Tom Clancy's Endwar: World War

Первые бои

Денвер, штат Колорадо, США

Генерал Скотт Митчелл встречает меня в своём кабинете главного начальника Сил Быстрого Реагирования (СБР). Увидев меня, он извиняется за беспорядок на столе и убирает бумаги в ящик своего письменного стола. На него дует прохладный горный ветерок, из-за чего генерал предлагает мне сесть на его место. На стене висят портреты Митчелла времён его службы в армии США и в "Призраках". Сам генерал создаёт ощущение спокойного и способного человека. Неудивительно, ведь он ветеран как известных локальных войн, так и тех, о которых известно лишь в узких кругах.

- У нас было много проблем в мире. Президент Дэвид Бессера подписывал указы о переводе денежных средств для строительства "Фридом Стар", сети спутников с кинетическим оружием. Бессера считал, что Америке нужно сохранять свой статус сверхдержавы, которая первой разрабатывает новые виды вооружения, против которых у других стран нет приёма. Ядерное оружие стало неэффективным после того, как предшественник Бессера помог Европейской Федерации сделать сеть орбитальных лазерных спутников, которые могли отслеживать запуски ракет и сбивать ядерные боеголовки до того, как они долетят до стратосферы. Русские же в ответ усилили свою противоракетную оборону. Вот так ядерное оружие, от которого дрожало человечество во времена Холодной войны, стало живым пережитком прошлого.

- Но ведь Европа была недовольна строительством "Фридом Стар"?

- Конечно, ведь все её лазерные спутники становились бы бесполезными против кинетических снарядов из космоса, которые на высокой скорости врезаются в землю и оставляют разрушения, ничуть не уступающие атомной бомбе "Малыш", которую в сорок пятом мы сбросили на Хиросиму. Европейская Федерация вышла из НАТО, из-за чего нужда в данном военно-политическом блоке напрочь отпала, даже не смотря на тот факт, что Россия создала мощный военно-промышленный комплекс благодаря тому, что она осталась единственной крупной страной с большими запасами нефти после терактов на Ближнем Востоке. Даже сейчас в Саудовской Аравии сохраняется радиоактивное облако, смешанное с парами нефти из скважин, которые были разрушены. Мир оказался в том же этапе, что и накануне Первой Мировой войны: все знали, что война будет, но никто не знал, каким станет повод для начала нового мирового конфликта.

- А как вы относились к возможности новой войны?

- Настороженно. Я служил в "Призраках" и выполнял секретные операции, чтобы не только предотвратить катастрофу Америки, но и чтобы угроза существующему миропорядку вовсе исчезла. Международная антитеррористическая группа "Радуга" к двадцатому году и вовсе распалась. Среди них было достаточно мало американцев, ведь подавляющим большинством были граждане членов Европейской Федерации, которые стали офицерами в корпусе штурмовиков. Несколько русских офицеров после ликвидации "Радуги" подались в Гвардейские бригады спецназа. Русские просто объединили все подразделения спецназа в одну структуру, пока в СБР у нас были добровольцы из "Призраков", которые всё ещё существовали как отдельное подразделения элитного американского спецназа, по сравнению с которым отряд "Дельта" - это чистые салаги, - глядит на фотографию, где он стоит вместе с Эмилем. На их плечах видны шевроны "Призраков", - После того, как я и Эмиль нашли тот красный кристалл с рунами в горах Колорадо, а затем прошли настоящее приключение, в котором я узнал, что мой товарищ по оружию - вовсе не человек, то Эмиль ушёл в какую-то международную группу учёных, которые называли себя "Архангел", в качестве начальника службы безопасности. Геополитические игрища наших лидеров не означали, что научное сотрудничество будет остановлено. Учёные не работали порознь, а объединились в научный конгломерат с целью создания технологий, которые не предназначались военным.

- И что они конкретно делали?

- Биоинженерия, медицина и попытки найти новые источники энергии. Российскому президенту Капалкину не особо нравилась идея об создании альтернативного источника энергии, однако его смогли убедить, что Россия не сможет долго оставаться гегемоном на энергетическом и ресурсном фронте, поскольку спрос на нефть в Европе, США и независимых странах слишком высок, а нефть не бесконечна и рано или поздно внутренний рынок нефти обрушится, а экспорт нефтепродуктов рухнет вместе с индустрией. Территория Арктики, находящаяся на территории России, была полностью освоена, а лезть в Канаду и Гренландию у русских не было никакого желания.

- Страны знали, чем занимался "Архангел"?

- Знали только по отчётам, что нам приходили от руководства "Архангела". Третий Эшелон, наша сверхсекретная разведка, пытался найти их засекреченные проекты, но никаких успехов. Кибератаки привели к тому, что компьютеры хакеров оказались заражены вирусом, который превратил их оборудование в бесполезный кусок металла, пластики и электроники.

