Три сына. Старший сын

Пролог

Я пробирался сквозь непроходимый лес. Деревья и кустарники то тут, то там преграждали мне путь, как будто даже природа была настроена против меня, а может так оно и было. Бог знает какой магией обладают эти Ластийцы. Нужно обязательно выжить, выбраться иначе смерти товарищей станут напрасными.

Я поморщился, вспомнив последний разговор со своим верным другом и соратником, что остался там на поле боя, пытаясь выиграть время для меня и прикрыть мою спину при отходе.

«Уходи! – кричал Армад.

- Нет я останусь с вами! – упрямился я и не собирался покидать свой отряд.

Вдруг Армад резко схватил меня за плечи оттащил в сторону уводя с линии боя и грозно зашептал:

- Ты что не понимаешь?! Он же этого жаждет! Твоей смерти! Ему не нужен мир! Не нужна спокойная жизнь! Он привык топить нас в крови! Ты должен выжить! Спасти остальных!

- Я не оставлю вас! – упрямо произнёс я.

- Что значит десяток воинов по сравнению с целым государством?! Мы всегда были готовы умереть за наши идеи… За тебя.

Я вцепился в его руки борясь с диким желанием броситься в бой вместе с ними.

Армад с силой оттолкнул меня, выхватил свой меч и произнёс:

- Они пойдут только за тобой, он это знает. Потому мы здесь и потому в такой опасности. Уходи! – а за тем ринулся в бой.

Я помедлил всего секунду и сорвался с места в противоположном от сражения направлении. Я любил своих друзей, свой отряд. Каждого из воинов я отбирал и тренировал самостоятельно. Мы были семьёй, но в то же время я понимал, что Армад прав. Люди пойдут только если я возглавлю их.»

- Надо выжить, во чтобы то ни стало – вслух произнёс я, вытирая выступивший пот со лба. Всё же пару раз меня крепко успели приложить магией, и родовая сила не помогла.

- Ничего, я доберусь до тебя Леон Первер! Доберусь и ты пожалеешь, что когда-то родился на свет! – прошептал я, сжимая кулаки.

Уже давно я продолжаю двигаться из чистой вредности и упорства, сил практически не осталось.

«Только бы не упасть! Только бы не свалиться!» - думал я, продолжая идти сквозь заросли. С каждой минутой движения мои становились всё медленнее и медленнее.

«Если упаду, то уже и не встану…» - только успел подумать об этом, как в темноте не заметил корягу под ногами и повалился прямо в колючий кустарник.

Последняя мысль, мелькнувшая в моей голове, была о том, что нужно встать и двигаться дальше. Встать! Но я так и не встал…

Глава 1

На горизонте забрезжил рассвет. Пора возвращаться домой. Ещё одна ночь «лесных духов» мною успешно пережита.

- Вот! Не настолько я и бездарна, уже третью ночь пережила! А они говорили и дня не продержусь в этой глуши! Нате, выкусите! Жалкая свора злых магов, считающая себя элитой Ластии! Лучшие академики всех времён! А на деле обычные алчные людишки с завышенной самооценкой! - зло подумала я и даже плюнула себе под ноги от досады, и сама такому поведению удивилась.

- Всё же дичаю я тут. Скоро совсем в лесную ведьму превращусь.

Ночь «лесных духов» - это сложный магический обряд, который под силу выполнить только хранителю леса, коим я и являюсь вот уже как целых три месяца.

Многие подумают: «О, как почётно, хранитель леса! Это что-то важное, значимое!» Но на деле всё совсем не так. В нашей стране, которую населяют сплошь одни маги, хранитель леса самая низшая ступень в иерархии. Да! Да! И сюда меня сослали, в прямом смысле этого слова, из самой лучшей столичной академии магии. А всему виной моё происхождение. Всё верно не мои способности или отсутствие во мне магии, которой кстати у меня хоть отбавляй! Нет! А лишь то, что матушка моя имела неосторожность спутаться с воином из соседнего государства под названием Барвара. Уж не знаю, как и где их свела судьба, только вскружил он голову ей, да и утянул её за собой в своё пустынное царство. А через год на своём пороге моя бабка, да примут её душу Высшие силы, обнаружила маленький свёрток, в котором была я.

Уж не знаю, что приключилось с матушкой, но больше ни от неё, ни от барварца вестей не было. Меня растила и воспитывала только она – бабка Аглая. И я не грублю, когда называю её бабкой именно такой она и была, лесной ведьмой хранительницей этого самого леса.

Не то чтобы у нас с ней были тёплые родственные отношения, скорее наоборот. Аглая во всем и всегда меня попрекала. Кроме как «неумёха» и «криворучка» по-другому и не называла. Да я на неё не сержусь, порода их ведьмовская такая сварливая.

Бабка меня по-своему любила и готовила в хранительницы, но видно матушкины гены взяли своё и по достижении шестнадцать лет я сбежала из дому. Нет не в Барвару! А в столицу нашего государства – город Эльмивор. Даже звучит как мелодия, не то, что «Лесная окраина, сектор девяносто семь» в котором я, кстати, сейчас и нахожусь.

Если бы вы только знали как же там красиво, в Эльмиворе! Большой город, буквально высеченный из огромного лесного массива с красочными водопадами, невиданной прелести растениями и животными. Воздух там наполнен сладостными ароматами, а люди одеты по последней Ластийской моде.

- Эх! - Я даже вздохнула с досадой.

Поначалу всё складывалось как нельзя лучше. К побегу я готовилась тщательно, спасибо бабке, которая мне все уши про жужжала про кровь мою нечистую и что таким как я только на окраине и место. Нет у меня на лбу не написано, что я полукровка, у меня хуже… Волосы рыжие… Таких у чистокровных Ластийцев никогда не бывает, а вот на половину барварцев, у них бывает!

Чего я только с этими проклятыми волосами не делала и отваром цвет вытравливала и краской красить пыталась и даже стригла почти на голо, но стоило только утру наступить магия моя возвращала первозданный от природы оттенок и вид на своё законное место. Ух и злилась я тогда!

Как мне удалось справиться с этой проблемой в столице? Да легко! Пришлось сделать себе парик из волос девчонки с соседнего участка леса. Спокойно! Ни один человек или маг не пострадал! Волосы подружка состригла добровольно, под предлогом невесть откуда взявшихся вшей. Предлог для её мамки придумали и объявили постфактум, чтобы не привязалась с отварами от паразитов. А так мы прикинулась дурочками, мол знать не знали, что так можно было, действовали радикально и по наитию. А с двух дурочек чего брать-то?! Да ещё и с малолетних! В общем прошло наше враньё на ура! Даже взбучки не было.

Просто бабка моя их семью больше меня не любила, потому и не стала за это наказывать.

Собственно, и про столицу, и про столичную академию я узнала от той самой подружки. Её в отличии от меня готовили к поступлению. Ну а я не будь дурой рядом с ней всегда крутилась. Звали её Марьяной.

Она с матерью за книги садилась, и я тут как тут. Матушка у Марьяшки добрая была, никогда меня не прогоняла.

Только подруга про мои планы знала и поддерживала меня во всём. Карту государства для меня добыла, деньгами поделилась, да и волос не пожалела, правда из-за неё я здесь и оказалась, но обо всём по порядку.

Сама она на год младше была, от того позже поступала. Ну а я, девка бедовая с самого детства была, ничего и никого не боялась. Бабка говорила в неё характером пошла.

Добралась я до Эльмивора благополучно, благо врать умела как дышать. По тайным тропам по карте до ближайшего города добралась, а оттуда купила билет на телепорт. Да, в нашем государстве такие есть, но это секрет! Правители наши особняком держатся ни с одним из государств дружбу не водят. Да и магии столько нет в других государствах чтобы телепорты питать. Уж не знаю, как удаётся всё в секрете держать, уж гости в городах и тем более в столице бывают, но про телепорты никто слова лишнего не болтает.

