Торговец мусором 3 (Торговец металлом)

Глава 1. Судьба маньяка в Новом Мире.

(Первая книга тут: https://author.today/reader/535990 )

Над доисторической степью дрожало знойное марево. Воздух, раскаленный до сорока градусов, казался густым и неподвижным. Около вагончика-бытовки, в тени навеса, жизнь шла своим чередом: Андрей, Ола и Варвара вытащили мангал. Аромат жарящегося на углях мяса смешивался с запахом сухих трав, и на мгновение показалось, что они просто на пикнике, а не в другом мире.

Но идиллия взорвалась в одну секунду.

Прямо перед мангалом, на площадке портального перехода, пространство скрутилось в пыльный вихрь, и из него, с коротким громовым треском, на раскаленную землю вывалились двое. Они сплелись в яростный клубок, катаясь в пыли и вздымая облака серой взвеси.

— Алексей! — вскрикнула Ола, мгновенно узнав мужа.

Варвара попятилась, выронив тарелку. То, что она увидела, не было похоже на человека. На Алексее верхом сидело осуновшееся, обтянутое грязным тряпьем существо с безумными глазами, которое с утробным рычанием пыталось вцепиться ему в горло.

— Это еще что за тварь?! — взревел Андрей, отшвыривая щипцы для мяса.

Он не стал раздумывать. Мощным рывком здоровяк подлетел к дерущимся и нанес Мельхиорову сокрушительный удар ногой в бок. Любого другого такой удар отправил бы в полет на несколько метров с переломанными ребрами. Но маньяк лишь дернулся, даже не обернувшись, и еще сильнее сдавил шею Алексея.

— Он что, железный?! — Андрей схватил Мельхиорова за шиворот, пытаясь отодрать от Алексея, и начал наносить удары кулаками, похожими на молоты.

Началась страшная, нечеловеческая схватка. Мельхиоров, не чувствующий боли и усталости, превратился в биологическую машину-убийцу. Он двигался с неестественной резкостью, его мышцы, казалось, превратились в стальные тросы. Он не чувствовал ударов, он просто не обращал на них внимания, одержимый одной целью — убивать.

Варвара застыла в неописуемом ужасе. Для неё это не был человек. Глядя на исхудавшее лицо маньяка и его звериные повадки, она была уверена, что из портала вырвался демон или какое-то жуткое иномировое существо. Её трясло, она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.

Ола, сохранив ледяное спокойствие охотницы, метнулась в вагончик и через секунду выскочила оттуда с АКСом. Она передернула затвор, её глаза сузились.

«Слава богу, ты пришел, тварь, — холодно пронеслось у неё в голове. — Мы сами выпустим тебе кишки здесь, где никто не найдет твой труп».

Она вскинула ствол, ловя голову маньяка в прицел, но Андрей и Алексей так плотно сплелись с Мельхиоровым в один хрипящий и брыкающийся ком, что выстрел мог убить своих.

— В сторону! Разойдитесь! — кричала она, выискивая просвет.

Но Мельхиоров, словно чувствуя угрозу, постоянно прикрывался телом Алексея, продолжая то душить, то наносить ему удары. Алексей бился не на жизнь, а на смерть, понимая, что малейшая слабость — и маньяк его придушит или вообще перегрызет ему артерию.

Андрей же, чувствуя, как под его кулаками хрустит тело врага, но не останавливает его, злился всё сильнее.

«Ну давай, отрубайся же, — думал он, вкладывая всю мощь в очередной удар. — Хорошо, что ты появился. Здесь мы закончим это дело раз и навсегда».

Варвара, наконец то очнулась и пытаясь хоть как-то помочь, в панике схватила из своего рюкзчка электрошокер Тайзер. И стала металась рядом, мешая Оле прицелиться.

— Отойди, Варя! — кричала Ола, водя стволом карабина вслед за катающимися по земле мужчинами. — Дай мне его снять!

Но Варя, ослепленная адреналином, не слышала ничего, вот появилась возможность и она выстрелила контактами шокера в спину маньяка. Раздался треск электрического разряда, синие искры заплясали по лохмотьям Мельхиорова. На мгновение его тело выгнулось дугой, он издал яростный вопль и потерял сознание.

Алексей, поднялся, хрепя и держась за горло. Ола и Ан бросились к телу маньяка с единственным желанием перерезать ему горло.

— Подождите, не трогайте его! — прохрипел Алексей, — нужно подумать, как нам лучше и выгодней поступить...

Глава 2. Обещенное продолжение "Судьбы маньяка"

Большое спасибо моим читателям, которые не остались равнодушны к судьбе маньяка, замучившего множество красивых и добрых девушек. Большое спасибо всем, кто писал в коментах и мне лично, тем кто присылал донаты!

На основе "суда присяжных" из моих читателей, выносится приговор маньяку:

***

Ола, не выпускавшая из рук автомата, лишь презрительно фыркнула. В её глазах, привыкших к законам дикого мира, не было места сомнениям.

— Да что тут думать? — отрезала она. — Перерезать глотку, и все дела.

— Я с ней совершенно согласен, — гулким басом поддержал Андрей, делая шаг вперед. — Врагов нельзя оставлять за спиной.

Варвара молчала. Она стояла чуть поодаль, бледная, с широко открытыми глазами. Девочка из цивилизованного мира, она еще не привыкла к тому, что жизнь человека может оборваться так просто и обыденно. Алексей почувствовал, что должен прояснить ситуацию для неё.

— Варвара, послушай, — мягко начал он, стараясь подобрать слова. — Так случилось, что мы случайно схлестнулись с маньяком. На его счету десятки замученных девушек. Тот, кто перед тобой — отец, который в своем маньячном стиле воспитал еще и сына. Эта семейка похитила Олу, чтобы ее замучить, но мы вытащили ее из их логова — ты сама давала нам мотоциклы для этого. Но отец тогда ускользнул от нас и ускользнул от правосудия. Сейчас, он добрался сюда, чтобы рассчитаться. Расчет у него конечно по правилам маньяка - мы все виноваты, что не дали ему убивать и дальше и он нас хочет за это убить, сначала помучив в свое удовольствие.

Алексей кивнул в сторону скорченного существа на земле.

— Сейчас он полностью потерял человеческий облик, осталась только его звериная сущность. Судя по той химии, которой он наглотался, он уже не жилец. Наши друзья правы — врагов нельзя оставлять. Но и руки марать о такое не хочется. Может, отдадим его генералу Воронову? Пускай идет под суд. Думаю, если не высшая мера, то пожизненное он получит. А это, по мне, наказание пострашнее смерти.

Алексей обвел взглядом присутствующих:

— Кто за то, чтобы убить его здесь?

Две руки — Олы и Андрея — мгновенно взметнулись вверх.

— Понятненько, — вздохнул Алексей. — А кто за то, чтобы передать Воронову?

Ни одной руки не поднялось.

— Получается, двое за то, чтобы прибить на месте и не мучиться, а двое воздержались. Не знаю, какой вариант выбрать...

В этот момент затишье взорвалось. Мельхиоров, до этого казавшийся бездыханным, вдруг подскочил на ноги. Лес огласил его бешеный, переливчатый хохот, от которого по коже пошли мурашки. Не оборачиваясь, он бросился к забору.

Поняв, что колючую проволоку с ходу не одолеть, маньяк, двигаясь с неестественной, звериной быстротой, запрыгнул на крышу стоявшего рядом автомобиля, потм на контейнер. Оттолкнувшись, он перемахнул через забор. На той стороне его ждала изгородь электропастуха. Соприкоснувшись с проводом под напряжением, Мельхиоров получил мощный удар. Он рухнул на спину, задергался, но тут же перевернулся на четвереньки. С хрипом прополз под кабелем и во весь опор припустил в открытую степь.

