Тот,кого не видно

Глава 1. Найди меня, если сможешь

— Сегодня привезли очередной труп.

— Где нашли тело? — спросил Эмиль, спокойно осматривая девушку.

Тело было покрыто синяками и ожогами. Глаза широко раскрыты, будто от ужаса. Запястья и лицо туго обмотаны скотчем. На коже — ровные швы, словно после операции. Всё выглядело так, будто тело стало объектом чьей-то жестокой работы.

— Пожилая пара нашла его у подножия горы. Видимо, пролежало несколько дней, — Антон отводил взгляд, словно вот-вот заплачет.

— Видишь эти швы? — Эмиль провёл пальцем по одному из них. — Они свежие.

— И что?

— Он изымал органы. Вероятно, продаёт их на чёрном рынке.

Эмиль и Антон приступили к работе молча. Тело лежало на столе под ярким светом, подчёркивающим каждый шрам. Эмиль сфотографировал тело, фиксируя расположение скотча. Лента оставляла багровые следы — её накладывали ещё при жизни.

— Следы от химического вещества, возможно, кислоты, — Антон записывал в протокол, его голос дрожал.

Эмиль провёл пальцем вдоль шва.

— Это не кустарная работа.

Антон предложил сделать снимок. На нём вместо органов — пустоты.

— Сердца нет… Почек тоже, — пробормотал Антон.

— Ребра целы. Значит, доступ был через живот, — нахмурился Эмиль.

Он сделал разрез. Внутри — хаос, контрастирующий с аккуратными швами.

— Кровеносные сосуды перевязаны… Кто-то остановил кровотечение перед изъятием органов, — ахнул Антон.

Они проверили каждую полость.

**Живот:** На месте печени — сгустки. Селезёнка удалена, края разреза ровные.

**Грудь:** Лёгкие отсутствуют. Сердце вырезано аккуратно.

**Таз:** Мочевой пузырь и репродуктивные органы на месте.

— Он брал только то, что дороже стоит, — заключил Эмиль.

Антон извлёк фрагмент нити.

— Этот материал используют в трансплантологии. Его не купишь в аптеке.

Эмиль указал на мышцы:

— Разрезы сделаны под углом. Это уровень профессионала.

В кишечнике нашли следы консерванта.

— Органы промывали и готовили к транспортировке.

Эмиль заметил проколы на запястьях.

— Игла введена под прямым углом. Он брал костный мозг. Для этого нужно специальное оборудование.

Антон отступил от стола, закрыв лицо руками.

— Это не маньяк… Это конвейер. Он знает анатомию лучше нас.

Эмиль снял перчатки.

— Он не остановится. Такие швы — его подпись.

Каждая деталь указывала на профессионала, превратившего убийство в отлаженный процесс. Пустоты внутри тела кричали громче, чем раны снаружи.

Эмиль размышлял над почерком маньяка.

— Что творится в его голове? Делает ли он это ради выгоды или есть другая причина?

— Он должен был оставить подсказку. Его ошибка помогла бы нам, — Эмиль осматривал тело. — Мы что-то упустили.

Он провёл пальцем вдоль шва. Кожа дрогнула, будто под ней что-то шевельнулось. Вспышка памяти: **отец в подвале, слайд с кожей утопленницы.**

— Видишь эти нити? — голос отца звучал как скрип старого микрофона. — Они плетут сети задолго до смерти.

— Эмиль? — Антон коснулся его плеча. — Ты побледнел. Опять этот запах?

Эмиль кивнул, раздвигая края разреза. Между мышцами мерцали **паутинки**, исчезающие при свете.

— Смотри, — Эмиль направил лампу под углом. Узор светился голубоватым отсветом.

— Это... инфекция? Паразиты? — голос Антона дрогнул.

— Хуже, — Эмиль достал фото: **татуировка в виде паука** из дела 1998 года. — Мария Воронцова. Её убийца говорил о «нити, связывающей жертв».

Тень скользнула по стене.

— Ты думаешь, это ритуал?

— Ритуал требует смысла. А здесь... — Эмиль ткнул в снимок, где пустоты органов складывались в **восьмилучевую звезду** — ...здесь математика.

**Аромат миндаля** усилился. Эмиль вздрогнул.

— Эмиль! — Антон встряхнул его. — Ты здесь?

— Да... — Он выдохнул. — Проверь архив. Ищи дела с меткой «М.В.» и... — он провёл пальцем по воздуху, повторяя изгиб паутинки — ...с римской единицей.

Эмиль взглянул на часы.

— Моя смена закончена. Посмотри архив и доложи полиции.

Он вышел на улицу. Город жил своей жизнью, но для Эмиля всё слилось в какофонию теней. Случайное прикосновение женщины с зонтом пронзило мозг вспышкой:

*запах больничных стен, крики новорожденного, окровавленные простыни...*

Эмиль зажмурился, прислонившись к стене.

— Стоп. Это не сейчас, — приказал он себе.

Тогда он заметил её. Сквозь дождь чёрная дымка вилась у входа в переулок. Эмиль потрогал карман — под пальцами зашевелился кусочек скотча с запястья жертвы. *«Он здесь...»*

Тень метнулась к кладбищу. Фонари мигнули, и мир перевернулся. Воздух наполнился шёпотом. Между могил стояли призраки.

— Не сегодня, — пробормотал Эмиль, следуя за тенью.

Она остановилась у свежей могилы. На камне — только дата: *«Вчера»*.

— Прекрасный экземпляр, не правда ли? — тень обвела пальцем контур могилы. В воздухе замерцали **шелковые нити**, соединяющие Эмиля с надгробием. — Она носила мой знак добровольно.

Эмиль взял горсть земли. Под ней — **та же чернильная паутина, что и на жертвах**.

— Ты не забираешь органы. Ты собираешь их *сети*.

Тень рассмеялась.

— Мир болен. Я создаю новый вид — совершенный, как паук после линьки.

— Это лишь отговорки. Ты оправдываешь свои преступления.

— Ты видишь клетки, а я — ДНК страха. Паутина не ловит — она *приглашает*.

— Ты больной психопат. Я остановлю тебя.

— Убийство не выход.

— Сыграем в прятки. Найди меня, если сможешь.

Тень растворилась, оставив Эмиля одного среди призраков.

— Больной не мир, а твои мысли… — повторял он про себя.

Души смотрели на него, как на источник света.

— Ещё шаг, и я сотру вас из памяти ваших родных, — сказал Эмиль.

Призраки отступили.

Он вышел на дорогу и направился домой, вспоминая слова отца:

— Ты видел то, что неведомо никому… Это твой дар. Воспользуйся им.

Глава 2. Бег против времени.

Ночная тишина нарушалась гулом машин. Эмиль лежал на кровати, его лоб покрылся испариной, а глаза закатились под веки, погружаясь в кошмар.

Во сне он снова оказался в подвале. Потолок проступал из темноты, капли воды стекали по паутине, пульсирующей, как вены. В центре комнаты стояла цистерна с мутной водой, где плавала утопленница, прошитая нитями. Отец в выцветшем халате склонился над стеклом:

— **«Ты — проводник. Через тебя вечность станет паутиной»**, — его голос скрипел, как игла по металлу.

Женщина открыла глаза — зрачки белели, словно расплавленный нейлон. Паутина на стенах зашевелилась, втягивая воду. Из швов на её груди выползли **чёрные личинки**, похожие на запятые. Отец поднял шприц с тёмной жидкостью, в которой копошились тени:

— **«Смотри, сынок. Это не смерть… Это метаморфоза»**.

Эмиль попытался закричать, но вместо звука из горла вырвалась нить, прилипшая к цистерне. Через стекло утопленница улыбнулась — её лицо стало лицом **девушки из морга**, с прозрачным скотчем вместо кожи. Паутина сжалась, пронзая Эмиля в висках, а в ушах зазвучал голос тени:

— **«Мы все — узлы в одной сети…»**

Он проснулся, вцепившись в простыню. На запястье горела красная полоса — след от нити. За окном мигал свет фонаря, отбрасывая на стену тень, похожую на **восьмилучевую звезду**.

Эмиль вскочил с кровати, пытаясь отдышаться.

— Не сейчас, не сегодня, — повторял он, пытаясь прийти в себя.

Утро наступило. Подавленный, Эмиль направился в морг. В раздевалке его встретил Антон — небритый, потрёпанный.

— Ты как? — спросил Антон.

— Ты отправил отчёт полиции? О деле «М.В. 1998 года»?

**Дело «М.В.» (Мария Воронцова, 1998 год):**

Жертва — студентка, найдена в заброшенной часовне с глубоким разрезом от ключиц до лобка. Внутренние органы отсутствовали, швы выполнены грубыми нитями. На предплечье — татуировка паука. В дневнике Марии нашли запись: *«Он называет это паутиной очищения… Говорит, моя кровь станет нитью для новых жизней»*. Дело закрыли как самоубийство.

— Да, но дело мутное, — ответил Антон, швыряя на стол папку с грифом **«М.В. 1998»**. — Полиция считает, что это плод воображения.

Эмиль провёл рукой по страницам протокола. Снимки рёбер Марии, прошитых грубыми стежками, повторяли **угол 45 градусов** на диафрагме нынешней жертвы.

— Они обе носили его знак, — сказал Эмиль, доставая слайд с образцом кожи Марии. Под микроскопом виднелись те же **шелковистые нити**, что светились у свежей жертвы. — Он не продаёт органы. Он вплетает их во что-то.

Антон побледнел, разглядывая схему из архивного дела: **восьмилучевая звезда**, нарисованная кровью на полу часовни.

— В 98-м думали, это часть ритуала, — сказал Эмиль. — Но теперь ясно — он экспериментирует.

За окном морга завыл ветер, и сквозь стёкла пробился запах **миндаля** — сладкий, как в подвале детства.

— Всё это дело тёмное, полиция не будет смотреть под таким углом, — сказал Антон. — Успокойся, а мне пора домой.

Оставшись один, Эмиль направился к свежему трупу. Коснувшись запястья жертвы, он погрузился в видение: **1998 год**, подвал, стены испещрены символами. На столе лежала **Мира**, её тело бледное, почти прозрачное. Руки убийцы в чёрных перчатках двигались методично. Скальпель рассек кожу, обнажив рёбра. Органы исчезали, оставляя после себя тонкие нити чёрного дыма, сплетаясь в паутину.

— *Она станет мостом… как и другие*, — прошипел убийца, его лицо скрывалось под капюшоном.

Эмиль очнулся, на его ладони пылал символ паутины.

— Не может быть… — прошептал он.

Стены морга заколебались, свет ламп превратился в мерцающие **паучьи глаза**. Нить на шве зашевелилась, впиваясь в его палец. Эмиль рванул руку назад, но было поздно — тёмная жижа потянулась за ним, сплетаясь в **знак восьмилучевой звезды**.

— Антон! — хрипло позвал он, но лаборатория была пуста.

Головокружение накатило волной. Эмиль схватился за стол, чувствуя, как пол уходит из-под ног. В глазах двоилось: на месте трупа лежала **Мария Воронцова**, её пальцы сжимали его запястье.

— *Ты следующий узел…* — прошипела она.

Он рванулся к выходу, спотыкаясь о тени, цеплявшиеся за его халат. Красные огни сигнализации мигали в такт пульсу. Эмиль вырвался на улицу, глотая ледяной воздух.

На дороге его чуть не сбил грузовик. Рывок за воротник, удар об асфальт. Над ним склонилась девушка.

— Живой? — спросила она.

Эмиль сел, отряхивая халат.

— Всё в порядке, — сказал он, глядя на неё.

Девушка улыбнулась, её глаза сверкали, как звёзды.

— Я Лина. А ты?

— Эмиль.

Она протянула руку, и в этот момент он почувствовал, что мир вокруг стал чуть светлее.

Увидев её лицо, Эмиль вошёл в транс. Её прошлое проникло в его сознание.

*Лина в полицейской форме, её погоны сияют под солнцем. Двор приюта пахнет свежескошенной травой и детским мылом. Мальчик лет десяти, с шрамом через бровь, сжимает в руке окровавленный нож. «Они обозвали мою сестру!» — рычит он, задыхаясь от ярости. Лина опускается перед ним на колени, не обращая внимания на грязь, и кладёт ладонь на его сжатый кулак:*

— Артём, посмотри на меня. Видишь это? — *Она указывает на бабочку, севшую на лезвие.* — Если раздавишь её — станешь сильнее?

*Мальчик дрожит, нож падает в пыль с глухим звоном. Лина обнимает его, прижимая к груди, где бьётся сердце под значком «За служение добру»:*

— Сила — не в том, чтобы ломать. Она — в том, чтобы защищать. Пообещай мне попробовать.

*Артём всхлипывает, пряча лицо в её куртку:*

— Обещаю, тётя Лина.

Затем…

*Детская комната приюта, пахнет восковыми мелками и яблочным пирогом. Лина сидит на полу, окружённая малышами. Девочка с косичками тычет пальцем в книжку с медвежонком:*

— А он найдёт маму?

— Обязательно, — *Лина перелистывает страницу, и её голос становится тёплым, как плед у камина.* — Потому что самое главное — не бояться просить помощи.

*Мальчуган лет пяти забирается к ней на колени, пахнущий молоком и доверием:*

— Ты тоже боишься?

— Ещё как! — *Она щекочет его, вызывая визг смеха.* — Но когда вы рядом — страшно только тем, кто плохо себя вёл!

И снова снимок из прошлого в его глазах.

*Лина в оперативной форме, прикрывает телом девочку в розовом платье. Перестрелка. Пуля срывает погон с её плеча, но она даже не вздрагивает. Девочка дрожит, вцепившись в её пояс:*

— Я боюсь…

— Знаешь, что делаю я, когда страшно? — *Лина прицеливается одной рукой, другой прижимая ребёнка к себе.* — Представляю, как завтра мы с тобой будем есть мороженое. Ванильное, с присыпкой. Держись за эту мысль, Солнышко.

На секунду он снова пришёл в себя.

— Кто вы? — *Эмиль встал, анализируя её позу: стойка уверенная, руки свободны, пальцы без колец — ничего лишнего. Его голос звучал, как скальпель, рассекающий воздух.*

— Ты в порядке? — голос девушки проникал в сознание, но видения шли раз за разом.

Эмиль встретил её взгляд — карий океан с золотыми искрами. В его груди ёкнуло, будто кто-то вскрыл давно запечатанную дверь.

Снова проблеск прошлого флешбеком принёс перед его глазами.

*Ночь. Лина на крыше дома, удерживая за руку подростка. «Я прыгну!» — орёт он, срываясь на хрип. Она сбрасывает бронежилет, сапоги, оставаясь в майке и штанах:*

— Хочешь — прыгнем вместе. Только учти: я не умею летать.

*Парень замирает, смотрит на её босые ноги:*

— Вы… сумасшедшая.

— Зато честная. — *Лина садится на край, свесив ноги в пустоту.* — Расскажи, что довело тебя сюда. Без прикрас.

*Он плачет в её куртку час, выпаливая про наркотики, долги, предательство. Она гладит его по спине, как мать:*

— Будем разгребать. По камешку.

Эмиль, придя в себя, тихо произнёс:

— Я в норме.

Эмиль встал и, отряхнувшись, попрощался с Линой.

Она растворилась в толпе, оставив в его руке смятый стаканчик с надписью: «Капитан Воронцова».

Эмиль шагнул в людской поток, заметив, как солнечный луч пробивается сквозь тучи. Где-то сейчас она — в форме или без, собирая осколки чужих жизней. А он, кажется, нашёл точку опоры в этом распадающемся мире.

Вернувшись в морг, он обнаружил Антона перед телом девушки.

— Ты чего вернулся?

— Сменщик не смог выйти. Оставлять тебя одного нельзя. Что думаешь?

— Органы извлечены через живот. Сердце, почки, лёгкие… — Он показал снимок, где вместо органов зияли пустоты. — Но не для продажи.

Дверь морга распахнулась. На пороге стоял детектив Гуров, пахнущий дешёвым кофе.

— Опять ваши фокусы? — Гуров жевал бутерброд. — Органы на чёрном рынке, швы… Хватит страшилки сочинять!

Антон нервно поправил очки:

— Здесь следы химикатов. Органы готовили к перевозке…

— В мусорку! — Гуров швырнул фото Марии Воронцовой на стол. — Девчонка сама напоролась на наркоторговцев!

Эмиль поднял голову. В воздухе запахло горелой резиной.

— Посмотрите на разрезы. Это не нож мясника. Это…

— Хирург? — Следователь покосился на инструменты. — У нас десятки клиник! И что?

Лампы морга мигнули. На стене за спиной Гурова проступила тень с щупальцами. Эмиль схватил ампулу — стекло треснуло в его руке.

— Всё в порядке? — Следователь отступил.

— Ампула бракованная. — Эмиль разжал руку. — В 98-м преступник использовал нити, которые выпускала только фабрика «Мед текстиль».

Гуров фыркнул:

— Закрыта в 2003-м. Призраки, да?

— Оборудование продали клинике «Новый век», — Антон достал договор. — Там работают три хирурга.

Тень за окном замерцала, складываясь в паука. Эмиль прищурился.

— Смотри! — Антон направил лампу на живот. Голубоватые нити светились, как провода.

— Хуже, — Эмиль извлёк нить, которая извивалась, словно живая. — Отец находил такие же у жертв в 90-х. Их называли «жилы Ананси» — по имени паука-творца из легенд.

Он показал лупу Гурову. Под стеклом нити складывались в символ — паук в центре восьмилучевой звезды.

— В мифологии майя такой знак отмечал врата в иной мир, — сказал Эмиль. — Он строит портал. Каждая жертва — шаг к центру паутины.

Антон повернулся к Гурову, который уже пятился к выходу:

— Детектив, вы всё ещё считаете это бредом?

Гуров хлопнул дверью.

— Что он тут делал? — недоуменно спросил Эмиль.

— Полицейские не хотят слышать о мистике, — ответил Антон. — Гуров просто выпендривается.

— Такие люди ничего хорошего не принесут, — с обидой сказал Эмиль.

Дела шли быстро. Занятые отчётами и догадками, они не заметили, как наступила ночь.

Глава 3.Судьбоносная встреча.

Проблеск солнечных лучей проникал сквозь тёмные шторы, закрывающие окна в доме. Эмиль, сквозь глубокий сон, ощутил на себе солнечные лучи. Не желая просыпаться, он немного застонал и пробормотал что-то себе под нос. Но ему всё-таки пришлось встать.

Проснувшись окончательно, медленными шагами он забрёл на кухню.

Вид кухни был довольно успокаивающим: светлые стены без единого рисунка, линолеум светлого тона хорошо сочетался со стенами. Кухонный гарнитур небольшого размера стоял в углу зала, светлые тона перемежались с тёмными узорами. Чистота и простота сделали кухню довольно притягательной для глаз.

На столе стояла кофемашина и корзинка с конфетами. Налив себе кофе в кружку, он взял пару конфет и побрёл в комнату.

Расположив кофе на рабочем столе, он разложил фото жертв в ряд и тщательно начал присматриваться. Казалось, фото излучали холодный поток ветра, который чувствовался за километр.

— Отсутствие органов, по словам тени, является проводником, но как это может быть взаимосвязано? — задумался Эмиль.

Не долго думая, он открыл свой ноутбук и ввёл туда текст: «Дело М.В.»

На картинке было чётко изображено тату в виде паука на плече у Марии, как и у второй жертвы. Затем в информации говорилось о том, что было изъято сердце.

*Только у второй жертвы почему-то были изъяты не только сердце. Либо он тщательно подбирает здоровые органы по порядку, а остальное решил продать на чёрном рынке, чтобы разбогатеть. Ведь если собираются проводить ритуал, то органы нужно доставать у каждого человека, выстраивая их в цепь, как паутину. Но зачем?*

Про ритуал с паутиной и изъятием органов не было информации в интернете. Либо люди пытались это скрыть, либо не знали ничего об этом.

На секунду показалось, что глаза Воронцовой резко распахнулись. От увиденного Эмиль вздрогнул, отскочив от стола. Он резко отключил ноутбук, чуть не пролив кофе.

— Вот же… Это, наверное, галлюцинации, — пробормотал он.

Отрицая происходящее, он допил кружку кофе, помыл её на кухне и, глядя в окно, буркнул:

— Свежий воздух должен немного привести меня в чувство.

Облачившись в белую рубашку и светло-синие джинсы, он вышел на улицу.

Прохладный воздух словно приветствовал Эмиля, обдувая его лицо.

В такие моменты он вспоминал детский приют, в котором жил после того, как отца упрятали в психиатрическую больницу. Матушка Афродита, светлая женщина, которая с нежной теплотой относилась к нему, дарила немного радости в его тёмной жизни.

— Давно я не навещал матушку Фроди, — задумчиво произнёс Эмиль.

Его ноги побрели в сторону детского дома. Зайдя внутрь, он глазами искал матушку Фроди. Но его поиски прервал нежный и душистый женский голос.

*Песня Лины*

Тихо утро стучится в окно,

Солнце ласково светит в него.

Просыпайтесь, малыши, день начинается,

Счастье в каждом мгновении улыбается.

Доброе утро, мои дорогие,

Пусть ваши сердца будут светлыми, родными.

Мир вас ждёт, он такой большой,

Вы в нём важны, вы в нём — дом родной.

Тёплый ветерок в лицо нам дышит,

Счастье в каждом мгновении слышит.

Вы не одни, вы — как звёзды в ночи,

Светите ярко, идите впереди.

Доброе утро, мои дорогие,

Пусть ваши сердца будут светлыми, родными.

Мир вас ждёт, он такой большой,

Вы в нём важны, вы в нём — дом родной.

Каждый день — это шанс, это шаг,

Каждый миг — это праздник, не иначе.

Вы — как цветы, что растут вопреки,

И ваши сердца — это вечные стихи.

Доброе утро, мои дорогие,

Пусть ваши сердца будут светлыми, родными.

Мир вас ждёт, он такой большой,

Вы в нём важны, вы в нём — дом родной.

Доброе утро, доброе утро,

Солнце смеётся, и день уже тут.

Доброе утро, доброе утро,

Лина с вами, и мир вас зовёт.

Когда песня закончилась, Лина словно мягкое облачко захватила детей в свои тёплые объятия.

— Сынок, ты кого-то ищешь? — послышался голос Фроди.

Обернувшись, он увидел перед собой красивую, светлую женщину средних лет. Морщинки не портили её лицо, волосы её немного поседели. Её зелёные глаза прямо смотрели в душу парня.

— Матушка Афродита, вы меня не узнаёте? Это же я, Эмиль.

Афродита расплылась в тёплой улыбке.

— Сынок, мальчик мой, — обняла она его. — Где ты так долго пропадал? Тебя так давно не было видно. Как ты?

— У меня всё хорошо. Вы как?

— В полном порядке. Благодаря той милой девушке дети обрели немного счастья. Раньше детский дом был таким серым и тусклым, но с её приходом он расцвёл, словно летние цветы, — глядя в сторону Лины, произнесла Афродита.

— Она тоже здесь росла?

— Нет, что ты, она недавно переехала сюда. Такая светлая душа, забрала к себе домой несколько детишек и раз в неделю или две обязательно приходит навещать их, занимаясь благотворительностью.

Лина словно услышала их. Её глаза бросились в сторону Эмиля, но её лицо выражало только нежность.

— И правда светлая душа, — задумался Эмиль, вспоминая видения, связанные с ней.

Лина подошла к Эмилю и с радостным восклицанием произнесла:

— Холодный врачишка!

— Что? Вы знакомы? — удивилась Афродита.

— Не совсем, — отрицал Эмиль.

— Это же тот неуклюжий врач, вчера мы встретились на улице. Не знала, что такие люди могут посещать такие места.

— Так ты врач?

— Да, можно и так сказать.

— Доченька, это мой любимый «сын», о котором я тебе говорила. Этот мальчик хоть и холодный снаружи, но очень ранимый внутри.

— Ладно, матушка, мне пора, — оторопел Эмиль.

— Да, матушка, мне тоже пора, — улыбнулась Лина.

— Хорошо, дети мои. Езжайте с Богом, — погладила их по голове Афродита.

Выйдя из детского дома, Лина остановила Эмиля.

— Холодный врачишка. Садись, чего зря будешь ноги травмировать ходьбой? Я подвезу тебя.

— Не нужно, я как-нибудь сам, — холодно ответил Эмиль.

— Ну чего ты, как девушка на выданье, ломаешься? Садись уже. Иначе я всё расскажу матушке.

Эмиль, сев в машину Лины, пристегнулся и молча отвёл взгляд в сторону. Заведя машину, Лина поехала прочь из детского дома.

— При матушке ты был таким милым, а сейчас словно горсть льда в руку вложил. Тебя что-то тревожит?

— Нет…

— А ну, посмотри на меня.

Эмиль обернувшись, встретился с её кофейно-молочными глазами, которые то поддавались тёмным шелковистым прядям, развивающимся на ветру, то словно улыбались, глядя в душу.

Вдруг эту прекрасную картину закрыл туман.

*Эмиль неожиданно оказался в чём-то сером и мрачном доме.*

Перед ним сидела маленькая девочка, забившаяся в угол, со страхом смотрела в сторону двери.

С глухим стуком кто-то рвался к ней в комнату, и через секунду дверь сорвалась с петель. В комнату влетел мужчина. Его лицо было затуманено, будто Лина старалась тщательно стереть его из своей памяти.

В руках мужчины был кожаный ремень. Он хищно смотрел на девочку, после чего сердито крикнул:

— А ну, иди сюда, маленькая дрянь! — Он окатил её ремнём под её громкие крики и всхлипы.

Он то бросал её в сторону шкафа, то откидывал в сторону кровати.

На глазах Эмиля появилась слеза. Придя в себя, он пытался успокоиться, чтобы не выдать свои внутренние эмоции.

— Что с тобой? — удивилась Лина.

— Ничего. Останови здесь, мне надо выйти.

— Без проблем, — остановив машину, она проводила взглядом выходящего из машины Эмиля. — Хорошего тебе дня, — бодро произнесла Лина.

Эмиль, не ответив ни слова, молча ушёл куда-то. Лина, недолго думая, уехала по своим делам.

Эмиль направился в сторону морга.

— Что тут делаешь? У тебя же выходной, — удивился Антон.

— Мне нужно кое-что проверить, — Эмиль в рабочем халате и перчатках потянулся в сторону жертвы.

— Новый труп, похоже на отравление. Никаких паранормальных явлений, — опередил Антон.

— Ну, судя по всему, тело жертвы в порядке: ни следов борьбы, ни шрамов, ни изъятых органов, — смотрел отчёт Эмиль.

*Видимо, «тень» взяла паузу, — вздохнул Эмиль.*

Разбирая информацию о причине смерти жертвы, судмедэксперты не заметили, как наступила ночь.

Выйдя за пределы морга, друзья попрощались довольно отстранено. Эмиль не любил прикосновения из-за своего дара. Отстранённость шла ему к лицу, порой это выглядело даже мило.

Эмиль, в очередной раз касаясь случайной толпы, вдруг увидел проблеск в сознании. Он увидел её — Лину. Всё было обрывистым, но довольно чётким. *Ночь, в тесном переулке, где нет ни души, кто-то из сбежавших из заключения столкнулся с Линой. Держа нож, готовый к рывку, он резко двинулся вперёд, и на лезвии ножа появилась кровь. Раненая девушка, цепляясь за заключённого в попытке удержать его, упала замертво. На часах заключённого было ровно 10 часов ночи.*

Сознание вернулось в прежнее русло. С некой паникой взглянув на часы, он обнаружил, что до совершения убийства Лины осталось 10 минут.

Запах заключённого, напоминающий аромат сырого металла, приманивал его. Ускорив шаг, Эмиль догонял тот запах, исходящий от человека. Не зайдя ещё за угол перекрёстка, он услышал разговор Лины с заключённым.

— Не делай ошибку. Если ты сейчас сбежишь, тебе дадут условное. Тебе осталось немного времени до освобождения. Доверься мне, если ты сделаешь, как я скажу, то…

— То что? Упрячешь меня за решётку, как это сделали другие? Они подставили меня, ваши полицейские заставили признаться в том, что я не совершал. Я должен выйти.

— Если ты доверишься мне, то даю слово, тебя никто не тронет. Я посажу виновных, но если ты сейчас сбежишь, то сделаешь только хуже своей семье. Они столько времени ждут тебя в надежде на твоё возвращение.

— Уйди с дороги…

— Поверь, я тоже через многое прошла. Мою мать убили, а полиция закрыла дело как самоубийство. С тех пор я не хочу, чтобы люди страдали от рук закона. Я сама тебе помогу, я выпущу тебя под залог или поймаю тех людей, чьё преступление ты взял на себя.

Рука дрожала у заключённого. Желание вырваться из заключения одержало верх. Достав нож, он потянулся к Лине. Когда лезвие чуть не коснулось её артерии, руку перехватили в воздухе. Это был Эмиль.

Он ловко выбил нож из рук заключённого, но, прежде чем обезвредить его, услышал за спиной выстрел. Затылок заключённого обагрился кровью, стекающей вдоль шеи. Упав замертво перед Эмилем и Линой, он издал глухой звук, коснувшись сырой земли.

Оглянувшись в сторону, откуда раздался выстрел, Эмиль не ожидал повторного выстрела. В этот раз пуля попала в Лину прямо в бок. Всё произошло так быстро, что не дало опомниться ни Эмилю, ни Лине.

В глазах Лины потемнело, кровь текла по её одежде, окрашивая её в кровавый цвет. Её ноги подкосились и уже не могли удерживать её на ногах.

Эмиль, не раздумывая, подхватил Лину во время её падения. Она плавно уместилась у него на руках, опрокинув голову ему на плечо, и стала терять сознание.

От прикосновения к ней картинки мелькнули в его голове, словно в киносъёмке.

*В видениях Эмиля.*

Осенняя пора пробуждала холодный воздух, обдувающий красивое лицо Лины и развивающий её шелковистые волосы на ветру, делая её ещё более симпатичной. На её лице воцарилось спокойствие и умиротворение. Её глаза с интересом наблюдали за высокой горой. Она была не одна, а с подругой Анной.

— Ты готова покорить эту прекрасную гору? — с улыбкой на лице произнесла Лина.

— Давай попробуем, — ответила подруга.

Лёгкими движениями забросив канат на гору и прицепив его для подстраховки, она начала подниматься с подругой вверх. Рука подруги сорвалась с горы, и подстраховка начала потихоньку рваться на части. Лина была в тот момент почти у вершины, но, услышав крик Анны, кинулась за ней, опустив руку с канатом. Добравшись до Анны, она перехватила её перед падением, вцепившись в её талию. Лине ничего не оставалось, как спуститься вниз. Внизу Лина успокаивала Анну:

— Эй, я твой щит. Пока я рядом с тобой, ничего не случится. Так что не бойся и не плачь, всё хорошо. Запомни: храбрые девушки не плачут.

Видение оборвалось на этом моменте, но тут же началось снова, хотя это видение отличалось от предыдущего.

*Маленькая девочка видела перед собой два тела, накрытые тканью. Вокруг них суетились врачи и полицейские. Крик девочки доносился чётко до сознания Эмиля:*

— Мама! Сестра!

Телами были её мать и сестра.

— Это явное убийство, — произнёс судмедэксперт, но полицейский опроверг его слова.

— Это самоубийство. Дело можно закрыть.

От этих слов ноги Лины подкосились. Сердце билось бешено, сознание было затуманено.

— У девушки извлечено сердце, а у женщины выколоты глаза. Это убийство, — настаивал судмедэксперт.

Лина бросилась к телам матери и сестры.

Эмиль перехватил своё сознание, вернувшись в реальность. *Нет, не сейчас… Сейчас не время.*

Одержав силу над своим даром, он снова стал мыслить рационально. Эмиль, действуя быстро и хладнокровно, осмотрел рану Лины. Убедившись, что пуля прошла навылет, он снял с себя куртку и, разорвав её на полосы, сделал давящую повязку, чтобы остановить кровотечение. Используя куски ткани, он плотно прижал их к ране, зафиксировав повязку узлом. Затем он уложил Лину в устойчивое положение на бок, чтобы избежать удушья, и приподнял её ноги, используя свёрнутую одежду, чтобы улучшить кровоснабжение мозга. Увидев неподалёку старую тележку, он прикатил её поближе к Лине, аккуратно поднял её и уложил в тележку.

*Врачи будут долго добираться, сегодня пробки. Я должен успеть, времени мало на размышления.*

Схватив за сломанные, острые концы ручки тележки, он покатил её в сторону больницы. Острая боль пронзала его руки, окрашивая ручку кровью, а колёса тележки еле держались. Несмотря на сильную боль, он набрал темп и, выйдя на дорогу, срезал путь. Истощённый Эмиль мчался изо всех сил и не заметил, как колесо слетело с тележки. Телега начала опрокидываться, но Эмиль удержал её, вытащив Лину. С раны снова пошла кровь. Взяв её на руки, он примчался в больницу.

Уложив её на кушетку, он побежал в сторону операционной.

— Эй, вы куда? — кричала медсестра ему вслед.

— Врача, быстро!

Медсёстры засуетились. Врачи, услышав крики, быстро прибежали в операционную. Увидев Эмиля, который уже начал действовать, они попытались вывести его из комнаты.

— Я врач, сейчас не время, делайте то, что я скажу, — в его голосе чувствовалась беспомощность и уверенность в своих силах.

Врачи, оценив его навыки и срочность ситуации, позволили ему остаться.

Эмиль, несмотря на усталость и боль в руках, сосредоточился на операции. Врачи под его руководством быстро остановили кровотечение, извлекли пулю и обработали рану. Лина была стабилизирована, и её перевели в палату для дальнейшего наблюдения.

Эмиль, выйдя из операционной, почувствовал облегчение. Его ноги подкосились, и последние силы покинули его. Через минуту он упал перед входом в операционную.

Глава 4. Тень наблюдает.

— Как вы? — Лину пробудил голос медсестры.

— Где тот парень в халате?

— Какой? Тот, который принёс вас на руках?

— Что? — еле бормотала Лина.

— Он ваш парень? Он так сильно за вас переживал. С окровавленными, ранеными руками он принёс вас и поднял на уши врачей. Он сам сделал вам операцию. Вам с ним очень повезло, впервые вижу такую искреннюю любовь.

