Тренировочный День 20

Глава 1

Глава 1

34-е отделение милиции Фрунзенского РУВД,

Ипподромный переулок дом 7

- Снова ты? Как же ты мне надоел, Мурзик… ты не можешь в другом районе хулиганить вместе со своими дружками, а?

- Могу. Как есть могу, товарищ начальник… конечно могу… сейчас…

- Стоять! Куда?! А ну …

- Да стою, я товарищ начальник, стою, чего вы сразу за воротник-то? Пуговица вон оторвалась… ай!

- Сиди вот тут! Говори, что случилось!

- Да я ж говорю, товарищ начальник… - Женька Котов грустно скосил глаза вбок и вздохнул, опустив плечи вниз и окончательно сдавшись на милость судьбе. – Я же не отпираюсь, я говорю. Я всем так и говорил – и Пыжу со Штыком и Гидравлической Зинке и когда уже «скорая помощь» приехала и вашим тоже, когда нас крутить начали – тоже говорил, но разве кто меня слушает, товарищ начальник? Когда меня кто слушает? Никто меня не слушает, а я говорил – давайте уйдем отсюда, пацаны, не к добру это все…

- Давай по порядку, Мурзик, для протокола – фамилия, имя, отчество, год рождения…

- Чьи, мои?

- Нет, бабушки твоей, Мурзик!

- Зинаида Феликсовна Котова, она старенькая, я даже года ее рождения не знаю, ну правда, тащ начальник! Ей лет семьдесят, наверное, а она бодрячком, на прошлой неделе сама окна решила помыть, так наружу выпала, тащ начальник… хорошо что на первым этаже живет, а там еще и кусты.

- Какая бабушка, Мурзик?! Твои фамилия, имя, отчество!

- Так вы ж знаете, тащ начальник, зачем спрашиваете? Ай! Котов, Евгений Сергеевич!

- Котов. Сами вижу, что Котов. Евгений Сергеевич по кличке «Мурзик». – старший сержант Селиверстов откинулся на спинку стула и побарабанил пальцами по столу, созерцая лежащий перед ним бланк протокола. – Давай, рассказывай Котов, как вы со своими дружками совершили правонарушение…

- Никак нет, тащ начальник! Никакого правонарушения мы не совершали! Мы просто после занятий вместе с парнями в «Погребок» пошли, потому что Бубенчик Штыка бросила, а ведь он ей даже цветов в Ботаническом саду нарвал, знаете как трудно там цветы нарвать и через вахтера пронести?

- С какими парнями? Какой еще Бубенчик?!

- С Пыжом и Штыком, ну мы втроем. А Бубенчик, ну то есть Наташка Бубенцова – шалава, тащ начальник, как есть шалава, Штык сказал, что она со стилягами водится и все такое, хотя жопа у нее вооот такая… - Мурзик разводит руками в стороны, словно бывалый рыбак на привале, который показывает какого именно размера рыбина ему попалась. Разводя руками, он задевает стоящую на столе вазу с единственной гвоздикой, ваза падает, заливает бумаги, старший сержант вскакивает, торопливо поднимает вазу, выверенным движением дает Мурзику подзатыльника. - Сядь смирно! Куда руки тянешь!

- Да я показать, тащ начальник, говорят же, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, я ж для наглядности… - бормочет Мурзик себе под нос, скукожившись на стуле.

- Котов, ты дурак? – старший сержант промокает полотенцем залитый водой стол.

- Да не, тащ начальник, почему дурак сразу же? Меня мама проверяла в детстве… ай!

- По существу, Котов, по существу! – сержант перестает промокать стол, берет бумагу, залитую водой, критически смотрит на ее и вздыхает. Раскладывает промокшие бумаги на подоконнике, над батареей.

- … Значит заново будем писать. – говорит он спокойно, достает новые бланки. – Фамилия, имя, отчество?

- Котов, Евгений Сергеевич… - выдавливает из себя Мурзик. – А вы меня отпустите, а тащ начальник? Нет, правда, завтра зачеты сдавать, мне учиться надо…

- … давай, продолжай – сидел значит с подельниками в «Погребке», со … Штык – это значит Штыковой Анатолий Станиславович и Пыж… это кто? – продолжает сержант Селиверстов допрос, ликвидировав последствия катастрофы.

