Том пятый. Месса в бурлеске

Пролог

Последние три года Бонго посвящал довольно много времени сожалениям о своем прошлом. Порезав в наркотическом угаре врачей скорой помощи, перспективный черный брат был вынужден покинуть Нью-Йорк и скрыться в Апсародае. Родственник одной из порезанных носил погоны, а правила Большого Яблока просты: кто тронул копа или семью копа, того берут с улиц в черном мешке, а не заворачивают ласты в наручники. Бонго посчитал, что черного у него и так хватает, мешок ему не подойдет к цвету глаз, а без города он как-нибудь проживет.

Большая ошибка, из-за которой он сейчас трясется в сраной тачке в сраной жаре вместе с тремя другими парнями. Всего в караване четыре машины, а в каждой из них – те, кому назад дороги нет. И Бонго с ними.

Поганый город. Здесь никто не трясся при виде лица черного брата. Никто не заискивал, никто не прятал взгляд. Наоборот, черные здесь были людьми худшего сорта, теми, с кем никто никогда не будет вести серьезных дел. А последних было до черта, тут стоял центровой движ по серьезным делам! Не какая-то фасовка наркоты, тут продавали её мешками! Сюда, на этот чертов Басолан, прибывали сухогрузы, груженые огнестрелом! Здесь ворочалось такое бабло, что некоторые могли натурально набивать комнаты купюрами и плавать в них, как чертова утка из мультиков!

А Бонго и другие парни жрали заварную лапшу, закусывая сырыми овощами. Их терпели по краям, терпели, пока они вели себя как ангелочки и мутили мелкую шнягу. Чуть что не так – начинали свистеть пули. Не над одним косячником, а сразу над всей бандой. Недавно, где-то год назад, свора очень четких черных пацанчиков просто поцапалась с какой-то мелкой белой, перекинулись ругачкой, вообще ничего серьезного. Эта тварь зарыла у их хазы несколько противопехотных мин, а когда пацаны придумали, как ей ответить за жизни тех, кто на эти мины наступил – она вернулась с наемниками. Всех вынесли, а главу банды пристрелили у него на хазе. Даже бабу его зарубили.

Такие дела. Не порыпаешься, когда тебя могут списать в расход за неосторожный взгляд. Но жить как-то было можно. Кисло, внатяг, еле-еле наскребывая на шлюх, выплевывая легкие от дешевой синтетики, но можно.

Все изменилось полгода назад, когда в Апсародае поднялся очень неслабый и очень мутный шухер. Бонго тогда начал шуршать, готовить парней к тому, чтобы сесть хотя бы на пару магазинов, движение-то пошло серьезное…! Но вместо этого им пришлось натурально жрать землю – в город ворвались вояки Таиланда. На серьезных щах припёрлись, начали всех ставить раком. Бонго тогда даже подумал, что всё, хана, придётся перебираться на какой-нибудь остров, жрать рыбу и дрочить на красивое дерево, но пронесло – настоящие хозяева города устроили тайцам похохотать.

Как рассказывал Джокерс, выкурив чуть ли не последнюю траву у Бонго – Таиланду воткнули в его экономическую жопу огромный резиновый дилдо без смазки, а затем начали раскачивать со всей дури. Через неделю такого массажа король сдал назад, пообещав засунуть себе в размятое очко все свои левые планы насчет Басолана, так что армейцы начали брать под козырёк и даже заносить бабло тем, кто пострадал от их действий. Однако бузы они успели натворить много, отчего Бонго тоже собирался выиграть…

Только вот Джокерс свалился к нему не покурить травы и перекинуться новостями, а передать весточку от каких-то понаехавших в Старый город дятлов.

«Валите, иначе мы вас зачистим. Времени – три дня»

Такие новости услышал каждый чернокожий брат в Старом городе. Большинство забило на эту чушь, а вот старый добрый Джокерс, тот еще типок, был уверен, что те парни не шутят. Кроме того, у него был план действий, простой и надежный.

- Бонго, тебе надо рисковать жопой? Мне - нет, - говорил гость, мусоля сушеную рыбину, выданную ему от щедрот хозяина, - Никому не надо, мать твою! В городе назревают серьезные движи, ты это чуешь, зуб даю, но ты пацан умный, понимаешь, что нам ничего не обломится. Я знаю, где может обломиться. Жирно обломиться, смекаешь? Не разово, дружбан, а вообще. Поднимемся, а заодно и сбережем жопы. Они у нас не королевские.

Когда информатор вписывается в тему своей шкурой, а потом потеет около тебя на сиденье тачки, это придает много веса его словам. Достаточно, чтобы Бонго поднял парней и кинул все фишки на зеро. Во всяком случае, терять им, в натуре, было нечего.

Несколько месяцев назад какие-то ухари здорово выкосили знаменитую в широких кругах семейку Хендриксов. То были натуральные реднеки, давненько оккупировавшие восток острова. Денежной молвы об этих ублюдках не ходило, ну типа живут там и живут, особо не жируют, но сами себе хозяева. Соваться к ним было далеко, долго и незачем, а шанс поймать пулю – очень высок. Однако слухи о том, что живут они долго, плотно и без особых проблем, ходили постоянно. Братва, побирающаяся в городе по мелочевке, иногда задумывалась о том, чтобы тоже переехать на природу, подмяв местных тайцев, но братья не понимали, как и что им там делать.

А вот Бонго решился рискнуть. Четыре набитых машины, все с пушками, для начала - самое то. Джокерс, вон, рассказывает, что после того, как хозяев вырезали, выжившие пытались устаканиться. Бабы там, подростки, вот эти все. У них даже что-то получалось какое-то время за счет того, что Хендриксы раньше всему востоку острова ремонтировали моторы и прочую технику, но потом деревенские отдуплились, вспомнили былые обиды от реднеков и устроили там ночь длинных ножей.

Смак был в том, что хозяйство тайцы не разграбили, а тупо заняли, воскресив автомастерскую. Этим и собирались воспользоваться ровные черные пацаны под предводительством Бонго. Они вышибут дерьмо из деревенщин, будут рулить починкой сами, тайцы понесут им свои доллары. Немного, конечно, но зато это честная работа и… хорошее прикрытие. К Хендриксам никто не совался десятками лет, уж начать варить что-нибудь интересное они смогут. А там еще братва из города подтянется…

Слегка нервозные мечты Бонго были прерваны внезапной остановкой машины, отчего задумавшийся главарь едва не боднул лбом бардачок.

- Вот чё, смотри, - невозмутимо двинул подбородком вперед сидящий за рулем Кнат Лоу, одновременно показывая «фак» вставшим за ним машинам, раздраженно гудящим вставшему лидеру.

Бонго посмотрел. Здоровенный дохлый крокодил, валяющийся поперек дороги, уже был непривычным для него зрелищем, а вот улетевшая в кювет тачка, двухдверный роадстер, не новый, но вообще на вид отличный, скорее наоборот. Догадаться, что тут произошло, можно было легко. Крок вылез на дорогу, его сбил лихач, слетел с трассы, а затем либо ушел, либо подох. В любом случае, нужно вылезать всей братве, чтобы убрать хотя бы гребаную ящерицу, но почему бы не глянуть заодно роадстер? Им лишняя тачка откровенно не помешает!

Конечно, повылезав из тачек, эти тупые ниггеры кинулись рассматривать здоровенного крокодила, сгрудившись вокруг твари как какие-то детишки! Бонго, вытерев пот со лба, ухмыльнулся на их галдёж, а затем, махнув рукой Джокерсу, отправился смотреть роадстер. Что-то подсказывало ему, что тачка будет почти целой.

Так и оказалось. Возле раскрытой двери со стороны водителя сидел на земле какой-то лысый одноглазый утырок с пузом, облитым запекшейся кровью. Выглядело это так, как будто ему от удара рылом тачки об землю продавило грудак, и он, выползя, обхаркался кровищей и сдох.

- Бонго! – Джокерс внезапно сел на измену, - Я его знаю! Это Ла Диспенза!

- Чё, правда? – удивился, поворачиваясь к информатору, главарь.

- Ага! – вместо него ответил улыбающийся «труп», поднимая руки. В одной из них был пистолет, а во второй… дистанционный детонатор.

Этого уже оба чернокожих не разглядели, так как оказались заняты, получая одну за другой пули от одноглазого притворщика, хохочущего и стреляющего. Остальным, столпившимся около трупа крокодила, повезло чуть больше, большинство даже не поняло, что их убила заложенная под крокодила мина. Куча мяса, крокодильего и не только, взлетела вверх, подчиняясь всем законам правильно заложенной взрывчатки.

Трое чернокожих выжили, они держались чуть поодаль от основной толпы, но этих парней тоже не миновала печальная участь. Возле дохлого крокодила, как назло, не было никаких укрытий, так что совсем невысокой девушке, вынырнувшей из кустов с пистолетом-пулеметом, даже не пришлось особо целиться. Одна длинная очередь красиво «срезала» бывших апсародайских бандитов, оставив их в более приглядном, чем у остальных, виде.

- Скучно! – уныло буркнула девушка-убийца, тряхнув двумя солидными пучками рыжих волос на голове, а потом гаркнула, - Любимый! Мы – отстой!

- Чего так? – поинтересовался знаменитый торговец оружием, выбираясь на дорогу с небольшой лопатой в руках.

- Тупо и быстро! – поставила вердикт Момо, надувая жвачку. Несмотря на несерьезный тон, её оружие было направлено четко на самых целых покойников, во избежание возможных проблем, - Юки и Эрика своих на лодке утопили! А Марий вообще сбил их в ХАТЕ АВТОБУСОМ! Вместе с хатой!! А мы что? Крокодил, мина, машина! Фу! Скучно!!

- Милая, обстоятельства! – развел руками Ла Диспенза, а затем, подцепив лопатой кусок чего-то, очень напоминающий часть чернокожей руки, ловко вышвырнул его с дороги, - Нам выпали эти задрыги. Зато сразу двенадцать штук! Ты посмотри на их тачки!

- Говно полное! – злобно рявкнула миниатюрная рыжеволосая девушка, - Если ты попробуешь сказать, что мы будем ими заниматься…

- Mi Reina!! Bombon! Каждую из них можно заминировать, а потом куда-нибудь направить! Хочешь, я для тебя начиню эту «хонду» напалмом?! Настоящим, прямо как во Вьетнаме? Ты сможешь прямо как Марий, но с огоньком! Подумай!

- …любимый! Я тебя обожаю!

- Mi mamacita, ты стоишь на мертвом человеке!

- Да!

- Только вот я его тащил! Помогай, потом будем радоваться!

- Мы обязательно должны успеть с этой машиной до того, как вернется Петр! Я хочу похвастаться!

- Женщина, никто не мешает тебе говорить и делать работу!

- Я слишком маленькая для работы, любимый!

- Но ты можешь носить маленькие кусочки, милая!

- Об этом… об этом я ему тоже пожалуюсь!

- Обязательно, но сейчас – носи! Ты же сама сгоришь на солнце прежде, чем я закончу один!

- Сильвио Касадоре! Не смей использовать логику, когда говоришь со своей любимой!

- Ay, Dios mío!

Глава 1. Сверхурочные

Они заходили в дом все вместе. Дружные, веселые, перебрасывающиеся шутками. Заносили пакеты со свежими фруктами и овощами, купленными на рынке. Запах свежего манго ворвался в зал раньше, чем кто-либо из пришедших домой дошёл до дверного проема, чтобы увидеть меня. Это происходило с каждым. Они останавливались и замолкали один за другим.

А я продолжал сидеть на развернутом ко входу диване, неторопливо поглаживая удовлетворенно сопящего бинтуронга. Продолжал смотреть на их лица, по которым успел соскучиться, в их глаза. В них, в этих зеркалах души, я не видел главного. Стыда. Раскаяния. Сомнений.

- Петр вернулся! – завопила заулыбавшаяся Широсаки Юки, кидаясь ко мне с раскрытыми объятиями… и тут же затормозив от моего изменившегося взгляда.

Хорошие инстинкты. Другим, впрочем, хватило и ума. Ну, когда вы возвращаетесь домой, а кто-то развернул тяжеленный диван так, чтобы встретить вас лицом к лицу, это ведь что-то значит? Вот именно. Поэтому сейчас в воздухе повисла тяжелая недоуменная тишина.

- Две недели, - проговорил я тихо, но внушительно, - Меня не было целых две недели. Всего две недели. Знаете, чем я был занят? Конечно знаете. Я искал оборотня, ван Моннера. Нашел его, выследил, а затем шлепнул. Простое дело, как и было обещано. Даже слишком простое. Я помирал со скуки всё это время. А чем были заняты вы…?

- Пе…, - начал что-то говорить Марий, делая шаг вперед.

- ААА?!! – рыкнул я низко и внушительно, а Соня, умница, оскалилась на остальных, как будто они у неё курицу отобрали, - ЧЕМ?!

Пока я сычевал в этой дряхлой Праге, давясь свиными ногами и заливая их пивом, эти… так называемые «друзья» устроили тут веселье! Они зачморили и выгнали половину банд Старого города, вторую половину вынесли вообще! Они, пусть и не одни, устроили натуральную чистку Апсародая от накипи, причем такую, что я, рассматривая записи Алебастра и слушая его комментарии, чуть не заплакал! Они, черти их побери, устроили из гнезда реднеков Хендриксов, благополучно нами вырезанных, ловушку-заманушку, куда и направляли разных подонков, которым в городе стало худо жить! Они подключили ко всему этому делу Момо и Ла Диспензу (хотя тут не уверен, кто кого подключил)!

ОНИ РАЗВЛЕКАЛИСЬ, ПОКА Я ВЫСЛЕЖИВАЛ ОДНОГО СРАНОГО ОБОРОТНЯ, КОТОРЫЙ СДОХ С ПЕРВОЙ ПУЛИ!!!

БЕЗ МЕНЯ!!

Обидно было даже не то, что я не успел к началу веселухи, а то, что не успел вообще! Команда, нехило так приподнявшая бабок на этих заказах, уже второй день отдыхала! Более того, они дистанционно подгоняли меня, говоря, что Сильвио собирается нас всех пригласить на Ибицу! Троллили! Сволочи!

- А Сильвио еще и «барчетту» помял! - гадко ухмыльнувшись, заявил наш барон, обнимая за талию льнущую к нему Норму, - Так что ты теперь ходишь пешком!

- Я…, - к такой новости невозможно было подготовиться заранее, она сработала как пинок под дых, - Я никуда не хожу. Буду жить на этом диване. Всё. С меня хватит.

Эти гады даже не повелись. Постояли, посмотрели, как на улегшемся мне умащивается Соня, а затем просто развернулись к своим пакетам с рынка, принявшись обсуждать ужин. Этот удар меня доконал, так что, закрыв глаза, я сделал вид, что сплю, принявшись размышлять, где на своем жизненном пути свернул не туда.

Последнее время у нас всё шло хорошо. С тех пор, как мы отлежались после всех перипетий с Агнешкой и Николасом Крэйном, какая-то из высших сил сказала «хватит!» и прикрутила вентиль на трубе с дерьмом, изливающейся на Апсародай.

Первыми слиняли спецотряды инквизиторов. Похватав, кого надо, включая одноногого Крэйна, они испарились за сутки, сделав вид, что их никогда не было. Следующий шаг был за военными, которые, после первоначальной бузы, неожиданно начали помогать городским восстанавливать слегка порушенный баланс. Затем, когда ситуация стабилизировалась, а извинения были принесены, вояки попрыгали на свои корабли и убыли.

После этого в городе начался уже свой, уютный, бардак, оказавшийся для нас удивительно приятным. Двери в этот мир нам приоткрыл Бран Баккара, тот самый однояйцевый мафиози, людей которого я подружил с девками Кси Тинг. Сама бабка затаила на меня лютую обиду, но пройти мимо перспектив не могла, поэтому подкинула Брану пару идей для развития. Тот, выслушав её, подключил нас, мы выполнили для него несколько небольших и приятных заданий… а затем уже Гритту позвонил консильери семьи Конти, сам синьор Карузо. Дела закрутились по новой.

Нам открыли вкусную жирную нишу по зачистке раненых зверей. Мы тихо, без шума и пыли, отстреливали тех, кто потерял право на свою долю города, сопровождали конвои, перевозящие чей-то хабар, пару раз встречали приветственным огнем пиратские шайки тайцев, решившие проверить, не появилось ли для них место в местных кормушках… в общем, были заняты своим делом, между заданиями получая заказы Инквизиции.

Те вот вообще не шли ни в какое сравнение с самым первым заказом по Крэйну!

Ренегаты, которых в последнее время появилось много, не были оперативниками с боевой подготовкой. Чаще всего такая мишень из себя представляла разумного, желающего монетизировать какие-нибудь знания по магии. Ну устал парень работать за зарплату, стянул книжечку-другую с компиляцией ритуалов и надавил на тапок, рассчитывая её продать за много миллионов денег. Тем более что это здесь сейчас спокойно, а по миру идёт тайная война с неведомым противником, агентом которого был так удачно повязанный Крэйн…

Я, конечно, могу ошибаться, но насчет психологии разумных обычно прав. Если ты принадлежишь организации, которая вечно кого-то душит в темных подворотнях и бьет ногами, то это одно дело, а когда такая контора получает по зубам, то начинаешь чувствовать легкую неуверенность в будущем. Тем более же, простым клеркам не отчитываются, кого и где мы доблестно победили? А кроме того, искушение, всё-таки, велико. Кому не захочется прожить лет на двадцать больше, если для этого нужно всего лишь пустить под нож сотню каких-нибудь человек? Продления жизни в квотах сотрудников у Инквизиции нет.

Редкие исключения. Хотя, признаться, нам ни разу в заказах не говорили о том, чтобы что-то забрать у цели, типа этих самых книжек с ритуалами. Просто ликвидация, как зуб выдернуть.

Хотя, что думать? Мы делаем работу и делаем её хорошо. Теперь у каждого члена команды есть кругленькая сумма на личном счету, а общак почти приблизился к шестизначной цифре. Дела идут хорошо, я приехал домой, ну а веселье… это же Апсародай. Я что, не найду, как оторваться?

Уф!

Соня, как оказалось, покинула меня под давлением внешних факторов, а затем они, эти хитрые факторы, запрыгнули на меня задницами, как на субъект, занявший диван. Кицуне сразу же устроилась в ногах, а куда более фигуристая и объёмная вампиресса, недовольно пошипев о твердых ребрах, «переехала» на живот, заставив напрячь пресс. Лежать сразу стало неудобно.

- Проваливай горевать в свою комнату, Красовский! – буркнула Эрика, быстро убирая чашу с попкорном, на которую я покусился, как только она оказалась в пределах досягаемости, - Ты здесь мешаешься!

- Я отказываюсь вести переговоры с террористами! – потеряв возможность добраться до попкорна, я принялся портить жизнь вампирессе, катая её вверх-вниз на животе.

- Ну и лежи тогда молча! – буркнула качающаяся брюнетка, пытающаяся найти удовольствие в своем положении.

Пришёл альв, посмотрел на всё это дело, съел немного попкорна. Ему, судя по всему, понравилось, поэтому, еще раз оценив человеческую конструкцию, он попросил:

- Юки, сядь ему на лицо! Я на твоем месте устроюсь.

- Не буду! – тут же раздался писк японки, - Лицо умеет кусаться!

- Я еще не видел хентая, который бы так начинался…, - задумчиво пробормотал я, начиная выползать из-под девичьих задниц, - Ну вас всех, злые вы.

- Не уходи, мы с Нормой уже идем! – озабоченно попросил Марий с кухни, заставляя меня начать пошевеливаться. Служить всеобщей сидушкой совершенно не входило в мои планы!

Звонок во входную дверь прозвучал очень вовремя, я как раз успел понуро скрыться в своей спальне, заперев за собой. Проделав это под еле слышимые невнятные переговоры команды, которая никого не ждала этим томным вечером, я, злорадно ухмыльнувшись, шлепнулся на свою кровать. Сейчас им будет весело!

Приобрести большой плоский телевизор для своей, буквально, семьи – это вполне правильный, даже добрый, поступок! А вот слегка поиграть с прошивкой этого семидесятидюймового чуда, чтобы она каждые десять минут вынуждала технику начинать проигрывание группового порно – стоило пары скучных вечеров в Праге!

Технически, это кажется полной ерундой и мелким хулиганством, но это если не быть на сто процентов уверенным в том, что Эрика Хатсбург обязательно обрадуется новинке, и обязательно всех заставит смотреть какой-нибудь фильм. Скорее всего, учитывая, что я знаю нашего готического вампира как облупленную, это будет хорошая, качественная и романтическая кинолента… которую Норма ни за что не проигнорирует. Жалкие подкаблучники вроде Мария и Юки никуда не денутся от загоревшейся вампирессы, ну а Алебастр…

Впрочем, кто сказал, что я настроил только автоматическую смену изображения?

Ухмыльнувшись, я достал смартфон, активировал нужные приложения и залег в засаду, ожидая, пока обрадованная вампиресса заставит окружающих установить и включить новый телек. Заодно и поищем, на каких там моментах стоит сделать неожиданное переключение, полное любви, понимания и голых негров!

Шалость, по итогу, удалась на все сто процентов, причем не один, а три раза! Ну, пока до них дошло. Вопли взбешенной вампирессы было слышно даже сквозь звуконепроницаемое покрытие комнаты, а дверь содрогалась так, как будто в неё колотили всей командой. Удовлетворенно вздохнув, я уснул под содрогание моей верной крепкой защитницы, мысленно рисуя еще одно очко в свою пользу.

Наши внутренние отношения слегка поменялись после того дела, когда я оставил всех дома долечиваться, а сам поехал убиваться об Агнешку Новак, беззубую вампирессу и отменную психопатку. Эта особа, так и не добравшись до нас, получила возможность наложить руки на Ла Диспензу и Момо, которые, по счастливой случайности, остались в живых. Да и я остался, умудрившись взять полячку в плен, а затем и убить, выслушав перед этим её ни разу не вдохновляющую исповедь... Однако у всего есть последствия и цена.