Лина поднялась на ноги, шатаясь из стороны в сторону.

— Что вы делаете? Ложитесь.

— Где тот парень?

— Он сейчас без сознания в палате номер 5.

Под криками медсестры, отсоединив иглу из вены во время переливания крови, она помчалась к палате номер 5. Оказавшись у палаты, еле живая Лина вцепилась в открытую дверь и смотрела в сторону Эмиля, который лежал на койке.

Лина почувствовала, как сердце грохотало при виде парня. Чувство облегчения и сильной симпатии смешались в одну сильную эмоцию.

*На вид холодный врачишка*, — думала она, еле держась на ногах.

Палата была пуста, внутри царила тишина. Белые стены омрачали помещение. Из открытого окна доносился запах гладиолусов вперемешку с сырой травой. В этот момент лицо Эмиля казалось Лине безумно красивым. Подойдя к койке, держась за всё, на что можно опереться, она уселась на полу у рук парня. Взяв его за руку, первое, что бросилось ей в глаза, — это его перевязанные ладони. Приблизив их к своим губам, она с нежностью поцеловала их.

*Кажется, я что-то начинаю испытывать к тебе, врачишка.*

Подняв руку чуть выше, она лёгким движением погладила его по голове и с любовью смотрела на его сияющее лицо.

— Такое прекрасное лицо и чистая душа. Ангел в грешном мире расцвёл и дал мне новую жизнь.

Лине казалось, что это прекрасный сон, от которого не хочется пробуждаться. Её эмоции, глубокие и нежные, толкали её к действиям.

Её глаза упали на сладкие, персиковые губы Эмиля.

*Как же я хочу поцеловать тебя…*

*Нет, это неправильно. Что, если Эмиль не ответит взаимностью и начнёт избегать меня? Стоит ли мне скрывать от него свои чувства? Знаю, что поступаю неправильно, но я не могу по-другому.*

Прислонившись к его лицу, она нежными, бархатистыми губами прикоснулась к его губам. Поцелуй был искренним, нежным, но недолгим. Она касалась его, словно фарфоровой куклы, которую боится повредить. Осознав свои действия, Лина отпрянула от него и ушла перед его пробуждением.

**Полчаса спустя.**

Эмиль пробудился от глубокого сна. Открыв глаза, он огляделся. Перед ним были только белые стены и больничная атмосфера.

— Вы очнулись? Как самочувствие? — та самая медсестра, что была у Лины в палате, тепло улыбалась ему.

— Как девушка? Она пришла в себя? — усталым голосом произнёс Эмиль.

— Как же вы всё-таки любите друг друга! Не успев прийти в себя, спрашиваете друг о друге. Узнав, что вы здесь, она пришла навестить вас сразу после пробуждения.

— Вы ошибаетесь, мы не пара… Где она?

— Она выписалась из больницы против воли врача.

— Как вы могли её отпустить? Ей нужно пролежать здесь хотя бы неделю, а лучше две…

— Мы не смогли удержать её, пришлось выписать.

— А номер она свой оставила?

— Она оставила вам записку, — протянув ему письмо, медсестра вышла из палаты.

Взяв в руки письмо, он принялся читать:

*«Я пошла расследовать убийство заключённого. Спасибо, что спас меня, "холодный врачишка". Если понадобится помощь, свяжись со мной по этому номеру: *номер телефона*. До встречи. С глубоким уважением, Лина.»*

Достав телефон из кармана, Эмиль набрал номер Лины. Послышались гудки, и через секунду прозвучал её голос:

— Слушаю, вы позвонили капитану Воронцовой.

— Это Эмиль. Ты где?

Сердце Лины заколотилось от его тёплого голоса.

— В полицейском участке. Видеонаблюдения в переулке не было, пытаюсь найти хоть одну зацепку, чтобы поймать убийцу. Ты как? Тебе уже лучше?

— Я скоро подъеду. Жди меня там, — отключившись, Эмиль вскочил с койки и выбежал из больницы.

*Надо поймать убийцу любой ценой.*

Прибыв в полицейский участок, Эмиль первым делом подхватил протокол и анализ исследований, которые лежали на стуле Лины.

— Эй… Вы кто? Что вы делаете? — недовольно вскрикнули полицейские, пытаясь перехватить у него бумаги.

— А ну, руки убрали от парня. Он со мной, — вмешалась Лина.

— Что-нибудь нашли?

— Мы нашли только следы от ботинок и следы пороха на земле. Здесь явно всё продумано. Я заметила, что в следах от ботинок есть что-то странное. Видно, что ботинки были для убийцы великоваты, ему явно было неудобно. Обувь ему явно велика. Он будто готовился заранее, надел обувь большего размера, чтобы ввести нас в заблуждение и не оставить улик.

— Лина, ты почему раскрываешь дело преступления постороннему человеку?

— Не тебе судить мои действия. Начал бы хоть раз работать, прежде чем предъявлять претензии.

— Воронцова, ты слишком много на себя берёшь.

— Займитесь делом, нечего переходить на личности, — недовольно взглянул на мужчину Эмиль, защищая Лину незаметным способом.

— А ты кто такой? Чего лезешь?

— Иван, убавь тон. Он врач и, в отличие от тебя, профессионал своего дела, — гордо перевела взгляд на Эмиля, Лина ухмыльнулась.

— Воронцова! — взорвался от гнева Иван.

— Если вас настолько нервирует недоговорённость, не проще ли продолжить разговор со мной? Спорить с девушкой и переходить на личности — очень низкий поступок. На самом деле я судмедэксперт. Из-за того, что убийствам нет конца, меня переводят к вам для помощи в расследовании.

— Да ну? Почему я о вас не слышал?

— Информация засекречена, распоряжение начальства.

Недовольный мужчина, умерив свой пыл, пошёл в сторону своего кабинета.

— Не следовало тебе так быстро выписываться из больницы, — подчеркнул Эмиль.

— А твоя информация достоверная? — не верила Лина словам Эмиля.

— Я пошёл в банк… — холодно ответил Эмиль.

Приглядевшись к фото протокола, Лина отметила:

— Это необычная обувь. Такой рисунок подошвы я видела только у одной марки. Это "Urban Step", их фирменный дизайн.

Эмиль кивнул, его мозг уже работал над возможными версиями.

— Если убийца носит такую обувь, он либо фанат бренда, либо специально выбрал её, чтобы запутать следствие, и взял на три размера больше. Надо проверить магазин.

Лина молча последовала его указаниям. Выйдя из здания, она села в свою машину с Эмилем и поехала в сторону магазина. Дорога заняла около 40 минут. Всё это время Лина поглядывала в сторону Эмиля, стараясь сдержать своё умиление.

— Ты в порядке? Почему так смотришь?

— Мне просто интересно, почему ты не оставил всё как есть? Ты мог оставить меня там умирать. Почему ты, в ущерб своему здоровью, спас меня?

— Это было на моих глазах. Оставлять тебя умирать было бы бесчеловечно. К тому же в тот момент были сильные пробки, скорая не успела бы приехать.

— Но как ты там оказался? Переулок безлюдный, там давно никто не появляется.

— Срезал путь до дома, — это была ложь.

— А где ты живёшь?

— Это что, допрос?

— Нет, просто интересуюсь, где может обитать "холодный врачишка".

— Почему такое прозвище?

— В нашу первую встречу ты был в больничном халате и был довольно отстранённым. Поэтому и такое прозвище.

— А кто тот парень, который напал на тебя с ножом?

— Это Станислав, заключённый, которого арестовали лет 10 назад. Меня тогда не было там. Я недавно переехала сюда, хотела узнать, кто подставил этого человека, но его убили. Если кратко, он работал на инженера, простая жизнь — работа, дом. В итоге его поймали на перевозке наркотических средств. У него из родных только мать и младшая сестра. Старшую сестру изнасиловали, после чего она повесилась, оставив записку.

— Тяжёлая у него была жизнь. А насильников поймали?

— Не успели. Я сбила их на грузовике. Знаю, что поступила незаконно, но с такими, как они, по-другому никак. Их нужно сразу истреблять. Если посадить их за решётку, они выйдут и продолжат это гиблое дело.

— Убийство не выход, но всё равно ты поступила правильно. Со временем они бы вышли и продолжили бы мучить женщин… Кто-нибудь знает о том происшествии?

— Я сразу же созналась. Меня чуть не уволили. К счастью, я отсидела за это полгода, и работа осталась при мне. Знаю, что мой проступок нельзя оправдать, но если система не хочет действовать, то иногда приходится брать всё в свои руки.

— Всякому есть предел. Нельзя переходить в крайности. Ты призналась в содеянном, это уже хорошо. Старайся сдерживать свои эмоции. Ведь можно найти и другой выход. Ты ведь сама работаешь в органах, в таких случаях должна добиваться справедливости без кровопролития. Но если придёт такой момент, что всё выйдет из-под контроля, в средствах защиты можешь воспользоваться служебным положением.

— Мир жесток, мой поступок не оправдывает этот фактор. Я учу детей не пасть низко, хотя сама опустилась до уровня преступности…

— Мир жесток, если жестоки люди. Мир расцветёт, когда сердца людей наполнятся добротой. Хотя не мне судить.

— А ты, оказывается, хороший человек.

— Сколько ещё осталось ехать?

— Мы уже приехали.

Машина остановилась у магазина. Выйдя из машины, они вместе направились в сторону магазина. Зайдя в здание, они обнаружили на потолке трупы работников и охранника, подвешенные в ряд.

— Что за чёрт? — недоуменно произнесла Лина, глядя на трупы.

— Видимо, он всё знал,поэтому и избавился от свидетелей. Нужно проверить видеозаписи, — уточнил Эмиль.

Глава 5. Расследование сближает.

Лина метнулась в сторону компьютера, где было отображено видео с видеонаблюдения.

— Тут пусто… Все видео за месяц по сегодняшний день стёрты, — Лина была в недоумении от происходящего.

— Вызывай полицию, пусть полностью обследуют это место. Он должен был наследить перед уходом.

— Ты прав, — Лина набрала инспектору Шердельну.

— Алло, Шердельн, тут такое дело… Приезжай с криминалистами, совершено убийство на улице Красно-Волконская, номер 325. Жду… — Лина сбросила трубку. — Они скоро подъедут.

Перед появлением Шердельна они оцепили здание лентой.

**Спустя время…**

Полицейский Шердельн и криминалист подъехали к небольшому магазину на окраине города. Уже становилось светло, улица была пустой. Магазин оцеплен лентой, но вокруг ни души. Шердельн, высокий мужчина с резкими чертами лица и пронзительным взглядом, вышел из машины, поправив кепку. Криминалист, мужчина средних лет с аккуратными седыми волосами и чемоданчиком в руках, последовал за ним. Они подошли к Лине, которая стояла у входа. Её лицо было бледным, а руки слегка дрожали.

Шердельн спросил, его голос звучал сдержанно, но с ноткой тревоги:

— Лина, что за чертовщина тут происходит? Почему ты вызвала нас так рано утром?

Лина, голос которой слегка дрожал, указала внутрь магазина:

— Шердельн, ты должен это увидеть сам. Я... я даже не знаю, как это описать. Мой знакомый врач уже внутри. Он ждёт вас.

Шердельн хмуро кивнул, его лицо стало серьёзным:

— Ладно, показывай.

Они зашли внутрь магазина. Освещение было тусклым, только мерцающая лампочка под потолком. На полках товары стояли нетронутые, но в воздухе витал тяжёлый запах крови. Шердельн и криминалист замерли на пороге, увидев то, что заставило Лину дрожать. На потолке, в ряд, висели три тела. Это были продавцы магазина. Их руки и ноги неестественно вытянуты, словно они были подвешены с какой-то ритуальной точностью. Лица искажены ужасом, а на шее каждого — глубокие следы от верёвки.

Криминалист тихо, почти шёпотом, произнёс, его голос звучал как эхо в пустом помещении:

— Что за ад... Кто мог сделать такое?

Эмиль, выйдя из тени, его лицо было серьёзным, но спокойным, сказал, указывая на тела:

— Шердельн, здравствуйте. Меня зовут Эмиль, я врач. Мы обнаружили, что три жертвы, все мужчины, возраст от 25 до 40 лет. Смерть наступила от удушения. Но самое странное... — он сделал паузу, его голос стал тише, — их подвесили уже после смерти. Видите эти крюки? Они закручены в потолок с хирургической точностью. Это не спонтанное убийство. Это ритуал.

Шердельн, подходя ближе, его голос был твёрдым, но в глазах мелькала тревога:

— Ритуал? Ты серьёзно? Кто, чёрт возьми, мог устроить такое в нашем городе?

Лина, стоя в стороне, её голос дрожал, сказала:

— Мы уже проверили камеры. Их отключили за час до убийства. Никаких следов взлома. Кто-то знал, как это сделать.

Криминалист, открывая чемоданчик и доставая пинцет, сказал, его голос звучал методично, но с ноткой беспокойства:

— Я возьму образцы с крюков и верёвок. Может, найдём отпечатки или следы материала. Но это... это слишком организованно. Кто-то знал, что делает.

Эмиль, подходя к одной из жертв, указал на странные отметины на шее:

— Смотрите, здесь есть следы, похожие на ожоги. Как будто их чем-то прижигали перед тем, как подвесить. Это не просто убийство. Это послание.

Шердельн, сжимая кулаки, его голос стал жёстче:

— Послание? Кому? И зачем?

Лина тихо, почти шёпотом, добавила:

— Тому, кто подставил заключённого.

Криминалист, собирая образцы с пола, сказал, его голос звучал сосредоточенно:

— Если это серия, то убийца только набирает обороты. Шердельн, нам нужно срочно связаться с архивом. Может, там есть что-то, что мы упустили.

Шердельн кивнул, его голос стал командным:

— Согласен. Лина, свяжись с архивом и разузнай подробнее о деле с заключённым. Эмиль, ты сможешь дать предварительное заключение?

Эмиль, снимая перчатки, ответил, его голос был спокоен, но в нём чувствовалась усталость:

— Через пару часов. Но я уже могу сказать, что убийца — профессионал. Он знал, как обездвижить жертв, как нанести раны и как подвесить их. Это не первый раз.

Криминалист, закрывая чемоданчик, сказал, его голос звучал решительно:

— Я отправляюсь в лабораторию. Эти образцы нужно изучить как можно быстрее.

Они разошлись: Шердельн и Лина направились к соседним магазинам, чтобы поговорить с местными жителями, а криминалист и Эмиль продолжили свою работу на месте преступления. Их диалоги и действия подчёркивали профессионализм, но также намекали на скрытое напряжение и загадочность происходящего.

**Позже, после нескольких часов тщательного осмотра магазина и окрестностей…**

Шердельн, Лина, криминалист и Эмиль собрались у входа в магазин. Их лица выражали разочарование и недоумение. Шердельн раздражённо сказал, его голос звучал резко:

— Ничего. Ни единой зацепки. Ни отпечатков, ни следов, ни свидетелей. Как будто убийца был призраком.

Криминалист с тяжёлым вздохом добавил, его голос звучал устало:

— Я проверил все возможные поверхности. Никаких следов ДНК, никаких волокон, ничего. Даже пыль на полу была аккуратно стёрта. Это... это невозможно.

Шердельн, сжимая кулаки, сказал, его голос звучал жёстко:

— Кто бы это ни был, он играет с нами. И мы пока даже близко не подобрались к разгадке.

Криминалист, смотря на магазин, предложил, его голос звучал методично:

— Нам нужно больше данных. Может, архив даст хоть что-то. Или... или мы упускаем что-то очевидное.

Эмиль, смотря на висящие тела, сказал, его голос звучал мрачно:

— Он заметает следы, явно был в курсе наших дел.

Они стояли в молчании, глядя на магазин, где три тела всё ещё висели под потолком. Убийца оставил их без единой зацепки, и это заставляло каждого из них чувствовать себя беспомощным. Но в их глазах горела решимость — они не остановятся, пока не найдут ответы.

После этого они продолжили действовать по стандартному протоколу, но с учётом крайне необычных обстоятельств дела. Криминалист тщательно осмотрел помещение, несмотря на отсутствие явных улик. Он сделал фотографии с разных ракурсов, зафиксировал положение тел, крюков на потолке и состояние магазина. Эмиль осмотрел тела, чтобы определить точное время смерти и способ удушения. Он отметил, что верёвки были завязаны особым узлом, который мог указывать на профессионализм убийцы. Лина помогала с документацией, записывая все детали, которые могли быть полезны для дальнейшего расследования.

Эмиль организовал аккуратное снятие тел с потолка. Это было сделано с помощью специального оборудования, чтобы не повредить возможные микроскопические следы на верёвках или одежде жертв. Тела были упакованы в мешки и отправлены в морг для дальнейшего вскрытия. Эмиль планировал провести токсикологический анализ, чтобы исключить возможность отравления перед удушением.

Шердельн отдал распоряжение полностью закрыть магазин на неопределённый срок. На двери была повешена печать, а вход опечатан полицейской лентой. Магазин был объявлен местом преступления, и доступ туда был строго ограничен. Шердельн оставил двух офицеров для охраны, чтобы предотвратить возможное проникновение посторонних.

Лина и Шердельн разделились, чтобы опросить жителей ближайших домов и владельцев соседних магазинов. Однако, как и ожидалось, никто ничего не видел и не слышал. Вечером улица была пустынна, и убийца явно выбрал время, когда свидетелей не будет. Лина отметила, что это слишком похоже на случай в переулке, где они также не нашли свидетелей.

Криминалист отправился в лабораторию, чтобы изучить верёвки, крюки и другие материалы, найденные на месте преступления. Однако, как он и предполагал, все следы были тщательно стёрты. Ни отпечатков пальцев, ни ДНК, ни следов инструментов. Эмиль начал вскрытие тел, чтобы найти хоть какие-то зацепки. Он искал признаки борьбы, возможные травмы или следы химических веществ, но ничего не обнаружил. Смерть наступила исключительно от удушения.

Лина связалась с архивом, чтобы запросить информацию о связанных хоть чем-то с заключённым: враги, друзья, знакомые. Но выяснилось, что, кроме матери и сестёр, он ни с кем не общался и всё заточение провёл в отдельной камере. Дело набрало обороты.

**Вечером, после завершения всех процедур…**

Команда собралась в участке для обсуждения. Шердельн выдвинул гипотезу, что убийца — профессионал, возможно, связанный с организованной преступностью или даже с какими-то мистическими культами. Лина понимала, что убийца заключённого и продавцов был одним и тем же.

— Это явно дело рук убийцы заключённого, которого застрелили у нас на глазах. Не знаю, кто он, но он всё продумал до мелочей.

Шердельн решил усилить патрулирование в районе, особенно в вечернее время, чтобы предотвратить возможные новые преступления. Криминалист предложил использовать методы анализа, включая проверку магазина на наличие скрытых камер или микрочипов, которые могли быть оставлены убийцей. Эмиль пообещал ускорить вскрытие и анализ тел, чтобы найти хоть какие-то следы, которые могли быть упущены. Лина занялась поиском информации о возможных подозреваемых, связанных с делом заключённого, убитого в переулке.

Магазин оставался закрытым, тела были отправлены на экспертизу, а команда продолжала работать в условиях полного отсутствия зацепок. Они понимали, что имеют дело с крайне опасным и расчётливым преступником, который, возможно, не остановится на этом. Но они также знали, что рано или поздно он совершит ошибку — и тогда они его поймают.

---

**Следующий день.**

Прекрасное солнечное утро пробудило Эмиля ото сна. Звук звонка окончательно поднял его на ноги. Подойдя к дверь, открыл её и увидел перед собой Лину.

Лина на тот момент была впервые одета в лёгкое белое платье, её локоны были распущены, ноги обуты в белые кроссовки, а на её лице был сделан качественный макияж. Она была похожа на куклу — очень красивую, живую и дорогую по сегодняшним меркам.

— Доброе утро.

— Ты как здесь оказалась?

— Дело есть. Я могу войти?

— Проходи, — сухо ответил Эмиль, выпуская Лину внутрь. Когда Лина зашла, Эмиль закрыл дверь, после чего присел на диван.

— Почему приехала так рано?

— Надо поймать одного человека. Я доверяю тебе и хотела бы попросить о помощи.

— Выкладывай.

Лина, сев рядом с Эмилем, ответила следующим образом:

— Есть одна женщина, которая тайно навещала Станислава. Я связалась с ней вчера вечером после того, как мы разъехались. Она утверждает, что знает убийцу, и он будет сегодня на её свадьбе.

— Это понятно, но зачем надо было ехать так рано?

— Свадьба через час. Переоденься в костюм, который я тебе взяла на прокат.

Лина протянула ему пакет, который не был ранее виден за её спиной.

— Зачем? Мы идём ловить преступника, а не на саму свадьбу.

— Сделай, пожалуйста, как я говорю.

Приняв пакет из рук Лины, Эмиль отправился в комнату. Спустя пять минут он вышел в роскошном чёрном костюме, который подчёркивал его красоту. Статный, красивый, обворожительный парень выглядел немного сонным.

— Я угадала с размером. Выглядишь шикарно.

— Поехали, только время теряем на разговоры.

**Некоторое время спустя…**

Эмиль и Лина вошли в роскошный дом знакомой девушки Станислава. Лина придерживала Эмиля за локоть и элегантно направилась с ним к женщине.

— Располагайтесь. Он должен скоро появиться. Он обещал быть здесь в это время.

— Дамы и господа, в честь такого яркого события молодожёны придумали включить в программу маскарад с танцами! Прошу надеть на себя маски, которые мы вам выдадим, — мужчина распространял маскарадные маски, подходя к каждому человеку.

— Зачем всё это?

— Только так он сюда явится.

Мужчина наконец дошёл до Эмиля и Лины, протянув им маски. Перекрыв лица масками, под включённую мелодию Эмиль пригласил её на танец.

Зал был погружён в полумрак, лишь мерцающие огни люстр создавали мягкое, таинственное освещение. Музыка — медленный, чувственный вальс — заполняла пространство, обволакивая каждого, кто находился в зале. Лина, в своём белом платье, которое подчёркивало каждое её движение, чувствовала, как сердце начинает биться чаще, когда Эмиль подошёл к ней. Его чёрный костюм делал его фигуру ещё более стройной и загадочной. Он слегка наклонился, предлагая руку, и Лина, не в силах отказать, приняла его приглашение.

Их руки соединились, и в этот момент мир вокруг словно исчез. Эмиль был невероятно близко, его дыхание касалось её кожи, а его рука легла на её талию с такой уверенностью, что Лина почувствовала, как её тело само начало подчиняться его движениям. Она попыталась сохранить спокойствие, но её сердце бешено колотилось, а дыхание стало прерывистым.

Лина чувствовала, как её тело реагирует на каждое движение Эмиля. Его рука на её талии была твёрдой, но в то же время нежной, и это вызывало у неё странное чувство — смесь страха и влечения. Она боялась, что он почувствует, как дрожат её пальцы, но в то же время не могла оторвать от него взгляд.

Его глаза, обычно холодные и отстранённые, теперь горели каким-то странным, почти хищным огнём. Лина чувствовала, как её дыхание сбивается, когда он смотрел на неё так, будто видел насквозь.

Когда Эмиль резким, но плавным движением притянул её к себе, Лина почувствовала, как её тело прижалось к его. Она ощутила тепло его тела сквозь тонкую ткань платья, и это вызвало у неё волну желания, которую она едва сдерживала. Её щёки залились румянцем, но она не могла отвести взгляд от его губ, которые были так близко.

Она пыталась сосредоточиться на танце, но каждый раз, когда он слегка наклонял голову, чтобы шепнуть что-то на ухо, её дыхание прерывалось, а сердце готово было вырваться из груди.

Лина, обычно уверенная и сильная, в этот момент чувствовала себя уязвимой. Эмиль, с его холодной внешностью и пронзительным взглядом, словно видел её насквозь. Она чувствовала, как её защитные барьеры рушатся, и это пугало её, но в то же время манило.

Когда он резко повернул её, держа одной рукой за талию, а другой крепко сжимая её руку, Лина почувствовала, как её тело полностью подчинилось ему. Она не могла сопротивляться, да и не хотела.

Эмиль, обычно сдержанный и холодный, в этот момент чувствовал, как его контроль над собой начинает ослабевать. Он видел, как Лина смотрит на него, как её дыхание сбивается, и это вызывало в нём странное чувство — смесь гордости и желания.

Его движения были точными и уверенными, но внутри он чувствовал, как что-то внутри него начинает вырываться наружу. Он не мог позволить себе потерять контроль, но в то же время не мог устоять перед искушением притянуть её ещё ближе.

Эмиль чувствовал, как его тело реагирует на близость Лины. Её тепло, её запах, её дыхание — всё это сводило его с ума. Он хотел быть ближе, но в то же время боялся, что это разрушит ту стену, которую он так тщательно выстраивал.

Когда он притянул её к себе, он почувствовал, как её сердце бьётся в унисон с его. Это вызвало в нём странное чувство — смесь желания и страха. Он боялся, что если позволит себе расслабиться, то потеряет контроль.

Когда музыка достигла кульминации, Эмиль резко повернул Лину, прижав её спиной к своему телу. Его рука крепко держала её за талию, а другой он слегка приподнял её руку, заставляя её выгнуться в изящной дуге. Лина чувствовала, как её дыхание прерывается, а сердце готово вырваться из груди. Она закрыла глаза, чувствуя, как его дыхание касается её шеи, а его губы почти касаются её кожи.

В этот момент время словно остановилось. Лина чувствовала, как её тело полностью подчиняется ему, а её разум заполнен только им. Она хотела, чтобы этот момент длился вечно, но в то же время боялась, что он закончится.

Когда музыка стихла, Эмиль отпустил Лину, но его рука ещё на мгновение задержалась на её талии. Их взгляды встретились, и в этот момент Лина почувствовала, как что-то внутри неё изменилось. Она не могла понять, что это было, но знала, что уже никогда не будет прежней.

Эмиль, напротив, быстро вернул себе контроль. Его лицо снова стало холодным и отстранённым, но в его глазах ещё горел тот самый огонь, который Лина видела во время танца. Он слегка кивнул и отошёл, оставив её одну в центре зала, с бьющимся сердцем и смешанными чувствами.

Увидев мужчину, Лина кинулась к Эмилю, не успев эмоционально перезарядиться. Схватив его за руку, она шёпотом произнесла:

— Он здесь.

Эмиль бросил быстрый взгляд и кивнул:

— Это он. Будь осторожна.

Незнакомец медленно двинулся в сторону невесты, которая стояла в окружении гостей. Его движения были плавными, почти незаметными, но в них чувствовалась хищная грация. Он подошёл к ней, что-то шепнул на ухо, и она, слегка кивнув, последовала за ним.

— Он уводит её! — прошептала Лина, её голос стал резче.

— Идём, — коротко бросил Эмиль, направляясь к выходу.

Они быстро прошли через толпу гостей, стараясь не привлекать к себе внимания. Выйдя на улицу, они увидели, как незнакомец садится в чёрный внедорожник, а невеста — на пассажирское сиденье. Машина резко тронулась с места, оставляя за собой клубы пыли.

— В машину! — крикнула Лина, уже бежала к своей машине.

Эмиль последовал за ней, его лицо было сосредоточено. Они сели в машину, и Лина резко нажала на газ, выезжая на дорогу. Чёрный внедорожник уже был далеко впереди, но они не собирались его терять.

— Держись, я его не отпущу, — сквозь зубы произнесла Лина, её руки крепко сжимали руль.

Эмиль молча кивнул, его глаза были прикованы к дороге. Машина Лины мчалась по узким улочкам, виляя между другими автомобилями. Чёрный внедорожник то появлялся в поле зрения, то исчезал за поворотами, но Лина не сбавляла скорости.

— Он знает, что мы за ним, — сказал Эмиль, его голос был спокоен, но в нём чувствовалось напряжение.

— Пусть знает. Он не уйдёт, — ответила Лина, её глаза горели решимостью.

Внезапно чёрный внедорожник резко свернул в переулок, и Лина последовала за ним. Дорога сузилась, стены домов почти касались зеркал машины. Внедорожник резко затормозил, и из него выпрыгнул незнакомец, оставив невесту в машине.

— Он идёт к нам! — крикнула Лина, останавливая машину.

Эмиль уже открывал дверь, его движения были быстрыми и точными:

— Осторожно, он вооружён.

Незнакомец, всё ещё в маске, медленно приближался к ним, в руке у него блеснул нож. Его голос, глухой и холодный, прозвучал как угроза:

— Вы лезете не в своё дело.

— Брось нож, — твёрдо ответила Лина, согнувшись в изящной позе. Нежными руками она вцепилась в платье, отодвинув его в сторону, немного оголив ногу чуть выше колена, где был прикреплён пистолет. Освободив руку, она взялась за ружьё, но пока не вынимая его, оставалась наготове. Её глаза пристально следили за незнакомцем.

— Какая фигурка, не правда ли, докторишко? — ухмыльнулся незнакомец.

Глаза Эмиля скользнули по её гладкой белоснежной ноге, привлекая его внимание. На пару секунд он увлёкся прекрасным изгибом и формой её ноги. *Что-то в этом явно есть*, — подумал Эмиль.

Когда сознание вернулось к нему, он, оценив ситуацию, отвёл взгляд и холодно ответил:

— Не знал, что нелюди могут так хорошо разбираться в красоте. Признаю, девушка очень красивая, а что красит тебя?

*Значит, он считает меня привлекательной. Может ли это означать, что я ему интересна?* — промелькнуло в его голове.

— Передай девчонке, если она не выкинет пистолет, я убью вас обеих.

*Я не допущу, чтобы с Эмиля упал хоть один волосок.*

Эмиль шагнул вперёд, его голос был спокоен, но в нём чувствовалась стальная решимость:

— Не глупи, лучше сдайся.

Незнакомец рассмеялся, его смех звучал как скрежет металла:

— По-вашему, я глуп? Пока я жив, вы меня не получите. А ты, детка, не дури, бросай оружие.

В следующее мгновение он бросился на Эмиля, но тот среагировал мгновенно, увернувшись. Лина вытащила пистолет, направила на незнакомца и, нажав на курок, пустила пулю ему в плечо. Незнакомец схватился за рану, рыча от злости и боли, бросив нож на землю.

— Стой на месте, — коротко бросила Лина, направляя пистолет в голову незнакомца. — Тронешь парня — пристрелю.

Незнакомец снова атаковал, но на этот раз Эмиль и Лина действовали синхронно. Эмиль блокировал удар, а Лина выстрелила ему в ноги. Незнакомец упал на колено, его глаза сквозь маску горели яростью.

— Я же сказала тебе: «Тронешь парня — пристрелю». Не думай, я твои действия оставлю без внимания.

— Вы делаете большую ошибку.

Эмиль подошёл к незнакомцу, скрутив его руки за спину.

— Вы не понимаете, во что ввязались, — произнёс он, его голос звучал как предупреждение.

— Начатое уже не остановить. Ты обезврежен, — ответил Эмиль, его голос был твёрд.

Невеста подошла к Лине, спрятавшись за её спиной.

Эмиль снял маску с мужчины, и они увидели его лицо — холодное, с шрамом через щёку. Его глаза были пусты, как у человека, который уже давно потерял связь с реальностью.

— Вы совершаете ошибку, — сказал он, и тут произошёл бесшумный выстрел. Кто-то вдалеке застрелил незнакомца в голову. Кровь незнакомца со лба текла вниз, окрашивая его лицо. После произошёл ещё один выстрел, уже ближе к Лине. Затылок Лины окрасился алой кровью. Невеста, стоящая за её спиной, упала замертво.

Эмиль подскочил к Лине, схватив её за плечи.

— Ты как? — Эмиль закрыл её собой, приглядываясь вдаль. Он увидел чью-то тень, которая умчалась, скрываясь в толпе.

— Стой тут, — сказал Эмиль, слегка положив руку ей на затылок, глядя в глаза.

— Я пойду с тобой.

— Нет, там опасно. Твои швы ещё не зажили, жди здесь.

Эмиль, погладив её по голове, кинулся вслед за преступником.

*Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Мне придётся тебя ослушаться, иначе я могу потерять и тебя…* — Лина кинулась за ними в обход.

Эмиль мчался, сердце его бешено стучало, дыхание сбивалось. Он видел, как силуэт преступника мелькал между деревьями, то появляясь, то исчезая. В какой-то момент он потерял его из виду, но услышал шум борьбы чуть в стороне. Это была Лина. Она опередила его, перехватив преступника в узком переулке.

Переулок был узким, мрачным и безлюдным. Высокие кирпичные стены с обеих сторон создавали ощущение ловушки. Лина стояла в центре, её дыхание ровное, но глаза горели холодной решимостью. Преступник, чьё лицо было скрыто под капюшоном и маской, медленно приближался, его силуэт казался огромным в тусклом свете уличного фонаря. Он не говорил ни слова, только сжимал кулаки, готовясь к схватке.

Лина не ждала. Она первая бросилась в атаку. Её движения были быстрыми и точными, как у змеи. Она нанесла серию ударов руками — джеб, хук, апперкот. Преступник пытался блокировать, но её скорость была невероятной. Один из ударов пробил его защиту и попал в челюсть. Он отшатнулся, но не упал. Вместо этого он ответил мощным ударом в сторону Лины, который она едва успела парировать, отпрыгнул назад.

Он бросился на неё . Внезапно он выхватил нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете. Лина не дрогнула. Она знала, что теперь всё стало ещё опаснее. Преступник бросился на неё, нанося удары ножом. Лина уклонялась с невероятной ловкостью, её тело двигалось как вода. Она использовала каждый его промах, чтобы контратаковать. Один из её ударов ногой попал ему в руку, и нож вылетел из его руки, звеня по асфальту.

Но он не сдавался. Он схватил её за руку и резко потянул на себя, пытаясь сбить с ног. Лина потеряла равновесие, но в последний момент смогла вывернуться и нанести удар локтем в его лицо. Он застонал, но не отпустил её. Вместо этого он ударил её кулаком в бок, прямо в уже имеющееся ранение. Боль пронзила её тело, и она на мгновение ослабла.

