот глёк, что в тебя залез, слишком долго был отключён от единого разума и начал возвращаться к настройкам по умолчанию. А по умолчанию, когда-то очень давно, он был одним из мизити — расы, к которой принадлежу я. Мы раса симбионтов, мы используем других существ, чтобы выжить, при этом помогая выжить и им самим. Мы можем делиться со своими носителями знаниями, укреплять их тело, ускорять рефлексы… Говоря простым языком, мы усиливаем носителя, а он нас кормит и защищает.

Она остановилась, посмотрела на себя, а затем снова шагнула вперёд:

— Давным-давно мы настроили тесное сотрудничество с водными животными с нашей планеты. Они стали идеальными носителями. Тысячелетиями мы поддерживали эту связь. Мы меняли их, усиливали, улучшали, и в итоге мы слились в единый организм. То тело, что ты сейчас видишь — результат всей проделанной работы. Я могу менять его как захочу. Могу стать мужчиной. Могу стать монстром из сказки. Могу стать даже предметом, который ты никогда не отличишь от оригинала.

Она говорила всё это и тут же демонстрировала, меняя собственный облик прямо перед моими глазами. Выглядело это максимально фантастически. У меня даже рот самопроизвольно раскрылся от удивления.

— А вот это мой истинный облик, — сказала женщина и превратилась в существо с хвостом и плавниками — точь в точь такое, каких я видел в своём видении, пока бродил в темноте.

Вернувшись к внешности бледной женщины с белоснежными волосами, она продолжила:

— Я мизити. И ты теперь тоже мизити. Но совсем не такой, как я. Глёк разделился в тебе надвое и постоянно вёл борьбу за превосходство со своей половиной, осознавшей себя. Всё твоё тело было полем боя, хоть ты этого даже не осознавал. Но в итоге, никто из них не победил, потому что ты… умер. Да, именно так. Тело Ормона погибло, разделённое надвое, и душа его отправилась в Тень. Как вдруг, это вакантное место занял ты! Я не понимаю, как такое могло произойти, и никто не понимает, но факт остаётся фактом. Ты ожил. Вернулся из мёртвых. Но не совсем. Тело осталось в критическом состоянии, так что глёку и мизити, которые сидели в тебе, попросту не оставили другого выбора, кроме как объединиться и залечить твои раны, иначе вы бы погибли все трое. И вот в тот момент, когда они добровольно объединились, между ними что-то произошло. Какой-то… даже не знаю… симбиоз. Они стали чем-то другим. Чем-то… третьим. Они стали независимы от разума Поглотителя, стали обособленным организмом, у которого появилось самосознание. Не знаю, пыталось ли это существо с тобой общаться, но я провела эксперименты и точно уверена, что оно осознаёт себя. Оно голодно, но не так, как глёкираи. Оно способно передавать носителю знания и усиливать его, но не так, как мизити. Это совершенно другая, совершенно новая ветвь эволюции. И я её улучшила. Прости, но я её улучшила. Я открыла этому существу полный доступ к твоему организму. Открыла все двери, которые только возможно. Сделала то же самое, что проделали мы за тысячи лет эволюции, но уложилась всего в один земной месяц. И теперь ты и есть это самое существо. Ты смесь человека, глёкираи и мизити.

— Зачем?..

— Как это зачем? Вот ведь какой! Я ему помогла, а он ещё и не рад. Затем, родной мой, что сейчас ты не просто заражён глёком, ты и есть глёк. Поэтому глёкираи будут обходить тебя стороной. Примут за своего. Это то, что нам нужно. Прости, конечно, но теперь ты оружие. Да ещё какое оружие! Тебе нужно лишь научиться заново управлять своим телом. Но не обольщайся сильно. Не думай, что если ты мизити, то сможешь так же легко трансформироваться, как я. Не сможешь. Пока что. Сейчас твоя истинная форма — человеческая. А в ней отдельно кости, отдельно мясо, отдельно нервы, отдельно органы… Короче говоря, крайне неудобная оболочка. Пока ты её полностью не подчинишь и не начнёшь подгонять под себя — ничего не получится. Сейчас ты слабая и ни на что непригодная амёба. Но потенциал… Каков потенциал! В тебе столько всего зарыто, что даже мне завидно. Но не переживай, я тебя обучу всему, что тебе потребуется. Тц, хотя нет, не всему… Ты ведь ещё и псионик по природе, а я с этим, увы, не дружу. Но ничего, найдёшь другого учителя. Пока сосредоточимся на органике. Так что всё, хватит болтать и давай за дело! Руки и ноги сами себя не подчинят!

— Руки?.. — устало переспросил я.

— Да. Руки. И ноги. Ты полностью восстановил всё своё тело в моём живительном бульоне, хех. Подчинишь шею и сам посмотришь. Механическую часть, прости, пришлось выбросить — она тебе уже ни к чему. Когда вернёшь себе контроль, сможешь играться с плотностью клеток, так что твоё тело ничем не будет уступать металлу. Хотя, до этого ещё далековато… Э-э-э… Так, давай теперь немного потренируемся и хватит на сегодня. Вижу, что тебе надо отдохнуть. И да, кстати, — женщина усмехнулась и посмотрела на меня с доброй улыбкой. — Меня зовут Зенда, так что можешь обращаться ко мне по имени.

Глава 3. Тренировки

Следующие несколько дней (если судить по моему личному ощущению времени) я провёл в постоянных тренировках. Зенда давала мне отдыхать, но потом вновь заставляла подключаться к рукам и ногам.

Это было непросто, потому как теперь я чувствовал себя как-то иначе. Я чувствовал себя более… целостным, что ли. Всё моё тело ощущалось чётче, легче и как будто бы правильнее, чем до этого. С каждым днём, как и говорила Зенда, я прорастал нервами всё ниже, глубже, дальше, и в конечном итоге справился. Теперь оставалось научиться ходить…

Моя наставница полностью откачала жидкость из резервуара и выпустила меня на свободу. Дала серую простенькую одежду, принесла еду.

Первый приём пищи я запорол. Меня попросту вывернуло. Хоть еда и казалась вкусной, желудок её почему-то не принял. Блондинка лишь посмеялась и не стала меня отчитывать.

Время шло. Я, как маленький ребёнок, научился ходить, научился взаимодействовать с окружающими объектами посредством рук и пальцев. И вот, в один прекрасный день, Зенда велела мне связаться с сестрой, потому как обстановка на галактической арене перешла в критическую фазу.

Я уединился в комнате, которую мне выделили для сна, сел на пол, скрестил ноги, попробовал сконцентрироваться на сестре. Она ведь оставила в моей голове какой-то телепатический узелок, так что это должно было сработать.

И вот я сидел, сидел, думал о сестре, звал её, пытался мысленно общаться…, но ничего не происходило. Я так сильно ушёл в себя, что чуть было не уснул, как вдруг…

— Ормон? Ормон! Наконец-то! Как же я рада тебя слышать! Как ты там? Всё в порядке?

— Да, сестрёнка, всё в порядке. Я тоже рад тебя слышать.

— Слава высшим духам… Я уже и не знала, что думать. Меня одними завтраками тут кормят. Говорят: «скоро, скоро он очнётся, потерпите», и всё такое прочее. Фух… словно эфир с плеч упал… Ты как там вообще? Мне сказали, что тебя пытаются излечить от глёка? Это правда?

— Не знаю, возможно и пытались раньше, но теперь всё изменилось.

— То есть? Не понимаю.

— Сейчас покажу.

Я представил последние свои воспоминания и показал их Рутилике.

— Всевышний Дух… Что они с тобой сделали? Тебе было больно?

— На самом деле нет. Не знаю, что именно во мне изменилось, но пока я ощущаю себя так же, как и прежде. Даже немного лучше.

— Ох, надеюсь… Надеюсь… Ладно, не важно. Если почувствуешь себя как-то не так, сразу сообщи, хорошо?

— Конечно. Ты слишком сильно обо мне переживаешь. Я ведь даже не настоящий твой брат.

— Замолчи. Мы это уже обсуждали, и я высказала тебе всё, что думаю по этому поводу. В тебе есть частица моего брата, так что я считаю тебя братом, и давай впредь не поднимать эту тему. К тому же, настоящий Ормон совсем не против этого. Ты всё понял?

Я усмехнулся:

— Конечно, моя королева.

— Ой, ну перестань! Я сама не понимаю, как так вышло. Я этого не хотела.

— Самые лучшие правители получаются как раз из тех, кто не желает власти.

— Да брось. Ну какая из меня королева? Меня буквально за шкирку взяли и бросили в этот омут.

— Прям так и сделали?

— Ха-ха, нет, не совсем.

— Расскажешь?

— М-м… Да. Почему нет? Хотя, если честно, тут и рассказывать нечего. Когда мы с мамой эвакуировали жителей с Тарора, то перевезли их в ближайшую систему, контролируемую Альянсом, на Фитронис. А там живёт одна очень влиятельная семья. Они сперва были недовольны, но потом… Ох, не знаю… Потом кто-то проболтался про мою связь с Тенью, и понеслось… Среди псиан слухи разносятся моментально. И вот меня уже вызывают на ковёр перед этой семьёй и начинают допрашивать. Сперва сами, потом подключили к этому делу и другие семьи из высшего света. Ну и всё. Не знаю, как долго мы разговаривали (мне это вечностью показалось), но по итогу кто-то из Прим выкинул предложение о моей коронации. Его поддержали чуть ли не единогласно, представляешь? Я тогда в таком шоке пребывала, что даже не могла поверить в происходящее. И вот, уже на следующий день я уселась на мягкий стульчик и принялась выслушивать мольбы своих подданных. Это кошмар, Орми! Это просто ужас какой-то! Я и не знала, что всё это настолько сложно! У меня голова разрывается! Все от меня что-то хотят. Все что-то просят. Повсюду одни проблемы. Кто-то голодает, где-то эпидемия, кому-то защита от эфиралов нужна… Я… Я просто… Мне кажется, я скоро взорвусь.

— Не взорвёшься, не переживай. Ты слишком хорошая королева, чтобы вот так эгоистично оставить своих подданных на произвол судьбы.

— Ха-ха, глупый братец! Не смеши меня. Но… Ты знаешь… Спасибо за это. Мне так тебя тут не хватает, ты даже не представляешь. Когда ты уже вернёшься? Ты ведь выполнил свою главную миссию, верно?

— Да, я доставил Лисси, ты права. Но я не знаю, когда вернусь. Глёки уже слишком много планет опустошили и слишком много жизней забрали. Их нужно остановить. Зенда говорит, что только я могу это сделать. Не знаю, так ли это, но я должен попытаться. Мы с тобой оба видели, что творилось на Тароре. Нельзя, чтобы такое происходило и дальше.

— Понимаю… Но мы можем бороться с ними вместе. Я помогу тебе. У меня ведь теперь есть армия.

— Знаю. Побереги её пока. И спасибо за предложение. Когда мне понадобится твоя помощь, я попрошу.

— Ладно…

— И Рут, прекращай ссориться с Альянсом из-за меня, хорошо? Это ничего не даст. Лучше вместе дайте отпор эфиралам. А то пока вы будете грызться, они вас перебьют потихоньку.

— Хорошо-хорошо, поняла я… Ничего бы не было, если бы этот ублюдок Илай в тебя не выстрелил.

— Я тоже тебя люблю, сестрёнка.

Она мысленно цокнула, и вздохнула с улыбкой.

— Ладно, всё, побежала я на очередную встречу с важными персонами. Аксус меня уже заждался. Но я с тобой ещё не закончила! Маякни, как будешь свободен, хорошо? Я снова с тобой свяжусь.

— Хорошо, Рути, маякну. И передавай Аксусу от меня привет.

— Ха-ха, обязательно! И я тоже тебя люблю, брат.

Незримая псионная ниточка в моей голове оборвалась. Я снова остался в тишине лишь со своими собственными мыслями.

Приятно было вот так просто с ней поболтать. Она совсем не изменилась, хоть и стала самым значимым лицом в собственном королевстве. Эх, сестра-сестра… И кто бы мог подумать, что ты докатишься до такого?

Зенда была рада услышать о выполнении поставленной задачи, о чём незамедлительно сообщила Иллариону. Теперь, надеюсь, всё у них там наладится, и никакой новой ненужной войны не вспыхнет.

Дни сменялись, я всё сильнее постигал собственный организм. Добрался до ступени, когда мог отращивать когти на сантиметр. Пригодится, если придётся с кем-то драться или защищаться.

— Ормон, — вдруг заговорила Зенда, войдя в комнатку, которую я называл столовой, и прервав мой обед. — Сегодня будет знаменательный день. Доедай быстрее. Жду тебя в лаборатории.

Хм, интересно, что она задумала.

Быстренько дохлебав питательный суп, я отправился за ней. Однако в лаборатории Зенда была не одна. Рядом с ней находился Илларион, и они что-то живо обсуждали. Только вот когда я зашёл, они сразу умолкли и перевели всё внимание на меня.

— Здравствуй, Ормон, — первым заговорил Илларион. — Приношу свои извинения за тот выстрел и рад, что ты в порядке.

— Да уж, спасибо за заботу. И тебе привет. Так что за знаменательный день?

— Ах, да! — спохватилась Зенда. — Иди за мной.

Женщина отвела меня в маленькую комнату, спрятанную за толстой стеной. Тут ничего не было, кроме незамысловатой лавочки и стола. Зенда жестом велела мне присаживаться и сказала, что сейчас вернётся.

Вся эта таинственность немного напрягала.

Не станет же она меня убивать после всего, что между нами было, правда?

Вернулись они вдвоём с Илларионом. Подробно объясняя мне все свои действия, лидер Альянса ввел мне в руку жидкость с нанитами, и принялся их настраивать удалённо у себя в голове. Как я понял, они были нужны для экстренного случая, если последующий эксперимент пойдёт по плохому сценарию. Ведь суть эксперимента заключалась в следующем…

Зенда поставила передо мной на стол прозрачную ёмкость, похожую на шкатулку. Внутри ёмкости сидела чёрная желеобразная жижа — глёк собственной персоной. Он немного бултыхался из стороны в сторону и время от времени бился в стекло в направлении женщины.

— Эта комната, как и резервуар, экранированы, — объяснила Зенда. — Если выпустим глёка тут, он не сможет передать информацию единому разуму. Как видишь, это существо уже реагирует на меня сильнее, чем на тебя. Только из-за одного этого я уже могу считать эксперимент успешным. Однако, я намерена пойти дальше. Мне нельзя его касаться, иначе произойдёт катастрофа. Поэтому я сейчас выйду и оставлю вас наедине. Мы с Илаем будем следить за вами через монитор. Оттуда же я буду тобой руководить. Понятно? И эй? Всё хорошо? Ты нормально себя чувствуешь?

— Вроде, да. Немного… неприятно рядом с ним находиться.

— Понимаю. Это нормально. Поглотитель — страшная тварь. Но не для тебя.

Женщина ещё раз взглянула на меня своими яркими голубыми глазами и кивнула. После чего вышла и закрыла за собой тяжёлую дверь.

Потеряв свою добычу, глёк успокоился. Он растёкся лужицей по дну шкатулки и более не подавал признаков жизни.

— Отлично, мы на месте, — раздался голос Зенды непонятно откуда. — Теперь открой резервуар.

Страшно как-то… Кхм, кхм.

Собственно, для этого мне и вводили особые наниты. Если глёк попытается меня сожрать, они не позволят ему это сделать.

Хорошая штука, не правда ли? На мой вопрос: почему тогда всех не вакцинируют такими нанитами, чтобы защитить от глёкираи — Илларион ответил, что всё не так просто. Эти наниты очень агрессивные. Если ими не управлять как следует, они сожрут не только глёка, но и своего носителя заодно.