- Не могли бы вы рассказать об атаке фавнов на Вашингтон?

- Конечно. В тот день СБР проводили учебные манёвры. "Шварцкопы" учились противостоять русским танкам класса "Живодёр", которые олицетворяли русскую традицию создания техники: меньше излишеств и комфорта и больше мощи. 125-мм пушка, зенитные пулемёты "Утёс" в задней части башни, реактивные огнемёты на вершине башни, система защиты "Штора" с системой защиты "Арена". До сих пор неясно, что за материалы используют русские в броне своих Т-100. Именно поэтому русский бронетанковый кулак во время войны в Ремнанте отвечали за противодействие Гримм. Ну об этом вы можете спросить Генди Филатова, полковника Спецназа и руководителя 20 бронетанкового батальона. Они прошли через самые жестокие бои с порождениями Салем.

- Не могли бы вы перейти ближе к делу?

- Да... да. Вертолёты "Блэкфут" и танки "Шварцкоп" буквально вызвали в Вашингтон посреди учений, сказав, что мирных жителей атакуют "странные люди с хвостами и ушами как у животных", а силы полиции вместе со спецназом SWAT обеспечивают безопасность и эвакуацию гражданских. Вертолёты были отправлены вперёд, чтобы оценить обстановку. В отчётах пилотов отряда "Гадюка" говорилось о том, что в городе была настоящая битва, похожую на бои в Германии времён Второй мировой войны. Гражданские отстреливались от фавнов из окон и крыш домов, а подразделения полиции для подавления беспорядков держали оборону на подступах к пунктам эвакуации, стоя с полицейскими щитами как живая каменная стена. Я отдал приказ взводам вертолётчиков дать огонь поддержки там, где фавны теснили гражданских и полицию. Ближайшие к Вашингтону авиабазы подняли свои "Разорбаки". Штурмовики быстро определили место, откуда фавны шли в атаку. Странный чёрный портал в виде круга с красным контуром, который вращался, словно порывы ветра урагана, которые видны при съёмке со спутников. "Разорбаки" отработали по скоплениям техники фавнов, о которой мы тогда вообще ничего не знали. Агентство DARPA после битвы в Вашингтоне долгое время потом бились над тем, чтобы понять, кто создал такие технологии. Однако они были похожи на двуногих мехов, у которых руки - это просто крепления для оружия. Нам повезло, что авиация была в порядке, ибо я точно уверен, что у полиции и вооружённых гражданских не было бы никаких шансов против тех двуногих металлических гигантов

- А как же Национальная Гвардия? Разве она не должна была прибыть на место?

- Дело в том, что не все солдаты Нацгвардии каждый день проходят службу. Многие находились на гражданке, и им надо было прибыть на базы, чтобы получить оружие, снаряжение, а затем отправиться на место сражения. Правда, как позже выяснилось, некоторые нацгвардейцы, находившиеся на гражданке в Вашингтоне, отстреливались от фавнов и даже объединялись в организованные группы, чтобы находить гражданских и помогать им находить путь до пунктов эвакуации. У них было огнестрельное оружие, которое было по большей части предназначено для тренировок стрельбе по банкам где-нибудь в лесу. "Шварцкопы" прибыли в тот момент, когда от атакующих остались лишь мелкие разрозненные группы, которые не могли спокойно поднять голову, поскольку "Блэкфуты" и "Разорбаки" обеспечивали нам полное господство в воздухе над городом. Мелкие группы фавнов прятались в домах, по которым работали танки или их зачищали прибывшие военные из регулярной армии.

- И что вы делали потом? После того, как фавны потерпели поражение?

- Трупы отправили на медицинскую экспертизу, а пленных отправили на допрос. Патологоанатомы буквально в осадок выпали, когда обнаружили, что хвосты, уши и прочие признаки животных - не украшения, а части организмов. Тогда про фавнов мы толком ничего не знали, а версию про мутантов из Чернобыля, засланных русскими, мы отмели, когда узнали, что в Москве Россгвардия вместе со Спецназом сами сражаются с тем врагом, что и мы. А затем вести пришли из Парижа, который тоже успешно отбился от нападения. Из допросов мы узнали о некой организации "Белый Клык", которая борется с тем, чтобы положить конец господства человечеству в некоем Ремнанте. Пленные утверждали, что люди относятся к фавнам как к животным и бесправным рабам, а мирные методы борьбы за равноправие изжили себя, а поэтому нужно перейти к радикальным мерам и относиться к людям также, как они относились к фавнам. Я сделал звонок руководителю Спецназа, Сергею Изотову, и генералу Европейского Корпуса Штурмовиков, Амаду де Банколе. У них было тоже самое, что и у нас. Тут то я и понял, что ситуация серьёзнее, чем я думал. Раз это и правда существа из другого мира, которые уже были настроены агрессивно по отношению к гражданам, то нападения на столицы трёх сверхдержав можно рассматривать как неофициальное объявление войны человеческой цивилизации.