В столицу я прибыла к вечеру. Благо денег хватило на койку для ночлега. С утра пораньше, надев своё самое красивое платье, которое сама и сшила, поправив чудо на голове, называемое париком, его я тоже смастерила сама, от того смотрелись волосы мои странновато, отправилась покорять местную публику в лице приёмной комиссии.

Обучение в нашем государстве бесплатное и доступно всем, кто пройдёт вступительные испытания, как оказалось позже всё же не всем. И слово испытания я не для красоты употребляю, а в буквальном значении.

Всем будущим ученикам необходимо было пройти три испытания!

Первое сварить зелье, какое желающие поступить узнавали непосредственно на месте. Второе сразиться с наколдованным чудищем, причём за ранее тебя не предупреждают изверги о том, что чудище не настоящее. Мне пришлось с не упокоенной душой биться. Ну а третье вылечить травмированного мага.

Два из трёх испытаний я успешно завалила. Зелий варить не умела, от того отворотное получилось на столько отвратным, что от одного запаха окружающим плохо становилось. Всю комиссию в лице трёх седовласых достопочтенных магов выворотило наружу.

Надо ли говорить, что не упокоенная душа чуть меня благополучно не упокоила. Спасибо долговязому ректору факультета боевой магии, всё же спас меня, правда потом я узнала, что и спасать-то не нужно было. Но в тот момент била поклоны доброму мужчине со всей своей благодарностью.

Ну а уж с третьим испытанием мне с горем по полам удалось справиться. Помогли бабкины умения. Я в детстве на здоровье слабенькая была, Аглая лечила и постоянно приговаривала что уж это я от своего папашки унаследовала. А по старше став так и сама стала своим здоровьем заниматься, чтоб бабка по меньше ворчала. Достался мне перелом, а уж я столько этих переломов у себя залечила, видимо не видимо. О многих и бабка моя знать не знала. В общем сделала все как полагается и обезболила, и косточку собрал, и закрепила, и тут же заживила.

Достопочтенные маги диву давались, мол у них именитые лекари в столице с таким бы переломом не меньше трёх дней провозились, а какая-то девчонка за пару часов справилась. Потому и приняли сразу, на целительский факультет, а я и не против мне хоть на войну лишь бы не обратно к бабке. Потом я узнала, что испытаний три по количеству факультетов: целительский, боевой и ведический.

Выделили мне место в общежитии. И зажила я счастливо! Целых два года жила!

Училась лучше всех. Всегда меня в пример преподаватели ставили. Кое чему они сами у меня научились. Оказалось, что бабкины секреты в целительстве – это «прорыв», о котором в столице до моего появления совсем и не знали. А я не жадная, всё рассказала и всему научила, раз попросили.

Но всё хорошее в моей жизни имеет свойство кончаться. Приехала моя обожаемая подруга Марьяша и поступила на тот же факультет что и я. Да вот беда, таланта в этой области у неё совсем не было. Еле получалось экзамены сдавать, да и то с моей помощью. И всё бы ничего, но завёлся у неё ухажёр со старших курсов боевого факультета.

Как по мне страшненький такой, но подруга от чего-то решила, что я сплю и вижу, как бы её «свет красавца» к своим ручонкам прибрать и в один прекрасный день сдала моё «позорное» происхождение прямо ректору института.

Тот в свою очередь долго думать не стал вызвал меня к себе предварительно собрав весь педагогический состав академии и заявил, мол решаем коллеги что со мной обманщицей делать.

Все, даже те, кто ни раз хвалил меня, учился у меня, единогласно проголосовали за моё исключение и перевод в родные края, на попечение той самой бабки Аглаи с дальнейшим приёмом её полномочий. Разрешили доучиться второй курс, и то, только потому, что до конца года оставалась неделя. За эту неделю от меня все шарахались как от прокажённой, ибо скрывать свои шикарные рыжие волосы я больше не стала. От чего-то гневно посматривали в мою сторону и преподаватели, кивая головами от досады и нещадно занижая мне оценки. А я не гордая, мне и небольшого балла достаточно!

И вот полгода назад я вернулась туда, откуда всё и началось. Бабка Аглая вновь имела возможность лицезреть меня на своём злосчастном пороге во всей красе и с чемоданами. Окинув скептическим взглядом, мол вообще не удивительно, пропустила через порог приговаривая: «Вот и бестолочь моя вернулась.» А три месяца назад и её не стало… Я осталась совсем одна, на краю государства в лесной глуши.

Занятая своими мыслями и мечтая наконец добраться до своей холупёнки, а по-другому эту покосившуюся избу и не назовёшь, я шла, не особо разбирая дорогу, как вдруг наткнулась взглядом на огромные лапищи в сапожищах, торчащие из кустов чубушника, который надо сказать совсем недавно зацвел.

Я резко затормозила и потихоньку стала приближаться. Кого же это занесла недобрая в наши края? Раздвинув густые ветки цветущего кустарника, увидела внушительных размеров мужчину. Одет он был не по-нашему в доспехи какие-то причудливые на поясе меч. Боевые маги Ластии мечами не пользуются, предпочитают клинки да заклинания. И доспехов не носят, те мешают им двигаться во время сражения. Да и на кой они им, у них такие амулеты имеются ни один меч не пробьёт, да и заклинание не каждое возьмёт. Не уж-то опять барварец? Да нет! У тех волосы рыжие, а у этого тёмные и борода.

Ох и что же мне с ним делать?! А может мимо пройду, мол не заметила, да и всё?! Я вновь бросила взгляд на несчастного.

Нет! Он явно не просто так тут лежит, вон и на одежде кровь видна и аура от него такая, как будто его всю ночь магическими заклятиями долбили.

А может он помер?! Тогда считай и не бросила, а благоразумно оставила бездыханное тело. Ага, вот только не упокоенного духа мне тут и не хватает для полного счастья.

Я просунула руку сквозь ветки и положила ему на грудь. Дышит! Хоть и ели заметно. Всё помогать придётся.

- Эй любезный! Ты меня слышишь? – потормошила я его за плечо, до которого смогла дотянуться сквозь ветви. Он не реагировал.

Так! Надо бы его как-то до избушки дотащить. Вот только как? Он здоровый такой! Мне одной его не поднять.

Придётся Яшку звать.

Яшка – мой друг и по совместительству лесной дух в обличии бурого медведя. Несколько месяцев назад поранился он сильно, а я его от верной смерти спасла, вот и сдружились мы с ним. Как же может лесной дух умереть? Да очень просто! Нет на его место конечно же придёт другой, но как скоро и в каком обличии никто не знает, поэтому мы лесные хранители их бережём.

Я выпрямилась сложила ладошки у рта домиком и громко крикнула:

- Ааааауууууу! АААаааааууууууууууу!

Через пару минут раздался громкий треск веток. Идёт! Нет, бежит!

Медведь кубарем выкатился прямо к моим ногам. Поднялся испуганно за озирался и басистым хриплым голосом произнёс:

- Чего звала? Случилось чего? Кто на наш лес напал?

- Ага! Напал! Вот смотри нападал да отдохнуть прилёг, утомился! – сказала я, указывая рукой на бедолагу в кустах.

- Это ты его так?!

- Конечно! А тебя похвастаться позвала! – съязвила я.

- Ого! А чем это ты его так приложила? Здоровенный же! Просто так не свалишь! – удивился бурый. Он хоть и дух, но уж не больно-то и сообразительный.

- Яша! Да шучу я! Не трогала я его, он сам!

- Тьфу ты! Глупая баба! А меня-то чего позвала?!

- В дом надо его занести, а я сама не справлюсь. Уж больно тяжёлый.

- Вот любительница ты что не попадя сразу в дом тащить! На кой он тебе сдался?!

- Дак помрёт же.

- Ну и пускай! Наша-то забота какая? Не мы его тут свалили!

- Яша! Нельзя людей на смерть оставлять!

Медведь дёрнул губами сердито рыкнув заворчал, но всё же потянул лапами за сапоги болезного:

- То же мне хранительница и на кой её Аглая оставила. Бедовая же баба! Погубит лес наш родимый, вот погубит же! И никакой управы на неё нету!

