Три счастливых дня

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ОГОНЬ И ЛЁДIКонцертОна вышла на сцену в восемь часов вечера, когда воздух в зале уже стал тяжёлым от духов и табачного дыма, от ожидания и неутолённого желания публики видеть именно её — Ханну Воланьску, голос своего времени, звезду, которая светила ровно и холодно, как далёкая планета.Платье с открытыми плечами. Лёгкая усмешка — та самая, отточенная за двадцать лет сцены, которая говорила: я здесь, я вижу вас, и мне почти всё равно. Не совсем. Почти.Национальный театр Сьюдад-дель-Арканхель был хорош. Лучше, чем она ожидала от этой маленькой карибской республики, где пальмы стояли вдоль проспектов, как часовые, и где на каждом углу висели портреты команданте Агилара — молодого, бородатого, с огнём в глазах. Лепнина на потолке, бархатные кресла, ложи с позолотой — всё это было когда-то чужим, принадлежало сахарным магнатам, а теперь принадлежало народу. Народ сидел в бархат…