На меня обиделись. Крепко.

Наказание в виде «тренировки» с резиновыми пулями я принял с достоинством заслужившего кару человека, пусть и отстреливался, причем небезуспешно. Однако потом, посовещавшись, эти молодые люди решили, что я не раскаялся. Идеи добиться последнего, втемяшившиеся в голову Эрики Хатсбург и Мария Гритта, оказались… ну, не самым умным решением. У нас теперь шла полушутливая внутренняя война. Моя скучная поездка за оборотнем и шалость с телевизором – всего лишь её эпизоды. Думаю, она продолжится.

Утро меня порадовало знакомым зрелищем в виде лицезрения растянутой и слегка выцветшей майки с бодрой надписью «ТРАХАТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО», болтающейся прямо около моего носа. Майка была на совершенно лишенной иных предметов одежды японке, вскрывшей замок моей комнаты и теперь стоящей на четырех костях над моим спящим телом. Поймав Юки за ягодицы, я убедился, что эта гостья пришла с миром… и любовью.

- Я соскучилась!

- Человечество дома, - кивнул я, продолжая ощупывать то, что стал бы на моем месте любой вменяемый мужчина.

- Э? – большие карие глаза японки распахнулись в недоумении, - Марий тоже человек!

- Он аристократ, - пояснил я, улыбаясь, — Это почти как вампир. Пьют кровь трудового народа. А еще слезы и пот.

- Пьют?!

- Слизывают, наверное, - задумчиво предположил я, продолжая действия, заставляющие нависшую надо мной девушку дышать всё тяжелее и тяжелее, - Спроси у Нормы.

- Потом спрошу, - подумав секунду, решительно кивнула мне Широсаки, приступая к ответным действиям, - Сейчас торопиться надо! Нам выезжать скоро!

Расспросить подробнее я не успел, но ничуть об этом не пожалел. Майка звала нас, её лозунг был неотразим в своем лаконичном совершенстве.

Увы, азиатское коварство, вошедшее в легенды, сыграло свою роль и тут. Отдавая один из супружеских (почти!) долгов, я совсем забыл о времени, так что вынужден был выволочиться вслед за бодрой и довольной девчонкой голодным, без утреннего душа и кофе. Куда деваться, когда остальные уже стоят у двери и нетерпеливо бьют копытами? Это я только что из командировки, а они уже четвертый день отдыхают!

- Гад! - на русском поздоровался со мной Марий.

- Уже успели, - втянула носом воздух Эрика, не проявляя, в общем-то, недовольства.

- Петр, а у тебя целиком тот фильм есть? С голыми людьми?! – непосредственно поинтересовалась Норма, лучащаяся, как всегда, позитивом, - Я хочу посмотреть!

- Ну конечно есть! – подмигнул я ей.

- А почему они так были похожи на Алеба…

- Разговорчики! – тут же насупился недовольный барон, явно не желающий, чтобы его любимая женщина смотрела много порно, - Выдвигаемся! Нас ждут! Норма, приготовишь обед?

Апсародай после двухнедельного отсутствия вызывал ощущение, как будто я вернулся домой. Не в старый добрый Санкт-Петербург из первой жизни, тот никогда не чудился мне домом, как и Бостон с Нью-Йорком до него, а прямо в настоящий дом. Своё место. Залитые солнцем улицы, еле ползающая по ним жизнь, острые взгляды, которыми оборванцы провожают нашу скромную, но тяжело бронированную «камри». Город, в котором твоя жизнь стоит ровно столько, сколько стоишь ты сам. Город, в котором нет законов, но есть правила.

Мне нравилось тут жить, а после Праги, унылой и тусклой, нравилось втройне.

- Испортил нам вечер, а сам сидит как кот, облопавшийся сметаны! – вампиресса, сидящая впритык ко мне на заднем сиденье, откуда ранее прогнала Юки на переднее, пихнулась локтем.

- Вы первые начали, - пожал плечами я, - Могли бы дать несчастному человеку погоревать.

- Ты занял для горевания наше общее место в зале!

- Это частности. Зато я купил нам телевизор!

- Да…, - сидящий за рулем «камри» барон бросил на меня взгляд через зеркало, - Телевизор. Откуда деньги, Петр? Твои и наши общие счета не потеряли ни доллара, Алебастр проверил.

- Ла Диспенза звонил, рассказал о «барчетте», предложил подогнать новую тачку, - охотно пояснил я, - Но, когда он начал говорить о том, что машину можно восстановить, а Момо хочет использовать мою малышку для какого-то «файер-шоу», я решил взять с него компенсацию другим способом. «Барчетта» слишком резвая, наша коротышка не успеет выпрыгнуть из-за руля.

- Машина общая…, - спустя некоторое время выдала Эрика, разворачиваясь ко мне и начиная нежно обнимать за шею обеими ладонями, - Пусть ездил на ней ты… То есть! Ты себе в заслугу ставишь покупку телевизора на наши общие деньги! Телевизора, который ты испортил, чтобы мы весь вечер любовались на черные члены в чужих задницах! Красовский!!! Я тебя убью!!!

Ну вот почему они всегда придираются к мелочам, а?

///

Марий только вздохнул, когда на заднем сиденье началась война с удушениями, криками и претензиями. Они с Эрикой безбожно проигрывали этот конфликт старому опытному мужику, живущему не первую жизнь. Петр играючи отбивал их попытки воскресить у него совесть, то и дело умудряясь так ответить, что и обижаться было, вроде, нельзя, но и игнорировать последствия тоже. Вот, скажем, вчерашнее. Безобидная шутка, но кто потом полночи успокаивал наивную Норму, которой захотелось попробовать новое? А Эрика? Гритту стало по-человечески жалко их готическую королеву, которая с таким удовольствием смотрела фильм на огромном сочном экране, так была вовлечена, когда… гм, случилось это. Там даже сам Марий попкорном поперхнулся!

- Так, хватит, - неожиданно даже для себя решил он, пихнув Юки, уже лезшую назад на помощь подруге, локтем, - Объявляю перемирие. Полное. Больше никаких гадостей и подстав!

- Что так? – совершенно спокойно осведомился Красовский, лежащий под разгоряченной вампирессой, явно собиравшейся его укусить.

- Предстоит серьезное дело, не разовый заказ, - пояснил рулящий лидер, упираясь локтем в бедро японки и принудительно возвращая её на переднее сиденье, - Мы тут не просто так целую охоту устроили, это была подготовительная акция. Теперь едем на собеседование… с заказчиками. Подробности сейчас расскажем.

- Марий, я хочу крови! – надулась Хатсбург, не спеша сползать с жертвы, - Я неделю не пила её!

- Специально не пила! – тут же пискнула обрадованная японка, - Ждала его!

Не успела вампиресса возмутиться тем, что её позорно сдали, как русский пришёл в движение. Одним махом заняв сидячее положение, смуглый брюнет уложил успевшую только булькнуть девушку головой к себе на колени, а затем, протянув руку между её ног, обряженных в короткие шорты, извлек из высокого ботинка на ноге Эрики короткий боевой нож. Невозмутимо полоснув себя по ладони, Красовский приложил ладонь ко рту вампирессы, а затем, когда она, боясь запачкаться, присосалась к ранке, кивнул блондину за рулем:

- Продолжай, я весь внимание.

Барон закатил глаза. Умную и гордую Эрику сейчас обезвредили… как ребенка, положив на коленки и дав вкусняшку, причем так, что отказаться или возмутиться было нельзя. А кому потом слушать её злобное бухтение? Правильно, ему. Вон кицуне улыбается так широко, как будто ей игровую приставку новую купили. Правда, злорадно…

Впрочем, делать было нечего, они уже въехали в Средний город, времени ввести Красовского в курс событий осталось немного. Марий заговорил.

События, как последние, так и не очень, творившиеся по всему городу, заставили задуматься не последних людей, считающих себя тут хозяевами. Войны банд, происшествия в Верхнем городе, приезд военных, безумие бандитов Старого города – всё это было несколько чересчур для обывателей. Эти самые обыватели, обслуживающие рынки, клубы, магазины, начали задавать вопросы и размышлять о переезде из города, в котором даже жители высоких небоскребов неожиданно оказались не в безопасности. Допустить коллапс среди населения Апсародай не мог, поэтому решил привлечь как дополнительные инвестиции, так и новых игроков.

«Решил» - слишком сильное слово, будет вернее сказать, что они привлеклись сами.

- Места и территории поделены, - добавил Гритт красок на картину, заворачивая машину на нужную улицу, - Поэтому решили расширить территории за счет Старого города. Облагородить их. А для этого нужно снизить уровень преступности, понимаешь?

- Мы убираем мусор, - вступила в разговор и Эрика, отрываясь от мужской ладони и быстро переворачивая её раной вверх, - Заказчики закончили оценку качества, сейчас скажут, что будет дальше.

- Хм, - было видно, что русского не особо обрадовали новости, - А мы сами не окажемся мусором, который захотят убрать?

- Нет, - остановив машину и заглушив мотор, Марий обернулся к друзьям, - Сейчас увидишь заказчиков и поймешь почему. Мы просто поднимаем минимальную планку в Апсародае. Идемте. Петр?

- А?

- Я же сказал: «перемирие».

- Ну да. А, точно. Эрика, иди сюда?

- Что?!

- Мне надо у тебя со лба кое-что стереть…

- Что?!! Нет! Сначала я посмотрю! Ты чем писал?! Кровью?!! Нет, не стирай! Нет! Юки! Что там написано?!! Юки!! Да что ты ржешь?!!

Глава 2. Запах наживы

- Вы знаете про секвойю? Это огромное, просто огромнейшее дерево. Его ствол не могут обхватить даже десятеро мужиков, взявшись за руки…, - слабо улыбаясь, поведал поджарый мужчина лет пятидесяти, развалившийся на офисном кресле, - …но даже оно меньше того хера, который вам придётся сглотнуть с этими планами. Я бы посоветовал хорошую лавку с нитками, чтобы ты, хлыщ, смог потом зашить свой порванный рот, да, думаю, не поможет!

- Отказываетесь от участия, мистер Саммерс? – окаменев лицом, спросил грубияна человек, до этого полчаса распинавшийся перед нашей аудиторией возле покрытой графиками доски.

- Для очень тупых корпоратов я поясню даже в деталях, - с почти отеческой улыбкой продолжил много знающий про секвойи человек, одетый в вылинявшие от солнца шмотки, - Интересы присутствующих здесь уважаемого Гаваньяла, достопочтимого равви и нашей новой примадонны… понятны. Они хотят сделать Старый город богаче и спокойнее. Это уважаемо, причем всеми, даже наемниками, за которых я говорю. Однако твоя шарага и её подельники, корпорат, хотят сделать из Старого города филиал Среднего, такую же разделенную на зоны влияния территорию, где вы будете делать бизнес и устанавливать правила. Наши… духовные пастыри уверены, что могут держать вас в узде, носом в кормушке, и что никто не позволит новеньким мальчикам отрастить большие зубки… но они забыли, кто пишет правила Апсародая. Кто-нибудь напомнит? Эй, каброн, может, ты?

- Легко! - откликнулся Сильвио Касадоре, развалившийся на соседнем со мной стуле и ковыряющий в зубах, - Правила пишутся пулями!

- Именно, - благодушно кивнул Майк Саммерс, один из самых авторитетных наемников, проживающих в Сердце Беззакония, - А пули, знаете ли, сами по себе не летают, для этого нужны люди, которые их выпустят. Те самые парни, что получают свой второй шанс в грязи, песке и жаре Старого города. Такому человеку нужно подняться с нуля. Забери у него начальные ступеньки, и что останется от города через десять лет?

В словах этого тёртого мужика была своя безжалостная правда. Мы приехали на брифинг заказчиков, но оказалось, что «нас» гораздо больше, чем просто четверо молодых людей. Целая комната, в которой сидели не только псы войны вроде Саммерса, но и другие интересные личности. Вместо того, чтобы обсудить следующий заказ, либо целую серию, вставший у доски «хлыщ» в костюме начал расписывать целую стратегию по превращению Старого города в нечто цивилизованное.

Нечто правильное. Место, в котором уважаемые люди будут безбоязненно ходить по магазинам, отправлять детей в школы, посещать клиники, жить в своих домах…

Место без нас. Этот вектор в зале поняли все, без исключения, даже напрягшиеся духовные лидеры, явно не ожидавшие такого прямого корпоративного нахрапа. Поднялся негромкий гул.

- Если все из присутствующих согласны с мистером Саммерсом, то это мероприятие теряет свой смысл, - окончательно поскучнел докладчик, закладывая руки за поясницу, - Тогда нашей организации придётся искать других исполнителей…

- Думаю, что это вовсе не обязательно, - подал голос габчжу Шор Гаваньял, качая лысой головой и улыбаясь, - Я осмелюсь озвучить общее мнение собравшихся в зале, мистер… Лакмос. Представителям вашей корпорации на Басолане больше не рады.

Духовного наставника всех буддистов города поддержали согласным гулом, а я лишь заулыбался, поняв, к чему тут шла игра. Эти старые зубры сначала покивали ушлым корпоратам, позволили им оплатить вынос полного мусора из Старого города, кивали и улыбались в процессе, а затем, собрав этот сходняк, прямо сейчас опрокидывают несчастных капиталистов, одновременно с этим сплачивая людей Старого города перед возможным будущим агрессором, который обязательно появится. Просто, эффективно, подло.

- …но нам никто не заплатит за половину просранного дня, - мрачно заключила Эрика, то и дело потирающая лоб.

- Tranquilo, micompa! – тут же ожил Сильвио, - Мы отсюда поедем ко мне, Момо уже готовится! Ну, если сейчас эта крыса не нахамит Гаваньялу! Я знаю, где они выгружают стройтехнику, мы сможем поехать и прибарахлиться…

Мы сразу настроились на деловой лад! Строительная техника – это не убитая азиатская тачка за пятьсот баксов, это дорого и вкусно. Очень дорого и вку… Бросив взгляд на лысого буддиста, с благожелательной (и дико бесящей!) улыбкой выслушивающего подошедшего к нему корпората, я засек и выражение лиц прочих «уважаемых» людей, заглянувших на огонек этого форума. И вот их жадные морды, отслеживающие каждое движение представителя корпорации, меня сразу насторожили.

- Сильвио, кажется, мы лишние на этом празднике жизни…

- Что?! Chingados! Так вот почему они все пришли!

Ну, как минимум, наша маленькая милая шайка доросла до того, чтобы участвовать в своеобразной политике Старого города. Весьма неплохое признание статуса для пяти оболтусов, которые еще и трех лет не прожили на Басолане. Впрочем, у нас полно громких достижений, очень неплохие связи и репутация, несмотря на насмешливое прозвище «смазливых наёмников».

- Если вам интересно небольшое деловое предложение, молодые люди, то не могли бы вы меня проводить? – рядом с испуганно ойкнувшей Юки нарисовался худой старичок в очках с чудовищно толстыми линзами, - Поверьте старому раввину, тут в воздухе витают слишком некрасивые риски… Они противопоказаны таким людям, как мы с вами.

Марий, недолго думая, согласился. Мы бы в любом случае не влезли в операцию, отвергнутую большинством присутствующих, да и конкурировать с местными за такой куш как строительная техника, было бы чересчур рискованно, а так – согласились проводить уважаемого человека. Тот даже позвал нас в ресторан в паре кварталов от места проведения корпоративного «брифинга»! Вот что значит репутация.

Правда, я неслабо удивился, когда к нам пятерым за стол подсел еще один человек. Тот самый Майк Саммерс.

Про него мы слышали в баре «Жирный кусок», куда иногда заваливались скоротать вечерок и, может быть, нарваться на драку. Саммерс был легендой Старого Апсародая, но легендой весьма… умеренной, если можно так выразиться. Мужик попросту умел выживать. Он брал заказы, выполнял их или проваливал, но в конце концов всегда оставался жив, всегда со всеми конечностями, глазами и родным ливером. Работал исключительно в горячих точках, то есть был натуральным «псом войны», наемником в среде, чрезвычайно богатой на летающий свинец. Никаких тонких дел, особых ликвидаций, охраны или сопровождения. Чистые контракты военной службы. Звучит ни грамма не легендарно, но, подумайте – тридцать лет войны, а он еще здесь.

- Молодые, но не дерзкие, - первым начал разговор быстро опустошивший свои тарелки наемник, - Девчонки ладно, но вот у парней нет желания в глазах блеснуть яйцами перед стариком, а это, детишки, может значить только одно. Вас не интересует слава. Вы не будете перепрыгивать через себя, чтобы дать засветку на весь район. Я могу с этим работать.

- Старый опытный дед приходит к соплякам, - по-своему отреагировал Марий, отпивая из бокала с газировкой, - И начинает с комплиментов. Это значит, что работать предстоит нам, а он будет сидеть на шухере, прикрывая пути отхода. Петр, как думаешь?

- Думаю, что нам понравится, что скажет мистер Саммерс, - отвлекся от еды я.

- Это почему? – удивилась Эрика, переглядываясь с предпочитающей помалкивать в такие моменты Широсаки.

- Потому что корпорат со стройтехникой остался в другом здании, а мистер Саммерс и ребе присутствуют здесь. Это очень весомый намёк, - пояснил Марий, а затем выжидательно уставился на старого наемника…

…под тихое булькающее хихиканье ребе Фридмана.

Стрелянный и битый басоланский волк подобрался, ухмыльнулся, а затем принялся вываливать на нас информацию.

Расклады плавно проистекали из темы форума, который, наверное, еще шел. Присутствующие на Басолане фракции получили за последние годы несколько увесистых пинков, что не осталось без последствий. Вынос Мара Сальватручча, начавшийся с нашего с Ла Диспензой заезда, был событием минорным, завязанным на чистом насилии. Сами латиносы высоко не летали, они гребли в массе по низам, поэтому никого не заинтересовали. Другим вопросом стала казнь «Ягненка», которую я выполнил своими руками. Вот такие события, всерьез ставящие под вопрос авторитет и влияние наших местных больших боссов, уже породили вопросы.

Стартовым же выстрелом стало полное уничтожение пентхауса в отеле Верхнего города и шухер, который навели некие неопознанные товарищи, прорвавшиеся из той же части города в порт, а затем устроившие из заряженного магниевой смесью броневика дивный костёр, который увидели тысячи свидетелей. Молва пошла, как запах крови. На неё среагировали другие хищники.

- Эти недоноски, оплатившие нам зачистку – ерунда, - ухмылялся наемник, - Ублюдки хотели создать тут свою дешевую ЧВК, набирая мясо из деревень, да и вообще, со всего Востока. Что-то у них там связано с рыбным промыслом в Океании, я не знаю точно. То ли они хотели свой пиратский флот, то ли нечто подобное. Есть рыбки покрупнее, действовать они будут на порядок осторожнее. Единственное, что мы знаем – работать они будут, как и эти, через местных. Зачем привозить сюда свою армию, когда можно купить на месте?

- Вскоре мы донесем до всех, что чужие деньги будут идти во вред Апсародаю, - тихо дополнил ребе Фридман, - Но желающие обязательно найдутся. Их заставят подавиться жадностью.

- Пока непонятно, где в этой схеме мы, - выразил барон наши общие, казалось, мысли.

- Здесь и начинается самое интересное, мальчики и девочки, - скупо улыбнулся старый наемник, - У нас здесь не военная зона, смекаете? Нельзя пригнать сюда бойцов, водрузить палку с флагом, а затем объявить, что это твоя территория. Есть правила. Никто не будет слушать человека с пачкой наличных, у которого на Басолане ничего нет. Нужен бизнес, нужны люди, ресурсы. Если ты делаешь заявку, то обязан выглядеть серьезно. На этом этапе в игру вступаем мы…

- Стройтехника, - скромно поблескивая очками, произнес ребе Фридман, - Я заметил, как вам понравилась идея нашего одноглазого. Это то же самое. Раз вы себя так интересно показали с Хендриксонами… Кстати, не просветите старика, по какой причине живущая у черта на куличиках семья неожиданно оказалась вырезана?

Вопрос имел больше слоев, чем я смог насчитать, да и сам по себе мог показаться очень оскорбительным, но прекрасно передавал суть острова. Хендриксы действительно были семьей, действительно не вели никаких серьезных дел с Апсародаем, промышляли по мелочи. Они были безобидны. Задавая вопрос, Гад Фридман знал, как мы вернулись в город, а также знал гораздо больше. Мы не грабили американцев, не воевали с ними за ресурсы или идею, а просто вырезали всех боеспособных членов клана. Конечно, выжившие разболтали…

- Они связались не с теми людьми, - мирно сказал Марий, отчего старик в толстых очках лишь покивал.

Саммерс и Фридман предлагали нам гешефт. Точечные тихие операции против «вторженцев», с ликвидацией персонала и экспроприацией материальных активов. Реализовать последние брался ребе, а также он и старый наемник брали на себя обеспечение информацией. Кроме того, Саммерс действительно предложил себя в роли тяжеловооруженного прикрытия для путей возможного отхода. Плюс свой боевой опыт.

- Мне пора на пенсию, ребята, - подмигнул Эрике наемник, - Мы делаем дело, молчим, зарабатываем, а затем расстаемся друзьями. Старый пес уходит в закат, наш любимый город спит спокойно, а нужные люди, которым удалось избежать больших проблем… скажем, вроде вашего доброго знакомого, синьора Карузо, знают, благодаря кому им не нужно пить таблетки от бессонницы. Если мы, конечно, всё будем делать тихо, без трепа языками. Но вы, вроде, именно этим и славитесь.