- Ну это Вован Пыжов, он из северских, на машиниста учится, у него еще волосы вот так, во все стороны, тащ начальник, его сестра одно время со Штыком ходила, а потом бросила, замуж вышла за какого-то поца и уехала на БАМ, им там надбавка идет и …

- Заткнись, Котов, хватит. – закатывает глаза сержант Селиверствов. - Я тебя не прошу биографию сестры Пыжова раскрывать. Рассказывай, что в «Погребке» было.

- В «Погребке»? А чего там было? Там каждый вечер чего-то бывает, вот как-то раз мы с парнями пришли, а Серега Синий на спор коктейль «Солнышко» выдул, это когда в пивную кружку вниз наливается настойка, ну которая на сахаре с медом и ягодами, посередине яйцо разбивается и … это желток кладется, а сверху – коньяк или водка до полного. Только наливать надо по ложке, тащ начальник, во избежание диффузии…

- Чего?!

- Диффузии, тащ начальник. Не знаете? Диффузия — это такая штука, когда… ай! За что тащ начальник?! Я же как лучше хотел! Все, молчу-молчу, не надо так на меня смотреть, тащ начальник, я уже все понял!

- Я тебе сейчас дам диффузию, Котов! Ты совсем дебил или как?! Рассказывай, как вы со спортсменками подрались в баре!

- Так я и рассказываю, тащ начальник! Дайте закурить, а? Во рту пересохло как в Сахаре, а я не курил, наверное, часов пять, а это вредно…

- Курить вредно для здоровья, Котов.

- Ну так и отказываться сразу тоже вредно, тащ начальник. Дайте сигаретку, а то у меня уши пухнут и … ай! Все, не надо никакой сигаретки, я все понял! Да я ж рассказываю! Все как есть! И … а на чем я остановился? Все! Вспомнил! Как есть вспомнил! В общем тут лавка ломается и такая здоровенная девка размером с гориллу – как схватит меня и кааак бросит через стойку, ну тут и все… дальше ничего не помню. – разводит руками Женька Котов по прозвищу «Мурзик». Старший сержант Селиверстов поднимает голову от бланка протокола и смотрит на своего собеседника. Женька съеживается на стуле.

- Ты надо мной издеваешься, Котов? – почти ласково говорит старший сержант. – Ты пределы моего терпения испытываешь, да? Я тебя сейчас…

- Да я ж не помню, тащ начальник! Я ж не помню, о чем я говорил… я ж столько раз уже рассказывал! Вы мне скажите, где я остановился, а я с того места и подхвачу!

- С какого места… - старший сержант барабанит пальцами по столу.

- О чем мы говорили, тащ начальник.

- О… - старший сержант заглядывает в протокол. – О том, что вы втроем с Пыжом, Штыком и Гидравлической Зинкой… кто она, кстати, такая? Это фамилия – Гидравлическая?

- Да не, тащ начальник! У нее хватка такая – как схватит, так как будто под пресс гидравлический попал… ну и она любит, когда она сверху еще… но за то я не в курсе, тащ начальник, врать не буду, не был. А вот за орешки она один раз меня схватила и сжала так, что я едва космос не увидел!

- Я тебя сейчас Котов на пятнадцать суток укатаю за хулиганство и драку в общественном месте! - Вы что, тащ начальник?! Никак нельзя мне на пятнадцать суток в хату, у мен учеба же! Я же машинист электровоза буду по специальности «техническая эксплуатация подвижного состава железных дорог», мне сидеть никак нельзя! Меня ж с фазанки выгонят!

- В армию тебя надо, Котов, тебя и твоих… боевых товарищей. Особенно Штыкова с его фамилией… - старший сержант крутит головой и снова склоняется над бланком протокола. – Давай с начала, вот вы зашли в «Погребок», потому что гражданка Бубенцова бросила гражданина Штыкова, а потому вы пошли в кабак с целью употребить спиртное, так?

- Употребить? Не, тащ начальник, никак нет. Мы хотели выпить, но чуть-чуть, как говорится с устатку. Нам, тащ начальник много не надо, мы ж с понятиями. Три кружки пива и ну может четыре. Пять-шесть.

- Деньги у вас откуда? – уточняет сержант, прищурившись на загрустившего Котова.

- А че сразу деньги? – обижается тот. – Думаете если в фазанке пацаны учатся, то денег сразу нет, да? Мы, между прочим, вагоны на сортировочной разгружали, вот и подработали… правда там же и пропили… а это у нас… ну в общем деньги были.

- Откуда?

- Да не знаю я! Пыж у брата младшего отжал, ему на завтраки родители дали!