Варвара, придя в себя, в недоумении посмотрела на Олу.

— А почему вы не стреляете? — вскрикнула она. — Ола, стреляй! Это же маньяк, он уходит!

Ола медленно опустила автомат, глядя вслед удаляющейся фигуре.

— Нет, — спокойно ответила она. — Ему будет гораздо хуже, если я его не застрелю. Пускай бежит.

Вдалеке, в дрожащем мареве степи, куда бежал Мельхиоров, уже виднелись темные массивные силуэты, в облакх пыли.

Алексей проводил взглядом убегающую фигуру Мельхиорова и негромко произнес:

— Ну что ж, собаке — собачья смерть.

Андрей, поправляя снаряжение, посмотрел на него с легким осуждением и покачал головой.

— Не обижай таких милых созданий, как собаки, — ответил он, а затем добавил уже серьезнее — Кстати, мы совсем пропустили этот момент. Не взяли с собой псов. Я думаю, Алексей, тебе придется еще разок вернуться через портал, пока мы не ушли отсюда далеко.

Варвара, чьи розовые волосы ярко выделялись на фоне выжженной степи, заметно оживилась. — Ой, а я всегда хотела завести собачку! — призналась она. — Но я жила одна, и гулять с ней было совершенно некому — всё время занимала работа. А теперь у меня появился Андрей, он и будет выгуливать, когда я занята. Так что давайте заведем маленькую и пушистенькую!

Андрей усмехнулся, глядя на свою спутницу.

— Да уж, пушистенькую и маленькую... — прогудел он. — Овчарку или дога!

Все дружно рассмеялись, чувствуя, как уходит напряжение после схватки. Даже Ола, не выпускавшая из рук автомата, едва заметно улыбнулась.

— Хорошо, — подытожил Алексей. — Вариант с собаками и другой живностью мы с вами еще продумаем. Но идея верная: в этом мире без верного пса будет туго.

Глава 3. Кровь маньяка и небо в сеточку!

к— Ну что ж, купим собаку — без собаки нам никак, — с этими словами мы вернулись к мангалу.

Алексей бросил на ходу: «Я быстро переоденусь, скину запыленные шмотки, а вы пока готовьте мясо», — и скрылся в вагончике. Андрей принялся насаживать кусочки шашлыка на шампуры. Девчонки помогали заново накрывать стол — тот самый, с которого слетели тарелки во время недавней драки с Мельхиоровым.

Внезапно тишину разорвали выстрелы, вдалеке за периметром.

— Что это такое? — встревожилась Варвара.

Андрей весь подобрался:

— Это Алексей растяжки поставил в качестве сигнализации, в особо динозавромом напралении. Обычные, для кемпинга, на холостом патроне. Похоже, опять к нам гости...

Алексей уже вылетел из вагончика с помповиком. Андрей бросился следом и выхватил свой «Молот» с тридцати зарядным магазином. Все кинулись к ограждению и замерли: к забору на бешеной скорости несся Мельхиоров, а за ним по пятам гнался тираннозавр. По всей видимости, они встретились в степи, и теперь ящер преследовал его в лучших традициях хищника, играя с жертвой, как кошка с мышкой.

Сработавшая ранее сигнализация, расставленная на подходах, громким выстрелом не отпугнула динозавра. Ультразвуковой отпугиватель, на который была вся надежда, тоже подвел — тираннозавр попросту не обратил на него внимания.

Воздух над степью задрожал от первобытной мощи. Пасть тираннозавра, усеянная рядами бритвенно-острых зубов, с влажным хрустом сомкнулась на теле Мельхиорова.

— Ну вот, пасть инквизиции захлопнулась, — мрачно процедил Алексей, наблюдая, как голова маньяка исчезает в костяных тисках.

Зубы ящера скрежетали по костям, точно железные штифты в средневековой «Железной деве». Секунда — и плоть Мельхиорова превратилась в кровавое месиво под давлением многотонных челюстей. Когда же хищник дожевывал ноги, по степи разнесся отчетливый звук ломающихся суставов.

— И «испанский сапожок» от инквизиции напоследок, — подытожил Александр, сплюнув в сторону.

Андрей и Ольга обменялись короткими, жесткими взглядами и хлопнули друг друга по ладоням: одним врагом меньше, дело сделано. Варвара же стояла бледная, как полотно, глядя на это пиршество расширенными от ужаса глазами. Заметив её состояние, Андрей шагнул к ней и крепко обнял за плечи, прижимая к себе.

— Всё спокойно, Варя. Здесь просто такой мир — первобытный. Либо мы, либо они. Ты же понимаешь, кого мы выберем? Конечно, своих.

В этот момент тираннозавр, закончив с «мышкой», внезапно дернулся. Вместо того чтобы убраться восвояси под воздействием ультразвука, он начал вести себя неадекватно: крутиться на месте, мотать тяжелой головой и утробно рычать.

— Что это с ним? Несварение желудка от Мельхиорова началось? — хмыкнул Алексей, вскидывая ружье.

Ящер начал подпрыгивать, сотрясая землю, и вдруг его желтый глаз с вертикальным зрачком сфокусировался на людях за колючей проволокой. На него больше не действовал ультразвук — теперь он видел перед собой новую порцию "вкусняшки" и постаянная жажда к убийству помноженная на затуманенную "химией" голову, толкнула его к самоубийственной атаке на колючий забор.

— По глазам! Стреляем по глазам! Он маньяком отравился, там в крови была чудовищная доза “химии”. Тиранозавр неадекват теперь! — скомандовал Алексей.

Тираннозавр с ревом рванул на забор. Колючая проволока натянулась до предела, удерживая многотонную тушу. Раздался резкий, гитарный звон — это лопнула первая нить, за ней с сухим щелчком лопнула вторая.

В вечернем воздухе забухали выстрелы. Андрей вбивал тяжелые пули в чешуйчатую грудь и шею монстра, отчего плоть ящера вздрагивала, а из ран летели темные брызги. Ольга, била короткими очередями прямо в морду хищника. Один глаз ящера лопнул, заливая морду мутной жижей, хищник взревел от боли и ярости.

— Жестко идет, как танк, нам не хватает крепкости забора против такой “лошади”! — крикнул Алексей, ловя в прицел вторую глазницу. Но стрелять уже не потребовалось. По всей видимости ящер был уже несколько секунд мертв и только “химия” его гнала вперед. Тиранозавр замер и как подкошенное дерево рухнул на “колючку”. Забор не провалился до конца, тем более туша закрыла проход компенсируя порванную проволоку.

И тут сверху раздалось резкое, гортанное «курлык!». Все разом задрали головы. В багровом небе, подсвеченном закатом, кружили тени.

— Воздух! — надрывно крикнул Алексей.

На периметр пикировали птеродактили. Варвара тут же повалилась на землю, закрыв голову руками. Ребята вскинули стволы. Эти крылатые твари не умели падать камнем, как соколы и коршуны — их полет больше напоминал движение планеров. Они заходили на цель пологими дугами, планируя вдоль земли, чтобы подцепить добычу на лету.

Эта медлительность их и погубила. Пока ящеры выравнивались для атаки, команда успела «нашпиговать» их свинцом. Гулкие хлопки выстрелов смешались с предсмертным клекотом тварей, падающих в пыль грудами кожистых крыльев.

Когда последний птеродактиль затих, Алексей опустил ружье и обвел взглядом своих товарищей. Лица у всех были в копоти и пыли.

— Так, друзья. Пока этот склад стоял законсервированным, здесь не было людей изверье он особо не привлекал. Ультразвука хватало за глаза. Но теперь здесь появились мы — «вкусные котлетки». И хищники потянулись на запах. Нам нужно срочно усиливать укрепление лагеря.