Предложение было шикарным по своей сути. Умельцев нажимать на спусковой крючок в Старом городе было полно. Каждого, стоящего внимания, Саммерс знал лично. Однако эти люди имели тут корни. Знакомых, родственников, друзей, собутыльников. Эти люди имели привычку хвастаться своими достижениями, иначе как ты заработаешь репутацию, которая подкинет тебе следующий заказ? Мы же были другими. Маленькая тесная команда, работаем одни, заказчики солидные, навыки хорошие и нужные. Не болтаем.

Пройти мимо возможности солидно заработать, не наступив ни на одну мозоль в городе, было просто нельзя. Это была бы даже не глупость, а форменный идиотизм. Нам предлагали свежие и легальные цели, с гарантированной поживой, да еще и те, за которые не будут мстить и спрашивать. Не просто халява. Джек-пот.

…если мы договоримся.

Договариваться пришлось не где-нибудь, а в синагоге. Здесь почтенный ребе гарантировал отсутствие жучков и прослушки, мы покивали, не став спрашивать, имеет ли он в виду еще и свои собственные, но признали помещение пригодным. Затем… прогнали Юки домой, уверив лису, что для её нервной системы так будет гораздо лучше. Потом разразился торг, дьявольский, безжалостный и неумолимый.

Шкура неубитого медведя не просто делилась, учитывалось каждое возможное условие. Риски, расход боеприпасов, найм работников и транспорта, найм кураторов, страховка посторонних, цена их молчания, амортизация оборудования, конечный банк, порядок выплат, наценки за срочность. Классическая бандитская коллаборация, столь милая моему сердцу, почти всегда заканчивающаяся перестрелкой за куш, медленно приобретала черты солидного делового проекта, в котором все учтено, записано и предусмотрено.

Когда всё уже, казалось, утрясли, Марий, устало откинувшись на лавку, посмотрел на старого раввина, ничуть не изменившегося с момента начала торга.

- Это ведь не всё, равви? – осведомился он, - Есть еще и ловушка?

- Скорее нюанс, - не моргнув и глазом, ответил древний иудей, - Мистер Саммерс знаком с городом на другом уровне, нежели я, поэтому мы решили доверить ему право вето на любую отдельную операцию. На тот случай, если он по своим каналам пробьет высокий риск напороться на конкурентов.

- Мы делаем дело тихо, без привлечения внимания, - кивнул старый наемник, - но вряд ли одни. Думаю, таких команд в городе собирается с десяток, не меньше, сам Гаваньял с китайской ведьмой, считайте, запустил всю эту тряхомудию, только что. Если вас срисуют, то начнут интересоваться, кто ваш информатор, выйдут на ребе, начнутся вопросы. Если выйдут еще и на меня… тогда проблемы начнутся у нас всех.

- Потому что вы, такой… опытный, позвали в команду молодежь вроде нас, - подала голос задумчивая Эрика под кивки стариков, - А это значит, что Саммерс опрокидывает всех своих старых знакомых…

- …которые являются солдафонами, а не спецурой, - спокойно кивнул ей «пес войны», - Но деньги любят ничуть не меньше. Очень любят, я бы сказал. Свои и чужие. Старик Саммерс, уходящий на покой с кушем, станет для них чужим богатым дядей еще до того, как остынет последний труп на последней операции. Это, ребята, Апсародай.

Я потянулся, с хрустом разминая плечи, а затем счастливо сообщил всем, собравшимся в этой прекрасной синагоге:

- Обожаю этот город!

- А что-нибудь по делу добавишь? – с иронией посмотрел на меня наш командир.

- Конечно! – с той же улыбкой кивнул я, - Мы будем иметь право ходить налево, то есть выполнять гоп-стоп на стороне… если появятся предложения.

- Красовский? Зачем? – недоуменно моргнул раввин, явно не ожидавший подобного хода.

- Потому что нам, как и вам, нужно алиби, - первым догадался Гритт, - Нас сегодня уже звал на стройтехнику Ла Диспенза. Если мы будем отказываться от всех таких предложений… последствия, думаю, понятны.

И вновь дискуссия. Вампиресса закатывает глаза, проклятые старики никуда не торопятся, наш неукротимый лидер изо всех сил держит планку, а я… уже даже не слушаю всей этой словесной вакханалии. У меня смартфон, в нём Момо, у рыжей есть предложения на сегодняшний день, они звучат матом и включают в себя стрельбу из миномета по нашему дому, если мы немедленно не согласимся. Пришлось сначала уточнить для психованной коротышки место, в котором мы находимся, а затем, когда она отчиталась, что вроде бы уже прицелилась – сообщить эти новости ребе Фридману.

Тот внял предоставленным аргументам, так что мы оперативно свернули переговоры и отправились отдаваться на волю террористки. Точнее, я отправился, пока остальные взяли паузу на «принять душ, помолиться, приготовить напитки на тяжелое похмельное утро».

Что тут скажешь, приготовления пришлись впору, а вот сама вечеринка, задуманная рыжей, оказалась с сюрпризом. Когда мы добрались на своей бронированной «камри» до обители Ла Диспензы, а затем выскреблись впятером на свежий воздух, Момо, выглянув с балкона, откуда мы не раз кидались динамитом, прогорланила на весь район:

- Народ! Зацените, что нам подарили!

И скрылась.

- Это будет бенгальский тигр…, - с жутковатой уверенностью постановила Юки, заходя за машину, - Это точно должен быть он!

- Знаешь, а я тебе, пожалуй, поверю! – согласилась с ней вампиресса, предпринявшая тот же маневр, - Левее становись, чтобы мужики перед нами были! Норма, иди сюда! Быстро!

- И хрен вот теперь к ним присоединишься, - поделился я горестью с Марием, становясь рядом с товарищем, - Но думаю, пронесет. Тигр бы сожрал мелкую.

- Подавился бы, - неуверенно попытался согласиться со мной блондин, на всякий случай оглядывающийся в поисках укрытия.

Как оказалось менее чем через минуту, Сильвио и Момо подарили не бенгальского тигра, а кого-то, полностью противоположного ему. Рыжая несносная девица, активно пыхтя, вытолкала из дома… другую девицу, бледную, тонкую и перепуганную. Несчастное создание лет восемнадцати, бледнокожее и потное, было одето в черную майку и узкие черные джинсы, носило короткую прическу-каре и чокер, имело несколько маленьких татушек на шее и лице, а заодно крашенные в черное ногти. И, помимо всего прочего, было очень симпатичным, зеленоглазым и растерянным.

- Её зовут Эриюки! – улыбаясь во все шестьдесят четыре зуба, объявила нам коротышка, шлепнув девчонку по тощей заднице, отчего та приняла полуобморочный вид.

Я заржал как призовой конь, чьего жокея насмерть засосало в унитаз. Следующим шутку нашей безумной малявки понял Марий, захрюкав в кулак, затем к нам присоединился вой вышедшего на балкон одноглазого, а вот только потом комичность «имени» готической худышки дошла до Эрики и Юки. Месть большой красивой готессы и худенькой тощей азиатки напоролась на подготовку мелкой психички к такому исходу, так что, переглянувшись с Марием, я запихал бедную и бледную девчонку к нам в машину, натравив на неё добрую Норму, а сам, от щедрости души, «отдал» вышедшему из дома Ла Диспензе право везти трёх женщин, сильно занятых друг другом.

Одноглазого война не смутила, он по-быстрому рассказал, что запер Майора Тома, их медоеда, в подвале, вместе с живым бараном, но в клетке, которую Майору еще предстоит раздолбать, чтобы нагулять аппетит. Так что у нас есть время как следует погулять, показав этой замечательной Эриюки наш прекрасный город!

«Эриюки», как мы выяснили после первых трех шотов в баре, зовут Микки, и её действительно за какие-то грехи привезли и подарили Сильвио Касадоре в безраздельное владение. После четвертого шота, предотвратив попытку этой самой Микки отобрать у Широсаки пистолет и застрелиться, мы влили в неё пятый шот и отправили танцевать. Чуть-чуть подрыгавшись на танцполе (это выглядело довольно отчаянно), девчонка вырубилась, за что и была загружена в машину.

- Вы сможете её починить? Ну, как-то сделать, чтобы она стала полезной? – с легким интересом спросил Сильвио, когда ему отчитались о состоянии собственности, - Эта девка подставила людей из картеля, если она окажется для меня бесполезной, то я буду вынужден её отправить к деве Марии. Этого бы не хотелось. Момо она нравится.

Ага, приблизительно так же, как Эрике нравится тискать Алебастра, подумал я, улыбаясь. Увы, но эта европейская копия Юки нам сейчас некстати, впереди дела…

- Мы с Нормой попробуем! – выкатилась вперед Широсаки, делая решительный вид.

- Дистрофики объединяются! – удовлетворенно кивнула вампиресса, вызывая злобное шипение японки, но на этом вопрос оказался закрыт. Мы, всё-таки, собрались гулять. Впереди нас ждало множество баров, ровно три попытки пытающейся сбежать Микки, мордобой с парой латиносов, на мотоцикл которых стошнило Норму, легкая перестрелка в «Жирном куске» с теми же побитыми латиносами, мировая на весь бар, а потом сорвавшаяся сделка по обмену Микки на неплохой катер. Причем, что характерно, инициатором самой сделки стала сама девчонка, умудрившаяся несколько раз за вечер протрезветь и вырубиться.

В общем, загул удался на славу!

Глава 3. Мир и покой

Если твоя женщина вампир, постоянно находящаяся в образе роковой красавицы, то рано или поздно ты привыкаешь к тому, что, когда вы остаетесь наедине, она от тебя попросту… не отлипает. Вампирессам очень нравятся обнимашки, это чрезвычайно тактильные девушки, которым по душе то, как их инстинкты воспринимают находящееся в их руках теплокровное существо. В этом случае очень полезно быть с еще одной женщиной, которую и можно подсунуть ненасытному вампиру. Почему? Потому что мы в Таиланде, здесь жарко.

А Юки, помимо всего прочего, совсем не против.

Увы, этой ночью случилась беда. Лисице захотелось до ветру, она выскочила из постели, ускакав по своим влажным делам, а спящая Эрика, нащупав меня вместо пропажи, вцепилась всеми конечностями, опутав как какой-нибудь паук и довольно сильно сдавив. Я в тот момент, уже разбуженный шевелениями кицуне и планировавший отправиться приблизительно туда же, куда и она, лишь стиснул зубы и принялся терпеть, в надежде откупиться лисой, которая обязательно вернется. Мои ожидания не оправдались, Юки, пившая накануне довольно мало из-за постоянной возни с Микки, решила устроить себе ночной зажор… и в итоге все кончилось тем, что мы все трое встретили утро на кухне, основательно подъев запасы холодильника. Затем меня по древней женской традиции назначили во всем виноватым, взяли объевшуюся японку в охапку и ушли спать.

Так себе утро.

В семь утра на кухню зашла сонная и зевающая Норма. Слабо улыбнувшись мне, девушка сунулась в холодильник и тут же грустно вздохнула, оценивая разорение.

- Второй нижний ящик слева открой, - посоветовал я обряженному в домашние шорты девичьему заду, - Видел, как туда одна хитрая мышь два йогурта запихала, пока другая мышь колбасу грызла…

- Спасибо! – обернувшись, волчица-оборотень одарила меня солнечной улыбкой, а затем, вытащив юкину заначку, села завтракать. Я, прихлебывая кофе, бесстыдно наслаждался её непосредственным обществом, чувствуя, как исправляется недосып и уходит тяжесть в голове.

Норма – искусственно выращенный оборотень, чей разум контролировался много лет с помощью специально выдрессированного духа. Её воспитывали, буквально готовили, к одной единственной роли – быть сексуальной и домашней рабыней, эдакой идеальной женой, не знающей слова «нет». Звучит жестоко, абсолютно бесчеловечно и аморально, но лишь с позиции современного человека, свято уверенного в иллюзии собственных прав. Инквизиторы, создавая таких «рабынь», не ломали их волю, а выращивали как бонсай, с младенческого возраста уча… радоваться жизни.

Сидящая напротив меня мурлыкающая девчонка, вылизывающая уже вторую баночку из-под йогурта, никогда не станет полноценным человеком или, тем более, солдатом, способным жать спусковой крючок раз за разом, но она всегда будет легкой и жизнерадостной, получая от жизни куда больше удовольствия, чем любой из нас. Поэтому её присутствие чертовски расслабляет даже меня.

- Убегай! – распознал я стук когтей по паркету, - Сюда идёт толстый бинтуронг! В холодильнике ничего нет, а ты пахнешь едой!

Меня тут же послушались.

Когда господь завещал делиться, внимательнее всех его слушала Соня. Затем, когда тот замолчал, навеки отвернувшись от рода человеческого, этот бинтуронг пошел к вождю мирового пролетариата и очень внимательно записал в блокнотик золотые слова, в которых говорилось, что от каждого надо по способностям, но зато каждому – по потребностям. Способностей у кошачьего медведя не было, но её это никогда не смущало. У неё было кое-что получше.

Потребности.

Здоровенная лоснящаяся туша проникла на кухню, сразу водя по сторонам вытянутым рылом с целой кучей заранее встопорщенных вибрисс. Меня, невинно пьющего голый кофе, Соня благородно проигнорировала, выискивая источники вкусных запахов. Не обнаружив их визуально, медведица, задрав свой выдающийся хвост, пошла на более близкое знакомство с окружающей средой.

Я ни грамма не удивился, увидев, как ловко и профессионально она открыла холодильник, хотя отточенные движения морды, переводящей «прицел» с полки на полку, слегка озадачили. Прекрасно помня, что один раз Соня застрелила ворона, пробравшегося к нам домой, из дробовика, прикончив по ходу дела еще и робота-пылесоса, я с огромным любопытством наблюдал это абсолютно осмысленное поведение. Да черт побери, закончив с холодильником, она даже ящик обнюхала, причем именно тот, из которого Норма достала юкину заначку!

Моё утро было забавным благодаря такому смышлёному зверьку, но ровно до момента, когда тот, забравшись в морозилку, извлек оттуда замороженную курицу, которую, недовольно фыркая, принес к моим ногам, со стуком уронив на пол!

Мол, чё смотришь, готовь давай, жрать нечего.

- Соня, ты охренела, - подумав, описал я зверюге свои ощущения.

Животное село, определенно задумавшись. В отличие от большинства остальных членов команды у нас с ней были ровные, дружеские отношения, основанные на взаимном уважении и банальной выгоде. Благодаря тому, что женщины постоянно ночевали у меня, Соня имела возможность ночевать в их постелях, а не на бревне каком-нибудь, как бомж. Я, с другой стороны, обладал правом натравить всю благородную мощь хвостатой черной бестии на того, кто доставил мне неудобства (и может доставить Соне пожрать в качестве откупа). Питаться это существо любило очень, поэтому сейчас было больше похоже на нормального медведя, а не на бинтуронга. Во всяком случае, бревна и ветви, которые мы прикрепили в зале к стенам и потолку специально для нашей шерстистой девочки, давно уже угрожающе потрескивали, когда она на них забиралась…

Подумав, Соня неуверенно полизала мне колено.

- Не сработает, у меня так ночью поход по магазинам выпросили, - сообщил ей я, - Ну, почти так.

Юки нужна новая майка, а Эрика не может проигнорировать подобное событие даже под страхом голодовки.

Бинтуронг задумалась всерьез, даже села, подняв передние лапы и начав чесать ими голову. К её вящему облегчению, судьба особенно благоволила толстым черным медведям этим утром, так что произошло явление сонного Мария Гритта, преследуемого осторожной и любопытной Нормой, явно удалившей с себя посторонние запахи.

Обрадованная медведица тут же принялась подкатывать замороженную тушку курицы к ногам блондинистого зомби, а тот, почти не раскрывая глаз, пробормотал что-то невнятное, подняв мертвую твердую птицу и запихав её в микроволновку на разморозку.

- Это просто какие-то гены подкаблучника…, - покачал головой я, глядя как командир включает электрический чайник, обнимаемый за ногу благодарным черным зверем, - Высший уровень!

Повернув ко мне морду, Соня явственно изобразила нечто, вроде «слышь, тебе ночью тоже не Рахманинова спели!».

- Ну так-то да, - согласился с ней мирный я, допивая кофе.

Страдающий без кофе Гритт от такого беспредела помотал головой, а потом прогнал нас… с Нормой. Из дому. Наказав проверить запасную квартиру, в которую мы вчера запихали вновь набуханную Микки. Мол, раз Юки и Норма взяли на себя ответственность за эту девчонку, пусть ей и занимаются, а ты, Петр, мол проследи, чтобы та не попыталась нашу волчицу прирезать. Заодно и закупитесь, раз весь холодильник обожрали, сволочи. Виданное мол, дело, на завтрак курицу запекать!

Изгнанные из кухни под довольное урчание бинтуронга, мы с девушкой переглянулись… и разошлись, принявшись собираться. Ну а чего, на самом-то деле? Зачем будить в Гритте зверя, пусть лучше зверь будит в нем человека!

Выгнав наш старенький пикап, я привёз Норму к нашей запасной квартире, той самой, которую нам когда-то «подогнали» обитатели храмовой площади. Здоровенные хоромы, без труда вместившие нас в самом начале жизни в Апсародае, вновь содержали в себе жизнь в виде подаренной Ла Диспензе неформалки. Остановив девушку, ответственно рванувшую в подъезд, я повлек её в ближайший магазин. Не особо хорошо помня детали загрузки Микки в хату, можно было вспомнить детали этого утра, когда у нас на кухне стало шаром покати. Ну, или замороженной курицей.

Набрав пару пакетов с водой и пищей быстрого приготовления, мы поднялись в квартиру, в которой нашли обливающуюся потом девчонку, стоящую в одних трусах на табуретке и пытающуюся открыть одно из окон на крышу. Трусы, что характерно, были смелые и черные, прямо под стать всему крутому образу, но крутизной тут даже не пахло, потому как вяло щупающая задвижки девица находилась в полуобморочном состоянии.

- Ну и нафига ты туда полезла? – спокойно спросил я, сгружая пакеты, - Ты же дохлая, не подтянешься на такой уровень.

До Микки дошло, что все явки провалены, отчего она, хрипло выдохнув, свалилась с табуретки, загремев костями по полу. Норма тут же побежала над ней волноваться, а я, вздохнув, пошёл открывать окна. В квартире действительно было душно.

Бледное тельце падшей, ничего особо себе не повредившей, мужской интерес вызвать могло, наверное, только у её сверстника. Почти полное отсутствие мышц, слабый намек на грудь, тощие ноги-спички. Юки бы смотрелась на фоне этой девицы в разы выигрышнее, особенно за счет того, что была нормальной натуральной тощей девчонкой, а не истыканной мелкими татуировками соплячкой. Пока поднимал, присмотрелся еще лучше, поняв, что тут еще имеется немало пирсинга. Причем лицо, достаточно привлекательное, как и уши, Микки оставила целыми, а вот с телом «пошалила» …

- Закину в душ, приведи её в себя, - определил план действий я, - Как очухается, одень и веди сюда, кормить будем.

Надежды юношей питают, надежды девочек гнетут. Когда я уже заваривал лапшу под успокаивающее чириканье нашей ласковой волчицы, приглушенное дверью, в нашу входную дверь забарабанили так, как будто там стояло два взбесившихся осла, закончивших курсы барабанщиков.

- Красовский!! Открывай!!! – завопили из-за двери знакомым голосом безумной маленькой стервы, - И если ты трахаешь мою собственность, то знай, я тебе это прощу только если дашь посмотреть! У меня с собой попкорн!!

Ну вот за что всё это мне?

- Я, по-твоему, кто? – спросил я, распахивая дверь перед лыбящейся мелочью, - Завод по производству спермы? Куда мне еще баб?

- Кому ты рассказываешь! – гоготнула рыжая, вваливаясь внутрь и пихая меня плечом в живот, - Мелкой надо пару раз тыкнуть, чтобы она отвалилась с высунутым языком, а Эрика любит, когда всё красиво и с настроением! Халява, мужик! Еще пару выдержишь!

- Да? – удивился я, почесывая голову, - Ну тогда Сильвио надо будет кого-нибудь тоже подогнать. А то, чего он как лошара…

- Убью!!! – на меня напали.

…ладно, на мою нижнюю часть напали.

- Точно убью!!

Немного дружеской возни, перебранка, ввалившаяся в душевую Момо, истеричные рыдания очнувшейся Микки, бормотание Нормы. Почти идиллия, если, закинув в рот пару горстей попкорна, сообщить собравшимся женщинам, что я внимательно за ними слежу вон из той плотно закрытой комнаты, а потом пойти именно туда. Досыпать.

Проснувшись через пару часов, я обнаружил всех трех девушек, сидящих в кухонном уголке и даже серьезно о чем-то разговаривающих. Присоединившись к ним, принялся вникать в суть проблемы, которая оказалась смехотворной. Микки, это бледное подобие готической неформалки, сильно боялась за свою жизнь, категорически была несогласна со своим рабским статусом, точно была уверена в том, что сдохнет как собака, если останется возле агрессивных и сумасшедших Сильвио и Момо, но теперь, зная, что бежать некуда, полностью отчаялась и не знала, что делать.

- Ну и в чем она не права? – поинтересовался я у возмущенной Момо, отхлебывая кофе.

- Да она уже трупом должна быть! – надулась коротышка, складывая руки под отсутствующей грудью, - Тупая малолетка просто не понимает, что её жизнь кончилась давным-давно! Капризничает!

- Ну это же тебе не медоед, а зумер, - попытался донести я до рыжей мысль, - Они очень щепетильны в выборе рабочего места. Говорят, что хотят жить не ради работы и всё такое. Кстати, а зачем она вам вообще нужна?

Раздосадованная Момо скрывать не стала. У Микки, выглядевшей совсем невзрачно без своего макияжа, глаза одновременно задергались и начали испускать влагу.