Я помогла взвалить «ношу» на спину медведя и вместе мы поплелись к дому. Я, медведь и практически бездыханный неизвестный человек. Просто отличная компания!

Глава 2

Крехтя и ворча весь путь Яшка дотащил «мою находку» до самой избы.

- Где ж ты его размещать-то будешь? У тебя в избушке комната всего одна.

А я и сама не знала где. Видимо глаза мои от испуга округлились как два огромных блюдца от чего медведь ворчливо протянул:

- Вот глупая бабёнка! Ладно у стены на лавку его уложу и сам у тебя поживу, пока болезный не очухается. Только за каждый день постоя с тебя по бочонку мёда!

- А морда твоя мохнатая не слипнется столько мёда жрать?!

- А ты о моей морде не беспокойся! Лучше о чести своей девичьей подумай!

- Да чего тут думать! Он как бы к ночи не помер, а ты про честь какую-то!

- Вот! А еже ли помрёт и дух его у тебя в избе поселится, кто тебя бестолковую от него спасать будет?! Опять Яшка! Нет уж лучше я сразу у тебя останусь, а то потом несись сломя голову через весь лес по зову твоему! У меня бока после сегодняшнего ещё долго болеть будут – произнёс медведь, почему-то почесав совсем не бок, а мягкое место чуть ниже спины.

Я возмущенно цокнула, но спорить с медведем не стала. Была правда в его словах. Уж с ним как-то надёжнее.

Не очень аккуратно скинув болезного на искомую лавку, Яшка потёр поясницу и жалобно простонал:

- Ну и тяжёлый зараза!

Я засуетилась вокруг больного, не обращая внимания на ворчания медведя:

- Помоги мне с него сапоги стянуть, да железяки эти!

- Вот неугомонная! Дай хоть дух перевести!

- Пока ты тут прохлаждаться будешь, он свой дух уже испустит! Тяни за второй! – рявкнула я, хватаясь за один из сапогов воина.

Яшка нехотя, но все же присоединился ко мне. Крепко потянув за обувь, мы, таки, освободили от неё болезного.

«Так-то лучше! - подумала я, - теперь броня». С ней пришлось повозиться, уж больно долго мы разбирались, как и чего там крепится.

Наконец освободив мужчину от всего не нужного, я принялась осматривать полученные им раны. А их я вам скажу было предостаточно! И как только выжить умудрился?! Лупили его нещадно, без разбору и физически и магически.

Если перейти на магическое зрение, аура болезного еле мерцала, но было за что уцепиться. Главное снять магическое влияние от полученных ударов, а это дело сложное, но возможное.

- Яшка! – рявкнула я, - быстро мне трав, укрепляющих завари! А то мои ресурсы за ночь практически иссякли, а тут работы на неделю точно!

Медведь, проворчав что-то про «глупых баб» и про то, что он «в обслугу не нанимался», пошёл заваривать настой.

Я тем временем собрав свою рыжую гриву в косу, закатав рукава повыше да подвязав подол длинного платья принялась за работу. Раны что были видны на теле нужно обработать и перевязать. Благо заживляющих мазей и настоев у меня в избытке, ещё бабкины запасы извести не успела, да и сама из столицы кое чего припасла. Раны оказались не глубокими, получены скорее при ходьбе по лесу, чем в битве.

Наконец получив свой тонизирующий отвар и осушив его залпом, я перешла на магическое зрение. Попади болезный к обычному лекарю, без магии считай пропал бы. Проку от моих перевязок было мало, аура по-прежнему еле светила, а со временем и совсем бы угасла уж больно мудрёные заклятия на нём повисли. Я в боевой магии не слишком сильна, но за годы обучения кое о чём слыхивала.

Не с простыми ратниками довелось моему путнику встретиться, больше похоже на высшую стражу придворную, ну или на очень сильных магов-наёмников. Тех обучали сложным магическим плетениям, да и силой не малой нужно обладать чтобы такое заклятие просто сплести, не говоря уже о том, чтобы закрепить его на ком-то. А в болезного не меньше пяти таких запустили и даже попали, правда закрепилось только два. И теперь вот эти два «закрепа» продолжали разрушать ауру воина, вытягивая всю его жизненную силу, пока бедолага не помрёт.

Кажется всего-то два закрепа, делов-то! А вот и нет! Потому, что даже эти два мне будет очень трудно снять, энергии своей отдам чуть ли не добрую половину. Эх! Ну почему я такая сердобольная?! Прошла бы мимо и забыла! Теперь мучайся с ним, а потом ещё месяца два восстанавливайся после его лечения! Чтоб тебя леший задрал! И чего только забыл в наших глухих краях?!

По хмурившись и поворчав про себя ещё добрых пять минут я все же взялась за работу. Аккуратно вливая в болезного свою жизненную энергию, стала потихонечку убирать рисунок одного из плетений. Тут главное действовать неспеша, а то и себе и больному навредить можно. Чуть не туда тыкнешь и прощай болезный, или поторопишься и зацеп уже на тебя перейдёт. А там и самой недолго помереть. С себя зацеп практически невозможно снять, ибо некому жизненную силу вливать.

Сколько времени прошло, точно не знаю, но успела я снять добрую половину одного из заклятий, прежде чем руки стали нещадно трястись. Дальше работать было нельзя, от чего я с чистой совестью свернула всю свою спасательную операцию.

Сосредоточилась я настолько, что даже громкий храп Яшки во время работы не услышала. Хотя храпел он знатно, кажется, чуть ли стены не тряслись от столь громкого звука. Ещё раз осмотрев болезного магическим зрением, пришла к выводу, что магии, влитой мной, ему хватит на пару дней продержаться, а это значит, что я тоже, наконец-то, смогу отдохнуть.

Обойдя по кругу медведя развалившегося, как и обещал, прямо у лавки, я забралась на большую каменную печь. Там раньше бабка Аглая спала. Я же, сколько себя помню, почивала непосредственно за печкой, на деревянном настиле, именуемом кроватью.

По-видимому, слова сварливого духа достигли своей цели, от чего, всё же, моя «девичья честь» решила перестраховаться, забравшись повыше и накидав перед отходом ко сну парочку защитных заклинаний.

Едва моя дурная голова коснулась тряпицы, набитой травами что бабка Аглая по недоразумению называла подушкой, как мой разум стал погружаться в сон. Последнее о чём удалось подумать, так это о том, что «подушка» эта, ужасно неудобная! Вот толи дело в столице подушки! Мягкие как облако, взбитые бытовой магией уборщиц, что приходили в комнаты для наведения порядка пока студенты были на занятиях. Уж не знаю, чем именно они их набивали, в силу своей беспечности не интересовалась, а получается надо было, но спалось на них невероятно удобно и приятно. Эх были времена! - вздохнула я и окончательно заснула.

Пробуждение моё нельзя было назвать радостным. Мало того что всё тело ломило от усталости, а глаза не хотели открываться, дак ещё и этот несносный медведь вздумал греметь посудой, да так, что аж уши закладывает!

- Ну чего ты там рыскаешь?! – сердито рявкнула я.

- Чего-чего?! Жрать давай! Я к тебе за дарма в работники не нанимался! Организм мой растущий! Ему постоянное питание требуется!

- Взбучка тебе требуется, а не питание – шёпотом проворчала я, но всё же решила отблагодарить сварливого духа за помощь и приготовить ему что-нибудь поесть. Тем более что и сама я изрядно проголодалась.

Медленно спустившись с печи, я поплелась в сторону небольшого шкафчика с кухонными принадлежностями. Там уже во всю хозяйничал медведь, засовывая свой мохнатый нос в каждую плошку или кастрюлю.

- Ну чего своим носищем рыскаешь?! Нет тут ничего съестного!

- А где оно? Съестное? – потирая ушибленный мною нос проворчал Яшка.

- Так я тебе и сказала! Ты ж ещё тот обжора! Уже к вечеру меня на голодном пайке оставишь!