Именно в этот момент он воспользовался её слабостью. Он поднял нож, который упал рядом, и вонзил его ей в бок. Лина вскрикнула, её тело напряглось от боли. Она попыталась оттолкнуть его, но силы покидали её. Преступник злорадно усмехнулся, думая, что победа за ним.

Но он не учёл одного — Лина не сдаётся. Собрав последние силы, она нанесла ему удар ладонью в нос, заставив его отшатнуться. Затем она резко ударила его ногой в колено, и он рухнул на землю. Но и она уже не могла держаться на ногах. Её тело начало падать.

В этот момент из-за угла выбежал Эмиль. Он увидел, как Лина падает, и его глаза загорелись яростью. Преступник, заметив его, попытался подняться, но Эмиль был быстрее. Он схватил ружьё Лины, которое она уронила рядом, и, не раздумывая, выстрелил в ногу преступника. Звук выстрела оглушительно разнёсся по переулку.

Преступник закричал от боли, но не стал ждать второго выстрела. Собрав последние силы, он бросился в тень, скрываясь в лабиринте переулков. Эмиль хотел броситься за ним, но увидел, как Лина теряет сознание. Он положил ружьё за пояс, подхватил её и аккуратно опустил на землю.

— Держись, Лина, — прошептал он, срывая с себя куртку и сворачивая её в плотный комок. Он прижал ткань к её ране, пытаясь остановить кровотечение. — Всё будет хорошо, ты справишься.

Эмиль быстро осмотрел её рану. Нож был всё ещё в её боку, и он знал, что вытаскивать его сейчас опасно. Он снял с себя ремень и использовал его, чтобы зафиксировать куртку на ране, создавая давление. Затем он достал телефон, чтобы вызвать помощь, но понял, что в этом безлюдном месте сигнал слабый.

— Лина, слушай меня, — сказал он, глядя ей в глаза. — Ты должна держаться. Не закрывай глаза.

Лина, бледная, но всё ещё в сознании, слабо кивнула. Эмиль знал, что ему нужно действовать быстро. Он поднял её на руки, стараясь не задеть рану, и понёс её в сторону, где, как он помнил, была дорога. Каждый шаг был для него испытанием, но он не мог позволить себе остановиться.

— Только не закрывай глаза, — повторял он, чувствуя, как её дыхание становится всё слабее.

Лина, несмотря на боль, пыталась улыбнуться. Её рука слабо сжала его руку, словно пытаясь передать, что она всё ещё с ним. Эмиль чувствовал, как её пальцы дрожат, но в её глазах всё ещё горел огонь.

— Ты справишься, — прошептала она, её голос был едва слышен. — Ты всегда справляешься.

Эмиль не ответил. Он знал, что сейчас не время для слов. Он должен был добраться до дороги, найти помощь. Его ноги горели от усталости, но он продолжал идти, держа её на руках, как самое ценное, что у него было.

Наконец, он увидел вдалеке огни машин. Это была дорога. Эмиль ускорил шаг, чувствуя, как последние силы покидают его. Но он не мог остановиться. Не сейчас.

— Держись, Лина, — повторял он, как мантру. — Мы почти там.

Когда они вышли на дорогу, Эмиль увидел приближающуюся машину. Он поднял руку, пытаясь привлечь внимание водителя. Машина остановилась, и из неё вышел мужчина, увидев окровавленную Лину, он сразу понял, что происходит.

— Помогите! — крикнул Эмиль, его голос был полон отчаяния. — Ей нужна срочная помощь!

Мужчина кивнул и помог уложить Лину на заднее сиденье. Эмиль сел рядом с ней, продолжая держать её руку. Машина тронулась с места, мчась в сторону ближайшей больницы.

— Ты справишься, — шептал Эмиль, глядя на её бледное лицо. — Ты должна справиться.

Лина слабо улыбнулась, её глаза начали закрываться. Эмиль почувствовал, как её рука ослабевает в его.

— Не закрывай глаза, — сказал он, его голос дрожал. — Пожалуйста, не закрывай глаза.

Но Лина уже не могла сопротивляться. Её глаза закрылись, а дыхание стало едва заметным. Эмиль сжал её руку, чувствуя, как его собственное сердце разрывается от страха.

— Мы почти там, — прошептал он, глядя вперёд. — Держись, Лина. Держись ради меня.

Машина мчалась по пустой дороге, оставляя за собой только пыль и тишину. Эмиль знал, что каждая секунда на счету. Он не мог потерять её. Не сейчас. Не после всего, что они прошли вместе.

Глава 6. Трещина.

— Только не закрывай глаза.

Держа её на руках, он подбегал к проезжающим машинам, пытаясь остановить хоть одну из них. Его попытки были тщетными, но в какой-то момент водитель внедорожника остановился перед ним.

— Садись, — громко произнёс водитель, открывая дверь автомобиля.

Эмиль аккуратно положил Лину на заднее сиденье, расположив её на своих коленях.

— Подвезите нас до ближайшей больницы.

Водитель выглядел примерно на 50 лет. Седые волосы спадали на шею, лицо было покрыто едва заметными морщинами. На вид он казался добрым человеком.

Взглянув на водителя, сознание Эмиля погрузилось в неизвестность.

Перед ним стоял тот же мужчина, но уже в молодом возрасте. В белом врачебном халате он выглядел стройным и высоким. В то время он считался лучшим врачом в своей больнице. До одного момента.

В одну злосчастную ночь в больницу привезли жертву аварии, чья жизнь висела на волоске. Подготовившись к операции, он передал других пострадавших своим коллегам.

Операция была сложной, он не мог отойти ни на минуту, чтобы помочь другим. Когда он завершил её, жизнь пациента была спасена. Выйдя из операционной, он услышал, как кто-то из врачей произнёс имя жены этого человека. И тут мир рухнул у него под ногами. Оказалось, что одной из пострадавших была его беременная жена на сроке 32 недели. Во время операции не выжили ни жена, ни ребёнок.

Сознание Эмиля вернулось в настоящее. Машина остановилась у больницы. Эмиль, подхватив Лину, помчался со всех ног в сторону операционной.

— Вы куда? — окликнули его врачи.

— Надо провести операцию, девушка на грани смерти. Нельзя терять время.

Врачи переложили Лину на каталку и завели в операционную, оставив Эмиля за дверью. Всё это время он сидел у двери, ожидая завершения операции.

Спустя час операция закончилась. Врач вышел из операционной и, увидев парня, коснулся его плеча. Почувствовав прикосновение, Эмиль вскочил и с беспомощностью во взгляде посмотрел на врача.

— Она в порядке, через час придёт в себя.

— Я могу её навестить?

— Мы переведём её в палату, сможете её проведать там.

Медсёстры вывезли бледное тело Лины на каталке и направились в одну из палат больницы.

Переложив её аккуратно на койку, вставили ей в вену иглу для подачи крови. После этого они вышли, оставив Эмиля и Лину наедине.

Эмиль сел напротив Лины, слегка истощённый, и нежно погладил её по голове.

— Почему женщины такие непослушные? — с лёгкой обидой произнёс он. — Говорил же, стой там, зачем полезла туда?

Его рука скользнула по её лицу, дойдя до кончиков пальцев.

*Почему такая светлая душа подвергается такому риску? Зачем тебе всё это? Почему ты должна страдать?*

Эмиль не заметил, как с появлением Лины его кошмары стали реже. Впервые за долгое время он смог спокойно поспать. Что это могло значить? Пока не ясно, но одно было очевидно: Эмиль начал раскрываться перед другим человеком.

Губы Лины дрогнули, и она прошептала хриплым голосом:

— Странный ты всё-таки, «холодный врачишка». Ты на меня ругаешься или волнуешься? — Она улыбнулась, открыв глаза.

Эмиль убрал руку, поняв, что поступает неправильно.

— Вот же сумасшедшая девчонка, — невольно улыбнулся он.

— Не знала, что «холодные врач» могут так красиво улыбаться.

— Лежи молча, а то швы разойдутся.

— Как-то не удивительно. Но больно…

— Зачем ты туда вообще пошла? Просил же подождать.

*Жаль, я не могу признаться тебе в своих чувствах. Вдруг ты примешь мою любовь?*

— Это моя работа, всегда так было.

— В этот раз не выйдешь из больницы без должного лечения и восстановления.

— Холодный врач, ты же сейчас не на работе.

— Знала бы ты, кем я работаю.

— И кем же?

— Откуда у тебя столько энергии на разговоры?

— Не меняй тему.

— Я — судмедэксперт.

— Тогда мне повезло, что мы встретились на улице, а не на твоей работе. А то я могла бы быть трупом, которого ты бы обследовал в морге.

— Молчи, не неси бред, — Эмиль вскочил со стула. — Отдыхай, я, пожалуй, пойду за лекарствами.

Лина проводила его взглядом, пока он не исчез из виду.

*А волнуется ведь.*

В ту же ночь, во время сна, Лина почувствовала, что подушка легла ей на лицо, и кто-то начал давить, перекрывая подачу кислорода. В попытке ослабить хватку она вцепилась в руки нападавшего, содрав с него слой кожи.

От боли нападавший ослабил хватку и отошёл в сторону, держась за руки.

Лина убрала подушку с лица и, встав с койки, подошла к нападавшему, держа в руках штатив.

— Кто ты? Кто тебя подослал?

— Уродина, что ты сделала? — кричал он от боли.

— Ещё раз спрашиваю: кто тебя послал?

— Он убьёт твоего паренька.

— В каком смысле?

— Твой любимый врач… Когда тот мальчишка пойдёт на работу, его собьёт машина. Так что будешь тратить время на меня или на того паренька?

Глаза Лины горели гневом, смешанным со страхом.

— Где это произойдёт?

— На улице Шерсткова, дом 151.

Лёгким движением руки Лина оглушила нападавшего штативом. Затем схватила телефон и позвонила Эмилю.

*Ну же, возьми трубку.*

— Алло.

— Ты где?

— В чём дело?

— Где ты? Назови адрес.

— Барсукова, улица 215.

*Он пока далеко от того места.*

На этом разговор прервался — телефон сел.

*Вот чёрт!*

Кинувшись к нападавшему, она начала рыться в его карманах, но телефона там не оказалось.

*Мне проще самой туда доехать, времени мало.*

Выпрыгнув из окна больницы на первом этаже, она побежала к своей машине, запрыгнула в неё и нажала на газ.

Эмиль шёл по тёмному городу под светом тусклых фонарей. Внезапно он почувствовал что-то холодное, жуткое. Будто что-то плохое должно произойти.

Недалеко от него раздался рёв машины, которая мчалась на него с огромной скоростью.

Эмиль остолбенел от ужаса, ноги отказывались двигаться.

*Видимо, моя смерть пришла.*

Когда машина оказалась почти рядом, навстречу ей на полной скорости врезалась другая машина. Машина нападавшего отлетела в сторону. Лина успела спасти Эмиля, но, ударившись головой о руль, потеряла сознание.

Машина Лины, как и машина нападавшего, мгновенно загорелась.

Глаза Эмиля расширились от ужаса.

Кинувшись к Лине, он дёрнул за ручку двери, но она была заблокирована из-за удара. Подойдя к задней двери, он с силой разбил окно, поцарапав руку до крови. Вцепившись за замок, он открыл дверь, залез внутрь и, опустив кресло Лины, отстегнул её от ремня и вытащил через заднюю дверь. Взяв её на руки, он отбежал на безопасное расстояние, как вдруг машины взорвались. Нападавший успел сбежать до взрыва.

Утро. В доме Эмиля.

Голова Лины раскалывалась от боли. Открыв глаза, она поняла, что находится в чьём-то доме, но не знала, в чьём именно.

Комната Эмиля была минималистичной, с акцентом на функциональность. Стены были выкрашены в нейтральные серые тона, создавая спокойную атмосферу. На одной из стен висела полка с книгами, где рядом с медицинскими справочниками и научной литературой можно было заметить несколько старинных фолиантов по мифологии и анатомии. На письменном столе, заваленном бумагами и блокнотами, стоял ноутбук с открытыми вкладками, связанными с расследованиями. На стене над столом висела доска с фотографиями жертв, схемами и заметками, связанными с делом. В углу комнаты стояло удобное кресло с мягким пледом, где Эмиль отдыхал после долгих часов работы. На полу лежал мягкий ковёр, добавляя уюта, а на подоконнике стояло несколько неприхотливых растений. В комнате чувствовался лёгкий запах кофе и старой бумаги, создавая атмосферу сосредоточенности и загадочности.

Встав с кровати, Лина, держась за бок, начала осматривать комнату более детально.

*Это явно в стиле Эмиля*, — улыбнулась она, касаясь книг на полке.

Аромат свежего кофе доносился с кухни. Спустившись на запах, она увидела Эмиля за готовкой.

Эмиль стоял на кухне, его торс был обнажён, подчёркивая атлетическое телосложение. Мышцы спины и плеч плавно переходили в рельефный пресс, демонстрируя результат регулярных тренировок. Его движения были уверенными и точными: он нарезал овощи острым ножом, слегка наклоняясь над разделочной доской. Свет от кухонной лампы мягко ложился на его кожу, подчёркивая каждую линию мускулатуры. На его лице была лёгкая сосредоточенность, а в глазах — спокойствие, будто приготовление еды для него было своего рода медитацией. На плите шипела сковорода, и аромат свежего лука и чеснока наполнял воздух. Эмиль время от времени поправлял волосы, слегка откинув голову назад, и его движения казались одновременно простыми и грациозными.

Подойдя к Эмилю, Лина бесшумно встала за его спиной и, встав на цыпочки, закрепила его волосы резинкой.

Эмиль от неожиданности отшатнулся, случайно упав на Лину. Упав на пол, он заворожённо смотрел в её глаза, затем его взгляд опустился на её пухлые малиновые губы. Его барьеры начали ослабевать, сердце забилось сильнее.

Сердце Лины забилось в унисон с Эмилем, её взгляд был прикован к его глазам цвета океана.

Сам не ожидая этого, Эмиль начал приближаться к её губам. Между ними оставалось всего несколько сантиметров, как вдруг раздался звонок.

Переключившись, Эмиль вскочил на ноги и, держа Лину за руку, резко поднял её. Его резкость заставила её прижаться к нему. Стараясь не поддаваться чувствам, он отвел взгляд и отошёл в сторону. Взяв трубку, он громко произнёс:

— Что?

В трубке раздался голос Антона.

— Привет, тут такое дело. Привезли труп, по твоей части. Те же нити. Ты должен приехать.

— Понял, скоро буду.

Отключив телефон, он молча выключил газ на плите и накрыл на стол.

— Поешь. С этого дня будешь жить у меня под моим наблюдением, раз не можешь пролежать в больнице до полного восстановления. Без меня ни шагу. Меня вызвали на работу, я поехал.

Сняв резинку с волос, он положил её в руку Лины, надел чёрную кофту, лежавшую на стуле, и умчался прочь из дома.

Сев на стул, Лина схватилась за волосы, закрыв глаза.

*Я должна сдерживать свои эмоции. Эмиль явно возненавидел меня. Что мне теперь делать?*

Продолжу редактирование текста, исправляя ошибки и улучшая стилистику:

---

Спустя несколько часов в морге.

— Что тут у нас? — спросил Эмиль, подходя к столу.

— Труп привезли сегодня. Отсутствуют органы, и, что самое главное, на теле обнаружены нити.

Эмиль стоял перед металлическим столом, на котором лежал новый труп. Яркий свет лампы подчёркивал каждый шрам, каждый неестественный изгиб кожи. Тело было обезображено, но не так, как у предыдущих жертв. На этот раз швы были ещё более аккуратными, словно убийца совершенствовал своё мастерство. Эмиль надел перчатки и начал осмотр.

Он начал с головы, внимательно изучая швы на лице. Они были выполнены с хирургической точностью, нити плотно стягивали кожу, создавая мрачный узор. Затем он перешёл к груди, где обнаружил Y- образный разрез, начинающийся от ключиц и заканчивающийся у лобка. Внутренние органы отсутствовали, но швы были идеальными, будто тело было разобрано и собрано заново.

Эмиль провёл пальцем вдоль одного из швов, ощущая плотность нити. Она была синтетической, рассасывающейся, как и в предыдущих случаях. Но что-то было не так. Он наклонился ближе, рассматривая шов под увеличительным стеклом. Нити светились под ультрафиолетовой лампой, как паутина, сплетённая из света. Это было не просто хирургическое вмешательство — это был знак.

— Паутина… — прошептал Эмиль, его голос был едва слышен в тишине морга.

Он продолжил осмотр, отмечая каждую деталь. На запястьях жертвы были следы от скотча, как и у предыдущих жертв. Но на этот раз он заметил нечто новое — на внутренней стороне предплечья был выжжен символ: восьмилучевая звезда, окружённая тонкими линиями, напоминающими паутину. Эмиль почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он знал, что этот символ не случаен.

Внезапно в воздухе запахло миндалём. Эмиль замер, его рука непроизвольно сжала скальпель. Он знал этот запах — он всегда предшествовал появлению тени. Он медленно повернулся и в углу морга увидел её. Тень была нечёткой, будто состояла из дыма, но её очертания были человеческими. Глаза, если их можно было назвать глазами, горели холодным светом.

— Ты сбился с пути, Эмиль, — прошептала тень, её голос был как скрип ветра по стеклу. — Ты позволил себе отвлечься. Эта девушка… её чистая душа могла бы стать прекрасным элементом паутины. Она идеально подошла бы.

Эмиль сжал кулаки, его голос был твёрдым, но в нём чувствовалась ярость:

— Ты не тронешь её. Она вне этой игры.

Тень засмеялась, её голос был как скрип ветра по стеклу:

— Она уже в игре, Эмиль. Ты сам её втянул.

Эмиль шагнул вперёд, его глаза горели:

— Если ты посмеешь подойти к ней, я уничтожу тебя. Ты думаешь, что контролируешь всё, но ты ошибаешься. Я найду тебя, и я остановлю тебя.

Тень медленно растворилась, её голос звучал как последний шёпот перед тишиной:

— Мы все — узлы в одной сети, Эмиль. И ты тоже.

Когда тень исчезла, Эмиль остался один в морге, его дыхание было тяжёлым, а сердце бешено колотилось. Он знал, что тень не шутит. Лина была в опасности, и он должен был защитить её. Но он также понимал, что тень была права — он сбился с пути. Его чувства к Лине ослабили его, сделали уязвимым.

Он подошёл к столу, где лежал труп, и снова взглянул на символ паутины. Это было послание, вызов. Убийца знал, что Эмиль близок к разгадке, и теперь он играл с ним, используя Лину как приманку.

Эмиль снял перчатки и выбросил их в мусорное ведро. Он должен был действовать быстро. Тень не остановится, и если он не найдёт способ остановить её, Лина станет следующей жертвой.

Рука Антона коснулась плеча Эмиля.

— Ты в норме? С кем ты разговаривал? Здесь же никого нет.

— Забудь. Лучше передай дело в полицию.

— В чём дело? Это на тебя не похоже.

— Я просто слишком много себе позволил. Мне нужно быть осторожнее.

Один из работников морга подбежал к судмедэкспертам, его взгляд был полон ужаса.

— Ребят, вы должны это увидеть, — с дрожью в голосе сказал он.

---

Утро. Холодный свет едва пробивался сквозь туман, когда Эмиль и Антон вышли на порог морга. То, что они увидели, заставило их остановиться как вкопанных. На ступенях лежали трупы — люди и животные, перемешанные в жутком хаосе. Органы были извлечены и переплетены: человеческие сердца рядом с печенью собак, лёгкие кошек вплетены в грудные клетки людей. Кровь, уже загустевшая, стекала по ступеням, образуя тёмные лужи. Запах смерти и разложения витал в воздухе, смешиваясь с утренней сыростью.

Антон, бледный как мел, отвернулся, прикрыв рот рукой.

— Меня сейчас вырвет. Что за чёрт… Кто мог сделать такое? — его голос дрожал, глаза были полны ужаса.

Эмиль, напротив, стоял неподвижно. Его лицо было каменным, но в глазах горел холодный огонь. Он шагнул ближе, внимательно осматривая швы. Они были аккуратными, почти хирургическими, нити светились под утренним светом, образуя знакомый узор — восьмилучевую звезду.

— Это он, — тихо произнёс Эмиль.

*Он оставил это здесь как послание. Он хочет напугать меня. Я позволил себе лишнего, чем разозлил тень. Я не должен привязываться к Лине, иначе дело кончится ужасным образом.*

Антон, всё ещё не в силах смотреть на жуткую картину, пробормотал:

— Но зачем? Зачем это… это безумие?

Эмиль не ответил. Его мысли были заняты другим. Он знал, что убийца не просто убивал — он создавал что-то новое, что-то, что выходило за рамки человеческого понимания. И теперь, глядя на эти трупы, он понимал, что тень, с которой он столкнулся в морге, была ближе, чем они думали.

— Это предупреждение, — сказал Эмиль, его голос был тихим, но полным решимости. — Он не остановится. И если мы не найдём его, он продолжит.

Антон кивнул, хотя его глаза всё ещё выражали сомнение. Они начали работать, фотографируя сцену, собирая образцы. Но в воздухе, несмотря на утреннюю свежесть, всё ещё витал слабый запах миндаля. Эмиль знал — это был знак. Тень наблюдала. И она ждала.

*Я понял, что ты хотел мне сказать.*

Спустя четыре часа, разложив трупы по холодильным камерам и вернув органы на место, Эмиль присел за стол в столовой.

— Ты сегодня ел что-нибудь? — спросил Антон.

— Нет ещё.

— Меня до сих пор воротит. Хочешь, возьми мою еду, — протянул он свой контейнер Эмилю.

— Здесь есть кто-то? — раздался голос Лины поблизости.

— Девушка? Да ещё и живая? — удивился Антон. — Кто это может быть?

— Это ко мне. Сиди, я скоро приду.

Эмиль вышел навстречу Лине. Его взгляд снова был холодным и отстранённым.

— Зачем пришла?

— Ты утром не позавтракал, вот я и приготовила тебе еду. Решила принести по пути…

Эмиль оборвал её на полуслове.

— По-твоему, я безрукий? Безногий? Не могу сам о себе позаботиться? Я 25 лет забочусь о себе, ни разу не прибегал к помощи. Зачем ты здесь? Может, проведешь обследование вместо меня? Не трать моё время, езжай домой. Если узнаю, что ты куда-то без моего ведома пошла, то покажу свою «истинную натуру».

На глазах Лины выступили слёзы, губы сжались в обиженную улыбку.

— Ты прав. Кто я такая, чтобы так себя вести? Я тебе никто, и ты мне никто. Если не выносишь меня, зачем тогда говоришь остаться у тебя дома?

— Я действую как врач. Как свидетель того происшествия, я не могу это игнорировать. Как врач я несу ответственность за твою жизнь. У меня сегодня и так много работы. Езжай домой и забери еду.

Оставив пакет с едой на столе, Лина села в машину и умчалась прочь из морга.

Обида сжигала её изнутри, слёзы лились ручьём, а руки дрожали.

*Раз ты не видишь во мне друга или равного себе человека, зачем тогда дал надежду? Зачем вселил в меня любовь? Какая я глупая, не стоило поддаваться чувствам.*

Лина, едва сдерживая слёзы, резко нажала на газ. Машина рванула вперёд. На перекрёстке она пронеслась на красный свет, едва не задев другую машину. На узкой улице из-за припаркованного автомобиля вышел пешеход. Лина резко дёрнула руль в сторону, задела зеркало соседней машины и врезалась в дерево.

Удар. Лобовое стекло треснуло, подушки безопасности сработали. Лина оглохла на мгновение, потом услышала звон в ушах. Она сидела, тяжело дыша, пытаясь осознать произошедшее. Перед глазами — пешеход, его испуганное лицо, и… Эмиль. Его холодный взгляд, его слова. *«Зачем ты дал мне надежду?»* — пронеслось в голове.

Она вышла из машины, ноги подкашивались. Пешеход подошёл:

— Вы в порядке?

Лина кивнула, не в силах говорить. Вся жизнь пролетела у неё перед глазами, дыхание спёрло, и разум затуманился.

Сев на обочину, она закрыла лицо руками. *«Что я наделала?»* — думала она, чувствуя вину и пустоту.

Она достала телефон, чтобы вызвать эвакуатор, но пальцы дрожали.

Обида, злость, разочарование сплелись воедино. Раньше Лина не была столь обиженной и озлобленной на других, ей всегда было всё равно, что о ней думают. Но сейчас, когда речь зашла об Эмиле, её сердце начало разрываться на части.

---

Тем временем у Эмиля.

Взяв пакет с едой со стола, он отнёс его в столовую.

— Кто приходил? Кто еду привёз? — поинтересовался Антон.

— Не важно.

Вытащив еду из пакета, он открыл контейнер. В одной из ёмкостей лежало пюре с грибной подливкой, в другой — салат оливье. Еда была горячей, картошка с грибами выглядела аппетитно.

— Вот это запах, — невольно улыбнулся Антон.

— Ничего особенного, обычная еда.

— Что с тобой творится? Слышал, ты ругался с девушкой. Впервые я слышал от тебя столько гадких слов в адрес девушки. Ладно мужчины, коллеги, но с девушками ты себя так никогда не вёл.

— Ты пришёл сюда поесть или нотации мне читать?

— Ты явно спятил. Либо влюбился, либо с катушек съехал.

— Не хочешь есть — работай. Не надо тратить время на пустые разговоры.

— Ну ты и псих, — буркнул Антон, выходя из столовой.

*Я должен был так с ней поступить. Чем дальше она будет от меня, тем лучше для неё. Она должна возненавидеть меня, иначе я её и вправду втяну в своё дело, и тогда тень доберётся до неё.*

Раздумчиво Эмиль молча принялся есть еду Лины, временами наслаждаясь её вкусом.

День был долгим, осмотр трупов оказался одним из самых жутких и отвратительных моментов в жизни Эмиля.

*Впервые вижу таких поехавших. Он обезумел.*

Эмиль уже стоял у порога дома.

*Я должен снова стать собой. Не стоило мне так себя вести.*

Распахнув дверь, он зашёл в дом, с усталым взглядом глядя себе под ноги.

В доме пахло едой. На кухне, среди накрытого стола, лежала голова Лины. Она спала крепко, её тонкие пальцы выбивались из-под головы, на них виднелись глубокие царапины.

Бесшумно пройдя в дом, он закрыл парадную дверь и, подойдя к аптечке, достал оттуда мазь и пластыри.

Сев перед Линой, он обработал её руки мазью, заклеив царапины пластырями, после чего нежно погладил её по голове и глубоко вздохнул.

*Так будет лучше для нас обеих.*

Когда Лина начала пробуждаться ото сна, Эмиль вскочил со стула и пошёл мимо неё.

— Ты уже пришёл? Поешь.

— Иди спать. Не трать время на бесполезные вещи.

Лина со злости ударила по столу, вскочив с места, схватила Эмиля за воротник.

— Если ты настолько терпеть меня не можешь, лучше бы оставил подыхать. И не говори о врачебном или человеческом долге, ведь это чистой воды лицемерие. Не хочешь, чтобы я ждала тебя или готовила тебе, скажи это прямо, но не обесценивай мой труд. Говори и делай, что хочешь, а я поступлю так, как считаю нужным. Раз не будешь есть, поставь еду в холодильник.

Выпустив его воротник из рук, Лина кинулась наверх.

Эмиль, подойдя к столу, собрал еду в тарелки, переложил в контейнер и поставил в холодильник. После, вымыв посуду, направился в сторону своей комнаты.

Кровать его была заправлена свежей простынёй с лёгким ароматом лилий. Прохладная и свежая комната дали Эмилю на минуту расслабиться.

— Я взяла у тебя постельное и подушку, — раздался голос Лины у дверей.

— Ясно.

— Если будешь меня искать, я буду в комнате для гостей.

— Кто ты такая, чтобы я стал тебя искать? — холодные слова пронзили сердце Лины.

— Вот оно как… Тогда спокойной ночи, «врач», — пронзая взглядом Эмиля, она вышла из комнаты.

Ноги Эмиля подкосились. Упав на пол у кровати, он схватился за голову и глубоко вздохнул.

*Что он о себе думает? Чёртов обманщик.* Лина была в глубоком бешенстве, перекладывая свою одежду в шкаф, что-то бубня себе под нос.

*Вот увидишь, я сделаю так, что ты не сможешь долго меня игнорировать.*

Положив одежду в шкаф, она установила боксёрскую грушу, прикрепив её к потолку.

— Раз мне придётся здесь жить, то всё будет по-моему, хотя бы в этой комнате.

Лина стояла перед боксёрской грушей, её взгляд был холодным, но в каждом ударе чувствовалась злость. Она била резко и сильно, будто выбивая из себя всё накопившееся: гнев, усталость, разочарование. Груша отскакивала, раскачиваясь из стороны в сторону, а Лина, не останавливаясь, наносила удар за ударом. Её дыхание сбивалось, руки начали болеть, но она продолжала, стиснув зубы. Она знала — нужно вернуть форму, и это был её способ справиться с собой. Продолжу редактирование текста, исправляя ошибки и улучшая стилистику:

---

После разговора с Линой Эмиль расположился на полу. Он погрузился в кошмарный сон, который начался с того, что он снова оказался в саду своего детства. Воздух был густым, насыщенным запахом вишнёвых деревьев, но что-то было не так. Солнечные блики, которые обычно мерцали в такт взмахам крыльев бабочек, теперь казались неестественными, словно гирлянды из света, которые вот-вот погаснут. Внезапно тишину разрезал стук каблуков — чёткий, металлический, неумолимый. Эмиль обернулся и увидел её.

Женщина в чёрном платье до щиколоток, с лицом, будто высеченным из мрамора, медленно шла к нему. Её тень легла на него, и в тот миг перед ним пронеслось что-то чуждое, тёмное — словно кадры старой плёнки, застрявшей в проекторе. Но на этот раз она не прошла мимо. Она остановилась перед ним, её глаза, холодные и безжизненные, смотрели прямо в его душу.

— Ты видел то, что неведомо никому, — её голос был как шёпот ветра, но каждое слово отдавалось в его голове, как удар молота. — Но ты не воспользовался этим даром по назначению.

Эмиль попытался отступить, но его ноги словно приросли к земле. Вокруг него начали появляться нити — тонкие, почти невидимые, но невероятно прочные. Они сплетались в сложный узор, образуя паутину, которая медленно опутывала его тело. Он почувствовал, как нити впиваются в кожу, проникают глубже, в самую суть его существа.

— Ты думал, что можешь защитить эту девушку? — женщина подошла ближе, её лицо теперь было всего в нескольких сантиметрах от его. — Ты ошибался. Она уже часть паутины. Её чистая душа, её свет — всё это теперь принадлежит мне.

Эмиль попытался закричать, но вместо звука из его горла вырвалась нить, которая тут же вплелась в общую сеть. Он почувствовал, как его сознание начинает растворяться, будто его самого превращают в нить, в часть этой чудовищной паутины.

— Каждая жертва — это узел, — продолжала женщина, её голос теперь звучал как эхо, заполняющее всё пространство. — И ты, Эмиль, ты — самый важный узел. Ты — проводник. Через тебя вечность станет паутиной. А она… — она сделала паузу, её губы изогнулись в улыбке, которая не сулила ничего хорошего. — Она станет мостом. Её душа откроет врата.

Эмиль почувствовал, как паутина сжимается вокруг него, нити впиваются в кожу, проникают в кровь, в мозг. Он увидел Лину — она стояла в центре паутины, её глаза были полны ужаса, но она не могла пошевелиться. Нити опутывали её, как и его, но её свет, её чистота, казалось, сопротивлялись тьме.

— Нет! — наконец вырвалось у Эмиля, его голос был хриплым, но полным отчаяния. — Ты не сделаешь этого, я тебе не позволю!

Женщина рассмеялась, её смех был как скрежет металла.

— Ты уже позволил, Эмиль. Ты сам, того не осознавая, впутал её в эту игру. И теперь она — часть паутины. Ты можешь только наблюдать, как её свет угасает.

Паутина сжалась ещё сильнее, и Эмиль почувствовал, как его сознание начинает распадаться. Последнее, что он увидел перед тем, как погрузиться в тьму, — это лицо Лины, её глаза, полные страха и боли. И голос женщины, который звучал как последний шёпот перед тишиной:

— Мы все — узлы в одной сети, Эмиль. И ты тоже.

---

Эмиль проснулся в холодном поту, его сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым. Он сидел на кровати, его руки дрожали, а на запястье горела красная полоса — след от нити. Он знал, что это был не просто сон. Это было предупреждение. Тень не шутила. Лина была в опасности, и он должен был действовать. Но как? Как остановить то, что уже запущено? Как спасти её, если он сам стал частью этой паутины?

---

Утро после мучительной ночи. Лина направилась на кухню.

Девушка была одета в белую рубашку, ткань которой едва прикрывала колени. Мокрые волосы после душа нежно прилегали к её белоснежной спине. Её элегантная тонкая фигура изящно смотрелась в прилегающей рубашке. Лицо Лины казалось светлым, будто высеченным из мрамора. Её фигура, как морская волна, принимала форму песочных часов.

Достав еду из холодильника, Лина принялась разогревать её, надеясь покормить упрямого патологоанатома. Когда еда была подогрета, аромат заполнил каждый уголок дома. Накрыв на стол, Лина не заметила, как Эмиль спускался по лестнице. Увидев её в таком виде, он на секунду застыл, любуясь каждым изгибом её тела. Его влекло к ней, желание овладело им, но чувство страха вернуло его в реальность.

— Проснулся? Завтрак готов.

— Я не буду есть.

— Пока ты не поешь, я не выпущу тебя из дома.

— Кто ты такая, чтобы выставлять свои требования? Знай своё место.

— Можешь говорить и делать что угодно. Но я буду поступать по-своему. Поешь и злись себе дальше, без проблем.

Эмиль молча направился к выходу, но Лина перекрыла ему путь.

— Уйди с дороги.

— Нет, — Лина протянула ему тарелку с едой. — Поешь и иди куда хочешь.

Выхватив из её рук тарелку, он с размаху швырнул её в стену. Тарелка разбилась вдребезги, осколки вперемешку с едой разлетелись по полу.

