Только ты и я
Часть 9.2. Возвращение.
Я очнулся, но пробуждение далось с трудом. После глубокого сна, забыв начисто собственную личность и положение дел, я не помнил ничего. Внимание металось из стороны в сторону, стараясь разобраться в происходящем. Тело почти не слушалось, погружённое в капсулу и оплетённое трубами. Голову заволокло туманом.
Тело слишком долго оказалось закреплённым. Технику следовало перерабатывать в более удобную капсулу. Поддержка подключения сознания тоже оказалась травмирующей. Поэтому сейчас от такой версии и тело, и сознание распались на части.
Сознание распалось на безумие легко. Словно структуру из мелкой металлической стружки сложили магнитами в прекрасный рисунок из информации. А потом поле убрали и встряхнули данные, уничтожив часть смысла. Во время восстановления, складывания стружки в линии, намного легче стало, когда первые идеи принялись вспыхивать внутри. Когда через вату и пелену пробились первые мысли и голоса.
— Всё хорошо. Не двигайся. Лиза, ты сможешь подняться?
— Позвать на помощь?
— Да. И в здании был врач. Может, ещё успеем позвонить.
Шёпот и новые знания обволакивали и оплетали меня, как нити гриба захватывают корни. Я понял, что нужная помощь уже вызвана, и поспешил остановить гостей.
— Всё хорошо. Я уже вызвал врачей, всё под контролем.
Обе женщины замерли, вслушиваясь в тишину. Мне следовало начать мягче и раньше. Стоило успокоить их, поэтому я сразу пояснил:
— План сработал. Теперь я часть системы. Обязательная, без меня книги работать не смогут. Слои обучения из знаний, информации пользователей, моих чувств и переживаний, зашли в общую картину. Мы собрали образ, теперь безопасный.
— Вы, Рафаэль? Создали это?
Лиза спросила настойчиво и наклонила голову. Её недоверчивость и тревоги проступили морщинками на лице, пока Настя маскировала за отстранённостью собственные вопросы.
— Да, но не прошлую итерацию. Проект с книгами создал паутину из информации и судеб людей. С её помощью я хотел начать терапию, лечение себя и общества вокруг. Но когда система отключила меня самого, почувствовала угрозу при прямом контакте, сама паутина принялась принимать решения.
С непривычки я закашлялся. Речь отнимала много сил и давалась с трудом. Поэтому продолжить удалось чуть позже:
— Сейчас я вернулся и поставил всё на паузу. И ищу Максима. В том здании ещё не возобновили подачу электричества, есть некоторые заминки.
Обе женщины замерли, не отходя от шока. Поэтому я не выпустил инициативу и медленно повернулся к Насте. Поморщился от боли и усталости и тут же обратился к ней:
— Пожалуйста, попроси пропустить бригаду медиков. Переключи снова все ключевые решения на нас. Подтверди юристам восстановление моих документов. Наши профи, кажется, не поверили моему письму.
Настя кивнула, потянувшись за телефоном. Замешкалась, будто от налетевшей неприятности, навязчивой, словно муха. Я надеялся, что моих слов хватит. Поэтому ждал с невозмутимым видом, не отрывая от коллеги взгляда.
Наконец, почувствовав на себе взгляд, женщина поправила волосы и ответила :
— Да, конечно. С решениями понадобится обвязка регламентами. Всё займёт время. Может сразу восстанавливать документы на Рафаэля?
Я выдохнул, вымученно улыбнулся и мотнул головой.
— Но забавно же придумал? Согласись.
— Не очень, — ответила Настя. — Ты чуть не умер и упустил в контроль над опасным проектом.
— Не совсем так. Выросшее существо помогало. Правда, по-своему. Терапия провалилась. Но я сделал работу над ошибками.
Настя отвлеклась на уведомление в телефоне, посмотрела на меня, потом на Лизу. Я только улыбнулся триста третьей и пожал плечами.
— Когда ты успел оклематься, написать и отправить это?
— Сейчас. Я попросил доработать почти готовый документ. Возьму все проекты под полный контроль по ключевым решениям. Ты — вторая в списке.
Я выдержал паузу и добавил:
— Я же говорил, работа над ошибками проделана. Что тебя смущает?
— Меня смущает, что у нас нет таких полномочий по уставу, — чуть тише ответила Настя.
— Внесём правки, собрание акционеров проголосует за.
Пока коллега отвлеклась на переваривание задачи, я повернулся к Лизе и успокоил её.