- Ух и неприятная же ты баба! Я тебе можно сказать жизнь спасаю! Сторожу тут от всяких дохляков! А она, «обжорой» обзывается! Вот уйду и сама себя охранять будешь!

- Да не ворчи ты! Сейчас всё будет! Лучше сходи в лес с проверкой. Глянь всё ли тихо? Нет ли чужих?

- Дак это… Не получится – замялся медведь.

- Чего не получится?

- Ну, посмотреть. Ночь на дворе, почитай только за полночь перевалило! А я в темноте ничего и не вижу!

- Ах ты увалень мохнатый! Ты на кой меня среди ночи разбудил?! Я почитай и не отдохнула совсем! – вспылила я, хватая что под руку попадётся, а попалась кочерга, вот её я благополучно и запустила в след убегающему за дверь медведю.

С глухим стуком моё импровизированное орудие возмездия столкнулось с уже закрытой дверью и звонко упало на пол.

- Чтоб тебе мохнатому пусто было! Да чтоб тебя волки задрали! Да чтоб тебе мёда больше в жизни не пробовать! – не унималась я.

На последней моей фразе дверь со скрипом приоткрылась и в небольшую щель протиснув свою наглую медвежью морду мой новоиспечённый нахлебник произнёс возмущённым голосом:

- Мёд не трож!

- Ах ты ж пакость такая! Ну я тебе сейчас покажу! – закричала я, хватая на ходу поварёшку и со всех ног понеслась к несчастной двери.

Медведь не будь дураком захлопнул её едва я только первое слово произнесла и предусмотрительно, с обратной стороны, прижал своей мохнатой трусливой тушкой.

- Всё равно вернешься! Я из тебя чучело сделаю!

- Будешь мне угрожать не вернусь! И пусть твой болезный помрёт, а дух его замучает тебя до смерти!!! Будешь знать как бедных зверюшек голодом морить да обижать!

- Вы посмотрите на него зверюшка беззащитная! Да у тебя силы на десятерых воинов, а магии вообще на легион магов! Тебя вообще можно не кормить, чай не сдохнешь!

- Вот сразу видно, что ведьма ты бестолковая! И ничегошеньки про лесных духов не знаешь! И чему тебя только в академии твоей учили?!

- Чему надо, тому и учили!

- А ну! Живо дверь открой! Мне в сени надо!

- За чем?

- Тебя прибить!

- Э нет, тога не открою!

- Да шучу я! Мне еду надо взять! Коли разбудил дак покормлю и тебя, и себя, и болезного! Но с рассветом всё мне отработаешь как миленький! Пойдёшь с обходом по лесу и что бы ко мне лишний раз даже не подходил! Чай, что там случится сам разбираться будешь! И только попробуй меня ослушаться, найду и заколдую!

Не успела я гневно до тараторить последнюю устрашающую фразу как дверь резко отварилась, и я так и вывалилась плашмя прямо через порог. Сердито устремила взгляд на мохнатого, а тот, как ни в чём не бывало произнёс:

- Ты тут долго не разлёживайся. Вари побыстрее, а то рассвет-то не за горами. А я голодный работать не пойду, так и знай!

И с невозмутимым видом прошёл обратно в избу прямо переступив через моё распластанное тело.

«Ну что с него взять?!» - решила я. «Глупая животинка!»

Поднялась, отряхнулась и поплелась в кладовую предварительно проверив, что эта не только глупая, но и не в меру наглая животинка не наблюдает за мной. А то я его знаю, за одну ночь всё сожрёт и не подавится. А я потом тут в этой глуши помирай с голоду! Это тебе не столица, за углом торговой лавки не найдёшь. А до соседнего города ещё добраться надо. В нашей глуши телепортов не предусмотрено, а пешочком путь не близкий.

Взяв всё необходимое, отправилась обратно в избу, напоследок, накинув на дверь в кладовую пару тройку защитных заклинаний. Так, на всякий случай.

Лесной дух продолжал рыскать по старенькому бабкиному буфету своим медвежьим носом.

- Зря рыскаешь! Нету там ничего!

Медведь встрепенулся, услышав мой голос и произнёс, подвывая:

- Ну где тебя носит?! Сейчас с голода помру и у тебя уже два не упокоенных духа будет!

- На! Займи хоть на пару минут свой говорливый рот! – произнесла я бросая медведю небольшой кругляш колбасы. Тот быстро схватил добычу в свои мохнатые лапищи и наконец ушёл в дальний угол. От туда то и дело доносились причмокивания и чавканье с редкими фразами «маловато», «давно бы так» и что-то не разборчивое про глупых ведьм.

Я устало закатила глаза и принялась за готовку. Решила, что варить буду похлёбку. Для болезного другое и не пойдёт, а по десять блюд для каждого готовить я не нанималась.

Глава 3

Под оглушительную канонаду, из ударов ложкой по железной миске распространяемую моим горе охранником, я наконец уселась кормить болезного.

С этим были определённые трудности, если учесть, что болезный так и не пришёл в себя. Дабы ненароком не утопить горемыку пришлось упросить Яшку приподнять его голову предварительно раскрыв ему рот. Потихонечку, ложечкой начала вливать похлёбку в больного. Придя к выводу, что примерно десяти ложек бульона будет достаточно разрешила изнывшемуся медведю уложить больного обратно.

За окном понемногу стало светать, от того нещадно погнала Яшку в лес с проверкой, а сама со спокойной совестью, предварительно ещё раз проверив состояние больного, уложилась досыпать.

После пробуждения сразу же отправилась продолжать работу по снятию магических «закрепов».

В таком режиме под постоянное недовольное бурчание Яшки и мои язвительные ответы ему, мы и прожили целую неделю…

***

Я видел бой… Видел, как мои друзья погибают один за другим сражённые неведомым мне заклятием. Чёртовы маги практически не язвимы! Наша броня не спаса, а мечи были бесполезны. Никто и на два шага не мог приблизиться к врагу, уж слишком они быстры и ловки. Теперь я пожалел, что не взял с собой отряд лучников.

«Дипломатический визит. Большое количество воинов насторожит магов, а дружба с ними очень важна для нашего обновлённого государства. Возьми только свой отряд» - сладкими речами пел мне в уши Леон Первер, пока ещё правитель Гасмии, но это ненадолго!

Рядом рухнул ещё один воин, его звали Велес, совсем ещё мальчишка девятнадцати лет отроду.

Я увидел его в одном из учебных боёв, в школе. Не смотря на юный возраст, он обладал силой и ловкостью, которых не доставало многим опытным воинам. Тогда и позвал его к себе, а он с залихватской улыбкой тут же согласился. Знал бы чем дело кончится бежал бы от меня без оглядку.

Я стиснул кулаки и замер, рассматривая юное бездыханное тело.

Я виноват… Моя вина… Снова во всем виноват только я…

Неожиданно взор мой заволокло непроглядным чёрным туманом. Теперь я бреду сквозь эту тьму.

Я не знаю за чем и куда я иду, но чувствую, что должен двигаться дальше.

Каждый шаг даётся мне с невероятным трудом. Ноги и руки как будто вязнуть в этой чёрной вязкой глади.

Делаю очередной шаг и неожиданно тёмное пространство передо мной как будто треснуло и распалось на две половины.

Впереди я вижу берег реки. Воды её ярко синие. Спиною ко мне стоит женщина. Она одета в дорожный плащ, а волосы её ниспадают почти до пояса. Они ярко чёрные.

Я знаю её и это место. Меньше всего на свете мне хотелось оказаться здесь, но это воспоминание не отпускает меня вот уже много лет.

Она медленно оборачивается и добродушно улыбается мне. Её глаза сияют голубым цветом, точно вода в реке. Она протягивает свои руки ко мне и шепчет одними губами: «сынок».