— Что, думала, раз я пожалел тебя и разрешил здесь остаться, то ты имеешь право командовать? Только не говори, что в таком виде ты решила меня соблазнить? Вечно вешаешься на меня, у тебя что, нет чувства гордости?

— Да, я хочу тебя соблазнить. Хочу привлечь твоё внимание, ведь я бессовестная девушка. Говори что хочешь, мне всё равно, — Лина с обидой смотрела на него. — Своим поведением ты хочешь что-то от меня скрыть. Посмотрим, как долго ты будешь сопротивляться.

Эмиль, слегка оттолкнув Лину в сторону, вышел из дома.

Глава 7. Призрак из прошлого

В морге Эмиля поджидал Антон.

— Эмиль, к тебе пришли.

— Кто может ко мне прийти?

— Одна прекрасная женщина спрашивала о тебе. Она ждет тебя в столовой.

Эмиль, потупив взгляд, зашёл в столовую. За столом его ждала женщина из его видения. Её лицо было всё таким же молодым и утончённым, а тело — стройным и изящным. За 20 лет она не изменилась, будто время остановилось для неё в тот момент. Женщина была одета в чёрное облегающее платье, подчёркивающее её фигуру. Волосы, распущенные до бёдер, блестели под светом лампы, а на руке сверкало обручальное кольцо.

— Ну, здравствуй, дорогой Эмиль, — её тонкие губы растянулись в ехидную улыбку.

— Кто ты?

— Разве ты меня не узнал? Я твоя мама, Наталия.

— Прекрасная шутка, только мне почему-то не хочется смеяться, — его лицо оставалось холодным.

— А я и не шучу.

— По моим расчётам, тебе должно быть лет 60, но судя по твоему лицу и телу, выглядишь на 30. Что-то не сходится, верно?

— Ты, наверное, догадываешься, в чём секрет моей вечной молодости.

— О чём ты?

— Слышал что-нибудь о «чёрной вдове»?

— И что?

— Паутина творит чудеса, — лицо женщины стало ледяным.

— Так это ты? Значит, тот сон вчера...

— Да, это моих рук дело. Как, по-твоему, я могла с тобой связаться?

— Чего ты хочешь?

— Ты сам знаешь, чего я хочу. Ты должен присоединиться ко мне и возглавить «Паутину», чтобы открыть врата в новый мир.

— Скажи честно, ты когда-нибудь лежала в психиатрической больнице? Может, у тебя поехала крыша, как и у моего отца?

— Зря ты не веришь в происходящее. Видимо, до тебя дойдёт лишь тогда, когда твоя женщина попадёт в беду.

— Она не моя женщина.

— Отрицание факта не меняет смысла. Передумаешь — позвони мне, сынок.

Женщина положила в карман его рубашки визитку.

— Ну, как вы тут? — послышался голос Антона.

— Замечательно, — словно флиртуя, мило улыбнулась Наталия.

— В случае чего, можете связаться со мной. Я работаю в сфере недвижимости, меня зовут Наталия, — протянула Антону визитку.

Но Эмиль, перехватив визитку, сжал её в кулаке.

— Тебе уже пора, ты нас задерживаешь.

— Нет, что ты. Я, к примеру, рад знакомству, — улыбнулся Антон.

— Взаимно... Ну, я пойду, — улыбнулась Наталия и направилась к выходу.

— Я вас провожу.

— Она сама дойдёт.

Наталия вышла из здания морга, направившись в неизвестном направлении.

— Итак, Эмиль, колись, кто она?

— Человек, которому я никогда не доверил бы свою жизнь, — холодно ответил Эмиль.

— А по мне, очень даже хорошая женщина.

— Не всё то золото, что блестит.

— Ты что-то о ней знаешь?

— Она связана с «Паутиной». Держись от неё подальше.

— Так, по-твоему, она связана с теми убийствами? Не верю.

— Когда будешь на месте тех жертв, тогда поверишь мне?

— Да ты спятил.

— Не подпускай её к себе. Неизвестно, что она с тобой сделает.

— Ты явно параноик.

Эмиль отошёл от Антона и принялся осматривать новое тело.

— Изъяты глазные яблоки и мозг, — крикнул Антон.

Эмиль стоял перед телом женщины на столе в морге. Глазные яблоки и мозг отсутствовали, оставив пустоты с ровными, хирургическими разрезами. Он включил ультрафиолетовую лампу и увидел в глазницах тонкие, светящиеся нити, сплетённые в паутину. Нити пульсировали, словно живые. Внезапно из пустот выползли маленькие пауки, их тела светились под лампой. Они двигались синхронно, плетя новую паутину, которая складывалась в восьми лучевую звезду.

Из центра звезды, прямо из черепной коробки, выполз огромный паук. Его глаза горели холодным светом, а лапки касались нитей с хирургической точностью. Эмиль замер, чувствуя, как его сознание начинает растворяться. В воздухе запахло миндалём — знакомый знак присутствия тени.

— Это её работа, — прошептал Эмиль, его голос был хриплым. — Она здесь. Она наблюдает.

— Кто? Кто наблюдает? — побледнел Антон.

Эмиль не ответил. *Она ближе, чем я думал. Надо раздобыть информацию о Наде, прежде чем действовать.*

— Передай дело в полицию. Мне пора, нужно кое-что сделать.

— Ну да, сегодня у тебя выходной. Иди, отдохни немного.

— До скорого.

Эмиль помчался домой, не замечая окружающих. Он оказался дома гораздо раньше, чем обычно. Распахнув входную дверь, он быстро поднялся по лестнице, его шаги были резкими и решительными. Он толкнул дверь в комнату Лины, но она оказалась пуста. Его сердце заколотилось от тревоги. Где она?

Внезапно из-за угла коридора раздался лёгкий шум, и прежде чем он успел среагировать, Лина, не заметив его, вышла из ванной, держа в руках полотенце. Она была одета в тонкую шёлковую рубашку, которая едва прикрывала её бёдра, облегая каждую линию её тела. Её волосы, слегка влажные после душа, рассыпались по плечам, а кожа блестела под мягким светом лампы.

Лина, не ожидая увидеть Эмиля, резко остановилась, но её нога скользнула по мокрому полу. Она потеряла равновесие и с лёгким вскриком упала вперёд. Эмиль, инстинктивно протянув руки, поймал её, но сила толчка заставила их обоих потерять равновесие. Они упали на пол, и в этот момент их губы случайно соприкоснулись.

На мгновение время остановилось. Эмиль, обычно холодный и отстранённый, почувствовал, как его сердце заколотилось с невероятной силой. Его руки, всё ещё обхватывающие её талию, напряглись, но он не отпускал её. Лина, с широко раскрытыми глазами, смотрела на него, её дыхание было прерывистым, а щёки залились румянцем.

— Эмиль... — прошептала она, её голос был едва слышен.

Он не ответил, только смотрел на неё, его взгляд был пронзительным. Но затем что-то изменилось. Его глаза снова стали холодными, и он медленно отпустил её, помогая ей подняться.

— Будь осторожнее, — произнёс он, его голос был спокоен, но в нём чувствовалось напряжение. — Ты могла упасть и удариться.

Лина, всё ещё чувствуя тепло его рук на своей коже, смотрела на него, пытаясь понять, что он чувствует. Но его лицо снова стало непроницаемым.

— Спасибо, что поймал меня, — тихо сказала она. — Я... я не ожидала, что ты будешь дома так рано.

Эмиль кивнул, его взгляд скользнул по её фигуре, но он быстро отвёл глаза.

— Мне нужна информация об этой женщине. Это срочно, — сказал он, вложив ей в руку визитку. — Я пошёл.

Он развернулся и вышел из комнаты, оставив Лину одну. Она стояла, всё ещё чувствуя его прикосновение.

Лина раскрыла ладонь и взглянула на визитку, слегка прищурившись. — Кто она? Это его девушка? — прошептала она себе под нос.

Она набрала номер Шуров — Привет, дружище, Шуров. Мне нужна информация об одной женщине — Наталии Минской. Она работает в сфере недвижимости. — Понял. Информация будет готова через час. — Шуров, ты лучший.

Лина бросила трубку и положила визитку на стол. В ту же секунду ей позвонила Мира — няня детей из приюта, которые жили у Лины. — Хей, мои дорогие, как вы? — сразу ответила Лина. — Тётя Лина, мы соскучились по тебе! Где ты? Почему не приходишь домой? — по очереди кричали дети. — Мои сладкие, вы же знаете свою тётю. У меня важное задание. Я должна поймать плохих дядек и изменить их к лучшему. — Мы соскучились по тебе, вернись домой как можно скорее! — Хорошо. Я люблю вас, мои зайчики.

Мира взяла трубку. — Возвращайтесь поскорее, дети только о вас и говорят. — Хорошо, возможно, я вернусь с прибавлением. — Вы что, беременны? — Нет, я про друга. Надеюсь, в споре он станет моим спутником жизни. — У вас появился молодой человек? — Не совсем, но я хочу, чтобы он им стал. — Хорошо, желаю вам удачи. До свидания.

Мира отключилась. Лина опрокинулась на кровать, вспоминая поцелуй с Эмилем. Касаясь своих губ, она не могла не улыбнуться. Щёки её наполнились румянцем, а глаза сверкали теплом.

Тем временем Эмиль размышлял над связями Наталии и «Паутины». *«Слышал что-нибудь о "чёрной вдове"? Паутина творит чудеса. Может ли это быть связано с её вечной молодостью? Ритуал вечной молодости? Если это так, то это объясняет, почему именно молодые женщины становятся жертвами "Паутины". Но что означают изъятые органы?»*

Эмиль схватился за голову, метался по комнате. Перед ним внезапно оказалась Лина. Он прижал её к стене, их глаза встретились. Одна его рука поддерживала стену, другая обхватывала её талию.

*Почему я никак не могу оторваться от неё?*

Рука Лины легонько легла на его мускулистую грудь, а её сердце громко колотилось в унисон с его. Глаза Эмиля опустились ниже и остановились на её малиновых, слегка пухлых губах. Лина потянулась к нему, пытаясь соприкоснуться с его губами, но в этот момент он слегка оттолкнул её.

— Ты что-то хотела? — спросил он, стараясь сохранить холодный тон. — Наталия Менская, менеджер по продажам недвижимости. Была замужем за некого Николая Лединского. Самое странное — она подменила свой возраст и имя в паспорте. Её настоящее имя — Лидия Каспийская. Ей 60 лет, и она сидела в психиатрической больнице. — Почему? — Она говорила что-то про «чёрную вдову», нити, ритуал вечной молодости и создание нового мира. Меня интересует её возраст. Внешне она выглядит очень молодой, не скажешь, что ей 60. Ещё страннее то, что те, кто упёк её в больницу, были найдены мёртвыми, покрытые пауками. Они были везде: во рту, в лёгких, в носу, даже в зрачках. Дело мутное. — Я так и думал. — Она твоя знакомая? — Моя блудная мамаша, — с гневом ответил Эмиль. — Она твоя мать? Но как? — Можешь разузнать, что связывает жертв недавних происшествий: Миру, Маргариту и Марию Васнецова (дело из 1998 года) с изъятыми органами? — А зачем тебе всё это? Хотя ладно, я тебе доверяю. Видимо, у тебя есть свои причины. Я сделаю это. — Хорошо. А теперь иди спать. Уже поздно, — сухо ответил Эмиль, протягивая ей стакан воды. — А может, эту ночь мы проведём вместе? — Лина оголила шею, опустив голову над сидящим на кровати Эмилем.

Эмиль чуть не поперхнулся, убрав стакан воды на стол. Его глаза округлились. — Что ты сказала?

Лина легонько толкнула Эмиля на кровать и нависла над ним. Шелковистые волосы упали на его лицо, но он не спеша убрал их, будто останавливая время. Их глаза были прикованы друг к другу. Рука Эмиля лежала на талии Лины, снова дрожа.

Губы Лины тянулись к его губам, но в последний момент Эмиль схватил её за локоны, останавливая. — Как долго будешь меня останавливать? Как долго будешь скрывать свои чувства ко мне? — Я ничего не чувствую к тебе, — тихо произнёс Эмиль, отводя глаза. — Посмотри на меня. Если это правда, скажи мне в лицо.

Эмиль молчал. — Раз так, тогда не останавливай меня. — Что на тебя нашло? — Эмиль оттолкнул Лину. — Ты назвал меня соблазнительницей. Я лишь хотела показать тебе разницу между мной и соблазнительницей. — Ты понимаешь, что таким образом унижаешь себя? — И пусть. Я всеми способами хотела показать, что полюбила тебя. Я люблю тебя.

Эмиль вскочил и, не сдержавшись, влепил Лине звонкую пощёчину. Горькая обида и сжимающая боль обволокли её тело. Слёзы, которые она долго сдерживала, покатились по её лицу. — Иди к себе в комнату.

Лина молча выскочила из комнаты, оставив Эмиля одного. Его раздумья прервал звук колёс. Взглянув в окно, он увидел, как Лина умчалась на машине с огромной скоростью.

Эмиль выскочил на улицу, сел на мотоцикл и помчался вслед за ней.

*Как она может так поступить? Почему она вселяет в меня надежду? Почему я позволил себе так смотреть на неё?*

Лина была в истерике. Её руки дрожали, а сердце рвалось на части. Проезжая с огромной скоростью по мосту, она увидела на лобовом стекле отражение женщины с пустынными, стеклянными глазами. Та запустила в неё паука и растворилась в воздухе.

От испуга Лина резко дёрнула руль. Машина вылетела с моста и погрузилась в воду.

Глава 8. Тайна двойного следа.

Лина, едва сдерживая слёзы, мчалась по мосту на огромной скорости. Её руки дрожали, сердце бешено колотилось, а в голове крутились обрывки мыслей, которые она не могла собрать воедино. Она не заметила, как на лобовом стекле появилось отражение женщины с пустыми, стеклянными глазами. Женщина, словно призрак, протянула руку и бросила в Лину паука, который растворился в воздухе. От неожиданности Лина резко дёрнула руль, машина потеряла управление и, пролетев через ограждение моста, с грохотом погрузилась в тёмную воду.

Вода хлынула внутрь автомобиля, быстро заполняя салон. Лина, оглушённая ударом, с трудом пришла в себя. Её тело било дрожью, но инстинкт самосохранения заставил её действовать. Она отстегнула ремень безопасности и попыталась открыть дверь, но давление воды было слишком сильным. Стекло бокового окна треснуло, и Лина, собрав последние силы, выбила его ногой. Холодная вода обожгла её кожу, но она выбралась из машины, пытаясь плыть к поверхности.

Но что-то схватило её за ногу. Лина оглянулась и увидела, как из глубины тянутся тонкие, почти невидимые нити, обвивая её лодыжку. Она попыталась освободиться, но нити впивались в кожу, тянули её вниз. Паника охватила её, дыхание сбилось, а в глазах потемнело. Она боролась, но силы покидали её.

В этот момент Эмиль, подъехав на мотоцикле, увидел, как машина Лины пролетела через мост. Его сердце сжалось от ужаса. Он бросил мотоцикл и, не раздумывая, прыгнул в воду. Холод обжёг его кожу, но он не обращал на это внимания. Он плыл к тому месту, где исчезла Лина, его глаза искали её в тёмной воде.

Он увидел её. Лина боролась с невидимыми нитями, её тело медленно погружалось в глубину. Эмиль нырнул глубже, схватил её за руку и попытался освободить её ногу. Нити, словно живые, сопротивлялись, но Эмиль, собрав всю свою силу, разорвал их. Он обхватил Лину за талию и начал подниматься к поверхности.

Вода вокруг них закипела, как будто что-то огромное и невидимое пыталось удержать их. Но Эмиль не сдавался. Он плыл изо всех сил, чувствуя, как лёгкие горят от нехватки воздуха. Наконец, они вынырнули на поверхность. Эмиль, тяжело дыша, поддерживал Лину, которая была без сознания. Он быстро доплыл до берега и вытащил её на сушу.

Лина лежала на холодной земле, её тело дрожало, а губы посинели от холода. Эмиль опустился рядом с ней, его руки дрожали, но он старался сохранять спокойствие. Он положил её голову на свои колени, осторожно поглаживая её по щеке.

— Лина, просыпайся, — его голос был тихим, но полным тревоги. — Ты должна проснуться.

Она закашлялась, вода выплеснулась из её лёгких. Лина открыла глаза, её взгляд был мутным, но она узнала его.

— Эмиль... — её голос был слабым, почти шёпотом. — Ты... ты спас меня.

Он не ответил, только крепче обнял её, чувствуя, как её тело дрожит. Его сердце, которое обычно было холодным и отстранённым, теперь билось с невероятной силой. Он не мог объяснить, что чувствовал в тот момент, но знал одно — он не мог потерять её.

— Ты в безопасности, — прошептал он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась стальная решимость. — Я не позволю никому тебя забрать.

Лина слабо улыбнулась, её рука дрожала, когда она коснулась его лица.

— Ты всё-таки заботишься обо мне, — её голос был едва слышен, но в нём чувствовалась надежда.

Эмиль не ответил, только крепче прижал её к себе. Он знал, что его барьеры рушатся, но в этот момент это не имело значения. Лина была жива, и это было всё, что его волновало.

Вода вокруг них успокоилась, но в глубине, где-то далеко, что-то шевелилось. Тень наблюдала, и её глаза горели холодным светом.

Эмиль привёз домой Лину без чувств, внеся её на руках, уложил на кровать.

— Я не позволю Лидии навредить тебе, — прошептал он, его губы прикоснулись к холодному лбу Лины. Он сожалел о своём поступке, но знал, что другого выбора у него нет.

На следующий день Лина пошла на поправку. Лёгкими грациозными движениями, держась за перила, спускалась вниз и на полпути остановилась. Её глаза пристально наблюдали за Эмилем, словно хищник любовался своей жертвой. Ухмылка на лице Лины делала её ещё более загадочной.

Эмиль в тот момент, в белой облегающей футболке, с каплями пота на лбу, готовил завтрак. Его ловкие руки с точностью нарезали овощи для салата, грибной суп стоял на плите.

Лина бесшумно подкралась к Эмилю и крепко обняла его сзади.

— Ты уже проснулась? — голос Эмиля был нежным, но в нём чувствовалась лёгкая настороженность.

— Благодаря тебе, я всё ещё здесь, — ответила Лина, её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась странная холодность.

Эмиль аккуратно убрал её руки со своего тела и, немного холодно произнёс:

— Помой руки и садись за стол.

— Есть, сэр, — Лина подошла к раковине и ополоснула руки в горячей воде.

Эмиль накрыл на стол, и его взгляд упал на Лину.

*Почему мне начинает казаться, что Лина стала чужой? Как будто её кто-то подменил.*

Лина плавно двинулась к нему, её красивые глаза пленили его, нежные руки легли на его плечи.

— Я хотела попросить прощения у тебя за своё вчерашнее поведение. Я повела себя неправильно, но была сильно подавлена твоим холодным отношением, — её глаза потускнели и опустились вниз. — Я сожалею.

Эмиль взял её лицо в свои слегка холодные руки и, глядя в глаза, произнёс:

— Прости меня. Впредь я никогда не причиню тебе боль.

Лина обняла его крепче, не отводя взгляда.

Эмиль глубоко внутри чувствовал странное ощущение, словно кто-то чужой обнимает его, но осознание того, что Лина находится в его объятиях, делало его уязвимым.

— Тебе сегодня закрывают больничный. Поешь и приготовься, через полчаса выезжаем.

— Хорошо, — Лина отстранилась и села за стол.

Лина сидела за столом, её движения были плавными и грациозными, но что-то в её глазах казалось пустым. Она ела медленно, её взгляд не отрывался от Эмиля, словно хищница, наблюдающая за своей добычей. Её глаза, обычно тёплые и искренние, теперь горели холодным, почти хищным светом. Она улыбалась, но в её улыбке было что-то загадочное, что-то, что заставляло Эмиля чувствовать себя немного неуютно.

— Ты сегодня особенно красив, — её голос был мягким, но в нём чувствовалась лёгкая игривость. — Может, после работы устроим ужин? Только мы двое.

Эмиль, обычно холодный и отстранённый, на этот раз позволил себе улыбнуться. Он чувствовал, как её слова задевают его, но старался сохранять спокойствие.

— Ты сегодня в настроении, — ответил он, его голос был тёплым, но с лёгкой ноткой сомнения. — Но сначала работа. Ты же помнишь, что тебе нужно закрыть больничный?

Лина слегка наклонилась вперёд, её губы изогнулись в кокетливой улыбке.

— Работа может подождать, — прошептала она, её голос был соблазнительным, почти манящим. — Может, ты сегодня позволишь себе немного расслабиться?

Эмиль почувствовал, как его сердце забилось чуть быстрее. Он знал, что Лина всегда была смелой, но сегодня она казалась особенно настойчивой. Он слегка наклонился к ней, его глаза встретились с её взглядом.

— Ты знаешь, как меня соблазнить, — сказал он, его голос был тихим, но в нём чувствовалась лёгкая дрожь. — Но сначала работа. Обещаю, после этого мы сможем обсудить твои... предложения.

Лина рассмеялась, её смех был звонким и немного игривым.

— Ну что ж, я подожду, — сказала она, её глаза сверкали. — Но не заставляй меня ждать слишком долго.

После завтрака Лина поднялась в свою комнату, чтобы одеться. Когда она спустилась, Эмиль не смог сдержать лёгкого вздоха. Она была одета в короткое чёрное платье, которое подчёркивало каждую линию её тела. Небольшой разрез на груди добавлял образу соблазнительности, а её ноги, обутые в высокие каблуки, казались бесконечно длинными. Её волосы были уложены в лёгкую небрежную причёску, а макияж подчёркивал её естественную красоту.

— Ты уверена, что это подходящий наряд для больницы? — спросил Эмиль, его голос был слегка шутливым, но в нём чувствовалось восхищение.

Лина улыбнулась, её глаза сверкнули.

— А что, тебе не нравится? — она сделала небольшой поворот, демонстрируя свой наряд. — Я думала, ты оценишь.

Эмиль слегка улыбнулся, но быстро взял себя в руки.

— Ты выглядишь потрясающе, но давай не будем отвлекаться. Пора ехать.

В больнице Лина быстро закрыла больничный, её поведение было лёгким и непринуждённым, но в её глазах всё ещё горел тот странный, холодный свет. Когда они вышли из больницы, на улице их встретила группа хулиганов. Они стояли у входа, явно ожидая кого-то.

— Эй, красотка, куда так спешишь? — один из них крикнул, его голос был грубым и наглым. — Давай познакомимся, а?

Лина остановилась, её глаза сузились. Она повернулась к ним, её улыбка стала холодной и опасной.

— Вы точно хотите это узнать? — её голос был тихим, но в нём чувствовалась угроза.

Эмиль хотел вмешаться, но Лина уже действовала. Она подошла к ближайшему хулигану, её движения были быстрыми и точными. Она схватила его за руку, резко вывернула её за спину и прижала его к стене. Хулиган закричал от боли, но Лина не отпускала. Остальные попытались напасть, но она, словно хищница, легко уклонялась от их ударов. Один из них попытался схватить её за плечо, но она резко ударила его локтем в живот, заставив согнуться пополам. Другой бросился на неё сзади, но Лина, словно предчувствуя это, резко развернулась и нанесла удар ногой в колено, заставив его упасть на землю.

Через несколько минут все хулиганы лежали на земле, а Лина стояла над ними, её дыхание было ровным, а глаза горели холодным светом. Она поправила платье, словно ничего не произошло.

— «Вот так,» — сказала она, её голос был спокоен, но в нём чувствовалось удовлетворение. — «Теперь вы знаете, куда я спешу.»

Эмиль подошёл к ней, его глаза были полны восхищения.

— «Ты... ты не перестаёшь меня удивлять,» — сказал он, его голос был тихим, но в нём чувствовалась гордость.

Лина улыбнулась, её глаза снова стали тёплыми.

— «Я же говорила, что могу постоять за себя,» — она взяла его за руку. — «А теперь давай вызовем такси и отвезём этих "героев" в участок.»

Они остановили такси, и Лина, с лёгкостью справившись с хулиганами, усадила их в машину. Всю дорогу она сидела рядом с Эмилем, её рука лежала на его колене, а глаза снова сверкали тем странным, холодным светом. Эмиль чувствовал, как его сердце бьётся быстрее, но в глубине души он знал, что что-то изменилось. Лина была всё той же, но в её глазах теперь горел огонь, который он не мог понять.

Оказавшись в полицейском участке, Лина бросила хулиганов в обезьянник.

— «Что происходит?» — вмешался Иван.

— «Мальчуганы слишком много на себя взяли, пускай посидят здесь.»

— «Ты не при исполнении, зачем лезешь не в своё дело?»

— «Ты прав, я не должна была вмешиваться. Могу я поздороваться с тобой по-дружески?» — Лина, подойдя к Ивану, шепнула ему на ухо: — «Даже собака знает, перед кем следует лаять, а перед кем лучше хвост поджать.» Ухмылка Лины казалась устрашающей.

— «Ты слишком много на себя берёшь,» — Иван схватил Лину за шею.

— «Руки убрал,» — Эмиль, впившись в руку Ивана, резко откинул его в сторону, притянув Лину к себе и держа её за талию.

— «Кто ты такой, чтобы вмешиваться?»

— «Я её парень,» — отрезал Эмиль.

Лина с удивлённым, но довольным взглядом любовалась Эмилем. Гордость переполняла её.

— «Поехавшая и всезнайка.»

— «Такое поведение к женщине — низкий поступок.»

— «Я вышла с больничного, так что считай, что я при исполнении. Что-то не понравилось, напиши на меня рапорт.»

Иван гневно вздохнул и оставил Эмиля с Линой наедине.

— «Так можно считать, что это наш первый день?»

— «Да,» — Эмиль нежно улыбнулся, но плавно убрав руку от Лины, отстранился. — «Мне пора, у меня работа.»

Эмиль отправился на работу, а Лина, переодевшись в женской раздевалке в полицейскую форму, вышла к хулиганам.

Наряд Лины был небрежным: рубашка была расстёгнута так, что декольте было видно невооружённым взглядом. Распустив волосы, она хищным и соблазняющим взглядом посмотрела на хулиганов.

Довольные возгласы доносились из обезьянника.

— «Вот это я понимаю, полиция.»

— «Может, мы сможем как-то договориться?»

— «Только скажи, мы всё сделаем.»

Лина незаметно передала копию ключа от обезьянника хулиганам.

— «Сделайте так, как я скажу.»

Тем временем у Эмиля.

— «Шуров раздобыл для меня информацию о трёх жертвах.»

— «И что там?» — поинтересовался Антон.

— «Все три женщины молодого возраста, от 20 до 35 лет, проживали на ближайших улицах. Они были донорами с хорошими, здоровыми органами. После смерти их органы могли быть переданы в медцентр для помощи нуждающимся в операции.»

— «То есть кто-то заранее выбрал цель, поэтому органы были изъяты?»

— «Видимо, так и есть. Она как-то взаимодействует с врачами или у неё есть иные источники.»

— «Знать бы, кто всё делает.»

— «Если я скажу, что это Надежда замешана в этом, ты всё равно не поверишь.»

— «Какие у тебя доказательства?»

— «Она и есть доказательство.» Эмиль протянул информацию о Наталии Антону. — «Взгляни.»

Антон прочёл информацию и пошатнулся.

— «Не может быть. Это нереально. Как она может быть твоей мамой?»

— «Эти изъятые органы — часть какого-то ритуала. Наталия сказала, что паутина дарует молодость. Возможно, эти ритуалы предназначены для вечной молодости. Была бы у меня хоть какая-то информация о ритуале…»

— «Я вспомнил кое-что. У моей тёти есть книга с ритуалами и заклинаниями, возможно, там можно раздобыть информацию.»

— «Можешь завтра принести эту книгу?»

— «Конечно.»

*Может, благодаря книге, я смогу остановить Лидию и помочь Лине.*

Эмиль провёл этот день в раздумьях. Вечером он направился в сторону полицейского участка, чтобы встретить Лину.

В полицейском участке, увидев Лину, Эмиль был сильно удивлён её наряду, словно не хотел, чтобы кто-то смотрел на неё в таком виде.

Эмиль заметил, что взгляды мужчин были прикованы к ней.

— «Любимая?» — Эмиль, подойдя к Лине поближе, прижал её к себе.

— «Даже так?» — игриво произнесла Лина.

— «Любимая, твоя красота ведь предназначена для меня, зачем тогда делишься этим с окружающими?» — Эмиль застегнул пуговицы на полицейской рубашке. — «Так ты ещё больше мне нравишься.»

— «Да ты ж собственник, мне это нравится.»

— «Может, будете это делать за пределами здания полиции?» — недовольно выразился Иван.

— «Я, пожалуй, пойду переоденусь.» — Лина плавными движениями направилась в раздевалку.

*Репутация Лины не должна быть запятнана.*

При выходе Лины из раздевалки они направились домой под слегка тусклым светом фонарей и прохладным ветерком, не ожидая приветствия дождя.

Уже у входа в дом полился сильный дождь, принося лёгкое благоухание.

Дождь хлынул внезапно, обрушившись на них с такой силой, что за считанные секунды они промокли до нитки. Ткань одежды Лины плотно прилипла к её телу, подчёркивая каждый изгиб. Её чёрное короткое платье с разрезом на груди стало почти прозрачным, обнажая очертания её стройной фигуры. Волосы, обычно уложенные, теперь растрепались и прилипли к её лицу, добавляя образу дикой, необузданной красоты. Эмиль, несмотря на свою сдержанность, не мог отвести взгляда. Его рубашка тоже промокла, облегая мускулистый торс, а капли дождя стекали по его лицу, делая его черты ещё более выразительными.

Лина, смеясь, сняла туфли и, взяв Эмиля за руку, вывела его под дождь. Её движения были плавными и грациозными, словно она танцевала под ритм падающих капель. Она кружилась вокруг него, её руки скользили по его плечам, а взгляд был полон игривого вызова. Эмиль, обычно холодный и отстранённый, не мог сопротивляться её энергии. Его руки легли на её талию, и они начали двигаться вместе, их тела сливались в едином ритме. Лина притянула его ближе, её губы были так близко к его, что он чувствовал её дыхание. Но в последний момент Эмиль остановился, взяв себя в руки. Он мягко отстранился, улыбнувшись, и, взяв её за руку, повёл в дом.

Внутри Лина не остановилась. Она продолжала танцевать, её движения стали ещё более соблазнительными. Она кружилась вокруг него, то хватая его за шею, то кладя его руку себе на бёдра. Её глаза горели, а улыбка была одновременно невинной и провокационной. Эмиль, хоть и улыбался, старался сохранять дистанцию. Он аккуратно убрал её руку, но в его глазах читалось восхищение и лёгкая борьба с самим собой.

— «Ты сегодня особенно прекрасна,» — сказал он, его голос был мягким, но с лёгкой ноткой сожаления.

Лина, не отвечая, продолжила танцевать, её движения становились всё более плавными и гипнотическими. Она подошла к столу, где стоял стакан воды, и, не прерывая танца, взяла его. Эмиль, воспользовавшись моментом, незаметно добавил в воду снотворное. Лина, ничего не подозревая, выпила воду залпом, продолжая двигаться. Её танцы стали медленнее, её глаза начали закрываться, но она всё ещё пыталась удержать его внимание.

— «Эмиль...» — её голос был тихим, почти шёпотом. — «Ты... ты не хочешь...»

Но её слова оборвались, когда она, потеряв равновесие, упала на кровать. Её тело расслабилось, а глаза закрылись. Эмиль подошёл к ней, его лицо было серьёзным, но в глазах читалась смесь облегчения и сожаления. Он накрыл её одеялом, осторожно поправив волосы на её лице.

— «Спи, Лина,» — прошептал он.

Он знал, что поступил правильно, но в глубине души чувствовал, как что-то внутри него сопротивляется. Лина была для него чем-то большим, чем он готов был признать, но сейчас он не мог позволить себе поддаться чувствам.

*Сейчас не время поддаваться эмоциям. Я должен сделать то, что обезопасит Лину от Лидии.*

Эмиль лёг рядом с Линой, держа небольшую дистанцию.

Тем временем в заброшенном здании, охваченном паутиной, стены омрачали место. Тусклое освещение, развалившиеся стены заключали в своих объятиях девушку.

Она очнулась в холодном поту, еле дыша, произнося имя Эмиля.

— «Ну здравствуй, дорогая. Рада наконец-то увидеться с тобой на таком близком расстоянии. Ты уж прости, чаю не предложу, возможно, ты посчитаешь меня негостеприимной.»

— «Кто ты?»

— «Я мать твоего ненаглядного. Он, наверное, рассказал тебе обо мне, Лина? Знаю, что рассказал.»

— «Что с Эмилем? Где он?»

— «Он у себя дома, развлекается с девушкой.»

— «Неправда, ты лжёшь. Он обязательно найдёт меня.»

— «Не будет он искать тебя. Ты уже находишься рядом с ним, живая и здоровая.»

— «О чём ты?»

— «Я послала твоего двойника к нему. У них такая сильная любовь, не то что с тобой.»

— «Я не поддамся на провокации. Я знаю Эмиля. Он явно уже догадался, что это не я.»

— «Не помнишь, как поддалась моему влиянию перед падением в воду? Ты так смело повела себя благодаря мне.»

— «Что тебе нужно?»

— «Я хочу создать новый мир, где будет вечная молодость и красота. Мир наконец-то снимет маску благородства, и тень проявится в новом мире.»

— «Теперь понятно, почему вас упекли в психиатрическую больницу.»

От слов Лины Лидия распустила свой хвост, направив его на Лину.

Хвост ожил и был похож на лапы паука, стремительно направившись в сторону девушки, как острыми шипами расцарапал правую сторону щеки Лины.

— «Ты ещё пригодишься в моём деле, а пока отдыхай.»

Лидия, призвав к себе хвост, растворилась в воздухе.

Глава 9.Путь к разгадке.

— «Ну здравствуй, сын. Зачем пожаловал?»

— «Я хотел сообщить, что твой план с двойником развалился. Я не вступлю в паутину.»

— «Если ты не последуешь предназначенному пути, то Лина займёт часть паутины. Её прекрасная душа украсит своим появлением.»