- А что сделала Администрация Белого дома?

- Сказали прессе и гражданам, что всё под контролем и бравые американские солдаты отбили атаку и спасли оплот демократии. Объявили день траура по погибшим в ходе бойни, которую устроили фавны на почве межвидовой ненависти. Но в то же время жителей Вашингтона всё ещё держали во лагерях беженцев, а Бессера отдал нам приказ следить за странным объектом, чтобы в случае второй атаки противника уничтожить его на месте, пока он снова не разбежался по Вашингтону. Мы около двух недель были словно на иголках, когда из Москвы к нам по правительственной линии поступило сообщение о том, что мотопехотные и бронетанковые части Спецназа не пересекли портал, чтобы пойти в контратаку, но оказались не на другой части Земли, а где-то вообще в другом мире. Европейцы тоже последовали примеру русских и отправили разведывательную группу, которые, пройдя через портал, попали около столицы одного из государств местных аборигенов. Но информации о том, что смогли узнать русские и европейцы, у меня мало и толком я сейчас не могу ничего рассказать.

Минск, Российская Федерация

Сергей Корнаухов, командир экипажа танка Т-100 "Живодёр", спокойно пьёт воду из железной фляжки, а затем предлагает с улыбкой выпить. Я вежливо отказываюсь, и танкист спокойно закрывает фляжку и засовывает её к себе в карман. Внешнее Корнаухов предстаёт суровым воякой, однако его голос остаётся спокойным, как у обычного человека, а не холодного садиста. Ангар танков не имеет нормальных окон, и в комнате ощущается жара, сырость и запаха дизеля и солярки.

- Я был одним из тех, кто впервые столкнулся с фавнами. Нашу роту из 4 танков отправили в Москву, чтобы мы оказали поддержку Россгвардии и частям регулярной армии, которые защищали гражданских, которые уносили ноги из города: кто пешком, кто на "Ладе", а кто на общественном транспорте. Троллейбусы и трамваи не могли далеко уехать от города по понятным причинам, поэтому автобусы были переполнены напуганными жителями. Однако те, кто бежал, были лишь малой частью населения Москвы. Когда наш танк проезжал мимо жилого дома, я услышал чьи-то крики, обращённые к нам. С помощью систем кругового обзора я заметил молодого парня, выглядывавшего из окна пятого этажа. Он кричал, что люди с ушками животных сейчас громят МКАД, а сам он держит оборону на территории жилого комплекса, не подпуская врагов. В руках я заметил у него охотничье ружьё с оптическим прицелом. Мне тогда почему-то пришёл в голову тот дед из "Ворошиловского стрелка", который лишил яиц насильника своей внучки. Оказалось, в квартирах жилого комплекса, мимо которого мы проезжали, прятались те, кто пытался добраться до эвакуационных пунктов, но потерялся во время творящегося на улицах хаоса, а тот парень, который был лицензированным охотником, выступал в роли снайпера и часового, поскольку из окон его квартиры весь квартал был как на ладони.

- А каким был ваш первый бой с фавнами?