А дальше огромная худощавая когтистая рука, похожая на человеческую, высовывается из воды и хватает её за протянутую руку. Резко вынырнув, показывается и остальное уродливое тело с лысой маленькой головой и красными огоньками глаз. Его огромная пасть, похожая на человеческий рот неестественно раскрывается, демонстрируя два ряда острых как кинжалы зубов. С высокой скорость пасть вонзается прямо в шею женщины. Она не кричит, в глазах замер лишь страх… Почему она не кричала, я уже не помню… Может боялась меня напугать?!

Я наблюдаю как по её телу стекают ровные струйки крови, а из глаз уходит жизнь…

Нет я не трус! Просто я здесь уже не впервые, а то, что вижу дела давно минувших дней. Спустя ещё пару мгновений в голову твари вонзился небольшой стилет. От силы удара головы чудовища дёргается назад, а хватка ослабевает. К женщине подбегает юноша, успев подхватить на руки её осевшее тело.

Этот юноша я…

Смерть этой женщины, тоже моя вина…

И вновь пространство заволокло чёрным густым туманом, сейчас я ему рад. Сколько бы времени не прошло, а боль от той утраты по-прежнему со мной.

Уж не знаю, как долго я блуждал во тьме, но вдруг вдали забрезжил маленький огонёк. Его мерцание манило меня, звало к себе. И я пошёл в его сторону. Чем ближе подходил, тем он становился всё больше, а подойдя на расстояние вытянутой руки я понял, что это не огонёк вовсе, а человеческая фигура, охваченная ярким светом.

- Кто ты? – спросил я.

Фигура ничего не ответила, а лишь протянула мне свою ладонь. Рука явно принадлежала девушке, потому что была такой маленькой, хрупкой с тонкими длинными пальчиками.

Я вложил свою ладонь в ответ, а за тем фигура резко дёрнула меня за собой. С начало мне показалось, что я падаю, но потом меня как будто вытолкнуло неведомой силой на поверхность и я, сделав глубокий вдох распахнул глаза…

***

- Ну наконец-то! А то удумал мне тут помирать! Я что зря на тебя столько сил положила?! Ночами не досыпала! Не доедала! Лес свой вон и тот забросила ради одной задохлой персоны! А он ещё и просыпаться не хотел! – продолжала ворчать я, рассматривая болезного который только что раскрыл, таки свои бесстыжие глаза, красивые надо сказать.

Нет ну вы только подумайте! Я его тут целую неделю обихаживаю, лечу, сил своих не жалею, а он решил в сознание не приходить! И я не зря ворчу! Такое бывает, когда человек не очень-то и жить хочет, от того вроде всё уже вылечено и казалось бы, вскакивай да живи, а больной не просыпается.

Так и с нашим задохликом было, да только ни на ту напал! Не хочешь жить, а мы заставим, ибо свои труды в пустую растрачивать я не люблю!

- Ну чего вылупился?! С тобой разговариваю… - поубавив пыл проговорила я, встретившись с ним взглядом. Перестав кружить взглядом вокруг, он пристально уставился на меня и еле прохрипел пересохшими губами:

- воды

- Яшка, а ну мигом воды тащи!

- Чуть чего снова Яшка! Я за тобой тут прислуживаю, мне что и его ещё обихаживать?!

- Да скорее ты!

- Да иду, я иду – не очень торопясь поплёлся медведь к лавке с вёдрами, где и стояла искомая жидкость.

Мужчина по-прежнему продолжал пристально рассматривать меня, а мне стало неуютно под его взглядом от чего я принялась усердно рассматривать полы своего повседневного простого платья. Почему-то стало страшно неловко за свой внешний вид. Это меня очень нервировало и раздражало. Не хватало только из-за таких глупостей голову нагружать переживаниями. Какое мне дело до каких-то полудохлых воинов. Пусть поправляется и уматывает на все четыре стороны!

Расплёскивая по всему поло воду Яшка таки дотащил свою ношу до лавки с болезным.

Я, вскочив отняла у него ковш с водой и велела ему приподнять больного, чтобы ему было легче испить. У самого-то небось силы сейчас не больше, чем у птички.

Поднеся к его губам ковш, я строго произнесла:

- Пей маленькими глотками, а то плохо стать может.

Он еле слышно хмыкнул и стал потихонечку поглощать жидкость. Напоив, мы уложили его обратно.

Воцарилась неловкая тишина. На удивление даже Яшка вёл себя тихо, что ему было крайне несвойственно.

- Ну – произнесла я, поднимаясь с импровизированной постели больного в виде собственной скамьи – ты тут отдыхай, сил набирайся, а мне нужно делами заняться.

Уже собираясь уходить, почувствовала, как чья-то рука коснулась моего запястья. Опустив взгляд, увидела огромную мужскую ладонь, сжимающую мою. От чего стало очень неуютно, рука почти физически жгла кожу. Хотелось поскорее высвободиться. Я нахмурилась и легонько потянула собственную ладонь.

Болезный удерживать не стал. Убрал руку и произнёс всё тем же хриплым голосом:

- Как тебя зовут?

Я нахмурилась. С одной стороны скрывать мне нечего и имени своего произносить не боюсь, но с другой мало ли в какие дела успел впутаться доходяга. Хорошо ли будет еже ли его поймают, а потом и меня с ним за одно. Хотя магов в нашей стране наказывают тем, что ссылают из столицы в отдалённые глухие сектора за лесом следить, а я, собственно, уже здесь.

- Анитой меня зовут. Ведьма я, за этим лесом приглядываю. Ну и на твоё счастье лекарству обучена. А вот кто ты таков мне очень даже интересно? Но я собственный труд уважаю больше больного любопытства, а так как тебе денёчек отлежаться нужно, чтобы в силу войти лишних опросов пока задавать не стану.

Болезный еле заметно кивнул, мол понимаю, но всё же прохрипел:

- Моё имя Никита…

- Буду знать. А теперь некогда мне, итак, свой лес почитай на неделю забросила. За тобой пока Яшка присмотрит – сказала я на ходу, небрежно указав на притихшего медведя. На что от ощетинился и вяло запротестовал, скорее из вредности:

- Ну вот ещё и за этим приглядывай! Никакого с тобою покоя Анита!

- Тебе сказано Никитой его зовут, а никакой, ни «этот», вроде на слух ты раньше не жаловался.

- Я и сейчас не жалуюсь!

- Ну и хорошо – произнесла я напоследок и побыстрее упорхнула из избы, пока этот ворчун не успел опомниться и еще чего-нибудь не ляпнул.

Проверив бабкины владения ближе к закату, я возвратилась в избу.

- Ну наконец-то! И где только тебя целый день носило?! Совсем меня извести решила да?! Бросила на произвол и меня, и болезного своего!

Я устало вздохнула и ответила:

- Как вижу и ты и болезный, которого кстати Никитой зовут в полном порядке.

- Ну он-то может и в порядке! Чего ему будет-то дрыхнет себе весь день и всё! А я-то почитай, как весь день голодом!!!

- Ну чего ты мелишь?! Я тебе утром целую кастрюлю каши оставила, да супа!

- Что мне твоя каша да суп! Я ещё утром уже всё съел!

- Да уж, дорого мне твоя помощь обходится – проворчала я и отправилась в кладовую за новой порцией продуктов, а то и самой кушать хотелось и двух нахлебников кормить приходится.

Ужинали мы уже за темно. Болезного… то есть Никиту будить не стали. По моим подсчётам к утру уже будет как огурчик. Вон и аура с каждой минутой всё ярче светится, в силу входит молодец. А сила-то у него не простая. Лиловым цветом переливается, значит магического происхождения. Теперь понятно, как ему посчастливилось не помереть, такой организм просто так не сломить и всё же его порядком потрепало.

Интересно во что же он такое вляпался?

Так! Стоп Анита! Вот этот твой интерес сейчас совсем не к добру! Не хватало ещё и в чужие дела влезать. Мне и собственных забот по самое горло хватает! Чего только один ворчливый Яшка стоит!

Нет! Решено! Болезный поправится и подобру-поздорову пусть уходит откуда пришёл, ну или ещё куда. В любом случае это теперь не моя забота. Я свой долг выполнила, напоила, накормила, вылечила, пора и честь знать.