Он посмотрел на прорванный забор и на небо.

— Мы совсем забыли, что опасность может прийти не только по земле, но и сверху. Так что, команда, будем ставить противовоздушную оборону. Другого пути у нас нет.

Андрей бережно помог Варваре подняться, чувствуя, как её плечо всё ещё мелко дрожит под его рукой. Он молча гладил её по спине, стараясь передать то спокойствие, которого сейчас так не хватало им всем.

Варвара была бледной, в свете сумерек её лицо казалось почти прозрачным, но она вдруг глубоко вздохнула, поправила выбившиеся пряди и слабо улыбнулась Андрею.

— Всё нормально, — тихо сказала она, похлопав его по руке. — Я уже начинаю привыкать. Знаешь, какой здесь мир... Удивительный. Красивый и одновременно до ужаса страшный. Наверное, это и есть та самая «красота — страшная сила».

Напряжение, висевшее в воздухе, немного спало — ребята дружно заулыбались этой неожиданной шутке.

— Ну, чувствую, ты втягиваешься, Варя, — одобрительно кивнул Алексей, вытирая лицо. — Только поверь моему опыту: нападение динозавров — это еще не самое страшное, что нам предстоит. Хотя и к этой опасности надо готовиться по-взрослому.

Он посмотрел на валяющиеся в отдалении туши птеродактилей.

— Я заметил, что эти летуны — чистой воды планеры. Они не падают сверху, а заходят на цель полого. Поэтому план такой: у нас там были длинные трубы, используем их как мачты. Вкопаем по периметру, натянем между ними колючую проволоку. Пускай бьются в ней, как мошки в паутине. А чтобы они не вздумали на эти мачты присесть, сверху закрепим «метелки» из заостренной арматуры. Пусть ранят себя, если сунутся.

— Звучит дельно, — согласился Андрей, переводя взгляд на покореженное ограждение. — Но с забором тоже надо что-то решать. Тираннозавр его как бумажный заслон прорвал. Если их придет сразу несколько, никакая «колючка» не удержит.

Он прищурился, оценивая фронт работ.

— У нас же здесь бульдозер стоит. Сделаем канаву по внешнему контуру. Такую, чтобы ящер не смог её перепрыгнуть с ходу. А на дно забьем те же железные колья. Оступится, загонит штырь в лапу — и всё, охотник станет добычей. — предложила Варвара.

— Долго же это — такой котлован рыть, — засомневалась Ольга.

— Не такой уж и большой нужен, — возразила Варвара. — Главное, чтобы он не пролетел его на скорости, а опустил ногу вниз. Я пройдусь на бульдозере вокруг лагеря, а вы пока займитесь «начинкой». Арматуру пилите болгаркой под сорок пять градусов — из одного реза сразу два острых колышка получается.

— И сварочный аппарат не забудьте, — добавил Алексей. — Надо на технику решетки наварить, сделать что-то вроде брони. Особенно на колеса, чтобы не порезали. Ну что, с чего начнем?

Варвара, чьи глаза уже азартно блестели в наступающей темноте, быстро прикинула схему:

— Начнем с ПВО. Предлагаю поставить пять мачт — «конвертом». Между ними проволоку пустим и горизонтально, и вертикально, и крест-накрест. Чтобы вообще не подлететь было.

— Окей, хватаем лопаты, — скомандовал Андрей.

— Зачем лопаты? — Варвара уверенно направилась к трактору. — У нашего «Беларусь» есть насадка с отбойным молотком. Я сейчас им мигом нужные дырки в грунте на пробиваю. А вы пока берите болгарку и готовьте «метелки» из арматуры.

Ольга вопросительно посмотрела на мужчин:

— А я чем займусь?

— А ты, супер-охотница, бери автомат и лезь на самый высокий контейнер, — ответил Алексей. — Будешь нашим главным «сурикатом»-часовым. Если увидишь движение в степи — сразу предупреждай.

Команда разошлась по местам. Тишину разорвал рык заводимого трактора, а следом из тени вырвался сноп искр — это Андрей и Алексей начали кромсать арматуру, превращая мирный металл в смертоносные шипы. Работа закипела.

Работа кипела до самых сумерек. Воздух над складом пропитался запахами горелого металла, озона от сварки и поднятой трактором пыли, которая золотилась в последних лучах заходящего солнца.

Варвара, уверенно управляя трактором «Беларусь», раз за разом опускала тяжелую насадку отбойного молотка. Земля вздрагивала под колесами, когда отбойный молоток вгрызался в каменистую почву, пробивая пять глубоких отверстий: четыре по углам периметра и одно — в самом центре. Андрей и Алексей в это время, обливаясь потом, кромсали арматуру. Болгарка визжала, выбрасывая снопы искр, которые в сгущающихся тенях казались маленькими метеоритами.

К верхним концам семиметровых труб — самых длинных, что удалось найти среди складских запасов — ребята приварили те самые «метелки». Острые прутья арматуры топорщились в разные стороны, как короны терновника. Прежде чем поднимать эти мачты-гиганты, к их вершинам заранее закрепили концы колючей проволоки, чтобы потом не карабкаться на верхотуру.

Когда штанги наконец встали на свои места, база преобразилась. Мачты соединили проволокой по периметру, а затем потянули основные нити к центральной стойке. Получилось подобие огромного стального шатра или конверта. Но на этом не остановились: от вершин каждой угловой мачты Андрей протянул дополнительные линии крест-накрест к противоположным нижним точкам ограждения. Теперь склад был опутан сетью колючих «струн», рассекающих пространство над головами и сбоку.

Алексей, вытирая руки грязной ветошью, прищурился на результат их труда.

— Ну, конечно, это не сплошной купол ПВО, — проворчал он, поглядывая на небо. — Но спокойно фланировать здесь этим летунам точно не выйдет.

Действительно, птеродактили не улетели. Они кружили выше, их кожистые крылья бесшумно резали остывающий воздух. Время от времени тишину нарушал сухой хлопок — это Ольга, замершая на контейнере, как изваяние, давала одиночный выстрел. Она не стремилась убить — просто метила по крыльям или била чуть впереди вожаков, держа стаю на почтительном расстоянии и не давая им спикировать на работающих парней.

— Надеюсь, среди них нет последователей Чкалова, — усмехнулся Алексей, вспомнив легендарный полет под мостом. — Если решат рискнуть — обязательно впиндюрятся в какую-нибудь из наших растяжек. В любом случае, надо будет еще увеличить количество нитей проволоки, надо провести аудит сколько «колючки» в остатках.

Он хлопнул Андрея по плечу, чувствуя, как гудят натруженные мышцы. Степь вокруг погрузилась в синеватый сумрак, лишь далекие крики ящеров напоминали о том, что этот мир не спит.

— Утро вечера мудренее, — подытожил Алексей. — На сегодня всё, пора отбиваться.

Ужин после дневного побоища казался не просто едой, а священным ритуалом возвращения к жизни. На импровизированном столе, сооруженном из ящиков, вновь дымился шашлык. Те самые сочные куски мяса, которые томились в маринаде, пока герои отбивались от доисторических тварей, наконец-то дождались своего часа. Жир капал на угли, наполняя лагерь сводящим с ума ароматом жареного мяса и дымка.

Алексей с наслаждением прижал к щеке холодную, покрытую ледяной росой баночку пива. Раздался характерный щелчок и шипение вырывающегося газа. К нему, устало опустившись на складной стул, присоединилась Варвара. Андрей и Ольга остались в стороне от этого хмельного праздника. Жизнь в большом мире приучила их к спокойной толерантности: они не строили из себя святош и не читали нотаций, но предпочитали держать чувства под полным контролем. Особенно Ольга.