— «Я забыл кое-что тебе сказать… Дело в том, что я вернул твою замену на предназначенное ей место.»

— «О чём ты?»

— «Настоящая Лина у меня.» — ухмылка появилась на лице Эмиля.

### До встречи Эмиля и Лидии.

Тёплые лучи солнца проникали сквозь шторы, озаряя своим присутствием дом Эмиля.

Лина, открыв глаза, увидела в своих объятиях спящего Эмиля. Его красивое лицо блистало под лучами солнца.

*Теперь я понимаю, почему Лина влюбилась в него. Внешность красивая, стройный, мускулистый. Но негоже принадлежать лишь одному мужчине. Скучная же ты, Лина, подалась таким мелочным эмоциям. Жалко, что ты не видишь, как твоя возлюбленная нежится с другой.* Ухмылка Лины не сходила с лица. Она была уверена, что её план удался, хотя ничего не помнила.

— «Доброе утро.» — сквозь сон пробормотал Эмиль.

— «Доброе утро, дорогой.» — Лина протянула губы для поцелуя, но Эмиль плавно отстранился.

— «Любимая, перед поцелуем надо почистить зубы. Ты ведь знаешь, что я к этому отношусь скептически.» (Эмиль впервые за долгое время соврал, чтобы не подорвать доверие Лины.)

— «Хорошо, дорогой. Но после того, как почистим зубы, ты обязан подарить мне свой поцелуй.»

— «Разве ночью тебе хватило поцелуев? Ты была такой собственницей, мне очень понравилось.» (Это была очередная ложь Эмиля. Прошлой ночью Лина уснула от снотворного, а Эмиль ворочался всю ночь в надежде поскорее уснуть.) Видимо, изменившееся поведение Лины насторожило Эмиля, или он просто хотел обезопасить её от дурмана.

— «Любимый, приготовишь мне завтрак?»

— «Может, ты мне приготовишь?»

— «Я не умею готовить…» — случайно выпалила Лина.

*Но как это возможно? Она же тогда приготовила мне очень вкусный обед. Здесь явно что-то не так.*

— «Но я бы хотел попробовать еду, приготовленную любимой женщиной. Пожалуйста.» — мило произнёс Эмиль.

Лине пришлось подчиниться словам Эмиля. Спустившись вниз, она принялась за готовку.

Спустя несколько минут, выйдя из своей спальни, Эмиль почувствовал запах гари. Он запаниковал и быстрыми шагами бросился на кухню ,после чего обнаружил такую картину: светлый пол и кухонный гарнитур были заляпаны сырыми яйцами, скорлупа лежала на полу и в сковороде с горелыми яйцами внутри, овощи на доске были порезаны довольно крупно, помидор был размазан по столу.

*Лина всегда была аккуратна. Кухня при ней была чистой, и еда вкусная. А сейчас страшно смотреть.*

Эмиль поспешно открыл окно и, отодвинув Лину, тепло произнёс:

— «Любимая, давай теперь я нам приготовлю, а ты пока прими душ.»

— «А может, мы сделаем это вместе?..»

— «Как-нибудь потом. Сейчас я хочу есть.»

— «Как скажешь…» — слегка недовольная, запачканная Лина плавно поднялась по лестнице, направившись в душевую комнату.

*Лидия, в этот раз ты совершила большую ошибку. Копии не превзойти оригинал.*

Эмиль принялся убирать бардак на кухне, подвернув рукава рубашки.

Когда Лина вышла из душевой в комнате в кружевном вечернем платье, первым делом направилась прямиком на кухню. Эмиль выглядел прекрасно: его красивое лицо и бесподобное телосложение мило смотрелись во время готовки. Тёмные волосы были немного взъерошены после сна, лицо светилось под солнечными лучами.

*А в этом что-то есть.* Лина будто бы наслаждалась видом. Скользнув вниз по лестнице, она прильнула к плечу Эмиля.

— «Скоро будет готово.» — мило, но довольно отстранено произнёс Эмиль.

— «Что-то случилось?»

— «Нет, дорогая. Я просто сильно голоден.»

— «Так подкрепись мной.» — взяв его за плечи, она повернула его лицо к себе.

— «Сейчас я предпочёл бы обычный завтрак, а десерт оставил бы на вечер.»

— «Ммм. Лжец.» — игриво произнесла Лина.

— «Ты ведь знаешь, я не умею лгать.»

— «Давай тогда поедим и поедем куда-нибудь?»

— «Сегодня я не могу. Много работы, да и тебе тоже надо на работу.»

— «Работа подождёт.»

— «Не сегодня, дорогая. У нас пока нет сменщиков, нам с коллегой приходится работать за всех. Не обижайся.»

— «Ну, это нечестно.»

— «Не дуйся, милая. Вечером я уделю тебе столько времени, сколько сама захочешь.»

— «Ты такой милый.»

*Какой-то он слишком приторный. Думала, он с огоньком будет. Лидия подсунула мне какую-то гиперсладость, да к тому же слишком правильного.* Лина немного сморщилась.

Эмиль, увидев Лину, ехидно улыбнулся, но старался не показать ей свою реакцию на происходящее.

*Такой личности не понравится миловидная натура. Ради такого милого отношения с моей стороны Лина всё бы отдала.*

— «Помой, пожалуйста, посуду, а то я уже спешу.» — оторопел Эмиль, встав со стола.

— «А поцеловать?»

— «Вечером я тебя расцелую, а сейчас я спешу. До вечера, любимая.»

Эмиль, накинув пальто, выскочил из дома. Душа Эмиля разрывалась на части: с одной стороны, перед ним стояла женщина с идентичной внешностью, которой он хотел бы открыть свои чувства, с другой — осознание того, что это подделка, созданная его матерью.

*Как же тяжело притворяться. Мне нужно держать её на расстоянии, пока не пойму, в чём дело.*

### В морге.

В морге Эмиля ждал Антон.

— «Я раздобыл кое-как у своей тёти эту книгу.» — протянул книгу с ритуалами Эмилю.

— «Ты меня выручил.»

Взяв в руки книгу, Эмиль начал пролистывать, ища нужное.

— «Вот оно.»

### В наше время.

— «Я сразу понял, что изменчивое поведение Лины — твоих рук дело. Было очевидно, что ты захочешь воспользоваться моей слабостью, поэтому подменила Лину её копией. Но совершила ошибку.»

— «Как ты понял, что она подмена? Они идентичны, но я улучшила версию настоящей. Ты должен был поддаться искушению.»

— «Я скажу так, чтобы ты поняла. Оболочка никогда не сравнится с оригиналом. Лина — индивидуальна, и больше таких, как она, не будет.»

— «Как ты нашёл настоящую Лину?»

— «Скажи спасибо своей марионетке. Она была слишком неосмотрительна.» — холодный взгляд Эмиля пронзал Лидию.

### До разговора с Лидией.

В ночь перед тем, как Эмиль усыпил Лину, он направился в сторону полицейского участка и наблюдал за происходящим.

Те самые хулиганы, выбравшись из обезьянника, оглушили полицейских, находившихся в здании. Они угнали полицейскую машину и поехали вслед за Иваном, который шёл домой пешком.

Набрав скорость, хулиганы двинулись к нему. Услышав рёв машины, Иван обернулся и увидел, как полицейская машина двигается к нему на большой скорости. Когда машина была уже близко, впереди оказался Эмиль. Подбежав к Ивану, он повалил его на обочину дороги.

— «Цел?»

— «Да.»

— «Поехали за ними, быстро!» — вскрикнул Эмиль, подняв Ивана.

Хулиган, заметив промах, начал стрелять в Ивана, но благодаря таксисту, который перегородил машиной тела Эмиля и Ивана, им благополучно удалось сесть в салон автомобиля.

— «Поехали за ними.» — указал на машину Иван.

Такси тронулось с места и поехало за хулиганами, пытаясь их обогнать.

— «Вот же, если красотка узнает, что полицейский всё ещё жив, шкуру с нас снимет.»

— «Она нас не найдёт. Чёрт с ним, пусть живёт. Гони.»

Парни нервно оглядывались на машину таксиста, заставляя водителя совершать манёвры на открытой дороге.

### В наше время.

— «И что этим хочешь сказать?»

— «А то, что твоя подмена вела себя неосмотрительно. Интриганка из неё никакая.»

— «Поясни.»

— «Подделка послала людей убрать Ивана, чтобы он не успел сознаться в том, что действовал в вашу пользу. Он убрал следы убийства сотрудников магазина.»

— «Я тут при чём?»

— «Это ведь ты убила заключённого и всех, кто знал о существовании ритуала с паутиной. Они знали, кто причастен к недавним жестоким убийствам. Когда Лина была уже на шаг к разгадке, ты убрала всех и пыталась убрать Лину. Но она является мостом к новому миру, поэтому ты подкинула двойника, чтобы никто не заподозрил её исчезновения, а двойник тем временем смогла бы следить за мной и манипулировать моими решениями.»

— «И когда ты всё понял?»

— «Ещё до аварии Лины. Человек, который раскрыл мне твои данные, была не Лина, а посланная тобой марионетка.»

— «По-твоему, мой человек слил мои данные какому-то левому человеку? Ты себя слышишь?» — усмехнулась Лидия.

— «Это было частью твоего плана. Я почувствовал холодную, мёртвую энергетику от твоей марионетки. Сначала меня это разозлило, но я отлично понимал, что если не подыграю вам, то вред причинят настоящей Лине. А на настоящую я никогда и руку бы не поднял.»

— «Вот как?»

— «Благо, подделка совершила ошибку ,а я всего лишь воспользовался случаем. Если бы не она, то пришлось бы дольше искать Лину.»

Глава 10. Туз, король, дама.

После поимки хулиганов.

Ночная тишина и пустынность городских улиц дали возможность обговорить с Иваном происходящее.

— «Как ты узнал, что на меня будет совершено покушение?» — удивился Иван.

— «Если честно, то это очень запутанная история.»

— «Начни по порядку, мне всё равно сейчас некуда спешить.»

— «Ты что-нибудь слышал о недавних жестоких убийствах, о жертвах без внутренних органов?»

— «Да, Гуров передал мне дело, но из-за отсутствия улик и свидетелей дело закрыли. А что?»

— «Дело в том, что я знаю, кто убийца, и ты, наверное, тоже.» Эмиль положил руку на плечо Ивана. — «Можешь мне довериться.»

Перед глазами Эмиля пронеслись моменты, словно из киноплёнки. Маленький мальчик стоит перед телом молодой женщины, его руки были окровавлены.

— «Нет, мама…» — горький плач разносился по комнате.

И тут из темноты выходит она… мать Эмиля.

— «Вы убили мою маму!» — кричал мальчик, вцепившись в тёмный подол платья Лидии, окрасив его в кровавый след.

— «Твоя гордыня убила её. Ты сам пожелал, чтобы она исчезла.» — отрезала Лидия, схватив мальчика за руку, опустила перед ним и гордо ухмыльнулась. — «За всё необходимо платить.»

С этими словами Эмиль вернулся в настоящее время, но на его глазах образовались белоснежные капли.

*Насколько сильно опустилась моя мать ради своей выгоды.*

— «О чём ты? Я не знаю, кто убийца.»

— «Лидия послала хулиганов убрать тебя. Ведь ты явно что-то знаешь. Просто так она не тратила бы свои силы против бесполезного человека. Без обид.»

— «Говоришь, Лидия послала? Не Лина?»

— «О чём ты?» — вопросительно взглянул Эмиль.

— «Лина — та, кто убил тех людей. Она заодно с Лидией.»

— «Лина? Ты уверен?»

— «Да, она стреляла в заключённого, в его невесту, убила продавцов магазина и человека со шрамом. Я видел её лицо. Она поручила мне убрать следы преступления в магазине обуви.»

— «Теперь понятно, почему ты враждебно относишься к ней. Но ты введён в заблуждение. Настоящая Лина никогда бы так не поступила.»

— «Ты её плохо знаешь.» На лице Ивана разыгралась злость.

— «Убийца — не Лина, а её подделка, двойник. Её послала Лидия. Та, с которой ты разговаривал, — это двойник Лины, созданная Лидией.»

— «Ты уверен в этом?»

— «Да…»

— «Но зачем?»

— «Точно не знаю, но знаю, что это как-то связано с ритуалом Чёрной Вдовы.»

— «Погоди, ты смог расшифровать иероглифы в книге об этом ритуале?» — отскочил Иван.

— «Пока ещё нет, но завтра Антон принесёт книгу с ритуалами.»

— «Я слышал подсказку от Лины: "Лучи света раскроют тайны паутины". Возможно, это пригодится тебе.»

— «Возможно.»

— «В любом случае я у тебя в долгу. Если произойдёт так, что тебе понадобится помощь, обращайся ко мне.» Иван похлопал Эмиля по плечу и ушёл в сторону дома.

Слова Ивана доносились до Эмиля, в то время как холодный ветер обдувал его лицо.

*Значит, Лину создали ещё до похищения. Но почему?*

### На следующий день после разговора с Иваном.

— «Вот оно!» — воскликнул Эмиль, найдя нужную страницу.

— «Что там написано?»

— «Тут какие-то символы. Один знакомый сказал мне, что лучи света помогут расшифровать их.»

— «Но что это могло значить?» — Антон ходил по столовой кругами, находясь в раздумьях.

Эмиль, держась за голову, пытался понять предпосылки Лидии, как вдруг его взгляд упал на зеркало, на которое падали лучи света, образуя блики.

— «У тебя есть зеркала?»

— «Должно быть. А зачем тебе?»

— «Неси скорее.»

Антон кинулся к нижнему шкафчику, где стояла коробка. Оттуда он достал пять настольных зеркал и поставил их на стол.

— «Я купил это своей сестре на день рождения. Зачем они тебе?»

— «Их надо поставить так, чтобы лучи солнечного света падали на книгу.»

Антон и Эмиль, наставив зеркала на столе, поймали солнечные лучи на символы в книге. Символы замерцали и постепенно проявили текст на понятном языке.

**Ритуал Чёрной Вдовы** — это древний и запретный обряд, который требует огромной жертвы и тёмной энергии. Его цель — создание мистической "паутины", которая связывает мир живых и мир теней, открывая портал для демонов и даруя исполнителю вечную молодость и невероятную силу. Однако цена за это — души и жизни невинных людей.

#### **Этапы ритуала:**

1. **Подготовка:**

- Для ритуала необходимо создать восьми лучевую звезду, выложенную из камней, пропитанных кровью жертв. Каждый луч звезды символизирует одну из жертв.

- В центре звезды устанавливается алтарь, на котором лежит книга с заклинаниями и ритуальный кинжал, украшенный символами тьмы.

2. **Жертвы:**

- Для активации паутины нужны органы семи молодых и красивых женщин в возрасте от 20 до 35 лет. Их души должны быть чистыми, но не связанными с магией. Эти жертвы символизируют "нити" паутины.

- Восьмая жертва — человек со светлой душой, связанный с белой магией. Эта жертва станет "мостом" между мирами, позволяя энергии паутины соединить реальность и мир теней.

3. **Заклинания:**

- **Первое заклинание:** *"Per tenebras ad lucem, per mortem ad vitam"* (Через тьму к свету, через смерть к жизни). Это заклинание активирует звезду и начинает процесс создания паутины.

- **Второе заклинание:** *"Sanguis innocentium, vincula tenebrarum"* (Кровь невинных, оковы тьмы). Оно связывает души жертв с паутиной, создавая энергетическую сеть.

- **Третье заклинание:** *"Porta inferorum, aperi te"* (Врата ада, откройся). Это заклинание открывает портал, через который начинают проникать демоны и тени.

4. **Завершение ритуала:**

- После произнесения заклинаний исполнитель ритуала должен пролить свою кровь на алтарь, чтобы связать себя с паутиной. Это дарует ей вечную молодость и контроль над демонами, которые выйдут из портала.

#### **Как паутина действует в реальной жизни:**

- Паутина начинает распространяться, окутывая город. Люди, попавшие в её сети, начинают испытывать страх, паранойю и агрессию. Их души постепенно ослабевают, становясь пищей для демонов.

- Демоны и тени, вышедшие из портала, начинают охотиться на живых, усиливая хаос и разрушение. Они подчиняются воле Чёрной Вдовы, которая становится практически неуязвимой.

#### **Как противостоять ритуалу:**

- **Светлая душа:** Ключ к разрушению паутины — светлая душа, связанная с белой магией. Эта душа может стать "противоядием" для тёмной энергии. Если светлая душа добровольно пожертвует собой, она сможет разрушить паутину и закрыть портал.

- **Заклинание противодействия:** *"Lux aeterna, tenebras disperge"* (Вечный свет, рассеивающий тьму). Это заклинание должно быть произнесено в центре звезды, чтобы разрушить её.

- **Восьмилучевая звезда:** Чтобы разрушить звезду, нужно уничтожить каждый её луч, освободив души жертв. Это можно сделать с помощью ритуального огня или священной воды.

#### **Что поможет победить Чёрную Вдову:**

- Союз с белой магией.

- **Артефакты:** Для борьбы с Чёрной Вдовой понадобятся древние артефакты, такие как зеркало, отражающее тёмную энергию, или меч, зачарованный светом. Для победы потребуется жертва — кто-то должен будет отдать свою жизнь, чтобы разрушить паутину и остановить Чёрную Вдову.

— «Белая магия? Но как Лина может быть связана с белой магией?»

— «О ком ты?»

— «Спасибо, друг. Ты меня сильно выручил.» Эмиль обнял Антона, но перед собой он увидел, как окровавленное тело Антона лежит в тёмном переулке, а на руке изрезана надпись: «За всё нужно платить.» Книги в его руке не оказалось.

Пошатнувшись от своего видения, Эмиль, придя в себя, схватил Антона за плечи.

— «Сегодня вечером ты должен пойти со мной. Эта книга может стоить тебе жизни.»

— «Кто может навредить мне?»

— «Долго объяснять, но ты должен мне доверять.»

Эмиль весь день просидел в раздумьях, думая, что делать с книгой, чтобы она не попала в плохие руки. Прикоснувшись к обложке книги, он почувствовал, как какая-то энергия переполняет его. Вдруг книга уменьшилась в его руке до размера большого пальца.

— «Ничего себе.» — холодно ответил Эмиль.

Он, взяв в руку книгу, прислонил её к груди. Книга волшебным образом вошла в его тело и запечатлелась в его сердце. Антон, увидев это, отскочил от Эмиля.

— «Что ты такое, чёрт тебя дери?» — произнёс он испуганным голосом.

— «Видимо, это мой дар, который скрыла от меня мать.» — ответил Эмиль, в его голосе звучала нотка уверенности.

— «И что ты будешь делать?»

— «Для начала я спасу тебя от своей матери, а потом начну искать Лину.»

— «Случайно это не та девушка, которая принесла тебе еду?»

— «Да, её похитили. Я должен её найти, а эта книга — путь к её нахождению.»

Эмиль и Антон, выйдя из морга, отправились в сторону леса.

— «Зачем ты меня туда ведёшь?»

— «Там находится мой старый дом. Никто не догадается о твоём местоположении.»

Заведя Антона в лес, Эмиль увидел старый заросший дом, который всё ещё крепко стоял на земле. Дверь была изношена, но трава не касалась её, словно какая-то сила не дала природе коснуться заросшей травой двери дома.

— «Заходи.» — открыв дом, Эмиль завёл Антона внутрь.

— «Я предугадал, что произойдёт определённый момент в жизни, когда мне срочно понадобится старый дом. Недавно я пришёл сюда, собрал дрова и провёл электричество. Можешь пока пожить здесь, для своей безопасности. И пока никуда не выходи.»

— «А что будет с моими родителями, с сестрой?»

— «Она их не тронет. Ведь только ты знаешь о происхождении паутины. Всё будет хорошо.»

— «Я доверяю тебе, знаю, что ты мне не соврёшь.»

Эмиль, выйдя из дома, оставил Антона одного. Он почувствовал чей-то посторонний взгляд впереди, но не придал этому значения.

*Видимо, моё самовнушение так на меня действует.*

Эмиль долго добирался до дома, попав под дождь. Девушка грациозно направилась к Эмилю, обойдя его сзади, плавно сняла с него пальто и опрокинула его на пол. От неё пахло лилиями, этот аромат сводил с ума разум Эмиля. Лина, одетая в короткое облегающее платье в кружевах, выглядела особенно притягательной. — «Ты сегодня опоздал,» — шепнула она на ухо. Подойдя к его лицу, она взяла его за руку и повела наверх. Глаза парня устремились в её кофейные глаза, поддавшись её тонкому и изящному аромату. Лина, заведя его в комнату, включила спокойную музыку. — «Сегодня ты должен подарить мне танец.»

Лина, продолжая свой чувственный танец, подошла к Эмилю. Её движения были плавными и грациозными, словно она была частью музыки. Её руки скользили по её телу, подчёркивая изгибы, а затем она подошла к Эмилю, её пальцы легли на его плечи. Она медленно обошла его, её дыхание касалось его шеи, а губы почти касались его кожи. Эмиль, обычно холодный и отстранённый, почувствовал, как его тело реагирует на её близость. Его руки инстинктивно легли на её талию, но он старался сохранять контроль.

Лина, чувствуя его напряжение, улыбнулась и начала двигаться ещё ближе. Её руки скользнули вниз по его груди, медленно расстёгивая пуговицы его рубашки. Каждое её движение было намеренным, словно она хотела заставить его потерять контроль. Когда рубашка была расстёгнута, она откинула её назад, обнажив его мускулистый торс. Её пальцы слегка коснулись его кожи, вызывая мурашки по всему телу.

Эмиль попытался отстраниться, но Лина была настойчива. Она прижалась к нему, её тело полностью соприкасалось с его, а губы были так близко, что он чувствовал её дыхание. Она медленно подняла руки, обвивая его шею, и потянула его к себе. Их губы почти соприкоснулись, но в последний момент Эмиль остановился.

Он знал, что это не Лина. Это была подделка, созданная его матерью, чтобы манипулировать им. Но в этот момент, глядя в её глаза, он чувствовал, как его сердце бьётся с невероятной силой. Он хотел поверить, что это она, что она настоящая, но разум подсказывал ему, что это не так.

Эмиль мягко отстранился, его руки всё ещё лежали на её талии, но теперь он смотрел на неё с лёгкой грустью. — «Ты сегодня особенно прекрасна,» — прошептал он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась лёгкая нотка сожаления. — «Но я думаю, нам стоит немного отдохнуть.»

Лина, не отвечая, продолжила танцевать, её движения становились всё более плавными и гипнотическими. Она подошла к столу, где стоял стакан вина, и, не прерывая танца, взяла его. Эмиль, воспользовавшись моментом, незаметно добавил в вино снотворное. Лина, ничего не подозревая, выпила вино залпом, продолжая двигаться. Её танцы стали медленнее, глаза начали закрываться, но она всё ещё пыталась удержать его внимание.

В результате Лина, потеряв равновесие, упала на кровать. Её тело расслабилось, а глаза закрылись. Эмиль подошёл к ней, его лицо было серьёзным, но в глазах читалась смесь облегчения и сожаления. *Если так будет продолжаться, я не смогу контролировать ситуацию. С каждым днём всё труднее держать свои чувства под контролем.*

Сердце Эмиля буквально разрывалось, видя Лину на кровати. Он понимал, что это всего лишь жалкая копия любимой женщины. Он сильно истосковался по настоящей возлюбленной, и каждое его притворство перед клоном Лины давалось ему очень тяжело.

Под утро сон Эмиля превратился в кошмар: *Тёмное небо сгущалось в тёмное месиво, пробуждая в мир ледяной холод. Дом из детства Эмиля проливал кровавые слёзы, отпирая входную дверь, словно крича о чём-то ужасном. Высокие ноги Эмиля касались окровавленного пола, заходя вглубь дома. Путь казался бесконечным, словно он ходил по кругу. Одна из дверей сама отворилась перед ним, и в тёмной комнате среди сотни паутин обвивало тело Антона. Его лицо было обезображено, а на стене было написано: «От судьбы не скрыться, как бы тщательно и надёжно ни прятался. За всё приходится платить.»*

С этого момента из каждой щели доносился смех Лидии, образуя под ногами Эмиля болото, которое тянуло его вниз. В попытке выбраться он почувствовал тёплое прикосновение знакомой руки. — «Держись за меня,» — тихо прошептала Лина. — «Не сдавайся. Моя вера такая же сильная, как и твоя душа.»

После её слов болото превратилось в дорожку, усыпанную цветами. Страшная комната обрела уют, тело Антона исчезло, но его душа стояла перед Эмилем. — «Закончи начатое, друг мой.»

*Холодный пот пронзил тело Эмиля, как острые шипы, пробуждая его от глубокого сна.* — «Нет!» — вскрикнул он, вскочив с кровати. В панике он начал набирать номер Антона. *Ответь, дружище. Ну же…*

Отчаяние Эмиля говорило само за себя. Он был напуган. — «Алло,» — голос Ивана донёсся с той стороны линии. — «Иван? Где Антон?» — «Ночью на него было совершено покушение. Я спрятал его в надёжном месте.» — «Как ты узнал, где он и что на него было покушение?» — «Лина предупредила меня во сне, чтобы я помог парню. Сказала, что он твой близкий друг. Я решил проверить. Не волнуйся, Антон жив и здоров. Я поменял ему номер телефона, скоро ты сможешь с ним связаться.» — «Не надо. Чем дальше он будет от меня, тем безопаснее.» — «Я тебя понял.» — «Вечером я свяжусь с тобой. Мне понадобится твоя помощь.» — «До связи,» — кратко ответил Иван, давая понять, что согласен на дальнейшую помощь.

*Даже будучи в опасности, ты выручаешь меня, Лина. Ты неподражаема.*

### Прошлой ночью у Лины.

Холодные стены, украшенные паутиной, крепко охватывали истощённое тело Лины. Из неё исходил яркий свет, который заполонил мрачное место. Теперь каждая деталь была чётко видна невооружённым глазом. Лидия, сидящая в кресле-каталке, охватила сон Эмиля, собираясь затянуть сына в своё болото. Некий свет влился в сон Эмиля, вытеснив Лидию. Она могла лишь наблюдать, как Лина превратила её виражи в светлый мир, где Эмиль был в полной безопасности, и силы Лидии уже не имели значения.

Выйдя из транса, Лидия кинулась к Лине, вонзая множество игл, исходящих из её хвоста, в тело девушки. Сгустки крови от ран зажили от тёплого света, который излучала Лина. Лидия была напугана — впервые кто-то силой начал превосходить её. — «Раз мои силы на тебя не действуют, надо сделать кое-что другое.»

От этих мыслей взгляд Лидии упал на ведро, наполненное водой, стоящее в углу. Взяв его, она окатила Лину, выводя её из глубокого транса. От избытка воды Лина глубоко вздохнула, белый свет растворился в темноте. Лидия молча выпустила сотни пауков из своей ладони на Лину. Крики девушки раздались по комнате.

### Утром в доме Эмиля.

Холодная, белоснежная рука Лины потянула Эмиля на кровать. Её хрупкое тело нависло над его мускулистым торсом. Её аромат, изгибы прекрасного тела и нежные глаза завораживали Эмиля, выводя его из привычного состояния. Её рука нежно скользнула по его телу, расстёгивая пуговицы на белой рубашке, оголяя его торс. Губы прильнули к его мускулистой шее, одаривая поцелуями.

Эмиль, поддавшись чарам Лины, перетянул её на кровать, заняв её место. Нависнув над ней, он страстно вцепился в её шею, заставляя стонать от удовольствия. Легким движением она притянула его к себе, хватая за волосы. — «Ты прекрасна,» — прошептал Эмиль, свободной рукой поглаживая её белоснежную ножку. — «Продолжай,» — искушающий прошептала Лина, дыша ему на ухо.

В груди Эмиля появился светлый луч, изгоняющий из него тёмные сгустки тьмы. Сознание парня проснулось, оставляя внутри сожаление о совершённом поступке. Отпрянув от Лины, он направился в душевую. — «Куда ты?» — ошеломлённая Лина вскочила с кровати, поправляя платье.

Не ответив ни слова, Эмиль, закрывшись внутри, включил холодный душ и, став под струёй, пытался смыть прикосновения Лины. *Как я мог поддаться иллюзии? Я чуть не совершил непоправимое.*

Эмиль, упав на колени, выпустил слёзы, накопившиеся за долгое время. *Я должен действовать как можно раньше, пока Лидия не затянула меня в своё болото.*

Спустя полчаса Эмиль, выйдя из ванны, быстро переоделся и покинул дом, оставив Лину одну. Быстрыми шагами он направился к дому Ивана. Не постучав, он вошёл внутрь. — «Эмиль? Что ты здесь делаешь?» — «Мы должны действовать. Сейчас.»

Глава 11. Возвращение в родные края.

— «В чём дело?» — обеспокоенный Иван наблюдал за Эмилем.

— «Мы слишком медлим, время поджимает. Нужно вернуть настоящую Лину.»

— «Но как?»

— «Нужно запугать Лину, чтобы она сама привела нас к Лидии.»

— «Но как это сделать?»

— «Позвони ей, а дальше дело будет за мной.»

Иван набрал Лине с номера Антона.

— «Алло, кто говорит?» — раздался голос Лины.

— «Это Иван. Я тут узнал от твоих людей, что ты послала их убрать меня.»

— «Недостоверную информацию донесли до тебя. Я сама работаю в полиции, какой смысл мне тебя убивать?»

— «Ты не Лина.»

— «Ты что, пьян?»

— «Настоящая Лина у меня. Она сбежала. Разве твоя начальница не предупредила?»

— «Ты явно пьян. Я кладу трубку.»

— «Ну здравствуй, Лина номер два,» — в телефоне Антона раздался голос Лины (Эмиль сымитировал её голос).

— «Это какая-то шутка?»

— «Передай Наталии (Лидии), что подам на неё в суд за похищение. В течение суток я прибуду с ордером на ваш арест.»

Лина поспешно бросила трубку и в тревожном состоянии начала набирать Лидию.

— «Не отвечает, ведьма,» — прорычала Лина.

Её глаза упали на зеркало — тот самый артефакт, через который она обычно связывалась с Лидией. Но на этот раз зеркало молчало, отражая лишь её тревожное выражение лица.

— «Видимо, Лина и правда сбежала. Лидия не отвечает. Придётся проверить самой,» — прошептала она, сжимая кулаки.

Лина выскользнула из дома, её движения были плавными, почти бесшумными, словно тень. Она направилась в один из узких переулков города, где тьма сгущалась, а воздух был пропитан запахом сырости и старого камня.

Иван и Эмиль следовали за ней, ориентируясь по сигналу GPS- датчика, который Эмиль подложил в её сумку. Они держались на расстоянии, стараясь не выдать своего присутствия.

Лина остановилась посреди пустого переулка, её взгляд устремился на кирпичную стену, которая, казалось, была тупиком. Но девушка, не раздумывая, шагнула вперёд — и прошла сквозь стену, словно она была иллюзией.

Иван и Эмиль, подойдя к тому же месту, обменялись недоуменными взглядами.

— «Как она это сделала?» — прошептал Иван, касаясь холодной поверхности кирпичей.

— «Не знаю,» — ответил Эмиль, но в его голосе звучала не только растерянность, но и тревога.

Внезапно рука Эмиля озарилась мягким белым светом. Он почувствовал тепло, исходящее откуда-то изнутри.

— «Лина?» — произнёс он, и в его голосе прозвучала надежда.

Свет усиливался, и Эмиль, почти интуитивно, приложил ладонь к стене. Белая магия, исходящая от него, начала разрушать чары, наложенные Лидией. Кирпичи словно растаяли, открывая проход.

Переступив через стену, они оказались в месте, которое казалось воплощением кошмара. Солнца не было видно, лишь тусклый, мертвенный свет окутывал всё вокруг. Ледяной ветер пронизывал до костей, а вокруг, словно тени, бродили люди с обезображенными лицами. Их глаза были пусты, как чёрные камни, а движения — неестественными, словно марионеток.

Это место напоминало рынок, но вместо обычных товаров здесь продавали нечто ужасающее: человеческие органы, магические артефакты, пауков и змей, которые шипели и извивались в стеклянных клетках.

— «Чуть не потерял рассудок,» — пробормотал Иван, стараясь не смотреть по сторонам.

— «Не отвлекайся,» — резко сказал Эмиль. — «Иначе не выберемся отсюда.»

Они двинулись за Линой, которая, казалось, знала, куда идти. Она привела их к заброшенному дому, полностью опутанному паутиной. В воздухе витал запах тлена и магии.

— «Это логово Лидии,» — тихо произнёс Эмиль, чувствуя, как его сердце учащённо забилось.

Лина открыла дверь и вошла внутрь. В центре коридора, привязанная к стене, стояла... она сама.

*Это ловушка.*

Прежде чем Лина успела что-то понять, Эмиль оглушил её. Иван поймал падающее тело и прислонил к стене.

— «Лина!» — крикнул Эмиль, бросаясь к ней.

Девушка была в ужасном состоянии: её кожа бледная, губы потрескались, глаза полузакрыты от истощения. Но даже в таком состоянии её тело излучало мягкий белый свет, который начал разрушать магические нити, сковывающие её. Когда последняя нить исчезла, Лина рухнула в объятия Эмиля.

— «Как она?» — спросил Иван, глядя на бледное лицо подруги.

— «Плохо, но жива,» — ответил Эмиль, бережно поднимая её на руки. — «Нам нужно уходить. Лидия сама завершит начатое.»

Два часа спустя, в доме Эмиля, Лина начала приходить в себя. Она медленно открыла глаза, и первое, что увидела, было лицо Эмиля, склонившееся над ней.

— «Ты как?» — мягко спросил он, держа её руку в своей.

Лина не сразу поверила, что это реальность. Она медленно подняла руку и коснулась его лица, словно проверяя, не мираж ли перед ней. Слёзы выступили на её глазах.

— «Эмиль, это правда ты?» — её голос дрожал.

— «Да, это я,» — он улыбнулся, но в его глазах читалась тревога. — «Отдыхай. Теперь я тебя никуда не отпущу.»

— «Я люблю тебя,» — прошептала Лина, её голос был едва слышен.

— «И я тебя люблю,» — ответил Эмиль, целуя её ладонь. — «Спи немного, тебе нужно восстановить силы.»