- Чтобы убираться в костюме горничной…? – простонала несчастная, падая головой на стол.

- Ну еще следить за бумажками, работать секретарем для любимого, делать мне массаж и протирать от пыли наш хлам! – простодушно уточнила рыжая, - Мы бы тебя кормили, заботились и всё такое. Жалко же убивать просто так!

Если когда-то у этой Микки и была самооценка, то теперь на её месте были прах, пепел, пара окурков и следы от плевков рыжей заразы. Сама Момо, пропитанная суровой атмосферой Старого города, не понимала «капризов» девушки совершенно. Ей казалось, что предложенная сделка для той должна быть просто спасением, что было совершенно верным с такой позиции. Однако у неформалки была в голове другая картина жизни, которую здорово подпитывало участие и сочувствие Нормы.

Вот оно что.

- Норма, а ты почему жалеешь Микки? – коварно спросил я, вновь принимаясь за попкорн, - Потому что с ней жестоко обращаются?

- Нет, конечно! – тут же удивилась простодушная девушка-оборотень, - Потому что она несчастная! Момо предлагает очень хорошие условия!

- А я о чем! – тут же гаркнула мелкая.

- Рабство – это хорошие условия?! – взвизгнула, подавившись, пленница обстоятельств, заставляя Норму испуганно отскочить, - Да?!!

- Она совсем дурная…, - как-то грустно вздохнула Момо, а я в этой грусти почувствовал отчетливый щелчок курка, встающего на боевой взвод.

- Ну так дай ей свободу, - решил принять я участие в «воспитании», - Прямо сейчас выставлю её за дверь и всё. Через неделю будет стучаться в двери вашей башенки, плакать и проситься внутрь. Или сдохнет.

Микки перешла картелю дорогу по обычной подростковой глупости. Она была раньше стандартным городским цветочком в Сан-Франциско, стереотипным бунтующим подростком. Вместе с парой друзей они занимались интернет-скамом, неплохо зарабатывали временами, тусовались по разным «злачным» местам. Там же эта девчонка встретила свою большую любовь, какого-то парня, у которого как раз и были проблемы с поставщиками из картеля. Парню организовали «колумбийский галстук», очень характерный вид казни, но что-то спугнуло исполнителей, поэтому они свалили с квартиры, где произошло убийство, не успев как следует замести следы. Следующей квартиру посетила Микки, у которой конфетно-букетный период был в самом разгаре, ну и… последствия можно легко представить.

Девочка-скаммерша, зарабатывающая интернет-мошенничеством, решила использовать свои навыки, чтобы отомстить за ужасно убитую любовь. Вышли на неё раньше, чем успели до конца высохнуть сопли у неё в носу.

- Я не буду тратить бабло на памперсы для этой дуры…, - упрямо пробурчала Момо, - Ей они понадобятся, после того как местные выдерут её во все дырки! Да и брезгую я с такой потом жить под одной крышей!

Обсуждаемая девчонка глухо зарыдала, но волчица уже не кинулась к ней утешать. Норма стояла, задумчиво хмурясь и смотрела на Микки так же, как и на Соню, когда та особо сильно не понимала концепцию необходимости равноценного обмена.

- Ну тогда просто предложи ей сделку. Микки будет убираться, помогать и всё такое, а ты, в обмен на это, с помощью Юки и Нормы, будешь учить её выживать. Сделаете из зумера полноценного человека, способного постоять за себя…

- Что?! – возмутилась рыжая, аж подпрыгивая на табуретке, - Я еще буду что-то должна?!!

А вот это уже была чистая игра. У всего происходящего была другая, тайная и темная подоплека, в которой таился страшный секрет. Момо в этой жизни любила только двоих. Своего ненаглядного Сильвио и Майора Тома. Ну, может быть, еще немножко меня. Однако медоед вам не приблудный пудель, а дикое и хищное животное, которому нужна воля, жертвы и… обслуживающий персонал.

Настоящая будущая роль Микки заключалась именно в этом, а моей тайной задачей было протянуть руку помощи полностью отчаявшемуся зумеру, уже подумывающему о самоубийстве. Как там говорили великие? «Отними у человека всё, верни хотя бы половину – и он будет век тебе благодарен!».

Этот торг ничем не напоминал вчерашний, в синагоге. Он был коротким, яростным и наполненным эмоциями, постепенно включавшими инстинкт самосохранения мелкой неформалки. Та, почуяв, что где-то впереди блеснул лучик надежды, начала брести на него во тьме, наполненной звуками наших с Момо голосов. И, мало-помалу, утирая сопли, слюни и слезы, татуированная балбеска начала всё активнее влезать в разговор, а рыжая, вовсю отыгрывающая роль капризной и дурной хозяйки положения, начала грамотно сливаться, как бы нехотя соглашаясь то на одно, то на другое. Я выступал голосом разума, накидывая ребенку географический расклад о месте, в котором она очутилась, и о её фактической ценности как индивидуума. Ценность являлась нулевой, но мы успешно опустили самооценку Микки еще ниже, показав сохраненные на моем смартфоне фотки девочек из мыльного домика Кси Тинг.

Ну что сказать? Майор Том заслуживает лучшего, но он слишком горд и мужественен, чтобы взять это самому или сделать вид, что нуждается. Это вам не беспринципная Соня, готовая лизать коленку!

Наконец, общий язык был найден, заинтересованные стороны ударили по рукам и… судьба выбрала именно этот момент, чтобы на сцене нашей небольшой домашней пьесы появились новые лица, а именно прекрасно выспавшиеся Эрика Хатсбург и Широсаки Юки, умытые, накрашенные, полностью готовые к вечернему походу по магазинам. И, разумеется, пылающие энтузиазмом.

- Сейчас душик приму, на базар сбегаем, а потом поедем! – «обрадовал» я дам под совершенно гиенью ухмылку Момо, - Можем и этих с собой взять! Но за них я платить не буду!

- На какой базар? – всем своим макияжем не поняла вампиресса, представляющая сейчас из себя богиню готики, к образу которой Микки надо было бы бежать всю оставшуюся жизнь и немного больше, - Ты что, еще ничего не купил?!!

- Выполнял приказ командира! – невинно похлопал я ресницами, вызывая громкий рыжий гогот из тушки моей невеликой подруги... великолепно понятый присутствующими.

Еда – это святое. Без пищи наш дружный коллектив превращался в сборище ворчливых людоедов, грызущих заначки и ненавидящих всех вокруг. Однако друзья – это еще более святая вещь, поэтому проклятая женщина одноглазого мексиканца протягивает мне «руку помощи», утверждая, что поможет Норме закупиться на рынке, а также найдет там мужиков, которые помогут разгрузить тачку. Ей, Момо, такое провернуть – раз плюнуть! Даже полезно будет Микки показать, как у нас тут что. Цени, русский!

…и это после целого дня, убитого на проблемы медоеда этой мелкой стервозы!

…

Ладно, признаю, выручила. Эрика собиралась обидеться всерьез.

Вот что за дела с этими женщинами? Я же даже не ей обещал этот шоппинг!

Глава 4. Деловая хватка

Первая наша операция вместе с Саммерсом пошла кувырком. Вместо того, чтобы накрыть каких-то сомнительных товарищей, копошащихся на небольшом островке, мы чуть не ударили по операции Триад. Китайцы, мирно перегружавшие наркотики в мешках с рыбацких лодчонок, сильно напряглись при виде парочки катеров там, где их быть не должно, но мы, благодаря дронам Алебастра, успели смыться до того, как они нас опознали.

Очень неловко получилось. Вечером, собравшись всей командой в «Жирном куске», мы запивали событие пивом и предавались философским мыслям. У стойки бара лежал избитый малазийский полукровка, в чьих карманах не хватило денег, чтобы оплатить счет. Изредка он постанывал, удивительно точно попадая в музыку, игравшую в баре. Это поддерживало настроение.

- Я читал, что на востоке модно надевать одинаковые вещи парам, - кивнул своим мыслям наш блондин, рассматривая Эрику и Юки, - Но не думал, что вы обе захотите подобное. Хотя понимаю.

Обе девушки были в своих военных штанах, но, при этом, в новеньких футболках. На каждой был изображен зловещий яркий рисунок и было написано уже сакраментальное для нас «трахать человечество». На английском.

- Разнообразие украшает жизнь, Марий, - пожала плечами вампиресса, - Не могу же я в эту рыгаловку приходить в полном своем великолепии? Эта футболочка отлично подойдет. К тому же, она здорово скрывает грудь, а значит, избавляет вас, мальчики, от необходимости махать кулаками.

- Здорово скрывает грудь…, - пробормотала Юки, рассматривая футболку новым, далеким от восторга, взглядом.

- А мне моя нравится! – поделился ощущениями я, поглаживая обновку, простую черную майку с очень большим желтым смайликом на груди. Просто, лаконично и броско.

— Это похоже на мишень, - передернулся Гритт, - Даже мне хочется выстрелить!

- Это была единственная вещь, которая могла понравиться этому психу…, - как-то жалобно призналась Эрика, посмотрев на меня, как на врага народа, - Я не знаю, что дарить своему мужику! Резню в зоопарке? Маньяка в кладовке? Мировую войну?

- У меня есть вы, а большего и не надо! – я постарался вложить максимум слащавости в эти слова.

- Пф, нашли проблему, - пожал плечами блондин, а затем, натыкав что-то в смартфоне, показал экран сначала мне, потом Эрике, - Смотри, маленький холодильник-тумба, в него влезет двенадцать банок пива. Заказал, приедет во вторник.

- Гритт…, - я помолчал слегка, для эффекта, - …выходи за меня!

Последствия были в меру катастрофичными. Хатсбург, вампир высокой культуры, которой абсолютно не пристало дарить маленькие ночные холодильники для пива, негодовала и ругалась матом, а парочку новеньких латиносов, подошедших познакомиться, восприняла как манну небесную. Уложив обоих рядом с малазийцем-неплательщиком и немного поругавшись с барменом, она вернулась, воинственно фыркнув:

- Идем домой, лоботрясы! Завтра куча дел!

- Дел? – наш блондин удивился, - А почему я ни об одном не знаю?

- У вас с Нормой свободный день, - отмахнулась, подходя, вампиресса, нависая над поспешно допивающей коктейль японкой, - Хоть весь без трусов проведите. Юки будет заниматься «барчеттой», пока Петр не ушатал нашу «камри», я пойду к этой сучке, что Момо приютила, говорят, чем-то её мотивировать надо. Наш же прекрасный принц отправится к своей любимой женщине, Кси Тинг.

Я поднял брови.

- Та желает протянуть тебе оливковую ветвь мира, Красовский, - ухмыльнулась мне брюнетка, - И намекает, что вместо листиков там будут доллары. А нам нужны деньги.

История стара как мир. Ты надрываешься, чтобы заработать деньги, они появляются, возникает необходимость потратить целую прорву, чтобы приобрести какую-нибудь дико дорогущую штуку, без которой неизвестно, как жили раньше. Обычно эти штуки находит наша кроволюбивая брюнетка, но на этот раз был виновен Алебастр. Чернокожий гаденыш по своим каналам получил возможность приобрести дрона-матку для разведки, что стоило нам остатков кредита у корпорации «Стемия», а также нехилого куска личных денег.

Теперь мы со дня на день ждали здоровенную летающую тарелку, достаточно большую, чтобы поднять в воздух Соню или Юки. Она будет напичкана высокими технологиями, позволяющими этой фигне самой прилететь практически в любую точку острова и служить одновременно базой для маленьких дронов, ретранслятором и перехватчиком сигналов, а также координировать вообще всё, что окажется у нашего альва под рукой. В общем, нужная штука вроде бы, но стоит столько, что окончательную цену от Хатсбург скрыли как самую страшную тайну…

Когда я встал, повернувшись к выходу, в баре раздалось дикое ржание нашего доблестного командира, аж скрючившегося на стуле. Ухмыльнувшись, я продемонстрировал ему и всему залу средний палец, выходя вместе с улыбающимися и переглядывающимися девушками.

Не две одинаковые майки, у нас был ансамбль из трех! На майках Широсаки и Хатсбург были одинаковые послания «F**k Humanity!». На моей, на спине, красовалось три других слова, куда более добрых и милых. «Kind Human Kind».

По сути, получалась небольшая игра слов, в которой мои девчата угрожают трахнуть человечество, ну а то, что видится на моей спине, можно интерпретировать как «доброе человечество». При желании. Ну а что? Я видел мем, выглядевший приблизительно также, но бывший при этом слегка грубее. Мне понравилось!

На следующий день я сидел перед одной из самых опасных женщин города. Конкретно эта мало того, что являлась таковой, так еще и имела множество причин не любить конкретно меня… пусть и за маленькие пакости, но проникшие ей удивительно глубоко под кожу.

- Эта майка отлично сочетается с твоей рожей, русский, - задумчиво заявила мне Кси Тинг, выпуская облако дыма, - Думаю, тебя скоро пристрелят. Успеешь выполнить моё поручение?

- Кого же ты так сильно хочешь убить, радость моя? – улыбнулся еще поганее я, заставляя бабку поперхнуться дымом.

- Как понял?! – вознегодовала откашлявшаяся старушенция.

- Ты серьезно? – у меня аж слова не сразу нашлись, - Старуха, ты сделала мне подлянку, ты мутила с Портманом, я заставил тебя потерять лицо, взяв деньги твоей дочери и накормив твоих голодных шлюх! Чужака ты бы прикончила за такое, но мы люди не чужие друг другу, да и общие дела есть. Значит, что? Затаила. К тому же, ты сейчас бедная, Кси Тинг, кому как не мне знать? Тем не менее, ты выходишь на нас, ты зовёшь меня. Не торгуясь, не предлагая мировую, а сразу – за деньги. Вывод? Появился некто, кого ты очень сильно хочешь видеть мертвым. Некто, по сравнению с кем улыбочка на моей майке тебя даже не волнует.

Выслушав, старая некрасивая китаянка сморщилась, как будто зажевала лимон.

- А я уже почти забыла, какой ты говнюк…, - вздохнула она, с силой откидываясь на спинку кресла.

- Ты меня почти оскорбила сейчас, старуха. Начнешь рассказывать, или как? Я как бы имею чем еще заняться.

- Не терпится выкрутить мне руки, лаовай?! – взгляд Кси Тинг был одновременно колким, усталым и озлобленным.

- Даже не собирался, - качнул я головой, в который уже раз удивляя бабку, - Давай не будем переносить нашу семейную драму в бизнес? Кого нужно завалить?

Ремесло наемных убийц и наемников презирают, вполне заслуженно, если так посмотреть, но тут есть вопрос: а как часто эти злые, жестокие и циничные гады убивают хороших людей?

Ответ профессионала: никогда.

Это не вопрос морали, а всего лишь демонстрация планки. Если ты хороший человек, старающийся жить по совести, то ты быстро упираешься в потолок своего материального развития, из-за ограниченности методов и восприятия реальности, так сказать. К тебе могут прислать пару дуболомов, чтобы они сломали колени или руку, а то и просто пригрозили… но ликвидируют-то кого? Опасных, господа мои. Добрые люди опасными не бывают. Точнее, бывают, но они уже, как бы это сказать? …не совсем добрые, а такие, серенькие. Вроде меня.

Так что, поверьте старому бандиту, практически каждый деятель, получающий оплаченную пулю, так или иначе её уже заслужил.

Илларион Филиппатос заслужил свинца больше, чем он весит. Этот грек американского происхождения какое-то время был натуральным конкурентом самой Кси Тинг, пока старуха не выдавила его с Басолана. Сделать это было сложно, «лысая тварь», как его обозвала китаянка, имел просто какой-то неприличный уровень социальной живучести. Чем тот был обусловлен, она не знала, но хватало и того, что грек запустил свои пальцы в каждую возможную грязь города и… его терпели.

Заодно этот персонаж имел свою банду, заходил без стука в каждый храм на площади…

- Ага, вот почему тут я. Ты думаешь, что он может быть связан с нашим общим начальством и окажется полезнее те…

- Русский!!

- Мы так не работаем, Кси Тинг! – жестко отрезал я, глядя на подскочившую женщину, - Успокойся. Говори, где он, кто он и что он. Я заскочу в магазин, а потом отправлюсь за этой лысой башкой.

- В магазин…? – как-то тупенько переспросили меня.

- На мне очень хорошая и запоминающаяся майка. Нужна другая. Этой я дорожу.

Бежать по зову зловредной старухи в Средний город, а там устраивать перестрелку с половиной сербской мафии… нет, настроения на такую глупость у меня не было совершенно. Коварство азиатов далеко не пустой звук, поэтому я, слегка прибарахлившись, отнес покупки домой, придя с новостями к Алебастру, который, в своё время, совершенно точно имел дела с этим греком.

Альв, выслушал, выразился нецензурно, но очень эмоционально, быстро нарисовав совершенно другую картину событий, происходивших в те времена. По его версии, Филиппатос был ничуть не меньшим грязным козлом, чем по словам Кси Тинг, но вот масштабы у него были иные. Грек очень плотно сидел на внешних контактах острова, собирая до трети жирных наемничьих контрактов «экспортного» типа, а большинство из них приходилось на восток, то есть Китай. Триада очень хотела получить доступ к информации по этим заказам, из-за чего Кси Тинг и Филиппатос грызлись почти насмерть.

- И не она его выдавила, Петр, - закончил свой короткий рассказ альв, - Илларион «сажал» местных на… секс с подростками. Ну, ты понимаешь, что это значит. У него была целая индустрия, сервис из разряда «заказывай, плати, отдыхай и ни о чем не думай». Запретов не было, только штрафы и видеозаписи с камер. Клиенты его и выдавили, когда прошёл слух, что эти записи куда-то утекли и могут быть использованы. В итоге ни грека, ни записей, ни дальнейшего разврата на острове. Бабка набивала себе цену.

Подумав, я понял, что альв имеет в виду. Грешков хватает у всех, человек с деньгами потворствует своим порокам, однако в индивидуальном режиме. На одного подонка приходится десятка полтора тех, кто боится, не решается, хочет, но не может, не знает к кому обратиться… и так далее. Если неожиданно услуга оказывается доступной – то число маньяков и извращенцев тут же растет в геометрической прогрессии. Когда их становится достаточно много, они получают политическую власть, выходят на улицы, заявляют, что гомосексуалисты тоже люди и… человечество с этим соглашается.

Классика.

- Дай мне время, - попросил альв, - Такой человек не может тут находиться тихо. Я как минимум выясню, с кем он работает и на что нацелен.

- Договорились, - кивнул я, - Пойду в гараж. Кстати, а ты с ним дел не вел?

- Нет, но пытался, - чернокожий отшельник даже повернулся на своём кресле, чтобы посмотреть на меня, - Филиппатос не доверяет тем, кого не видел вживую.

Оставив товарища вынюхивать грека, я пошёл смотреть, в каком состоянии наши автомобили. В гараже сейчас находился старый японский пикап, уже почти отслуживший свой срок, моя «барчетта» с кучей дырок от пуль по корпусу, да наше последнее приобретение, бронированная «камри», единственная машина в более-менее приличном состоянии. В роадстере сейчас ковырялась Юки, ожесточенно что-то дергая под капотом. Глядя на её старания, у меня в голове неожиданно возникла идея.

Оценив её перспективность, я извлек удивленно пискнувшую девушку из рабочей среды, поцеловал, отчего она совсем удивилась, а затем, задав пару вопросов о состоянии автомобиля, увел обедать. У нас внезапно нарисовался новый перспективный проект, который можно было бы окрестить как «улучшение автопарка».

- Ты хочешь взорвать Момо?! – до кицуне не сразу дошло, что я предлагаю.

- Нет, конечно, - я был категоричен и тверд, - Момо хочет взорваться сама. Мы сделаем так, чтобы это было с пользой, и чтобы она пережила это приключение!

Тут был вопрос информации, которую должен был достать Алебастр, но я практически не сомневался, что перекрашенная «барчетта», начиненная взрывчаткой и управляемая нашей мелкой психопаткой, станет основным инструментом выполнения заказа. Во-первых, это стильно, во-вторых, это анонимно, в-третьих, мне попросту нельзя устраивать бойню в Среднем городе, потому что я уже устраивал.

- Ну а что касается анонимности, так просто натянем на Момо латекс из секс-шопа и напялим ей на голову мотоциклетный шлем, - рассуждал я под очень сложным взглядом кицуне, - Она так орать сможет, что захочет, её никто не узнает.

Лисе чрезвычайно понравилась идея сходить с Момо в секс-шоп, но в остальном её мой план очень сильно смущал. Будучи довольно рассудительной, Широсаки честно пыталась придумать причины, почему мне не стоит запихивать свою подругу в машину, начиненную взрывчаткой, но ей определенно нужна была поддержка, которой не было. Бинтуронг, разочарованно обнюхавший нас на предмет пищи, считаться поддержкой не мог, а я уже набирал номер рыжей.

- Тебе надо в секс-шоп, - сообщил я поднявшей трубку коротышке, глядя на заходящего на кухню Алебастра, выглядящего довольно растерянно.

- Базару нет, мне надо в секс-шоп! – радостно заорали мне в ответ на фоне определенно закашлявшегося мексиканца, - А зачем?!!

- Юки тебе расскажет. Заедешь?

- Ща!

Прекрасно расслышавшая нас японка итальянского разлива тут же запищала, что совершенно не готова, после чего унеслась куда-то к себе. Мы остались с Алебастром наедине, переглядываясь. Я, причем, просто сидел на стуле, а вот наш подземный отшельник стоял, удерживая у рта булькающую бутылку виски, задранную донышком к потолку.

Он пил.

- Что-то случилось? – поднял я бровь.

Альв покивал, не прекращая жадно поглощать крепкий алкоголь.

- Что-то плохое? – уточнил я.