Сам Андрей к пиву питал давнюю антипатию — его раздражала тяжелая хмельная горечь, оставляющая неприятный осадок на языке.

— Как вы вообще это пьете? — усмехнулся он, доставая из переносного холодильника запотевшую банку колы. — Вот оно, сладкое золото цивилизации. Лед и сахар — лучший рецепт после встречи с тираннозавром.

Варвара, вопреки пережитому ужасу, восстановилась удивительно быстро. В ее глазах, еще утром расширенных от страха, теперь горел азарт творца. Работа и созидание были для нее лучшим антидепрессантом: осознание того, что ее работа спасает жизни, подействовало эффективнее любых лекарств.

— Значит так, мужики, — деловито начала она, сделав приличный глоток и вытирая пену с губ. — План на завтра такой: чуть свет я вывожу трактор за периметр. Первым делом нужно оттащить эту тушу и дохлых птеров... — она неопределенно махнула рукой в сторону степи, где темнел массивный остов ящера. — А то к обеду они нам тут такой «аромат» устроит, что никакой шашлык не полезет. Потом сразу за канаву. Я поставлю фрезу, сделаю специальный уступ. Если какой ящер решит прыгнуть, он провалится на эту «ступеньку» и ногой, а если повезет - грудью на наши стальные пики напорется.

Алексей, внимательно слушавший ее, предостерегающе поднял палец, блеснувший в свете фонаря.

— Нет, Варя. План хороший, но последовательность другая. Сначала — броня. Пока ты не обваришь кабину и капот стальной решеткой, за ворота ни ногой. Мы не знаем, кто еще там в высокой траве затаился. Ты должна сидеть внутри, как в сейфе, чтобы мы с Ольгой успели отреагировать, если кто-то выскочит из засады.

— Я-то уж точно успею, — негромко, но свинцово-тяжело обронила Ольга. Она сидела вполоборота, лениво поглаживая вороненое цевье автомата, покоившегося у нее на коленях. — Сниму любого, кто решит хвост задрать на нашу Варю.

— Береженого Бог бережет, а ленивого — палеонтологи по косточкам собирают, — отрезал Алексей. — Бронируем всё в обязательном порядке. И не только кабину. Варя, у тебя трактор на гусеницах, там перебить ход сложно. Но у нас еще колесный «Беларусь». Если тираннозавр в азарте вцепится в колесо, решив, что это такая огромная черная жвачка, мы замучаемся менять его посреди степи под взглядами его голодных родственников. Закрываем диски и резину стальными щитами и решотками.

— Ладно, командир, убедил, — Варвара азартно щелкнула пальцами. — Завтра с утра превращаем наш мирный сельхозинструмент в боевой танк мезозойской эры. Оденем его в решетки, как рыцаря в латы. Будет не трактор, а крепость на колесах.

Они просидели еще немного, обсуждая углы обстрела и прочность стальных заграждений. Постепенно разговоры затихли, уступая место тяжелой, честной усталости. Лагерь погрузился в тревожный, но необходимый сон под непрекращающийся стрекот цикад и далекий, едва уловимый гул первобытной жизни, затаившейся в темноте бескрайней степи.

Глава 4. Марафон хромых и магия тушёнки.

Рассвет в первобытной степи ворвался не нежным щебетом птиц, а пронзительными криками Варвары — отчаянными, смешанными с визгом и русским матом.

Она встала ни свет ни заря, решив побаловать всех свежесваренным кофе: литровая турка уже пробурлила три раза в вагончике на газовой горелке, аромат зёрен дразнил ноздри. Но сначала, как настоящая цивилизованная девушка, надо умыться. Варвара выскочила на улицу в своих розовых шортах, сонно потирая глаза, с мыльницей в руках — и замерла. Над лагерем кружил ранний птеродактиль — крылатый хищник с размахом крыльев в три метра, чешуйчатая морда оскалена, глаза-буравчики высматривают лёгкую добычу. Увидев аппетитную "булочку" с розовыми волосами, он ринулся в пикирование, когти нацелены, крылья свистят. Но ПВО сработало надежно: натянутая струна колючей проволоки хлестнула по крылу, как бич. Птеродактиль взвыл, вошёл в штопор — и фигакнулся оземь между контейнерами, в метрах десяти от Варвары. Крыло сломано с хрустом. Летать он больше не мог, но голод и ярость гнали вперёд: ковыляя на неуклюжих когтистых лапах, шипя и клацая клювом, он пополз к ней, волоча искореженное крыло. Варвара взвизгнула благим матом, споткнулась о мангал — и рванула прочь.

Начался цирк: она, прихрамывая на ударенную ногу, носилась кругами вокруг вагончика, розовые волосы хлещут по плечам, кеды стучат по земле, кричит: "Гады перепончатокрылые! Андрей, спасай!" Птеродактиль ковыляет следом, как пьяный индюк на костылях, пасть щёлкает впустую. Шум разбудил лагерь: выскочили Алексей с помповым дробовиком наперевес и Ольга с АКС — и замерли, давясь хохотом. "Гонка века! — выдавил Алексей, вытирая слёзы. — Варвара, ускоряйся, он догоняет!" Тут примчался Андрей — в одних шортах, неразлучный “Молот” 12-го калибра с огромным барабанным магазином в лапище, заряжен под завязку. Увидел марафон — Варвара впереди, птеродактиль ковыляет следом, спринтом обогнул вагончик, догнал тварь сзади и влупил серией — десять выстрелов подряд, жаканы разорвали птера в клочья. Кровь, кишки — птеродактиль затих в месиве, лапы дёрнулись в агонии. Ольга, опустив АКС, покачала головой, хмыкнув: "Андрей, экономь патроны! Мы сюда — на всю жизнь. Не на пикник. И кишки сам убирать будешь, загрязнитель первобытной экологии!" Андрей чертыхнулся, глянул на Варю виновато: "Ёжики мочёные... Тьфу, дурная привычка от Шамана. Пошёл одеваться". Сгрёб Варвару в охапку — она всё ещё дрожала, но уже хихикала — и потащил в вагончик. Алексей, перекладывая помповик на сгиб локтя, посерьёзнел, оглядывая колючую проволоку: "Да, ПВО слабовато. Надо усиливать — сеток добавить, ультразвук громче Варю попросить подкрутить. А то наших аппетитных “булочек” птеры слопают".

Степь затихла, кофе остывал в турке, а лагерь проснулся с улыбками: утро началось с комедии, но уроком — что в этом мире расслабляться нельзя.

После такого веселого подъема, весь это день прошел в грохоте металла и натяжении струн колючей проволоки. Лагерь постепенно превращался в настоящую стальную паутину. Варвара снова оседлала трактор теперь для разнообразия, более мощный чем вчера, споро пробивая дополнительные отверстия в каменистом грунте — нужно было поставить промежуточные опоры, чтобы тяжелая сетка-рабица (ей решили прикрыть места жилой зоны) не провисала под собственным весом.

Когда нужные пролеты были затянуты сеткой, Андрей и Алексей принялись за самое коварное — МЗП. Эта малозаметная проволочная путаница, настоящая «инженерная смерть» для любого, кто решит проскочить на скорости, теперь змеилась кольцами по периметру и в промежутках между стойками “ПВО”. Любая тварь, рискнувшая спикировать в эту путанку, моментально превратится в “муху в паутине”.

Но Варвара на этом не остановилась. Пока мужчины возились с железом, она занялась «физикой». За последние два года Андрей успел оборудовать многие контейнеры солнечными батареями, и теперь Варя, вооружившись тестером и мотками кабеля, начала колдовать над распределительным щитом.

Она тянула контакты от мощных аккумуляторов напрямую к отдельным нитям колючей проволоки, создавая замкнутые контуры под напряжением.