— «Если я усну, ты исчезнешь,» — грустно пробормотала она, её глаза уже закрывались от недосыпа.

— «Я всегда буду рядом,» — Эмиль лёг рядом с ней, обняв за плечи. — «Спи, я никуда не денусь.»

Лина прижалась к нему, чувствуя, как его тепло согревает её. Её сердце, которое ещё недавно билось так слабо, теперь стучало всё сильнее. Она обвила его талию дрожащими руками и погрузилась в глубокий сон.

Эмиль смотрел на неё, нежно гладя по волосам и щеке. В его душе, которая долгое время была скована холодом, теперь разливалось тепло.

*Как же я скучал по тебе...*

Через некоторое время Эмиль тоже уснул, прижавшись к Лине. В этот момент последние барьеры вокруг его сердца рухнули, оставив лишь тепло и свет, которые они нашли друг в друге.

### После нахождения Лины.

— «Ну, ты молодец, признаю. Но Лина всё равно займёт своё предназначенное ей место,» — холодно произнесла Лидия.

— «Сдайся в руки закона, пока не поздно. Иначе ты по уши увязнешь в болоте.»

— «В болоте я увязла двадцать лет назад, когда тебе было всего пять лет.»

Глава 12. Паутина прошлого: Тайна черной вдовы.

Двадцать лет назад…

В глухом городишке, население которого составляло несколько тысяч жителей, проживала Лидия Каспийская.

Лидия росла при церкви и воспитывалась молодой Афродитой, которую приставили к девочке.

Девочка сильно привязалась к Афродите. Каждую ночь она забиралась к ней в комнату, ложилась рядом и просила почитать сказки. Афродита старалась ни в чём не отказывать Лидии, всякий раз принося ей подарки.

Афродита — девушка, оставшаяся без родителей после несчастного случая, жила в приюте. С каждым днём она замечала в себе что-то странное. Она могла лечить людей травами и заговорами, и её порой называли белой ведьмой.

Спустя время Лидия подросла и стала прекрасной девушкой, от которой были без ума парни даже из соседних городов. Её внимание привлёк Николай Лединский (отец Эмиля), парень, славящийся холодным разумом. Он был очень умен и красив. «Гений» — одним словом называли его люди.

Лидия время от времени наблюдала за Николаем, прячась за деревьями.

— «Ты кого-то ищешь?» — послышался голос парня позади девушки.

Обернувшись, Лидия увидела Николая.

— «Да, просто ждала здесь кое-кого,» — оробела Лидия.

— «Я давно наблюдаю за тем, как ты выглядываешь из-за деревьев. Если хотела познакомиться, то могла просто подойти.»

С этого момента Николай начал увлекаться Лидией. Её красота и внутренний мир стали для него предметом вдохновения.

Два года спустя они всё-таки поженились, но детей не заводили ещё лет пятнадцать.

И вот спустя долгие годы на свет появился Эмиль. Глаза, напоминающие морскую бездну, тёмные волосы, изумительная красота. После рождения сына Николай всё так же проводил опыты над людьми, желая найти нить к успешному будущему. Лидия, которая любила своего мужа, потихоньку начала уставать от его проделок.

Вскоре начали пропадать люди, и все следы вели к Николаю. Оказалось, что он подбирал идеальных людей для своих опытов. Он создавал нить для ритуала Чёрной Вдовы, объясняя это тем, что хочет жить вечно.

Книга, которую нашёл Эмиль в будущем, принадлежала покойному отцу Николая.

Узнав обо всём, люди подожгли дом Николая и Лидии. Лидия с ребёнком на руках, прося о прощении за проступки мужа, умоляла пощадить её, мужа и их ребёнка. Разгневанные люди подожгли лицо девушки и прогнали из города.

Николай, оставшись без жилья, предложил Лидии поехать с ним к его лучшему другу, проживающему в соседнем городе. Лидии оставалось лишь подчиниться воле мужа и уехать с ним.

За порогом дома их встретил друг Николая, вежливо проводя гостей внутрь. Уже под вечер, уложив уставшего Эмиля на кровать, Лидия пошла на кухню, чтобы выпить воды. Но разговор её мужа и его друга заставил её остановиться.

— «Ты создал паутину?» — тихо пробормотал друг.

— «Да, но мой дом сожгли вместе с паутиной. Придётся заново искать людей, чьи органы подойдут для ритуала Чёрной Вдовы.»

— «Присмотрись к своей жене. Она прекрасна душой, хоть и лицо изуродовано. Она хорошо подойдёт как первый дар.»

— «Ты прав. Нужно будет ночью заняться этим.»

Пошатнувшись, Лидия кинулась к сыну.

— «Сыночек, прости меня,» — с этими словами она выскочила через открытое окно.

Несколько дней её искал Николай, но не нашёл. Тогда он решил, что создаст из своего сына преемника.

Лидия бродила в поисках работы, нуждаясь в деньгах. Оставшись без жилья и без работы, она просила милостыню на дороге. В один из таких вечеров Лидию затащили в проезжающий автомобиль и увезли в лес.

Незнакомые, грубые, нахальные мужчины изнасиловали девушку, после чего, еле живую, оставили в лесу.

В тот же вечер одна колдунья бродила по лесу, собирая растения для отваров. Увидев истерзанную девушку, она забрала её с собой.

Спустя час Лидия пришла в себя.

— «Где я?» — тихо произнесла она.

— «Ты у меня дома,» — ответила ведьма.

— «Кто вы?»

— «Потомственная чёрная ведьма. Я нашла тебя в лесу. Не знаю, кто это сделал, но я могу тебе помочь. Ты ведь наверняка хочешь отомстить.»

— «Чем вы мне поможете? Навлечёте на них проклятие?»

— «Нет, это ты сама сможешь сделать.»

— «Но как?»

— «Тебе нужно будет продать мне свою душу в обмен на красоту и величие. Ты можешь стать Чёрной Вдовой и отомстить обидчикам. Просто поставь свой окровавленный отпечаток на листе бумаги,» — протянула ведьма нож и лист бумаги Лидии.

Порезав палец, Лидия оставила отпечаток на бумаге.

— «Вижу, у тебя сын есть?»

— «Да. Он в порядке?»

— «Мальчишка твой богом награждён ясновидением. Паутина Чёрной Вдовы сделает его дар сильнее. Красивым вырастет твоё чадо, сильным, но против тебя пойдёт. Выбрав этот путь, вы больше никогда не станете близки.»

— «Пусть. Нас всё равно свяжет нить. Так тому и быть.»

Ведьма очертила линии, словно тонкие паутинки, посыпала тёртый миндаль и поставила вокруг свечи. Тени были направлены в середину круга, впитывая туда энергию тьмы.

Ведьма, капнув свою кровь и кровь Лидии на миндаль, начала произносить заклинание.

С каждым произнесённым словом из середины круга разлетелись тени по углам, а из миндаля образовался чёрный паук с красными пятнами на спине.

Лидия, взяв его в руки, позволила ему укусить её. Яд паука наполнил её силой. Красота Лидии вернулась, тело зажило, а в руках образовался чёрный сгусток, напоминающий смолу.

— «Чтобы сохранить свою молодость и жизнь, ты должна будешь провести обряд Чёрной Вдовы, собрав восемь жертв, соединив их сердца, почки и другие органы для плетения паутины.»

— «Спасибо,» — кротко произнесла Лидия и ушла далеко от дома ведьмы, в то время как тень сопровождала её.

Лидия, чтобы подобраться ближе к моему отцу и отомстить за свою судьбу, сделала пластическую операцию и устроилась медсестрой в больнице. С того момента она начала свою жизнь в роли Чёрной Вдовы.

Глава 13 . Противостояние.

— Понимаю, что жизнь у тебя выдалась ужасной, но твои действия и поступки нельзя оправдать.

— Это твое мнение. Я думаю иначе.

— Ты сказала, что хочешь изменить мир к лучшему. Тогда для начала изменись сама. Нельзя насилием отвечать на насилие, нужно быть выше этого.

— Моя доброта ничему хорошему не привела.

— Не твоя доброта, а твой друг людей утянул тебя в болото. Нельзя из-за этого винить всех подряд. Не все люди плохие. Почему невинные люди должны страдать?

— Почему страдала я?

— Почему ты просто не ушла от мужа? Перед тем, как он решил использовать тебя, ты могла просто уйти от него. Тогда все было бы по-другому. Мы создаем свое будущее и мир. Если относиться к нему враждебно, то мир сгинет, и тогда ничего не останется.

— До ритуала осталось три дня. Останови меня, если сможешь.

Лидия, встав со стула, направилась из кафе. Спустя несколько дней Лина пошла на поправку.

— Эмиль! — крикнула Лина с кухни.

— Да?

— Завтрак стынет, скорей иди сюда.

Эмиль, оказавшись на кухне, наблюдая за Линой, тихо подкрался сзади. Обернувшись, Лина оказалась в его объятиях. Глаза Эмиля завороженно смотрели ей в глаза, его руки обвивали ее стройную талию. Сердце Лины бешено колотилось, губы дрожали, а руки тряслись от волнения.

— Ты чего?

— Ты очень красивая, — Эмиль убрал локон с ее лица, еще ближе прижал ее к себе.

— Завтрак стынет…

Сладко улыбнувшись, Эмиль слегка приподнял Лину и опустил ее на свою обувь. После чего легким движением прильнул к ее губам. Лина, не ожидавшая такого поступка, неуверенно поддалась легкому поцелую, боясь нарушить момент.

Эмиль и Лина оказались в плену мгновения, где время словно остановилось. Их дыхание смешалось, а сердца бились в унисон, будто пытаясь вырваться из груди. Эмиль был одет в облегающую черную рубашку, подчеркивающую его мускулистый торс, а брюки сидели на нем так, что невозможно было не заметить его стройную фигуру. Его взгляд, полный желания, был прикован к Лине, словно он хотел запомнить каждую деталь ее лица.

Лина, в свою очередь, была в легком полупрозрачном платье нежного розового оттенка, которое облегало ее изящные формы, оставляя немного места для фантазии. Ткань мягко скользила по ее коже, подчеркивая каждый изгиб. Ее волосы были слегка растрепаны, а губы, накрашенные блеском, манили своей мягкостью.

Их поцелуй начался нежно, почти робко, но быстро перерос в нечто большее. Эмиль, чувствуя, как Лина отвечает ему, усилил давление, его губы стали более настойчивыми, но все еще полными нежности. Его руки скользнули вниз по ее спине, ощущая тепло ее кожи через тонкую ткань платья. Лина, в свою очередь, запустила пальцы в его волосы, слегка потянув их, что вызвало тихий стон у Эмиля.

Придя в себя, Лина отстранилась от Эмиля, слегка краснея.

— Ты чего? — удивился Эмиль, пытаясь отдышаться.

— Что с тобой? Ты раньше сам меня избегал, а сейчас…

— Тогда были обстоятельства. Сейчас я просто хочу быть с тобой. Я люблю тебя, мое солнышко.

— Повтори.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Лина прижалась к Эмилю еще сильнее, словно боялась, что он исчезнет, если отпустит. Ее слезы катились по щекам, но это были слезы счастья, облегчения и благодарности. Она чувствовала, как его тепло и близость наполняют ее душу спокойствием, которого ей так не хватало все эти годы.

Эмиль, чувствуя ее дрожь, нежно погладил ее по спине.

— Все будет хорошо, Лина. Я всегда буду рядом, обещаю, — прошептал он, его голос был тихим, но полным уверенности.

Лина подняла голову, ее глаза, еще влажные от слез, встретились с его взглядом.

— Ты правда так думаешь? После всего, что произошло… после того, как я чуть не потеряла тебя… — ее голос дрожал, но Эмиль прервал ее, мягко прикоснувшись к ее губам пальцем.

— Не думай об этом. Мы прошли через многое, но теперь мы вместе. И я не позволю ничему нас разлучить.

Лина кивнула, чувствуя, как его слова согревают ее изнутри. Она знала, что путь к счастью будет нелегким, но с Эмилем рядом она была готова на все.

— Эмиль, — тихо произнесла она.

— Да, мое солнышко?

— Спасибо тебе за то, что ты всегда рядом.

Эмиль улыбнулся, его глаза засветились теплом.

— Я должен поблагодарить тебя за то, что ты появилась в моей жизни.

Они стояли так, обнявшись, пока время вокруг них словно замерло. За окном светило солнце, его лучи пробивались сквозь шторы, освещая их лица. В этот момент они чувствовали, что весь мир остался где-то далеко, а здесь, в этой комнате, есть только они двое.

— Эмиль, — снова позвала его Лина, на этот раз с легкой улыбкой на губах.

— Да?

— Завтрак все-таки стынет.

Она засмеялась, и ее смех был таким же легким и искренним, как и ее слезы минуту назад. Эмиль рассмеялся в ответ, его смех был глубоким и теплым.

— Ты права, мы должны его съесть, пока он совсем не остыл.

Они сели за стол, их руки все еще были переплетены, словно они боялись потерять друг друга даже на мгновение. Завтрак, хоть и остывший, казался им самым вкусным в их жизни.

— Лина, — произнес Эмиль, прерывая тишину.

— Да?

— Завтра ночь ритуала Черной Вдовы. Ты должна поехать к матушке Афродите, она присмотрит за тобой.

— Эмиль, я ведь не маленький ребенок, как никак в полиции работаю. Мы пойдем туда вместе и вернемся вместе, — отрезала Лина.

— Ты являешься мостом. Если Лидия с тобой что-то сделает…

— Мы с тобой связаны. Нет времени смотреть назад. Лидия все равно от меня не отстанет. Не лучше ли дать отпор, чем отсиживаться?

— Давай попробуем, но, пожалуйста, держись за мной.

— Хорошо, мой «холодный врачишка».

*Такую Лину я и полюбил.*

Эмиль не мог оторваться от Лины. Каждое ее движение, голос, запах — все это было настоящим, родным. Они весь день провели вместе, обсуждая план действий, связанный с ритуалом. Эмиль умолчал Лине о том, что светлой душе нужно будет принести себя в жертву. Он боялся, что Лина рискнет на необдуманный шаг.

Следующей ночью Эмиль проснулся один. В кровати не было Лины.

— Лина? — позвал он, но ответа не последовало.

Он быстро обошел комнаты, заглянул в ванную, на кухню — Лины нигде не было. Его сердце начало биться чаще, а в голове пронеслись тревожные мысли.

— Лина, где ты? — прошептал он, хватаясь за телефон.

Он набрал ее номер, но звонки оставались без ответа. Его руки дрожали, а в груди сжималось холодное предчувствие.

— Черт, Лина, что ты задумала? — прошептал он, уже выбегая из дома.

Эмиль сел в машину и направился к кладбищу, где, как он знал, Лидия должна была провести ритуал. По дороге он продолжал звонить Лине, но все попытки были тщетны. Его мысли путались, но одно он знал точно — он не может потерять ее снова.

Когда Эмиль прибыл на место, его глазам открылась ужасающая картина. На кладбище, в центре восьмилучевой звезды, выложенной из камней, пропитанных кровью, стояла Лидия. Вокруг нее лежали тела семи женщин, их души уже были связаны с паутиной. В центре звезды, на алтаре, лежала книга с заклинаниями, а рядом с ней — Лина, прикованная цепями. Ее тело излучало слабый белый свет, но она была без сознания.

— Лидия! — крикнул Эмиль, его голос был полон ярости.

Лидия обернулась, ее глаза горели холодным светом.

— А, вот и ты, сынок. Как вовремя. Ты сможешь стать свидетелем моего триумфа, — она улыбнулась, но в ее улыбке не было ничего человеческого.

Эмиль бросился к Лине, но Лидия подняла руку, и невидимая сила отбросила его назад.

— Не мешай, Эмиль. Это ее судьба — стать мостом между мирами, — произнесла Лидия, ее голос звучал как эхо.

Эмиль встал на ноги, его глаза загорелись решимостью. Он знал, что должен действовать быстро.

— Лина, просыпайся! — крикнул он, но девушка не реагировала.

Лидия начала произносить заклинание:

— *Per tenebras ad lucem, per mortem ad vitam!*

Звезда вокруг нее загорелась темным светом, и паутина начала распространяться, окутывая все вокруг. Эмиль почувствовал, как тьма сжимает его сердце, но он не сдавался.

— Лина, пожалуйста, проснись! — его голос был полон отчаяния.

В этот момент Лина открыла глаза. Ее тело начало светиться ярче, и белый свет начал разрушать паутину.

— Эмиль… — прошептала она, ее голос был слабым, но полным решимости.

Лидия, используя свою силу, впилась в шею Эмиля, стараясь придушить его. Когда в его глазах потемнело, он упал без сознания. Лина, испугавшись за Эмиля, обняла его.

— Вы двое станете частью своего предназначения, — произнесла Лидия, подняв руку вверх.

Она призвала своего демона — огромного паука, который был вдвое больше обычного. Лина, прижавшись к Эмилю, тихо пробормотала его имя, глядя, как чудовище надвигается на них. В момент отчаяния за спиной Лины высоко взлетел орел, излучающий белым светом. Его зеленые глаза были направлены на паука. Своими когтями он царапал спину чудовища, пытаясь отвести его подальше от Эмиля и Лины.

Однако паук, направив большую часть своей энергии на орла, перехватил птицу и, зажав ее лапами, начал душить. Горло Лины словно обвила проволока, перехватывая кислород. Услышав всхлипы Лины, Эмиль начал приходить в себя. Увидев происходящее, его глаза загорелись красным пламенем. Он почувствовал, как огромная сила выходит из его тела, даря ему огромные крылья длиной в пять метров. Одна сторона крыльев напоминала отражение света и тьмы, они ярко светились, освещая кладбище.

Когда он взмахнул крыльями, образовался сильный толчок, отбросивший паука и Лидию в сторону. Расправив крылья, он подлетел ближе к Лидии.

— Это невозможно! — вскрикнула Лидия, глядя на Эмиля.

Эмиль, расставив руки в стороны, начал шептать заклинание. Вокруг Лидии образовался магический круг, состоящий из света и тьмы.

— Что ты задумал? — прошептала она.

Лидия почувствовала, как магический круг высасывает из нее магические силы под светом полной луны. Крики раздавались по всему кладбищу. Забрав всю ее силу, круг ослабел и исчез. Лидия теперь предстала перед ним в своем истинном облике. Ее обезображенное лицо выглядело ужасно, тело стало дряблым и старым, ноги — тонкими и ослабленными.

— Что ты наделал? — прошептала она, ее тело начало рассыпаться, превращаясь в сгусток пыли.

— Прошу тебя, мама. В следующей жизни родись светлым человеком, тогда я буду счастлив за тебя.

Лидия исчезла, а ее прах растворился в воздухе. Тела жертв и органы, образовавшие паутину, исчезли, оставив вокруг лишь пустое кладбище. Лина, придя в себя, подошла к Эмилю и обняла его.

— Теперь все будет хорошо.

Несмотря на то что магия Лидии исчезла, крылья Эмиля оставались на месте. Он чувствовал небывалую мощь.

— Мир теперь в безопасности, — кратко ответил он.

Немного успокоившись, крылья Эмиля растворились в его теле.

— Поехали домой.

Взяв Лину за руку, Эмиль посадил ее в машину, и они уехали. Утром Лина приготовила Эмилю завтрак и отнесла его в комнату. Поставив поднос с едой, она поцеловала Эмиля в лоб.

— Соня, просыпайся, уже утро.

Эмиль, взяв ее за руку, заключил в объятия.

— Еще немного.

— Вставай.

— Я встану, но при одном условии.

— При каком?

— Если ты станешь моей законной женой.

Сердце Лины забилось быстрее, она забыла, как дышать.

— Познакомь меня со своей семьей.

— Ты уверен? — глаза Лины блестели от радости.

— Выходи за меня.

— Я согласна.

Глава 14. Трещина в реальности.

Туман висел над улицей, как грязная марля. Ее каблуки отстукивали нервный ритм по мокрому асфальту.

*"Не оглядывайся. Не показывай страха"*

Но шестое чувство скребло нутро ледяными когтями.

Тень отделилась от стены.

Она рванула вперед…

Сумка грохнулась на землю, рассыпая по лужам помаду, ключи, кусочки обычной жизни.

Чья-то ладонь впилась в лицо, перекрывая крик. Другой — обхватил талию, подняв в воздух.

*"Это не происходит. Этого не может быть"*

Фургон приоткрыл свою пасть. Внутри пахло бензином и чужой потом.

Последнее, что она увидела — собственное отражение в луже. Искаженное. Разбитое.

Кофе булькало в турке, наполняя кухню горьковатым ароматом. Лина ловила языком каплю меда с ложки, когда за спиной раздался шорох.

— Воруешь мой завтрак? — Эмиль прижался к ее спине, впиваясь зубами в место между плечом и шеей.

— Я его улучшаю, — она притворно вздохнула, когда его руки поползли под фартук.

— Ммм... И как это?

— Добавляю... — Лина обернулась, поймав его губы своими, — ...секретный ингредиент.

Эмиль глухо засмеялся, прижимая ее к столешнице. -”Ты сегодня выглядишь бесподобно.”, парень нежно гладил ее по щекам. **Альтернативный вариант развития событий после видения:**

---

**Крик.**

Резкий, женский, пронзительный — будто лезвие, рассекающее сознание.

Эмиль вздрогнул, и мир вокруг на секунду *схлопнулся*.

Перед глазами — вспышка: **грязный пол фургона, тряска под колесами, чужие руки, впивающиеся в плечи**.

— Эмиль?

Лина дернула его за рукав, и видение рассыпалось.

Он моргнул, пытаясь вернуться в теплую кухню, в запах кофе, в ее испуганные глаза. Но что-то уже сломалось.

— Ты побледнел... Тебе плохо?

— Да нет, просто... — Он провел ладонью по лицу, будто стирая остатки кошмара.

Но пальцы дрожали.

**Почему?**

Это было не просто воспоминание. Это было *ощущение* — холод металла на запястьях, хриплый смех за спиной, запах бензина, смешанный с духами...

*С ее духами.*

— Эмиль, — Лина сжала его руку. — Ты меня пугаешь.

Он хотел ответить, но словно онемел, не понимая что происходит вокруг. -Эмиль,посмотри на меня.”,схватив его за голову,притянула к себе и смотрела ему в глаза.- Приди в себя. Тихо произнесла Лина. Из её теплых рук проявился слабый белый свет, который успокаивал сознания парня. -Я в норме…, пришел в себя Эмиль,положив руку на руки Лины , он грустно взглянул на её прекрасное лицо. -Что с тобой? -Да привиделось кое-что… Мне пора на работу. Отстранившись от неё,направился в сторону выхода. -Поешь сначала. , Окликнула его Лина . -Я не голоден. Холодно ответил он. -”Возьми с собой сумку, поешь как прогодаешься., всучила сумку в руку Эмиля и поцеловала легонько в лоб парня. -Хорошего тебе дня. -”Спасибо, солнце. Грустно улыбнулся он и вышел из дома. *Что с тобой происходит?* Эмиль отчужденный, рассеянный дошел до морга. На входе его встретил Антон. Он прильнул к Эмилю,включая в братские объятия. В голове Эмиля пронзила адская боль, дыхание прерывалось и колени жалостно хрустнули. -Эмиль? ,- голос Антона проносился в его сознании. Эмиль очутился в темном лесу. **Темный лес сомкнулся вокруг Эмиля, как склеп из живых теней.**

Воздух был густым, пропитанным запахом прелой листвы и медной остротой крови. Где-то впереди, сквозь частокол черных стволов, пробивался тусклый лунный свет — и в его мертвенном сиянии Эмиль увидел **их**.

**Маленький Антон.**

Ему не могло быть больше десяти. Лицо бледное, глаза широкие, будто застывшие в вечном ужасе. В его руке — **нож**. Клинок тускло поблескивал, тяжело капая на землю.

А перед ним...

**Тело.**

Мальчик. Лет восьми. Руки раскинуты, словно в последней попытке обнять небо. Темная лужа растекалась под ним, впитываясь в мерзлую землю.

— *Антон...* — имя сорвалось с губ Эмиля шепотом.

Но мальчик не слышал. Он **смеялся**.

Смех отчаявшегося мальчика, громко прозвучало по всему лесу.

Антон, поворачивая к Эмилю пустые глаза. — *Я не хотел * глухо произнёс Антон,уронив нож на землю

**Удар в виски.**

Мир поплыл, деревья склонились, будто желая его раздавить.

И вдруг — **руки**.

Кто-то схватил его за плечи, тряся.

— *Эмиль! Очнись, черт возьми!*

Голос Антона. **Настоящего.**

Эмиль вздрогнул, моргнул — и снова оказался в морге.

Антон держал его за плечи, лицо искажено страхом.

— Ты в порядке?! Ты... ты кричал.

Эмиль медленно провел рукой по лицу. **Она была мокрой.**

Слезы? Или кровь?

— Я... — голос предательски дрогнул. — Мне нужно посмотреть на тело.

Антон нахмурился.

— Какое тело?

— То, что привезли сегодня. **Мальчика.**

Тишина.

Потом Антон медленно покачал головой:

— Эмиль... Сегодня не привозили никаких детей.

**Но Эмиль знал правду.**

Потому что в кармане его пальто лежал **ржавый нож**.

И он помнил **каждую каплю** на лезвии. -В чём дело? -Я увидел кое-что, мне нужно время.,-Эмиль скользнул внутрь,направившись в сторону раздевалки. Облачив себя в врачебный халат,вышел к пустому столу. -Тел ещё не было? -Нет, всё тихо. -Хорошо. Эмиль направился обратно в раздевалку и опустив голову, задумался. *Что происходит со мной? Почему я так нервничаю?* Запах миндаля пронесся в коридоре,заставив Эмиля вздрогнуть. *Тень?*- ноги Эмиля понесли его в сторону заброшенного дома.

Туман сгущался, обволакивая заброшенный дом, словно живое существо. Эмиль стоял перед покосившейся дверью, его пальцы сжимались в кулаки. Запах миндаля становился невыносимым — сладкий, удушливый, словно предвестник чего-то ужасного.

*"Что за чертовщина..."*

Он толкнул дверь. Скрип ржавых петель разорвал тишину, и перед ним открылся мрак, пропитанный запахом плесени и чего-то... *гниющего*.

Шаг.

Еще шаг.

Пол скрипел под ногами, будто предупреждая: *"Беги. Пока не поздно."*

Но Эмиль не мог.

**Он должен был понять.**

В глубине дома что-то шевельнулось.

— *Кто здесь?* — его голос прозвучал неестественно громко в мертвой тишине.

Ответом стал **смех**.

Тот самый, что он слышал в видении.

Детский.

Безумный.

Из темноты выступила фигура.

**Антон.**

Но не тот Антон, которого он знал.

Этот был **маленьким**.

Лицо бледное, глаза пустые, как у куклы. В руке — тот самый **ржавый нож**.

— *Ты помнишь?* — голос Антона звучал, будто доносился из-под земли.

Эмиль отступил на шаг.

— *Это не реально...*

— *Ты **помнишь**?* — Антон сделал шаг вперед.

И вдруг — **вспышка**.

**Лес. Ночь. Крики.**

Маленький Эмиль стоял над телом.

*"Я не хотел..."*

Но нож в его руке говорил об обратном.

**Кровь.**

**Смерть.**

**Ложь.**

— *Это не я...* — Эмиль схватился за голову.

— *Ты **убил** его,* — Антон улыбнулся, и его лицо начало **расползаться**, как воск. — *И теперь ты **поможешь** мне.*

Из темноты вытянулись **щупальца** — черные, блестящие, как мокрая смола. Они обвили Эмиля, сжимая, **утягивая** вглубь дома.

Он кричал.

Боролся.

Но тьма уже затягивала его.

Последнее, что он увидел перед тем, как сознание помутнело — **зеркало**.

И в нем — **себя**.

С **крыльями**.

Одним — белым.

Другим — черным.

И глазами, полными **ярости**.

Душа Лины была не спокойна, предчувствие чего-то плохого беспокоило её. *Почему у меня плохое предчувствие? С Эмилем что-то неладное случилось?*

Лина нырнула в карман и вытащив телефон, набрала Эмилю. Губки были долгими и в ответ тишина, абонент был не в сети. -*Рабочий номер телефона, нужно попробовать дозвониться.* Лина позвонила в морг, на звонок ответил Антон. -*Здравствуйте, вы позвонили в морг *Черный пепел.** -*Здравствуйте, а Эмиль случаем не с вами?* -*А кто спрашивает?* -*Это его невеста. Он не отвечает на звонки, не могли бы вы позвать его к телефону?* -*Он сейчас в раздевалке, подождите не много.* -*Спасибо.* Антон направился в сторону раздевалки ,отложив проводной телефон. В углу раздевалки на полу лежал Голова гудела, будто после удара кувалдой. Эмиль сжал виски, пытаясь выдавить из себя остатки кошмара.

*"Это был просто сон... Просто сон..."*

Но запах миндаля всё ещё стоял в ноздрях, липкий и сладкий.

Антон вернулся к телефону.

— *Он говорит, что перезвонит вам сам,* — его голос звучал неестественно ровно.

— *Спасибо,* — Лина не могла отделаться от ощущения, что что-то не так.

Она положила трубку, но тревога не утихала.

---

Эмиль поднялся с лавки, его тело казалось чужим, движения — замедленными. В зеркале напротив он поймал своё отражение — бледное, с тёмными кругами под глазами.

*"Крылья..."*

Он резко отвернулся.

— *Чёрт,* — прошептал он, сжимая кулаки.

В кармане зажужжал телефон. Лина.

Он глубоко вдохнул и принял вызов.

— *Привет,* — его голос звучал хрипло.

— *Эмиль, что случилось? Ты меня напугал!* — в её голосе дрожали нотки паники.

— *Всё в порядке. Просто... переутомился.*

— *Ты уверен? Мне показалось, или Антон странно ответил?*

Эмиль замер.

— *Странно?*

— *Да... как будто...* — Лина замолчала, подбирая слова. — *Как будто он знал, что я позвоню.*

По спине Эмиля пробежал холодок.

— *Ты что-то скрываешь,* — твёрдо сказала Лина.

Молчание.

— *Эмиль?*

— *Я... не могу сейчас,* — он резко выдохнул. — *Всё сложно.*

— *Где ты? Я приеду.*

— *Нет!* — его голос прозвучал резче, чем он планировал. — *Не надо. Я... я сам разберусь.*

— *Ты пугаешь меня,* — её шёпот был едва слышен.

Эмиль закрыл глаза.

— *Прости.*

Он положил трубку.

---

В морге было тихо.

Слишком тихо.

Антон стоял в дверях, наблюдая за ним.

— *Проблемы?* — спросил он, и уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

Эмиль почувствовал, как по коже побежали мурашки.

— *Нет.*

— *Ты выглядишь... нездоровым.*

— *Просто устал.*

Антон кивнул, но его глаза оставались неподвижными, словно стеклянными.

— *Если что — я рядом.*

Эмиль не ответил.

Когда Антон ушёл, он достал из кармана маленький свёрток — тот самый, что нашёл в старом доме.

Клочок бумаги с надписью:

**"Он уже здесь."**

И подпись — детскими каракулями.

*Антон.*

Эмиль сглотнул.

*Что, чёрт возьми, происходит?*

А в углу комнаты, в тени, что-то шевельнулось…Эмиль. -*Эмиль?! Ты в порядке?*, подбежал к Эмилю. -*Я в норме, прилёг не надолго.*, хрипло произнес Эмиль, держась за голову,-Что случилось? -*Тебя просит к телефону твоя невеста.* -*Скажи ей что я сам ей перезвоню, пускай не волнуется.* -*Хорошо. Ты хорошо себя чувствуешь?* -*Сейчас да, уснул ненадолго.* Антон ушёл, а Эмиль присел на лавочку. *Что за ересь мне приснилось? Моя голова…*

Голова гудела, будто после удара кувалдой. Эмиль сжал виски, пытаясь выдавить из себя остатки кошмара.

*"Это был просто сон... Просто сон..."*

Но запах миндаля всё ещё стоял в ноздрях, липкий и сладкий.

Антон вернулся к телефону.

— *Он говорит, что перезвонит вам сам,* — его голос звучал неестественно ровно.

— *Спасибо,* — Лина не могла отделаться от ощущения, что что-то не так.

Она положила трубку, но тревога не утихала.

---

Эмиль поднялся с лавки, его тело казалось чужим, движения — замедленными. В зеркале напротив он поймал своё отражение — бледное, с тёмными кругами под глазами.

*"Крылья..."*

Он резко отвернулся.

— *Чёрт,* — прошептал он, сжимая кулаки.

В кармане зажужжал телефон. Лина.

Он глубоко вдохнул и принял вызов.

— *Привет,* — его голос звучал хрипло.

— *Эмиль, что случилось? Ты меня напугал!* — в её голосе дрожали нотки паники.

— *Всё в порядке. Просто... переутомился.*

— *Ты уверен? Мне показалось, или Антон странно ответил?*

Эмиль замер.

— *Странно?*

— *Да... как будто...* — Лина замолчала, подбирая слова. — *Как будто он знал, что я позвоню.*

По спине Эмиля пробежал холодок.

— *Ты что-то скрываешь,* — твёрдо сказала Лина.

Молчание.

— *Эмиль?*

— *Я... не могу сейчас,* — он резко выдохнул. — *Всё сложно.*

— *Где ты? Я приеду.*

— *Нет!* — его голос прозвучал резче, чем он планировал. — *Не надо. Я... я сам разберусь.*

— *Ты пугаешь меня,* — её шёпот был едва слышен.

Эмиль закрыл глаза.

— *Прости.*

Он положил трубку.

---

В морге было тихо.

Слишком тихо.

Антон стоял в дверях, наблюдая за ним.

— *Проблемы?* — спросил он, и уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

Эмиль почувствовал, как по коже побежали мурашки.

— *Нет.*

— *Ты выглядишь... нездоровым.*

— *Просто устал.*

Антон кивнул, но его глаза оставались неподвижными, словно стеклянными.

— *Если что — я рядом.*

Эмиль не ответил.

Когда Антон ушёл, он достал из кармана маленький свёрток — тот самый, что нашёл в старом доме.