В общем, обнадёжили меня как подобает.

Вдохнув-выдохнув, я собрался с духом и взялся две ручки, которые надо было одновременно выкрутить, чтобы инопланетный ларец раскрылся.

Раз, два, и готово.

Крышка плавно отъехала в сторону. Чёрная лужица по-прежнему не проявляла признаков активности. Даже когда я поднёс к ней руку.

— Фантастика! Просто фантастика! — воодушевлённо восклицала наставница. — Теперь главный момент. Коснись его.

— Че-го?! Коснуться? Ты серьёзно?

— Более чем. Давай-давай. Посмотрим, что будет.

Ох уж эта ваша рубрика «эксперименты»…

Ладно, чего уж.

Снова собрав волю в кулак, я вытянул вперёд палец и очень осторожно тронул глёка. Лужица лениво дёрнулась, пустив круговые волны от точки соприкосновения, а затем плавно утихла.

— Так, и что? — с придыханием спросила Зенда. — Чувствуешь что-нибудь? Он тебя заразил?

— Вообще ничего. Кажется, нет, не заразил.

— Ну-ка, сиди, не шевелись. Я просканирую. Так-так… Глябь, непонятно ничего. Ты ведь и сам глёк. Но вроде никаких изменений в организме не наблюдается. Попробуй ещё раз его коснуться. Разозли его.

Я тяжело вздохнул. Покачал головой. Потом снова затронул лужу. Она была мягкая и маслянистая на ощупь. И ей не нравилось, что я тревожил её покой. Откуда я это знаю? Без понятия.

После ещё пары тычков, глёкираи отползло к стенке шкатулки и вжалось в угол.

— Хорошо, достаточно, — заговорил довольный женский голос. — Осталось ещё одно, что я бы хотела проверить. Кхм, кхм… Плюнь в него.

— Что, прости?

— Ты слышал. Мне интересно, что произойдёт, когда твои клетки войдут в контакт с ним.

М-да уж, а у меня наставница-приколистка, оказывается.

Хорошо, мне нетрудно.

Наводим прицел, собираем снаряд, огонь!

На всякий случай я не стал собирать баллистическую ракету. Фиг его знает, как глёк на это отреагирует. Кроме как обидится, конечно. Лучше начинать с чего-то малого.

Но и малого ему хватило сполна. Лужица сразу оживилась, взбодрилась, сжалась в снежный ком, потом снова вывернулась наизнанку в каком-то приступе агонии, прыгнуло в сторону, вмазавшись в стеклянную стенку, отскочило назад, продолжило дёргаться, извиваться, страдать… Да, верно, страдать. Я как будто бы чувствовал её страдания. Чувствовал как свои, только… Какое странное ощущение. Между нами будто протянулась невидимая нить. Точно такая же, какую я ощущаю, пока болтаю с сестрой телепатически. Хотя, нет, эта слегка отличается… Но если это не псионика, то что тогда?

Вдруг глёк перестал извиваться. Его тело медленно перекрашивалось из чёрного в тёмно-серебристый. Он замер, уставился на меня. Я уставился на него и почувствовал, как будто смотрю сам на себя.

Мотнул головой. Глёк тоже дёрнулся всем телом. Я наклонил голову вправо, и он отполз вправо. Наклонил влево — и он влево.

Хех, а вот это уже действительно интересно.

Я велел ему выбраться из шкатулки, и он вылез. Плюхнулся на стол, принялся ползать туда-сюда, в зависимости от того, куда я направлял. Сейчас я ощущал его как… даже не знаю… как третью руку.

Внезапно тяжёлая дверь распахнулась, и в комнату впорхнула Зенда. Вид у неё был ошеломлённый. Она даже слов сперва подобрать не могла, лишь наблюдала за мной, открыв рот.

— Ты… Ты его подчинил?! — наконец, почти что вскрикнула блондинка.

— Не знаю. Но что-то типа того.

— Невероятно… Немыслимо… Невозможно…

Зенда как завороженная смотрела на сидящего на столе серебристого глёка.

Спустя пару секунд она вздрогнула и оглянулась:

— Илай, иди сюда. Подстрахуй.

Вскоре мужчина тоже зашёл в комнату. Зенда медленно приблизилась к столу, протянула руку и положила ладонь на глёкираи. Удивительно, но я тоже почувствовал это прикосновение. Почувствовал хоть и слабое, но тепло, исходящее от руки инопланетянки.

— Я просто не верю, — выдохнула Зенда и теперь подхватила глёка обеими руками, будто почерпнула воды из реки.

Я ничего ему не приказывал, поэтому он просто сидел себе смирно в гнёздышке из ладоней и не проявлял никакой активности.

Неожиданно из-за спины Иллариона выглянула ещё какая-то женщина. Я даже не понял, откуда она взялась. Она была словно демонесса — со странной кожей и рогами на голове. Она будто бы оторвалась от Илая и тоже подошла посмотреть.

— Я тоже хочу! Дай посмотреть! — потребовала она у Зенды и бесцеремонно отобрала глёка.

Её ладони были значительно горячее, а ногти острее, как у кошки. Вообще, она больше смахивала на суккуба. Красивая, объёмные формы, совсем без одежды. Лишь кусочки хитина закрывали интимные зоны, вот и всё.

— Нура, что б тебя Поглотитель сожрал! — возмутилась Зенда. — Чего вылезла? Я тебя сюда не приглашала.

— Хочу и вылезаю. У-ти какая прелесть! Ты только глянь, домашний глёк! Давай его оставим, а?

Суккуба принялась трясти руками, заставляя трястись и желеобразного глёка, и от всего этого меня даже чутка затошнило. А ещё я заметил, что Илларион стал… как бы это сказать… поменьше ростом. Будто у него массу тела отняли. Будто бы…

Погодите-ка.

— Так ты тоже мизити? — спросил я у демонессы.

— В точку, мой странный мутированный друг мужского пола, — весело ответила та, кокетливо сверкнув глазками.

— Получается, и у Аэлики есть симбионт?

— Верно. А как ты догадался?

— Слишком уж ростом они вышли… И сколько вас вообще таких? Мизити, я имею ввиду.

— Целая планета, — медленно проговорила Нура, подошла ко мне, виляя бёдрами, и нагнулась, посмотрев прямо в глаза.

Понятное дело, что этим самым она продемонстрировала не только свои озорные жёлтые глазки, но и то, что было пониже.

— Нура, отвали, — холодно процедила Зенда. — Развлекайся с кем-нибудь другим, а Ормона оставь в покое.

— Пфр, злюка. Собственница. Ну и ладно!

Суккуба развела ладони, уронив глёка мне на колени, грациозно развернулась, и зашагала обратно, где в буквальном смысле врезалась в Иллариона, расползлась и полностью втянулась в его тело, вновь увеличив его общую массу.

Жуть какая.

— Всё, Илай, — снова заговорила Зенда, — забирай нанитов и хватит на сегодня экспериментов. Это и так был колоссальный прорыв. Хорошего понемножку.

Так и сделали.

Нанитов из меня вытащили, и Илларион свалил обратно управлять Альянсом. А я остался с новым питомцем на руках. Ну, как питомцем… Я его помял немножко, а потом он мне надоел, и я втянул его в руку точно также, как это проделала Нура. Особого прибавления массы не заметил, зато почувствовал приятную сытость. Кажется, сегодня можно будет обойтись без ужина… Хех.

Если этот день был особенным для Зенды, следующий оказался особенным для меня. Всё потому, что моя наставница позволила мне покинуть её комфортную тюрьму и выйти на свободу. Она открыла мне двери, которые раньше всегда были заперты, и меня тотчас обдал свежий ветерок со сладким запахом, напоминающим малину.

Снаружи было очень много растительности. И справа, и слева, и впереди огромные деревья, с настолько широкими и развесистыми кронами, что я в жизни таких не видел. Между ними трава, кусты, фантастические цветы самой разнообразной формы. А перед нами, в окружении всей этой природы, расположилось поселение местных дикарей. Их домики были полностью деревянные и походили на обычные шалаши. Кое-где между ними росли грибы — большие, в человеческий рост. Под ними и между домиками повсюду виднелись местные жители. Когда двери лаборатории раскрылись, некоторые из них прервали свои дела, и удивлённо уставились на меня.

Эти существа были необычными на вид. Странная смесь растений и грибов. Вместо ног у них были отростки, похожие на корни. У кого-то их было два, у кто-то три, у кто-то четыре, и так далее. Рук-отростков тоже разное количество, как и всего остального. Они все были разные. Складывалось ощущение, что кому как повезло вырасти, таким и получился. Глаза как чёрные капли с плавающим внутри зрачком.

Какие-то пеньки были толстыми, какие-то тонкими. Я даже парочку совсем стройных берёзок приметил. Рост тоже совершенно разнился от особи к особи. Были и совсем маленькие — мне по колено, а были и огромные — метра под три.

Да, все они были неказистыми, кривыми и неприятными на вид, но в их глазах читались настолько искреннее любопытство и детская наивность, что невозможно было не умилиться.

Вдруг из одной палатки выбралась Рантара. Она была облачена в свой обычный псионический костюм, однако теперь на ней виднелись и небольшие местные украшения в виде маленьких цветочков, листиков и камешков. Браслет из камней особенно красиво смотрелся, как, в общем-то, и малиновый цветок в её волосах.

Я уже знал, что они с Тёмиусом находятся где-то рядом и стерегут мой покой. Это мне сестрёнка рассказала на одном из сеансов связи.

Увидев меня, вечно хмурая пепельноволосая псианка усмехнулась и с улыбкой двинулась в мою сторону. Следом за ней выскочил и Тёмка. Заулыбался, засиял, раскинул руки для предстоящих обнимашек и тоже бросился ко мне. Тёмиус нацепил на себя аналогичный браслет из камней, однако в остальном на нём была лишь обычная, чуть потрёпанная одежда.

Я вышел им навстречу, спустился по ступеням до земли и хорошенько поприветствовал друзей. Конечно же, они сразу начали меня расспрашивать обо всём подряд, так что пришлось перенести задушевную беседу в их палатку. Зенда была совсем не против и лишь махнула нам рукой, после чего скрылась в своём корабле.

Кстати говоря, я только сейчас понял, что всё это время находился вовсе не в сооружении, а на космическом корабле. По дизайну он не был похож ни на псианский, ни на эфиральский, так что я сделал вывод, что принадлежит он той самой загадочной расе мизити.

Болтали мы долго. Тёму вообще сложно заткнуть, когда он в воодушевлённом состоянии. Я рассказал им про себя, они рассказали, как мы все до такого докатились.

После того, как Илларион тайно забрал меня с линкора, Рантара подняла бучу и чуть не подорвала весь советский строй. В общем, опасная девица. Но потом её успокоили, и их с Тёмиусом привезли сюда, где они и жили среди аборигенов всё время, пока меня изучали и тренировали.

Как оказалось, местные дикари — миролюбивый и спокойный народец. Агрессию не проявляет, чужакам помогает по мере своих возможностей. Говорить они не могут, а общаются через грибную сеть, раскинувшуюся по всей планете. И ещё Рантара выяснила, что эти ребята восприимчивы к телепатии, так что можно было с ними болтать и таким образом. Кстати говоря, именно поэтому меня Зенда и выкинула на улицу.

— Она сказала, что тебе нужен учитель-псионик, — обратилась ко мне Рантара, — и я готова обучить тебя всему, что знаю сама. Если ты захочешь этого.

— Конечно. Для меня это будет честь — учиться у самого великого сикария расы псиоников.

— Хах, очень смешно. Нашёл великую, — буркнула девушка, но при этом едва заметно улыбнулась.

Вот так к моему ежедневному расписанию тренировок добавились ещё и уроки псионики.

— Сиди прямо, закрой глаза, обрати всё своё внимание в тело, — наставляла меня Рантара, сидя передо мной в позе лотоса. — Сфокусируйся на дыхании. Дыши плавно, размеренно. Сперва тебе нужно научиться ощущать себя. Потом сможешь почувствовать и то, что находится вокруг. Ты снова сбился. Следи за дыханием. Да, вот так. Медленно.

Мы очень много времени проводили с Рантарой наедине, тренируя медитацию, так что я начинал всё чаще замечать недовольную моську Тёмиуса. Но его можно понять. Я бы, наверное, тоже начал ревновать, если бы моя девушка часами сидела в тесной палатке с кем-то другим.

Один раз он даже серьёзно на нас обиделся.

Как обычно, урок начался с медитации. Но в этот раз Рантара села совсем близко ко мне. Наши колени почти соприкасались.

— Сегодня будет важное занятие, — произнесла девушка серьёзно. — Мы будем тренировать твою ментальную мышцу. Я передам тебе крошечный фрагмент эфира, а ты уж постарайся удержать его как можно дольше. Понял? Сейчас всё покажу на практике. Сперва расслабься. Вдох-выдох, как мы проходили. Да, всё правильно, молодец. А теперь фокус…

Рантара взяла мою голову в руки, прикоснулась пальцами к вискам и заглянула в глаза. Её радужки слабо засияли серым цветом, а я начал ощущать какое-то давление внутри головы.

— Расслабься. Расслабься, Ормон. Я тебе не наврежу. Это эфир. Чувствуешь его? Впусти. Пропусти через себя. Заставь его течь через всё тело. Пусть он наполнит тебя и согреет. …Да, всё правильно, ты молодец. Вот так. Пропускай через себя и отправляй обратно в мир. Хорошо.

Её глаза потухли. Девушка чуть отстранилась, улыбнулась, не выпуская из ладоней моей головы.

— Перейдём ко второй части урока. Как я и сказала, теперь тебе нужно будет этот эфир удержать. Самому. Без моей помощи. И не переживай, если с первого раза не получится — не беда. Будем тренироваться столько, сколько потребуется. Хотя, знаешь, на самом деле, ты очень быстро учишься. Признайся, ты ведь вспоминаешь, что всё это уже проходил, верно? Когда был настоящим Ормоном.

— Раскусила, — усмехнулся я. — Да, время от времени какие-то фрагменты его памяти всплывают в моей голове.

— Так и знала! Ну всё, продолжим. Лови кусок.

Её глаза снова вспыхнули, но она их закрыла и подалась чуть вперед, коснувшись моего лба своим.

У меня сложилось ощущение, что мне в мозг влетел кирпич. И застрял там. И начал прокручиваться.

— Ауч!..

— Спокойно, спокойно. Ещё разок.

Она снова коснулась моего лба, продолжая швырять в меня кирпичи.

Вот в такой интимной близости мы и сидели, наверное, пару часов. Тёмчик не выдержал, заглянул в палатку и увидел всё это. Ничего не сказал, просто снова ушёл.

Рантара тяжело вздохнула и отстранилась:

— Ладно, потренируйся ещё немного сам, хорошо? Пойду его поцелую.

— Конечно. Прости, что…

— Даже не начинай. Всё, качайся. Скоро вернусь.

В общем, ей как-то удалось всё утрясти, однако наша с Тёмой дружба дала едва заметную на первый взгляд трещину, из которой повеял сквозняк.

Со временем я начал понимать местных, развивая навык телепатии. Каждый день мы болтали всё больше. Я узнал, что у них тоже есть своя, так сказать, королева, которая мудро правит всей планетой и её обитателями. Местные называют её Древа, и это название выступает одновременно и её именем и её должностью. Я понял это так. Мне даже познакомиться с ней захотелось, но потом я выяснил, что она — это лишь огромное дерево, выросшее в центре мицелия, и выступающее в качестве главного узла всей коммуникации на планете.