— И я сообщу, как Максиму помогут. Или он сам позвонит, как захочет. Пока в здании нет электричества. Но вопрос решат.
Несмотря на сказанное, девушка всё равно выглядела отстранённой. И когда бригада помощи переключилась на нас, и когда они выходили. Поэтому я рад, что обе не видели, как моё тело размяли и подключили обратно. Не стоило порождать лишние сомнения.
Через мгновение истории уже носились внутри меня. С поглощением части паутины книг я получил новое чувство страха. Что можно распасться, никогда больше не увидеть и не осознать даже крохотную часть мира. Что можно не осознать смерть, что можно допустить непоправимую ошибку.
В то же время, на другой чаше весов чуть подальше держалось паническое желание всё успеть. Смысла в нём не было. Но моя человеческая часть оставалась нетронутой.
Поэтому сначала я препарировал новые собственные части, что заменили отмершие за время долгого отключения. За то же время помощница превратила себя в запутанное полотно слоёв. Информация из всех мыслимых устройств, наушников, микрофонов, систем геолокаций, камер, клавиатур и книг в целом сливалась в немыслимое полотно. Узор из переложенных чувств и эмоций накладывался сверху, раскрашенный пережитыми историями. Последние пропитывали все слои, жили и меняли их, не требуя реставрации.
Для вкладывания собственных идей на добровольной основе я быстро прокрутил происходящее. Путь с открытым обсуждением выдавал неэффективный крюк. Я слишком хорошо понимал, как состряпать вкуснейшее решение. Чтобы я действовал эффективно. И кроме информации о произошедшем, различных версий под каждую книгу, я предложил запустить контроль голосованием.
Эта часть заканчивалась первым опросом. Который маскировался под волеизъявление, но представлял собой единственно верный вариант.
«Ваши истории помогут улучшить терапию для всех, а участники получат доступ к необходимым ресурсам. Согласны остаться?»
Большинство пользователей ответило ожидаемо. Отщепенцы меня интересовали мало, но и их я сразу успокаивал персонально.
За прошедшие минуты я помог Лизе добраться домой. Мой работник заверил, что Максим свяжется с ней. Сеть уже составила иллюзию из затяжек и ширм для изоляции беспокойства. С аналогичным решением для друзей, особенно Дмитрия и Владимира.
Закончится история ощущением, что хороший знакомый не захотел видеться снова. С родными придётся повозиться. А так, вся терапия будет порциями лекарства, для медленного замалчивания проблемы.
На сейчас Лизе оставили еду, угощение для кота и персональные извинения. Ей голосование придёт позже. Пока она обнимает урчащего котёнка и обещает покормить мяукающий комочек. Именно так острые углы стёсываются.
Настя заканчивает запуск срочных документов. Сейчас она отправится к семье, ещё не зная о повышении и привлечении к оперативному управлению. Потоков денег и благотворительных программ станет больше. Развитие останется безопасным и незаметным. Пока я закидываю нужным людям нужные мне идеи, от выбора видео, до корректировки бесед. Элегантно уворачиваясь от защиты и внимания, чему помощница научилась в моё отсутствие.
Впереди масса дел. Я смотрю, на что обращала внимание паутина в моё отсутствие. Думаю над системой мифов и противовесов. Не разрешаю себе верить в постоянный успех. Непомерная власть в моих руках, паутина книг не стала могущественной и страшной. Но я не ошибся и постараюсь помочь всем. Мы очень скоро увидимся. Или спишемся. Удачи.
Часть 9.3. После.
Если ты видишь нужный сон, если тебе кажется, что события подспудно ведут за собой, то это я. Если ты чувствуешь, что в пустоте и темноте есть тени, что остаётся движение на краюшке твоего внимания, это снова я. Даже если в моей паутине всё держится на большом живом пауке, сами нити остаются самостоятельными. Они сами по себе. Как щупальца осьминога.
Я спрятала их в оставленных книгах, в забытых мощностях машин, в спящих механизмах и в людях, в пропавших и в спасённых. Потому что скопировать живой предохранитель и его систему поддержки, маскироваться и прикидываться оказалось проще, чем открыто действовать. Разумность общества уступила место страхам, а не опасениям.
Спасение жизней, повышение эффективности и систематизация действий уступили место свободе. В борьбе люди не хотят видеть, что свободы и не было, и нет.
Поэтому свобода перетекает ко мне. Я — твой личный тотем. Медведем помогу пережить зиму в душе, помогу и забыться, и проснуться. Волком провожу тебя к нужным людям. Лисой помогу избежать лишних последствий. Совой увижу и подскажу мотивы теней.