- Когда мы подъезжали к центру, то услышали выстрелы и чьи-то громкие крики. Кто кричал: "Не дайте им прорваться! Нам надо продержаться!". Свернув направо, мы увидели картину маслом: вдали фавны укрывались за брошенными машинами и прочими импровизированными укрытиями, а прямо перед нами солдаты и бойцы Росгвардии стреляли из автоматов вместе с пулемётным огнём из бронемашин. Когда танки подъехали, я решил выглянуть из люка, чтобы поговорить с главным. Ко мне подбежал какой-то лейтенант, одетый в городской камуфляж и с красным беретом на голове. Он сказал мне, что противника они сдерживают, однако без тяжёлого вооружения они не могут перейти в контратаку. Я ответил ему: "Будем вам контратака, только отойдите и следуйте за нами!". Лейтенант послушно кивнул крикнул остальным: "Разойтись! Танки идут на таран!". Солдатики быстро разбежались, прижавшись к машинам, которые отъехали назад, открыв нам коридор для проезда. Я сразу дал команду: "Вперёд! Враги прямо по курсу! Огонь на поражение!". Сначала отработали из огнемётов. Стреляли по тем, кто укрывался за машинами. Тела фавнов вспыхнули и начали гореть ярким оранжевым пламенем. Они корчились и вопили от невыносимой боли. Наводчик, глядевший на всё это, даже крикнул: "Не на тех напали, твари! Мы прогоним вас как прогнали поляков, французов и немцев!". Я улыбнулся и дал команду медленно продвигаться вперёд. Пехота начала идти позади нас, охраняя наши фланги путём отстрела тех, кто успел хорошо спрятаться от залпов наших реактивных огнемётов. Мы шли вперёд, давя брошенные на дороге машины и даже раздавили нескольких фавнов, которые из-за страха не успели убежать. Тогда мы не знали, что танки, привычные для нас как уже более сотню лет, для них - это нечто новое и непонятное. Они напоминали немецких военных на реке Сомма, когда те впервые увидели английский танки "Марк 1", которые официально не были танками, а резервуарами для воды, предназначенными для императорской российской армии. Мы управились за пятнадцать минут, а затем вышли на Красную Площадь, где мы увидели ту самую чёрную штуку, похожую на чёрную дыру. У этого объекта, стоявшего посреди площади, скапливались фавны. Видимо, бежавшие в страхе от других подразделений Гвардейских Бригад Спецназа. В небе послышался сначала тихий, а затем нарастающий гул вертолётных лопастей, а затем с неба посыпались ракеты. "Ревуны" прибыли быстро. А затем на площадь буквально влетели "Тараканы", которые выглядели нелепо. Какая-то переоборудованная южноафриканская САУ, которая была спустя рукава переделена в БТР для перевозки пехоты и борьбы с вертолётами путём пулемётов, ракетных установок и вращающихся антенн от радаров. Из задних десантных отсеков вылезли "Волки", пехота Спецназа. Вооружённые "АК-74М" с прикреплёнными прицелами, подствольными гранатомётами и штык-ножами. Кевларовые бронежилеты у них были прямо под кителями, и это предавало им тяжёлый и громоздкий вид. На головах у был то ли "Алтын" без забрала, то ли 6Б27, а может быть вообще это был СШТ-86 "Сфера". Я знал, что пехота Спецназа имеет программы усиленной физической подготовки, но я раньше не знал, зачем им это. И тогда я узнал, зачем были все эти задрачивания в виде накачки мышц и большого количества бега. Лиц я их видел, поскольку они носили балаклавы с вырезами для глаз и баллистические очки. Некоторые из них были одеты в противогазы, похожие на... вроде бы старенькие "ПМК". Скажу вам прямо, "Волки" ещё не самые грозные, в отличие от "Медведей", инженеров, способных превратить любую технику в груды металлолома. Я своими глазами на учениях несколько раз видел, как инженеры стреляли на учениях в пехоту из гранатомёта "АГС-30" прямо из рук, не используя подставки. Это же бандура весит 16 килограмм! - замолкает, чтобы собраться с мыслями, - Прошу прощения, но ведь вы - журналист, которому нужно рассказать правду о войне двух миров. Вы должны понимать, почему именно мы, Гвардейские Бригады Спецназа, взяли на себя обязательства уничтожать Гримм.

- Ничего страшного. Если честно, все эти подробности про военных мне и самому интересны.

- Я рад, что могу рассказать кое что про нашу армию тому, кто мог видеть её лишь по телевизору или на какой-нибудь выставке на форуме "АРМИЯ" или авиасалоне "МАКС". "Медведи" и "Волки" добили раненных фавнов, оправдывая этот поступок "проявлением милосердия". Возможно, вам, европейцам, это покажется жестоким, но с другой стороны те фавны, которые потеряли нижнюю часть тела в результате ракетного залпа с вертолётов, и так умрут даже если попытаться им помочь. Как спасти того, у кого буквально вспорото брюхо до такой степени, что кишки валяются тут и там? Ответ очевиден: никак! Ладно с теми, кто потерял руку или ногу. Их можно спасти. Но, чёрт возьми, потеря нижней части тела или вспоротое брюхо до разбросанных тут и там кишков - это смертельный приговор! Нас за это упрекают не только фавны и жители Ремнанта, но и европейцы с американцами.

- А что было после того, как убрали с площади эту нелицеприятную картину?