Пусть небеса рухнут ежели я в это всё влезать станут! Нет! Нет и ещё раз нет!

Совсем уверовав в собственные решительные мысли, я со спокойной душой на этой чёртовой неудобной подушке наконец-то смогла сомкнуть свои прекрасны очи.

Глава 4

В это же время, город Эльмивор цитадель правителя…

По пустынному коридору цитадели правителя Ластии эхом разносился звук шагов. В такой час этот звук казался чем-то не правильным, чужеродным, нарушающим покой и идиллию, воцарившуюся в крепости с приходом ночи. Но будь стены живыми, они бы сказали, что уже давно привыкли к подобного рода шуму.

Высокий статный мужчина в чёрном длинном плаще закрыв лицо глубоким капюшоном, под покровом ночи, спешил добраться до красивой позолоченной двери, украшенной драгоценными камнями и витиеватыми узорами, что находилась в самом конце длинного коридора.

Он спешил, от того шаги его звучали неровно и особенно громко. В этой части цитадели ему нечего и некого бояться, но он был осторожен… всегда и во всём. Должность обязывала.

Ухватившись за заветную ручку искомой двери. Мужчина на секунду замешкался, сделав последний глубокий вдох он уверенно вошёл в помещение… и замер на пороге.

Несмотря на столь поздний час комната была озарена светом огненного артефакта и не одного. Помещение поражало своими размерами и убранством. Высокие потолки, огромный украшенный рисунками неба потолок, стены, сплошь увешанные картинами, полками с книгами и пергаментными свитками. Огромный деревянный стол по среди комнаты и пара мягких кресел.

За столом склонив голову над бумагами сидел не молодой мужчина. Его рука, унизанная драгоценными перстнями, медленно и плавно водила по ней пером. Казалось, мужчина был столь сосредоточен на своём занятии, что ничего не замечал вокруг.

Но так только казалось…

Человек в чёрном плаще не шевелился. Он точно знал, что правитель Драгорад Эрвир имеет феноменальный слух и зрение. Более того мужчина мог поклясться, что правитель уже знал о его приходе едва ему удалось переступить порог цитадели.

- Зоран, мой верный советник и друг, что же ты замер? Я так утомился ждать от тебя вестей. Прекрати же мои страдания, порадуй старого друга – не поднимая взгляда от пергамента произнёс правитель.

- Кхх-кххх – прочистил горло Зоран – милостивый верховный правитель дозволь доложить, что просьба твоя выполнена…

Уголки губ Драгорада едва заметно поползли вверх, озаряя его лицо ленивой ухмылкой:

- Всё прошло тихо?

- Ээээ, не совсем… Возникли трудности…

Рука правителя дрогнула и замерла, брови сошлись на переносице.

- Одному удалось бежать…

Голова Эрвира резко взметнулась вверх. Он устремил свой пронзительный, недовольный взгляд прямо на советника.

- Мы уже занимаемся решением этой проблемы, но сами понимаете бродить по пограничным секторам не так-то просто…

Драгорад продолжал молчать, что было весьма дурным знаком, уж Зорану ли не знать каким бывает его хозяин.

- Уверяю вас через пару дней вопрос будет закрыт, если этот человечишка раньше не помрёт. Его сильно потрепали мои люди… Далеко уйти он не сможет…

- Кто из них сумел сбежать? – обманчиво спокойным голосом спросил правитель.

- Ирхийский зверь…

Перо в руке Эрвира разломилось по полам, а советник Зоран рухнул на колени хватаясь руками за собственное горло. Он хрипел и извивался, пытаясь сделать хотя бы крошечный глоток воздуха, но тщетно. Магия правителя, усиленная артефактами и рунами была невероятно сильной и неуязвимой к любым защитным чарам.

Наконец хватка ослабла. Советник сделал громкий глубокий вдох пытаясь поглотить как можно больше воздуха, от чего разразился глубоким гортанным кашлем.

- Я… вс..ё исп.. п..правл..юю – хрипел он поднимаясь с колен.

- Я знаю. Ведь иначе, ты понимаешь, что тебя ждёт.

Советник Зоран был не из робкого десятка, но в тот момент по его телу прокатился леденящий душу озноб. Ведь он точно знал, что его ждёт…

- Более не задерживаю – произнёс правитель движением руки распахивая дверь позади советника.

Зоран почтительно поклонился и взмахнув полами плаща поспешил покинуть кабинет.

Как только дверь захлопнулась Драгорад Эрвир нервно выдохнул, смял лежавший пред ним лист пергамента и швырнул в дальний угол своего кабинета.

Придётся переписывать – подумал он.

Всё же поторопился я с ответом. И за чем вообще поддался на уговоры этого старого безумца Леона Первера?! Знал прохиндей на что давить. Обещал воинов за дарма дать, да золота немало. Ну и почитай знакомый «прохиндей» лучше нового, не знакомого. Мне чужой человек на троне тоже ни к чему. Поговаривали, что Ирхийский хочет упразднить военный режим в Гасмии, а это мне не выгодно. Где ещё таких ладных воинов сыщешь? Каждый маг в Ластии на вес золота. Нас не так уж и много рождается, а людишки плодятся без остановки, их и не жаль вовсе. Тем более Гасмийские наёмники кроме сражений и смерти ничего и не видели за свою жизнь, их за этим и родили на свет.

А как увидел его, бунтаря Ирхийца, так и вовсе в своей правоте убедился. Сразу мне этот Никита Ирхийский не понравился. Молодой, наглый, силой от него так и разило за версту. С таким не договоришься… Опасен больно, не то, что этот балабол Первер, да и сынишка его никчёмный - Батист.

Ну да ладно, будь, что будет. Напишу, что просьба исполнена. Зоран ещё ни разу не подводил, но на случай провала план действий всё же продумаю…

Окончательно приведя свои мысли в порядок Драгорад вынул из груды бумаг новый, идеально чистый лист. Достал перо и принялся писать ответное послание правителю Леону.

***

Ранним утром разбуженная ярким солнечным светом кряхтя и ворча я спустилась с печи. Сразу же заподозрила неладное, ибо не разносилось по избе никаких звуков, что было странно.

Я уже и забыла, как это не просыпаться от назойливого «Глупая девка вставай, голодом меня заморишь…» или под нещадный грохот кастрюль, а вот так в тишине и покое.

«Что-то тут не ладно», - было моей первой мыслью.

Осмотрев избу хмурым взглядом убедилась, что ни Яшки ни бол.. Никиты в избе нет. Внутри зашевелился червячок беспокойства. Не то что бы я за медведя сильно переживала, всё ж МЕДВЕДЬ существо свирепое, да только по моим соображениям не очень, то умное. А вот болезный Никита вызывал у меня серьёзные опасения. Толком-то я ничего о нём и не знаю. А вдруг он убийца какой или вор, или ещё кто похуже. Да хотя куда уж хуже? Беспокойство моё с каждой такой мыслью только росло.

- Ну вот и куда их леший потащил?! – уже вслух негодовала я.

Нервно расчесав свою буйную рыжую шевелюру, отправилась на двор искать свою пропажу, точнее две пропажи.

Едва распахнула дверь из сеней на улицу как перед моим взором развернулась чудная картина.

Стоит мой болезный посреди двора по пояс голый, в одних нижних штанах на босу ногу и лицо своё бородатое умывает колодезной водой из уличной кадки. Бугры мышц на руках и плечах так и перекатываются при каждом его движении.

Надо же, зараза какой, и ни одного изъяна на теле его нет! Хоть бы какую капельку жира, где нажил! Нет же! Даже многочисленные шрамы картины не портят. Что б тебя!

А дальше от увиденного челюсть моя отпала, и как мне кажется, с невероятным грохотом ударилась о пол крыльца, ибо болезный решил, что мало просто рученьками лицо своё умыть и ухватив несчастную кадку опрокинул на себя всё её содержимое.

Вода так и заструилась по рельефному телу мужчины, ещё и солнце осветило его так, что почитай сами высшие силы на землю снизошли, не иначе.