В ответ он как-то неопределенно пожал плечами, продолжая свою беспрецедентную акцию… а нет, стоп. Такое уже было. Ну и ладно, подумаешь, главное, чтобы рассказал всё, прежде чем вырубится! Хотя нет, стоп, у него же было срочное задание! Эй!

- Илларион Филиппатос мертв, - выдал чернокожий, оторвавшись от бутылки и осоловело взирая на меня сверху вниз, - Труп. Сдох. На моих глазах… ну, на камере. Я подключился. Да. Все сам видел. Буль-буль-буль…

- Ты уже выдул дозу, которая тебя вырубит, - поделился я с ним наблюдениями, - Если не успеешь рассказать, что тебя заставило срочно нажраться, то я разрешу Эрике месяц тебя тискать как гребаную плюшевую игрушку. Мы тут, вообще-то, серьезную операцию готовили!

- Иди в жопу, Петр! – неожиданно окрысился вновь оторвавшийся от бутылки альв, - Грека грохнули рикошетом! Сербы стреляли на собственной территории, и пуля, после рикошета, вошла Филиппатосу в ухо! А знаешь, по кому они стреляли?! По огромному! Черному! Ворону!

Вот те раз…

///

- Где у вас тут самый большой хер?! Я куплю его!!!

От вопля ворвавшейся в магазин несносной рыжей дряни, Эрика лишь закрыла лицо ладонью, входя следом. Точнее, заталкивая внутрь грудью мнущуюся перед ней Микки. Юки, как настоящая лисица, нетерпеливо танцевала в тылах, предпочитая любоваться всем с безопасного расстояния.

- Мне нужен огромный член! Просто огромный! Здоровенный резиновый член! Такой, чтобы можно было… нет, ты сдурела, что ли?! Это гребаный дорожный конус какой-то! Ты вообще представляешь, как таким можно забить человека?! Мне нужен член, а не такая херня! Длинный и хлесткий!

Момо – это взрыв. Яркий рыжий взрыв неизвестно чего прямо тебе в лицо, а пока ты отдупляешь, пытаясь понять, что происходит, эта мелкая жопастая полторашка заполняет собой всё пространство. И ты любишь её за это, даже если именно у тебя лицо, тело и душа королевы, привычной к постоянному вниманию окружающих. Ты этих окружающих завоевываешь. Она – просто берет.

Пара незаметных мужичков, тусовавшихся в зале с предложенным товаром, слиняли со страшной скоростью, когда тут началось иго безумной рыжатины. Эрика с удовольствием наблюдала, как Момо носится по самому большому секс-шопу города, заваливая аж трех девчонок-продавщиц кучей вопросов, а сама одним глазком оценивала предлагаемый ассортимент. Вовсе не затем, чтобы купить, конечно же, зачем переплачивать за наценку? Она всё закажет онлайн.

Нельзя считать себя королевой, и при этом не заботиться о казне.

- Я бы на твоем месте присмотрела себе пару штуковин, - легонько пихнула Хатсбург свою новую знакомую.

- Что? – обернувшись, та глупо захлопала своими глупыми и глупо подведенными глазами.

- Присмотри себе парочку самотыков, - собрав остатки благожелательности, поведала вампиресса, - Вряд ли ты в ближайшее время найдешь себе мужика. Расслабляться девочкам надо.

- Обойдусь! – успела вякнуть эта мелочь, прежде чем быть утащенной реактивной Момо куда-то вглубь храма порока, бывшего куда богаче, чем обычные магазины такой направленности.

- Ну и дура, - поставила ей диагноз Эрика, отправляясь инспектировать различные приборы для услады тела и души.

Микки ей не нравилась. Не как-то особо, а по-нормальному, как оригиналу может не нравиться плохая ленивая подделка под него. Совершенно обычная девочка, строящая из себя плохиша. Оделась по-шлюшьи, навтыкала в себя железок, испортила кожу татуировками, а затем принялась считать, что она, типа, крутая. Хатсбург уже навидалась таких в клубах города. Они все заканчивали одинаково. Сначала один «крутой» парень, потом еще один, потом ты подсаживаешься на химию, отсасываешь у дилера в туалете за дозу, потом (или до), в твоей жизни начинаются групповухи, статус падает до подстилки по вызову, а на твои телефонные звонки перестают отвечать даже родители.

Город жевал таких «плохих» девчонок как корова жует свою травяную жвачку. Без восторга, привычно и размеренно, лишь выплевывая их рваные трусы и разбитое эго. Стандартная плата для всех, кто хочет казаться, но не имеет качеств, чтобы быть.

С этим даже Эрике приходится бороться, но, хотя бы, не за душу какой-то бестолковой девчонки, которая понадобилась её подруге.

Просчитать интерес мелкой беловолосой подлизы, умеющей, когда надо, притворяться паинькой и невидимкой, было несложно. Юки, вертевшаяся около громогласно требующей показать лучшие вибраторы Момо, уже трижды бросила украдкой взгляд на… довольно интересный товар. Эрика спалила её просто потому, что при взгляде на заинтересовавший лису предмет, у неё тоже вспыхнули кое-какие эмоции.

Подойдя к кицуне, вампиресса, недолго думая, взяла ту за ухо и повела в нужном направлении. Ойкая и делая непонимающий вид, японка засеменила за Эрикой, хныча и ноя. В общем, как обычно.

- Позвала продавщицу. Купила. Сама несешь в машину, - проинструктировала Хатсбург оборотня, вызывая у последней панические ужимки, - Иначе я тот дорожный конус куплю. Как думаешь, он скоро окажется в деле?!

Бросив полный ужаса взгляд на предмет, отвергнутый самой Момо, Широсаки подчинилась, и через пять минут уже стояла, нервно крутя в руках довольно длинный двусторонний фаллоимитатор. Вампиресса довольно покивала, одновременно подмечая, что Микки вроде бы слегка жалеет о своем гордом отказе, особенно на фоне рыжей «хозяйки», которая с полным энтузиазмом уже набрала себе игрушек на пару тысяч долларов, и вроде бы присматривалась к манекену, оснащенному здоровенным половым органом.

- Ой! – чуть ли не крикнула Широсаки, кидаясь с двусторонним членом наперевес к коротышке, - Момо! Мы же сюда пришли не за этим! Тебе латексный костюм нужен!!

Эрика закатила глаза. Шансы, что на ну очень специфическую фигуру подруги Ла Диспензы найдется костюм даже здесь – были ниже плинтуса. Однако за самим процессом подбора… понаблюдать будет определенно интересно!

Глава 5. Камень преткновения

- Итак, команда, это официальный сбор, - начал совет очень даже серьезный Марий Гритт, обводя нас всех строгим взглядом, - Без шуток и без хохм. Я инициирую официальное расследование по делу этих воронов Петра, поэтому, повторюсь – шутки в сторону. Запись с нашего обсуждения уйдет в Центр. Мы здесь для того, чтобы ученые и маги не отвлекали нас от текучки своими вопросами, поэтому я прошу каждого записать всё, что он может вспомнить по поводу этих проклятых птиц. Потом мы обсудим всё это вслух.

Возражать никто и не думал, даже я. Странное явление птичек вокруг себя было ерундой, но ровно до той поры, пока одна из них не забыла что-то там, где меня не было. Птица не сидела, не клевала дохлую кошку, не срала на прохожих, а устроила кипиш среди сербских горячих парней, в результате которого греку, за которым в свое время охотилась половина города, влетела пуля в ухо. Таких совпадений не бывает.

Точка.

Следующие три часа я работал ручкой, периодически шипя, когда непривычные к ней пальцы начинало сводить судорогой. Остальные, закончив гораздо раньше меня, отправились ловить ворона, надеясь тупо отправить птицу вместе со всеми остальными материалами. Отличная мысль, спасибо Юки.

Вспоминать пришлось многое, в этой жизни вороны были с самого начала. Обычно один всегда крутился около меня, либо возле здания, в котором я нахожусь. Они никогда ничего не делали, просто смотрели, каркали, искали что-то у себя под крылом… вели себя как обыкновенные птицы. Обращал ли я на них внимание? Да не особо, и без этого заделья хватало. Боролся с ними? Вот что нет, то нет. Это, всё-таки, ворон, а не курица. Здоровенный, черный, умный, красивый. Почти такой же, как и я.

Воспоминаний оказалось не так много, как хотелось, но пару случаев, когда вороны делали что-то непривычное, я вспомнил. Один раз, когда мне было лет четырнадцать, я заметил, как ворон, сидящий на ветке, деловито дербанит клювом несколько купюр. Даже удивился тогда, мол, как так-то, птица сначала насобирала денег, а потом решила их просто порвать? Второй раз был, когда нас вывезли на выходной, на какое-то озеро. Даже не со мной. Девчонки тогда подняли крик, когда ворон украл у одной из них верхнюю часть купальника…

Ага, а вот и звоночек, что не все в этих птицах связано со мной.

Команда вернулась разочарованной и неполной, без Юки, причем Норма и Эрика поглядывали на меня с некоторой обидой. Как оказалось, они умудрились ближе всех подобраться к птицам, околачивающимся возле дома, но те мало того, что удрали, так еще умудрились каждую нехило клюнуть.

- Закончил?! – прошипела моя брюнетистая подруга, потирая бок, — Вот иди и сам лови своих куриц! Какого черта они клюются, Красовский?!

- Я-то тут причем?! – удивился я, передавая Гритту пачку исписанных листов, - Не отвечаю я за них! Эти сволочи человека убили! Кстати, да, надо пойти получить за него деньги…

- Вы неисправимы…, - устало вздохнул командир, погладив по спине надувшуюся на меня Норму, - Петр, иди выбивать деньги, а заодно подумай, как поймать птицу. Всё упростится стократно, если мы…

- А я уже! – с довольным видом к нам ворвалась Широсаки, сжимающая двумя руками возмущенно вертящегося ворона размерами с крупную курицу.

- Кар!! – заорала птица… и тут разверзся самый натуральный ад.

Сверхъестественное неопознанное существо, которое вроде бы могло бы легко вырваться из тонких ручек японки? Что значил его «кар!»? Призыв сатаны? Послание нас всех на три буквы? Вызов бед на тощую задницу ловкачки, умудрившейся его поймать?

Нет. Ворон просто каркнул.

И был услышан.

Натурально рыча, на кухню, где мы сидели, ворвался разгневанный бинтуронг с высоко задранным хвостом. Сбив Эрику с ног, Соня кинулась к испуганно взвизгнувшей Юки, тут же упустившей ворона. Марий, шагнувший наперерез, не успел, запутавшись рукой в майке Нормы, которую поглаживал по спине. Кошачий медведь, добравшись до почти упавшей на пол птицы, попытался её раздавить, встав на дыбы и обрушившись всей массой сверху, но не преуспел, поскользнувшись на полу.

Там Соня встретилась с перепуганной Широсаки, а затем они обе отхватили от суматошно захлопавшего крыльями ворона, который, уйдя на взлёт, воткнулся в мужественную грудь Гритта. Барон, пытаясь схватить птицу, схватил заодно и свою женщину, которая, оказавшись чересчур близко от существа, которое её недавно болюче клюнуло, начала сопротивляться. Марий, сделав шаг не туда, споткнулся о встающую Эрику, всё это попадало вниз… и началась какая-то непредставимая возня с ругательствами, стонами, жалобами и рёвом выведенного из себя медведя.

Я уже посматривал, откуда начинать распутывать этот адский клубок, как на кухню ворвался его величество Алебастр, решивший, что он герой дня. Чернокожий представитель подземной цивилизации метко пнул выбравшегося из кучи тел ворона, но тот, подло увернувшись, подставил альва, вынудив пятку последнего вонзиться ровно в выпяченный зад вампирессы, спасающейся от лежащего на спине бинтуронга, орудующего лапами. В результате ворон грянулся о люстру, Эрика сиськами зашибла Соню, альв упал на спину, а я завыл от более никак не сдерживаемого хохота.

В целом, это могло кончиться почти хорошо, если бы ворон помер, превратившись в пучок черных перьев или… ну, не знаю, Юки нашла бы под столом золотой клад, но только не кончилось. Я смеялся, не особо контролируя обстановку вокруг, а гребаная птица решила, что самое безопасное место в окружающем хаосе – залезть мне на плечо. В результате все очень скоро поняли, что пока они ползали червями, набивая себе шишки и натурально рискуя задницами, Петр Васильевич изволил сидеть на стуле и хохотать, причем с вороном на плече!

Черт, я даже скрыться не смог. Нас с вороном завалили телами, причем в итоге птица всё-таки «умерла», а затем случилось то, что происходит в такие моменты. Во всем обвинили меня.

…хором!

Злые они, ушёл я от них. Хромая.

Кси Тинг не была рада меня видеть, хотя, было бы точнее сказать, что старая китаянка была совсем не рада другому – её недруг был гарантированно мертв, об этом уже трубили по всему городу, но явно не так, как бы ей хотелось.

- Пришёл получить плату за то, что не делал, а? – проскрипела она, когда я опустил зад в кресло посетителя.

- Могу уйти и без платы, - улыбнулся я в ответ, - Даже более того, старуха. Глядя на тебя, я не могу избавиться от мысли, что ты желала бы совершенно иного конца всей этой истории. Того, в котором грек дохнет, а я приобретаю новых врагов. Очень плохое впечатление для нашего совместного бизнеса…

- Не говори ерунды! – нервно отмахнулась сигаретой женщина, почувствовавшая неладное, - Я заплачу… но если есть вариант уменьшить сумму, заменив услугами или каким-нибудь товаром, то я бы послушала твои предложения.

Старая вредная сука и эти восточные традиции. Переводя на человеческий язык: вернувшийся в город Филиппатос означал гарантированную и мучительную смерть Кси Тинг в ближайшее время. Такие люди не возвращаются без серьезнейшего прикрытия, без качественной и хорошей подготовки, без связей и предварительных договоренностей. У китаянки сейчас не было ничего, кроме Инквизиции, а оно хорошо, только когда речь идёт о репутации. Если у твоих дверей стоят бронированные молодчики в черной форме, ты из торговца информацией превращаешься в продавшуюся какой-то корпорации крысу, а это – финиш. Проще говоря, вызвав меня, Кси Тинг выложила на стол всё, что имела или что могла наскрести. Это был шаг отчаяния.

Сейчас, если она выложит сто тысяч баксов, обещанных за срочную смерть грека, то останется не просто ни с чем. Останется в долгах. Признаться в этом означает потерять лицо, что для китайца хуже смерти.

Протяну-ка старушке руку помощи… только сначала сожму её в кулак.

- Я окажу тебе три услуги, - показал я ей три пальца, - Бесплатный сервис. Первая будет добрым советом. Не пытайся нами пользоваться. Либо мы делаем дела, либо возимся с нашей маленькой войной, которая заключается в том, что ты пытаешься меня укусить, а я тебе отвечаю мелкими уколами. Второе – мне нужен масл-кар, пусть и не в идеальном состоянии, плюс пикап-внедорожник. Хорошие, не дерьмо, но и не призовые тачки, которые ты подгонишь к моему дому, а затем скажешь, что это стоило всех денег. Поступи по совести. Третье – я разрешу тебе оказать лично мне маленькую услугу, которая может окончательно сгладить недопонимание между нами.

Воцарилась пауза, долгая и тяжелая. Китаянка аж скрипнула зубами. Я не бросал ей подачку, а протягивал ветвь мира, по всем законам и правилам восточного этикета, с условиями, оговорками и жирной фигой, которую она уже чуяла. Встань я сейчас и уйди без денег, это бы значило конец отношений, полный разрыв, после которого её позиции в Старом городе если не пошатнулись бы, то здорово потеряли в массе. Это была тяжелая ситуация, но старушка была крепким орешком.

- Что за услуга тебе нужна? – наконец, выкашляла она, давя бычок в пепельнице с яростью добивающего противника гладиатора.

- Ерунда, ты от этого даже выиграешь! – беззаботно отмахнулся я, - У Ла Диспензы завелась девочка-помощница, юный цветочек восемнадцати лет. Но она, понимаешь ли, сейчас живет в мире без радости, совершенно непривычная к реалиям Апсародая. Мне её жалко. Твои девочки могут устроить ей «лучший день в жизни», м?

Если бы взглядом можно было убить, то половину моих потрохов сейчас бы выбросило из кабинета под давлением от глаз Кси Тинг, превратившихся в узкие щелки, излучающие возмущение, злобу и ненависть. А еще уважение. Много-много уважения.

- Приводи! – тяжело бросила она, - А пока – сгинь, русский! Мне работать надо!

Разумеется, я кашлять хотел на проблемы Микки. Это тело, как его уже охарактеризовала Эрика, было абсолютно пустым и бессмысленным человеком, обычным подростком, который, вместо того чтобы сломать себе шею нелепым пируэтом или сгнить от запущенного сифилиса, решил быкануть на мексиканский картель. Суть была в Кси Тинг, женщине, которая принципиально не позволяла девочкам из своего мыльного домика оказывать кому-то услуги даром. Я устроил её эго чувствительную порку, ориентируясь только на свои ощущения. Они оказались правильными.

С восточными людьми довольно интересно иметь дело. Знай их, знай, как они думают, знай, как им ответить. Там, где западный или, тем паче, русский, бизнес строится чисто на деловых отношениях, глубокая связь востока создается иначе. Не сказать, что лучше, просто – иначе.

Не успел я сделать от пристанища вредной старухи и полсотни шагов, как телефон пиликнул сообщением от неё:

«Хочешь взять мою дочь в жены?»

Усмехнувшись, я написал ответ:

«Скорее, я возьму в жены тебя»

Интерлюдия

Говорят, что война не меняется, но эта летучая фраза – просто собачье дерьмо для тех, кому нужны простые объяснения. Война взрослеет вместе с человечеством. Лишается иллюзий, усложняется, приобретает новые правила и характер. Затем она скрывается, уходит от крови, боли, дыма сожженных домов и свиста пуль, становясь строчками отчетов с фондовых бирж, списком утраченных активов в ходе диверсий и именами переметнувшихся субъектов влияния.

Для Священной Инквизиции война всегда была её прерогативой. Её коньком. Подстреленный колдун из племени вампиров или разошедшийся оборотень-шаман всегда были в самом низу пирамиды войны, ремеслом, традицией… чем-то знакомым, почти приятным. Выше же было другое. Инквизиция боролась с миром за прозаические вещи. Влияние, власть, деньги, политический капитал, связи. Это была совершенно другая война, которая кормила всю организацию. Тот классический конфликт, в котором участвует каждый частный бизнесмен, каждое государство… хотя, можно сказать, что и каждый человек на планете.

Теперь, в этом актовом зале, нескольким десяткам человек, относящимся к руководству Священной Инквизиции, показывали новое обличие войны.

Оно им не нравилось.

- Мы пока используем сырое название для этой тактики, «Кибер-удар», если позволите, - торопливо проговаривал стоящий на сцене человек, водя указкой по вынесенным на большой экран изображениям, - Как можете видеть, на экране комплекс, штурм которого производился командой «Эпсилон-Ортега». Стрелочки показывают, с каких сторон приближаются наши бойцы…

Видео было откровенно безрадостным. Комплекс, в виде пятиэтажного здания на окраинах заштатного городка, был слегка недостроен, но, на взгляд парочки бывших оперативников, сидящих в зале, не мог представлять из себя тяжелую мишень, кто бы внутри ни скрывался. Однако проблема была в том, что, когда «Эпсилон-Ортега» только начала движение, в комплексе ничего и никого не было.

Массивный плоский дрон, покрытый защитной тканью, лежал на крыше одного из соседних зданий. Только благодаря дополнительным стрелочкам на экране зрители смогли понять, что эта машина наблюдает за местностью с помощью нескольких очень маленьких летающих роботов, рассредоточенных по местности. По уверенным предположениям лектора их могло быть на порядок больше.

А затем стало еще больше, но ровно на время, необходимое пяти десяткам очень небольших, совершенно бесшумных дронов для проникновения в комплекс. Каждый из них прилетел по траектории, исключающей возможность визуального контакта с любым из оперативников Инквизиции, приближающихся снизу.

- От трех и восьми десятых до пяти и трех десятых секунды от старта до занятия боевой позиции внутри здания, - мрачно, почти торжественно, озвучил докладчик, - Это чисто боевые одноразовые модули, несущие на себе разнообразный ассортимент средств поражения живого противника. Каждый элемент этого арсенала адаптирован под защитные качества наших костюмов.

За срок в пять целых три десятых секунды здание оказалось заминировано дронами, как могло бы показаться стороннему наблюдателю… однако всё было сложнее. Машины, двигающиеся в невидимой связке, позволили всему отряду оперативников Священной Инквизиции втянуться в здание, а затем, двигаясь с хирургической четкостью, ликвидировали весь отряд, уничтожая в первую очередь тех, кому было бы проще убежать. Дроны взрывались, дроны плевались шрапнелью, дроны метали светошумовые гранаты.

Отряд опытных полевых оперативников перестал существовать через…

- Семь целых три десятых секунды, - совсем похоронным голосом объявил лектор, переводя указку на огромного дрона, который, втянув в себя маскировочную ткань, очень быстро поднялся в воздух, а затем еще быстрее рванул с места, улетая куда-то вдаль.

Тактическая связка была проста, даже элементарна. Основная матка-контрольный центр плюс рой помощников, чьи процессоры выступали распределенными вспомогательными узлами для обработки информации, а затем их носители становились исполнителями решения. Эффективная и очень дешевая стратегия. Затраченная устроителями засады сумма не могла превышать семидесяти тысяч долларов в то время, как подготовка одного оперативника равнялась шести миллионам, не считая боевого опыта, выплат семье и стоимости похорон.

- Как это вообще возможно? – подал голос человек из зала, - Если вы говорите о нейросети, дистанционно связывающей эти устройства, то мы её должны были обнаружить тысячей способов! И заглушить тоже!