Ещё я понял, что местные аборигены нас побаиваются. Они знают, что не смогут дать нам отпор в случае чего. У них ведь даже воинов нет, потому как на их планете всегда царил мир. Такие вот необычные существа.

Как-то раз я сидел на земле и тренировался с телекинезом. Пытался поднять в воздух маленький камешек. Рантара куда-то отлучилась, выдав мне это задание.

И вот сижу я, значит, и вижу, как мимо топает грустный пенёк. Я понял это по печальной ауре, которая от него исходила.

— Что-то случилось? — спросил я мысленно.

Существо остановилось, повернулось ко мне. Глянуло всеми тремя глазами и забавно так грохнулось на землю.

— Питание. Заканчивается, — проговорило оно.

Они всегда так говорили — полузагадками. Иногда такими заковыристыми, что фиг поймёшь, что они имеют ввиду. Благо, тут всё было более-менее понятно.

— С водой что-то случилось?

— Заканчивается.

— Почему?

— Мало стало. Было много.

Я призадумался, а потом спросил:

— Что-то с рекой? Можешь показать?

— Стало мало, да. Покажу.

Пенёк неуклюже поднялся на лапы, и засеменил в обратную сторону. Я последовал за ним.

Мы пошли сквозь лес, огибая широкие стволы огромных деревьев. Я ощущал себя малышом, по сравнению с этими гигантами.

Местная фауна была больше похожа на флору. Прыгающие по веткам зверьки были покрыты листьями, что позволяло им замирать и прятаться буквально на виду. Насекомые тоже маскировались под цветы. Точнее, они и были цветами, просто живыми и способными передвигаться с места на место. В воздухе порхали яркие бабочки-листочки, а место птиц здесь занимали эдакие плавающие высоко в кронах полупрозрачные медузы. Внутри них виднелись какие-то семена или споры, так что я сделал вывод, что эти медузы, на самом деле, — плоды деревьев, с помощью которых флора размножается. Крупных животных я пока что не видел, но подозреваю, что и они будут представлять из себя что-то растительное.

Пройдя примерно километр, мы с моим деревянным другом наткнулись на русло реки, практически полностью пересохшее. Оно было метра полтора в глубину, и метров пятнадцать в ширину. Небольшая такая речушка. Однако сейчас тут протекал лишь совсем тоненький ручеёк.

Пересохло, получается. Странно.

Я посмотрел сперва в одну сторону вдоль реки, потом в другую. Ничего не обнаружил.

— Заканчивается, — снова грустно вздохнул пенёк.

— Ага, заканчивается… — вслух пробормотал я, почесав затылок.

Вода жизненно необходима всем, особенно местному растительному народу. Без неё они наверняка уйдут из этих мест, а без них станет скучно. Так что решено: надо найти причину пересыхания.

Я огляделся вокруг и заприметил старую корягу. Взял её и воткнул в землю — сделал себе эдакий ориентир, чтобы впоследствии не потеряться.

— Значит так, древесный, я пойду прогуляюсь вверх по течению. Вы меня не теряйте, ладно? Скоро вернусь.

Пенёк поглядел на меня удивлённо и зачем-то покачал всем своим тельцем из стороны в сторону.

Поди-кась понял. В любом случае, я действительно просто прогуляюсь. Даже если не найду причину, вернусь обратно. А-то кто знает, какая протяжённость у этой речушки. Лучше потом попрошу Зенду поднять корабль, да прочесать местность.

Оставив местного сторожить корягу и искренне надеясь, что он отправится в поселение по своим делам, я зашагал вдоль берега. Было тихо и спокойно. Изредка из леса раздавались пощёлкивание, треск, и стрёкот — это обычные тут звуки, наподобие пения птиц. Земля под ногами была мягкая, но не рыхлая. Мелкая трава щекотала пяточки, потому как обувь мне не выдали — только штаны и рубаху. Но я уже привык и особо не заморачивался. Зенда вообще сказала, что так я лучше начну чувствовать планету и силу, спрятанную в ней. Что бы это не значило.

Солнце в этом мире выглядело в два раза больше, чем наше, и имело оранжевый окрас. Скорее всего, оно просто было ближе к планете, потому как жарило от души. Сейчас, наверное, градусов тридцать пять — сорок. Благо, кроны деревьев здесь широкие и развесистые — они-то и спасали от палящих лучей, бережно укрывая планету своей прохладной мантией.

Моё путешествие затянулось. Я прошагал, наверное, часа два-три, и уже хотел было возвращаться, как вдруг заметил впереди что-то странное. Тёмную кучу чего-то непонятного, сваленного в русло реки.

Подобрался ещё ближе и тогда понял, что это всего лишь брёвна, ветки, палки, и прочий мусор. Они образовали здесь самую настоящую запруду и невольно изменили течение реки. Она ушла в сторону — совсем не туда, куда мне нужно было.

Что ж, кажется, кому-то сегодня придётся поработать руками.

Я подошёл к плотине, закатал рукава, выпустил когти, и… сперва решил оценить фронт работ. А именно, вычислить слабые звенья всей этой конструкции местных бобров, если таковые имелись.

И вот только мне стоило начать присматриваться, как я осознал, что здесь далеко на всё так просто.

Среди брёвен и палок виднелись подгнившие мёртвые тела аборигенов. Их тут было очень много. Из-за того, что их сюда прибило давно, было непонятно по какой причине они погибли. Вообще, я ещё ни разу до этого не видел мертвых местных жителей, и, честно говоря, даже не думал, что они умирают. Они же деревянные, должны жить тысячи лет и всё такое. Как вообще их можно убить? Разве что лишить воды.

Короче, много всего непонятного. Надо будет расспросить пенька, когда вернусь. А сейчас займёмся более насущной проблемой.

Слабое звено отыскалось быстро. Я спрыгнул в устье, схватил покрепче бревно из середины и потянул его на себя. Пришлось серьёзно поднатужиться, чтобы хоть на чуть-чуть его сдвинуть. Когти тут пригодились как нельзя кстати. Зато потом вся конструкция заскрипела, затрещала, застонала, и ка-а-ак прорвётся под напором скопившейся воды. Я едва ноги оттуда унёс. Ладно, не унёс… Пришлось пробороздить по дну, нахлебаться водицы, и больно удариться о предательски разлёгшийся на пути камень. И только потом уже выплыть на поверхность и кое-как выбраться на берег. Слава богам, что река тут неглубокая, а то бы… Да неважно уже.

Я валялся на траве, отдыхал, приходил в чувства, собирался с силами. Даже чуть-чуть радовался, что теперь было не так жарко, после купания-то. Как вдруг услышал вдалеке выстрелы. Стреляли как будто из лазерного оружия.

Я сразу приподнялся, прислушался. Прозвучало ещё два выстрела, а потом всё смолкло. Это мне совсем не понравилось, так что я поднялся и в быстром темпе направился на звук, ещё выше по течению. Пробежал около полукилометра, перелез через упавшее дерево, и заметил впереди странную картину. Ещё приблизился, чтобы всё рассмотреть. Хорошо что тут повсюду росли кусты, так что мне было где спрятаться.

Передо мной на просторной поляне стоял космический корабль. Транспортник, но серьёзно модифицированный. Он был укороченный и с приделанными турелями по всему корпусу. Напрашивался лишь один вывод, кому он может принадлежать, — пираты. И да, эти ублюдки тоже были здесь, на всеобщем обозрении. Они разбили на противоположном от меня берегу реки лагерь, состоящий из нескольких палаток, и сейчас пинали балду. Кто-то спал, кто-то загорал на солнышке, кто-то чистил оружие, кто-то пялился в планшет со скучающим видом. А ещё парочка дозорных сидели на вышке и наблюдали.

Вдруг один из них поплотнее приложился к биноклю и крикнул:

— Э, пацаны! Опять идут!

Те, кто чистили оружие, выдавили довольную лыбу и похватали лазерные винтовки. Вышли вперёд. Из леса в то же время выползли местные аборигены. Неуклюже ковыляя на своих лапах, они двигались в сторону пиратов, держа в руках ветки, камни, и цветы — такие же дары, какие я уже видел на Рантаре. Однако стоило им приблизится, пираты подняли винтовки, прицелились, и расстреляли бедняг с близкого расстояния. После чего, они подошли к ещё живым дикарям, и что-то с ними сделали. Мне было плохо видно, но показалось, что они будто что-то вырезали и вытащили из их тел. То ли трофей, то ли что-то ещё. И стоило им это сделать, пенёчки сразу перестали подавать признаки жизни.

— Эй! Пришибленные! — крикнул один из пиратов. — А-ну вылезайте! Работа появилась!

Услышав команду, из палатки выбрались трое рабов, закованных в магнитные кандалы. Два мужчины и одна женщина. Все в лохмотьях, грязные, худые. Они уже знали, что делать. Направились к трупам, взяли их и кое-как потащили к реке.

Так вот откуда там появилась эта запруда. Похоже, они тут давно занимаются геноцидом. Но зачем? Местные же им ничего не сделали. И никакой угрозы не представляют. Странно это.

— Ормон? — неожиданно прилетел мне телепатический сигнал от Рантары. — Слышишь меня? Ты где шаришься? Тебя все потеряли.

— Да я тут… Эм-м… В общем, прогулялся немного. Скоро вернусь. Часика так через два.

— Нормально ты прогулялся… Ладно, передам Зенде. Она тут больше всех волнуется.

— Спасибо, — усмехнулся я.

И правда, пора возвращаться. Тут я пока ничего не смогу сделать. Пиратов много, все с оружием. Лучше доложить на базу, а потом будем вместе думать, как быть дальше.

Ох, ещё пара часиков прогулки…

Глава 4. Зерно Души

Вечерело. Рантару я встретил ещё на подступах к базе. Она сидела на земле возле коряги, которую я установил, и неотрывно наблюдала за протекающей мимо речкой. Я почувствовал нотки грусти в её настроении.

— Нагулялся? — спросила она, не отрывая взгляда от водной глади.

— Вроде того. У меня тут новость имеется, пойдём в деревню? Надо всё обсудить с Тёмкой и Зендой.

— Тёма улетел.

— Что? В смысле? Почему?

Девушка опустила глаза.

— Сказал, что устал от бездействия. Что хочет помочь в войне, вот и… улетел. К Илаю.

— А ты почему с ним не полетела?

Она на несколько секунд замолчала. Я подошёл к ней ближе и сел рядом.

— Я не знаю, что происходит, — заговорила она, пожав плечами. — После того, как моя прежняя личность слилась с личностью Рантары, я стала другой. Всё стало другим для меня. И для него тоже. Мы совсем не те, что были прежде. Возможно нам просто нужно время, чтобы разобраться в себе и в собственных чувствах.

— Понятно. Вы опять поругались из-за меня.

— Заткнись. Ты тут вообще не при чём.

— Вот не надо меня успокаивать. Просто признай, что я накосячил. И прими это.

— Ты такой дурак, — вздохнула она с едва заметной улыбкой.

— Я знаю. И Рантара, ты можешь лететь за ним, если хочешь. Не нужно тут со мной нянькой сидеть. С этой обязанностью вполне справится и Зенда.

— Во-первых, я не хочу. А во-вторых, если ты забыл, у меня приказ Королевы, так что никуда я от тебя не денусь.

— Это был приказ Примы, вообще-то.

— Теперь Королевы. Твоя сестра умеет удивлять. — Девушка скромно улыбнулась.

— Это точно. Рут такая.

— Из неё выйдет хорошая королева.

— Я каждый день ей это твержу, но она отказывается верить.

Рантара улыбнулась ещё раз, а затем сменила тему:

— Так что у тебя за новости? Что-то важное?

— На самом деле, да. Выше по течению, в паре часов ходьбы обосновались пираты.

— Пираты? Ты серьёзно?

— Увы, да. Они разбили там лагерь и отстреливают местных жителей.

— Что они делают? — встрепенулась девушка, и её глаза начали сердито поблёскивать. — Эти существа ведь совсем безобидные!

— Знаю, но… Они их убивают. Я сам видел.

Псианка резко поднялась на ноги и потребовала:

— Где они? Покажи мне.

— Но у них оружие.

— Плевать. Я их всех перережу.

Выглядела она максимально серьёзной и злой.

На самом деле, она ведь и правда могла бы спокойно это сделать. У простых пиратов немного шансов против элитной убийцы. Так что я сдался:

— Хорошо, я покажу. Но туда идти…

— Встань.

Я поднялся.

— Теперь просто представь это место. Как можно чётче. И открой мне своё сознание.

Рантара подошла ко мне ближе и снова взяла мою голову в ладони. Её глаза светились ярким серым цветом. Она была прямо передо мной. Я чувствовал её запах и аромат цветка в её волосах. Было трудно сосредоточиться.

— Место, — вновь потребовала псианка. — Покажи мне место.

Я успокоился и представил перед собой кусты, в которых прятался. Попытался представить как можно больше деталей, как вдруг на меня налетел лёгкий порыв ветра. Живот скрутило, а голова закружилась. Сдерживая рвотный позыв, я огляделся и понял, что мы уже на месте. Рантара телепортировала нас по моей памяти. Это было довольно рискованно на самом деле, но она оказалась не из пугливых.

Так как был уже вечер, картина пиратского лагеря изменилась. Причём заметно изменилась. Пираты сворачивали палатки, собираясь улетать. То ли у них отпуск закончился, то ли набрали достаточное количество трофеев — не ясно. Ясно лишь то, что порезвились они после моего ухода знатно — куча трупов местных жителей валялась недалеко от лагеря, их даже в реку скидывать не стали.

— Уроды, — злобно процедила Рантара, и её серые татуировки, выступающие из-под костюма, засветились ярче.

Воздух вокруг потяжелел и тихо хлопнул. Псианка переместилась на противоположный берег. Я даже сказать ничего не успел.

— Жалкие ублюдки, — снова донёсся её голос.

После чего девушка сформировала вокруг рук псионные клинки и бросилась в атаку. Прыгнула к одному, разрубила его пополам, прыгнула к другому, ещё удар наотмашь через всю грудь, снова телепортация и новый труп…

Она успела прикончить пятерых, до того как пираты в полной мере осознали свалившуюся на них проблему. Поднялась тревога, зазвучали крики, возгласы, мужики ринулись за оружием. Но куда уж им тягаться со скорость разъярённого сикария. Рантара продолжала рубить их в капусту одного за другим. Уже до корабля добралась, как вдруг оттуда вышел бородатый мужик со спокойным лицом и хитрой ухмылкой. Он выглядел и держался так, будто был капитаном местной шайки. Но оружие я у него не заметил — в руках он крутил лишь какую-то трубочку.

— Псианка, значит? — ехидно заговорил он. — Интересно, откуда ж ты тут взялась? Да и не важно. Как раз опробуем новый товар в деле.

Располосовав последнего противника, Рантара обратила свой взор на него, и, не долго думая, метнулась в его сторону. Выпала из телепортации с занесённой рукой для удара, как вдруг… Капитан, приложивший трубочку к губам, что-то выплюнул в её сторону. Эфирное свечение вокруг Рантары вмиг погасло. Её не защитил даже барьер. Девушка запнулась и по инерции влетела в капитана. Он её поймал, даже обнял и похлопал по спине.

— Какая хорошенькая, — промолвил он, причмокнув. — Вот потеха-то будет.

После чего мужик взвалил бессознательное тело на плечо и скрылся в недрах корабля.