Клочок бумаги с надписью:

**"Он уже здесь."**

И подпись — детскими каракулями.

*Антон.*

Эмиль сглотнул.

*Что, чёрт возьми, происходит?*

А в углу комнаты, в тени, что-то шевельнулось...

Глава 15. Счастье в мелочах

Луна висела над городом, заливая пустынные улицы серебристым светом. Эмиль шёл медленно, с наслаждением вдыхая прохладный воздух. Его тень, вытянутая и чёткая, скользила по асфальту, будто пыталась убежать вперёд. Он не торопился — после долгого дня хотелось просто *чувствовать* этот вечер: тишину, лёгкий ветерок, шелест листвы под ногами.

Его пальцы машинально потянулись к воротнику рубашки, расстегнули верхнюю пуговицу. Темно-синий костюм, слегка помятый после работы, пахлó степенностью и дорогим парфюмом — *Creed Aventus*, с нотками бергамота и чёрной смородины. Волосы, тёмные и слегка вьющиеся, беспорядочно падали на лоб, но Эмиль даже не пытался их поправить.

Дом встретил его теплом и ароматами.

Запах запечённой курицы с розмарином, сливочного пюре и свежеиспечённого хлеба обволакивал, как объятие. Эмиль замер на пороге, глядя на освещённую кухню.

Там, у плиты, стояла *Лина*.

Она была *прекрасна*.

Облегающее платье глубокого винного цвета подчёркивало каждый изгиб её фигуры — узкую талию, округлые бёдра, изящную линию плеч. Ткань, мягко переливающаяся при свете кухонных ламп, то и дело скользила по её коже, будто не решаясь скрыть её полностью. Волосы, собранные в высокий узел, открывали длинную шею, но несколько прядей всё же выбились, кокетливо касаясь её щеки.

Эмиль молча подошёл сзади, *прижался губами к её плечу*.

— **Ты пахнешь корицей,** — прошептал он, обнимая её за талию.

Лина слегка вздрогнула, но тут же расслабилась, *прижавшись спиной к его груди*.

— **А ты — холодом и нотками дождя,** — она обернулась, *едва касаясь его губ кончиком носа*. — **Как прошёл день?**

— **Без тебя тоскливо.**

— **На тебя это не похоже.**

Её пальцы *коснулись* его висков, *разгладили* нахмуренные морщинки. Эмиль закрыл глаза, *вдыхая её запах* — ваниль, тёплый хлеб и что-то неуловимо *только её*.

— **Не знал,что существуют такие красивые повара.** — он *улыбнулся*, не открывая глаз.

— **А я и не догадалась,что бывают такие обаятельные судедэксперты.**

Эмиль *наклонился*, *развязал* её волосы *одним лёгким движением*. Тёмные локоны *рассыпались* по плечам, *пахнущие* шампунем с ароматом *жасмина*.

— **Так лучше,** — прошептал он, заплетая прядь за её ухо.

Лина *приподняла* бровь, но *не сопротивлялась*.

— **Ты что, ненавидишь мой пучок?**

— **Нет. Просто обожаю твои волосы.**

Она усмехнулась, повернулась к плите, но он не отпустил её. Прижал подбородок к её плечу, следя, как она помешивает соус.

— **Ты сегодня особенно красивая.**

— **А в другие дни нет?** — *игриво* парировала она.

— **В другие дни ты невыносимо прекрасна. А сегодня...**

Он *провёл пальцем* по её руке, *чувствуя*, как *мурашки*

Лина аккуратно выключила огонь под соусом, чувствуя, как дыхание Эмиля становится глубже, горячее у неё за спиной. Его руки медленно скользили по её талии, рисуя невидимые узоры через тонкую ткань платья.

"Соус может подождать," - прошептал он, касаясь губами её шеи.

Она закинула голову назад, обнажая горло, и почувствовала, как его зубы слегка сжимают нежную кожу.

"А ужин... подгорит ведь твой," - её голос дрогнул, когда его ладонь скользнула вверх по бедру, поднимая край платья.

Эмиль развернул её к себе, прижимая к кухонному столу. В свете подвесных ламп его глаза казались почти чёрными, полными того самого опасного огня, который сводил её с ума с первого дня знакомства.

"Пусть горит," - он поймал её губы в поцелуй, жадный и нетерпеливый.

Лина ухватилась за его волосы, чувствуя, как пряди шелковисто скользят между пальцами. Его запах - дорогой парфюм с нотками кожи и чего-то неуловимо мужского - кружил голову сильнее любого вина.

Она оторвалась, чтобы перевести дыхание. -*Тебя что-то тревожит?*

-*Почему ты так думаешь?*

-*Я же вижу, ты пытаешься забыться во мне. Ты можешь открыть свою душу и рассказать о том,что тебя тревожит.*

Эмиль внешней стороной ладони погладил Лину по щеке, растворяясь в ее глазах.

-*Если бы мне кто-нибудь сказал о том,что в моей жизни появиться ангел,который станет дороже жизни - низачто не поверил. Но глядя на тебя, кажется сам рай вошёл в мою жизнь.*

Лина обвила его своими белокурыми руками, молча прижимая к себе.

В глазах Эмиля покатились слезы,

Эмиль обнимал её так крепко, будто боялся, что она растворится в воздухе, если ослабит хватку. Его слёзы катились по её шее, смешиваясь с ароматом жасмина, оставляя на коже горячие, солёные следы.

— **Я боюсь…** — его голос дрогнул, став чужим, сдавленным. — **Боюсь, что однажды проснусь, а тебя не будет. Что это всё — сон, мираж. Или… или случится что-то, что заберёт тебя у меня.**

Лина прижала ладонь к его груди, чувствуя, как бешено бьётся его сердце.

— **Ты же знаешь, я не исчезну,** — прошептала она, целуя его висок. — **Не убегу. Не дам себя забрать.**

— **Но мир…** Он замолчал, сжимая её ещё сильнее. — **Он так хрупок. Одна пуля, одна случайность — и всё. Я видел слишком многое в своей работе. Слишком много «никогда».**

Она взяла его лицо в ладони, заставила встретиться с её взглядом. В её глазах не было страха — только твёрдость и какая-то безрассудная нежность.

— **Послушай меня, Эмиль. Да, мир жесток. Да, мы не знаем, что будет завтра. Но если ты будешь бояться каждого шага — ты уже потеряешь меня. Потому что я люблю тебя *сейчас*. Здесь. В этой кухне, с подгоревшим соусом и твоими слезами на моей коже.**

Он засмеялся сквозь слёзы, коротко и горько.

— **Ты всегда знаешь, что сказать.**

— **Нет. Я просто знаю *тебя*.**

Лина прижала его руку к своей груди, туда, где под кожей стучало её сердце.

— **Чувствуешь? Это не остановится. Пока оно бьётся — я твоя. А я планирую биться ещё очень, очень долго.**

Эмиль закрыл глаза, вдыхая её запах, слушая этот стук.

— **Тогда обещай мне одно.**

— **Что?**

— **Если… если этот мир всё же попытается разлучить нас — ты будешь бороться. Как я буду бороться. До конца.**

Она улыбнулась — нежно и в то же время с какой-то дикой, почти звериной решимостью.

— **Обещаю. Но только если ты перестанешь *торопить* плохое. Дай нам просто… быть.**

И тогда он наконец расслабился. Не отпустил страх совсем — но отодвинул его куда-то далеко, за пределы этой кухни, этого вечера.

— **Хорошо,** — прошептал он, целуя её пальцы. — **Тогда, миссис повар, что насчёт этого злополучного ужина?**

Лина засмеялась, толкнув его в плечо.

— **Он холодный. Зато есть вино.**

— **И ты.**

— **И я,** — она кивнула, проводя пальцем по его губам. — **А это главный ингредиент.**

И пока они наливали вино в бокалы, смеясь над подгоревшим соусом, Эмиль поймал себя на мысли:

*Может, рай — это не место. А вот это. Просто — быть с ней.*

Ночь сменилось утром, сквозь шторы простирались лучи яркого солнца. Дул свежий ветерок из форточки, открытой с прошлой ночи.

Лина лежала на коленях Эмиля,держа в руках книгу.

Укутанная в его старый свитер, который ей давно пора было вернуть. Поджала под себя ноги и изредка поглядывала на эмиля. Волосы, чуть растрепанные, копались ее плеч.

-*Не знаю чем тебя привлек мой старый свитер,но на тебе он как новый.*

-*Свитер пахнет тобой, а ты пахнешь счастьем.*

Этот момент был *идеален*.

Лина перевернула страницу, её пальцы скользнули по бумаге с лёгким шуршанием. Эмиль наблюдал, как солнечные лучи играют в её волосах, превращая их в тёплую медную гладь. Его рука медленно поглаживала её плечо, ощущая под свитером знакомые очертания её тела.

— **Ты знаешь, что выглядишь невероятно в моих вещах?** — он наклонился, касаясь губами её виска.

— **Потому что они твои.**

Она отложила книгу, повернулась к нему, и в её глазах отражалось всё утро — лёгкое, беззаботное, *их*.

— **Ты всё ещё боишься?**

Эмиль задумался на секунду, его пальцы сплелись с её пальцами.

— **Нет. Ну, может, чуть-чуть. Но теперь я знаю, что даже если мир попытается нас разлучить...**

— **Мы разорвём его пополам,** — закончила за него Лина, улыбаясь так, будто это была не метафора, а самый естественный план на свете.

Он рассмеялся, притягивая её ближе.

— **Ты точно ангел. Только с тенью где-то за спиной.**

— **А ты — мой демон. Только с крыльями, которые прячешь.**

Она коснулась его груди, прямо над сердцем.

— **Здесь.**

Эмиль закрыл глаза, чувствуя её тепло, её дыхание, её *присутствие*.

— **Знаешь, что?**

— **Что?**

— **Я больше не хочу бояться.**

Лина приподнялась, чтобы поймать его губы в поцелуе — лёгком, как утренний ветерок.

— **Тогда не бойся.**

И в этот момент, под лучами солнца, с её смехом в своих руках, он *действительно* перестал.

Потому что *сейчас* — это всё, что имело значение.

А *сейчас* было *прекрасно*.

Глава 16. Под прикрытием

Вечером, за чашкой чая, Лина наконец решилась рассказать Эмилю о новом задании. Она сидела напротив него, пальцы нервно обвивали кружку, а взгляд то и дело скользил в сторону.

— **Эмиль… Мне нужно кое-что тебе сказать.**

Он отложил книгу, сразу почувствовав напряжение в её голосе.

— **Говори.**

— **Меня внедряют под прикрытие.**

Тишина.

Эмиль медленно опустил чашку на стол.

— **Куда?**

— **В банду Кортеса.**

Глаза Эмиля сузились. **Кортес.** Главарь самой жестокой преступной группировки в городе.

— **Ты шутишь.**

— **Нет.**

— **Лина…** Его голос стал опасным, низким. — **Ты знаешь, что с ним делают с теми, кто ему не нравится?**

— **Знаю.**

— **И ты всё равно согласилась?**

— **У меня нет выбора. Он уже убил трёх наших информаторов. Нам нужны доказательства.**

Эмиль резко встал, прошёлся по комнате, сжимая кулаки.

— **Ты будешь играть роль…**

— **Да.** Лина не стала уточнять, но он и так понял.

**Гулящая девушка.** Приманка для Кортеса.

— **Чёрт возьми!** — он ударил кулаком по стене.

Лина подошла к нему, осторожно взяла за руку.

— **Я не спросила разрешения, потому что знала — ты будешь против. Но я *должна* это сделать.**

Эмиль закрыл глаза, сдерживая ярость.

— **Ты понимаешь, что он тебя *разорвёт*, если заподозрит?**

— **Понимаю.**

— **И всё равно идёшь?**

— **Да.**

Он резко развернулся, схватил её за плечи.

— **Тогда я иду с тобой.**

Лина замерла.

— **Что?**

— **Я не оставлю тебя одну. Если ты идёшь туда — я буду рядом.**

— **Но… как?**

— **Я патологоанатом. У меня есть доступ к моргам, к информации. Я могу быть твоим «клиентом» или кем угодно, но я *не* позволю тебе одной лезть в эту мясорубку.**

Лина хотела возражать, но в его глазах горела такая решимость, что слова застряли в горле.

— **Ты… серьёзно?**

— **Абсолютно.**

Она медленно кивнула.

— **Хорошо. Но ты должен делать *всё*, что я скажу.**

— **Не сомневайся.**

Он притянул её к себе, прижал лоб к её лбу.

— **Но если что-то пойдёт не так — я вытащу тебя, даже если мне придётся сжечь весь этот город.**

Лина усмехнулась.

— **Знаю.**

---

### **Неделю спустя.**

Лина стояла перед зеркалом, поправляя слишком откровенное платье.

**Чёрное. Облегающее. Слишком короткое.**

— **Ну как?** — она обернулась к Эмилю.

Он сидел на кровати, сжимая в руках стакан виски. Его взгляд скользнул по ней — от высоких каблуков до нарочито ярких губ.

— **Ты выглядишь…**

— **Как шлюха?**

— **Как *опасность*.**

Лина улыбнулась.

— **Именно так мне и нужно.**

Эмиль встал, подошёл к ней, поправил прядь волос.

— **Ты готова?**

— **Да.**

— **Ты помнишь сигнал?**

— **Если что-то пойдёт не так — я скажу: «Я хочу домой». Ты сразу вызовешь подкрепление.**

— **И я сам приду.**

— **Эмиль…**

— **Без обсуждений.**

Она вздохнула, но кивнула.

— **Тогда поехали.**

---

### **Клуб «Грех».**

Музыка оглушала, тела сливались в танце, воздух был густ от запаха алкоголя и пота.

Лина вошла, чувствуя на себе десятки взглядов.

**Именно так.**

**Пусть смотрят.**

Она прошла к бару, заказала виски, сделала глоток — и тут же почувствовала чьё-то присутствие за спиной.

— **Новенькая?**

Голос был низким, с лёгким акцентом.

Лина обернулась.

**Кортес.**

Высокий, с холодными глазами и дорогим костюмом, который не скрывал силуэт пистолета под пиджаком.

— **Зависит от того, кто спрашивает,** — она улыбнулась, играя роль.

— **Тот, кто может сделать твой вечер… незабываемым.**

— **Обещания, обещания…**

Кортес рассмеялся, взял её за руку.

— **Пойдём, красотка. Покажу тебе *настоящий* клуб.**

Лина бросила последний взгляд в сторону выхода — где-то там был Эмиль.

### **Глава 20. Игра с огнём**

**Особняк Кортеса.**

Роскошь, граничащая с вульгарностью. Хрустальные люстры, золотые акценты, картины, которые явно были украдены из музеев. Лину провели через холл, где вооружённые охранники оценивающе скользили взглядами по её фигуре.

— **Босс ждёт тебя в кабинете,** — буркнул один из них, открывая тяжёлую дубовую дверь.

Кортес сидел за массивным столом, попивая коньяк. Его взгляд мгновенно загорелся, когда он увидел Лину.

— **Ну вот и наша новая звёздочка.**

Лина улыбнулась, сделав шаг вперёд.

— **Вы обещали показать мне *настоящий* клуб. А это похоже на офис.**

Он рассмеялся, жестом приглашая её сесть.

— **Клубы — для мелких игроков. А я люблю… приватность.**

Его пальцы медленно провели по краю бокала.

— **Ты не похожа на тех дешёвых кукол, что обычно крутятся вокруг меня.**

— **Потому что я не дешёвая.**

— **О, я это уже понял.**

Он откинулся в кресле, изучая её.

— **Как насчёт того, чтобы работать на меня?**

Лина приподняла бровь.

— **Чем именно?**

— **Переводы. Переговоры. Ты умна, красива… И у тебя есть харизма.**

— **А что я получу взамен?**

— **Деньги. Власть. Всё, что захочешь.**

Он наклонился ближе, и в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— **Кроме меня, конечно.**

Лина задержала дыхание, но не отступила.

— **А если я скажу, что хочу *только* тебя?**

Кортес замер, потом медленно улыбнулся.

— **Тогда тебе придётся постараться.**

---

### **Перевоплощение.**

— **Сними это.**

Кортес бросил взгляд на её откровенное платье.

— **Ты достойна большего.**

Через час перед Линой стояла команда стилистов. Они смыли яркий макияж, заменив его на элегантные нюдовые тона. Вместо мини-платья — роскошное вечернее, подчёркивающее её фигуру, но не кричащее. Шелк, жемчуг, каблуки, но уже не вульгарные, а изысканные.

— **Теперь ты выглядишь как королева,** — прошептал Кортес, проводя пальцем по её плечу.

Лина улыбнулась, но внутренне напряглась.

**Он увлёкся.**

**Это хорошо.**

**И опасно.**

---

### **Встреча с "мафиози".**

На следующий вечер в особняке Кортеса должна была состояться важная сделка.

— **Сегодня ко мне приедет один человек. Холодный, жёсткий. Не перечь ему,** — предупредил Кортес.

Лина кивнула, но сердце бешено колотилось.

**Эмиль.**

Когда он вошёл, её дыхание перехватило.

**Чёрный костюм. Ледяной взгляд. Ни намёка на то, что они знакомы.**

— **Кортес,** — Эмиль кивнул, голос низкий, без эмоций.

— **Добро пожаловать,** — улыбнулся Кортес. — **Познакомься, это Лина. Моя новая… помощница.**

Эмиль медленно перевёл взгляд на неё.

— **Приятно познакомиться.**

Лина едва уловила тень ревности в его глазах, но внешне он оставался бесстрастным.

— **Взаимно.**

Кортес наблюдал за ними, потом вдруг положил руку на талию Лины.

— **Она умна. И очень… полезная.**

Эмиль сжал челюсть, но лишь холодно сказал:

— **Перейдём к делу?**

---

### **Ревность.**

Пока Кортес и Эмиль обсуждали условия сделки, Лина играла роль молчаливой компаньонки. Но она чувствовала, как взгляд Эмиля периодически скользит по ней — **горячий, яростный.**

Кортес тоже заметил это.

— **Тебе нравится моя девушка?** — вдруг спросил он, ухмыляясь.

Эмиль медленно поднял глаза.

— **Я не смею оценивать то, что принадлежит другим.**

— **Но если бы не принадлежала?**

Тишина.

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Эмиль наклонился вперёд, его голос стал тише, но опаснее:

— **Тогда я бы не спрашивал.**

Кортес рассмеялся, но в его глазах мелькнуло что-то острое.

— **Мне нравится твой стиль.**

---

### **После встречи.**

Когда Эмиль ушёл, Кортес повернулся к Лине:

— **Он хочет тебя.**

— **Мужчины часто хотят того, что им не принадлежит.**

— **Но ты *моя*.**

Он притянул её к себе, его дыхание обожгло кожу.

— **Докажи это.**

Лина положила ладонь ему на грудь, слегка отстраняясь.

— **Ты же не из тех, кто торопится?**

Кортес замер, потом усмехнулся.

— **Нет. Я люблю… растягивать удовольствие.**

---

### **Ночной звонок.**

Поздно ночью Лина вышла на балкон, убедившись, что за ней не следят.

— **Ты жив?** — прошептала в телефон.

— **Пока да,** — ответил Эмиль. Его голос был напряжённым. — **Но если он ещё раз тронет тебя, я убью его прямо на этой сделке.**

— **Эмиль…**

— **Я не шучу, Лина.**

Она закрыла глаза.

— **Держись. Скоро всё закончится.**

— **Надеюсь, ты права.**

Тишина.

— **Я люблю тебя,** — вдруг сказал он.

Лина сжала телефон.

— **Я тоже.**

---

**Игра продолжалась.**

**И с каждым днём ставки становились выше.**

**Особняк Кортеса.**

Роскошь, граничащая с вульгарностью. Хрустальные люстры, золотые акценты, картины, которые явно были украдены из музеев. Лину провели через холл, где вооружённые охранники оценивающе скользили взглядами по её фигуре.

— **Босс ждёт тебя в кабинете,** — буркнул один из них, открывая тяжёлую дубовую дверь.

Кортес сидел за массивным столом, попивая коньяк. Его взгляд мгновенно загорелся, когда он увидел Лину.

— **Ну вот и наша новая звёздочка.**

Лина улыбнулась, сделав шаг вперёд.

— **Вы обещали показать мне *настоящий* клуб. А это похоже на офис.**

Он рассмеялся, жестом приглашая её сесть.

— **Клубы — для мелких игроков. А я люблю… приватность.**

Его пальцы медленно провели по краю бокала.

— **Ты не похожа на тех дешёвых кукол, что обычно крутятся вокруг меня.**

— **Потому что я не дешёвая.**

— **О, я это уже понял.**

Он откинулся в кресле, изучая её.

— **Как насчёт того, чтобы работать на меня?**

Лина приподняла бровь.

— **Чем именно?**

— **Переводы. Переговоры. Ты умна, красива… И у тебя есть харизма.**

— **А что я получу взамен?**

— **Деньги. Власть. Всё, что захочешь.**

Он наклонился ближе, и в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— **Кроме меня, конечно.**

Лина задержала дыхание, но не отступила.

— **А если я скажу, что хочу *только* тебя?**

Кортес замер, потом медленно улыбнулся.

— **Тогда тебе придётся постараться.**

---

### **Перевоплощение.**

— **Сними это.**

Кортес бросил взгляд на её откровенное платье.

— **Ты достойна большего.**

Через час перед Линой стояла команда стилистов. Они смыли яркий макияж, заменив его на элегантные нюдовые тона. Вместо мини-платья — роскошное вечернее, подчёркивающее её фигуру, но не кричащее. Шелк, жемчуг, каблуки, но уже не вульгарные, а изысканные.

— **Теперь ты выглядишь как королева,** — прошептал Кортес, проводя пальцем по её плечу.

Лина улыбнулась, но внутренне напряглась.

**Он увлёкся.**

**Это хорошо.**

**И опасно.**

---

### **Встреча с "мафиози".**

На следующий вечер в особняке Кортеса должна была состояться важная сделка.

— **Сегодня ко мне приедет один человек. Холодный, жёсткий. Не перечь ему,** — предупредил Кортес.

Лина кивнула, но сердце бешено колотилось.

**Эмиль.**

Когда он вошёл, её дыхание перехватило.

**Чёрный костюм. Ледяной взгляд. Ни намёка на то, что они знакомы.**

— **Кортес,** — Эмиль кивнул, голос низкий, без эмоций.

— **Добро пожаловать,** — улыбнулся Кортес. — **Познакомься, это Лина. Моя новая… помощница.**

Эмиль медленно перевёл взгляд на неё.

— **Приятно познакомиться.**

Лина едва уловила тень ревности в его глазах, но внешне он оставался бесстрастным.

— **Взаимно.**

Кортес наблюдал за ними, потом вдруг положил руку на талию Лины.

— **Она умна. И очень… полезная.**

Эмиль сжал челюсть, но лишь холодно сказал:

— **Перейдём к делу?**

---

### **Ревность.**

Пока Кортес и Эмиль обсуждали условия сделки, Лина играла роль молчаливой компаньонки. Но она чувствовала, как взгляд Эмиля периодически скользит по ней — **горячий, яростный.**

Кортес тоже заметил это.

— **Тебе нравится моя девушка?** — вдруг спросил он, ухмыляясь.

Эмиль медленно поднял глаза.

— **Я не смею оценивать то, что принадлежит другим.**

— **Но если бы не принадлежала?**

Тишина.

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Эмиль наклонился вперёд, его голос стал тише, но опаснее:

— **Тогда я бы не спрашивал.**

Кортес рассмеялся, но в его глазах мелькнуло что-то острое.

— **Мне нравится твой стиль.**

---

### **После встречи.**

Когда Эмиль ушёл, Кортес повернулся к Лине:

— **Он хочет тебя.**

— **Мужчины часто хотят того, что им не принадлежит.**

— **Но ты *моя*.**

Он притянул её к себе, его дыхание обожгло кожу.

— **Докажи это.**

Лина положила ладонь ему на грудь, слегка отстраняясь.

— **Ты же не из тех, кто торопится?**

Кортес замер, потом усмехнулся.

— **Нет. Я люблю… растягивать удовольствие.**

---

### **Ночной звонок.**

Поздно ночью Лина вышла на балкон, убедившись, что за ней не следят.

— **Ты жив?** — прошептала в телефон.

— **Пока да,** — ответил Эмиль. Его голос был напряжённым. — **Но если он ещё раз тронет тебя, я убью его прямо на этой сделке.**

— **Эмиль…**

— **Я не шучу, Лина.**

Она закрыла глаза.

— **Держись. Скоро всё закончится.**

— **Надеюсь, ты права.**

Тишина.

— **Я люблю тебя,** — вдруг сказал он.

Лина сжала телефон.

— **Я тоже.**

---

**Игра продолжалась.**

**И с каждым днём ставки становились выше.**

Глава 17. Морской переполох.

Темные воды отражали холодный свет луны, а огромный грузовой корабль «Черный призрак» стоял у причала, как зловещий монолит. Именно здесь должна была пройти сделка – поставка партии наркотиков под прикрытием легального груза.

Лина шла по трапу, чувствуя, как тяжелый взгляд Кортеса скользит по её спине. Она была одета в элегантный, но соблазнительный костюм – облегающий блейзер, под которым угадывался тонкий шелк блузки, и юбка, подчеркивающая каждый шаг.

— **Ты сегодня особенно прекрасна,** — шепнул Кортес, догоняя её. Его пальцы скользнули по её талии.

Лина улыбнулась, но слегка отстранилась.

— **Деловой наряд. Всё для успеха сделки.**

— **О, я уверен, успех гарантирован.**

Его губы искривились в ухмылке, но в глазах читалось нечто большее – **желание обладать**.

#### **На палубе.**

Встречающая сторона – южноамериканские поставщики – уже ждали. Среди них выделялся высокий мужчина с хищными чертами лица и холодными, как сталь, глазами. **Рикардо Мендоса.** Говорили, что он лично казнил предателей, разрывая их на части своими руками.

— **Кортес,** — кивнул он, затем взгляд его упал на Лину. — **А это кто?**

— **Моя правая рука,** — ответил Кортес, но по тону было ясно – он считал её **своей**.

Мендоса медленно облизнул губу.

— **Интересная помощница.**

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок. **Ещё один хищник.**

И в этот момент раздался голос:

— **Опоздал?**

Все обернулись.

**Эмиль.**

Он вошел, как тень – бесшумно, уверенно. Чёрный костюм, ледяной взгляд, ни единого лишнего движения.

— **А вот и наш партнёр,** — Кортес ухмыльнулся.

Эмиль лишь кивнул, но его глаза на секунду встретились с Линиными. **"Я здесь. Ты в безопасности."**

#### **Переговоры.**

Сделка началась. Лина искусно переводила, подчеркивая выгодные условия, но её настоящая цель была другой – **установить прослушку**.

— **Груз будет доставлен в трёх контейнерах,** — говорил Мендоса, разглядывая её так, будто она была частью товара.

— **Мы проверим качество,** — холодно ответил Эмиль.

Лина сделала шаг, будто случайно задев стол. Её браслет с микрочипом легонько коснулся поверхности.

**Готово.**

Кортес наблюдал за ней, его пальцы сжимали бокал.

— **Лина, дорогая, принеси нам ещё вина.**

— **Конечно.**

Она вышла, чувствуя на себе взгляды.

#### **Темный коридор.**

Эмиль появился внезапно, прижав её к стене.

— **Мендоса смотрит на тебя, как на добычу.**

— **Я справлюсь.**

— **Он не Кортес. Он не играет в игры.**

Лина вздохнула.

— **Ты ревнуешь?**

Его глаза вспыхнули, но голос остался ледяным:

— **Я просчитываю риски.**

Она улыбнулась.

— **Тогда просчитай, как мы выберемся отсюда.**

Он хотел ответить, но в этот момент раздались шаги.

— **Лина?** — это был голос Кортеса.

Эмиль мгновенно исчез в тени.

#### **Возвращение.**

— **Я начала волноваться,** — Кортес подошёл слишком близко.

— **Просто заблудилась.**

— **Ты уверена, что одна?**

Его пальцы сжали её подбородок.

— **А кто ещё мог бы здесь быть?**

Кортес засмеялся, но в его глазах была **опасная искра**.

— **Надеюсь, никто.**

#### **Конец игры.**

Когда сделка была завершена, а прослушка активирована, Лина почувствовала облегчение.

Но Мендоса подошёл к ней, намеренно касаясь её руки.

— **Если когда-нибудь надоест Кортес… я буду рад предложить тебе *другие* условия.**

Кортес нахмурился, но Эмиль, стоявший в стороне, лишь сжал кулаки.

**Он не покажет эмоций.**

**Но он запомнит это.**

#### **После.**

В машине, уже далеко от порта, Эмиль наконец разжал зубы:

— **Больше никогда.**

Лина вздохнула.

— **Это работа.**

— **Я знаю.**

Он резко свернул на пустынную дорогу, остановил машину и **притянул её к себе**.

— **Но если он ещё раз тронет тебя…**

Его губы обожгли её кожу – **жестоко, почти болезненно**.

— **Я убью его.**

Лина не ответила.

Она просто **поцеловала его в ответ**.

**Поздняя ночь на корабле.**

Темные коридоры «Черного призрака» были почти безлюдны, лишь редкие шаги охранников нарушали тишину. Лина шла к каюте Мендосы, её каблуки глухо стучали по металлическому полу.

Она была одета в **облегающее черное платье**, которое оставляло мало для воображения – глубокий вырез, открытая спина, разрез до бедра. Её волосы были собраны в высокий хвост, подчеркивая изгибы шеи.

*"Эмиль не должен об этом знать"*, – мелькнула мысль, но она тут же отогнала её. **Это была работа.**

#### **В каюте Мендосы.**

Дверь открылась, и перед ней стоял сам Рикардо Мендоса. Его глаза мгновенно пробежались по её фигуре, губы искривились в голодной ухмылке.

— **Наконец-то.**

Он шагнул назад, пропуская её внутрь. Каюта была роскошной – красное дерево, кожаные кресла, бар с дорогим виски. И **огромная кровать**.

— **Вино?** – он налил бокал, не дожидаясь ответа.

— **Спасибо,** – Лина взяла бокал, делая вид, что пьёт, но лишь смочила губы.

— **Ты знаешь, зачем я позвал тебя?**

— **Догадываюсь.**

Он рассмеялся, подошёл ближе. Его пальцы скользнули по её плечу, затем вниз, к открытой спине.

— **Кортес думает, что ты его. Но ты же умнее, да?**

Лина улыбнулась, делая шаг назад, к столу.

— **А что предлагаешь ты?**

— **Власть. Деньги. И… кое-что ещё.**

Его руки обхватили её талию, притягивая к себе.

#### **Танец с дьяволом.**

Лина позволила ему вести себя, но её пальцы уже скользили по краю стола, незаметно оставляя крошечное устройство.

— **Ты умеешь танцевать?** – прошептала она, отстраняясь.

— **О, да.**

Она медленно завела руки за голову, её тело изгибалось в такт несуществующей музыке. Мендоса наблюдал, его дыхание участилось.

— **Боже, ты прекрасна…**

Его руки схватили её за бёдра, прижимая к себе. Лина чувствовала его возбуждение, но её мысли были холодны.

*"Ещё два устройства. Одно у кровати, второе у барной стойки."*

Она сделала ещё несколько шагов, её платье скользило по телу, открывая ещё больше кожи.

— **Ты играешь с огнём,** – прошептал Мендоса, прижимая её к стене.

— **А ты любишь риск?**

Его губы опустились на её шею, руки скользили вниз, сжимая, исследуя.

Лина закрыла глаза, изображая страсть, но её пальцы уже ставили последнее устройство – **под кроватью**.

#### **Усыпление.**

— **Давай выпьем ещё,** – она выскользнула из его объятий, подходя к бару.

— **Не пытайся убежать.**

— **О, я и не думаю.**

Она налила ему виски, незаметно добавив **порошок** из кольца-контейнера.

— **За нас.**

Мендоса выпил залпом, даже не почувствовав вкуса.

Через **десять минут** его веки стали тяжелыми.

— **Что…**

— **Просто расслабься.**

Он рухнул на кровать, его дыхание стало медленным, глубоким.

Лина выдохнула, поправила платье.

— **Спи, змея.**

Она выскользнула из каюты, её сердце бешено колотилось.

В тени её ждал **Эмиль**.

— **Готово?**

— **Да.**

Его глаза были **ледяными**, но в них читалась **ярость**.

— **Если он ещё раз дотронется до тебя…**

— **Не надо. Это была работа.**

Он схватил её за руку, прижал к стене.

— **Ты моя.**

Лина улыбнулась.

— **Всегда.**

Их губы встретились в **жестоком, голодном поцелуе**.

### **Глава 23. Кровавая расплата**

**Утро на корабле.**

Кортес вошел в каюту Мендосы без стука. Его лицо было каменным, но в глазах бушевала ярость.

Лина стояла рядом, искусно изображая шок.

— **Что... что случилось?** — её голос дрожал.

Кортес молча подошёл к телу Мендосы. Тот лежал в луже крови, горло перерезано одним точным движением.

— **Он хотел тебя украсть.** — Кортес повернулся к ней, его пальцы сжали её подбородок. — **А я не терплю воров.**

Лина замерла. **Значит, он сам его убил?**

— **Я... я не понимаю...**

— **Он предложил тебе перейти к нему. Да?**

Она опустила глаза, делая вид, что боится признаться.

— **Да. Но я отказалась.**

Кортес рассмеялся — низко, хрипло.

— **И за это он умер.**

Его рука скользнула по её щеке.

— **Ты моя. И никто не смеет даже смотреть на тебя.**

#### **Возвращение в особняк**

Дорога назад прошла в напряжённом молчании. Кортес не отпускал Лину ни на шаг, его пальцы то и дело сжимали её запястье, будто проверяя — **не испарится ли она?**

Эмиль ехал в другой машине, но Лина чувствовала его взгляд даже сквозь тонированные стёкла.

**Он видел всё.**

**И он ждал своего часа.**

#### **В логове зверя**

Особняк Кортеса встретил их холодным блеском мрамора и тяжёлыми взглядами охранников.

— **Переоденься. Отдохни.** — Кортес провёл рукой по её плечу. — **А вечером... у нас будет разговор.**

Лина кивнула, но, едва оставшись одна, тут же достала телефон.