- Так. Значит отобрали деньги у ребенка чтобы употребить спиртное…

- Вот зачем вы так, тащ начальник, а? Нельзя деньги у детей отбирать. Мы позаимствовали. Петьку в нашей столовой кормим, проводим через вахтера и вперед, там знаете какие котлеты теть Марина кладет?! Вооо… - он опять разводит руками в стороны руками и снова задевает вазу, но на этот раз старший сержант успевает ее подхватить до того, как она опрокидывается. Строго смотрит на Мурзика и убирает вазу на стальной сейф серого цвета что стоит в углу кабинета.

- От тебя, Котов одни неприятности. – ворчит сержант, возвращаясь и отряхивая китель. – Так что – вот сидите вы, три утырка за одним столом и гражданка Гидравлическая Зинаида… и что дальше?

- Да не, тащ начальник, Зинки не было вначале, мы втроем сидели, а потом дверь открылась и каааак ввалились эти, ну которые нашим из «ТТУ» наваляли, а там одна – как гора, тащ начальник! Воооот такая задница! – руки Мурзика сами собой разошлись было в стороны, но старший сержант ловко ударил его по ладони и тот убрал руки назад и сложил их на груди.

- Я как лучше хотел, тащ начальник… - пробурчал он.

- Для наглядности. – кивнул сержант Селиверстов. – В армию тебе надо, Котов, а потом жениться, жена из тебя дурь-то повыбьет. – он взглянул на сейф, где в вазе красовалась одинокая гвоздика.

- … если с такой задницей будет – она на меня сядет, и я умру. Наполовину от счастья, наполовину от удушья. – Мурзик чешет себе затылок. – Несправедливо, тащ начальник! Почему все красивые телки у эльфов и дварфов! Это расизм!

- Чего?! – Селиверствов оторвался от писанины и поднял голову. – Ты о чем, Котов?

- О справедливости, тащ начальник. Вот вы, тащ начальник тоже орк, но у вас жена красивая и … ай! Да за что, тащ начальник?!

- Чтобы не оскорблял при исполнении. И что такое «орк»? Новая феня? Вам уже старых мало? Раньше «легавыми» называли… я для тебя «товарищ милиционер», понял, Котов?

- Ну вот, я же говорил, что орк… все, молчу-молчу!

- Мне надо чтобы ты говорил, Котов, но говорил по делу! По делу, ты меня слышишь?! Ночь на дворе, Котов, мне домой надо, меня семья ждет, а я с тобой тут в бирюльки играю! По существу Котов – кто, где, когда, кого и куда! Понятно?!

- Как есть понятно, тащ, начальник! Я тоже домой хочу! Таааак… ну кто – Штык и говорит, мол вон сидят эти спортсменки что наших уделали, давайте их накажем. Но они же девчонки, ну и здоровые больно, так что нельзя их бить. Во-первых, это не по-джентльменски, а во-вторых, они и сдачи дать могут. А вот те, с кем они сидят – эти, которые толкиенисты малахольные, которые в эльфов играют и в парке бегают, на деревяшках как дети дерутся, давайте на них наедем. Пусть нам пива покупают за то, что их Роханские нашу ТТУ выиграли.

- Ага. И тут началась драка? – кончик ручки сержанта Селиверстова оторвался от бумаги, и он вопросительно глянул на Мурзика.

- Не. Штык пошел и сказал им так, а Двалин ему такой – а чего, говорит, наливай да пей, у них, у дварфов же так, коли сел за стол, то гость, а коли гость так пей. Ну мы столы сдвинули вместе и сели. Познакомились, конечно, выпили, а потом Балин и говорит, мол что, орки, выкусили, как с Роханскими Амазонками тягаться?

- Чего? – моргает сержант. – Двалин? Амазонки? Ты дурак, Котов, ты чего несешь?

- Да я чего сразу дурак-то?! Не дурак, меня мама в детстве проверяла! – обижается Мурзик. – Я как есть все говорю! Вот тогда кстати и Зинка Гидравлическая со своей прикентовкой явилась, с девчонками с поварского дела и ткачихами. Тоже сели за стол и познакомились, а потом Шаровая Молния тост сказала, а Штык сказал, что он влюбился и все тут, про Бубенчика забыл совсем что она его бросила и в эту самую Лильку Шаровую Молнию втрескался. А Двалин сказал, что эльфийские принцессы не по его честь и …

- И тут началась драка?

- Не, тащ начальник. Штык понятное дело обиделся, но мы ж не дикари какие… вызвал он Двалина на дуэль…

- На дуэль? – брови у сержанта приподнимаются. – Какая прелесть, Котов. Вы прямо как будто не утырки из фазанки а благородные дворяне на улицах Вероны.