Душевное равновесие мне помог вернуть мой верный друг и соратник - Яшка.

- Ну чего стоишь, рот разинула?! Что не видала как мужик умывается?!

Слова несносного лесного духа подействовали как ушат той самой колодезной воды, от чего рот мой захлопнулся сам собой, наверное, с таким же грохотом как и отпавшая челюсть, а глаза налились праведным гневом.

- Вам тут что?! Купальня что ли?! Нашли, где мне сырость разводить! Весь двор теперь мокрый будет!

- Вот дурная баба!!! Ну ты видел?! – обратился он к болезному - это ж двор! Всё высохнет!

- А ты дармоед! Рот свой прикрой! А то голодом заморю!

- Да итак уж похудел из-за тебя! Спишь до обеда, обо мне и вон, о больном не думаешь!

- А вы что безрукие?! Сами о себе подумать не можете? Я как погляжу со здоровьем у обоих всё прекрасно! А значит нечего на меня одну все дела свешивать! И вообще пора бы уже и честь знать! – обиженно протараторила я и ушла. Куда ушла? Да не далеко, в лесок, дух перевести. Уж больно картина полуголого мужского тела выбила меня из колеи. Да ещё этот Яшка, вечно как что ляпнет! Похожу, поброжу, успокоюсь…

***

- Чего это с ней? – спросил я у медведя.

- Да кто их знает, этих баб! Уж сколько лет живу на белом свете, матерь её знал, бабку, а понять их ведьмовскую натуру никак не могу. Всё им что-то не так, да не этак. Как по мне еда есть, крыша над головой есть и уже почитай счастье!

Я криво усмехнулся. Животинка, что с него взять, но он всё же забавный.

Я сегодня, когда проснулся первым делом его мохнатую морду перед глазами увидел, чуть не помер со страху. Толком понять ничего не успел, тело само сработало, от чего, как зарядил ему кулаком прямо в ухо. Он взвыл, потирая ушибленное место, да как запричитал, пришлось долго извиняться и объяснять, что я не со зла. Чуть девицу не разбудили своими разборками. Я хоть и плохо, но, всё же прошлое пробуждение помню. Жалко её было тревожить, наверное, благодарность за помощь во мне взыграла. Да только я медведя в охапку сгрёб и на улицу выволок. Там мы и поборолись, и побеседовали. Пока силой мерялись я весь в траве да земле вывозился. Яшка мне и подсказал, где воды обмыться взять, а тут как раз и девица проснулась. Вид у неё, конечно, был презабавный, с открытым ртом на меня смотрела.

- Давай может и вправду сами чего сготовим? – обратился я к медведю.

- Отродясь ничего не варил, - ответил он, почесав за ухом – да и как бы смог? У меня же не руки человечьи, а лапы звериные.

- Ну дак а я на что? Вон какие ручищи! Вместе чего сварганим!

***

Побродив немного по лесу, я быстро пришла к выводу, что обиды обидами, а кушать то уже хочется. Свернув свою гордость и засунув её куда подальше я направилась к избе. Да и пора бы уже и выпроваживать гостей потихонечку, не вечно же им у меня в избе жить.

Единственная комната в избе бабки Аглаи встретила меня стойким запахом чего-то сгоревшего. Я в немом вопросе уставилась на двух охламонов, занимавших собой практически всё пространство комнаты, те в свою очередь при виде меня выпрямили спины и попрятав руки за спины замерли молча, как будто воды в рот набрали.

- И что тут у нас произошло? Избу маю поджечь пытались?

- Да мы тут это… того, кашеварили в общем – промямлил Яшка.

Второй нахмурился и с озадаченным видом ели заметно кивнул в подтверждении слов медведя.

- Ну показывайте, чего наварили – почему-то с улыбкой произнесла я, уж больно забавно они вместе смотрелись, как два нашкодивших сорванца. А Яшке наш гость видимо приглянулся, он мало с кем ладит из-за своего вредного характера. Даже я с трудом его терплю, а с болезным они как-то слишком быстро спелись.

Оболтусы вытащили из-за широких спин напрочь прогоревшую кастрюлю, по остаткам того, что там было могу заключить что видимо кашу варили, а за одно и пару ножей и вилок погнули.

- А ножи то и вилки что вам сделали? – уточнила я.

- Да мы это… - продолжал отдуваться медведь – пытались кастрюлю от шоркать, чтобы ты не серчала.

Громко, вздохнув отняла у «помощников» испорченную посуду и отправила к колодцу за водой, да в кладовую за новыми продуктами, а сама принялась наводить порядок, да по новой готовить.

Глава 5

Спустя пару часов мы уселись за небольшой деревянный стол и принялись трапезничать. По началу царило молчание, уж больно все проголодались. Наконец набив своё прожорливое брюхо первым тишину, нарушил Яшка, собственно, я этому ни капельки не удивилась.

- Ну что молодец, - обратился он к Никите, - поведай её то, что давеча мне рассказал.

Вот так вот! Я значит «баба дурная», «бестолочь» и прочие нелицеприятные прозвища, а этот значит уже «молодец»! Я тихо оскорбилась, но виду не подала.

«Молодец» нахмурился, наверное, собираясь с мыслями, было рот открыл, да я опередила. Вскочила, громко брякнув миской о стол и слишком уж расторопно произнесла:

- Ну нет! И знать ничего не желаю! Я не дура, что надо, итак поняла, а большего мне и не требуется! Вообще я была бы рада, если бы вы убрались восвояси и желательно оба!

- И чего ж ты там понять-то успела?! – возмутился медведь.

- А чего надо, того и поняла! Коли маги здесь призрачные появятся, всю душу вытрясут, а ответы получат и ни у тебя, ни у меня сил не хватит с ними бороться!

- Больно много ты понимаешь – буркнул медведь, - призрачных ещё приплела.

- Анита, - заговорил болезный, - ты права. Я вас втягивать в неприятности не хочу. Мне бы немного припасов с собой, да проводить до границы государства. Яшка сказал, что через пару лесных секторов граница с Барварой, а там и до порта по тракту рукой подать.

Я сердито зыркнула на лесного духа и произнесла:

- Вот Яшка сказал, он и проводит!

- Можно подумать у тебя бы получилось проводить… - еле слышно пробубнил медведь.

- Чего ты там бормочешь?! – возмутилась я.

- Провожу говорю! – громко отозвался он.

На том и порешили. Я принялась собирать припасы в дорогу для болезного, Яшка продолжил трапезничать, мотивируя это тем, что в долгий путь отправляется, оголодает, а припасов что я им с собой положу ему только на один присест и хватит.

Никита попросил отдать ему его вещи, а именно железяки всякие что на нём надеты были, ну и оружие. После тщательного осмотра, заключил, что латы надо почистить, оружие заточить, а пострадавшие в бою ткани одежды залатать. Я, естественно, ему помогать отказалась, пробубнив, что уже занята провиантом, от чего глубоко так вздохнув болезный сам принялся за эту работу.

Вот так дружно занятых делом нас и застал врасплох оглушительный громкий звук стрекочущей птицы – миренки.

- Чужаки! – встрепенулся медведь, подскакивая с места.

- Сама слышу, – проворчала я, - пошли разузнаем кто там пожаловал.

- Думаешь по его душу пожаловали? – спросил медведь.

- А я по чём знаю!

Суетливо поднявшись, мы всей своей троицей выскочили из избы. У крыльца топталась малюсенькая серо-зелёная птичка, та самая миренка. Она у нас вроде охранницы. Коли кто чужой в лес пожалует, так она сразу же и доложит, заговор на них такой лежит.

- Ну? Чего верещишь?! Докладывай давай, кто пожаловал?! – сказал Яшка.

Я признаться до этого момента дел с миренками никогда не имела. Так, образно знала от бабки кто такие и за чем нужны.

- Чужаки… чужаки, - звонко человеческим голосом раскричалась птица.

- Понятно, что не свои! Как выглядят? – продолжал расспросы медведь.