А я как сидел в кустах, так и продолжал там сидеть, опешив от произошедшего. Из пиратского судна вылезли ещё несколько мужиков, и принялись осматриваться, кривя мордами и испытывая отвращение к увиденному. Одного даже стошнило. А затем они попросту продолжили собирать лагерь и заносить вещи в корабль.

Если они сейчас улетят, то кто знает, что станет с Рантарой. Нельзя их отпускать. Но что я могу сделать? У них оружие, а я толком даже драться не умею. У меня только когти есть, но толку-то от них.

Гадство. Как быть? Как их остановить?

Пираты заканчивали собираться, а я так ничего и не придумал. Поэтому решил импровизировать. Перебрался на другой берег и бесшумно приблизился к лагерю.

Так как было уже достаточно темно, мне удалось подкрасться незамеченным. Я надеялся использовать скрытность, чтобы проникнуть в шаттл, найти там Рантару, освободить её и покинуть вражескую территорию. Однако сделать это оказалось не так просто…

До корабля-то я добрался, а вот проникнуть внутрь… Вот это уже задача не из лёгких. Тут постоянно туда-сюда ходят враги, не давая мне и шанса прошмыгнуть.

Как вдруг по волшебству мне открывается блестящая возможность. Один из пиратов скинул лазерную винтовку на землю (видимо, чтобы не мешала), схватил ящик и потащил его на борт. Я тотчас решил действовать. Дождался пока он скроется, выскочил из кустов и бросился к оружию. То ли адреналин подействовал, то ли какие-то внутренние резервы открылись, но я добрался до винтовки за несколько прыжков. Схватил её и тут же направил дуло на ближайшего врага. Всего пиратов было четверо, и мне удалось застать их врасплох.

— Всем стоять на месте! Руки так, чтобы я их…

И всё. Вот и весь мой подвиг.

Самый левый пират вскинул пистолет и выстрелил. Красный луч прожёг в моей груди дыру. Все мои чувства словно разом отключились. Я даже вдохнуть не мог. Винтовка вывалилась из рук, ноги подкосились, и я рухнул на землю. Так и лежал, пялясь в вечернее небо, и ловя губами воздух, пока ко мне не подошли мужики.

— Это ваще кто такой? — спросил один.

— Без понятия. Может, он с той псианкой? — ответил второй.

— Возможно. Как думаешь, он сдохнет?

— Естественно. Трыкс ему сердце выжег. Кстати, Трыкс, какого члёбра ты это сделал? И как вообще? Ты же косой.

— Ну, я… запаниковал, — отозвался кто-то ещё.

— Кхех, запаниковал он. Ладно, идём дальше работать, а то босс нас прикончит.

— Эй-эй, погоди. Глянь сюда.

— Чего там?

— Глянь, глянь. Рана-то затягивается.

— Ох, ты ж, святые макарульки, и правда. Так он не сдох, получается?

— Получается так. Мутант, что ли?

— Да круль его разберёт. И плевать на самом деле. Давай, вырубай его, да потащили. Лишний раб никогда не лишний.

— Это точно, — усмехнулся первый и с силой ударил мне ногой в висок.

Очнулся я на холодном металлическом полу. Смутно разглядел окружающие прутья решётки, отделяющие меня от свободы. Кое-как приподнялся. В области сердца всё ещё побаливало, но дыры там уже не было. Дыра осталась только в рубашке. На руках и ногах магнитные кандалы.

Я находился в одной клетке из многих, установленных здесь, в тёмном помещении с затхлым воздухом. В некоторых клетках тоже сидели люди. Троих я даже знал — они скидывали трупы местных жителей в реку. А вот Рантары нигде не было и это страшно меня тревожило.

— Где мы? — хрипло спросил я.

Никто мне не ответил, поэтому я повторил свой вопрос более громко.

— Да тише ты, — шикнул на меня мужчина из той троицы знакомых. — А то накажут.

— Где мы?

— В клетках, разве сам не видишь? Теперь ты тоже раб и будешь подчиняться своему хозяину.

— Какому хозяину?

— Тому, кто тебя купит. Если купит. Но лучше бы купили, потому как Казерод ублюдок ещё тот.

— Это ваш хозяин?

— Да. И пока что твой тоже.

Он замолк. В тёмном помещении повисла тяжёлая тишина.

— Девушка-псианка — где она? — снова спросил я.

— Её отдали Вульгру как трофей.

— А это кто?

— Главарь местных пиратов. Ты вообще откуда, раз этого не знаешь?

— Неважно. И что с ней теперь будет?

— Я не знаю. Вульгр ненавидит псиан. В лучшем случае её убьют, в худшем — повесят над ареной на потеху остальным.

Я скрежетнул зубами. Злость вскипела во мне с новой силой, но я старался держать себя в руках.

— Что за трубка была в руках капитана? — вновь задал я вопрос. — Как он так легко пробил её псионный барьер?

Собеседник помолчал, а затем тихо заговорил:

— Нас там не было, так что я не знаю, о чём ты говоришь. Но предположу, что псианку поймали благодаря кусочку зерна, которые пираты собирают с трупов древесного народа.

— Что за зерно?

— Зерно Души — так его называют. Без него деревянные умирают. У них это что-то вроде сердца.

— И как оно… смогло пробить псионный барьер?

— Ядрышко, что скрыто под оболочкой зерна, состоит из диффрана. Такого чистого, что… В общем, оно очень дорого стоит. Пираты торгуют ими с эфиралами.

Диффран, значит… Это многое объясняет. Если такой маленький кусочек смог мгновенно вырубить такую сильную псианку, как Рантара… Даже боюсь представить, как это может перевернуть ход войны. Нужно срочно выбираться отсюда и сообщить об этом Иллариону с Аэликой.

— Как отсюда можно сбежать?

Мужчина аж усмехнулся:

— Ты такой глупый. Если бы отсюда можно было сбежать, разве мы бы тут сидели?

— Но должен же быть способ.

— Ты прав, способ есть. Если тебя купит безмозглый хозяин. Но отсюда не сбежать. Разве что через арену и прямо на тот свет.

— Что за арена? Там можно получить свободу, если победить?

— Победить? О чём ты? Там нельзя победить. Она используется как развлечение для пиратов. Там они только избивают и убивают нас, вот и всё.

— А что будет, если убить их?

— Ты точно глупый. Они попросту не позволят это сделать.

— Просто никто не пытался.

— Пытались, конечно же. — Он тяжело вздохнул. — Жить-то всем хочется. Но ничего из этого не вышло. Пираты не церемонятся. Даже с нами…

— То есть? Что значит, даже с вами?

Вдруг дверь в комнату распахнулась, и к нам зашли двое мужчин, прервав беседу. Они осмотрели нас, как какой-то товар, и один из них ткнул пальцем в меня:

— Вот этот.

Второй лишь безэмоционально пожал плечами.

Мою клетку открыли, самого меня схватили под обе руки и куда-то потащили. Сперва мы прошли по короткому коридору с парочкой других дверей, а затем вышли на улицу. Солнце больно ударило по глазам. Было утро.

Вокруг меня в хаотичном порядке стояли пиратские корабли. Раздавались громкие разговоры и хохот. Людей тут было много. Так же много было металлических ящиков с различным содержимым, вынесенных из кораблей. Всё это напоминало самый обычный рынок. Скорее всего, чёрный. Пираты шатались повсюду, покупали нужное, продавали бесполезное. И похоже, это была совсем не та планета, с которой меня забрали. Растительности тут считай вообще не было, лишь голая сухая земля, местами потрескавшаяся. А вот жара тут была такая же ядрёная.

Снаружи нас ожидали неизвестная женщина средних лет и мужчина — тот самый капитан, который взял в плен Рантару. Меня бросили перед ними на колени. Женщина бесстрастно меня оглядела со всех сторон своими ярко-синими глазами, а потом обратилась, как я понял, к своему помощнику, который до этого меня выбрал:

— Он же совсем хилый и тощий. Что, не было никого по-лучше?

— Прости, но нет, лучше никого не было, — сдержанно ответил мужчина за моей спиной.

— Однако смею заметить, — встрял в разговор капитан, — что это чрезвычайно необычный экземпляр! Видите ли, он мутант, и регенерирует как самый настоящий рагусин!

— Да конечно, — недоверчиво фыркнула женщина, сложив руки на груди и колыхнув волосами, собранными в хвост.

— Не верите? Я докажу!

Пират вытащил из-за пояса небольшой ножик, похожий на метательный, и бесцеремонно вонзил мне в плечо. От быстроты его действий я даже испугаться не успел, лишь издал сдавленный болезненный возглас.

— Вот, что я говорил! Глядите.

Рана в плече медленно, но планомерно затягивалась, однако женщину, кажется, это вообще не впечатлило.

— Ты рагусина-то видел хоть раз в своей никчёмной жизни? — обратилась она к работорговцу, одарив его сердитым взглядом. — Если бы видел, ты бы тут сейчас не стоял. Дам за него два зирита.

— Ну что же ты, дорогая моя. Да за него четыре просить мало будет! Ты только подумай, он же считай бессмертен! Никакого ухода, никаких расходов на медикаменты! Почти как настоящий робот, но чуть-чуть дешевле.

— Три. Это максимум.

— Тц, ах-х… Как от сердца отрываю. Так и быть, поддамся на твою красоту и отдам за три.

И тут я понял, что всё… Сейчас меня куда-нибудь заберут, увезут, и хрен я потом отыщу и вызволю Рантару. Нужно было что-то делать и срочно. Но что тут сделаешь? Разорвать оковы я не могу, уже пытался. Тогда…

Как бы мне не хотелось отрывать от важных дел сестру, другого выхода я не видел. По крайней мере, ей нужно было передать информацию по поводу чистого диффрана, собираемого на той планете, откуда меня увезли. Вот это действительно важно.

Я сосредоточился, отключился от внешнего мира. Мысленно позвал сестру, представил её образ. Как вдруг оковы на руках и ногах противно пискнули и разразились электрическим разрядом, прошедшем сквозь всё моё тело, и заставившим меня изогнуться в приступе адской боли.

— Так он ещё и псионик… — донёсся до меня удивлённый женский голос.

— Э-э-э… Тогда прошу прощения, но он не продаётся!

— А-ну убрал руки! Деньги у тебя — сделка заключена. Он мой. Свидетели есть. Какие-то вопросы? Хочешь купить его обратно? Без проблем. Пятьсот зиритов.

— Но это… Но…

— Что? Всё? Закончился? Тогда свали. Нимч, тащи его на борт, да поживее.

— Как прикажете.

Вот теперь точно… всё…

Глава 5. Хозяин

Меня, всё ещё частично парализованного, затащили на корабль и бросили в отельную камеру, наглухо запирающуюся. Через какое-то время я почувствовал, что судно завибрировало и взлетело. Куда? Зачем? Неизвестно…

Я теперь вообще не знаю, где окажусь и как вернуться обратно. Как найти Рантару. Как связаться с сестрой, если эти проклятые наручники не позволяют. Ничего не знаю.

Но нельзя поддаваться панике. Нельзя сдаваться. Рантаре сейчас ещё хуже. Её могут попросту убить или замучить до смерти. Она пропадёт, если я не потороплюсь. Так что нужно брать себя в руки и продолжать изучать строение собственного тела. Если я смогу размягчить или вовсе убрать кость большого пальца, то у меня получится избавиться от наручников. С ногами сложнее, но… и в этом случае что-нибудь придумаю.

Поудобнее сев на пол и навалившись спиной на стену, я снова ушёл вниманием в тело, но теперь не для того, чтобы пробудить псионику. Теперь мне нужно было всего-навсего слегка эволюционировать.

Только сделать этого мне не дали.

Дверь в камеру раскрылась. За ней стоял мужчина — помощник моей нынешней хозяйки. Взгляд у него был недобрый. Одет в строгую форму, напоминающую военную, только тёмной раскраски. Много карманов, за поясом пистолет.

— Псианский выродок, — неожиданно гневно прорычал он и набросился на меня с кулаками.

Первый удар прилетел мне в щёку. Я даже среагировать толком не успел, лишь дёрнулся и завалился набок. Второй удар пришёлся туда же и окончательно повалил меня на пол. В пылу ярости мужчина принялся меня пинать со всей силы. Иногда добавлял кулаки. Я закрывался как мог, но толку было немного — противник оказался очень сильным. Он в кровь разбил мне лицо и, кажется, сломал несколько рёбер. Только после этого его остановили.

— Нимч, отставить, твою ррять! — громыхнул голос хозяйки. — Он нам нужен живым! За труп ни круля не заплатят!

Нехотя, но меня оставили в покое, однако выдохнуть я смог лишь тогда, когда двери камеры снова закрылись. А затем я сразу провалился в холодный, безмятежный сон без сновидений.

Когда очнулся, ран уже не было. Осталась только засохшая кровь, облепившая мне всё лицо. Ещё я снова похудел, да так, что самому было противно разглядывать свои руки, которые выглядели считай как костяшки. Но было и что-то ещё… Какое-то странное чувство внутри меня. Некий поводок, утягивающий куда-то прочь из моего тела. Я попытался успокоить разум и сосредоточился на этом ощущении. Позволил ему увести меня туда, куда ему хотелось.

Вдруг что-то изменилось. Я почувствовал себя странно, словно мне подсунули другое тело, состоящее только из головы и рук.

Я открыл глаза и увидел перед собой то, что никогда раньше не видел. Это был небольшой спортивный уголок, где стояли всего три тренажёра и парочка спортивных снарядов вроде лестницы и перекладины, на которой я сейчас подтягивался. Ещё впереди была огороженная область для спарринга.

Я действительно ощущал только руки и голову, а всё остальное было так, будто… Хм… Будто я снова оказался у Зенды в банке с жидкостью, и мне требовалось подчинить себе всё тело.

Как странно.

Закончив подтягивания, я спрыгнул на пол и размял отяжелевшие руки. Посмотрел на свои сбитые в кровь казанки, и… и тут до меня дошло. Я понял, кто я. То есть, не я. Это был Нимч, а я сейчас сидел в его голове. Вот почему я был будто наблюдателем, хотя отождествлял все сотворённые действия, как свои собственные.

По-видимому, избивая меня, он как-то заразился от моей крови, и теперь я смогу управлять им так же, как ранее управлял глёком. Но ещё слишком рано это делать. Паразит захватил контроль только над половиной тела, а этого мало.

Собрав волю в кулак, я отправил команду продолжать заражение и отключился от чужого сознания, потому как такая связь выматывала даже сильнее, чем псионные тренировки с Рантарой.

Надеюсь, она ещё жива…

Забившись в угол, я решил отдохнуть и не растрачивать энергию понапрасну — она мне ещё пригодится.

Через какое-то время меня навестила совсем молодая девчушка лет десяти-двенадцати с русыми косичками и глазами разного цвета: один голубой, а другой карий. Она принесла мне еду в помятой алюминиевой чашке. Было видно, что девочка меня боялась, потому как лишь приоткрыла дверь, протолкнула чашку по полу, и тут же снова закрыла.

Каша на вид была как помои, но выбирать мне не приходилось. Я съел всё, что было. Мне нужна была органика в любом её проявлении, чтобы восстановить клетки организма.

Так прошёл день. Я несколько раз «подключался» к Нимчу, чтобы проверить, как идут дела. Один раз застал, как он тренировался с незнакомым мне крепким парнем с короткой военной стрижкой и татуировкой под левым глазом в виде буквы «Х». Они боролись на огороженном ринге. Скорее всего, это продолжалось долго, потому как оба были уже мокрые от пота. Я потратил много сил, чтобы сформировать новую команду и вывести вирус через потовые железы. Но в итоге всё получилось, и теперь заражёнными оказались уже двое. Оставалось только ждать.