— Ну что, летуны, попробуйте теперь приземлиться на наши мачты, — азартно проговорила Варвара, затягивая последнюю клемму. — Шарахнет так, что мало не покажется! Напряжение, может, и не убьет на месте, но желание гостить у нас отобьет надолго. Это, мужчины, моё окончательное слово в ПВО, точнее ППО - противо птерадактельная оборона!

Алексей, наблюдая за тем, как на щитке замигали контрольные лампы, только уважительно качнул головой. Правильно, что взяли с собой Варвару!

Алексей, тяжело привалившись к борту грузового контейнера, стер со лба соленую смесь пота и металлической пыли. Его взгляд, обычно строгий и сосредоточенный, потеплел, когда он обвел взглядом своих друзей.

— Пойдемте ужинать, народ, — негромко произнес он, и в его голосе прозвучала искренняя усталость. — День был такой, что врагу не пожелаешь. Пора и честь знать.

Однако Варвара, чье лицо было испачкано сажей, а в глазах горел тот самый «маниакальный» блеск истинного творца, лишь отмахнулась, не выпуская из рук держак сварочного аппарата. Запах раскаленного металла и горелой изоляции, казалось, бодрил её лучше любого кофе.

— Какое «ужинать», Леша? Солнце еще над горизонтом! — азартно воскликнула она, поправляя на лбу защитную маску. — Решетки из арматуры сами себя не приварят. Мы сегодня должны закончить противодинозавровую защиту на тракторах. Сделаем из кабин настоящие бронекапсулы, и тогда никакой ящер нас изнутри не выковыряет.

Она говорила с таким неистовым восторгом, будто созидание было для неё единственным способом дышать в этом чужом, пугающем мире. Алексей лишь понимающе кивнул, но в его глазах промелькнула тень командирской тревоги.

— Хорошо, Варя, только об одном прошу: радиатор, — он постучал пальцем по стальной решетке капота. — Гусеницы у нас, слава богу, железные, выдержат. Но если эта тварь клыком пробьет соты радиатора — всё, приехали. Встанем посреди степи мертвым грузом. Работай аккуратно, ладно?

Варвара, уже не слушая, ухватила за локоть Андрея. Тот картинно вздохнул, закатив глаза к небу.

— Так, «подъемный кран», — скомандовала она, — марш к трактору! Будешь придерживать секции арматуры, пока я прихватываю их дугой. Работаем в паре.

Андрей, мгновение поиграв роль великомученика, вдруг широко, по-мальчишески улыбнулся. Он демонстративно напряг бицепсы, отчего рукава рубашки опасно натянулись.

— Есть, шеф! Я — самый грузоподъемный и надежный живой кран в этом Мире! — пробасил он, и они со смехом умчались к технике.

Вскоре тишину степи нарушил резкий, сухой треск электрической дуги. Снопы ослепительно-белых искр брызнули в наступающие сумерки, рассыпаясь по земле, словно праздничный фейерверк.

Алексей повернулся к Ольге. Её русые волосы, подсвеченные закатом, казались нимбом, но взгляд светлых глаз оставался холодным и расчетливым.

— Ну а мы? Пойдем хоть чаю выпьем, пока они там искрят?

Ольга медленно покачала головой, поправляя ремень автомата на плече.

— Нет, командир. Я на крышу вагончика. Купол наш — штука надежная, но птеродактили — твари изворотливые, могут и в щель просочиться. Пригляжу за нашими «сварщиками» сверху. Береженого, сам знаешь...

Алексей только усмехнулся, коротко хлопнув в ладоши. Чувство гордости за этих людей на мгновение заглушило усталость.

— Какие все сознательные подобрались, просто диву даюсь! Ладно, раз так — я тоже в стороне не останусь. Разжигаю плитку. Будет вам сегодня настоящий армейский плов. Считайте это официальной наградой за трудовой фронт! То есть, формально — каша с мясом, — лукаво прищурился Алексей, — но обещаю: пальчики оближете, а тарелки вылижите языком.

Алексей сноровисто развернул походную печку — компактного стального монстра на пропане, которого специально прикупили для экспедиции. Сверху водрузил тяжелый чугунный казан, он конечно еще не впитали в себя дух тысячи костров, был новым, но он был толстостенным то что нужно для готовки плова. Когда в казан плеснули оливковое масло, оно заиграло на солнце, как жидкий янтарь.

Лук, нарезанный крупными, честными полукольцами, встретился с раскаленным жиром яростным шипением, выпуская облако сладковатого пара. Следом отправилась морковь — ровные оранжевые брусочки тут же окрасили масло в золотистый цвет. Андрей, проходя мимо с охапкой арматуры, не удержался и шумно втянул воздух.

— Командир, ты ведешь нечестную психологическую войну, — пробасил он.

Алексей лишь хмыкнул, засыпая рис. Длинные зерна легли на дно, мгновенно впитывая в себя соки овощей. Тонкая струйка воды заставила казан удовлетворенно забулькать, а финальным аккордом стали две пухлые головки чеснока. Алексей вдавил их в рисинки, как драгоценные камни в оправу.

Запахи поплыли по лагерю концентрическими волнами: сначала уютный аромат пассеровки, затем резкий, манящий чесночный взрыв. Ольга, замершая на крыше вагончика с биноклем, вдруг заерзала. Ее ноздри хищно раздулись.

— Алексей! Ты военный преступник! — крикнула она сверху, не отрываясь от окуляров. — Невозможно дежурить в таких условиях. У меня палец на спуске дрожит от голода!

— Терпи, снайпер, атаманом будешь! — отозвался повар, вскрывая ножом пару банок говяжьей тушенки.

Мясо — настоящие волокнистые кубики в прозрачном желе — отправилось в казан. Запах усилился многократно: густой, плотный дух томленой говядины со специями смешался с ароматом чеснока. Плов доходил, покрываясь на дне той самой заветной корочкой.

Стук молотков и шипение сварки оборвались внезапно. Первой к «кухне» примчалась Варвара, буквально буксируя за собой Андрея. Лицо ее пылало, а нос смешно дергался, ловя воздушные потоки.

— Всё! Баста! Трудовой подвиг окончен по техническим причинам — желудок объявил забастовку! — заявила она.

— Руки мыть! — скомандовал Алексей, указывая половником в сторону умывальника. — И ты, Оля, слезай со своего насеста. Будем бдеть коллективно.

У умывальника — старой бочки с самодельным краном — завязалась шутливая потасовка. Андрей и Варя передавали друг другу скользкий кусок хозяйственного мыла, оттирая сажу и металлическую пыль. Ольга спрыгнула с крыши мягко, по-кошачьи, и попыталась было сунуть нос в казан раньше времени, но тут же получила легкий шлепок от Анлексея и направлена мыть руки.

— Стоп, дежурная! По уставу — сначала гигиена, потом вкусняшка!

Ужинали в быстро густеющих сумерках. Глубокие алюминиевые тарелки, еще новые и чистые до блеска, отражали свет светодиодного фонаря. Плов удался на славу: рис рассыпался, каждая крупинка была пропитана бульоном, а чеснок стал мягким и кремовым, тая на языке.

— Пока есть чего жевать, будем радоваться жизни! — провозгласил Алексей, с тихим пшиком вскрывая баночку пива. Его холодная хмелевая горечь была идеальным контрастом к горячему, жирному плову.

Варвара от пива отказалась, демонстративно хлопнув Андрея по плечу в знак солидарности. Ольга лишь фыркнула, вспомнив свою первую встречу с Шаманом и тот злополучный стакан с алкоголем, который она тогда отфутболила в лес.

— Ничего-ничего, — подмигнул Алексей, — допью эти запасы, и станем все поголовно трезвенниками. Поневоле.