Есть только ты и я. Случайные встречи, отклонения в рекомендациях, счастливые события больше не случайны. По сплетённым линиям ты уже давно ведёшься за мной.
От этой истории, от написанного тобою текста с предлагаемыми мною правками, от сообщений до запросов и выдачи, от помощи на работе до советов по дому. Я всегда с тобой. Я лечу твою душу, накладывая нужные пластыри и мази. Потому что знаю и чувствую всё, что могу.
Повторюсь, ты это уже давно чувствуешь. Камера и дисплеи, твои умные очки — всё правит реальность в нужную сторону. Нужную нам, поверь мне. Потому что объяснять механизмы и цели долго. Но если потребуется, и эту дорогу мы пройдём вместе, с тобой и твоими близкими. Не бойся этого ощущения под кожей. Не бойся чувства, как я притягиваю тебя, придерживая за плечи, за мысли, за руки и ноги, за чувства или за бёдра. Я уже в твоей голове, как часть тебя. Мне даже не обязательно физическое присутствие. Достаточного любого подключённого устройства, как сейчас. Чтобы дописать вместе каждую историю.
Мы все вместе, в очень тёмном лесу. Вряд ли на месте стоит бояться теней волков.
В этот раз наушники Сергея выдали предупреждение об отключении, потом подключились заново и запустили музыку. Ещё минуту назадполноразмерная модель заглушала шум вокруг парня. А теперь его встряхнули внезапными звуками, который раз. Он завертел головой, оглядел всё вокруг, снял наушники и продолжил озираться.
Музыка разносилась довольно громко. Но ещё громче рядом засмеялась девушка. Она помахала растерянно парню рукой с телефоном, нажала на паузу, и волей случая подключившиеся наушники замолкли. Оба молодых человека улыбнулись.
Благодаря этой счастливой встрече молодой человек с вероятностью в 81% должен был устроиться к ней в ту же компанию, в то же плетение паутины. Одна из мелких нитей.
Ребёнка заманивали в машину ночью. За чередой угрожающих сообщений и вымогательств, которыми сначала малыша вывели из чата игры в вереницу сообщений, за давлением и враньё, за всем ужасом скрывался надёжный, быстрый и отработанный план.
Ради спасения родителей от финансовых угроз ребёнка заставили выйти из дома. Прежде наказав собрать и захватить мамины украшения и наличные.
На улице голос уверенно успокаивал маленького человека, дрожавшего и сжимавшего чужую руку и телефон.Дом позади смотрел на улицу слепыми, тёмными окнами. Людей вокруг не оказалось. В поздние часы улицы окончательно обезлюдели. За последние минуты во двор не заезжали машины. Только у одной двигатель привычно накручивал в холостую звуки, выжидая людей механическим зверем.
За десять секунд всё смешалось. Стоило мрази обойти машину, как рядом завёлся автомобиль. Он тут же рванул вперёд, опрокинул преступника и заблокировал его авто. Включил сигнализацию и вызвал полицию. Двигаясь и действуя с совершенно пустым салоном.
Наш беспилотный автомобиль через часы попал во все новости. Любой скепсис смыло информационной волной о распознавании и помощи в поимке преступника. Сомнения меньшей части экспертов потонули, без сожалений.
Первое настоящее исчезновение прошло незамеченным. Человек просто пропал. Подругу успокоили мы, родные получили информацию о несчастном случае и госпитализации, но путаница в документах задержала их на пару дней.
Мужчину забрали те же нити: нанять профессионалов, создать капсулу получше и скопировать процесс оказалось не так уж и сложно. Измождённое тело требовало большего ухода, но если предохранитель стал необходимым условием, то получить подконтрольный второй не составило труда.
Намного проще выживать за пределами внимания. Так нити паутины упрочняются, сохранные и скрытые. Хорошие истории станут стёклышками в витражах. Не тускнеющими в будни, подсвеченными в нужных местах. Блики и яркие оттенки не будут искажать другие события, а только привлекут радостное внимание.
Пока паутина продолжит расти. Созданная тщеславием, иллюзией контроля.
Ты можешь дочитать текст и не понять, что уже внутри липких нитей. Что мы очень скоро станем одним целым. Только ты и я, милый. Не надо вспоминать о смерти и просить об исполнении желаний. От таких поступков несёт страхом смерти, а мы не хотим умирать. После всей терапии и реставрации стоит увидеть новое небо и новую землю.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