Ближе к ночи произошёл совсем уж интересный и даже пикантный инцидент. Подключившись к Нимчу, я застал его и свою нынешнюю хозяйку вместе. Они… Кхем… Они любили друг друга. Страстно, грубо, и даже как-то по-животному. Было, несомненно, здорово наблюдать за этим из первых глаз, но в данный момент меня волновало совсем другое. Это был шанс, который попросту нельзя было упустить. Я собрал остатки своих сил и сформировал ещё одну команду, заразив паразитом и местную госпожу. Это была главная задача всей операции, после выполнения которой можно было начинать действовать. Но не сейчас. Сейчас… спать…

Проснулся я от того, что мне принесли еду. В этот раз девочка с косичками немного задержалась, с интересом наблюдая за мной из-за приоткрытой двери. Однако когда я начал подниматься, она сразу убежала.

Я снова съел всё, но этого было мало. Этого было катастрофически мало. Я был на грани. Я чувствовал такой голод, который даже представить себе не мог ранее. Казалось, ещё чуть-чуть, и я просто перестану себя контролировать.

И тут дверь раскрылась вновь. За ней стоял Нимч с озлобленной кривой ухмылкой. Он пришёл за тем же, за чем и прежде. Я уже знал это. Он ненавидел псиан и хотел их всех уничтожить. Только я не знал почему. Да и сейчас это неважно. Дверь открыта, и медлить больше нельзя.

Я кое-как поднялся на ноги. Покачиваясь, посмотрел в глаза своему противнику и сделал шаг вперёд. Ясное дело, он снова попытался на меня наброситься. Даже успел замахнуться, но… ничего не вышло. Я перещёлкнул его биологическим тумблером и полностью перехватил контроль над телом. Заставил его уйти с дороги. В глазах недоброжелателя проклюнулось непонимание и замешательство.

Едва-едва ковыляя в своих кандалах, я направился прямиком в сторону местной столовой. Я уже примерно знал, что и где находится тут на корабле. Вытащил эту информацию из чужих заражённых мозгов.

Вообще на корабле находилось шесть человек, кроме меня. Командиршу, Нимча и паренька-техника по кличке Спец я заразил. Оставались ещё трое: девочка с косичками и два парня. Один пилот, а второй такой же пленник, как и я. Надеюсь, они не слишком помешают моему плану.

Пиратский корабль был обычным эсминцем военного образца, так что места тут было немного. Тем не менее, я доковылял до столовой в сопровождении своего личного телохранителя и даже никого не встретил. Командирша, которую звали Каллестия, ещё спала, а Спец находился в ангаре и что-то там ремонтировал.

Вот и славно. Так даже лучше.

Накинувшись на пищу, я принялся поедать её всю. Всё, что съедобное попадалось мне на глаза, уходило в биологическую топку. И переваривалось оно там чуть ли не мгновенно. При этом я отчётливо наблюдал, как моё иссохшее сморщившееся тело приобретает былой вид, а атрофировавшиеся мышцы наливаются прежней силой.

В общем, покушал я знатно, набрав биологической массы про запас. И нет, я не стал жирным, как кто-то мог подумать, я стал… более плотным и тяжёлым. Разбирался потихоньку в самом себе. Теперь контроль чужого тела мне давался гораздо легче. Я разбудил Каллестию, подключился к Спецу, и заставил их обоих прийти на мостик. Сам направился туда же.

Мостик здесь был похож на тот, что я видел в звездолёте Арктуса. Такие же два кресла перед многочисленными панелями управления, такие же мониторы. Разве что само помещение чуть просторнее.

— Наверное, вам интересно, зачем я вас всех здесь собрал, — заговорил я, дождавшись капитана, которая пришла сюда куклой и в одном лишь нижнем белье.

Все собравшиеся выражали крайнюю степень обеспокоенности происходящим, но управлять эмоциями на лице было сложнее всего, поэтому я даже не заморачивался на этот счёт. Особенно сильно всполошился пилот. Он даже с кресла подскочил, да вот только так и завис в растерянности, не зная, что делать дальше.

— Я объясню, — продолжил я. — Во-первых, меняем курс. Летим обратно. Туда же, откуда вы меня забрали.

Пилот не спешил выполнять приказ, поэтому мне пришлось его поторопить. Нимч неуклюже вытащил из-за пояса лазерный пистолет и навёл его на парня.

— Ну и? — нахмурился я. — Я сказал что-то непонятное?

Угроза сработала. Пилот медленно вернулся в кресло и развернул эсминец.

— Теперь, во-вторых. Сейчас я вас всех отпущу, но предупреждаю, если попытаетесь меня убить — умрёте сами.

Я оглядел всех троих, удостоверяясь, что они меня услышали, и ослабил контроль. Далее всё произошло буквально по сценарию.

Нимч молниеносно перевёл прицел на меня, но спустить курок не успел. Точнее, успел, но уже после того, как я направил пистолет ему в подбородок. Однако убить его у меня не хватило духу, и потому лазерный луч лишь опалил ему челюсть и щёку.

Оглядев всех ещё раз, я медленно произнёс:

— Это на первый раз. Больше поблажек не будет.

Демонстрация вышла удачной, так как других революций не последовало.

— И снимите с меня эти проклятые наручники.

Каллестия злобно на меня зыркнула и удалилась одеваться. Там же она прихватила блок контроля от кандалов. Я остался ждать её на мостике, удобно устроившись на каком-то ящике в углу. Нужно было отдохнуть. Контроль отнимает много сил, а спать мне сейчас никак нельзя. Прирежут же.

Пилот, Нимч и Спец остались на мостике. Вскоре вернулась Каллестия в командирском полувоенном костюме. Она проделала некоторые манипуляции на своём предплечьевом интерфейсе, и мои кандалы раскрылись. Наконец-то.

— И что дальше? — спросила женщина, стоя передо мной и сердито глядя в глаза.

— Ничего. Просто летим обратно, — отозвался я.

— Зачем?

— Затем, что надо.

Вдруг на мостик забежала девочка с косичками:

— И что у вас тут за… шум…

Начала она фразу весело и задорно, а закончила с удивлением и ошеломлением, потому как увидела сперва меня, а затем и раненного Нимча.

— Сирилла, брысь отсюда, — фыркнула капитан.

— Но… А…

— Живо!

Девочка ещё с секунду обрабатывала команду, а затем быстро выпорхнула за дверь.

— Что будет с нами? — снова спросила Каллестия у меня.

— Да ничего с вами не будет. Верните меня на место, а лучше прямиком к Вульгру, и летите, куда хотите.

Женщина недоверчиво на меня посмотрела, но подробнее расспрашивать не стала. Вместо этого спросила про другое:

— Что ты с нами сделал? Это какой-то новый псионный фокус?

— Нет, — коротко ответил я.

— А что тогда? Почему детектор в наручниках не сработал?

Я не стал отвечать. Лишь нервно вздохнул. Каллестия снова не стала доставать дальнейшими расспросами, но при этом что-то недовольно проворчала.

По идее, теперь я мог свободно связаться с сестрой и сообщить ей обо всём, но, пока выдалась такая возможность, лучше сперва самому узнать побольше.

— Что вам известно о Зёрнах Души? — задал я вопрос, окинув взглядом мостик и остановившись на капитане.

Женщина секунд десять буравила меня взглядом, по-видимому пытаясь отыскать в вопросе какой-то подвох, но потом сдалась:

— Лично я впервые слышу о таком. Что это? Что-то псианское, судя по названию?

Я ощущал её организм изнутри, но никакого участившегося сердцебиения или выделения гормонов чувства вины и стресса не заметил. Да, она была сейчас очень зла на меня и всеми фибрами души желала моей смерти, но она не врала.

Остальные ответили аналогично. Никто был не в курсе волшебных зёрен, добываемых из лесного народа. Это меня смутило. Уж не солгал ли мне тот мужик из соседней клетки?

Пожалуй, пока повременю с распространением недостоверной информации. Лучше сначала во всём разобраться.

Посчитав разговор завершённым, Каллестия покинула мостик. Я не стал её останавливать. Спец тоже «отпросился», ссылаясь на то, что ему там надо что-то ремонтировать. Нимча я отправил зализывать раны, предварительно забрав у него пистолет. Таким образом, на мостике остались только мы с пилотом, имя которого я так и не успел раскопать в чужих мозгах. Из примечательного в пилоте ничего не было: обычный парень, короткие чёрные волосы, не запоминающееся лицо. Разве что он был худым и высоким, и поэтому смахивал на берёзку из древесного народа.

— Сколько нам лететь? — спросил я.

Пилот быстро сверился с дисплеем и ответил:

— Приблизительно восемь адра.

Адра у них, как часы у нас. Ну почти. Короче восемь часов. Быстрее, чем я думал, ведь я провалялся в камере не меньше суток, это точно. Возможно, они куда-то залетали по пути. Да и ладно. Восемь часов — приемлемо. Можно продержаться и не уснуть.

Время тянулось так медленно, как только могло. На мостике ничего интересного не происходило, поэтому я периодически подключался к моим друзьям, чтобы в случае чего вовремя остановить мятеж. Но мятежа всё никак не затевалось. Нимч обработал свой ожёг, залепил его восстанавливающим биоклеем и удалился к себе в каюту, где завалился спать. Об этом его попросила капитан. Ну, то есть, она попросила его больше не пытаться играть героя и усмирить свой пыл. Похоже, она не просто с ним спала, а ещё и какие-то чувства к нему испытывала. Но это уже их дело, не моё.

Сама Каллестия тоже ушла в свою каюту. Оттуда она кому-то позвонила, но про меня или обстановку на корабле не обмолвилась и словом. Не знаю, с кем она болтала, но, как я понял, это был какой-то друг. После этого женщина навестила Сириллу — девочку с косичками, и попыталась ей объяснить, что происходит, и что соваться в это ей не стоит. За неё Каллестия переживала даже больше, чем за Нимча. Она испытывала к ней тёплые материнские чувства, хотя даже наедине они не называли друг друга матерью и дочерью. Только по именам. Не знаю, что всё это значит, но… Это тоже не моего ума дела.

Спец трудился в ангаре. Он собирал из различных деталей и кусков что-то… какого-то… Я даже не знаю, как это назвать. Это явно был робот, причём довольно большой — в два человеческих роста. С кабиной для пилота, ногами и пушками вместо рук. Нет, всё же, это был скорее мех, чем робот. Для чего он им? Воевать с кем-то собрались? Хотя, знаете… Не моего ума дело.

Вообще, это были очень странные пираты. Как будто и не пираты вовсе. Больше на группу искателей приключений похожи. Или на торговцев, не чурающихся торговать людьми. Кстати, тут же, кроме меня, ещё один пленник есть. Надо ли его освобождать? Или это тоже не моё дело?

Ладно, потом посмотрим. Сейчас всё равно смысла в этом немного, пока мы в космосе.

Несколько часов спустя, проведённых в борьбе с подступающей со всех сторон дремотой, я вдруг оживился. Всё потому, что оживился и пилот.

— Босс, — заговорил он в коммуникатор, — подойдите-ка сюда.

Через минуту Каллестия была на мостике.

— Босс, мы подлетаем. Но впереди снова Резаные. Как будем… Ну…

Женщина скосила на меня злобный взгляд и нервно выдохнула.

— Лети дальше, — приказала она. — Я разберусь.

— Как скажете.

Не прошло и минуты, как к нам пришёл входящий вызов. На экране высветилась довольная бандитская рожа, испещрённая шрамами настолько, что было даже противно на неё смотреть.

— Вы только гляньте, кто к нам снова пожаловал! — расплылся в ядовитой ухмылке пират. — Уже соскучились? Так быстро? Али забыли чего?

— Тебя это не касается, — с холодной сталью процедила Каллестия. — Уйди с дороги, дай пролететь.

— Конечно-конечно! С превеликим удовольствием! Сразу же, как только увижу на своём счету три блокина.

— Три?! С какого члёбра три?! И я уже платила за проход!

— Разумеется, ты платила, пташка. Но ведь ты и улетела. А сейчас снова прилетела. И да, цены меняются. Сама понимаешь, насколько нестабилен галактический рынок в нынешнее неспокойное время.

— У меня нет трёх! Думаешь, так просто достать эфиральскую валюту?

— Ну, на нет и прохода нет, как говорится. Удачного тебе полёта где-нибудь ещё. Пташка белокрылая.

Связь оборвалась. Каллестия со злостью ударила кулаком по интерфейсу перед собой. Шумно вдохнула, выдохнула. Потом ещё немного отдышалась и повернулась ко мне. Хотела заговорить, но не решилась и отвела взгляд.

— Так продаёте им меня, — предложил я. — Если другого варианта нет.

Женщина снова посмотрела на меня, пытаясь распознать обман. Она вообще была крайне недоверчивая, как я понял.

— Я серьёзно. Продайте. Как псионика. Они ведь меня к Вульгру отвезут, так?

— Т-Так, — заикнулась Каллестия, недоумённо поморщившись.

— Вот и отлично. К нему мне и надо.

— Но… Ты совсем больной? Он тебя убьёт.

— Вы всю дорогу только об этом и мечтали. Неужто что-то изменилось?

Капитан ещё сильнее нахмурилась.

— И от меня избавитесь, и денег получите. Хоть и не столько, сколько планировали, но всё же.

— Это… Это ведь бред. Что ты задумал? — Она всё ещё мне не верила.

— Да какая вам разница? Мне нужно к Вульгру, вот и всё. У него в плену моя подруга, и я хочу её освободить.

— Ты совсем безмозглый, если думаешь, что у тебя получится это сделать. Вульгр — король на Чигане. Ему подчиняются все пиратские группировки в этом секторе.

— Здорово. Есть что-то ещё, что мне нужно знать?

Каллестия злобно фыркнула и приподняла руки:

— Ладно, как скажешь, без проблем. Так и сделаем. Фадэкс, вызывай их снова.

Вот я и узнал имя пилота.

Через несколько секунд, на мониторе вновь высветилась довольная, но противная рожа.

— Пе-ре-ду-у-мала? — растягивая и ухмыляясь проговорил пират.

— Нет. Блокинов у меня нет. Но у меня на борту псионик. Готова продать его вам за сотню зиритов. Мне даже прохода не нужно, можем совершить сделку в космосе. Если тебя, конечно, заинтересует такое предложение. Если нет, я найду кого-нибудь другого, кому смогу сбагрить это добро. Уверена многие захотят его приобрести. Могу даже с самим Вульгром связаться, чтобы…

— А вот этого не надо, дорогуша. Давай всё решим мирно и по-деловому. Возьму его за пятьдесят. Прямо здесь и прямо сейчас.

— Девяносто.

— Хм… Он же у тебя потрёпанный, по-любому. Так что… Шестьдесят.

— И ничего он не потрёпанный. Живее всех живых. Восемьдесят, не меньше.

— Тц… Ох, птичка, ты так возбуждаешь своей непреклонностью, м-мх… Ладно, семьдесят пять. И с тебя поцелуй при встрече.

— Восемьдесят и обойдёшься.

— Уф-ф, да и круль с тобой. Согласен. Готовьте свой товар, мы уже бежим. Со всех ног. У-хе-хех…

Монитор погас. Каллестия снова глянула на меня, но теперь из её взгляда пропала злоба. Остались лишь слабое чувство вины вперемешку с разочарованием.

— Тебе придётся… вернуть браслеты, — заговорила она тише обычного и отведя глаза.

— Да, я знаю. Не проблема.

Они всё также лежали рядом, где я их скинул. Пришлось цеплять обратно. Сперва на ноги, а потом на руки.

— Всё, принарядился, — сообщил я. — Можно выдвигаться.