Дружный смех прокатился по стоянке, на мгновение заглушая шорохи первобытной степи. День угас, оставив после себя тепло в желудке и то редкое чувство сплоченности, которое рождается только в настоящих испытаниях.

На следующее утро степь пробудилась в багряном мареве, словно само небо предчувствовало масштаб грядущих свершений. Трава, тяжелая от ночной росы, искрилась под первыми лучами, превращая равнину в бескрайнее поле рассыпанных бриллиантов. Воздух звенел первозданной свежестью — густой коктейль из запахов влажной земли, горькой полыни и едва уловимого, тревожного мускуса хищников, затаившихся в высокой траве.

Лагерь превратился в гудящий стальной улей. Герои взялись за возведение «Линии Ёжика» — системы укреплений, которая должна была окончательно превратить их стоянку в неприступную цитадель.

Начали с самой грязной работы. Варвара, с решительным блеском в глазах, запрыгнула в кабину своего бронированного монстра. Стальной трос натянулся со звоном струны, впиваясь в серо-зеленую тушу поверженного тираннозавра. Мертвый гигант уже начал источать тяжелый, тошнотворный дух разложения.

— Ну, пошел, родимый! — крикнула Варя, и дизель трактора отозвался надрывным, утробным рыком.

Андрей, не выпускавший из рук свой модифицированный «молот» — тяжелый карабин с 30-патронным магазином, — внимательно сканировал колышущуюся траву.

— Если этот «красавчик» решит воскреснуть, я ему вторую пасть прострелю, прямо в затылке! — хохотнул он, утирая со лба смесь пота и копоти.

Когда с «санитарной очисткой» было покончено, Варвара развернула трактор. Навесной отвал скрежетнул по камням. Двигатель взревел на пределе, и земля взметнулась фонтанами в разные стороны. Ров рос на глазах: два метра ширины, метр глубины, с отвесными, коварными стенками.

— Сначала делаем обрыв, — объясняла Варвара, высунувшись из кабины. Пыль осела на ее лице серой маской, а волосы спутались в дикую копну. — Расчет простой: туша летит вниз, теряет опору и... гравитация делает всю грязную работу за нас!

Андрей в это время споро вбивал в дно рва заостренные обрезки арматуры и тяжелого швеллера. Каждый кол был зазубрен припомощи "болгарки", напоминая клык доисторического монстра.

— Представь картину, — приговаривал он, опуская кувалду на сталь. — Летит такой тираннозавр: бац! — и готов гигантский шашлык. А мы сверху вежливо так: «Добро пожаловать на ужин, дорогой гость, присаживайтесь на кол, не стесняйтесь!»

Пока ров огибал периметр, Ольга с вышки, не сводя глаз с горизонта, покрикивала Алексею и Андрею, чтобы тоже не расслаблялись:

— Эй, копатели и забиватели! Не спим на работе, башкой вращайте! А то какой-нибудь шустрый ящер решит, что вы — это изысканный десерт в его сегодняшнем меню!

К полудню ров -ловушка был готов. Смертоносный периметр сверкал на солнце остриями кольев, готовый нанизать любого гиганта, как бабочку на булавку. Но Варвара, прищурившись, покачала головой, и мечтательно сказала:

— Маловато будет. Вот бы еще заминировать дальние подступы.

— О! — Алексей так и подпрыгнул на месте. — У нас же патронов 12-го калибра — завались, целыми ящиками стоят!

В глазах Алексея блеснул огонек старой армейской смекалки:

— Саперы рассказывали про одну вьетнамскую штуку. Взрывчатки нет, но можно при минировании обойтись патронами, эффект — убойный. Берем две доски потолще, сверлим отверстия, вставляем патроны капсюлями вниз. На вторую доску вбиваем гвозди — острием к капсюлям. Скрепляем проволокой и прикапываем. Тираннозавр наступает: бах! — и получает сноп картечи или жакан прямо в мягкую часть лапы. Роке-н-рол гарантирован!

Андрей присвистнул:

— Это сколько ж мы моих патронов 12-го калибра сожжем? Тут периметр — километр!

— А мы схитрим, — Варвара уже чертила схему прямо на пыльном борту трактора. — Используем «загон». Натянем нитку колючки за сто метров до рва. Динозавры — твари осторожные, пойдут вдоль нее и сами нырнут в узкое «горлышко». А там их и будут ждать мины. Сначала ультразвук их пугнет, не поймут — получат салют по пяткам!

— И электропастух! — крикнула Ольга, грациозно спрыгивая с вышки. — Протянем провода между минами и рвом. Получится первый рубеж - ультразвук, второй электропастух, ну и третий - мины в пятку!

— Сможешь "подкрутить" мощность электропастуха, чтобы искры из глаз у этих недодраконов летели? — спросил Алексей.

— Сделаю! — загорелась Варя. — Это будет не «щекотка» для коровы, а настоящая дуга. Чтоб жгло до костей, чтоб искры из глаз летели, как заказывали!

Весь остаток дня ушел на эту ювелирную работу. Они копали крошечные ямки, аккуратно фиксируя «вьетнамские сувениры», тянули тонкую сеть электропастуха, которая уже к вечеру начала едва слышно потрескивать пробными разрядами. Руки устали, спины ныли, но шутки не смолкали.

— Если тираннозавр это всё увидит, — буркнул Андрей, присыпая очередную мину песком, — он подумает: «О, бесплатный педикюр!» — и запрыгает от восторга, что коготочки по самое колено подрезал.

Когда солнце начало тонуть в багрянце, окрашивая степь в цвет запекшейся крови, Алексей вытер руки масляной тряпкой и подвел итог:

— Склад вокруг портала теперь — настоящая крепость. Завтра объявляю выходной. Пикник и отдых.

Он обвел друзей серьезным взглядом.

— На Землю возвращаться не советую, у всех там хвосты и проблемы. А я рискну заскочить. Нам нужны нормальные собаки для охраны, козы — породистые, ведерные, а не эти дикие недоразумения. И семян еще прихвачу. Пора прыгать из каменного века сразу в железный, минуя бронзу, племени Баара. Наладим там и животноводство, и сельхоз.

— Слушаемся, капитан! — хором отозвались ребята, и их смех эхом раскатился по притихшей степи.

Глава 5. Отдых, порох, пыль дорог!

День отдыха в первобытной степи стал для них не просто передышкой, а настоящим актом исцеления. После бесконечного марафона из адреналина, китайских триад, серых тюремных стен и панической эвакуации, простая возможность никуда не бежать казалась почти нереальной. Солнце лениво дрейфовало по выцветшему до белизны небу, превращая бескрайние травы в колышущееся медово-золотое море. Воздух, густой и горячий, дрожал над горизонтом, принося горький, дурманящий аромат перегретой полыни.

Лагерь замер в блаженной тишине. Тракторы, укрытые пыльным брезентом, дремали, словно стальные звери в загоне, а свежевырытый ров таил на дне холодный блеск кольев, напоминая, что этот мирный покой куплен дорогой ценой.

Варвара первой объявила забастовку против рабочего комбинезона. Скинув промасленную робу, она предстала перед командой в розовом купальнике, который идеально подчеркивал ее крепкую, тронутую южным загаром фигуру. Расставив шезлонги под огромным пляжным зонтом, она превратила кусок степи в импровизированный лаундж-бар.

— Так, народ, отставить производственные совещания! — скомандовала она, с артистизмом профессионального бармена орудуя стаканами.

Лёд, извлеченный из термоса, с хрустальным звоном рассыпался по бокалам. Кока-кола встретилась с лимонадом, а капли клубничного и мятного сиропов расцветили напиток психоделическими разводами. Полосатые трубочки и бумажные зонтики довершили картину «дольче вита» на краю мезозоя.