- Тут три загадки, - кивнул докладчик, поднимая три пальца, - Чрезвычайно компактный легкий аккумулятор, о котором нам уже известно, импульсный высокочастотный передатчик, работающий на принципах, совершенно непонятных нашим ученым и… сенсорная система, установленная на каждом дроне. Мы не можем получить ни одного образца этой технологии, потому что в каждый такой дрон встроен миниатюрный контейнер с магнитным замком, содержащий взрывчатую смесь с добавлением магния. Он гарантированно разрушает сенсоры и передатчик. Наши ученые предполагают, что именно матка постоянно задает магнитным замкам на каждом своем дроне новое время срабатывания, однако как только дрон теряет хотя бы частичку функционала – он тут же самоуничтожается. Мы нашли в здании обломки нескольких дронов, предположительно, в них была вмонтирована система направленного взрыва и, отброшенные отдачей, они повредились о стены, чтобы тут же взорваться.

Новости не попахивали, а просто смердели катастрофой. Некий неизвестный противник начал войну с Инквизицией, но действовал он совершенно не так, как стала бы действовать нормальная организация. Враг выдавливал инквизиторов с Востока, нанося удары по самому, казалось, странному месту. По войскам.

Провокация, затем уничтожение группы. Информация, уничтожение группы. Засекреченный выезд группы на операцию, не связанную с этим противником – уничтожение.

Из них выкачивали самое ценное. Кровь. Дешево, сердито, всего лишь пачками копеечных дронов. Никто не атаковал смежные организации, с которых получала прибыль Инквизиция, никто не вмешивался в работу банков, не путался на фондовом рынке и не бодался с ними в недвижимости. Никто не трогал осведомителей, шпионов и агентов, все работали, даже не зная о текущей войне.

Били по рукам. Раз за разом.

Подобного никто не ожидал.

- Мы не можем отзеркалить эту тактику, - мрачно высказался один из слушателей, - Предлагаю сосредоточиться на срочном развитии контрмер!

- Мне одному кажется, что эту систему дронов используют как одноразовый козырь?

- Когда он себя исчерпает, мы потеряем невосполнимый резерв на половине планеты!

- Нам нужен асимметричный ответ, немедленно, - заявил невозмутимый спокойный голос.

- Что вы под этим понимаете?! – нервно осведомился кто-то еще.

- Очевидно, что Япония является если не базой для операций нашего противника, то чрезвычайно важным элементом его замысла. Я предлагаю нанести удар по инфраструктуре страны.

- Вы что… серьезно?!

- Это невозможно!

- Это неизбежно, - невозмутимый не сдался, - Мы не государство, играющее в презумпцию невиновности. Против нас предпринимаются успешные точечные действия, подразумевающие, что им предшествовала долгая всеобъемлющая подготовка. Взгляните правде в глаза, господа. Мы можем утратить Китай, а значит, его приобретет кто-то другой…

- Вы бредите!

- Это уровень логики пещерного человека!

- Нам нужно разыграть другие карты!

Доклад быстро перерос в стихийный спор, напоминающий совещание, что захватило почти всех присутствующих. Вне спора остался лишь докладчик, продолжающий стоять рядом с большим экраном, на котором вместе с фотографиями были расположены стрелочки, указывающие на почти невидимые дроны, занимающие свои места с пугающей скоростью и точностью. Качествами, в разы превышающими те, что может продемонстрировать человек, вампир или оборотень.

В голове у докладчика бились мысли, совсем не связанные с успешной деятельностью противника против организации. Он смотрел на шумящих инквизиторов, с жаром перебрасывающихся репликами, и думал о неизбежности. Любое действие встречает противодействие, любой виток войны находит понимание, против меча создается щит. Неизбежность же заключалась в том, что Священная Инквизиция обязательно обратится за поддержкой к государствам, тому же Китаю, в самом ближайшем времени.

Рано или поздно технологии станут доступны им. Уже известна методика создания сверхёмкого аккумулятора, на очереди, значит, импульсная передача данных и дешевая сенсорная система. Плюс – новый метод войны. Всё дешевое, сконструированное и отлаженное неизвестным гением.

Что будет, когда планета это получит?

Как всё изменится?

Глава 6. Плюсы и минусы

Когда-то люди выходили в чистое поле, становились против армии других людей, а затем бежали резать друг друга. У них в руках было острое железо, которым они выпускали кишки противнику, а отвага и храбрость поощрялись как необходимые качества для того, чтобы твоя свора осталась победительницей на поле брани, даруя своему хозяину блага и плюшки.

Теперь же концепция сильно изменилась. Разрушительный потенциал бойца намного превосходит его защитные качества, поэтому в любой заварушке победителем выходит тот, кто сумел застать противника со спущенными штанами. Вой пуль, вылетающих из оружия десятками, взрывы гранат, вонь газа, запросто выключающего зрение каждому вдохнувшему… Королевами войны становятся разведка и подготовка.

Нашу битву открыл Майк Саммерс. Старый пердун здорово врезал из какого-то старого пулемета, чуть ли не «браунинга», по взлетающему самолету, только что закончившему выгрузку. Летающая махина рухнула на ангары, люди всполошились, начали выбегать из зданий, а тут уже начали суетиться мы. Эрика со своей винтовкой, ведущая огонь с самого неожиданного для местных направления, Юки, накидавшая на дальний участок поля дымовых гранат, создавшая иллюзию фальшивого угла атаки, да мы с Марием, аккуратно и четко снимающие паникеров и ротозеев, выбегающих на открытое место. Плюс, конечно, новый дрон Алебастра, умеющий делать всего две вещи – пробивать собой стекло, да ронять прицепленную снизу газовую гранату.

Тупо, прямо и просто. Куда хуже было потом, когда выжившие начали выходить без оружия, с поднятыми руками, крича, что сдаются. Выживших в нашем плане не было предусмотрено, а делать исключения было бы глупостью.

- Петр?

- Юки, здесь нет невинных. У каждого была пушка.

Появившийся старик одобрительно покивал на зачищенный аэродром, нахмурился, увидев вампирессу, быстро снимающую оставшееся от мертвецов имущество на смартфон, но ничего не высказал, кроме пожелания нам всем убираться. Команда сбора трофеев, предоставленная раввином Фридманом, уже была на подъезде. Погрузившись в две машины, мы забрали пулемет, из которого старый наемник раздолбал самолет, а затем уехали.

- Равви дал понять, что у вас с ним определенный уровень доверия…, - поделился мыслями Саммерс, сидя позади рядом с вампирессой, - …однако девочка, ты все равно снимала.

- Это как тест ДНК, определяющий степень родства, - ответил вместо Хатсбург я, ведя машину, - …любовь и брак – очень высокие слова, но, когда на кону перспектива восемнадцать лет кормить чужого ребенка, ты поневоле делаешь верный шаг в направлении клиники. Восемнадцать лет, старик. Это же даже для тебя много.

- Мне нет еще и шестидесяти! – фальшиво возмутился ветеран Апсародая, поглядывая на ухмыляющуюся Эрику.

Та, имея в недалеком прошлом эпизод, когда к ней очень активно клеился один дед, явно чуяла поползновения и этого старого змея, но теперь даже не делала вида, что ей не все равно. У нашей роскошной брюнетки сейчас была более интересная игрушка – Широсаки. Между девочками снова что-то случилось, отчего японка старается держаться от подруги на расстоянии. Но на этот раз, хотя бы не боится.

Высадив наемника в городе и оставив машины около синагоги, мы занесли домой хорошо послужившее оборудование, тут же принявшись за ним ухаживать. Марий подсчитывал количество израсходованных боеприпасов, Алебастр проверял состояние своих «птичек», Эрика помогала мне с чисткой, а Юки… отпросилась погулять с Микки, так что смылась, прихватив с собой Норму.

- Петр, как думаешь, сколько мы заработали? – задал Марий довольно важный, с точки зрения команды, вопрос.

- Советую пока считать, что ничего, - вздохнул я, принимаясь за автомат командира, - Фридман не обманет, но накладки могут вылезти везде. А так…

Мы обули ирландцев, решивших влезть в международный бизнес. Эти парни никогда не отличались непредсказуемостью, то есть, если верить фотографиям Эрики, мы взяли припасы для полевого лагеря, кучу военной электроники, в том числе и несколько кургузых ноутбуков. Палатки, полевые кухни и прочая мелочевка сильно падала в ценности, если её бить на три части. Кроме того, был еще один момент – выносили мы отнюдь не самих иришей, а людей, которых они наняли. Ни единого европейца не пострадало.

В общем, копейки относительно того, на что раскатывал губу Саммерс в начале.

- Зато безопасно, - сделал неожиданный для нас вывод Гритт, а когда мы все, замолчав, уставились на него, даже смутился.

- Полтора десятка человек за пару сотен тысяч – это дешево, - кисло заметила Эрика, - но хотя бы знаем, что старый пердун ловко управляется с пулеметом.

- Это может сыграть против нас, - поправил её я, - Майк всю жизнь летал невысоко, потому и выжил. Если он будет выбирать безопасные цели, мы, в итоге, останемся с носом, а равви приобретет репутацию барахольщика. С другой стороны, Фридман ни разу не военный, быстро оценивать силу противника не умеет, поэтому от жадности может подкинуть нам такой кусок, какой не прожуем. Надо быть внимательнее.

Умеренность здесь тоже была излишня, но команда, несмотря на молодость, прекрасно понимала, что куча тряпок, стволов и сотня килограмм электроники никак не сравнимы с ценой неплохого бульдозера или подъемного крана. Это если заходить в «тяжелую», что вряд ли будет, если каждого, сунувшегося на Басолан, будут так оперативно выносить. В любом случае…

- Я свяжусь с раввином, - понял нас правильно альв, - Дам ему гарантии, что любой объект, что будем с ним смотреть, не окажется целью команды без его на то ведома.

- И без дополнительных процентов на наш счет, - поднял палец Марий, предупредительно глядя на чересчур прагматичного альва, - Если Саммерс начнет совсем выпадать из схемы, мы ему предъявим по всем правилам, сразу, а не потом!

На этом и порешили. Мой смартфон зазвонил, а затем изрёк недовольным голосом пожилой китаянки, что господин Петр Васильевич Красовский ожидается на смотрины заказанных тачек. Желательно сейчас.

- …и девку свою тащи, - почти враждебно закончила Кси Тинг, - Мои от безделья маются.

Все складывалось как нельзя лучше.

Отловить трех девчонок в городе труда не составило, было не так много мест, куда почти безобидная Юки могла бы утащить совсем безобидных Норму и Микки, так что через пятнадцать минут я уже вёл не понимающих, что происходит, девиц, в сторону китайского борделя, называемого, ради приличия, «мыльным домиком». Кстати да, что интересно, в Японии таких заведений просто тьма-тьмущая, и работающие там девочки далеко не всегда участвуют в традиционном снятии напряжения клиента, а вполне могут использовать различные ухищрения. Это не особо интересно, а вот тот момент, что островные расисты попросту не пускают представителей других наций в свои маленькие грязные притоны – это, конечно, другое дело! Ненавижу расизм… и негров.

- Ты нам зачем это рассказываешь? – насупясь, буркнула побаивающаяся меня Микки.

- Ну не идти же молча, - улыбнулся я.

- А куда мы идем?

- Почти пришли уже. Юки, видишь эти две тачки? Это наши. Фас.

Всё, беловолосая кицуне, тут же забыв о существовании подруг, устремляется к стоящим автомобилям. Мой «заказ», масл-кар, представляет из себя «Додж-Чарджер» тысяча девятьсот семьдесят четвертого, и этим сказано почти всё, потому что крутой тачке чуть более полусотни лет. Даже мой, совершенно не наметанный, глаз легко видит сварные швы, выправленный металл, множественные переделки, рассказывающие историю этой колымаги, видевшей множество лучших дней. Похоже её пару раз собирали почти с нуля, но меня внешний вид не смущает, имидж будет целиком и полностью исправлен за счет легендарной марки и усилий маленькой лисы.

Вторая машина меня слегка смущает, хотя вроде бы не должна. Обычный «тойота-хилюкс», мощный японский трудяга, доминант на местном рынке внедорожья, только какой-то подозрительно новый, как будто владельца успели убить до того, как тот своей задницей нагрел водительское сиденье. Да еще и белого цвета. Вопль нашей авто-лисицы сообщает, что машина действительно настолько новая, что на ней даже мухи не потрахались, что автоматически наводит на еще большие подозрения. Такое новье здесь, на Басолане…?

Да только один вариант приходит на ум!

Ах, Кси Тинг, хитрая ты…

- Идём, - беру я удивленно вякнувшую неформалку за тонкую шейку, - Познакомлю тебя кое с кем…

- Чего?!

Норма с любопытствующим видом шла за нами, а я, подойдя к парочке выглядывающих из здания молодых китаянок, небрежно пихнул им растерянную Микки, в которую они тут же вцепились, начав трещать на своем языке. Сам же, улыбнувшись утаскиваемой мелкой счастливице на прощание, прошел до кабинета Кси Тинг. Нагло заваливаться не стал, это неуважение и вообще хамство, поэтому просто засунув внутрь голову, объявил уставившейся на меня старушке:

- Развалюху берем, скорее всего, а вот это новье сраное – в задницу!

Ну откуда на Басолане могут появиться новые машины? Если какому-нибудь боссу нужна представительская тачка, её, конечно же, пригонят. В Верхнем городе ездят немногие, он не так уж и велик, так что там тоже машины класса «люкс». Такой боевой свинобразик, как «тойота-хилюкс» мог здесь образоваться только из одного источника – кому-то повезло гопнуть компанию гостей острова вроде тех, кого гопнули мы!

- Будет тебе другая машина! – гаркнули мне в спину так, что послышалось даже через закрытую дверь.

Экспертиза Юки Широсаковны (та долго смотрела на меня круглыми глазами за такое коверкание собственного имени) определила, что «чарджер» ездит на волшебстве, а питается святым духом, потому что бензина ему точно не хватает. Причем это самый минимум проблем, который японка определила, едва успев завести тачку. Последней хватило здоровья, чтобы доставить нас до родного дома, где мы тут же с концами потеряли кицуне, у которой образовалось срочное дело в виде издевательств над легендарным масл-каром.

Она даже не заметила пропажи Микки!

Пришлось звонить Момо лично и сообщать ей новости, что её работница сегодня домой не вернется, потому что участвует в мощной лесбийской акции вместе с населением «мыльного домика». Рыжая сильно вознегодовала по этому поводу, упирая на то, что несчастная готка ни грамма не заслужила такого подгона, но затем расслабилась и поразмыслила вслух, мол, если я выбил из китайской бабки такой сервис, то кому бы еще смог его втюхать? Вроде бы, все вокруг заняты и по борделям не ходят!

Это была очень здравая мысль, поэтому, как только на горизонте событий появился Марий, я тут же ему сообщил, что ходил с его женщиной в китайский бордель, а пока блондин пытался свести шарики с роликами, коварно спросил у простодушной Нормы, понравилось ли ей. Волчица, которой просто по характеру нравилось почти все в этом мире, радостно согласилась, добавив, что Микки настолько понравилось, что та осталась.

Пришлось потом немного попрятаться от командира, но это того определенно стоило! Тот не просто изливал свой гнев, а еще поступил тактически – позвал Эрику, довольно умело наврав последней так, чтобы пробудить и её темные чувства. Впрочем, долго веселье не продлилось, Марий, матюгнувшись, скомандовал отбой, после чего вынудил нас всех вновь отправиться на охоту за воронами.

///

- Нет, - легким шлепком по руке Петра, Эрика помешала тому перевести только что полученные деньги на счет Юки, - Даже и не думайте, пока не проверите, кому принадлежат эти железки!

- Что ты имеешь в виду? – озадачился русский, недоуменно переглянувшись с кицуне.

- Красовский, ты иногда как ребенок! - вздохнула вампиресса, легонько бодая любовника в плечо, - Ты сам нам рассказал, что накрутил хвост Кси Тинг. Как думаешь, старая ведьма захочет… ну, хотя бы, огрызнуться?

Для неё это было ясно как день. Подкинуть мужику масл-кар? Да это проще пареной репы, вон у этого негодяя глаза блестят так, что даже сквозь темные очки видно! Это как подарить ребенку игрушечный космический корабль… заставив подписать долговую кабалу. Конечно, на Басолане найдутся новые запчасти для этой тачки, но вампиресса была уверена в том, что достанутся Красовскому они ультра-дорого!

Также было и с её мечтой. Николас Крэйн, вампир, которого инквизиторы поймали, в какой-то момент времени оговорился о способе, каким его дочери могут отрастить себе полноценные нормальные клыки, но это оказалось почти ловушкой. Чтобы вызвать в своем теле нужную реакцию, Эрике бы пришлось около полугода питаться самым минимумом человеческой крови, постоянно испытывая стресс и голод. Причем для стимуляции, ей нужно было бы высасывать кровь из живого человека, постоянно и жестко ограничивая свои порции.

Узнав «рецепт», шикарная брюнетка всю ночь не спала, а утром… послала свою мечту куда подальше. Мало того, что она предпочитает пить кровь Петра, так она с ним еще и сексом занимается! Столько стресса? Он бы её просто убил бы! Ну или она бы его ночью загрызла. Возможно, это бы было даже взаимное убийство на почве голода и похоти. Ради каких-то четырех зубов в обществе, в которое она никогда не попадет, так как является членом «несессариум малум»? Пха!

Когда она высказала это Красовскому, он даже обнял её. Русского действительно волновала вся эта проблема с её зубами… ну, точнее, отношение Эрики к ним. Он был очень рад, что она нашла мир в своей душе.

А за заботу принято платить заботой.

- Мы идем в кино! – объявила Эрика, получая перевод денежных средств, выжатых из глупого русского.

- Я тебе не для этого деньги отдал! – в шутку возмутился здоровяк, за что тут же был воспитательно попихан кулаком.

- Мы твои женщины, а ты водишь нас только в койку! – выдала вполне логично Эрика, очень довольная своим ответом.

- А вот и нет, вы сами залазите! – отвратительно обоснованно откликнулся Петр.

- Что еще остается делать?! – тут же искренне возмутилась беловолосая японка, - Если мы не будем залазить, то ты будешь просто спать!

- За сопротивление властям, еще и попкорн купишь, - Эрика, уже нацелившаяся на хороший вечер, сдавать назад не собиралась, - Водит тут чужих баб по борделям, пока свои дома томятся. Идём!

Мужикам нельзя давать спуску. Если будешь для мужика постоянно удобной и на все готовой, то эта скотина моментально привыкнет к такому ходу вещей, а потом искренне изумится, если ты внезапно что-то захочешь. Мол, как так-то, нормально же общались? Не-ет, их надо теребить, им надо напоминать и шевелить!

Впрочем, в кино они пошли без возражений со стороны русского. Тот был озадачен, обнаружив в интернете каких-то чересчур подозрительных продавцов «железа», нужного его новой машине, а Юки, отвлекшаяся от этой самой тачки, попросту радовалась жизни и тому, что они снова, все втроем, могут покрасоваться в их тройных футболках. Хитрюге пришлось обломиться, потому как не успели завести машину, как оказались в компании еще двух человек в виде блондина с оборотнем, так что отправились в кино впятером.

Сеанс вышел откровенно неплохой, хоть и пришлось разорить Петра на попкорн. В кинотеатре Среднего города крутили новый китайский блокбастер про отважных бойцов с очередной глобальной катастрофой, от спецэффектов кружилась голова, а очередной трюк с огнестрельным оружием вызывал дикий хохот половины зала, так что сеанс прошёл на славу. Робкие попытки Нормы добиться просмотра следующего фильма, какой-то мелодрамы, были ловко разбиты Эрикой, утащившей всех в рыбный ресторан, а там, за жареной камбалой, волчица потеряла малейшее желание смотреть что-то еще, натурально объевшись.

Следом в культурной программе должен был быть перерыв на драку, туго обтянутые тканью ягодицы Эрики очень понравились каким-то дерзким типам, распивающим алкоголь на улице, но, к несчастью, их компанию узнали, в первую очередь по совершенно белой голове кицуне. Активности не случилось, домой не хотелось, так что… вампиресса всех потащила в ночную баню.

- На нас слишком много всего сыпется в последнее время, - объяснила она озадаченным компаньонам по свиданию, - Надо хоть немного расслабиться.

- Это она просто Микки завидует, - пояснил ухмыляющийся русский, - Вот и хочет что-то эдако… ай! Эй! Не дерись!

- Никакого «эдакого»! – объявила строгая вампиресса, закончив воспитывать всяких там похабников, - Все будет прилично!

И все на самом деле было прилично. Парились по очереди, ходили в полотенцах, пили только пиво, не нарушали человеческого достоинства и просто хорошо проводили время. Ну, до тех пор, пока вампиресса, заболтавшаяся с волчицей, не обнаружила пропажу лисы. Та нашлась в курятнике, то есть в парной, вместе с мужиками, с жаром рассказывающая им какие-то нюансы починки развалюхи, что они приобрели у китаянки с несносным русским!

…однако все сидели, целомудренно прикрытые.

Это было хорошо. Превращать их мирное хорошее общежитие в казарму, где все со всеми и как угодно, у Эрики не было ни малейшего желания, но Широсаки все равно требовалось наказать. Внеся этот пункт в программу дальнейшей ночи и продумав детали, коварная вампиресса окончательно повеселела и успокоилась, заодно изменив свои собственные планы. Она хотела после бани попасть в какой-нибудь клуб и подрыгаться в танце, но настроение изменилось.

Красовского будет ждать довольно бурное окончание ночи, содержащее в себе сцены «18+» и пищащую от смущения, стыда и потери достоинства кицуне, теряющую, в итоге, последние комплексы и сомнения. Эрика будет наслаждаться этими мгновениями ничуть не меньше, чем кровью.