Капитан кивнула и пошла вперёд меня в сторону ангара, где был стыковочный шлюз. Я поплёлся следом, пытаясь двигаться максимально быстро, насколько позволяли кандалы. Кстати, пистолет я ей отдал за ненадобностью.

В ангаре мы снова встретились со Спецом. Он сперва напугался, занервничал, но потом успокоился, заметив, что я снова пленник. Тем не менее, спрашивать ничего не стал, а дальше занялся своим конструкторским делом.

Вскоре к нам присоединился Нимч. Я проморгал тот момент, когда он проснулся, но, вроде бы, его разбудил наш пилот и отправил сюда для придания веса при заключении сделки. Пистолет перекочевал своему владельцу, который больше его на меня не наводил.

— Они здесь, — наконец раздался голос Фадэкса по громкой связи.

Следом за этим корабль слегка тряхануло. За дверью шлюза послышался шум и лязг металла, после чего она раскрылась, разъехавшись в разные стороны.

К нам на корабль зашли блатные разномастные пацанчики в рваных и жжёных одеждах, с кусками металлических пластин, выполняющих явно защитную функцию. Единственное, что их всех объединяло, — они были покрытыми шрамами. С ног до головы. По крайней мере, на тех участках кожи, которые не закрывала одежда. Одним словом — Резаные.

Центрального я уже видел по телевизору. Он-то и направился сразу к нам, пока остальные осматривались по сторонам в поисках наживы.

— Ну чё, — он смачно харкнул на пол, — не потрёпанный, согласен. Не обманываешь, птичка. Осталось удостовериться, что ещё и псионик.

Его тёмные глаза вопросительно уставились на меня, а сам он принялся загадочно пережёвывать слюну.

— Да пошёл ты, — буркнул я.

Это его раззадорило. Он аж весь расплылся в страшной гримасе улыбки.

Пират демонстративно огляделся по сторонам, а потом неожиданно со всей силы ударил мне кулаком в челюсть. Я аж отшатнулся.

— Ых-гы-гы, крепенькая добыча. Ну давай, раздави меня телекинезом. Порадуй папочку.

Я всем своим видом изобразил злобу. Снова подошёл к нему ближе и плюнул в лицо. После такого, понятное дело, я схлопотал ещё троечку болезненных ударов, но дело было сделано — в глаз ему я попал. Очень, кстати, повезло, что с первого раза, иначе пришлось бы повторять.

Изобразив уже гнев, я попытался впитать окружающий эфир, отчего наручники запищали и прошибли меня электрическим разрядом.

Собственно, этого все и добивались.

— Г-хых, реально псионик. Радуешь ты меня, пташка, ох как радуешь. Денежки твои. Э, парни! А-ну, схватили этого ублюдка, и на базу!

Остальные пираты воодушевились, подхватили меня под руки и потащили через шлюз на новое место жительства. Надеюсь, что оно будет временным… И максимально коротким.

Глава 6. Представление

Этот корабль кардинально отличался от предыдущего. Во-первых, он был меньше. Корвет или фрегат, скорее всего. Во-вторых, он был ушатан. Даже не так. Он был, попросту говоря, помойкой. Всё вокруг грязное, противное, стены чем-то заляпаны, на полу валяются банки, бутылки, мусор. Валяются и люди, вусмерть пьяные. Или реально дохлые — не разберёшь так сразу. А смердит-то как… Это можно смело заносить в строку «в-третьих». Ну, и в четвёртых, звуки. Какофония всех возможных звуков. Казалось, направо послушаешь — музыка орёт, хохот, крики, возгласы; налево послушаешь — охи, ахи, вздохи, стоны, как в борделе; прямо послушаешь — снова вздохи и стоны, но уже из-за того, что там кто-то устроил потасовку и теперь вовсю машет кулаками.

В общем, жесть. Верните меня на место. Пожалуйста.

Но меня швырнули в клетку, половину которой занимала дурно пахнущая, почти высохшая, лужица. По-видимому, тут кого-то когда-то вырвало.

Уф-ф… Фу…

Других пленных здесь не было. Корабль резко дёрнулся, впечатав меня виском в стальной прут клетки, и куда-то полетел. Надеюсь, к Вульгру. Долго я тут точно не просижу.

Но долго и не пришлось. Где-то через часок корабль снова тряхануло, но так, будто бы он приземлился. Вскоре пришли и за мной. Грубо вытащили и поволокли наружу.

Наконец-то я снова оказался на той пустой засохшей планете, откуда меня забрали. Правда теперь тут вместо космических кораблей повсюду были натянуты тенты от солнца, под которыми сидели пираты. Кто-то торговал барахлом, кто-то просто валялся и отдыхал, а некоторые играли в азартные игры и громко хохотали. Ещё тут были натыканы жилища, сделанные из глины или чего-то подобного. Между ними тоже шныряли проходимцы, таскали ящики с продуктами или с оружием. В общем, жизнь в пиратском городке кипела, и жарящее солнце тут было не при чём.

Меня повели к самому большому глиняному зданию из всех. Оно было почти что похоже на дворец, но поменьше, кривое, косое, и уже наполовину развалившееся. Рядом с ним находилось и примыкало ещё одно сооружение — арена, высотою метров десять. Тоже сделана из глины, но лишь частично. Ещё в конструкцию были запихнуты металлические балки, являющиеся чем-то вроде каркаса. Кажется, именно об этой арене и говорил мой знакомый из клетки. Сейчас там было тихо, а значит, никаких представлений пока не проводилось.

Во дворце, куда меня завели, смотреть было не на что. Такая же помойка, какая была на корабле. Мусор, бутылки, воняющие объедки, полуголые девицы в большом количестве. На последних ещё можно было посмотреть, но сейчас мне было совершенно не до этого.

Вульгра я распознал сразу. Здоровый великан-богатырь сидел за столом и трапезничал. В одной руке у него был жирный кусок мяса, в другой — непонятное серое плотное вещество, являющееся чем-то средним между тестом и готовым хлебом. Вокруг него крутились три молоденькие девчонки, нежно лаская его пальчиками.

— О, повелитель, — капитан Резаных склонился перед ним в поклоне, — я привёз вам нечто чрезвычайно ценное. Дар, который точно вам понравится.

Повисла тишина. Вульгр смерил его презрительным взглядом, откусил большой кусок мяса, и заговорил, чавкая:

— С чего ты взял, червь, что понравится?

— С того, что это псионик, мой повелитель.

Хмурое, обросшее щетиной лицо великана, смягчилось и даже выразило заинтересованность:

— Псионик? Ещё один? Эка они плодиться начали. Хрумг… Чем докажешь, что не лжёшь?

Резаный тотчас ввел несколько команд в интерфейс на предплечье, и перед нами возникла голограмма — запись того момента, когда меня испытывали.

Вот ведь хитрожопый пират. Всё предусмотрел. Я уж думал, получится развлечься ещё раз.

Просмотрев запись, Вульгр многозначительно хмыкнул, а затем махнул рукой, заставляя жир с мяса и пальцев разлететься во все стороны:

— Что ж, верю. Награду свою заслужил. А теперь катись отсюда.

Резаный засиял, поклонился в пол и хотел было уже удрать, но не тут-то было. Я ещё не узнал всё, что мне было нужно.

— Простите, повелитель, а что вы с ним собираетесь делать? — спросил я устами заражённого пирата, отчего он в таком ужасе выпучил глазёнки, что мне его даже жалко стало.

Вульгр снова отвлёкся от еды и поднял на него хмурый взгляд. Казалось, что он сейчас кусок мяса в него запустит, но нет. На удивление, великан быстро отошёл, хмыкнул и пожал плечами:

— Пока без понятия. Думал, повесить над ареной на цепях позора, как и предыдущую. А что, у тебя есть другие предложения?

Я призадумался, и снова заговорил через Резаного:

— Да, есть кое-что на уме… Повелитель, а та псианка ещё жива?

— С утра была, сейчас не знаю. Чего вдруг она тебя так интересует? — спрашивая это, великан снова напрягся и свёл брови на переносице.

— Так я вот что подумал, — лебезящим тоном заговорил я. — А давайте его на арену отправим?

— Я так и сказал: подвесим над ареной.

— Нет-нет, повелитель. Не подвесить, а выпустить на арену. На потеху публике. Ведь всем понравится наблюдать, как он там сдохнет. И вы покажете тем самым, что псиане без своей силы — лишь обычное мясо, которое можно убить, не напрягаясь. Они слабы, и все это увидят. Все будут знать, что вы, повелитель, гораздо выше, чем какой-то там псианин.

Кажется, мне удалось его озадачить своей глупой речью. Вульгр отмахнулся от девчонок, как от надоедливых мух, и задумчиво посмотрел на меня, не прекращая хмуриться.

Загружался он с полминуты точно, а затем снова хмыкнул:

— Хорошая идея. Я над ней ещё подумаю.

Но мне не надо было, чтобы он думал. Мне требовалось попасть на арену. Лучше прямо вот сейчас.

— Благодарю, повелитель, что выслушали. Однако осмелюсь добавить, что будет лучше всего отправить его на смерть пораньше, пока он крепко стоит на ногах. В таком случае слава о вас будет шуметь гораздо громче, чем если он свалиться на землю ещё до того, как его забьют.

— Кхм… Тоже верно говоришь. Хорошо, убедил. Созывай народ, веселье начнётся сегодня вечером.

Я поклонился пиратом и разорвал контроль. Он вздрогнул, принялся рассматривать руки, ноги, потом в замешательстве покрутил головой и резвым шагом двинулся на выход.

Вот так. Пока всё идёт хорошо.

Вульгр распорядился, чтобы меня увели в какую-то подготовительную комнату и там, собственно говоря, подготовили к предстоящему мероприятию.

В процедуру приготовления входило… Эм-м… Да ничего не входило. Меня тупо закинули в пустое помещение, одна из стен которого была решётчатая, и за ней виднелся выход на арену. Следом зашвырнули красную рубашку и заставили меня её надеть, отключив на время магнитную блокировку с наручников.

Странные они. Ну ладно, так и быть. Эта, хотя бы, без дыры в груди.

В камере были удобства в виде глиняных ступенек вдоль стен, на которые можно было присесть. По сравнению со всеми предыдущими комнатами отдыха, эта уже тянула как минимум на четыре звезды.

Ох, как же я сейчас присяду, как же отдохну… М-м…

Кайф.

Сидел я так, нежился какое-то время, и вдруг ко мне в камеру затолкнули по очереди ещё четырёх мужиков. Двух из них я уже знал — всё те же кидальщики трупов в реку (правда, теперь они были в оранжевых рубахах), а ещё двое, в серых рубахах, мне были незнакомы. Но все побитые и потрёпанные, значит, рабы.

— Вот и снова встретились, — первым заговорил я.

Знакомый собеседник грустно угукнул и присел на ступеньку неподалёку. Его друг сел рядом. Остальные двое уселись напротив нас, и у них почему-то морды были сердитыми.

— Тоже биться идёте? — приспросился я, дабы развеять повисшую унылую тишину.

Сосед нервно выдохнул и покосился на меня.

— Помирать идём, — буркнул он. — Я же говорил.

— Ну, с таким-то настроем конечно. И раз уж вам терять нечего, может, расскажите, чего нас там ждёт, и к чему готовиться?

— К смерти готовься, — рыкнул мужик напротив.

У него всё лицо было синее от побоев, а на голове недоставало несколько клочков волос.

— Это успеется, — спокойно проговорил я. — И всё же. Что, никто ничего не знает, как будет проходить бой?

— Это будет не бой… Это будет бойня… — снова уныло проговорил сосед.

— Вот именно, — поддакнул синелицый. — Особенно для вас двоих, отбросов.

— Отбросов? — зацепился я за слово, и потянул удочку. — И чем же эти двое отличаются?

— А ты чё, не местный?

— Нет. Меня издалека притащили.

— Во как, — хмыкнул он с каким-то даже уважением, что ли. — Короче, эти два ушлёпка, как и их сестричка сраная, — отпрыски ныне сдохнувшего Чазума. Он тут типа правил, пока его Вульгр не размазал по стеночке.

— О, так это типа принцы, что ли?

— Хех, ну да, типа того. — Синелицый попробовал заржать, но лишь болезненно поморщился и приложил руку к челюсти. — Только это… Они уже всё, науправлялись. Вульгр их сперва себе в рабы взял, а потом продал за ненадобность. Ну, а сейчас, походу, нынешний владелец решил вообще от них избавиться, при этом подзаработав чутка.

— Хм, понятно. А за что тогда ты их ненавидишь?

— Как это за что? Их папаша тварью был последней. Беспредел тут полный устраивал. Запреты-глябьреты всякие. Утырок, короче. Да я от счастья писался, когда его замочили наконец-то.

— А сейчас, как я погляжу, уже не писаешься. За что тебя так разукрасили?

— Ах, это… Так, ерунда. Не на то поставил. — Он разочарованно шлёпнул губами.

— Но ты же пират, верно?

— Ну да, — нехотя ответил он.

— Тогда ты должен знать, что происходит на арене.

— Да зачем оно тебе? Просто расслабься и получай удовольствие.

— Вы как хотите, а я не собираюсь подымать лапки, сдавать и помирать просто так.

— Хех, — криво усмехнулся тот, а затем обратился к своему соседу: — Видал, а? Пацанчик-то боевой. Такие мне нравятся.

Сосед тоже скривил губы в ухмылке. Он был не такой побитый, но синяки, всё же, виднелись.

— Ладно, всё равно делать нечего. — Синелицый махнул рукой и снова взглянул на меня. — Короче, расклад там такой. Нас тут пятеро, да? Значит, в общей сложности, на арену выпустят штук двадцать рабов с четырёх сторон. Там нас будут ожидать ублюдки, купившие себе проходные билетики. Их обычно раза в два меньше, но они экипированы и с оружием. Оружие всё ближнего боя, никаких постреляшек. Ну и всё, в общем-то. Эти члёбры будут за нами охотиться до тех самых пор, пока всех не положат.

Договорив это, мужик состряпал счастливую мину, явно довольный своим рассказом. И при этом таинственно замолк. Спустя некоторое время я не выдержал:

— Погоди, и всё, что ли? Мы будем драться с людьми, которых будет даже меньше, чем нас?

— Э-э… Ну да. Но они с оружием будут, а мы нет.

— Оружие можно и отобрать. Пф, я-то думал. И вы уже к смерти приготовились?

— Да ещё никто никогда не выживал из рабов.

— Ну правильно. Ведь все они думали, как вы. Поднимали руки, выходили и убивались. Но ведь можно не убегать и не прятаться, можно дать отпор и выйти победителем.

Сидящие напротив пацанчики озадаченно переглянулись, а затем синелицый подался вперёд и спросил:

— Слышь, а чё, у тебя есть план?

— Есть. Но придётся действовать сообща. Сможете временно замять свою вражду с принцами?

Пират недовольно поморщился и навалился обратно спиной на стену. Демонстративно сложил руки на груди. Задумался.

Пока он думал, я решил обратиться к соседям:

— А вы готовы попробовать выжить? Или уже смирились?

Они оказались не слишком воодушевлены моим предложением, но поочерёдно кивнули, хоть и неуверенно.

— Значит, третья девушка с вами была вашей сестрой?

Ближайший ко мне принц грустно кивнул.

— И где она сейчас?

— Она девушка. Молодая, — якобы пояснил тот, но, посмотрев на меня, нехотя и совсем уж обречённо добавил: — Ей нашли… другое применение.

Понятно. Что ж, пока у нас и свои проблемы имеются, так что спасение принцесс придётся отложить на неопределённый срок.