- Маги… маги…, с северра…, с..северра…, пррризрррачная стррражжа… корррательный отррряд!

- А ты откуда знаешь, что карательный отряд? – усомнилась я в словах птицы.

- Зннаю… зннаю! Виддела… виддела!

Я было разинула рот, чтобы возмутиться, но Яшка бесцеремонно перебил мой порыв своими речами.

- Поняли всё. Можешь лететь.

- Постой! Ты чего это раскомандовался?! Куда лететь? Я ещё про магов не расспросила!

- Анита! – впервые серьёзно рявкнул на меня Яшка – еже ли она сказала карательный отряд, значит так он и есть! После всё объясню, а сейчас времени мало, действовать нужно! Я на границу побегу отвлеку их, а вы с Никитой соберите всё нужное в дорогу и к границе с сектором девяносто восемь пробирайтесь, он как раз в противоположной стороне. Только не мешкайте! Могут в круг обойти! Я быстро обернусь, вас сам отыщу! Только за границу нашего леса без меня не лезь, поняла?!

Я уставилась на медведя с вытаращенными глазами. Чего мелет-то мохнатый?!

- Никуда я не пойду! Тут их дождусь, всё что знаю расскажу! А болезный пусть идёт!

Вдруг Яшкины звериные лапы впились мне в плечи. Он резко и с силой пару раз меня встряхнул и с яростью выпалил:

- Некогда в игры играть девица! Карательные отряды только с одной целью приходят, чтобы убить! Ты про свои сказочки, что магов не казнят забудь! Я побольше твоего на свете живу и видел такое, о чём тебе лучше и не знать! Взяла себя в руки и сделала то, что я сказал! А иначе останется от тебя лишь мокрое место!

Я не на шутку перепуганная замотала головой, что мочи было, проявляя полное согласие. Таким Яшку мне ещё не доводилось видеть. Только сейчас я в полной мере осознала, что он не просто какой-то лесной медведь, он, прежде всего лесной дух! Ещё будучи живой, бабка Аглая всегда повторяла: «чаво духом лесным велено, то надо выполнять, не споря».

Убедившись, что я всё поняла и согласна делать Яшка отправился к северной границе, как он сам сказал «гостей встречать», а мы с Никитой бросились в дом, на ходу скидывая в дорожные мешки, как нам казалось всё необходимое.

Хватала я всё что под руки попадало, хорошо хоть поклажу болезного до суеты успела приготовить. Выскочив из избы, мы помчались к той самой границе с соседним участком леса.

Дело в том, что всё наше государство разбито на небольшие лесные угодья – сектора, и чтобы не путаться каждому присвоен порядковый номер. Естественно столица – это сектор номер один и далее по мере удалённости значение цифр идёт по нарастающей. Всего лесных угодий в государстве сто пять. Сами понимаете, сектор девяносто семь не самое близкое от столицы лесное угодье, потому и зовутся наши места откровенной глушью. Да так и есть, если до пятидесятых секторов хоть какие-то поселения имеются, то в нашей глуши лишь ведьмы из магов и обитают.

Мчались мы во что мочи было, шли молча. Каждый думал о своём. Собственно, я на чём свет проклинала тот злосчастный день, когда наткнулась на бессознательное тело болезного. Дурацкое моё умение влипать в истории. О чём думал Никита? Ну наверное сожалел что вообще в наше государство попал.

Хм… Теперь и мне интересно чем же он так кому-то насолил, что за ним карательный отряд отправили. Раз уж я всё равно по уши вляпалась в эту историю, сама того не желаю, теперь могу и услышать его версию событий.

- Послушай, Никита, а откуда ты в наших краях взялся?

-Я прибыл с дружеским визитом из Гасмии. Слышала о таком государстве?

- Это та варварская страна где всех мужчин только и делают что учат мечом размахивать?

Никита нахмурился.

- Прости ежели обидела – стушевалась я.

Просто этих Гасмийцев у нас было предостаточно на службе у правителя. Когда в столице обучалось мы на них разные приёмы лечения отрабатывали. Впечатление от них неоднозначное было. Помню, что грубы они до жути, ну и унылые какие-то. Хотя кто знает какой бы я была, если бы меня растили только для военных походов. Навряд ли все из них выживали, а в нашей стране на них ещё и запрет на создание семей распространяется. Хотя о чём это я, мне самой закрыли путь в столицу только потому, что я полукровка, представляю, что бывает с простыми людишками.

- Так было раньше, - вывел меня из задумчивости голос Никиты, - сейчас мы стараемся отойти от старых устоев и развиваем государство в другом направлении. Собственно, за тем и приезжали, мирные договоры заключить, поддержкой заручиться.

- Как я понимаю поддержку вы не получили?

- Ну почему же, получили всё, за чем приезжали, а после уже на обратном пути, на наш отряд напали.

- Нападавших запомнил?

- Темно было… Они все в чёрном, только их белокурые шевелюры и мелькали в темноте.

- Лица тоже закрыты были?

- Да. Я думаю, разбойники какие…

- Ага, конечно – грубо перебила я, - нет у нас никаких разбойников. Это тебе не Гасмия, тут за такое даже магов карают, не знаю только как, но не убивают. Да и за чем этим промышлять? Надобности в золоте большой нет, коли много денег хочешь езжай в столицу, работай себе, да получай жалование, а ежели работать не хочешь живи себе в глуши, кормись в лесу.

- Не может такого быть, чтобы разбойников совсем не было.

- Не, ну бываю слабые на умишко маги, появляются периодически, да только говорю же карают за это сильно! Боятся все и только уж совсем с ума сошедшие, которым терять нечего осмелятся такое вытворить.

- Может это они и были?

- Не смеши меня. На тебе такие заклятия были. Такими умениями чтобы обладать, надо в академии учиться. То были люди неростые, кем-то очень влиятельным наняты и действовали они наерняла.

- Что значит наверняка?

- А то и значит, что смерти вашей хотели. Ты жив-то остался лишь потому, что сам магией обладаешь, ну и я помогла.

- Магией обладаю?

- А то ты не знаешь? Сила твоя откуда думаешь берётся?! Поток магии в тебе бурлит, подпитывает изнутри.

- Я знал, что в роду нашем по мужской линии магия проявляется, но не думал, что это связанно с моей силой.

- Ну вот теперь дума! И не помер ты только потому, что это поток магический внутри тебя так просто не погасить. Нападавшие о том не знали.

- Подожди, это значит, что всех, кто со мной был уже и в живых нет?

- Еже ли у них в роду магия не передается, и лупили их тем же, чем и тебя, то да, они мертвы.

На этом наш разговор утих, видимо информация про вероятную смерть соратников выбила моего собеседника из колеи, ибо долгое время он шёл молча и нахмурившись.

- Дам тебе небольшой совет на будущее, - прервала я образовавшуюся тишину, - ну чтобы в такие ситуации больше не попадать. Жители Ластии – маги и им абсолютно нет дела до простых смертных. Я тебе больше скажу им даже до своих людей особо дела нет, каждый сам за себя и только о себе и думает. Так что это последнее место, где стоило просить поддержки.

- Хм, учту, на будущее – глухо отозвался он.

- Уж учти, а то втянешь ещё кого-нибудь в свои делишки. А теперь подумай, кому и когда ты дорогу перейти успел? Кому так насолил, что теперь скрываться приходится?

- Есть у меня одно предположение…

- Не поделишься?

- Нет. Он не из этих краёв.

- Сомневаюсь, что кто-то станет помогать чужаку, да тем более человеку.

- Он не простой человек, правитель… пока что.

Я удивлённо уставилась на Никиту.

- Не бери в голову, тебе это уж точно ни к чему. Вернётся твой лесной дух, что-то придумаем, и вы обратно в свой лес отправитесь.

Встретившись с моим скептическим взглядом, он поспешил добавить:

- Ну или новое место для жилья отыщите.

Я устало вздохнула и продолжила свой путь, до граница оставалось чуть больше двух часов пути. К вечер как раз доберёмся.