Проснуться им придётся куда раньше, чем планировала вампиресса, от еле слышимого, но все равно разбудившего всех стука в дверь. Барабанить будет их чернокожий альв, возбужденный и ругающийся, находящийся в компании не менее возбужденного бинтуронга, едва не сносящего парня с ног. Вымотанный Красовский, еле отодравший себя от постели, поинтересуется, с отчетливо звучащими кровожадными нотками в голосе, о причинах такой побудки… а затем озвереет так, что Эрике и Юки придется, наплевав на приличия, голыми ловить взбесившегося русского, не давая ему добраться до удивленно хлопающего глазами альва.

- Ты разбудил нас, чтобы сообщить о негре?! – будет лютовать Петр, сомкнувший глаза менее полутора часов назад, - О поющем негре?!

- Да весь город на ушах стоит! – категорически не поймет контекста представитель подземной расы, отчаянно жестикулируя, — Это же мировая знаменитость! Он собирается тут устроить свадьбу! Свою свадьбу!

- Да я из тебя сейчас такую знаменитость сделаю! – зарычит придавленный к кровати голыми женщинами наемник, - Ты с ума сошёл?!

- Потом, Али, потом! – начнет прогонять альва светящая задом Эрика, - Он сейчас не в том состоянии!

- Когда потом?! Нам уже все телефоны оборвали! – будет стремиться на тот свет отчаянно радеющий за команду чернокожий.

- Плевать! – отчаянно взвизгнет Юки, подскакивая с кровати и захлопывая перед носом Алебастра дверь, - Нас нету! Мы спим!

Девушкам придётся постараться, чтобы окончательно успокоить ну очень уставшего брюнета, но, под предводительством Эрики, уже неплохо знающей, что нужно делать, чтобы Красовский сменил гнев на милость, они справляются. Однако вампиресса не откажет себе в любопытстве и, когда её любовник засопит, погрузившись в сон, дотянется до его смартфона, чтобы активировать лицевую панель.

На той высветится:

«Абонент Мао-Мао: 105 звонков»

Удивившись, Эрика Хатсбург покачает головой, устраиваясь возле своих, уже спящих, людей… а через несколько секунд тихо крякнет, хватая ртом воздух.

Сверху на них примется укладываться очень откормленный бинтуронг.

Глава 7. Идиократия

- Да, вы правильно услышали. Мы сейчас заняты, - проговорил Марий, глядя на меня, - На неопределенный срок. Нет, это не подлежит обсуждению. Всего хорошего.

Отключив связь, он поморщился, а затем, запрокинув голову, устало выдохнул, сообщив, что хочет вступить в Ку-Клукс-клан. Покивав, я поднял банку с энергетиком, вслух пожалев о том, что Агнешки Новак больше с нами нет, за что и был одарен возмущенным взглядом бывшего мужика монашки, которой я раскроил череп топором.

- Технически, кстати, ты её не бросал, дружище, - продолжил я свою мысль, - Так что я убил твою бабу!

- У тебя очень черный юмор, знаешь об этом? – вопрос Гритт задал на почти чистом русском языке, который зачем-то продолжал учить.

- Чернее, чем звонивший тебе менеджер хренова рэпера?

- Да пошёл ты!

Какой-то всемирно известный идиот по имени Джаред Боунс по прозвищу “Stiff Daddy”, решил потратить нехилый кусок своего состояния, устроив себе шикарную свадьбу в Апсародае. Чернокожий придурок, певец частушек, которых другие маргиналы считают формой искусства, мало чем отличался от своих многочисленных поклонников. То есть – слушал жопой, причем не те звуки, которые должны быть услышаны. Я говорю про советы, которые надавала ему другая звезда, весьма известная в Китае, отзывающаяся на имя «Мао-Мао».

Эта дамочка, считающая себя чрезмерно хитрой, решила хайпануть по полной, попав в число приглашенных рэпером на свадьбу знаменитостей. Видимо, не просто так, а еще как-то запланировав прикрутить к этому событию нас, как специалистов, живущих в самом городе. Плюс, к тому же, мы бы выгодно и совершенно бесплатно «выстрелили» бы внешностью, из-за чего нас сейчас и одолевают звонками. Однако прямо сейчас, пока мы с Марием сидим и перебрасываемся плоскими шутками насчет его мертвой невесты, Мао-Мао на коленях корячится перед борделем своей мамочки, обещая ноги мыть и воду пить, лишь бы старуха уболтала нас принять участие в свадьбе поющего негра.

Кси Тинг прекрасно знает, что мы точно не ввяжемся в этот блудняк, но она сначала выпьет всю кровь из своей глуповатой дочурки, закусит её нервами, отыграет каждую ноту своей оплёванной родительской любви, а только потом – обломит её полностью.

Мелочь, но очень приятно, причем всем.

- А еще нас очень дешево собирались поиметь, - подумав, пожаловался Марий, - Предлагали всего сто двадцать тысяч за неделю работы. Где они вообще такие цены взяли?

- В Америке, - отозвалась скучающе переключающая каналы на нашем новом телевизоре Эрика, - Плюньте на этого Дэдди, давайте лучше отдыхать, пока нас Саммерс не сдёрнул!

- Категорически не советую на него плевать, - отозвался устроившийся на полу у дивана альв, что-то быстро просматривающий на планшете, - У нас в городе очень серьезные движения. А еще на площади остановилось несколько автомобилей, из них вышли люди и смотрят, как известная китайская блогерша ломает кулаки о нашу дверь…

Плюнув хором на Мао-Мао, мы все нагрузились на диван, принявшись теребить альва по поводу городских новостей.

Их оказалось действительно много. Сердце Беззакония в очередной раз оказалось поднято на уши, причем именно из-за этого чертова рэпера, решившего устроить себе незабываемую свадьбу. Каждый самолет, прибывающий на главный аэродром города, тащил на себе пассажиров, связанных с этим событием. Люди уже прибывали сотнями, и это число вскоре грозило стать четырехзначным.

Влетевшую в залу Юки, размахивающую смартфоном, поймали, усмирили, запихали между Нормой и Соней, приказали сидеть тихо и не рассказывать, кто ей там звонил. Даже шепотом. Общим моментальным голосованием было принято решение не отвечать на телефонные звонки, кроме как адресатам высшей важности, а затем мы снова ударились в изыскания. Они оказались необычайно плодотворными.

Рэпер намеревался мощно отжечь в Среднем городе, уже забронировав одно из самых старых и известных кабаре чисто под выступления себя и своих гостей. Новостные ленты Басолана трещали только о нем, что вызывало ответную реакцию альва, уже почти заработавшего себе подзатыльник от вампира заявлениями, что это «жжж» творится совершенно неспроста.

- Нам это и так ясно! – отрезал Гритт, которого Норма принялась кормить кусочками ананаса. В перерывах с усвоением очередного ломтика угощения, он продолжал, - Слишком внезапный шквал новостей, плотный трафик, много шума. Кто-то искусственно разгоняет ситуацию, чтобы под её покровом провернуть свои дела. Заметьте, нам никто не звонит из серьезных игроков. Все затаились и ждут развития событий.

Не успел блондин это договорить, как ему позвонил Саммерс. Чтобы не мешать нам, командир поднялся и ушёл в другую комнату, а его место попытался занять бинтуронг, надеющийся на ананас. Волчица, органически не переваривающая привычку кошачьего медведя есть бесплатно, без всякого вклада в коллектив, принялась есть фрукт сама, но недооценила идеологического противника, умудрившегося украсть кусок сладости прямо изо рта оборотня, что в середине процесса привело к поцелую. На наш гогот отвлекся альв, что в итоге привело к проверке внешних камер.

На них мы увидели габчжу Шора Гаваньяла, выслушивающего заплаканную молодую китаянку. Глава буддисткой церкви Апсародая кивал в такт её жалобам, но явно не собирался вытаскивать из своей мантии мобилу, чтобы беспокоить ей нас. Мы бы приняли его звонок, да…

Правда, ничего бы не изменилось. Мне пришло текстовое от одной владелицы «мыльного» домика, которая отчиталась о том, что выданная на попечение её девочкам Микки доставлена домой в невменяемо счастливом состоянии, а вот если мы будем продолжать игнорировать неких китайских блогеров, то Кси Тинг будет совершенно счастлива, довольна и благостна. Даже подумает о том, чтобы простить одного зарвавшегося русского, который берега не видит даже в бинокль. Поблагодарив старую женщину за заботу, я пожелал здоровья ей, а заодно и парню, у которого в продаже были детали под «чарджер». Ответное, почти заискивающее сообщение, предлагающее «посодействовать» в покупке запчастей, я благородно проигнорировал, разнимая злую испачканную волчицу и доброго медведя, обнимающего когтями отвоеванную банку с ананасами… но уже без сиропа. Последний был потрачен на Норму, которую мне пришлось поднять на руки, чтобы она тут все не измазала.

Передав притихшую липкую девицу изумленному Марию, я подмигнул ему, а затем быстренько ушёл в гараж, чтобы избежать обвинений в чересчур тесных отношениях с женщинами блондина. А что еще оставалось делать? Да, я нагло воспользовался тем, что смуглянка не может сказать «нет» другому человеку! Она, блин, с медведем чуть не подралась, будучи с Соней в одной весовой категории!

В гараже возилась Юки, у которой на смартфоне была огромная куча сообщений от Мао-Мао и Момо, которую последняя подкупила самыми грязными обещаниями. Рыжая коротышка уже бы высаживала двери нашей крепости из чего-нибудь крупнокалиберного, если бы не была нам должна как земля колхозу. Тем не менее, эта алчная особа продолжала написывать японке, соблазняя ту на всякое непотребство. Нам попросту повезло, что ударившаяся в работу кицуне не обращает внимания на отвлекающие факторы, отчего попросту не видела собственный телефон!

- Петр, она обещала, что я смогу сфоткаться с самим Стифф Дэдди! – вопль Момо был настолько звонким, что лисица, не ожидавшая рядом коварных русских с громкой связью на мобильнике, стукнулась лбом об железку, - Мне это надо!!!

- Спокойно, - я сходу решил применить максимально грязный трюк в своем арсенале, - Поговори с Сильвио, Момо. От всей истории с этим рэпером плохо пахнет. К нему лучше не приближаться на пушечный выстрел!

- Да мне пофиг, я хочу этого ниггера в своем инстаграме!! – у рыжей, судя по всему, снесло все тормоза, - Петр! Помоги Мао-Мао!

- Нет, мы на контракте! – почти не соврал я, - И мы точно не полезем к этому перцу! Если тебе зудит – просто сопри его и все!

Я знал, что эти слова могут вызвать к жизни совершенно дурацкие последствия. Знал, что они, эти последствия, могут быть чертовски опасны. Но также я знал Момо, которая, в свою очередь, не знала, что такое ограничения. Подавать безумной коротышке такие идеи – было далеко за гранью логики и приятельских отношений, но напрямую отказывать этой мелкой заразе, зная, что она чисто из чувства протеста может ночью к двери нашей хаты прикрутить брикет «си-четыре» …

Во всяком случае, как только телефон, поперхнувшись воплем, замолчал, я тут же набрал самого Ла Диспензу, чтобы немного покаяться. Получилось так себе, зато словарь мексиканского мата в самом его экспрессивном варианте услышал, кажется, весь.

- Ты чиво наделал…? – прошептала в ужасе молодая японка, когда я, утирая пот со лба, отключил связь.

- Спасал наши души. Как и до этого.

События. Вокруг нас всегда полно событий, далеко не все из которых хорошо оплачиваются. Так не пойдет, это непрофессионально. Мы наемники, мы не должны даже пукать бесплатно. Эрике нужен джакузи, я не откажусь от нормального масл-кара, а не сляпанного на коленке подобия, Марию и Норме нужна новая кровать (полагаю), а Юки новые инструменты и расходники. Поэтому да, я готов послать рыжую на безумную миссию, только чтобы она не утянула нас туда же, всего лишь за то, что какая-то тощая милфа-китаянка и рэперский чернокожий мультимиллионер отметятся у коротышки в инстаграме!

Увы, но мои миротворческие потуги потерпели тяжкий крах. Сначала был Гритт, с дьявольской улыбкой сказавший, что если город затих в ожидании нового движняка, то Красовский может отправляться на охоту за воронами. Затем, когда я вышел из дому, собираясь нагло прогулять назначенную миссию в «Жирном куске», из-за угла выехал знакомый броневик, в котором сидел мрачный Ла Диспенза.

- Хорошо, что ты сам вышел, - буркнул одноглазый, когда я залез к нему внутрь. Он указал пальцем на заправленную в установленный на крыше пулемет ленту, - Я собирался стучаться.

- Сильвио…, - я смерил его долгим хмурым взглядом, - Тогда бы я очень сильно обиделся.

Яростно посмотрев на меня, одноглазый мексиканец принялся долбиться лбом об руль, выкрикивая ругательства и клянясь святыми. Из его криков становилось более чем понятно, где он видел идею рисковать жизнью и друзьями ради какого-то сраного инстаграма, но одновременно с этим он, как настоящий мачо, не может позволить своей женщине нуждаться в том, что она отчаянно хочет!

- Поехали! – рыкнул он, резко натягивая ремень безопасности через свою грудь, - Я решил проблему, но нужна твоя помощь!

- Ага, сейчас, секундочку…, - приподнявшись на кресле, я быстро сунул руку в пулеметное гнездо, схватив ворона, сидевшего на оружии. Тот успел только удивленно каркнуть, как оказался в моих объятиях, под взглядом ошарашенного Ла Диспензы. Подмигнув ему, я погладил вырывающуюся птицу навроде кота, а потом сказал, - Ну всё, можем ехать! Я свои дела закончил.

К его чести, Касадоре не задал ни единого вопроса, сосредоточившись на вождении броневика. Ворон тоже особо не буянил, довольно быстро успокоившись, так что мы втроем некоторое время лечили нервы, каждый по-своему. Я гладил, птица гладилась, торговец оружием распугивал горожан видом и звуком тачки, которая недавно серьезно отметилась на этих улицах. На этот раз стрельбы не было, мы довольно быстро покинули город, устремившись за его пределы, к одному из сотен маленьких незаметных причалов, на которые очень богат остров. Еще через двадцать минут наши ноги ступили на песок маленького островка.

Здесь, как оказалось, у одноглазого была небольшая хижина, даже с работающим генератором и двумя жильцами. Первый из них, растерянно хлопающий глазами, встретил подходящих к домику нас, тут же обалдев с лежащей у меня на руках, и чуть ли не мурлыкающей, огромной птицы. Это была Микки. В домике, разделенном напополам стальной решеткой, взаперти томилась Момо, спящая сейчас без задних ног.

- Здесь девочки будут в безопасности, пока не спадёт шумиха с этим чернокожим болтуном, - пояснил мексиканец, указывая на небольшой холодильник, - Только нам потребуется регулярно пополнять кое-чем вот этого холодного синьора. Еда, которая делает мою любимую спокойной, долго не хранится, а места занимает много…

- Эээ…, - выдавила из себя определенно невыспавшаяся Микки.

- Эээ…, - поддержал её я.

Момо, при всех своих многочисленных достоинствах и недостатках, обладала уникальным органическим повреждением мозга, из-за чего у неё чувство вкуса было напрямую связано с настроением. Из конкретных взаимосвязей мы знали лишь то, что острые вещи повышают агрессию мелкой рыжей девицы, но оказалось, что на свете есть вкус, который делает её ленивой, покладистой и добродушной. Первую порцию ей запихали, не приводя в сознание.

Что за чудесная пара! То рыжая травит своего любимого вырубающим снадобьем, то он её! Обожаю их.

- Но моя mamacita – настоящий боец, si? – смягчившись лицом, севший у стены Сильвио погладил спящую девушку по щеке, - Даже ленивая и добрая, она всё равно будет стремиться к цели. Остров её остановит, а Микки позаботится. Всё, что нам нужно, карналь – это привозить сюда продукты…

- Класс…, - пробормотала пирсингованая девушка, обнимая себя за плечи руками, - Меня только что изнасиловало стадо китаянок, а теперь я на необитаемом острове слежу за сидящей в клетке женщиной…

- Добро пожаловать в Апсародай, - кивнул я ей под ленивое карканье нежащегося ворона.

- У тебя есть возможность быть немного полезной, - улыбнулся продолжающий гладить спящую подругу мексиканец, - Пользуйся ей, чикита. Такие вещи редко даются почти бесплатно.

Снадобье, которым была накормлена Момо, оказалось бы смешным… где-нибудь в Европе, но здесь, на Востоке, достать сметану и творог из коровьего молока было довольно тяжело. Сам рецепт, оставленный нами Микки, был проще пареной репы – смешать в пропорции один к двум, посыпать сахаром, да выдать рыжей бестии, которая, по словам одноглазого, будет лопать эту смесь, смотреть телевизор, да ныть о том, что её травят. Ла Диспенза тем временем брал на себя добычу ингредиентов, уход за медоедом и бизнес, а мне предполагалось иногда подменять его в завозе новой порции угощения. Самой Микки мы оставили достаточно нормальной пищи, лишь проинструктировав употреблять её вне пределов видимости Момо.

- Попробую отыскать какого-нибудь придурка, который устроит пальбу и спугнет этого Стифф Дэдди отсюда, - поделился задумчиво планами Сильвио, когда мы уже шли назад, - Надо бы… эй, ты что делаешь?

- Освобождаю зверей…, - тяжело вздохнул я, садя недовольно завозившегося ворона на ветку дерева, - Я уже не могу принести его домой. Мы в ответе за тех, кто нам доверился.

- У тебя доброе сердце, карналь.

- Это всё потому, что ты не стрелял из пулемета.

На обратном пути мы лениво разговорились о планах. Хотя, было бы верным сказать, что я просто упомянул, что собираюсь засесть в «Жирном куске» и, может быть, кому-то набить морду, вместо того чтобы охотиться за воронами, а Касадоре, удивленно присвистнув, внезапно заявил, что сам собирался в «Кусок», чтобы найти там пару дуболомов на простенькое задание. Ему захотелось пообщаться с неким типом по имени Майкл Портман…

- Не помогут тебе обычные мордовороты, - уверенно сказал я, услышав знакомое имя, - Это довольно хитрый глист. Такого лучше ловить лично, либо нанимать кого-то, вроде меня.

- Ты говоришь очень уверенно, mano…, - с подозрением пробубнил себе под нос торговец оружием, - Это ведь не реклама? Ты ведь сейчас не рекламируешь себя?! Ты знаешь этого мужика?!

- Я знаю пару мест, где он может быть, - мне на ум пришла отличная идея, - Как насчет прокатиться по этим местам? Сменим тачку, глянем, что к чему, а когда закончим, поедем к тебе и выпьем за все хорошее! Мне тут одна птичка напела, что у тебя дома никого нет!

Если вы никогда не доводили одноглазых психопатов до натуральных слез, то, можно сказать, и не жили вовсе. Сильвио Касадоре, услышав, что его друг-наемник протягивает почти бесплатную руку помощи, натурально зарыдал от высоких чувств, даже уведя броневик в кювет и снеся какой-то здоровенный куст, счастливо росший там до нашего приезда. Ну и… еще мы немного побились о жесткий интерьер машины и чуть не завалили её на бок, но кто сказал, что в этой жизни есть что-то бесплатное? Даже эмоциональные порывы чего-то стоят.

Первая часть моего плана удалась на славу. Дома Портмана не было, да на это я и не надеялся, за человеком тянулась слава знатного любителя шлюх, так что там он ночевал редко. Зато второе место, бар «Хмурый койот», как раз и содержал в себе нужное тело, пребывающее в довольно пьяном состоянии. Это был джекпот с точки зрения моих ожиданий, потому что бармен, как и еще один постоянный забулдыга-посетитель, прекрасно помнили мой прошлый визит! Тогда, правда, у меня было несколько гранат с выдернутыми чеками, но они оказались сущей ерундой рядом с самим Ла Диспензой.

Из бара мы уходили со спящим телом Портмана, под молитвы оставшихся и громкие клятвы бармена никогда больше в жизни не подпускать Майкла к бару ближе, чем на пушечный выстрел. Сунув добычу в багажник, Сильвио задумался, а затем признался, что вопросы, которые у него есть к этому парню, довольно щекотливы, требуют ясной головы и всего такого. Так что, в принципе, мы запросто можем закинуть его за решетку, а затем заняться своими делами, а потом одноглазый и поговорит со своим… гостем.

- Такое впечатление, что ты пытаешься переквалифицироваться в тюремщика, - улыбнулся я, вновь занимая пассажирское сиденье, - И…

- Петр, - посерьезнел торговец оружием, - Моя любимая будет очень на меня зла за всё это. Очень. Настолько, что я всерьез думаю, как сделать так, чтобы моя пушка оказалась у головы этого рэпера, чтобы я мог заставить его сладко улыбаться на камеру для моей Момо!

Мой друг говорил совершенно серьезно, это я видел. Без малейших сомнений. Ла Диспенза действительно всерьез обдумывал, как можно спереть мировую знаменитость так, чтобы его рыжая подружка могла бы с тем сделать снимки. Это исключало момент участия самой Момо…

- Давай будем думать позже, - предложил я, тыча большим пальцем назад, - Вместе. Если ты не собираешься убивать старину Майки, то его можно подключить. Он удивительно хитрожопый тип, который мне слегка должен за своё прошлое исчезновение…

Не успел я договорить, как раздался хлопающий звук, тень накрыла окно машины с моей стороны, а через секунду мне на колени шлепнулся комок черных перьев, размером с очень крупную курицу. Проклятая птица, ворвавшаяся в машину, тут же перевернулась на спину, растопырила лапы, приоткрыла клюв, и томно глянула на меня одним глазом.