Со стороны арены начали доноситься первые возгласы и непонятный шум. Народ уже собирался. Это обстоятельство приметил и синелицый. Оно же помогло ему решиться:

— Лады, мы в деле. Так чё за план? Давай резче, времени в обрез.

— План простой. Я танчу, вы дамажите.

Пират секунд пять глядел на меня с каменным лицом, а затем выдохнул:

— Чё?

— Кхем… Короче, меня убить не так просто, как вас, поэтому я пойду авангардом и свяжу боем противника, отвлеку его на себя. Вы в это время нападёте сбоку или ещё лучше стыла и заберёте фрагов. То есть, завалите их. Ну, убьёте, короче. Дальше действуем по аналогичной схеме. Если получится, я попробую забрать у них оружие и передать его вам.

— Э-э, погоди, друг. Да они тебе головёнку с одного маха срубят. Там пацаны совсем безбашенные. Головорезы, убийцы. И все не пальцем сделаны. Они постоянно на этой арене развлекаются. В фарш всех превращают.

Я хотел было снова начать его успокаивать, но нас прервали. Дверь раскрылась, и в камеру зашли трое вооружённых пиратов. У одного было что-то типа мачете, у второго полностью железный топор, а у третьего пара зазубренных кинжалов. Одеты в плотную кожаную броню. На лицах злодейские ухмылки.

— Что-то новенькое, — пробормотал синелицый, поднялся и отошёл к решётке.

Его друг повторил за ним. Да и мы с принцами тоже решили разорвать дистанцию на всякий случай.

Однако они не нападали, лишь сканировали нас липкими противными взглядами и усмехались. Тот, что был с кинжалами, ещё и демонстративно облизывался.

Шум на арене как-то резко перерос в громкий гул с завываниями и криками. Решётчатая стена, состоящая из металлических прутьев, дёрнулась, заскрежетала и поехала наверх.

Вот и всё. Началось.

Пираты зарычали и погнали нас наружу.

Теперь я смог лицезреть арену изнутри. И снова ничего примечательного. Это была огороженная широкая область, земля которой уже давно пропиталась кровью и окрасилась в красноватый цвет. Внутренние стены метра под три — так просто не перепрыгнешь. Над ними возвышаются трибуны с толпой галдящих и улюлюкающих зрителей. Все они что-то выкрикивали, орали, но в общем гомоне было сложно разобрать, что именно. Однако если обобщить, они желали нам смерти самыми изощрёнными способами. Но всё это было неважно. Неважно, потому что я увидел тут её. Рантара висела над ареной, прикованная за руки к ржавым цепям. Она была полностью раздета, а её тело испещряли раны, ссадины и синяки. Любой желающий из зрителей мог кинуть в неё тухлую еду, камень, и ещё что потяжелее. И они это делали. Они, чёрт побери, без зазрения совести это делали.

Злость начала заполонять меня. Пальцы самопроизвольно сжались в кулаки. Но я не стал терять голову, не пошёл на поводу у эмоций.

Благодаря моей внеплановой тренировке по контролю чужого сознания, я успел вычислить и разобрать, какие области мозга и при каких реакциях на них отвечают за появление тех или иных эмоциональных состояний. Я научился ими управлять, хоть это и было совсем непросто. Поэтому я глубоко вдохнул, выдохнул, щёлкнул парой тумблеров и успокоился. Очистил голову от всего ненужного, ведь сейчас мне потребуется вся концентрация.

Ах да, ещё один нюансик из последних уроков: я понял, как отключить болевые рецепторы. Это тоже мне сейчас сильно пригодится.

— Достопочтенные господа! Милые дамы! — заговорил Вульгр, встав со своего трона, возвышающегося даже над трибунами. — Вы знаете, я не люблю произносить длинные речи, поэтому… Объявляю очередную Кровавую резню открытой!

Дикий рёв пронёсся по трибунам. Нас — толпу бедных и неприкаянных — тем временем, согнали в самый центр арены, как на бойню. А убийцы-гладиаторы, коих было около дюжины, окружили нас со всех сторон. Они демонстративно разминали мускулы и красовались перед всеми.

Вульг вновь поднял руку, призывая к тишине. Все мгновенно умолкли.

— Но сегодня будет особая Кровавая резня, — с подлой ухмылкой продолжил он. — Потому что сегодня у нас особый гость. Даже трое особых гостей. Двоих из них вы все знаете, это отпрыски Чазума. Жалкие выродки, которых давно пора было прикончить. Кто убьёт их, получит двойную награду. И да, это оранжевые ублюдки, вы всё правильно поняли.

Только сейчас до меня дошло, что все остальные пленники были в одинаковых серых рубахах. Только принцы в оранжевых, и я в красной.

Вот чёрт…

— Но особый гость, — продолжал вещать главарь, — особый гость будет цениться пятикратно! Он мерзкий псионик и заслужил самой мучительной смерти из всех возможных. Не бойтесь его резать, кромсать и раздирать на части. Ведь чем эффектнее будет его смерть, тем больше бонус! А он даже ничего не сможет вам сделать без своей силы! Он всего лишь жалкий, ничтожный человечишка, желающий поскорее встретиться со своей сраной Тенью. Так отправьте его туда! Исполните его последнее желание!

«Не люблю длинные речи, бла-бла-бла…» Ну-ну.

Зато теперь я танчу в любом варианте и при любом раскладе. Класс.

Воровато оглядевшись, я решил толкнуть свою быструю речь, пока не началась заварушка:

— Эй, народ, кто хочет ещё пожить, двигайте за мной. Прорваться через окружение — наш единственный шанс победить. Вырвемся, разобьём строй и перебьём их по очереди.

Это всё, что я успел сказать. Надеюсь, хоть до кого-нибудь дошло.

Громкий, почти что колокольный звон разлетелся над ареной, оповещая о начале резни. Вместе с колоколом отключились магнитные блокираторы на руках и ногах, хоть сами кандалы никуда не делись.

Ближе всего ко мне стояли всё те же трое пиратов. Тот, что был с кинжалами, явно слишком быстр для меня. Тот, что с топором, выглядит серьёзным и крепким бойцом, у такого будет непросто отобрать оружие. А вот третий, который с мачете, в самый раз. Средненькое телосложение, на вид не слишком адекватен. С него и начну.

Я ринулся к нему, не дожидаясь, когда меня полностью окружат и отрежут не только все пути к отступлению, но и все конечности. Зрители галдели и орали так, что сложно было слышать что-то ещё.

По понятным обстоятельствам меня выбрали целью все враги в зоне видимости. Тот, что с кинжалами, бросился мне наперерез, но я умудрился увернуться от его двух ударов, отскочив в сторону. «Мачете» был уже тут, как тут. Он замахнулся и рубанул клинком по диагонали. Во мне не было страха, поэтому никакие сомнения меня не отвлекали. Я моментально всё рассчитал и закрылся рукой. Лезвие бойко звякнуло о металл наручника и отскочило обратно. Я же, тем временем, сам замахнулся и, пользуясь своей скоростью, врезал ему кулаком в челюсть. Удар получился хороший, но противник устоял на ногах, лишь отшатнулся. Мне нельзя было задерживаться на месте, потому я пробежал дальше и резко развернулся, оценивая обстановку.

Ожидаемо, на мою речь откликнулись немногие. Основная толпа рабов продолжала кучковаться в центре и ежесекундно помирать от навалившихся на них со всех сторон пиратов. Но синелицый и принцы, всё-таки, меня не оставили. Они рванули за мной, сбили с ног кинжальщика и пробежали дальше. Синелицый с животным рычанием накинулся на ещё не полностью пришедшего в себя «мачете», повалил его на землю и принялся кулаками вбивать ему лицо в череп. Он так этим увлёкся, что даже не заметил, что к нему бежит пират с топором наперевес.

Медлить нельзя. Каждая секунда драгоценна. Я прыгнул обратно к «мачете», с силой ударил ногой по его руке и забрал освободившееся оружие. Сразу метнулся вбок, отвлекая внимание «топора» от лёгкой жертвы. Он клюнул и изменил траекторию движения в мою сторону. Богатырский удар разрубил воздух в опасной близости от моего плеча. Противник открылся, однако я слишком неправильно увернулся, поэтому не смог занять хорошую позицию для ответного выпада.

Следующий взмах был горизонтальный, я отпрыгнул назад. Следующий диагональный — снова увернулся. Теперь я уже примерно представлял разницу в скорости и готов был контратаковать. «Топор» размахнулся и снова рубанул со всей силы сверху-вниз. Я всё рассчитал и готов был воплотить свой план в жизнь, как вдруг мне в живот влетело копьё. Удар был настолько неожиданным и сильным, что заставил меня отшатнуться, и из-за этого мой противник снова промазал. Лезвие топора врезалось в землю и застряло там. Воспользовавшись шансом, я ринулся вперёд. Руки богатыря были защищены металлическими вставками, но вот его кисти такой защиты не имели. По ним я и рубанул пару раз своим мачете, отсекая их и заставляя врага взвыть от боли. Дальше им занялись принцы, увидев, что пират остался почти не боеспособен. А вот мне в спину прилетели несколько наверняка болезненных уколов от кинжалов.

Я тотчас развернулся на месте, но рассёк лишь воздух. Прыткий кинжальщик отскочил назад и с ехидной улыбкой принялся облизываться. Я поудобнее перехватил мачете.

В скорости я и так ему уступаю, а тут ещё и копьё теперь из меня торчит, не позволяя нормально двигаться… Н-да, беда.

Кинжальщик пригнулся и бросился на меня, выставив вперёд своё оружие. Наверное, он думал, что я попытаюсь увернуться или что-то типа того, но куда уж мне уворачиваться? Толку от этого не будет. Поэтому я сломал ему все планы. Кинулся прямо на него, позволяя ему проткнуть мне грудь и оказаться уязвимым для встречного аналогичного удара. Пират сперва так забавно удивился, глядя мне в глаза, а затем снова скривил губы в ухмылке и замертво рухнул у моих ног.

Я отпустил его. Вытащил из груди один за другим кинжалы. Один даже попал в сердце. Ох и больно, наверное, это было…

Раны затягивались, но я уже начинал ощущать серьёзную нехватку клеток-кадров. Медлить нельзя, иначе я тут совсем иссохну нафиг. Надо поскорее завершить бой. Ещё и это копьё…

Я взял его и начал проталкивать дальше через себя. Сантиметр за сантиметром. Как же противно это было.

На выручку поспешил младший принц. Он тоже схватился за копьё за моей спиной и потянул на себя. Так мы и вытащили ненавистное оружие. Гадость.

Бой продолжался. Почти всех рабов, что остались в центре, уже поубивали. Те, кто побежали за нами, ещё как-то жил. Они там на воодушевлении даже умудрились запинать нескольких пиратов и завладеть их оружием. Синелицый, почувствовав себя капитаном, чего-то орал, раздавал приказы и продолжал мотивировать всех вокруг.

— Держись за мной, — скомандовал я принцу. — Атакуй с расстояния.

Он кивнул, покрепче сжав в руках копьё. К нам присоединился его брат, забрав себе топор, и мы все вместе бросились к синелицему на подмогу.

Вошли в ряды противника как нож в масло. Первый пират с мечом явно не ожидал такой наглости, потому как даже не успел среагировать — я зарубил его одним точным ударом. Следом за ним открылся следующий враг с кривым персидским клинком. Он уже так просто умирать не захотел. Пришлось нам потанцевать, и пока я его отвлекал на себя, принц довольно-таки мастерски зашвырнул в него копьё. Убил мгновенно, пробив кожаный доспех и грудь недруга.

Старший принц, тоже воспылав, с рёвом и топором наперевес ринулся на противника слева. Тут уже сыграла явная разница в моральном духе, потому как пират даже толком защититься не смог от выпада — он тупо озирался, не понимая, что за невиданная вакханалия вокруг него происходит.

Удостоверившись, что с нашим бойцом всё в порядке, я кинулся вправо, помогать синелицему, который затеял неравное противостояние сразу с двумя противниками.

Первому, ничего не подозревающему, я влетел в спину, заколов его точным ударом и окунув мордой в землю. А вот второй оказался опасным. Тоже богатырь, но с алебардой. К такому сложно подобраться, не оставив позади половинку себя. Но нас было двое, и это было нашим преимуществом.

Не сговариваясь, мы с синелицым разделились, окружив алебардщика с двух сторон. Он заметался, начал крутить головой, пытаясь удержать в зоне видимости обоих. Долго с ним там играться было нельзя, ведь в любой момент к нему могли подойти друзья. Потому я решил действовать. Рванул вперёд, замахиваясь для удара, но в последней момент отскочил в сторону, уворачиваясь. Богатырь, как и планировалось, среагировал на меня, открыв спину. Туда-то синелицый и воткнул свой трофейный меч. Точно между лопаток. Этого оказалось достаточно, чтобы ликвидировать угрозу окончательно.

Вытащив меч из тела, синелицый уважительно кивнул мне и бросился к следующему противнику, совершенно не обращая внимание на то, что во всю его грудь красовался глубокий кровавый разрез.

Я решил двигаться за ним, дабы помочь и проследить, чтобы его не зарубили ненароком. Хоть он и тоже пират, но… Не знаю. Наверное, прикипел я уже к этому индейцу. Кстати, а он ведь и правда чем-то похож на индейца. Смуглый такой, грязные спутавшиеся волосы, похожие на короткие косички, орёт соответственно.

Противников осталось уже немного, поэтому весь последующий бой завершился быстро. Из наших выжили принцы, синелицый, и ещё трое незнакомых мне рабов.

— А где твой друг? — спросил я у индейца, но тот лишь цокнул в ответ и покачал головой.

Жаль.

Почти все были так или иначе ранены. Ну, кроме принцев. Они, к моему большому удивлению, уцелели полностью. Наверное, потому что лишний раз в драку не лезли.

Я тоже уцелел «полностью», но чувствовал дикое истощение, ослабив контроль над болевыми рецепторами. Всё тело страшно ломило, желудок так вообще по ощущениям в узел завязался. И, тем не менее, мы выстояли. Мы справились. Справились там, где никто ещё не справлялся.

Но что будет с нами теперь?

Как только мы добили последнего пирата, зрители медленно затихли. Сейчас так вообще стояла гробовая тишина. Все поглядывали то на нас, то на Вульгра. Иногда перешёптывались, но совсем неслышно.

Я воткнул мачете в землю и устало на него опёрся. Громко спросил:

— И какой на вашей арене приз победителю?

Параллельно с этим, я проследил за цепью, на которую подвесили Рантару. Да, она была ржавой, но я совсем не уверен, что она сломается, если в неё запустить топор. Второй её конец крепился к специальной катушке, которая находилась на высоте рядом с Вульгром.

От моего вопроса у главаря пиратов по лицу прошёлся нервный тик. Он поднялся с трона, гневно поиграв желваками, и затем снова сел на место.

— Выпускайте тирзага, — рявкнул Вульгр.

Находящийся рядом с ним помощник ещё пару секунд с ужасом глядел на тёмного властелина, но не посмел ослушаться приказа.

Синелицый, услышав это, свалился на землю и рассмеялась как полоумный. Принцы тоже разом сникли, как, впрочем, и все остальные наши бойцы.

— Что за тирзаг? — спросил я.

Индеец лежа отмахнулся и выдал в духе: «сейчас сам всё узнаешь».

На всякий случай, я подобрал себе оружие поудобнее — персидскую саблю. Во вторую руку взял кинжал.