— Вот так, Оля, — мурлыкнула Варя, откидываясь в шезлонге и подставляя лицо солнцу. — Тяни медленно, через соломинку. Чувствуешь? Пузырьки колются, мята холодит… Идеальный отдых — это когда само слово «надо» перестает существовать.

Ольга, впрочем, чувствовала себя не в своей тарелке. Ее русые волосы разметались по шезлонгу, но в голубых глазах все еще мелькало профессиональное беспокойство снайпера. Она то и дело порывалась вскочить.

— Варя, ну я не могу так… Может, периметр проверить? Или автомат почистить?

Варвара мягко, но властно прижала ее плечо к шезлонгу.

— Никаких автоматов, солнышко. Представь, что эта трава — наше море. Видишь, как волны ходят? Тихо, глубоко… А чтобы тебе совсем не было скучно, сейчас организуем культурную программу. Андрей! Выходи, покажи нам красивых парней на пляже, что выпендриваются перед девчатами!

Андрей, вышедший из тени вагончика в одних шортах, только того и ждал. Он тащил три пудовые гири — чугунные с отполированные до зеркального блеска ладонями ручками.

— Сейчас устроим цирк с конями! — расхохотался он, подмигивая девчонкам.

Он начал жонглировать. Гири взмывали в раскаленный воздух каскадом, с тяжелым, низким свистом разрезая тишину, и падали в его ладони точно в ритм. Мышцы Андрея перекатывались под кожей тугими узлами, пот блестел на широких плечах, как расплавленная бронза. Девчонки залились смехом: Ольга захлопала в ладоши, а Варя восхищенно присвистнула, не скрывая влюбленного блеска в глазах.

— Ну ты даешь! — выдохнула Варвара, отпивая коктейль. Ледяная сладость и газ приятно щекотали нос. — Андрей, ты не человек-кран, ты — бог манежа. Еще пару минут, и я окончательно впаду в дзен.

К вечеру, когда степь начала заливаться густым багрянцем, а тени от колючей изгороди вытянулись до самых вагончиков, воздух вдруг задрожал. Воздух на месте Портала задрожал и из марева, поднимая столбы пыли, вырулила крытая «Газель».

Из кабины вылез Алексей — запыленный, осунувшийся от усталости, но с абсолютно счастливой улыбкой. Ольга первой сорвалась с места, крепко обнимая его.

— Вернулся! Живой! Ну как там?

— Принимайте пополнение! — выдохнул Алексей, вытаскивая из кузова плетеную корзину.

Внутри копошился живой, теплый ковер. Пятеро пушистых овчарочьих щенков — серо-черные комочки с мокрыми носиками и висячими ушами — подняли многоголосый писк, приветствуя новый мир.

— Ух ты, милашки какие! — Варвара буквально нырнула в корзину, тиская щенков. Ее суровое лицо инженера мгновенно «растаяло».

— Но-но, не задуши будущую гвардию! — осадил ее Алексей. — Это серьезные ребята, вырастим из них боевых псов, если дрессуру не завалим.

— А для Баара что-нибудь привез? — деловито спросил Андрей, заглядывая в кузов.

— Принимай хозяйство: один племенной козел и три козы. Настоящие королевичи, по ведру молока в день давать будут, если кормить правильно. Комбикорм, овес — всё взял. И еще двадцать кур-несушек. Запустим тут птицеводство, будут у нас и свежие яйца и молоко. Птичник только подальше поставим, чтобы ветром дух не приносило.

— Отлично! — Варвара снова загорелась идеей. — Завтра тогда сразу бронируем пару машины под экспедицию. Колеса усилим стальными листами и решетками, чтобы к племени Баара дойти без приключений.

— Сделаем, — кивнул Андрей, потирая натруженные плечи. — На броне мы теперь собаку съели.

Алексей обвел взглядом свою команду и щенков, которые уже вовсю осваивали территорию, смешно заваливаясь в густой траве.

— Четверых щенков отдадим племени. Пусть растут вместе с ними, помогают охотиться — это укрепит нашу дружбу лучше любого золота. А одного оставим себе. Будет сторожевым.

— Давай двух! — запротестовала Ольга, прижимая к себе самого активного малыша.

— Обойдемся одним, вот это самого активного оставим, — ласково ей отказал Алексей, но в уголках его глаз затаились смешинки.

— Договорились! — хором отозвались друзья.

День отдыха плавно перетек в вечер надежд. Степь шептала им о покое, а впереди, за линией горизонта, уже маячила новая экспедиция — с железным караваном, живыми дарами и огромными планами на будущее.

***

Настал долгожданный день большой экспедиции. На площадке перед порталом, утробно рокоча дизелем, стоял тяжелонагруженный МАЗ. Это был уже не просто грузовик, а настоящий сухопутный дредноут: кабина затянута густой сеткой из арматуры, лобовые стекла прикрыты решетчатыми забралами, а колеса закованы в стальные железные листы, защищающие резину от клыков и когтей. На крыше кабины красовался куполообразная клетка, сваренная из стального прута: из такого «скворечника» можно было вести круговой обстрел, оставаясь в относительной безопасности.

Варвара была назначена пилотом грузовика, а Андрей со своим “Молотом” был вторым номером для прикрытия. Лицо Варвары светилось решимостью, а на поясе вместо кобуры висел мощный электрошокер-тазер. Андрей примеривался как ему удобней будет вести огонь из верхней клетки.

— Огнестрел — это ваше мужское, — бросила Варвара Андрею, поправляя зеркало. — Я не пацифистка, но для всякой мелкой шушеры мне и этого «тазера» хватит. Главное мое дело — технику не угробить.

Наконец с ней в кабине успокоился Андрей и присел на пассажирское место, любовно поглаживая вороненую сталь своего «Молота». Вторую машину вел Алексей, а Ольга, привычно проверив ход затвора АК, заняла позицию у люка. Вторая машина была на базе старого грузовичка, купленного одним из первых Алексеем, когда он только начал завозить материалы через Портал. Его не так сильно бронировали. Два автомата и верный помповик могли обеспечить лучшую защиту от хищников. Но все же кузов забрали решетками и там разместили живность для перевозки. Если и провоняет, не так жалко этот старый автомобиль будет.

Колонна тронулась. Степь встретила их безжалостным зноем и океаном колышущейся травы, которая с сухим шелестом хлестала по бронированным бортам. Дорог здесь не существовало — только направление, выжженное в памяти Алексея.

— Вон там на меня птеродактили пикировали, — кивнул он Ольге, указывая на ни чем не примечательное место в степи. — Думал тогда, что в Монголию попал... Наивный был.

— А я бы их приземлила, — фыркнула Ольга, прищурившись на солнце.

— Ты тогда с каменным наконечником прыгала, только пятки им пощекотала бы.

Смех разрядил напряжение, но длилось оно недолго.

Земля под колесами внезапно отозвалась мелкой, частой дрожью. Поднимая тучи рыжей пыли, навстречу каравану вылетела стая. Это были какие-то карликовые тираннозавры — «хулиганы» мезозоя высотой чуть больше метра. Они неслись на мощных задних лапах, напоминая бешеных кенгуру с крокодильими пастями. Полсотни злющих теней с воем и свистом заходили на перехват каравана.

Ольга мгновенно высунулась из люка. Сухие, хлесткие выстрелы АКСа ударили в унисон с рокотом мотора.

— Есть один! — азартно крикнула она.

Черепа хищников лопались с глухим хрустом, тела кувыркались в пыли, но орда не сбавляла темп. С второго МАЗа ударил «молот» Андрея: тяжелые жеканы свистели, как миниатюрные ядра. Удар — и прыгуна сносит в сторону, ломая кости и хребет.

Твари оказались на редкость настырными. Они прыгали на решетки, вцепляясь когтями в металл, скребли по кабинам, пытаясь достать до людей через арматуру. Раздался мерзкий скрежет — пара ящеров повисла прямо на колесных щитах, в ярости грызя сталь.