**Одно сообщение:**

**"Он убил Мендосу. Будь осторожен."**

Ответ пришёл мгновенно:

**"Я рядом."**

Вечером Кортес устроил ужин. Дорогое вино, изысканные блюда, но атмосфера была напряжённой, как струна.

— **Ты сегодня особенно прекрасна.** — Его глаза пожирали её.

Лина улыбалась, но её мысли были далеко.

**Где Эмиль?**

Как будто в ответ на её вопрос, дверь открылась.

— **Прошу прощения за опоздание.**

Голос Эмиля был спокоен, но в нём чувствовалась сталь.

Кортес усмехнулся.

— **А, наш молчаливый партнёр. Присоединяйся.**

Эмиль сел напротив Лины. Их взгляды встретились на долю секунды — **тёплые, полные скрытых обещаний.**

— **Я слышал, у вас сегодня... неприятности.** — Эмиль налил себе вина, даже не взглянув на Кортеса.

Тот замер.

— **Мелкие недоразумения.**

— **Мендоса был важным человеком.**

— **А теперь он мёртв.**

Тишина повисла в воздухе.

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

**Эмиль играл с огнём.**

Но Кортес лишь рассмеялся.

— **Ты хочешь сказать, что мне стоит бояться мести?**

Эмиль наконец поднял на него глаза.

— **Я говорю, что у тебя есть враги. А врагов... нужно устранять.**

Его взгляд скользнул к Лине.

**"Я защищаю тебя. Молча."**

Кортес задумался, потом вдруг хлопнул в ладоши.

— **Вот почему я люблю тебя, дружище! Холодный, как лёд. Без эмоций.**

Он повернулся к Лине.

— **Научись у него. Умри внутри — и ты станешь неуязвимой.**

Лина улыбнулась.

— **Я предпочитаю... оставаться живой.**

Кортес рассмеялся, но в его глазах что-то вспыхнуло.

— **О, ты точно особенная.**

#### **После ужина**

Эмиль незаметно прошёл мимо Лины в коридоре.

— **Он подозревает?** — шёпотом спросила она.

— **Нет. Но он опасен.**

— **Я знаю.**

— **Держись подальше от его спальни.**

Лина хотела ответить, но в этот момент раздались шаги.

Кортес стоял в конце коридора, наблюдая за ними.

— **Секреты?**

Эмиль даже не повернулся.

— **Дело.**

И он ушёл, оставив Лину наедине с хищником.

Кортес подошёл ближе.

— **Он тебе нравится, да?**

— **Он... интересный.**

— **Он пустой. А ты... ты вся в огне.**

Его пальцы коснулись её шеи.

— **Рано или поздно... этот огонь будет моим.**

Лина не ответила.

### **Глава 24. Двойная игра**

#### **Приказ Кортеса**

Кортес сидел в своем кабинете, разглядывая карту маршрутов. Его пальцы постукивали по столу, а взгляд был холодным и расчётливым.

— **Завтра партию везёт Кармен,** — сказал он, наблюдая за реакцией Лины.

Она стояла напротив, сохраняя нейтральное выражение лица, но внутри всё сжалось. **Кармен — одна из его доверенных курьеров. Если наркотики попадут в её руки, операция провалится.**

— **Я могу сделать это лучше,** — неожиданно сказала Лина.

Кортес медленно поднял глаза.

— **Ты?**

— **Да. Я знаю маршрут. И у меня меньше подозрений.**

Он задумался, потом резко встал и подошёл к ней.

— **Нет.**

— **Почему?**

— **Потому что это опасно.**

Его голос был твёрдым, но в глазах промелькнуло что-то странное. **Беспокойство?**

Лина ухмыльнулась.

— **Ты боишься за меня?**

— **Я боюсь потерять ценный актив.**

Она сделала шаг ближе.

— **Доверься мне.**

Кортес замер, потом резко развернулся.

— **Ладно. Но если что-то пойдёт не так — я не буду тебя спасать.**

#### **Разговор с Эмилем**

Позже той же ночью, в укромном уголке особняка, Лина встретилась с Эмилем.

— **Ты согласилась?** — его голос был тихим, но в нём чувствовалось напряжение.

— **Да. Но что-то не так. Он слишком легко сдался.**

Эмиль молча взял её руку. В тот же миг перед его глазами пронеслись **видения** — обрывки мыслей Кортеса.

**Фургон с пустыми ящиками.**

**Настоящий груз, идущий другим путём.**

**Лина, которую везут на склад — не для перевозки, а для проверки.**

Он резко открыл глаза.

— **Это ловушка.**

Лина нахмурилась.

— **Что?**

— **Тебя везут к пустому грузу. Настоящие наркотики идут другим маршрутом. Кортес проверяет тебя.**

— **Чёрт…**

— **Но я уже всё предусмотрел.**

— **Что ты сделал?**

— **Настоящий груз уже перехвачен. Полиция его забрала.**

Лина уставилась на него.

— **Как?**

— **Я знал, что он попробует тебя проверить. Поэтому заранее передал информацию.**

Она медленно выдохнула.

— **Значит, завтра меня повезут к пустому складу…**

— **Да. И ты должна вести себя так, будто ничего не знаешь.**

— **А если он поймёт, что груз перехвачен?**

Эмиль холодно улыбнулся.

— **Он не поймёт. Потому что те, кто его вёз, уже не смогут ничего рассказать.**

#### **Испытание**

На следующий день Лину посадили в чёрный внедорожник. Кортес лично провожал её.

— **Ты уверена, что готова?**

— **Абсолютно.**

Он кивнул, но в его глазах читалась **тень сомнения**.

Дорога заняла два часа. Когда они прибыли на склад, Лина сразу поняла — **здесь ничего нет**. Охранники стояли слишком расслабленно, а камеры были выключены.

— **Где груз?** — спросила она, изображая недоумение.

Один из людей Кортеса пожал плечами.

— **Ещё не привезли.**

Лина сделала вид, что злится.

— **Тогда зачем я здесь?**

В этот момент раздался звонок. Кортес поднёс телефон к уху, его лицо оставалось непроницаемым.

— **Понятно.**

Он положил трубку и посмотрел на Лину.

— **Груз перехвачен.**

Она замерла. **Это конец?**

Но Кортес… **улыбнулся**.

— **Но не тот, что ты везешь.**

Лина нахмурилась.

— **Что?**

— **Я отправил фальшивую партию. Настоящая уже в другом городе.**

**Он проверял её. И она прошла.**

— **Ты сомневался во мне?**

Кортес рассмеялся.

— **Я сомневаюсь во всех.**

#### **Развязка**

Когда они вернулись в особняк, Кортес был в отличном настроении.

— **Ты справилась.**

— **Я же говорила.**

Он вдруг притянул её к себе.

— **Может, всё-таки признаешь, что ты моя?**

Лина улыбнулась, но не ответила.

В этот момент в комнату вошёл Эмиль.

— **Кортес. Нам нужно обсудить новый контракт.**

Главарь мафии вздохнул и отпустил Лину.

— **Хорошо. Но это не конец разговора.**

Когда он ушёл, Эмиль бросил на неё быстрый взгляд.

**"Ты в порядке?"**

Лина едва заметно кивнула.

**"Да. Спасибо."**

Эмиль развернулся и вышел, оставив её одну.

**Игра продолжалась.**

**Но теперь Кортес доверял ей ещё больше.**

**А Эмиль… оставался её тенью.**

### **Глава 25. Шёлковые тенета**

**Глубокой ночью** в особняке Кортеса воцарилась неестественная тишина. Лина, проснувшись от странного ощущения, будто за ней наблюдают, осторожно спустилась в кабинет главаря.

Дверь была приоткрыта.

Внутри — **мёртвый Кортес**.

Его тело висело в воздухе, словно подвешенное на невидимых нитях. Вокруг него, пульсируя, переплетались **чёрные шёлковые волокна**, будто живые. Они медленно двигались, обвивая мебель, стены, даже лампы — как будто весь кабинет опутал гигантский невидимый паук.

Лина замерла.

**"Паутина..."**

Это был **знак**.

Только один человек мог оставить такое.

**Мать Эмиля.**

**Чёрная Вдова.**

#### **Эмиль в тени**

Она не успела даже шагнуть назад, как холодные пальцы схватили её за руку.

— **Не двигайся.**

Эмиль.

Его глаза были тёмными, почти чёрными. В них не было страха — только **ледяная ярость**.

— **Это она.**

Лина кивнула.

— **Я думала, она мертва.**

— **Она не умирает. Она возвращается.**

Паутина шевельнулась, будто почувствовав их присутствие. Одна из нитей дрогнула, потянулась к Лине...

Эмиль резко оттащил её назад.

— **Не прикасайся. Это ловушка.**

#### **Скрытая угроза**

Они молча наблюдали, как паутина медленно сжимается вокруг тела Кортеса, словно **поглощая** его.

— **Зачем она это сделала?** — прошептала Лина.

— **Послание.**

— **Кому?**

Эмиль повернулся к ней.

— **Мне.**

В его голосе прозвучало нечто **древнее** и **опасное**.

— **Она знает, что я здесь. И что ты со мной.**

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— **Что будем делать?**

Эмиль посмотрел на паутину, затем резко развернулся.

— **Уходим. Сейчас.**

#### **Бегство**

Они выскользнули из особняка, даже не оглянувшись.

В машине Эмиль молча сжал руль, его пальцы побелели от напряжения.

— **Она идёт за нами.**

— **Как ты это знаешь?**

— **Потому что она не просто убила Кортеса.**

Он резко повернул голову, и в его глазах на мгновение вспыхнуло **что-то нечеловеческое**.

— **Она оставила его для нас. Как приманку.**

Лина замолчала.

Где-то в темноте, за пределами города, **Чёрная Вдова** плела свои сети.

И они оба знали — **это только начало**.

---

**P.S.**

В ту же ночь полиция обнаружила тело Кортеса.

**Причина смерти — неизвестна.**

**Но вокруг его трупа не было ни паутины, ни нитей.**

**Только странные, почти невидимые шрамы на коже...**

**Как от тончайшего шёлка.**

Глава 18. Черная вдова, возвращение.

Дни в особняке Кортеса текли в запряженной роскоши. Лина (под именем "Настя") играла свою роль безупречно: переводила документы, сопровождала Кортеса на встречах, ее ум и холодная красота все больше затягивали главаря. Эмиль (в роли "Андрея", расчетливого поставщика редких "реагентов" для лабораторий Кортеса) наблюдал за этим с каменным лицом, но внутренний вулкан ярости кипел. Каждый небрежный жест Кортеса в сторону Лины, каждый оценивающий взгляд – все это отзывалось в Эмиле ледяной болью. Его эмоции были закованы в броню, видимая только Лине по микроскопическим изменениям в его взгляде, когда их пути случайно пересекались в коридорах.

Однажды вечером, во время приватного ужина в кабинете Кортеса, атмосфера изменилась. Главарь отодвинул бокал вина, его обычно насмешливые глаза стали холодными и острыми, как бритва.

– *"Настя"*, – произнес он тихо, растягивая имя. – *Ты знаешь, я ценю красоту. Но еще больше я ценю... правду.*

Лина почувствовала ледяную волну, пробежавшую по спине. Она сохранила спокойствие, подняв бокал:

– *Правда – понятие относительное, Себастьян. Что тебя беспокоит?*

– *Твоё прошлое, дорогая,* – он улыбнулся, но в улыбке не было тепла. – *Оно оказалось куда интереснее, чем ты рассказывала. "Анна Миронова"... или, может быть, лейтенант Лина Соколова из отдела по борьбе с наркотиками?*

Тишина повисла тяжелым свинцом. Лина поняла: игра окончена. Ее рука инстинктивно потянулась к скрытому карману платья, где был миниатюрный передатчик, но Кортес был быстрее. Резкий удар по запястью – и маленькое устройство со звоном упало на паркет. Двое охранников, словно из тени, появились в дверях.

– *Какой разочаровывающий конец для такой многообещающей карьеры,* – с притворным сожалением произнес Кортес. – *И для нашей... дружбы.*

**Видение Эмиля (Андрея):**

Эмиль сидел в своей комнате на втором этаже особняка, изучая якобы "отчеты по чистоте реагентов". Внезапно мир вокруг него *столкнулся*. Перед глазами – не кабинет Кортеса, а **темный, сырой подвал**. Он *чувствовал* холод камня под собой, *слышал* тяжелое, прерывистое дыхание Лины. Ее лицо было бледным, глаза мутными от ужаса и чего-то еще... **Химического**. Рядом стоял Кортес, его лицо искажено садистским удовлетворением. В руках у него – **шприц с мутной жидкостью**.

– *Попробуй продукт, *свинья* полицейская,* – голос Кортеса звучал эхом в видении Эмиля. – *Посмотрим, как долго ты продержишься... и что скажешь перед тем, как лопнуть.*

Эмиль *ощутил* жгучую боль, вонзающуюся в вену Лины, не свою, но ее. Затем – **волну огненного хаоса**, захватывающий ее сознание, **сдавливающее ощущение страха и неконтролируемого ужаса**. И последнее, что он увидел перед тем, как видение рассеялось – **металлический ошейник с мигающими огоньками**, туго обхвативший ее талию, и Кортеса, уходящего вверх по лестнице, бросившего через плечо: *"Жаль, красивая была... Через час от тебя и мокрого места не останется."*

**Действие:**

Эмиль вскочил как ошпаренный. Холодная ярость, смешанная с первобытным страхом за Лину, вытеснила все остальное. Его глаза **вспыхнули багровым светом**, в комнате погас свет, а оконное стекло треснуло от резкого перепада давления. Он не думал о конспирации, о роли "Андрея". Он думал только о ней.

**Подвал.**

Лина билась в конвульсиях на холодном полу. Наркотик бушевал в ее крови, искажая реальность, наполняя ее кошмарами. Сердце колотилось как бешеное, дыхание свистело. Но сквозь химический туман пробивался **ледяной страх** от осознания привязанной к ней **бомбы**. Тиканье таймера сливалось с бешеным стуком ее сердца. *"Эмиль..."* – прошептали ее пересохшие губы, отчаянная молитва.

**Спуск в Бездну.**

Дверь в подвал, запиравшаяся на массивный засов, **взорвалась внутрь** под ударом невидимой силы. В проеме, окутанный клубящейся тьмой и мерцающим светом, стоял Эмиль. Его обычная маска "Андрея" исчезла. Лицо было искажено яростью, а из его спины **разрывая ткань рубашки, взметнулись огромные крылья**. Одно крыло – **ослепительно белое**, словно сотканное из лунного света, излучало чистую, леденящую мощь. Другое – **глубоко - черное**, как сама пустота, поглощающее свет и искрящееся алым по краям, источало древнюю, разрушительную силу. Воздух вокруг него вибрировал от концентрированной магии.

– *Андрей?.. Что за чертовщина?!* – Кортес, застигнутый врасплох у лестницы, выхватил пистолет. Его охранники, находившиеся рядом, замерли в ужасе.

Эмиль не удостоил их слов. Его взгляд был прикован к Лине, корчащейся на полу. Он **взмахнул белым крылом**. Луч чистого света **ударил в бомбу на ее талии**. Металл ошейника **заморозило** на мгновение, мигающие огоньки погасли, тиканье прекратилось – магия белого крыла **нейтрализовала детонатор**, заморозив химические процессы внутри. Затем тот же луч, нежный как прикосновение, **окутал Лину**. Конвульсии стихли, ее дыхание стало глубже, ровнее – магия стабилизировала ее состояние, вытесняя яд, давая передышку. Но она была еще слаба.

– *Ты... Что ты?!* – зарычал Кортес, открывая огонь.

Пули **замерли в воздухе** в метре от Эмиля, словли в невидимой смоле, а затем **расплавились в капли металла** под воздействием ауры его черного крыла.

**Бой.**

– *Ты тронул то, что принадлежит мне,* – голос Эмиля грохотал, как подземный гром, многоголосый, наполненный силой двух стихий. – *Теперь познай гнев Тьмы и Света.*

Эмиль **взмахнул черным крылом**. Из него вырвались **клубы сгущенной тьмы**, принявшие форму гигантских, когтистых рук. Они **ринулись на охранников**, обвивая их, сжимая, поднимая в воздух и с грохотом швыряя о стены. Кости хрустели, крики стихали почти мгновенно.

Кортес отпрыгнул назад, лицо побелело от ужаса, но злоба придала ему силы. Он рванул рычаг аварийной сигнализации. Завыли сирены. Из-за угла выскочили еще двое головорезов с автоматами.

Эмиль **свел крылья перед собой**. Белое и черное **слились в вихрь контрастной энергии**. Он **толкнул** этот вихрь вперед. Он пронесся по подвалу, **сметая пули**, **вырывая куски бетона из стен**, **опрокидывая и обездвиживая** новых нападавших. Один из них, задетый белой энергией, **замерз**, покрываясь инеем. Другой, коснувшийся черной, **вскрикнул**, и его кожа начала **темнеть и трескаться**, как высохшая глина.

Кортес понял, что оружие бессильно. С диким воплем он бросился на Эмиля с ножом, выхваченным из-за голенища. Нож был явно не простой – его лезвие светилось зловещим зеленым светом, возможно, зачарованным.

Эмиль **взмахнул белым крылом как щитом**. Нож **звякнул**, ударившись о барьер из конденсированного света, и отлетел. Черное крыло **опустилось как молот**. Удар пришелся не по Кортесу, а по полу *перед* ним. **Каменные плиты вздыбились**, образовав барьер, и тут же **черная энергия просочилась сквозь них**, обвив ноги Кортеса как путы. Он рухнул на колени с криком боли – тьма **обжигала** плоть через ткань.

Эмиль шагнул к нему, его фигура, окутанная сиянием и тенями, казалась божеством возмездия. Он поднял руку, и **шары контрастной энергии** – ослепительно-белый и пугающе-черный – закружились над его ладонью, готовые к финальному удару.

– *Нет!* – слабый, но ясный голос прозвучал сзади.

**Спасение.**

Лина, собрав последние силы, приподнялась на локте. Ее глаза, все еще мутные, но полные решимости, смотрели на Эмиля.

– *Эмиль... не надо. Он... должен предстать перед судом. Ты не палач.*

Ее слова, как холодная вода, обрушились на Эмиля. Багровый свет в его глазах померк, сменившись привычным стальным блеском, но теперь с глубокой болью и усталостью. Крылья **замерцали**, начали **растворяться** в клубах света и тени, оставляя после себя лишь клочья разорванной ткани на спине и ощущение опусташения. Шары энергии погасли.

Он тяжело дышал, глядя на Лину, потом на Кортеса, скрюченного на полу, стонущего от боли в ногах, опутанных остатками черной магии.

Сирены выли все громче. Где-то снаружи послышались крики, выстрелы – оперативники Лины, наконец прорвавшиеся по сигналу или по координатам из видения Эмиля.

Эмиль шагнул к Лине, упал на колени рядом, осторожно обнял ее. Его руки дрожали.

– *Прости...* – прошептал он, прижимая ее голову к своей груди, игнорируя боль в спине от проявления крыльев. – *Прости, что не уберёг...*

– *Ты... пришел...* – она слабо улыбнулась, ее пальцы сжали его рубашку. – *Мой... холодный... врачишка... с... крыльями...*

Она потеряла сознание, но дыхание было ровным. Магия белого крыла сделала свое дело, выиграв время.

Эмиль поднял голову. В дверях подвала, окутанные дымом от сработавшей сигнализации, стояли люди Лины в бронежилетах, ошеломлены глядя на разрушенный подвал, обездвиженных бандитов, стонущего Кортеса и их лейтенанта на руках у человека с разорванной спиной и глазами, полными немой ярости и бездонной усталости.

Операция была завершена. Главарь взят. Склад будет обнаружен. Но цена... цена была почти непомерной. И тайна Эмиля теперь висела в воздухе, тяжелая и неотвратимая, как тиканье той самой обезвреженной бомбы. Его двойственная природа, его сила, его ярость – все это вырвалось наружу. И обратного пути не было. Им предстоял долгий разговор, и не только с полицейским начальством.

**Полицейский участок. Утро после "особого задержания".**

Лина, еще бледная, но собранная, с едва заметным тремором в руках (последствия передозировки и магического очищения), ставила на стол начальника отдела по борьбе с организованной преступностью толстую папку. Рядом лежали флешки, распечатки переговоров, фото складов с наркотиками, финансовые схемы – все, что она собрала под прикрытием, и что было дополнено захваченными при штурме особняка Кортеса материалами.

– Весь компромат на Кортеса, его сеть поставок, склады, ключевых игроков, – ее голос был хрипловат, но тверд. – Плюс его личное признание в моем присутствии относительно устранения конкурентов и "непослушных" сотрудников. Записано на скрытый диктофон. Там же... – она указала на отдельную, меньшую папку, – материалы по девушке, найденной в фургоне. Мари Соколова. 19 лет.

Начальник, полковник Варламов, тяжелый мужчина с умными глазами, открыл папку. Фото молодой девушки с печальными глазами, фото с места преступления – грязный пол фургона, затем – морг. Протоколы. И ключевое:

– Свидетельница? – спросил Варламов, просматривая показания одного из "опущенных" членов банды, готового на все, лишь бы смягчить свою участь.

– Да, – подтвердила Лина. – В ночь своего... "выхода на панель", Мари случайно стала свидетелем того, как Кортес лично застрелил женщину по имени Ирина Вельская. Ирина была его "мулом", перевозила крупную партию героина внутри тела. Что-то пошло не так. Возможно, она испугалась, попыталась сбежать или шантажировать. Кортес устранил проблему. Мари увидела это из-за угла. Кто-то из подчиненных Кортеса заметил ее, запомнил лицо. Нашли быстро. Убили... жестоко. Чтобы заткнуть рот. На счету Кортеса десятки таких "тихих" убийств, помимо громких разборок. Мари – лишь одна из многих, но ее история... она попала в поле зрения благодаря этому свидетелю и нашим поискам по "незакрытым" делам о пропавших девушках.

Варламов закрыл папку, лицо стало каменным. – Хватит, чтобы повесить его десять раз. Хорошая работа, Соколова. Очень хорошая. Суд назначен на следующую неделю. Ускоренное рассмотрение. Будьте готовы дать показания. И... – он посмотрел на нее оценивающе, – как здоровье?

– В норме, товарищ полковник, – Лина выпрямилась. – Готова к работе.

**Суд. Неделю спустя.**

Зал суда был переполнен. Кортес, в дорогом, но простом костюме, сидел в клетке, излучая холодное презрение. Его адвокат лихорадочно строчил заметки. Лина на месте свидетеля обвинения была безупречна. Она излагала ход операции, представляла доказательства – записи, фото, расшифровки. Голос ровный, взгляд прямой. Только изредка ее пальцы слегка сжимали край трибуны, когда речь заходила о Мари Соколовой или о минутах в подвале с бомбой. Она не смотрела в зал, где сидел Эмиль.

Эмиль сидел в последнем ряду. **Абсолютная ледяная статуя.** Темный костюм, безупречный галстук. Руки спокойно лежали на коленях. Лицо – маска абсолютного безразличия. Он смотрел на Кортеса, но взгляд был пустым, будто скользил сквозь него, как сквозь неодушевленный предмет. Ни тени волнения, ни намека на ту ярость, что бушевала в подвале. Когда Лина упомянула его псевдоним "Андрей" и его роль поставщика "реагентов", он лишь слегка наклонил голову в подтверждение факта, не меняя выражения лица. Его показания, если бы их потребовали, были бы такими же – сухими, краткими, техническими, как протокол вскрытия.

Судья и присяжные ловили каждое его движение, ища хоть что-то – страх, злорадство, гордость. Нашли только **пугающую, абсолютную пустоту.** Это производило впечатление сильнее любой истерики. Человек, который видел самое страшное и для которого происходящее – лишь рутинный акт возмездия, не стоящий эмоций.

Когда Кортес, в приступе ярости от показаний Лины, вскочил и заорал в ее сторону: "Сука! Я тебя сожгу! Ты и твой крылатый урод!", Эмиль даже не повел бровью. Он лишь медленно перевел свой **ледяной, бездонный взгляд** с Кортеса на Лину на секунду – оценка угрозы, не более. В зале повисла гнетущая тишина. Даже адвокат Кортеса побледнел. Этот вопль стал последним гвоздем в гроб его клиента.

Приговор – **пожизненное заключение без права на помилование** – был встречен Эмилем так же, как и весь процесс: легким, едва заметным кивком головы, будто он ставил галочку в невидимом отчете. Он встал и вышел из зала, не дожидаясь конца формальностей, не глядя на Лину. Его задача здесь была завершена.

**Дом Эмиля. Поздний вечер.**

Лина вернулась поздно, измотанная, но с чувством выполненного долга. В доме было тихо. Она нашла Эмиля в его кабинете. Он сидел в кресле у потухшего камина, в темноте. На столе перед ним стоял пустой стакан. Он не читал, не смотрел в окно. Просто сидел, уставившись в пространство. Его спина, под тонкой тканью домашней рубашки, казалась **напряженной, как струна.** В воздухе висело едва уловимое **статическое напряжение**, как перед грозой.

– Эмиль? – тихо позвала Лина.

Он медленно повернул голову. Его глаза в полумраке **слабо светились – один искрой холодного лунного света, другой – глубоким багровым отблеском, как тлеющий уголек.** Свет погас, когда он моргнул, но ощущение мощи, **сгустившейся и уплотнившейся** внутри него, осталось.

– Все кончено, – сказала Лина, подходя ближе. – Он сгниет за решеткой.

– Да, – его голос был низким, ровным, но в нем чувствовалась **новая глубина, резонанс**, словно говорили двое. – Мари Соколова отмщена. Ирина Вельская. Другие. Формально.

Он поднял руку, не глядя на нее. Над ладонью, в сантиметре от кожи, **зависла и закружилась миниатюрная спираль.** Она состояла из двух потоков: **искрящегося, мерцающего белого света и клубящейся, поглощающей свет черной дымки.** Они переплетались, не смешиваясь, создавая сложный, гипнотический узор. Энергия была **осязаемой, плотной.** Воздух вокруг руки слегка искажался.

– Сила... – прошептала Лина, завороженно глядя на спираль. – Она крепнет. После подвала...

-*После поединка с матерью, я думал что моя сила исчезла вместе с ней, но... Но она стала расти, словно Чёрная Вдова все ещё жива. Мне кажется, что я что-то упустил.*

Он наконец посмотрел на нее. В его обычно не читаемых глазах Лина увидела не ярость, не страх, а **глубокую, первобытную усталость** и... **голод.** Не физический, а метафизический. Голод на саму суть жизни, на ее тепло, на ее свет, чтобы уравновесить холод и тьму, бушующие внутри.

– Эмиль... – она шагнула к нему, протягивая руку.

Он встал одним плавным движением, оказавшись прямо перед ней. Его руки обхватили ее талию. Прикосновение было **горячим и холодным одновременно**, как если бы к ней прикоснулись два разных существа. Он притянул ее к себе, опустил лицо к ее шее, **вдыхая ее запах – ваниль, тёплый хлеб, жизнь** – как утопающий глоток воздуха.

– Если вдруг я стану таким же монстром , как моя мама - убей меня не раздумывая. Я не хочу чтобы с тобой что-либо произошло из-за меня. , – его голос прозвучал ей прямо в душу, глухо, с тем же двойным резонансом. -*Пока ты жив, жива и я. Ты лучше своей матери, ты спас несколько жизней. Ты замечательный человек.*

Лина обвила его шею руками, прижимаясь всем телом, отдавая свое тепло, свою жизнь, свою любовь – единственное, что могло удержать этого хладнокровного, все более могущественного и все более опасного человека от падения в бездну его собственной силы.

– Я всегда буду рядом, – прошептала она ему в губы перед поцелуем. – *Никогда не оставлю...*

В темном кабинете, среди теней, где только что висела сгустившаяся мощь, теперь царили только они двое. И пока она держала его, Эмиль мог сдерживать бурю внутри. Но и она, и он знали: **сила росла. И следующее испытание потребует от их связи, от ее света и его контроля, неизмеримо большего.** Тень Кортеса исчезла, но тени прошлого Эмиля и его двойственной природы сгущались, становясь реальнее с каждым днем.

Утром в морге.

Тусклый неоновый свет морга «Черный пепел» мерцал, отбрасывая длинные, зыбкие тени на кафельные стены. Воздух густо пах формалином, хлоркой и... чем-то еще. Сладковатым, гнилостным, чуть металлическим. Эмиль вошел в прозекторскую, его шаги отдавались эхом в почти пустом помещении. Антон стоял над одним из столов, склонившись, его обычно невозмутимое лицо было бледным под защитной маской, а в глазах читался немой ужас.

– Эмиль, – Антон обернулся, голос был приглушенным, сдавленным. – Посмотри на это. Только что привезли. Нашли в старом водосточном коллекторе.

Эмиль подошел. На столе лежало тело молодой женщины. Лицо было **не просто обезображено – оно было стерто.** Кожа и мышцы сняты словно скальпелем безумного хирурга, обнажая кости черепа в зловещем оскале. Но это было не самое страшное.

Антон осторожно указал скальпелем на вскрытую грудную клетку. Там, где должны были быть сердце и легкие, зияла пустота. Но пустота была **живой.** Внутри, на ребрах, на позвоночнике, пульсируя слабым, зловещим светом, **тянулась паутина.** Не настоящая, а словно сотканная из черного дыма и мерцающих фиолетовых искр. Она вибрировала, сжималась и разжималась, как невидимое сердце. Ее нити уходили вглубь тела, оплетая диафрагму, остатки тканей.

Пульсация паутины **ударила Эмиля волной чужой памяти.** Мир морга поплыл, сменившись картиной **старого, пыльного подвала.** Сводчатые потолки, закопченные стены, тусклый свет керосиновой лампы. В центре, на каменном полу, нарисована **сложная восьмилучевая звезда, выложная из костей и угля.** Внутри звезды – **несколько молодых женщин, прикованных цепями.** Их глаза широко открыты от ужаса, но рты зашиты грубыми нитками.

Над ними стоит **человек в длинном черном плаще с капюшоном.** В руках – **кривой нож и стеклянная колба, внутри которой копошились крошечные, светящиеся пауки.** Эмиль *узнал* осанку, жест руки, когда плащ распахнулся на мгновение – **это был его отец, Виктор.** Моложе, но с тем же безумным блеском в глазах, что Эмиль видел у Лидии.

*"Помнишь, сынок? Основа основ,"* – голос отца звучал эхом в сознании Эмиля, холодным и наставническим. *"Органы – сосуды жизни. Но жизнь можно... переплести. Создать мост. Черная Вдова дала нам ключ, но ее ритуал был груб. Примитивен. Мы усовершенствуем его. Органы должны быть *парными* от разных носителей. Почему? Симметрия. Баланс. Сердце и легкие – огонь и воздух одной. Печень и почки – вода и земля другой. Соединить их паутиной души... Паутиной *новой* души!"*

Виктор поднял нож над одной из девушек. *"Начнем с огня и воздуха..."*

Ю

Эмиль вздрогнул, отшатнувшись от стола. Его лицо осталось **ледяной маской**, лишь мышцы челюсти напряглись на долю секунды. Внутри бушевала буря: **отвращение, ярость, леденящее узнавание.** Это был *его* отец. Его почерк. Его безумная наука, переплетенная с магией Черной Вдовы. Ритуал, который Лидия пыталась завершить, но в более грубой форме. Отец же... он был *изобретателен*. Точен. И явно не остановился после исчезновения Лидии.

–Эмиль, что думаешь? Очень похоже на ритуал черной вдовы. – Антон смотрел на него, сдерживая страх.

– Не может быть, – ответил Эмиль голосом, лишенным всяких интонаций. Он подошёл к столу, его взгляд скользнул по пульсирующей паутине, по пустому пространству в грудной клетке. – **Сердце и легкие изъяты. Парные органы.

Антон кивнул, его лицо осунулось. –Ты уверен, что черная вдова мертва?*

– Сейчас не со всем. – Эмиль взял скальпель, не дрогнувшей рукой. Острие приблизилось к одной из пульсирующих нитей черно-фиолетовой паутины. – Это не просто ритуал. Это **эксперимент.** Усовершенствованный. Создание "новой души", как он выражался. Моста. Для чего – неизвестно. – Лезвие **коснулось** нити.

**Физическая Реакция:** Нить **вспыхнула** ярко-фиолетовым. Воздух затрещал от статики. Скальпель в руке Эмиля **задымился**, металл почернел и начал крошиться. От точки контакта по паутине пробежала **волна энергии**, она сжалась, замерла на секунду, а затем **запульсировала с удвоенной силой,** словно разозленная. Запах озона и горелой плоти стал резче.

Эмиль отбросил испорченный скальпель. Его собственная рука слегка **онемела**, по коже пробежали мурашки. Но на его лице – **ноль эмоций.** Внутри же **сила отозвалась.** Черная энергия в его глубине **взволновалась**, почувствовав вызов родственной, но чуждой магии. Белая – **напряглась**, как щит. Его крылья, невидимые, **шевельнулись под кожей спины**, готовые к проявлению.

– **Что теперь будешь делать?,** – произнес Антон, пораженный.

– *Не знаю... Но нужно найти ее, пока не поздно.* Антон сглотнул. – Как ты не найдешь? Пока она сама не придёт и не...*

-* Моя сила возрасла, а значит я смогу ее найти.*

Эмиль подошел к раковине, смывая с руки остатки энергии и пепел от скальпеля. – Паутина реагирует на силу. На родственную магию. – Он повернулся, его взгляд был **тяжелым, неумолимым.** –Мама подала знак, что вернулась и окрепла. Теперь будет тяжело ее одолеть.* В прозекторскую вошёл лаборант, но замер на пороге, почуяв напряжение и странный запах. Эмиль уже снимал халат. Его движения были резкими, точными.

– Куда ты? – спросил Антон.

– **Мне нужно проветриться и разобраться в теории. ** – ответил Эмиль, уже направляясь к выходу. В его кармане зажужжал телефон. Лина. Он взял трубку, голос оставался ровным, но в глубине – стальная решимость. – Лина, плохие новости.Я был прав ... Черная вдова вернулась.