- А чего? Понятия и мы ведаем! Подумаешь, Верона! У нас Северная Венеция, вот! И дуэль по всем правилам – кто первый блеванет – тот проиграл!

- Это как вообще?!

- Ну на «ершах». У дварфов с собой фляга с беленькой была, пиво в «Погребке» есть, «ерша» мигом сообразили… но «ерша» особенного, тащ начальник. Я же рассказывал про коктейль «Солнышко» и Серегу Синего? Ну так вот берется настойка и желток от яйца, а потом туда вливается водка или коньяк, но вливается осторожно по ложке, чтобы…

- Чтобы диффузии не было?

- Вот! Видите, тащ начальник и вы чему-то научиться можете! Ай! Ну что вы все деретесь, тащ начальник?! Как говорится, мейк пис донт вар… а Двалин дуэль проиграл, вот… блеванул знатно через весь стол. Штык сказал, что он выиграл право признаться прекрасной принцессе Лильке и ... тоже блеванул.

- Так у вас ничья получается вышла? – сержант вперил в Мурзика пытливый взгляд.

- Никакой ничьей! Штык по правилам выиграл! – протестует тот, замахав руками. – Вы чего, тащ начальник?! Сказано же «кто первый блеванет – тот и проиграл»! Вторым блевать несчитово! Первым Двалин блеванул. Но если про абсолютного чемпиона, то это сама Лилька Шаровая Молния! Она всех перепила и даже не блеванула. Очкасктая профессорша сказала, что это потому, что она инопланетянка, а у них метаболизм совсем другой, тащ начальник и это тоже нечестно, потому что Зинка Гидравлическая хоть и огромная бабища, но она ж землянка, обычная женщина с нашей планеты. Нельзя мутантов против людей выставлять, тащ начальник, не по-спортивному это! Конечно, эта Лилька нашу Зинку перепила!

- Понятно. – сержант Селиверстов сделал себе пометку в бланке «проверить у психиатра» и поднял голову. – Все ясно, Котов. Именно так все и было. Шаровые Молнии, Балин с Двалином, инопланетяне и мутатнты… ясно. Слушай, давай-ка я тебе врачей вызову, а? Ты как себя чувствуешь вообще? Может зря я тебя по голове-то…

- Да нормально себя чувствую, тащ начальник, только вот уши пухнут, так курить охота! Дайте папироску, а? Чего вам стоит…

- Ай, да ты кого угодно достанешь, Мурзик! На вот тебе… кури себе на здоровье. – сержант протягивает пачку своему собеседнику и тот, пошевелив в воздухе пальцами аккуратно потянул папиросину на себя.

- Беломорканал. – сказал Мурзик, взглянув на папиросу. – А я думал вы «тушку» курите или «родопи», вид у вас больно важный.

- Как с армии пришел, так только папиросы и курю. – откликается сержант. – они и дешевле, хотя тоже для здоровья вредные. А ты вон, молодой, бросал бы курить.

- Ага. Бросай курить, вставай на лыжи, слышал. – кивает Мурзик и наклоняется к огоньку зажигалки, протянутой сержантом, затягивается, и откидывается назад со вздохом облегчения. Сержант закуривает вместе с ним, бросает быстрый взгляд на часы, на сейф со стоящей в вазе одинокой гвоздикой и качает головой. Вздыхает и пододвигает к себе наполовину заполненный бланк допроса.

- Ладно. – говорит он. – Давай уже заканчивать, Котов. В общем кто-то кого-то перепил и тут началась драка?

- Никак нет, тащ начальник, не началась. Зинка и Лилька подружились даже. И не было никакой драки, мы там с эльфами реконструкцию битвы в Хельмовой Пади проводили, весело было… а потом Назгулы пришли, ну то есть народные дружинники.

- Назгулы?

- Ну да. С красными повязками на рукавах, мол прекратите безобразия хулиганить… и так много их было! Назгулов двадцать, наверное, с Барлогом во главе. И тут кто-то из ихних Лильку фюрером назвал, дескать, а ты чего вызверилась, Гитлер?

- Гитлер?

- Лилька немка по национальности и фамилия у нее немецкая, а еще она наших ТТУщниц на площадке гнобила, вот кто-то и дал ей кличку. Лилька Гитлер.

- … даже так… - сержант наклонился над бланком. – И что было дальше?

- А вот тут и началась драка!