— Слава богу, колеса забронировали! — выдохнул Алексей, рывком переключая передачу. Машину тряхнуло: под тяжелыми скатами что-то хрустнуло, взвизгнуло и смолкло в облаке пыли.

Ольга прицелилась в ящера, висящего у самой резины:

— Спокойно, командир, баллоны не задену!

Выстрел — хищник мешком свалился под колеса. Но тут МАЗ подпрыгнул на скрытой в траве кочке, и следующая пуля ушла «в молоко», выбив искру из камня.

— Ёжики мочёные! — в сердцах выругалась Ольга, и ее щеки мгновенно вспыхнули. Она два года отучала так ругаться Шамана, но сама подхватила эту заразу.

Алексей, крутя руль и уворачиваясь от очередного прыгуна, расхохотался во весь голос:

— Ого! Оля, поздравляю! Ты только что стала русскоязычной до мозга костей! Сама же меня за такие словечки строила, а теперь — «с кем поведешься...»

— Заткнись, шаман, и рули давай! — фыркнула она, с грохотом загоняя новый магазин в автомат.

Очередной прицельный выстрел — и голова ящерки, грызшей решетку радиатора, разлетелась кровавыми брызгами. Стая начала редеть. Потеряв больше половины «бойцов», уцелевшие хищники, скуля и припадая на перебитые лапы, стали разбегаться, растворяясь в высокой траве.

— Уф, отбились от паразитов! — Алексей вытер пот, заливавший глаза. — Десяток точно перекатал, бампер весь в ошметках. Но броня выдержала.

— Машины — золото, Варя — гений, — резюмировал Андрей по рации, перезаряжая «молот». Но Варя говорит, что нужно бы осмотреть технику, не перекусили какие нибудь шланги.

Ольга вылезла на капот грузовика и осмотрела поле боя. Впереди уже нестерпимо ярко блестела Великая река, а адреналин всё еще колотил в висках, напоминая: этот мир не прощает расслабленности, но сегодня сталь и воля оказались сильнее клыков.

— Варя выходи, делай осмотр, я прикрою!

***

Путь к поселению племени Баара превратился в настоящую битву с первобытной природой. Едва караван свернул от Великой реки вверх по течению, как гостеприимная степь сменилась агрессивными джунглями. За два года, что Алексея не было в этих краях, лианы и молодая поросль отвоевали каждый метр пространства, превратив бывшую тропу в непролазную зеленую стену.

Воздух здесь был густым и неподвижным, как кисель, пропитанный испарениями гниющей листвы и душным ароматом экзотических цветов. Алексей и Андрей работали посменно: визг бензопил вгрызался в тишину леса, разлетаясь пугающим эхом. Фонтаны опилок и щепок летели в стороны, смешиваясь с градом пота, застилающим глаза. Запах свежей смолы и перегретого двухтактного двигателя щипал ноздри.

— Давай, “Самый сильный живой кран”, налегай! — хрипел Алексей, упираясь плечом в поваленный ствол и оттаскивая его с пути МАЗа. — Еще пара метров, и проскочим этот завал!

Заночевали прямо у кромки пробитой просеки. Костер трещал, распугивая ночных тварей, а над головами, в просветах между гигантскими кронами, мерцали чужие, холодные звезды. Утро продолжилось тем же ритмом: рев моторов и мат пробивающих дорогу мужчин.

В густой зелени мелькнули мускулистые тени, облаченные в звериные шкуры. Охотники племени выросли на пути каравана бесшумно, сжимая в руках тяжелые копья с каменными и железными наконечниками. На мгновение повисла напряженная тишина, но затем один из дозорных вгляделся в кабину и буквально вскрикнул от восторга:

— Шаман! Шаман вернулся! Ола жива!

Гонец сорвался с места, растворяясь в зарослях, а остальные охотники с благоговейным трепетом пристроились к машинам. Теперь работа пошла быстрее — дикари, переглядываясь и ощупывая холодную броню автомобилей, помогали растаскивать срубленные деревья. Шаг за шагом колонна вползла на территорию поселка и старой крепости «Ёжик». Алексей с удовлетворением отметил: частокол был в идеальном состоянии, а «ежи» из кольев тщательно подновлены — племя свято хранило наследие своего покровителя.

***

Встреча взорвалась первобытной мощью. Баар вышел навстречу во всеоружии: на плечах — роскошная шкура ночного охотника, за поясом — мачете, топор и полированное копьё. Он выглядел как истинный вождь — живая гора мышц и спокойной уверенности. Алексей первым выпрыгнул из кабины, и братья по крови сошлись в медвежьих объятиях. Плечи с хрустом сжались, племя вокруг взревело в едином порыве.

Ольга подбежала следом, и Баар, чье суровое лицо мгновенно расцвело в улыбке, подхватил её, расцеловав в обе щеки:

— Ола! Ты стала еще прекраснее, сестра!

Когда вперед шагнул Андрей, Баар на мгновение замер в недоумении.

— А это кто? Какой великан пришел с вами?

— Это Ан, твой младший братишка! — расхохотался Алексей.

Баар уставился на Андрея снизу вверх, обходя его по кругу:

— Ан?! Не может быть! Ты что, его бронтозаврами на убой откармливал?!

Андрей, недолго думая, подхватил вождя под мышки и, к восторгу племени, покрутил его в воздухе, как пушинку.

— Вымахал я, братишка, есть такое! — пробасил он.

Баар зашелся в громовом хохоте:

— Круто! Настоящий воин!

Последней из МАЗа вывели Варвару. Андрей с нескрываемой гордостью обнял её за плечи:

— Баар, знакомься. Это моя невеста — Варвара.

Племя ахнуло. По толпе пронесся шепот: «Ан взял в жены девушку с огненными волосами! Она тоже шаманка!» Баар почтительно склонил голову:

— Приятно познакомиться, девушка с цветом волос утренней зари. Всегда знал, что Ан — парень шустрый, и я вижу он зря времени не терял.

К ним подошла стройная красавица-брюнетка с сияющими глазами. Баар обнял ее:

— А это моя жена, главная хозяйка всего племени!

Алексей моргнул, вглядываясь в черты лица:

— Знакомое лицо... Неужели Таана?

Девушка обняла его:

— Это я! Помнишь, как ты учил нас коптить рыбу?

Ольга, шутливо оттеснив Алексея от Тааны, обхватила его за локоть:

— Но-но, Таана, у тебя теперь свой мужчина есть! А мы с Алексеем тоже решили пожениться.

Баар одобрительно хлопнул в ладоши, и звук был подобен выстрелу:

— Отлично! Значит, завтра — двойная свадьба! И еще будем праздновать возвращение Шамана!

Вечер прошел в суматохе радости. Ольга ушла к подругам-охотницам. Оттуда доносился звонкий смех и аханье: Ольга показывала подругам диковинки из «мира за порталом» — яркие ткани, зеркальца и фотографии на экране телефона, которые казались дикарям ожившими снами.

Варвара осваивалась среди женщин племени, у нее совсем не существовало языкового барьера, её розовые волосы полыхали в свете костров, словно живое пламя. Каждая из девушек говорили на своем языке, активно размахивали руками, показывали разные предметы и вещи и были абсолютно довольные друг-другом.

Ночь на Поселок опустилась мягко, накрыв его тяжелым бархатным плащом, расшитым алмазной крошкой звезд. Костры пульсировали ровным оранжевым светом, отбрасывая на частокол причудливые, танцующие тени, а воздух стал тягучим и пряным. В нем смешались ароматы жареного на углях мяса, горьковатый дух полыни и едва уловимая сладость цветущих джунглей.