- Через несколько часов прибыл 20 бронетанковый батальон. Я был тогда в 27 штурмовом батальоне, где не было такого упора на танки и артиллерию как в 20 батальоне. Поступил приказ от самого Сергея Изотова: "Начать операцию 'Возмездие'! Перейти в контрнаступление!". Мы привели наши машины в движение, медленно продвигаясь к порталу. Все из нас чувствовали волнение. ведь никто тогда не знал, что находится по ту сторону портала. Когда наш танк вошёл внутрь, то тьма начала обволакивать пространство вокруг, из-за чего нам пришлось включить фонари, чтобы идущие сзади "Живодёры", "Тараканы" и "Жуковы" могли использовать свет от фонарей как ориентиры для направления движения. Казалось, что мы находимся в какой-то тёмной бесконечности. В месте, где тьме нет конца, а выхода не видно. Некоторые начали оглядываться по сторонам, явно ожидая нападения со стороны тех, кто атаковал Москву. Я прекрасно их понимаю, потому что самый сильный страх любого человека - это страх неведомого, как писал Говард Лавкрафт. И он был чертовски прав, поскольку люди пытались всю историю объяснить явления и события, происходящие вокруг него. В первобытные времена люди придумали богов, а затем медленно и постепенно перешли к научным методам для объяснения всего происходящего. Однако даже не всё наука сможет полностью объяснить. К примеру, откуда вообще возникла Вселенная. Даже во время последней войны, после открытия Ремнанта, возникли жаркие дискуссии и споры между учёными и адептами религий и сект. Мы теперь знаем, что Ремнант создали два бога-брата, а затем бросили этот мир, который был для них лишь "прекрасным экспериментом".

- А что произошло, когда вы оказались по ту сторону портала?

- Я не знаю, сколько мы ездили в неизвестности, но когда перед нами ударил яркий солнечный свет, мы остановились, а затем начали осматриваться. Мы оказались на какой-то поляне, окружённой высокими лиственными деревьями. Они окружали поляну словно живая и непроходимая стена. Эти деревья вообще не были похожи на любые деревья, которые я видел в своей жизни. Вроде бы что-то знакомое, но всё равно выглядит чужеродно. Связь с командованием не дала никаких результатов. На линии были лишь помехи и белый шум. Однако связь между машинами, которые прошли через портал, сохранялась благодаря радиоантеннам. Все командиры своих взводов приняли единогласное решение разделиться и прочесать местность. Несколько БТР, набитые пехотой, поехали с нами. Механик-водитель выпустил шептуна, отчего наводчик, не отрываясь от пристального наблюдения за обстановкой, слегка прикрикнул на него: "Ну-ка не пердеть в салоне!". Старый добрый прикол, который переняла от нас пехота. Думаю, что все русские знают прикол про самую важную вещь в танке. Это "Волки" и "Медведи" часто стали говорить, когда стали ездить в качестве пассажиров бронемашин или БТР.

- И сколько вы ехали по лесу фактически вслепую?

- Где-то около три с половиной часа мы ехали по лесу, попутно валя деревья наповал как матёрые лесорубы. Когда были повалены очередные деревья, то впереди показались деревянные дома. Мы сразу же насторожились, подумав, что это поселение тех полулюдей-полуживотных. Поэтому пехота как ошпаренные вылетела из "Тараканов" и приготовилась открыть огонь на поражение. Солнце к тому времени медленно поднималось над горизонтом. Ещё когда мы ночью ездили по лесу, несколько танкистов обратили внимание на странную... Луну, которая была ближе к планете, чем наш земной естественный спутник. Да и часть Луны Ремнанта была расколота так, словно от неё кто-то откусил кусок. В общем, мы простояли так где-то около пятнадцать минут, когда начали замечать, что из домов начал кто-то выходить. Приглянулись и увидели обычных людей, которые, увидев нас, перепугались и начали кричать: "Белый Клык!" на каком-то английском диалекте. Мы сразу поняли, что нас приняли за тех, кто припёрся в Москву, поэтому я сообщил об увиденном командиру нашего батальона, Виктору Лобанову. Танкисты из 20 батальона тоже сообщили Филатову об увиденном. Ответа мы ждали несколько минут, после чего нам пришёл приказ наладить контакт с местными и не проявлять насилие. Танкисты и экипажи БТР свои машины, понятное дело, не бросили, а вот пехота начала медленно, с опущенным оружием, пошли в деревню. Спецназ опросил местных, которые даже дали нам бумажную карту. Мы смогли понять, что мы находимся на территории Вейла, а Белый Клык буквально кошмарит деревню, в которой мы оказались, а также держит в страхе ещё несколько маленьких деревень, которые не ждут помощи от неких Охотников. Как мы поняли, Охотники - это те, кто ловит преступников и борются с местной нечистью, которыми в Ремнанте выступают Гримм. Однако академий в Ремнанте по одной на каждую из 4 государств, а значит, что поток выпускников очень маленький. В конце концов, полковники наших батальонов решили отправить гонцов обратно в Москву, чтобы передать им информацию о том, что мы узнали.

- И что вы делали, пока ждали ответа от верховного командования?