- Chingada madre…, - перекрестился Сильвио Касадоре, заводя машину, - Если бы я не видел это своим собственным глазом, то решил бы, что рассказчик сошёл с ума! Петр, во имя Иисуса и Девы Марии, что это такое?!

- Понятия не имею…, - пробормотал я, автоматически почесывая брюхо ворону, - Но мы попробуем ему налить, а заодно познакомим с Майором Томом. Интересно, что из этого получится…

Глава 8. Некогда размышлять

Подлость никогда не была мне присуща. Она, знаете ли, нечто совсем противоположное спортивному интересу. Да, эффективно, но это гнилая эффективность, которая вместо планки качества задает планку беспринципности, которая умеет только падать. Не бывает абсолютного щита, уязвим каждый, поэтому я искренне считаю, что отсутствие моральных границ опускает человека ниже любого скота. Однако… бывают ситуации, когда ты обессилен, уязвим и открыт, а кто-то другой вовсю этим пользуется. У тебя нет возможностей ответить на это зло благородно, только зеркально отразить подлость назад!

Как вы, уже, наверное, догадались, мне пытались сделать выволочку за всё хорошее, а я был с тяжелого похмелья.

- Идите за мной! – болезненным голосом воззвав ко вредителям, я двинулся вперед, указывая путь. Идти было сложно, тяжело и мерзко, меня мотало и подташнивало, но несколько шагов до входной двери осилил, открыв её, и вновь выбравшись в этот жаркий, душный, отвратительно яркий мир. Вредители, что характерно, последовали за мной. Все трое.

Подняв руку к свету, я призвал тьму. Та низверглась мне на ладонь, а я, взяв её на руки, сунул их вместе с добычей, пихая её прямо в высокую, упругую, нежную, но такую мне сейчас неинтересную грудь подруги, которая только что насовала мне кинжалов обидных слов в спину!

Эрика, автоматически взяв предложенное, уставилась на «подарок» широко раскрытыми глазами. Тьма, нежно и гортанно заклекотав, вытянула вперед здоровенный клюв, которым легонько пощипала кончик носа вампирессы.

Мгновение, вспышка, белый шум.

Всё. Аллес капут.

Эрика Хатсбург – высокая, фигуристая, чрезвычайно круто выглядящая красавица-вампиресса, обожающая готические прикиды. Как, вы думаете, она может отнестись к огромному, тяжелому, теплому, жутко зловещему на вид, сверхъестественному ворону, который проявляет к ней любовь и ласку? Лежа на спине прямо в её руках?

Хе.

- Вот, поймал…, - пробурчу я, пытаясь сохранить максимально унылый вид человека, нуждающегося в реанимационной палате или, хотя бы, в душе и кровати, - Дальше разбирайтесь сами!

Как вы уже прекрасно догадались, я пришёл домой утром, с бодуна и без птицы, блондин и подруги мне начали сверлить мозг, так что пришлось выйти и поймать птицу. Теперь у них есть птица. Точнее, у Эрики есть хорошо относящаяся к ней птица породы «ворон». У Эрики, стоящей на солнце, есть хорошо относящаяся к ней птица, а вот в доме сидит ненавидящий воронов бинтуронг, который будет защищать свою территорию всеми силами. А Марию нужно отобрать у Эрики птицу, засунуть в клетку и отправить в Европу. Это будет… проблематично. Что касается Юки, то той нужно только попытаться выжить в грядущей битве.

…а я пока отосплюсь.

Хорошо погуляли.

Когда я проснулся, на кровати рядом сидел грустный и подавленный Марий Гритт, уныло спросивший меня, почему я такая гадкая сволочь.

- А ты разве не чувствуешь? – задав вопрос, я от души зевнул, потягиваясь.

- Что я должен чувствовать? – вредным тоном спросил блондин.

- Напряжение, - пояснил я, поднимаясь, - Мы ежедневно рискуем шкурами, иногда выкашиваем людей десятками, постоянно по уши в проблемах. Это наша жизнь. Дружище, ты не можешь попросту прятаться от такой жизни в своей спальне, обнимаясь с Нормой, как и Эрика не сможет, ночуя в этой кровати. Нам нужны эмоции, нужен пульс жизни, нужно больше стимулов, чтобы продолжать оставаться людьми. Иначе ты поедешь крышей.

- То есть, ты творишь херню для нашей психотерапии? – очень недоверчивым голосом задал вопрос командир.

- Я творю херню, потому что у нас нет заказов, в городе затишье, а Момо сидит в клетке на необитаемом острове. Когда она выберется, то, может быть, захочет всех убить…, - еще раз зевнул я, - Но это как психотерапия. Работает же!

- А как же договоренности с Саммерсом и Фридманом…?

- Ты наемник или солдат, готовый стоять по стойке «смирно» до очередной перестрелки? – фыркнул я, пихая плечом друга, - Гритт, если до тебя еще не дошло, говорю вслух – это наша жизнь! Это не служба! Ты не уйдешь в увольнительную через пару лет, тебе не дадут другой отряд, ты уже испорчен вольницей. Мы живем и будем жить в Апсародае, пока не сдохнем. А я вообще праздновал наше чудесное спасение, потому что Момо нас чуть не отправила воровать ей этого Стифф Дэдди…

- Чего?!?

Такой большой, а в сказки верит. Ну да ладно. Впереди всех ждал трудный вечер. Вытащить Широсаки из гаража, где та забаррикадировалась, оттащить Соню от двери в комнату Эрики. Выманить вампирессу. Выслушать всё, что Хатсбург хочет сказать по поводу вхлам расцарапанной бинтуронгом двери. Объяснить все Алебастру. Понежиться под полным непонимания взглядом альва. Утешить вампира, обнаружившего, что спрятанный ей черный ворон неведомым образом испарился из закрытой комнаты. Показать помещение Соне. Помирить всех.

…приготовить ужин.

…выгнать из гаража машину и везти весь наш колхоз, за исключением альва и медведя, в ночь, потому что все решили навестить заключенную на острове рыжую заразу. Знаете, как сложно ночью раздобыть коровью сметану и творог?! Ладно, легче, чем днем, но все равно, это же Таиланд!

…стоит ли упоминать, что по дороге я «поймал» еще одного ворона, отчего Эрика стала самой счастливой вампирессой на свете?

Набившись в катер, у которого был подозрительно теплый мотор, мы без всяких проблем добрались до нужного островка. Предусмотрительно взятые с собой фонарики осветили путь к хижине, на пороге которой сидела Микки, самым мирным образом дующая здоровенный косяк. При виде нашей компашки девушка осоловело прищурилась, а затем помахала перед лицом рукой. Манипуляция, судя по всему, должна была нас развеять, с этим альтушка потерпела неудачу, что её возмутило до такой степени, что она проворчала:

- Ходят и ходят! Я тут на острове… или как?!

- Однако, - удивился я, подходя вплотную, - Ты чего это?

- Это что, птица? – вместо ответа, прищурилась девчонка, пытаясь сфокусировать зрение на нежащей ворона Эрике, - Обосраться. Унеси, нам местной хватит. Она у меня булку украла. Вот, натощак приходится…

- Дурдом – он везде дурдом, - сурово постановил вердикт Марий, а затем, пройдя вперед, заглянул в призывно светящееся светом окошко. Замер… а затем медленно обернулся к нам со словами, - Петр, вы сколько с Сильвио выпили, когда везли сюда Момо?

- Он сам вёз, - удивился я, выглядывая ворующего булки ворона в полной темноте, - А что?

- Ну…, - замешкался с ответом блондин, но ему помогли.

- Там не Момо, её забрали…, - слегка замедленно ответила Микки, выдыхая вызывающий уважение клуб дыма, - Привезли вот эту.

«Эта» сидела за решеткой на месте нашей рыжей подруги, спрятав лицо в поджатые к голове колени. Рядом с ней на полу лежала здоровенная гроздь бананов, но ни одной опустошенной кожуры. Зрелище было… ну не то, что привычное, а так, вполне мирное. Во всяком случае, куда органичнее, чем сопящая рыжеволосая коротышка, которую предполагалось закармливать полужидкой молочной смесью.

- Не, я так-то не против…, - пока мы стояли, офигевая, решила вновь заговорить Микки, - Эту я… не боюсь…! Травы… дали! Кормить можно… всем! Еще б вы не приперлись – вообще кайф бы был! Белая, держи. Нармальна так… забирает!

В принципе, нормально было всё, кроме находящейся в клетке на необитаемом острове Мао-Мао, очень известной китайской блогерши, идола и той еще занозы в заднице…

Назад мы ехали уже проинформированные, в меру ошеломленные, причем без всякого участия Эрики и Юки. Первая, устав от Мао-Мао уже давно, тетешкалась с вороном, ну а гражданка Широсаки балдела после косяка.

Ларчик открывался невероятно просто. Молодая китаянка, отчаявшись добраться до нас легально, достала заначку и пошла в люди, причем лично, расспрашивая о «храмовых наемниках» всех подряд. Делала она это с определенным сопровождением, поэтому всё-таки добралась до Касадоре, а не оказалась в совершенно другом месте, связанной и с затычками во всех местах. Те, кто посоветовал дурынде обратиться к нашему другу, упомянули, что являться толпой к Ла Диспензе чрезвычайно рискованно, так что блогерша, недолго думая, пришла одна. Бухой мексиканец, тяжело переживающий заключение подруги под арест, пришел к незамутненному выводу о том, что Мао-Мао – буквально ключ к этому гребанному Стифф Дэдди, отчего просто взял подаренную ему судьбой дуру и… поменял на Момо.

Максимально ироничным моментом было то, что коротышка еще спала, когда одноглазый приволок китаянку, заменяя одну на другую.

- Технически, она проснулась дома, накормленная во сне творогом со сметаной…, - покачал я головой, пытаясь осознать извивы апсародаевских сюжетов, - Это… а, подождите, Кси Тинг звонит.

Разъяренную китайскую старушку очень интересовало, куда её дочь делась, отправившись в гости к известному психопату Старого города. Вопрос, подозреваю, был с подвохом, а вопли китаянки, на звонки которой пьяный (или уснувший мертвецким сном) Сильвио не отвечал, вынудили меня признаться, что мы видели эту самую дочку полчаса назад. Говорил я это уже под захлебывающийся хохот накуренной японки, который, будучи услышан торговкой информацией, сильно снизил накал беседы. Узнав, зачем именно Ла Диспенза спёр Мао-Мао… Кси Тинг сделала ход конем, начав торговаться со мной (!) о том, как бы сделать так, чтобы «тупую упрямую» дочку мы подержали подольше, не подвергая особой опасности.

На этом месте судорожно дрыгающая ногами в агонии смеха Юки… убила ворона на руках у Эрики, превратив пяткой птицу в пучок перьев, отчего разгневанная вампиресса начала душить кицуне. Марий, остановив машину, положил лоб на руль, признавшись, что больше так жить не может. Я понимающе кивал, продолжая торговаться со старухой на фоне хрипов удушаемой лисицы. Когда мы сумели договориться об информационной поддержке Ла Диспензы самой китаянкой (у которой банально не было чего еще предлагать!), барон Гритт, кажется, пустил слезу. Сочувственно кивая, я набирал сообщение для Сильвио, описывая тому ситуацию.

Однако сегодня был не день, точнее не ночь Мария Гритта. Как только наша «камри» остановилась у дома, мой телефон снова зазвонил. Увидев номер абонента (и прекрасно помня, как эти люди отнеслись ко мне утром!) я, зловеще ухмыльнувшись, ответил на звонок, поставив громкую связь.

- Петр! – донеслось из трубки протяжное и ленивое от некоей рыжей Момо, - Я всё… прочитала. У дорогого. Слышишь? Вези… вези меня к ней! Я не могу… чтобы моя… подруга… сидела одна! Я буду… сидеть с ней! Сейчас! Я жду!

Гуднул сигнал отбоя, и в машине воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием полузадушенной Юки.

- Я… напьюсь, - горько пообещал невесть кому наш командир, - Прямо сейчас.

- Я с тобой, - мрачно поддакнула ему вампиресса, добавив, - И Соня. Нам помириться надо. Пиво есть?

- Выметайтесь, - улыбнулся я, - У меня дела появились!

Абсурд требовалось довести до логической точки, что-то во мне совсем не протестовало против такого времяпрепровождения.

Сев за руль, я завел «тойоту», но тут в окно, чуть не боднув меня лбом, влезла Эрика.

- Петр, теперь нам нужны… две птицы! – уверенным тоном сообщила она, - Я все порешаю. Без них не возвращайся!

Чмокнув меня в губы, вампиресса исчезла, а я задумался о том, что у иронии судьбы пределов попросту нет. Случаю нельзя сказать «хватит!», он остановится тогда, когда всё решит сам.

Забирая еле шевелящуюся коротышку, я оставил Сильвио записку, поясняющую что случилось в деталях, а затем, везя подругу к причалу, видевшему сегодня годовую норму людей, услышал по дороге вялое, но очень убедительное объяснение такому решению Момо. Ту, как оказалось, действительно переклинило – с одной стороны она очень и очень хотела «засветить» знаменитого негра в своем инстаграме, а, с другой стороны, ей дико захотелось его украсть, потому что это «очень клевая идея». Одно абсолютно исключало другое, потому что тогда это был бы последний пост нашей Момо, но когнитивный диссонанс уже вовсю дербанил нашу темпераментную подругу. Как только она очнулась дома и почувствовала на языке вкус знакомого продукта, расслабляющего её полностью, то тут же решила сделать правильный выбор – то есть устраниться от всего этого в безвыходной ситуации.

Уже светало, когда я доставил рыжую на остров, где, взяв на руки, понес в неволю. Там, у хижины, мы столкнулись с еще одним личностным кризисом, причем под громкий и пронзительный китайский мат. В целом, выглядело это просто как держащаяся за ствол пальмы неформалка на корточках, со стонами опорожняющая кишечник, а оказалось чуточку трагичнее: накуренная Микки, перед тем как начать удобрять скудную почву острова, украла у Мао-Мао всю гроздь бананов, оказавшихся не очень спелыми. И съела. Ругалась же блогерша из-за того, что ей воняло…

Когда пленница увидела, что я втаскиваю внутрь безвольно болтающуюся в моих руках коротышку, то решила покинуть генофонд китайской нации на время, сделав свои глаза очень и очень широкими. Пояснив, что Момо не может видеть подругу в плену, я добился вспышки надежды у дочери Кси Тинг, которую затем и убил, объяснив, что сейчас покормлю обеих, а затем они обе окажутся за решеткой.

- Освободи меня, я заплачу! – тут же поняла, как плохи её дела, блогерша, - У меня же там всё стоит! Меня люди ждут!

- Будь я плохим человеком и другом, то обязательно бы тебя освободил, - уверенно сообщил я девушке, продолжая кормить сидящую у меня на колене рыжую с ложечки, как ребенка, - Взял бы деньги. Какая разница, что ты на свободе, что нет? С острова-то никуда не денешься. Только меня уже наняли. Лучше поуговаривай вот её. Ну, когда я уйду.

- Поуговаривай…, - вяло прочавкала обдолбанная едой рыжая, болтаясь туда-сюда, - Мы еще… посоветуемся.

- Что?! Зачем я вам вообще?!!

- Не ко мне вопрос, - решил кормящий я внести немного ясности, - Я просто буду за вами приглядывать. Вон, если захочешь, Момо расспросишь. А мне пора.

- Ты что, действительно нас запрешь в клетке, чтобы мы тут сидели под звуки срущей обезьяны?!!

- Не обижай Микки, она хорошая…, - пробубнила Момо, а затем, вытянувшись, чмокнула меня в щеку грязными губами, - И Петр хороший. Я его лю-юблюю…

Все меня сегодня целуют. Это не к добру.

Отправив спящему Сильвио доклад и присовокупив к нему горячую просьбу страждущих привезти на остров побольше туалетной бумаги, я отбыл из этого проклятого места, рассчитывая вернуться лишь через три-четыре дня. Как-то большой перебор с неоплачиваемыми поездками вышел. Это, конечно, смешно, но хохотом не наешься, юмором холодильник не заполнишь.

Имея в голове такие хорошие и практичные мысли, я сел в машину, потянулся к ключам зажигания и… свет погас. Кто-то ловко украл у меня сознание.

В себя пришёл, лежа на чем-то мягком, в совершенно полной темноте. Пара секунд анализа дали исключительно мало информации. Я лежал где-то, где не было запахов, звуков и малейшего источника света. Свободный, отлично себя чувствующий, прекрасно соображающий. Помнил даже момент отключки. Вот я сажусь, тянусь к ключам… чпок. И всё. Тьма, сменившаяся тьмой.

Потерев два пальца, услышал шорох соприкасающейся с собой кожи, прозвучавший удивительно громко. Интересно. И…

- Здравствуйте, господин Красовский, - ясный мужской голос, спокойный и очень отчетливый, прозвучал из точки пространства неподалеку от меня, - Я могу рассчитывать на небольшой приватный разговор между нами?

Ко мне обращались на русском. Поднеся руку к лицу так, что чуть не притронулся пальцем к глазному яблоку, я ничего не увидел. Тьма.

- Вы меня ослепили? – спросил, принимая сидячее положение.

- Отнюдь! - голос повеселел, - Вы ровно в том же состоянии, в котором сели в машину. Просто тут слегка… темновато. Не обессудьте.

- Вампир, - вслух подытожил я.

В такой тьме даже альв ничего не увидит. Оборотни хоть и великолепно обоняют, но не стали бы лишать себя зрения. Ребята с клыками, вот им свойственен и дополнительный набор чувств, и архаика, и многоязычность. Но вот что им точно не свойственно – так это умение превратить какое-либо помещение в абсолютно темный мешок, в котором я даже по отзвукам голоса от стен не могу определить объём помещения. Это уже магия.

- Если вам важен ответ, то да, имею честь принадлежать к этому народу, - почти безразлично согласился голос, - Но поверьте, такая мелочь не будет иметь к нашему разговору совершенно никакого отношения. Ежели вы, всё-таки, изволите дать согласие на последний!

- Было бы хамством ответить отказом, - улыбнулся я, садясь по-турецки, - Я еще никогда не разговаривал с вампиром, не принадлежащим Инквизиции.

- Ваша проницательность делает вам честь, человек из другого мира, - красиво принял «пас» мой собеседник, слегка сдвигаясь в пространстве, - Но я вновь предложу отринуть мелочи. Наше происхождение… дела этого острова, как и все его жители, всё это сущие пустяки по сравнению с темой, которую я хотел бы с вами обсудить.

В такой ситуации уместнее было напрячься, но я только удивился, хоть и сильно. О том, что в теле Петра Васильевича Красовского память человека из другого мира, знали лишь члены моей команды, больше никто. Я всегда скрывал факты «сверхъестественного», а штатные психологи не шибко интересовались подробностями жизни старого питерского убийцы. Разболтать мои не могли, а значит, мой таинственный собеседник узнал об этом как-то иначе.

- Слушаю вас внимательно, - несмотря на закипевшие в голове идеи, версии и стратегии, спросил я, всем видом показывая, что настроен на беседу. Это не было уловкой, несмотря на то что я уже себя ощупал. Оружия у меня не было.

- Благодарю! – оживился голос, вновь чуть изменивший свое положение в пространстве, - Но перед тем, как мы приступим к полноценному диалогу, Петр Васильевич, мне требуется кое-что вам объяснить? Вам известен такой термин, как «эффект наблюдателя»?

И, просто делая абсурд моего дня совершенным в своем идиотизме, неизвестный вампир в полной темноте принялся объяснять мне, что имел в виду. Как оказалось, существует три разных «эффекта наблюдателя», при которых наблюдение оказывает влияние на наблюдаемого. Это, в первую очередь, квантовая физика, где он известен как «коллапс волновой сущности», сводящий суперпозицию элементарной частицы к одному положению. Следующим являлся тот же эффект в психологии и социологии, названный «эффектом Хотторна». Здесь все было иначе, но если упрощенно, то люди, знавшие, что за ними наблюдают, меняли своё поведение. Чаще всего, старались казаться лучше. Последним из упомянутых эффектов являлся «парадокс Манана Агриба», выведенный еще до нашей эры и касающийся магии. В этом случае магическая энергия при совершении ритуалов и сотворении заклинаний, принимала в себя психическую матрицу заклинателя, что могло здорово повлиять на конечный эффект, либо даже быть необходимой частью процесса наложения магии.

- Обратный эффект здесь виден отчетливее, - продолжал равномерным, но отнюдь не убаюкивающим тоном мой неназвавшийся собеседник, - Наблюдатель и наблюдаемое образуют в каждом случае систему, которая так или иначе изменяет обоих. В случае магии изменение проще заметить, потому что если объект приложения сил в курсе того, что к нему собираются приложить, если понимает саму суть этого воздействия, то вполне может сопротивляться ему на голой воле. Здесь, Петр Васильевич, мы получаем сам парадокс, в котором оба участника события являются и наблюдателями и наблюдаемыми. И оба меняются.

- В целом я понял, - отреагировал я, когда некто во тьме замолчал, - Но пока не вижу прикладного смысла вашей, бесспорно интересной, лекции. Я, как вы уже, наверное, знаете, простой наемник. Далек от психологии, магии и, тем более, квантовой физики.

В ответ раздался недолгий мягкий смех человека, услышавшего хорошую шутку там, где она и ожидалась.

- Никаких возражений к этому утверждению у меня не найдется, - почти дружелюбно ответил неизвестный, - Поэтому, дражайший мой Петр Васильевич, давайте поговорим с вами о четвертом «эффекте наблюдателя». Я предлагаю вам честь стать пятым разумным существом за всю историю цивилизации, который узнает об этом интереснейшем явлении! Вот, к примеру, скажите, с вами, в последнее время, не приключалось целой цепочки каких-либо событий, весьма и весьма маловероятных…?