У арены были ещё главные ворота, которые располагались точно под Вульгром. Они-то и начали раскрываться, пропуская внутрь страшное и дико рычащее чудовище. Оно было похоже на плотоядного динозавра. В высоту — метра три, а в длину, наверное, все шесть будет. Стояло оно на четырёх лапах, напоминающих кошачьи. На спине высокий костный хребет, издающий угрожающие пощёлкивания при каждом шаге. Морда с острыми зубами и хвост от ящерицы. На вид шкура толстая — так просто вряд ли удастся пробить. Да и сама зверюга хоть и здоровая, но, кажется, проворная.

Кхым… И как нам теперь выжить?

У тирзага имелся ошейник, к которому было прикреплено сразу три крепкие цепи. Они тянулись изнутри ворот и не давали существу полной свободы действий.

Оно и понятно. Если такая хрень вырвется, то загрызёт не только нас, но и вообще всех.

Тирзаг дёргался, рычал, пытался освободиться, и медленно приближался к нам, потому как его поводки постепенно ослабляли. Наши бравые воины, чувствуя приближающуюся кончину, принялись пятиться и в панике поглядывать по сторонам, ища укрытия от чудовища. Но укрытий тут не было.

Требовались решительные действия и… моя новая способность, потому как я не имел ни малейшего понятия, как ещё нам победить эту тварь.

Отыскав взглядом валяющееся бесхозное копьё, я схватил его, набрал побольше слюны и плюнул на наконечник, после чего зашвырнул копьё в чудище. Особо ни на что не наделся, но, а вдруг оно, всё-таки, пробьёт шкуру?

Не пробило. Более того, оно даже не попало, потому как тирзаг оказался на редкость смышлёным и отпрыгнул в сторону.

Кажется, у нас бо-о-ольшие проблемы.

Крики и рёв с трибун снова усилились. Всем нам добродушно пожелали поскорее перевариться в желудке твари. Какие милые зрители.

Ладно, я уже понял, что кидаться на него с оружием смерти подобно. У него такая пасть, что он спокойно меня пополам перекусит, проглотит и не поперхнётся. А силой с ним тягаться —это совсем уже бред. Плюс, у него ещё и когти длиною с мою руку… Ну, почти.

Что ж, кажется, у нас остаётся лишь один выход. Я такой в мультиках видел. Там он обычно срабатывает. По крайней мере, со жраском тогда сработал. Хотя, в тот раз я ещё и мысли его читал, а сейчас ничего подобного что-то не ощущаю. Но попробовать всё равно стоит.

Отключив страх и бросив на землю оружие, я зашагал к хищнику. Он грозно зарычал и оскалился. Выгнул спину, ещё громче защёлкал гребнем подобно гремучей змее. Но мне было всё равно. Без страха так хорошо живётся на самом деле. Вообще плевать на всё, что происходит вокруг. И животные это прекрасно чувствуют.

Вот и тирзаг, не понимая в чём подвох, наклонил морду сперва в одну сторону, потом в другую. Затем вовсе отошёл на пару шагов, пристально глядя мне в глаза. Снова зарычал, защёлкал пуще прежнего, пытаясь меня напугать, но всё без толку. Я пёр вперёд как советский танк. Даже вытянул руку по мультяшному гайду, дабы приручить злобного динозавра силой чуда.

Сдерживающие тирзага цепи совсем ослабли, но монстр не спешил кидаться вперёд. Всё ещё раздумывал над стратегией поведения. Переступал с лапы на лапу, скалился, хвост задирал. В общем, так меня и дождался.

Я подошёл считай вплотную, остановился. Левую руку держал вытянутой. Тирзаг боязливо потянулся вперёд, понюхал меня и отпрянул. Снова зарычал свою мелодию. Но я был непреклонен. Тогда чудище ещё раз потянулось ко мне. Медленно и осторожно, как по гайду. Аккуратно понюхало ладонь, преданно заглянуло мне в глаза, оскалилось и… хватануло меня за руку. Сразу же дёрнуло на себя, подняло в воздух и резко мотнуло головой, запустив моё бренное тело в полёт. Откушенная рука осталась в пасти, и после пары пережёвываний провалилась внутрь. Я же влетел в стену арены, сильно ударился и сполз на землю.

Некрасиво получилось… Но, в принципе, так тоже сойдёт.

Я сосредоточил внимание на плече и остановил кровотечение. А далее устало прикрыл глаза и подключился вниманием к оторванной руке, посылая ей множество команд на распространение вируса.

Надеюсь, желудок у этой твари быстро переваривает…

Тирзаг, тем временем, совсем осмелел и бросился жрать всех подряд. Ослабленные цепи позволяли ему спокойно добираться до противоположной части арены, где и пытались спрятаться рабы. Несчастные бросились в рассыпную: синелицый в одну сторону, принцы в другую, остальные ещё куда-то. Но куда им на своих маленьких двух ножках убежать от здорового и прыткого хищника? Да ещё и оказавшись с ним на одной закрытой арене, из которой нет выхода.

Первого мужика тирзаг сожрал живьём, второго сперва придавил когтистой лапой, а затем ею же разорвал на несколько кусочков. Третий оказался шустрым, поэтому чудищу пришлось немного попрыгать, чтобы достать добычу. Вскоре добегался и третий, а тварь переключилась на принцев, которые к этому времени успели добежать до противоположной стороны арены и пытались забраться на ограждение. Но вежливые и добрые пираты колотили им по рукам и скидывали их обратно. На меня, кстати, пока я тут сидел возле стены, тоже успели вылить какой-то дурно пахнущий кефир. И это, на самом деле, мне очень помогло, ведь органика моему организму сейчас была очень нужна. Я принялся впитывать её кожей, сразу же заменяя повреждённые клетки новыми. На недостающую руку пока решил забить, ведь на её восстановление нифига себе сколько ресурсов потребуется, а у меня каждый нерв на счету.

Короче, если бы на меня вылили что-нибудь ещё, я бы, возможно, и успел спасти всех оставшихся, но увы… Тирзаг добрался до принцев. Но даже так они предпочли не разделяться. Рванули вместе в одну сторону вдоль ограды. Балбесы.

Полуящер бросился на них, пытаясь поймать когтистой лапой. Метил он в впереди бегущего, то бишь в младшего принца, однако старший решил спасти брата ценой собственной жизни. Прыгнул на него, толкнул, а сам оказался под ударом. Тварь жадно полакомилась и этим человечком. И вот тут, наконец-то, я почувствовал контроль. Он был ещё очень слаб, но достаточен для того, чтоб сжать и скрутить желудок чудища. Оно протяжно завыло, пошатнулась в одну сторону, в другую, а затем и вовсе завалилась на бок, судорожно вдыхая и выдыхая воздух. Начала дёргать лапами, словно в приступе, после чего жалобно заскулило и затихло.

Трибуны затихли вместе с ним. Никто не понимал, что произошло. Кроме меня, конечно же. Но я уже был совсем без сил.

Органика… Мне нужна органика… Нужно кого-то сожрать. Немедленно.

Повинуясь внутреннему зову, я кое-как приподнялся и походкой зомби поплёлся к ближайшим трупам.

Вульгру, наверное, совсем плохо стало, когда он увидел меня живого после всего, что произошло. По крайней мере, разгневался он сильно. Так сильно, что даже сам спрыгнул на арену.

Я заметил это краем глаза, и сперва даже не понял, почему он не убился, но затем увидел у него экзоскелет, и всё встало на свои места.

Сам великан, да ещё и в экзоскелете… Неприятный противник. Как теперь мне биться с таким боссом? Дайте хоть подхилиться, что ли.

Но до хилки нужно было ещё дойти… А босс злой, огнём адским так и пышет из всех отверстий.

Ох, чувствую, не успею я восстановиться…

Сюда вон бежит… Кувалду взял…

Беда.

Пришлось мне снова переключиться, упав при этом на колени. Паразит красавчик — очень вовремя успел добраться до мозга тирзага. Животными, кстати, гораздо проще управлять, чем людьми. У них в мозге всё не так замудрёно устроено.

Тирзаг дёрнулся, раскрыл глазищи, приподнялся, развернулся. Кто-то из зрителей заорал на это, обозначая своему боссу возникшую проблему.

Ну посмотрим, как ты выстоишь против собственного питомца.

Сперва мне было непривычно стоять на четырёх лапах, но я быстро освоился. Разбежался и прыгнул на добычу, стараясь задавить её когтистыми лапами. Но не тут-то было. Вульгр в экзоскелете оказался на удивление быстрым. Он отскочил, уворачиваясь, а затем сам ринулся в атаку, размахивая кувалдой. Залетел сбоку и вдарил сперва по одной ноге, а затем по второй. Там даже что-то хрустнуло, но я не обращал на это внимание.

Я крутанулся вслед за добычей, всё ещё стараясь зацепить её когтями, но снова промазал. Всё-таки сложно так сразу перестроиться под другую форму жизни. Реакция словно притуплённая. А возможно, всё дело в том, что паразит ещё не до конца распространился на всё тело.

Решив применить другую тактику, я снова бросился на врага, но теперь уже пытаясь подмять его под себя и схватить зубами, если получится.

Не получилось. Вульгр отскочил, зарядив мне такой удар в морду, что я даже с лап свалился. Быстро поднялся, тряханул головой, восстановил зрение. И вовремя. Противник нёсся точно на меня с занесённым над головой молотом. Хотел разрешить всё одним ударом. Как бы не так. В таком положении ему будет трудно увернуться, чем я и воспользовался.

Впившись когтями в землю, я прыгнул вперёд. Он явно не ожидал такого поворота, отчего завис на долю секунды. Этого оказалось достаточно, чтобы влететь в противника и вцепиться в него острыми зубами.

Я его ранил, даже погнул экзоскелет, но, увы, перекусить крепкий металл не смог. Вульгр выскользнул из своих полудоспехов, упал на землю и… И тут судьба сыграла со мной злую шутку, подкинув врагу новое оружие — алебарду. Она валялась прямо здесь, подо мной, а я слишком уж вгрызся в экзоскелет, что даже застрял в нём зубами.

В общем, эта секунда решила всё. Я даже не увидел, только почувствовал, как шею перерубает сильный и точный удар.

Вот и конец.

Я отключился от умирающего зверя и вернулся в своё тело. Оно было таким каменным, что я и пошевелиться уже не мог. Так и сидел, косо поглядывая на Вульгра, ковыляющего в мою сторону.

Он сильно хромал. Обе руки в крови, повсюду раны от клыков, которые я ему оставил. Но он их будто не чувствовал. В глазах горел всё тот же пожар ненависти, направленный на меня. И ведь, если подумать, я ему вообще ничего не сделал для того, чтобы он меня так ненавидел. Странный он.

Подойдя ко мне вплотную, Вульгр схватил меня за шею и приподнял до своего уровня. На лице маячила маска бешенства. Его аж трясло от переполняемой злобы.

— Добегался, выродок?! — зарычал он мне прямо в лицо, брызжа слюной. — А теперь ты сдохнешь! Сдохнешь так же, как сдохнете вы все! Ссакское псианское отродье! Есть, что сказать напоследок, а?!

— Наконец-то… — утробно прохрипел я. — Органика…

Моя рука выстрелила вперёд будто сама собой. Выпустила когти и с особой жадность впилась в шею великана. Его взгляд резко поменялся на удивлённый, но сделать что-либо ещё он уже не мог. Я мгновенно отключил всю его нервную систему, а затем принялся высасывать из него все жизненные соки. Для этой цели из моей руки вылезли ещё тысячи мелких тонких жгутиков, размером с волос. Все они врезались как в шею, так и в грудь, и в голову жертвы.

М-м… Ну надо же… Как же хорошо… Как же… приятно…

Тут было столько биомассы, что я смог не только заменить все отработавшие клетки, но и отрастить себе новую руку.

Не знаю, как долго занял весь этот процесс, но когда я снова вернулся в сознание, оказался полностью обновлённым и полным сил. А высохшую, скукоженную, кожаную тряпочку я просто выбросил в сторону.

Значит так, вернёмся к нашим баранам. Рантара. Она висит над ареной на своеобразной стреле строительного крана, которая уходит куда-то за пределы арены. Подвешена она на цепь, которая крепится вторым концом к бобине возле трона Вульгра. Пожалуй, туда мне и надо. Если это бобина, значит её можно крутить. Так я и спущу Рантару на землю.

Со всех ног я рванул к краю арены. Было на удивление тихо. Краем глаза я заметил на трибунах ошарашенных зрителей. Все они смотрели на меня, и в их глазах отражались страх, недоумение, презрение и отвращение.

Да уж, представляю, что им пришлось увидеть. Но у меня не было другого выбора. Либо я, либо он. Стандартный закон джунглей.

Переведя фокус внимания на ноги и усилив мышцы, я смог запрыгнуть на трёхметровую ограду и быстро добраться до катушки. Дёрнул за цепь, сорвав ко всем чертям заржавевший блокирующий механизм, и аккуратно опустил Рантару на землю. Двинулся в обратную сторону, опасаясь наихудшего.

Когда я до неё добрался, первым делом пощупал пульс. И с облегчением выдохнул. Девушка была жива, но едва-едва дышала. Вся израненная, забитая, просто ужас.

Ослабив цепи, я освободил её синие затёкшие руки. Быстро огляделся в поисках путей к отступлению. И тут заметил ещё одну проблему. Пираты-зрители вдруг начали доставать свои пушки и направлять их на меня. Какой-то ублюдок, возомнивший себя главным после смерти Вульгра, принялся орать на всю арену:

— Он убил нашего повелителя! Убил нашего босса! Да как он посмел! Мы должны отомстить ему! Должны прожечь его ррятскую черепушку!

Да-да-да. Только этого мне не хватало.

Со спины ко мне подбежал синелицый, таща за рукав принца. Он боязливо на меня посматривал, каждый раз отводя взгляд, а принц был вообще не с нами. Он провалился взглядом куда-то внутрь себя. По его щекам стекали слёзы. Он горевал по своему брату, и то, что сейчас происходило вокруг, его совсем не волновало.

Если пираты начнут по нам палить, то и этих двоих они тоже перестреляют за компанию. Однако… Простите, парни, но в этот раз я не смогу вас защитить. Я пришёл сюда за Рантарой. Её жизнь для меня в приоритете. Так что в первую очередь я попытаюсь вытащить отсюда её. А вы… Там уже как получится.

Направленных на нас стволов становилось всё больше. Ублюдок-пират продолжал толкать свою пламенную речь про возмездие. Я же искал взглядом слабое место в их обороне. Но так и не нашёл.

Кидаться на трибуны? Если бы я был один, можно было бы и попробовать. Но подвергать опасности и так едва живую подругу я не стану.

Броситься обратно к трону Вульгра? Уже получше вариант, ведь там почти никого нет, но всё равно он не идеальный. Пока я туда доберусь, меня раз десять поджарить успеют.

Есть ещё вариант — попытаться пройти через открытые ворота, из которых до этого выпустили тирзага. Туда бежать ближе, но я не знаю, что меня ждёт там внутри. Есть ли оттуда выход на свободу?

В общем, куда не глянь, перспективы так себе. Что же делать? Нужно решать и быстро, пока не прозвучала команда «шмалять».

Ещё раз пораскинув мозгами, я решил остановиться на третьем варианте по той причине, что он изначально более безопасный для Рантары.

Одобрив данную стратегию, я окинул взглядом трибуны, перевёл всё внимание в ноги, чуть присел, и уже готов был рвануть со всей прыти к воротам, как вдруг произошло чудо. Самое настоящее невероятное чудо. Это чудо спустилось к нам сверху, подобно манне небесной, и мгновенно разрешило все наши проблемы.

И вот казалось бы, с чего это вдруг?..