- Ждали и изучали местный мир со слов местных и любых источников информации. Брали книги и местные плоские стеклянные смартфоны, которые местные называли "свитками". Слишком религиозным было общество Ремнанта, особенно фавны, которые верили в Бога животных, которых их и создал. Я вырос в советской семье и всегда буду считать религией опиумом для народа. Даже Средневековье показало, почему религия - это плохо. Инквизиторы сжигали учёных на кострах, но самым пугающим для меня были сжигания девушек, которых по каким-то глупым причинам объявили ведьмами. Подумайте, какого прогресса мы бы достигли, если бы в Средневековье религия вообще не имела бы никакой власти и существовала бы как жалкий рудимент первобытного общества. Мы бы могли уже основывать колонию на Марсе или Луне, а не топтаться на своём голубом шарике под названием "Земля". Лично я понимаю Эмиля и его соратников, которые ненавидели и до сих пор ненавидят фавнов, считая их позором и напоминанием того животного начала, от которого нам, людям с Земли, нужно избавиться. Для Эмиля религия тоже была пережитком прошлого.

- Что вами двигало в качестве топлива для ненависти к фавнам?

- Желание защитить людей в Ремнанте, которые ничуть не отличались от нас, представителей белой европеоидной расы. В конце концов, никаких чурок или цветных среди людей в Ремнанте нет. Советский Союз, по которому скучало окружение моих родителей, для меня это не более чем недоразумение, которое не должно было существовать. Меня привлекли скинхеды, которые появились после двух чеченских войн. Многие солдаты СГБ участвовали в чеченских войнах и распространили ксенофобию к кавказским расам. Я их понимаю, ведь нет никакого более жестокого, чем исламисты. Международные террористы, которые устроили 11 сентября, были не христианами, не евреями, а исламистами. Удивлён, что после того теракта религию не загнали под плинтус. Для меня фавны и "Белый Клык", как и для многих в Спецназе и регулярной армии, были ещё одним доказательством того, что религия - это рудимент и опасная опухоль на человечестве. Европейцы топили за справедливый суд военных преступников среди фавнов, в то время как мы клали болт на все эти бюрократические процедуры и на месте убивали всех, кто нёс ответственность за нападение на нашу Родину и за нападения на людей в Ремнанте. Можете осуждать действия нашей армии, но лично я считаю, что мы всё сделали правильно.

Авиабаза Рамштайн, Европейская Федерация

Вдали раздаётся гул реактивных двигателей самолётов "Темпест", "Харрикейн" и "Хэйлсторма". В небо взлетают ударные вертолёты "Гепарды", "Вихри" вместе с десантными "Оводами" и "Вихрями". Капитан Джорг Вальтер одет в высотно компенсирующий костюм и военный шлем с синим визором. Он был командиром 304 эскадрона истребителей Корпуса Штурмовиков Европейской Федерации, который впервые столкнулся с воздушной техникой Ремнанта. Мы останавливаемся около перехватчика "Харрикейн", который внешне чем-то напоминает советский "МИГ-29". Сам Вальтер является внешним чистокровным немцем, который явно бы подходил полностью под расовую теорию Третьего Рейха.

- Мы не присутствовали в тот момент, когда Корпус Штурмовиков успешно отбился в Париже от атак фавнов. Нас подняли, когда нужно было отправляться по ту сторону портала. Истребители должны были обеспечивать прикрытие ударной авиации в виде однодвигательных штурмовиков "Хэйлстормов", напоминавших внешне французские "Mirage 2000". Мы прилетели в Париж за 15 минут на гиперзвуковой скорости, а затем увидели, как на площади перед Эйфелевой башней, расположился портал. Прямо посреди площади. Однако любоваться этой опасной красотой не было времени, и мы влетели в портал, а затем начали лететь вперёд, не сворачивая в сторону, согласно советам командования. После яркой вспышки света первое, что я увидел - это горы, полные зелёной растительности. Однако справа вдали я увидел привычные серые горы с белыми верхушками. Мой отец был егерем и часто возил меня в Баварские Альпы, отчего я всегда смотрел на эти величественные горы. Впервые увидев горы, я хотел оказаться гораздо выше этих Альп, чтобы показать превосходство человека над природой. А затем через несколько минут впереди показалось самое величественное зрелище в моей жизни, если не считать Атласа. Это был город, расположенный на двух высоких горах. Это было то ещё великолепное зрелище, напоминающее Мачу Пикчу, но в японском или даже китайском стиле. Однако больше всего меня поразило огромное здание, расположенное прямо между вершинами этих двух гор. От увиденного зрелища у меня едва не отвисла челюсть. Однако шок от увиденного прошёл быстро, поскольку надо было маневрировать между горами, чтобы не врезаться в них и не умереть. Эскадрилья была в шоке не меньше меня. Связь между самолётами работала как часы, но связаться с кем-то из командования было первое время невозможно. Мы тогда ещё не знали, что нормально работала связь с радиоволнами, и то надо было находиться вблизи друг от друга, чтобы не было никаких помех.

- Когда вы получили приказ отправиться в Вейл, чтобы уничтожить склад Романа Торчвика?

- Ох, мы летали над Мистралем где-то около пятнадцати минут, когда нам пришло сообщение от командования. Они получили информацию от русских, которые находились на территории Вейла. Бронетанковые части Спецназа прошлись по местной ячейке "Белого Клыка" словно асфальтирующий каток, а затем нашли карту мест, где обосновались эти экстремисты. Нам прислали фотографию карты, на которой были изображены все государства Ремнанта. Так мы и узнали, что попали в Мистраль, который отделало от Вейла водное пространство. Нам не было пока дела до отдельного острова, который был южнее Королевства Мистраль.

- Острова Менаджери?

- В точку! Того самого, куда очень давно согнали фавнов, когда все люди ненавидели их. Менаджери можно сравнить с вонючими гетто или резервациями, куда янки помещали индейцев или негров. Даже после революции фавнов, когда Вейл и Вакуо стали лучше относиться к фавнам, бытовой расизм всё равно остался. Некоторые из наших военных, у которых родители, бабушки и дедушки прожили свою жизнь в Восточной Германии, относились с недоверием к фавнам. Я ещё понимал тех, у кого тогда в Париже погибли родные или близкие друзья, но вот тех, у кого семьи не пострадали от атаки фавнов на Париж, я никогда не пойму. Эти.... полуфабрикаты массово дезертировали из Корпуса Штурмовиков, чтобы присоединиться к русским. Этим скинхедам и неофашистам нравились карательные меры Спецназа по отношению к пленным фавнам. Больше всего огласки получила децимация. Та самая Римской Империи из Древнего Мира. Фавнов сгоняли в группы по десять особей, а затем надзиратели и палачи говорили: "Выберите одного из вашей группы и убейте его!". Те группы, где не могли долго выбрать того, кого принести в жертву ради своего спасения, расстреливали беспощадно, а трупы сжигали из огнемётов, - глубоко вздыхает, - Мы не знали, что разрешение на применение этих бесчеловечных акций русским дал Эмиль. Оправдание для применение децимации было не менее пугающим. "Раз они так хотят свободы, то пусть пожнут её плоды!" - так говорил об этом генерал Изотов. Русские никогда не знали, что такое настоящая демократия. Они её считают источником всех бед в трансформационном кризисе после распада Советского Союза. Именно поэтому я никогда не видел русских свободной нацией. Они всегда будут колебаться от радикальных левых до радикальных правых политических идеологий.

- А почему вы решились полететь в Вейл, ссылаясь на разведданные русских?

- Они в шутку сказали, что настоящие профессионалы по бомбометанию на города сейчас отсутствуют на линии связи, поэтому нам придётся снести тот самый склад. Русские всегда говорили: "Почему им можно, а нам нельзя?", когда говорили про бомбёжки Югославии, Ирака и Ливии со стороны авиации Соединённых Штатов. Думаю, что эти генетические рабы всегда завидовали безнаказанности Америки, считая, что сверхдержава может делать всё, что угодно, и не получать никаких серьёзных негативных последствий. В чём-то они и правы, ведь если пикнуть что-то не то сверхдержаве - то сразу подпишешь себе смертный приговор. Мы прилетели ближе к вечеру и начали кружить над городом. Системы радиоэлектронной борьбы сделали нас незаметными для каких либо радаров. Ну, по крайней мере, мы тогда так полагали, ещё не зная, что местные радары были настроены на обнаружение Гримм, не смотря на тот факт, что Вейл был самым безопасным местом в Ремнанте. Мы нашли склад очень быстро, а затем штурмовики с помощью лазерных подвесных установок и ракет провели атаку. Последовавший огромный взрыв, который явно был сильнее обычной ракетной атаки, дал нам понять, что на складе было много взрывчатых веществ. Даже сквозь шум реактивного двигателя я слышал раздававшийся чередующийся время от времени "БАХ!". Слава Мэрлоу, что этот склад находился вдали от местных поселений и огромные куски и бетона и арматуры поднимались в воздух и падали где-то в лесах. Было в какой-то степени похоже на взрыв пороха, хотя мы и не знали тогда, что пороха в Ремнанта как такового и нет. Там был склад с Пылью.

- Пылью?

- Местный вариант пороха и одновременно источник энергии. Правда до топлива, основанного на переработанной русской нефти, Пыль не дотягивала, потому что жители Ремнанта при помощи Пыли так и не смогли даже первый спутник запустить в космос. Это в будущем сыграло нам на руку, дав стратегическое преимущество, когда мы и американцы, развернув центр управления полёта, смогли запустить лазерные и кинетические орбитальные спутники. Правда первое время из супероружия у нас были русские термобарические ракеты, потому что развернуть их быстрее и проще. Просто взял грузовик по типу "Тополя" или "Искандера", дай ему эту термобарическую ракету, отправь по ту сторону портала, а затем развёртывание, наведение и пуск. А вот для спутников нужна была куча специалистов, оборудования и материалов, которые надо ещё доставить. Построить центр управления полётами, потом построить ракеты-носители, а затем собирать на орбите эти спутники. Русские своей манией строить мощные ракеты закрыли эту временную брешь, выиграв для нас время. Даже не смотря на презрение к российской нации, я, как прагматичный военный, понимал ценность данных ракет как хорошую и эффективную, но временную замену спутниковому оружию. В конце концов, грузовики-ракетоносители можно взорвать или сломать, а вот чтобы добраться до спутников - местным нужен был какой-то очень рискованный план. Например, как в "Форсаже 9", когда сделали самодельный аппарат для полёта в космос, - смеётся, - После налёта мы вернулись к месту дислокации наших соратников, которые успели соорудить импровизированную взлётно-посадочную полосу, а также подогнать грузовики с бочками авиационного керосина, чтобы заправить наши машины. Также прибыла полевая кухня, как которой мы и отправились. Мы спали в палатках, каждая из которых принадлежала определённому подразделению. На то, чтобы найти нужную палатку, у нас ушло около пятнадцати минут. Мы петляли между палатками, носящимися техниками и инженерами, которые суетились возле самолётов и грузовиков. Некоторые солдаты срубали деревья бензопилами или вовсе проезжались по ним танками. Танки "Пантера" хоть не такие тяжёлые как русские "Живодёры", но повалить дерево они могут с лёгкостью. Когда же мы нашли наше место сна, мы были уставшими и злыми, но зато сытыми.

- Вы прямо сейчас рассказали мне предпосылки вашей первой воздушной битвы в Ремнанте?

- Да. На следующее утро мы поднялись в небо для патрулирования, когда столкнулись со странным белом объектом, который явно не походил на что-то новомодное у американцев. А про русских я и вовсе лучше уж промолчу, ведь я скорее поверю во снег, идущий в Африке, чем на высокотехнологичную военную штуку у Спецназа. СУ-98 не в счёт, ведь его до сих пор считают истребителем 4++ поколения, а не пятым. Русские придумали идею добавлять плюсики к 4 поколению самолётов - модернизировать свои имеющиеся модели истребителей, а не создавать с нуля новые. Я слышал, что один СУ-98 сбил 2 американских F-35. В общем, это напоминало какой-то "Оспрей", но с какими-то реактивными двигателями. Под носом была турель со сдвоенными пушками. Таких летательных аппаратов было около пяти, и они летели чуть ли не прямо над кронами деревьев. Мы видели их прекрасно, хоть и летели высоко, потому что на небе не было ни единого облачка. С нашего положения было прекрасно видно, что эти боевые корабли летели в сторону нашего временного лагеря. И тут я понял: владельцы взорванного склада отправили возмездие по наши души. Поэтому я отдал приказ сбить вражеские летательные аппараты. Спикировав, мы быстро подбили врага, повредив их двигатели самонаводящимися ракетами. Они быстро начали падать вниз, а затем с громким грохотом и взрывом упали вниз. Враг был уничтожен, но облегчения не было.

- Почему?

- Мы справедливо думали, что возможно прибытие подкрепления или команды спасателей к месту крушения вражеских летательных аппаратов. Поэтому мы пролетали несколько часов над местом крушения, нервно поглядывая на экраны радаров. Даже когда нам велели возвращаться на базу, чтобы заправить самолёты и дать нам время для отдыха, мы с неохотой вернулись, поскольку ангары и прочие здания всё ещё не были построены. Посреди леса при виде с высоты птичьего полёта мы были видны. Да и мы были как на ладони, поскольку нам пришлось всё ещё спать в палатках. Служивые в войсках ПВО дежурили круглые сутки, отчего они подсаживались на энергетические напитки и таблетки с кофе, чтобы оставаться бодрыми и по минимуму спать. Однако, даже не смотря на это, у них были сменные караулы, чтобы те, кто держал наш противовоздушный зонтик на плаву, не отрубились и не проснулись окончательно из-за слишком долгого бодрствования. Затем через несколько дней к нам пришли местные, которые спросили у нас: "Это вы уничтожили склад и убили Торчвика?". Мы ответили утвердительно, после чего нам рассказали, что в пустынях королевства Вакуо замечены войска со звёзднополосатым флагом, а в Вейле против фавнов зверства устраивают какие-то солдаты, одетые в зелёную форму. Мы сразу поняли, что в Вейле орудуют русские, а в Вакуо оказались американцы.